Вивьен Силвертон
Мысленно прокрутила начало разговора:
«Я: — У меня его нет, потому что…
Стормвейл: — Силвертон… (рычание)»
Да он просто не даст мне договорить.
Я набрала в грудь побольше воздуха, посмотрела раздражённому громиле прямо в лицо и спросила с дрожью в голосе:
— И что? Если я тебе дам антидот, ты вот так сразу доверчиво выпьешь? Не боишься, что я тебе ещё какой-нибудь сюрприз устрою?
Желваки на скулах Кейрана дёрнулись.
— У меня есть надёжный человек, который проверит, что ты там намешала, — глухо сказал он. — Не заговаривай мне зубы, Мышь! Я на грани. — Он сделал шаг ко мне, протягивая руку ладонью вверх. — Антидот.
Я всмотрелась в его глаза. Синева радужек прямо сейчас затягивалась серой дымкой. Он тяжело дышал.
Мамочки! Да он и вправду еле держится.
Не каждому дано разбираться в реакциях человека на принятые зелья. Помимо многолетнего обучения, должна быть и врождённая способность. У меня она была.
И то, что я видела сейчас в глазах Кейрана, было нетипично для приворотного зелья. Там было ещё что-то, очень знакомое и даже, кажется, безвредное, но я никак не могла сосредоточиться, чтобы сообразить.
Кейран рвано выдохнул и сделал ещё шаг.
— Лорд Стормвейл, вам надо к целителю срочно, — торопливо проговорила я. — Это не приворот, точнее, не только приворот. В зелье ещё что-то подмешано.
Он меня не услышал.
Воздух вокруг меня сгустился. Ментальный пресс сдавил грудь. Ещё шаг. Кейран надвигался на меня медленно, неотвратимо и совершенно бесшумно, как хищник, скрадывающий добычу. А я, запрокинув лицо вверх, так же медленно пятилась, скованная его взглядом.
Пространство для отступления закончилось, и я задницей упёрлась в свой рабочий стол. Кейран навис надо мной.
— Лорд Стормвейл…
Лёгкие наполнил древесный аромат с очень знакомой горьковатой ноткой.
И я наконец узнала. Люцидус! В крови Кейрана сейчас блуждал Люцидус — катализатор, способный выкрутить действие любого зелья на максимум — как оздоровительного, так и приворотного.
Без него приворот — просто навязчивая мысль, но с Люцидосом он должен был превратиться в одержимость, в безусловный инстинкт.
Это было почти гениально. Я бы восхитилась таким оригинальным решением с научной точки зрения, разумеется, если бы сейчас угроза не нависла надо мной.
Ментальный пресс стал невыносимым. Это была уже не просто магия, а хищное животное давление.
Кейран наклонился к моему лицу, а я, прижимая к груди мандрагору левой рукой, правой пошарила на столе за своей спиной и выхватила пульверизатор.
Облако мелкодисперсного тумана ударило Кейрану в лицо в момент вдоха.
Он застыл. Несколько секунд, пока всё висело на волоске, показались мне вечностью. А затем серая дымка в его глазах начала таять. Взгляд Кейрана сфокусировался.
— Мышь, — прохрипел он, отступая на шаг, — что ты сделала?
— Нейтрализовала ту дрянь, которой тебя опоили, — срывающимся от волнения голосом сказала я, — но… временно.
Пользуясь его замешательством, я буквально обтекла свой стол, стараясь не делать резких движений. Хлипкая, но преграда. Насколько хватит одного пшика нейтрализатора, я не знала.
Даже в этой ситуации я помнила о самом важном. Мандрагору я запихнула в тёмную глубину одной из открытых полок и крепче сжала в руке флакон, готовясь применить нейтрализатор столько раз, сколько потребуется. В конце концов, я имею право защищаться.
— Послушай меня ещё раз, Кейран. — Мой голос обрёл твёрдость. — Не я варила это зелье. Я могу сделать антидот. Но нужен ингредиент, которого нет в академии. Если ты сможешь его добыть…
Мои слова, похоже, падали в пустоту.
— Тьма, я только что чуть не сорвался.
То, что блуждало у Кейрана в крови, требовало выхода, и он не выдержал:
— Твою ж мать!
Кейран резко развернулся и с сокрушительной силой нанёс удар кулаком в стену, прямо рядом со стеллажом. От удара боевого мага, даже лишённого части сил, содрогнулось само пространство. С одной из полок сорвалась колба с тёмно-фиолетовой жидкостью.
Плотно закупоренный сосуд из закалённого стекла выдержал бы столкновение с полом, но магия Кейрана сработала как усилитель. Колба треснула прямо в полёте.
Фиолетовая дымка потянулась к источнику магии.
Я охнула. Хуже варианта быть просто не могло.
Эссенция Хаоса — идеальное средство для дезориентации противника. Любая попытка применить магию искажалась в поле его действия.
Мы с профессором Мерфи испытывали этот препарат только один раз. И временно отложили эксперименты из-за непредсказуемости. Нужно было подготовить герметичный полигон.
— Стой! — крикнула я. — Просто замри.
Но кто б меня услышал?
Для боевого мага любая угроза — это сигнал к атаке. Ослеплённый фиолетовым туманом и собственной яростью, Стормвейл вскинул руку, пытаясь выставить щит.
Это было роковой ошибкой.
Хаос не нужно подкармливать. Почуяв высвободившуюся магию, фиолетовый туман радостно «вцепился» в неё. Раздался резкий, сухой треск, похожий на звук разрываемой ткани. Вместо ровной золотистой преграды с руки Кейрана сорвался каскад неуправляемых молний. Они ударили в потолок, выбивая каменную крошку.
Десятки ярких вспышек, похожих на фейерверк, затанцевали вокруг его массивной фигуры.
— Что за... — Голос Кейрана прозвучал глухо, словно из-под воды.
Он дёрнулся, пытаясь выйти из облака, но Хаос полностью дезориентировал его. Для мага, привыкшего полагаться на внутренний магический компас, это было сродни внезапной слепоте. Он шатался, его движения стали нескоординированными, а фиолетовые сполохи вокруг него начали пульсировать в такт учащённому сердцебиению.
Воздух в лаборатории задрожал. Стеллажи заскрипели. По стене, которой недавно достался удар кулака Кейрана, с сухим хрустом поползла трещина. Соседний стеллаж покачнулся. На пол посыпались флаконы.
Комната наполнилась звоном стекла и разноцветным дымом. Воздух завыл от перенапряжения.
Резонанс Хаоса и бесконтрольной мощи Стормвейла превращал мою секцию в бомбу.
Нужно было действовать немедленно.
Мной руководил инстинкт. Схватив большую бутыль с нейтрализатором — все свои запасы, — я за миг до взрыва швырнула её прямо в эпицентр фиолетовых молний, к ногам Кейрана.
Густое облако нежно-салатового цвета набросилось на фиолетовую дымку, как хищник на добычу. Раздался громкий шипящий звук, словно раскалённый металл опустили в ледяную воду. Меня отбросило в сторону, впечатав спиной в один из стеллажей, и ослепило яркой вспышкой. А затем на лабораторию, наконец-то, опустилась тишина.
Я меланхолично наблюдала за серыми хлопьями, кружившимися в воздухе и медленно оседавшими на пол.
Фиолетовое марево исчезло. Кейран стоял, тяжело дыша и привалившись плечом к треснувшей стене. Его руки бессильно висели вдоль туловища. В глазах больше не было пугающего магического блеска, а аура — тот самый тяжёлый, давящий пресс — просто испарилась.
Передо мной стоял человек… без магии.