Место на пологом склоне, куда Немченко перенёс неудачливого вора, или, точнее, грабителя, раз попытался оказать сопротивление вернувшемуся хозяину дома, было окружено деревьями и располагалось на пологом склоне. Поляной не назовёшь: свободное от деревьев пространство заросло кустами ивняка и можжевельника.
– Чёрт, надо ж посмотреть вначале, что там у тебя в кармане, – остановился расхаживающий в размышлениях туда-сюда Великий Анд. – Так, ты глаза не пучь тут, – обратился к захваченному новому гостю мира Герталы. – Скоро всё поймёшь, а пока просто лежи. Твоё беспокойство ничему не поможет. Всё равно ведь что-то изменить ты уже не в силах. – Андрей обшарил карманы сюртука своего пленника, вытащил и бросил чуть в сторону портсигар, часы из серебра размером с мелкое куриное яйцо, грязный носовой платок, неровно оторванный тетрадный лист бумаги со схемой квартиры барона Рогова, несколько мелких монет от копейки до гривенника, выкидной ножик на кнопке, а из правого кармана, который осмотрел последним, как и предполагал, извлёк шестизарядный револьвер с укороченным почти под барабан стволом. Кажется, в родном мире такие называли бульдогами. Клеймо фирмы на нём присутствовало, но Немченко оно ничего не сказало. – Значит, всё ж хотел меня пристрелить? – обратился к неподвижному вору-грабителю. – Ай-яй-яй, нехорошо. Нет, хорошо, это развязывает мне руки в плане определения твоей дальнейшей судьбы.
Легко сказать, а вот что действительно с ним делать, олу Рею совсем не было понятно. Возвращать? Это невозможно. Если не весь Новгород, то жандармы и полиция, чьей агентурой наверняка заполнены воровские шайки, очень быстро узнают о необычайном даре молодого барона.
Убить? Андрей оценивающе заглянул к себе внутрь и понял, что достаточно изменился за годы, проведённые в Гертале, и, если потребуется, прикончит пленника без каких-либо угрызений совести, тот ведь в карман за бульдогом полез не для того, чтобы просто попугать. Однако столь кардинальное решение Немченко чем-то претило.
«Значит, – подумал, зачем-то слегка пнув вора по подошве ботинка, – можно оставить его в этом мире. Даже интересно будет понаблюдать, как попаданец в своём теле сможет обустроиться в новом для себя мире».
Для начала хотелось бы понять, получают ли такие гости Герталы хоть что-то в качестве бонуса. Источником вор не обзавёлся, это сразу стало видно вторым зрением, вряд ли ошалевший от переноса придурок сумел бы быстро сориентироваться и закрыть ауру, а как обстоят дела со знанием языка? До сих пор Великий Анд обращался к пленнику на русском. Надо пробовать.
– Рассказывай, кто ты такой, – обратился Немченко по-гертальски, сняв с пленника паралич. – Ты меня понимаешь?
– Где мы? Вы кто, сударь? – Вор сел на задницу, глядя на свой револьвер в руках молодого парня в средневековой одежде. – Вы дворянин?
– Здесь вопросы задаю я, – продолжил Великий Анд на местном. – Мой вопрос тебе понятен?
– Что? – сглотнул пленник, начав оглядываться по сторонам. – Что вы говорите?
– Понятно, – хмыкнул Немченко, переходя на язык родных берёзок. – Знание языка при перемещении не прилагается. Ладно. Как зовут тебя, леший?
Пленник ещё раз осмотрелся вокруг, задержал взгляд на своём выкидном ноже, увидел усмешку на лице Андрея и тут же явно отбросил дурные мысли. С трудом встал: видимо, в мышцах всё ещё чувствовал последствия заклинания паралича.
– Жук, – ответил. – Иван Жук.
– Я не кличку спрашиваю.
– Это не кличка, – мотнул головой вор. – Кличка Фартовый. Зовут так: Иван Александрович Жук. А вы-то кто, сударь, и куда вы меня переместили? Что это за дар у вас и на каком, простите, основании устраиваете мне допрос? Вы городовой? Тогда тащите меня в околоток.
– Конечно, – коротко и зло рассмеялся Великий Анд. – Будет тебе и околоток, и адвокат, и стряпчий, чтоб завещание написать. Что в моей квартире делал?
– В вашей? – искренне удивился вор, разминая кисти рук. – Так-то это квартирка нашего бывшего районного целителя, его благородия барона Рогова. Только он совершенно точно в Южную Америку уехал, а его племянник где-то в вятской глуши живёт, ещё не скоро появится. Подождите, – нахмурился он, похоже, до него что-то начало доходить. – Так вы и есть младший Рогов? Но откуда вы там появились, ваше благородие? Ах да, наверное, с помощью того же дара, благодаря какому и меня за Новгород вынесли?
В общем-то, Андрей услышал то, что хотел. Никакого особо злого умысла против человеческого воплощения Хаоса и его «племянника» никто не вынашивал. Просто воспользовались моментом: один уехал навсегда и далеко, а другой ещё не въехал, квартира пустая, вот и решили обнести.
– Не забывайся, Иван, вопросы здесь задаю я, – напомнил Великий Анд. – Если сочту нужным, разрешу задать парочку, а может, и так что-нибудь объясню. Ответь ещё, кто навёл тебя на моё жилище?
– Так Витушкин же, ваш домовладелец, громко стенал и жаловался, что его благородие Иннокентий Фомич покидает наш район. У барона ведь все наши толстосумы лечились. Брал, правда, дорого и принимал редко, но других целителей в нашем районе нет. Люська-Кокетка, ну, с которой Иван Митрофанович крутит, пока жена на водах отдыхает, та и разболтала. Я услышал. Теперь понимаю, что был неправ. Ваше благородие, вы бы вернули меня назад. Честное слово, Перуном клянусь, больше никто к вам не полезет.
«Ого, – мысленно хмыкнул Немченко, – так там до сих пор язычество, раз старославянским богом клянётся? А как же храм с крестами на куполах?» Сколько, оказывается, нужно узнать. Первое время на альтернативной Земле придётся говорить обтекаемо, больше слушать и поскорее вникать в ту действительность. Как говорится, дьявол в деталях, не спалиться бы на всяких мелочах.
Что же касается Ивана Жука, то хоть он и не настоящий земляк, из другого мира, но убивать его Немченко не хотел. Можно было б, конечно, транспортировать его в Рей, посидел бы там в подземелье, пока не вызрело б окончательное решение относительно его судьбы, да как-то Великий Анд с трудом представлял, на что тот может пригодиться: он в здешних средневековых реалиях даже по своему воровскому профилю не сможет работать. Сразу же попадётся на магическую сигналку или капкан.
А ещё отправка в Рей займёт больше половины суток. Напрасная потеря времени. Таскать этого уголовника с собой? Зачем? Глупость.
«Итог, – рассудил Великий Анд, – если убивать Жука не хочется, а оставлять у себя нет смысла, то остаётся единственный выход – предоставить его судьбе. Куда кривая Фартового вывезет, то и ладно».
«Фартовый» означает удачливый, только не зря ведь говорят, что удача – дама капризная, вот и проявила она свой характер, сведя его воровскую тропку с дорогой Андрея. А как удача Ивана Жука проявит себя в новом для него мире?
Немченко вдруг почувствовал большой интерес. Действительно, как сложится судьба попаданца, не получившего при перемещении в Герталу ничего? Подумал: «Вот он, выход». В рабство Жука вряд ли возьмут, если не попадётся каким-нибудь разбойникам – за незаконное обращение в неволю тут жуткие наказания, – убить просто так тоже не убьют. Может ли Иван рассказать что-нибудь о посещении Великим Андом другого мира? А откуда ему знать, что он именно с ним столкнулся: Андрей ведь не представлялся. Не зная языка, кому вор опишет внешность перенёсшего его в Герталу? Кто вообще будет слушать этот явный на взгляд разумных людей бред сумасшедшего? Иноземца в Жуке выдают лишь одежда и вещи, да и то не все.
– Назад тебе не вернуться, увы, – вздохнул Андрей. – И это не окрестности Новгорода. Ты сейчас вообще в другом мире, средневековом, где отныне тебе и придётся жить. Сам виноват, между прочим. Так что смирись. Там, – показал он рукой направление, – город Ашби королевства Ниитор. Снимай сюртук и кидай к вещам.
– Зачем?
– Затем, что ничего из этого тебе больше не понадобится. Скажи спасибо, что штаны и рубаху снять не заставляю. И давай побыстрее, и так много времени на тебя потратил. Твой револьвер я себе на память оставлю. – Ол Рей убрал бульдог в многоразмерную сумку.
Вор сбросил, как ему было велено, сюртук и сразу же кинулся на Великого Анда: быстро, резко, пытаясь сбить с ног. Сразу видно, мужик не промах. Только Немченко к чему-то подобному был готов, сам на месте Фартового поступил бы так же: попытался скрутить врага и угрозами добиться от него своих требований. Жука встретил слабоуровневый удар воздушным кулаком в грудь, отбросивший его метров на пять и переломавший рёбра. Впрочем, следом полетело целительское заклинание, которое устранило последствие магической атаки.
Немченко с насмешкой смотрел, как испытавший вначале боль переломов, а затем огромное блаженство от заклинания жизни Иван Жук поднимался из куста жимолости, куда влетел в результате магической атаки. Судя по выражению полной покорности на лице, он понял и осознал всю несоизмеримость своих сил с возможностями молодого барона Рогова.
– Ваше благородие… – начал вор что-то выдумывать в оправдание.
– Ещё раз сделаешь нечто подобное, повешу, – предупредил Великий Анд. – Или на кол посажу. Фартовый, соображай быстрее. – Без всяких жестов, просто посмотрев на брошенные вещи, он заклинанием растворения в сумраке превратил их в серую пыль, мгновенно исчезнувшую без следа. – Твоя судьба изменилась, и прошлого не вернуть. Там дорога, иди по ней в город. Языка здешнего ты не знаешь, но если голову включишь, то сможешь устроиться. Вот тебе от меня небольшая помощь, точнее, плата за револьвер. – Немченко покопался в кошеле, тщетно пытаясь найти медь. Не нашёл, отсчитал двадцать оборов четырьмя серебрушками и бросил их к ногам преступника. – Тут на неделю разгульной жизни или на месяц очень скромной. И вот ещё. – Достал из сумки и присоединил к монетам кинжал, который цеплял себе на пояс, когда выступал в роли наёмника. – Взамен твоей выкидушки. Главный же мой тебе подарок – это то, что оставляю тебе жизнь. Не благодари. Через год постараюсь с тобой встретиться. Выживешь, может, чем-нибудь и помогу. До города топать больше часа, к закрытию ворот ты уже опоздал, но перед ними есть пара трактиров. Заночуй в одном из них. Прикинуться глухонемым догадаешься? Впрочем, чего мне тебя учить. Прощай.
– Подождите, ваше благородие! – вскрикнул Жук, но Андрей уже скрылся в сумраке, только покинуть это место не спешил. – Сука! Сука! Сука! – Вор зарычал, потом застонал, а потом сел на корточки и схватился руками за голову.
– Где ты такого нашёл? – тут же появилась из глубин своего царства Таня, вырядившаяся как подруга Джеймса Бонда в фильме «Доктор Ноу» шестьдесят второго года: в приталенное красное, до пят, блестящее платье с большим вырезом на груди и открытой спиной. – Он не наш.
– Из того мира, который мне любезно подарил Хаос. Я тебе много раз рассказывал про альтернативную Землю. Вот так тамошние обитатели и выглядят. Как видишь, ничем не отличаются ни от здешних людей, ни от тех, кто живёт в моём родном.
– Не хочешь сделать его олом? – Тень с любопытством посмотрела на вскочившего и принявшегося пинать куст жимолости Ивана.
– За какие заслуги? – усмехнулся попаданец. – За то, что сначала хотел меня ограбить, а потом и вовсе застрелить?
– Даже так? – охнула подруга. – И он ещё жив? Ты умеешь удивлять, Андрей.
– Ага, я сам себе удивляюсь. Ладно, пусть дальше сам выкарабкивается. А я посмотрю, что получится.
– И я, – кивнула Таня. – Будет очень интересно. Как ты называл те, эти… когда снимают… а, вспомнила. Реалити-шоу.
– Ну что-то типа того, – подтвердил Немченко. – Только серии будут выходить очень редко, не чаще раза в месяц, и будут очень короткими. Да и то если наш главный герой не погибнет в самом начале своего пути. Ладно, нам пора.
В гостиничном номере он застал одного лишь Рика. Ол Шеми сидел на топчане, который присмотрел себе его командир, и оселком доводил до бритвенной остроты меч, выкованный с помощью магии огня и земли. Такие клинки хоть и превосходили обычные намного, всё же требовали ухода. Кстати, Великий Анд наточку своего оружия никому не доверял, тоже сам правил. Ему процесс нравился: думалось легко.
– Это моё место так-то, – сообщил Андрей соратнику, появившись в реальности и садясь на сундук. – Как дела, Рик? Что узнал? Только на, посмотри, какую я вещицу занятную нашёл. – Извлёк из сумки револьвер и бросил его олу Шеми, тот поймал и с удивлением посмотрел на странную конструкцию. – Механизм для дистанционного убийства. Вроде арбалета, но немного на других принципах.
– Удивительно. – Адепт огня повертел бульдог в руках. – И как это работает? Тут ведь совсем нет магии.
– Позже расскажу и даже покажу, когда время будет и остановимся где-нибудь за городскими стенами. Пуль, ну то есть особых ядрышек, правда, мало, но что-нибудь придумаем. Давай смотри и рассказывай, что накопал, в смысле, узнал.
Ол Шеми проделал неплохую работу. Во всяком случае, Немченко не в чем было бы его упрекнуть. Рик даже в мыльню сходил с двумя рабынями-болтушками. Конечно, ставшей теперь благородной олой Гадюке ниже её достоинства ревновать к девицам столь низкого статуса, но Великий Анд клятвенно заверил соратника, что Аля от него ничего про подвиг разведчика не узнает. Почему-то тот переживал насчёт возможной реакции супруги. Разумеется, поговорил адепт огня и с хозяйкой трактира, и с горничной, которая мыла коридор, дошёл проверить, как устроили в конюшне наших лошадей, поспрашивал конюхов. Выяснил всё, что мог, хотя пока ни одной стоящей зацепки не появилось.
Ол Гофр и ола Дистар приехали в сопровождении десятка королевских солдат одного из егерских полков и полутора десятков помощников и слуг. Послы, их помощники, личные слуги и все бойцы поселились компактно на втором этаже гостиницы, заняв почти всю его левую половину.
Лишь семь рабов разместились на сеновале конюшни, только они и спаслись. Здесь, в Ашби, понятно, никого из них нет: увезены тайной службой Ниитора в столицу.
Остальные были убиты ночью во сне с помощью холодного оружия. Возникший затем пожар уничтожал уже мёртвые тела. Все три его очага имели явное магическое происхождение.
– Их чем-то опоили перед этим, – высказал своё мнение ол Шеми. – Да, понятно, люди устали с дороги, но такого, чтобы прямо все-все захотели отдыхать, просто быть не могло, особенно среди егерей. Обязательно нашлись бы те, кто наплевал на любую усталость и не угомонился бы, пока не напился вином до невозможности стоять на ногах. Хозяйка клянётся Великим, что выпивка и закуска были отменного качества. Только как теперь это проверишь?
– Попробуем узнать у мертвеца. Узнал, где похоронен трактирщик?
– Да, узнал. Закопали у болота в миле от города. Один из рабов знает место. Готов показать. Я ему велел пока помалкивать. Дал пару медяков. Но не уверен, что не сболтнёт кому-нибудь.
– Даже если и так, это неважно, – отмахнулся Немченко. – Главное, нам есть у кого спросить. Ты подержал в руках? – кивнул на револьвер. – Кидай обратно, а то ещё нечаянно снимешь с предохранителя. Ладно, я в тень, у меня там дела, а ты, если хочешь, сходи вниз перекусить.
– Не лезет, – отказался ол Шеми. – Я лучше на улице у входа постою. Может, там что-нибудь ещё интересного узнаю. Быстрее бы Аля вернулась.
– Чувствую, она без интересных сведений не придёт.
Разделся до пояса и лёг поверх одеяла, зажав в кулаке небольшой камушек яхонта. Сегодня он собрался создать синема с очередной серией «Интернов» для Полины Георгиевны. Завтра к ней в гости нужно зайти, а с исполнением обещанного ещё конь не валялся.
Ему не только удалось выполнить задуманное, но ещё и хорошо выспаться. Гадюка явилась, когда на улице уже рассвело. Она вошла в комнату, пользуясь слоем сумрака, пройдя прямо сквозь двери. Дошла до единственного свободного топчана, села на него, устало вытянув ноги, и только после этого вышла в реальность.
Андрей с Риком уже проснулись, но вставать не спешили. Лежали на спине и вели беседу о предстоящей поездке к болотам. Тащить раба сквозь слой сумрака Великому Анду не хотелось, да тут и ехать-то совсем недалеко.
– Господин, то есть Анд, – сказала благородная ола Шеми. – Есть хочу сильно. Может, я за завтраком доложу, что узнала?
– С языка сняла эту мысль, – сел Немченко. – Рик, одеваемся.