Глава 1: Смерд


Алекс Райз «Испытание сталью»





Высокий темноволосый юноша пробивался сквозь пёструю толпу людей. Экзамен должен был начаться совсем скоро, и опаздывать на него не хотелось. Как назло, народа в Реддинге собралось уже очень много, ведь до главного события года оставался лишь день.

Экзамен, на который спешил Кит Сеймур, проверял лишь теорию, но от этого не становился менее важным. Эта проверка подводила итог десяти годам обучения воинскому искусству. И пересдать возможности не было. По крайней мере, для Сеймура. Если провалишь, то придётся платить за пересдачу из своего кармана, а для простолюдина — это почти невозможно.

Наконец, в тёмно-карих глазах Кита отразилось гигантское здание арены. «Великая Чаша» — так называли здание все приезжие, всевозможные чиновники и бюрократы. Местные же говорили просто — «арена». Кит ускорился, активно работая локтями, дальше должно быть свободнее. Снежные Барсы и стража города не позволяли кому попало находиться на территории вокруг арены.

Вырвавшись из людской толчеи, Сеймур замедлил шаг и выпрямился, как подобает ученику Снежных Барсов. Боковым зрением он заметил слева группу дворян, двигавшуюся параллельным курсом. Первым шёл высокий голубоглазый брюнет с настолько бледной кожей, что она казалась немного светящейся. На нём был надет дворянский камзол фиолетового цвета, расшитый золотым орнаментом и бахромой. На боку в изящных ножнах висел меч с вычурной золотистой гардой.

В таком виде Кит не сразу узнал в нём Найджила Мисгейла — единственного сына герцога Боннийского. Последние десять лет они все ходили в одинаковых ученических одеждах. Четверо по сторонам — скорее всего, охрана, а троица позади — это любимые подпевалы Найджила и по совместительству одногруппники в учёбе.

Мисгейл тоже заметил одинокую фигуру правее себя и сменил маршрут так, чтобы обязательно пересечься. Ещё не пройдя половины разделяющего их расстояния, он выкрикнул:

— Эй, смерд, ты не заблудился? Конюшни находятся на западе Реддинга. Знаешь, что такое «запад»?

Позади раздался довольный смех прихлебателей, и даже охрана своего подопечного подключилась к этому нехитрому поводу для веселья.

— Или ты в поисках своей мамаши? Так, все шлюхи города сейчас на ярмарке, тебе нужно двигаться вон туда, — Найджил медленно потыкал пальцем в сторону толпы, будто указывал идиоту, чтобы тот точно не заблудился.

Ученики и их спутники, проходящие мимо, делали вид, что ничего особенного не происходит. Мисгейл был слишком серьёзной фигурой, чтобы кто-то захотел с ним связываться. Но даже если бы и нашёлся такой смельчак, то вряд ли бы он стал вступаться за простолюдина.

Кулаки Сеймура сжались так, что побелели даже фаланги пальцев. Кит никогда не отличался кротким нравом, но это было в несколько раз выше того, что он мог бы стерпеть. Лицо парня потемнело от гнева. Он бросился на Мисгейла, даже не пытаясь задуматься о последствиях. В сознании горело лишь одно яростное желание — втоптать эту мерзкую ухмылку в грязь и смыть кровью всё, что он наговорил.

Но как бы быстр он ни был, Кит не успел добраться до Мисгейла — ему не хватило всего пары шагов. Мощный удар ногой выбил весь воздух из груди. Сила удара опрокинула его на спину и заставила проехаться по булыжникам. Охрана герцогского сынка не зря получала свои деньги и не позволила угрозе приблизиться.

Найджил ощерился презрительной улыбкой и нарочито брезгливо сказал:

— Ты забываешься, чернь, теперь мы не в школе и эти нелепые правила больше не работают. Простолюдин, неровня благородному! А чтобы этот урок хорошо для тебя запомнился… Теодор, задай этому псу с десяток плетей! Пусть усвоит, что не стоит кидаться на хозяйскую руку.

На лице Теодора — охранника, что защитил Найджила, промелькнуло выражение негодования, но он быстро взял эмоции под контроль. Только Сеймур успел заметить эту короткую заминку. Теодор очень медленно снял с пояса кнут, будто пытался дать возможность своему господину одуматься. Так же неспешно он стал разматывать его кольца. Затем пару раз взмахнул, показывая силу удара. Кончик кнута врезался в каменную мостовую со звонким щелчком, в полушаге от Сеймура.

Недовольное лицо Найджила выражало нетерпение — он точно не собирался ничего отменять. Теодор не рискнул выжидать дольше. Он прицелился в ноги и не стал делать большого замаха. Скорее всего, не хотел калечить и намеренно попытался сдержать силу. Всё же боевой кнут со свинцовыми грузилами способен легко проломить висок или рассечь мышцы до кости. Но привычка взяла своё: удар вышел хлёсткий и быстрый.

Кит понял, куда прилетит удар. Он уже ожидал вспышку обжигающей боли на левой ноге, но кончик кнута просто повис в пространстве, не долетев до цели пары метров.

По воздуху прошла рябь, и прямо перед Сеймуром материализовался воин, который и перехватил удар кнута. Стандартная кожаная броня «Снежных Барсов» на нём была отмечена гербом школы. На плече нашит алый шеврон, с двумя золотыми полосами, что означало должность старшего наставника. Найджил и Сеймур сразу узнали в воине Мастера Мороу.

Наставник лёгким движением встряхнул кнут со своей стороны. Кожаный хлыст пошёл частыми волнами, после чего разлетелся на мельчайшие клочки и пыль. Казалось, Мастер заставил само пространство разорвать оружие. Он пристально посмотрел на нанёсшего удар охранника.

— Вы напали на ученика «Снежных Барсов». Ещё и на территории школы. Так как вы выполняли приказ своего господина, то получаете первое и последнее предупреждение.

На руке Теодора возникла длинная багровая царапина, и он выронил остатки своего кнута на землю. Мастер в это время повернулся к сыну герцога.

— Ученик Мисгейл, пока вы не сдали или не провалили свой выпускной экзамен, вы остаётесь учеником «Снежных Барсов». На вас по-прежнему действуют «эти нелепые правила». В честь выпускного я тоже делаю вам последнее предупреждение.

На бледном лице Найджила проступило негодование, но он и не думал перечить Мастеру. Это могло плохо кончиться даже для такой важной персоны.

— Ученик Сеймур, — воин повернулся и посмотрел на Кита, — пора бы уже понять, что вы вступаете во взрослую жизнь. После экзамена забудьте о том, что школа вас защитит. Десять лет вы изучали этикет, дворянский и дуэльный кодекс, государственное право. Значит, вы должны понимать, что дворянин имеет полное право наказать вас любым способом, на своё усмотрение. Без каких-либо разбирательств. Поэтому привыкайте жить по-новому или найдите себе покровителя. Все свободны!

Мороу исчез так же мгновенно, как и появился. Уже поднявшийся Сеймур и Мисгейл обменялись злыми взглядами, но продолжить разбирательства не рискнули. Найджил развернулся к своим сопровождающим и пренебрежительно бросил за спину:

— Живи, смерд, пока можешь. Только экзамен совсем скоро пройдёт, а ты теперь не отделаешься просто плетьми!

Процессия во главе с Мисгейлом начала удаляться в сторону арки входа. Найджил что-то произнёс, и группа взорвалась хохотом, а подпевалы оборачивались на Сеймура. Кит тяжело дышал и смотрел на них налитыми кровью глазами. Новая светло-серая туника, специально купленная к выпускному, была вся в пыли. Под рёбрами жгло от удара, а дыхание давалось с трудом. Но Кит не замечал боли. За годы тренировок он привык и не к такому. Десятки людей вокруг стали свидетелями его унижения, и это било больнее всего остального. В голове эхом звучали оскорбления, брошенные этим знатным придурком, решившим, что ему всё дозволено.

Прохожие старались не обращать внимания на помятого парня и отводили глаза. Некоторые, правда, смотрели с сочувствием. А часть и вовсе улыбалась, находя его унижение забавным.

Грудь кольнуло холодом, и его волна растеклась дальше по телу. Кит сжал кулон, покоящийся под рубахой на груди. Горячие злые мысли успокоились, и осталась лишь одна, запавшая глубоко в душу: «Я запомню этот день Найджил! Я сделаю всё, чтобы такого никогда не повторилось».





Глава 2: Кулон


«Эй, смерд…» — прозвенел в голове голос Мисгейла.

Кит в очередной раз отогнал неприятное воспоминание и только сильнее сжал челюсть. Вчера ему всё же удалось сдать внутренний экзамен. Несмотря на раздражение и мешающий мыслить гнев, у него получилось сконцентрироваться и получить высший балл. На память, Кит никогда не жаловался, и она не подвела его и в этот раз.

После вчерашней стычки и напряжённого экзамена он очень беспокойно спал. А сегодня встал ещё до рассвета. Чтобы не терять времени даром, отправился в пустую кузницу, где раньше работал отец. У стены всё ещё стояла старая наковальня, а в углу темнели клещи и молот, которыми тот когда-то работал. Сейчас это помещение не использовалось никем кроме Кита. Здесь он тренировался, проводил время наедине с мыслями и говорил с отцом, будто тот мог его услышать.

Уже целый час Кит отдавал все силы тренировке. Злость требовала выхода, но никак не находила.

— Наглый, зазнавшийся… — Сеймур на мгновение вскинул меч над головой и тут же в длинном выпаде нанёс удар по воображаемому противнику. Оружие со свистом рассекаемого воздуха прочертило идеально ровную линию. Погасив инерцию клинка вращением, он провёл атаку по диагонали.

— Будто тебе всё дозволено… — Кит сделал новый выпад. Финт. Ещё один диагональный удар. В карих глазах отразилось удовлетворение от прекрасно выполненной связки.

«Эй, смерд, ты не заблудился?» — в памяти опять прозвучал голос Мисгейла и вспыхнул его ненавистный образ. Радость хорошо исполненного движения сменилась новой порцией злости, а пальцы сжали рукоять меча до хруста.

Сеймур вздохнул как можно глубже и продолжил отрабатывать связки, пытаясь усмирить сознание. Он будто танцевал с клинком внутри просторной старой кузни. Этот час он почти без остановки работал с тяжёлым двуручным мечом. Дыхание уже было тяжёлым, но ещё не сбитым. Торс блестел от пота, подчёркивая рельеф тренированных мышц.





Помещение освещалось парой чадящих масляных ламп, что едва разгоняли предрассветный сумрак и застоявшийся запах сырости. Но даже в таком свете можно было разглядеть поблёскивающую серебристую цепочку на груди Кита.

Кулон же, закреплённый на ней, будто пытался скрыться от любого взора. Продолговатый, антрацитово-чёрный камень был заключён в серебряную оправу, похожую на змею. Он поглощал свет, почти ничего не отражая. Вчера юноша надел его впервые за четыре года со смерти отца.





Кит вспомнил, как отец впервые рассказал ему, что они не совсем родные друг другу. Как ночью на пороге их дома появилась корзина с маленьким ребёнком, а рядом лежал этот кулон. Он собирался рассказать что-то ещё, но Кит не хотел ничего больше слышать. В тот день парень разозлился не на шутку. Он убежал из дома и попытался избавиться от камня. Хотел выбросить его подальше, будто это могло что-то изменить и сделать его настоящим сыном своего отца.

Но в тот раз у него ничего не вышло. Кулон никак не хотел слезать с шеи, постоянно за что-то цепляясь. А когда Кит глядел на него, то почему-то на душе становилось очень тяжко, будто он пытался предать лучшего друга. Так, у него и не поднялась рука выбросить эту безделушку. А позже его нашёл отец и сказал, что Кит для него такой же родной, как Кристофер и что он любит его ничуть не меньше брата.

Четыре года назад отец умер. Крепкий и надёжный, самый сильный человек, которого Кит знал, ушёл в один день. Это было невозможно. Не хотелось верить, что такое вообще может быть. Но с горькой правдой пришлось смириться. Именно в тот день Кит всё-таки снял свой кулон. Смерть отца так потрясла его, что те детские мысли снова вернулись. Он решил избавиться от камня — от прошлого, что делало его неродным сыном. Но выбросить его опять не получилось, и тогда он спрятал его подальше от глаз.

Мышцы уже горели от длительной нагрузки. Запястья ныли от тяжести меча, и Сеймур решил прекратить тренировку. Он бросил увесистый двуручник в стойку и прошёлся вдоль кузни, охлаждая натруженные мышцы. Растяжка и глубокое дыхание слегка успокоили быстро бьющееся сердце.

Телу необходимо восстановиться, чтобы показать сегодня наилучший результат. Сеймур снял с шеи кулон и сел прямо на земляной пол. Он стал пристально вглядываться в него, словно пытаясь проникнуть взглядом внутрь. Лёгкий ветерок из прохудившихся местами стен приносил прохладу и свежесть. Раньше, когда Сеймуру было необходимо привести мысли в порядок, он частенько прибегал к этому способу. Иногда ему казалось, что под поверхностью камня скрывается огромная глубина, где имеются ответы на все вопросы.

Сегодняшний день был не менее важен. Именно поэтому он затемно отправился тренироваться, чтобы как следует подготовиться. Кулон он надел ещё со вчера. Киту казалось, что тот приносит удачу. Сейчас он был готов довериться даже суевериям и приметам, лишь бы успешно пройти предстоящую аттестацию.

В тишине старой кузни, под треск масляных ламп Кит вспомнил, как всё начиналось. Десять лет назад, когда Киту было всего семь, отец отвёл его в школу воинов с гордым названием «Снежные Барсы». Самая элитная школа страны — об этом знали все мальчишки, даже такие мелкие, как он. Про наставников ходили легенды. Каждый из них был героем войн, бесконечно затеваемых Вергусом. Тогда Киту казалось, что там учатся только дети благородных кровей — лучшие из лучших, будущая опора государства. В то время он и не подозревал, насколько сильно ошибается.

Для него так и осталось тайной, как отцу удалось его туда пристроить. Попасть в такую школу простолюдину просто невозможно. Не каждый дворянин мог позволить себе обучать там своих детей. Но Дэвиду Сеймуру удалось каким-то чудом добиться устроить туда своего сына.

Кит не раз спрашивал отца об этом, на что получал лишь отговорку: «Тот, кто ищет причины — получит лишь ответы; тот, кто ищет возможности — получит всё». Выпытывать у него информацию было бесполезно, да и хватало других забот, поэтому Кит на какое-то время сдался. А когда отец умер, этот вопрос стал казаться пустым и мелким на фоне всего того, что он не успел и уже не сможет спросить.

У Сеймура чуть перехватило горло от застарелой грусти. Но кулон исправно выполнял свои функции и будто поглощал все негативные эмоции. От него повеяло лёгким холодком. Кит не обратил на это внимания, ведь щелей, как и сквозняков, в кузне хватало.

Сейчас уже всё позади: смерть отца, годы суровых тренировок, тысячи поединков и просто драк, множество конфликтов, поражений и побед. А впереди одно из самых важных испытаний в жизни — аттестация на ранг Воина.

В отличие от экзамена по теории, аттестация была более серьёзным событием. Каждый год в Реддинге собирались желающие подтвердить свой статус со всей страны. По результатам её прохождения кандидатам присваивалась ступень Воина и определялся конкретный ранг, которого был достоин испытуемый.

Для Кита эта ступень открывала дорогу в жизнь, а провал ставил крест на последних десяти годах жизни. Он мог в один миг стать уважаемым и востребованным Воином. Статус, деньги, признание или… полное забвение. К сожалению, не такое уж и полное — дворяне, которым Кит перешёл дорогу, уж точно про него не забудут.

— И с чего этот урод прикопался именно ко мне?! — в голосе Кита стало меньше злости, и он с небольшим усилием выкинул все мысли о Мисгейле.

Грядущая аттестация заставляла сомневаться в себе. Кит уступал в физической силе, почти всем выпускникам Снежных Барсов. Природа не подарила ему такого преимущества. Чтобы сражаться на достойном уровне с более сильными соперниками, парню приходилось уделять значительно больше внимания технике боя, своей ловкости и скорости. Только это и выручало. Более того — позволяло держаться в тройке лучших.

Сеймур привык к ученикам своей школы: знал, чего от них ожидать, сильные и слабые стороны, любимые связки ударов. Но на аттестации будут ученики других школ, про которых он не знал ничего, и это слегка тревожило. Даже более слабый боец может удивить чем-то необычным. Конечно, «Барсы» были лучшей школой страны, но другие не должны очень уж сильно ей уступать.

На смену ушедшей злости попыталось прорваться волнение. Он подавил его усилием воли, справившись ещё быстрее, чем в прошлый раз. Хотя, на краткий миг ему показалось, что внутри камня промелькнула искорка. Сознание вновь стало кристально чистым, но тело внезапно ощутило лёгкую усталость.

Сегодня всё было по-другому. Глупые сомнения исчезали в один миг, а тревога развеивалась по щелчку пальцев. Чёрный камень исправно делился спокойствием. Он словно внушал одним своим видом, что всё лишь тлен и пустота. В голове оставались только факты без лишних эмоций.

Пусть, он не может похвастаться силой, но даже так умудряется побеждать большинство своих соперников. Упорство и способность терпеть любую боль позволили взять своё там, где не хватило таланта. Когда другие уделяли тренировкам час, Сеймур занимался по пять. Он отказывался от сна, перерывов и редких выходных, чтобы становиться сильнее тех, кому повезло больше.

Кит сжал камень в кулаке и с вызовом направил взгляд в потолок. Его лицо стало серьёзным и решительным. Сегодня он сделает всё возможное и невозможное, чтобы добиться своей цели и победить.

Солнце наконец-то полностью взошло и целиком осветило город Реддинг. В том числе и небольшую кузницу на окраине города, где молодой парень, окончательно собрался с мыслями и встретил новый день с настроем на победу.





***





Время подошло к выходу. Арена находилась на самом юге Реддинга, а кузница на северных окраинах. Обычно пересечь город не представляло проблем, но в эти дни он просто кишел народом, и дорога могла занять значительно больше времени.

Кит двинулся быстрым уверенным шагом. Несмотря на раннее утро, центр встретил его разноголосьем толпы. Люди ставили торговые палатки, готовясь к предстоящей ярмарке, а некоторые предприимчивые торговцы поставили свои шатры ещё с вечера. Тут и там орали зазывалы, приглашая посмотреть их ассортимент. Особо наглые дёргали парня за рукава, пытаясь тащить в сторону своих палаток.

На центральной улице становилось всё теснее. Пару раз Сеймура толкнули плечом, но он этого даже не заметил. Спустя минуту он ощутил, как кто-то нагло шарит руками по его поясу. Кит быстрым движением поймал руку и с силой сдавил пальцы. Сбоку раздался болезненный вскрик: парнишка на пару лет младше него держался за кисть и смотрел расширенными от страха глазами.

Кит сразу опознал в нём неместного. Шпана из Реддинга прекрасно знала, кто такой Сеймур, и никто из них не рискнул бы залезть к нему в карман. Звать стражу или разбираться самому не было ни времени, ни желания. Чтобы и дальше не толкаться на главной улице, он свернул в подворотни. Пусть придётся идти не по прямой, но так точно будет быстрее.

Кит посмотрел вправо: через пару улиц отсюда их дом. К своим решил не заходить, оправдав себя тем, что очень торопится. Но на самом деле он просто боялся увидеть лицо матери. Скорее всего, она ничего бы не сказала, но этот её взгляд… В нём каждый раз возникало столько переживания и боли, когда речь заходила о предстоящей аттестации, что Киту становилось неловко перед ней и он чувствовал себя виноватым. Сейчас совсем не хотелось терять с таким трудом достигнутого настроя.

Да и Кристофер налетит с бесконечными вопросами, а от него так просто не отделаться. Придётся тратить время и отвечать на бесконечные вопросы неугомонного младшего брата. Кит улыбнулся, вспомнив, каким серьёзным и хмурым становилось лицо Криса, когда тот был недоволен ответом.

Пора возвращаться на главную — по-другому пройти не получится. Кит выбрался из подворотни и увяз в толпе. Пришлось снова толкаться, протискиваться, работать локтями и получать тычки от незнакомцев. Толпы людей уже начинали раздражать.

Кит с небольшим злорадством вспомнил, как с приездом Короля стражники разгоняли народ вдоль всей главной улицы. Каждый год Сиринеус Второй приезжал на это мероприятие вместе со своей многочисленной свитой. Для простых ребят наблюдать за королевской процессией, считалось одним из интереснейших развлечений.

Но сегодня всё будет иначе. Возможно, Кит даже увидит Короля, а при очень большой удаче даже сможет попасть в Королевскую гвардию или хотя бы в столичную стражу. При всей нелюбви к благородным он не считал службу своему Монарху чем-то зазорным. Служить правителю своей страны — это почти то же самое, что служить всей своей стране. Будто ты выполняешь волю не человека, а самого государства Вергус.

Наконец, он выбрался на свободное пространство перед ареной. Кит остановился перед аркой входа. Великая Чаша каждый раз поражала своей грандиозностью. Кит снова вспомнил, как маленьким мальчиком его впервые привёл сюда отец. Невероятно огромное здание арены было выше любого из виденных им домов раз в пять. Со стороны оно походило на гигантскую тарелку, выпавшую из рук Бога и треснувшую арками входов. В мыслях тогда возник образ недовольного Бога Симаргла, гневно взирающего на них, словно на мелких букашек. Почему-то это воспоминание всегда вызывало у него мурашки по коже.

— Эй, Кит! Ты тут статую великого героя изображаешь или меня ждёшь? — раздался со спины знакомый бас.

Сеймур обернулся и увидел блондина-здоровяка Сэма Накри. Кит считался довольно высоким парнем, но даже над ним Сэм возвышался на полголовы. А из-за широкого мускулистого телосложения, казалось, что тот был даже выше. Когда встречаешь человека таких габаритов, ожидаешь, что говорить он будет неспешно и рассудительно. Накри опровергал этот стереотип полностью. Иногда он говорил так много и быстро, что ему позавидовал бы любой ярмарочный зазывала.

— Конечно, я жду тебя, а то опять заблудишься! Или, не дай Бог, столкнёшься с какой-нибудь девушкой, и она тебя так засмущает, что забудешь, куда шёл!

Сеймур и вправду ожидал своего единственного настоящего друга в школе «Снежных Барсов». Несмотря на постоянные взаимные подколки, парни всегда были рады видеть друг друга. Пусть Кит никогда этого не говорил, но относился к Сэму, как к своему родному брату и предполагал, что тот относится к нему так же.

— Это было-то всего один раз, да и прошло уже больше трёх лет! — светлое лицо Накри сразу же выдало его смущение краской на щеках и шее.

— Два года и семь месяцев! Я всегда буду помнить тот случай, — Кит рассмеялся в голос и едва увернулся от огромной руки Сэма, попытавшейся его ухватить.

— Иди сюда, по-моему, у тебя спина в пыли, нужно срочно оттряхнуть!

— Всё-всё, успокойся! Я просто пошутил, — Кит всё ещё улыбался, но больше не рисковал провоцировать друга, который очень болезненно вспоминал тот забавный случай.

— Ну что, ты готов? — спросил Накри, переборов желание наказать Сеймура за длинный язык.

— Как никогда!

— Слышал, что в этом году будет гораздо больше участников и даже простолюдинские школы выставляют своих лучших учеников.

— Да, гуляют такие слухи. Говорят, из-за войны с Эронией Король требует всё больше Воинов от школ. А некоторым перспективным ученикам Корона даже оплачивает учёбу. Но не думаю, что это правда.

— Правда или нет, но в этом году точно будет тяжелее. Если мы столкнёмся в бою, то пощады не жди, — улыбнулся Сэм.

— Ты тоже, — ответил Сеймур, а в его глазах уже плескался азарт, от предстоящих поединков.

— И, это, Кит…

— Да?

— Не влезь в очередной раз в какую-нибудь историю! — в голосе Сэма слышалась почти отеческая забота.

— Только не в этот раз.

Парни отправились внутрь на поиски главного распорядителя. Он назначал кандидату группу и регистрировал бойцов. Долго искать не пришлось — Август Шмидт находился в парадном холле и о чём-то разговаривал с Найджилом Мисгейлом. Ощутив внимание к своей персоне, Мисгейл посмотрел на Сеймура. Его лицо расплылось в широкой улыбке, после чего он приветливо помахал и направился прямо к ним.

— Накри, Сеймур, удачи вам в первом этапе. А тебе, Кит, даже двойной удачи! — Найджил, не дожидаясь ответа, отправился дальше.

— Не нравится мне его улыбка, — озадаченно протянул Сэм.

— А уж мне как!





Глава 3: Этап первый


[Прототип: Стадион имени Первого мая в Пхеньяне]





«Великие Боги, здесь каждая песчинка пропитана кровью» — нервно подумала Сари Сеймур. Даже воздух тут пах железом. Она смотрела на центральную площадку Чаши, и весь её вид говорил о том, как сильно она переживает. Но напряжённая поза и бегающий взгляд не портили красоту женщины.

Сари была уже немолода, но выглядела лет на десять моложе своих сорока девяти. Она сидела в шестнадцатом ряду практически сразу за местами с дворянской знатью. Женщина переводила взгляд с песчаного поля арены на стоявший рядом помост, потом на трибуны и даже ставку Короля. Церемония открытия вот-вот должна была начаться и Сари надеялась отыскать глазами своего сына.





[Сари Сеймур]





Сегодня беспокойство поселилось в её душе с самого утра. Кит уверял, что в этом нет ничего опасного. Мечи затуплены, броня усиленная и крепкая, на арене дежурят целители, а вокруг огромное количество Мастеров. Если случится что-то непредвиденное, то бой остановят, а целители вернут к жизни даже из объятий Хель.

Только все эти слова не давали никакой уверенности. Сари знала, что после аттестации кандидаты нередко становились калеками. А ещё, ни одна церемония не обходилась без чьей-нибудь смерти. Пусть нелепо и по чистой случайности, но хоть один кандидат обязательно погибал.

Чтобы немного отвлечься от тяжёлых мыслей, Сари решила осмотреть трибуны. Впереди яркими красками пестрели разнообразные флаги и гербы дворянской знати. Но больше всего, естественно, было чёрно-белых знамён с головой оскалившегося барса — официального герба «Снежных Барсов».





Места на трибунах до десятого ряда были заняты дворянами. В глаза бросалась чёткая черта из пустых мест, которая разделяла благородных дворянских кровей и простых смертных. Даже при наличии свободных мест неблагородные не решались спуститься и сесть ближе.

Выше дворянства расположился обеспеченный люд. Всевозможные купцы, владельцы торговых домов, главы ремесленных гильдий. Эти старались держаться поближе к дворянству, но черту не пересекали. Сари владела небольшой бакалейной лавкой и могла бы причислить себя к этой группе. Но ей была не очень приятна компания людей, которые, став лишь немного богаче обыкновенного мельника, стремились показать себя чуть ли не бароном.

Остальные места занимали самые простые люди, у которых хватило денег купить билет. Здесь не было красивых одежд, ярких прапоров и прочей роскоши. Зато стоял весёлый гомон, взрывы смеха и запах еды, собранной предусмотрительным людом. Даже на трибунах арены жизнь делила людей по высоте положения. И Сари считала это правильным. Таков порядок вещей, который установили Боги, и кто она, чтобы судить об этом.

Ставка Короля вообще занимала отдельный сектор. Она занимала все тридцать четыре ряда, а деревянные щиты надёжно отгораживали её и от простых людей, и от обеспеченных, и даже от большинства дворян.

Сари даже не заметила, как на свободное место справа от неё подсел мужчина с чёрными, как ночь волосами и слегка пробивающейся сединой, которая его совсем не портила.

— Сари? Вот так неожиданность, — обратился к знакомой Журек. — Не думал, что и здесь нам предстоит оказаться соседями.

— Соседями? — несколько растерянно спросила она и посмотрела на говорившего. — Добрый день, Журек. Я сегодня сама не своя, очень переживаю за Кита.

Журек, как обычно, выглядел великолепно: чёрный фрак с кружевным серебристым узором на лацканах и манжетах, чёрная трость и изящная шляпа с похожей вязью узора по бортам. Со стороны его можно было принять за благородного, но сам Апсар не имел никого отношения к дворянскому сословию.

— Я имел в виду, что мой ресторан и твоя лавка находятся по соседству, вот и здесь… В общем, не важно. Сари, не думай заранее о плохом! Вот увидишь, всё будет прекрасно! Очень многие уважаемые люди болеют за твоего сына. Такого не было уже лет тридцать, чтобы простолюдин выпускался из «Барсов»! Множество людей из Реддинга пришло в этот день только чтобы посмотреть на твоего Кита. С такой поддержкой ему сами Боги должны благоволить!

— Умеешь ты приободрить, — рассмеялась Сари. Десять лет назад, когда простой парнишка поступил в элитную дворянскую школу — это было очень громкой новостью. Но сейчас, наверное, все уже позабыли о том, что в этом году выпускается Кит. Хочется верить, что хоть пара-тройка человек помолится за его здоровье.

Общаться приходилось почти криком. Людской гомон наполнял всё окружающее пространство: то в одном, то в другом месте начинались споры за места, кто-то обсуждал уровень подготовки в этом году, кто-то новых свитских высочайшей знати, большинство же занималось любимым делом — обсуждали последние сплетни.

— Нет, Сари, ты даже не представляешь, как много людей знают об этом событии, — Журек наклонился ближе к Сари и продолжил уже тише. — Поговаривают, что Король сейчас гораздо больше заинтересован в верных людях из народа, чем в старом, вечно интригующем дворянстве. Кое-кто из серьёзных людей сказал мне: если ты сможешь показать, свою полезность Королю, то не исключено, что в Книге дворянских родов Вергуса появится новая фамилия. Кто знает, может, и мне удастся сделать что-то эдакое… — мечтательно протянул Журек и посмотрел на нижние ряды, пестревшие дворянскими прапорами и стягами.

— Я не совсем понимаю, Журек, — призналась Сари.

— Говорят, что эта война с Эронией сделала Его Величество более подозрительным к своим приближённым и сейчас он ищет новых надёжных людей, которые помогут ему в это непростое время. Я думаю, это прекрасный шанс для твоего парня. Если Кит хорошо себя покажет, то его может заметить сам Король, а там, глядишь, и в столицу куда пристроит. А может, и в королевскую гвардию пригласят… Хотя нет, это вряд ли.

— Да уж, ему бы поменьше такого внимания, с его характером он обязательно во что-нибудь ввяжется, — Сари улыбнулась. Она и не думала, что Журек говорит правду. А все эти придуманные слухи лишь для того, чтобы просто отвлечь её от переживаний. — Спасибо, Журек. Я немного успокоилась. Посмотри, кажется, прибыло Его Величество, значит, скоро всё начнётся.

В ставке Короля действительно началось какое-то движение. Спустя некоторое время, по её углам начали подниматься королевские штандарты, сообщая о присутствии правителя. Будто по команде, на арене тут же появились музыканты и с ходу заиграли какой-то торжественный марш.

Под звуки труб на помост вышел пожилой воин в чёрной кожаной бригантине. Жилет был сплошь покрыт стальными заклёпками, удерживающими скрытые пластины брони. Серые холодные глаза строго оглядели трибуны. Воин поправил седой ёжик волос и обратился к публике резко и отрывисто, рубя фразы, будто отдавал команды на поле боя:

— Школа «Снежных Барсов» рада приветствовать Его Величество Сиринеуса Второго Великого! — воин лишь слегка наклонил голову, словно обращаясь к равному, но старшему по положению товарищу. — А также гостей, зрителей и участников нашей церемонии аттестации. Меня зовут Райло Фокс, и я глава школы «Снежные Барсы». В этот день я с гордостью открываю церемонию и хочу напомнить, ради чего мы все здесь собрались. Сегодня кандидаты со всех сторон Вергуса попытаются получить признание и уважение настоящих Мастеров. Они попробуют доказать всем нам, что имеют право называться Воинами! Воин — это не тот, кто умеет сражаться копьём или мечом. Не тот, кто смел и силён. Воин — это человек, с невероятной крепостью духа, которой достаточно, чтобы одолеть любого противника. Воин не просто сражается, он меняет мир своим оружием. Воин готов биться с людьми, демонами, всем миром и даже самой судьбой, но не склониться ни перед какой силой. Быть Воином почётно!

Райло Фокс сделал долгую паузу, словно для того, чтобы трибуны поняли важность сегодняшнего дня. Он обвёл взглядом всю многотысячную публику, и каждый почувствовал, будто глава Барсов посмотрел ему прямо в глаза.

— Каждый Мастер сильно рискует, когда своим решением и словом подтверждает ранг бойца. Не посрамит ли будущий Воин признавших его? Не опозорит ли честь судей, дарующих это звание? Именно поэтому судейство будет строгим! Никаких поблажек! Никакой оглядки на род и происхождение! Перед испытанием пожелаю всем претендентам достойно выступить и не запятнать чести своих школ. А теперь я передаю слово распорядителю.

Фокса сменил распорядитель аттестации. Август Шмидт, выглядел старше сорока, но точный возраст назвать было сложно. В его каштановых волосах уже нередко мелькали седые пряди, а борода и усы были покрыты сединой будто вертикальными шрамами от ударов меча. Распорядитель сухим и строгим голосом стал рассказывать о предстоящей программе церемонии.

Сари не сильно разбиралась во всех этих этапах, правилах поединков и судебных оценках. Из всего сказанного она поняла немногое, но самое важное для себя. Сегодня все сразятся лишь по одному разу. Это радовало, потому что она совсем не была уверена в том, что выдержит переживаний после нескольких поединков сына. Также Шмидт сказал, что лечить пострадавших будет аж четверо целителей. Это было просто невероятной роскошью — такое мог позволить себе только кто-то уровня герцога.

Следующую важную мысль Сари уловила ближе к концу речи распорядителя. Кандидатам дадут день отдыха перед вторым этапом. Такие вести радовали даже больше. Если всё будет слишком опасно, она попробует отговорить Кита. Без работы он точно не останется, может, даже продолжит дело отца. Она улыбнулась краешком губ своим мыслям, но тут же погрустнела, вспомнив Дэвида.

Журек Апсар снова повернулся к Сари и слегка коснулся её локтя, чтобы привлечь внимание.

— Слышал, что в этот раз гораздо больше участников, чем обычно. В последние годы их количество всё растёт и растёт.

— Да, я тоже слышала об этом от Кита. Возможно, из-за начавшейся войны с Эронией государству требуется больше Воинов.

— Не только Воинов. Один мой хороший знакомый рассказал, что недавно опять начали отправлять заключённых на фронт, а городовые за малейшую провинность отправляют людей в изолятор.

— Ну, это не впервые в нашей истории. Мне совсем не жаль тех, кто предпочёл грабительство честному труду. И многие со мной согласны, пусть хоть так послужат своей стране и искупят свою вину.

В этот момент Август Шмидт вызвал первых бойцов на арену. По негласным правилам распорядитель аттестации также брал на себя функции герольда и главного судьи. Сыну герцога Боннийского предстояло сразиться с каким-то бароном из южных. По арене прокатились овации и гул — собравшиеся уже заждались обещанных зрелищ и радостно встречали бойцов.

— И здесь, чем выше положение, тем проще выйти в ряду первых, — покачивая головой, сказал Апсар. — Все знают, что Король будет на церемонии лишь пару часов, и стремятся протолкнуть своих детей в первую очередь.

— И слава Богам! Значит, Киту не придётся сражаться с кем-то из верхушки знати, и он не получит серьёзного соперника, который может стать и врагом в случае поражения.

— Зря переживаешь, Сари. Среди благородных не принято заводить вражду с теми, кто значительно ниже по положению. Помимо этого, каждый благородный имеет честь и воспитание, что не позволяет им воспринимать соревнование, как повод для вражды.

— Да, Журек, я тоже так думала до тех пор, пока мой сын не стал учиться в этой элитной школе. Дети дворян куда более жестоки, чем наши.

— Не буду спорить, но всё же думаю, что ты ошибаешься, а сейчас в тебе говорит беспокойство за сына.





На песок, толстым слоем покрывающий поле, вышли двое парней. Оба имели одинаковое снаряжение и мечи. Клёпаный кожаный доспех, деревянный щит, обитый кожей и короткий железный меч. Мечи были затуплены и окрашены в ярко-алый цвет пигментом, который после удара мог оставить отчётливо видный след на броне соперника. Это помогало судьям в сложных ситуациях, когда победителя нельзя было определить однозначно. Кроме того, у бойцов был запоясной кинжал, и они могли им пользоваться по мере необходимости. Такая экипировка не являлась случайной, все рядовые солдаты армии Вергуса имели точно такое же снаряжение.

Для удобства зрителей на шлемах бойцов были прикреплены крашеные плюмажи из недлинного конского ворса. Тот, кого называли первым, всегда имел красный плюмаж, тот, кого называли вторым — белый. Судей на поле для простоты обозначения тоже называли «красным» и «белым», в зависимости от стороны.

После объявления боя сын герцога начал уверенно теснить южанина. Найджил, не обделённый силой и умением, легко давил любые попытки контратаки. Барон же, напротив, испробовав весь свой арсенал приёмов, начал паниковать и совершать всё больше ошибок. Движения становились всё более судорожными и неточными. В этот момент, Мисгейл, явно рисуясь, ударил ногой в центр щита так, что верхняя кромка врезалась южанину в лицо и разбила нос. И тут же Найджил приставил остриё меча к горлу барона. Победитель был очевиден, и судья тут же закончил поединок. Найджил Мисгейл с ухмылкой отправился к служебному выходу, а проигравшего отвели в палатку целителей, расположенную сбоку от помоста. Спустя пару мгновений оттуда появился седой мужчина и дал отмашку продолжать бои.





***





Кит Сеймур вместе с Сэмом Накри наблюдали за боями в зале для вторых номеров. Этот зал, как и все технические помещения, находился под трибунами Великой Чаши. Им повезло, что их разместили в таком месте, где можно было наблюдать за происходящим на арене через смотровые окна.

«Шанс, что меня вызовут против кого-то из наших, минимален. Благородные, как всегда, боятся проиграть черни, это же так ударит по статусу» — на лице Кита мелькнула усмешка. — «Но это не очень хорошо. К своим я по крайней мере привык, а бои с неизученными противниками — это риск. Почему Боги обделили меня силой, а не всех этих высокомерных уродов?! Тут и вправду начинаешь верить в эту чушь про избранность благородной крови» — каждый раз, когда Кит нервничал, в нём будто срабатывала защитная реакция и превращала все эмоции в ярость.

— Первый бой самый важный, — внезапно нарушил тишину Сэм. — Отец говорил, что люди чаще судят по первому впечатлению.

Сэм говорил это, не отрывая взгляда от бойцов на ристалище. По нему и не скажешь, что он о чём-то волнуется. Но Кит прекрасно знал Накри и понимал, что в голове у него вертится точно такой же ворох мыслей и переживаний о предстоящих поединках.

— Об этом не стоит переживать. Первое впечатление о тебе складывается ещё до боя, когда ты головой собираешь паутину под потолками, — улыбнулся Кит.

— Не хотелось бы выглядеть неуклюжим на фоне более ловкого противника, — Сэм будто не слышал, что говорит Кит, и продолжал разговор сам с собой.

— Ты уже очень давно этим не страдаешь, — ответил Кит уже серьёзно. — Если в ком я и не сомневаюсь, так это в тебе! — Кит хлопнул здоровяка по спине ладонью.

Сэм, будто, придя в себя ото сна, посмотрел на Сеймура и чуть улыбнулся.

— Сам-то не переживаешь?

— Нет, — уверенно ответил Кит, хотя внутри не чувствовал ничего подобного.

— Верю-верю, — рассмеялся Сэм. — Не переживай, единственный противник с кем ты никогда не сможешь справиться, стоит рядом с тобой. Так, что можешь расслабиться!

Кит поддержал смех друга, но его слова про первый бой крепко засели в голове. Он ведь даже не думал о том, что в первом бою нужно выложиться по полной. Изначально он вообще планировал больше обороняться и тщательно изучать своего противника. Теперь пришлось задуматься о том, как впечатлить судей с первого боя.





***





Сари старалась не обращать внимания на идущие непрерывным потоком сражения. Периодически она нервно сжимала подол своего платья, а опомнившись, расправляла замятую ткань. Сари вообще не любила подобного рода зрелища, но сегодня просто не могла не прийти. В этот день Киту, как никогда требовалась её поддержка. В момент, когда объявили имя её сына, Сари вздрогнула.





— Джон Квинс, Кит Сеймур, выйти на арену! — голос герольда прокатился над рядами.





Кит вышел на арену с грацией хищника. Плавная, чуть покачивающаяся походка, но движения лёгкие будто он совсем невесом. Так, дикий кот неспешно идёт вокруг своего соперника, выбирая момент для броска. Взгляд крепко держит свою цель, а движения завораживают, заставляют потерять бдительность, усыпить.

Сейчас Кит напоминал хищного манула, и слегка подрагивающий от азарта меч не оставлял сомнений в его настрое. Сари, никогда прежде не видела сына в такой роли и будто околдованная, неотрывно смотрела на него.

Джон Квинс, напротив, вышел максимально чётким уверенным шагом и сейчас стоял без единого движения. Высокая, сухощавая фигура выражала гранитную неколебимость. Цепкий взор не терял ни единого движения оппонента. Лицо Квинса нахмурилось, и он, нарочито громко, высказался в пустоту:

— Вот уж свезло свой первый бой вести с деревенщиной! — Джон раздосадованно сплюнул на песок арены.

Звук его голоса донёсся даже до дальних трибун. Публика недовольно загудела, но как-то тихо и нерешительно. Всё же Квинс являлся аристократом, и народ лишний раз не рисковал открыто осуждать высшее сословие. Сари, сузив глаза, посмотрела на Квинса. Ни одной матери не понравится, увидеть такое пренебрежение к её сыну.

— Да не повезло, — раздалось откуда-то спереди. — Первый бой, ещё и перед самим Королём, а биться придётся с чернью.

— Ага, даже толком себя показать не выйдет. Я слышал, что дворяне чуть встанут на ноги, так уже начинают занятия с мечом. Уделает простака за два удара, а сам разогреться не успеет, — ответил ему высоким голосом второй.

Эти шепотки полностью подавили у Сари всю её миролюбивую натуру. Сейчас она гневно раздувала ноздри, а в голове её мелькали совсем не добрые мысли в сторону Квинса.





— Бой! — проревел над ареной голос.





Кит не сводил с противника глаз. Джон Квинс принял небрежную стойку и неспешно двинулся в его сторону. Каждым своим движением тот показывал, что не придаёт значения этому бою. Щит лежал в опущенной руке, почти не прикрывая его, меч даже не был нацелен в сторону противника.

Но несмотря на расслабленный вид, Кит не терял бдительности. Когда Джон внезапно перешёл в атаку, Кит был готов. Сильный вертикальный удар обрушился на щит, но особого урона не нанёс. Сеймур ушёл от прямого столкновения коротким смещением вправо, заставил соскользнуть клинок с поверхности щита и тут же перехватил инициативу. Так как силой удара Сеймур не выделялся, он использовал все возможности инерции своего тела. Резко изменив направление движения, он рывком набросился на противника.

Размашистый удар с максимальным вложением веса и скорости мог бы запросто проломить Квинсу голову, но тот в последний момент закрылся щитом. Небрежная стойка сыграла свою злую роль — заставила его пошатнуться и слегка потерять равновесие. Эта небольшая ошибка открыла Сеймуру огромное количество возможностей для продолжения атаки.

Кит обрушил на него град колющих ударов, чем вынудил Квинса полностью уйти в оборону. Но следовало отдать должное Джону, он умудрялся блокировать абсолютно всё, несмотря на невероятную скорость проведённой атаки. Сейчас тела обоих бойцов работали исключительно на рефлексах. Кит добавил больше движения к своей тактике и стал заходить то справа, то слева от своей цели. Быстрые колющие удары сменились менее быстрыми, зато более сильными рубящими. Он так же, как и в самом начале, вкладывал весь вес и использовал скорость для большей инерции. Джон Квинс едва успевал защищаться.

Когда Сеймур понял, что атаки от Квинса можно не ожидать, он удвоил скорость, а спустя секунды утроил. Красный пигмент меча сливался в яркие полосы от рубящих ударов. Со стороны зрителей казалось, что багровая марь пытается поглотить Джона. На десятой секунде такого натиска на плече Джона заалела отметина пропущенного удара. На пятнадцатой Квинс был награждён уже тремя: на бедре, груди и животе. На двадцатой секунде судья остановил бой.





— Стоп! Разойтись! Победа за Китом Сеймуром!





Сари выдохнула, она и сама не заметила, что весь бой неосознанно сдерживала дыхание, пока сражался сын. По трибунам прошёл одобрительный гул, который спустя мгновения разразился ливнем аплодисментов. Городские лавочники, купцы, владельцы мастерских и простой рабочий люд, кому повезло раздобыть билеты на это событие, громко поддерживали своего фаворита. Возгласы поддержки неслись со всех сторон, а поднявшийся шум был сильнее, чем даже во время церемонии открытия. Всё же неблагородных людей было значительно больше, чем знати, и их совсем не сдерживала культура и этика высокого сословия.

«Неужели Журек и в самом деле говорил правду, и Кит настолько популярен?» — Сари оглядывалась вокруг с распахнутыми от удивления глазами.

— Знаешь, Сари, — обратился к ней Журек, — один этот бой уже с лихвой окупил ту сумму, что я потратил на билет!

— Да… — растеряно ответила Сари и поняла, что снова переживает, но теперь из-за такого большого внимания к её сыну.





Глава 4: Двойная удача


— Ну, это, конечно, позорище! — Сэм Накри принял вернувшегося с арены Кита в объятья и гулко похлопал по спине. — Не переживай, для первого боя сойдёт, а ко второму всё забудется и тебе будет уже не так стыдно. — Сэм заливисто расхохотался.

— Я прям ощущаю невероятную поддержку Сэм, спасибо! — Кит с трудом вырвался из объятий здоровяка и недовольно скривился. — Или подожди… Да ведь это банальная зависть неумелого и неповоротливого громилы. — Сеймур с ехидной улыбкой увернулся от очередного захвата.

Накри, практически тут же бросил попытки поймать своего друга и махнул рукой.

— Ну что, как тебе было сражаться с представителем «Гордости»?

— Знаешь, раньше я только со слов наставников слышал о том, что у нас самые лучшие учителя, условия и вообще это вечное про величие и невероятность «Барсов»… Но сейчас я наглядно на своём же примере увидел, чего стоит наша подготовка на самом деле. Теперь переживаю только о том, чтоб ненароком не зашибить какого-нибудь зазнавшегося барончика, — улыбнулся Кит. — А ты откуда знаешь, что он из «Гордости»?

— Кит, следи за языком, — ответил злым полушёпотом Накри, — мы здесь не одни! Начни уже думать головой перед тем, как болтать. Считай, уже через два дня ты останешься без защиты школы, и этот «барончик» запросто прикажет кому-то из своей свиты забить тебя плетьми. Если тебе не жалко себя, то хотя бы подумай о матери и своём брате, который, кстати, тебя боготворит и перенимает те же дурные и опасные манеры! — Сэм говорил, не отрывая серьёзного взгляда от друга.

Кит нахмурился, но промолчал. Он прекрасно понимал правоту Сэма. За последнее десятилетие у него возникало немало конфликтов с детьми голубых кровей. Решалось всё это обычно в непрестанных стычках, дуэлях и обыкновенных драках. Естественно, это не добавляло в нём уважения к высшему сословию. Вдобавок защита школы позволяла быть смелым в высказываниях и не переживать, что его без суда и разбирательств лишат жизни. Обучение в «Снежных Барсах» этим сыграло свою злую роль, и Кит не имел того понимания о межсословной границе, что есть у любого крестьянина. Теперь ему было необходимо адаптироваться к совершенно другой жизни, и пока это выходило у него не очень.

— Вижу, ты меня услышал. Что касается Квинса, — продолжил Сэм уже спокойным голосом, — отец в каком-то очередном конфликте Вергуса успел повоевать с его предком в одном полку. Нашу семью иногда приглашают на их приёмы, и я знаком с Джоном. Он в целом неплохой парень, кстати.

— Понял, понял, не переживай так, — Кит поднял ладони в примирительном жесте. — Ладно, лучше пойдём посмотрим на сражения. С кем-то из них нам придётся столкнуться во втором туре. Да и тебе лучше держаться поближе к выходу.

Следующие минут двадцать друзья наблюдали за поединками бойцов и подмечали их сильные и слабые стороны. Распорядитель, вероятно, старался сталкивать в сражениях различные школы. Очень редко сходились в схватке представители одного учебного заведения. Кит подметил, что тактика и манера боя заметно отличались от школы к школе. Чаще выигрывали «Снежные Барсы», но «Гордость» и «Легион» тоже выставили весьма умелых выпускников.

Аттестация прервалась антрактом, в течение которого зрителей развлекали артисты. Цирковые номера, танцы с огнём и выступления музыкальных ансамблей здорово разбавили длинную вереницу напряжённых сражений. Во время перерыва лекари получили возможность отдохнуть и восстановить силы, а наёмные рабочие приводили арену в порядок.

Сцена арены была настолько большой, что спокойно вмещала в себя круг ристалища для сражений, огромный помост, на котором выступали артисты, и площадку, где находились палатка с лекарями, а также обслуживающий персонал со своим реквизитом. При этом свободного места оставалось ещё столько же, сколько занимали эти три локации, вместе взятые. Сами же трибуны были заполнены лишь на треть. Видимо, в далёком прошлом в Великой Чаше происходили более грандиозные события со значительно большей посещаемостью.

Кит знал, что Великая Чаша — это одно из немногих сооружений, оставшихся от Древних. Неизвестно почему его так и не уничтожила Единая Церковь всех Богов, но теперь здание полностью принадлежало Снежным Барсам. За время существования государства Вергус это строение использовали для различных целей, но неизменным почему-то оставалась непрестанно проливающаяся кровь в его стенах. Даже в нынешнее время, здесь проводились не только тренировки, но и все казни города Реддинг — будущие бойцы должны были привыкать к виду смерти с самых малых лет.

После перерыва прошло уже два не особенно увлекательных боя. Дюжие парни пару минут мощно лупили друг друга по щитам без особой выдумки. Ни победитель, ни проигравший не вызывали никакого профессионального интереса, так как бойцы не выглядели конкурентами даже слабейшим из «Барсов». Сила и выносливость, без тактики, уловок и хитростей — это слабое подспорье против хорошо обученного воина. Удивительно, что с такой подготовкой они вообще попали на этот экзамен.

— Оливер Дэйн, Редвик Карнеги, — выйти на арену!





Два воина незамедлительно появились каждый со своей стороны площадки и распорядитель тут же объявил бой. Дэйн, картинно сделал несколько взмахов мечом, будто проводя пробу и привыкая к его весу. Конечно же, такого быть не могло. Ни один воин не выйдет на бой с клинком, который он заранее не проверит и не освоится с его длиной, балансом и весом. Каждый, кто не понаслышке умел обращаться с мечом, понял, что этот жест — не попытка ввести противника в заблуждение, а лишь возможность покрасоваться перед зрителями.

Карнеги мрачно ухмыльнулся и начал обманчиво медленно приближаться к сопернику. Он не делал хитрых манёвров, а шёл практически по прямой. Щит болтался в руке, нисколько не прикрывая воина, меч тоже чуть не цеплял песок своим остриём.

Оливера насторожило такое поведение противника, и он двигался навстречу практически боком, чтобы щит почти полностью прикрывал весь его силуэт. Когда между бойцами оставалось буквально три-четыре шага, мало кто ожидал атаки от расслабленного Редвика. Расстояние было слишком велико для того, чтобы соперники представляли друг другу реальную угрозу. Но несмотря на это, Карнеги нанёс стремительный колющий удар в длинном низком выпаде, метя в колено.

Оливер инстинктивно прикрылся щитом и успел заблокировать сверхдальнюю для мечника атаку, но явно не ожидал, что колющий выпад мог нести в себе столько силы. Меч ткнулся в нижнюю треть щита и заставил Дэйна открыться. Развивая успех, Карнеги будто выстрелил собой из низкой стойки и нанёс таранный удар щитом.

От такого натиска Оливер потерял равновесие и оказался полностью беззащитным перед Редвиком. Последний же, закрепляя успех, нанёс мощный вертикальный удар прямо в голову своему противнику. Стальная защита выдержала удар облегчённого оружия, но кончик меча соскользнул с покатой поверхности шлема и впился в глазницу оглушённому воину. С арены раздался жуткий крик Оливера Дэйна, а распорядитель уже остановил бой и приказал дежурившим помощникам унести раненного в медицинскую палату.

Редвика Карнеги признали победителем и отправили к остальным участникам экзамена, но сами бои пока не возобновлялись. Никто из целителей так и не вышел, чтобы дать отмашку на продолжение. Пауза затягивалась, и Август Шмидт объявил получасовой перерыв.

Кит краем глаза следил за Редвиком. Сейчас они находились в одном зале, где готовились к боям вторые номера. В этом помещении находилась амуниция и оружие, с которыми бойцы практиковались перед выходом на ристалище. Сеймура весьма заинтересовал этот парень с таким необычным подходом к схватке.

— Сэм, ты знаешь этого Карнеги? Он довольно староват для выпускников этого года. Очень сомневаюсь, что ему семнадцать.

— Нет, и даже не слышал. Навскидку, мне кажется, ему лет двадцать. Думаю, он уже не первый, а может, и не второй раз участвует в аттестации. Ни род, ни семейство Карнеги мне неизвестны. Вполне вероятно, что парень, как и ты, не из благородных. Но и я не всех дворян знаю, всё же мы не в верхних списках по знатности происхождения, — усмехнулся Сэм.

Сеймур знал о том, что отец Сэма — Джозеф Накри дворянин в первом поколении. Он заслужил свою дворянскую грамоту за участие во множестве войн, что вело ранее королевство Вергус. Джозеф прославился бесстрашием, благородностью и огромным количеством подвигов, но серьёзного дворянского статуса так и не добился. Возможно, это было ещё одной причиной, по которой Сеймур относился к Сэму лучше, чем к любым другим благородным.

— Я ощущаю от него угрозу, гораздо большую, чем от Мисгейла. Не хотелось бы с ним встретиться. Такое ощущение, что он вообще отмороженный, — задумчиво сказал Кит.

— Что почувствовал родственную душу? Ладно, шучу! Я бы тоже был не рад столкнуться с кем-то таким. Мне кажется, он полностью контролировал бой и мог бы обойтись без этой травмы. Но зачем-то решил специально покалечить Оливера.

Тем временем из палатки с раненым показался Старый Вудс. Этот лысый, покрытый тысячами морщин маг-целитель был главным лекарем школы «Снежных Барсов». Издалека выделялась, будто светясь, его короткостриженая седая борода. Вудс жестами показал, что всё нормально и аттестацию можно продолжить.

Наконец, на арену вызвали Сэма Накри. Он довольно уверенно провёл свой бой и завершил победой с очевидным преимуществом. Несмотря на крупные габариты, он умел двигаться быстро. Сеймур и Накри часто проводили спарринги друг с другом, и Сэму приходилось адаптироваться к скорости Кита. Киту же, в свою очередь, требовалось выдерживать удары этого гиганта. Он потратил много времени, чтобы научиться компенсировать силу его атак.

Кит поздравил Сэма с победой, как обычно, не удержавшись от подколок и беззлобных шуток. Наконец, они могли оба расслабиться и спокойно обсуждать впечатлившие их приёмы и тактики, показанные учениками других школ. Сегодня стоило максимально изучить своих будущих соперников.

За следующие полтора часа прошли почти все оставшиеся бои первого тура. Пока всё обходилось без смертельных исходов, а такое бывало нечасто. Из участников аттестации выбыло ещё четверо помимо Оливера Дэйна. Основной причиной, как обычно, были сложные переломы рук и ног, которые даже при помощи магии невозможно вылечить за короткое время.

— Кит Сеймур, Редвик Карнеги, выйти на арену — неожиданно раздался вызов.

— Какого?! — Сеймур с изумлением посмотрел на Сэма.

Сэм тоже выглядел слегка ошалевшим от этого внепланового вызова. Сегодня проходил только первый тур, где каждый из аттестуемых должен был сразиться лишь раз.

— Кит, беги! Или признают проигравшим. Тебя ещё и первым объявили, нужно поменять шлем с плюмажем на красный.

Сеймур посмотрел на выход: Редвик уже почти покинул зал и, без сомнений, направился к ристалищу. Не теряя больше времени, он помчался через служебные помещения к залу подготовки первых номеров. «Это точно проделки это урода Мисгейла», — возникла в голове злая мысль.

Благодаря хорошему знанию внутренней планировки Великой Чаши, Кит быстро добрался до нужного ему места. Он схватил со стойки первый попавшийся шлем с красным плюмажем и сбросил свой. Пытаясь закрепить его на ходу, он так же бегом направился к месту сражения.

Карнеги уже ожидал его на противоположной стороне, не делая попыток что-либо выяснить у распорядителя. Наконец, застегнув крепления чуть великоватого и сползающего шлема, Кит обратился к Августу Шмидту.

— Мастер Шмидт, но мы уже выступали сегодня, каждый из нас уже сразился, — скороговоркой выпалил Кит.

— Можете отказаться от боя, и я признаю ваше поражение, — Шмидт ответил холодно без единой эмоции.

Распорядитель поочерёдно посмотрел на каждого воина. Карнеги, нисколько не изменился в лице и всё так же стоял с лёгкой ухмылкой. Сеймур смотрел исподлобья на Августа Шмидта, но своё мнение так же оставил при себе.

— Раз желающих нет… Бой!

Кит сжал зубы от сдерживаемой злости. «Только Мисгейл мог так подгадить мне! Только у него достаточно влияния благодаря отцу. Неожиданно, что такой именитый мастер, как Август Шмидт поступил настолько по-скотски. К ученику своей же школы! И здесь чёртовы дворяне делают поблажки друг другу!» — злые мысли опять захлестнули Сеймура, и он чуть не потерял самоконтроль.

Карнеги начал движение в сторону Кита всё тем же обманчиво-неспешным шагом. «Соберись! Что же, если Мисгейл хочет сломить меня, то пусть попробует! Очень надеюсь, что завтра нас сведёт жребий. А это всего лишь досадное препятствие» — Кит до хруста сжал кожаную оплётку рукояти меча, на мгновение показалось, что и без того облегчённый меч стал ещё легче. Он собрал всю свою злобу, раздражение и ярость, не позволяя им выплеснуться сразу. Полностью сфокусировал внимание на поединке. На лице сам собой стал вырисовываться хищный оскал…

Сэм Накри наблюдал за внезапно объявленным боем через смотровое окно. Сначала Кит стоял, совсем не двигаясь, и со стороны, могло показаться, что парень испугался. Но Сэм прекрасно знал — Кит сейчас в бешенстве, и что будет дальше предсказать невозможно.

Сеймур сбросил оцепенение, сделал шаг навстречу Редвику, второй, третий и буквально взорвался от скорости, побежав на оппонента. Он не стал совершать никаких обманных манёвров или смещений, выискивать слепую зону противника, а просто обрушился ураганом быстрых и мощных атак.

Шквал рубящих и колющих ударов безумной барабанной дробью застучал в щит Карнеги. Сеймур совершал крайне неразумные и просто опаснейшие атаки с точки зрения опытных воинов. Он наносил удары с разворота, открывая спину противнику, прыгал с разбега, атакуя щитом, и вообще напоминал берсерка в своей неостановимой ярости. От контратак и ударов в незащищённые места его спасала только невероятная скорость, с которой он всё это проделывал.

Редвик, судя по сосредоточенному выражению лица, уже не был так уверен в себе, как перед поединком. Спустя каких-то тридцать секунд его щит начал рассыпаться. Сэм ясно различил этот момент, когда металлический кант верхней трети начал гнуться, а Редвику в лицо выстрелила пыль деревянной трухи. На мгновение Сэм заметил зарождающуюся панику у воина, которую тот, к его чести, быстро подавил.

Кит же после длительной непрерывной атаки стал сдавать. Его скорость уже немного упала, но самое главное — пропала сила удара, и Редвик уже заметно легче отводил выпады своим рассыпающимся щитом. Исход поединка был близок. Карнеги проиграет, если его щит разлетится раньше, чем выдохнется Сеймур.

В какой-то момент Сэму удалось разглядеть лицо Кита, и он с удивлением понял, что тот ведёт бой не в пылу эмоций, а всё его бешенство — это вполне рассчитанная тактика для противостояния сильному противнику.

Вот Сеймур делает внезапный выпад щитом и практически одновременно обрушивает мощный вертикальный удар на щит Карнеги. Потрёпанная амуниция уже не выдерживает силы этой атаки, и щит разлетается ворохом измочаленных досок.

На лице Кита вспыхнуло ликование. Однако Редвик, вероятно, предвидел это событие и растерянности на нём не заметно. В момент, когда его защита была разрушена, Сеймур открылся и Редвик не упустил свою единственную возможность.

Карнеги, перехватив короткий меч обеими руками, перешёл в контрнаступление и впервые показал, что может быть почти таким же быстрым, как Сеймур. За какие-то мгновения он нанёс с десяток чувствительных ударов по щиту соперника. Сэм заметил, как у Кита начала слабеть левая рука. С каждым разом он всё тяжелее поднимал щит. И стоило Сеймуру лишь немного ослабить защиту, как в голову ему тут же прилетел удар, вышибивший из юноши сознание.

Кит очнулся спустя десять минут от резкого аммиачного запаха в медицинской палатке. Над ним нависло недовольное лицо Старого Вудса. Смуглая, иссушенная физиономия будто вопрошала: «Есть ли у тебя мозги, Кит Сеймур?». Старый целитель пальцами раздвинул веки Кита и внимательно рассмотрел каждый зрачок. Поморщился, отчего складки вокруг его рта стали, подобны отвесным ущельям, а глаза впали ещё глубже.

— Жить будешь. Даже сотрясения нет, видать, мозгов от природы тебе не было положено, — каркающим голосом объявил свой диагноз главный целитель. — Сеймур, тебя за десять лет так и не научили, что шлем нужно выбирать по размеру?! Если ещё раз ко мне попадёшь, то постарайся, чтобы травмы были несовместимы с жизнью. Такой идиотизм неизлечим, и я лучше просто тебя добью, чтоб не мучился.

Вудс, со всеми говорил в таком ключе. Кому-то это могло показаться грубым, но парни, слышавшие это брюзжание, были искренне рады. Если Вудс недовольно ворчит и советует кому-либо сдохнуть, значит, можно не переживать: пациент в полном порядке и серьёзных осложнений можно не ожидать.

— Спасибо, Вудс! Я всегда говорил, что ты самый великий маг-целитель в Вергусе, твоё бесконечное величие можно сравнить… — Сеймур слегка закашлялся, — только с твоим бесконечным брюзжанием, но и оно так же велико!

— Ага, вижу, совсем здоров! Прибил бы, да мать твою жалко. Так, пять минут полежишь и проваливай отсюда. Постарайся не попадаться мне на глаза ближайшие пару лет, или я доделаю то, что не сделал Карнеги!

Вудс поднялся со своего места, отодвинул полог, и что-то бормоча про себя, вышел в соседнее помещение. Оттуда вновь раздался его скрипящий голос, раздающий распоряжения. Кит очень уважал целителя и относился к нему с симпатией. Вудс мало кого привечал, но Киту казалось, что он относится к нему чуточку теплее, чем к остальным. Да и мало кому Старый, позволял такие шутливые высказывания, которые Кит не единожды произносил в его адрес. Сеймур не стал разлёживаться, нужно было срочно успокоить мать, наверняка уже успела надумать всяческих страстей.





***





Глава «Снежных Барсов» находился в своём огромном кабинете, возвышающимся над трибунами. Панорамные окна, занимавшие стену напротив входа, позволяли просматривать практически всю площадь находящейся снизу арены Великой Чаши. Слева от входа располагался шикарный дубовый стол. За ним и работал Райло Фокс. Напротив, находилась стена, увешанная атрибутикой «Снежных Барсов», а также памятными трофеями и некоторыми экспонатами, которые глава не был готов передать в Зал Славы.

Первый тур первого же этапа аттестации завершился, и сейчас на помосте выступали очередные артисты, закрывая церемонию. Напротив Райло стоял, вытянувшись по струнке, немного неожиданный гость — ученик Кит Сеймур. Несколько минут назад парень пришёл к нему с интересным рассказом и чуть ли не обвинял Августа Шмидта. Фокс отправил посыльного за распорядителем и сейчас лениво наблюдал за каким-то замысловатым танцем популярного в столице ансамбля.

В дверь раздался короткий стук, после чего, не дожидаясь ответа, она распахнулась и впустила Августа Шмидта.

— Вызывали? — безэмоционально поинтересовался вошедший.

— Вызывал, Август. Здесь ученик Сеймур, рассказывает невероятные вещи. Он утверждает, что всеми уважаемый пиковый Мастер, легендарный воин и главный распорядитель аттестации Август Шмидт, нарушил регламент. Регламент, на котором, между прочим, сам же Август Шмидт и настаивал. И нарушил его самым несправедливым образом по отношению к ученику Киту Сеймуру. Август Шмидт заставил его сразиться дважды в первый день вместо положенного одного, чем снизил будущую боеспособность нашего ученика. Ну давай, не томи, рассказывай, что ты там устроил.

— Да в общем-то, ничего особенного и не было, — всё так же без единой эмоции продолжил Шмидт, — просто мне предложили взятку, чтобы ученик Сеймур сразился с максимально серьёзными противниками. При этом дважды за день. А цель — гарантированно лишить его возможности пройти аттестацию или сильно ослабить перед вторым днём.

Сеймур стоял ошарашенным с непроизвольно открывшимся ртом. «Вот так сразу?! Он просто взял и признался?!» — эту мысль на лице Сеймура можно было различить невооружённым взглядом.

— Ага, действительно интересно. И насколько была велика взятка, и кто это у нас расщедрился на подкуп целого распорядителя?

— Ты не поверишь! — уже не пытаясь сдержать улыбку, продолжил распорядитель. — Дали целых триста золотых! — в этом моменте он уже не сдержал вырвавшегося смеха. — А предложил взятку Найджил, сын Винса Мисгейла.

— Советник по экономике очень хорошо воспитал своего отпрыска, — тут уже не выдержал и рассмеялся сам Фокс. — Триста золотых, ничего не скажешь — так же бережлив, как и его отец!

Успокоившись через минуту, Фокс обратился к стоявшему истуканом в полном замешательстве Киту Сеймуру.

— Вижу, что ты ничего не понял, ученик, но это и не удивительно. Мало кто знает, что наш Август Шмидт, ещё и бывший граф Фертийский. Он уже давненько отрёкся от владения графством в пользу своего сына, но доходами, я полагаю, не обделён. Триста золотых для него не ценнее пыли. Но наш распорядитель принял предложение, а значит, преследовал какие-то цели, важные для «Снежных Барсов», — Райло обратил вопросительный взгляд на Шмидта.

— Да, здесь я не буду разводить секретов. Редвик Карнеги очень сильный боец, и ввиду своей силы и молодости поверил во вседозволенность. Он выбил глаз Оливеру Дэйну, хотя мог закончить поединок без членовредительства. Вызвав его второй раз за день, я показал ему, что так же не буду считаться с правилами, если он продолжит издевательства. Если бы во втором бою против него вышел слабый противник, то это только раззадорило Редвика и мне пришлось бы идти на крайние меры. Но тут очень удачно подвернулся Сеймур, который в своём яростном безумстве умеет внушить страх. Думаю, больше провокаций от Карнеги не будет.

— Вы меня использовали?! — Кит сказал только это, хотя в его голове роилось гораздо больше слов, но такое лучше не произносить вслух.

— Пожалуй, я преподам тебе последний урок Кит Сеймур. Да, я тебя использовал. Тебя десять лет учили и тренировали в «Снежных Барсах» для того, чтобы можно было использовать тебя наилучшим образом. Используют абсолютно всех. Даже дворян, которых ты недолюбливаешь и которым втайне завидуешь, использует король. Они имеют больше преимуществ, чем ты, но только до тех пор, пока выгодны королю. Только имея достаточно силы, ты можешь стать свободным и перестать быть вещью в руках владельца. Я надеюсь, со временем ты поймёшь этот урок и обратишь его себе в пользу. Глава?

— Да, я бы, конечно, не был так категоричен… Кит Сеймур, настоящий воин должен быть готов к любой неожиданности. От боёв второго и третьего тура ты не освобождаешься. Советую как можно скорее приступить к отдыху и подготовке к завтрашнему дню.

— Есть, — ответил Кит и с молчаливого согласия покинул помещение.

Глава и распорядитель дождались, пока ученик покинет кабинет.

— Думаешь, он что-то поймёт?

— Я уже несколько десятилетий являюсь главой «Барсов» и при мне ещё ни разу, ни один ученик не понял что-то только со слов наставника. К сожалению, они понимают всё лишь на собственном опыте и иногда слишком поздно.

— По крайней мере, мы сполна выполнили обещанное его отцу, и совесть наша чиста.

— Да… — протянул Райло, — Что сделаешь с этими деньгами?

— С тремя сотнями золотых? Отдам их Сеймуру после того, как он пройдёт аттестацию.

— Если пройдёт! Никаких поблажек ему я не обещал.

— Само собой.





Глава 5: Возможность заработать


После смерти мужа Сари стала более эмоциональной и куда больше тревожилась. Сегодняшний день принёс слишком много волнения, и они возвращались с Китом в полной тишине. Поначалу за компанию с ними хотел увязаться и Журек, но увидев апатичное и бледное лицо Сари, решил, что он явно будет лишним.

К её собственному стыду, она не могла найти силы и слов для поддержки сына. Довольно трудно поддерживать то, что добавляет в жизнь Кита опасность и риск. Но, как здесь быть, когда даже Покровительница Матерей Дея говорит своим верующим, что счастье куётся в сражении, а дух закаляется в битве.

Кит и Сари шли по главной улице, освещённой тысячами огней. Ярмарка в честь аттестации не затихала даже с наступлением темноты. Парень озабоченно посматривал на мать, но не решался заговорить. Он редко видел её в таком подавленном состоянии. Ни огни ярмарки, ни весёлый гомон окружающих не разрушали атмосферу этого молчаливого шествия. Так и, не проронив ни слова, они добрались до своего обиталища.

На крыльце дома из приоткрытой двери выглядывал самый младший Сеймур. Кристофер был не по возрасту рассудительным и спокойным, но в то же время неимоверно любопытным. В свои одиннадцать лет он помогал Сари вести учёт товара, интересовал расчётами доходности на тот или иной товар, и получал видимое удовольствие, когда его собственные прогнозы сходились с реальностью. В то же время ему было интересно всё, чему обучали Кита. Порой он превращал редкие совместные вечера в суровую пытку старшего брата, заваливая того вопросами про «Снежных Барсов».

Кристофер очень долго дожидался родных, и стоило ему только увидеть Кита, как он тут же налетел с целым ворохом вопросов.

— Ну и как, ты прошёл аттестацию? Много сильных воинов было? Ты ведь всех победил? А с Сэмом ты тоже дрался? А как…

— Нет, я не прошёл аттестацию, — очень серьёзно ответил Кит. Ему было забавно наблюдать, как восторженное выражение и горящий взгляд Кристофера менялись на удивление, а следом на озабоченность.

— Кит, не издевайся над братом. Крис, аттестация займёт ещё три дня, и сейчас пока ничего не известно. Давай мы для начала зайдём в дом, переоденемся, а потом Кит тебе всё расскажет, — голос Сари потеплел, а апатия испарилась, будто и не бывало. Кристофер всегда поднимал ей настроение своим любопытством и непосредственностью. — А ты почему ещё не спишь?

— Ага, я лягу спать, а Кит убежит с утра и ничего не расскажет, и опять сиди весь день без информации. Это же издевательство! Я даже доходный прогноз по свечам не могу начать, все мысли сбиваются. Кит, давай уже быстрее!

— Всё-всё, лечу! — Кит расхохотался и забросил брата на плечо, будто мешок. Но тут же опустил под красноречивым взглядом матери.

Семейство собралось за вечерней трапезой. Кристофер так и продолжал выспрашивать всё новые и новые подробности сегодняшнего дня, а Кит в красках рассказывал. Сари смотрела на сыновей и улыбалась. «Жаль, что Дэвид этого не видит. Он точно был бы счастлив». Она наблюдала за детьми, а в голове проносились воспоминания.

Двадцать пять лет назад Сари и Дэвид обосновались в Реддинге. Дэвид к тому моменту был уже взрослым состоявшимся кузнецом. Хотя для его родной семьи словосочетание «состоявшийся кузнец» прозвучало бы, как насмешка. За четыре года до этого Дэвид Сеймур был отречён от титула за порочащие дворянина связи. Этой порочащей связью и была Сари.

Они долгое время держали свои отношения втайне, но всё же Дэвид решился объявить семье, что любит простолюдинку и собирается узаконить их отношения через брак. После этого их жизнь очень круто изменила своё направление. Ссора с отцом, отречение Дэвида, новая страна и переезд в Реддинг.

Чтобы иметь стабильный доход и содержать молодую семью, Дэвид выбрал стезю походного кузнеца. Род Сеймуров занимался производством амуниции и оружия для государственных нужд, а работа кузнецом никогда не считалась зазорной для дворянства. Вдобавок ко всему ещё и сам основатель династии завещал каждому Сеймуру мужского пола владеть молотом и наковальней, а также посвятить пять лет военному ремеслу. Так, по его мнению, из рода не выветрится понимание о том, что сделало род великим и как это величие сохранить в веках.

Постепенно жизнь наладилась. Дэвид стал очень известным кузнецом на весь Вергус, Сари смогла открыть бакалейную лавку. Их семья не знала нужды и имела уважение всего города. Но, к сожалению, это были ещё не все испытания, выпавшие на их долю. Сари и Дэвид уже давно мечтали о детях, но Боги и судьба им не благоволили. Начались поиски различных целителей, врачевателей и знахарей, способных помочь справиться с проблемой. Сеймуры насмотрелись на шарлатанов всех мастей и видов. Конечно, попадались и настоящие специалисты, но абсолютно все разводили руками.

Самый авторитетный из тех, с кем довелось общаться Сари, был Старый Вудс. В те дни его каким-то чудом уговорили наняться в школу «Снежных Барсов». Так, в Реддинге появился маг-целитель высочайшего уровня. Дэвид ухитрился довольно быстро договориться с Вудсом, но при осмотре целитель не увидел никаких проблем. Сеймуры уже совсем отчаялись, а Сари стала всё чаще и чаще возносить молитвы Покровительнице Матерей. Но годы шли, а Дея оставалась глуха к мольбам.

Всё изменилось в один из необычайно ветреных февральских вечеров… Спокойный семейный отдых прервался чрезвычайно громким криком с улицы, будто у самого их дома. Дэвид выдернул боевой топор, что висел неподалёку, и понёсся ко входу. Сари, что-то почувствовав, тоже не отставала от мужа. Под дверью стояла люлька-корзина с ворохом простыней, из-под которых и раздавался этот пронзительный вопль. Стоило Сари разобрать эту груду тряпья и столкнуться взглядом с годовалым мальчиком, как истошный крик тут же прекратился. Это была обоюдная любовь с первого взгляда.

Дэвид занёс люльку в дом и растерянно рассматривал малыша. На лице кузнеца явно читалась паника. Он совершенно не понимал, что делать, и нервно ходил вокруг, забыв убрать ненужный в этой ситуации топор. А Сари была уверена, что наконец её молитвы были услышаны и этот ребёнок — дар самой Деи.

Чуть позже Дэвид обыскал корзину и перерыл весь ворох простыней, но никакой записки или хотя бы вышитого на платке имени не нашёл. Косвенно Сеймуры определили, что ребёнок из весьма обеспеченной семьи. Дорогая плетёная люлька, мягкие простыни невероятно тонкой выделки и камень-амулет на серебристой цепочке очевидно намекали на богатство, и, скорее всего, знатное происхождение. Только Сари было на это плевать. Боги оценили её настойчивость и, наконец, дали шанс иметь своего ребёнка. Она твёрдо решила доказать, что эту возможность ей предоставили не зря. Если бы на их порог в тот момент заявились настоящие родители, то малыша смогли бы забрать, только переступив через её тело.

Дэвид смотрел на жену и поражался, как она ожила с появлением ребёнка. Он не верил в божественный дар, но полюбил мальчика не меньше, чем супруга. С тех пор он зарабатывал деньги, как одержимый, чтобы обеспечить лучшее будущее своему сыну Киту. А через пять лет Боги одарили их ещё одним малышом. На этот раз появившимся в семействе Сеймуров вполне естественным путём.

«Если бы только Дэвид видел, каким сильным стал Кит и каким умным растёт Кристофер…» — от всех этих воспоминаний Сари чувствовала одновременно и тянущую печаль от утраты мужа, и радостную гордость за сыновей, и снова грусть оттого, что Дэвид этого не видит.

— Мама? — Кит заметил сбегающую по щеке слезу на лице матери. — Ты чего?

— Всё хорошо, Кит. Сегодня был очень трудный день. Нам всем нужно отдохнуть.





***





Утром следующего дня Кит чувствовал себя значительно уверенней. Вчера он дважды вёл бой с сильными бойцами, не принадлежащими к его школе. Значит, даже с новым, неизвестным ему противником он способен сражаться и побеждать. Да, второй бой был проигран, но его силу отметил сам Август Шмидт, а это дорогого стоило. Возможно, он мог и победить Карнеги. Как бы там ни было, а своим выступлением Кит был доволен и сегодня собирался закрепить успех.

В этот день их раскидало с Сэмом Накри по разным залам. И сейчас Кит наблюдал за проходящими на ристалище боями в одиночестве. Друзьями в школе ему обрасти не удалось — этому сильно мешала сословная разница. Можно сказать, что дружба с Сэмом случилась только благодаря невероятному стечению обстоятельств.

После вчерашних боёв тело почему-то было чуть живым. Такие нагрузки не были чем-то серьёзным для Сеймура, однако сейчас он чувствовал себя разбитым. Мышцы ломило, а глаза закрывались сами собой. Поддерживать себя в тонусе помогали только постоянные разминки и растяжки.

Кит в очередной раз отошёл в угол к дубовым вертикально стоящим брёвнам, которые было принято называть «манекенами». Он провёл несколько атак мечом, обозначив связку колющих и рубящих ударов. Короткий гладиус хорошо управлялся в руке, а щит не сковывал движения.

«Наверное, перенервничал с непривычки», — подумал Кит и закончил упражнение. Примерно раз в каждые двадцать минут он возвращался к манекенам и выполнял несколько простых связок, чтобы не терять «ощущение меча». Так поступали и многие другие бойцы.

Наконец, с арены донёсся голос распорядителя:

— Кит Сеймур, Эйрих Клигон — выйти на арену!

Кит сразу направился к выходу, но внезапно дорогу ему преградило пятеро других участников. Некоторых из них Сеймур узнал. Вчера вместе с Сэмом они успели собрать кое-какую информацию по заинтересовавшим их воинам, и несколько из стоящих напротив были ему знакомы. Как минимум трое из них принадлежали к школе «Легион», но что-то подсказывало Киту, что вся пятёрка была из одного заведения.

— Не спеши парень, — обратился к нему крайний справа. — Постоишь здесь чуток и заработаешь десяток золотых. Ну а хочешь, противься, и тогда ничего не получишь, кроме пары сломанных рёбер, — говоривший нелепо загоготал, видимо, пытаясь нагнать страха, но выглядело это довольно нелепо.

— Я смотрю, в «Легионе» всё настолько плохо, что вы даже впятером не уверены в своих силах, раз предлагаете деньги! — Кит не впервые оказывался в подобной ситуации, и сейчас его главной целью было спровоцировать лидера. Сражаться с ним он не собирался — это всё равно заняло бы много времени, но так появлялась возможность отвлечь остальных и сбежать на арену. Сейчас важно было только это.

— А я смотрю, ты только что потерял свою возможность заработать, — говоривший «легионер» не повёлся на провокацию, и их пятёрка всё так же перекрывала путь.

Сеймур понял, что простым способом разобраться не выйдет — нужно пробиваться. Он сжал меч покрепче и приготовился к рывку, но в этот момент позади раздался голос нового участника разговора:

— «Легион», вы совсем страх потеряли или просто в край охренели?! Вы на нашей территории пытаетесь помешать нашим же бойцам?! Лантис, ты, похоже, подумал, раз Сеймур у «Барсов» единственный простолюдин, то никто особо переживать не будет. Так вот, ты ошибся! В первую очередь мы «Барсы». У нас даже конюх будет на голову выше любого вашего воина. Проваливай от выхода, иначе сломанными рёбрами ты не ограничишься!

Кит обернулся и с удивлением заметил чуть больше десятка учеников из «Снежных Барсов», что вышли против «Легиона». Немного впереди и по центру стоял говоривший, в котором Кит узнал лер-графа* Говарда Визри. Он никогда не был другом Сеймуру. Более того, они даже пару раз вступали в конфликт из-за каких-то пустяков.

Говард кивнул ему, как старому приятелю и махнул рукой в сторону выхода на арену. Кит не показал этого, но был изрядно удивлён. В моменте он даже забыл про то, что ему нужно спешить на бой.

Предводитель «легионеров» заметил, как подопечные без его приказа начали расступаться. Чтобы выйти из ситуации, сохранив хоть минимальное достоинство, ему пришлось хоть и формально, но оправдываться.

— Говард, не нужно драматизировать — это всего лишь шутка. Никто бы не стал держать его силой. Нам просто стало любопытно, насколько этот парень, воин по духу. Никаких нападок…

Кит не стал дослушивать, чем закончится этот спектакль, и побежал к ристалищу — время было не на его стороне. По недовольному взгляду Августа Шмидта, он понял, что успел в самый последний момент. Распорядитель несколько мгновений посверлил взглядом опоздавшего, заставив его изрядно понервничать, но всё-таки объявил бой.

Сегодня на небе не было ни облачка, а солнце, находящееся в зените, будто, стремилось запечь воинов в плотной кожаной броне. «Как он выдерживает столько времени под палящим солнцем?» — пришла Сеймуру невольная мысль при взгляде на Августа Шмидта, что проводил всю церемонию почти в идентичной броне, только без шлема.

Кит выкинул ненужные сейчас мысли и сосредоточился на Эйрихе. Такая подстава от «Легиона» совсем не добавляла снисходительности к противнику. Сеймур, как обычно, начал заводиться, только в этот раз ярость не влияла не его рассудок и действия. Парень пошёл на сближение с оппонентом запутанной, сбивавшей с толку, траекторией.

Эйрих Клигон двигался навстречу в низкой стойке и внимательно оценивал все движения Кита. Щит постоянно прикрывал наиболее вероятные направления атаки. Когда расстояние сократилось до пары шагов, Клигон атаковал первым. Он совершил безупречный колющий выпад, который тем не менее был легко отведён щитом. Какой-то реакции от Сеймура не последовало, и спустя пару секунд Эйрих осторожно попробовал связку из трёх колющих ударов по разным уровням.

Кит не спешил контратаковать и работал от защиты. Он использовал свою манёвренность и старался принимать меч Эйриха скользящим блоком щита. Противник был довольно быстрым и неудобным для Сеймура, который тоже полагался на скорость.

Но от нападения он удерживал себя совершенно по другой причине. После грязной игры «Легиона», ему было мало «просто победы» — Кит хотел, чтобы Эйрих Клигон потерпел сокрушительное поражение. Он считал это делом чести, поэтому продолжал держать оборону, и выискивал тот самый верный момент.

Клигон уже начал изрядно раздражаться от пассивности соперника и стал взвинчивать темп. Он перестал использовать осторожные одиночные выпады, а связки из колющих всё больше дополнял рубящими тяжёлыми ударами. Через какое-то время он, вероятно, подумал, что переоценил своего противника, ведь тот только и мог трусливо прятаться за щитом, даже не пытаясь хоть чем-то ответить. Тут же он принял решение усилить натиск и подавить соперника грубой силой.

Сеймуру приходилось всё труднее справляться с градом ударов. «Легионер» бил уже со всей силы, и рука, удерживающая щит буквально отсыхала. Но, наконец, настал тот самый момент, который он ждал всё это время. Клигон совсем потерял осторожность и теперь буквально проваливался, проводя свои размашистые атаки.

И вот Эйрих решил нанести мощный вертикальный удар, который и был необходим для плана Сеймура. Кит своевременно сместился вправо, чтобы максимально мягко принять на щит летящий сверху меч. В момент удара он не просто перенаправил клинок, а зацепил его кромкой щита и с силой отвёл вниз. Одновременно с этим он нанёс свой первый удар за бой.

Кит ударил кончиком клинка по пальцам Клигона, сжимавшим рукоять меча, и наверняка сломал ему пару фаланг. Эйрих со вскриком выпустил оружие и отдёрнул руку, чем и воспользовался Сеймур. Он легко обошёл растерянного и обезоруженного противника и приставил меч к горлу. Это был крайне показной захват соперника в плен, что считалось большим позором для захваченного. А во время такого массового и значимого мероприятия — просто невероятным позором.

Кит внезапно почувствовал мощный гул и вибрацию. До этого момента всё его восприятие было сосредоточенно на поединке, и только сейчас в его сознание начали прорываться звуки и ощущения из окружающего мира.

Трибуны бурлили. Топот, свист и крики людей сливались в тот самый гул и распространялись вибрацией даже до места сражения. Народ ликовал и поддерживал простолюдина, который так ярко выступил. Где-то на фоне всего этого гама, распорядитель объявил победителя, а Сеймур, ошеломлённый реакцией публики, на ватных ногах отправился в зал с первыми номерами.

Через десять минут он стоял в зале подготовки и растирал онемевшую и отбитую левую руку. Ему было необходимо срочно привести себя в порядок, чтобы нормально выступить в своём последнем бою. В голове проносились чёрные мысли. Кит удивился бы, узнав, что они почти один в один совпадали с мыслями Сэма Накри, на момент завершения боя с Клигоном.

«Великие Боги, ну какой идиот! Вот надо же было покрасоваться, отстоять честь „Барсов“. Да никто ведь даже не знает, что у нас был какой-то конфликт с „Легионом“! В итоге заработал себе нового врага из благородных, и рука теперь едва слушается. И что мне эта честь „Снежных Барсов“, если я сейчас провалю аттестацию из-за проигрыша в последнем бою. А Шмидт вообще ненавидит эффектные бои, как и пустую показуху. Вряд ли эта победа пойдёт мне в плюс при оценке».

За последующие полтора часа Сеймуру удалось привести свою руку в относительный порядок. Он по-прежнему испытывал боль от движений, а щит приходилось удерживать с куда большими усилиями, но в целом вести поединок можно. Теперь главное было лишний раз не подставляться и избегать жёстких блоков щитом. Хвала Богам, у Кита было достаточно опыта в этом деле.

— Кит Сеймур, Сэм Накри — выйти на арену, — раздался очередной вызов распорядителя.





***





В Ставке Короля тоже по достоинству оценили победу Кита Сеймура. Личный советник Короля после боя наклонился к своему Монарху:

— Ваше Величество, обратите внимание на победителя.

— Да, юный воин выступил довольно эффектно. Конечно, здесь больше самолюбования, чем навыков. А может очередной виток выяснения отношений между «Барсами» и «Легионом» — уж слишком это было картинно.

— Мне в этом случае интересно немного иное. Паренёк за пару дней заработал большую популярность и любовь народа. Даже некоторые графы высказали вчера своё одобрение, несмотря на проигрыш в бою.

— Не думал, что мой личный советник настолько увлечён воином из низшего дворянства, — усмехнулся правитель.

— Нет, Ваше Величество, парень, как раз из простого люда. А увлёкся я им в связи со своими прямыми обязанностями, — Сатис Брингс не стал создавать интригу и делать длинную паузу, ведь Король этого не любил. — На прошлом совете мы как раз обсуждали недовольство народа от затянувшейся войны и недавнего повышения налогов. Я думаю, мы можем использовать парня, чтобы показать на его примере всю выгодность этой войны.

— И каким же это образом? — нахмурился Сиринеус Второй.

— Люди любят красивые сказки о том, как простой крестьянин попал под милость Фортуны и заработал целое состояние. Если популярный выходец из низшего сословия будет замечен Королём, получит огромное жалование, по их меркам, конечно, а потом «добьётся», — Сатис широко улыбнулся и повторил, — «добьётся» мелкого дворянского титула, то станет настоящим народным героем. И всё это великолепие благодаря мудрому Монарху, что заметил такой талант.

— Хорошо. И как нам поможет «народный герой» убрать недовольство войной и налогами?

— Титул он, естественно, получит за инсценированные нами героические свершения на войне. Так, каждый пастух поймёт, что благодаря войне можно добиться очень многого. Главное — быть полезным своему Королю. А война с Эронией станет выглядеть уже не повинностью, а возможностью возвыситься.

— Продолжай.

— Думаю, что, потратив сущие крохи, мы быстро прикормим этого «Барса» и сделаем абсолютно лояльным. Парень уже очень популярен, а когда он совершит пару-тройку организованных нами подвигов, то он взлетит очень высоко. Ну а дальше уже стандартно: Король дружелюбен к простому парню из народа, народный любимчик в ответ рассказывает о мудрости Короля и его заботе о людях. Позднее он будет говорить о тяжёлом положении на фронте и том, какая поддержка оказывается таким же простым бойцам, как он. И лишь благодаря повышенным налогам, простые фермеры и хлеборобы живут в безопасности, — Советник улыбался так, будто уже отчитывался об успешно завершённом деле.

— Что же, ты сумел меня заинтересовать, Сатис. Вечером предоставь финансовый расчёт и что тебе потребуется по этому делу. Возвышать парня придётся сразу после аттестации. И продумай так же к вечеру вариант, что делать, если он не пройдёт этот экзамен.

— Хорошо, Ваше Величество! Считайте, что всё уже готово!





*[Все прямые наследники дворянского титула получали тот же титул, что имел отец, но с приставкой «лер». В отличие от полноценного титула к лер-титулу не добавлялся надел, которым владел дворянин. Пример: Винс Мисгейл — герцог Боннийский, но Найджил Мисгейл лер-герцог, так как не имеет никаких прав на провинцию Бонн, до перехода последней по наследству. Лер-титулы не передаются по наследству]





Глава 6: Завершение первого этапа





Дикая боль пронеслась молнией от предплечья левой руки до самого затылка. У Кита непроизвольно выступили слёзы и даже, казалось, поднялись волосы на голове. Он не ожидал такой мощной атаки, сразу после того, как распорядитель объявил бой. Стоило только прозвучать отмашке, как Сэм бросился на него, тараня своим телом. Кит не успел увернуться и принял рывок на щит, а затем прилетел этот выбивший слёзы удар. Нет, он успел его заблокировать, но, видимо, рука так и не отошла с прошлого боя и сейчас испытывала адскую боль.

— Сеймур, — донёсся голос Накри, — я не буду давать тебе поблажки. Ты просто не представляешь, как я зол! — голубые глаза просто сверкали гневом.

Сэм вновь набросился на Кита и провёл быструю серию рубящих атак. Сеймуру приходилось использовать всю свою скорость, чтобы уворачиваться и не травмировать лишний раз руку. Они сражались уже не одну сотню раз друг с другом, но от этого было не легче.

Он считал, что Сэм вполне обоснованно занимает вторую строчку в рейтинге выпускников этого года. При своей нехрупкой комплекции он отличался высокой скоростью боя, недюжинной выносливостью и умелым использованием тактики. В их тренировочных спаррингах Сэм одерживал восемь побед из десяти. Чаще всего Сеймур побеждал лишь благодаря своей скорости и тактическим ловушкам, но случалось это не часто.

— Ты хоть понимаешь, кого ты унизил в прошлом бою? — Сэм на время прекратил давление. — А насколько унизил, понимаешь?! — за словами последовал новый таранный рывок.

Парень уже ожидал чего-то подобного и легко увернулся от летящего в него здоровяка. Даже чувствуя всю его правоту, Кит не привык сдаваться. Правая рука у него вполне работоспособна, а значит, шансы есть.

Наконец, из-за малейшей ошибки Накри ему предоставилась возможность атаковать, и он реализовал её по полной. Кит знал слабые стороны и слепые зоны друга, поэтому зашёл справа от противника и начал проводить разноуровневые серии ударов. Сеймур концентрировал львиную долю своих выпадов на атаке ног и больше держался в низкой стойке. Но всё же недооценил своего друга.

Накри блокировал каждую атаку, а, приноровившись к скорости и ритму, стал отвечать. Спустя десяток секунд он снова перехватил инициативу, и Сеймуру оставалось только уклоняться и бегать по полю. Но это совершенно не устраивало Сэма.

Он начал теснить друга и вывел в такую позицию, чтобы солнце било ему в глаза. Теперь Сеймуру приходилось гораздо тяжелее угадывать атаки и вовремя от них уходить. За время поединка Сэм выплеснул свою злость и теперь расчётливо подводил оппонента к поражению. Взгляд голубых глаз был холоден и внимателен. Он будто знал, что скоро Кит обязательно ошибётся.

Сеймур прекрасно понимал сложившуюся ситуацию и то, что у него практически нет шансов. Благодаря быстрым манёврам ему удавалось уходить от прямого столкновения, но не более того. Если бы он мог принять меч Накри на щит, то после жёсткого блока точно смог бы провести атаку и изменить своё положение.

К сожалению, рука получила слишком много травм, и Кит опасался, что такой нагрузки она уже не выдержит. Оставалось только попробовать завести Сэма в ловушку. Сеймур позволил поставить себя против солнца, чтобы Накри считал, что полностью контролирует бой. Теперь, различая лишь силуэт противника, стало невероятно трудно уворачиваться от атак. Но реакция пока позволяла избегать меча в последний момент.

Наконец, Кит решился. Он специально не очень удачно принял горизонтальный удар нижней частью щита так, что его почти вывернуло из руки. Сжав зубы, парень терпел невыносимую боль. Уж с такой гаммой эмоций на его лице Сэм должен был поверить, что это сделано не специально.

«Купился!» — подумал парень, увидев, как Накри приготовился бить сверху. Сеймур, не дожидаясь удара, бросился под атакующую руку, теперь оставалось только успеть нанести как можно больше урона, а в этом он был хорош…

Но вместо успешного прохода под рукой, Кит на всей скорости столкнулся с летящим навстречу коленом Сэма и теперь лежал ошеломлённый на песке. В шею упирался клинок друга, а где-то на фоне Август Шмидт объявлял победителя.

Сэм бросил меч в ножны и протянул руку, помогая подняться. Под крики зрителей друзья вместе покинули арену.

В это время в ставке Короля Монарх с удивлением разглядывал трибуны. Вся Великая Чаша била ногами об пол и скандировала: «Сеймур, Сеймур…» Сиринеус посмотрел на своего советника и хитро прищурился.

— Удивительный парень! Когда он выигрывает — его популярность растёт, а когда проигрывает — она взмывает до небес!

— Возможно потому, что его соперник был больше него и это выглядело… — Брингс прервался под взглядом Короля.

— Никогда не угадаешь, что принесёт тебе славу, а что приведёт к порицанию и забвению. Не гневи Богов, пытаясь объяснить их провидение! — Монарх на секунду задумался. — Ты выбрал интересного юношу для наших планов. У меня ощущение, будто сама Фортуна говорила твоими устами. Герцог Мисгейл, — Король повернулся к сидящему по левую руку советнику по экономике, — распорядитесь кому-нибудь в вашем ведомстве выписать премию моему личному советнику.

— Спасибо, Ваше Величество! — Сатис расплылся в улыбке.

— Но вот кое-что, ты всё же забыл, — Монарх наставительно поднял палец вверх. — Переговори с графом Клигоном о том, чтобы ни он, ни его вассалы не смели трогать нашего будущего народного героя.

— Будет исполнено, Ваше Величество! Иногда, думая о высоком, я забываю о таких простых вещах. Ваша мудрость велика! — Сатис прекрасно понимал и до этого, что ему придётся пообщаться с графом. Но не говорить же об этом Государю. Заодно получилось похвалить своего Монарха, что порой куда лучше налаживает жизнь, чем ежедневная добросовестная работа. — Разрешите после отправить человека к Сеймуру и передать, что волей Короля его защитили от мести Клигонов? Так, мы начнём воспитывать в парне необходимую нам лояльность.

— Разрешаю, — благостно кивнул Монарх. — У меня есть ощущение, что это принесёт нам немалый успех.

Кит и Сэм отправились в зал первых номеров. На этот момент все их поединки закончились, а это помещение находилось к ним ближе. Впереди ещё предстояло объявление результатов и первый отсев участников. Судьи исключали тех бойцов, кто абсолютно точно не подходил по своим навыкам к уровню настоящего Воина.

Помимо этого, Накри хотел высказать немало «хорошего» Сеймуру. Пусть он и выплеснул свою злость в поединке, но сам факт такой глупости заводил его снова. Сэм оттащил Кита в одну из комнат с инвентарём подальше от чужих ушей.

— Ты же не думал, что я попадусь на одну и ту же уловку два раза? — Накри начал разговор, будто ни в чём не бывало.

— Может, и не думал, но надеялся, — улыбнулся Кит. — А что мне оставалось?! После боя с Клигоном я едва держал щит, а любой блок ощущался так, будто я без щита пытаюсь остановить шипованную булаву.

— Ах, вот оно в чём дело, — с издёвкой продолжил Накри. — А ты не пробовал сражаться с Клигоном нормально?! Уворачиваться, например, или бить в ответ. Не ждать, пока он превратит твою руку в фарш! Или тебе было жизненно необходимо завершить бой одним ударом? Так, чтобы у Клигона обязательно появилось желание тебя уничтожить самым мучительным способом? Ты опозорил его на всю страну! Перед самыми влиятельными людьми государства! Сеймур, хорошо, если он просто тебя убьёт, а не запрёт в каком-нибудь подвале и не станет пытать годами!

— Сэм, я знаю какой я идиот! — также начал заводиться Сеймур. — Но ты сам посуди. «Легионеры» впятером перекрыли мне выход на арену и предложили сдаться за десяток золотых. Ты же знаешь меня. Естественно, я был в бешенстве! А тут ещё поддержал Визри и другие наши. Мол, все мы «Барсы», и за своих горой. Ты знаешь, что меня в первый раз в жизни здесь поддержал кто-то кроме тебя? Вот я и отправился, как дурак «нести возмездие»! Я сам себя уже тысячу раз проклял за вспыльчивость! Но в тот момент я не смог бы поступить иначе. Сэм я прекрасно понимаю свою проблему, но это сильнее меня.

— Хватило бы и просто победы, Кит. Тебе нельзя оставаться на аттестации, это не шутки. Я поговорю с отцом и старшими братьями. Возможно, они помогут или подскажут способ незаметно вывезти из тебя Реддинга и где-нибудь спрятать.

— Стой! — Кит жестом ладони прервал монолог Сэма. — Я никуда не побегу. У меня здесь мама, у меня здесь младший брат. Если Клигон не найдёт меня, то каковы шансы, что он не попытается выяснить всё у моей семьи? Я не собираюсь обрекать свою семью на пытки, трусливо спрятавшись за спиной твоего отца! Сэм, я воин! И я готов отвечать за свои поступки. Сейчас мне остаётся только пройти аттестацию и стать полноценным «Снежным Барсом». Я обращусь за помощью к Райло Фоксу. Если потребуется, я тысячу раз на коленях извинюсь перед Клигоном. Я пойду на любое унижение, лишь бы месть за мои поступки не настигла семью. Ты знаешь лучше меня, что другого выхода здесь нет. И смысла сожалеть тоже.

Сэм искренне хотел помочь, но понимал, что в этот раз Сеймур прав. Парни молча стояли, думая каждый о своём. Минуту спустя, заговорил Кит. Он просто физически не мог долго пребывать в упадническом настроении.

— Ладно, нечего тут киснуть! Пойдём, что ли, посмотрим на последние бои?

— Пойдём, чего уж тут.

— Кстати, ты, случайно, не знаешь, почему в этот раз мы сражались друг с другом? Я имею в виду, что распорядитель до этого не ставил выпускников из одной школы в противники.

— Может, некого было поставить из других школ, но я в это не верю. Скорее всего, это наказание тебе за этот тупой и эффектный поединок с Эйрихом. Ты сделал вообще всё, что Шмидт «обожает». Ты затягивал бой и получил кучу повреждений. Ты не контратаковал, чтобы уменьшить повреждения и увеличить шанс своей победы. Ты поставил всё на один удар, не обеспечивая себе запасной вариант и самое главное… Всё это ради пафоса! — Накри рассмеялся так громко, что на них начали оборачиваться. — Я не знаю, есть ли человек, который сможет его выбесить больше, чем ты после этого боя!

Кит тоже поддержал смех друга. Напряжение тяжёлого дня постепенно выходило с этим смехом, но ситуация с лер-графом никуда не исчезла. Она повисла где-то на краю сознания и продолжала отравлять мысли Кита. Сеймур не стал этого говорить, но он не верил, что выживет. Единственное, чего он хотел — это чтобы воздаяние за его действия не коснулось его семьи.

Оставшиеся поединки прошли довольно быстро. Какому-то парню из школы «Защитников» сегодня не повезло. Даже четверо целителей не смогли вытащить его с того света. Кит слышал, им одним не ограничилось. После всех боёв Мастера совещались ещё около часа и вычёркивали непрошедших бойцов из списка.

Август Шмидт вызвал всех кандидатов на помост, где в антрактах выступали артисты. Помощники быстро распределили и построили участников по одному им известному принципу, и началось объявление результатов. Шмидт называл имя не прошедшего испытание, и под аплодисменты публики тот покидал арену.

На какое-то время Кит и Сэм позабыли о других проблемах и напряжённо ожидали. Было отчего-то боязно услышать собственное имя и покинуть арену. Напряжение не отпускало до самого конца, но, к радости друзей, их имена не назвали. На помост вышел Райло Фокс и привычным жестом поправил свой ёжик волос.

— Кандидаты, поздравляю! Вы прошли первый этап и доказали, что ваши навыки и сила соответствуют рангу Воина. Но не стоит обольщаться! Через день вам предстоят групповые сражения. Посмотрите на участников, что стоят рядом с вами, запомните их лица. С кем-то вы будете сражаться рука об руку и помогать друг другу, кому-то вы будете противостоять изо всех своих сил. Во втором этапе мы оценим то, насколько вы можете работать слаженно. Насколько способны быть полезными не как боевая единица, а как частица чего-то большего. Второй этап проверит ваш дух, ваш ум и вашу выносливость. Завтра вам предстоит день отдыха, используйте это время с умом. Разойтись!

Во второй этап не прошло чуть больше трети кандидатов. Кто-то, как Оливер Дэйн получил травму, с которой не справилась даже четвёрка целителей, и для них навсегда закрылось будущее Воина. Кому-то повезло чуть больше, и они отделались теми ранениями, после которых можно было восстановиться и попробовать себя в следующий раз. Третья категория просто не прошла по своей квалификации, но они всегда могли вернуться в будущем. А кому-то не повезло больше всех и их тела уже передали семьям и родственникам.

Сеймур и Накри одной компанией отправились на выход. По дороге они обсуждали предстоящий второй этап и завтрашнюю совместную подготовку. Почти возле самого выхода их окликнул голос.

— Кит Сеймур? — спросил мужчина немногим старше двадцати в дорогом камзоле.

— Да, это я, — ответил Кит, внутренне готовясь к худшему.

— Я к вам с посланием от Его Величества Сиринеуса Второго и его личного советника Сатиса Брингса.

Кит посмотрел на раскрывшиеся в удивлении глаза Сэма и предположил, что сам выглядит примерно так же. Сейчас он даже мельком не мог представить, что хотели ему передать самые главные лица государства.

— Я готов вас слушать… Наверное.

Мужчина усмехнулся, но продолжил, не акцентируя внимание на последнем слове.

— Его Величество Сиринеус Второй впечатлён вашей отвагой в бою с Эйрихом Клигоном. Его Величество понимает, что юность редко идёт рука об руку с мудростью, и настоятельно рекомендует вам заняться приобретением последней. В этот раз вы можете не опасаться возмездия со стороны рода Клигонов, но впредь думайте о том, к чему ведут ваши поступки.

Кит и Сэм засияли улыбками — это была одна из самых лучших и неожиданных новостей за сегодняшний день. Сеймур вообще с трудом сдерживал себя, чтобы не заорать от счастья.

— Второе послание от советника Сатиса Брингса, — продолжил мужчина. — Слово Короля — закон, и вы можете не опасаться мести. Граф Клигон — это человек чести, и он никогда не пойдёт против воли Короля, — в этом месте посланник позволил себе лишь намёк на улыбку, но и дураку было понятно, что под этим скрывалось. Советник был весьма осторожен в словах. — Но не все люди столь честны и безупречны, как граф. Даже ради предполагаемой благосклонности Клигона, кто-то может нанять бретёра или спровоцировать вас на необдуманные действия, что приведут к гибели. Не идите на поводу эмоций и не теряйте осторожности. Возможно, в вашей ситуации лучшим исходом будет найти покровителя. Советую вам показать свою полезность Королю или как минимум одному из герцогов. И помните, что к моим советам прислушивается даже Монарх.

Излишне прекрасное настроение тут же сдуло с лиц парней. Опасность на какое-то время отступила, но не ушла совсем. Было о чём подумать и что обсудить завтра с Сэмом. Возможно, стоило обратиться и к Райло Фоксу уже сейчас.

— Спасибо! Я очень благодарен Его Величеству и его советнику Сатису Брингсу.

Сейчас же Киту стоило найти Сари, может, она и не поняла, какие последствия мог нести поединок с лер-графом, но на всякий случай стоило в этом убедиться и при необходимости успокоить.





***





— Отец, почему я не могу просто уничтожить этого урода? Почему какая-то деревенщина может позволить себе то, что не позволяет себе даже лер-граф?

Эйрих Клигон, нисколько не сдерживая прорывающуюся злость, пытался выяснить причину запрета отца на наказание этого смерда. Наглеца, который возомнил себя великим воином и думает, что теперь ему всё будет сходить с рук. Сейчас отец с сыном вели беседу в одном из кабинетов загородного поместья, которое любезно предоставил для размещения графа и его свиты старый друг семьи.

— Эйрих, причин на самом деле достаточно. Но есть одна, которая на данный момент не то, что запрещает убить этого выскочку, а может даже обязать защищать его. Сегодня у меня состоялся разговор с личным советником Короля, как раз про этого парня. Его Величество прямо указывает на то, что не потерпит никаких происшествий с этим мелким подонком. Даже если это сделаем не мы, даже если не будет никаких доказательств нашей причастности и даже если это сделают наши враги, итог будет один: нам запретят добычу железа, а рудник передадут кому-то «более лояльному и надёжному».

— Но почему?! Почему я должен просто терпеть этот позор и унижение? С каких пор дворяне стали цениться ниже, чем всякая чернь?! — младший Клигон был настолько же удивлён, насколько и возмущён.

— Точно на этот вопрос тебе никто не ответит. Разве, что сам Король. Но почему-то я сомневаюсь, что он будет пред нами отчитываться. Мы уже обсуждали эту тему с графом Трагортом. У него только одна догадка: Кит Сеймур — это бастард нашего Монарха. Но мне в это не верится. Возможно — это какая-то интрига против дворянства. И мы сейчас ничего не можем сделать под прямым запретом Короля.

— И чем этот Сеймур может угрожать дворянству? — Эйрих спрашивал без любопытства, а в его голосе слышалось бессилие.

— Король, как и его советники, любят многослойные замыслы, и не всегда получается их разгадать. Вариантов много. И я Трагорт, согласны в том, что это, скорее всего, ловушка и сейчас опасно что-то делать. Допустим, мы избавимся от популярного мальчишки. Тогда Сиринеус может обратить народное недовольство на восточных дворян, то есть нас. Другой вариант — мы не трогаем его, но получаем чувствительный удар по чести. Это создаст прецедент и покажет, что покушение на честь благородного может остаться безнаказанным. Это только первые два слоя, а сколько он их заложил, не знает никто. В любом случае тебе сейчас никаким образом нельзя действовать, пока мы не придумаем достойный ответ. Тот, что восстановит нашу честь и не даст попасть в ловушку, расставленную Монархом. Ты меня понял, Эйрих?

— Да, отец. Но я могу попробовать его спровоцировать на дуэль!

— Сын, это не какой-то барон или виконт, не будет вызова на дуэль, а вот плебейская деревенская драка — обязательно. Что опять же не в плюс тебе и твоему статусу. Пока оставь свои гневные мысли, а я обязательно что-нибудь придумаю. Это оскорбление не лично тебе, а всей семье Клигон.

— Хорошо, я понял.





Глава 7: Ярмарка


К счастью для Кита, Сари так и не поняла, какая смертельная опасность нависла над её сыном. Она не разбиралась в негласных правилах дворянской чести, ведь в отличие от мужа не вертелась в благородных кругах. Этому Кит был несказанно рад. Он не хотел бы врать матери в глаза о том, что всё будет хорошо. Да, теперь благодаря помощи Короля угроза миновала, но лишь на некоторое время.

После завершения первого этапа Сари вместе с Китом вернулись домой и не ужиная отправились спать. Кристофер так и не получил всех желаемых ответов. С большим неудовольствием он разрешил перенести свой марафон вопросов на завтрашнее утро.

Ночью Сеймуру снились странные кошмары. Он опять сражался с Сэмом на арене, но в какой-то момент тот обратился в Эйриха Клигона. Рост противника будто скачком уменьшился и стал чуть ниже его собственного. Голубые глаза, словно выцвели и приобрели серый стальной оттенок. Последними изменились волосы: белые пряди, будто пепел, разлетелись под дуновением ветра, а им на смену вылезли насыщенно-чёрные жёсткие кудри.

Эйрих стал атаковать куда яростнее, чем Сэм, а меч наносил всё новые раны, едва лишь касаясь остриём. Оружие со звоном легко рубило стальную обивку щита. Кит защищался, как мог и пытался двигаться всё быстрее и быстрее. Но Эйрих не отставал и тоже ускорялся. Клинок прилетал в щит Сеймуру всё чаще и чаще, и вскоре от защиты остались одни щепки. В этот момент Клигон нанёс прямой укол в грудь. Кита лишь чудом спас болтавшийся на шее кулон.

Эйрих с ненавистью смотрел прямо в глаза своего соперника. Он говорил что-то на непонятном свистящем языке, а меч, будто отвечая словам Клигона, превратился в чёрную кобру. Кобра с усилием смогла вдавить клыки в твёрдый камень амулета и впрыснула светящийся изумрудный яд. Сделав своё дело, змея исчезла, как и сам Клигон.

Кит почти сразу ощутил, что камень на груди похолодел и стал, будто вытягивать из него душу. Страх сдавил его сердце, а тело парализовало — он даже не мог вдохнуть. С каждой секундой амулет всё больше тянул из него силы, холодеть начало уже тело Сеймура. И тут что-то горячее врезалось в живот.

— Кит, просыпайся! Ты обещал отвечать на вопросы всё утро! — Кристофер запрыгнул на брата, используя самый надёжный и проверенный способ его разбудить.

Кит резко поднялся и вдохнул полной грудью. Он чуть не задохнулся в этом кошмаре. Рука сама дёрнулась к кулону. На мгновение ему показалось, что тот был обжигающе ледяным, но это ощущение быстро ушло вместе со сном.

Такое пробуждение не добавляет хорошего настроения, и всё же он не злился на брата, а даже был благодарен избавлению от кошмара. Тело испытывало ноющую и тянущую боль после вчерашних поединков, а утренней бодрости не ощущалось совсем.

«Такое чувство, будто ночью я пробежал кросс в полном комплекте амуниции, да ещё и рюкзак с камнями нацепил для утяжеления» — подумал Кит, вспоминая одну из тренировок. «Сегодня обязательно нужно восстановиться и не усердствовать в нагрузках».

Пока он умывался и завтракал, Кристофер носился вокруг и выспрашивал все подробности вчерашнего дня. Выхода из этой ситуации не было и пришлось отвечать до полного удовлетворения любопытства юного следователя. Мама к этому моменту, вероятно, была уже в лавке. Предыдущие два дня она просила знакомую поработать за неё. Не стоило упускать хорошую прибыль в дни ярмарки, ведь доходы с торговли — это единственное, на что жила их небольшая семья.

Ещё вчера Кит договорился встретиться с Сэмом ближе к вечеру в кузнице Сеймуров. Сейчас же братья отправились в бакалейную к матери. Идти было недалеко, и буквально через десять минут они находились у входа, над которым красовалась изящно оформленная вывеска, обновлённая по случаю ярмарки. В помещении было людно как никогда.

Из-за наплыва гостей города в эти дни, у Сари был бешеный спрос на различные мелочи, незаменимые в быту. Люди, либо совсем не брали такое в поездку, либо забывали дома и в итоге покупали здесь. Оборот товара был значительный и в эти четыре-пять дней мог доходить до месячного объёма и выше.

Не теряя времени, братья стали помогать Сари с покупателями, чтобы дать хоть немного отдыха матери, работавшей с самого рассвета. Когда поток посетителей схлынул, Сеймуры немного перекусили.

— Кит, ты помнишь, что обещал погулять с Крисом по ярмарке?

— Да, что он там не видел? Каждый год почти одно и то же, — с неохотой начал Кит.

— Эй, ты ведь обещал! — в разговор влез младший. — Я хочу посмотреть на ручных скорпионов и коготь Арнейского варана, мама обещала мне автоматическое перо в этом году, мне надоело писать грифелями — они постоянно ломаются!

— Да шучу я, шучу! Но недолго! Мне нужно подготовиться к завтрашнему дню, а вечером мы должны встретиться с Сэмом.

— А Сэм с нами не пойдёт? — хитро улыбнувшись, спросил Крис. Он наверняка рассчитывал, что сможет уговорить более податливого Накри на прогулку подольше.

— Сэм сейчас со своим отцом и братьями. Они видятся гораздо реже, чем мы. И тем не менее он тоже заинтересован в подготовке. Так что Крис, извини, но мы действительно сегодня недолго.

— Кит, я рассчитываю на тебя и на то, что сегодня обойдётся без происшествий, а не как в прошлый раз! — строго подытожила Сари.

Парни ещё немного помогли матери и отправились исследовать многочисленные ряды ярмарки. Кит несколько кривил душой, когда говорил, что от года к году ничего не меняется. Сегодня торговые ряды пестрели обилием различных экспонатов как никогда.

Здесь встречались ремесленники и торговцы всех мастей, кожевники, галантерейщики, знахари и даже букинисты. Ароматы менялись от ряда к ряду. Вот кузнецы прямо по месту подгоняют броню и доносится знакомый запах раскалённого железа и угля. Чуть дальше, целый ряд заняли торговцы специями, и пряные ароматы мешались во что-то трудноописуемое, но приятное. Места, где расположились алхимики, они старались обходить стороной, чтобы сберечь свой нос. Торговали абсолютно всем, что имело хоть какую-то ценность.

Отдельными островками располагались уличные артисты. Кто-то жонглировал пылающими кинжалами, кто-то выступал с акробатическими номерами. Почти на каждом углу можно было встретить фокусника, а чуть позже они увидели настоящего мага.

Молодой парень жонглировал пятью сферами, переливающимися всеми цветами радуги. Вот он убрал одну руку за спину, а сферы продолжили взлетать с низким гулом, не меняя скорости и ритма. А вот он убрал вторую, и окружающие ахнули: сферы всё так же продолжали летать разноцветным хороводом. Обычно даже самые молодые маги не демонстрировали своё искусство на потеху публике, и увидеть подобное было невероятной редкостью. Возможно, парень лишился всех своих денег, раз пошёл на такие крайности.

Кит не ожидал, что и сам сильно заинтересуется происходящей вокруг кутерьмой из представлений, выступлений и фокусов. В итоге оба брата с удовольствием наблюдали за всем этим многообразием почти два с небольшим часа. Наконец, младший Сеймур вспомнил про необходимое ему автоперо, и братья отправились к рядам с товарами, которые нельзя было отнести к какой-то одной категории. Тут можно было встретить как лавку с амулетами и ингредиентами из монстров Пустоши, так и торговцев кухонной утварью. Даже старик, продававший капканы, мышеловки и садовые лопаты, не казался здесь чужеродным.

Кристофер присмотрел палатку со множеством канцелярских принадлежностей и сейчас активно выспрашивал торговца об особенностях того или иного автопера. Кит же заинтересовался шатром по соседству напротив, где у входа разместили гигантскую клешню пустынного чёрного скорпиона. Она была настолько огромна, что без проблем перекусила бы даже туловище лошади. У Сеймура пробежали мурашки вдоль позвоночника, когда он попытался представить, как мог выглядеть скорпион целиком и какую опасность представлял при жизни.

В шатре хватало и других интересных вещей. Он увлёкся и глазел на них с восхищением, как совсем мелкий мальчишка. Над самим продавцом покачивалась страшная гирлянда. Нанизанные на леску тушки плотоядных скарабеев, глухо сталкивались друг с другом и шелестели при слабом ветерке. На прилавке слева в прозрачных колбах находились бальзамированные головы малых Сирейских демонов. В дальнем углу стояли чучела странных кроликов и оскалившаяся морда стального волка.





Позади начал нарастать какой-то подозрительный шум и уже раздавались громкие выкрики. Кит обернулся и увидел, что Кристофер вцепился двумя руками в шикарный камзол молодого мальчишки. Парень был примерно одного с ним возраста.

Брат, красный как рак, тряс его и что-то гневно кричал. Богато одетый молодой человек, судя по всему, не был намерен это терпеть и отреагировал быстро. Он дал пощёчину Крису и пнул ногой в живот так, что младшего Сеймура опрокинуло на землю. Кит заметил вычурно украшенные ножны на поясе обидчика. «Как минимум сын барона раз имеет право носить меч в черте города» — машинально подумал он.

Вероятно, такого наказания дворянину показалось мало, и он начал вытягивать клинок из ножен. Кит, и так спешивший на выручку брату, ускорился будто в боевом рывке. Сеймур заслонил собой Криса и выставил руки ладонями перед юным дворянином и его двумя подоспевшими телохранителями.

— Ваше благородие, прошу простить моего брата, — выпалил Кит, надеясь, что угадал с титулом паренька. — Он очень болен, и моя обязанность следить за ним, пока мы находимся в людных местах. Прошу вас не наказывать его, всё произошедшее исключительно моя вина и мой недосмотр. Я готов загладить свою оплошность любым приемлемым вами способом, — он старался говорить спокойно и ровно, но всё же торопился.

Лер-барон нахмурился, и в любой другой ситуации это смотрелось бы потешно, но сейчас Киту было не до смеха. Молодой пацан без каких-либо разбирательств мог зарубить Криса, и если бы Кит хоть на секунду задержался, то беды было не миновать. Он посмотрел на телохранителей, которые тоже имели при себе оружие. Если загладить этот конфликт не удастся, то придётся бежать.

— К сожалению, вину вашего брата, может загладить только… — начал говорить высоким голосом дворянин, но остановился посреди фразы. — Вы ведь Кит Сеймур? — с удивлением протянул он.

— Всё верно. Простите, а с кем имею честь общаться?

— Лер-барон Антон Шерад, — очень важно и, вероятно, пытаясь походить на отца, ответил парень, но тут же переменился в лице и с восторженным видом продолжил. — Кит Сеймур, я великодушно прощу вашего брата, если вы дадите мне пару уроков боя на мечах!

Кит от неожиданности даже растерялся и какое-то время просто рассматривал рыжую макушку Шерада. «Вот уж не думал, что у меня будут просить уроки дворянские дети» — пронеслась самодовольная мысль, которую он тут же отбросил. Сеймуру хватило лишь мимолётного взгляда, чтобы оценить телохранителей.

Пока конфликт происходил между детьми, они давали возможность проявить себя подопечному. Но стоило самому Киту направиться к юному аристократу, как охранники тут же прикрыли его от возможной угрозы. Сеймур примерно прикинул их уровень, ориентируясь на скорость движений. Скорее всего, это были Воины второго-третьего ранга, тогда как Кит сейчас ещё даже не сдал на первый.

— Лер-барон, я с удовольствием исполню вашу просьбу ради прощения брата. Но также считаю нужным сказать, что любой из ваших сопровождающих сделает это гораздо лучше меня. Я и сам был бы благодарен, если бы имел таких наставников, — Кит заметил снисходительный взгляд от телохранителя, что выглядел помладше.

— Да, отец мне говорил то же самое, — расстроенно пробормотал Антон, — но почему-то показалось, что он плохо видел ваш бой. А расскажите тогда, как вам удалось с одного удара победить лер-графа Клигона?

— На самом деле — это был не очень хороший бой, и, думаю, ваши наставники объяснят вам почему. Но уговор есть уговор. Я специально искал возможность закончить схватку одним ударом. Весь поединок я практически не уворачивался и намеренно вводил лер-графа в заблуждение. Когда Эйрих Клигон потерял осторожность, я воспользовался его излишне сильной и глубокой атакой, чтобы закончить этот бой в один удар. Но я не горжусь этим поступком.

— Всё равно это было восхитительно. Ладно, Кит Сеймур, ваш брат прощён, но займитесь его воспитанием или однажды ему не попадётся такой добряк, как я! — сказал парень с видом, словно делает огромное одолжение. — Торговец, я покупаю это автоматическое перо в подарок этому тяжелобольному ребёнку, — указал он на Кристофера. — Богиня Исида дарует свою мудрость благотворящим и милосердным, — Антон наставительно поднял палец, показывая владельцу лавки, что он мудростью точно не обделён.

Кристофер уже раскраснелся от гнева и пока не случилось чего хуже, Кит быстро раскланялся с лер-бароном Шерадом и утащил брата в ближайшую подворотню.

— Кит, хватит меня тащить! — возмутился Кристофер. — Почему ты не раскидал этих упырей. А этот мелкий барон вообще хотел забрать моё перо, на которое я сбивал цену две минуты и почти сторговался до золотого!

— Зато теперь оно досталось тебе бесплатно, — немного грустно улыбнулся Кит. — Видимо, Сэм был прав, и ты перенимаешь от меня слишком много дурного. Крис, тебе нельзя ссориться с благородными, нельзя с ними спорить и уж тем более нельзя драться! — Кит попытался скопировать интонации Сэма Накри. У него неплохо получалось читать морали.

— Но ты же постоянно так делаешь! Сколько ты поставил на место зазнавшихся дворянчиков, пока учился в школе «Снежных Барсов»? Я ведь не хуже, я тоже могу быть сильным! — мальчик аж раскраснелся от возмущения.

— Крис, ты не хуже, ты даже лучше и умнее, чем я! И очень хочется, чтобы ты не совершал моих ошибок. Пока я учился там, мы все были равны и меня в первую очередь защищала сама школа. За время учёбы я очень много раз поступал глупо, а ещё глупым было тебе рассказывать о своих якобы подвигах. Я нажил себе огромное количество врагов. Они значительно выше меня по положению, имеют гораздо больше возможностей, а самое главное — прав. Но на тот момент я не мог поступать по-другому, просто не знал как нужно. Да и сейчас, толком не знаю. Крис, у тебя просто нет той защиты, что была тогда у меня. Любой твой конфликт с благородными — это не смелость, а напрасный риск, который может привести к смерти. Сейчас я очень испугался за тебя, — Сеймур на какое-то время замолчал, до него самого только сейчас начало доходить, как близко к краю они прошли, и во что это могло вылиться.

— Но ты же был рядом и в любом случае бы меня спас.

— Я бы сделал всё возможное и невозможное для этого! Кристофер, во многом это моя вина, что ты не понимаешь всю опасность противостояния с любым из дворян. Я прошу тебя ради меня и ради нашей мамы избегать таких конфликтов. Я не всесилен и не смогу защитить от того, что превосходит все мои возможности. Конечно, я попытаюсь, но, скорее всего, просто погибну с мыслями, что не справился и не защитил своего брата. По крайней мере, пока… Пообещай мне, что ты не будешь рисковать своей жизнью по пустякам!

— Хорошо… — Крис задумчиво посмотрел на автоперо, которое явно не считал пустяком. Но потом на детском лице возникло понимание. Видимо, он всё же сравнил стоимость пера и цену жизни матери и брата.

— И что теперь? Терпеть каждый раз их наглость, когда они забирают всё, что им понравилось, хоть ты и торговался за автоперо и уже договорился? А что значит «по крайней мере, пока»? Что-то изменится? — начал привычно сыпать вопросами Крис.

— Да, терпеть! Твоя жизнь важнее. А изменится ли? Не знаю, но я собираюсь дойти до самого верха и поменять всё, до чего смогу дотянуться. И ни тебе, ни мне, ни нашей маме больше не придётся что-то терпеть и перед кем-то выслуживаться! Я потрачу все свои силы и время на то, чтобы добиться этого. И мы будем жить гораздо лучшей жизнью. Ты веришь мне?

— Верю.

Братья ещё около часа ходили по торговым рядам и смотрели на диковинки, что не увидишь в обычные дни. Сэкономленные деньги пустили на сладости и всякую мелочёвку, что интересовала Кристофера. Вдоволь наглядевшись на пёструю суматоху торговцев, артистов и разодетых гостей города, братья вернулись в лавку. Кристофер остался помогать матери с грядущим вечерним наплывом, а Кит отправился в кузницу, как они и договаривались с Сэмом.

Когда Сеймур добрался до места, Сэм уже ожидал его. Кузница стояла здесь уже около двадцати лет и в былые времена славилась на весь Реддинг. Дэвид Сеймур был невероятным кузнецом, и одно его имя привлекало клиентов. Сейчас же, строение совсем не выполняло своих функций.

После смерти отца Кит попросил не продавать здание, и Сари согласилась на это. Тогда парень не понимал, что за использование городской земли мать была вынуждена каждый год платить хорошую сумму.

Но позже Сари и сама призналась, что не может избавиться от привязанности к этому месту. Здесь Дэвид воплощал свою мечту и занимался любимой работой, здесь же он вкладывал все свои силы для того, чтобы обеспечить семью. Кузню пару раз поджигали «доброжелатели», польстившиеся на хорошее место в черте города. Но не так-то просто сжечь здание, которое предназначено для работы с раскалённым металлом и в первую очередь защищалось от огня.

Сеймур и Накри часто использовали это место, как свою базу, когда «Снежные Барсы» предоставляли своим подопечным выходные дни. Вот и сейчас они собрались здесь по старой памяти подготовиться к следующему испытанию и просто поговорить. Главный зал кузницы был достаточно большим, что позволяло друзьям отрабатывать даже перемещение в строю, хоть этот строй и состоял всего из двух человек.

— Сэм, не удлиняй шаг! Ты выбиваешься из шеренги.

— Кто виноват, что ты такой коротконогий? — огрызнулся Накри, но сократил длину шага.

— Скажи это всему остальному миру! Удар! — скомандовал Кит и сам тут же нанёс удар копьём вперёд. — Отступаем!

Так, они тренировались пару часов, при этом не напрягаясь сильно, чтобы к завтрашнему дню быть в полной готовности к испытаниям. Помещение из-за своих размеров не позволяло отрабатывать строевые манёвры длиной более семи-десяти шагов. Но всё равно этого хватало для большинства элементов. В целом, тренировка была не очень эффективной в плане строевой подготовки, зато помогала побороть мандраж перед последним этапом.

— Сэм, как думаешь, что будет на завтрашнем испытании?

— Думаю, что я благополучно пройду, а ты так же благополучно завалишь, — заржал Накри будто конь. — Думаю, что-то похожее на наши групповые схватки. Захват флага, перемещение раненого или тяжёлого груза, — сказал он, чуть отдышавшись.

— А мне кажется, что они приготовят что-то другое. Мне всегда «везёт» на новые неприятности.

— Ну, мир не вокруг тебя одного вертится. Меня другое беспокоит. Я не понимаю, что они будут оценивать и как. Вчера определили всех достойных по силе и навыкам, на экзамене мы сдавали теорию, а вот что будут проверять завтра вообще непонятно.

— Мне тоже, если честно. Глава говорил что-то про слаженность и силу духа, но в это как-то не верится. Какая слаженность может быть между незнакомцами, а сила духа в моём понимании — это одному выйти против тысячи.

— Ага, примерно так же считаю. Что надумал делать с Клигоном?

— Я не знаю. Но завтра, так или иначе, всё решится. Советник говорил, что нужно показать свою полезность Королю или какому-нибудь герцогу. Но я даже представления не имею, чем могу быть полезен кому-то из них. И тем более… Как это можно показать, когда я даже на глазах у них появиться не могу? Единственная возможность — это попроситься в гвардию. Но ты и сам знаешь, какой уровень гвардии у любого герцога. Я уже не говорю про королевскую…

— Может тебе стать послушником Единой Церкви?

Сеймур непроизвольно отшатнулся, а его лицо выражало шок. Он даже замолчал на какое-то время, не находя слов.

— Ты знаешь, что они на шесть лет запирают своих послушников, а тех, кто выходит в мир, даже родные и близкие не узнают? Или ты так по-дурацки шутишь? Я лучше сдохну, чем стану больным идиотом с промытыми мозгами, — в голосе Кита звучала неподдельная тревога.

— Да, это действительно крайняя мера, хотя говорят, что к нормальным воинам у них совсем другое отношение.

— Нет! Это точно не мой вариант! Завтра мне нужно как-то проявить себя на последнем испытании. Сделать так, чтобы меня заметил Король и посчитал достаточно перспективным, для приёма в свою гвардию. Или хоть какой-нибудь герцог.

— Ну вот, стоило предложить заведомо провальную идею, как ты тут же определился с дальнейшими действиями, — Сэм опять не смог сдержать смеха, глядя на зарождающееся бешенство на лице друга.

— Накри, я тебя сейчас прибью!





Глава 8: Второй этап


«Ну это просто полная…» — подумал Кит.

Час назад всех кандидатов разбили на шесть отрядов по десять человек. Только один из них получился чуть большим из-за «лишнего» одиннадцатого бойца. Райло Фокс торжественно объявил открытие командного этапа аттестации и вкратце объяснил правила прохождения.

Сейчас Кит стоял в одном из таких отрядов и в мыслях проклинал свою удачу. Вместе с ним в одну группу по распределению попали Найджил Мисгейл и Эйрих Клигон. Радовало то, что среди остальных не было его явных недоброжелателей.

Правила оказались довольно простыми. К каждой команде прикрепляется один Мастер из «Барсов», который будет выполнять функции командира. Отряды сражаются друг против друга, но не как обычно, а выполняя определённые миссии. Боевых ситуаций всего четыре: транспортировка ценного груза, захват ценного груза, сопровождение важной персоны и уничтожение важной персоны. Каждой группе предстоит участвовать в трёх миссиях. Каким-то отрядам выпадут две защитные и одна атакующая задачи, а каким-то, наоборот — две атакующие и одна защитная.

За прошедший день отдыха Великая Чаша сильно преобразилась. Над ареной витал аромат свежесрубленного леса и почему-то железа. Скорее всего, древесину не стали тщательно просушивать для временных построек. Исчез деревянный помост, где выступали приглашённые артисты, исчезло и ристалище. Палатку с целителями переместили в самый центр, чтобы доступ к медицинской помощи был максимально быстрым. Почти вся сцена арены, лежащая перед зрителями, была заполнена имитацией городской застройки, больше напоминающей лабиринт. Даже рельеф местности был слегка изменён и теперь имел некоторые возвышенности и низины. Строений выше двух этажей не встречалось, но даже то, что было сделано, казалось невероятным: буквально за сутки здесь появилось подобие небольшого городка, будто перенесённого с периферии Вергуса.

Сами отряды, как и Райло Фокс с Мастерами, сейчас находились на относительно небольшой площадке, поставленной почти вплотную к трибунам. Ряды участников стояли лицом к зрителям, а глава «Снежных Барсов» в профиль у своей кафедры. Кит услышал позади шёпот переговаривающихся бойцов.

— Видел, по периметру построили сторожевые вышки?

— Сам ты сторожевая вышка. Это смотровые площадки для судей, чтобы те могли нас оценивать.

— Много там оценишь с такого расстояния, — в голосе явно слышалось сомнение.

— Вроде как все судьи рангом не ниже Мастера. У них, говорят, даже зрение отличается от обычных людей, и они могут неделю не есть.

— Да брехня это всё! Ещё скажи, что поесть они не любят и дышать им не совсем обязательно…

Сеймур, тоже приметил характерные строения, когда поднимался на площадку с остальными бойцами. В отличие от неизвестных кандидатов, разговаривавших пару секунд назад, Кит точно знал, что у Мастеров невероятно сильное зрение. Если в других местах встретить воина такого уровня было большой редкостью, то в «Снежных Барсах» их было вполне достаточно. Тот же Август Шмидт мог различить оплошность в движениях одного из тридцати бойцов, что занимались в сотне метров от него. А Мороу, что защитил Кита от телохранителя Мисгейла, всегда появлялся будто из ниоткуда. При этом непонятно, то ли он двигался настолько быстро, то ли это была какая-то форма невидимости или же вообще всё, вместе взятое. Для себя Сеймур принял за аксиому, что Мастер — это уже не совсем человек и ожидать от него можно чего угодно.

«Интересно, есть ли у меня шанс добраться когда-нибудь до ступени Магистра?» — Кит ударился в привычные мечты, которыми страдали в той или иной мере все ступившие на путь воина подростки. Сейчас он почти не сомневался, что сдаст экзамен на ступень Воина. После этого нужно будет пройти всё пять рангов от «начинающего» до «пикового», а потом уже замахиваться на Мастера. Как перейти на эту ступень Кит пока не представлял, но надеялся, что ответ придёт к нему позже. На уровне Мастера боец выходил за пределы человеческих возможностей, у многих открывались сверхъестественные способности, которые они могли использовать в бою. Немногие добирались до этого этапа, а про становление Магистром и говорить нечего, таких было ещё меньше.

— Первый взвод: Найджил Мисгейл, Эйрих Клигон, Том Эванс…

До Сеймура донёсся голос Августа Шмидта, который сменил главу школы. Кит настолько замечтался, что не успел заметить, как перешли к распределению номеров команд. Сейчас после перечисления всех участников группы им нужно будет покинуть площадку и перейти в зал, где они будут ожидать своего вызова.

Первая группа из десяти человек под аплодисменты зрителей отправилась вглубь служебных помещений. Стоило войти в зал, как внимание к себе тут же привлёк лер-герцог Мисгейл. Найджил имел довольно яркую внешность. Аристократическая бледность и голубые глаза частенько притягивали взгляды окружающих. Помимо этого, он, наверняка обучался тому, как подать себя публике. Вот и в этот раз, для Мисгейла не составило труда собрать на себе всё внимание отряда.

— Друзья, я предлагаю сразу определиться с несколькими моментами! — Найджил выбрал место в трёх метрах от всего отряда, так, чтобы его мог видеть каждый. Он широко раскинул руки, будто пытаясь обнять каждого и располагая к себе этим жестом.

«Не удивлюсь, если он и место выбрал так, чтобы свет был направлен на него с наиболее выгодной стороны» — Кит предполагал, что лер-герцог будет обращаться к отряду, и попытается захватить неформальное лидерство, но не думал, что тот займётся этим с порога.

— Сразу скажу, что нашим взводом будет управлять назначенный школой мастер, и я ни в коей мере не претендую на лидерство. Но несколько вопросов нам всё равно придётся решить сейчас общим голосованием.

«Ага, конечно, не претендуешь! Что-то я ни разу не замечал за тобой такого», — Кит с вызовом смотрел в глаза Найджилу, но в спор вступать не спешил. Вчерашний случай с Крисом заставил его задумываться о своих поступках и словах. Конечно, ненависть к лер-герцогу никуда не исчезла, но теперь Сеймур понимал, что возможности призвать к ответу этого подонка за его поганый язык у него нет. Пока нет.

— Как и сказал, уважаемый Райло Фокс, — продолжил Мисгейл, — у нас четыре сценария, в которых мы будем противостоять другим группам. Когда мы выступим атакующей стороной, то никаких вопросов быть не может, мы будем просто подчиняться приказам Мастера. Но вот в защитных миссиях нам нужно выбрать кого-то на роль важной персоны и носильщика ценного груза.

— Зачем нам это? Я думаю, Мастер сам определит, кого поставить на эту роль — широкий рыжий парень вышел на шаг вперёд.

— Вы правы, лер-барон, — кивнул ему Найджил, как старому знакомому, — обязательно назначит, но выберет, скорее всего, самого неподходящего для этой роли. За последние десять лет я не пропустил ни одной аттестации и имел возможность наблюдать за различными вариациями испытаний. И практически всегда, когда команда не определяла роли сама, командир ставил носильщиком самого эффективного бойца. Впоследствии это усложняло прохождение этапа всему отряду.

Бойцы начали переглядываться. Они уже привыкли видеть друг в друге соперников и только сейчас начали осознавать, что теперь являются командой. Лер-герцог поделился очень важной информацией, и не доверять ему в этом не было смысла.

— Кто-то готов предложить кандидатуру носильщика? Или, может быть, сам желает выступить в этой роли?

После этих вопросов отряд снова стал настороженным — никому не хотелось тащить тяжёлый груз и быть при этом самым уязвимым членом группы. Во время столкновения с другой командой носильщик и важная персона будут самыми желанными целями для атаки.

— Если никто не готов, то у меня есть кандидатура. Я предлагаю Кита Сеймура на обе роли. Я знаком с Сеймуром уже около десяти лет, и могу сказать, что лучшего на это место не придумать. Кто-то из вас уже сражался с ним, кто-то успел посмотреть его бои. Кит очень скоростной боец с прекрасной реакцией. При попытке захвата груза он гораздо легче многих из нас сможет уйти от соперника, что даст время остальной команде перегруппироваться. При атаке важной персоны, он, благодаря своей скорости, имеет больше шансов уклониться и выжить. Предлагаю проголосовать. Если голосуете против, то сразу предлагайте кого-то другого. Итак?

Первым согласие дал Эйрих Клигон, а следом за ним и рыжий лер-барон. Остальные не хотели выделяться и тихо радовались, что эти тяготы достанутся не им, поэтому голосование прошло моментально и больше напоминало фарс. Кит только успевал переводить глаза с одного участника группы на другого и тихо закипал. Если бы он был таким же бледным, как Мисгейл, то сейчас все бы увидели, как к его лицо наливается кровью от сдерживаемого гнева. Но чуть смуглая от природы кожа не дала этого различить, зато карие глаза светились яростью и метали молнии.

— А меня вы спросить не забыли? — сдавленным от сдерживаемых эмоций голосом спросил Сеймур.

— Хорошо, Кит, голосуй. Но если ты против, то должен предложить кандидата вместо себя, и не забудь это аргументировать. Ради чего вся команда должна отказаться от единогласного решения?

Кит понял, что пытается сделать Мисгейл. Сейчас он противопоставлял его всему остальному отряду. Никто не захочет ничего менять. А ещё это условие «при отказе подставь кого-то другого» — все пропустили его мимо ушей и приняли, как само собой разумеющееся, ведь никто не собирался голосовать против. Теперь отказ без сильных аргументов не примут даже те, кто ему симпатизирует или относится нейтрально. Очевидно, что у лер-герцога гораздо больше опыта во всевозможных интригах, но это не повод сдаваться без боя.

— Я против! — быть может, излишне громко выразил своё мнение Кит. — Вместо себя предлагаю кандидатуру Найджила Мисгейла. Мы знакомы около десяти лет, и могу сказать, что лучшего на это место не найти, — почти слово в слово Сеймур вернул слова лер-герцога. — Найджил Мисгейл тоже скоростной боец и ничем не уступает мне в этом плане. Помимо этого, он физически более крепок, чем я, и переноска ценного груза не будет замедлять наш отряд. В роли важной персоны он тоже проявит себя гораздо лучше, ведь Найджил несравненный боец и способен справиться с любым соперником даже в неравных условиях, — Кит с вызовом взглянул на Мисгейла.

— Что же, Сеймур, ты абсолютно прав! — Найджил по-прежнему открыто улыбался.

«Он вот так вот просто признался в том, что я прав?! Да быть того не может!» — Кит даже сделал шаг назад от удивления.

— Ты абсолютно прав, — ещё раз повторил Мисгейл. — Я прекрасно справлюсь с любой из этих ролей, но есть кое-что ещё. Я гораздо лучший воин, чем ты, и ты сам хорошо это понимаешь. А лучший воин принесёт большую пользу нашему взводу на передовой — уж с этим точно никто спорить не станет! — Найджил обвёл взглядом окружающих. — Итак, раз мы закончили с нашим маленьким вопросом, то предлагаю всем подготовиться — думаю, что нас очень скоро вызовут.

Кит чувствовал, как к его голове приливает всё больше крови. Казалось, ещё немного и она взорвётся от давления. «Вот же выродок герцогский! Как же я ненавижу всех этих аристократических болтунов и вшивых интриганов!» — было до жути обидно, но на этом поле он значительно уступал Мисгейлу. И было бы не так обидно, если бы Сеймур имел большую физическую силу или лучше сражался на мечах, а проигрывал лишь в умении вычурно говорить и строить козни. Но чёртов лер-герцог был хорош во всём. Из их выпуска только Накри сражался на равных с Мисгейлом, и они непрестанно боролись за первое место.

Пока Кит успокаивал мечущуюся в душе бурю из досады и гнева, в зал прошли остальные пять отрядов. В этот раз их не стали разделять между двумя помещениями, так как участников стало почти в три раза меньше. Зашедший последним взвод спешил вооружиться мечами и копьями. Кит, к своему стыду, понял, что простоял истуканом всё это время. Он увязался за последним отрядом и так же быстро начал подбирать оружие по длине и весу.

Снаружи раздавался ровный гул трибун, а стены зала периодически подрагивали от активности сверху. Тысячи зрителей ждали начала финального этапа. Казалось, в этот день их было даже больше, чем на открытии. Кит только сегодня смог осознать, насколько это большое событие. Когда он стоял на помосте лицом к публике, он почувствовал такую силу внимания, что она казалась вещественной, как накатывающаяся волна. В какой-то миг он даже пошатнулся. Во время боёв на ристалище всё было по-другому — только полный контроль своего тела и твой противник. Даже судьи и распорядитель терялись где-то на фоне. Сеймур впервые столкнулся со вниманием такой огромной публики и с некоторым удивлением отметил, что ему это нравится. Он чувствовал себя кем-то значительно большим, чем был всю свою жизнь, и от этого его захватывала эйфория и азарт.

— Первый и пятый отряды, выйти на площадку! — донёсся уже привычный голос Августа Шмидта.

Кит не стал терять время, и подхватив оружие и щит, отправился вместе со своим взводом. После того, как команды построились по обе стороны от Шмидта, он продолжил.

— Сценарий «Караван». Первый отряд выполняет защитную миссию. Их задача переместить груз из точки А в точку Б. Отряд может потерять хоть всех бойцов кроме последнего. Если груз будет доставлен в пункт назначения — миссия считается успешной. Задача пятого отряда — захват груза. Их цель отбить груз и переместить его в безопасное место. Не обязательно полностью уничтожать отряд противника, приоритет в доставке захваченного в свой пункт. Если пятый отряд полностью уничтожает противника, то миссия сразу же считается выполненной. Первый отряд возглавит Мастер-воин Гимен Тарт. Пятый отряд — Мастер-воин Корвин Мороу. Сейчас у вас будет пять минут, чтобы познакомиться со своими командирами. По истечении этого срока отряды направятся к своим базовым точкам, неизвестным сопернику. Удар в гонг, расположенный в центре арены, будет означать старт сценария. Следующий удар в гонг будет означать его окончание. Итак, время пошло!

К команде Сеймура медленно спустился невысокий, худой и жилистый мастер. Лицо его было основательно покрыто морщинами, но в каштановых волосах даже не было намёка на седину. Возраст командира тяжело поддавался определению: ему можно было дать и сорок, и все восемьдесят лет. Такой большой разбег был связан с изменениями в организме любого воина, дошедшего в своём развитии до Мастера. Молодой человек, выглядевший на двадцать пять запросто, мог быть шестидесятилетним мужчиной.

— Меня зовут Гимен Тарт, — представился он раздражённым скрипящим голосом. — Обращаться ко мне стоит Мастер Тарт и никак иначе. А лучше не обращаться вообще. Внимательно запомните мой голос. Для вас сейчас — это Глас Божий. Если вы слышите команду, то тут же её выполняете. Даже если приказываю раздеться и прыгать, как пьяная макака. Если я говорю, что кто-то из вас убит — это значит, что вы должны упасть на землю и больше не двигаться до моих дальнейших распоряжений. Кто нарушит приказ, может сразу забыть о прохождении аттестации. Всем всё ясно?

— Так точно! — хором ответили бойцы.

— Так, у вас есть три минуты, чтобы выбрать «мула». Этот тот, кто будет нести груз, если кто-то не понял.

— Разрешите обратиться, — едва не перебивая командира, вышел из строя Мисгейл.

— Сначала нужно дождаться разрешения, Мисгейл, — недовольным тоном ответил Гимен, — и только потом уже покидать строй. Лер-герцогов это тоже касается. Ещё раз повторится и мулом будешь ты. Разрешаю, чего там хотел?

— Мы уже определились с тем, кто будет нести груз, — скривился Найджил, видимо, позабыв за два месяца отдыха нрав Тарта. — Это будет Кит Сеймур.

— Все согласны? — командир обвёл взглядом отряд и выждал пять секунд. — Хорошо, ждём отмашки и выдвигаемся к базовой точке. Следовать за мной в колону по двое, не отстаём. Сеймур, оставь копьё и щит помощникам распорядителя, тебе разрешено носить только меч.

Через пару минут взвод под командованием Гимена Тарта отправился к своей точке. Внутри искусственного городка острый запах смолы усилился ещё больше. На спилах досок и брёвен ярко поблёскивали золотистые капли. Взвод, плутая по извилистым пародиям на улочки, быстро добрался до нужной точки. На месте Кита тут же снарядили здоровенным рюкзаком, набитым, судя по всему, камнями и песком. По ощущениям там было не меньше семидесяти килограмм.





Гимен принялся инструктировать команду. Он озвучивал стандартную тактику для защиты цели малыми силами. Тройка бойцов с фронта, трое с тыла и по одному человеку с каждого фланга — вполне стандартная коробка. Когда Тарт начал перечислять действия каждого бойца в случае атаки с разных направлений, Кит буквально отключил слух. Десять лет их пичкали всевозможными знаниями о стратегии и тактике, и теперь эти темы просто клонили его в сон и заставляли непроизвольно зевать.

Сейчас перед Сеймуром стояла совершенно иная задача. Он должен был себя как-то проявить. При этом не просто проявить, а так, чтобы его заметили первые лица государства. Как это сделать со здоровенным баулом на спине, да, ещё не имея возможности полноценно сражаться, Кит не знал, и его потихоньку охватывало отчаяние. «Всё, что я могу предпринять, так это надеяться, что всех наших перебьют, а я сбегу с поля боя и доставлю груз в точку. Как-то не очень героически получается» — Кит ковырял носком землю, будто пытаясь найти спрятавшуюся возможность. «Дьявол! Это просто нереально! В этот кон я точно пролетаю. Главное не подставиться по-глупому. Следующая миссия в любом случае будет атакующей и там я смогу найти больше возможностей проявить себя» — Кит поправил ножны и для удобства взялся за лямки рюкзака.

Тарт уже начал повторять свои наставления по кругу, когда раздался долгий тягучий звук гонга.

— Построились! Двигаемся в тишине. Голос подавать только при обнаружении противника. Выступаем!





***





— Альберт, ты что-то надумал насчёт этого Сеймура?

В палатке, украшенной ярко-огненными гербами с оскаленной медвежьей головой, за ходом второго этапа наблюдали представители высшей знати. Граф Остштейнский Альберт Клигон не стал пользоваться правом на собственную ложу и следил за успехами сына вместе со своим старым другом. Граф Эрц Трагорт выступал приглашающей стороной. Огромный рыжий мужчина, с лицом бывалого воина совсем не походил на аристократа. Его нос по диагонали пересекал широкий шрам и сходился на правой скуле с другим шрамом, тянущимся от виска. Несмотря на отталкивающую внешность, последний был чрезвычайно компанейским человеком и с удовольствием принимал графа Клигона.

— Конечно. И всё решается куда проще, чем мне казалось изначально!.. — Альберт Клигон взял со столика бокал с вином и загадочно улыбнулся.

— Не надо здесь этих театральных пауз! Надумал-то что?

— Я просто приглашу парня к себе. В гвардию, в охранники, да куда угодно! При этом приглашу сам, на большой публике. И здесь ему уже никуда не деться.

— Но, как я понял, советник Его Величества передал тебе, чтобы ты не трогал мальца.

— А я и не собираюсь его трогать. Предложение службы — это, наоборот, честь и возможность для него.

— Хорошо, а если парень откажет тебе? Скажет, допустим, что его уже пригласил в личную гвардию сам Король и он никак не может принять предложение.

— Тогда вопрос с защитой чести Эйриха отпадёт сам собой. Сеймур прямым текстом заявит о протекции Монарха, при этом выставит себя зазнавшимся ребёнком, что от ощущения безнаказанности бросился унижать аристократа на самом большом зрелище года. Нужную огласку и правильные сплетни я, естественно, обеспечу. Парень из героя, превратится в отброса, который, только получив защиту Короля, стал считать себя выше всех. На нашем Монархе это тоже не очень хорошо скажется. Увидев, какую дрянь он пригрел, упадёт его поддержка дворянством.

— Звучит, конечно, складно, но мне не думается, что Его Величество попадёт в такую ситуацию. Сколько против него плетётся интриг и ни единой, пока не удалось ослабить. Скорее наоборот… Остаётся ещё один вариант: пацан может отказать тебе и не назвать при этом ни Короля, ни герцога, ни другого графа. Отказ уронит твою репутацию, а сделать с пацаном ничего нельзя — Король запретил его трогать.

— Именно поэтому я буду приглашать его публично. В случае отказа я официально затребую сатисфакции у самого Монарха. В этом вопросе меня поддержит каждый. Если позволить смердам оскорблять высшее дворянство и оставлять это безнаказанным, то государство просто утонет в беззаконии и анархии. Все прекрасно это понимают. В итоге, так или иначе, я добьюсь того, что мне требуется.

— А ты рассматривал вариант, что пацан просто согласится? Будет у тебя новый перспективный охранник или даже дружинник, которого и в бой-то отправить нельзя, а то, не дай Бог, помрёт. А может, даже приставишь к нему охрану и будешь беречь от любого чиха. — Эрц громко расхохотался, отчего его лицо стало красным, а шрамы стали выделяться ещё больше.

Альберт отпил из бокала, что держал всё это время в руке. Так, он попытался скрыть смущение — он действительно не задумывался всерьёз о таком варианте. Ситуация могла бы получиться крайне унизительной.

— Если он согласится, я тоже найду способ, как обернуть это себе на пользу! — Клигон старался говорить спокойно, но в голосе иногда прорезались некоторые визгливые нотки. — Конечно, это ещё не окончательное решение и меня есть ещё пара-тройка других не менее интересных вариантов.

— Альберт, ты очень умён, — успокоившись, сказал граф Трагорт, — гораздо умнее, чем я. Но, Альберт, постарайся не перемудрить самого себя! — в палатке опять раздался хохот рыжего здоровяка.





Глава 9: Продолжение второго этапа


Сердце билось, как бешеное. Когда мимо лица пролетает деревянное копьё, пусть и без стального наконечника, оно затрепещет у любого. Снаряд пролетел настолько близко, что на лице ощутилась волна воздуха. Кит даже успел рассмотреть волнистую структуру древка и раскрашенный ярко-алый кончик оружия. А начиналось всё довольно спокойно и даже немного скучно…

После удара гонга они в неспешном темпе двигались по указаниям Тарта. Отряд сохранял тишину, и все ориентировались лишь на жесты командира, который менял направление, почти на каждом повороте. Кит сосредоточился на том, чтобы поддерживать темп и не выдыхаться, неся тяжеленный баул за плечами. Через пару минут он уже не ориентировался в окружающем лабиринте и шёл, полностью сосредоточившись на своих движениях.

Совсем скоро Сеймура коснулась лёгкая необъяснимая тревога. Казалось, будто кто-то занёс над головой увесистую палку и готов за любую провинность пустить её в ход. Так, во время обучения новым движениям действовали наставники, и каждый урок сопровождался непрерывным чувством опасности. «Опасность!» — всплыло в голове у Кита понимание того чувства, что разрасталось в нём с каждым шагом.

Сеймур переключился на окружающее его пространство и начал шарить глазами в поисках угрозы. Вот откуда-то справа раздался подозрительный скрип. Весь городок, построенный из сырого дерева, будто жил своей жизнью. Наспех поставленные дома издавали различные звуки и без какого-либо воздействия человека. Но здесь что-то цепляло слух Кита, и почему-то этот звук казался неестественным. Ритмичность — спустя мгновение сообразил он. На Арене нет и ветерка, и появиться такой звук мог только искусственно, словно некто шаг за шагом подбирался к их команде.

Кит уже хотел предупредить своего защитника с правого фланга, как из-за очередного дома вынырнуло сразу четверо бойцов отряда противника. Они будто по команде метнули свои копья, целясь в Сеймура и его собрата по несчастью. Правый защитник находился на линии атаки и одним только своим положением частично защищал носильщика. Одно из копий пролетело совсем близко к голове, и чуть позже Кит в красках представил, что было бы, попади оно ему в лицо или даже глаз. Второе летело точно в грудь, но Сеймур ухитрился увернуться. Всё его внимание было направлено на правый фланг в момент атаки, и это позволило своевременно отреагировать.

— Атака справа! — выкрикнул Кит и выдернул из ножен меч. Весь отряд, наверняка и так, уже был в курсе того, что их атаковали, но по регламенту он должен был это озвучить, подавая предупреждение.

— Альфред Вико, убит! Защита правого фланга! — голос Гимена Тарта прозвучал почти одновременно с выкриком Сеймура.

Упавший Альфред скрючился от боли и держался за живот. Судя по двум лежащим неподалёку копьям, они оба нашли свою цель, обойдя защиту. Четвёрка бойцов противника разделилась на пары, которые отправились во фронт и тыл, чтобы задержать подкрепление, а на пятящегося с мечом Сеймура выдвинулось сразу шесть человек. Кит, сохраняя выдержку, двигался спиной вперёд, чтобы контролировать действия врага. В такой ситуации очень хотелось развернуться и побежать, но это могло плохо закончиться.

Шестёрка спешно наступала, и Кит уже начинал паниковать. Справиться даже с одним противником, имея тяжёлый груз за плечами и обходясь без щита — задача практически не выполнимая, а с целым отрядом и подавно. Вдобавок и преимущество совсем не на стороне первого взвода. Сейчас боеспособных было лишь восемь человек, против десятерых из пятого. Неясно, успеет ли подойти помощь, а если подойдёт, то сможет ли удержать всех.

К счастью, в этот момент в бой вступила тройка из бойцов, находящихся до этого во фронте от Сеймура. Найджил, вырвался вперёд и таранным ударом щита свалил ближайшего оппонента под ноги остальным нападающим. Явно красуясь перед публикой, он сделал приглашающий жест к поединку остальным. Спустя секунды подоспели Клигон и рыжий лер-барон с другой стороны. Где-то фоном звучали голоса Мастеров: «Том Эванс убит! Дерек Лайвуд убит! Рудольф…»

Благодаря манёвру Мисгейла, команде Сеймура удалось нарушить планы врага. Теперь сражение шло без всякого порядка и строя, и в этой свалке «первые» лидировали. Не прошло и пары минут, как нападавшие были повержены всем составом, и до Кита донёсся удар гонга. Победители, проявляя благородство, помогали подняться «павшим». Приведя себя в порядок, состав из двух команд вместе отправился на выход.

Уже в зале ожидания Мисгейл вновь привлёк внимание команды.

— Всем большое спасибо, мы прекрасно поработали! — в ответ раздались согласные одобрительные возгласы. — Даже Сеймур был на высоте. Возможно, не все видели, но, когда я прибежал спасать нашего «мула», он не повернулся спиной к противнику. Сеймур отважно выставил меч против шестерых и гордо пятился. Мне даже показалось, что он грозно шипел на нападающих.

Среди группы тут же раздался громкий смех — все выплёскивали напряжение после скоротечного боя. Даже такая незамысловатая шутка имела успех, так как команде нужно было разрядиться. Не смеялся только один человек, сам Сеймур. «Эти подпевалы уже забыли, что никто из них, кроме Мисгейла, мне даже не соперник. Я теперь гораздо меньше жалею о том, что унизил Клигона», — Кит тяжело дышал — ему пришлось тащить проклятый груз даже после победы команды. Здесь Мастер оставался непреклонным и потребовал окончательного выполнения миссии.

«Опять этот высокомерный подонок пытается поставить меня против остальных. Но ничего, мы посмотрим, что важнее: пустые слова или реальные действия. Они ещё увидят, чего стоит твоё лицемерное расположение, когда дело коснётся личной выгоды!» — Сеймур, будто черпал силы в этой приправленной ненавистью бессильной злобе и незаметно для самого себя приходил в норму.

Участники групп, что уже выступили, стали на какое-то время очень популярными. Сегодня из зала ожидания не получалось разглядеть хода испытаний и разжиться информацией можно было только из уст уже участвовавших. К Киту также подходили несколько кандидатов, что интересовались подробностями. Он не стал делать из этого тайны и рассказывал всё, что их интересовало. В конечном итоге, всё равно будут решать полученные умения и навыки.

Очередной вызов первого взвода не заставил себя ждать. В этот раз их противниками стал «расширенный» шестой отряд, в котором было на одного человека больше. Над Великой Чашей начали сгущаться небольшие тучи, и к моменту построения в воздухе уже ощущалась влага. Кит в нетерпении подрагивал всем телом: «Вот сейчас должна быть атакующая миссия, где у меня наконец-то будет шанс показать себя. Не могут же первому отряду, в котором сын самого герцога, дать две защитные миссии подряд!»

— Сценарий «Защита и сопровождение». Первый отряд выполняет миссию по защите. Их задача доставить важную персону из точки А в точку Б. Миссия считается выполненной, когда охраняемый остался жив и добрался до пункта назначения, даже если при этом погибли все остальные участники. Шестой отряд — атакующий. Их задача уничтожить цель. Задача считается выполненной, даже если отряд противника останется полностью цел, за исключением важной персоны, — обозначил правила распорядитель.

«Ну вот какого демона?! Почему они решили поиграть в справедливость именно сейчас?!» — Кит уже не просто подрагивал, а сжимал челюсть от досады. «Как только командир спросит о том, все ли согласны с назначенной ролью — я откажусь. Пускай ставит Мисгейла! И плевать на команду и их обиды, у меня нет другого выбора!» Сверху понемногу начал моросить лёгкий дождь, а облака наливались всё большей чернотой.

— Первый отряд возглавит Мастер-воин Корвин Мороу, — продолжил Август Шмидт. — Шестой отряд — Мастер-воин Гимен Тарт. Пять минут на знакомство с командирами, по истечении срока группы движутся к своим базовым точкам. Удар в гонг означает старт сценария, повторный — окончание. Время!

— Первый отряд, внимание! — Мастер-воин, по обыкновению возник будто из ниоткуда прямо перед взводом. — Меня зовут Корвин Мороу, в бою обращаться просто Мастер, в мирной обстановке Мастер Мороу. Мои приказы выполнять быстро и беспрекословно.

Корвин выглядел довольно молодо для уровня Мастера — примерно на тридцать пять. Это, скорее всего, говорило о его немалом потенциале. Обычно воин, добравшийся до такого уровня, старел намного медленнее, чем обычные люди, и молодой облик Корвина намекал на то, что он стал Мастером довольно рано. В отличие от многих наставников из «Барсов», Мороу имел смуглую кожу и практически чёрные волосы. На фоне бледнокожих и чуть ли не полностью седых Мастеров, он казался инородным элементом. Кто-то со стороны мог посчитать его излишне молодым и неопытным. Конечно же, это не являлось правдой.

— У вас есть три минуты, чтобы определиться с ролью сопровождаемого.

— Разрешите обратиться, — растягивая слова с небольшим намёком на улыбку опять влез Мисгейл.

— Разрешаю.

— Мы определились с выбором. Роль сопровождаемого будет исполнять Кит Сеймур.

— Хорошо. Тогда, пока у нас есть свободное время слушайте инструктаж…

«Да за что же мне так везёт?!» — Кит впервые за весь период аттестации просто растерялся. Он не решился высказаться и перебить Мастера. Вся его ярость куда-то испарилась, а в голове возникали одни упаднические мысли.

— Время! Командам отправиться к базовым точкам!

Первый отряд собрался в колонну по двое и направился вслед за Корвином Мороу. Киту в соседи достался рыжий лер-барон, единственный, кто поинтересовался у Мисгейла, зачем им выбирать роли заранее. Стоило только выдвинуться, как он стал привлекать внимание Кита.

— Сеймур! — рыжий слегка толкнул парня локтем, — Меня зовут Рагнар Ларсон.

— Очень приятно, — буркнул в ответ Кит и даже не повернул голову.

— Ты здорово сработал в прошлый раз, я видел. Я бы от такого броска не увернулся.

— Спасибо! — слегка удивлённо ответил Сеймур. — Зачем ты говоришь мне это?

— Думаю, ты должен знать. Окажись на твоём месте кто-то другой, и он бы потерял как минимум одно очко в этом этапе. Но я смотрю, в нашей команде собрались не самые отзывчивые люди. Считай это моим обетом Исиде — она покровительствует умеющим ценить и быть благодарными.

— Понятно.

Парень ощутил, что на душе стало как-то немного легче. Он не ожидал ни от кого благодарности, а тут пусть и косвенная, зато от целого лер-барона. И как бы он ни относился к дворянскому сословию в целом, но было приятно ощущать, что такие люди, как Накри не исключение.

— Сеймур! — опять раздался шёпот.

— Да?

— А почему у нас опять те же самые Мастера? Они же оба из ваших? В смысле из «Барсов»?

— Да, это наши Мастера, — с некоторой гордостью сказал Кит. — Как нам объясняли, все судьи на аттестации будут из разных школ, чтобы знакомство или возможная симпатия к кандидату, не была определяющей в решении. В итоге, на совете судей по одному представителю от каждой школы. Но, допустим, у тех же «Верных» только один Мастер на всю школу, он же и её глава. Ты, кстати, не из «Верных»?

— Нет, там только чернь… Извини, только незнатные обучаются. Я из «Гордости»!

Кит пропустил «чернь» мимо ушей, так как наслушался этого изрядно и давно не воспринимал за оскорбление.

— Так вот, у «Защитников» почти такая же ситуация, как у «Верных», и они помимо представителя в судействе никого дать не могут. А в «Барсах» вполне достаточное количество Мастеров, чтобы выделить их для проведения испытаний. Ещё и ехать никому не надо. А не меняются, скорее всего, потому, что не имеет смысла привлекать кого-то ещё. Я думал, что это общедоступная информация…

— Возможно, ты так думаешь потому, что вся эта скрытая кухня происходит у вас. Нам ничего такого не рассказывали.

Разговор смолк сам собой, так как отряд добрался до своего пункта назначения. Кит и в этот раз был без щита и копья, зато позволили оставить меч, и он был рад тому, что хотя бы не требуется тащить тяжеленный мешок. Вопрос о том, как проявить себя, становился ещё острее. После этой миссии останется лишь одна и не хотелось бы делать ставку только на неё. В голове возникали планы один безумнее другого, но ничего толкового так и не шло.

Наконец, пробил гонг и отряд двинулся к месту эвакуации. В этот раз Кита охраняли очень плотно — бойцы его группы находились буквально в двух шагах, чтобы ни одно шальное копьё не принесло лёгкой победы противнику. Опасения вызывало ещё и то, что в шестом взводе находилось одиннадцать человек. Какой бы сильной ни казалась Сеймуру собственная команда, численность противника могла свести на нет все их преимущества.

Бойцы невольно старались двигаться быстрее, надеясь проскочить столкновение и доставить Кита без лишних приключений. Но приказы отдавал Мастер Мороу, и вряд ли он был заинтересован в проходе команды без боя. Дождь начал переходить в ливень. Если «шестые» умудрятся подготовить засаду, то с такой погодой её не удастся вовремя обнаружить. Всё это безумно напрягало, и взвод усиленно всматривался в каждую мелькнувшую тень.

Вдруг впереди раздался звук удара и громкий треск. Кит увидел, как деревянное копьё разлетелось щепой, столкнувшись со щитом. «Что у них там за монстр?» — Сеймур наклонился пониже, чтобы его надёжно прикрывали щиты впередиидущих. Меч он держал обнажённым с самого выхода, и поначалу это давало какую-то уверенность. После такого броска уверенность начала стремительно испаряться. Само по себе, деревянное копьё без наконечника не так-то просто метнуть, чтобы оно летело остриём в цель, а не разворачивалось боком. Этот же бросок не только летел точно, но и был невероятно силён.

Весь первый отряд сосредоточился на атаке с фронта, и бойцы начали постепенно смещаться вперёд. Небольшая заминка возникла на правом фланге, где воины стали перекладывать щиты из правой руки в левую. После первой миссии, когда защитника правого фланга «убили» метким броском копья, многие независимо друг от друга решили при обороне этой стороны держать щиты в правой руке. Это спасло команду от немедленного поражения. Стоило «первым» сосредоточиться на фронте, как последовала внезапная атака справа.

Таких мощных бросков, как самый первый уже не было, но казалось, что во второй атаке участвовало большее количество людей. У «шестых» кончились снаряды, и они рванули в ближний бой сразу с двух направлений. Четверо атаковали с фронта, а шестеро наседали справа. Кит ощущал себя абсолютно бесполезным в этой свалке и только высматривал возможные опасности.

«Стоп! Где одиннадцатый?!» — будто разрядом пробрало Сеймура. Он начал вертеть головой в поисках последнего бойца, но никак не мог обнаружить. Усилившийся ливень и совсем скрывшие солнце облака заставляли напрягать зрение до предела. Всё окружение мешалось в серых тонах, различить что-то дальше десяти шагов становилось довольно трудно.

«Это точно не к добру!» — Кит стал высматривать угрозу с неприкрытых направлений. Будь он на месте противника, то обязательно бы атаковал, пока защитники отвлечены другими. Вот мелькнула какая-то тень позади, но нет, скорее всего, показалось. Каким бы быстрым ни был одиннадцатый — обойти их позицию и зайти в тыл он бы никак не успел.

Дождь капал на песок, успевший раскалиться за утро, и поднимался паром, создавая причудливые образы в тенях зданий. В облаках начали возникать вспышки небольших молний, что на краткое время подсвечивали округу. Сеймуру приходилось вертеться как ужаленному, чтобы контролировать все направления. Сейчас он был уверен, что боец затаился слева от него и выжидает момент для атаки. В небе вспыхнула очередная молния, которая на краткий миг осветила силуэт, готовящийся к броску копья. Всё же противник успел обойти отряд по кругу и сейчас между ним и Сеймуром не было никого. Время будто бы замерло. Кит вспомнил тот самый первый разрушительный бросок и почему-то сразу понял, что его сделал именно этот боец.

После яркой вспышки мир погрузился во тьму. Глаза Кита были ослеплены светом и ещё не адаптировались, а разогнанный снаряд уже летел в его сторону. Но перед внутренним взором картинка достраивалась сама. Он видел, как совершают такие броски тысячи раз, он сам не единожды метал копьё. Возможно, эта временная слепота сыграла на его стороне и сейчас ему не мешал дождь и туман, редкие вспышки и мечущиеся тени. В своём сознании он будто видел, как копьё несётся к нему по очень пологой дуге, летя прямо в грудь.

За какие-то мгновения Сеймур перехватил меч двумя руками наподобие скалки — левая рука удерживала клинок почти у самого кончика. Блокировать даже лёгкое деревянное копьё одной рукой вряд ли хоть кому-то по силам. Одновременно с этим он попытался уйти в сторону от траектории броска, хоть и подозревал, что не успеет. В тот момент, когда он практически начал движение, в меч прилетел сильный удар. Руки напряглись, изо всех сил амортизируя мощный импульс, и на одних рефлексах направили снаряд в землю.





Опасность миновала, время опять побежало с нормальной скоростью. Глаза, наконец, стали различать чуть больше, чем смутные пятна.

— Одиннадцатый с тыла! — крикнул Кит своей команде, но пока реагировать на новую угрозу было некому.

Боец, метнувший копьё, не стал терять времени зря и побежал на Сеймура. Последнему оставалось только готовиться к бою и надеяться на удачу. Без щита противостоять даже самому неумелому воину, допущенному до аттестации очень сложно. А здесь остались только те, что уже подтвердили свои навыки в первом этапе.

Вражеский боец сблизился на расстояние десяти шагов, и Кит без какого-то изумления узнал в нём Редвика Карнеги. Это очень большая проблема, шансов справиться с ним без защиты вообще нет. Пять шагов. Кит принял нижнюю стойку и приготовился к бегству — лучше всего сделать это в самый неожиданный момент. Когда Сеймур был уже готов сорваться в бег, навстречу Редвику вылетел рыжий Ларсон. Ударом щита он полностью погасил инерцию нападающего и смог оттеснить от Сеймура. Между двумя бойцами завязалась ожесточённая рубка — сейчас решалась судьба обеих команд. Но время работало на стороне «первых», и спустя секунды к Ларсону присоединились другие бойцы. Наконец, донёсся голос одного из Мастеров:

— Редвик Карнеги мёртв!

По остальным направлениям атака была успешно отбита и вскоре из шестого отряда никого не осталось в «живых». По традиции члены команды помогали подняться поверженным воинам, проявляя уважение. Редвик подошёл к Сеймуру и хлопнул того по плечу, так ничего и не сказав. Звук гонга чуть запоздало подвёл итог случившейся битвы, а обе команды под усиливающимся ливнем отправились в недра Великой Чаши.

В зале ожидания обстановка становилась всё более напряжённой. По результатам боёв из различных отрядов уже выбыло три человека. Ранения хоть и не самые серьёзные, но участники перестали быть боевыми единицами на сегодня. Пострадавшие отряды не стали усиливать участниками из других. Это считалось дурным тоном. Так, шестой отряд до сих пор состоял из одиннадцати человек, а вот во втором, четвёртом и пятом было уже по девять. Каждый идущий путём сражений чтил Фортуну наравне с Одином, поэтому распорядитель не вмешивался в промысел первой, поэтому отряды оставались неизменными на период испытания.

Как только появилось какое-то свободное время, Кит направился в угол с манекенами. Ему так и не удалось проявить себя в предыдущих боях. Теперь угроза мести от Клигона нависла особенно остро. Следующая миссия уже точно будет атакующей, а значит, нужно показать вообще всё, на что он только способен. Пока остальные члены команды сушили вымокшие доспехи и нательное бельё, Кит, не обращая внимания на неудобства, занимался с мечом. Теперь у него лишь один шанс.





***





— Повезло вам с этим Сеймуром!

К Найджилу Мисгейлу подошёл его знакомый лер-барон из шестого отряда. Когда случался перерыв между вызовами, многие с удовольствием сбивались в группы, чтобы скоротать время в общении.

— Привет, Гофри! Ну, везения здесь никакого, я сам его поставил на эту роль. Да и в чём везение, собственно? — самоуверенно улыбнулся Мисгейл. — Пока мы выполняли основную работу, он прятался за нашими спинами и лишний раз высунуться боялся.

К разговору с интересом прислушивались остальные члены первого отряда. На фоне раздалось несколько одобрительных возгласов в поддержку высказывания Найджила. Но Гофри будто их и не заметил.

— Не скажи! Вы стояли к нему спиной и не видели, что происходит позади. Когда две наши группы отвлекли всё внимание вашего отряда, Карнеги обошёл вас с тыла и метнул копьё в Сеймура. А это дело он умеет лучше любого из всех нас. Это ведь ты отбил самый первый бросок? — видно, что лер-барон был всё ещё под впечатлением и говорил быстро, иногда проглатывая слова.

— Когда копьё разлетелось в деревянную труху? Да, я. Бросок и впрямь мощный, — неохотно признал Мисгейл.

— Так вот, это кидал Карнеги! — Гофри даже подпрыгнул, не сдержав эмоций.

— И ты хочешь сказать, что он за тридцать секунд обошёл весь наш отряд, достал откуда-то второе копьё и атаковал с тыла?

Лер-барон явно расслышал сомнения в реплике Найджила и был слегка обижен недоверием, но это почти не отразилось на его лице.

— Всё так. Только второе копьё, я ему отдал лично, а сам сражался лишь мечом.

— Если твой хвалёный Карнеги так хорош в метании, то почему не попал? Или хочешь сказать, Сеймур увернулся? Тогда не так уж хорош ваш Карнеги.

Члены первого отряда начали улыбаться, раздались и тихие смешки. Мисгейл очень изящно находил противоречия в рассказе Гофри и своими словами ставил под сомнения не только силу обсуждаемого Карнеги, но и целиком шестого отряда, среди которого Карнеги посчитали умелым воином. Конечно, Гофри заметил, что Найджил относится к его словам без особого уважения, но он завёл этот разговор с другой целью. Ему нужно было похвалить успехи лер-герцога и немного приблизиться к его кругу общения. Для собственного будущего связи гораздо важнее каких-то неудобств или чуть подпорченного самоуважения.

— В том то и дело, что не увернулся. Я видел, на какой скорости оно в него прилетело, как раз в этот момент я пробивался с фронта и находился очень близко. Он отбил его мечом, представляешь? Я даже не видел, откуда оно летит. Ну, ты и сам заметил, различить что-то дальше десяти шагов уже подвиг в тех условиях. А он умудрился отбить мечом — это вообще что-то нереальное. Так, что это было мудрым решением отдать ему эту роль.

— Отец всегда учил меня ставить людей на место. На то место, где они наиболее полезны, разумеется. Поблагодарю его в следующий раз за урок — Найджил открыто улыбнулся.

— Ну кто бы сомневался, что у лер-герцога будет отличное обучение, — угодливо ответил лер-барон. — Нам, кстати, повезло меньше. В первой миссии мы поставили самого слабого из нас охраняемым и проиграли в считаные секунды. Его зацепило нелепым броском через наши головы. Кто-то кинул навесом вслепую и случайно попал. До нелепости тупо!

— Просто не повезло. В следующий раз вы обязательно вернётесь с победой!

— Твои бы слова, да Фортуне в уста! — засмеялся собеседник. — Да, мы не падаем духом и сдаваться не намерены. Ладно, удачи и вам на следующей миссии.

Найджил посмотрел в угол с манекенами, где занимался обсуждаемый только что Сеймур. «До некоторых очень трудно доходит, что не стоит выползать из хлева и лезть со своей грязью в приличное общество. Ничего, Сеймур, я покажу и тебе и Мастеру Фоксу, где на самом деле твоё место!» — Найджил опять улыбался, но теперь открытость и добродушие куда-то испарились.





Глава 10: Второй этап (завершение)


Сэм услышал пробирающий душу дикий вой. «Жуть! Отец говорил, что в этой школе воспитывают настоящих Воинов, но дикие животные в двух шагах от жилища — это перебор». Накри уже исполнилось семь лет, когда отец с наступлением лета отправил его учиться в школу «Снежных Барсов». Здесь он находился почти неделю, а сегодня впервые ему разрешили выйти в парковую зону, что находилась сразу позади Великой Чаши. В будние дни эта огороженная территория использовалась для тренировки бойцов на пересечённой местности. В выходные же здесь разрешалось находиться ученикам младших групп, которые ещё не допускались до самостоятельного выхода в город.

Накри услышал новые звуки. С той же стороны, откуда был слышен вой, раздавались детские голоса. Судя по крикам, там вовсе не развлекались. Сэм без раздумий принял решение помочь попавшим в беду. Отец воспитывал его в почитании благородства и чести. Они совсем недавно получили своё дворянство, поэтому глава семьи уделял очень много времени взращиванию дворянского духа у своих сыновей. Ему не хотелось, чтобы их род прослыл вчерашней деревенщиной, дорвавшейся до аристократического общества.

Сэм бросился на крики со всей возможной для его возраста скоростью, продираясь прямо через кустарник. Через минуту тот сменился лиственными деревьями, среди которых начали проглядывать заросшие мхом огромные валуны древних руин. Постепенно камни стали встречаться ещё чаще, а в некоторых местах уже проглядывались остовы каких-то построек. Как раз от одного из таких и раздавался подозрительный шум. Неполный квадрат из трёх каменных стен скрывал от Сэма основное действие. Сейчас он явно слышал вой с нотками бессилия и обречённости, а крики детей совсем не напоминали мольбы о помощи. Так кричат в азарте, когда играют в какую-то интересную игру.

Всё это было не только странно и страшно, но и немного интересно. Сэм уже не летел на всех парах, сейчас он подкрадывался, чтобы не выдать своего присутствия. Он сам не понимал, чего опасается, но всё же решил в первую очередь посмотреть на то, что происходит, а уже потом действовать. Наконец, он добрался до края стены и смог заглянуть за угол на происходящее.

Как оказалось, этот практически звериный вой раздавался от паренька его возраста или чуть младше. Тёмные волосы торчали клоками в разные стороны. Изо рта и носа мальчика текла кровь и, добравшись до рубахи, впитывалась в ворот. От вида огромного алого пятна на груди Сэму стало плохо.

Мальчика удерживали с двух сторон двое других в точно такой же форме «Снежных Барсов», что носил и сам Накри. Ещё трое учеников стояли вокруг парня и всячески издевались: кидали мелкие камешки, стараясь попасть в лицо, плевались и дразнили.

Сэм на какое-то время впал в прострацию. Отец с самых малых лет учил его тому, что дворяне — это самое справедливое сословие и именно поэтому оно стоит над другими и правит. Дворяне — это честь и совесть человечества, они благородны, умны, отважны. Сейчас же он видел совершенно другое. В «Снежных Барсах» учились исключительно дети аристократов, но то, что происходило перед ним, больше напоминало развлечение, достойное какой-нибудь воровской шайки.

Накри ещё раз перевёл взгляд на избиваемого парня. Он уже не выл, а больше всхлипывал, но в его глазах Сэм так и не увидел отчаяния. Они горели лютой злобой и желанием растерзать обидчиков, а вынужденное бессилие только добавляло ярости и огня во взгляд.

— Эй, Найджил, пусть кто-то другой подержит, я тоже хочу поучаствовать.

— Потерпи минуту, никуда он от нас уже не денется — все успеют!

Сэм не мог больше стоять в стороне и вышел на видное место. Его лицо раскраснелось от возмущения, но колени всё же подрагивали, выступать против пятерых было страшно.

— А ну, отошли от него! Вы позор всего дворянского сословия и самая грязь аристократии! — Сэм уже не помнил, где слышал это ругательство, но вылетело оно из него с завидной лёгкостью. — Сражайтесь один на один, не позорьте честь!

Почти все участвовавшие в травле были ошеломлены внезапным появлением неизвестного. И стоило тем, кто удерживал мальчишку чуть ослабить хватку, как жертва этим тут же воспользовалась. Парень подтянул к себе руку одного из обидчиков и впился зубами до крови в предплечье. Крик боли, раздавшийся совсем рядом, заставил дрогнуть второго и на мгновение расслабить руки. Мальчику, что сейчас больше напоминал зверёныша, хватило этого времени, чтобы вырваться.

Сэм, наблюдавший за этой картиной, подумал, что избитый ребёнок убежит, но произошло совсем другое. Вместо бегства тот подхватил с земли камень размером чуть больше его кулака и начал охоту за каждым из своих обидчиков. Он набрасывался сзади на убегающих и несколько раз бил по лицу шершавым гранёным булыжником, который вскоре поменял цвет на красный. Ни один из них не смог убежать без жуткой отметины на лице, оставленной будто обезумевшим ребёнком. Сэм испытывал очень противоречивые чувства: с одной стороны, это казалось ему справедливым, а с другой, невероятно жестоким и пугающим.

За считаные минуты площадку с руинами покинули все. Остались лишь Накри и парень с острым камнем в руке. Он выглядел так, словно подрабатывал у неряшливого мясника — теперь кровавых пятен и брызг было значительно больше. Его глаза уже не горели гневом, а выражение лица стало спокойным и в некоторой степени удовлетворённым, как у человека, выполнившего свой долг. Мальчик, тяжело дыша, прислонился к стене и уставился в одну точку. Сэм не знал, что делать в этой ситуации, и просто наблюдал за ним не двигаясь. Он будто боялся снова пробудить в нём дикого зверя. Когда от него раздался тихий уставший голос, Сэм даже вздрогнул:

— Почему ты помог мне?

— Я? Я дворянин, а проявлять благородство в нашем духе и в нашей крови. Да и не сильно-то я и помог. — несколько смутившись ответил Накри.

— Они тоже дворяне, каждый из них, — парень на некоторое время замолчал. — Я не заметил в их крови ничего такого.

Он поднял на уровень глаз острый окровавленный булыжник, который так и не выпустил из рук. Несколько секунд мальчик пристально в него всматривался, как если бы и вправду пытался различить в налипшей крови то самое благородство.

— Как тебя зовут? — спросил он, не переводя взгляда с камня.

— Сэм Накри, лер-барон Сэм Накри, — возможно добавлять титул было не очень уместно, но Сэм машинально ответил так.

— Меня Кит Сеймур. Ты не обычный дворянин. Спасибо!

Сэм не раз вспоминал этот момент, когда задавался вопросом «почему они вообще дружат?» Чуть позже он узнал, что пострадавших детей вылечил штатный целитель, не оставив даже мелких шрамов на лицах. Все участники, включая и Кита Сеймура, были наказаны работой, не присущей аристократам. Целый месяц они мели двор, убирались в многочисленных помещениях Великой Чаши и помогали на кухне. Для детей высокого сословия — это было очень серьёзное наказание. Но не для Сеймура.

Накри тогда сильно заинтересовался парнем, который смог справиться сразу с пятью оппонентами, при этом до жути их напугав. Было в нём что-то животное в тот момент. Он напоминал вздыбившую шерсть кошку, что дико воет перед тем, как броситься в самоубийственную атаку. Или оскалившегося волчонка, загнанного в угол, что с ненавистью рычит на свору собак. Этот интерес со временем перерос в необъяснимую и, со стороны, нелогичную дружбу, что оказалась крепче, чем сословные границы.





— Первый и третий отряды, выйти на площадку!





Голос распорядителя вырвал Сэма из воспоминаний. Чуть раньше он присоединился к Сеймуру в тренировке, и последние полчаса они занимались вместе. Выкрик прервал занятия сразу обоих, ведь Сэм числился в третьем отряде.

— Ну, что опять последний бой и опять друг против друга? — улыбнулся Кит.

— Судьба любит так шутить. Постарайся не попадаться мне под руку, и, быть может, у тебя ещё будут шансы! — Сэм добродушно хлопнул Кита по плечу.

— Так и быть, если увижу тебя, то дам возможность убежать. Да, немного опозоришься, зато будешь жив и здоров! — рассмеялся Кит, уже направляясь в сторону своих.

Друзья привычно подшучивали друг над другом, скрывая волнение. Последнее испытание, которое покажет, на что были потрачены десять лет тренировок, не могло оставить равнодушным никого. Парни выходили на площадку в составе своих команд уже абсолютно серьёзными.





Дождь закончился, и сейчас оранжевое солнце своим жаром прогревало землю. На ярко-голубом небе остались совсем редкие облака. В такой солнцепёк лучше всего находиться где-нибудь у воды, а не сражаться в полной выкладке с серьёзным соперником. Но Сеймура вполне устраивала такая жара — это всяко лучше дождя или мелкой мороси, когда мир теряет все свои краски.

— Сценарий «Защита и сопровождение», — вновь раздался голос Августа Шмидта.

Теперь он выглядел не как лощёный аристократ, а скорее как воин, находящий в походе уже несколько дней. Седеющие усы и короткая борода потеряли свою идеальную укладку — утренний дождь и солнце растрепали их и заставили топорщиться. В этот момент Шмидт казался более живым и настоящим, чем когда впервые вышел на сцену и имел безупречный порядок во внешнем виде.

— Третий отряд защищает цель. Задача доставить важную персону в назначенную точку. Миссия считается выполненной, если охраняемый жив и добрался до пункта назначения. Первый отряд — атакующий. Задача — уничтожить цель, — к концу этапа Шмидт очень коротко озвучивал правила, так как все их услышали уже не раз.

— Третий отряд возглавит Мастер-воин Гимен Тарт, а шестой — Мастер-воин Корвин Мороу. Пять минут на общение с командирами. По истечении срока группы выдвигаются к своим базовым точкам. Удар в гонг сообщит о старте, последующий — об окончании. Время!

Мороу не стал изменять себе и опять появился перед первым взводом будто из ниоткуда.

— Если кто-то забыл, как меня зовут и как ко мне обращаться, то вам лучше покинуть аттестацию с такой паршивой памятью, — «поприветствовал» подопечных Мороу. — Приказы выполняются беспрекословно и быстро. Миссия атакующая, поэтому готовьтесь много бегать. Остальные инструкции получите на точке.

Команда первого отряда улыбалась и переглядывалась. Миссия по уничтожению цели гораздо проще, чем по захвату груза. Достаточно всего раз хоть кому-то из бойцов попасть в цель и победа уже в кармане. Они прошли самые сложные испытания, оставалось совсем плёвое дело по сравнению с тем, что уже было. Весь отряд предвкушал быструю победу и получение заслуженного звания Воина. Только Кит выделялся на их фоне своим максимально собранным видом. Миссия лёгкая, но, чтобы выделиться перед Королём, ему необходимо первым поразить цель и желательно сделать это как-то эффектно.

Пять минут пролетели и команды двинулись по местам. Добравшись до точки, Мастер Мороу сразу же разделил отряд на двойки.

— Сейчас вы разбиты на пять двоек, после стартового сигнала вы отправляетесь каждый в своём направлении. Двигаться скрытно и тихо, никаких переговоров. Сбор через три минуты у того двухэтажного здания на севере от нас, — Корвин махнул рукой в нужную сторону. — При обнаружении противника стараетесь сделать так, чтобы он вас не заметил, и сразу уходите к месту сбора. Если вас обнаружили, то громким криком подаёте сигнал о местонахождении противника остальным членам отряда. Открывшаяся двойка уходит от преследования в любую сторону, кроме нашей точки сбора. Более того, я не буду против, если демаскировавшая себя пара доблестно погибнет прямо на месте, но не приведёт противника к нашему отряду. Остальные члены команды, услышавшие крик, запоминают место или направление, откуда он раздался и возвращаются к точке сбора, — Мороу ещё раз показал рукой на двухэтажное здание.

Гонг не заставил себя ждать, и бойцы двойками рассыпались в разные стороны. Киту в напарники достался Том Эванс — русоволосый юноша с карими глазами, небольшой, по сравнению с Сеймуром, комплекции. Кит выделялся своим ростом и шириной плеч на фоне других людей, однако рядом с огромным Сэмом Накри он казался обычным середнячком. Вдвоём они максимально быстро отправились в северном направлении: мимо того дома, что и должен был стать местом сбора через три минуты. Кит сжимал в руке копьё и надеялся, что им повезёт встретить противника. Может, у него даже получится тихо подобраться с тыла и поразить цель до того, как к этому будет привлечён остальной отряд.

Пара двигалась быстро и тихо, но ни самого третьего отряда, ни каких-либо оставленных следов им не встретилось. Внутренние часы Кита уже отсчитали две минуты. Хоть возвращаться можно было, не заботясь о тишине, а следовательно, и быстрее, времени всё равно оставалось впритык. Том начал подавать знаки о том, что нужно двигаться назад. Сеймуру не хотелось упускать возможность обнаружить врага первыми, и он делал вид, что не замечает попыток Эванса привлечь внимание. Но он тут же себя одёрнул: не факт, что они кого-то встретят и выйдет напрасная трата времени. В этот раз явно не повезло, пришлось возвращаться ни с чем.

К точке сбора они прибыли последними, когда весь отряд уже собрался вокруг командира.

— Что так долго? — недовольно высказался Мороу и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Итак, повторюсь для опоздавших. Противник находится в 150 метрах к востоку от нас и медленно продвигается в северном направлении. Наш взвод делится на две группы. Шесть человек отправятся на север, обгонят и встретят цель в организованной засаде. Четверо будут двигаться позади цели и постараются не быть обнаруженными. Четвёрка диверсантов вступает в бой через тридцать секунд после контакта противника с шестёркой из засады. Дальше действуйте по обстоятельствам, ничего сложного.

— А кто будет руководить каждой из групп? — влез посреди инструктажа Найджил.

— Я смотрю, вам всё неймётся, Мисгейл? Боевой инструктаж для вас пустяк, а слова командира совсем не стоят внимания, раз вы так уверенно перебиваете?

Найджил попытался что-то сказать в своё оправдание, но Мастер не дал ему вставить и слова.

— Руководить шестёркой будет Кит Сеймур, вы переходите к нему в подчинение, — Мороу мрачно улыбнулся. — Также к этой группе присоединится ваша пара и ваша, — Корвин дважды ткнул пальцем в ближайших к нему бойцов. — Второй группе командир не требуется, их задача проста — вступить в бой через полминуты. — Всё не теряем время, Сеймур веди свою группу, остальные начинайте сближение.

«Вот же… Конечно здорово, что Мороу поставил на место Мисгейла, но за какие заслуги такая подстава мне? Только потому, что наша пара вернулась последней?!» — Кит посмотрел на своих подопечных и понял, что вряд ли кто-то будет ему подчиняться, кроме пары бойцов неблагородного происхождения. Но деваться было некуда, а с приказами командира спорить бесполезно.

— Двигаемся колонной по двое, строго на север.

Сеймур побежал лёгким бегом впереди, обозначив направление. Про себя он проклинал этот приказ, которым Мастер столкнул его со всеми дворянами группы. Если с Мисгейлом у них была стойкая застарелая ненависть друг к другу, то с тем же лер-бароном Ларсоном ссориться на пустом месте совсем не хотелось.

— Сеймур, — позади раздался шипящий ненавистью голос Мисгейла, — мир перевернётся и сгорит чёртовым пламенем, если лер-герцог будет выполнять приказы вонючего смерда! Передай группу мне, или тебе придётся жалеть всю оставшуюся жизнь об этом выборе.

Кит, может и поступил бы так, будь на месте Найджила кто-то другой, но гнев на герцогского сынка был слишком сильным. Где-то глубоко в его сознании, под слоем бурлящих эмоций затаилась догадка о том, что он наживает себе новые большие проблемы. К сожалению, Кит загнал эту рациональную мысль как можно глубже.

— Меня назначил Мастер Мороу. Расскажи ему о проблемах мира и одного лер-герцога, — Сеймур ответил таким же полным ненависти шёпотом. Можешь не выполнять приказы — это исключительно твои проблемы. Мы прекрасно справимся и впятером.

Мисгейл даже сбился с шага, когда услышал отказ Сеймура. Если бы Кит не смотрел вперёд и мог видеть выражение лица Найджила, он был бы безмерно счастлив. Бледная кожа лица ещё никогда не вспыхивала такими ярко-алыми оттенками, а голубые глаза будто пытались прожечь дыру в спине временного командира.

— Лайвуд, определи положение противника и скорость продвижения, — отдал Сеймур приказ парню, который точно не относился к высшему сословию. — Главное не засветись, мы будем ждать тебя у того здания.

Несмотря на свою браваду, Кит понимал, что никто из дворян не будет выполнять его приказы, но разведка была необходима для того, чтобы грамотно организовать засаду. Парень ожидал дальнейших препирательств с лер-герцогом, но тот как-то подозрительно быстро замолчал.

Не прошло и минуты, как их нагнал Дерек Лайвуд.

— Если поспешим, то можем устроить засаду метров через десять. Маршрут третьего отряда проходит в двадцати шагах правее нашего положения, — Дерек указал рукой примерное направление.

— Отлично! Не будем разделяться, чтобы случайно не выдать себя. Используем это здание, как укрытие, а по сигналу… — Кит задумался и снова посмотрел на бойца, что уже один раз выполнил его приказ, — по сигналу Лайвуда атакуем копьями. Возможно, на этом наша миссия и закончится. Лайвуд, можешь залезть на крышу этого амбара? Сверху у тебя будет лучшая точка, чтобы первым увидеть третий отряд, да и метать копьё с высоты гораздо проще.

— Могу! — Лайвуд не стал спорить и принял командование Сеймура и в этот раз.

Дерек забрался на высоту так, чтобы его было хорошо видно затаившейся в засаде группе, а со стороны предполагаемого места появления противника он был почти незаметен. Теперь оставалось только выжидать и морально готовиться к скорому бою. Кит украдкой осмотрел свою команду: все лица были спокойные, уверенные, однако побелевшие фаланги пальцев на древках копий показывали настоящее напряжение каждого. Пять пар глаз внимательно следили за фигурой Дерека, пригибающейся за неровностями крыши. Он поднял руку, приковав к ней всё внимание, и, наконец, махнул.

Пятеро бойцов в одно мгновение выскочили на середину улицы. Никто не стал дожидаться распоряжений. Сеймур тоже не медлил и вылетел из укрытия едва ли не первым. Сейчас счёт шёл на секунды, и было необходимо воспользоваться замешательством противника. Кит увидел, как слева Рагнар Ларсон уже кинул копьё в надвигающийся на них отряд. Слишком поспешно. В «Барсах» учили постоянно оценивать не только врага, но и товарищей. Всегда полезно знать возможности и проблемы своих соратников. «У Рыжего совсем нет терпения. Если бы немного подготовился, то был бы хоть малый шанс попасть», — невольно подметил он.

Все метали свои снаряды вразнобой, без нормального командования и слаженности не вышло сделать бросок одновременно, единым залпом. Одному из кидавших повезло — он выбил бойца с правого фланга, метким попаданием в голову. Кита невольно передёрнуло, пролети снаряд чуть ниже и воину бы разорвало лицо, если не хуже. Издалека донёсся голос «вражеского» Мастера, объявившего первую «смерть».

Сеймур не был силён в бросках и отправил свой снаряд последним, чтобы бить наверняка. К сожалению, без результата. В это же время Дерек атаковал с крыши. Он не смог попасть по охраняемой персоне, но избавился ещё от одного воина из третьего отряда.

Кит выхватил меч, у команды не осталось больше возможностей атаковать издалека. Теперь итог определится в ближнем бою. Вызывало опасение то, что третий взвод так и не использовал свои копья. Ответных бросков не было, а значит, они сохранили их для обороны. Благодаря длине оружия, у них будет преимущество при столкновении.

Первый отряд, не сговариваясь, занял строй в одну шеренгу. Они неспешно двинулись в атаку, специально растягивая время. Никому не хотелось попасть первым под удары вражеских копий. Тем более, что третий взвод совсем скоро атакуют с тыла. Тогда не придётся противостоять превосходящему по численности противнику.

Стоило расстоянию между командами сократиться до пяти шагов, как Кит ощутил, что его буквально выпнули под вражеские копья. На мгновение, нахлынуло ощущение беспомощности — он оказался полностью открытым для атаки вражеского строя. Всего один удар и Сеймур глупейшим образом может вылететь из испытания, так и не проявив себя. Он уже видел, направленные в его сторону деревянные острия, как в дело вступила подкравшаяся с тыла группа. Диверсионный отряд отвлёк на какое-то уже готовый к атаке строй. Сеймуру этого хватило, чтобы прикрыться щитом и отступить к остальным. «Вот же…» — Кит успел только гневно провести взглядом по рядам своих бойцов перед тем, как началось сражение.

Поначалу казалось, что они должны были без проблем победить в этом бою. Третий взвод сразу же понёс потери. Благодаря удачной засаде выбыло двое. Помимо этого, одному из их бойцов приходилось играть роль важной персоны, что уменьшало количество ещё на одного человека. А теперь на помощь шестёрке подошёл диверсионный отряд из оставшихся бойцов первого взвода. Но тут что-то пошло не так.

— Том Эванс — убит, Эйрих Клигон — убит… — раздался вблизи голос Мороу, он перечислил всех четверых из пришедшей на помощь группы.

Несмотря на полную сосредоточенность на сражении, воины первого отряда были шокированы внезапным разгромом своих диверсантов. Кит знал только одного человека, что может настолько быстро изменить расклад сил на поле боя. Сэма Накри он пока не встречал, а это значит, что тот был в тылу и столкнулся с ныне «убитой» четвёркой.

Надежда на помощь рассыпалась прахом, и Сеймуру пришлось объединиться с Мисгейлом. Они сражались вплотную и прикрывали друг друга от случайных атак. «Кто бы мне сказал, что я добровольно буду прикрывать этого урода…» — Кит сцепил зубы и принял на щит очередной удар, направленный в Найджила. Как бы ни было сложно это признать, но, объединившись с Мисгейлом, они стали несокрушимым стальным кулаком, вокруг которого объединились остальные члены отряда.

Дерек Лайвуд наконец-то добрался до своих и тоже включился в сражение. Что первый, что третий отряды теряли бойцов одного за другим, но совместная работа Кита и Найджила позволяла нападающим держаться уверенней и продавливать оборону соперников. К сожалению, на этом успехи кончились. Сэм Накри подоспел на помощь защищающимся и вклинился с правой стороны. Не повезло только что присоединившемуся Лайвуду: он не простоял и десяти секунд, как выбыл под тяжёлыми атаками Накри. Но дальше Сэм продвинуться не смог, так как столкнулся с Мисгейлом. На поле боя повисло очень хрупкое равновесие — трое бойцов первого отряда противостояли троим из третьего.

«Чёрт, вот этот шанс!» — Кит, наконец, увидел возможность проявить себя. Его соперник не представлял серьёзной проблемы, а Накри был плотно связан боем с герцогским сынком. Эти двое ничем не уступали друг другу — Сэм был невероятно силён, но Найджил был быстрым бойцом и славился тем, что предугадывал почти все атаки оппонента и разыгрывал свой бой, как шахматную партию.

Сеймур резко ускорился и стал вкладывать все силы в свои связки ударов. Буквально на второй серии атак, его противник схватился за живот и выпал из боя. Сейчас перед Китом стоял выбор: помочь своим соратникам или прорваться и вырвать победу в одиночку. Естественно, он не стал сомневаться и кинулся в просвет на почти беззащитную цель. Парень с ролью важной персоны только осознал, что всё кардинально изменилось, и начал пятиться, выставив перед собой клинок. Кит же ощущал азарт охотника, что почти добрался до своей жертвы. Рывок, ещё пара шагов и… В спину прилетел болезненный удар металлической болванкой меча.

— Кит Сеймур — мёртв, Найджил Мисгейл — мёртв, — раздался голос Мороу, как гром среди ясного неба.

Кит обернулся и встретился с ненавидящим взглядом Мисгейла. На шлеме чётко различался красный след от полученного удара окрашенным клинком, в руках Найджила был лишь щит, а меча не наблюдалось. В этот момент до него, наконец, дошло, что в спину ему прилетел удар от лер-герцога, а вовсе не от защитников цели.

— Рагнар Ларсон — мёртв.

Как обычно, чуть запоздавший удар гонга сообщил об окончании миссии.





***





Трибуны гудели осуждающе. Повсюду доносились гневные выкрики и возгласы недовольства. Люди были возмущены, что их фавориту подло нанесли удар в спину, когда он был всего в шаге от победы. Не каждый мог позволить себе бинокль или лорнет, но те, кто видел бой во всех подробностях, разносили вести по рядам. Это недовольство распалялось ещё и тем, что представители дворянства снова ущемляли выходца из простых работяг. Гул не смолкал добрый десяток минут, пока народ наконец не успокоился.

— Очень интересный поступок, не находите? — обратился первый советник к Монарху, скашивая взгляд на герцога Мисгейла.

— Да, довольно своеобразный. Винс, почему твой сын атаковал своего же соратника, да ещё и в спину? — с ухмылкой спросил Король своего финансового советника.

Герцог пару секунд не отвечал, словно не услышал вопроса. Его взгляд не отрывался от поля боя, где только что произошли обсуждаемые события. Он слегка встряхнул головой, будто пытаясь развидеть случившееся, но к своему Королю повернулся, как ни в чём не бывало.

— Дело в том, Государь, что я воспитывал своего сына в нетерпимости к предательству. Думаю, его возмутил сам факт, что мальчишка бросил своих товарищей ради того, чтобы покрасоваться перед толпой и украсть общую победу. Да, он не сдержал эмоции, но именно так настоящий патриот реагирует на такое вероломство. Я бы ещё раз задумался, стоит ли полагаться на такого самовлюблённого и честолюбивого парня, как этот… простите, даже имя не запомнилось, — герцог вложил столько презрения в последнюю фразу, что хватило бы на небольшой городок.

— Я почти поверил, — рассмеялся Сиринеус Второй. — Посмотри на трибуны, Винс! Они переживают за этого парня, они отождествляют себя с ним. Это идеальный кандидат для нашего небольшого, но очень полезного проекта. Сатис, ты всё подготовил для вербовки? — строго спросил Монарх.

— Да, Ваше Величество, два варианта в зависимости от результатов аттестации.

— Хорошо. Но я думаю, здесь всё очевидно.





Глава 11: Мисгейл


Меч Сэма Накри летел ему прямо в голову, но в данный момент Найджил уже ни о чём не жалел. Ему пришлось подставиться под удар, чтобы не позволить этому выскочке украсть у него победу в самый последний момент. «Сеймур, как же я тебя ненавижу, грязный выродок!» — с этой мыслью Мисгейл вложил все силы в один бросок собственного меча. Да, сейчас, он уже точно проиграет этому здоровяку, но и Сеймуру победы не видать.

Удар прилетел прямо в голову, но был на удивление слабым. Видимо, Накри не стал вкладывать все силы или вовсе ослабил свою атаку. Это к лучшему, не хватало ещё валяться на земле из-за мести какому-то смерду. Найджил пристально смотрел на оборачивающегося Кита, его голова немного гудела, но на лице было лишь мрачное удовлетворение содеянным. Недоумение во взгляде Сеймура сменилось пониманием, стоило ему посмотреть Мисгейлу в глаза.

Когда объявили победу третьего взвода, Найджил, как ни в чём не бывало, подобрал свой меч и отправился вместе со всеми к ближайшему выходу. На его лице не было ни единой эмоции, которая отражала бы то, что реально творится у него внутри. Отец хорошо воспитал своего сына. Он был способен сдержать любое проявление чувств и лего изобразить на лице прямо противоположное. Когда умерла его мать, он не проронил ни слезинки и сумел сохранить свои эмоции под полным контролем. Никто не увидит его слабости, никто не усомнится в репутации.

У товарищей по команде не возникло и мысли его расспрашивать и выяснять причины поступка. Статус надёжно защищал от праздного любопытства или, упаси Бог, претензий. Но с отцом поговорить придётся, от него так просто не отвертишься. «Чёртов Сеймур! И снова всё из-за тебя!», — Найджил со всей силы сжал зубы, пытаясь сдержать накопившуюся злость.

Два отряда добрались до зала ожидания. До построения оставалось ещё какое-то время. Не все команды выступили, а потом, наверняка час-другой, Мастера будут обсуждать и оценивать увиденное за весь второй этап аттестации. Лер-герцогу не хотелось сейчас ни с кем разговаривать, и он уединился в дальнем углу зала. Его мрачный настрой явно отпугивал желающих перекинуться с ним парой слов.

«Берите пример, Мисгейл. Кит Сеймур…», — мысленно передразнил он голос Райло Фокса. Он вспомнил тот момент во всех красках. Ему было семь лет, когда умерла его мать. Но для высшего общества она была в первую очередь супругой герцога. Совсем маленькому мальчику приходилось тогда бороться со своими эмоциями и крепко держать их в себе. В своей комнате он рыдал и разносил всё, до чего дотягивались руки в приступах бешенства. Было невероятно трудно держать в себе горе и с каменным лицом присутствовать на церемонии прощания с герцогиней. К горлу подступил тугой комок, когда он целовал в лоб холодное тело матери.

После похорон к ним в столичное поместье ещё целый месяц приезжали сотни аристократов, чтобы выразить соболезнования. Так звучала официальная причина, но настоящей целью посетителей было лишний раз показаться перед герцогом и попробовать подсунуть ему кого-то из родни пусть даже в статусе наложницы или простой содержанки. Весь этот месяц Найджил был обязан вести себя достойно и не проявлять ни горя, ни агрессии, ни даже простого недовольства. «Только холодная, пустая скорбь, никаких эмоций. Ты утратил мать, но стойко переносишь эту боль. Запомни, холод и пустота» — каждое утро повторял отец.

Спустя две недели бесконечных визитов, где парня выставляли, как какой-то экспонат для жалости, он начал срываться на слуг. Это была единственная возможность хоть как-то выплеснуть свой негатив и накопившуюся боль. А слуги будто бы и сами хотели этого. Они принимали замечания с угодливыми улыбками, а гувернантка, получившая пощёчину, сказала, что не против, если он ударит её ещё раз, лишь бы Его светлости стало легче. «Что это за мерзкие люди, без какого-либо самоуважения? Неужели то, что они родились простолюдинами, делает их такими ничтожными? Они ведь каждый день видят очень достойных людей, которые подают пример своим достоинством и честью. Как можно, находясь даже в таких условиях, не иметь хоть какой-то гордости и уважения к себе?»

В это время Найджил начал чуть лучше понимать других людей. Ему очень повезло, что он родился в семье герцога. Чем выше твоя родословная, тем лучший ты человек. И это касается всего, начиная от достоинства и завершая талантом. Он заметил, что графы, приезжавшие выразить соболезнования, вели себя в обществе герцога не так заискивающе, как бароны или виконты. Когда он играл в игры с детьми баронов, то почти всегда выигрывал независимо от игры. Всё менялось, если это были дети графа или герцога. В то время он не подозревал, что дворяне со статусом ниже требовали от своих отпрысков поддаваться, чтобы понравиться высокородному наследнику. Но этим они в итоге добивались совершенно другого.

Спустя месяц траура мальчику пришло время отправляться в самую элитную школу страны. В «Снежных Барсах» могли обучаться только дети самых влиятельных или богатых представителей аристократии, и благодаря этому, Найджил принимал эту перемену в жизни с большой радостью и облегчением. Он уже порядком устал постоянно держать себя под контролем и выслушивать неискренние соболезнования, да показную жалость.

В школе царила суровая дисциплина, а распорядок был весьма строгим. Ежедневные физические нагрузки, перемежались часами обучения военным и гуманитарным наукам. В дополнение ко всему три раза в неделю проходили занятия по светской этике. Но даже такой тяжёлый режим, казался ему лучшим, чем опостылевшие приёмы. Также в школе у него появилась отдушина, которой стала борьба и рукопашный бой с другими учениками. На этих занятиях он мог выплёскивать накопившуюся злость на отца и этих лицемерных дворян, что постоянно крутились у них весь траурный месяц.

Проучившись неделю, Найджил даже не догадывался, что среди учеников есть простолюдин. В будние дни свободного времени почти не было, но, когда им дали первый выходной, группа смогла познакомиться поближе. Воспитанникам «Барсов» до четырнадцати лет запрещался самостоятельный выход в город, зато предоставлялась возможность проводить время в парке позади арены. Парк представлял из себя огромную территорию, которая была ограждена высокими стенами. Всё его пространство было укрыто лесным массивом, среди которого встречались ручейки, пещеры и даже небольшие скалы.

К этому моменту дети уже знали друг друга по именам — на уроках проводились переклички, и наставники постоянно обращались к ним по фамилии. Но не все были представлены между собой согласно дворянскому титулу. Конечно, такие фамилии, как Мисгейл и Визри были на слуху, однако менее титулованные ученики были не столь известны.

Когда очередь представиться дошла до невзрачного паренька, что выглядел младше и меньше остальных, Найджил поразился.

— Кит Сеймур? И всё? Не лер-барон, не лер-граф, а просто Кит Сеймур? — Мисгейл не мог поверить своим ушам.

— Да, Кит Сеймур! — в карих глазах сверкнул огонёк зарождающегося раздражения.

— Значит, ты из черни? А я уж думал в «Барсах» настолько всё сурово, что нам даже не предоставят слуг. Рад был ошибаться! — Найджил сделал логичный для себя вывод и улыбался вполне искренне. — Приятно знать, что даже в таком аскетичном месте о тебе заботятся.

В то время он ещё не знал, что простолюдины бывают не только слугами или подчинёнными дворян. С самого детства его учили относиться к этому сорту людей, как к имуществу, вещи, обладающей разумом. А в последнее время у него и вовсе возникло презрение к ним из-за отсутствия малейшего самоуважения. Но в данный момент он не проявлял ни капли пренебрежения к Киту Сеймуру, а наоборот радушно улыбался. Удар, разбивший ему нос и вышибивший слёзы из глаз, стал для него полнейшей неожиданностью.

Сеймур был не очень умелым собеседником и довольно вспыльчивым ребёнком. Он ответил на оскорбление так, как делал всегда. До поступления в воинскую школу все его друзья и знакомые были простыми уличными мальчишками, которые решали свои конфликты так же незамысловато. Кит с вызовом посмотрел на шокированных одногруппников и с ровной спиной покинул это собрание.

Мисгейл сидел в пыли двора перед ареной, а кровь из носа капала на новую униформу ученика «Снежных Барсов». Нос горел от полученной травмы, но растущая злоба жгла изнутри гораздо сильнее. «Как этот недоразвитый смерд посмел меня тронуть?! Почему этот паршивый слуга вообще находится среди нас?» — гнев накладывался на его представления о низшем сословии. «Это не просто недоразвитость и пустота в голове, это не люди, скорее дикие звери. Кого-то приручили, а кто-то пока ещё одичалый и необученный. Это испытание для всей нашей группы. Вот что имел в виду отец, когда говорил, про людей, которых нужно ставить на место».

Один из парней предложил ему руку, чтобы подняться, но тот сделал вид, что не заметил — лер-герцогу нельзя показывать слабость. Найджил самостоятельно встал и как мог, привёл лицо в порядок своим платком. Ситуация была неприятной и в какой-то степени позорящей, однако он, не подавая вида, продолжил их импровизированное собрание.

— Вот мы и познакомились, а заодно сразу узнали про наше первое испытание.

— Какое испытание, что ты имеешь в виду? — удивлённо спросил Говард Визри, он имел титул лер-графа и не так терялся при общении с Найджилом.

— Очевидно, что этот Кит Сеймур здесь находится не просто так. Кто-нибудь из вас хоть раз слышал, чтобы в «Снежных Барсах» учился крестьянин, лакей или просто слуга? — Мисгейл обвёл взглядом присутствующих точь-в-точь, как это делал его отец. — Я тоже не слышал о подобном. А это значит, что нашей группе устроили испытание.

— Очень похоже на правду. И ты знаешь, что это за испытание? — поинтересовался всё тот же Визри.

— Я догадываюсь. Мне кажется, мы должны усмирить этого Сеймура, воспитать из него нормального слугу. Может, так и делают слуг, которые потом живут в наших поместьях.

— Мне отец рассказывал, что слуги в наших имениях обычно потомственные и сами воспитывают своих детей правильно вести себя и выполнять порученные им обязанности, — высказался не очень уверенно лер-барон Оливер Дейн.

— Вот именно! Но если есть потомственные слуги, значит, должны быть и дикие, ещё не приученные правильно себя вести.

— Думаю, стоит этим заняться, — одобрил идею Говард Визри. — Даже если испытание не в этом, то мне самому не по нраву обучаться с этим буйным. Я считаю, мы должны это сделать в любом случае.

Остаток дня ребята строили планы и обсуждали теории о том, как правильно воспитывать смерда. Это превратилось в своеобразную игру для детей, которая сплотила их и зародила общие интересы. Сеймура в тот день никто не искал, настолько захватывающе было обсуждать будущие действия, что на конкретные шаги времени уже не хватило. Зато ребята нашли неподалёку интересные руины древних, которые решили сделать своим тайным укрытием.

Выходной пролетел незаметно, и группа вновь погрузилась в учебные будни. Как-то влиять на «дикого слугу» не хватало ни сил, ни возможностей. К их классу постепенно присоединялись всё новые ученики. Школа не начинала обучение в конкретный день, а новенькие появлялись в течение всего лета. К следующему выходному никто из первого состава класса не забыл про «испытание», но найти Сеймура никак не получалось. Позже кто-то из новичков рассказал, что видел, как за Китом пришли родители и он весь выходной провёл в Реддинге. Это не только усилило злость к «неправильному ученику», но и добавило зависти. Почти ни у кого из детей этого потока не было представителей семьи поблизости, поэтому свои выходные они были вынуждены проводить на территории Великой Чаши.

К концу третьей недели ребята уже по полной ощутили весь вкус тренировочной программы «Снежных Барсов». Бесконечные физические нагрузки и тяжёлая учёба вылились в повышенную раздражительность и моральную усталость. Небольшие конфликты вспыхивали даже на уроках. Наставники же не спешили вмешиваться в этот процесс ломки. Они знали из практики, что позже ученики адаптируются к нагрузкам и укрепят свой дух, а конфликты и эмоциональные вспышки перейдут в здоровую конкуренцию. Самой большой из радостей в этот период для детей был единственный выходной в неделю. А ещё игра в «испытание», которую придумал Мисгейл, как и поиски Кита Сеймура.

И в этот выходной день им, наконец, повезло. Говарду Визри удалось схватить Сеймура в парке, а Мисгейл и ещё трое их одногруппников помогли ему утащить парня к древним руинам. Дети бывают жестоки, а дети в воинской школе в особенности. Мисгейл начал учить Сеймура повиноваться. Он требовал Кита держать глаза открытыми, пока другие дети кидали в них песок. Естественно, Сеймур не выполнял требование, за что Найджил придумывал ему наказание, которое распалившиеся «игрой» ребята сразу же выполняли. Поначалу, это были обыкновенные пощёчины, однако под влиянием азарта и безнаказанности дети всё больше зверели.

В самый разгар «веселья» всё испортил Сэм Накри, нелепо влезший в их испытание. Накри не успел отучиться и недели, поэтому ещё не имел представления, с кем стоит дружить и какие порядки в школе. В этот момент он руководствовался исключительно тем, чему учил его отец. Благодаря его вмешательству в этот день обидчики Сеймура получили страшный урок. Позже со всеми участниками «испытания» была проведена воспитательная работа, а в программу обучения был внесён дуэльный кодекс, который изначально планировали преподавать только на втором году обучения. Теперь все возникающие конфликты допускалось разрешать в дуэльном кругу под присмотром наставника.

Найджил не мог признаться даже себе, что испытал в тот день сильнейший страх перед какой-то чернью. С тех пор он выкладывался на тренировках значительно сильнее, чем большинство его одногруппников. С Сеймуром они пересекались лишь на тренировках и занятиях. Может, этот страх и смог бы пересилить презрение к простолюдинам, а в будущем оставить только лёгкую опаску или даже некоторое уважение к Киту, но судьба распорядилась иначе.

На каждом уроке фехтования Сеймура хвалили и ставили в пример. Несмотря на то, что Мисгейл всегда выкладывался по полной, ему не хватало техничности и точности движений. Он и не догадывался, что Кит все свои выходные проводит в тренировках и занимается оттачиванием своих навыков гораздо больше любого в их группе, а может, и во всей школе. Сеймур чувствовал абсолютную беспомощность, когда его удерживало пятеро одногруппников, вся эта ситуация повлияла на него гораздо сильнее. Эта беспомощность вместе со страхом переросли в одержимость тренировками, и он отдавался этому полностью. А в те выходные дни, когда его забирал отец, парень находился в кузнице и работал с молотом. Если бы не его ограниченная физическая сила, то Сеймур мог бы быть первым в списке лучших.

Ежедневная похвала, достающаяся безродному слуге, всё больше распаляла к нему ненависть и не одного Мисгейла. Он был неправильным, нарушал сложившиеся представления о мире. На занятиях главы школы Райло Фокса было особенно обидно слышать:

— Берите пример, Мисгейл. Кит Сеймур, гораздо менее талантлив, чем вы, но выполняет эту связку быстрее и техничнее.

Глава считал, что подстёгивает конкуренцию между своими подопечными и ускоряет прогресс обоих. К сожалению, он лишь увеличивал взаимную ненависть между подростками.

«Берите пример…», — Найджил от злости сплюнул. «И где теперь ваш хвалёный Сеймур?! Сейчас я лучший из выпускников, а у этого выскочки нет и шанса, чтобы подняться выше!» Немного успокоив эмоции, лер-герцог отправился в раздевалку. Скоро их вызовут и объявят результаты аттестации, а встречать свой триумф или поражение необходимо в достойном виде. Скинув броню и прочую оснастку, Найджил переоделся в свой вычурный костюм и прицепил ажурные золотистые ножны с парадным клинком. Дворянин без своего оружия мог находиться лишь на приёме у Короля или в постели женщины, во всех остальных случаях — это было бы уроном для чести.

В зале ожидания уже собрались почти все участники и невольно разделились на две разнородные группы. Одна, чуть меньшая по численности, пестрела яркими камзолами самых разнообразных цветов и относилась к высшему сословию. Вторая же была более однородной и мрачной, воины остались в тёмной учебной броне, в которой они и проходили аттестацию. Несложно понять, что эта группа сплошь состояла из простолюдинов. Совсем скоро их вызовут на арену, где каждый узнает, насколько он соответствует рангу Воина и благоволит ли ему Фортуна на этом пути.





***





Сари внутренне ликовала. Последние участники уже выступили, и сейчас Мастера и судьи подсчитывали голоса. Слава Дее, с Китом не случилось ничего страшного, не зря она каждый день молила Богиню обезопасить сына. Сари опасалась, что отряд Кита могут вызвать ещё раз, как это было с ним самим в первый день аттестации. К счастью, этого не произошло. Народ на трибунах весело гоготал и кричал что-то радостное, даже серьёзные стражники Короля заражались позитивным настроем. Это не обошло и Журека Апсара, что сидел справа от Сари. У него никак не получалось поддерживать свою напускную невозмутимость, и он сменил её на довольную улыбку.

— Вот и финал, Сари! Я думаю, твой парень точно пройдёт. Ты слышала, как трибуны взрывались при каждом его успехе?

— Если честно, то — нет. Когда Кит сражался, я от переживаний не замечала ничего. Я очень рада, что всё это закончилось, а результат уже не так важен.

— А вот и зря! Кит, совершенно точно пройдёт, а дальше, перед ним откроются просто невероятные возможности. Выходцев из «Снежных Барсов» ценят гораздо выше, чем воспитанников любой другой школы. Если выпускники тех же «Верных» или «Защитников» в первое время могут рассчитывать только на место рядового бойца в охране каравана, то «Барса» возьмут сразу взводным или начальником отряда. Конечно, с Китом ситуация не стандартная — он не из дворян, но всё равно его оценят выше. Да и зачем ему размениваться на караваны? Уверен, что и в дружине какого-нибудь барона он смело может занять место.

— Он ведь может и не пройти, — улыбнулась Сари. — Зачем загадывать заранее?

— Если произойдёт такое невероятное событие, то без дела ему всё равно не остаться. Я первый же предложу ему работу на меня. Если согласится, то ему и делать ничего особо не придётся, с его известностью мой ресторан станет ещё популярнее. К нам будут приходить только для того, чтобы поглазеть на парня, что стал героем для простого народа во время этой аттестации, — глаза Апсара разгорелись, по его задумчивому выражению лица было видно, как он уже прикидывает потенциальную прибыль от такого приобретения.

— Ты, как обычно, бежишь впереди лошади, — Сари заливисто засмеялась от такой предприимчивости соседа. — В любом случае он будет решать это сам. Лишь бы он не собрался отправиться добровольцем на войну с Эронией. Говорят, что там гибнет или остаётся калекой каждый второй, — улыбка тут же ушла с лица женщины.

— Я верю, что Кит умный и расчётливый парень, точно, как и его…

— Всем кандидатам на ранг Воина — выйти на площадку для финального построения! — голос распорядителя прервал Журека Апсара на середине фразы.





Глава 12: Финал аттестации


Кита потряхивало от мандража перед объявлением результатов. Их снова построили на площадке лицом к трибунам. Август Шмидт находился за своей кафедрой справа от строя и хранил молчание последние несколько минут. Нервы бойцов уже и так были на пределе, и эта длительная пауза никак не добавляла спокойствия. Даже люди на трибунах были напряжены и прекратили любые беседы. Сеймуру на какой-то миг показалось, что если распорядитель будет затягивать дольше, то он точно не сдержится и обязательно совершит какую-то глупость.

— Кандидаты, — голос распорядителя раздался неожиданно, так, что некоторые бойцы в строю дрогнули, — за три дня аттестации вы прошли множество испытаний. Итог уже известен и его никак не изменить, но всё же вам придётся пройти ещё одну проверку. Это испытание славой, — Шмидт сделал паузу, а среди бойцов начали вспыхивать робкие улыбки, — славой или поражением. Грамота, подтверждающая ваш ранг — это не просто красивая бумажка с вашей оценкой и печатью. Это доверие, оказанное вам Мастерами и судьями. Их вера в то, что вы не подведёте и не поставите под сомнение правдивость их суждений. Становление Воином — это первая и при этом самая важная ступень вашего развития. Именно поэтому экзамен так сложен и требователен. Каждый из вас должен был показать всё, на что он способен, чтобы мы абсолютно точно знали только одно: вы готовы к этому доблестному и требовательному пути.

На трибунах стояло плотное, почти осязаемое молчание. В такой тишине легко было бы различить звук шелестящей листвы на деревьях, что находились за пределами арены. Всё внимание зрителей было направлено на строй бойцов и говорящего распорядителя. Под тысячами взглядов участники, не привыкшие к подобному, ощущали колоссальное давление.

— Не всем дано пройти этот экзамен, кому-то из вас сегодня придётся столкнуться с поражением. Но этот опыт тоже бесценен. Быть может, он даже ценнее полученного ранга. Каждый проигрыш — это возможность для роста. Вы можете проанализировать свои ошибки и стать значительно сильнее тех, кто этих ошибок не совершал. Чем больше вы ошибаетесь, тем лучше понимаете свои слабые стороны. Чем лучше понимаете свои слабости, тем сильнее становитесь. Это даст вам знания, которые в будущем позволят справиться со множеством других вызовов, не полагаясь на слепую удачу, да простит меня Фортуна. В любом случае не стоит отчаиваться и уж тем более сдаваться. Это не смертельное поражение, а лишь точка для роста! А теперь перейдём к результатам!

Крики и овации разорвали тишину! Людское море на трибунах колыхнулось мощной приливной волной. Каждый зритель будто хотел оказаться ближе к арене, и народ единым порывом придвинулся ближе, насколько это позволяло пространство рядов. Стая стрижей, пролетающих над Великой Чашей, в испуге разлетелась от внезапных громких звуков.

— Совет Мастеров и судей присуждает первый ранг ступени Воина следующим участникам: Джон Квинс, Том Эванс…

Кит вслушивался в каждое имя, сейчас для него перестали существовать зрители на трибунах, участники аттестации, да и вообще всё его окружение. В этот момент имел значение только голос Августа Шмидта, и Кит хотел лишь одного, услышать своё имя. Каждый раз, когда называли не его, Кит потихоньку впадал в уныние. И всё же, спустя мгновения, приходил в себя и пытался верить в лучшее. «Успокойся, тебя ещё назовут. Может позже, может вообще в самом конце. Накри ещё не называли, а уж он точно должен получить ранг», — Сеймур убеждал себя и пытался привести мысли в порядок.

Во время второго этапа ему так и не удалось выделиться перед Королём, да и вообще хоть перед кем-то. Если сейчас выяснится, что он завалил аттестацию, то как быть дальше совершенно непонятно. С подтверждённой ступенью Воина ещё можно было бы попытаться просить защиты от Клигонов у Короля или герцога — это хоть какой-то статус, пусть и без реальных заслуг перед государством. А что будет, если придёт с прошением всего лишь сын кузнеца и владелицы небольшой лавки? Король даже разницы не заметит между ним и каким-нибудь подсобным рабочим в хлеву. Под эти мрачные мысли прозвучало около тридцати имён, и распорядитель замолчал, взяв паузу.

— Этот год очень богат на таланты, — продолжил он после нового минутного перерыва. Иногда среди аттестуемых появляются особо талантливые, которые делом доказали, что достойны большего. Совет Мастеров и судей присуждает второй ранг ступени Воина следующим участникам: Эйриху Клигону, Рагнару Ларсону, Говарду Визри…

Каждое названное имя сопровождалось взрывом аплодисментов и выкриков. Зрители радовались так, будто сами прошли все эти испытания и получили высшую награду. Однако второй список был вдвое меньшим, чем первый, и вскоре подошёл к концу. Кит так и не услышал своего имени, а сомнения всё сильнее грызли нутро. По спине поползла струйка пота.

— Этот год невероятно богат на таланты, — после очередной минутной паузы продолжил Шмидт. — Такого не случалось очень давно, но в этот раз всё же произошло. В рядах участников есть те, кто заслуживает третьего ранга. Это потрясающий результат даже среди самых талантливых и перспективных бойцов. Совет Мастеров и судей присуждает третий ранг ступени Воина: Сэму Накри… и Редвику Карнеги!

Казалось, что большего шума и гвалта на трибунах Великой Чаши быть не может, но зрители превзошли сами себя. Даже на помосте, котором находились бойцы, ощущалась дрожь от топота и громовых выкриков толпы. Овации смешивались с воплями и возгласами, усиливались свистом и даже завыванием. Люди были счастливы лично присутствовать при таком редком событии и чествовали аттестованных, как настоящих героев.

Кит где-то глубоко внутри себя уже всё понял, но сознание никак не хотело верить в то, что сейчас происходит. Звуки арены буквально подавляли, а радостные лица зрителей, казались гримасами демонов, что кривлялись и насмехались над его поражением. И только кулон на груди обжигал холодом и словно вытягивал все эмоции, оставляя внутри лишь пустоту. Только благодаря ему Кит переключился от переживания своей неудачи, на физические ощущения. Это было очень странно: раньше этот холод он чувствовал только во сне, но в реальности подобного не происходило. Сейчас же ощущение совершенно точно было на физическом уровне.

— Тем кандидатам, кто не справился в этом году, не стоит отчаиваться, — продолжил распорядитель после того, как арена немного стихла. — Это был прекрасный опыт, который сделает вас в будущем значительно сильнее. Многие из непрошедших уже имеют навыки, достаточные для первого ранга, а кто-то и для второго и, возможно, третьего. Но все вы допустили критические ошибки. Никто не будет их вам разжёвывать и это само по себе является хорошим уроком. В будущей жизни абсолютно каждому из вас придётся столкнуться с поражениями, когда некому будет подсказать, как поступать в той или иной ситуации. Анализируйте, учитесь и становитесь сильнее! Мы все верим в вас и ждём в будущие годы на следующих церемониях аттестации.

Кит обвёл взглядом строй. На душе было мерзко и пакостно, это поражение сдавило так сдавило грудь, что ему тяжело было даже дышать. Он заметил впереди обернувшуюся фигуру в фиолетовом камзоле. Мисгейл смотрел прямо на него с нескрываемым гневом. «Точно! Этого папенькиного сынка тоже не называли, а значит, и ему не дали никакого ранга», — эта мысль была злорадной и неправильной, но она грела сердце. Увидев, этот полный ярости взгляд, Кит улыбнулся. Это было немного глупо, но неудача лер-герцога позволила смириться со своей ситуацией гораздо легче, чем любые рациональные мысли. Кулон перестал промораживать тело, и Кит списал все странности происходящие с ним на излишне сильные переживания.

— А теперь… Объявляю закрытие официальной части церемонии аттестации! Уважаемые зрители, остаток дня для вас будут выступать известнейшие артисты и коллективы, все желающие могут оставаться на трибунах Великой Чаши до самого заката. Участники аттестации могут получить свои грамоты с присвоенным рангом через три дня в фойе центрального входа. Бойцы, разойтись!

Кит отыскал взглядом Накри и, догнав, пристроился с ним за компанию. Вместе они покинули арену и скрылись в служебных помещениях. Сеймуру не очень хотелось сейчас показываться перед матерью, было стыдно за потраченные впустую годы в школе «Снежных Барсов». Да и имелось желание обсудить с Сэмом всё случившееся, может, вместе им удастся что-то придумать. Потихоньку к нему возвращался боевой настрой и вера в то, что всё ещё можно изменить. Накри понял его без слов, и они отделились от основного потока в одну из комнат, которую вряд ли кто-то сейчас занимал.

— Поздравляю с третьим рангом! — Кит одобрительно хлопнул Сэма по плечу.

— Спасибо! — Накри ответил несколько неловко, будто ему было стыдно за то, что он получил этот ранг, тогда как Кит остался не у дел. — Очень печально, что тебе не засчитали аттестацию. Возможно, это какая-то ошибка и стоит попробовать поговорить с главой?

— Очень сомневаюсь. Да ты и сам знаешь, насколько они ответственны в таких делах. Вон даже Мисгейла оставили без грамоты, несмотря на статус его отца.

— Ну, с нашим лер-герцогом всё и так ясно — он атаковал своего союзника, подвёл всю команду и в итоге «умер» сам. За такую командную работу ранг точно не получить. Но почему не прошёл ты мне совсем непонятно. Судя по навыкам и рангам у тех, кого всё-таки признали Воинами, ты как минимум, — Сэм повысил голос, — как минимум заслуживаешь второго ранга.

— Я думал об этом, пока стоял там на площадке, думал сейчас, когда мы шли сюда. До начала аттестации второй этап представлялся мне самым простым. Когда не услышал своё имя среди тех, кто получит грамоту, подумал, это всё из-за того, что у меня не было возможности себя проявить. Первые две миссии я был то носильщиком, то очень важным куском мяса, который требовалось охранять. Но я ведь был не один такой. В вашей команде эти роли тоже исполнял один парень, а во второй миссии он, вроде как, просто «погиб». Несмотря на это, в нём признали Воина, и скоро он получит свою грамоту.

— Да, ты говоришь про Саймона, он не успел особо показать себя. Ты думаешь, что ошибся в последней миссии? — Накри сразу понял, что имел в виду Сеймур.

— Да, скорее всего, так. Мне передали командование группой, которая встречала ваш авангард, вот только командовал я буквально одним человеком, да и то лишь поначалу. А ещё в самом конце, когда я справился со своим противником, мне следовало помочь Мисгейлу и Ларсону, а не пытаться урвать победу и блеснуть перед зрителями. Но, если бы я вернулся в тот момент, то всё равно не поступил иначе.

— Из-за проблемы с Клигоном или из-за большой любви к нашему лер-герцогу? — на лице Сэма появился намёк на улыбку.

— По обеим причинам, — улыбнулся в ответ Кит.

— Что теперь? Что будешь делать и чем займёшься?

— Встречусь с мамой, объясню ей всю ситуацию и расскажу про возможную угрозу со стороны Клигонов. А потом попрошу совета у Райло Фокса, надеюсь, он мне не откажет и подскажет что-нибудь дельное. В текущих условиях я не справлюсь своими силами.

— Хорошее решение. До получения грамоты мы с семьёй будем здесь в Реддинге. Ты всегда можешь обратиться, и мы по мере возможностей поможем. Отец снял дом к северу от города в крестьянском селе, если что спросишь у местных. Кстати, не так далеко от вашей кузни.

— Хорошо, мы в любом случае увидимся до вашего отъезда. Но не думай, что ты так просто от меня избавишься! Как только решу свои проблемы, я обязательно наведаюсь в ваше баронство, — шутливо пригрозил Кит. — Ладно, пора выдвигаться, мама уже наверняка переживает, да и тебя поди очень ждут. Третий ранг, гордость «Снежных Барсов», элита элит…

— Так, завязывай! — с улыбкой перебил друга Сэм.

Парни вышли из служебного помещения в коридор, где к этому времени уже никого не осталось. Они, не спеша, направились к главному выходу. Ощущение безнадёжности постепенно отпускало Кита. Удивительно, но достаточно было иметь хоть какой-то намёк на план, чтобы всё перестало видеться в чёрных тонах.

— Стой, смерд! — позади раздался до омерзения знакомый голос.

Кит обернулся и увидел Найджила Мисгейла в компании с Эйрихом Клигоном и ещё одним парнем, чьего имени он не знал. Лер-герцог стоял, обнажив свой парадный клинок, а взгляд его казался безумным. На лицах Клигона и третьего компаньона были написаны сомнения и неуверенность. Мисгейл начал приближаться широким шагом, а двое хоть и нерешительно, но следовали за ним.

— Из-за тебя я потеряю целый год до следующей аттестации. Ты даже не представляешь, насколько ты меня бесишь. Ты! — он указал мечом на Сеймура. — Ты, мерзкая гнилая чернь! Считаешь, что тебе всё будет сходить с рук?! Ты думал, будешь творить всё, что угодно и за это ничего не будет?!

— Найджил, остынь! — вперёд вышел Накри, закрывая собой Кита. — Не совершай глупых ошибок и возьми под контроль свои эмоции.

— Эмоции?! Под контроль?! Я всегда контролирую свои эмоции, Накри. Всю жизнь! Уйди с дороги. Этот смерд получит то, что он заслуживает прямо сейчас! — Мисгейл подошёл уже почти вплотную к Сэму, который развёл руки в стороны, чтобы не дать себя обойти.

— Я не уйду, Найджил, тебе меня не обойти. Просто успокойся и давай поговорим.

— Не обойти?! Ты думаешь, если у тебя теперь третий ранг, то ты лучше меня и мне тебя не обойти? Если бы не эта тварь, спрятавшаяся за тобой, я бы получил точно такой же третий ранг, а может и выше! Тебе никогда не удавалось победить меня, и первая строчка сильнейших всегда будет за мной!

Найджил с горящими глазами казался совсем невменяемым. Его голос уже срывался на хрип, а лицо исказила такая гримаса ненависти, которую он никогда не позволял себе проявить за десять лет совместного обучения. Мисгейл наклонил голову и почти зарычал, будто борясь с собой. Он опустил меч и расслабил руки. Сэм понял, что накал эмоций угас, он уже собирался сделать шаг вперёд…

Кит в это время, готовый к любому развитию ситуации, стоял чуть позади гиганта. Он крепко сжимал рукоять тренировочного тупого меча, который вытащил, как только лер-герцог начал приближаться к ним. Когда Мисгейл опустил меч, сердце Сеймура сжалось в недобром предчувствии, кулон на груди резко начал холодеть. Он только начал обходить Сэма с правой стороны, когда будто в замедленном времени увидел, что клинок летит в грудь его друга. Кит не успевал сделать ровным счётом ничего, и впервые за долгое время его охватил по-настоящему сильный страх. Страх, что с одним из самых близких ему людей сейчас произойдёт непоправимое.

Камень на груди стал жечь нестерпимым холодом и словно вытягивал всё тепло из его тела. В момент, когда он поравнялся с Накри, Сеймур увидел, что оружие уже проткнуло его грудь и входило всё глубже. Что-то внутри него оборвалось: напряжение, страх и переживания испарились без следа, оставив лишь пылающий гнев, который был сильнее всего, что он испытывал до этого.

Кулон похолодел ещё больше и вдруг вспыхнул ослепительным белым светом, выбрасывая огромное количество неизвестной силы. Она была направлена на лер-герцога с его сопровождением и отбросила всех троих словно удар кувалды. Кожа на их руках начала получать ожоги под светом, не прекращающим литься из его груди. Кит интуитивно чувствовал, что этим не ограничится, но вдруг всё прекратилось. Сами стены Великой Чаши начали вытягивать эту чужеродную для них силу. Кит ощутил резкую слабость и потерял сознание.





***





— Почему ты принял такое решение, Райло? — холодно спросил Август Шмидт у главы «Барсов».

После официального завершения церемонии аттестации все мастера собрались у главы в кабинете. От Райло Фокса прозвучали короткие поздравления с завершением учебного года и благодарности за самый удачный выпуск последних лет. Глава провёл небольшое совещание о том, что было сделано хорошо, какие ошибки были допущены и итогами всего года, после чего отпустил подчинённых. Только главный распорядитель не спешил покинуть его кабинет.

— Какое именно Август? Я принимаю их сотнями на день, — с некоторой неприязнью ответил Фокс.

— Ты прекрасно меня понял. Почему ты настоял на том, чтобы не давать Сеймуру ранг? Ты ведь видел, на что он способен. Сейчас он совсем немного недотягивает до третьего, а если бы был хоть самую малость сильнее, то мог бы претендовать на большее.

— Не преувеличивай, третий — это максимум, даже будь он более развит физически. У нашей школы всегда были завышенные требования, по сравнению с любой другой в Вергусе. Мы выпускаем только элиту, обычно именно тех, кто будет решать судьбы этого королевства. И когда от нашей школы выступает простолюдин, то он должен быть безукоризненным. Ни у единого человека не должно возникнуть мысли о том, что он получил свой ранг незаслуженно.

— Он очень хорошо себя проявил как в одиночных боях, так и в первых двух миссиях. Я не думаю, что он не заслужил хотя бы первый ранг.

— Ты сам слышал от Мороу о его ошибках в третьей миссии. Для меня они весьма существенны.

На некоторое время в кабинете повисло молчание, каждый из собеседников думал о своём. Август внимательно вглядывался в лицо главы, а тот, потупив взгляд, рассматривал пресс-папье на своём столе.

— Ну а на самом деле? — нарушил первым тишину распорядитель. — Я сейчас обращаюсь к тебе не как к главе, а как к старому другу и соратнику. Почему ты на самом деле не дал ранг Сеймуру? — если бы Августа сейчас видел кто-то из учеников, то они бы удивились, что он вообще способен на такое проявление эмоций.

— Да, чтоб в живых остался! — раздражённо ответил Фокс. — После выходки Мисгейла ни один мастер не признал в лер-герцоге Воина — это ведь тебе очевидно? А, что было бы, если б Сеймур получил свой заслуженный ранг? Ты знаешь, что Мисгейл одержим местью к парню? Ты, конечно, граф молодец, всегда на стороне справедливости, но что будет с сыном Дэвида, когда школа перестанет его оберегать? А будет всё просто: молодой Мисгейл, подогреваемый обидами и завистью, просто поручит своим людям запытать Сеймура до смерти, — Райло вцепился руками в края столешницы и сжимал их с такой силой, что послышался хруст.

— Нормально с ним всё будет, — глава «Барсов» глубоко вздохнул и продолжил. — Годик с караванами помотается, наберётся сил и опыта. А к следующей аттестации сдаст на третий, а повезёт, так и четвёртый ранг. Деньги у него на это будут, ты же не передумал отдать ему ту «взятку»?

— Не передумал.

Дверь в кабинет с хлопком открылась внутрь, кому-то явно было плевать на этикет и манеры.

— Глава, — выкрикнул влетевший следом за дверью Гимен Тарт, — у нас пятеро раненых участников, один из них при смерти!





Глава 13: Суд


Кит лежал на земляном полу одиночной камеры. Он уже сутки не приходил в сознание после произошедших событий. Сейчас на нём была только холщовая рубаха да штаны. Из остальных вещей не исчез лишь кулон. Почему-то люди, раздевавшие бессознательное тело, не обратили на него внимание. В данный момент камень, разрезая кожу, медленно погружался в его грудь прямо вместе с цепочкой. Спустя час кулон полностью исчез в районе солнечного сплетения. Никаких следов на теле не осталось, кожа сомкнулась над камнем будто воды озера за ныряльщиком.

Сеймура начала бить мелкая дрожь, переходящая в лихорадочный припадок, тело покрылось потом, а следом резко замерло. В этот момент он очнулся с громким криком от раздирающей боли в груди. Сердце отбивало частую дробь, а лёгкие горели. Все мышцы ощущались слабыми и болезненными, словно их сводило непрекращающейся судорогой целую неделю.

— Сэм, — вырвалось с тихим хрипом изо рта.

Воспоминания последних событий постепенно возвращались, а боль уходила, оставив после себя лишь вялую усталость. Мышцы тела ещё немного подрагивали и слушались не в полной мере. Кит начал ощущать холод земли, пробирающий через тонкую рубаху. Правой рукой он ощупал место на груди, где попеременно возникало то чувство горячего жжения, то холода. Кулона на месте не было.

Откуда-то неподалёку послышались приближающиеся шаги, сопровождаемые металлическим бряцаньем. Кит с трудом приподнялся и осмотрел помещение, в котором он находился: земляной пол, в дальнем левом углу, пара смердящих нечистотами вёдер, в правом, ближе к двери ещё пара, скорее всего, под воду. Никакой мебели, никакого освещения, за исключением зарешеченной дыры под потолком, через которую пробивались лучи света. «Я точно не в здании Великой Чаши», — подумал Сеймур и как мог, поднялся на ноги.

Шаги приблизились к двери, а следом со скрежетом замка открылась дверь. В узкий проход протиснулись двое мужчин в доспехах со стальными нашивками и небольшими короткими мечами.

— Ну, что? Ожил, болезный? — с нечитаемой усмешкой спросил один из них.

— Где я нахожусь? — голос Кита выходил с хрипом, как после долгой болезни.

— Так известно где, ты теперь в райском саду! — ответил второй и заржал. — Это вот, — он указал на напарника свободной рукой, — первейший привратник Мифур, а я Бог доблести и отваги Симаргл. Сейчас отведём тебя на божественный суд и решим: в камеру ты отправишься или сразу к демонам, — продолжая смеяться, он выдернул откуда-то из-за спины кандалы и нацепил их на руки Сеймуру.

— Двигайся! Будешь лишний раз дёргаться и получишь вот этим, — сказал первый и поднёс кончик меча к глазам Кита. — Наша задача доставить тебя на суд, но нигде не сказано, что ты должен туда добраться целиком. Всё понятно?

— Что вообще происходит? — начал закипать парень, но реплику оборвал болезненный удар в правый бок. Охранник не собирался тратить время на какие-либо объяснения и ударил плашмя своим клинком. Не пришедшему в себя Сеймуру этого хватило, чтобы едва не потерять сознание вновь.

— Не переборщи! Я не собираюсь его тащить на своём горбу, — тут же отреагировал тот, что открывал дверь и зашёл в камеру первым. — Беспамятство будешь разыгрывать перед судьёй, — обратился он уже к Киту. — Сейчас твоя задача идти за нами и не провоцировать моего напарника. Теперь всё доходчиво?

Кит ничего не ответил, лишь в глазах у него появились искорки зарождающегося гнева. Сопровождающим ответ и не требовался, один из них подхватил цепь кандалов и потащил заключённого на выход, второй в это время закрыл камеру и двинулся в конце процессии.

Конвой шёл по лабиринту коридоров, мимо десятков стальных дверей. Из-за некоторых доносились звуки брани, где-то дрались, а где-то молчали. Всю дорогу их сопровождал запах нечистот, немытых тел и какой-то прокисшей еды. Затем они миновали пост из четверых бойцов, снаряжённых точь-в-точь как его конвоиры, и поднялись на этаж выше. Полы с земляных сменились деревянными, а воздух стал немного теплее.

Пока его тащили вереницами коридоров, Кит думал о Сэме. Он точно видел, что удар Мисгейла пришёл в область сердца. Тяжело судить о том, насколько глубоко успел проникнуть клинок до того, как непонятная вспышка откинула лер-герцога и его компанию. Всё происходило слишком быстро и спонтанно. Ясно было одно — без помощи целителя с такой раной не выживают. Кит очень надеялся, что их обнаружили достаточно быстро и Сэму успели оказать помощь. Но при ранениях сердца счёт идёт на секунды. Несмотря, что на тот момент в Великой Чаше находились лучшие лекари и целители Реддинга, шанс того, что они могли бы успеть, был очень мал.

«Чёрт, почему всё в моей жизни идёт через задницу?! Чёртов Мисгейл, чёртова аттестация, чёртова слабость!» — если бы его сейчас не тянул конвоир, то Кит бы упал на колени и колотил землю в бессильной злости. Он не верил в смерть Накри, не хотел верить. И сейчас всеми силами пытался выкинуть из головы мысли, что друг, скорее всего, мёртв. Ему казалось, что чем больше он думает об этом, тем вероятнее становится гибель Сэма. В голове вертелась жуткая мешанина из мыслей, одна мрачнее другой. Кит не сразу сообразил, что во внешнем мире что-то переменилось — они, наконец, добрались до места назначения.

Это помещение Сеймур узнал сразу. Когда отец умер, именно здесь проводилось судебное разбирательство по наследству, оставленному им, значит, стражник не соврал и его действительно привели на суд. В зале уже находилось немало народу, но взгляд в первую очередь наткнулся на пожилого судью с серыми холодными, как сталь глазами. Седые длинные волосы были собраны в хвост и выделялись ярким пятном на чёрной мантии. Он зачитывал монотонным голосом своё решение дородной женщине, а пара его молодых помощников работала с материалами, то и дело перекладывая папки с места на место. На деревянных лавках находились люди, ожидающие своей очереди, а в конце зала был ещё один вход, откуда выглядывали те, кому не хватило места на скамьях. Практически все суды в Вергусе проводились публично.

Сеймура поставили напротив трибуны без очереди. Тощий лавочник было заикнулся о том, что сейчас подошёл его черёд, но конвоиры Сеймура, как и сам судья, не обратили на него и капли внимания. Помощник шустро перерыл стопки с бумагами и подложил небольшую папку прямо под нос своему старшему коллеге.

— Итак, Кит Сеймур. Обвиняется в нападении на дворянина и покушении на убийство лер-герцога Найджила Мисгейла, — мужчина поднял удивлённый взгляд с бумаг на парня и слегка присвистнул. После этих слов в зале сразу же наступила тишина. — Свидетели: лер-герцог Найджил Мисгейл, лер-граф Эйрих Клигон, лер-барон Рональд Ратис. В своём заявлении они утверждают, что после словесного конфликта с Мисгейлом, обвиняемый совершил нападение, применив магический артефакт и ученический клинок. Так, примечание… Экс-граф Фертийский Август Шмидт и граф Ливийский Райло Фокс, выступая в роли экспертов, заявляют, что магическое воздействие произведено постройкой Древних, известной, как Великая Чаша. Старший следователь Дома Правосудия лейтенант Вессен не обнаружил ни артефакта, ни следов его разрушения… Ожоги магического происхождения… Противоречия в показаниях о ранении Сэма Накри… Показаний Накри нет, интересно…

Дальше пожилой судья вчитывался и бурчал над бумагами совсем неразборчиво. Кит встрепенулся, услышав хоть что-то о судьбе друга. «Он сказал ранение, а не убийство, а это может значить, что он жив! Но почему нет показаний? Если его успели спасти, то Сэм бы точно не остался в стороне и обязательно высказался в мою защиту», — надежда и сомнения опять начали своё противоборство в голове парня, но всё же вера в лучшее была чуть сильнее. В этот момент Сеймур совсем не думал о происходящем суде, своей судьбе и будущем. Строгий судья с тяжёлым давящим взглядом, сам того не зная, подарил ему хоть какую-то опору под ногами, не позволившую скатиться в самобичевание и чёрную меланхолию.

— Так, с этим всё ясно. Так как магического артефакта нет, а эксперты утверждают о воздействии постройки Древних, то сожжение обвиняемого применяться не будет… — мужчина перелистнул пару страниц. — Нападение и покушение на жизнь представителя высшего сословия представителем низшего сословия вне зависимости от обстоятельств карается смертной казнью через повешение…

Сердце Кита пропустило удар. В одно мгновение все мысли и переживания покинули голову, оставив внутри лишь звенящую пустоту.

— Согласно указу Его Величества Сиринеуса Второго Великого номер сто сорок три от третьего марта семь тысяч пятьсот сорок девятого года «Об усилении армии и военной мощи государства»: допускается заменить смертную казнь военной службой, при условии активно идущего военного конфликта. Властью, данной мне Высшим Советом города Реддинг, объявляю судебное решение в отношении обвиняемого: «Кита Сеймура направить на западный фронт в особый батальон номер двенадцать. Назначить штраф в десять тысяч золотых в пользу государства. До полной выплаты штрафа обвиняемый находится в безусловном подчинении командованию объединённой армии западного фронта и числится на балансе, как движимое имущество с оценочной стоимостью в сто золотых. Решение вступает в силу с шестого июня семь тысяч пятьсот шестидесятого года. Копии судебного решения передать в архив и штаб западной армии». Уводите!

Сеймур даже не успел опомниться, как его судьбу решили за какие-то жалкие пару минут, что судья потратил на чтение этих лживых бумажек. «Я думал, что моё мнение об аристократах уже не может упасть ниже… Как же, как же! Трусливые твари и сволочи наверняка подкупили судью. Даже слова не дали сказать! Хотя кому тут говорить, ясно, что поверят троим не последним дворянам, чем сыну кузнеца без родословной, влияния и связей» — у Кита начали крутиться злые мысли, которые в этой ситуации больше вредили. Конвоиры потянули его обратно к тому же входу, через который они вошли. Когда процессия покинула зал суда, вдруг к парню обратился охранник, шедший позади.

— Так ты и есть тот самый Кит Сеймур из «Барсов»?

— Ага, — односложно ответил Кит, переживая сейчас не самые приятные эмоции.

— Слушай, ты извини, что я тебя приложил там в «одиночке», тут всякого сброда хватает.

Не услышав ответа, конвоир всё равно продолжил.

— У меня сын мечтает быть на тебя похожим. Пожалуй, я ему не буду рассказывать, чем кончилась твоя история. Да уж… Ты не обижайся на Железного Тома, он сделал для тебя очень много.

— Железный Том — это кто? — слегка заинтересовался парень.

— Это судья, который только что вынес решение по тебе. Он вообще довольно суровый служитель Дома Правосудия. Я думал, что тебе уже одна дорога в висельники. Не припомню такого случая, чтобы после нападения на благородного хоть кого-то отправили воевать, а не казнили тут же. Смерть в сражении и с мечом в руке всяко лучше, чем задохнуться, болтаясь на верёвке с выпученными глазами.

— То есть ты совсем не рассматриваешь возможность того, что я могу выжить и выплатить штраф государству? — к Сеймуру возвращался привычный настрой, а последние слова конвоира он расценивал, как вызов.

— А-хах, — чуть не подавился смехом стражник, — Ты хоть представляешь сколько это? Десять тысяч золотых — это годовой налог небольшой деревеньки семей так на двести-триста. Годовой! Чтобы покрыть такой штраф, тебе нужно убить пятьдесят Воинов или двух-трёх Мастеров. Притом, это нужно сделать единолично, чтобы все премии шли только тебе. Мало того что Воин — это всегда офицер, в подчинении у которого минимум десяток солдат, так ты пойди ещё найди столько воинов на том участке, где тебя воевать поставят. Да и победить такое количество сильных бойцов под силу только Мастеру.

Парень замолчал на некоторое время, погрузившись мыслями в новые проблемы. Они спустились на подземный ярус, и сразу стало заметно холоднее. После тёплого душного воздуха зала суда этот переход казался гораздо заметнее. В отличие от стражников, парень был без обуви и земляной пол неприятно пробирал ноги.

— Значит, я просто стану Мастером! — Кит сжал кулаки и продолжил двигаться, глядя в одну точку.

— Отличный настрой, — обернулся со смехом, идущий впереди, конвоир. — А я, пожалуй, расскажу своим сыновьям твою историю. Это будет неплохая байка о вреде самоуверенности. Так, всё, пришли! — страж обернулся и снял оковы с рук подопечного. — Это общая камера, как наберётся с полсотни штрафников, вас отправят на фронт. И удачи, парень, пусть тебе сейчас так не кажется, но Фортуна явно к тебе благосклонна. Рад буду, если я и мой напарник ошибаемся, и ты сможешь выжить. Тогда у меня появится куда более интересный рассказ для своих детей, — с этими словами он открыл железную дверь. — Всё, пошёл!

Сеймура втолкнули внутрь, а дверь позади него с лязгом закрылась. В нос ударил куда более сильный запах немытых тел и испражнений. Даже в казармах после тяжёлых тренировок воняло не так мощно. Глаза быстро привыкали к полумраку, и Кит осмотрелся. В большой общей камере находилось около двадцати человек, которые разбились на две примерно равные кучки. Особняком сидел однорукий мужчина крепкого телосложения, который без особого интереса наблюдал за вновь прибывшим. В этой камере так же, как и в первой, не было никакой мебели, а все заключённые располагались на земляном полу. Если можно назвать это плюсом, то здесь было значительно теплее из-за присутствия множества людей.

От группы, что находилась ближе к парню, потянулась троица не самой приятной наружности. По их откровенным ухмылкам Кит сразу понял, что сейчас начнётся любимая игра «поставь новенького на место», популярная во всех слоях общества от нищих трущоб, до графских приёмов. Если сейчас дать слабину, то потом будет очень сложно восстановить свою репутацию, а может, и вовсе невозможно.

Первым взял слово очевидный лидер этой тройки. Мужчина явно за сорок с гнилыми зубами и вертикальным кривым шрамом на правой половине лица, обладал низким хриплым голосом.

— Привет, парень! Как величать тебя? Какая доля нелёгкая привела в нашу обитель? — он рассмеялся каркающим смехом, будто сказал что-то очень смешное. Подельники тут же поддержали нестройным гоготом предводителя.

— Кит Сеймур меня зовут. А здесь потому, что прирезал одного герцогского сынка, который доставал меня тупыми шутками и нелепыми вопросами! — Кит хотел чуть припугнуть это отребье, чтобы не ввязываться в глупую драку. Он не сомневался в своей победе, но и решать любой вопрос кулаками тоже не спешил. Из-за подобных лёгких решений он и оказался в этой камере.

— Вот оно как? Ну будем знать. А меня все кличут Шрам, вот только не из-за того, что у меня на лице это уродство, — он провёл указательным пальцем по рубцу на лице. — А всё потому, что я люблю оставлять шрамы на лицах тех, кто мне чем-то не понравился. И что мне дюже не нравится, так это когда мне врут в глаза глядя. Если бы ты прибил герцожёнка, то уже дёргался бы в петле, смешно вывалив язык и глазки.

Шрам с товарищами подошли вплотную к Сеймуру, практически зажав того у стальной двери. Правый из троицы с длинным горбатым носом прятал что-то за спиной, а левый сжимал и разжимал кулаки, думая, что нагнетает этим испуг у молодого пацана.

— Своей ложью ты меня делаешь очень недовольным, и чтобы как-то это недовольство умерить, ты должен задобрить меня. Правильно я говорю, ребята?

— Должен-должен! Шрам без настроения вообще порешать может, — тут же откликнулся носатый.

— Снимай рубаху, пацан! — словно выплюнул последнее слово лидер шайки. — Старый я совсем стал, тело почти тепла не держит. Вот согреюсь в твоей рубахе, глядишь подобрею, и тебе спокойней житьё будет. Деваться-то отсюда некуда.

— Давай-давай! — снова начал поддакивать обладатель впечатляющего носа.

— Видят Боги, я пытался… — устало выдохнул Кит.

Однорукий наблюдал за конфликтом с интересом, которого он старался не показывать. Когда всем известный Шрам подошёл к парню, разговоры в помещении затихли. Каждому было прекрасно слышно всё содержание их недолгого разговора. После слов «я пытался», мужчина стал очень внимательно следить за парнем и не прогадал. Остальные сокамерники ничего толком разглядеть не успели. Вот троица стоит, плотно зажав молодого парня, а вот уже разлетается с брызгами крови в разные стороны. Со стороны могло показаться, что он даже не изменил позу, но опытный взор однорукого успел выхватить все движения молодого бойца. Он видел каждый удар и следующий за ним толчок, отбрасывающий противника. Всё было проделано с ошеломительной быстротой, которую не смог бы оценить в этой камере, должно быть, никто, кроме него.

«Очень неплохая скорость для его возраста. Надо бы завести с ним знакомство поближе, зря я, что ли, так стремился попасть в эту камеру?» — всё это пронеслось в голове мужчины за какие-то доли секунды, и он начал подниматься.

Кит, немного выплеснув накопившуюся злость, осматривался, не зная, к какой группе стоит присоединиться. А может, и не стоило присоединяться ни к кому и уподобиться тому однорукому. В этот момент мужчина, про которого думал Кит, поднялся и двинулся прямо к нему. На нём была белая рубашка с коротким рукавом, коричневые брюки и жилет. Так мог бы одеться не самый богатый купец, но мужчина наверняка был не из торговой братии. Он имел довольно мощное телосложение человека, что ежедневно уделяет достаточное количество времени тренировкам. Правого предплечья не было по самый локоть, а образ завершала абсолютно гладкая голова без следов растительности. Было довольно сложно определить его род занятий по внешнему виду. Единственное, что можно было сказать наверняка, его вид никак не вязался с чем-то преступным.

— Приветствую Воина! — обратился он к Киту. — Меня зовут Гарт, и с сегодняшнего дня я твой наставник! Боги говорят мне, что я должен провести тебя через боль и кровь ради того, чтобы ты раскрыл своё истинное предназначение. Учёба будет нелегка, так что скрепи свой разум и дух!

Кит от такого заявления впал в шок. С предыдущими визитёрами всё было ясно, как день, а здесь подошёл какой-то умалишённый. «Поговорить с этим сумасшедшим или сразу решить вопрос в лоб…» — на удивлённом лице Сеймура читалась усиленная работа мысли.





***





— Мастер Вудс, он будет жить? Сможет оправиться?

Сероглазый мужчина с русыми волосами обратился к древнему на вид целителю. Он говорил коротко, рублеными фразами, почти без эмоций, но проживший долгие годы, лекарь отчётливо слышал в голосе старательно скрытое волнение.

— Джозеф, верно? — спросил своим скрипучим голосом Вудс и, дождавшись кивка, продолжил. — Не стоит прятать переживания о сыне, позже можешь сильно пожалеть о своей скупости на эмоции. Уж поверь человеку, знающему цену жизни. Всё будет в порядке, думаю, завтра уже придёт в себя, а через неделю сможет ходить дальше, чем на пару метров от кровати. Клинком повредили сердце и сосуды, его питающие. Очень повезло, что меч не прошёл глубже и я был неподалёку. Когда мы прибыли, Сэм висел на волоске и если уж в тот момент удержался, то в будущем точно оправится.

На кушетке возле говоривших без сознания лежал бледный, как мел Сэм. Черты лица сильно заострились, словно он голодал последнюю неделю. Однако выражение было спокойным, и дышал парень ровно. На улице уже сгущались сумерки, освещение масляных ламп в медицинском отсеке было приглушено до минимума, только чтобы дежурный персонал мог контролировать состояние больных. Благо особого присмотра не требовалось, сейчас на лечении находилось всего двое бойцов. Вторым был Оливер Дейн, в данный момент погружённый в принудительный восстанавливающий сон. Вудс решил, что у него ещё есть возможность сохранить свой глаз и буквально пару часов назад закончил магическую операцию.

— Спасибо Мастер, вы совершили чудо! Вы не представляете, насколько я вам благодарен, — Джозеф Накри скинул с себя образ несгибаемого военного и на какое-то время позволил быть себе просто отцом. — На нём не отразятся последствия той магии, о которой говорил Клигон?

— Не отразятся! Строго говоря, его и не коснулся тот магический удар. Пострадали лишь трое, что были напротив Сэма. Вообще, это довольно странная история.

— Я рад это слышать! А в чём странность?

— Магия внутри помещений Великой Чаши вообще не должна была сработать. Эта постройка Древних устроена таким образом, что здесь можно применять лишь целительство и очень ограниченно магию малых воздействий. Хотя, к чему вам эти лишние подробности? Любые магические проявления гасятся самими стенами этого здания. Чтобы магия нанесла хоть какой-то урон, нужно полностью использовать силы минимум десяти магистров, при этом удар получится не сильнее безобидной хлопушки. Здесь же произошло что-то другое.

— То есть вы подозреваете, что Мисгейл и Клигон соврали?

— Я так не говорил. Но утверждение, что парень из низшего сословия имел артефакт невероятной силы и смог преодолеть защиту сооружения Древних — звучит сомнительно. Как и то, что он силой артефакта заставил чужое оружие атаковать вашего сына. В любом случае я в это лезть не буду, и вам бы тоже не советовал. Самое главное, что Сэм жив и в течение месяца поправится. Единственный пострадавший в этой ситуации Кит Сеймур, но как бы я ни хотел ему помочь, тут, увы бессилен.

— Я всю жизнь воспитываю в своих сыновьях благородство и честь. И мне не хотелось бы подавать дурной пример Сэму своим малодушием. С другой стороны, я понимаю, что со своим статусом и влиянием я ничего не добьюсь. Возможно, не стоило внушать сыну, что дворяне — это люди чести и высокой морали. Этим я скорее навредил ему, приучив наивно доверять людям лишь на основе их происхождения и положения. Сейчас я, к сожалению, не знаю, как поступить верно.

— Не стоит себя винить в желании дать светлые идеалы своим детям. Сэм умный парень. Вряд ли он такой доверчивый, как вам кажется. Иначе он стоял бы по другую сторону.





Глава 14: Окси


— Слушай, Гарт, мне не нужен наставник! Я со всем уважением отношусь к Богам, но, может, ты что-то перепутал? — Кит изо всех сил старался говорить спокойно, хотя события этого дня никак не способствовали его душевному равновесию.

— Нет, я ничего не путаю! Отныне ты мой ученик, и это не обсуждается. Сейчас мы займёмся проверкой твоих способностей и определим, по какому пути ты будешь развиваться ближайшее время. Я выберу самое подходящее из того, что может укрепить твоё хилое тело.

Кит воздел глаза к потолку, словно призывая Богов в свидетели. Такое уже не идёт ни в какие ворота, этот Гарт подошёл в самый неподходящий момент и говорит с ним так, будто Кит уже его подчинённый. Вдобавок ещё и назвал его тело хилым.

— Хорошо, хочешь проверки способностей?! — Кит уже был заведён недавней стычкой и остыть толком не успел. — Тогда проверяй!

С этими словами Сеймур, вкладывая всю силу и накопившуюся на весь мир злость, нанёс максимально быстрый удар в лицо однорукого. В моменте он даже начал немного переживать — не переборщил ли. Однако, к его удивлению, кулак прилетел точно в раскрытую ладонь с гулким хлопком. Гарт даже не шелохнулся и лишь с раздражающей улыбкой смотрел прямо в глаза Киту.

Сеймур разразился серией ударов, в ход пошли не только руки, но и ноги. Он гордился своими умениями в рукопашном бою и решил использовать их по максимуму. К его разочарованию, это не принесло никакого результата. Сумасшедший фанатик Богов даже не уклонялся, принимая все атаки ладонью левой руки. Кит остановился, до него стало понемногу доходить, что Гарт не так прост. Если бы этот странный калека был на уровне Воина пятого ранга, то Кит бы его хоть пару раз, да зацепил. Это значило, что перед ним, как минимум Мастер.

— Хорошая скорость, даже очень. А вот физическая сила… Таких слабых Воинов я и не припомню, — однорукий смотрел задумчиво и абсолютно серьёзно. Его совсем не смутила эта вспышка эмоций и атака от Сеймура, будто это вполне естественно и всё так и должно было произойти.

— А я и не Воин, — Кит сам понимал, что это звучит, как детское оправдание, но ничего не мог с собой поделать — слова о его слабости сильно зацепили парня.

— Значит, обязательно нужно пройти экзамен. По моей оценке, ты уже давно перешагнул второй ранг. Подтянем немного твою силу и в следующем году можешь смело рассчитывать на третий.

— Спасибо, конечно, за похвалу… Мастер, — Кит немного проникся уважением к этому странному воину и обратился, как положено, — но мне не нужен наставник, да и о каком экзамене может идти речь, когда мы находимся в камере?!

Где-то позади товарищи избитой тройки начали оттаскивать бессознательные тела в угол к своей группе. Никто больше не решался приблизиться к разговаривающим Киту и Гарту. Заключённые даже побаивались поднимать взгляд в эту сторону и старались делать вид, что их вовсе не существует.

— Обращайся ко мне по имени или на ты. Между учителем и учеником особые отношения, и они не нуждаются в этих нелепых условностях.

«А ещё меня раздражает, когда ко мне обращаются, как к кому-то жалкому Мастеру» — добавил мысленно однорукий.

— Кит Сеймур, разве ты не хочешь стать сильнее? Разве ты сам не ощущаешь своих проблем с телом, своей слабости и ущербности в сравнении с другими Воинами? Почему ты пытаешься отказаться от того, кто назначен провидением, чтобы сделать из тебя по-настоящему великого бойца? Тем более, что вопрос с физической силой, в твоём случае, решается относительно быстро и просто.

Кит серьёзно задумался и не спешил отвечать. «А ведь и в самом деле, мне нужно стать сильнее, чтобы иметь нормальные шансы вернуться с этой войны. Этот Гарт действительно очень мощный мужик. Со всей своей скоростью я не смог заставить его даже поменять положение тела. Только чего он хочет на самом деле? Может, в своём двинутом уме он решит принести меня в жертву по велению божественных голосов? С другой стороны, если он задумает что-то такое, то я и противопоставить не смогу ничего» — мысли ворочались в голове, как тяжёлые валуны. Этот день принёс с собой слишком много испытаний.

— Какая твоя выгода? Что от меня потребуется и как я вообще могу доверять человеку, которого вижу в первый раз? — наконец высказался Сеймур.

— Какая выгода? — повторил вопрос мужчина. — Это часть моего предназначения. Выгода в том, что я останусь верен себе. От тебя потребуется выполнять мои указания со всей прилежностью и самоотдачей, на которую ты способен. Поверь, ничего порочащего твою честь или несущего тебе ущерб я не прикажу. К вопросу о том, как ты можешь мне доверять… — он усмехнулся. — Доверие или недоверие — это результат предыдущих действий. Просто пройди этот путь и посмотри, во что он выльется.

— Хорошо. Мне терять особо нечего, я согласен!

— Будто могло быть иначе! — улыбнулся однорукий. — А теперь нужно отдохнуть, я чувствую, что сейчас тебе это необходимо. С завтрашнего дня ты начнёшь свои тренировки.

Кит Сеймур ощутил необъяснимое спокойствие и уверенность, что с ним сегодня ничего уже не произойдёт. Он направился к стене между двумя группами заключённых и упал прямо на землю. Постелить под себя было нечего, но парню не привыкать к таким условиям. Во время обучения в «Снежных Барсах» они не раз устраивали выходы на открытую местность, где ночевать иной раз приходилось на снегу, а не то что на слегка прохладной земле. Кит думал о матери и о том, как она перенесёт известие, что её сын осуждён и будет отправлен на границу с Эронией. «А ведь у неё совсем скоро день рождения, хороший же подарок я приготовил» — пронеслось одним из последних в угасающем сознании. Накопившаяся усталость не позволила долго крутить в голове эти переживания, и Кита сморил сон.

Парню снились последние события, что произошли совсем недавно, только результаты их были совершенно иными. Некоторые сны были радостными, там он удачно завершал аттестацию, его даже хвалил сам Король под овации зрителей и награждал дворянской грамотой. Некоторые, наоборот, больше напоминали кошмары. В последнем сновидении бледный Найджил, проткнутый насквозь своим же клинком, кричал ужасным голосом: «За что ты меня предал, Сеймур, ты был моим лучшим другом!» Неясно было, что страшнее: крик Мисгейла или то, что он считал себя его товарищем.

Кошмар резко оборвался, а всё пространство перед взором Кита заполнил огромный камень его кулона размерами не меньше здания Великой Чаши. Сейчас он был не полностью чёрным, а немного прозрачным. В центре камня находился небольшой источник, испускавший лучи голубого цвета. Приглядевшись внимательнее, Кит рассмотрел, как к этому светящемуся средоточию подходят извилистые, практически незаметные каналы, по форме напоминающие молнии различной кривизны. Голубой свет пульсировал, и Кит интуитивно знал, что пульсации происходят в унисон с биением его сердца.

В паре метров от Сеймура между ним и этой конструкцией появилась девушка с длинными светящимися волосами. На ней был странный белый костюм, инкрустированный голубыми кристаллами. В её образе было что-то неестественное, она ощущалась больше эфемерным и воздушным существом, чем человеком из плоти и крови.





— Рада приветствовать Носителя, меня зовут Окси, и я ваш персональный Ментор. Как я могу к вам обращаться?

Сеймур не сразу понял, о чём его спрашивают, и некоторое время рассматривал нереальное окружение и саму Окси.

— Кит, — опомнился он, — Кит Сеймур.

— Кит, к сожалению, наш разговор не будет долгим, энергии хватит буквально на четыре минуты моего полноценного функционирования. Совсем недавно вашей жизни угрожала опасность, поэтому, следуя протоколу защиты, я высвободила накопленный резерв на устранение угрозы. К несчастью, вы находились на территории с активным полем абсорбции и подавления энергетических проявлений, что привело к критическому расходу энергии накопителя и в некоторой степени коснулось системы самообеспечения, — Окси говорила очень быстро, почти без пауз, которые обычно делает нормальный человек во время разговора.

— Если честно, то я почти ни слова не понял, — вставил фразу в этот скоростной монолог Кит.

— Прошу, не перебивайте. От этой информации зависит ваша жизнь и возможность моего дальнейшего существования. Из-за критического перерасхода были активированы протокол оценки потенциала Носителя и протокол собственной безопасности Ментора. Результаты оценки для вас неутешительны. На данный момент ценность носителя определена ниже ценности сохранения персонального Ментора. Извините, — Окси неестественно, показательно грустно улыбнулась. — Протокол собственной безопасности принял решение абсорбировать и ассимилировать на собственные нужды девяносто процентов энергии Носителя, невзирая на высокую вероятность угрозы гибели Носителя.

— Я всё равно ничего не понимаю, — начал раздражаться Кит. — Зачем мне всё это говорить, если я не могу этого понять?! Ты можешь сказать проще?

— Согласно протоколу, я обязана полностью озвучить текст предупреждения. Упрощаю. Протокол решил, что ваша жизнь, Кит Сеймур, менее ценна, чем моя сохранность. Физическая форма Ментора будет поглощать почти всю вашу энергию. В ближайшее время вы почувствуете слабость, а утомляться станете гораздо быстрее. Сейчас ваша первостепенная задача поднять количество энергии Ментора выше критического порога, тогда протокол снизит её поглощение. Я изменила программу вашего обучения и оставила там только информацию по увеличению выработки энергии человеком без магического источника.

— То есть ты будешь постепенно меня убивать, чтобы выжить самой?! — Кит был ошарашен такой откровенностью.

— Каждую ночь на тридцать минут вам будет доступен симулятор, — Окси не обратила ни капли внимания на заданный вопрос. — Обучающая информация будет отображена в нём же. Для использования остальных функций симулятора применяйте команду «Материализуй». С остальным разберётесь сами. Запас энергии на аварийные сообщения подходит к концу. Все вопросы вы сможете задать в будущем, если справитесь. Прощайте, Кит Сеймур.

Пространство со светящимся камнем начало быстро сжиматься в точку, теряя свои краски. Последней исчезла Окси, с лёгкой грустью смотрящая на Кита. Когда образы окончательно растворились, парень почувствовал, что просыпается. Он открыл глаза, осознав себя в тюремной камере. «До жути правдоподобный кошмар! Так и хочется поверить» — подумал он, глубоко вдыхая. В районе солнечного сплетения ощущалась тянущая пустота, которая немного настораживала. Это чувство одновременно и походило, и не походило на голод.

— Поешь немного, а то совсем бледный, — перед лицом возникла миска с похлёбкой, поставленная рукой Гарта. — Вчерашний ужин ты благополучно проспал, так что придётся есть холодное. Хотя и вчера это варево особо горячим не было. До завтрака ещё пара часов, за это время познакомимся поближе.

Кормили здесь, на удивление, неплохо. В похлёбке было достаточно мяса и овощей, поскупились только на дорогие специи. Скорее всего, такой рацион объяснялся скорой отправкой тюремного контингента в зону военных действий. Чтобы заключённые могли хоть как-то воевать, пищу подавали качественную и в достаточном количестве.

Несмотря на явное помешательство, Гарт оказался прекрасным собеседником. Он расспрашивал про мать Сеймура и их отношения, интересовался здоровьем брата и искренне сочувствовал Киту в его нелёгком обучении в элитной школе. Парень, сам того не замечая, рассказывал всё больше подробностей о своей жизни, о дружбе с Сэмом Накри и о той ситуации, которая его сюда привела. Даже больная для него тема смерти отца не была отставлена в сторону. Парень всё больше склонялся к мысли, что его лысый наставник не такой уж сумасшедший, а вполне адекватный и способный сопереживать человек со странностями.

Вскоре время подошло к завтраку. Кит знатно удивился, когда Гарт отдал свою порцию ему, но отказываться не стал. За какие-то пару часов он опять проголодался так, будто не ел целый день.

— Так, с твоей проблемой мне всё понятно, — сказал однорукий, когда с завтраком было покончено. — Твоё тело способно на большее, но ему не хватает жизненной энергии.

«Надо же, во сне тоже всё крутилось вокруг энергии, интересное совпадение» — промелькнуло у Сеймура.

— Чтобы её повысить, мы сейчас позаботимся о твоём рационе. Иди и сообщи вчерашней троице упырей, что они теперь должны тебе каждый день доставать дополнительную порцию завтрака, обеда и ужина.

— Да зачем мне их еда? Я не собираюсь им уподобляться. Ты ведь говорил, что задания не будут порочить мою честь, — возмутился Сеймур.

— А в чём здесь ущерб для твоей чести? Считай это своей добычей, взятой в бою, а их поступок должен быть наказан. И вообще, ты хочешь стать сильнее или предпочитаешь заботиться о благополучии этой шайки? Тогда нужно было ещё вчера отдать им свою рубаху!

Гарт умел убеждать, что-то такое проскочило в его тоне, что Кит и не подумал дальше перечить. Он отправился к Шраму, которого начало слегка потряхивать при его приближении. Убедить любителей лёгкой наживы перейти на более скромное питание оказалось достаточно просто. Впечатлённая вчерашними событиями шайка без проблем согласилась обеспечивать Сеймура добавочными порциями.

— А теперь мы начнём твои тренировки, — немного коварно улыбнулся наставник. — Ближайшее время ты будешь учиться правильно отдыхать.

— С этим у меня проблем точно нет! — ответил с усмешкой Кит. — Отдыхать я умею на впечатляющем уровне.

— Вот и посмотрим! А теперь бей меня, максимально быстро и приложи все свои невеликие силы, что есть в этом тщедушном тельце! — однорукий болезненно ткнул Кита пальцем в грудь.

Сеймура не требовалось просить дважды. Он вкладывал всего себя в каждый удар, пытаясь хотя бы, заставить сдвинуться Гарта. Эту задачу он поставил самому себе, как вызов. Хотелось доказать однорукому, что он не так слаб, как тот считает и при этом постоянно озвучивает.

Спустя десять минут запал начал угасать, а удары становились всё медленнее и слабее. Попытки добиться своего нахрапом не дали результата, поэтому Кит решил поберечь силы. Ещё оставались варианты провести внезапную атаку, когда учитель не будет этого ожидать.

— Что выдохся, слабак? Если бы ты был чуть сильнее, то, возможно, Накри не пришлось бы защищать тебя, как девчонку?

Эта фраза будто под дых ударила Сеймура. Теперь ему было плевать на вызов, хотелось затолкнуть эти слова обратно в глотку этому лысому уроду. Сейчас он бил с такой силой, будто хотел не просто прибить своего наставника, а пытался физически уничтожить каждую его частичку. Красная пелена застлала глаза, а моментами он даже рычал от ярости. Этих эмоций хватило ещё на двадцать минут безостановочных, но безуспешных попыток убить своего наставника. Кит нанёс последний удар и понял, что у него не осталось сил даже стоять. Он повалился на земляной пол и тяжело дышал, захватывая ртом мелкую витающую пыль. Гарт рывком поднял его и усадил спиной к стене, не позволяя снова упасть.

— Вот теперь ты по-настоящему выложился, — довольным голосом прокомментировал он состояние парня. — Сосредоточь своё внимание в центре груди. Слышишь меня?

Кит ощутил, как правую щёку обожгла резкая пощёчина. Сознание с большим трудом концентрировалось на наставнике. Последний час он руководствовался одной лишь звериной яростью, не пропуская в свой разум ни единой осознанной мысли.

— Видишь меня? Понимаешь? — Гарт сидел на корточках и придерживал ученика. — Сосредоточь своё внимание в центре груди. Чувствуешь, как с каждым вдохом твоё тело пытается что-то тянуть из внешнего мира. Это ощущение подобно голоду или такому желанному вдоху, когда выныриваешь из воды после долгой задержки дыхания. Ощутил?

— Да, — едва смог выговорить Кит.

— Держи всё своё внимание на этом чувстве и не смей отвлекаться или терять сознание. Твоя задача запомнить это ощущение максимально подробно, а в будущем научиться вызывать.

Сеймура хватило буквально на десять минут, а потом он просто отключился. Очнулся он только ближе к ужину. Перед ним стояло три порции похлёбки, которые он съел, как оголодавший дикий зверь. В желудке при этом не возникло и малейшей тяжести. В какое-то мгновение Кит поймал себя на сожалении о том, что на него напало так мало людей, ведь тогда трофейной еды могло бы быть больше.

— Ну что, пришёл в себя? — рядом возник наставник, участливо наблюдающий за учеником.

— Пришёл. Это было жестоко, — ответил Кит.

— По-другому не получится, мой юный ранимый ученик, — несмотря на слова, сочувствия в голосе Гарта не было ни на грамм. — А теперь вспоминай и пытайся вызвать то чувство…





***





— Ты хоть понимаешь, что натворил, идиот?

Найджил Мисгейл прикрывал рукой левую половину лица, горящую маковым цветом после звонкой пощёчины. Отец и сын стояли друг напротив друга, и со стороны могло показаться, что герцог стоит перед своим зеркальным отражением, только более молодым, чем он сам. Та же аристократическая бледность, те же черты лица, такие же голубые глаза и тёмные волосы. Сейчас они находились в своём родовом поместье в рабочем кабинете герцога. Это помещение было оборудовано магической звукоизоляцией для важнейших переговоров, поэтому Винс Мисгейл, герцог Боннийский не стеснял себя в крике и проявлении эмоций.

— Отец… — начал говорить дрожащим от обиды голосом Найджил, но его слова прервала новая хлёсткая пощёчина.

— Что отец?! Что? — от ярости старший Мисгейл и сам был уже красным как рак, а гортань сводило судорогами гнева, и речь выходила прерывистой. — Ты при свидетелях пытался убить человека, в котором лично, лично заинтересован Король! Ты понимаешь, как подставляешь наш род?!

— Свидетели были предупреждены заранее, — буркнул сын. — Они скажут, только то, что я хочу.

— Какой у меня умный и предусмотрительный наследник, — голосом, полным сарказма, заметил герцог. — Среди твоих надёжнейших людей был Эйрих Клигон. А угадай, кому уже сделал предупреждение не трогать этого человека личный советник Короля? Не буду мучить твой ущербный мозг. Именно Клигонам было сказано не лезть куда не следует. И очень скоро, а может, прямо сейчас юный лер-граф будет рассказывать Монарху абсолютную правду о том, что случилось, ведь иначе Его Величество просто разорит, а затем уничтожит их род. Но даже не в свидетелях дело. Король откуда-то знает, что всему виной именно мой непутёвый сын, и Сатис Брингс уже намекнул о грядущих неприятностях именно нам.

— Да кому вообще мог понадобиться этот нищий лер-барон Накри? — взорвался Найджил. — Да, я его ранил, но не убил же! Выплатим виру, и они заткнутся, при этом все останутся довольны.

— Я говорил тебе, что ты идиот? Повторю это ещё раз и добавлю, что не стоит считать идиотом Его Величество! Обычно это плохо влияет на продолжительность жизни и положение в обществе. Человек, в котором заинтересован Монарх не Накри, а Кит Сеймур! Ты испортил наши отношения с Сиринеусом Вторым из-за какого-то простолюдина. Как тебя вообще мог зацепить обыкновенный смерд? Вы живёте практически в разных мирах, любые его слова или действия для тебя должны быть тише шёпота рыб на дне океана! При этом ты не смог довести свою месть до логического конца. Ты прогневил Государя, ты чуть не убил лер-барона и повесил на наш род виру, а в конце опозорился, не достигнув того, что было сделать проще простого. Я очень разочарован в тебе Найджил!

— Кит Сеймур? Смерд, которым интересуется Король? — едва слышно пробормотал поражённый лер-герцог.

— Да, — сказал уже немного успокоившийся Винс. — Я попросил Его Величество не отменять решение суда, чтобы не позорить наше имя ещё больше. Это обошлось мне очень и очень дорого, но наша репутация дороже. Я был с тобой слишком мягок в последнее время. Ты мой единственный сын, наследник. Я очень редко видел тебя за эти десять лет и старался потакать во всём в период наших коротких встреч… — герцог на пару секунд замолчал. — Теперь у тебя будет более суровое обучение и больше не жди от меня снисхождений!





Глава 15: Воронка пустоты


«Похоже, Ментор внедрился внутрь его тела и сейчас буквально пожирает парня изнутри. Даже связаться с ним не получается», — Гарт держал ладонь на груди отключившегося после тренировок Кита. «Впервые сталкиваюсь с таким. Помогать напрямую я не имею права, а значит, придётся задержаться тут дольше, чем на месяц. В итоге он либо справится, либо я заберу Ментора с его тела», — однорукий несколько расстроился этой задержкой. Но были и плюсы в этой ситуации: впервые за долгое время ему не было скучно, а роль загадочного наставника и вовсе приводила в восторг.

Кит в это время уже находился в царстве сна. Радужные видения оборвались на самом интересном моменте. Он оказался в той самой тюремной камере, где и должен был быть, но при этом чётко осознавал, что всё ещё спит. Только Кит собрался осмотреть пустую камеру, как перед глазами появились надписи. Куда бы Сеймур ни перемещал свой взгляд, текст неизменно следовал за ним:

«Добро пожаловать в симулятор! Это маго-технологическая система является важной частью вашего Ментора. Симулятор предназначен для…»

— Что за… Получается, что тот сон был правдой?! — Кит был немного шокирован и напуган.

«…обучения различным дисциплинам и навыкам путём встраивания в сновидение. Для удобства и лучшего понимания материала в данной среде предусмотрено текстовое, звуковое и образное изучение информации. После каждого занятия симулятор позволяет материализовать различные образы для закрепления пройденного».

— Не сожгли бы меня потом на костре за такое, — Сеймуру невольно вспомнились жуткие истории о Единой Церкви. — А может, я просто перенапрягся? Если начну чувствовать слабость без повода, как говорила Окси, тогда уже и буду считать всё это правдой, а пока лучше не забивать голову. Так спокойнее.

Интерес всё же пересилил опасения, но исследованию симулятора мешали нагромождения обучающих записей, закрывающие весь обзор. Избавиться от полотна текста не получилось, и Кит решил-таки ознакомиться с тем, что предлагалось к изучению. Спустя пять минут он прочёл его до конца. Оказалось, что там не так уж и много написано. В записях была информация о том, как человеку без развитого магического источника увеличить количество своей энергии. Большая часть советов была банальна и интуитивно понятна. Помимо этого, было рассказано о связи выработки энергии с употреблением большего количества пищи, с нормальным сном, с интенсивными физическими нагрузками, чередующимися с отдыхом. Из интересного оказалось то, что некоторые эмоции способны увеличить её производство, а некоторые, наоборот, уменьшить. Список, соответственно, прилагался. Из непонятного был раздел, про внешние излучения, которые могли в определённых ситуациях значительно повысить показатели роста. Дальше приводился ещё один список, который показался Сеймуру набором ничего не значащих слов и букв. На этом всё и заканчивалось.

Стоило прочитать предложенную информацию до конца, как текст стал прозрачным и перестал следовать за взглядом. Однако Кит на уровне интуиции чувствовал, что стоит лишь захотеть и всё вернётся. Сейчас, свободным от помех взором Сеймур ещё раз осмотрел помещение. Да, это была точная копия камеры, в которой находилось его спящее тело. «Если сон с Окси был правдой, то получается, обучение я только что прошёл и сейчас нахожусь в симуляторе. А ещё она упоминала одну команду, с которой я должен был разобраться», — вспомнилось ему.

— Материализуй, — Кит решил попробовать сразу с неё.

В этот же миг перед ним появился расплывчатый силуэт с лицом Окси. Весь он был какой-то несуразный и совершенно непохожий на то, что он видел в прошлый раз. Стоило ему удивиться этому факту, как образ тут же растворился без следа. За следующие десять минут путём проб и ошибок Кит выяснил, что после озвучивания команды «материализуй» перед ним появлялся предмет, который он сосредоточенно представлял у себя в голове. Чем точнее работало его воображение, тем более реалистичным был появляющийся предмет или образ. Проще всего удавалось представить учебный меч, с которым Сеймур почти сроднился за последние десять лет. Он мог ощутить даже вес клинка и рельеф кожаной оплётки на рукояти. Хуже всего получались образы людей.

Ещё одним минусом было то, что и после материализации предмета приходилось поддерживать его приблизительный образ в своём воображении. Не обязательно таким же точным, как перед его появлением, но достаточно подробным, а иначе всё исчезало.

— Штука, конечно, занятная, но пока не очень полезная, — высказался он вслух. — Хотя, если научиться уверенно держать образ в своей голове, то здесь можно попробовать тренироваться или изучать новые связки.

На этом время симуляции подошло к концу, и Кит, просыпаясь, ощутил холод земли, который за ночь успел сделать мышцы деревянными и скованными. Немного размявшись и разогрев застывшие мускулы, Сеймур принялся за завтрак, который персонально для него был в тройном объёме. Третью порцию утром и в обед ему отдавал сам Гарт, довольствуясь одним лишь ужином. Он утверждал, что ему не требуется так много еды для нормального самочувствия. В этот день Кит ещё раз убедился в правдивости сна. Он заметил, что слабеет прямо на глазах, даже если совсем ничего не делает. Это удручало. Получалось так, что добавочное питание не давало того эффекта, на который рассчитывал Гарт, а лишь помогало справиться с постоянной потерей энергии.

Следующую неделю Кит жил по одному распорядку, не меняющемуся изо дня в день. Обильный завтрак утром, спустя час тяжелейшая тренировка, где Гарт правдами и неправдами выжимал из него все силы, следом Кит запоминал тянущее ощущение в груди и пытался удержаться в сознании, как можно дольше. Он снова приходил в себя только ближе к ужину. Приём пищи и попытки вызвать эту сосущую пустоту в груди, ужин и новые попытки тянуть энергию. Единственной радостью было наступление ночи и практика в симуляторе. Каждый раз появлялся один и тот же текст, который Сеймур уже заучил практически наизусть. Быстро пробежав его глазами, он приступал к тренировкам. Хотя тренировками это назвать было трудно, по большей части это походило на игру, где парень пытался удержать какой-нибудь новый образ в своём воображении, максимально долго.

За какие-то семь дней Кит ощутил немалый сдвиг в своём развитии. Сила ударов неплохо возросла, а атаковать наставника с полной отдачей получалось всё лучше. Последнюю пару дней тот даже не оскорблял и не провоцировал своего ученика. Ещё он наконец-то научился сознательно вызывать и поддерживать длительное время то тянущее чувство в центре груди. Однорукий называл это навыком создания пустоты. Сеймур заметил, что когда он создаёт эту самую пустоту, то почти не устаёт в таком состоянии и чувствует себя так же, как до того первого злосчастного сна. Да, были и минусы. Кит никак не мог смириться с той мыслью, что кулон теперь тянет из него все силы. Теперь, чтобы ощущать себя нормально, приходилось концентрировать внимание на пустоте, а стоило заняться чем-то другим, как силы его покидали. Сила вроде как и выросла, но применять её длительное время не получалось, необходим был хоть какой-то запас энергии.

За это время в камере прибавилось народа, каждый день появлялся минимум один новенький. На сегодняшний день в ней было около тридцати человек и становилось немного тесно во время тренировок. Само собой, тесно становилось остальным заключённым, так как Гарту было глубоко плевать на их удобства, и он гнал всех в другую половину камеры. «Старички» уже привыкли и каждое утро после завтрака сами собирались ближе к выходу, а новенькие чаще подчинялись стадному инстинкту, чем начинали качать права.

К вечеру прозвучала неприятная для большинства, но явно обрадовавшая Гарта новость. Один из охранников, раздававший еду, мрачно пошутил: «Начинайте потихоньку собирать вещи, завтра вы отправитесь на фронт. Постарайтесь ничего не забыть, ведь сюда вы вряд ли вернётесь».

На следующий день, после очень плотного завтрака, заключённых стали тройками выводить из камеры. Кит с Гартом покинули помещение одними из последних. Эти обшарпанные стены и земляной пол уже настолько осточертели им, что любые перемены казались благими. Ещё одним приятным событием стало то, что Сеймуру выдали обувь. Это навело на мысль о длительном переходе, раз такую заботу проявили к заключённому. Чуть позже он укрепился в этом выводе, когда не заметил более ни одного босого, хотя до этого каждый второй в камере светил голыми пятками. В тюремном дворе, выложенном каменной брусчаткой, стояло три огромных телеги, заполненных каким-то скарбом. Тут же неподалёку работала походная кузница. Трое мастеровых клепали на узников кандалы и сковывали на одну цепь по двадцать человек. Как только набиралась такая двадцатка, охранники впрягали людей, будто тягловый скот в телегу.

Все приготовления заняли не больше часа, было видно, что этим занимаются не впервой и каждое действие отработано до мелочей. Стоило закончить с последней телегой, как за дело взялись конвоиры. Кит насчитал пятнадцать охранников и одного начальника конвойной бригады: все они передвигались на лошадях. Командир отдал приказ, и конвой погнал людей, будто отару овец. Над головами невольников разносилась непрестанная ругань конвоиров и свист хлыста.

Это было очень унизительно, и раньше Сеймур уже наверняка бы кипел от злости, но сейчас его положение не позволяло отвлекаться. Стоило ему на какое-то время перестать удерживать ощущение пустоты, как он начинал чувствовать неумолимо подступающую слабость. В тюремных условиях заниматься было гораздо проще, там не было необходимости подстраиваться под шаг, тянуть за собой груз и абстрагироваться от внезапных криков охраны. Поэтому Киту приходилось концентрироваться сразу на нескольких вещах и стараться удержать это всё в своём сознании. На удивление, в этом деле помогли навыки, приобретённые во время игр в симуляторе, которые казались на тот момент совершенно бесполезными.

В таком отрешённом от всего мира состоянии Сеймур двигался долгие часы. Каждый привал он встречал с такой радостью, которой прежде не испытывал даже по праздникам. Паёк на время перехода был несколько увеличен, но о дополнительных порциях пришлось забыть. Первый день совсем не отложился в памяти Кита. Запомнились лишь короткие привалы, приносившие облегчение и бесконечно тянущееся время движения с изматывающей выносливость нагрузкой.

После вечернего привала конвойная команда решила остановить обоз на ночёвку. Место выбрали на небольшом покрытом зеленью холме. Три телеги установили в круг, как обычно, делали при длительных остановках. Погода, к этому моменту, начала стремительно портиться: на небе собрались тяжёлые иссиня-чёрные грозовые тучи, а порывы ветра становились всё сильнее.

Конвоиры разбили палатки и не особо переживали о начавшем накрапывать мелком дождике. Заключённым же пришлось ютиться под телегами. Это не защищало от промозгло-холодного ветра, но хотя бы прикрывало от дождя. Двадцать человек жались друг к другу, пытаясь сохранить крохи тепла. В эту ночь невольники были сплочёнными, как никогда прежде.

Кит отключился почти мгновенно. После пары-тройки беспокойных снов, он, как обычно, попал в симулятор. Теперь для него это «место» стало ассоциироваться с неким убежищем. Здесь не болело тело, уставшее от дневной нагрузки, разум был ясен и чист, а сознанию не требовалось концентрироваться на куче вещей, чтобы просто выжить.

Сегодня он решил провести небольшой эксперимент. Кит захотел попробовать создать пустоту в своём воображении, а затем материализовать и посмотреть, что из этого выйдет. Подготовка не заняла много времени и, на удивление, всё получилось, как нужно с первого раза. Рядом с парнем появился серо-голубой вихрь из линий, который втягивал сам себя и одновременно какую-то голубую энергию из окружающего мира в бесконечном вращении. Чем-то он напоминал воронку водоворота, расположившуюся в вертикальной плоскости. После создания этого образа, в голове Сеймура будто что-то щёлкнуло. Вглядываясь и одновременно ощущая воронку, он стал лучше понимать, что этот навык делает, как проще вызывать и сохранять его действие в рабочем состоянии.





Поддерживать существование пустоты в симуляторе было значительно проще, чем в жизни, и Сеймур, не теряя концентрации, учился ходить, делать какие-то простые движения руками и даже небольшие связки ударов. Эксперимент завершился огромным успехом, оставалось попробовать применить всё это на практике в реальности.

Следующий день дался Киту значительно легче, так как полученный ночью опыт, неплохо помогал с концентрацией на пустоте. Достаточно было представлять внутри себя эту серо-голубую воронку, чтобы поддерживать состояние на требуемом уровне. Теперь он мог обращать часть внимания на окружающий мир и хоть немного ориентироваться в пространстве. На какой-то период в его теле установился хрупкий энергетический баланс. Он не уставал от поглощающего его силы камня, но физические нагрузки и поддержание концентрации никто не отменял. В итоге он почти пришёл к тому состоянию организма, что было у него до нападения Мисгейла.

Колона неспешно двигалась на северо-запад по широкому тракту. Холмы и поля сменились лесостепью, а ближе к вечеру они вышли к подножью горного хребта. Судя по направлению их движения, эти горы назывались Южным Защитником, а значит, совсем скоро им придётся пересечь небольшой участок Хелевой Пустоши, чтобы добраться до точки назначения.

— Привал! — донёсся спереди голос командира конвойной бригады, когда до границы с песком оставалось около двухсот метров. — Подготовить телеги к переходу. Райк, выбери место для ночлега, по готовности телег будем разбивать лагерь. Элрис, Шард, — разведать маршрут на километр.

Конвойная команда тут же зашевелилась, на колёса телег начали натягивать широкие кожухи из шкуры какого-то животного, имевшего плотную и жёсткую шерсть. Кто-то из бывалых невольников пояснил, что это необходимо для того, чтобы тяжёлые телеги не вязли своими узкими колёсами в песке. Неподалёку начали разводить костры походной кухни, а несколько стражников разбивать палаточный лагерь для конвойной бригады. Времени до заката солнца было ещё изрядно, но командир не рискнул сунуться в Пустошь под вечер.

Невольники, оставшиеся не у дел, были согнаны под телеги и находились под присмотром не занятыми подготовкой лагеря конвоирами. За этот день они ещё не успели вымотаться, поэтому тут и там начинались тихие разговоры.

— Мне дед говорил: «Никогда не суйся в Пустошь, там был предательски убит величайший из Древних. Он, смертельно раненный лучшим другом, проклял те земли на многие километры, и каждый ступивший на них помрёт страшной смертью!» — решил поделиться один пожилой заключённый.

— Врал твой дед, чтоб ты не лез куда ни попадя. Вон конвоиры по два раза на месяц бегают и хоть бы хны. Видал те румяные рожи? — спросил рыжий с побитым оспинами лицом.

— Мне один дикий купец рассказывал, — влез в диалог третий, — что эта Пустошь не так просто Хелевой зовётся, и что по миру их десятки существует. Так вот, Хелева она потому, что здесь сражалась Богиня Хель с Богиней Деей. От давнего удара Повелительницы мёртвых, здесь до сих пор всё пропитано силой смерти, но если идёшь по Пустоши днём, то свет солнца спасает.

— Я имел знакомство с одним магом, так он говорил, что здесь больше постаралась сама природа… — донеслось из другого конца.

— Знакомство с магом он имел. — через смех опять послышался голос рыжего — Ещё расскажи, как тебе магистр Академии Магов докладывал.

Тут и там начинались обсуждения, вспыхивали споры, а где-то просто травили байки, но так или иначе, все они касались Пустоши. Кит и сам слышал немало версий от различных знакомых, но не отдавал предпочтения какой-то конкретной. Лишь в одном сходились почти все варианты: если находиться в Пустошах больше суток, то человек либо сразу умирет, либо имеет длительные и серьёзные проблемы со здоровьем.

— Как чувствуешь себя, ученик?

Кит дёрнулся от неожиданного вопроса, он не заметил, как совсем рядом с ним будто из ниоткуда появился Гарт. А учитывая, что все они по-прежнему оставались скованы одной цепью, то было вообще непонятно, как он подкрался так близко.

— Сегодня лучше. У меня начало получаться сохранять концентрацию на пустоте и при этом не теряться при каких-то простейших действиях вроде ходьбы. А вот рассказывать это сейчас и удерживать навык даётся с большим трудом.

— Поразительный прогресс! Видимо, я куда лучший наставник, чем сам считал до этого. В своё время я добился похожих результатов лишь на второй месяц практики, — довольно улыбнулся однорукий. — Скоро мы будем пересекать Пустошь, — продолжил он, вмиг став серьёзнее. — постарайся уделять дополнительное внимание округе.

— Нам что-то грозит?

— Скажем так… Создание пустоты имеет одну особенность, которая может помешать комфортному путешествию в Пустошах, но в данный момент маловероятно, что произойдёт что-то плохое. Я просто перестраховываюсь, поэтому продолжай тренировку, но будь настороже.

«Он даже не догадывается, что без поддержания навыка я вряд ли пройду сейчас больше ста метров. Так, что даже несмотря на возможные неприятности, мне жизненно необходимо его практиковать» — немного нервно подумал Кит и кивнул.





***





— Ваше Величество, в Реддинге растёт недовольство среди народа.

Сиринеус Второй принимал доклад личного советника в малом кабинете Короля своего столичного дворцового комплекса. Сатис Брингс уже заканчивал и оставил тему Реддинга на самый конец.

— Недовольство Короной?

— Ни в коем случае! Народ недоволен высшим дворянством в связи с последними событиями, связанными с Китом Сеймуром.

— Это хорошие новости! Я всё жду, когда ты меня порадуешь уже чем-нибудь подобным, только происходящим в столице, — тон стал требовательно-недовольным и Монарх испытующе посмотрел на Сатиса.

Советник изрядно напрягся от одной лишь интонации. У Сиринеуса частенько случались перепады настроения, которые в лучшем случае могли добавить на голове седых волос, а в худшем убавить наличие самой головы.

— Ладно, расслабься, — усмехнулся довольный эффектом Монарх. — Но к следующему докладу я хочу знать о переменах в Барсау, а не Реддинге. Что там с недовольствами?

— Недовольства… — Брингс взял небольшую паузу, чтобы справиться с возникшим волнением. — Недовольства пока незначительные и не выливаются в конкретные действия. По городу гуляют слухи, что к любимчику из народа Сеймуру отнеслись предвзято на прошедшей аттестации, а после, на судебном процессе избавились от неугодного простолюдина. Суд проходил открыто, как это обычно и проводится для неблагородных, в связи с этим и появились первые слухи, которые довольно быстро ушли в массы. Винят во всём, в первую очередь, герцога Боннийского Винса Мисгейла.

— Напомни мне позже издать указ о проведении закрытых судов, если хоть один из участников принадлежит к благородному сословию. Продолжай.

— Так вот, пока волнения незначительные и все шишки летят в Мисгейла, но позже эти возмущения могут отразиться и на вашей репутации, — эту фразу советник произнёс немного опасливо.

— Продолжай! Что я из тебя всё тяну? Какие варианты есть, что сам придумал?

— Мне видится несколько способов разрешения этой будущей проблемы. Можно инициировать повторный суд и повесить всех собак на герцога — это сильно ударит по его авторитету, однако может подтолкнуть к открытому противостоянию. Ещё один вариант — это сделать козлом отпущения судью по этому делу. Однако это может сильно ударить по системе правосудия Вергуса и утрате доверия к ней. И третий вариант — амнистия Сеймура, по поводу праздника, или прихоти Монарха, который впечатлился парнем, так же как и его народ, или просто по знамению небес. Один из самых больших минусов — это создание прецедента и возможность появления всевозможных просителей к Вашему Величеству.

— Очень хотелось бы скинуть всё на Мисгейла, но у нас с ним имеется договорённость, поэтому его я привлечь не могу. А так я был бы даже рад открытому противостоянию. Это гораздо проще того, чем мне приходится заниматься сейчас. Вешать всё на судью тоже отпадает! Жители Вергуса и в мыслях не должны сомневаться в безукоризненной работе государственных институтов. Получается, ты подталкиваешь меня к амнистии? Хорошо, но сделай это без знамений и откровений, полученных от Богов. Пусть это будет личное желание Короля, который слышит чаянья своего народа, понимает его и очень близок к нему. Вдобавок прощает этот тяжкий грех не просто так, а за верную службу. Ну ты разберёшься…

— Будет исполнено, Ваше Величество! — бодро ответил советник.

— И ещё… Не торопись с этим, пусть недовольство высшим дворянством вырастет до максимума, а только потом придёт милостивый и справедливый Король!

— Всенепременно, Ваше Величество!





Глава 16: Хелева Пустошь


У Кита засела какая-то непонятная тревога в груди. Было ощущение, что что-то не так с самим местом их стоянки. Вокруг, куда ни взгляни, расстилались песчаные барханы, солнце стояло в зените и нещадно жгло голые плечи Сеймура, ведь рубашки у него больше не было. Всего через час после восхода оковы раскалились до ненормальных температур от палящего солнца и начали жечь руки. Сеймур по примеру других порвал свою рубаху на лоскуты, чтобы обернуть ими железные полосы.

Примерно пять часов назад конвой зашёл в Хелеву Пустошь, прямо с первыми лучами солнца. Наверняка командир отряда хотел преодолеть её максимально быстро, поэтому всех подняли очень рано. Стоило пересечь нечёткую границу между предгорьями и пустыней, как Кит начал ощущать, что состояние пустоты даёт ему значительно больше энергии. С каждым шагом вглубь пустоши это чувствовалось всё лучше и лучше. Спустя час пути по пескам многие заключённые уже ругались сквозь зубы на сложность дороги и проклятые телеги, которые приходилось тащить. Сеймур же с удивлением осознал, что за это время совсем не устал, а даже стал несколько бодрее и энергичнее, чем обычно.

«Если Гарт говорил об этой особенности, то мне ничего не стоит перестать концентрироваться на навыке, энергии хватает даже с запасом. Похоже, это будет самая лёгкая часть пути!» — подумал он с некоторым удовольствием.

Спустя пять часов непрестанного движения, командир нехотя объявил привал. Он хотел проскочить Пустошь без единой остановки, но невольники, тянущие телеги, не справлялись. Сначала самые слабые заключённые просто оступались и выбивались из ритма, и со стороны казалось, что ничего страшного в этом нет. Подводы, хоть и подёргивались, однако шли своим чередом. Но Кит прекрасно чувствовал, насколько увеличивается нагрузка на остальных, когда-то один, то другой тянущий выпадает из ритма. Вскоре люди устали настолько, что не смогли осилить подъём на очередной бархан, а телега покатилась обратно, увлекая за собой весь запряжённый в неё народ. Обошлось без травм, но двигаться дальше было уже невозможно. Командиру пришлось объявлять привал и разбивать небольшой лагерь на песках Пустоши.

После обеда начальник конвоя, скрепя сердце, выделил ещё один час на отдых. Счастливые каторжане забрались на свои привычные места под телегами, где тень давала хоть какую-то прохладу. Дежурным конвоя повезло меньше: их шестёрка была рассредоточена в пятистах метрах вокруг временной стоянки и оглядывала окрестности на предмет всевозможных угроз. Остальная конвойная бригада, включая командира, пряталась от солнца в своём палаточном городке. Даже для лошадей, не занятых дежурными, нашлось укрытие — тент под стойло собирали в первую очередь.

Именно в этот момент, находясь в тени подводы, Кит почувствовал серьёзное, но казалось, беспричинное беспокойство. С энергией всё было в порядке и сил хватило бы ещё на три таких перехода, а тело не выказывало признаков усталости. Но на душе почему-то было очень неспокойно. Отвратительно свербящее ощущение угрозы не хотело уходить, заставляя Сеймура озираться.

Вдоль позвоночника прошла лёгкая неприятная дрожь. «И это в такую-то жару!» — подумалось парню. Через пару секунд вибрация повторилась, затем ещё раз и ещё. В этот момент Кит начал понимать, что причина его ощущений вовсе не холод, а нечто шевелящееся под толстым слоем песка. Оно перемещалось где-то прямо под ними, заставляя дрожать песок и всё на нём находящееся. В этот момент несколько человек тоже почувствовали неладное и начали нервно оглядываться.

В пяти метрах от Кита, прямо перед ним начала образовываться небольшая песчаная воронка. Заметившие это заключённые тут же стали отползать глубже под телегу, выталкивая остальных на противоположную сторону. Сеймур не был исключением и пытался убраться как можно дальше от того, что стремилось выбраться наружу. Так как он был одним из ближайших к воронке, то успел разглядеть появляющийся чёрный хитиновый панцирь.

На крики невольников, наконец, обратили внимание в палаточном городке, что находился в тридцати метрах от злосчастной телеги. Появившийся из-за палатки конвоир хотел было прикрикнуть на обнаглевших заключённых, когда на месте воронки будто раздался взрыв из песка и выскочил огромный матово-чёрный скорпион. Он был около трёх метров в длину, но при этом не очень высоким. Такой пусть и с трудом, но должен был пролезть под телегой, где прятались от жары невольники. Охранник, заставший появление скорпиона, тут же исчез в палатке с диким визгом.





Подводу, за которой пряталась группа каторжников, начало заваливать набок в сторону осыпающейся ямы и выбравшегося оттуда скорпиона. Падающая на него громада заставила монстра отскочить. Это дало время заключённым хоть немного сориентироваться и попытаться распутать общую цепь, которая при паническом бегстве сплелась самым невообразимым способом. Но двигаться всей группой было почти невозможно, сейчас эти двадцать человек больше напоминали змею, которая связала сама себя в хитрый узел и теперь не могла пошевелиться.

Скорпион, отскочив от угрозы, замер на считаные секунды, словно оценивая своё положение. Он слегка повёл громадными хелицерами и определил ближайшую группу в свою добычу. Упавшая телега открыла проход к людям и больше не предоставляла никакой защиты. Как только монстр понял, что ничто не стоит между ним и его пищей, он бросился вперёд.

Кит увидел, как на него несётся хищная чёрная тварь, и от осознания беспомощности его практически парализовало. Руки были перекручены между собой, а оба конца цепи от оков и вовсе уходили куда-то за спину. Сеймур почему-то сразу понял, что скорпион выбрал жертвой именно его. Хитиновый монстр приближался очень быстро и уже огибал поваленную подводу. Почему-то в голове очень ярко возник образ Криса. Он с досадой вспомнил, что хотел научить его кузнечному ремеслу, как когда-то отец обучал его самого. Киту показалось до жути несправедливым, что парень не получил этих знаний от отца, а теперь не получит и от брата. Мысли проносились вспышками. Глупые. Обидные. Злые.

Всё произошло невероятно быстро. Скорпион оказался всего в двух метрах от него, а хвост с ядовитым жалом уже летел в атаку. Сеймур приложил все усилия, чтобы уйти влево, и потащил за собой ближних к нему людей, скованных друг с другом намертво. Хвост пробил насквозь бедолагу, что был справа, которого Кит невольно подставил под удар. Монстр пПустоши, пытаясь вытянуть застрявшее жало, стал тянуть за собой всю группу целиком, но это оказалось для него непосильной задачей. Кит видел, как хитиновые клешни упираются в песок для большей устойчивости тела, а хвост буквально на глазах начинает освобождаться. Если скорпион получит свободу, то всем им не жить. Несмотря на страх, Сеймур схватил участок цепи, залитый кровью, и на несколько витков обмотал последний сегмент хвоста почти у самого жала. Он схватился за оба конца цепи и повис на ней всем весом, чтобы та не могла слететь.

У скорпиона сработал животный инстинкт, требующий в первую очередь освободить конечность, а уже потом думать о нападении. Это спасло оставшихся заключённых. Пока монстр пытался совладать с весом двадцати человек, при этом активно упирающихся, подоспели конвоиры, вооружённые длинными копьями. Пробить голову едва движущейся цели не составило труда для бывалых стражей, что пришли на выручку первыми.

Даже после убийства монстра Кит изо всех сил натягивал два конца цепи. Около минуты конвоирам пришлось до него докрикиваться, чтобы объяснить, что всё кончилось. В тот момент в эмоциях парня бурлил такой коктейль, что он и сам до конца не понимал происходящего вокруг и для чего он всё ещё держит хвост.

Убитого освободили от оков самым радикальным методом — два уверенных удара мечом. Другого способа в этих условиях не было. А если бы и был, то вряд ли что-то поменялось. Поваленную телегу вытащили силами всех трёх групп заключённых. Это было сделано так быстро, будто проводилось ярмарочное соревнование на скорость. Лагерь собрался за считаные минуты и двинулся к своей цели. Труп гигантского скорпиона поместили на самую незагруженную телегу — это была очень ценная добыча, и никто бы так просто не оставил дорогую и редкую тушу. Неудачливый заключённый, к сожалению, таких почестей не удостоился. Впервые за этот поход, невольники тащили свой груз с таким рвением. Всех подгонял страх.

У Сеймура перестало получаться поддерживать состояние пустоты — концентрация постоянно сбивалась, а перед глазами появлялась лицо убитого с широко раскрытым ртом и застывшей гримасой предсмертного ужаса. Благо сама Пустошь, будто подпитывала тело, и Кит, не чувствуя усталости, двигался вперёд и тащил подводу вместе с остальными. Стоило пустыне закончиться, как командир тут же объявил привал. Сегодня они не планировали двигаться дальше, все были вымотаны до предела.

— Ты сделал правильный выбор, Кит, — обратился к парню во время раннего ужина Гарт. — Если бы ты позволил себя убить, то невелика вероятность, что кто-нибудь из этой группы выжил. Не считай себя убийцей, просто тому парню не повезло, — он говорил, нисколько не стесняясь остальных ужинавших.

— Я не считаю себя убийцей, но у меня был выбор. При этом я понимаю, что поступил правильно, но принять это не так просто.

— Что же, это ещё один урок. Научись принимать последствия сделанного тобой выбора. Не важно, верный или нет, но он уже сделан и этого не изменить.

После преодоления Пустоши конвою потребовалось ещё два дня, чтобы добраться до расположения двенадцатого батальона. За это время Кит полностью восстановил душевный порядок и принял для себя решение более не жалеть о сделанном. Прошлого не вернуть, а жить нужно здесь и сейчас.

Солнце уже начинало клониться к закату, когда перед колонной выросли стены большого форта. Конвой запустили по подвесному мосту через основательные ворота во внутренний двор. Подоспевшие местные неслабо удивились, заметив тушу огромного скорпиона на самой первой телеге, и уже активно расспрашивали конвоиров. Пока раздували походную кузницу, заключённые успели выгрузить содержимое подвод прямо на землю во дворе. Дальше скарб разгребали по кладовым уже сами обитатели форта. Кузнецы умело и аккуратно снимали цепи и оковы с невольников, а стража сопровождала по три-четыре человека в очередной застенок. Вечером был ужин из похлёбки, которая точь-в-точь повторяла по вкусу ту, что подавали в тюрьме Реддинга.

Утро в форте началось совсем не с завтрака. Солнце ещё только начинало появляться из-за горизонта, когда всех новеньких построили на плацу под прицелом группы лучников. Утренний воздух холодил голый торс Сеймура лёгким ветерком. Никто так и не удосужился выдать новые рубахи тем, чьи вещи истрепались за дорогу. Многие так же, как Кит, предпочли порвать последнюю одежду на лоскуты, чтобы обмотать ей стальные оковы. Так, они не сбивали руки в кровь и не жгли кожу, когда сталь раскалялась солнцем. Поэтому строй сейчас состоял почти полностью из полуголых мужчин. Больше всего выделялся Гарт, который умудрился каким-то образом пройти всю дорогу, не испортив и не испачкав костюма.

Напротив стоял десяток людей в качественных доспехах со стальными пластинами, нашитыми на кожаную основу. Поверх доспехов были надеты красные тканевые накидки без рукавов с гербом Вергуса: пять звёзд над одной короной. Все были при мечах, но без щитов и шлемов. По осанке и позам сразу становилось понятно, что это не рядовые бойцы, а кто-то имеющий отношение к командованию.

— Так, — выдвинулся вперёд светловолосый воин и оглядел строй невольников, — сразу беру вот этого детину! — он ткнул пальцем на самого большого парня среди прибывших.

— Торксон, вернись на место, мы будем действовать по регламенту! — перебил его седеющий мужчина с чёрными волосами, который только подходил к строю со стороны центральной крепости.

— Да к чему вся эта официальщина?! Все знают, что моя рота потеряла почти половину на последней стычке.

— Разговоры, Торксон! Мы не в баре и не в доме терпимости, соблюдай субординацию! — почти прорычал только появившийся.

Светловолосый недовольно вернулся к группке воинов и начал высказывать что-то шёпотом своим коллегам. Мужчина, осадивший не в меру наглого подчинённого, прошёл перед строем заключённых и остановился примерно по центру. На нём была надета лёгкая кожаная броня без каких-либо стальных пластин и чёрная накидка с золотым. Серые глаза обвели строй внимательным взглядом.

— Меня зовут Гордон Стейлз. Я являюсь командиром двенадцатого батальона и этого форта в том числе. Обращаться ко мне следует либо «капитан Стейлз», либо просто «капитан», особенно если это происходит в боевой обстановке. Монарх своим указом подарил вам шанс послужить своей стране, при этом искупив то, что каждый из вас успел натворить. Тот, кто отработает свой долг перед государством, сможет покинуть фронт или же остаться здесь и продолжить наше правое дело, но уже находясь на довольствии и получая приличные деньги. Прямо сейчас будет происходить распределение по ротам, где вы и проведёте дальнейшую службу, — он обернулся и указал на группу воинов, что дожидались окончания его вступительной речи.

Кит насчитал девять воинов в накидках, позади командира батальона. Они держались непринуждённо и уверенно, соблюдали формальную дисциплину, но не тянулись в строю, а стояли свободно. «Если это командиры рот, то, значит, каждый из них Воин» — размышлял Кит. В Вергусе невозможно было занять офицерскую должность без Воинской ступени. Он присмотрелся к ротному, которого командир батальона называл Торксоном. На вид ему не больше двадцати пяти, зато гонора, как у генерала. Сеймуру не очень бы хотелось попасть под командование к такому персонажу. Если у него погибло больше народу, чем у остальных, то, вероятно, он не очень хороший командир и тактик. Парень посмотрел вправо, там чуть дальше стоял его непрошеный наставник. «А ведь нас могут разделить по разным ротам. Его советы и тренировки мне крайне помогли, вероятно, даже спасли жизнь. И, думаю, что он ещё многое может мне дать» — Сеймур перебирал в голове неудачные варианты, чтобы быть готовым к худшему.

— Итак, первый набор проводит лейтенант Эндрю Торксон. У его роты возникла острая нехватка бойцов, и он имеет право набрать десять человек. Есть возражения?

Светловолосый лейтенант, не дожидаясь ответа остальных, вышел перед строем и пробежался по нему взглядом, ещё раз оценивая бойцов, как мясо на рынке. Он носил несуразную бородку грязно-бежевого цвета, которая топорщилась в разные стороны при каждом повороте головы.

— Так, как я уже говорил, этот детина точно мой, — он снова ткнул пальцем в здоровяка, которого уже приметил раньше. — Следующий, пожалуй, ты, — указал он на Сеймура. — Копьём пользоваться умеешь?

— Умею, — ответил Кит, ему нечего было скрывать.

— Отвечать нужно «так точно», — он недобро сузил глаза, глядя на парня.

— Так точно.

— За что осуждён?

— Нападение и попытка убийства благородного.

— Хм. Первый раз встречаю такое… Значит, ты у нас строптивый, но удачливый? Беру, перевоспитаем!

— Ты, — лейтенант ткнул в следующего большого парня.

Торксон шёл вдоль строя и выбирал самых крупных заключённых. Он опрашивал каждого, за что тот получил срок, но ни от одного бойца не отказывался несмотря на озвученные ими прегрешения. Лейтенант выбрал девять человек и стоял, раздумывая.

— Торксон, хорош перебирать! И так уже все сливки собрал! — донеслось от группы лейтенантов, что дожидались своей очереди.

— Ага, щас! — усмехнулся он. — Ты, — ткнул он в однорукого.

— Воевать-то сможешь, калека?

— Ещё как, — хищно улыбнулся Гарт.

— За что осуждён?

— Воспитал десяток стражников из Реддинга, что мешали наслаждаться прекрасным вином.

— Десяток говоришь, одной рукой? — улыбнулся Торксон и на пару секунд замолчал, будто решаясь. — Ладно, беру, будешь байки травить.

Лейтенант отошёл влево от строя и скомандовал:

— Всем названным выйти из строя! — дождался, когда команда будет выполнена. — В колонну по двое и за мной.

Сеймуру сразу пришёлся не по нраву его нынешний командир. Но хоть одно радовало он не разделился с учителем. «Странная штука жизнь. Ещё недавно считал Гарта сумасшедшим и крайне больным на голову, а теперь радуюсь, что мы будем воевать в одной роте», — с едва заметной улыбкой подумал Кит.





***





— Зачем ты взял деньги Мисгейлов? — Сэм Накри навис над отцом, сейчас его лицо было красным от гнева.

Прошло уже две недели после того, как Сэм получил ранение и чуть не попрощался с жизнью. Сейчас отец и сын находились всё в том же доме, что глава семейства снял в крестьянском селе у самого старосты. Раненого никак нельзя было перевозить и ему требовались как наблюдение, так и помощь опытного целителя. В своём небогатом баронстве Джозеф Накри такого предоставить не мог.

— Сэм, успокойся и присядь. Тебе нельзя напрягаться, рана ещё свежа и не до конца вылечена, — спокойным тоном ответил Джозеф.

— Я не успокоюсь, пока ты не дашь мне ответ! — Сэм тяжело дышал, но не собирался сдаваться до тех пор, пока не получит требуемое.

— Откуда ты вообще узнал?! — в голос отца прорвалось немного досады и злости. — Хотя неважно. Хочешь знать, почему я принял их виру? А всё просто Сэм! — отец поднялся из-за стола и продолжил говорить стоя. — Я не боюсь конфликта с герцогом! Я прошёл двенадцать войн перед тем, как заслужил свой титул! Тем более, что я ему не присягал. Но я боюсь того, что мой чудом спасённый сын без толку погибнет всего через неделю после своего выздоровления. Что бы ты сделал, если б тебя вызвал на суд крови лер-герцог? Отказался? Я что-то сомневаюсь!

— Я бы точно не отказался и принял бой! — Сэма возмутила сама мысль о том, что он мог бы прятаться от боя со своим врагом.

— Вот и я так думаю. А теперь садись, — отец говорил это спокойно, но давил интонацией так, что Сэм подчинился. — Всего неделю назад, ты первый раз смог подняться с постели без посторонней помощи. К сегодняшнему дню ты можешь пройти целых… Сколько ты можешь пройти, до того, как у тебя появится одышка?

— Уже сто метров, — Сэм отвечал со сдержанной гордостью потому, что, по прогнозам Старого Вудса, он не осилил бы и десяток.

— Молодец, — Джозеф похвалил сына без всякого сарказма. — В таком состоянии ты уже можешь ходить и держать меч, а значит, по всем правилам можешь участвовать в суде крови. Только вот воин сейчас из тебя никакой, и ты не продержишься и десяти секунд.

— Ты думаешь, что Мисгейл пошёл бы на такую беспринципность? — искренне удивился здоровяк.

— Я воспитал тебя слишком благородным, — горько усмехнулся барон. Конечно, он бы так поступил. Есть вещи выше благородства и чести.

— Например?

— Например, для меня это твоя жизнь и жизнь твоих братьев. Для герцога, это жизнь его сына. Иногда приходится переступить через свои принципы, чтобы сохранить жизни, — он замолчал, явно вспоминая что-то грустное из своего боевого прошлого. — Дело не только в том, что тебя могут вызвать на дуэль. Если бы я оплачивал твоё лечение сам, то на это ушла бы большая часть наших сбережений.

— Но мы бы справились! Уж деньги-то точно не должны стоять выше чести! — сын снова начал заводиться и порывался встать.

— Я не договорил! Для меня деньги никак не важнее чести. Потратив отложенные средства на твоё лечение, нам бы, пришлось сократить гвардию. Ей нужно чем-то платить. А без сильной гвардии мы очень лёгкая добыча. Герцогу почти ничего не стоит нанять пару-тройку отрядов хороших бойцов, чтобы полностью вырезать наш род. Король, конечно же, будет возмущён и обязательно каким-нибудь образом накажет Мисгейлов, но нам на это уже будет плевать.

— Я понял, отец. Мне бы не хотелось быть причиной исчезновения рода… Но я хотел бы помочь Киту Сеймуру. Его осудили несправедливо, и почему-то я чувствую, что только благодаря ему я остался жив. Хоть глава школы и сказал, что там сработала магия самой арены. Но я точно помню, что эта сила пыталась защитить меня и выплеснулась именно в тот момент, когда клинок Мисгейла входил мне в грудь.

— И про него уже рассказали? И чем же ты хочешь ему помочь? У него штраф в два раза больше, чем обошлось твоё лечение.

— Я могу помочь не деньгами, но мечом. Как только восстановлюсь, я подам прошение о службе в двенадцатом батальоне.

Джозеф Накри пристально посмотрел на своего сына. Сэму показалось, что он на мгновение увидел испуг в глазах отца, но это просто не могло быть правдой. Отец прошёл множество боевых конфликтов, и сам пристроил старших братьев Сэма служить в военных частях. Джозеф опёрся руками на стол и сел на своё место.

— Что же… Этого я тебе запретить не могу, да и не собираюсь. Каждый мужчина должен пройти свою войну и сразиться за то, во что он верит. Но только при одном условии.

— Каком?

— Мы сразимся с тобой в тренировочном поединке. Если я буду доволен результатом, то ты подашь своё прошение.

— Ты не разочаруешься!





Глава 17: Форт


— Так, надеваем вот эти милые обручи себе на шею! Хелси, иди сюда, красавица, я привёл новое мясо! — последнюю фразу лейтенант Торксон выкрикнул куда-то за дверь.

После отбора и распределения светловолосый лейтенант потащил свой новоприобретённый десяток на один из складов форта. В помещении было прохладней, чем на улице, поэтому полуголые мужчины ёжились от холода. Раньше к этому времени они уже завтракали, и Кит почувствовал, как желудок сводит от голода. Хотелось уже скорее разобраться со всем этим распределением и хоть что-то съесть.

На одном из стеллажей были свалены эти самые «милые обручи», которые на самом деле являлись артефактными ошейниками. Сеймур никогда их не видел вживую, но был наслышан, что так содержали особенно сильных пленных. Как теперь выяснилось, они использовались ещё и для заключённых, которые будут держать в руках оружие.

Кит, как и остальные подошёл к стеллажу и взял первый попавшийся. Материал ошейника был похож на кожу, свёрнутую калачом. Будто взяли толстый коричневый хлыст и сшили из него обруч. Шершавая поверхность хоть и была тёплой на ощупь, но желания надеть это на шею всё равно не возникало. Место соединения было закрыто стальным цилиндром. К сожалению, это точно придётся надеть, иначе их отсюда без этого украшения не выпустят.

— Так, не стесняемся! — прикрикнул на них Эндрю. — Расстегнул, накинул на шею и свёл концы, всё просто!

Кит повернулся к Гарту и хотел посмотреть, как тот отреагировал на необходимость добровольно надеть на себя это. К его удивлению, наставник даже не изменился в лице и закрепил артефакт на шее. На его лице не было ни единого намёка не недовольство, будто он примеряет очередной аксессуар. «Что же, дороги назад уже нет», — Кит закрепил свой ошейник, который сразу же стал доставлять дискомфорт.

— Хелси, смотри, каких больших ребят я отхватил, — с некоторым бахвальством лейтенант обратился к вошедшей в помещение блондинке.

Взгляды заключённых тут же уставились на неё. Девушка около двадцати пяти лет была одета в кожаную броню. В руке она сжимала увесистый посох, в навершии которого едва светился фиолетовым крупный кристалл. Она оглядела десяток мужчин и хитро улыбнулась какой-то своей мысли.

— Эндрю, если парень большой, это совсем не значит, что он умелый! — она пристально посмотрела на Эндрю, заставив того смутиться. — Пожалуй, начнём.





Хелси подошла к самому крайнему заключённому, а кристалл на посохе стал светиться значительно ярче. Свободной рукой она дотронулась до ошейника, по которому от касания пробежала мелкая рябь. Осмотрев результат, она двинулась дальше. Молодая волшебница прошла троих человек и добралась до Кита. Кристалл на посохе разгорелся ярче, и она коснулась его ошейника, но ничего не произошло. Парень в этот момент, как обычно, был сосредоточен на серо-голубой воронке, что вытягивала силу из окружающего мира. Когда волшебница коснулась артефакта на его шее, воронка в воображении Сеймура резко увеличилась в размерах и превратилась в шар, будто пресытившись от поступившей энергии. Хелси слегка нахмурилась. Теперь от всего посоха стало исходить фиолетовое свечение, а камень на вершине разгорелся ярко, как масляная лампа. Она ещё раз коснулась артефакта на шее и довольно улыбнулась, в этот раз всё получилось.

— А ты интересный мальчик! — Хелси заинтересованно посмотрела в глаза Сеймуру и провела кончиком ногтя по его груди.

В этот момент ошейник немного сжался и на миг перехватил дыхание Сеймура. Кит от неожиданности дёрнулся и столкнулся с полным гнева взглядом лейтенанта. «Вот только этого мне не хватало» — парень закатил глаза вверх. Волшебница в это время двинулась дальше и активировала артефакты у остальных заключённых. Больше накладок не возникло, вперёд снова вышел Торксон, который теперь выглядел несколько недовольным.

— Так, теперь скидывайте свои обноски сюда прямо по центру. Вон в той куче вы найдёте новое нательное бельё, — он указал рукой в глубину склада, — а вот в этой не совсем новую броню, — и опять он показал почти в ту же самую сторону.

Лейтенант посмотрел на заключённых, которые нехотя начали раздеваться и его взгляд зацепился за Гарта. Костюм на нём был чист, и назвать это обносками было довольно сложно.

— Эй, жонглёр, — с угрозой в голосе он обратился к Гарту, — тебя это тоже касается. Правила для всех одни. Не хватало, чтобы ты мне в роту принёс каких-нибудь вшей в своём костюмчике, — Торксон повернул голову влево и увидел девушку, которая с интересом наблюдала за раздевающимися новичками. — Хелси Брингс, а вам не кажется, что молодой дворянке не стоило бы находиться в одной комнате с десятком голых мужиков?! — довольно резко обратился он к ней.

— Не больно-то и хотелось, — фыркнула Хелси. — Просто здесь теплей, чем в коридоре, — она, изящно помахав ручкой, вышла из складского помещения.

Кит почувствовал на себе не добрый взгляд лейтенанта, который, похоже, за что-то его невзлюбил, но не стал обращать внимания. Надев бельё, он подошёл к горке сваленной брони. На некоторых нагрудниках даже при тусклом освещении можно было различить следы въевшейся крови. Сеймур постарался выбрать себе наименее грязный комплект. Когда каждый невольник был одет, Торксон выгнал всех под открытое небо.

— Так, — обратился к подобию строя ротный.

У Сеймура начал дёргаться глаз. Так много слова «так» за какой-то час ему ещё не приходилось слышать. Способность командира раздражать, казалось, не имела границ.

— Так, — повторил он снова. — Сейчас будет небольшой инструктаж, потом вы отправитесь на завтрак, чтобы не транжирить запасы роты. А потом сразу к боевому дежурству на наш участок. Там и обучитесь всему, что потребуется.

Хелси стояла неподалёку и наблюдала за представлением. Помогать с инструктажем она точно не собиралась, и было непонятно, почему она до сих пор сопровождала их группу.

— Ошейники. Эти штуки, что вы нацепили на шею, предназначены для того, чтобы убить вас при любой нештатной ситуации. Если вы отдалились от меня или от места боевого дежурства более чем на семьсот метров, то сначала ощутите нежное сдавливание в районе шеи. В течение тридцати секунд давление будет увеличиваться, если вы не вернётесь. Также, если я подумаю, что ваше поведение меня не устраивает, то смерть наступит значительно быстрее. Если кто-то особо одарённый попробует повредить ошейник, то это будет последняя глупая идея, что приходила ему в голову. При угрозе повреждения артефакт мгновенно сжимается до минимальных размеров. Поэтому и в бою, и в покое теперь вдвойне берегите свою шею. Слабый удар мечом или сильный камнем, может спровоцировать ошейник на сжатие, — было видно, что лейтенант не любитель так много говорить, и эти объяснения ему дались с трудом. Он взял паузу на некоторое время, чтобы подумать.

Кит непроизвольно ощупывал опасный артефакт, покоящийся на его шее. «Не хотелось бы испытывать на себе его функции… Но почему Гарт так спокоен? Может, он знает способ, как его снять?» — Кит решил обязательно выспросить своего наставника, как только появится свободное время.

— Так… Я говорил, что могу по своему желанию заставить ошейник убить вас? Ну считайте, что сказал. Выполняйте приказы, ведите себя подобающе, и вы вполне нормально сможете жить долгие годы… Шучу! — захохотал Торксон. — Здесь у нас война! Никто не знает, что будет завтра. Последнее, за каждый месяц службы вам начисляется по пять золотых, и они идут в уплату вашего долга государству. Про трофеи, военные подвиги и прочее вам расскажут на месте. А сейчас строимся и пошли жрать. По дороге покажу, где в форте квартируется третья рота во время отдыха. Третья, если что, — это наша! — он опять расхохотался.

Группа с воодушевлением приняла информацию о скором завтраке и бодро двинулась за лейтенантом. По дороге зашли в расположение третьей роты, где сейчас находилось около десяти человек. Все имели ранения различной степени тяжести и встретили пополнение абсолютным безразличием. Этот момент добавил Сеймуру недобрых предчувствий. После плотного завтрака десяток в сопровождении лейтенанта Торксона и волшебницы Брингс направился на позиции.

— Гарт, — шёпотом обратился к наставнику Кит, когда на них никто не обращал внимания, — ты знаешь, как снять ошейник?

— Знаю.

— И как? — нетерпеливо поинтересовался парень.

— Нужно быть, как минимум Мастером, — довольно улыбнулся учитель.

Кит, несколько раздражённый, дальше двигался молча. Вокруг форта раскинулась холмы гористой местности. Из-под зелёной травы тут и там островками выглядывал скальник. В ближайшей округе, которую мог окинуть взор, было не найти ни единого ровного места больше десяти метров в диаметре. Через полчаса они добрались до позиции, которую обороняла третья рота. На небольшой травянистой поляне виднелся деревянный барак, построенный из неошкуренного бревна. Сразу было видно, что постройка временная и через год развалится сама собой без приложения внешних усилий. Чуть правее него было пепелище, из которого торчал сгоревший остов бывшего здания. Скорее всего, постройку уничтожил огонь относительно недавно, так как в воздухе до сих пор витал лёгкий запах гари. В двадцати метрах слева от барака находилась группа из трёх палаток. Одна крупная и две поменьше. Блондинка сразу же отделилась от группы и направилась в ту сторону.

— Так, знакомьтесь, — сказал Торксон, когда новенькие протиснулись за ним внутрь барака. — Это сержант Кривой. Именно так его и звать. Сейчас он командует обоими взводами, оставшимися на позиции. Двое его коллег пали глупой и нелепой смертью неделю назад, так что пока он у нас один. Берегите его, — усмехнулся лейтенант. — Кривой, проведи инструктаж свежему мясу. Я в штаб, — после чего развернулся и ушёл, не обращая больше ни на кого внимания.

В бараке не было освещения, лишь в глубине можно было разглядеть пару горящих лучин, да щели между брёвнами пропускали уличный свет. Навстречу новеньким из мрака выступил широкий темноволосый мужчина лет тридцати пяти. Всё его лицо было исполосовано шрамами, а у закрытого левого глаза их пересекалось сразу несколько.

— Кривой — это я, — он представился сухим голосом. — И Кривой — это имя, которое меня полностью устраивает. Если кому-то это кажется смешным, то поверьте смех не будет долгим, — он обвёл пристальным взглядом новичков. — Я сержант, я старший, я зам командира — обращайтесь, как угодно. Главное правило одно: слушать, что я говорю. В остальном у нас полная свобода, — он сплюнул на землю. А теперь расскажу, как здесь выжить. Мы обороняем эту возвышенность и линию фронта протяжённостью в один километр. За участком наблюдают три дозора по два человека. Каждые шесть часов часовые сменяются. При обнаружении угрозы один из пары дозорных бежит со всех ног сюда и докладывает. Когда врагов мало, то мы всей честной компанией собираемся и устраняем угрозу. Когда врагов много — мы бежим со всех ног в форт, если, конечно, мудак лейтенант не решит по-другому, — сержант опять сплюнул на землю. — Здесь всё понятно?

Кит про себя подумал о том, что тактикой тут и не пахло. Никаких засад, скрытых стрелков, ловушек в конце концов. Зачем вообще оборонять эту неведомую линию, когда со стен форта справляться с защитой гораздо легче? Он посмотрел на остальных из своей группы и увидел лишь тупую пустоту в глазах. Гарт, будто издеваясь, натянул на лицо точно такое же нелепое выражение и даже приоткрыл рот, изображая мощный мыслительный процесс.

— Пойдём дальше. За каждого убитого противника вам полагается один золотой. Достаточно лишь принести подтверждение. У свободных эронийцев есть вот такие жетоны на шеях, — Кривой достал откуда-то из-за спины невзрачный металлический кругляш. — Один жетон — один золотой. У невольников типа нас, — сержант коснулся ошейника на своей шее, — есть точно такие же ожерелья. Они ценятся даже выше, чем жетоны, и награждаются уже двумя золотыми, — он сделал паузу и усмехнулся. — Если вы подумали о том же, о чём и я, то такоездесь не пройдёт. За убийство своего самый жёсткий спрос, либо я, либо лейтенант тут же казнят предателя. Здесь всё понятно?

— Нет, — сказал Кит, и все взгляды тут же обратились к нему. — Если я убью Воина, какая награда за него и какое нужно подтверждение?

— Воина? — переспросил сержант и расхохотался. — Если ты убьёшь воина, то я тебе лично все свои запасы жетонов передам, — он ещё некоторое время продолжал смеяться. — А если серьёзно, то я сам Воин первого ранга и при этом даже не рассчитываю убить другого в одиночку. Утолю твоё любопытство: Воин чаще всего имеет звание лейтенанта или выше, а у них жетоны золотые. Показать, естественно, не смогу. Награда за убитого Воина пятьдесят золотых, но при мне такого ещё не случалось. Ещё вопросы? — недовольно уточнил Кривой. — Нет? Тогда перейдём к частностям. Все трофеи, взятые в бою, вы сдаёте мне. Оружие, щиты, броню, жетоны и ошейники. Старшим меня называют не просто так — я держу наш ротный «общак» и распределяю потом по справедливости. Вот гляньте, к примеру, на Жил-Был Деда… Эй, Дед, иди сюда, покажись новеньким! — крикнул он вглубь барака.

Спустя несколько секунд на свет вышел невысокий полностью седой старик. Всё его лицо было изрыто морщинами, как вспаханное поле, а нос больше напоминал орлиный клюв. Сложно сразу сказать, сколько ему лет, но серые глаза были ясны, спина ровной, а копны седых волос абсурдно густыми. Только взгляд у него был немного странным — он будто смотрел сквозь людей на что-то видное только ему.

— Это Жил-Был Дед или просто Дед — своего имени он, скорее всего, уже не помнит, а почему «Жил-Был», думаю сами догадаетесь. Он наш боевой талисман, поэтому берегите его, как зеницу ока. К чему это я? Точно. Дед не может воевать, но ему нужно как-то выплачивать свой долг государству, и я помогаю ему с общака. Дед же помогает собирать трофеи и скрашивает наши вечера весёлыми байками. Скоро вы и сами поймёте, что здесь хорошая история на ночь гораздо ценнее крепких рук и воинских умений, — Кривой говорил про старика чуть ли не с любовью и обожанием, такой голос совсем не вязался с его внешним видом. — Случиться может многое, кто-то может потерять руку… — Кривой на секунду осёкся, посмотрев на Гарта. — Получить тяжёлое ранение или чем-то разозлить нашего лейтенанта. Тогда другого способа выбраться отсюда, кроме как, воспользоваться общаком, у него не будет. А к тем, кто прячет трофеи у меня отношение особое, и вам оно точно не понравится, — сержант обвёл злым взглядом новеньких, давая понять всю серьёзность последних слов.

Дед осмотрел новеньких без интереса и пошёл обратно во тьму барака. Но на полпути остановился и посмотрел Гарту прямо в глаза.

— Бедный ребёнок, — сказал он негромко и растягивая гласные. Ничего не добавив больше, старик опять повернулся к недрам барака и неспешно двинулся.

— У него бывает, — прокомментировал Кривой. — Не обращай внимания. Теперь перейдём к вооружению. Посмотрите в угол справа от вас, видите своё оружие? — сержант указал рукой для особо непонятливых.

Кит, как и остальные, уставился в указанную сторону, но в том углу не было абсолютно ничего напоминавшего оружие. Деревянный табурет и кадка с водой, стоявшая на нём, уж точно не относились к вооружению.

— Нет, — подал голос, светловолосый здоровяк, которого Торксон приметил первым из новичков. На его лице была написана некая растерянность и удивление.

— Правильно! — удовлетворённо подметил сержант. — А всё потому, что вонючие Эронийцы сожгли наш арсенал в последней атаке. Сейчас у нас нет ничего, и единственная возможность разжиться оружием — это дождаться, когда из форта выделят хоть что-то или добыть в бою. Последнего бы, конечно, не хотелось, — добавил он чуть тише. Так, что вы все на ближайшее время становитесь дозорными, а ваша основная задача — высматривать противника и нестись сюда с криком…

— Эронийцы наступают! — раздалось с улицы





***





У Сари Сеймур сегодня был пятидесятый день рождения, но праздничного настроения не было и в помине. Сейчас они вместе с Кристофером готовились к ужину. Вся эта страшная ситуация с Китом до сих пор держала семью в напряжении. Если бы от него была хоть какая-то весточка, это придало бы самую малость спокойствия. К несчастью, Сари так и не удалось допроситься свидания, пока Кит находился в тюрьме. А позже ей сказали, что конвой ушёл и ходить каждый день к Дому Правосудия бесполезно. Внезапно в дверь раздался стук.

— Крис, ты кого-то приглашал?

— Нет, может это почта и Кит что-то написал?

— Не думаю, — ответила Сари и пошла открывать.

На пороге стоял Журек с пышным букетом роз. Он, как всегда, был одет очень галантно в чёрный строгий костюм.

— Сари, ты меня не приглашала, и я знаю, что сегодня настроение у тебя совсем не праздничное, но думаю, парочка подарков сможет хотя бы отчасти это исправить.

— Спасибо! — женщина приняла букет и немного улыбнулась. — Проходи, Журек, мы как раз собирались ужинать.

Они прошли к столу, и пока Сари искала вазу и место, куда пристроить букет, Журек достал из-под полы костюма небольшую коробочку.

— Сари, я рад тому, что мы знакомы с тобой уже не первый год, и хотел бы, чтобы в этот день ты больше улыбалась, даже несмотря на такую беду, которая приключилась с Китом. Поэтому позволь тебе вручить небольшой подарок — он протянул деревянную шкатулку ближе к имениннице.

— Спасибо, это очень неожиданно! — Сари сдвинула тонкую фанерную крышечку и увидела ажурные золотые серьги с изумрудными камушками. — Это очень дорогой подарок, Журек!

— Я знаю, но, когда увидел их на ярмарке, мне показалось, что они созданы именно для тебя! Эти изумруды идеально подходят под цвет твоих глаз.

В этот момент, в дверь громко постучались, что заставило Журека вздрогнуть.

— Я точно больше никого не жду, — сказала женщина, но всё же пошла открывать дверь.

На пороге стоял огромный голубоглазый блондин, в красном дорогом камзоле с золотистым орнаментом.

— Добрый вечер, — улыбнулся Сэм Накри и вручил небольшой букет пионов.

— Добрый вечер, ваше благородие, — ответила немного испуганно именинница.

— Тётя Сари, мы же договаривались ещё пять лет назад, что никаких «благородий» и только по имени!

— Добрый вечер, Сэм! Прошло пару лет, как мы виделись последний раз, ты очень возмужал, вот я и растерялась. — улыбнулась Сари. — Проходи, мы как раз ужинаем.

Сэму пришлось немного пригнуться, чтобы пройти через недостаточно высокую входную дверь. В руках он нёс небольшой бумажный пакет.

— Привет, Крис! — поздоровался парень. — Добрый вечер, лер-барон Сэм Накри. — представился он, протягивая руку Апсару.

— Журек Апсар, — представился мужчина, пожимая широкую ладонь, — рад знакомству! Владею рестораном «Благородные традиции» по главной улице. Друзья Сари всегда желанные гости в моём заведении.

— Непременно посещу, — ответил с вежливой улыбкой Сэм. — Тётя Сари, у меня для вас подарок от Кита…

На лице женщины промелькнула робкая надежда, которую она тут же с видимым усилием отогнала. Сэм разглядел всю гамму возникших на её лице чувств и понял, что нечаянно своими словами причинил боль. Он тут же поспешил объясниться:

— Нет, я с ним не виделся, но он готовил этот подарок заранее. Ещё за год, он начал собирать деньги для подарка на ваш… — Сэм чуть не сглупил второй раз, сказав «юбилей, ». «Не стоит лишний раз напоминать женщине о возрасте» — так учил его отец. — … день рождения. Он рассказывал мне, что спрятал его в кузнице. Прошу прощения, что мне пришлось туда проникнуть без его и вашего разрешения, — Сэм вытащил из пакета небольшой деревянный ларец и поставил на стол перед именинницей.

Сари, будто боясь спугнуть, очень медленно и аккуратно его открыла. Внутри на белой подушечке лежало изумрудное ожерелье нежно-травяного цвета на золотой цепочке. Сари молча смотрела на него и не могла ничего сказать, дыхание перехватило от накатившей грусти. Увидев, как с подушки скатывается блестящая слеза, она поняла, что не сдержалась. Сари нашла в себе силы, чтобы не расплакаться и не портить остальным вечер.

— Спасибо, Сэм. Это очень… у меня просто нет слов. Извини, — немного сумбурно она поблагодарила Накри, как только комок в горле немного отступил.

— Ну, а это подарок от меня, — Сэм передал небольшую коробочку. — Ещё раз прошу прощения, но мне пришлось открыть ларец, чтобы подобрать хорошее сочетание.

Сари открыла коробочку, внутри которой было золотое кольцо, украшенное небольшим аккуратным изумрудом, который по цвету очень точно совпадал с теми, что были в ожерелье. Нужно было вызвать какие-то положительные эмоции, чтобы не обижать лучшего друга Кита. Сари глубоко вздохнула и улыбнулась, но Сэм явно что-то не так понял.

— Это не п… — чуть запнулся он, — не предложение. Просто кольцо идеально подходило тоном, вот я и решил, хотя обычно кольца не дарят… — Накри смутился ещё больше и покраснел.

— Я поняла Сэм, — звонко рассмеялась Сари. Было забавно наблюдать за покрасневшим и смущённым гигантом, — Большое спасибо, я тебе очень признательна!

Вечер добавил тёплых тонов и перестал походить на поминки. Сари была счастлива, что у Кита есть такой друг, и совершенно внезапно у неё возникло ощущение, что всё будет хорошо.





Глава 18: Гребень


Кит бежал за остальными, чтобы как можно скорее принять участие в групповом самоубийстве. «Тупейшее решение! Чёртов идиот! Как тебя вообще лейтенантом поставили?!» — ругался он про себя, но продолжал следовать за отрядом. У него и ещё девятерых новеньких бойцов не было оружия, не было шлемов, не было щитов. Он не понимал, зачем им вообще нестись на верную смерть и почему лейтенант не приказал отступать к форту.

Как только прибежал один из дозорных с криками о нападении, тут же появился Торксон и устроил ему допрос.

— Сколько их? Чем вооружены? Откуда идут?

— Мы насчитали тридцать пять человек, — задыхающимся голосом доложил дозорный. — Почти все с копьями, но есть пяток мечников и тройка лучников. Идут по центру.

— Так, ну с новенькими у нас тоже получается тридцать пять человек — это хорошо. Воины среди них есть?

— Не думаю, — уже чуть успокоив дыхание, ответил подчинённый.

— Значит так, Кривой, собирай всех и в атаку. Если поспешите, то успеете добежать до гребня и у вас будет преимущество. На тебе командование обоими взводами!

— Командир, у нас всего один лучник, а новенькие все зелёные, да ещё и без оружия!

— Кривой, ты теряешь своё время, не успеете добежать до гребня, и наша рота пострадает гораздо сильнее. Исполнять! — с неподдельной угрозой прошипел Торксон.

— Есть, — на его лице легко читалась бессильная злость.

— Рота, к бою! — заорал сержант. — За мною бегом, кто отстанет, того лично в дерьме закопаю! Новенькие держитесь позади строя, пока не получится захватить какое-нибудь оружие.

Сборы заняли не больше минуты, четыре неполных десятка бойцов понеслись в ту сторону, куда указал прибежавший дозорный. Лейтенант следовал позади своей роты и подгонял отстающих. На удивление, молодая волшебница Хелси Брингс бежала чуть позади Эндрю с горящими глазами. Свой посох она оставила в палатке и в бой, как видно, вступать не намеревалась. Из головы отряда послышались выкрики. Как выяснилось чуть позже, они встретили второго дозорного, что решил не дожидаться, когда эронийцы его обнаружат и дружно проводят в загробный мир. На его кислом лице до сих пор читалось разочарование, что теперь приходится бежать обратно, навстречу вражеским копьям и мечам.

За пятнадцать минут отряд добежал до так называемого «хребта». Это была протяжённая сопка высотой около десяти-двенадцати метров с крутым склоном. Со стороны бойцов третьей роты подъём был более пологим и удобным, а вот с противоположной ровно наоборот. Благо они успели до подхода противника. Два взвода рассредоточились широкой цепью, чтобы сдерживать вражеских бойцов при попытке подъёма на максимальной площади. Единственный лучник их отряда находился на правом фланге и уже готовил своё оружие к бою. Десяток новеньких и Сеймур в том числе стояли чуть позади, готовые в любой момент вступить в бой.

Первым эронийцев заметил стрелок и жестами показал Кривому направление. Сержант вглядывался несколько секунд и дал разрешение на атаку. Кит наблюдал за тем, как их боец очень долго выцеливает свою первую жертву. Он стоял напряжённый с натянутой тетивой и выжидал идеального момента. И вот сорвалась с тетивы первая стрела, а следом тот начал бить без остановки. Это было не очень быстро, по мнению Сеймура, но, возможно, расстояние было слишком большим, и боец тратил больше времени на прицеливание.

Раздались крики эронийцев, получивших ранения. Пока всё начиналось неплохо, и Кит думал, что вражеская атака может захлебнуться, так и не перейдя в ближний бой. Однако его надеждам не суждено было сбыться. Парень по-прежнему наблюдал за стрелком, когда правый висок лучника навылет пробила стрела. Мгновением позже в мёртвое тело вонзилось ещё две штуки. Четвёртый выстрел прошёл мимо. Вернее, так показалось сначала. Стрела пронеслась мимо падающего тела и на излёте ударила прямо в глаз здоровяка из новеньких. Он умер мгновенно с по-детски удивлённым лицом, так и не успев вступить в свой первый бой.

Кит даже не знал имени этого парня, и в целом тот был ему никем, но почему-то он успел к нему прикипеть. Здоровяк был естественной частью окружения, которая неотступно следовала за ним с самого Реддинга, и теперь его охватила ярость. Сейчас уже точно было не до поддержания состояния пустоты.

По направлению полёта стрел Сеймур понял, что группа лучников идёт отдельно от основного отряда эронийцев. Сейчас они пытались зайти во фланг к обороняющимся, и этого нельзя было допустить. Он бросился к убитому, выхватил лук и снял с него колчан со стрелами. Их, к сожалению, оставалось не больше десятка.

Снарядившись, он аккуратно, но быстро выглянул из-за края хребта и успел засечь движение немного правее. Кит спрятал голову, чтобы не быть мишенью. Он подготовил лук заранее, максимально оттянув тетиву. Резкий подъём. Найти цель. Выстрел. Удачно.

Кит спрятался обратно за выступ, сейчас нужно было немного сменить позицию. Большой палец левой руки слегка горел от прилетевшей по нему тетивы. «Вполне терпимо. Это не самый мощный лук, что я держал, справлюсь и без перчатки» — мысли промелькнули судорожно в доли секунды.

Сместившись ещё немного вправо, парень опять изготовил лук к бою. Тетива слегка вибрировала, передавая свою дрожь в руку. И снова подъём. Цель. Выстрел.

Вторая попытка была не так удачна. Вражеский стрелок не убит, но серьёзно ранен. Всё же этот лук не «родной» для Сеймура. Ему бы стоило пристреляться в нормальных условиях, привыкнуть к упругости тетивы, длине стрел.

«Сдвигаться ещё раз не буду, там, видать, совсем крестьяне стреляют» — подумал он, натягивая в очередной раз тетиву. Подъём. Найти цель. И в этот момент Кит каким-то чудом заметил, приближающуюся точку стрелы, летящей навстречу. Ему едва хватило реакции сдвинуть голову вправо, чтобы избежать летящей смерти. Волосы колыхнуло потоком воздуха от пролетевшего снаряда, а по спине Сеймура пробежал холодок. Он тут же припал к земле, чтобы его силуэт потеряли из виду.

«Никогда не недооценивай противника! Никогда не недооценивай противника!» — парень несколько раз повторил про себя эту фразу, будто пытаясь вдолбить её в свою непутёвую голову. «Как глупо мог помереть! Боги!» — Кит выдохнул и полностью сосредоточился.

Сейчас он решил сместиться в другую сторону и значительно дальше, чем в первые разы. Лук на изготовку. Натянуть тетиву. Подъём и быстрый поиск цели. Но вражеского лучника уже не видно. Он где-то спрятался и, возможно, прямо сейчас целится в Сеймура. От напряжения по виску Кита скатилось несколько капель пота. Но вот, какое-то шевеление справа. Выстрел. Удачно.

Кит сел прямо на землю, чтобы немного успокоиться и унять стресс. Предыдущие события заняли меньше минуты, но вытянули из него все силы. Больше стрелков у противника не должно быть и можно немного расслабиться. Кит занялся созданием пустоты в своей груди и сосредоточился на поддержании этого состояния. «Теперь можно не спеша занять позицию и отстреливать врага, как мишени в тире» — эта мысль окончательно вернула спокойствие Сеймуру.

Парень промедлил всего пару секунд и уже собирался помогать обороняющимся, как в бойца, стоявшего неподалёку, прилетела стрела. В этот раз не так фатально, но чувствительно — бойцу пробило правую руку навылет.

«Их же должно было быть трое! Чёрт, когда я уже поумнею?! Никогда не доверяй дозорным! Никогда не доверяй дозорным!» — заряжался Кит новой порцией мудрости.

Парень посмотрел на раненого и оценил примерное направление прилёта снаряда. Теперь требовалось аккуратно и не подставившись под ответный выстрел обнаружить врага. Кит заглянул через гребень со своей позиции, высунув голову на самую малость. Он полностью сосредоточил внимание на местности, где, по его предположениям, находился ещё один лучник. «А может, и не один. Чёртовы дозорные», — пролетела злая мысль. Есть! Он заметил бойца в характерной позе, что увлечённо целился в кого-то значительно левее, чем Сеймур. Несмотря на то, что противник был отвлечён выбором цели, Кит не спешил стрелять и тщательно проверял взглядом местность на наличие неприятностей.

В это время внизу раздались крики эронийцев. Их отряд подошёл уже вплотную к сопке, и они готовились брать «высоту», распаляя себя выкрикиванием угроз и оскорблений. «Нужно спешить. Даже один вражеский стрелок может сделать наступление успешным» — с этими мыслями парень сделал несколько глубоких вдохов. «Пора!»

Сеймур встал в полный рост с заранее приготовленным луком. Прицелиться. Задержать дыхание. Выстрел. Есть!

— Лучников больше нет! — заорал парень, чтобы подбодрить своих на более активные действия.





Жил-Был Дед, что находился в заднем ряду и нетерпеливо сжимал копьё, воспринял крик, как руководство к атаке. Он уверенно протиснулся в первые ряды и метнул свой снаряд куда-то вверх. Это было проделано настолько нелепо и слабо, что некоторые эронийцы внизу даже рассмеялись. Тем временем копьё, описав крутую дугу, с ускорением ринулось вниз. Нелепая атака достигла цели и попала между ключиц одному из самых рослых воинов.

Дед одним своим броском вселил в отряд больше уверенности, чем злые крики Кривого и новость от Сеймура, что стрелки уничтожены. Бойцы в азарте хватали копья и метали их вниз, нанося серьёзный урон противнику. Кит, чтобы закрепить успех и посеять панику во вражеских рядах, встал в полный рост и демонстративно целился. Эронийцы не могли знать, что в запасах у него осталось всего четыре стрелы, а сам он не спешил их тратить, выжидая лучшего момента.

Стоило одному из бойцов противника набраться смелости и сунуться вперёд, как пара выстрелов тут же охладила эту инициативу. Парень пытался найти командующего от эронийцев и потратить стрелу на него, но понять, кто есть кто, в этой толпе было решительно невозможно. Очередной выстрел по нагло высунувшемуся бойцу с щитом поставил точку в этом сражении. Эронийцы ударились в бегство, не видя возможности взять эту высоту нахрапом. «Если бы они только знали, что у меня осталась последняя стрела…» — подумал Кит, перестав натягивать тетиву.

— Победа! — орал с азартом Кривой, и ему вторили голоса всего отряда.

Кит обернулся в поисках лейтенанта и увидел, как тот, махнув рукой, повернулся и отправился в сторону опорной точки роты. Ему показалось, что он увидел разочарование на лице Торксона, и это как-то не стыковалось с происходящими сейчас событиями. «Может жалеет, что самому не пришлось поучаствовать?» — парень глядел вслед удаляющейся фигуре. Хелси тоже не наблюдалось поблизости, хотя он точно видел, что волшебница присутствовала в самом начале сражения. «Несколько странная и непредсказуемая девушка, зачем она вообще так спешила сюда?» — этот вопрос не то чтобы озадачил его, но повис где-то на границе сознания, не желая уходить до конца.

— Ну всё, всё! Позже отпразднуем. А теперь бегом за трофеями и двигайтесь двойками, кто-то из эронийцев мог спрятаться в засаде, — отдал распоряжение сержант.

Ему не потребовалось повторять приказ дважды, и половина бойцов роты отправилась на сбор всего ценного. Сеймур тоже решил взять своё, пока это не прилипло к чужим рукам. Он сразу отправился в сторону группы лучников, чтобы пополнить запасы стрел. Собрать удалось два полных колчана, а из четырёх луков выбрал себе два, которые были, на его взгляд, лучшими. Четыре жетона с поверженных противников отправились в небольшую кожаную сумку, которую он раздобыл тут же. Последним, что он взял, был шлем. Сегодня произошла очень неприятная и опасная ситуация, где его голову чуть не зацепило шальной стрелой и шлем пришёлся бы как нельзя кстати.

Поднявшись обратно на гребень, он столкнулся с требовательно смотрящим на него сержантом. Остальные тоже не спешили уходить на базу и явно чего-то ожидали.

— Смотрю, прибарахлился, парень? Лук и стрелы, так и быть, оставь, ты неплохо показал себя, как лучник. А вот жетоны и сумку на поясе сдавай в общак или я горько-прегорько обижусь.

— Не интересует, — ответил Сеймур и собирался двинуться мимо преградившего дорогу Кривого.

— А ну, стоять, — сержант резко толкнул ладонью в грудь Кита, заставив его остановиться. — Ты считаешь, раз ты классный лучник, то теперь стал круче задницы Короля? Про общак я уже говорил и повторять второй раз не буду. Вижу, что ты хочешь жить проблемно и не очень долго, так? А ты не забыл, пацан, что говоришь с Воином? — сержант почти срывался на крик, такое поведение он не мог спустить никому.

Сеймур обвёл взглядом отряд: кто-то был вооружён копьями, кто-то мечами; щиты присутствовали через одного; носили шлемы только шестеро, даже броня была не у всех. Он перевёл глаза на тело здоровяка, который шёл с ним от Реддинга, и в этот момент в нём вспыхнула такая ярость на всю эту ситуацию, что казалось, тело сожжёт изнутри от этого огня. Кит ударил открытой ладонью со всей скоростью и силой, как учил его Гарт. Он постарался выплеснуть всё накопившееся раздражение и злость в одном толчке ладонью.

Члены отряда с удивлением смотрели, как матёрый сержант оторвался от земли и пролетел около пяти метров. Он даже не успел заметить этой атаки, а не то чтобы защититься. Пропахав пятой точкой небольшую борозду в траве, он сидел, пытаясь вдохнуть, и беззвучно распахивал рот, как рыба.

— Ты Воин?! — зло выкрикнул Кит и пошёл в сторону отлетевшего сержанта. — Если ты Воин, то где здесь тактика, где обучение личного состава, где подготовка обороняемой территории? Где твои силы в конце-то концов, Воин?!

Парень тяжело дышал, этот бой забрал у него много сил. В моменты, когда твоей жизни угрожает опасность, нереально концентрироваться на пустоте и, соответственно, восполнять энергию. Последний удар, который он нанёс Кривому, забрал почти всю оставшуюся энергию, но ярость никуда не ушла, и Сеймур продолжил отчитывать матёрого сержанта, как какого-то пацана.

— Как у Воина может быть такой бардак во взводе, в двух взводах?! Почему нет никаких запасов, второго арсенала, да хотя бы по дополнительному копью у бойцов? Почему один лучник на всю роту? Если ты сильнее обычных крестьян — это ещё не значит, что ты Воин. Ступень не одной силой мерится! — Кит подошёл вплотную к сержанту со сжатыми до хруста кулаками, сплюнул в сторону и двинулся обратно к хребту.

Сил практически не осталось, и парень не чувствовал больше злости и ярости, только пустоту внутри. Он шёл, не спеша, сконцентрировавшись на восстановлении, нужно было где-то пересидеть минуты слабости. Позади раздался стук приближающихся тяжёлых шагов, и Сеймур начал готовиться ко второму раунду разговора.

— Подожди, парень, — прозвучало без всякой злости. — Надо поговорить.

— Ну говори, — бросил Кит через плечо и стал замедлять шаг. Он по-прежнему был настороже и готов к любому развитию событий.

— Как зовут тебя? Времени познакомиться не было, — будто оправдываясь, начал Кривой.

— Кит Сеймур, — ответил он, уже полностью остановившись.

— Слушай, Кит. Я и в самом деле Воин. По крайней мере, был им семнадцать лет назад. Я так понял, что ты сам Воин и поди ранга третьего, не так ли?

— Нет, я не Воин, — парень не видел смысла врать.

— Правильно, так всем и говори! — одобрил это высказывание Кривой. — Видишь ли, это не по моей прихоти здесь такая задница. И даже не в лейтенанте Торксоне, хотя он тот ещё… — что-то неразборчиво высказал сержант сквозь зубы. — Здесь сама система устроена так, чтобы такие, как мы не выживали. И наш молодой и амбициозный лейтенант является идеальным исполнителем в таких условиях. Его задача уничтожать заключённых и желательно так, чтобы при этом была хоть какая-то прибыль. Но первоочередное — это уничтожать заключённых, понимаешь?

— Нет, — Кит на самом деле не мог этого понять. — Зачем уничтожать людей, которые приносят тебе прибыль, помогают выиграть войну и после каждого боя становятся только опытнее?

— Ты ещё молод и не столкнулся со всей грязью этого мира… — с застарелой злобой ответил сержант. — Вергус перенаселён, человеческая жизнь в нём никогда не стоила дорого, но сейчас она вообще отдаётся за бесценок. Вся эта война лишь для того, чтобы сократить как можно больше бесполезного населения. Самые кровавые стычки происходят у батальонов подобных нашему — тех, в которых воюют в основном каторжники, нищие и прочие неугодные люди. Ни Эронии, ни Вергусу не нужна победа в этой войне, им нужно просто избавиться от самой бесполезной прослойки населения. Ты говоришь, что мы становимся только опытнее с каждым боем? Да, так и есть. А теперь представь, что рота опытных головорезов с мутным прошлым удачно выплачивает свой долг государству и возвращается в свои города. Они не умеют зарабатывать деньги, как мельники, кузнецы или землепашцы. Они знают совсем немного способов стать чуточку богаче: ограбить или убить и ограбить. Как думаешь, нужны такие опытные ребята нашему Королю? — усмехнулся Кривой.

— Но, если таких потом нанимать на службу в королевскую армию, ставить на охрану границ или что-то в этом роде?

— Мне кажется, ты и сам уже догадываешься. Грабить и убивать купцов да мелких барончиков гораздо проще, чем служить за копейки государству. К чему я тебе всё это говорю?

— К чему, Кривой? — устало спросил Кит, этот разговор стал тяготить его гораздо больше, чем прошедший бой.

— К тому, что не стоит пытаться ломать эти порядки, за ними стоит целая государственная система и сам Король. Не стоит ронять мой авторитет перед другими бойцами. Только Торксон имеет право ставить на должность сержанта, и я сейчас нахожусь на ней потому, что бойцы боятся меня больше, чем эронийцев. Если ты хочешь сам собирать жетоны с убитых, пусть будет так. Но знай, что про общак я не врал и на самом деле помогаю тем, кому это больше всех требуется. Да и что ты будешь делать с бронёй, копьями, мечами? Хранить под подушкой? Тебе хочется раздевать убитых и получать за это копейки? А у меня есть целая команда собирателей, которые хреново воюют, но неплохо собирают трофеи.

— Фуражиров, — непроизвольно поправил Кит.

— Пускай фуражиров, главное им этого не говори, а то ещё обидятся, — хмыкнул сержант.

— Хорошо, я согласен. Все значки и ошейники остаются за мной, а всё остальное собирается твоей командой и уходит в общак. Что за слово-то такое?! От него прям несёт тюремными камерами, — возмутился парень.

— А мы недалеко от них ушли, — оскалился в ответ сержант. — И по поводу этого разговора. Не советую кому-нибудь его пересказывать. Бойцы поднимут бунт, а лейтенант с магичкой всех просто передушат. И будешь ты весь такой правильный, но очень мёртвый. И ещё, если считаешь, что я это всё выдумываю, то брось. Я, может, и не самый умный парень, чтобы до всего этого додуматься, зато потеря глаза, добавила остроты слуху. Всё, что я знаю, было услышано мной в стенах форта от офицерского состава. Ну что, мир и взаимопонимание? — сержант протянул руку.

— Пока только мир, — сказал Сеймур и ответил рукопожатием.





***





Гарт взбежал вместе с остальными бойцами на сопку, а потом, в какой-то момент, исчез. Люди даже не заметили, как это произошло. Он никуда не перемещался, не стал невидимым, а просто воспользовался ментальной магией. Однорукий по-прежнему находился на том же самом месте, но теперь его не замечал никто из находившихся на расстоянии пятисот метров. Он всегда любил этот тип магии, она позволяла делать невозможное возможным при минимальных затратах энергии. Сейчас каждый, кто натыкался взглядом на него, видел перед собой что-то привычное и неодушевлённое, типа камня или дерева. Если же Гарт двигался в этот момент, то люди воспринимали его, как катящийся сам по себе камень, при этом у них не возникало мысли, что это противоречит законам природы. Именно так работала ментальная магия, а точнее, одно из её плетений — «отвод глаз».

«О, а вот это очень интересно!» — подумал Гарт, наблюдая, как Кит отстреливает группу вражеских лучников. Но заинтересовала его в первую очередь не меткость Сеймура, а то количество энергии, которое парень научился сохранять. Раньше сил Кита после полноценного сна и отдыха хватало на полчаса активных физических нагрузок, после чего он почти валился с ног. Казалось, что изменилось немногое. Так бы мог подумать любой, кто не знает, как работает ошейник. Артефакту требуется ежесекундно проверять своё местоположение, он должен хранить заряд силы, способной убить носителя, он должен поддерживать свою целостность и много ещё чего. На всё это требуется приличное количество энергии, которую проще всего получать от того, на ком он надет. А Сеймур даже не заметил изменений и вполне уверенно действует в боевой обстановке.

Одной из ночей, ещё во время путешествия с конвоем, Гарту удалось достучаться до Ментора. Когда Кит без сил растянулся на песке и уснул, он проник сознанием сквозь естественную защиту тела и обнаружил кристалл, начавший срастаться с внутренним источником парня. Судя по ощущениям, Ментор истратил всю свою энергию, включая даже резервные накопители. С таким Гарт ещё ни разу не сталкивался в своей жизни. Спустя час осторожных исследований и манипуляций он, наконец, понял, что произошло. Когда жизни Кита угрожала опасность, Ментор выплеснул почти всю энергию для его защиты. Почему после этого кулон стал тянуть энергию из парня, Гарт пока не разобрался.

Но это дало очень интересный побочный эффект. Находясь постоянно под такой высокой нагрузкой, источник Сеймура начал расти, как на дрожжах. Гарт не мог припомнить, чтобы кто-то добивался таких великолепных результатов. Это будило в нём некоторый исследовательский интерес и придавало чуть больше смысла этой игре в наставничество.

Отвлёкшись от мыслей, он перевёл взгляд на молодую волшебницу, которая тоже находилась в условной невидимости. «Посредственное владение даром, впрочем, как почти у всех в наше время. Такой „отвод глаз“ раньше мог бы распознать даже ученик. И куда же ты собралась, юная леди?» — он решил проследить за девушкой, что сейчас вела себя несколько странно.

Спустя пару минут Гарт разочарованно выдохнул. Оказалось, что ей просто захотелось острых ощущений. Она спустилась с гребня и наблюдала из первых рядов, как гибнут эронийцы. С магическим доспехом не были опасны никакие случайные стрелы или удары оружием. Девушка с восторженными глазами смотрела, как в паре шагов от неё доживает свои последние мгновения раненый боец.

Удовлетворив любопытство, Гарт отправился обратно. Никто не заметил его пропажи, да и не должен был. Он вернулся, как раз к тому моменту, когда происходил конфликт Сеймура и Кривого. Толчок ладонью вышел что надо. Парень в пылу эмоций так и не заметил, насколько он стал сильнее. Лицо однорукого само собой расплылось в гордой улыбке за ученика.

«А теперь, всё же стоит определиться. Можно оставить парня на полгода-год, а потом проверить или же дать ему чуть больше техник и посмотреть, как на это отреагирует источник Сеймура. По всем правилам мне бы стоило его оставить одного», — Гарт прикидывал варианты за и против. Он ещё раз взглянул на Кита и решился. «Ох и получу я за твоё обучение, но просто наблюдать — это ужасно скучно. А может, и пронесёт, глядя на такие результаты», — он улыбнулся, окончательно определившись.

Но стоило ему перевести взгляд на Деда, который обирал трупы павших бойцов, как улыбка тут же сползла. Никто не должен был видеть Гарта, однако старик смотрел прямо ему в глаза.





Глава 19: Жил-был Чак


— Ещё раз подобное повторится и смотри мне!.. Я таким добрым уже не буду, — сказал сержант нарочито громко, когда они возвращались с Сеймуром к остальным.

— Ну ты и… — начал говорить Кит, но Кривой его тут же перебил.

— Поверь мне, так будет лучше. Для всех, — ответил он шёпотом. — Чего расселись?! Собираем вещи, грузимся и вперёд, лейтенант долго ждать не будет!

Кит осмотрелся в поисках Торксона и тут же сообразил: если бы лейтенант ушёл дальше семисот метров, то ошейники уже начали бы сжимать горло. Тела погибших никто забирать не стал, и их свалили в ту же кучу, что и эронийские. «Не очень трепетное отношение к смерти… да и к жизни», — подумал парень. Но протестовать против этих порядков не стал — лейтенант просто уйдёт, и весь протест мигом закончится.

Снаряжения притащили не очень много, и большая его часть разошлась по бойцам роты. Жетоны, ошейники и хорошие мечи сержант скинул прямо в бараке. «Когда будет возможность, отправлю в форт всё разом» — объяснился Кривой. Сейчас он был гораздо более покладистым, чем при первой встрече, и объяснял подробно множество мелочей, из которых состоял быт на боевом дежурстве.

Днём рота занималась сортировкой трофейного снаряжения и приводила его в божеский вид. Кто-то точил мечи, кто-то худо-бедно шил разорванную кожу, остальные замывали пятна крови и выполняли другую простую работу. По словам сержанта, так можно было сдать снаряжение по лучшей цене.

Кит, чтобы не сидеть без дела, тоже помогал чем мог, и день пролетел довольно быстро. Как только солнце окончательно село за горизонт, заключённые набились в барак полным составом. Лишь дежурная шестёрка оставалась в дозоре: трое новеньких и трое бывалых.

В бараке стоял ощутимый запах пота и крови. Нехарактерной для казармы ноткой вплетался смолянистый аромат срубленных деревьев, что хоть как-то скрашивал тяжесть воздуха. Огня никто не разводил, стояло лето, и было не так холодно. Да и постройка могла запросто вспыхнуть, не уследи бойцы за очагом.

— Дед, расскажи про Лира? — раздался голос одного из бойцов.

— Да не расскажет он, пробовали ведь уже, — ответ пришёл с другого конца.

— Ну попробовать-то стоит! — опят заговорил первый.

— Дед, расскажи что-нибудь, — почти одновременно донеслось из разных концов барака.

— Жил-был Чак… — наконец послышался голос старика. — Он был лучшим мечником в своей большой империи и даже дружил с Императором. Всю молодость он отдал на совершенствование своего мастерства. Чак сражался с каждым мастером, про которого хоть где-то ходила молва. Он победил всех и доказал себе и целой империи, что лучше него нет никого.

— Больной какой-то, — раздался шёпот рядом с Китом.

— Тихо ты не перебивай! — сразу шикнули на него остальные.

— Однажды в поисках очередной битвы Чак встретил девушку невиданной красоты. Она была чужестранкой и совсем ничего не знала про Чака и его империю. Он влюбился в неё с первого взгляда и захотел произвести впечатление. А так как, девушка ничего не знала о нём, он начал рассказывать про свои подвиги, про империю, про замки, которые он посещал, и про то, что дружен с самим Императором.

Голос старика обволакивал, и казалось, что он находится совсем рядом и одновременно очень далеко. В полной темноте барака история будто сама наливалась красками так, что каждый погружался в другой мир, полный сражений, тайн и загадок.

— Когда они возвращались с красавицей из нефритовой пещеры…

— Ясно, чем они там занимались, — заржал кто-то ближе к выходу.

— Их встретила группа воинов и арестовала красавицу. Они сказали Чаку, что его возлюбленная шпионила за империей и, соблазнив, вызнавала у него все подробности. Мечник метался в сомнениях, но не мог в это поверить. Тогда он отправился к своему другу Императору и потребовал её отпустить. Но Император сказал, что отпустит её, только если Чак выполнит своё последнее задание. «Докажи, что ты предан Империи и казни эту шпионку своей верной правой рукой, разящей без промаха. Тогда дух её и тело будут свободны. А не казнишь, так отправитесь на плаху оба» — таков был его приказ.

Тишина повисла в бараке, и все ждали, чем же закончится история. Кит и сам невольно заинтересовался и уже ёрзал на месте. Но старик, как будто воды в рот набрал и никак не заканчивал.

— А что был дальше? — спросил кто-то шёпотом, боясь спугнуть атмосферу.

— А кто его знает… — ответил Дед и замолчал.

— Ну вот опять.

— И так каждый раз.

— Дед, ты хоть одну историю расскажи до конца! — со всех сторон начался разноголосый гомон.

— Я думаю, что прибил он того Императора и всю его стражу. Забрал красотку и сокровища. А империя потом рухнула без Императора-то.

— Нет, это была проверка, а когда Чак согласился, то Император благословил его и отпустил с возлюбленной.

— Ага, конечно! Наивный ты парень, Герд! Император сам хотел обладать красавицей и пока Чак был в раздумьях, ударил его отравленным кинжалом.

— А я думаю, он отрубил свою правую руку и сказал, что не способен выполнить этот приказ, — донёсся голос Гарта.

— Ну, вы калеки, постоянно придумываете себе красивые истории. Был у меня подельник без большого пальца…

— Эй, я запомнил твой голос!

Ещё час не смолкали разговоры в бараке, а истории звучали уже совсем не про Чака. Эта история и пересуды позволяли убежать от крови и смертей, которые случились совсем недавно, от сволочи лейтенанта и от мерзких ошейников, что постоянно внушали страх одним своим присутствием на шеях людей.





Утро следующего дня выдалось солнечным. На небе не было ни облачка, а трава, покрывавшая холм сплошным покровом, лишь едва-едва шелестела под слабым ветерком. Наряд из четырёх бойцов готовил еду неподалёку. От полевой кухни, расположенной на огромной деревянной телеге, тянуло дымком и запахом жареного мяса. Лагерь начинал свой день настолько обыденно, что казалось, вчерашнего сражения и вовсе не было. После утренних процедур и завтрака Кит подошёл к своему наставнику с разговором.

— Гарт, я вчера говорил с нашим сержантом, и он мне сказал одну вещь…

— По поводу того, что заключённых направляют сюда на убой? Это не афишируется, но в высоких кругах не является особой тайной. Так делают во многих государствах.

— Но, ведь так быть не должно!

— Хочешь сказать, что это не справедливо? Возможно, но тебе нужно думать о другом.

— О чём, например?

— О том, как ты будешь выплачивать долг, о том, что ты слишком слаб, несмотря на неплохо освоенное умение создавать и поддерживать пустоту.

«Знал бы ты, что всю мою энергию поглощает непонятный кулон, может быть тогда, говорил по-другому! Очень хочется тебе это рассказать, но невзирая на всю оказанную помощь, я не могу доверять ни одному человеку в этом вопросе. У меня внутри тела камень с какой-то Окси, которая, как бесы из приданий, говорила со мной во сне. Ходят слухи, что Единая Церковь сжигала и за меньшее», — Кит от досады сжал зубы, чтобы на эмоциях не высказать эту опасную правду.

— И ты можешь что-то мне посоветовать? — спросил Сеймур, сквозь голос которого прорывалась злость на сложившуюся ситуацию.

— Пока Боги говорят мне, что тебе требуется помощь — я буду помогать. Но в будущем ты должен учиться справляться с возникающими трудностями сам. У техники создания пустоты есть и дальнейшее развитие. И это мы будем изучать в первую очередь.

— Хорошо, я готов!

— Нет, на самом деле не готов. Во-первых, перед тренировками необходимо провести некоторую практику. Во-вторых, потребуется место для занятий без лишних глаз. Так как это необходимо именно тебе, то и поиски такого места — твоя задача. И в-третьих, тебе нужно прикрытие от лейтенанта, чтобы он не бросился тебя искать в самый неподходящий момент. Этот вопрос ты тоже должен решить сам.

— Но здесь просто нет такого места! Семьсот метров в одну сторону и столько же в другую, тут просто негде укрыться!

— Значит, ты должен его создать. А до того, как найдёшь подходящее, нужно будет немного подготовиться к будущим тренировкам. С этого дня тебе нужно выполнять как можно больше тяжёлой физической работы. И всю эту работу нужно делать при задержке дыхания и поддерживая состояние пустоты внутри.

— Звучит не сложно, но зачем это?

— Пока нет смысла объяснять, а чуть позже ты сам всё поймёшь. Если тебе это покажется несложным, то мы очень скоро сможем перейти к полноценным тренировкам.

— Хорошо, я понял.

Сеймур не стал терять времени и отправился к сержанту. Кривой был настолько поражён просьбой о дополнительной физической работе, что некоторое время стоял в ступоре.

— То есть, ты хочешь, чтобы всю тяжёлую работу я поручал тебе? Никогда не жаловался на слух, но вот сейчас что-то стал в себе сомневаться… — сержант показательно начал ковырять мизинцем в ухе.

— Да мне требуется, как можно больше нагрузок.

— Что ж, даже спрашивать не буду. Видимо, ты решил, что здесь комфортное местечко и тебе не будет хватать тренировок для поддержания формы. Посмотрим, что ты скажешь через недельку-другую, — он хитро прищурился.

— Вряд ли что-то изменится.

— Хорошо. Нам в ближайшее время потребуется восстановить арсенал. Лес с подходящей для строительства древесиной находится в паре километров отсюда. Я попробую убедить лейтенанта в срочности этой постройки. Если всё пройдёт удачно, то очень скоро ты будешь рубить и таскать брёвна, а следом проклинать тот день, когда попросил меня об этом. Думаю, что такая работа будет в самый раз для тебя. Что-то ещё?

— Да, мне нужно место, где я бы мог тренироваться без посторонних взглядов.

— А, ну это совсем просто. Я поговорю с нашей волшебницей, чтобы она сняла с тебя ошейник, и ты мог отлучаться на пару часов в день.

— Правда?

— Конечно же, нет, парень! — с раздражением ответил Кривой. — Тебя точно не зацепили по голове в последней битве? Нет здесь возможности для тренировок, хоть с посторонними, хоть без. Ты как вообще себе это представляешь?!

— Ну, стоило попытаться, — улыбнулся Кит.

— Ага, стоило ему… — что говорил сержант дальше, было тяжело разобрать, потому как он уже удалялся в сторону штабной палатки.

Сеймур смотрел на удаляющуюся спину Кривого и думал о том, что проблемы с тренировками — это ещё не самая большая беда. При долге в десять тысяч золотых и месячном довольствии в пять, на покрытие штрафа уйдёт сто шестьдесят семь лет. Если хотя бы раз в месяц приносить жетон поверженного Воина или пятьдесят обыкновенных, то время отработки снизится до пятнадцати лет. Эти цифры совсем не добавляли положительных эмоций. С такими темпами можно сразу ставить крест на будущем. Значит, оставался только один вариант — стать сильнее и достичь ступени Мастера, а потом, вероятно, бежать. Правда, и такой выход не был особо желанным.

Спустя десять минут вернулся Кривой. Весь его облик лучился радостью, а на лице нарисовалась хитрая ухмылка.

— Лейтенант дал добро, — улыбаясь начал сержант. — К сожалению, на вырубку леса не согласился — ему не упало мотаться туда-сюда, как… ну, не буду приводить дословно. В общем, интереса таскаться с лесорубами у него нет. Однако арсенал строить надо! Лейтенант приказал вырыть добротное и просторное помещение, размерами в два раза большее, чем предыдущий оружейный склад. Накрыть это дело брёвнами, что не сгорели, а сверху уложить дёрн. Так, чтобы эронийцы не то, что не сожгли, а даже не заметили существования арсенала.

— Ну в целом не так уж и плохо, — ответил Кит. — Мне, особо, нет разницы, каким трудом заниматься, лишь бы было достаточно тяжело.

— О, поверь, тебе понравится. Здесь нет ни лопат, ни ломов, а под тонким слоем земли и дёрна находится только скальник самых разных форм и размеров. Более того, Торксон будто почувствовал твоё желание стать сильнее и выносливей и угадай, кому он поручил эту работу?

— Мне? — нисколько не сомневаясь, спросил Сеймур.

— Верно! Тебе и твоему однорукому другу. Вероятно, чтобы ты совсем уж не отчаивался, — продолжал жизнерадостно рассказывать сержант.

— А ты чего такой счастливый, Кривой? Думаешь, эта работа сломает меня? — с угрозой в голосе спросил Кит.

— Нет-нет, что ты? — он тут же выставил руки вперёд. — Я никаких претензий к тебе не имею. Но, вот когда услышал ругань Торксона и осознал, что все последствия его хренового настроения достанутся не мне, то где-то внутри стало так тепло и приятно. Ничего не могу с собой поделать — такой я жизнерадостный человек!

— Это называется злорадство! — недовольно сказал Сеймур. — Вот вроде добился, чего хотел, но то, как ты это преподносишь… Вызывает желание пройтись по одной наглой сержантской…

— Ну всё, всё! Остынь. Вообще шуток не понимаешь. Главное же, что все в плюсе. Пойдём обрисую контур будущего арсенала и прикинем объём работ. Если за неделю не будете справляться, то я втихаря выделю вам двоим ещё кого-нибудь в подмогу.

— Не надо, сами справимся! — буркнул Кит.

Сеймур с Кривым отправились в сторону барака. Отступив от него вбок около пяти метров, сержант начал чертить мечом на земле прямоугольник внушительных размеров.

— Глубина примерно в два твоих роста, а здесь в самом начале пологий спуск, желательно ступеньками.

— А лепнину и колонны в виде мраморных статуй тебе не надо?! — поинтересовался всё ещё недовольный Кит.

— Нет, это на ваше усмотрение, но спуск точно должен быть, чтобы рота не теряла время при боевой тревоге, — без всякого сарказма ответил сержант.

— Кривой, а нормальное имя у тебя есть?

— Нет. Уже давно нет. Ладно, удачи, если что обращайся, — сержант уже отвернулся, не желая продолжать разговор, и снова направился в сторону штаба.

Гарт, который находился неподалёку, подошёл к парню, с интересом разглядывая очерченную площадь будущего арсенала.

— Смотрю, ты уже придумал место, где не будет лишних глаз?

— А? Да, конечно, — добавил максимум уверенности в голос Кит, хотя сам даже не задумывался над таким использованием подземного сооружения.

— Ну, что тогда приступай, чем раньше закончишь, тем скорее начнутся нормальные тренировки.

— Лейтенант сказал, что на эту работу нас поставили вдвоём и мы должны успеть всё сделать за неделю, — Сеймур попробовал намекнуть на участие наставника в предстоящем действе.

— Замечательно! Для тебя это будет прекрасная отработка навыков задержки дыхания и поддержания пустоты. За меня не переживай, никто не будет требовать, чтобы я выполнял твою работу, лейтенанту важен лишь результат. Я буду находиться рядом и, если что помогу советом.

— Хорошо, — раздражение почти выплёскивалось из него. — Значит, я работаю один, постоянно задерживаю дыхание, концентрируюсь на пустоте и пытаюсь доделать всю работу за неделю?!

— Примерно так. Постарайся ещё уделять больше внимания переменам в ощущениях, когда ты дышишь свободно и когда перестаёшь. А в остальном всё верно.

«Это будет насыщенная неделя» — подумал Кит, усмиряя свои эмоции.





***





Гордон Стейлз находился в своём кабинете, куда с минуты на минуты должны были прибыть его подчинённые — все девять командиров рот. Поступившая информация была тревожной, поэтому требовалось принимать срочные меры. Для этого он и объявил сбор на совещание с офицерским составом.

Кабинет был небогато украшен, лишь пара гобеленов, да внушительные столы из красного дерева выделялись на фоне голых каменных стен. Постепенно помещение начало наполняться людьми. Чёткое время не было оговорено, и все прибывали, как только могли. Когда все интересующие Гордона лица расселись по своим местам, он решил обозначить повестку.

— Сегодня ранним утром ко мне пришло сообщение из штаба нашего полка. Руководству поступила проверенная информация, что на нашем участке готовится масштабное нападение эронийцев. Объединение войск противника насчитывает около пяти тысяч бойцов. По предварительным данным, среди них практически нет стрелковых формирований, а участвует в основном пехота. Рядовой состав противника, вероятнее всего, из штрафных батальонов, то есть такие же неопытные заключённые, что и у нас. Ориентировочно, нападение произойдёт через две-три недели, более точной информации на данный момент нет. Какие у кого мысли?

На какое-то время в помещении повисла тишина. Таких крупных столкновений не случалось уже пару лет. По большей части сюда отправляли небольшие группы, которые держали форт в постоянном напряжении, но не то чтобы особо тревожили. Первым решил высказаться пожилой лейтенант седьмой роты.

— Я считаю, что уже сейчас нужно отводить наши силы ближе к форту. Готовить ловушки, препятствия, организовывать засады. Инженерная работа может занять много времени и лучше начать готовиться уже с сегодняшнего дня.

Послышались тихие одобрительные возгласы. Опытного офицера уважали многие, а его предложения зачастую были самыми рациональными из высказанных.

— Пожалуй, я поделюсь с вами ещё некоторой информацией для полноты понимания картины, — сказал командир батальона. — Эти данные не должны покинуть моего кабинета! Нам на подмогу направляется полк из каторжников, собранных со всей столицы. В нём около трёх тысяч человек. Руководство планирует удар в тыл группировке, которая будет осаждать форт. Самое неприятное в этой ситуации то, что после разгрома противника часть штрафников из засадного полка останется у нас. По старому знакомству мне сообщили, что это будет около пятисот человек. Сейчас в нашем форте нет такого количества провизии, чтобы прокормить эту уйму народа. Начнутся голодные бунты, подавление, а потом объяснительные о нецелевом расходе человеческого ресурса. А это опять же урезанные премии и повышенное внимание любимого руководства.

В кабинете опять сгустилась тишина. Такое количество людей было сравнимо с тем, сколько сейчас числилось бойцов за батальоном. Это всё равно, что подселить ещё один батальон к ним в форт и пытаться прокормить двух солдат одной порцией похлёбки.

— Так, ну выбор-то у нас небольшой, — начал Торксон со своего места. — Тут либо оставлять на убой своих подопечных, либо не помогать засадному полку и рассчитывать, что его почти полностью уничтожат эронийцы, — он резко поднял руки, обводя взглядом всех присутствующих. — Так, я просто рассуждаю и ни в коем случае не предлагаю предательство! Да и кому нужны эти штрафники? Всё равно от них, так или иначе, придётся избавляться. Что хочу сказать? Если мы не поддержим со стен форта засадный полк, то там наверняка посчитают это большой подставой. Тут и трибуналом отделаться не получится, отправят всех нас на плаху. Значит, единственный выход — пускать в расход своих. И не надо на меня так смотреть! Вы все понимаете, что другого варианта в этой ситуации у нас нет.

В помещении начал нарастать гул обсуждений. Кто-то высказал своё неодобрение молодым лейтенантом, кто-то поддержал, но однозначности в высказываниях не было. Стейлз не выдержал, когда это больше начало напоминать склоку торговцев на рынке и громко хлопнул по столу обеими ладонями.

— Хватит! Я понимаю, что мало кому это нравится, но в целом, Торксон прав. Нам придётся пожертвовать почти всем составом, чтобы форт оставался боеспособным. Командиры рот, ваша задача отобрать треть бойцов из ваших подразделений, которые будут направлены в форт для сдерживания осады. Преимущество отдавать стрелкам. Но если есть опытные и надёжные пехотинцы, то и таких сохранить будет не зазорно. Всех раненых, что способны передвигаться, отправить на места боевого дежурства. Ротным магам дать задачу на установку дополнительных маяков в местах, наиболее пригодных к обороне. Состав ваших рот должен свободно перемещаться от базового расположения до этих мест. Все свободны. Исполнять!





Глава 20: Яма


Пустота в груди Кита начала пульсировать всё быстрее и сбивала концентрацию. Сейчас он держал над головой валун весом под сто килограммов. Камень мог запросто его придавить, если у парня дрогнет рука или он оступится на скользких камнях. Ощущение пустоты то усиливалось, то уменьшалось в такт непроизвольным сокращениям диафрагмы. Сами лёгкие уже дрожали от нехватки воздуха.

Он на секунду остановился, собрался с силами и скинул валун в большую кучу к остальным. Это был последний. Очень длинная, но не широкая яма под арсенал была наконец вырыта. На это у Сеймура ушло шесть дней тяжёлой ежедневной работы. Да и то, основной объём он вытащил за последние четыре дня. Сейчас перед его глазами было почти ровное прямоугольное углубление с пологим спуском и глубиной в два его роста.

В первое время у него никак не получалось удерживать состояние пустоты и делать задержку дыхания. По отдельности всё выходило легко и просто, но вот стоило объединить… Чувства и органы восприятия начинали сбоить: Кит ощущал горячую пульсацию в груди, не мог поймать равновесие, голова кружилась, а зрение становилось мутным.

Даже симулятор не смог помочь ему в этом деле. Когда Сеймур попробовал материализовать уже привычную воронку пустоты и задержать дыхание, то всё пространство симулятора превратилось в хаотическое месиво, а буквально через минуту парень проснулся от того, что задыхается. Пришлось идти обычным путём проб и ошибок. Два дня ушло на эксперименты и попытки совместить то, что никак не хотело совмещаться.

К третьему дню набранный опыт в этом занятии перевалил критическую отметку, и у Сеймура стало получаться. Теперь он замечал, что воронка пустоты в груди будто начинала вибрировать при сокращениях диафрагмы, а при вдохе — успокаиваться. К нему пришло понимание того, что он может усиливать приток энергии, куда сильнее, чем делал это раньше. Но даже к окончанию работ сделать это сознательно у него так и не вышло.

Стерев со лба проступивший пот, Кит огляделся в поисках сержанта. Он обнаружился неподалёку от полевой кухни, где отчитывал водоносов, неудачно попавшихся ему под руку. Парень и не подумал тратить время на отдых и сразу направился к нему.

— Кривой, принимай работу, и нужно всё-таки договориться с лейтенантом о походе за древесиной. То, что осталось от бывшего арсенала, под строительство не пойдёт.

— Шустрый ты парень, Кит, — ответил сержант, отвлекаясь от любимого занятия. — Я поначалу не верил, что управишься в срок. Принимаю, я всё видел. Здесь, наверное, каждый уже посмотрел, что ты там накопал. Даже лейтенант и магичка приходили, только ты никого не замечал и таскал камни будто во сне. Сейчас схожу, Торксон, как раз должен был вернуться с утреннего собрания. Думаю, не откажет — он вроде как впечатлился твоими подвигами.

Пока Кривой ушёл решать вопрос с лейтенантом, Кит выпросил воды у бойцов из наряда по кухне. Его немного удивили новые лица, появившиеся в их лагере. Пара человек, что наполняла котёл водой, точно имела ранения. У одного была перемотана рука, которую тот почти не использовал и справлялся одной правой. У другого выглядывала повязка в районе шеи, а двигался он немного неестественно. Буквально через пару минут сержант вернулся в компании с Торксоном и Хелси Брингс.

— Так, ну иди, показывай своё творение, архитектор, — подойдя, сказал командир роты и, не дожидаясь ответа, сам двинулся в сторону раскопок.

Вчетвером они подошли к будущему арсеналу, и лейтенант стал дотошно рассматривать яму, будто заказчик, принимающий выполненную работу.

— Так, глубина вполне, длина меня тоже устраивает. А зачем такой узкий?

— Чтобы не выискивать длинные деревья для потолочного перекрытия, да и время экономится, — тут же влез с объяснениями Кривой.

— Так, ну это понятно… Ладно, и такой пойдёт. Видишь, Хелси, что способна сотворить правильная мотивация от командира роты? И оба взвода в боевой готовности, и большая работа проделана.

— Ну да, мотивация здесь основное условие, — с усмешкой сказала она.

— А я про что? — не без гордости ответил Торксон. — Кривой, что тебе ещё нужно?

— Нам нужны брёвна, чтобы собрать у этого склада потолок. По-хорошему ещё бы смолы, чтобы законопатить все щели или хотя бы глины, но с этим у нас беда. Думаю, заделаем чем-нибудь подручным, да засыпем землёй. Так что единственное — это брёвна. То, что осталось от бывшего арсенала, не подойдёт, там головёшки одни.

— Так, ближайший лес у нас далековато, примерно в паре километров отсюда. Чтобы мне не мотаться туда-сюда — это нужно ставить всю роту на рубку и тащить одной ходкой, да и то поди две придётся делать. А ещё у нас нет свободных людей, я правильно понимаю?

— Так точно. Почти весь состав обустраивает оборонительную позицию. В целом, занят тем, что вы обозначили самой важной задачей на данный момент.

— Значит, не судьба, сержант! А вот эти камни пускай бойцы перетащат к хребту, — он указал на ту груду валунов, что появилась благодаря трудам Сеймура.

— Подождите, лейтенант. Я готова сопровождать тех, кого отправят на вырубку, всё равно сидеть в палатке до ужаса скучно, — вмешалась в разговор волшебница.

— Хелси, ну зачем тебе таскаться с этим быдлом. Мне недавно передали бутылочку доорсийского из Барсау, это точно поможет скрасить нам скуку этим вечером, — многообещающе улыбнулся Торксон.

— Устав Магической Академии Вергуса, категорически запрещает употреблять алкоголь во время несения службы. Разве у военных не так же?

— Так, — скрывая досаду, ответил лейтенант. — Я думал, что у магов с этим проще.

— Нисколько. Тогда после обеда можем и начать, сержант отправьте ко мне назначенных на вырубку, где-то через час.

— Я бы мог составить вам компанию, — снова обратил на себя внимание лейтенант.

— Ну, что вы, Эндрю! Сами же сказали, что у вас нет времени мотаться туда-сюда, и оставлять роту без присмотра не лучший вариант, не правда ли? — улыбнулась Хелси.

— Хорошо, — будто выдавил из себя Торксон. — Кривой направь к госпоже Брингс двух незанятых бойцов, через час.

Лейтенант резко развернулся и не оборачиваясь отправился в штабную палатку. Хелси, довольная собой, пошла следом в ту же сторону, оставив сержанта и Кита наедине.

— Работать ещё хочешь, не перегорел? — обратился Кривой к парню.

— Хочу.

— Ну и замечательно, мне всё равно некого снять с работ. Я так понимаю, однорукого ты с собой не потащишь?

— Нет, — на пару секунд он замолчал. — Ему и так нелегко приходится, — хотя про себя он подумал совершенно иное.

— Ладно, пообедай и передохни этот час. Потом подойдёшь ко мне за топором, где-то у меня завалялся один. Смотри, только рукоять не сломай, сейчас в форте негусто с плотниками. Лес находится вон в той стороне, — сержант указал рукой направление. — Думаю, не промахнёшься.

После небольшого отдыха и приёма пищи Кит захватил топор и отправился к палатке Хелси. Волшебница уже ожидала его снаружи.

— Больше никого не будет? — поинтересовалась она.

— Да, сержант решил, что и одного человека вполне достаточно.

— Ну тогда пойдём, так будет даже интереснее, — в её голосе послышался азарт.

Кит направился в сторону, указанную Кривым, стараясь не слишком спешить, так как Хелси двигалась чуть ли не со скоростью черепахи. Обогнув небольшой холм, они увидели стену редкого хвойного леса. Вся дорога заняла не более получаса неспешной ходьбы.

Кит не стал терять времени даром и быстро пробежался по ближайшей округе. Он оставил крупные зарубки на двадцати пяти ровных деревьях, подходящих по толщине и с минимальным количеством веток. Ему было проще сразу отметить нужное, чтобы потом не сбивать концентрацию во время тренировки. Сеймур, не смущаясь волшебницы, скинул с себя рубаху, обнажив торс. Возвращаться в вымокшей от пота одежде, его совсем не прельщало.

Подготовившись к делу, Кит задержал дыхание. Когда он концентрировался сразу на нескольких вещах, сознание входило в своеобразный транс, переставая замечать всё, что происходит вокруг. Сейчас во всём мире для него существовали только дыхание, цель и пустота в груди.

Первые пару деревьев дались на удивление легко, но вот потом заточка топора исчезла напрочь. Видимо, железо для инструмента было не самым качественным. Каждое последующее дерево всё меньше рубилось, а больше измочаливалось от сильных ударов инструментом.

Хелси всё это время, вместо того чтобы прогуливаться и любоваться красотами леса, сидела на одном из поваленных деревьев и наблюдала за молодым воином. Чем-то он её зацепил ещё с момента активации ошейника. Тогда пришлось вложить энергии значительно больше, чем обычно для этого требовалось. А может, и ещё раньше, когда она первый раз встретилась с ним глазами. Чаще всего у заключённых взгляд испуганный и затравленный, либо храбрящийся, с некоторым вызовом. Парень же был абсолютно спокоен. На его лице не читалось испуга или злобы на тех, кто заставляет его надевать этот рабский ошейник. Он просто излучал уверенность в том, что справится с чем бы то ни было.

Молодой боец валил деревья уже больше двух часов, но Хелси не наскучило смотреть за его работой. Рельефные мышцы и блестящий от пота торс притягивал её внимание всё это время. Вскоре тяжёлый труд утомил парня, и он решил сделать перерыв, чтобы не выбиться из сил до окончания работы.

— Как тебя зовут? — спросила подошедшая волшебница.

— Кит Сеймур.

— За что ты здесь Кит? Ты совершил что-то ужасное? — с большой заинтересованностью спросила Хелси.

— Нападение и попытка убийства дворянина. По крайней мере, так это выставили в суде.

— Хм… Значит, я сейчас нахожусь наедине с опасным преступником? Я видела, как ты убивал Кит, там на хребте. И по тебе не заметно, что ты мучаешься совестью.

Киту нечего было на это ответить, а оправдываться, он тем более не собирался. Ему вообще казался странным это внезапный допрос.

— Так и есть, ты опасный преступник, — она ткнула в его грудь указательным пальцем, слегка впиваясь в кожу ногтем. — Но сейчас ты в полной моей власти.

Ошейник сдавил горло Сеймура, заставив его тяжелее и чаще дышать. Хелси подошла так близко, что Кит ощутил горячее дыхание на своей шее.

— И я могу сделать всё, что захочу, — её палец начал двигаться вниз, царапая кожу сначала на груди, а потом и на животе. — Ведь убийца должен быть наказан…

Всю работу Кит закончил спустя два часа. До сих пор побаливало сдавленное ошейником горло, а спина и грудь горели от царапин, оставленных стреляющей из-под топора щепой. По крайней мере, так он решил рассказывать остальным, если спросят. Когда они вернулись в лагерь, Кривой организовал всех свободных бойцов, и за пару ходок в сопровождении волшебницы были перенесены все срубленные стволы.

После ужина, Сеймур, имея свободную минутку, устроился возле барака и смотрел на постепенно угасающее свечение горизонта. Сегодня был очень странный день, как и неоднозначный осадок эмоций от всего произошедшего. Кит перевёл взгляд на яму, поверх которой накидали стволы срубленных им деревьев. Завтра уже можно будет заканчивать работу — осталось совсем немного. Сейчас же, можно было со спокойной совестью ложиться спать. Все последние дни были насыщенны тяжёлым трудом, и молодой организм требовал отдыха.

Сеймуру показалось, что прошло всего минут десять с того мгновения, когда его неожиданно разбудили. Он почувствовал, как кто-то настойчиво тормошит его за плечо. Кит сразу же открыл глаза и в полумраке различил силуэт Гарта. Наставник пару раз махнул в сторону выхода и, убедившись, что парень различил его жест в темноте, двинулся первым. Через минуту они вдвоём уже спускались в свежевырытую яму. В глубине арсенала было темнее, чем на улице, но света от луны и звёзд, пробивавшегося между поваленных стволов, вполне хватало, чтобы немного различать лица друг друга.

— Сегодня будет твоя первая тренировка, — начал Гарт.

— Погоди, ты думаешь, нас не услышат? — спросил Кит шёпотом.

— Я сделал небольшой барьер для звуков. Когда закончишь крышу этого склепа, то будет ещё проще. А вот блокировать свет требует гораздо больших усилий, так что привыкай к тренировкам в темноте, — наставник говорил уверенно и громко.

— Не думал, что ты так можешь.

— Я много чего могу. Рассказывай, что ты смог почувствовать во время своих тренировок.

— Поначалу у меня не совсем ничего не выходило. Как только воздух заканчивался, было ощущение какого-то внутреннего дисбаланса, и я терял всю концентрацию. К сегодняшнему дню я чётко ощущаю пульсацию пустоты. Она чувствуется, как небольшой шарик внутри, который становится то больше и плотнее, то наоборот уменьшается и оказывается почти неосязаемым.

— Что-то ещё?

— Нет.

— Плохо. Ты не очень внимателен. Ещё ты должен был почувствовать, что твои руки и ноги становятся слабее на пике задержки и любая работа усложняется.

— Я заметил, просто думал, что вопрос именно про пустоту.

— Сегодня будет тренировка без оружия, но уже завтра тебе нужно достать меч и щит, — продолжил наставник, игнорируя оправдания. — Твоя задача, как и прежде, наносить максимально сильные удары, только дышать при этом нельзя. Старайся набирать воздуха не больше половины объёма лёгких, чтобы не мешать свободе движений. Можно и меньше. Приступай!

Сон уже окончательно слетел с Сеймура, и он начал атаковать Гарта без всякой разминки. Теперь, когда приходилось вкладывать максимум силы в каждый удар, он гораздо чётче почувствовал, как слабеют его конечности без нормального дыхания. Удары всё чаще выходили смазанными и слабыми, будто бил неопытный ребёнок. Доходило до того, что даже направление удара оказывалось совсем другим. Но сильнее всего пострадала скорость атаки, так как появилась некоторая скованность. Когда Кит делал перерывы, чтобы отдышаться, учитель подгонял его, не позволяя терять время. Спустя час занятий Сеймур был настолько вымотан, что начал терять чувство реальности. Он уже не понимал стало ли меньше света в яме или это потемнело у него в глазах. Всё чаще он бил вслепую, не разбираясь, где находится противник.

— Достаточно! — остановил неуклюжий выпад Гарт. — Присядь и задержи дыхание так долго, насколько можешь. Почувствуй пульсирующий шар пустоты в своей груди. Твоя задача сделать так, чтобы он перестал сокращаться, а лишь расширялся.

Кит в полуобморочном состоянии прикладывал все усилия, чтобы заставить этот чёртов шарик становиться больше, но пока у него никак не выходило. Он дошёл до предела, выдохнул и сделал новый вдох. Вторая попытка заставила на несколько мгновений остановить его вибрацию. Сеймур сделал третий глубокий вдох, и тёмная пелена погасила его сознание. Он очнулся от пары пощёчин в полной прострации.

— На сегодня хватит, тебе необходимо восстановиться. Завтра работаешь так же, как и до этого, а к вечеру не забудь достать меч и щит.





***





— Больше никого не будет? — раздался снаружи голос Хелси.

— Да, сержант решил, что и одного человека вполне достаточно.

— Ну тогда пойдём, так будет даже интереснее.

Эндрю Торксон находился в штабной палатке, когда услышал голоса, раздающиеся снаружи. Он неосознанно крутил двумя пальцами свою всклокоченную бородку, когда нервничал или серьёзно задумывался о чём-либо. Вот и сейчас он не находил себе места, сожалея, что отказался сопровождать лесорубов. Может, и Хелси бы присоединилась к этой прогулке, чтобы избавиться от вечной скуки на боевом дежурстве.

«А Кривой, конечно, тот ещё хитрец! Опять решил поберечь людей и отправил этого бедолагу», — Торксон узнал голос, ответивший волшебнице. Несмотря на предвзятое отношение к парню, лейтенант оценил его навыки стрельбы, как весьма достойные. «Да и к работе этот пацан подходит ответственно. Я и не думал, что они управятся за неделю с арсеналом. Капитан говорил, что на защиту форта понадобятся хорошие лучники, пожалуй, этого прихвачу с собой» — лейтенант выбрал ещё одного человека в список тех, кого решил оставить в живых.

Мысли лейтенанта в очередной раз вернулись к Хелси Брингс. Магов первого курса академии частенько назначали на практику в военные части. Это было взаимовыгодное сотрудничество, которое окупалось для обеих сторон. Молодые маги получали необходимую им практику в полевых условиях, а военные решали с их помощью множество других задач. Для таких батальонов, как двенадцатый, волшебники инициировали ошейники, ставили маяки и задавали области, которые заключённые не могли покинуть. Зарядка артефактов контроля и изменение привязки к владельцу тоже ложились на их плечи.

Хелси перевели в их батальон всего пару месяцев назад, и она сразу захватила внимание всего гарнизона. Обычно к военным, работающим с заключёнными, отправляли парней и в основном это делали за какую-то провинность. Здесь же, по словам девушки, она оказалась добровольно, и ,более того, сама просилась именно в такое место. Волшебница очаровала своей красотой Торксона, и он был безумно рад, что её назначили именно в его роту.

Но вот спустя два месяца он так и не сдвинулся с позиции вежливого общения. Единственное его достижение — это переход на «ты», который мало что давал, а иногда и вовсе использовался против самого Торксона. Стоило ему чем-нибудь не угодить волшебнице, как та сразу начинала обращаться к лейтенанту на «вы».

Эндрю с удовольствием отдал бы ей приказ не таскаться по лесам, а находиться по месту на дежурстве. К его сожалению, присланные маги подчинялись только командиру батальона. Да и то, это подчинение было не безусловным, и при желании волшебник мог не выполнить любой приказ. Конечно, за любым невыполнением приказа следовало разбирательство, но происходило оно на пару уровней выше — между магической академией и штабом армии.

— Так, нужно отвлечься и поработать, — он хлопнул ладонью по поверхности небольшого деревянного стола, что был напротив него, и поднялся.

Первым делом Торксон решил осмотреть, как рота готовит оборонительную позицию у хребта. Чтобы занять время он не спешил и параллельно раздумывал над тем, кого включить в свой список спасённых. Периодически на его пути встречались заключённые, что таскали камни из лагеря. За прошедшие шесть дней Хелси установила несколько маяков, теперь бойцы могли добраться от базы до хребта, не переживая, что их начнёт душить ошейник. Дозоры тоже сместились с прежней отметки и ушли даже дальше обороняемой сопки.

У проверяемой точки лейтенанта встретил Кривой и тут же доложил об ударном выполнении работ. Эндрю и сам видел, что бойцы не филонят и трудятся, как муравьи. «Кривого тоже включим в список» — отметил он для себя. Посмотрев на позицию, Торксон отправился обратно — у него не было интереса там торчать, да и сержант неплохо справлялся с контролем.

В лагере тоже никто не сидел без дела. Наряд по кухне таскал воду из ближайшего родника и собирал хворост про запас. Куча камней возле вырытой ямы постепенно уменьшалась. Несколько бойцов мастерили волокуши, на которых в скором времени потащат трофеи в форт. Старые сгорели вместе с арсеналом, когда эронийцам удалось дойти аж до самого лагеря роты. И здесь его внимания не требовалось, бойцы занимались бытовыми, но нужными вещами, а главное, были чем-то заняты.

Вернувшись в штабную палатку, Эндрю никак не мог найти себе места. Что-то его постоянно беспокоило, а мысли то и дело возвращались к Хелси Брингс. «Может сходить к ней и сказать, что дел особо нет, вот и решил прогуляться. Хотя сам ведь говорил, что мне никакого интереса нет, болтаться с лесорубами. Или сказать, что опасаюсь нападения эронийцев и пришёл в качестве охраны? Бред! Волшебницу даже Воин поцарапать не сможет, а вот она запросто прибьёт таких с десяток… Чёрт! Да, что я как пацан?! Просто пойду, а там что-нибудь придумаю, если вообще потребуется!» — наконец он решился и отправился в сторону леса.

Торксон шёл, не спеша, осматривая округу. Найти волшебницу по следам было проблематично, так как плотный слой травы был только на месте расположения их лагеря. Дальше шёл практически сплошной скальник, местами покрытый мхом и переплетением корней всевозможного кустарника. Но лейтенант не переживал о том, что не сможет найти Хелси — вряд ли они пойдут куда-то вглубь.

Когда он уже подходил к первым крупным деревьям, из леса раздался приглушённый крик. И судя по всему, он был женским. Лейтенант тут же насторожился и быстрым крадущимся шагом направился по этому направлению. Возможно, он был не так уж далёк от правды, когда думал про эронийцев. Он услышал ещё один то ли крик, то ли стон, и ускорился.

«Я должен поспешить, скорей всего ей нужна моя помощь. Если даже волшебница не справилась, то это мог быть кто-то серьёзный. Сейчас нужно, не привлекая внимания, подкрасться и атаковать из засады. Элемент неожиданности может сыграть решающую роль в сражении с превосходящим противником. Ах ты ж конченая ш…» — Торксон увидел то, что хотел бы видеть меньше всего. Пусть даже огромные силы эронийцев или вражеский мастер, но только не это. Он встал в полный рост и больше не скрываясь пошёл назад. По дороге он ожесточённо давил сухие ветви, что с хрустом переламывались под его ногами. Только вряд ли эти звуки хоть кто-то слышал. С красным от злости лицом он двигался, не разбирая дороги.

«Что ж, пацан, ещё пару часов назад у тебя был прекрасный шанс остаться в живых. Ты мог находиться под защитой стен во время осады, но теперь точно останешься здесь. Форт переживёт нападение без одного лучника, а вот ты вряд ли!»

[Лейтенант Эндрю Торксон]





Глава 21: Не повезло


— Сегодня ты можешь не задерживать дыхание. Атакуй изо всех сил, не практикуя состояния пустоты. Тебе нужно понять, чему ты научился за это время, что изменилось в твоей манере боя. Бери меч и начинай!

Последние восемь дней Кит вместе с Гартом каждую ночь отправлялись в уже законченный арсенал и проводили час-полтора за тренировками. На большее сил у Сеймура пока не хватало. Но с каждым днём, представляя воронку в груди, он ощущал, что она как будто понемногу увеличивается в размерах и вытягивает всё больше энергии из окружающего мира. Конечно, почти вся она поглощалась камнем. Парень уже научился это чувствовать, хоть и с трудом. Однако некоторая её часть всё же оставалась, и если ощущения его не обманывали, то чем больше он практиковался, тем больше был этот остаток.

Также у Сеймура немного изменилась техника нанесения ударов. Ещё до ночных тренировок он научился бить, вкладывая максимум силы в удар. С задержкой дыхания это выходило значительно труднее. Руки и ноги очень быстро уставали, в них ощущалась слабость, и слушались они неохотно. Теперь, чтобы атаковать с прежней силой, Сеймуру приходилось приспосабливаться к новым условиям. Он вкладывал максимум напряжения в самом начале движения, чтобы придать мощный импульс, и тут же расслаблял мышцы. Рука при таком способе уподоблялась плети и напрягалась в самый последний момент, позволяя вложить вес тела в атаку. Такой метод был не нов для парня, но с подобными тренировками он перешёл на новый уровень. Вскоре это дало возможность наносить очень мощные удары, при этом, экономя силы и сохраняя выносливость.

Кит без предупреждения сделал первый выпад. Сейчас, когда его ничего не сдерживало, атака вышла невероятно сильной и быстрой. Меч с резким свистом рассёк воздух и с хлопком ударил ладонь наставника. В первые дни Сеймур ещё удивлялся тому, как Гарт способен принимать атаки мечом на голую руку, однако впоследствии просто принял, как данность. За выпадом он разразился целой серией атак и сам удивился тому, насколько увеличилась скорость и мощь ударов. Его навыки сделали огромный шаг вперёд, теперь он бы мог дать фору Редвику Карнеги, который представлялся ему одним из самых опасных противников на аттестации.

— Достаточно, — прозвучал голос наставника после десяти минут практики. — Это занятие не развивает тебя, но даёт понять твои новые возможности. Важно, чтобы в реальном бою ты знал, чего ожидать от самого себя. Как видишь, сейчас ты немного походишь на хорошего Воина и даже не выдохся, работая изо всех сил эти десять минут. Скорость на неплохом уровне, но силу и выносливость нужно подтягивать. По моей оценке, ты примерно на третьем ранге Воина. Этого, само собой, мало, но твои шансы выжить в этом месте значительно поднялись. Сегодня отдыхай, а завтра мы добавим нагрузки.

В эту ночь на тренировку не ушло много времени, и Кит совсем не вымотался. По этой причине уснуть быстро не получилось. Голова наполнилась тревожными мыслями, которые раньше не успевали возникать из-за постоянной занятости парня. У бесконечной работы с ночными тренировками был один огромный плюс — переживать о родных и единственном друге не было никаких сил. Сейчас же Кит ворочался ещё около получаса, осмысливая то, что тщательно им подавлялось всё это время. Однако надежда на лучшее и вера в то, что со всем можно справиться, победили, и Сеймур уснул.

Попав в симулятор во сне, Кит решил отработать умение пользоваться новыми возможностями своего тела. Отведённую половину часа он атаковал всевозможным оружием воображаемый манекен. Теперь у него получалось постоянно поддерживать две материализованные вещи. Первым объектом он всегда выбирал знакомое оружие. Вторым был манекен, к сожалению, неподвижный. Он просто изображал противника и был безвольной куклой для битья, однако и это оказалось замечательным подспорьем для отработки навыков.

— Боевая тревога! — истошный вопль дозорного пробился сквозь симуляцию, а всё окружение разлетелось клочками тумана.

Сеймур с трудом разомкнул веки и начал подниматься. По ощущениям прошло не больше двух часов с того момента, как он лёг. Сознание ещё не успело толком пробудиться, а парень уже накидывал на себя броню. Чехол с луком, колчан, щит и меч также находились рядом со спальным местом. В последнее время вся рота предпочитала держать своё снаряжение под рукой, а арсенал использовали только под трофеи.

Кит выбежал на улицу и чуть не влетел в сержанта, который уже принимал доклад от дозорного. Лейтенант тоже был рядом, но не влезал, предпочитая сначала всё выслушать.

— Движется около тридцати человек. Пятёрка лучников, пятнадцать мечников, пятнадцать копейщиков. Это навскидку. Идут прямо к нашему хребту не очень торопясь, пятёрка бойцов проверяет маршрут на ловушки. Даже если не сильно спешить, то рота вполне успеет добраться до хребта и встретить эронийцев без всяких проблем.

— Так, отставить не спеша, — сразу же всполошился Торксон. Кривой, бери самых быстрых и встречайте их до того, как они подойдут близко. Противник не должен увидеть нашу засадную полосу и вернуться с информацией. Делай, что хочешь, но заставь их развернуться, не добравшись ловушек.

— А нахрена мы тогда всё это готовили, чтобы сейчас впустую рисковать?! Может, стоит… — ошейник чуть сжался на его горле, заставив сержанта поперхнуться.

— Не забывайся Кривой! — гневно прорычал лейтенант. — Не твоего ума дело нахрена это всё готовилось. Если не хочешь сдохнуть, то веди отряд! Ты меня понял? — Торксон был явно на взводе и говорил гораздо резче, чем обычно.

— Так точно, — угрюмо ответил Кривой.

Лейтенант выбрал около двадцати бойцов, не интересуясь мнением сержанта. Как обычно, он следовал своему любимому принципу: чем крупнее, тем лучше. В число отобранных вошёл и Кит Сеймур.

— Бери этих и вперёд! — бросил он сержанту с таким видом, будто сделал одолжение, выполнив чужую работу.

Кривой обвёл злыми глазами людей, видевших его в не самой приглядной ситуации, но к его чести, не стал срывать злость на подчинённых. После короткого «за мной» бойцы побежали экономным бегом навстречу противнику. Добравшись до сопки, Кривой подозвал Кита, а сам забрался повыше, не становясь на гребень, а так, чтобы иметь возможность выглядывать из-за него.

— Кит, ты сможешь быстро уничтожить отряд лучников? Если мы столкнёмся с этой пятёркой на простреливаемой местности, то весь отряд поляжет, даже не столкнувшись с противником.

Сержант испытующе и несколько виновато смотрел на парня. Ему было неловко просить о таком, ведь подобная миссия больше напоминала самоубийство. Стрелки почти всегда работают из-за спин пехоты. Чтобы выполнить просьбу Кривого, Сеймуру необходимо как-то обойти эронийцев и обнаружить среди них лучников. Помимо этого, ему придётся победить в стрелковой дуэли пять человек и этим привлечь к себе внимание остального вражеского отряда. Выжить в таких условиях даже на ступени Воина является весьма проблематичным.

Как бы ни пытался Кривой говорить тихо, но звуки в ночной тишине разносились очень хорошо. Бойцы отряда, которые тоже хотели оценить обстановку, находились довольно близко и слышали всё, что сказал сержант.

— Старший, — донёсся голос снизу, — ты, конечно, командир с понятием, но пацана за просто так погубишь. Он, так-то, парень умелый с виду, но такое дело — это верная смерть.

— Да, Кривой, пацан пусть новенький, но показал себя. Не бери грех на душу.

— Справимся сами, сержант, не впервой ходить под смертью!

Снизу будто эхом раздались поддерживающие возгласы от бойцов. Кит даже удивился, что кто-то успел проникнуться к нему уважением, ведь он и не общался толком ни с кем. Это было настолько же неожиданно, насколько и приятно.

— Будешь должен Кривой. Очень сильно должен! — ответил Сеймур после нескольких секунд раздумий. — Прячьтесь как можно лучше здесь у подножья. Как только услышите крики эронийцев, то через тридцать секунд нападайте. Скорее всего, к этому времени они будут смотреть только на меня.

В глубине души парня загорелся странный азарт. Он не сказал этого сержанту, но ему хотелось проверить себя и свои новые возможности в реальном бою. Кит не стал говорить прощальных речей и просто перемахнул через хребет сопки. За этим сразу же последовал быстрый спуск по крутому и неудобному склону. Приходилось полностью концентрироваться над тем, что находится под ногами. Третья рота за прошедшие две недели успела сделать множество ловушек: скрытых ям; слабых и готовых в любую минуту осыпаться мест; громадных камней, которые едва удерживались от того, чтобы не покатиться вниз. Помимо этого, весь склон был утыкан невообразимым количеством острых предметов, что должны были помешать противнику быстро подняться.

Добравшись до подножья, он стелющимся шагом двинулся в северную сторону, чтобы обогнуть приближающегося врага. Восемь дней тренировок приучили его более-менее ориентироваться в темноте, и сейчас он перемещался достаточно быстро. Вокруг росли редкие деревья, но чаще встречался кустарник и отколовшиеся глыбы камней — это позволяло передвигаться скрытно, несмотря на то, что луна достаточно ярко освещала землю. Впереди и чуть слева послышались звуки идущих людей. Эронийцы не сильно таились, всецело полагаясь на покров ночи. «Интересно, откуда такая уверенность в своих силах, когда их всего три десятка?» — непроизвольно подумалось Сеймуру.

Вскоре он различил силуэты копейщиков, которые шли впереди основных сил. Они тщательно осматривали каждое подозрительное место и в случае сомнений проверяли тычком копья. За ними следовал сборный отряд, в котором присутствовали не только копьеносцы, но и мечники, а замыкала эту процессию пятёрка лучников. «Что же, хоть в этот раз дозорные не ошиблись», — с некоторым облегчением подумал Кит.

Некоторый запас времени ещё был, и парень решил выбрать наиболее удобное место, для внезапной атаки. Оно должно было надёжно скрывать его от других лучников и быть максимально удалённым от пехоты. Вскоре он нашёл достаточно большой валун, за которым можно укрыться в сидячем положении, и сразу же занял позицию за ним. Больше медлить нельзя, ведь скоро эронийцы подойдут слишком близко к затаившимся бойцам третьей роты.

Сеймур, стоя на одном колене, натянул тетиву и тщательно прицелился в дальнего от себя лучника. Сначала нужно сделать самый сложный выстрел, пока есть возможность без спешки подготовиться. Он сделал неполный вдох и задержал дыхание. Очень тщательно прицелился. Выстрел.

Первый вражеский боец упал. Назад дороги больше нет. Сейчас нужно успеть нанести, как можно больший урон противнику, пока они не успели сориентироваться. Кит прицелился во второго лучника. Выстрел. Раздался крик раненного в плечо бойца. «Слишком рано!» — со злостью подумал Кит.

Не обращая внимания на подранка, парень прицелился в следующего лучника. Боеспособных стрелков ещё трое, и они могут устроить большие проблемы. Задержать дыхание. Выстрел. Этот был намного удачнее — боец, взмахнув руками, завалился на землю без единого звука.

Двое оставшихся лучников, наконец, сообразили, откуда бьёт Сеймур. Надо отдать им должное, ведь посреди ночи это было не так просто определить. В направлении Кита полетела первая стрела, но даже не попала по валуну, за которым он укрывался. Паника и поспешность сыграли не на стороне эронийцев.

Сеймур не стал допускать подобной ошибки. Он опять тщательно прицелился, затаив дыхание. Выстрел. И тут неожиданно его правое предплечье будто обожгло огнём. Кит сразу же укрылся за валуном и осмотрел свою руку. Повезло, защитные наручи уберегли руку от прямого попадания, а вражеская стрела лишь немного рассекла кожу. «Надеюсь, они не отравлены», — мелькнула неприятная мысль при взгляде на кровоточащий порез.

Времени отсиживаться не было. Кит услышал, как пехота противника, находившаяся дальше от него, начала возвращаться к своим стрелкам, чтобы прикрыть их щитами. Пришлось заранее натянуть тетиву, чтобы быть готовым стрелять очень быстро. Оставался один или два стрелка. Сеймур не успел увидеть, был ли удачным его последний выстрел. Подъём и быстрый взгляд из-за укрытия. Кит целился в то же место, куда бил до этого, и обнаружил, что предыдущий выстрел всё же был успешным. Скорый поиск глазами новой цели. Последний лучник побежал навстречу воинам, рассчитывая на их защиту. Это и стало его ошибкой. Выстрел. И ещё минус одна цель.

Больше прятаться за укрытием парень не стал, особого смысла в этом не было. Слева на него бежало около дюжины солдат противника, и нужно было срочно сократить их число. Он медленным шагом начал отступать, делая остановки перед каждой пущенной стрелой. Кто знает, возможно, эти пару шагов подарят ему возможность для ещё одного выстрела и увеличат шансы на выживание.

Шаг назад. Выхватить новую стрелу. Шаг назад. Выстрел. Шаг назад…

Кит успел выпустить ещё четыре стрелы, когда расстояние между ним и противниками сократилось до двадцати шагов. В этот момент он бросил лук и колчан на землю, чтобы вооружиться мечом и щитом. Отряд врага теперь насчитывал восемь человек, и они были полны ярости. Спустя секунды на него налетел первый противник, нёсшийся с большой скоростью.

Кит принял удар меча на щит и скользящим блоком перенаправил его по левую сторону. Точный удар мечом и эрониец валится на землю, захлёбываясь собственной кровью. Два шага назад. В щит прилетает удар копьём от следующего врага, и сразу же за ним обрушивается удар мечом от ещё одного. Атаку копьём удалось отразить аккуратно, но удар мечника пришлось принимать жёстко. Левая рука Сеймура на какой-то миг онемела, но парень был к этому привычен.

Удар мечом по копью не перерубил его, но отбросил в сторону. Длинный выпад и мечник лишился кисти, продолжавшей сжимать оружие. Этот больше не противник. Рывок вперёд и мощный удар щитом откидывает копейщика назад.

Где-то в ста метрах впереди от Кита раздался многоголосый крик. Кривой с остальным отрядом спешили на помощь. «Нужно только продержаться до их подхода» — вспыхнула обнадёживающая мысль.

Вперёд вылетело сразу трое копейщиков. Было видно, что эти ребята точно умеют работать слаженно. То, как они заняли одинаковую стойку, как одновременно отвели наконечники копий для удара — всё говорило об этом.

Кит не стал принимать слаженную атаку этого звена и отскочил назад. Копья проткнули пустоту и начали привычно возвращаться в исходное положение. Однако трое бойцов и не могли подумать, что их одинокий противник обладает такой скоростью. Сеймур мгновенно сократил расстояние рывком. Щит ударил по оружию левого бойца и отвёл его далеко в сторону. Выпад. Средний копейщик получил смертельную рану в живот. Кит, не останавливая движения, нанёс мощный удар наотмашь по правому бойцу. Атака вышла такой сильной, что меч, не заметив, перерубил древко копья, которое противник подставил для защиты, а следом и шею копейщика.

— Все назад — это Воин! — заорал один из эронийцев, вооружённый мечом.

Но он слегка не успел со своим приказом, и Кит добил противника, что оставался слева. Теперь против него оставалось два мечника и один обладатель копья. Справиться с ними уже не казалось чем-то невыполнимым.

— Ты поплатишься за смерть моих бойцов, — сказал всё тот же мечник, сделав два шага навстречу. — Охраняйте тыл, здесь вы только помешаете.

Сеймур посмотрел на нового оппонента и понял, что тот явно непрост. Его броня отличалась от других воинов и имела нашитые стальные пластины, поблёскивавшие в лунном свете. Да и держался он куда увереннее, чем его подчинённые. «Скорее всего, это Воин, но ранг на взгляд не определить», — Кит начал слегка беспокоиться.

Стремительный выпад Сеймур принял на щит, и сила удара неприятно впечатлила, отдав болью в руку. Противник тут же перешёл в нижнюю стойку и попытался атаковать сложной связкой сначала ноги, а потом торс Кита. «Удары сильные и скорость на высоте. Навыками и техникой напоминает Редвика Карнеги, а его признали Воином третьего ранга. Будет непросто», — Кит молниеносно оценил противника. Конечно, он мог ошибаться в ранге, но решил предполагать худшее.

Чтобы не позволить захватить инициативу, парень начал свою серию атак. Осознав всю серьёзность предстоящей схватки, Сеймур решил не экономить силы и начал действовать максимально быстро. Обманный выпад в голову и эрониец отклоняется назад. Удар щитом нарушает равновесие и отталкивает соперника на шаг. Атака крест-накрест и сразу же удар по ногам. Серия колющих выпадов, пинок ногой по щиту. И в этот момент парень остановился.

Только сейчас он осознал, что после первого колющего удара можно было остановиться, ведь эрониец был мёртв.

— Ну ты даёшь, парень, — раздался из темноты голос Кривого.

Кит даже не заметил, как подошли его бойцы из третьей роты. Двоих эронийцев, что должны были охранять тыл командира, уже добили, и сейчас отряд из пятнадцати человек под началом сержанта стоял напротив Сеймура.

— В какой, говоришь, школе ты проходил обучение? — продолжил Кривой.

— Я не говорил. В «Снежных Барсах», — ответил Кит без эмоций. Его начало слегка потряхивать от выплеснувшегося адреналина.

— Ещё бы день назад я не поверил, но сейчас почему-то даже не сомневаюсь. Такой скорости я не видел даже у нашего лейтенанта, а он, на минутку, Воин третьего ранга. Так вы, получается, благородный, Кит Сеймур? — с большим удивлением уточнил Кривой.

— Нет. Я простолюдин, которому не повезло оказаться в дворянской школе воинов, — ответил Кит и устало присел на ближайший камень.

В это же время, не так далеко от позиций третьей роты, остановилась перед последним рывком огромная эронийская армия. До штурма форта оставались последние сутки.





***





Герцог Мисгейл стоял во дворе своего столичного поместья рядом с начальником родовой гвардии и наблюдал за тренировкой сына. Его лицо практически не выражало эмоций, но если приглядеться, то в глазах можно было заметить искорки гордости за своего отпрыска.

— Как тебе Грег? — поинтересовался герцог у своего подчинённого.

— Очень впечатляет! Он уверенно сражается и уже шестую минуту не проигрывает двум опытным Воинам третьего ранга. Это внушает уважение.

— Нет, Грег, он шестую минуту не хочет побеждать двух твоих Воинов. Он специально тянет время, чтобы показать мне, насколько стал сильнее. Пожалуй, эта неуспешная аттестация стала для него гораздо лучшим событием, чем если бы всё прошло нормально, — с удовольствием произнёс Винс.

— Почему вы думаете, что он делает это специально, Ваша светлость?

— Потому, что я вижу, как в Найджиле проснулась наша родовая способность. И это в таком юном возрасте! Посмотри внимательно. Сейчас он контролирует не только поле боя, но и каждое действие своих соперников. Они делают ровно то, что он хочет. Вот пару секунд назад опытные бойцы столкнулись при одновременной атаке, как неумелые ученики. А прямо сейчас он выстроил их в линию так, что они не могут атаковать его одновременно. При этом, заметь, каждый из твоих гвардейцев сильнее и быстрее моего сына, но ничего против этого сделать не могут. Он знает наперёд, как они будут наносить удары, как защищаться и куда отходить. Более того, он будет заставлять их двигаться туда, куда ему надо, и так, как ему потребуется.

— Я понимаю вашу гордость за сына, но… — начал слегка виновато говорить командир гвардии.

— Ты сомневаешься, Грег, — констатировал факт старший Мисгейл. — Смотри. Найджил, я хочу, чтобы оба твоих противника потеряли мечи, как деревенские неумехи. Сделаешь это за тридцать секунд, и я на неделю освобожу тебя от занятий по экономике! — выкрикнул он в сторону сражающихся.

Найджил не изменился в лице, и по нему невозможно было понять, услышал ли он слова отца, но вот его манера боя резко изменилась. Он стал чаще открываться, провоцируя своих соперников, а сам всё реже бил в ответ. При этом по нему так и не смог попасть ни один из бойцов, что уже начинало выводить их из себя.

Спустя какие-то секунды оба гвардейца одновременно начали неудачную для себя атаку. Их мечи столкнулись друг с другом и один из бойцов, не ожидая этого, выронил свой клинок. Второй же, столкнувшись с отдачей от удара, не был готов к внезапному натиску лер-герцога и спустя мгновения тоже оказался безоружным.

Найджил поблагодарил кивком Воинов гвардии за тренировку и направился к отцу.

— Я горжусь тобой, Найджил! Ты прогрессируешь прямо на глазах! — в каждом слове герцога слышалась гордость за своего сына, но без той теплоты, что присуща обычным семьям, а скорее, как гордятся приобретением потомственного жеребца.

— Спасибо, отец. Здесь больше заслуг нашей родовой способности, чем моих собственных. Но я обязательно приложу все усилия, чтобы к следующей аттестации взять максимальный ранг.

— Да, мне кажется у тебя есть все шансы стать первым Воином за последние пятьдесят лет, что добился четвёртого ранга в таком возрасте.

— Я тоже на это надеюсь, отец. Поэтому хотел бы попросить тебя устроить мне настоящую боевую практику на границе с Эронией. Я согласен даже на штрафной батальон типа двенадцатого, лишь бы хватало реальных боёв.

«Но больше всего я надеюсь, что Кит Сеймур всё ещё жив… чтобы уничтожить его своими собственными руками», — добавил про себя Найджил Мисгейл.

— Это похвальное стремление! Я и сам думал о чём-то подобном. Но в штрафной батальон ты точно не отправишься — это сильно ударит по репутации рода. Я посмотрю, что можно сделать.





Читать следующую книгу цикла:





От автора: Книга завершена. Спасибо, что следили за приключениями Кита Сеймура вместе со мной. На этом история не заканчивается. Во втором томе Кит получит больше возможностей и власти, но вместе с ними придут проблемы и ответственность. Он станет сильнее, чтобы сразиться с новыми врагами, при этом старые тоже не стоят на месте.

Если вам понравилось, то нажмите ❤, и где-то в мире на одного счастливого человека станет больше. А если нажимать лень, то я пойму, сам иной раз так делал. Спасибо!





