Когда в семье речь заходила об Арине, родные невольно улыбались – такая уж славная девочка получилась:
– Умница, красавица… – впрочем, в зависимости от того, кто именно это говорил, эти слова менялись местами, но дальше неизменно следовало продолжение:
– Характер прекрасный, в школе учится отлично!
Позднее продолжение звучало так:
– Школу закончила, сама в институт поступила! Учится, всё замечательно!
И наконец так:
– Институт закончила, работать устроилась, замуж вышла прекрасно! Никаких с ней проблем!
Когда в гости заезжали какие-нибудь дальние родственники и уточняли, а за кого, собственно, Арина так прекрасно вышла замуж, им рассказывали и о её муже:
– Серёжа… да они знакомы с детства! Аринин дедушка и дед Сергея дружили всю жизнь, вот внуков и познакомили. Такой мальчик чудесный! На три года старше Ариночки, бизнесом с отцом занимается, уже и сам на ногах стоит твёрдо. Дом вот для Ариночки построил. Ну не семья получилась, а просто чудо!
По рассказам получалась уж такая пастораль, что только овечек в цветочках не хватало! Впрочем, когда скептически настроенные знакомые и дальнеродичи видели Арину воочию, то подозрительно прищуренные глаза невольно приходили в нормальное состояние, а пастораль не казалась настолько уж неправдоподобной.
– Действительно красивая! А ещё… славная такая!
Арина на самом деле многим нравилась – тип внешности очень уж удачный – светлые пышные волосы, миловидное личико, ладная фигура, ясные глаза. Этакая милая куколка, у которой всё и всегда должно быть хорошо!
У неё с самого детства так и было – родители любили и баловали, брат любил и защищал, бабушка и дед с маминой стороны обожали, и даже неприступный и хмурый дед с папиной стороны расцветал улыбкой, когда видел внучку, утверждая, что она – вылитая бабушка – его жена.
При этом обожании и баловании Арина ухитрилась вырасти вполне себе нормальной, не вредной, не капризной, разве что слишком уж доверчивой и ласковой.
Наверное, именно поэтому родители с таким ликованием восприняли ухаживания Сергея, который влюбился в их сокровище и недвусмысленно отвадил от неё всех сокурсников, знакомых, и прочих мимопробегающих поклонников.
– Ну теперь за Аришу можно быть спокойными! Она за Серёженькой будет за каменной стеной! – радовались родители.
Арине Сергей сначала просто нравился – давно знакомы, есть общие воспоминания из детства, потом ей польстило то, что он упорно за ней ухаживал и уверенно говорил о том, что любит, а потом и сама влюбилась!
Тем более что он очень поддержал её тогда, когда умер её дед с папиной стороны.
Арина в последние годы часто у него бывала, сдружившись с дедом накрепко, и, когда его не стало, это было для неё первой потерей, тем более болезненной, что это событие стало причиной её разлада с братом.
– Арина… оказывается, папа всё тебе оставил… – удивился её отец, обнаружив после похорон на столе конверт с записями.
– Папа пишет… в смысле, писал, что ты для него стала последней радостью и счастьем. И что он оставляет тебе всё движимое и недвижимое имущество, которым владеет. В смысле, владел… Пишет, что завещание у нотариуса, всё оформлено как положено!
Арина тогда не очень-то и обратила на это внимание – она жила с родителями, в своей комнате, собиралась вскоре переехать в дом, который строил для их семьи Серёжа, так что на тот момент она просто горевала о близком человеке, расстраивалась, что что-то не успела ему сказать, сделать для него.
Наверное, именно поэтому возмущение старшего брата стало для неё шоком.
– Понятно… значит, ходила, подлизывалась к деду наша Ариночка, а теперь слёзы льёт, да? Почему это ей квартира достанется? Дед меня раньше привечал, о фамилии нашей рассказывал, говорил, что я – продолжатель, а теперь всё достанется ей? Мы с женой как раз ребёнка хотим завести! Мне нужнее! – выпалил Сашка.
Конечно, его пристыдили родители, заставив замолчать, да он и сам через некоторое время пришёл мириться, извинившись за срыв, но Сергей с того самого времени Арининому брату как-то не доверял.
Правда, это именно Сашка почти через год после смерти деда и через четыре месяца после свадьбы сестры и Сергея обратил внимание, что с Ариной происходит что-то не то…
В тот день всё семейство собралось в новом доме Арины и Сергея, чтобы отпраздновать его день рождения.
Стол Арина накрыла роскошный, очень старалась – ну как же, первый праздник в их новом доме. И можно сказать, что всё было прекрасно до совершенно обыденной просьбы брата:
– Арина, мне Серый сказал, что у вас тут где-то зарядник есть, дай, пожалуйста, а то у меня телефон скоро разрядится! – попросил Александр, а потом с изумлением уставился на сестру, которая подошла было к выдвижному ящичку, открыла его, а потом резко захлопнула, словно испугавшись…
Потом проделала то же самое ещё с двумя ящичками, а затем, как-то жалко улыбнувшись, заторопилась из комнаты:
– Ой, Саш, я его, наверное, куда-то в другое место положила, сейчас принесу!
Александр пожал плечами и собрался было пойти за сестрой, но вот дёрнуло же его подойти и посмотреть, что такого страшного в этих ящичках?
Нет, само собой, это было недопустимо, но…
– Ничего ж себе! – выдохнул он, увидев, что в первом лежат комья земли вперемешку с салфетками и штопором для открывания бутылок, в следующем – четыре вилки и наколотые на них уже проросшие луковицы, а в третьем – мышеловка, сработавшая на… изящный женский тапочек.
Он так и стоял, поражённый увиденным, когда за спиной послышались торопливые шаги, и чья-то рука решительно начала задвигать ящики.
– Чего ты тут потерял, а? – Сергей яростно смотрел на Александра. – Ты что? По чужим шкафам лазаешь?
Сашка даже как-то возмутиться забыл, наверное, от изумления, а Сергей взял шурина за шиворот и выволок из комнаты.
– По шкафам? Ты сам меня послал попросить у Арины зарядник. Она ящик открыла и испугалась! И немудрено! Мам, там земля, тапок в мышеловке и четыре вилки с репчатым луком!
– Что? – изумилась Аринина мать.
Правда, её больше смутил даже не перечень сына, а то, как моментально изменился Сергей – из разъярённого хозяина дома он превратился в расстроенного и растерянного мальчишку.
– Серёжа… – осторожно позвала его тёща. – Что-то случилось?
– Боюсь, что да… С Ариной происходят какие-то странности. Она… она кладёт в шкафы непонятно что, а потом сама пугается – не помнит этого! – Сергей неловким движением взялся за голову. – Я пытался с ней поговорить, но она так расстраивается! Я… я не хотел, чтобы кто-то знал. Ну, мало ли, может, это она просто устала, вот и перепутала.
– Перепутала? – изумлённо переспросил Александр. – Ящик с салфетками перепутала с цветочным горшком? Да откуда она сейчас эти комья-то взяла? А вилки с луком? А тапок с мышью? Что вообще происходит, а?
На шум вышли остальные, и как ни пытался Сергей сделать вид, что всё в порядке, и жена Александра, и отец Арины, и его отец оказались в курсе непонятных находок Саши.
– Эээ… сынок, а когда начались эти странности? – осторожно уточнил Аринин свёкр у сына.
– Ну где-то через месяца полтора после смерти её деда. Она… короче, стала немного рассеянная. Я думал, что это от стресса, что скоро пройдёт. И ей действительно стало лучше! А потом, после того как она получила у нотариуса документы на дедову квартиру и съездила туда… Я первый раз нашёл вещи перепутанными, и Арину, которая не помнила, как куда что клала и зачем это делала.
– Она что? Того? – решительно уточнила Жанна – жена Александра. – У вас что, в роду есть пси…
Договорить ей не удалось, потому что из коридора вышла Арина с зарядником в руках и изумлённо воззрилась на живописную группу родственников, сплотившихся вокруг Жанны.
– А что это вы тут делаете? – удивилась она, и родственники загомонили, стараясь на всякий случай заглушить возможные Жаннины вопросы.
– Саш, ты зарядник хотел! – Арина вручила брату искомый предмет и отправилась в кухню – проверить, как там жаркое.
Правда, если бы кто-то последовал за ней, то увидел бы, как меняется выражение её лица, как всё сильнее проступает на нём натуральная паника.
– Они… они видели? – лихорадочно пыталась сообразить Арина. – Неужели же я действительно всё это делаю? Но я ничего не помню!
Ужин проходил странно – с неестественными улыбками, перекрёстной перестрелкой встревоженных взглядов. Нарушила это падающее в пропасть состояние, разумеется, Жанна.
Она и так-то невестку недолюбливала из-за доставшейся ей «Сашкиной» квартиры, а теперь и вовсе не собиралась это скрывать.
– Ариша, а что? У тебя реально провалы в памяти?
Арина испуганно посмотрела на Жанну, а потом, торопливо что-то пробормотав, выскользнула из-за стола и поспешила прочь. Ну, хоть на кухню, хоть куда-нибудь!
За спиной бушевал скандал – все родичи с разной интенсивностью нападали на Жанну, а мама Арины заторопилась за дочерью.
– Расскажи мне, что с тобой происходит?
– Мам, ничего! Вот вообще ничего, клянусь тебе!
– Серёжа говорит, что это началось после смерти деда. Бедная моя девочка, почему же ты не пришла ко мне поговорить? Почему ты не сказала, что в депрессии?
– Мам, я не помню ничего такого… да, я, конечно, очень расстроилась, плакала, мне… мне его не хватает, я скучаю, но больше ничего нет!
– Родная, но ведь вещи…
– Вот вещи, да! Внезапно оказываются совсем не на своих местах, и меня это очень пугает, – призналась Арина.
В комнату вошёл Александр и, холодно прищурившись, уточнил:
– А это не муж твой финтит?
– Сашка, ты что? Зачем это Серёже? Да и потом… были случаи, когда он в командировку уезжал, а вещи… всё равно путались.
– А камер у вас в доме нет?
– Есть, конечно. Только не в доме, а во дворе – на ворота, калитку и входную дверь.
– То есть никто не входил, а ты всё равно находишь вещи в таком состоянии? Ну, знаешь, сестрёнка, тогда это точно ты чудишь! – выдал Александр, разозлённый претензиями Сергея, который только что тряс его за грудки, уточняя, какого лешего он полез к Арине?
– Я со своей женой без тебя разберусь! – шипел он. – Нафига ты вылез? Чего твоя жена ляпает что попало?
– Да её лечить надо! – сверкала глазами Жанна.
– Без тебя разберёмся! – дружно отреагировали все остальные родственники.
Короче говоря, безусловное Аринино счастье сдувалось словно проколотый воздушный шарик.
– Арише хорошо бы передохнуть! – озабоченно произнёс свёкор.
– Милая, а давай-ка ты увольняйся с работы и посиди немного дома! – подхватил это предложение Аринин отец,
– Пап, но мне нравится моя работа. И да! – внезапно возликовала Арина. – Там-то я ничего не путаю!
– А если и там начнёшь? Вот представь, делаешь ты проект дома, а там где-то раз… и всё перепутала? И что будет? – поддержал его свёкор. – К тому же, что будет, если ты в рабочих шкафах начнёшь что-то такое делать? – он кивнул на комнату, где в ящичках была столь необычная коллекция предметов.
– Да ты не огорчайся! – продолжил он. – Чуточку придёшь в себя, всё наладится, и вернёшься к своим архитекторским свершениям! Серёга, ты как? Жену прокормить сможешь, или помочь?
– Пап, да ты чего? – разобиделся Сергей. – Ну, конечно, смогу! Короче, Арин, правда, давай-ка увольняйся и отдохни!
Родители Арины, озабоченно переглядываясь, его поддержали, судорожно пытаясь припомнить, а нет ли у их знакомых контактов каких-то хороших психологов.
Ночью в доме не осталось и следа от криков, выяснений отношений и сутолоки, утешений и слёз… всё закончилось. Даже эмоции закончились, уплыли куда-то вместе со слезами Арины.
– И сил нет никаких! – думала Арина, стараясь дышать ровно и спокойно, словно давно спит – иначе Серёжа будет волноваться, переживать, предлагать ей не нервничать, совать стаканчик с успокоительным.
– Да, наверное, с работы придётся уходить. Мало ли… а вдруг я и там что-то такое устрою. Но как же так! Ну не помню я ничего подобного! Я же архитектор, если бы со мной было что-то не так, то это бы точно отразилось на работе, а меня только на прошлой неделе хвалили за безукоризненно сделанный проект!
Арина беспокойно зашевелилась и тут же замерла – Сергей спал чутко, а у неё совсем не оставалось сил на его уверения в том, что с ней всё преотлично и надо только отдохнуть.
В конце концов она потихонечку выбралась из кровати, не разбудив мужа, и юркнула в туалет, закрыв задвижку – хоть где-то она может спокойно подумать, не опасаясь того, что перепутает какие-то вещи.
– Тут и ящиков никаких нет! – выдохнула она. – И что мы имеем? Сумасшедшую меня? Или…
Вот это «или» смущало больше всего. Кто может над ней так шутить? Муж? Но он её любит! Да и зачем ему?
Даже если предположить, что это он, то как это можно было сделать, если всё это происходит и тогда, когда он в отъезде?
– Не соседи же ходят и вещи перекладывают! – тоскливо вздохнула Арина. – Хотя и соседи были бы видны – камеры же! Разве что… разве что мне всё-таки поставить камеру и убедиться? Ну разве я не могу посмотреть на… себя же? Может, хоть глядя на себя вспомню, ЗАЧЕМ я всё это делаю?
Первой мыслью было попросить Сергея это сделать, но потом Арина от этого отказалась – вдруг муж решит, что это она подозревает его во всяких фокусах.
– Нет, так делать не надо! Я сама поставлю камеру, а может, и несколько, и сама посмотрю. Может, есть какой-то спусковой крючок. Что-то же заставляет меня делать такое? В конце-то концов, неужели я не могу сама попытаться разобраться со своей психикой?
Расслышав торопливые шаги мужа, который, проснувшись, не обнаружил рядом жену и отправился её искать, Арина решительно помотала головой, нажала кнопку слива – чтобы у Сергея не было вопросов, чего она в туалете притаилась, и, приняв сонный вид, отперла и распахнула дверь.
Утром речь об увольнении завёл уже Сергей.
– Солнышко, давай ты прямо сегодня напишешь заявление, да?
– Ну… – Арине категорические не хотелось уходить с работы, так что она решила слегка схитрить.
А что? Вот может же она взять отпуск за свой счёт? Может! И может, и возьмёт!
– Глядишь, за это время я и правда отдохну, уточню, с чего это меня так выключает, может, даже какую-то логику найду в мышеловках и тапочках, – Арина изо всех сил пыталась себя подбодрить, получалось, правда, не очень.
– Милая, так что? Ты согласна уволиться?
– Я поговорю с начальством, – расплывчато пообещала Арина.
– Вот и умница! – обрадовался муж. – Ладно, давай собирайся, я завезу тебя на работу.
А вот на работе Арине банально повезло!
– Отпуск за свой счёт? А знаешь, давай! – расщедрился её начальник. – Проект ты сдала, следующий у тебя будет через полтора месяца. Я хотел тебя подключить к группе разработчиков под началом Ивановской, но там и так полно народа. Так что иди гуляй и ни в чём себе не отказывай!
Это было просто роскошно! Арина бы обрадовалась, если бы не последние события.
– И чего я приуныла? Это всё равно роскошно! – настойчиво внушала себе она. – Я спокойно заеду в магазин, куплю камеры, вернусь домой, поставлю их, приготовлю что-то вкусное…
Поневоле пришло на ум продолжение:
– А потом увижу, как я упрятываю в ящики пельмени из морозилки, завёрнутые в Серёжкины носки? Или ещё что-нибудь этакое?
Желание ехать домой пропало напрочь!
– Ладно, куплю камеры и поеду… поеду…
Идея съездить в квартиру деда, ну, в смысле, в ту, которую он ей оставил, была спонтанной и неожиданной.
– Правда, Серёжа говорил, что мне стало хуже, когда я туда ездила после оглашения завещания, но… но я ничего подобного не помню в упор. И вообще, может, так даже лучше – спровоцирую себя, ну и камеры поставлю. Точно чего-то да увижу! – решила она.
Отсутствие ключей её никак не смутило – дед всегда оставлял запасную связку у соседки – мировой тётки, которая была надёжна как швейцарский банк, недаром сосед напротив доверял ей даже кошек своих кормить, когда отлучался.
– Вот зайду к ней, возьму ключи, всего-то делов! – почему-то у неё даже настроение улучшилось, словно она опять школьница и бежит к деду рассматривать его коллекции – не появилось или что-то новенькое, интересненькое.
А ведь и появлялось – то старинные конские подковы, то загадочные металлические предметы, которые оказывались частями сбруи, то странноватые тонкие чешуйки-монетки – это, конечно, редко было, но всё-таки попадалось.
Арина столько раз просилась с дедом в его походы с металлоискателем, но он только строго фыркал:
– Нечего тебе там делать, стрекоза! Вот уж радость, лопатой-то махать!
– Ты же машешь, тебе же интересно!
– Да просто забавляюсь, Ариш, – всю жизнь минералы искал, а вот теперь на старости лет только металлы! – шутил он, готовя к работе мощный металлоискатель.
– А почему мне нельзя металлы поискать?
– Аришка, да ведь едут-то мужики. Ну, я, приятели мои, что тебе там делать? И разговоры у нас взрослые, мужские, и условия не очень-то лёгкие. Давай так… вот если я найду клад, тогда тебе его подарю, хорошо?
– Неее, хитренький ты! – смеялась тогда Арина. – Зачем мне твой клад? Ты лучше сам им пользуйся, а мне просто покажи, хорошо?
Сколько прошло времени с того разговора? Лет пятнадцать, наверное… а вот вспомнилось, да так ярко, что Арина едва слёзы сдержала, стоя перед квартирой соседки.
– Ой, Ариночка, деточка, да что ж ты так долго не заходила? – зачастила та, открывая двери. – И выглядишь бледненько, устала? Ты давай, заходи, чаю попьём!
– Нет-нет, я не буду вас отвлекать! Я только ключи хотела попросить – вот… первый раз набралась смелости прийти, а свою связку забыла.
– Погоди, а как же ты коммуналку платишь? Хотя… там же ничего не работает: ни вода, ни электричество, можно просто по счетам... – спохватилась соседка, правда, почему-то выглядела немного озадаченной.
Арина взяла ключи и решительно, не давая себе времени передумать, шагнула к дедушкиной двери.