Я находился в полузабытье. Слышал все, что рядом со мной происходило: встревоженные разговоры, скрежет ножек стульев по деревянному полу, звон посуды, далекий смех. Однако не мог пошевелиться и открыть глаза, да и не хотел этого делать. Камень на моей груди продолжал пульсировать и пронизывать меня магической энергией, которая не сохранялась в моем резервуаре, а перетекала волнами по всему телу, будто обследуя каждую частичку. Мне не было больно или неприятно. Наоборот, я будто благоговел перед этим источником силы.
— Воды холодной принеси! — раздался голос над самым ухом. — За лекарем кого-нибудь отправьте!
Я почувствовал, как кто-то насильно разжал мои пальцы и забрал камень. В это же самое мгновение я обрел власть над собственным телом и открыл глаза.
— А-а-а, отбой! Не надо лекаря! — надо мной находилось лицо пожилого старателя. — Очухался уже, — он взял меня за плечи и помог сесть.
Вокруг собралась обеспокоенная толпа. Люди все еще встревоженно заглядывали мне в лицо.
— Припадочный, что ли? — спросил верзила, который единственный сидел на прежнем месте и похрустывал сухарем.
— Нет, сам не знаю, что со мной было, — хрипло ответил я и, откашлявшись, поднялся на ноги.
— А почему за камень схватился? — продолжил допытываться он, но я лишь пожал плечами.
Первым делом проверил уровень энергии — все по-прежнему. Похоже, энергия камня была иной, поэтому не заполнила мои узлы и меридианы. А это очень странно, ведь в таком случае она сильно отличается от той, что меня окружает. Однако поток был настолько мощным, что мое тело дало сбой.
— Ну как ты? Хочешь водички? — ко мне торопливо подошла взволнованная девушка-служанка.
— Да, хочу, — я забрал у нее ковш с ледяной водой, не спеша выпил и вернул пустую посуду. — Спасибо.
— Может, лекаря позвать?
— Нет, не надо. Все нормально.
— Ладно. Но ты позови меня, если что, — предупредила она, развернулась и, едва не ударив меня своей косой, двинулась к кухне, из которой уже доносились крики кухарки:
— Куда опять эта финтифлюшка подевалась? Скоро свинина жиром покроется, а ее все нет!
— Да здесь я, здесь, — девушка вбежала на кухню и хлопнула дверью.
Люди, удостоверившись, что никакого представления не будет, потеряли ко мне интерес и вернулись на свои места. Я отдышался, немного пришел в себя и уже хотел вернуться за свой стол, но тут моя рука инстинктивно сжалась, будто я все еще держал камень. Кстати, где он?
Я огляделся и заметил, что пожилой старатель заворачивает камень обратно в кусок ткани. При виде него у меня сердце снова забилось быстрее. Не знаю, что это за камень такой, но в нем заложена большая магическая сила. Пока не понимаю, как ее можно использовать, но такой артефакт упускать нельзя.
В это время верзила с шумом допил пиво, грохнул кружкой об стол и поднялся с места.
— Ладно, пойду я. Надо собираться. Завтра на рассвете выезжаю. Заждались мои небось.
Он по очереди пожал руки щуплому и пожилому, задвинул свой стул и направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Туда, где располагались комнаты постояльцев.
— Можно с вами поговорить? — обратился я к пожилому, который продолжил попивать из своей кружки.
Мужчины вопросительно уставились на меня.
— Чего тебе? Снова поплохело? — насторожился пожилой.
— Нет, про камень спросить хотел.
— А-а, красивый, правда? Только что ж ты его схватил-то? Украсть хотел? — брови старателя грозно сдвинулись к переносице.
— Нет, не украсть. Просто посмотреть, — как можно более равнодушно ответил я. — Откуда он у вас?
— На берегу нашел, когда дно промывал. Он весь в глине был, поэтому сначала за булыжник принял и хотел выбросить, а потом гляжу — голубое пятно. Отмыл и увидел, что камень какой-то необычный. В первый раз такой вижу. Даже не знаю: драгоценный он или нет?
— Так что ж ты к местному ювелиру не сходил и не показал камень? — спросил щуплый. — Уж они-то точно знают, что можно продать, а что — выбросить.
— Ходил я. Только и ювелир не знает. Говорит, что на бирюзу немного похож, но точно не может сказать. Вот и посоветовал в столицу поехать и в Горный департамент сходить. Не хотел никуда ехать, да самому любопытно стало.
— Отдайте камень мне! Я как раз в столицу направляюсь! — выпалил я и сам себе удивился.
И чего это я из-за какого-то камушка так разволновался? Никогда за мной такого не водилось. Вообще я довольно равнодушен к различным роскошествам.
— Отдать? С ума сошел? А если он сотню рублей стоит, а я тебе задаром отдам? Не-е, так не годится, — мотнул головой пожилой старатель и убрал сверток в карман.
— Тогда продайте, — не отступал я.
— На кой он тебе? Ведь еще непонятно, что за камень, — подозрительно прищурился мужчина. — Или ты что-то знаешь?
— Ничего не знаю. Просто красивый. Девушке любимой подарю, — я сделал равнодушное лицо, хотя внутри весь напрягся, ожидая ответа старателя.
— Ну не знаю, — протянул он. — Сначала кидаешься на него, потом просишь продать… А если я тебе продам и прогадаю? Вдруг он дорого стоит?
— А если он ничего не стоит? Тогда зря потратитесь на дорогу до столицы и обратно и ничего не получите, — с нажимом произнес я.
Пожилой посмотрел на щуплого. Тот пожал плечами и ответил:
— Делай, как знаешь. Я бы в Москву из-за такой ерунды не ехал. Если это бирюза, то ее задорого не продашь, даже если хорошего качества. А если плохого — так вообще никто ее не купит.
Пожилой задумчиво прижал руку к карману, в котором лежал камень. Я замер и даже дышать перестал — так мне хотелось заполучить этот камень. Не знаю, что я с ним буду делать и как его можно использовать, но внутреннее чутье подсказывало, что нельзя камень упускать. Возможно, позже пойму, что это за артефакт такой и почему в нем столько необычной магической энергии.
— Сколько готов за него заплатить? — наконец спросил старатель и внимательно посмотрел на меня.
— Десять рублей? — предложил я, прекрасно понимая, что сейчас могу выложить перед стариком все деньги, лишь бы заполучить камень.
— Мало, — мотнул он головой.
— Двадцать. Больше не могу, — ответил я, видя, что старик уже начал колебаться.
— Хм… Ладно. Давай двадцатку, и камень твой, — кивнул он.
Я всегда носил рюкзак с деньгами с собой, поэтому вернулся к своему столу, распахнул ворот рюкзака и, убедившись в том, что никто не подсматривает, полез за деньгами. К счастью, я успел накопить достаточно, когда жил в Иркутске, к тому же накопленное Ерофеем прихватил, поэтому не боялся остаться без денег.
— Держите, — протянул я сложенные купюры.
Мужчина пересчитал их и даже посмотрел на свет, проверяя, настоящие деньги или нет, и только после этого отдал мне сверток.
— Слушай, я тебе сейчас свой адрес напишу. Когда узнаешь, что за камень, напиши мне, а то жуть как интересно, — он полез в карман и вытащил смятые листки бумаги и огрызок карандаша. — Обратно я у тебя его не попрошу, но не смогу спокойно спать, пока правду не узнаю. Любопытный я с детства.
— Хорошо, напишу, — пообещал я и забрал лист с адресом.
Доев свой остывший ужин, расплатился со служанкой, попрощался со старателями, которые все еще сидели за столом и обсуждали свою работу, и поднялся к себе. Когда запер дверь и зажег свечу на столе, опустился на скамейку и развернул сверток. На меня вновь хлынул поток магической энергии. Я поостерегся брать его в руку и только внимательно осматривал.
Камень был идеально гладкий, без вкраплений. Я провел по нему пальцем и почувствовал теплый поток, растекающийся по руке. Неужели остальные не чувствуют эту энергию? Странно.
Полчаса я осматривал камень, прикладывал его к себе и даже нюхал, но не мог понять, что это за энергия и почему она не накапливается во мне, а лишь расходится, как тепло от печи.
Наконец я убрал его на самое дно рюкзака и лег спать. Чувствую, когда-нибудь я разгадаю его секрет, но точно не сейчас. Видимо, еще не пришло время. Но я умею терпеливо ждать.
На следующее утро, перед тем как умыться, я снова полез в рюкзак и вытащил камень. Теплая волна прокатилась по всему телу и взбодрила меня. Ну что ж, хоть на что-то он сгодился.
Спустившись в трактир, увидел, как девушка-служанка сонно перемещается между столами и смахивает крошки на свой подол.
— Доброе утро, красавица, — улыбнулся я ей.
— Доброе, — буркнула она. — И чего вам не спится? Я бы до обеда голову от подушки не отрывала. Так спать хочется, — пожаловалась она и подавила зевоту.
— Могу помочь, — предложил я, на что девушка испуганно отшатнулась. Уж не знаю, что она подумала, но пришлось объясниться, чтобы успокоить:
— Я — знахарь и знаю, как быстро прийти в чувство после бессонной ночи.
— И как же? — заинтересовалась она, успокоившись.
— Дайте руку.
— Зачем? — вновь напряглась она.
— Ничего страшного делать не собираюсь. Лишь повожу пальцем по вашей ладони, — улыбнулся я.
Девушка осторожно протянула руку, на которой я нарисовал руну «Бодрости».
— И правда лучше стало, — обрадовалась она, когда руна вспыхнула и пропала, одарив девушку потоком моей энергии. — Даже силы появились.
— Вот и замечательно. Тогда принесите мне яичницу и чай с молоком, а заодно подскажите, куда мне сходить в вашем городе? Может, достопримечательности есть?
— Есть, конечно, — с готовностью ответила она. — Город у нас большой и красивый. Можно в сад Горохова сходить или в храм Лика Истинного, что стоит на площади.
— Нет, в храм точно не пойду. Да и в саду мне неинтересно будет, — мотнул я головой.
— Ну тогда можно в театр сходить. Купец Королев открыл. Говорят, там спектакли интересные ставят. Я однажды там была. Так смеялась, что даже опися… Ой, — она раскраснелась и, чтобы скрыть смущение, быстро продолжила: — а еще можно купеческие усадьбы посмотреть на улице Астахова и в наш краеведческий музей сходить.
— Ладно, прогуляюсь, — кивнул я и хотел пройти за стол у окна, но она схватила меня за рукав.
— Сходите в Анатомический музей. Недавно открылся. Я там не была, но, говорят, там такая жуть, что даже страшно становится.
— Что еще за жуть? — заинтересовался я.
— Куски тел, органы и прочее, — вытаращившись, прошептала она. — В общем, я туда ни за какие коврижки не пойду, но тем, кто любит нервишки пощекотать — самое место.
— А где он находится?
— На проспекте Говрилина. Большое такое здание с колоннами.
— С колоннами? Странно, не видел ни одного каменного здания.
— В центре каменных полно, а здесь их нет. И хорошо, я считаю. Камень — он холодный, а дерево — теплое. Тем более наши мастера так стараются, что глаз радуется. Будто не по улице идешь, а по музею.
— Это верно. Еще нигде не встречал так нарядно украшенных домов, — признался я и сел за стол.
Служанка принесла мне завтрак и продолжила уборку. Вскоре друг за другом начали спускаться остальные постояльцы. Я дождался, когда наступит восемь утра, вышел на улицу и, уточнив у прохожего, где находится проспект Говрилина, двинулся в указанном направлении.
День был хороший, солнечный. Прохожие доброжелательно улыбались. Даже собаки брехали не так зло, как в других местах. Будто все здесь радовалось моему прибытию. А может, все дело в том, что у меня было превосходное настроение. Во-первых, я выспался. Во-вторых, плотно и вкусно позавтракал. А в-третьих, заполучил такой удивительный камень. Рюкзак был у меня за спиной, поэтому даже через плотную ткань я чувствовал тепло, исходящее от него.
В центре города, как и говорила служанка, начали попадаться каменные дома. Среди разноцветных украшенных деревянных домов они выглядели блеклыми и безликими.
Прохожие направили меня прямо к Анатомическому музею. Я подошел к большому каменному зданию с колоннами, но, как только я начал подниматься на крыльцо, мне навстречу вышел строгий усатый мужичок в ливрее и фуражке.
— Учеба закончилась. В университете никого нет.
— Разве не здесь находится Анатомический театр? — удивился я и прищурился, силясь разглядеть надпись на вывеске у двери.
— А-а, музей, — он махнул рукой куда-то налево. — Вам надо за угол завернуть. Он в бывшем химическом корпусе.
— Ясно, спасибо.
Я обошел здание и увидел небольшую табличку, на которой красной краской было написано: «Анатомический театр Томского университета».
Дверь в так называемый театр была деревянная и какая-то хлипкая. Не так я себе представлял вход в такое интересное заведение. Пересчитав монеты в кармане, взялся за ручку двери и потянул ее на себя. В нос ударил затхлый запах старого помещения, пыли и эфиров спирта.
Переступив порог, очутился в узком темном коридоре, который заканчивался светлым прямоугольником следующей двери.
— Молодой человек, мы еще не открылись, — проскрипел старческий голос, едва я дошел до помещения, в котором виднелись бесчисленные полки и стеллажи.
Прямо передо мной оказался маленький сгорбленный человек в белом халате и в круглых очках на носу. Он едва доходил мне до плеч и производил впечатление очень хрупкого. Так выглядит хрустальная ваза на тонкой ножке. Кажется, стоит только ее задеть, как она упадет и разлетится на мелкие осколки.
— Я хочу лишь посмотреть. Проездом в вашем городе, поэтому очень спешу. Это не займет много времени, — заверил я.
— Если вы ожидаете увидеть здесь что-то интересное, то хочу вас предупредить: у нас довольно маленькая коллекция экспонатов. Вы не найдете у нас мутаций или страшных увечий.
— Хорошо, но я все же хочу посмотреть, — с нажимом повторил я.
— Ну, раз вы так настаиваете, — пожал он плечами и уже хотел уйти с моего пути, но вдруг остановился и уточнил. — Бывали случаи, когда мне приходилось вымывать с пола чужой обед, поэтому я должен у вас спросить: как вы переносите вид крови, свежего красного мяса и тому подобного?
— Нормально переношу. Вообще-то я знахарь и чего только не видел.
— Знахарь? Как интересно. А не хотите получить образование в нашем университете?
— У вас можно отучиться на доктора? — с надеждой спросил я, ведь тогда мне не надо будет продолжать этот долгий путь, а можно будет осесть в этом уютном городе и получить образование.
— К сожалению, на докторов мы не обучаем. Только сестринское дело, — развел он руками, но тут же поспешил добавить: — но это не значит, что у нас учатся только девушки. В группах почти четверть составляют молодые люди, которые после обучения отправляются работать в военные госпитали.
— Ясно, сестринское дело меня не интересует, — разочарованно выдохнул я.
— Ну, тогда не смею вам препятствовать. Как все просмотрите, прикройте дверь и приложите к ней палку, чтобы больше никто не заходил. А я пойду в главный корпус. У меня там дела, — он кивнул мне и бесшумно вышел из комнаты. Я остался один.
Я решил начать осмотр слева направо и двинулся вдоль первых полок, на которых белели черепа — не только взрослых людей, но и детей, а также различных животных. Далее располагались стеклянные четырехугольные банки, в которых в прозрачной жидкости находились органы, части тела, сосуды и прочее.
Я с интересом разглядывал каждый экспонат и читал табличку к нему. В самом конце небольшого помещения на кусках стекла лежали тонкие срезы тканей. А у двери стоял длинный металлический стол, рядом с которым на стене висел плакат с надписью: «Правила препарирования».
Окинув взглядом помещение, я вышел на улицу и задумчиво двинулся по дороге. Как же много мне предстоит узнать! Ведь кроме уха, глаза и пальца я не угадал ничего. Хорошо, что были таблички.
Я хочу стать первоклассным лекарем, который будет опираться не только на руны, но и на знания человеческого тела и болезней. Тогда мне не надо будет тратить много сил и энергии, подбирая нужную руну. Я точно буду знать, на что и как воздействовать, чтобы помочь человеку.
Воодушевленный, я двинулся по дороге в сторону пристани, которая виднелась вдали. Я передумал задерживаться в этом городе еще на день. Уж лучше пуститься в путь раньше, чтобы осталось время на подготовку к экзаменам. Я должен поступить в академию, чего бы мне это ни стоило.