Мы с принцем переглянулись, и по его взгляду я поняла, что он собирается потащить меня с собой. Конечно, я бы хотела узнать, что произошло с королем и как он себя чувствует, но в том же направлении пробирался и профессор Рамер, а я не могла позволить, чтобы он меня увидел и узнал.
Ситуацию очень своеобразно спасла Рошэль. Она увидела меня издалека и оказалась рядом очень быстро.
– Ваше высочество, будет лучше, если вы с Розмари сейчас пойдете в цветочную гостиную и дождетесь его величество там. Не нужно создавать лишней сутолоки. А я прослежу, чтобы его величество доставили именно туда, – озадачила она нас и добавила, глядя в глаза принцу: – Прошу вас. Уверена, с королем все в порядке.
После посмотрела на меня и взглядом обожгла так, что спорить расхотелось. А еще я осознала, что королю стало плохо после того, как его лечил Ё-ё, а это значит… Теперь нехорошо стало уже мне. И принц, который явно не собирался выполнять полупросьбу-полуприказ Рошэль, это заметил, бросил быстрый взгляд в сторону удалявшейся фаворитки короля и все-таки сказал:
– Пойдемте в цветочную гостиную, Розмари.
И я пошла. Честно говоря, в этот момент меня захлестнула паника, и увести меня можно было куда угодно. Я растерялась, не знала, как реагировать и что делать, если королю станет совсем плохо. В голове метались самые разные мысли, и они имели далеко не оптимистичный окрас. Но главная мысль, которая затмевала все, была: «После такого нам ведь совсем перестанут верить, и пауки завершат свое черное дело без какого-либо сопротивления!»
Очнулась я от своих переживаний, только когда за моей спиной захлопнулась дверь и стало совсем тихо. Огляделась. Действительно, эта гостиная не зря называлась цветочной: вся мебель в ней была обтянута тканью с цветочным орнаментом, а на стенах висели картины с изображением цветочных композиций.
Я попыталась снять ладонь с руки принца и отойти, но он внезапно ее перехватил и прижал к своей щеке. Только тут до меня дошло, что за всеми переживаниями я совсем забыла о своей репутации! Более того, осталась наедине с тем, с кем меньше всего хотела бы этого.
Я рванулась, пытаясь высвободить конечность, но принц словил мою вторую ладонь, прижал ее к своему лбу и, прикрыв глаза, застонал!
– М-м-м…
– Ы-ы-ы… – вторила я ему, не зная, как реагировать и что делать.
– У-у-у… – возмутился кто-то.
Мы с принцем посмотрели в сторону двери и увидели рождение разъяренного монстра. Принц тут же задвинул меня себе за спину и попятился.
– Я же тебя сейчас прибью-пф! Мою Эйлин трогать?! Занята она, понял?! – надвигался на нас злющий Ё-ё, из милого ежика превращаясь в коренастого мужичка, который демонстративно потирал кулаки и собирался начистить лицо его высочеству.
– Ё-ё, не надо! – выкрикнула я, собираясь выскочить из-за спины принца, но тот не дал, заступив мне дорогу, и пришлось подпрыгивать, чтобы видеть происходящее из-за его плеча. Это получалось плохо. – Ё-ё, я все объясню!
– Марселю будешь объяснять-пф, – мрачно заявил еж. – А мне будешь помогать.
– Как? – заинтересовался уже принц.
– Труп твой закапывать-пф. Отпусти Эйлин!
– Здесь нет Эйлин. Это Розмари, – парировал тот. – И вообще, ты голый. Я к тебе ни Розмари, ни Эйлин, ни какую-либо другую девушку не отпущу!
– А! – внезапно закричал Ё-ё и как ошпаренный заметался по гостиной. – А! Да что ж в этой комнате ни одной тряпки-то нет?!
По мере того, как Ё-ё бегал по гостиной, принц поворачивался, не давая мне ничего рассмотреть. Разве что хорошо был слышен стук голых пяток по паркету.
Я представила, что сейчас в комнату войдет король с многочисленной свитой, увидит этот театр абсурда, и мне снова поплохело.
– Ё-ё, стой! Я накину на тебя иллюзию. – И я, присев, чтобы разглядеть, где он находится, кинула в его сторону первое, что пришло в голову.
На мгновение все затихло, а потом мой друг возмутился:
– Эйлин! Имей совесть! Тебе что, чего-то поприличнее для меня жалко?
Принц почесал затылок и наконец дал мне выйти из-за его спины. Я увидела ежа и тоже озадачилась. Нет, понятно, что накинуть на голого халат – это нормальная реакция, но почему он оказался в розовый цветочек?.. Наверное, комната навеяла.
– Извини. – Я соорудила на Ё-ё приличный мужской костюм. Даже про бутоньерку не забыла.
– Вот, – осмотрел он себя с удовлетворением. – Совсем другое дело.
– Только без магической подпитки он у тебя исчезнет через двадцать минут. Имей в виду.
– Я к тому времени уже смогу обратно в ежа перекинуться. Сразу почему-то не получается.
– Кхм, а вы ничего не хотите мне объяснить? – сдвинул брови принц, а потом выражение его лица неуловимо изменилось, и он хихикнул: – А забавно! Я бы еще на что-нибудь такое глянул. Розмари, или как там тебя, может, и ты сейчас в кого-нибудь обернешься и голой тут передо мной побегаешь? – Он заозирался. – А где здесь выпивка? – Потом приложил ладонь ко лбу и крепко зажмурился. – Простите… Розмари, кто это существо? Вы его знаете? – Снова открыл глаза и почти выкрикнул: – Мне нужно выпить! Где эта грокхова выпивка! – И посмотрел на меня налившимися кровью глазами.
– У-у-у, да у нас тут раздвоение личности такое нехилое-пф, – озадачился Ё-ё. – И давно это у тебя, болезный?
– Заткнись, еж недоделанный! – рявкнул принц и заметался по комнате.
В этот момент дверь открылась, и в гостиную вошли король с Рошэль, герцог эль Кременье, главный придворный маг и еще десяток придворных.
– Сын, ты здесь? – удивился его величество. – А это кто? – нахмурился он, глядя на Ё-ё.
– Это еж, – бросил на короля взгляд принц и сосредоточился на баре, который наконец-то нашел.
Его величество, Рошэль и герцог все поняли, в отличие от остальных, которые приняли слова принца за шутку.
– Я попросила его высочество с Розмари и моим личным лекарем подождать вас здесь, ваше величество, – объяснила Рошэль.
Эль Гернор посмотрел на Ё-ё с неприязнью:
– Мне казалось, вы пользовались услугами другого лекаря.
– Сегодня у них один, завтра другой… лекарь, – отпивая что-то из стакана, хохотнул принц. – Женщины – они такие.
– Вам ли жаловаться на отсутствие разнообразия, ваше высочество! – с ядовитой улыбкой парировала Рошэль.
– Действительно. Пожалуй, я не откажусь еще кое-кого попробовать. – И принц оглядел меня сальным взглядом.
– Да как он… – Рошэль возмущенно уставилась на короля.
И тот рявкнул:
– Прошу всех покинуть помещение!
– Но, ваше величество… – начал было главный маг.
Король его не дослушал:
– Все вон! Я хочу поговорить с сыном! Рошэль и Розмари, останьтесь.
С неудовольствием и неохотой придворные покинули гостиную.
– Ваше величество, вас обязательно нужно осмотреть. Я буду ждать здесь, неподалеку, – напоследок сказал эль Гернор и прикрыл за собой дверь.
И как-то так вышло, что Ё-ё к ушедшим не присоединился, а так и остался стоять там, где стоял. Неужели научился ставить полог или делать отвод глаз?
Тем временем Рошэль бросилась к королю и, взяв под руку, помогла сесть в кресло.
– Никогда не думала, что скажу это, но иногда его высочество бывает полезным. Не зря я его сюда отправила. Даже не представляю, как иначе можно было бы всех отсюда выставить. – Она повернулась к нам с Ё-ё, и ее взгляд и голос стали такими жесткими, что захотелось экстренно убежать вслед за придворными. – Почему королю стало плохо?
– А вы решили, что лекарство за час сотворит чудо-пф? – с удивлением посмотрел на нее и короля Ё-ё. – Я же вам объяснил: лечение-то нужно проводить недельным курсом. Вас травили не один месяц-пф, а вы хотите получить магическую пилюлю, способную вылечить за одну минуту?! Да никаких резервов организма и магии на такое не хватит-то! Тем более в таком возрасте. Я же предупреждал, что вам сейчас нельзя перенапрягаться. Сказал, чтобы на балу ваше величество оставались не более получаса, а сколько вы там были на самом деле, м-м? – покачал головой Ё-ё, глядя, как король устало потирал висок. – Да, сразу после введения лекарства ваше величество могли почувствовать прилив сил и общее улучшение состояния, но нельзя же забывать о рекомендациях! Наверняка ведь у вас голова закружилась и слабость накатила, я прав-пф?
Король промолчал, но стало понятно, что дела обстояли именно так, как говорил мой друг.
– Луи, почему ты мне об этом не сказал? – с осуждением посмотрела на него Рошэль. – Я ведь едва не… – Она осеклась и бросила косой взгляд в мою сторону. – Эйлин, поставь на всякий случай полог от прослушивания.
Почти не задумываясь, я сделала то, о чем меня попросили.
– Нет, Рошэль, я тебя определенно обожаю, – с иронией вклинился в разговор принц. Его губы кривились в некрасивой гневной усмешке. – Наверное, больше никто не умеет обращаться со мной так, будто я пустое место. А, отец? Как тебе? Ты и дальше будешь это терпеть?
– А ты бы иногда думал о ком-то, кроме себя, – процедила в ответ Рошэль.
Ой, как нехорошо… А ведь временами принц вполне адекватен. Неужели у него и правда раздвоение личности? По крайней мере, я уверена, что вот этот принц никогда не стал бы меня защищать и прятать за своей спиной. Значит, нужно возвращать того, другого. Иначе у короля плюсом ко всему еще и сердечный приступ случится. Вот умеет этот принц мотать нервы.
И я решительно подошла к его высочеству и положила ему руку на лоб.
– Ты что дел… – Бокал выпал у него из руки, и принц облегченно выдохнул и положил ладонь поверх моей. – Не понимаю… Что со мной? Отец, тебе плохо? Я не уверен, что правильно все понял…
Король с Рошэль взволнованно переглянулись.
– Что происходит с моим сыном? – напряженно спросил меня его величество.
– Не знаю, – сглотнула я и перевела взгляд на задумчиво склонившего голову Ё-ё.
Все последовали моему примеру, а принца внезапно повело, пришлось его поддержать.
– Да не стойте вы-пф, сядьте. Принца от такой психической нагрузки скоро ноги-то держать перестанут.
Видимо, смена личностей и в самом деле давалась парню непросто. Пришлось садиться с ним рядом, потому что отпускать мою руку он категорически отказывался.
– Ё-ё, похоже, на принца воздействуют сразу три арахнидки. Это могло повлиять на его состояние? – поделилась я своими наблюдениями и предположениями.
– Баронессы эль Стрэйв… – понимающе сощурилась Рошэль.
– Мать моя ежиха… – по привычке почесал живот Ё-ё-мужичок, но наткнулся пальцами на овеществленную иллюзию камзола и с недоумением несколько секунд на нее пялился. – Э-э-э, подозреваю, что так его психика справляется с тройным натиском, – наконец отмер он. – Но точнее-пф смогу сказать после анализа его крови.
– А кто это вообще? – непонимающе смотрел на Ё-ё принц. – И почему Розмари – это Эйлин? – перевел он обеспокоенный взгляд на отца и Рошэль.
– Ваше высочество, не стоит так нервничать-пф. В вашем случае это может быть чревато сменой личности.
– Ксавье, как ты себя чувствуешь? – Король встал и подошел к сыну.
И я заметила, как сильно он за него переживал. А ведь Ксавье – его последыш, а таких, говорят, любят больше всего. К сожалению, старший сын короля погиб лет двадцать назад при проведении магического эксперимента. Он был настоящим ученым, увлекающейся личностью. Некоторые его заклинания сейчас изучаются в академиях. Но почему-то детей у него было, и даже лучшие лекари королевства не могли этого изменить. Потому король и зачал еще одного сына от одной из фавориток и впоследствии признал бастарда своим наследником. Жены у его величества на тот момент уже не было – она умерла еще довольно молодой от новой разновидности магического гриппа. Тогда этот грипп еще не научились лечить, хотя сейчас эта болезнь считается неопасной. Жаль, тогда не было такого анализатора, как мой Ё-ё.
Вот такие перипетии жизни королевского семейства. А тут еще и проблемы с младшеньким. Как оказалось, высокий титул – не гарантия личного счастья.
– Я странно себя чувствую, отец, – ответил ему принц. – Будто вынырнул из-под воды.
– А почему ты все время держишь руку Эйлин у себя на лбу?
– Так все-таки Эйлин? – глянул Ксавье на меня, и я неопределенно пожала плечами. Не дождавшись ответа, он снова посмотрел на короля, который сел рядом, отчего на диванчике совсем не осталось места. – Когда она рядом, я могу снова чувствовать себя собой.
– Странно…
– Да нет, вполне объяснимо-пф. – Ё-ё подошел поближе и начал пристально рассматривать принца. – Если артефакт из пера феникса защищает от влияния на разум и очищает организм от ядов, то целая птичка рядом может и не такое… А я все думал: почему арахниды до сих пор не властвуют в Пустоши, а решили переключиться на людей? А ведь Эйлин себя сейчас очень плотно блокирует, потому и нужны прикосновения. По крайней мере, эта теория хоть как-то оправдывает происходящее-пф.
– Я ничего не понимаю… Фениксы, арахниды, Пустошь… – Принц непонимающе смотрел на нас.
– Мы все это обязательно обсудим, сын, но чуть позже. – Король положил руку на его плечо. – Скажи, когда у тебя появилась альтернативная личность?
Принц нахмурился, с силой зажмурился, будто боролся с собой. Потом схватил мою вторую руку, приложил к своему лицу и сбивчиво заговорил:
– Не скажу точно… Это произошло не сразу. Поначалу мне просто было плохо, голову раздирали противоположные мысли и стремления, хотелось умереть, забыться, сделать хоть что-нибудь, чтобы это прекратилось.
Он внезапно наклонился и уткнулся мне лбом в грудь. Я растерялась, не зная, что делать и как реагировать, но весь вид принца говорил, что ему сейчас очень плохо и просто жизненно необходимо хоть на кого-то опереться, ощутить, что он не один. И мне стало его очень жалко, будто передо мной сидел не двадцатилетний юноша, а маленький мальчик, которого очень долго незаслуженно обижали, а он терпел, сам как мог сражался со своими обидчиками, но все же проиграл.
– Я начал пить, – снова заговорил он, и его слова начали звучать глухо и не всегда разборчиво. – Много… И тогда пришел он, тот, кому плевать на чужое мнение, приказы, просьбы, кто готов был творить что угодно и с кем угодно, чтобы окончательно забыться и отрешиться от шума в голове и от осознания неправильности действий, которые я совершал. Стало проще, но еще гаже. А что-то изменить я уже не мог, не хватало на это сил. Да и желания… Но, наверное, лучше было так, чем…
Принц внезапно обхватил меня руками, крепко-крепко прижал к себе и беззвучно заплакал. Его выдавали лишь вздрагивающие плечи.
Я погладила его по голове и растерянно посмотрела на собравшихся.
– Истерика-пф, – авторитетно заявил Ё-ё. – И неудивительно, с такой-то кашей в голове… Эйлин, помоги парню, усыпи его, и я возьмусь за анализ и лечение. Твои прикосновения – лишь временная мера. – Потом довольно хмыкнул: – Зато я теперь примерно представляю, с какой стороны подходить к созданию универсального антидота.
Вот у кого в моем окружении самая крепкая психика, так это у Ё-ё. Я сама сейчас готова была рыдать вместе с принцем – так жалко его было, и ни о каких антидотах и лечении не думалось вообще. У короля и Рошэль глаза тоже были на мокром месте.
Но мой друг прав: нужно помочь бедолаге. Я вопросительно посмотрела на его величество. Он кивнул, давая согласие на то, чтобы я погрузила его сына в сон.