Леа не хотела проводить свой день рождения в одиночестве дома, поэтому, как только Гернот ушел, она села в машину. И минут через десять была уже на другом конце Куфштайна – там, где ее двоюродная сестра Вики вот уже три года жила в небольшом съемном домике с садом.
Их отцы были братьями, и после смерти отца Леа Вики осталась единственной родственницей, с которой она еще поддерживала связь. Родители Вики тем временем уехали в Германию, сделали карьеру менеджеров в нефтяном концерне, а потом перебрались на Зюльт. С дочерью они разорвали отношения: Вики, как выражалась Камилла, была фанатичной эко-маньячкой, которая от всей души желала своим консервативным родителям чумы и мора. В политических взглядах Вики отличалась завидным радикализмом. Если она и ездила в Германию, то вовсе не затем, чтобы навестить родителей, а чтобы стоять в первых рядах на демонстрациях во время «Дней хаоса» в Ганновере.
Леа припарковала машину рядом со старым белым «фольксвагеном-жуком» Вики. Тот, как почти всегда, стоял перед домом, а не в пристроенном гараже – Вики было просто лень выходить из машины и вручную открывать гаражные ворота. Помимо автомобиля, о том, что хозяйка дома, свидетельствовал и свет в гостиной. К тому же из дома доносился хард-рок. Похоже, Вики как следует «глушила» себя – и, зная ее, не одной лишь громкой музыкой.
Леа несколько раз подряд нажала на звонок, и мгновение спустя Вики распахнула дверь. В руке у нее был бокал, она стояла босиком – в рваных джинсовых шортах, едва прикрывавших ягодицы, и выцветшей футболке с рок-группой Whitesnake. У нее тоже были рыжие волосы, хотя и не такие длинные, как у Леа; обычно – как и сейчас – она заплетала их в небрежную косу, торчавшую из-под бейсболки.
Вики сдвинула очки на кончик носа и подозрительно посмотрела на Леа поверх оправы.
– Мы знакомы? – спросила она хриплым голосом.
– Это что, должно быть смешно? – тут же подала голос Камилла.
Леа не ответила, а просто ждала, уперев руки в бедра.
Наконец Вики вытянула указательный палец и ткнула им в сторону Леа:
– Вы ведь та самая малоприятная дама, у которой сегодня день рождения, верно?
– Возможно, – пробормотала Леа.
Вдруг Вики расплылась в ухмылке.
– Ты получила мое эсэмэс?
– Да, получила. Спасибо.
– Еще раз… с днем рождения, сучка! – Вики обняла Леа и чмокнула ее в щеку – крепко и влажно. От нее пахло алкоголем. – Проходи. – Она вытянула шею и огляделась снаружи. – А своего айтишника ты что, с собой не привела?
– Ему пришлось на две недели уехать к матери.
– О, черт возьми… Ну и ладно. Значит, будем праздновать вдвоем и оторвемся по полной.
– Да ладно – мне еще за руль…
– Да не переживай! – Вики встала за спиной у Леа и, изображая шум поезда, втолкнула ее в гостиную.
Вики была взбалмошной, безудержной особой – полной противоположностью Леа, старшей на шесть лет и куда более спокойной по характеру. И все же с подростковых лет они были как сестры. Забавно, но Вики с ее анархическим взглядом на жизнь ничуть не смущало, что Леа работала на баснословно богатых снобов из высшего общества, которых Вики так презирала, – возможно, потому, что она знала, как тяжело Леа всю жизнь шла к этому успеху. Тот факт, что Вики время от времени тоже перепадало от денег, которые Леа зарабатывала в немыслимых количествах, вероятно, был еще одной причиной ее благосклонной сдержанности.
В гостиной они остановились у домашнего бара. Вики открыла его и поставила бокал.
– Что будем пить? Я бы… О черт! – Она скривилась, подалась вперед, словно от резкой боли, и прижала ладонь ко лбу.
– Что случилось? – крикнула Леа. – Опять мигрень?
– Да. – Вики попыталась улыбнуться. – Я сегодня уже выпила две таблетки, надеюсь, скоро отпустит.
Леа знала, что Вики давно страдает от сильных приступов. Вряд ли делу помогало то, что она постоянно жила на взводе – и привыкла глушить напряжение и головную боль смесью из сильных лекарств и алкоголя. Потом Вики по несколько дней не выходила из дома, забившись в свою нору.
Впрочем, даже вне таких периодов ее дом выглядел как жилище многолюдной хиппи-коммуны. Здесь можно было беззаботно зависать и напиваться водкой до беспамятства под звуки старой пластинки «Нирваны». Владелец дома, конечно, и понятия не имел, до какой степени Вики запустила это место. К счастью, ей удавалось вовремя платить за аренду – на которую она зарабатывала низкооплачиваемыми, почти ежемесячно меняющимися подработками. Поэтому поводов заглядывать сюда у домовладельца пока не возникало. Впрочем, сейчас у Вики был период затишья, и она уже несколько месяцев сидела без работы.
Вики прибавила громкость проигрывателя и, вооружившись двумя бутылками игристого, зашагала по лестнице наверх. Леа последовала за ней с бокалами и коробкой замороженной клубники. Они устроились в шезлонгах на балконе, закутались в пледы и смотрели на город, Инн и горы за рекой, а снизу через распахнутые двери до них доносилась музыка.
Куря и выпивая, они сначала немного перемыли кости Герноту, а потом Вики посоветовала Леа просто забыть о парне на следующие две недели и хорошо провести время. После этого они сменили тему и начали в целом обсуждать современное общество и то, как оно изменилось за последние тридцать лет. Леа заметила, что, несмотря на всю критику в его адрес, Вики иногда высказывалась почти как Гернот, который придерживался схожих радикальных взглядов на политику, школьную систему и быстротечное «общество одноразового потребления».
Первая бутылка игристого вина быстро опустела – несмотря на мигрень, Вики, казалось, хорошо переносила алкоголь. Она вылила остатки в свой бокал и разразилась очередной тирадой.
– Ну, если бы не было государства, и, например…
– Слушай… – перебила ее Леа, не желая больше говорить о политике, – а как у тебя сейчас с арендой? Твой таинственный друг за тебя платит?
– Почему ты затронула эту тему именно сейчас? – Вики затянулась сигаретным дымом, зажмурила глаза и поморщилась.
– Ну… потому что у тебя уже несколько месяцев нет работы.
На вопрос о своем друге Вики, как всегда, не ответила. А Леа это ужасно интересовало. До сих пор она знала только то, что у Вики уже пять лет роман с мужчиной, который ее содержал – и которого она тщательно скрывала. Леа еще ни разу его не видела.
К этому моменту Вики забралась под плед по самую шею.
– Расскажи мне о нем побольше.
Вики выдохнула клуб дыма.
– Что ты хочешь узнать? – хихикнула она и пожала плечами. – Он женат и у него есть взрослая дочь. И он значительно старше меня.
– А почему я его никогда не видела? Боишься, что я могу его увести? Он такой красавчик?
– Ну… он известная личность и регулярно появляется на публике.
– Генеральный директор нефтяного концерна? – поддразнила Леа. – Или глава международного банковского холдинга?
– Да, совершенно верно. – Вики засмеялась и закатила глаза. – Я просто не могу тебе сказать, кто это. Ему это точно не понравится.
Леа в последние годы часто думала о том, кто это может быть, но всегда безрезультатно.
– Я догадываюсь, кто это, – после долгого молчания снова раздался голос Камиллы. – Но ты мне все равно не поверишь.
Музыка стихла.
– Слава богу, – вырвалось у Леа, которая успешно заглушила голос Камиллы.
Вики лишь приподняла одну бровь. Так как у нее не было современного смартфона, только старый кнопочный телефон, а стриминговые сервисы она принципиально не использовала, Вики с трудом поднялась со стула, чтобы поставить новую пластинку внизу в гостиной.
– Мы можем послушать что-нибудь другое? – попросила Леа.
– Хайно или Ханси Хинтерзеера? – насмешливо спросила Вики.
– Не смейся! Что-нибудь другое, только не этот шум.
– Идем со мной, выбери сама, ведь у тебя сегодня день рождения. Но только максимум один или два альбома, ладно? Потом поедешь домой, да и моя мигрень не проходит.
– Бедняжка – одного альбома вполне хватит. – Леа поднялась и последовала за Вики к лестнице, уже явно ощущая действие алкоголя. – А этот таинственный парень реально от тебя тащится?
– Да, ему нравятся простые, прямолинейные, дерзкие и приземленные женщины вроде меня, а не накрашенные моднявки, как ты.
– Эй, это несправедливо, – возразила Леа. – Я вовсе не моднявка!
– Еще какая! В отличие от меня – точно, – засмеялась Вики, слегка пошатываясь, и прикрыла рукой рот, пытаясь подавить отрыжку. – Я бы никогда не смогла ходить на таких шпильках, как ты.
– Это не шпильки, а обычные туфли на каблуке, – поправила ее Леа. – Попробуй сама. – Она сняла свои туфли и бросила их Вики. – В них фигура лучше.
– Меня моя и так устраивает…
Вики оперлась одной рукой на перила лестницы и надела туфли, но выглядело это довольно нелепо. Глупо шаркая и подражая Леа, она подняла бокал с шампанским и чокнулась с ней.
– Вроде просто… Видишь?
– А если я сделаю вот так – все еще просто? – Леа слишком крепко ткнула Вики в плечо.
– За здоровье… ой! – Лодыжка Вики подвернулась, и она пошатнулась назад.
– Осторожно!
Мгновенно сработали рефлексы телохранителя, отточенные годами: Леа схватила Вики за руку, пытаясь ее удержать. Но Вики вырвалась и в панике так отчаянно замахала руками, что выплеснула содержимое полупустого бокала, а сама завалилась назад. Как жесткая доска, она упала спиной на лестницу и с разгона скатилась вниз по ступеням. Оставшись неподвижно лежать у подножия лестницы.
Леа почувствовала, как кровь отлила от ее лица. Бокал Вики разбился при падении. Она все еще крепко сжимала ножку, но серьезно поранила руки о стекло, и кровь капала между пальцев на деревянный пол. Голова Вики была неестественно повернута, взгляд устремлен в стену.
Не в силах пошевелиться, Леа стояла наверху лестницы и с ужасом смотрела вниз на свою кузину.
– Вики? – хрипло позвала она, медленно спускаясь по лестнице в чулках. Она ощущала осколки стекла под ногами и осторожно продвигалась дальше. – Вики?
Ответа не было.
– Прости… я не хотела… это был несчастный случай… – шептала Леа, отчаянно пытаясь убедить себя, что не виновата в случившемся.
– Тебе обязательно было валять дурака с ней под кайфом, – внезапно прозвучал голос Камиллы в ее голове. – Ты ведь знаешь, что больше не можешь позволить себе ошибок после того, как застрелила подростка-грабителя в супермаркете.
– Я думала, он сейчас достанет оружие…
– Но он этого не сделал!
– Тише! Может, с ней ничего серьезного не случилось. Мне просто нужно вызвать скорую…
– Серьезно? Видишь, как странно вывернута ее шея и как выступают позвонки под кожей?
Леа не хотела в это верить, но Камилла, как всегда, была права. Кроме того, Вики больше не дышала, а ее раскрытые глаза выглядели совершенно безжизненными. От шока, который вызвал прилив адреналина, Леа мгновенно протрезвела.
Она достигла последней ступени, наклонилась над Вики, осторожно пощупала раздробленный шейный отдел позвоночника, а затем двумя пальцами проверила сонную артерию.
Пульса не было.
– Если нас сейчас обвинят в убийстве по неосторожности, мы обе как минимум на год окажемся в тюрьме. Ты это понимаешь?