Куфштайн-на-Инне находился всего в трех километрах от баварской границы, но Леа Фукс была тиролькой до мозга костей и всей душой любила город, в котором родилась и жила.
В тот день она уже больше часа сидела на летней террасе кафе «Андреас Хофер»[8], наслаждаясь яблочным штруделем с ванильным соусом и несколькими чашками кофе, смотрела на сверкающий, кристально чистый Инн, отливающий то зеленью, то синевой, и подставляла лицо солнечным лучам. Хотя было уже почти пять, но до того, как солнце скроется за горными вершинами, еще далеко. И все же пора было понемногу собираться. Леа достала кошелек из кармана джинсов.
– Нам пора идти, а то мы тут еще корни пустим, – поторопила Камилла.
– Да, ты права, – пробормотала Леа и повернулась к официанту, чтобы подозвать его.
Сегодня Леа исполнилось сорок три, – как и каждый год в этот день она позволяла себе небольшую передышку, чтобы отдохнуть от напряженной работы. То, что сегодня было воскресенье, не имело значения: обычно она и по выходным отвечала на письма и телефонные звонки клиентов – то их сигнализация срабатывала без причины, а то и вовсе выходила из строя. В работе специалиста по безопасности не было ни минуты покоя – постоянно что-нибудь да случалось.
Леа расплатилась, взяла букет цветов, завернутый в целлофан и лежавший рядом на стуле, поднялась и вышла с летней террасы кафе.
– Нам следует делать это почаще, – сказала Леа. – Карамельный кофе здесь просто восхитительный.
– Возможно, но персонал тут так себе.
– Что тебя в них не устраивает? – спросила Леа.
– Внешний вид, – не задумываясь ответила Камилла.
– Серьезно? Эти парни должны так выглядеть… густая борода, фланелевая рубашка… в конце концов, это же «Андреас Хофер». Чего ты ожидала?
– Мне плевать, даже если бы гостей обслуживал сам борец за свободу. Кстати, официант сдал тебе меньше, чем полагалось.
– И что? Разве не все равно?
– Если можешь отказаться от пяти евро… А еще он довольно откровенно таращился на твою грудь и задницу.
– Ревнуешь? По крайней мере, он заметил.
– Кстати, он все еще на тебя смотрит.
– Да, наверное, мне не стоило надевать туфли на высоком каблуке.
– Ха, смешно. Он продолжает таращиться.
– Откуда ты знаешь?
– Повернись в сторону и посмотри на витрину с тортами.
Леа повернула голову и увидела себя в зеркале витрины: стройная, высокая, с широкими плечами и длинными огненно-рыжими волосами, развевающимися на ветру. Она поправила пряди, задвинула солнцезащитные очки в волосы и заметила в отражении витрины, что официант действительно не сводит с нее глаз.
– Я бы высказала этому придурку все, что думаю.
– Замолчи, Камилла!
Камилла замолчала, и Леа направилась в сторону горы Кальвариенберг. На полпути она свернула на Куфштайнское кладбище.
– Опять пришло время? – тихо спросила Камилла.
– Как и каждый год, – ответила Леа.
Она открыла ворота и пошла по узкой дорожке, ведущей вдоль стены колумбария. Через пару ответвлений она остановилась перед могилой с большим блестящим черным мраморным надгробием. За ней виднелась Куфштайнская крепость и горы, на вершинах которых еще лежали отдельные снежные пятна. Какое впечатляющее зрелище. Грудная клетка Леа сжалась, и она с трудом сдерживала наворачивавшиеся слезы.
– Жаль, что ты этого не видишь, – пробормотала она.
Быстро положив букет на каменную могильную плиту, Леа опустилась на колени и зажигалкой зажгла принесенную с собой свечу в надгробном фонаре. Затем поднялась и внимательно рассмотрела надпись на табличке. На мгновение в ее голове воцарилось полное спокойствие.
Она взглянула на первую строчку: дата рождения и смерти человека, который здесь покоился, совпадали. 19 мая. Как и год.
– Эти цветы для меня?
– Для кого же еще? – Леа кивнула. – С днем рождения, сестренка, – прошептала она, вытирая слезу.
Камилла прожила всего один час и семь минут, затем ее маленькое сердечко перестало биться.
После продолжительного оперативного брифинга в Висбадене, к которому были подключены БНД и криминальная полиция Аугсбурга, Сабина, Марк и Мийю тут же отправились в Аугсбург. Они поехали на личном БМВ Сабины, поскольку Аугсбург находился совсем рядом с Мюнхеном, и они с Марком предусмотрительно взяли с собой уже собранные чемоданы для отпуска. На самом деле эта гениальная идея принадлежала Мийю: зная Снейдера, все понимали, что расследование наверняка продлится до поздней ночи – и тогда они могли сразу поехать в Мюнхен, не возвращаясь в Висбаден. Но пока до этого было далеко.
Пока Марк на заднем сиденье одновременно работал на двух ноутбуках и почти всю дорогу говорил по телефону, Мийю сидела на пассажирском сиденье, внимательно слушала Марка и фиксировала взглядом далекую точку на горизонте. Единственными ее комментариями за почти четырехчасовую поездку были слова: «Осторожно, радар!», которые она произнесла пять раз. В остальное время она сосредоточенно впитывала все, что Марк говорил по телефону и сообщал им, завершив очередной звонок.
Приехав в Аугсбург в шестом часу вечера, они были в курсе всех последних событий и успели ознакомить Мийю с ходом расследования. Снейдер прилетел в Аугсбург на вертолете БКА еще три часа назад и за это время успел вместе с местной криминальной полицией организовать там оперативную группу спецназа.
Изначальным местом встречи было полицейское управление Швабен-Норд на Гёггингерштрассе, адрес которого Сабина ввела в навигатор, но, когда они почти добрались до цели, ей позвонил Снейдер. Он направил их в центр города, где они должны были встретиться у городской библиотеки.
«…Оттуда недалеко до пешеходной зоны», – прозвучали последние слова Снейдера через громкую связь, и телефонный разговор завершился. Сабина понятия не имела, почему это важно.
– Ну как? – спустя некоторое время с любопытством спросил Марк с заднего сиденья, пока Сабина вела машину по центру города. – Чувствуешь себя как дома?
– Потому что мы в Баварии? – произнесла она, сосредоточенно следя за дорогой.
– Потому что в детстве ты наверняка смотрела представления «Аугсбургского ящика игрушек»[9], – сразу прозвучал ответ сзади. – Ты ведь была большой фанаткой, да?
«Идиот», – подумала она с усмешкой, но тут вспомнила, что вместе со старшей сестрой Мони действительно однажды видела «Урмеля изо льда» в театре. Они выросли на ферме у бабушки, недалеко от Мюнхена. В гостиной фермерского дома стоял маленький ламповый телевизор с шаткой антенной, а школьные экскурсии в Аугсбург и Регенсбург тогда казались им настоящим кругосветным путешествием.
Однако вид аугсбургского старого города действительно вызвал у нее легкую ностальгию по дому. Будучи одним из старейших городов Германии, Аугсбург сохранил во внешнем облике черты бывшего Фуггерштадта, и это сильно напоминало ей другие баварские города. Прекрасно отреставрированные старые трактиры тут же навеяли Сабине воспоминания о типичных баварских блюдах в уютных местных заведениях, где она проводила много времени подростком. Марк же, напротив, погрузился в свои мысли и молча упаковывал оборудование. Остаток пути они ехали в тишине.
Так как других мест не было, Сабина припарковала машину прямо перед библиотекой в зоне, где стоянка запрещена. В отличие от бурной ночи в Бад-Кройцнахе здесь погода была заметно лучше. Облака только что расступились, и выглянуло солнце. Сабина достала из бардачка свои солнцезащитные очки и автоматически хотела сразу же положить на приборную панель табличку БКА, но вовремя передумала. Если Анна Бишофф находилась где-то поблизости, ей не обязательно было знать, что в город прибыли следователи БКА.
Только они вышли из машины, как Снейдер помахал им рукой с противоположной стороны улицы. Он стоял рядом с мужчиной и женщиной в штатском возле желтого почтового минивэна. Судя по всему, это были коллеги из аугсбургской полиции.
Сабина, Марк и Мийю перешли улицу.
– Мои люди из Висбадена – аугсбургская криминальная полиция, – представил их Снейдер. Коротко и по существу, но для него это уже было редким проявлением дружелюбия.
Все кивнули друг другу.
Снейдер прищурился и посмотрел на машину Сабины.
– У нас номера не БКА, – пояснила она.
– Табличка на приборной?..
– Нет.
– Отлично. – Он выглядел довольным. – Мы нашли Анну Бишофф и ведем за ней наблюдение.
Марк указал на желтый почтовый минивэн рядом с ними.
– Это машина полицейского спецназа? – спросил он.
Снейдер нахмурился.
– Нет, это обычный почтовый фургон.
Мийю кивнула в сторону улицы, где стоял такой же желтый минивэн службы доставки DHL.
– Вот их машина, – констатировала она.
Аугсбургские коллеги одновременно приподняли брови.
– Откуда вы знаете? – спросила женщина.
Мийю коротко посмотрела на нее без эмоций, затем снова перевела взгляд на фургон DHL.
– Учитывая, что к этому времени в кузове обычно остается совсем немного посылок, он прилично «просел» под тяжестью груза. Сколько человек сидит внутри? Пятеро? – сказала она так, будто это было абсолютно очевидно.
– Четверо… – прохрипела женщина.
– Хватит умничать, – вмешался Снейдер. – За Анной Бишофф наблюдают аугсбургские коллеги.
– Надеюсь, они не так заметны, как люди из спецназа, – пробормотала Мийю.
Веко Снейдера дернулось, но он не стал развивать тему.
– Она записалась под вымышленным именем на вечер быстрых знакомств в одном из ресторанов в пешеходной зоне.
– И мы туда пойдем, – предположила Сабина.
– Мы не просто пойдем, мы будем участвовать, – сказал Снейдер. – Шоу начинается через полтора часа.