Глава 1: Не всё решается силой


Примечание:

Это вторая книга цикла Сеймур

Первая здесь:





— Да отруби ты ему голову, наконец! Зачем ты издеваешься над телом? Боги, за что мне всё это? — Кривой привычно сплюнул и пошёл контролировать другую группу, занятую сбором трофеев.

После напряжённого ночного боя отряд собирал всё ценное с павших эронийцев. В этот раз почти все нападавшие были такими же невольниками, кроме Воина, с которым сражался Кит. Ошейники по-прежнему ценились выше жетонов, и сержант в глубине души был доволен, но старался этого не показать. Всё же победа без каких-либо потерь была обеспечена этим вспыльчивым молодым парнем, который за считаные секунды расправился с Воином.

Одно дело подозревать, что Сеймур не так-то прост, и совсем другое — видеть, с какой невероятной скоростью и силой он сражается. Кривой и сам достиг первого ранга воина почти восемнадцать лет назад. Тогда у него было совершенно другое имя, внешность и планы на будущее. Но жизнь — штука непредсказуемая и выбрала для него очень кривую дорогу. «Да, кривую — это точно!» — мысленно усмехнулся сержант.

Сбор добычи и транспортировка ценностей заняли немало времени, и третья рота провозилась почти до рассвета. Поспать удалось лишь час, но большинство было радо и этому. Обычно лейтенант не баловал своих подопечных подобным. Каждое утро проводилось построение личного состава, где Торксон с самым серьёзным видом проводил смотр своего боевого состава. К счастью, сегодня он отменил эту часть ежедневной рутины. Каждое утро после завтрака лейтенант в компании волшебницы отправлялся в форт на совещание. В этом он не стал изменять себе и убыл в форт, как только подошло время.

— Не нравится мне, что творится в последние дни, — с этими словами Кривой присоединился к Киту и Гарту, сидящим земле с деревянными плошками.

— Что тебе не нравится, Кривой? Вроде, удачно всё прошло ночью, обошлись без потерь, трофеи хорошие, — ответил Кит, неохотно отрываясь от еды — организм всё ещё требовал усиленного питания и накидывался на любую сытную пищу.

— Много чего не нравится. Например, что эронийцы две недели не нападали, хотя раньше раз в пять дней сюда тянуло, как на сладкое. Не нравится, что раненых из форта приволокли на боевое дежурство. Не нравится, что мы начали готовить хребет к обороне, а ведь никогда таким не занимались. А ещё то, что среди ночных эронийцев был Воин, притом не самый слабый. Да ещё есть кой-чего по мелочи.

— Думаешь, что-то готовится? А, почему к нам подошёл? Ты в местных устоях должен лучше разбираться, — Кит отставил пустую миску рядом с собой на траву.

— Ты же говорил, что из «Барсов», может, вас чему-то подобному учили, и ты знаешь к чему готовиться.

— Нет, сержант, я не знаю, зачем раненых отправляют на убой. Но точно знаю, что придумки дворян, часто не содержат в себе никакой логики. Возможно, они отправляют на убой потому, что могут, или потому, что захотелось. Меня же, наоборот, радует активность эронийцев. Чем больше их будет нападать, тем быстрее я смогу выплатить свой долг.

— Зря ты так. Чтобы выжить здесь, нос нужно держать по ветру, уж поверь. Сдаётся мне, что ждёт нас всех очень нехорошее.

Кривой ещё некоторое время посидел рядом молча. Однако его натура не позволяла ему долго пребывать в апатии или видеть, как кто-то другой прохлаждается, поэтому спустя минуту он отправился выискивать бездельников. Сеймура и Гарта он, видимо, не считал бездельниками и никаких замечаний не делал.

Вскоре вернулись Торксон и Хелси, после чего сразу же отправились по своим палаткам. Только лейтенант задержался на секунду и пригласил за собой сержанта. Выйдя из его палатки через пару минут, Кривой тут же начал отдавать распоряжения. Часть бойцов стали готовить волокуши и вытаскивать собранные ценности из арсенала, а четвёрка солдат отправилась складывать палатки: штабную, лейтенанта и волшебницы.

Кит тоже решил поучаствовать в работе, но больше ему хотелось расспросить сержанта о причинах этой суеты. Пара волокуш не смогла вместить в себя всё накопленное и некоторую часть пришлось убирать обратно в арсенал. Сборы проходили организованно, но всё равно чем-то напоминали поспешное бегство. Тут и там раздавались крики сержанта и недовольный ропот заключённых.

Через полчаса плодотворной работы подготовка закончилась. Торксон опять построил бойцов в две шеренги и пошёл вдоль строя. Он тыкал пальцем в необходимого ему бойца, и тот отправлялся к собранному грузу. Когда он провёл свой отбор, лейтенант остановился напротив оставшихся.

— Так, третья рота. С сегодняшнего дня мы меняем базовую точку. Те двадцать человек, что я забираю с собой, уже сегодня начнут обустраивать новый лагерь. Те же, кто останется в здесь, продолжат своё дежурство в прежнем режиме. Магические якоря для ошейников будут работать в том же режиме, так что у вас будет возможность прогуливаться до самого хребта. Пользуйтесь своей свободой, но сильно не привыкайте, — усмехнулся он. — Кривой, выбери нового сержанта для оставшихся, — лейтенант требовательно посмотрел на него.

— Кит Сеймур, — не стал тот долго тянуть с ответом.

— Эй, Кривой, ну ты нашёл кого выбрать. Он, конечно, боевитый, но совсем пацан, может, меня? — выкрикнул здоровяк с орлиным носом из строя.

— Вообще-то, Тео, этот пацан обучался в «Снежных Барсах» и знает в этом деле побольше всех вас, вместе взятых! — огрызнулся сержант.

— Хорошая шутка, Кривой, — усмехнулся Торксон. — Так, Кит, будут обижать… Ну ты сильно не обижайся, — лейтенант заржал в голос. — Всё, собираемся и двигаем в форт, Кривой — веди отряд.

Десяток бойцов загрузились палатками и прочими офицерскими вещами. Другие десять бойцов впряглись в волокуши, отряд неспешно потянулся в направлении форта. Торксон и Хелси пошли чуть в стороне. Ещё какое-то время были слышны выкрики Кривого, командующего процессией.

Оставшиеся заключённые не спешили расходиться, а выкрикнувший бугай с выдающимся носом, переломанным в нескольких местах, смотрел с вызовом на Кита. Лагерь будто по команде разделился на Сеймура вместе с Гартом и стоявших напротив них бойцов.

— Ну что, «Нежный Барс», командуй, а то мы тут без тебя совсем не разберёмся. Как быть, что делать дальше, ждём мудрого совета от ученика великой дворянской школы. Или к тебе нужно обращаться «Ваше сиятельство», а то может, обидел по незнанию?

Кит видел, как Кривой общался со своими подопечными, и хорошо понимал, что шансов кого-то убедить на словах у него нет совсем. Его возраст не позволял иметь какой-то авторитет, и даже те, кто поддерживал его перед ночным боем, сейчас воспринимали выбор на сержантскую должность молодого парня чем-то неуместным. Отсюда возникла эта враждебность.

Кит подошёл вплотную к рыжеволосому здоровяку, который раньше всех выразил своё недовольство.

— Я не очень силён в убеждении, поэтому отвечу на твои слова так, как умею и так, как ты сможешь понять.

Закончив фразу, Кит ударил ладонью в торс воина, отчего тот совершил незапланированный полёт и врезался спиной в стену барака, подняв облако пыли. Заключённые, прекрасно понимающие язык силы, резко замолчали. Кто-то очень быстро вспомнил ночной бой и количество эронийцев, которых парень перебил в одиночку. А те, кому посчастливилось не участвовать в тех событиях, судорожно оценивали расстояние, на которое отлетел задира. «Нежный Барс, надо будет запомнить, Сэму точно понравится» — вскользь подумал Сеймур. С некоторым удивлением он заметил, что не испытывал злости, когда ставил на место носатого. Может, потому, что не видел в нём противника, а может, просто стал увереннее в себе.

— Я не собираюсь вам ничего доказывать, — он обратился громким голосом сразу ко всем. — Но меня поставили на эту должность, и вам придётся с этим смириться. Солдат, который не подчиняется приказам — это не солдат, а мясо. Он не только добавляет неразберихи во время боя, он предаёт своих боевых товарищей, подводит их под смерть, — Кит слово в слово повторил то, что когда-то говорил перед их группой Корвин Мороу во время учёбы. — Может, я молод, возможно, вам не верится, что я действительно учился в «Снежных Барсах», но поверьте, это так и есть. И даже самый минимальный опыт в военном деле может спасти как ваши, так и мою жизнь. Мы с вами в одной лодке! — Сеймур сделал паузу и продолжил уже спокойно. — А может, вообще ничего из этого не пригодится, и Кривой в скором времени вернётся назад. На этот момент ничего в нашей жизни не изменится. Не думаю, что вам нужно руководство, чтобы приготовить похлёбку или выйти в дозор. Но если случится худшее и нападут эронийцы, то я жду от вас полного подчинения. Только так у нас будут шансы на выживание. Если кому-то есть что сказать, то говорите прямо сейчас, — именно в этот момент Кит понял, что пытался донести до них Мастер Мороу.

— Ты, парень, конечно, силён, но не все вопросы можно решить одной лишь силой, — Тео уже оклемался и оказался довольно смелым, чтобы высказать своё мнение. — Командуй, коль не шутишь, но прислушайся к тому, что тебе опытные люди говорят. Это я и про себя в том числе говорю, если ты не понял, — он взял паузу, чтобы откашляться. — Нас здесь кинули, и никто назад не вернётся. Посмотри вон на Томаса, ему бы ещё отлёживаться в расположении, да поправляться, а его как бесполезный кусок… камня выбросили на передовую. Да все мы здесь… — здоровяк махнул рукой и не стал продолжать.

— Не надо паниковать раньше времени, завтра утром и узнаем. А сейчас можно прошерстить арсенал и взять для себя лучшую экипировку. Это уже увеличит наши шансы на благополучный исход. И сегодня мы точно не будем работать. Ловушек на хребте вполне достаточно, чтобы остановить немалый отряд, притом без нашего участия. Сейчас мы все вместе поможем наряду по кухне натаскать воды и дров, чтобы каждый из нас мог отдохнуть и быть готов к любому развитию событий. Большего мы сделать не можем. А теперь разойтись! — Кит добавил в голос командные нотки и взвод, пусть неохотно, но разбрёлся по территории базы.

Бойцы вняли речи Сеймура, и многие отправились помогать наряду по кухне. Дров и воды натаскали впрок, арсенал уже потрошили гораздо веселее, с шутками подбирая себе более надёжное снаряжение и оружие. Только для дозорных ничего не изменилось — они, как и должны были выходить на дежурство, так и продолжили. День тянулся долго. Кит периодически ловил на себе, какие-то унылые взгляды новоявленных подчинённых. Иногда он слышал, как перешёптываются бойцы, не занятые никакими делами о том, что весь этот расклад не к добру. Кит поймал себя на мысли, что тоже стал заражаться упадническим настроем, и стал старательно отгонять невольно приходящие мысли.

После позднего ужина вся рота собралась в бараке. Сегодня было непривычно тихо, никто не ругался за лучшее место или отдавленные ноги, никто не травил байки. Вся третья рота будто ожидала чего-то непоправимого. Гнетущая обстановка, царившая большую часть дня, никак не хотела разряжаться.

— Жил-был, Дем, — неожиданно раздался голос старика и, судя по начавшим раздаваться возгласам, бойцы приободрились. — Дем, воевал почти всю свою жизнь и был очень опытным полководцем. Однако к нему начала подкрадываться старость, и он решил, что повоевал вдоволь и пора бы на покой. Завести себе домик в деревне, отару овец и жену послушную. Только на беду, разразилась в ту пору война, каких не было. Ополчились все соседние государства на державу Дема и пошли сообща, чтобы уничтожить подчистую. Дем был не просто опытным полководцем, он был мудрейшим полководцем своей страны и не проиграл ни единой битвы. Именно поэтому местный Король попросил его выиграть эту войну. Подумал, подумал Дем и согласился, ведь и сам всю жизнь защищал свою родину и не был готов оставить её на поругание врагу. Король назначил своего лучшего полководца генералиссимусом и дал самую большую армию, которую получилось собрать в тех условиях. Шансы были невелики, но опытный полководец не зря считался мудрейшим и сумел увидеть возможность для победы. Он отправился во главе своей армии, чтобы ударить по сборному войску врага на упреждение. Только внезапность могла спасти его государство от разрушения превосходящей армией противника. Дем направил свою армию в самую гущу огромного вражеского войска. Но это оказалось ловушкой. Генералиссимуса и его воинов окружили со всех сторон, и не было шанса проскочить хоть где-то.

Дед замолчал на долгую минуту. «Да не может быть, чтобы история на этом обрывалась! Опять старый всё забыл на самом интересном месте!» — с раздражением подумал Сеймур. По бараку начали слышаться неуверенные шепотки, а потом кто-то всё же не выдержал.

— Дед, ну что дальше-то было?

— А кто его знает… — донёсся усталый голос старика.

— Дед, ну сколько можно?! Все и так уже на пределе, и ты тут ещё!

— Я теперь точно не усну.

— Ну спасибо, старый!

По бараку тут и там звучали недобрые возгласы. Кит старался себя специально не накручивать, ему хотелось успокоить бойцов, но слов для этого он подобрать не мог. Все были напряжёнными, и, пожалуй, сегодня для каждого будет тяжёлая и бессонная ночь.

— Может, стоит усилить дозоры?

— Да толку-то! Думаешь, если там будет больше народу, то эронийцы испугаются и не нападут? — прозвучало с сарказмом.

— Может, тогда уйдём подальше от барака?

— Можно. Говорят, смерть от удушья не такая болезненная, чем когда тебе вспарывают мечом живот или насаживают на копьё и проворачивают.

— Чё сразу помирать, а может, нас в плен возьмут? Взять белую тряпку…

— Много ты сам эронийцев в плен брал? Никому мы нахрен не нужны, наши ошейники дороже наших жизней стоят.

— Ага, белую тряпку он ещё найдёт, — раздался невесёлый смех. — Тут у всех тряпки уже цвет поменяли!

— Я бы лучше пожрал, сытым умирать как-то веселее, что ли…

— Успокойтесь! Никто на нас не нападёт! — не выдержал Кит. — Совсем недавно они пытались штурмовать нашу высоту, даже отправили целого Воина. И ничего, умылись кровью и развернулись. Они ещё семь раз подумают, а стоит ли двигаться в нашем направлении! А придут, так перебьём и будем следующих ждать! — последнюю часть он почти выкрикнул.

— Да, — раздался из глубины барака одобряющий голос. — Мы им знатно вломили, притом не потеряли ни единого человека.

— Эронийцы поголовно трусы, — поддержал ещё один голос. — Пока не разведают, не убедятся, что всё безопасно, не нападут.

— Надо будет и ещё раз им вломим! Как пришли, так и уйдут!

— Это я ещё до них не добрался. Мне и десяток их вояк не страшен!

Народ начал воодушевляться и подбадривать друг друга. Заключённые, неспособные уйти в ошейниках далеко от своей базы искали хоть что-то обнадёживающее в этой ситуации. Каждый новый возглас был всё смелее и увереннее. Постепенно напряжение, скопившееся за день, стало утихать, а голоса стали тише.

— Нападение! Эронийцы идут! — раздался громкий крик снаружи.

В этом выкрике был насквозь пропитан первобытным животным страхом. Кит слышал всего дважды, как дозорные докладывали о нападении, и в те разы в их голосах не было столько паники и обречённости. Барак опустел за мгновения, вылетели абсолютно все, почувствовав недоброе.

— Не ори! — гаркнул Сеймур на объявившегося посыльного. — Докладывай нормально! Сколько идёт? Направление. Есть ли стрелки? Видел ли Воинов?

— Т-т-тысячи, — боец с ошалевшими глазами, запнулся, как будто только сейчас сам начал осознавать то, что говорит. — Их там немерено! Я не знаю ни про стрелков, ни про Воинов, но нас сметут и не заметят, даже если они вооружены лишь камнями и палками!





***





В просторном кабинете с окнами, выходящими на центральные улицы Барсау, находился светловолосый пожилой человек. Он был одет в роскошный синий камзол, украшенный золотым кружевом, а в руках держал ставшее весьма модным в последнее время автоперо. Мужчина сосредоточенно перебирал бумаги, делая пометки и раскладывая по разным стопкам. Со стороны могло показаться, что кабинет не изобилует роскошью, но некоторые с виду неброские вещи стоили, как целый особняк в центре города. Например, картина с гнедой лошадью, пасущейся на зеленеющих холмах, была датирована пятым тысячелетием и сохранена в неизменном виде благодаря неизвестной магии. Сам Король не погнушался бы иметь такую в коллекции и не раз предлагал герцогу Грандсбергскому её выкупить за любые деньги, на что непременно получал отказ. Дитрих Гнессель усмехнулся, вспомнив последнюю попытку Короля, а его серые глаза некоторое время лучились довольством. Он получил титул герцога уже более сорока лет назад и успел застать правление отца нынешнего Монарха, поэтому мог позволить себе относиться к последнему без особого пиетета.





В дверь тихонько постучались. Стук вышел таким приглушённым, будто человек надеялся, что герцога не будет на месте или он хотя бы не услышит своего визитёра. Но Гнессель, несмотря на свои семьдесят три года, имел довольно острый слух.

— Войди, — отвлёкся Дитрих от своей работы.

В кабинет осторожно прокрался, будто вор, невзрачный человек в зелёном камзоле. Взгляд его был опущен в пол, и мужчина создавал впечатление провинившегося слуги. Шаркающей походкой он приблизился к рабочему столу владельца кабинета.

— Добрый день, Ваша светлость! Вы просили докладывать о любых необычайных происшествиях с Его Величеством Сиринеусом Вторым.

— Да, я помню, неужто, наконец, что-то приключилось с нашим любимым Королём, и он скоропостижно скончался от своих неумелых интриг?

— Нет, Ваша светлость.

— Очень жаль. Хотя это было бы слишком просто. Так, что там произошло?

— Это не совсем происшествие… — чуть замялся подчинённый, — Вышел один необычный указ.

— Продолжай, — подбодрил Гнессель.

— Один из работников королевской канцелярии доложил мне, что сегодня вышел указ об амнистии.

— Очень интересно. Я не припомню амнистий со времён… честно говоря, я вообще не припомню указов об амнистии в Вергусе, но что-то наверняка было. Думаешь близится окончание войны с Эронией, и Сиринеус решил вернуть заключённых в города? Такой глупости я даже от него не ожидал.

— Нет, указ об амнистии касается лишь одного человека, некоего Кита Сеймура.

— Очень интересно! Зная мои привычки, ты уже должен был раздобыть информацию об этом Сеймуре, верно?

— Вы, как всегда, проницательны, Ваша светлость.

— Лесть тебе не идёт, Никлос!

— Учту, Ваша светлость. Кит Сеймур — это простолюдин, сын кузнеца и торговки из города Реддинг. В его жизни только пару интересных моментов. Первый — это его обучение в школе «Снежных Барсов». Неизвестно, как и за какие заслуги он туда попал. Особо выдающихся результатов там не показывал и во многом уступал другим ученикам школы. Выделился на последней аттестации, унизив наследника Клигонов и в целом неплохо выступил, но ранга не заслужил. Вторым интересным моментом стало заявление от лер-герцога Мисгейла. От него зарегистрировано обращение в Дом Правосудия города Реддинга о нападении и попытке убийства дворянина Китом Сеймуром. Также была упомянута запретная магия артефактов Древних, но эту часть отклонили. А дальше происходит самое интересное: Кита Сеймура не казнили, а направили в двенадцатый батальон со штрафом в десять тысяч золотых, и теперь он проходит там свою службу, отдавая долг государству.

— Действительно, интересно, — на некоторое время задумался герцог. — Простолюдин попадает в «Барсы», имеет гонор, чтобы унизить целого графского наследника, чуть позже его не казнят за покушение на дворянина, а потом вообще амнистируют. А не бастард ли это нашего Монарха? Замашки у парня и впрямь королевские.

— Те, кто видел Сеймура вживую, говорят, что он ни капли не походит на Сиринеуса или его близкую родню, но отметать эту версию я бы не стал, — уже более уверенно стал говорить Никлос, видя заинтересованность герцога.

— Опять же, интересно. Но пока это самая правдоподобная версия. Теперь передо мной встаёт вопрос, что делать с этой информацией. Можно убрать парня и посмотреть, как будет вести себя Сиринеус. Если будет в ярости брызгать слюной и совершать ошибки, то это уже очень хорошее дело. Но, если всё же не бастард? Или не его бастард? Нужно хорошенько это обмыслить. А что думаешь ты, Никлос?

— Его Величество, явно заинтересован в этом человеке, и его убийство, как минимум нарушит планы. Возможно, это не бастард Короля, а кого-то другого из высшей аристократии. Тогда этим убийством можно нажить себе врага, конечно, если вскроется, кто был заказчиком. Есть ещё одна возможность — привязать, этого Сеймура к себе и попытаться выяснить планы Короля через него. По мне, вариант с убийством самый предпочтительный, так мы в любом случае разрушаем планы Монарха. В другом случае нет никакой конкретики, и польза весьма сомнительна.

— Пока не будем рубить сплеча, собирай информацию, в течение недели я приму решение.

— Будет исполнено, Ваша светлость.





Глава 2: Огонь в ночи


— Ну что, сержант? Давай командуй, каким строем пойдём помирать? Учат в «Барсах» такому? — сразу же выказал своё недовольство Тео.

— Надо бежать докуда пустят ошейники и искать укромное место, — раздалось предложение из толпы.

— Пускай сержант идёт переговорщиком с белым флагом, — недовольно высказался следующий.

— Ага, чтобы его сразу заметили и пристрелили ещё на подходе! — с сарказмом заметил третий.

— Нужно попробовать договориться, — неуверенно прозвучало из задних рядов.

— А этот ещё убеждал, что никто на нас не нападёт, мол, вломим любому и кровью умоются. Иди теперь, сержант — вламывай!

— Точно! Прогневил Симаргла и Фортуну в придачу! А теперь в сторонке сидит, помалкивает!

Панические возгласы стали разноситься со всех сторон. Заключённые всё чаще обвиняли Кита во всех грехах, несмотря на то что ответственность за эту ситуацию лежала только на лейтенанте и командовании форта. Страх полностью лишал людей рациональности и логики. Звучали предложения одно бредовее другого.

— Можно смешаться с эронийцами, и в темноте никто не поймёт. У них точно такие же ошейники.

— Совсем дурак, да?! Думаешь, что они настолько тупые? Так иди и попробуй, а мы посмотрим, как ты с ними смешаешься, а скорее они тебя с землёй смешают.

— У нас есть где укрыться, — сказал негромко Кит, но за многоголосьем толпы его не услышали. — У нас есть где спрятаться! — почти выкрикнул он, и большинство глаз обратилось к нему.

— Где здесь спрячешься? На деревьях? — растерянно произнёс кто-то, будто и в самом деле рассматривал такой вариант.

— Можно и на деревьях, только они здесь все чуть выше твоего роста, а до нормального леса нам не дойти из-за ошейников, — ответил Сеймур. Мы можем укрыться в арсенале. Дёрн сверху уже неплохо прижился и его не так хорошо заметно в ночи.

— Да я даже с двадцати метров вижу, что с дёрном в том месте что-то не так. Эронийцы прекрасно разглядят и сам арсенал, и вход в него. Кстати, вход вообще ничем прикрыт, и мимо него они точно не пройдут, — сразу же ответил носатый.

— Присыпем землёй или чего-то поверху набросаем, — раздался голос из толпы.

— Потянем жребий, и кто-то один останется сверху и замаскирует вход. Одному спрятаться всяко проще, — прозвучал дрожащий голос.

— Знаем мы, как ты карты в рукавах прячешь, да другие твои фокусы. Я с тобой жребий тянуть не буду точно! — ответил Тео.

— А давайте перенесём барак? — послышался неуверенный голос молодого парня, и весь гомон сразу замолк.

— Куда перенесём и зачем? — включился в разговор Кит.

— Ну так, на арсенал, чтобы входа не было видно.

— И ты думаешь, что эронийцы туда заходить не будут или не заметят внутри щит, прикрывающий вход? — раскритиковал идею Тео.

— А мы подожжём его! Они же не дураки лезть в огонь. А даже и полезут, то в дыму мало что увидят. Нужно будет только вход в арсенал чем-то негорючим накрыть или водой хорошо пролить щит, чтобы не сгорел, — продолжил парень.

— Не успеем, — сказал дозорный, который до этого предпочитал отмалчиваться. — Они идут не очень быстро, но столько времени нам никто не даст. И если перенести барак, то на месте, где он стоял до этого, останется след без травы и с хорошо утоптанной землёй.

Повисла тягостная тишина, которую никто не рисковал нарушить. Осознание безвыходности ситуации ломало волю людей и лишало сил действовать. Подул лёгкий ветерок, заставивший людей поёжиться то ли от холода, то ли от грозящей всем опасности. В этот момент Сеймур понял, что они выскочили в одних рубахах, даже не надев брони. Мысль о броне настроила парня на верный лад.

— Значит, нам нужно выиграть это время! — уверенно сказал он. — Половина отряда займётся переноской барака, а другая встретит эронийцев у хребта. Зря, что ли, столько времени готовили ловушки?! Даже двадцать человек могут обороняться там от сотни. Но нам и не нужно обороняться, а просто потянуть время.

— Если у эронийцев будут стрелки, то всех нас положат за секунды. А в многотысячном войске, я думаю, будут обязательно, — сказал Тео.

— Вот и узнаем! Или ты предлагаешь сидеть и ждать смерти, так ничего и не предприняв?! Чем дольше мы тут болтаем, тем ближе подходят эронийцы и тем быстрее испаряется наш последний шанс. Я спрашиваю единственный и последний раз: вы готовы действовать по этому плану? — на повышенных тонах обратился Кит к толпе.

Все снова замолкли. Даже парень, предложивший идею с переносом барака, отмалчивался. На лицах людей читались сомнения и неуверенность.

— Да, решайтесь уже! Время играет на стороне Эронии. Других вариантов, я и близко не вижу! — выкрикнул Сеймур.

— А чёрт с ним, всё одно помирать, так хоть не стыдно будет на Великом Суде! Хоть что-то пытались сделать! — яростно, будто ругаясь, высказался рыжий Тео.

Этот возглас будто прорвал плотину и послышались неохотные «да» и «согласен». Воодушевления у заключённых не появилось, но наконец, было принято решение, а дальше оставалось уповать на Фортуну.

— Тогда работаем! — Кит взял на себя ответственность и стал раздавать приказы. — Сейчас все быстро надевают броню, берут своё оружие и тащат к арсеналу. Если нас всё-таки обнаружат, то думаю, каждый из вас хотел бы встретить врага в полной готовности. Дальше. Ты, ты, ты… — парень шёл и указывал пальцем на тех людей, которых он считал самыми боеспособными. — После того, как снарядитесь, мы отправляемся к хребту отвлекать врага и тянуть время. Все, кто остаётся здесь, занимаются переносом барака на новое место. Полейте брёвна маслом для ламп из запасов Торксона, которые он не забрал. Старое место нужно замаскировать, можно закидать остатками сгоревшего арсенала.

Работа закипела моментально, бойцы разбежались, как муравьи перед грозой. Когда появился хоть какой-то шанс на спасение, каждый стал выкладываться по полной. Через тридцать секунд отряд был снаряжён и готов отправляться к хребту. Внезапно у Кита промелькнула мысль о Гарте, которого нигде не было видно, но сознание никак не хотело цепляться за неё. Почему-то казалось, что это не так важно сейчас, а внимание не хотело концентрироваться на этом. Кит отмахнулся от пустых мыслей и скомандовал движение.

До назначенной точки добирались лёгким бегом в полной тишине. Никому не хотелось привлечь внимание, если противник окажется ближе, чем они рассчитывали. Ночь выдалась достаточно тёмной, луна и звёзды едва освещали возвышенности. Спустя минуту отряд встретил дозорных, что направлялись к расположению роты. После короткого расспроса они подтвердили информацию о многотысячной армии. Дозорные всё ещё находились в состоянии шока и крайне сильно напуганы. Они бы вряд ли выполнили приказ развернуться и идти воевать с ужасающей по численности армией. Кит, чтобы не рушить свой невеликий авторитет отказом подчиняться, приказал дежурившим бойцам отправляться к лагерю и помогать в переноске барака. «Возможно, я сейчас ошибаюсь и мне как раз не хватит этой пятёрки бойцов», — с сомнением подумал Сеймур, но выбор уже был сделан.

Дальше отряд двинулся гораздо быстрее, так как по информации от встреченных бойцов вражеские солдаты ещё не дошли до хребта. К месту добрались без происшествий и задержек. Кит внимательно осмотрел то, что они успели подготовить. По центру возвышалась огромная глыба в полтора человеческих роста, которая была закреплена на самой вершине гребня. От падения её удерживало несколько хорошо вбитых клиньев и распорки из камней. Сколько сил им стоило её дотащить, а потом удерживать, пока тройка бойцов фиксировала этот осколок скалы, парень старался не вспоминать. В нескольких местах был свалены кучи булыжников поменьше, таких, чтобы было возможно швырнуть на достаточное расстояние, а их веса хватило бы нанести ранение солдату в лёгкой броне. По двум сторонам от громадной глыбы расставлен на манер частокола десяток камней размером с крупную собаку. Это позволяло укрываться за импровизированными зубьями, имея неплохой обзор, или вести прицельную стрельбу из лука.

«А всё не так уж и плохо!» — подумал Сеймур, пока не увидел приближающуюся к ним армию. В ночи казалось, что сквозь лес движется полчище матово-чёрных насекомых, огибая особо крупные препятствия. Кит ещё ни разу в жизни не видел такого количества людей в одном месте, и ему это казалось противоестественным и нереальным. Задержать их надолго точно не выйдет. Такая большая армия обогнёт их небольшой отряд с двух сторон и не заметит. Подъём на хребет в этом месте один из самых удобных, но это не единственная точка, где можно пройти. План требовалось срочно менять.

Парень спустился к остальным и подозвал всех ближе. Отряд насчитывал двадцать человек, включая самого Сеймура. Сейчас, глядя на жалкую горстку людей, ему становилось не по себе от того, что он решил им предложить.

— Их слишком много! — начал он. — В наших условиях мы сможем убить сотню, но войско этого даже не заметит. Мы не сможем здесь обороняться дольше пары-тройки минут. Единственный способ задержать продвижение войска — это напугать их командование, заставить сомневаться и ожидать подвоха.

— Надо бежать обратно и помогать переносить барак, — опять стал перечить рыжий Тео, которого Кит всё же взял в боевую часть группы.

— Мы не успеем его перенести и мало чем поможем тем, кто остался. А проблема со временем всё ещё остаётся, наша казарма должна полыхать, чтобы в неё никто и не думал соваться. На это потребуется времени даже больше, чем на сам перенос, — ответил Сеймур.

— И как ты заставишь испугаться такую армию? — гневно спросил Тео.

— Мы должны совершить очень мощную атаку в один момент, чтобы это было чувствительно даже для такого войска. А потом потребуется немного актёрского мастерства, чтобы любой дурак понял, что тут точно засада. С этим я справлюсь сам. Остальные смогут уйти, обещаю.

— Что от нас требуется?

— Ждём, пока в ущелье под хребтом соберётся, как можно больше людей, а фланги эронийской армии, ещё не начнут забираться наверх. Нам придётся скинуть эту огромную глыбу, почти одновременно с зубьями нашего гребня. А потом, как можно скорее израсходовать все запасы камней, которые мы приготовили.

— Зубьями?

— Укрытия на вершине хребта.

— А дальше?

— Дальше весь отряд отправляется в лагерь и помогает в переносе. Я остаюсь здесь и делаю вид, что усиленно заманиваю врага в ловушку.

— Ясно. Звучит несложно.

— Значит, решено! Десяток слева от меня к зубьям, остальные за мной к глыбе! — Кит не боялся говорить громко потому, что снизу уже начали доноситься звуки подступающей армии и в таком шуме опасаться быть услышанным явно не стоило.

Парень выглянул за край и увидел, что первые ряды противника подошли вплотную к подъёму на хребет. Один из неудачливых бойцов уже успел наткнуться на одну из самых первых ловушек и держался за кровоточащую ногу. Третья рота замаскировала немало вкопанных повсюду наконечников копий, сломанных лезвий клинков и прочих сюрпризов. Чуть в стороне стояла переговаривающаяся троица из эронийского командования. Они о чём-то совещались и, судя по размашистым жестам одного, не могли сойтись во мнениях. Кит выжидал, осматриваясь по сторонам, чтобы не упустить тот самый нужный момент.

Через пару минут к подножью выдвинулась группа бойцов в ошейниках. Они были безоружны, скорее всего, им поставили задачу проверить склон на ловушки и обезвредить их. Фланги армии замедлили своё движение, вероятно, до них тоже дошла информация о возможной опасности этого подъёма. Если ловушки есть на одном участке, то, возможно, они присутствуют и на других. Момент был идеальный.

— Толкай! — выкрикнул Кит и первым же упёрся в здоровенную глыбу.

На удивление та поддалась очень легко и, набирая скорость, понеслась вниз на врага. С зубьями вышло хуже. Ни у кого не получилось их столкнуть в одиночку, и Сеймур тут же направил оставшихся людей на помощь. Задержка сыграла на руку этой внезапной атаке. Эронийские заключённые в панике вломились в ряды своих же войск, чем весьма затруднили организованное отступление и очень многие не смогли уйти от несущихся на них огромных булыжников. Но самую большую кровавую жатву устроила всё-таки глыба. Она очень резво набрала скорость и пронеслась ещё пятьдесят метров вглубь строя, не замечая попадавшихся на её пути людей. Однако это была лишь капля в море.

— К камням! — отдал ещё один приказ Сеймур, а сам остался наблюдать, едва выглядывая из-за края.

Некоторое время никто из эронийцев не решался вернуться на прежние позиции. Раненые заключённые орали от боли и уменьшали боевой настрой остальных на порядок. Но тут за дело взялся активно жестикулирующий командир. Он что-то крикнул, и строй эронийцев неохотно пошёл вперёд. Кит, подрагивая от напряжения, снова выжидал лучшего момента. Когда первые враги уже начали забираться по склону, он обернулся к своим.

— Кидайте всё, что есть, без остановки. Как только снаряды закончатся, отступайте в лагерь.

Девятнадцать человек начали бросать тяжёлые камни практически не целясь. При такой кучности противников промахнуться было невозможно. Сеймур достал лук и выглядывая, отстреливал только тех, кто сумел подняться хоть на пару метров по склону. Но таких было немного. За какие-то три минуты воины третьей роты избавились от запаса снарядов, собираемого не одну неделю. К счастью, этого хватило, чтобы остановить наступление той группы, которой отдали приказ на штурм.

— Отступайте, — скомандовал Кит шёпотом и махнул рукой в сторону лагеря, чтобы не услышавшие приказа могли понять.

Сейчас предстояло самое сложное, нужно удерживать внимание врага и при этом заставить их задуматься о ловушке. Сердце бешено колотилось, разгоняя кровь по телу, внутри всё сжималось в недобром предчувствии. Нужно встать во весь рост и собрать на себе взгляды тысячной армии. Сеймур несколько раз глубоко вздохнул и поднялся, прикрываясь щитом.

— Эй, эронийцы, вам понравилось? Поднимайтесь скорее, я здесь совсем один. Или боитесь меня? — голос парня не дрогнул, как он того боялся, но уверенности в нём не хватало.

— Да-да, поднимайтесь, — раздался левее издевательский голос Тео. — Он совсем один. Я даже вмешиваться не буду, ссыкуны! — носатый тут же спрятался и не зря, через секунду раздался свист воздуха, рассекаемого стрелами.

— Да там бабы одни, с кем ты разговариваешь? — вылез чуть правее предыдущего места Тео, при этом изменив голос до неузнаваемости.

Снизу послышались яростные крики. «А у рыжего, оказывается, неплохие актёрские таланты. Как бы эронийцы не полезли раньше времени, наплевав на приказы», — забеспокоился Кит. Но переживал он напрасно, внизу начали раздаваться резкие голоса эронийских командиров.

— Стоять! Это провокация! Кто полезет в атаку без приказа может сразу попрощаться с головой! — подобные фразы раздавались ото всех командиров рот на их участке.

Кит с удовольствием отметил, что и фланги войска тоже замедлились и не спешили подходить ко всей гряде, а не только к их небольшому участку. Снизу долетали злобные выкрики, осаждавшие пыл особо ретивых бойцов. Чуть левее от них слышались гневные фразы разгорающегося спора. Это значит, что задумка удалась и сейчас необходимо тянуть время.

Следующие десять минут они попеременно с Тео выглядывали из-за хребта, прикрываясь щитами, и делали вид, что провоцируют войско на атаку. Благодаря здоровяку это получалось очень реалистично, и в какие-то моменты, Сеймур и сам начинал верить, что они заманивают врага в ловушку.

Но вот со стороны лагеря заалел небольшой огонёк — это значило, что барак уже подожгли, и осталось выждать буквально пару минут перед отправкой.

— Тео, беги в лагерь, я через пару минут за тобой.

— Вместе уйдём!

— Я двигаюсь быстрее, а они какое-то время будут осторожными и не побегут за мной, даже если заметят. Иди!

— Хорошо, не геройствуй, — Тео ответил уже на бегу и спустя секунды пропал из вида.

Кит вылезал ещё пару раз, но уже через минуту эронийская армия пошла в наступление. Парень сделал два быстрых выстрела в самых резвых противников, скинул щит и лук прямо на месте, чтобы лишнее снаряжение не мешало развивать скорость. Меч на всякий случай он оставил с собой, взяв в руки, и побежал, что было сил на свет разгорающегося в ночи барака. Расчёт полностью оправдался — никто из эронийцев даже не успел забраться наверх, до того, как Сеймур отбежал уже достаточно далеко.

Спустя несколько минут парень уже приближался к бараку, основательно занявшемуся пламенем. Проход внутрь был объят огненными языками, а несколько брёвен уже упали с крыши и частично его перегородили. Жар был нестерпимым даже на расстоянии пары метров. «Нужно было бежать вместе рыжим», — кольнула неприятная мысль. Расчищать завалы уже не хватало времени, но в верхней части прохода было достаточно свободного места, чтобы запрыгнуть в этот импровизированный горн на манер ныряльщика. Собрав всю свою волю и смелость, Кит разогнался и прыгнул в огненный омут.





***





— Ваше Величество, приёма просит представитель Единой Церкви всех Богов, — личный советник после стука заглянул в малый королевский зал совещаний.

— Просит, говоришь? А почему тогда об этом докладываешь ты, Сатис, а не церемониймейстер? Именно просит или ты пытаешься смягчить слова этого святоши? — по голосу Сиринеуса Второго было очевидно, что он недоволен.

— Я… Он сказал, что требует Вашей аудиенции.

Для Сатиса Брингса было непривычно сталкиваться с такой ситуацией, ведь ранее он почти не имел дел с Единой Церковью. Церемониймейстер тоже не знал, как поступить, и обратился к личному советнику Его Величества, переложив свою проблему на плечи более опытного придворного. Все знали о переменчивом и вспыльчивом нраве Короля, и если была возможность не приносить неприятную весть или переложить это бремя на кого-то другого, то именно так и поступало большинство. Но не личный советник. Доносить плохие и неприятные новости было его обязанностью, притом, желательно, сразу же с рекомендацией, как в этом случае поступить и что можно предпринять.

— Это будет не самая приятная встреча. Что ж, раньше ты вроде не видел эту сторону жизни Монархов. Но, кому ещё доверишь такое, как не личному советнику. Пусть приглашает, а ты оставайся.

Сатис махнул рукой, и в зал прошёл церемониймейстер.

— Его Высокопреосвященство Патриарх Вергуса Игнатиус Густав Либерий.

Не дождавшись конца объявления, в малый зал влетел пожилой, но очень энергичный мужчина. На нём была красная ряса, расшитая золотом, с бесчисленными вкрапленьями драгоценных камней, а голову венчала богато украшенная шапка, напоминавшая своей формой наконечник копья.





— Сиринеус, — начал он, едва войдя, — ты не выполняешь свою часть уговора! Почему мне приходится прерывать свою работу и тратить время на эти нелепые встречи. По-моему, тебе в прошлый раз нормально объяснили, что нужно делать.

— Игнатиус, не смей говорить со мной в таком тоне, — мгновенно рассвирепел Король. — Я сам буду решать, когда и каким образом выполнять волю Богов в своём государстве!

— Мальчишка! — карие глаза Игнатуса сверкнули негодованием, и он ударил невзрачным деревянным посохом об пол.

Всё здание дворца начало вибрировать. Неприятная дрожь пробрала каждого человека, находившегося внутри. На стенах начали ходить ходуном картины, а свет, исходящий от масляных ламп, стал дёрганным и приглушённым.

— Слишком надолго я оставил мирские дела без внимания, и кто-то сразу же стал забываться! — гневно проговорил Патриарх. — Вся твоя власть существует лишь потому, что одобрена свыше. Лишь Единая Церковь является проводником божественной воли на земле. Запомни это хорошенько или за твои грехи поплатится вся ваша династия!

Вибрация уже перешла в серьёзную тряску. Картины уже не только тряслись, но и начали падать, а массивный стол и стулья из красного дерева хаотично ездить по полу.

— Игнатиус, прекрати рушить мой дворец! Это была простая перепалка старых друзей, я не оспариваю волю Единой Церкви! — несмотря на такую демонстрацию силы, в голосе Короля не было слышно паники или неуверенности.

— Друзей говоришь? — переспросил Густав Либерий, и в тот же миг тряска прекратилась. — Хорошо, скажи мне, друг мой, почему эронийцы гибнут тысячами, а солдаты Вергуса сотнями? Почему сражения с Эронией тянутся уже третий год? Ты должен был закончить эту войну ещё шесть месяцев назад!

— У нас хорошие солдаты и прекрасно обученный офицерский состав, поэтому потери в этой войне совсем небольшие.

— Не лукавь! Это всё потому, что твои солдаты сидят по фортам в обороне. В этой войне должна погибнуть шестая часть населения Вергуса. Богам нужны лишь сильные последователи. Делай что хочешь, организуй масштабное наступление, голод в стране или какой-нибудь кровавый бунт, но в течение полугода нормы должны быть выполнены.

— Я уже работаю над этим. Просто хочу сохранить самых сильных и здоровых подданных.

— Самые сильные и здоровые выживут и без твоего вмешательства! Если ты не управишься за этот срок, то для Вергуса наступят времена куда худшие, чем ты можешь представить, и погибнет гораздо больше.

— Я понимаю.

— Надеюсь! — Игнатиус требовательно посмотрел прямо в глаза Монарху, чтобы тот понимал всю серьёзность сказанного. — Что там за история с артефактом Древних произошла в Великой Чаше?

— Мои лучшие эксперты уже провели расследование и пришли к выводу, что это результат воздействия самой Чаши, а она признана Единой Церковью безопасным наследием Древних.

— Я знаю, что признано Единой Церковью получше тебя, и решение всё ещё не окончательное. В Реддинг отправится отряд инквизиции для внеочередной проверки наследия. Предоставь им всё необходимое и обеспечь содействие от местных.

— Хорошо.

— Всё, я надеюсь ты меня услышал, и мне не придётся возвращаться сюда для смены не оправдавшей себя династии, — Патриарх развернулся, не дожидаясь ответа, и покинул малый зал.

Король некоторое время сидел молча, смотря на закрывшуюся дверь. Спустя минуту он тяжело вздохнул и перевёл взгляд на своего советника.

— Теперь ты видел, Сатис. Нашего Патриарха довольно просто вывести из себя. К сожалению, он совсем не растерял своей мощи за те десять лет, что мы не виделись. Я хочу, чтобы ты очень хорошо подумал обо всём произошедшем здесь. Хочу, чтобы ты вспомнил своё прошлое удачливого, изворотливого мошенника и нашёл приемлемый выход. Мне не по нраву уничтожать население своей страны, но другого выбора у меня нет. Думаю, ты и сам теперь заинтересован. Кстати, как служится твоей дочери Хелси?

— Пошла наперекор моей воле и стала добровольцем в штрафном батальоне. То ли назло мне, то ли пустота в её голове тянет к опасным приключениям, — с едва заметным раздражением ответил советник.

— Да, прекрасно тебя понимаю. Кстати, штрафные батальоны — это первейшие цели на уничтожение. Понимаешь, почему ты должен приложить все силы к поискам решения нашей проблемы?

— Я осознаю всю важность возложенной на меня задачи, Ваше Величество.





Глава 3: Барс


Лицо и предплечья Сеймура горели от ожогов. Почти ничего не различая, он сумел на ощупь отыскать на полу приоткрытый на самую малость вход в арсенал, после чего кто-то ухватил его за руки и затащил глубже. Щит с натужным скрипом сдвинулся, и в арсенале полностью исчез свет, а вместе с ним нещадный жар, обжигающий кожу. Его, полуслепого из-за резкого перехода во тьму, протащили в самый дальний угол, который показался Киту ледяным после нестерпимого пекла в разгоревшемся бараке.

— Ну точно «Барс»! — со слышимой гордостью раздался голос Тео, будто он хвалился своим воспитанником. — Только малость подкопчённый, судя по запаху.

В помещении раздался смех на несколько голосов, напряжение отпускало выживших.

— А ну, тихо вы! Ничего ещё не кончилось! — шикнул на расслабившихся бойцов чей-то сварливый голос. — Этот край вообще не прикрыт сверху, если кто не понял — длины барака не хватило.

— Ладно тебе, Ворон, наверху сейчас пожарище и вряд ли кто будет так близко подходить. И крышу у арсенала мы делали на совесть! Там толстенные брёвна, поверх которых камни с песком и только потом уже земля с дёрном. Хоть заорись, всё равно никто не услышит, — ответил ему голос помоложе.

— Я вам, горе-строителям, ни капли не доверяю. Лучше тихо беду переждать, чем потом безголовым остаться.

Разговоры прекратились сами собой. Первая эйфория схлынула, а грядущая неизвестность никуда не исчезла. Сверху периодически раздавался глухой стук, который заставлял вздрагивать каждого. Скорее всего, это падали брёвна с потолка и стен горящего строения, но испуганным людям представлялись полчища эронийцев, которые переворачивали каждый камень в поисках испарившейся третьей роты.

Сеймур понемногу оклемался и, чтобы отвлечься от боли ожогов, занялся тренировкой. Он задерживал дыхание и поддерживал пустоту в своей груди, каждый раз пытаясь усилить её ощущение. Когда лёгкие начинали дрожать от нехватки воздуха, он терпел ещё несколько секунд, а затем восстанавливал дыхание. Вскоре прочие мысли исчезли, оставив только ощущение пустоты и нестерпимое желание вдохнуть поглубже. Кит начал находить нечто общее между пустотой, желанием дышать и обыкновенным голодом. Новое понимание помогало ему на самую малость увеличивать воронку в груди и как, казалось, ему самому, скорость её вращения. Парень не понимал, сколько времени пролетело, пока он практиковался. В один момент он просто отключился от усталости и уснул в сидячем положении.

Симулятор, как обычно, проявился во сне неожиданно и резко. Сегодня Кит решил не тренироваться с оружием или проводить какие-либо эксперименты. В эту ночь он максимально сосредотачивался на образах матери и Кристофера. Борясь с сомнениями, он решился представить ещё и отца. Шрам на душе от его смерти так и не загладило временем, но всё-таки Сеймуру очень сильно хотелось увидеть его вновь. Это было странное чувство. На душе было грустно, но одновременно светло и приятно. Сегодня у него впервые получилось материализовать сразу три образа и поддерживать их без особого труда. Пусть совсем не настоящая и только в мире снов, но его семья была снова в сборе.

Кит проснулся в кромешной темноте и ощутил на щеках слёзы. В арсенале раздавалось лёгкое посапывание, но в основном царила тишина. Сеймур повёл головой из стороны в сторону, и его взгляд стал выхватывать смутные силуэты людей, сгрудившихся в противоположном от него углу. «Спасибо тренировкам с Гартом, так хоть что-то различаю в этой темени. Кстати, почему я не подумал о нём раньше? Хотя вряд ли за него стоит переживать, скорее всего, просто снял ошейник и ушёл подальше от опасности. И это немного обидно…» — мысли в голове Кита проносились, как стрелы. Раньше такого он за собой не замечал.

— Эй, есть кто не спящий? — шёпотом спросил парень.

— Твою ж! — выкрикнул кто-то звонким голосом.

— Ты живой, что ли? — послышался удивлённый голос Тео. — Мы уж думали ты помер! Сначала ещё было слышно, как ты дышишь, а через полчаса будто околел. Ни слуху ни духу от тебя.

— Ну, как видишь, живой, — с усмешкой ответил Кит.

— А вот, ничего я не вижу! — сварливо заметил рыжий. — После того, как ты околел, такой жутью из угла повеяло и холодом могильным аж пробрало. Ты если живой человек, то заклинаю всеми Богами, ответь! Помнишь, как месяц назад я тебя от стрелы прикрыл? — в его голосе был слышен тщательно скрываемый испуг.

— Месяц назад я был в Реддинге и даже не представлял, что с таким суеверным олухом познакомлюсь! — ответил Сеймур.

— Слава Богам! Я уж думал, вселилась нечисть какая, столько здесь непогребённых оставалось, что место уж точно проклятое.

— Ну-ну, — ответил Кит, но тему продолжать не стал. — Что-то слышно с поверхности? Времени много прошло?

— Поначалу постоянно что-то слышалось. Там и барак рушился, и, видать, мимо проходило немало народу, гул стоял сильный. Потом трясло почти постоянно, а сейчас уже часов пять, наверно, тишь.

— Наверх подниматься не пробовали?

— Да ты смеёшься, что ли? Какой наверх? Там такая тьма эронийцев была, что наш форт в осаде месяц держать будет. Сейчас только под их мечи лезть.

— Хошь не хошь, а выползать придётся, — донёсся сиплый голос мужчины, которого в прошлый раз назвали Вороном. — Дышать уже труднее стало. Это вам молодым пока нипочём, а я уже чувствую, что воздух тяжелее стал. Но это не страшно, тут и проветрить, как-то тихонечко можно. А вот воды и еды у нас совсем нет. Так что всё одно — идти наружу надо.

— Прав, Ворон! Гадить под себя в этой могиле тоже не больно-то охота, — донёсся ещё один голос в поддержку.

— Час-другой перетерпишь! — огрызнулся

— Барс скажет и ещё сутки просидим, если для дела надо.

— А Барс, это кто? — удивлённо спросил Кит, уже начиная что-то подозревать.

— Так ясно кто! Ты у нас Барс получается. Сержант и старший: не на словах, а на деле!

— Ясно, — протянул Кит и где-то внутри почувствовал теплоту и гордость. — Ладно, подождём ещё пару часов примерно. А там аккуратно разведаем, что снаружи.

Сеймур встал и немного прошёлся по арсеналу, размял затёкшие мышцы нехитрыми упражнениями. Бойцы просыпались, и по арсеналу пошли тихие разговоры. Дед успел рассказать очередную незаконченную историю, про великого воина, который ушёл познавать мир в потаённую пещеру, а спустя тридцать лет вернулся в родное государство. Рассказ, как обычно, оставил большое количество вопросов. Иногда парню казалось, что старик делает это специально, чтобы окружающие лучше задумались о ситуации, в которой оказались, ведь все истории, чем-то напоминали то, что с ними происходило в тот или иной момент. Но всё же до конца уверен не был. Наконец, Сеймур решил, что времени прошло достаточно, а сверху всё это время не донеслось ни одного подозрительного звука.

— Ну, посидели и хватит… — проговорил он для себя негромко. — Я собираюсь подниматься на поверхность, и мне необходимо пару добровольцев!

— Я пойду. Сил уже нет сидеть в этом погребе, — тут же ответил Тео.

— И меня возьмите!

— Ага, и я пойду.

— А ты куда собрался Ворон? Там бойцы нужны, а не старые клячи.

— Пойдёт Тео и следующий вызывавшийся, большим составом выходить опасно, — подытожил Кит.

Сборы не заняли много времени — отряд оставался в броне всё это время и даже спал в ней. Захватив мечи, они сгрудились втроём перед щитом, прикрывающим вход в арсенал. Сеймур попробовал приподнять массив сколоченных досок одной рукой, но у него ничего не вышло. Пришлось отложить клинок и подключить к задаче остальных. Втроём они постепенно смогли немного приподнять одну сторону и в арсенал тут же полетели пепел и пыль. Крышку вернули на место, так как дышать стало довольно трудно, а нос свербел от мелких частиц, витающих в воздухе.

— Пепла там меньше не станет, — сказал, наконец переставший чихать, Тео. — Нужно задержать дыхание и сдвигать сразу много, чтобы можно было протиснуться.

Спустя пару попыток им всё же удалось сместить щит на необходимое расстояние и Кит, захватив меч, полез первым. Яркое солнце мгновенно ослепило его, а пепел закружил вокруг. Глаза болели от нестерпимых лучей света и летящей в них золы. Сеймур не успел толком проморгаться, как услышал скрип перед собой.

— Не двигайся! — раздался напряжённый голос.

Перед Китом стояла пятёрка лучников, при этом каждый из них целился прямо в него. «Все усилия впустую» — внутри него что-то оборвалось с этой мыслью. Вместо страха была какая-то детская обида на то, что всё вот так глупо закончилось. Сеймур начал смутно различать силуэты, но они то и дело расплывались под его взглядом.

— Кто такой? Как здесь оказался? — спросил тот же строгий голос.

Молчать в этой ситуации смысла не было. Но даже поражение принимать можно по-разному. Парень решил сделать это достойно, не унижаясь враньём.

— Я Кит Сеймур, солдат третьей роты двенадцатого батальона западной армии Вергуса.

— Солдат, — раздался чей-то возглас сквозь смех. — Да на нём ошейник штрафника. Слыхали, с какой гордостью говорит: «солдат армии Вергуса», — передразнивая продолжил подначивать неизвестный.

— Лесли, заткнись! — жёстко пресёк неуместное веселье первый голос. — Чем ты докажешь, что состоишь в западной армии? Сколько вас там ещё прячется?

— Лейтенант, это свои! — раздался очень знакомый для Кита голос.

Глаза ещё не могли различать детали, но огромный светловолосый силуэт уже приближался, и Сеймур точно узнал бы его, даже если бы видел в три раза хуже, чем сейчас.

— Сэм?! Ты живой?!

А через мгновение его уже сжимали мощной хваткой, так что в глазах снова начало темнеть.

— Накри, отпусти! Ты меня сейчас задушишь, а потом будешь винить себя всю жизнь!

— Нет, винить я себя точно не буду. Тебя проще задушить, чем потом переживать, как бы ты не влез в какую-нибудь историю.

Парни не привыкли искренне выражать эмоции и сейчас за глупыми шутками прятали радость от встречи. Но по улыбкам, что невольно расцвели на их лицах, любому было понятно, насколько старые друзья были счастливы.

— Ну всё, Накри, хватит устраивать нежности, — с командными нотками сказал лейтенант. — Как там тебя? Сеймур? Иди и скажи своим, чтобы выползали, а потом расскажешь нам занимательную историю, как вы там оказались.

Тридцать два бойца третьей роты наконец-то увидели свет. Казалось, что они провели не так много времени под землёй, но ожидание своей участи в полной темноте и постоянном страхе растягивало каждый час в разы. На лицах людей сами по себе возникали улыбки, а дышать становилось легче.

— И ты говоришь, что двадцать человек удерживали пятитысячную армию, пока другие двенадцать переносили барак с места на место? Звучит, как сказка! Ни в жизнь бы не поверил, если бы не видел, как вы оттуда выбираетесь. Кстати, остальным вашим повезло меньше. Большая часть солдат форта погибла на местах боевого дежурства, — рыжеволосый Лесли слушал эту историю уже по второму кругу, но всё равно с интересом задавал вопросы.

— Мы не удерживали армию. Мы заставили её командование сомневаться, они ведь не знали, сколько у нас людей на самом деле, есть ли ещё ловушки, ну и Фортуна в этот день точно стояла у нас за спиной, — Тео отвечал с удовольствием и, казалось, был готов говорить об одном и том же весь вечер.

— Это точно, лучше не скажешь!

Кит и Сэм сидели неподалёку и наблюдали за повторяющимся диалогом между двумя рыжими, которые, кажется, нашли друг в друге идеальных собеседников. После первых ярких эмоций между друзьями повисла неловкая пауза. Сеймур не решался спрашивать о том, как выжил Сэм и что там вообще произошло дальше. Он винил себя во всех этих событиях, и ему было непросто начать говорить. Накри же не спешил говорить по другой причине. Когда они подходили к форту, то видели, что все защитники, которые находились вне его стен, были мертвы. Он немало времени провёл в переживаниях, а сейчас просто находился в прострации после того, как это бесконечное напряжение развеялось.

— Прости меня, Сэм! Из-за меня ты чуть не погиб! — в итоге решился Кит начать разговор.

— За что?! За то, что меня проткнул Мисгейл, как неумелого ребёнка? За то, что я считал дворян благородными и думал, Найджилу не позволит честь напасть на безоружного? За мою собственную наивность? Нет, Кит, ты уж точно в этом не виноват!

— Если бы не мой конфликт с Мисгейлом, то ничего бы этого не было, — серьёзно возразил Кит.

— Знаешь, я о многом подумал за то время, пока отлёживался после ранения. Если бы эти события повторились вновь, то я поступил бы точно так же. Только в этот раз меч был бы не в ножнах, а в моей руке. Я думаю, что ты сделал бы для меня то же самое. То, что я чуть не умер, исключительно моя вина. Это если не считать самого Мисгейла, — усмехнулся Сэм. — И ты во многом был прав в своём мнении о дворянстве, а я наивно верил отцу и слушал сказки о благородстве и чести. Конечно, он делал это из лучших побуждений, но вышло совсем наоборот. А ещё мне показалось, что я видел бьющий из тебя свет, который не дал лер-герцогу пробить моё сердце насквозь.

— На грани жизни и смерти, чего только не привидится, — Кит указал взглядом на окружающих их людей, намекая, что это не лучшее место для такого разговора. — Думаю, мы сможем обсудить это потом, когда ситуация вокруг будет более дружелюбной.

— Хорошо, — Накри понял намёк друга и не стал продолжать эту тему. — Ну что, тебе совсем неинтересно, почему я здесь оказался и откуда здесь ещё целая армейская бригада?

— Конечно, интересно! — сразу же ответил Сеймур.

— Думаю, мы сможем обсудить это потом, в более дружелюбной обстановке, — Сэм вернул Киту его слова. — Ладно, шучу! Нашу бригаду собрали из двух полков, один состоит полностью из наёмников, а второй почти целиком из заключённых. Лейтенант рассказал уже перед самой атакой, что штаб западной армии придумал неплохую ловушку для эронийцев. Их разведка даже не подозревала, что у Вергуса есть ещё три тысячи нигде не учтённых бойцов. Поэтому, кстати, такой состав: наёмники и заключённые. Двенадцатый батальон знал, что к ним движется крупное войско и поэтому они заранее подготовили форт к обороне. Стоило эронийцам начать осаду, как мы двумя полками прижали их к стенам форта и полностью разгромили превосходящего противника. Правда, полк, состоявший из невольников, почти полностью прекратил своё существование. То, что от них осталось, должны направить на усиление вашего батальона.

— Заключённых пустили на мясо, чтобы прикрыть задницу более боеспособному полку, как я понял, — осуждающе посмотрел на друга Сеймур.

— В целом, если не придираться к словам, то да. Но на то они и заключённые. Не думаю, что стоит равнять жизни наёмных воинов, жизням преступников. Вергус от этого только выиграл.

— Знаешь, преступники тоже бывают разные, — Кит ткнул пальцем себе в ошейник.

— Я понимаю, что ты сейчас смотришь на всё немного иначе из-за своего статуса. Но не думаю, что среди того полка был хотя бы один несправедливо осуждённый на тысячу.

— Ладно, я не хочу сейчас спорить, тем более здесь от нас ничего не зависит. Так ты ушёл в наёмники и куда вы отправитесь дальше?

— Куда отправятся остальные не знаю, а вот я точно останусь здесь, — улыбнулся Сэм. — Я не стал наёмником, меня прикомандировали к этому полку, чтобы в его составе я добрался до форта «Вайс» и присоединился к двенадцатому батальону.

— Ух ты, не знал, что этот форт, вообще имеет название, — наигранно поразился Кит.

— Тебя только это удивило? — с негодованием спросил Накри.

— Ну не одному же тебе издеваться, — рассмеялся Сеймур. — Значит, ты теперь будешь где-то поблизости? Стоп! Я тут внезапно кое-что понял. Это получается, что мой командир роты знал заранее о нападении и оставил нас здесь умирать?

— Не обязательно… — Накри на некоторое время задумался, — но, скорее всего — да.





***

— Мы осмотрели все помещения внутри Великой Чаши и обнаружили остаточные следы использованной здесь энергии. По всем признакам здание действительно воздействовало на небольшой участок пространства внутри коридора. Но, помимо этого, здесь имеется аномалия. Странные остатки энергии нехарактерные как для артефактов Древних, так и для живых людей. Кто здесь присутствовал во время инцидента и где они сейчас находятся? — мужчина в белой рясе с красным символом двух скрещённых мечей разговаривал жёстко и требовательно, будто на допросе.

Райло Фокс всей душой ненавидел инквизиторов. Конкретно этот лысый и тощий служитель Церкви, начал раздражать его уже с порога, когда ворвался в кабинет главы без стука. Почему-то каждый из этой святой братии был невероятно высокомерным и считал, что имеет право требовать от него каких-то ответов. Даже Король общался с Фоксом куда уважительнее, чем эта мелкая сошка в ранге пресвитера инквизиции.





— Списки всех присутствующих уже давно были переданы в Дом Правосудия, можете сделать соответствующий запрос туда. Где находятся эти люди, вы также можете выяснить сами, я не обязан перед вами отчитывать и уж тем более следить за бывшими учениками, — Райло не выражал эмоций, но холод его тона мог бы пробрать любого.

— Решение о безопасности Великой Чаши может быть очень быстро изменено после отчёта о моём расследовании. В ваших интересах предоставить мне информацию максимально быстро, — стал напирать инквизитор.

— Мне это совершенно безразлично. Наша школа является лучшей в стране, и такой она стала не из-за какого-то разваливающегося здания Древних.

— Тогда я буду вынужден подать на вас жалобу о препятствии инквизиции в расследования дел, связанных с наследием Древних, — пресвитер решил перейти к более конкретным угрозам.

— И в чём же я вам препятствую? — глава «Барсов» приподнял бровь. — С таким заявлением можете смело отправляться… в Дом Правосудия, а я, уж простите, не могу разглашать информацию о преступлениях, совершённых с участием дворян, либо лиц, находящихся на королевской службе. Всё это прописано в последнем указе Короля Вергуса Сиринеуса Второго.

— Что же, как хотите. Только знайте, что Единая Церковь хорошо запомнит вашу позицию. Власть земная не может стоять выше божественной, — в глазах инквизитора начал разгораться фанатичный блеск.

— А знаете, кое-что я всё же могу вам посоветовать, — Райло сделал длинную паузу, провоцируя собеседника всё больше. — Отправляйтесь на западный фронт на границу с Эронией.

— Что вы себе позволяете?! Обвиняете Святую Инквизицию в том, что она не участвует в вашей мелкой территориальной войне? Церковь выше государств и их интересов! — лицо пресвитера пошло пятнами от гнева.

— Я этого не говорил, — улыбнулся Фокс. — Я имею в виду, что большинство выпустившихся учеников, как патриоты своей страны, отправляются на защиту Вергуса. Возможно, там на передовой, вы могли бы узнать больше, чем я могу вам рассказать.

— Да простят вас Боги в вашей дерзости, — у инквизитора, как у сумасшедшего, неестественно быстро изменился тон голоса, став более смиренным. — Если вы лишитесь Великой Чаши, то можете винить в этом только себя. Всего доброго!

— Всего доброго! — продолжил улыбаться глава школы до тех пор, пока дверь кабинета не закрылась за непрошенным гостем.

«Ненавижу этих фанатиков… и немного опасаюсь» — Райло Фокс мог в этом признаться себе, но никогда бы не показал этого окружающим.





Глава 4: Штрафники тоже могут удивить


— Мы отправляемся в форт, а вам придётся остаться. Мой ротный маг не будет тратить силы на привязку ваших ошейников. Да и у вашего командования наверняка другие планы, — обратился к выжившим лейтенант.

Бойцы третьей роты печально вздохнули. Несмотря на нормальное отношение солдат из засадной бригады, никто не собирался делиться с ними провиантом, и паёк приходилось урезать всё больше. Оставалось лишь ждать возвращения лейтенанта Торксона и надеяться, что их всех не списали в расход.

— Господин лейтенант, разрешите обратиться? — прозвучал издалека бас Накри. — Может, одного человека всё же удастся захватить с собой в форт?

— Ах да… Этот твой указ. Я полагаю, ты говоришь о Сеймуре?

— Всё верно.

— Хорошо. Олаф, привяжи ошейник вон того бойца, он отправится с нами до форта.

— Есть, — ответил серьёзный мужчина, больше напоминавший внешним видом бойца ближнего боя, чем мага.

Кит коротко попрощался со своими и пообещал, что сделает всё возможное, чтобы привести лейтенанта или Кривого с провиантом для оголодавшего отряда. Сборы не заняли много времени, и рота наёмников отправилась к форту.

По дороге к ним присоединялись заключённые, участвовавшие в атаке, которым повезло выжить в этом сражении. Кит вертел головой во время пути, осматривая поле разразившегося вчера боя. Среди сотен трупов невозможно было определить принадлежность к той или иной стороне. Смерть сделала равными всех.

Сеймур давно привык к виду смерти и уже не раз сталкивался с ней. В школе «Снежных Барсов» будущих воинов готовили к такому с самых малых лет. С десятилетнего возраста каждый обучающийся присутствовал на казнях, которые проводились на той самой арене Великой Чаши. А проводилось их достаточно много, потому что преступников, заслуживающих смерти, свозили туда со всей округи. С юного возраста каждый воспитанник видел сотни смертей, а повзрослев, и сам становился исполнителем казни.

Однако то, что он видел сейчас, было совершенно иным. Если бы они не нашли способа спрятаться, то он и вся его рота разделили бы судьбу павших. Никто не спешил убирать тела или хотя бы прикрыть им глаза. Мертвецы лежали с пустыми взглядами, в неестественных позах, и это пробирало до дрожи. Даже многотысячная эронийская армия не вызывала таких эмоций, как эти скопления одеревеневших тел, валявшихся на протяжении всего пути.

«А ведь всё это придётся убирать», — проскочила неуместная мысль в его голове.

Ворота форта долгое время не хотели открывать, и тогда лейтенант, чьего имени Кит пока так и не узнал, начал орать на бойцов караула. Это дало результат, и их наконец-то впустили. Пройдя во внутренний двор, Сэм, чуть ли не силком, потащил Сеймура следом за своим временным командиром.

Лейтенанту было необходимо встретиться с командующим фортом, чтобы передать какие-то распоряжения из штаба армии, а заодно решить судьбу пополнения из штрафного полка. Сэм, вероятно, отправился доложить о своём переводе в двенадцатый батальон и получить назначение. Киту же не было никакой необходимости во встрече с капитаном Стейлзом, и он не понимал, зачем Накри так упорно его тащит за собой.

К радости Сэма, поиски не затянулись надолго. Темноволосый капитан с серебристыми проблесками седины находился здесь же во внутреннем дворе. Окружённый своими подчинёнными, он что-то активно обсуждал с ними.

— Разрешите обратиться? — лейтенант сразу определил, кто главный, и без промедления подошёл к совещающейся группе. — Я лейтенант Винсент Штерн, прибыл по поручению командующего восьмой бригадой. У меня для вас пакет документов из штаба западной армии. Также разрешите представить сержанта Сэма Накри, он командирован в двенадцатый батальон и поступает в ваше распоряжение. Бумаги о переводе находятся в этом же пакете, — лейтенант передал крупный бумажный пакет, скреплённый большой красной печатью.

— Спасибо, значит, Лео посчитал, что лично передать мне документы выше его достоинства? — спросил Гордон Стейлз.

— Никак нет, думаю, полковник Рэйнер просто решил сэкономить время, ведь мне в любом случае было необходимо представить и передать вам сержанта Накри.

— Не стоит его оправдывать, мы не ладим с Рэйнером ещё с тех пор, когда я не был разжалован до капитана.

— Так, ну ничего себе! А этот штрафник, что тут делает? Как не помер только? — Торксон, как обычно, без какой-либо обходительности влез в разговор своего непосредственного командира.

Сеймур всё это время без отрыва смотрел в глаза наглого лейтенанта. После того, что пришлось пережить ему и его бойцам, после увиденных гор трупов, среди которых мог быть и он сам, его сжигала ярость. Глядя на беззаботно улыбающегося и размахивающего руками лейтенанта третьей роты, Кит просто закипал изнутри.

Человек, оставивший большую часть своих подчинённых на верную смерть, сейчас спокойно общался и шутил с сослуживцами, нисколько не переживая за их судьбу. В сознании Кита всплыли лица людей, с кем он был едва знаком, но которые стали настоящими боевыми товарищами за последние сутки. В этот миг в его голове будто что-то перещёлкнуло, и Кит больше не стал сдерживаться.

Сеймур сделал два быстрых шага вперёд и на глазах у всех офицеров и рядовых бойцов, со всей силы впечатал кулак в улыбающееся лицо лейтенанта. Торксон явно не ожидал такого развития событий и свалился на землю, перекатившись пару раз через правый бок. Обстановка тут же стала напряжённой, и все офицеры будто по команде схватились за рукояти своих мечей. Лейтенанты форта переводили взгляд с пытавшегося подняться Эндрю на Сеймура, а потом на капитана Стейлза.





Простой человек вряд ли бы поднялся после такого сокрушительного удара, но Торксон был гораздо крепче. Он не долго был растерян и мгновенно взлетел с земли, однако не стал бросаться с кулаками, а лишь внимательно посмотрел на Сеймура.

В этот момент Кит осознал цену своей вспышки гнева. Ошейник на его шее начал быстро сжиматься, грозя оторвать голову. Но артефакту не хватило запаса энергии сделать это быстро, и он начал тянуть её из парня. Благодаря тренировкам с воронкой пустоты Кит очень точно ощутил этот момент.

Сжимающаяся на шее петля подстегнула мыслительные процессы, и Сеймур с поразительной быстротой пришёл к верному решению. Чтобы артефакту не хватило сил на его убийство, требовалось запустить воронку и сделать её как можно больше. Парень полностью сконцентрировался на этом чувстве в своей груди и прикладывал все усилия, чтобы сделать это.

Впервые воронка в его сознании представилась такой большой, однако этого всё равно было мало. Ошейник продолжил сжиматься, грозя через несколько секунд сломать шею. Пусть самую малость, но он всё ещё вытягивал энергию из тела парня. Сеймур ощутил, что его усилий недостаточно, но умирать категорически не хотелось. Он закрыл глаза и постарался сконцентрировать всё внимание на воронке, чтобы ускорить её вращение.

Исчезли звуки, ощущения тела и даже понимание времени. Вся концентрация была направлена только на серо-голубой вихрь в груди, который набирал скорость всё больше и больше. Внутри начал разгораться жар, который пульсировал волнами нестерпимой боли. Ощущения были такими, будто в лёгкие и желудок залили кипящее масло. И почему-то оно раз в две секунды становилось горячее раскалённого металла, распространяя волны жгучей боли по всему телу.

Накри не сразу догадался, что происходит что-то не то. Но когда он обратил внимание на покрасневшее лицо друга и злобно уставившегося на него Торксона, его, наконец, осенило. Сэм без раздумий выхватил клинок и приставил к горлу лейтенанта.

— Прекрати это немедленно! — с неподдельной угрозой в голосе сказал Накри.

Но лейтенант будто бы не замечал обнажённого меча вблизи от своей шеи.

— Прекрати это или я к чёрту отрежу твою голову! — Сэм надавил кончиком лезвия на шею Эндрю так, что из-под острия побежала струйка крови.

— А ну-ка, все прекратили. Торксон, отключи ошейник, не видишь, что он почти не работает?! Видимо, опять брак недосмотрели при проверке. А ты, сержант Накри, поспеши-ка объясниться! За нападение на боевого офицера в военное время я могу казнить вас обоих!

Было видно невооружённым взглядом, как ошейник на Сеймуре обмяк и повис деформированной петлёй. Его поверхность разошлась в нескольких местах и намекала на то, что свои функции он теперь вряд ли способен выполнять. Торксон от досады сплюнул и перевёл гневный взгляд на Сэма, но того это нисколько не смущало.

— Капитан Стейлз, ваш Торксон не имел никакого права убивать Кита Сеймура, даже несмотря на то, что он его ударил.

— Это с какого хрена я не имею права прибить нападающего на меня зэка?! Ты совсем с головой не дружишь, пацан?! — не выдержал лейтенант, лицо которого уже начало слегка опухать.

— А с такого, что он уже неделю как не заключённый, а является сержантом двенадцатого батальона. Капитан, вскройте пакет, чтобы не было недопонимания. Насколько знаю, королевские указы, согласно правилам, всегда кладут на самый верх.

«Королевские» — со всех сторон бойцы с удивлением повторяли это слово, будто примеряя новую сплетню на слух. В штрафной батальон почти никогда не приходили указы самого Сиринеуса Второго. Гораздо чаще сюда направлялись решения Дома Правосудия и распоряжения из штаба.

Гордон не стал медлить и вскрыл бумажный пакет. Самым первым в стопке действительно лежал указ с золотистой печатью, на которой был нанесён герб Вергуса. Стейлз внимательно прочитал всё, что написано, а через пару секунд перечитал снова. После этого он решил более тщательно изучить печать, рассматривая под различными углами, но вскоре убедился в её подлинности и бросил это занятие.

— Указ Сиринеуса Второго Короля Вергуса, снять с Кита Сеймура штраф на сумму десять тысяч золотых, но сохранить повинность военной службы в звании сержанта до третьего мая семь тысяч пятьсот шестьдесят первого года. Установить денежное довольствие согласно норме и обеспечить обмундированием. Закрепить сержанта Сеймура за двенадцатым батальоном на весь срок службы, — несмотря на то, что Гордон читал это уже в третий раз и лично проверял королевскую печать, он всё ещё не мог поверить в написанное.

— Так, и что? Я теперь не могу убить сержанта, который на меня нападает?! — раздражённо спросил Торксон.

— Вообще-то, нет, лейтенант. Только в том случае, если твоей жизни угрожает опасность.

— Прирезать просто и сказать, что так и было, — взбешённый лейтенант обвёл взглядом внутренний двор, где находились сотни свидетелей, и сплюнул изо рта кровь.

— Торксон, ещё слово и ты у меня отправишься учить устав наизусть! — капитан уже и так был раздражён этой ситуацией, однако строптивый подчинённый смог ещё выше поднять его недовольство. — Значит, так! Сеймур, я исполню указ Короля, поэтому назначаю тебя командиром взвода, раз уж сержантское звание тебе пожаловал сам Король. За конфликт с лейтенантом Торксоном ты получаешь выговор и лишаешься половины месячного довольствия. Накри, ты лишаешься трети только потому, что не ты всё это начал. И я вас поздравляю, оба вы будете служить в третьей роте под началом Эндрю Торксона!

Троица переглянулась. На лице лейтенанта промелькнула ухмылка, которая явно намекала на проблемы. Кит и Сэм выглядели не очень довольными решением капитана, но смотрели на Торксона бесстрастно, будто на очередное препятствие на своём пути.

— И никаких «случайных» смертей во время боевого дежурства, — Стейлз посмотрел на подчинённого долгим требовательным взглядом, после чего перенёс его на Кита. — Сержант Сеймур, в чём причина конфликта?

— Причина конфликта? Причина в том, что лейтенант оставил нас на верную смерть, и при этом он знал, о приближающемся многотысячном войске эронийцев.

— Ты можешь это доказать или голословно обвиняешь своего командира?

— Я… — Сеймур слегка растерялся, от такой постановки вопроса.

— Так влияет стресс после тяжёлого боя. Я сотни раз это видел у молодых солдат, которые чудом выжили в страшном сражении. После такого почти каждый стремится найти виновного, и пытается выместить на нём всё то, что пришлось пережить и почувствовать. Но зачастую правда, куда проще. В такой ситуации не виноват никто, либо виноваты сразу все. Только по этой причине я дал тебе такое мягкое наказание. А теперь свободны! Найдите общий язык с лейтенантом Торксоном или в ход пойдут более серьёзные методы поддержания дисциплины.

Капитан Стейлз поманил за собой Винсента Штерна — теперь уже бывшего командира Накри, за собой. Гордону предстояло не только изучить документы и распоряжения из штаба, но и передать отчёты о произошедших событиях за последний месяц. Проблему с двумя сержантами и одним лейтенантом третьей роты, он оставил рассасываться саму по себе. Трое переглядывались, но никто не спешил начать разговор.

— Так, чтобы сразу было понимание, вы оба простыми извинениями не отделаетесь. Вы у меня будете самыми образцовыми сержантами, ведь за любое нарушение я могу наказать и физически. У Воина третьего ранга очень тяжёлый удар. Это я про себя говорю, если что.

— Как-то слабоват ты для Воина такого ранга, это я тебе, как Воин третьего ранга говорю, — тут же ответил Сэм.

— Полностью согласен, — поддержал Кит, — совсем недавно сражался с эронийским Воином третьего ранга, и он показался мне посильнее, — Сеймур достал золотой жетон поверженного эронийца, подбросил в воздух, как монетку и демонстративно быстро поймал в самый последний момент.

Между троицей опять застыла тишина, а взгляд Торксона стал более серьёзным.

— В любом случае на вас найдётся управа, а невыполнение моих приказов лишь усугубит ваше положение. Я одними лишь рапортами могу сделать вашу жизнь невыносимой и дайте мне лишь повод — я сразу же этим займусь. Идите в канцелярию батальона, оформляйте все нужные бумажки и получите снаряжение. После найдёте меня, я буду набирать пополнение из новеньких.

— Лейтенант, — Кит недолго боролся с собой, ведь эту информацию в любом случае необходимо донести, — много людей не набирай, третья рота не потеряла ни одного бойца в этом бою.

— Так… — впал в ступор Торксон. — Как?

— Штрафники тоже могут удивить, особенно, если поставить их в безвыходное положение.





***

Пожилой командир седьмой роты постучался в кабинет Гордона Стейлза. Тот самый, к чьему мнению прислушивались все остальные, и кому безоговорочно доверял капитан Стейлз.

— Вызывал?

— Да, мне нужно с тобой посоветоваться, мнение остальных командиров рот меня не сильно интересует, — с усталостью в голосе ответил Гордон.

— Ты по поводу этого мальчишки из третьей роты? Я думаю, что ты поступил с ним слишком мягко. Это рушит дисциплину и показывает дурной пример. Его видели почти все бойцы форта, а кто не видел, тем сейчас рассказывают. Сплетни растут, как ком и что самое страшное, обрастают всё большим количеством несуществующих подробностей. Ещё кто-то запустил бредовую байку про Барса, который с отрядом в двенадцать человек сдерживал войско эронийцев. И то, что Кит Сеймур и это Барс — это один и тот же человек.

— Это не байка Кирк. Лейтенант Штерн рассказал мне, как они обнаружили бойцов третьей роты, и то, что они видели, полностью это подтверждает. Конечно, это происходило не так героично, как это разносится слухами, но всё же имело место быть.

— Тогда, паренёк действительно интересный. Но я всё равно считаю, что наказание слишком мягкое.

— А что поделать, Кирк? Указ Короля почти прямым текстом говорит, что он любимчик Сиринеуса Второго, да и, сказать по правде, здесь каждый второй хотел бы хорошенько вмазать Торксону, включая и меня в том числе. А ещё этот парень не так-то прост. Ты далёк от уровня Мастера и поэтому не смог бы ничего почувствовать, а вот мне удалось кое-что понять. Ошейник на Сеймуре был исправен, парень при помощи одной лишь внутренней энергии смог его повредить и избежать смерти. Такое мог бы сделать начинающий Мастер, но не ребёнок с его уровнем развития.

— Да, на начинающего мастера он никак не тянет и даже на пикового Воина с пятым рангом. Так бы нашему Торксону уже не жить.

— Возможно, Король заметил в нём высокий потенциал, и я бы не хотел снова впасть в немилость. Но позвал я тебя совсем по другому вопросу, вернее, даже двум. Я хочу, чтобы ты поговорил с Эндрю и донёс до него, что Сеймур, скорее всего, интересен нашему Королю и ему стоит умерить свой пыл и оставить обиды. Тебя он почему-то больше слушает. Также намекни ему и всем остальным в частной беседе, что не стоит распространяться о приказе пустить в расход большую часть наших войск. Пусть всем и плевать на штрафников, но с таким вниманием Монарха к батальону — это может вылиться в очень нехорошую ситуацию, в которой малой кровью не отделаешься.

— Хорошо, я сделаю Торксону внушение и постараюсь убедить его. Но он не склонен к прощению обид, говорю тебе сразу. Да и с остальными обсудим, хотя ребята у нас все понимающие.

— Спасибо, но это только первое. В бумагах, что были переданы из штаба армии, было распоряжение генерала готовиться к наступлению на Эронию в самое ближайшее время. Ориентировочно у нас есть месяц.

— Вот это новость! Наши генералы поверили в себя, на фоне небольших потерь при оборонительной тактике? Неужели там не нашлось никакого с мозгами, чтобы понять, какими жертвами это грозит? Ладно, что это я… Все военные со своим мнением уже давно служат в штрафных батальонах, — грустно усмехнулся Кирк.

— Я не знаю, что там задумало командование, но у нас остаётся не так уж много людей, чтобы направить необходимое количество для атаки, и не оставить при этом форт беззащитным. Что думаешь по этому поводу? Я склоняюсь к тому, чтобы отправить всех новеньких. Со старым составом я уже свыкся и знаю все больные точки: где можно надавить, где проще уступить и так далее.

— Да, звучит неплохо, и это может дать какую-то стабильность, но ты не думаешь, что упускаешь открывшуюся возможность?

— Например?

— Собрать все буйные головы и отправить подальше из форта. Кто-то вернётся, кто-то нет, зато останутся самые смирные и управляемые. Та же третья рота под началом Торксона, как заноза в заднице. Можно отправить проблемного лейтенанта, строптивого сержанта и любимчика Короля подальше от себя и все проблемы уйдут вместе с ними. А главное — всё это будет сделано на законных основаниях и в рамках приказа штаба, спроса с тебя, считай, никакого. Или взять пятую роту, которая постоянно несёт потери на ровном месте. Пусть она полностью управляемая, но абсолютно бесполезна. Отправляй всех проблемных! Риск минимальный, а выгода очень существенная.

— Есть один минус у этого решения. Я не собираюсь стать тем, кто подписал смертный приговор тому, на кого обратил внимание Монарх.

— Не обязательно делать это самостоятельно. Выдай письменное распоряжение, чтобы каждый командир роты подал списки тех, кто отправится в наступление. Торксону даже намекать не потребуется. После сегодняшнего он обязательно включит Сеймура в штурмовики. А ещё я не думаю, что Его Величество Сиринеус Второй рассчитывал на полную безопасность этого парня. Думаю, ему, как и нам, интересно, насколько сможет раскрыть свой потенциал этот юноша в настоящих боевых условиях. Настоящие Воины рождаются в крови и сражениях, тебе ли не знать?

— Знаешь, даже спустя тридцать лет ты по-прежнему остаёшься для меня величайшим учителем!

— Ну, это спорный вопрос. Меня разжаловали до лейтенанта, тебя до капитана. Мы оба в штрафном батальоне, и похвастаться в карьерном плане особо нечем. Так, что принимай советы на свой страх и риск, — усмехнулся Кирк.

— Часто удача, в таких делах, значит, гораздо больше, чем самый крепкий ум. Я всё равно останусь при своём мнении. Значит, так и поступлю, за этот месяц постараюсь выявить самых буйных и сформирую из них штурмовую группу.





Глава 5: Утраченные возможности


— У тебя такие сильные руки, Сэм! А ты сам решил служить в штрафном батальоне или где-то успел провиниться?

Хелси определённо заинтересовалась новеньким сержантом и всю дорогу донимала его расспросами. После того, как она увидела Сеймура без ошейника, тот перестал для неё существовать. А вот Накри со своим внушительным ростом и телосложением стал очень любопытен молодой волшебнице. А ещё он очень мило краснел и смущался, что только распаляло азарт Хелси.

— Сам решил, — ответил Сэм и в очередной раз смутился.

— Надо же! Точно так же, как я! А ещё говорят, что ты Воин третьего ранга, как наш лейтенант Торксон. Почему же тебя не поставили тогда лейтенантом? Ты ведь… — поток вопросов не прекращался ни на минуту.

Отряд во главе с Эндрю Торксоном, молодой волшебницей и тремя сержантами отправился на место боевого дежурства. Двадцать бойцов из старого состава под руководством Кривого и пяток новеньких, что набрал лейтенант. Рядовые шли молча и подавленно оглядывали горы трупов, оставшиеся после жестокого сражения. Хелси Брингс же будто расцвела в таком антураже, она без умолку говорила, а её глаза горели любопытством. Кит был мрачен. Когда они шли в сторону форта, туман скрывал масштабы произошедшего побоища. Сейчас же он рассеялся, открывая страшную картину целиком.

Каждые семьсот-восемьсот метров приходилось останавливаться для установки маяка. В эти моменты волшебница, к радости для всех замолкала и занималась своей работой. Командир батальона отдал приказ о расчистке территории вокруг форта от тел погибших и сборе материальных ценностей. Чтобы это можно было выполнить как можно быстрее, он приказал установить дополнительные маяки. С ними заключённые в ошейниках могли свободно перемещаться вокруг форта и до своих базовых точек.

Основная часть бойцов тянула за собой волокуши с провиантом, а пятёрка растаскивала трупы с дороги, чтобы колонна могла пройти. Таким неспешным ходом они добирались до места более двух часов. На подходе к бараку их уже ожидали остатки третьей роты. Люди из выжившей группы ликующе закричали, увидев лейтенанта и движущийся к ним большой отряд. Они искренне радовалась возвращению Торксона, словно не понимали, что совсем недавно он оставил их на верную смерть.

— Рота, стройся! — зычно проревел голос Кривого.

В импровизированном строю счастливые лица перемежались с озабоченными, но в целом настрой у бойцов был положительный.

— Так, поздравляю, бойцы! Каждый из вас справился с одним из самых больших испытаний вашей жизни. Сама Фортуна оберегала вас в этот день! — начал свою речь лейтенант.

По строю пронёсся рой одобрительных возгласов, а улыбающихся лиц стало ещё больше.

— Вы выжили там, где не смогли справиться опытные Воины. Обязательно помолитесь Фортуне и Симарглу, если ещё не сделали этого! Мы привезли провизию, и в ближайшие пару часов вы сможете отдохнуть и набраться сил.

Гул одобрительных голосов стал ещё сильнее, и многие, уже наплевав на строй, стали хлопать друг друга по плечам, переговариваться и шутить.

— Так, но сильно расслабляться не стоит и помните за удачу всегда нужно расплачиваться сполна. Тогда и в следующий раз она не подведёт. После отдыха наша рота всем составом отправится на уборку того, что осталось от наивных эронийцев, — усмехнулся Торксон. А сейчас я озвучу ещё несколько не очень приятных новостей. Разрешите представить вашего нового сержанта — Кита Сеймура.

Кит вышел на пару шагов вперёд, а из строя начали скандировать «Барс! Барс! Барс!»

— Я бы не спешил так радоваться, — скривился опухшим лицом Эндрю. — Как видите, на нём нет ошейника. Только это не значит, что он выплатил штраф или заслужил это каким-то другим достойным способом. Сегодня прибыл королевский указ, в котором Его Величество амнистировал Сеймура, — Торксон сделал паузу, чтобы до всех дошло то, что он сказал. — Не всех заключённых, не сотню избранных, а одного лишь Кита Сеймура! Более того, ему дали звание сержанта в обход стандартных процедур и денежное довольствие. Можете относиться к этому, как хотите, но таково решение Короля Вергуса, — всем видом он показал, что такое ему не по нраву.

Лица в строю перестали улыбаться. Кто-то выглядел удивлённым, кто-то нахмурился, у многих глаза вспыхнули подозрением.

— Кстати, по поводу «Барса»… Вот ещё один новенький сержант в нашей роте — Сэм Накри, — лейтенант указал на гиганта-блондина. — Как указано в его документах, он обучался в школе «Снежных Барсов» и имеет ступень Воина третьего ранга. Правда, этот Воин ещё толком не воевал и чего он на самом деле стоит, нам предстоит узнать. В общем, знакомьтесь, но не спешите прыгать от счастья и умиляться. Напомню, что за каждым Барсом стоит, не только красивый герб элитной школы, но и минимум одна отрубленная голова, кого-то из вашей братии!

Кит посмотрел прямо в глаза лейтенанту и одними губами произнёс ёмкое слово, что нередко звучало в сторону Торксона. Эндрю на это только ухмыльнулся и пошёл осматривать разгромленную базу. От бойцов третьей роты послышались шепотки. Большинство не стало откладывать своё любимое дело на потом и решило сразу же обсудить последние сплетни.

— Началось, как шелупонь базарная! — прикрикнул Кривой. — А ну, разбились на десятки! Выгружай волокуши! Где наряд по кухне? Бегом за водой! А ты чего расселся? Барак пролюбили, так хотя бы уберите это обгоревшее позорище! Кит, Сэм, отойдём на пару слов.

Бойцы неохотно начали работу. После такой уймы новостей всем хотелось обсудить произошедшее, да послушать последние новости из форта. Но злобный взгляд Кривого легко перебивал эти желания и прекрасно настраивал на работу. Накри и Сеймур пошли вслед за позвавшим их сержантом, подальше от любопытных ушей и глаз.

— Вы, ребята молодые, ещё не совсем понимаете, как тут всё устроено, — начал опытный сержант, стоило им отойти на достаточное расстояние. — Чтобы ваша жизнь дальше складывалась проще, запомните пару правил. Первое: бойцы всегда должны быть чем-то заняты. У них не должно успеть возникнуть никаких дурных мыслей в перерывах между работой. А если такие мысли появятся, то они не должны успеть превратить их в действия. Поэтому каждый боец должен пахать, как вьючный осёл. И второе: бойцы должны бояться своего командира. Гораздо больше, чем врага. Запомните эти две вещи, и служба будет идти в разы легче.

— Кривой, мы же не деревенские олухи! Думаешь, за десять лет учёбы нас так и не научили работать с рядовым составом? — улыбнулся Сэм.

— Думаю, научили, но совсем не тому, чему стоило бы. А некоторому и вовсе не обучишь в стенах школы, пусть и такой элитной, как «Снежные Барсы», — Кривой очень серьёзно посмотрел на обоих парней. — Кит, я не знаю, почему наш лейтенант точит на тебя зуб, но сейчас он очень подпортил тебе репутацию. Поэтому ни в коем случае не стоит быть мягким со своим взводом. Они этого не поймут. Пускай боятся, пусть ненавидят, но только не считают тебя слабаком.

— Не переживай Кривой. Если они не оценят того, что я уже для них сделал, то у меня нет причин быть излишне добрым.

— Не оценят! Люди никогда не ценят того, что сделано другими. Короче, я тебя предупредил. Через недельку всё уляжется, и там уже никакие слова Торксона на людей не повлияют. Все будут оценивать настоящие поступки, а не пустые разговоры, — на этих словах Кривой развернулся и пошёл контролировать бойцов, которые так и норовили увильнуть от работы.

— Раз уж мы остались наедине, то, может, хоть сейчас расскажешь, что там произошло в Великой Чаше? — обратился Накри к Киту.

— Расскажу. Кому, если не тебе? — усмехнулся Сеймур. — Вряд ли ты поверишь в эту историю с первого раза, но мне уже и самому хочется с кем-то поделиться. Если, коротко, то мне кажется, что внутри меня находится какой-то артефакт Древних. Это он спас тебя и меня в тот раз. Не очень походит на правду, да? — Кит посмотрел на Сэма, который застыл в одной позе и ничего не говорил. — Сэм, ты вообще меня слышишь? — он помахал рукой перед его лицом, подозревая что-то недоброе.

— Нет, он тебя не слышит, — раздался позади голос Гарта. — Сейчас нас не слышит никто на ближайшие четыреста метров.





— Гарт? Что ты с ним сделал? Я думал, ты сбежал, когда узнал про армию эронийцев, — слегка сумбурно от внезапного появления спросил Кит.

— Ничего страшного с твоим другом не произойдёт. Он просто не запомнит своего последнего вопроса и в будущем не будет интересоваться на эту тему. Кит, тебе не стоит никому рассказывать об артефакте Древних, который находится внутри тебя.

— Сначала ты исчезаешь, ничего не сказав, а потом появляешься и говоришь, чего мне делать не стоит! — вспылил Кит. — Я за это время несколько раз чуть не сдох! Подрался с лейтенантом, почти задохнулся в ошейнике! А где был ты? Сейчас ты заявляешь, что я не могу ничего рассказать единственному человеку, которому я доверяю?! То, что сидит внутри меня уже больше месяца и постоянно крутится в голове. При этом ты, оказывается, сам всё знаешь, но даже не намекнул мне об этом! Просто идеальный наставник! — голос Сеймура почти срывался на крик.

— Я тебе не нянька! Прекрати истерику и внимательно слушай, если хочешь выжить в этих условиях! — довольно жёстко прекратил поток обвинений учитель.

Кит тяжело дышал, а его поза будто намекала на то, что он собирается кинуться на однорукого с кулаками. Но вздохнув поглубже несколько раз, он взял себя в руки и присел на небольшой валун, удачно оказавшийся в этом месте.

— Хорошо, говори, — произнёс он уже более спокойно.

— Начну с самого важного. Не стоит говорить никому, что внутри тебя находится артефакт Древних. Единая Церковь уже не первый век охотится за их наследием. Если кто-то из инквизиторов будет поблизости от тебя, он совершенно точно что-то почувствует. Сейчас твой Ментор круглосуточно поглощает энергию, что делает его заметным, как огонь в ночи. Даже для их убогих приспособлений!

— Я так не думаю. Сэм не расскажет никому то, что услышит от меня!

— Ты понятия не имеешь, как они могут добывать информацию. Это лишь вопрос времени. Более того, передавая это знание Накри, ты гарантированно обрекаешь его на пытки и смерть. Подумай об этом хорошенько!

— Да кто ты вообще такой, Гарт? И как я могу тебе теперь верить?!

— Мы уже обсуждали этот вопрос. Суди по тому, что я уже сделал для тебя. Всего я тебе сейчас не скажу, но это и не требуется. Меня отправили, чтобы проверить сбой в работе твоего Ментора и принять решение. Решение уничтожить носителя или оставить всё, как есть и дать шанс.

— И что же ты решил? — с некоторой опаской поинтересовался Сеймур.

— В первом случае я бы с тобой не говорил. Твой Ментор был настроен таким образом, чтобы сделать из тебя по-настоящему сильного мага. Но ты умудрился его снять. У тебя не должно было хватить на это сил. Даже желания такого возникнуть не могло! Но что случилось, то случилось. Ментор с самого твоего рождения забирал у тебя половину энергии. Это было необходимо, чтобы развить твой внутренний источник. Он гасил ярость и успокаивал мысли, чтобы ты был рассудительным. Он делал тебя более слабым физически, чтобы ты не выбрал воинский путь, а всё чаще задумывался о пути магическом. Но что-то пошло не так.

— Да, я снял его после смерти своего отца. Ты хочешь сказать, что он пытался меня изменить и превратить в то, что ему требуется? Поменять мой характер, моё тело, только ради какой-то предрасположенности к магии? — несмотря на удивление от услышанной информации, парень был в ярости.

— Это уже не важно. У тебя получилось ему сопротивляться. Однако заодно с этим ты знатно испортил свою магическую основу, и сильным Воином тоже не стал. Тот, кто отправил меня, заинтересовался тем, что из тебя может выйти, и только поэтому ты жив.

— И что мне делать со всем этим?

— Для начала тебе нужно заполнить энергетический резерв артефакта хотя бы наполовину. Сейчас тебя очень легко обнаружить инквизиторам, сильным магам и даже животным пустоши. Тот скорпион не просто так напал на наш конвой. Когда активна воронка пустоты, ты видишься для них очень лакомой добычей.

— Мог бы и предупредить, — буркнул Сеймур.

— Более того, пока твой кулон поглощает почти всю энергию, ты никогда не сможешь перейти на ступень Мастера. Никогда не станешь даже самым никудышным магом, — Гарт не обратил никакого внимания на реплику Кита.

— Мне нужно решить проблему с энергией, это я понял. Но что мне делать дальше, как стать Мастером или мне теперь нужно осваивать магию?

— Тебе недостаточно просто выжить в таких условиях? — усмехнулся Гарт. — Я не должен тебе ничего советовать или как-то помогать сверх того, что уже сделано, но… Но мне нравится твоё стремление к силе. Ты упустил идеальную основу сильного мага, ты никогда не имел хорошей основы для воина. Попробуй сделать что-то новое из всего этого. Освой магию, дорасти хотя бы до магистра на воинском пути и возможно ты ещё всех удивишь, с твоим-то упорством. Ну, а теперь пора прощаться.

— Подожди, расскажи, как перейти на ступень Мастера?

— Эти знания уже будут явной помощью.

— Но они мне ничего не дадут, если меня обнаружит церковь, или не заполню резерв Ментора, или вовсе погибну на этой войне. Я прошу не так уж много. Может, эта информация даст мне хоть какой-то шанс. Ведь, как я понял, тебя я увижу ещё не скоро, если вообще увижу.

— Ладно, вечером, на старом месте. У тебя будет час. Узнаешь только то, что успеешь освоить.

Гарт исчез, будто его и не было, а Сэм Накри отмер и задумчиво смотрел на Кита. На его лице были какие-то сомнения, но он не торопился ими делиться.

— Я благодарен тебе за то, что ты успел вытащить меня из той вспышки. Ладно, Кит, раз уж этот вопрос решён, то пойдём знакомиться с подчинёнными, — Сэм словно находился в другом месте, когда говорил это.

Сеймур и Накри, каждый в некоторой задумчивости, но по разным причинам, отправились обратно к бойцам. Кит уже был знаком с бытом роты на боевом дежурстве и помогал осваиваться Сэму. После обеда началась муторная работа по сбору тел на закреплённом за их ротой участке. Пока два взвода занимались грязной работой, третий под руководством Кривого заготавливал лес на новый барак. К вечеру он уже должен был быть готов к размещению почти шести десятков бойцов.

Всё это время Сеймура не отпускали мысли о том, что ему сказал Гарт. Кита приводила в бешенство даже не потеря возможности стать хорошим Воином. Больше всего его раздражало то, что за него попытались решить, кем он должен быть, а кем никогда не станет. Он не собирался верить в то, что все возможности упущены. К его собственному удивлению, он всерьёз заинтересовался стать ещё и магом. Теперь ему очень хотелось доказать Гарту, что он сможет добиться величия в обоих направлениях, несмотря на утверждения об испорченном основании.

Кит ждал ночной тренировки, как никогда прежде. Чтобы хоть как-то занять время, он помогал своим бойцам с работой, а позже и со строительством нового барака. Долгий день сменился вечером и ночью. Заключённые, измотанные тяжёлым трудом, спали, как убитые, когда Сеймур отправился в арсенал. Теперь это помещение не казалось холодным и тёмным. А ещё вызывало ощущение некоторой безопасности.

— Кит, времени у меня не очень много, поэтому старайся запоминать с первого раза. Состояние пустоты, задержка дыхания и воронка пустоты — это всего лишь первая часть техники под названием Дыхание Силы. Все три этих элемента образуют вдох. Ты собираешь энергию из окружающего мира и наполняешь до краёв свой внутренний источник. Пока это получилось у тебя лишь один раз, когда ты вытянул энергию из своего ошейника и этим сломал его.

— Ты и там за мной следил? — поразился Сеймур.

— Не отвлекайся! Ты поймёшь, что сделал нормальный Вдох Силы тогда, когда почувствуешь почти невыносимую боль в своём источнике. Вторая часть — Выдох Силы. Всю энергию, что ты собрал на вдохе, нужно распространить по своему телу от центра груди до кончиков пальцев. Делать это желательно по энергетическим каналам, о которых я тебе рассказывать не буду.

— Тогда, как я их найду, если ничего о них не знаю?

— Это самое простое место в технике, — улыбнулся Гарт. — Нужно проводить энергию только там, где будут возникать самые болезненные ощущения. Вот и весь секрет.

— Замечательно! Звучит очень заманчиво, — подобно старику заворчал парень.

— Освоить выдох в твоей ситуации практически нереально. Чтобы направить собранную энергию в тело, во внутреннем источнике должен образоваться её избыток. У тебя же почти всё поглощается кулоном. Поэтому я и считаю, что сейчас для тебя эта техника полностью бесполезна. А теперь приготовься, за этот час ты испытаешь такую боль, с какой ещё ни разу не сталкивался в своей жизни.





***





— Левый фланг — вперёд, центр — на месте, держите строй!

Найджил Мисгейл отдавал команды одной из рот своей родовой гвардии в учебном сражении. Противостояли ему бойцы из его же гвардии, под руководством опытного Мастера. В этой битве Найджил уверенно лидировал. Теперь у него всё чаще получалось сводить такие сражения вничью, либо изредка побеждать.

Через пару минут всё было окончено, и лер-герцог с довольной улыбкой на лице принимал поздравления от своих бойцов. Вскоре к победителям присоединился и командир противников.

— Поздравляю, Найджил! Это уже третья победа. Твоё стратегическое мышление становится всё сильнее и сильнее.

— Спасибо, Мастер Хеви, всё благодаря вашим советам и умению обучать.

— Не стоит принижать свои заслуги, я не припомню такого быстрого прогресса ни у кого из моих учеников. А их было много, уж поверь старику.

— Ещё раз спасибо! Рональд, скажите, это правда, что в ближайшее время мы атакуем Эронию и перестанем сидеть, как трусы по фортам?

— Это секретная информация, Найджил. Но почему-то я совсем не удивлён, что ты об этом прекрасно осведомлён. На самом деле, не такая уж большая тайна, так что я отвечу. Да, очень скоро наши силы отправятся в контратаку на территорию Эронии.

— Уже известно, когда это будет? И какие батальоны участвуют? — с воодушевлением спросил Мисгейл.

— По времени я точно не скажу, таких сведений у меня быть не должно, — хитро улыбнулся Мастер Хеви. — А с батальонами всё просто. Идут штрафники из десятого, одиннадцатого и двенадцатого. Из нормальных — шестой, седьмой и восьмой, в чьём составе должны будем отправиться и мы.

— А почему такой странный набор? Первая половина штрафники, а вторая чуть не элита? – озадаченно поинтересовался Найджил.

— Вас, вероятно, такому не учили. Если предполагается довольно опасный штурм, то его начинают штрафники. Так можно сберечь силы и жизни более ценным солдатам.

— Думаю, что это хорошая практика. Тем более с той стороны тоже пойдёт всякий сброд в первую очередь. А за каким батальоном пойдём мы?

— Скорее всего, за двенадцатым, он находится ближе всего. Сначала нас объединят в один полк, в авангарде пойдут заключённые и будут нашим щитом какое-то время. Восьмой батальон будет подобен разящему клинку, когда щит разлетится. Как видишь, и в крупных сражениях, есть прямое сходство с поединком. Главная идея стратегического мышления — это воспринимать всё войско целиком, как своё собственное тело.

— Спасибо за мудрость Мастер. Мы непременно выиграем в этом поединке!





Глава 6: Взгляд во тьме


— Нет, неправильно! Вспомни, как ошейник пытался сломать тебе шею. Ту панику, удушье, недостаток воздуха в лёгких! — Гарт раз за разом заставлял Сеймура выкладывать по полной.

Прошло всего пятнадцать минут, а глаза парня уже заливало едким потом. Он пытался сделать воронку пустоты всё больше, но этого не хватало. «Так я потрачу всё время последней тренировки и ничего не добьюсь», — проскочила досадная мысль. «Нужно быстрее освоить вдох, чтобы хоть немного попрактиковать следующую часть техники… Точно, быстрее! Когда я больше не смог увеличивать воронку, то пробовал ускорить её вращение!» — с этим озарением Кит загорелся энтузиазмом и принялся за тренировку с новой силой.

Он вспомнил тот момент во внутреннем дворе форта, когда ощущал приближающуюся смерть. Горло сдавило петлёй ошейника. В глазах потемнело, а дыхание вырывалось с хрипами. Ещё несколько секунд и наступит верная смерть. Нужно раскручивать этот вихрь быстрее, чтобы выжить! Кит вспомнил это так ярко, насколько мог, и ощутил лёгкую вибрацию, возникшую в центре своей груди.

Энергия ворвалась в тело яростным потоком. Ему казалось, что ещё немного и он лопнет. Грудь распёрло от внутреннего давления, грозя разорвать в клочки. И сразу, после первого шока, пришла боль.

Она была всепоглощающей. Жгучей. Хотелось орать, но горло стянуло спазмом. Кит хотел остановить поток врывающейся в него энергии, но у него не получалось ничего с ней поделать. Сейчас его источник напоминал маленький ковшик, который подставили под струи огромного водопада. Ещё секунда и его разорвёт на клочки и мелкие ошмётки.

Сознание уже давным-давно должно было отключиться, но каким-то чудом держалось. Сеймур уже перестал ощущать что-то кроме жгучей и раздирающей боли. Чтобы не потонуть в беспамятстве, он стал цепляться сознанием за те очаги боли, где тело страдало сильнее всего.

Позвоночник будто прошило огнём, и внимание резко переместилось туда. Его безостановочно били болезненные молнии по сотне раз за секунду. Мозг говорил, что прошла вечность, когда всё начало отступать. Однако в этот момент глаза почувствовали нарастающее жжение. Вся концентрация сместилась к ним. Если бы под веко набили горсть толчёного стекла, то Кит бы ощущал куда меньшую боль, чем та, что сводила с ума его прямо сейчас. Спустя ещё одну вечность энергия успокоилась, оставив лишь пустоту и изнеможение. Кит всё же потерял сознание.

— Да, испугал ты меня, парень. Никогда не видел такой Вдох Силы при таком маленьком внутреннем источнике. Как ты только не взорвался? — Гарт с интересом смотрел на бессознательного Сеймура, который сейчас едва дышал. — И ты даже умудрился сделать Выдох Силы. Это заслуживает уважения, при таких-то вводных. Но сегодня ты чуть не шагнул за грань…

Погружённый в свои мысли, он перенёс Кита в казарму. Остатки энергии в теле парня должны восстановить самые серьёзные повреждения к утру. Да и Ментор поглотил большую часть потока, которая могла бы запросто уничтожить источник. Ничего, молодое тело быстро восстановится, а Гарту уже было пора уходить. Всё остальное теперь зависит только от самого парня.

Шесть часов спустя Сеймур проснулся вместе с остальными бойцами роты. При каждом вдохе за солнечным сплетением пульсировали отголоски боли. Глаза тоже немного резало, будто они пересохли под долгим сухим ветром Великой Пустоши. Это было неприятно, но жить можно. Сначала он подумал, что ему приснился до жути правдоподобный сон, но потом вспомнил, Гарта, последнюю тренировку и дикую боль.

«Что же вчера всё-таки произошло? Совсем не помню, как добрался до барака… Главное, что всё обошлось. Решусь ли я на ещё одну такую тренировку?» — от последней мысли Кита пробрала дрожь, которая подняла каждый волос на теле. Конечно, он не сомневался, что продолжит практиковать эту технику, несмотря на нестерпимую боль. Однако такого воодушевления, как вчера, уже точно не будет. Поддерживать воронку пустоты теперь было сложнее, чем обычно, и вызывало небольшой дискомфорт в груди, но альтернативы не было.

После утреннего построения и завтрака, Торксон сформировал из бойцов три постоянных взвода. И у каждого из них теперь был свой сержант-командир. Сеймуру, само собой, достались как самые бесполезные, так и самые проблемные солдаты, которые обычно плевали на дисциплину. В команду к Киту попал рыжий Тео, который считался самым большим задирой на роту, и Дед, чью полезность лейтенант считал равной нулю. Остальное пополнение было чем-то средним между этими двумя крайностями.

Следом за «справедливым» распределением бойцов, последовало не менее «справедливое» распределение участков работы. Взводу Сеймура досталась ближайшая к форту местность, на которой было сконцентрировано больше всего погибших. Тащить тела приходилось в три раза дальше, чем двум другим взводам. Естественно, это вызвало недовольный ропот подчинённых. Начались неприятные шепотки, иногда переходящие в довольно громкие высказывания.

К обеду бойцы второго взвода объявили негласный бойкот новому сержанту. Заключённые специально затягивали работу, опрокидывали полозья, на которых перемещались тела, и всячески стопорили дело. Киту не хотелось свой первый день начинать с конфликта, но от этого было не избежать.

— Второй взвод, построились! — громко выкрикнул Сеймур, на что подчинённые вяло отреагировали и очень неспешно выстроились в подобие двух шеренг. — Какого чёрта работа идёт так медленно? Почему вы саботируете свои задачи? — лёгкая боль в груди на протяжении нескольких часов не добавляла хорошего настроения, а ещё это молчаливый протест подчинённых подпитывал яростью и так не самый спокойный нрав парня.

— Ты, сержант, не наговаривай никаких саба… сабоптирований мы не делали! Если не нравится, чего, то иди и сам таскай! — степенно ответил невысокий мужичок возрастом за пятьдесят. — Ежели ты с лейтенантом грызёшься, то мы с чего страдать должны? День-другой утрясёте свою злобу, а там, мож, тебя снимут, может, Торксон успокоится. А я почём зря спину рвать не буду. Мож, и Кривому нас ещё вернут…

Этот простой и прямой ответ всколыхнул бойцов второго взвода и, вероятно, выразил общие мысли каждого. Раздались возгласы поддержки и одобрения. По настрою солдат было видно, что почти все с ним согласны и плодотворной работы от них ждать не стоит.

— Прав был Кривой… — сказал Кит негромко, чем заставил бойцов прислушиваться. — Надо было с самого начала отрубить одному голову, чтобы не рубить потом десяток.

Бойцы чуть притихли и стали переглядываться. До конца было непонятно, что ожидать от этого Барса. С одной стороны — молод, с другой — загубил уже немало народу, и чему там их учили в этой школе, один Симаргл знает.

— Слушайте меня внимательно! — начал Сеймур, повысив голос. — То, что сказал Торксон абсолютная правда. Меня амнистировали указом Короля. Мне назначили денежное довольствие. Я казнил заключённых. Всё правда! И ни за что из этого я не собираюсь оправдываться! А теперь подумайте хорошо, с кем вам больше по пути. С человеком, бросившим своих людей на убой, или с тем, кто оставался на гребне до самого конца? А ещё, имейте в виду, что я с вами надолго. По крайней мере, до тех пор, пока Торксон не перестанет быть лейтенантом, — Кит сделал паузу.

— Эт почему? — поинтересовался всё тот же мужичок.

— Потому, что вместе мы вряд ли уживёмся! Потому, что я всей душой ненавижу таких командиров, которым плевать на жизни своих людей. Потому, что мы вместе прошли сражение с огромной армией и выжили. А эта пародия на офицера в страхе забилась в самый тёмный угол форта, — Кит опустил взгляд вниз и задумался на несколько секунд. — Вы можете не любить меня. Можете считать неопытным мальчишкой. Но я всё равно буду идти своим путём, и рано или поздно вы пойдёте следом. Да, я казнил таких, как вы, но никогда не предавал и не врал, в отличие от Торксона. Решайте сами, как поступить, но знайте — результат всё равно будет один!

Над поляной, на которой собрался второй отряд, повисла тишина. Многих слова парня заставили задуматься. Всем хотелось бы вернуть привычное время, когда все отношения были предсказуемыми и не было этой вражды между лейтенантом и новенькими сержантами. К сожалению, это было невозможно. Не все были рядом с Сеймуром во время той самой ночной битвы, но каждый хоть немного, да слышал. Бойцы взвода колебались.

— Да чего тележиться-то?! — вдруг особенно громко прозвучал голос Тео. Он вышел из строя и встал вместе с сержантом. — Кто помнит, чтобы Торксон, что честное сказал?! Мы с Барсом повернули ту битву. Благодаря нам многие из вас живы. Хотите верить шакалу, от которого ни слова правды не слышали?! Так валите на здоровье, мне с такими даже общаться противно. Я пойду за Барсом! Он единственный, кто вышел из наших и снял ошейник. Он, как и Кривой, понимает, что это такое, но имеет возможность что-то изменить и пока ещё не сдался. Я руки не подам тому, кто будет сабо… сабу… Короче, я за Барса, а кто против пускай идёт…

— Ну всё, всё, Рыжий! Не горячись! Услышали, не глухие! Проверили пацана, как водится! Я тоже за Барса, все в одной упряжке, — прозвучало из первого ряда бойцов.

Второй отряд менял мнение прямо на ходу, а Кит думал о том, как быстро приспосабливаются люди, которым приходится сталкиваться со смертью чуть ли не каждый день.

— Хорошо, — продолжил вновь признанный Барс. — Раз все определились, то и я скажу. Я не собираюсь слепо исполнять приказы человека, который ставит личные обиды выше нужд своих бойцов.

Сеймур отправился к ближайшему участку, где работали бойцы Кривого. Найдя последнего, он договорился, что часть его солдат, которым не хватало силы тащить полозья с телами, будут собирать ценности на двух участках и стаскивать трупы поближе. А те, что покрепче будут только таскать.

— Ты, конечно, хитро придумал… — он задумчиво почесал щетину. — Но смотри, как бы Торксон не прознал. Тогда ни тебе, ни мне не поздоровится. А с другой стороны… Да и хрен с ним, мне терять особо нечего. Переведёт в рядовые — я только рад буду! — ответил Кривой на предложение.

На удивление, такое разделение труда ускорило оба взвода, и к ужину все закончили свою работу одновременно. Бойцы опасливо поглядывали на офицерскую палатку, но, похоже, лейтенант ни о чём не догадался.

— Неплохо вы управились, — подходя сказал Сэм. — У моего взвода бойцы покрепче, а управились почти в одно время с вами.

— Воинская смекалка и общая ненависть к лейтенанту творят чудеса, — усмехнулся Кит.

— Возможно, мы зря столкнулись с Торксоном так рано. У него здесь какая-никакая, но власть, да и знакомства… Хотя, я бы всё равно ничего не менял, — Накри улыбнулся.

В течение дня Кит начал замечать странные вещи со своим зрением. Резь в глазах прошла уже ближе к обеду, но восприятие немного изменилось. Он стал видеть какую-то синюю марь вокруг людей. Рядовые из взводов не сильно отличались от того, что Кит видел обычно, но когда он увидел Кривого, то заметил, что от того исходит более сильное свечение. Посмотрев на Сэма, Кит увидел, что интенсивность исходящего от него света даже больше и плотнее.

Это не был обычный свет в том понимании, к которому привыкло большинство. Он не мешал различать цвета одежды, не слепил глаза и не скрывал черты лиц. Это был свет, который словно не имел никакого отношения к реальности и дополнял картину, при этом, никак не меняя того, что видно простым взглядом.

После того, как у Сеймура появилась возможность сравнить Накри, Кривого и рядовых бойцов, он предположил, что насыщенность этого света показывает уровень энергии. Себя оценить было довольно трудно, но, судя по всему, у него и Сэма был примерно один и тот же уровень.

За вечерним ужином ему удалось посмотреть на Торксона и Хелси. К его удивлению, лейтенант ничем не уступал Сэму Накри по насыщенности энергией. До этого Кит был уверен, что командир их роты гораздо слабее. Теперь Сеймур стал относиться к нему более серьёзно.

Интереснее всех выглядела Хелси. Она не излучала энергию в пространство, вокруг неё, словно облегающий костюм, был толстый слой более плотного и яркого света. Если у Воинов свечение было разнородным с самым ярким пятном в районе солнечного сплетения, то у Хелси ничего подобного разглядеть не получалось. Словно окружающая её энергия защищала и скрывала все подробности.

Кита терзало любопытство, что это за свет. Действительно ли он отражает уровень энергии или это что-то совсем другое. К сожалению, спросить теперь было не у кого. Возможно, это результат последней тренировки, где он ощущал невыносимую боль по всему позвоночнику и в глазах. А может, так воздействовал Ментор. Ничего подобного у обычных Воинов не бывало. Кит знал это совершенно точно.

После ужина вся рота собралась в бараке, а Дед по обыкновению стал рассказывать свои бесконечные истории. Штрафники, насмотревшиеся за этот день на смерть во многих её проявлениях, сегодня особенно долго обсуждали каждую байку. Будто старались спрятаться от окружающей действительности за множеством героических и не очень историй.

Сеймур с интересом разглядывал людей в полной темноте. Оказалось, что для нового вида зрения совсем не требуется свет. Картина получалась интересной: множество туманных силуэтов растеклись по полу. Жил-Был Дед сидел в дальнем углу барака и размахивал руками, когда рассказывал свои байки. Раньше Кит этого не смог бы заметить. Что любопытно, свечение от Деда исходило сильнее, чем от обыкновенных солдат. Он был где-то на уровне Кривого, что наверняка говорило о его боевом прошлом.

Чуть позже парень заметил, что некоторые фигуры становятся тусклее. Оказалось, у заснувших уровень излучаемой энергии падает. Со всеми этими открытиями сон никак не шёл. Парень решил некоторое время не тренировать Вдох Силы, чтобы дать телу время на восстановление.

Сегодня он практически не работал физически, и тело просило какой-то активности. Если так пойдёт и дальше, то будет неплохо предложить Сэму добавить ночные тренировки и придумать себе какую-то дополнительную работу днём. Совсем не дело бодрствовать по ночам, а к утру ходить разбитым и недовольным.

Так как уснуть не выходило, Сеймур решил более подробно изучить открывшиеся новые возможности. Ему захотелось узнать, можно ли отличить спящего Воина от спящего рядового бойца. С каждой минутой то один, то другой силуэт тускнел и становился почти незаметным. Кто-то уже протяжно храпел, а некоторые пока только ворочались. Постепенно весь барак погрузился в сон.

Кит перевёл взгляд к входу в барак и чуть не подпрыгнул. Секунду назад там ничего не было, а сейчас появился светящийся мощью силуэт. Аура была очень насыщенная и горела гораздо ярче, чем у Сэма Накри или лейтенанта.

Силуэт без единого звука двигался вдоль лежанок и склонялся над каждым бойцом. «Он точно кого-то выискивает. Может, это капитан Стейлз? Он вроде как сильнейший на весь батальон. Бред! Что ему здесь делать?! И почему он движется совершенно беззвучно?» — мысли метались, как бешеные, никак не добавляя понимания происходящему.

Барак поставили совсем недавно, и множество щелей в стенах всё ещё не были законопачены. Когда расстояние между силуэтом и Китом сократилось, он увидел холодный блеск стали его руке. Этот крадущийся человек явно пришёл не с добрыми намерениями. Кит стал внимательно вглядываться в лицо ночного гостя, и в этот момент силуэт замер. Незнакомец медленно повернул голову и посмотрел Сеймуру прямо в глаза.





***





— Ваша Светлость, у меня есть интересная информация от восточных графов Вергуса, — невзрачный помощник герцога Гнесселя, сегодня говорил громко, а его лицо лучилось улыбкой.

— Никлос, меня начинают утомлять твои ролевые игры, ты без этого совсем не можешь? — недовольно спросил Дитрих, хмуро взирая на своего советника.

— Отчего же, могу! Но не очень долго! — излишне радостно ответил советник герцога.

— О Дея, за что мне это? Тогда говори быстрее, чего они хотят? — герцог наклонился и требовательно уставился на своего помощника.

— Пока основные лояльные Королю силы сосредоточены на западной границе, восток решил объявить о своей независимости от Вергуса. Сейчас они собирают силы и хотят заручиться вашей поддержкой или хотя бы финансированием, — Никлос Фломель говорил нараспев, притопывая ногой невпопад, но при этом очень энергично.

— Кто их представляет? И что они предлагают за помощь?

— О! Это очень интересно! Ко мне обратился граф Клигон и как я понял, он и есть их представитель. Так, по нему и не скажешь, что он что-то замышляет против Короны. Я всегда считал его весьма осторожным, а тут такая экспрессия во фразах, столько ущемлённого благородия и праведного гнева на Монарха.

— И что ты думаешь об этом?

— Думаю, что это ловушка. Скорее всего, её подготовил либо сам Сиринеус, либо его ушлый советник, — будто довольствуясь собой, сказал Никлос.





— Ты так и не сказал, что они предлагают.

— Клигон обещал военную помощь после удачного отделения востока страны, дальнейшее взаимовыгодное сотрудничество и ещё кучу общих и обтекаемых формулировок,

— Хм, если бы предложил пару рудников и какие-то земли, то я бы точно решил, что это ловушка. Вероятно, на то и расчёт… Значит, придётся идти на поклон к Сиринеусу и докладывать о грядущих беспорядках. Может, выйдет что-то выгадать на этом. Кстати, что там с этим королевским бастардом?

— Информация, что он бастард, пока ничем не подтверждена, — опять улыбнулся карикатурной улыбкой Фломель.

— Неважно, ты ведь меня понял! — начал всё сильнее раздражаться герцог.

— Я сделал заказ в гильдии Свободных Портных, думаю, что так будет надёжнее. Вдобавок цель находится на фронте. А за это мало какой частник возьмётся. Результат обещали уже на этой неделе и, как водится, дали гарантию. Материального подтверждения смерти я не требовал, репутация у них на высоте и слово держат.

— Да, действительно эти ребята умеют работать. Что удивительно, и костюмы у них выше всяких похвал. Никлос…

— Да, Ваше сиятельство?

— У меня уже глаз дёргается от твоей натянутой улыбки! Постарайся больше ко мне в таком образе не являться! — скривился Дитрих Гнессель.

— Я приложу все усилия, Ваше сиятельство! — Никлос улыбнулся ещё шире, что больше пугало, чем вызывало симпатию.





Глава 7: Симулятор


Сеймур схватился за меч, по обыкновению лежавший возле его спального места. Он не успевал даже выдернуть его из ножен. Тёмная фигура с блестящим коротким клинком кинулась на него с невероятной скоростью. Лишь в последний миг он подставил меч под удар.

— К бою! — крикнул Кит и сдёрнул надрезанные ножны.

Убийца был очень быстр. Парень только начинал выкрикивать команду, как тот уже вновь атаковал в длинном выпаде. Клинок пролетел в паре миллиметров от горла, а лицо обдало холодным воздухом. Тёмный балахон нисколько не сковывал движения нападающего и скрывал положение тела и конечностей. Если бы не новое зрение, то Барсу было бы непросто даже увидеть направление атаки.

Кит наотмашь ударил мечом и заставил противника немного отскочить. Преимущество в длине оружия давало хоть какой-то шанс удержать его на расстоянии. Рота после выкрика только начинала просыпаться. Прошли считаные секунды, и многие бойцы ещё не соображали, где сон, а где явь.

Кит не останавливал атаку ни на мгновение. Выпад по диагонали. Затем ещё и ещё! Каждый удар нужно сразу же перевести в новый, чтобы не дать врагу опомниться. Нельзя терять скорость и инерцию. И снова выпад!

К сожалению, для убийцы это не было проблемой. Он будто издеваясь, уворачивался в самый последний момент от пролетающего клинка. Игрался, словно кот с мышонком, но уже собирался заканчивать эту игру.

Сеймур попробовал ускориться ещё сильнее. Выпады стали глубже, а переходы короче. Но это никак не помогло. После прямого удара, который, казалось точно должен зацепить тёмную фигуру, убийца исчез. Ещё не осознав, что произошло, по спине пробежала пугающая дрожь. Через миг Кит обнаружил его почти вплотную, слева от себя.

Рука с клинком уже была отведена для последнего удара. «Этот бьёт только наверняка», — пришло мгновенное понимание. Он уже был готов прощаться с жизнью, когда в поле зрения ворвался летящий щит. Кривой каким-то чудом сориентировался и кинул его точно в Кита. В любой другой ситуации это сделало бы лишь хуже, но сейчас спасло парню жизнь.

Убийца увернулся от летевшего снаряда, но удар нанести не смог. Ему пришлось отдалиться от своей цели. Рота, ещё толком не соображая, что происходит, уже вскакивала с мечами в руках. Сэм Накри сориентировался быстрее и нёсся к опасному противнику.

Фигуре с клинком пришлось отступить ещё ближе к выходу. Теперь он уже не представлял опасности, и Кит опустил меч. Только сделал он это зря. В темноте барака на долю секунды блеснуло лезвие, летящее в его сторону. Он метил прямо в сердце.

Сеймур, лишь благодаря чутью и своей подвижности успел немного изменить положение тела. Полностью уйти от броска не удалось. Метательный нож вошёл в бицепс левой руки почти без боли. Рука тут же безвольно повисла, а Кит пригнулся в поисках щита. Только защищаться уже не требовалось — убийца неспешно покинул барак, глядя в глаза парня. Через пару секунд плотной синей ауры уже не наблюдалось.

В ночи начали раздаваться крики. Бойцы не понимали, что произошло, а за суетой и криками прятали, внезапно накативший испуг. Ситуацию под контроль взял Кривой.

— А ну, все заткнулись! И давайте на улицу. Здесь уже никого нет.

Бойцы высыпали из барака и стали осматриваться в поисках угрозы, но ожидаемо никого не увидели. Кит вышел, так и не выдернув клинка из руки. Нападавший мог зацепить артерию, и лучше это было делать в присутствии знахаря или хотя бы человека, умеющего оказать первую помощь.

— Так, что здесь происходит? — выбежал лейтенант из своей палатки с уже обнажённым мечом.

— Нападение, — Кит вышел вперёд, чтобы показаться на глаза Торксону. По его левой руке обильно стекала кровь и в слабом свете луны казалась чернильной.

— Рота к бою! — выкрикнул Эндрю. — Сколько их, где напали?

— Напали в бараке, он был один и уже скрылся, — ответил Кит.

— Рота, отбой! Проверить дозоры, сменить караул вне очереди! Рассказывай, кто, как и где. Со всеми подробностями!

Вахта дозорных, что должна была дежурить следующей, побежала проверять текущий наряд. Из палатки показалась Хелси Брингс с неизменным любопытством на лице. Кривой матерился на дозорных, которые впопыхах забывали надеть броню и захватить мечи. Накри же подошёл ближе к раненому Сеймуру.

— Нападавший проник в барак, когда все уснули. Он ходил между бойцами и, вроде как, вглядывался в лица спящих. Я заметил у него нож и стал подниматься. После этого завязался бой, а я поднял роту, — Кит говорил коротко, но делал паузы, чтобы Торксон успевал понимать.

— Так, а тебе точно не привиделось?

— Нет, — парень красноречиво указал на клинок, торчащий из его левой руки.

Кривой тоже подошёл к троице после того, как отправил нормально собранных дозорных проверять посты. Он уже хотел было спросить о чём-то лейтенанта, когда глаз зацепился за нож в руке парня.

— Выдёргивай его быстрее, придурок! — заорал он, с непривычными для него паническими нотками. — Он отравленный, вытаскивай, говорю! Сэм, держи его, я сам выдерну.

Кит ещё ничего не успел сообразить, как почувствовал новую боль от выдранного из его тела ножа.

— Кривой, что за паника? С чего ты взял, что он отравленный? — Торксон направил полный недоумения взгляд на старого сержанта.

— Лейтенант, это нож одной из гильдий, — сержант чуть отвёл взгляд. — Не спрашивайте, но я точно знаю, что он отравлен. Мало шансов, что парень выживет, но стоит попытаться. Его нужно срочно доставить в форт, может, кто-то успеет помочь.

— Да уж, пацан… Вот тебе и амнистия от Короля. Я уж настроился тебя размазать, а ты и здесь мне подгадил. Это не месть, а одно разочарование… — Торксон говорил без всякого злорадства и даже с некоторой долей грусти.

Накри в это время перетягивал ранение бинтами, которые притащил один из бойцов его взвода. Артерия была не задета, и сейчас он накладывал простую плотную повязку из того, что было под рукой.

— Что вы меня хороните? Я нормально себя чувствую и…

Сеймура резко подкосило, будто он получил сильнейший удар в голову. По телу разлилась слабость, а лоб начал нестерпимо гореть. Ноги как-то слишком быстро стали ватными, и если бы не поддержка Сэма, то парень бы свалился.

— Так, делай с ним, что хочешь, — ответил Торксон. — Путь до форта весь в маяках, никого не задушит. Но чтобы через пару часов все были на месте. А ещё лучше — возьми его взвод доходяг, пускай отдохнут пару дней. Опять нового сержанта искать… — бросил он едва слышно, уже уходя обратно в сторону своей палатки.

Накри и Кривой организовали солдат, а Кита уложили на полозья, которые использовали для переноски трупов. Несмотря на сопротивление Сэма, бывалый сержант настоял не «страдать хернёй и плевать на суеверия». Таким способом доставить Сеймура было реально быстрее.

Вместе с вышедшим взводом увязалась и Хелси. Кит уже начал впадать в горячку, но и в таком состоянии замечал её лицо, временами появляющееся перед ним. Волшебница с ненормальной улыбкой и любопытством заглядывала ему в глаза каждые пару минут.

По ощущениям до форта добирались недолго. Кит в полузабытьи слышал крики, чью-то ругань и голос Хелси. Жар ушёл из головы и захватил всё остальное тело. Перед глазами всё чаще мелькали яркие картины, смешивая реальность и горячечный бред. Под скрип открываемых ворот он потерял сознание.

Обстановка вокруг резко переменилась. Кит вдруг оказался на арене Великой Чаши. Без всякого объявления о бое на него напал Найджил Мисгейл. Он был невероятно быстрым, и каждым своим выпадом обязательно попадал по ноющей левой руке. Лер-герцог, словно издевался, не атакуя другие части тела, и выцеливал многострадальную руку.

Когда у Кита получилось отбить единственный удар Мисгейла, тот превратился в Гарта.

— Добро пожаловать в нашу команду, — произнёс однорукий и ухватился за разрываемый болью бицепс Сеймура.

Парень пытался отбиваться, но Гарт совсем не замечал его ударов. Вся их сила гасилась и не причиняла никакого вреда бывшему наставнику. Вдруг руку прошила резкая боль, а Гарт, довольный победой, хищно оскалился, держа оторванную конечность. Он тут же начал убегать с гулким хохотом от взбешённого Сеймура.

Бредовое сновидение оборвалось резко. До боли знакомые слова оборвали мучения: «Добро пожаловать в симулятор!» Кит привычно пробежал текст об увеличении выработки энергии, чтобы ему ничего не мешало, и крепко задумался.

— Получается, что сейчас я нахожусь в бреду от проникшего в меня яда.

Вокруг было тёмное помещение барака. Парень так и не понял, от чего зависит выбор места. Кит начал расхаживать от стены до стены, пытаясь собрать мысли в кучу.

— Выходит, Симулятор позволяет мне мыслить ясно, пока я нахожусь в нём. У меня всего полчаса, а следом опять бред и, возможно, смерть.

Он остановился, материализовал в руке меч и от досады пару раз рубанул стену со всей силы. Мозги работали с невероятной быстротой, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Быть в полном сознании и ожидать скорой смерти — эта ситуация бесила его своей нелепостью.

— Стоп! В описании про энергию было сказано, что её выработка и здоровье напрямую связаны друг с другом. Чем здоровее тело, тем больше энергии оно может поглощать и вырабатывать. Чем больше энергии поглощается, тем здоровее тело. Можно попробовать использовать это в Симуляторе, пока я могу мыслить ясно.

Идея казалась сомнительной, но ожидать своей участи, ничего не предприняв, было выше его сил. Сеймур материализовал воронку пустоты и сосредоточился на ней. Получилось очень легко и просто. Навык был уже освоен почти в совершенстве.

— Этого явно будет мало. Задерживать дыхание я сейчас не смогу, потому что в прошлые разы меня выбрасывало в реальность. Значит, остаётся попытаться сделать Вдох Силы. При этом без задержки дыхания и постараться не перебрать со скоростью воронки.

Начались первые несмелые попытки сделать Вдох Силы в текущих условиях. Кит старался увеличить воронку примерно до того же размера, что и в прошлый раз. К этому необходимо было добавить скорость, но нужной всё равно не выходило. Он пробовал опять вызвать воспоминания, когда его душил ошейник, однако это ничего не дало. Небольшой приток энергии ощущался, но необходимого разрывного эффекта он так и не достиг.

Спустя двадцать с небольшим минут время в Симуляторе вышло. Кит опять гонялся за Гартом, отбивался от Мисгейла и пытался спасти Сэма Накри. Когда перед ним появилась Окси, Сеймур был уверен, что бред кончился, и ему повезло достучаться до Ментора. Но спустя мгновение, Окси превратилась в волшебницу, которая то и дело спрашивала, когда, наконец, он умрёт.

«Добро пожаловать в симулятор» — эта надпись была, как глоток свежего воздуха.

— Прошли сутки… — задумчиво проговорил Кит. — Что мы имеем? Я всё ещё жив, а значит, мой метод работает, — радость начала захватывать сознание, но в этот момент его висок прострелило резкой болью. — Только вот чувствую себя теперь хуже…

Сеймур прислушался к своим ощущениям. Голова, и вправду, была какая-то ватная, а в висок изредка прилетала болезненная искорка. Способ с воронкой точно помогает, но пока недостаточно. Для Сеймура, это означало надежду и подавало сигнал о том, что нужно стараться лучше.

Следующие полчаса он снова и снова пытался воссоздать то, что у него получилось в реальности, но никак не выходило здесь. Без задержки дыхания воронка никак не хотела крутиться быстрее. Несмотря на всю решимость идти до конца и не сдаваться, парень после неудачных попыток бывал близок к панике.

Снова бред, перекошенные лица и боль. До этого кошмары не сопровождались физическими ощущениями, а теперь почти в каждом он успевал почувствовать что-то неприятное.

«Добро п…»

— Нужно ускоряться, соберись! — голова соображала с трудом, но Сеймур хорошо помнил свою задачу и сразу же занялся делом.

Рогатые лица демонов. Побег. Дикая боль от впившейся в лодыжку адской гончей. Демон втыкает вилы в живот, и Кит выплёвывает кровь прямо себе на грудь.

«Добро…»

— Такое себе добро, — хрипло выговорил Кит.

Голова раскалывалась и нормально думать было тяжело. Состояние тела начало его догонять даже в мире Симулятора.

— Такими темпами я… Думай, чёрт побери! Думай! — Кит пару раз ударил себя ладонями по голове, будто это что-то могло изменить.

В придачу, начало подводить чувство равновесия. Даже во сне он не мог нормально ориентироваться. Стоило закрыть глаза, как голова начинала кружиться, а вся концентрация улетучивалась в неизвестном направлении.

— Скоро… Скорость, потому что демона я победил только скоростью, — Кит бормотал заплетающимся языком. — И, чтобы догнать Гарта, нужна скорость. И Мисгейл слишком быстрый.

Голова горела, и бред подступал всё ближе. Кит, слабо соображая, материализовал воронку, но увеличивать её не стал. Он уже не помнил о том, что она должна быть большой. Сейчас всё его внимание было сосредоточено на скорости вращения голубого вихря. Он был слишком мал, но ускорялся всё больше и больше…

«Добро пожаловать в Симулятор!»

— Слава Симарглу! Как же это божественно — не чувствовать боли! — проорал Кит во весь голос.

Небольшая затуманенность мыслей всё же осталась, но теперь он мог соображать гораздо лучше, чем раньше. Изредка стрелял висок, но это не могло замутить радость того, что у него всё-таки получилось. Оставалось только вспомнить как.

К счастью, последние бредовые воспоминания сохранились довольно неплохо. Теперь он не пытался увеличить размер воронки и полностью сосредоточился на скорости её вращения.





Спустя ещё пару «Добро пожаловать», Сеймур открыл глаза. Солнце едва пробивалось через немытые стёкла и освещало комнату, заполненную лежанками. Он не сразу признал в этом помещении казарму форта. Где-то вне его поля зрения раздавались знакомые голоса. Тео и Ворон. Как обычно, спорят о каком-то пустяке. Эта мысль была почему-то приятной.

— Эй! — хотел крикнуть Сеймур, но получилось издать только сипение пересохшим горлом.

Однако этого хватило, чтобы его услышали и обратили внимание.

— Очнулся! — удивлённо и немного испуганно прокомментировал рыжий. — Хреново, конечно, лучше бы ты не приходил в себя…

Перед глазами Сеймура появилась могучая фигура Тео, а на его лице было написано сожаление.

— Тебя хочет видеть инквизитор. Если бы ты не пришёл в себя, то сегодня бы он уже уехал, — Тео замолк на несколько секунд. — Я бы не говорил никому, но он всё равно собирался прийти к тебе перед отправлением. Ты ему почему-то сразу не понравился. Даже в таком виде.

В памяти сразу же

всплыло лицо Гарта, а грудь сдавило нехорошим предчувствием.





***





— Ну и что ты решил, Эндрю? — оперевшись локтями о стол, спросил лейтенант Лайвуд.

После очередного утреннего совещания у капитана Стейлза все командиры рот обычно собирались в офицерской столовой. После завтрака они обсуждали последние новости, планы и, конечно же, новые сплетни. Сегодня столовая была почти пуста. За столом оставались лишь двое — лейтенанты третьей и седьмой рот.

— Так, а что тут думать? Я не собираюсь вместе с зэками лезть на эронийские стены. Собрал список из пятидесяти человек. Поведёт их новенький — Сэм Накри. Думаю, мозгов у него хватит справиться с пятью десятками. А не хватит, то и чёрт с ним! — Торксон махнул рукой, показывая свою степень заинтересованности.

— Это ты зря, Эндрю. Для тебя этот рейд сулит большие возможности. В защите славы не снискать, а вот если возьмёте какую крепостицу или форт, то можно и повышения добиться, — пожилой лейтенант поправил седую шевелюру, словно примеряя эту славу на себя.

— Да какое там захватить! Всех штрафников на убой пустят первой волной. Ну я-то выживу! Сержанты мои, возможно, тоже. Только, что мы там втроём навоюем? Да и рисковать впустую лишний раз не хочется. Повышения эти не факт, что будут, — Эндрю начал крутить пучок волос на бороде, как обычно поступал, когда нервничал.

— Напрасно ты так считаешь. Сейчас у тебя самая сильная рота. Накри на третьем ранге, Кривой на первом, амнистированный ваш тоже вроде на поправку пошёл. Говорят, последние пару дней ему лучше становится. А он хоть тебе и не по нраву, однако тоже силён. Да плюс ты сам, уже опытный и умелый Воин, который не первый год руководит целой ротой. С сильным командиром и потери меньше.

— Так, риск от этого никуда не уходит! А возможность повышения, так и остаётся маловероятной.

— Послушай старого командира! Если дело перешло к контрнаступлению, то значит война скоро кончится. Я их прошёл уже не счесть. И любой рост в звании происходит только после успешных атак, а не за годы просиживания штанов в обороне. Не повторяй моих ошибок. Я бы, может, вырвался из этого штрафбата, если бы действовал активнее. Посмотри на меня. Мне семьдесят лет, и я с лейтенантским званием почти столько, сколько ты живёшь. Однажды я ошибся и решил больше ничего не делать, чтобы не ошибиться снова. Теперь вот пожинаю… — с лёгкой грустью, закончил он на полуслове.

— Думаешь, мне самому хочется тратить время в этом убогом месте?! Так, я готов вцепиться в любую возможность, Кирк! Но я при этом не идиот. Риск помереть ни за что, так и остаётся! Твои слова, конечно, хороши, но они не дают гарантии! — Торксон повысил голос и местами уже прикрикивал на лейтенанта седьмой роты.

— А ты хотел бы без риска?! Чтобы всё было наверняка? Без проблем, без шальной стрелы или засады? Вот за такое, я тебе гарантирую, повышения точно не получить! А ещё у тебя эти риски в десять раз меньше, чем у любого другого командира роты. У кого из лейтенантов есть в подчинении хотя бы пару Воинов первого ранга? А у тебя их трое, и они посильнее будут. А вообще делай, что знаешь. Я к тебе, как к сыну и по доброте своей советую. Завёл свою песню: риски, риски. Так и скажи, что трусишь! Всё, уговаривать тебя не буду. Не пацан уже! — Лайвуд хлопнул по столу ладонью и начал подниматься.

— Стой, старый, — Эндрю придержал за плечо готового уйти Кирка. — Ну ты чё закипятился, так! Я ж не ссыкло какое, просто смысла в этом не видел. А за пустое подыхать интереса мало. Я подумаю. Серьёзно! Спасибо тебе за совет и давай без обид? Шансы то большие, что повысят?

— Всяко выше, чем здесь в форте, — с наигранной обидой пробурчал Лайвуд.





