Глава 1. Эоника


Первая книга цикла бесплатно здесь:



Это продолжение истории :)

Когда я обернулась, таинственная женщина медленно перевела взгляд на портреты и какое-то время просто молчала. Мой вопрос не застал её врасплох. Она прекрасно понимала, что я вижу куда больше, чем раньше, но не спешила убегать.

Эта «встреча» должна была взволновать или даже напугать меня, но внутри разливалось странное спокойствие. Словно всё встало на свои места и только: ты так устал бегать за разгадкой, что когда нашёл её, внутри не осталось ничего кроме эмоции «наконец-то».

Я не была уверена в своём предположении. Женщина, стоявшая передо мной, внешностью совершенно не походила на ту красавицу с портрета – светловолосую, с ровными чертами лица, большими глазами и живым румянцем на щеках. В моём воображении леди была похожа на могильную ведьму, сотканную из теней: худая, бледная, черноволосая, с острыми скулами и с куда менее открытым взглядом. С ликом на портрете их роднил лишь цвет глаз.

Почему именно сейчас я смогла рассмотреть её? Она позволила? Или моя сила окрепла после очередного «удара судьбы», пусть тот и был отбит?

— Когда-то я носила другое имя, – заговорила она, наконец, знакомым мне голосом. Тем самым, который ранее пугал, а после вызывал всплески раздражения. Но теперь я прислушивалась к каждому слову.

Леди подошла ближе к портретам, не сводя с них внимательного взгляда. Мы поравнялись. Я продолжала лишь наблюдать и ждать.

— Эоника – имя, которое я выбрала для себя сама, когда решилась превратить никому ненужный кусок вселенной в мир, наполненный магической справедливостью, – задумчиво продолжила моя ментальная собеседница. И чем больше она говорила, тем сильнее образ безымянной страшной пустышки обрастал скелетом существовавшей личности.

Теперь стало ясно, что это Королева. Первая. Сама Создательница. Я вспомнила, как часто затыкала её, рычала, упрекала, и на секунду мне даже стало стыдно. Однако я не спешила падать на колени перед той, кто живет лишь в моей голове.

— Вы… непохожи на себя, – помедлив, заметила я, глядя то на величественный портрет, то на темноволосого бледного призрака.

— Тело можно изменить магией, но лик души останется прежним, – с её тонких губ слетела болезненная усмешка. Наконец, янтарные глаза устремили взгляд на меня. – Как ты поняла, что это я?

Я пожала плечами. Внутри всё ещё сидело чувство, что перед Первой нужно вести себя как-то иначе – почитать, кланяться, раболепствовать. Но одновременно я ощущала небывалую уверенность в себе даже перед такой личностью. Ведь мы связаны. Она буквально «непрошенный гость» в моём теле. А значит, ей нужно считаться со мной.

— Я вспомнила часть той ночи в приюте…

Я поморщилась. От одной попытки вновь сложить пазл того дня, голова начинала побаливать.

— Директор Дорн называла вас по статусу, – продолжила через секунду, выдыхая. – Видимо, когда она решила усыпить меня, проснулись вы?

— Всё так. Как много ты помнишь?

— Хотела бы всё…

Мой ответ вызвал очередной королевский смешок. В нём было нечто издевательское. Будто Эоника этим жестом говорила: «не стоит».

«Эоника». Как странно, что у неё появилось имя.

— … но в памяти всплывают лишь кривые отрывки.

Первая задумчиво хмыкнула. Она завела руки за спину и прошлась взглядом по королевским портретам, останавливаясь на Соларии – своей внучке.

— У тебя наверняка много вопросов?

— А вы вот так просто на них ответите? – теперь пришло моё время бодро усмехнуться. Со стороны это могло выглядеть странно: диалог происходит в воображении, больше никто не увидит мою собеседницу. Но усмешки и ужимки на моём лице вполне материальны. Благо стражи вокруг не было.

— Не на всё. Я долгие годы была мертва и большую часть познаю вместе с тобой. Однако что-то я знаю.

Я стала серьёзнее, глядя на бледное лицо Эоники. В нём было что-то болезненное, словно отпечаток худобы ребенка, которого недокормили в детстве.

— Остальные студенты… мертвы, верно?

Первая медленно кивнула. Я поджала губы и потупила взгляд в пол. Да, большую часть из пропавших я даже не знала лично, и всё же нас связывала нить приюта. Хотелось бы спасти всех.

— Это Дорн убила их?

— Её эксперимент по извлечению ядра.

— А тела? – я вновь посмотрела на Эонику.

— Были в той части подвала, которая сгорела. Их похороны прошли. Увы, на этом стоит поставить точку.

Самым логичным теперь было спросить: что стало с самой Дорн? Однако язык не повернулся, и слова так и не слетели с губ. Внутри всё склеила липкая паутина из сомнений и упрёков. Я с трудом подавила это состояние и заговорила дальше, правда не о судьбе убийцы:

— Все эти… эксперименты директрисы – это попытка воскресить вас в моём теле?

— Возможно. Но я не стремлюсь вытеснить твоё сознание. Дакота, я стараюсь быть твоим другом. Тебе стоит чаще прислушиваться ко мне, а не воротить нос от моего опыта.

Я задумалась. Отказываться идти на поводу у самой Королевы будет куда сложнее, нежели откидывать в сторону мнение неизвестного призрака. И всё же я не собиралась прогибаться.

— Я это учту. Но не думайте, что вы теперь сможете командовать мной.

— Знаю. И уважаю это в тебе, хотя иногда ты бываешь несносна.

— Однако если вы мой друг… почему же оставили меня гореть в приюте? Раз моё тело подчинялось вам.

Я не скрывала отблеска враждебности, который явно отразилось во взгляде. Любой мертвец хотел бы вернуться к жизни. Потому я с большой настороженностью слушала все эти речи об уважении. Хотя… если столь могущественное существо захочет стереть мою личность, смогу ли я дать ей отпор? Теперь всё это пугало куда больше. Возможно, я не главенствую в собственной голове. Что если мне просто «разрешают» командовать?

— Потому что нам нужно было проверить на прочность другого твоего «друга», – хмыкнула Эоника, и у меня по спине пробежал неприятный холодок.





Визуализация и обращение автора


Друзья, спасибо вам огромное, что вы решили продолжить со мной путешествие по Артикалису. Мне безумно приятно, что вот уже три книги мы вместе проживаем историю Дакоты. Я невероятно благодарна, что у меня есть возможность творить и писать не в пустоту, а для любимых читателей.

Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять. Если вы сразу поставите звездочку и напишите нам с музой что-нибудь ободряющее – это будет очень и очень ценно.

Предлагаю посмотреть на новые визуалы, где хорошо видно и шрам Ласориана, и как повзрослела и изменилась Дакота :)





Глава 1.2. Вопросы без ответов


— Вы не доверяете Ласориану, верно?

Задавать этот вопрос было не по себе. Чем чище я видела ауру Ласа и чем чаще мои глаза улавливали истину без иллюзии, тем лучше я понимала – дракон скрывает многое. Но я всё равно держалась за ниточку доверия к нему… это единственное, что долгое время удерживало меня от падения в бездну.

— Судьба научила меня не верить в доброту покровителей, которым якобы ничего не нужно взамен, – ответ Эоники показался витиеватым и скудным. Одновременно на её почти неподвижном лице проявился отпечаток тяжести прошлого.

— Это так странно, – отвлеклась я, разглядывая Первую. – Вы кажетесь… очень человечной.

Я быстро пожалела, что произнесла это «вслух». Впрочем, что есть мысли, а что речь, когда мы беседуем в моей собственной голове? Наверняка Королева может легко понять, о чём я думаю.

— Почему тебя это удивляет?

— В книгах о вас пишут, как о великом божестве. Мне же вы долго являлись лишь тенью.

Лицо Эоники осталось мертвецки неподвижным, но в живых янтарных глазах я всё же прочитала нотку пренебрежения. Я и сама понимала, что сменила тему невпопад. Но у меня было так много вопросов, и уж последнее, чего я хотела в этой череде – слушать, как при мне ругают Ласориана.

— Лучший бог – это безымянная функция, Дакота. Тот, кто делает всё по своду правил и законов, забывая о себе. К сожалению, из человека сложно вылепить подобную идеальную сущность, поэтому да, даже у меня есть прошлое. Но мы отвлеклись от более насущной темы. Твой лучезарный покровитель…

— Не говорите о нём с такой ядовитой иронией. Я и правда считаю, что Ласориан… – я запнулась. – Быть может, его нельзя назвать хорошим человеком в целом. Но со мной он всегда был добр.

— Очень редко влиятельные и сильные люди делают что-то в порыве доброты, Дакота, – перебила меня Эоника.

— И всё же он спас меня, рискуя жизнью. Даже если изначально Ласориан мог преследовать какие-то свои цели – он доказал, что дорожит мною.

— Да, тут сложно спорить. Этот его поступок стал аргументом даже для меня.

— Я не буду говорить, что проверять чужую верность пожаром – это ужасно. Но раз уж он кинулся в пекло ради меня, почему вы ещё сомневаетесь?

— Мне кажется, он не прячет под иллюзией свой шрам, чтобы ты точно не забывала его красивого поступка. А значит, его выходка может быть очень крупной лицемерной ставкой.

Подобные предположения казались сейчас редкостной чушью. Я нахмурилась, пытаясь ощупать смысл слов Эоники, но быстро мотнула головой.

— Ради каких-то «ставок» не рискуют жизнью.

— Рискуют, если в дело вступает хороший игрок, – Первая ядовито усмехнулась. – А уж Ласориан профессионал своего дела.

— Но зачем ему я?

— В тебе королевская сила, Дакота. Это дар и проклятье. И если мои потомки по праву крови избраны нести ношу семьи и власти, ты не должна была стать частью всего этого.

От подобных слов стало некомфортно, хотя я даже не понимала всей сути.

— Вы так говорите, словно во мне есть что-то большее, чем просто редкая магия рассеивания. Осколок вашей души не делает меня частью семьи Артикалис. И вообще, я не понимаю, как Дорн смогла вернуть вас? Ко всему этому как-то причастна Королева Солария? Она вообще знала, что творится в нашем приюте?

Я могла задать подобный вопрос лишь в собственных мыслях. Верить, что к опытам над детьми причастна Её Святейшество – просто безумие. Я до последнего откидывала в сторону подобные предположения. Но ведь во мне оказалась не случайная душа, а именно Эоника…

— Боюсь, это тебе придется узнать у неё. Мне и самой хочется верить, что моя внучка чиста помыслами и не запятнала себя кровью детей.

Первая отвечала пресно, будто увиливала от самого главного. Я видела, что ей хочется снова заговорить со мной о Ласориане и опасениях касательно него, но мой вопрос был важнее. Потому я настойчиво продолжила:

— Даже если предположить… зачем ей это? Она может сделать кого угодно сильнее, просто поделившись кусочком магии. Искусственно выращивать более способных людей – какой-то бред. Мы ведь в Артикалисе. Здесь по закону мироздания все должны быть равны. Должны доказывать, что достойны дара поступками, успехами, службой во благо мира и короны, – я хмуро смолкла на пару секунд, а после добавила тише: – Разве что таким образом они пытались найти способ возвращать из мертвых?

Эоника задумчиво потупила взгляд в пол. Я стояла сбоку, разглядывая её и ожидая ответа. Бледное лицо снова стало бесцветным на эмоции, а Первая всё молчала. Она что-то знает, но не хочет быть откровенной до конца?

Я решила рискнуть и активировала силу глаз. Глупая затея. Как увидеть ауру и намерения того, кто является частью себя?

— Мы с тобой заболтались. Для первого раза, кажется, вполне достаточно, – тонких губ коснулась двоякая улыбка.

Она явно собиралась снова исчезнуть. Тогда я попыталась схватить тонкую руку, но моя ладонь прошла сквозь. Силуэт частично распался на тени в том месте, где я успела соприкоснуться с ним.

— Подождите! Хотя бы скажите, что вы имели ввиду, когда говорили о моём даре.

Эоника отошла на несколько шагов, смотря на меня недовольным, цепким взглядом. Было в нём ещё что-то… усталость? Сожаление? Или я придумываю?

— В следующий раз, когда сможешь воздействовать на чужую магию, попытайся не отрицать её, а принять. Поначалу будет страшно, но необходимо встретиться с летящей в тебя стрелой, чтобы успеть перехватить её и сделать свои орудием.

— Своим? – непонимающе повторила я.

Но Первая лишь в очередной раз усмехнулась и просто исчезла. И вот мы снова вернулись к загадкам. Только я подумала, что эта женщина даст мне ответы на все вопросы, как она решила сбежать.

Почему?..

А может нет никакой Эоники, и я всё-таки схожу с ума? Ведь если сказать вслух: «я слышу голос Первой Богини, она говорит только со мной, вы этого не услышите», меня наверняка примут за сумасшедшую.

Я столкнулась взглядом с нарисованными глазами Соларии, к которой скоро должна отправиться на аудиенцию. Интересно, о чём они говорят с Ласом всё это время?





Глава 2.1. Я нашла кое-что


— Дакота, – раздался вдруг знакомый, нежный голос позади. – Здравствуй.

Я обернулась. Ко мне со спины подходила принцесса Дивиника. Забавно, я буквально смотрела на её портрет в тот момент, когда она появилась. Словно за мной следили через нарисованные янтарные глаза.

— Ваше Высочество! Здравствуйте, – я искренне улыбнулась.

Мы и виделись с Дивиникой всего пару раз, но рядом с ней я ощущала себя спокойнее. Всё это огромное яркое великолепие замка отталкивало, даже пугало. А принцесса казалась добрым лебедем, что медленно плывет в бушующем океане королевской власти.

Так она и подошла ко мне – неспешно и тихо. Встала рядом и посмотрела сначала на портреты, а после на меня. Её лицо изменилось, а взгляд стал более цепким и внимательным.

— Ты как-то изменилась с нашей последней встречи.

— Это прическа, – я запустила пальцы в пряди, которые сейчас были чуть ниже плеч. – На балу было незаметно, но я постриглась и больше не ношу вьющуюся, непослушную копну. Вот и кажется…

С губ сорвался нервный смех, в то время как Дивиника глядела на меня со спокойным интересом. Неловкость вгоняла щекотливые иголки под кожу. Я постаралась откинуть это волнение и выдохнуть.

— Нет, дело не в прическе, – задумчиво заключила принцесса. – Ты словно выросла, как если бы мы не виделись пару лет. Не меньше.

В ответ я могла лишь пожать плечами. Ничего подобного я за собой не замечала.

— Приму за комплимент.

— Конечно.

Ненадолго повисла тишина. Мне было жутко интересно, как через мои глаза на всё происходящее смотрит Эоника. Ведь передо мной её правнучка, с которой они ни разу не виделись. Хотела ли Первая поговорить с ней?

Стоит ли вообще мне рассказывать королевской семье, что во мне застрял кусок души их родственницы?..

— Нет, – раздался вдруг категоричный ответ прямо в моей голове. Я невольно вздрогнула.

— Всё хорошо? – мягко спросила Дивиника.

— Да. Судорогой руку свело, – я показательно схватилась за локоть. – Бывает.

А сама тем временем мысленно обратилась к Эонике:

— Почему им не стоит знать?

— Пока не время. Просто доверься мне. Не сейчас.

Я старалась не выдать эмоциями, что слышу чей-либо голос. Благо, Дивиника сама решила перевести тему:

— Кстати, Дакота, я нашла одну вещь, которая может быть твоей.

— Что?

Принцесса провела пальцами в воздухе, сжимая кулак, а когда разжала тот, в её ладони оказался золотой медальон в виде ключа. Он выглядел как новенький.

— Я нашла его в саду. Когда растаял снег. И мне показалось, что я видела его очертания на твоей шее в нашу первую встречу.

— Да, он мой, – я кивнула и взяла медальон. – Я выбросила его в день бала.

— Выбросила? Зачем? Он кажется довольно дорогим.

— Долго объяснять. Однако я рада, что он нашёлся. Хоть носить его постоянно теперь не имеет никакого смысла, но он и правда довольно ценный.

Я задумалась на мгновение, а после убрала ключ в карман пиджака.

— Я… – уклончиво начала Дивиника, и стало ясно, что она хочет сказать нечто тяжелое, – … я слышала о несчастье, которое случилось в твоём приюте. И о похищенных студентах, которых ты могла знать. Хотела сказать: мне очень жаль. Моя мама никогда не допустила ничего подобного, если бы знала, насколько жестокой была та женщина, ваша надзирательница.

— Я знаю. Я не сомневаюсь, что Королева ничего не знала. Эти зверства ничем не оправдать, только жестокостью и высокомерием. Увы, мне не в первой было столкнуться с таким человеком… вернее сказать – чудовищем. Они обманывают себя и утверждают, что делают всё во благо, но на самом деле – просто стремятся залатать свои черные дыры внутри.

Мой голос звучал довольно уверенно, и всё же я говорила то, во что хочу верить. Если Ласориан сейчас выйдет из тронного зала и заявит, что Солария виновна во всех смертных грехах – я потеряю доверие к Артикалису, но это многое объяснит. Хотя бы ответит на вопрос – как Дорн удалось вернуть душу именно Первой правительницы.

— Я рада, что ты всё это пережила и не сломалась. Не представляю, каково тебе было.

Я лишь тоскливо улыбнулась. Жаловаться на свою судьбу совсем не хотелось. Чем больше тянешь за собой тяжесть сожалений – тем сложнее отпустить. Я успела прочувствовать это на примере со Скаем.

Казалось, что Дивиника уже собиралась распрощаться со мной, когда случилось странное. Мои глаза вдруг защипало, из-за чего я зажмурилась и отвернулась на мгновение. А когда вернула взгляд к принцессе, которая как раз отвлеклась на портреты своих предшественниц, я с жутью заметила куда больше, чем мне стоило знать…





Глава 2.2. Омут неожиданных воспоминаний


Аура принцессы рвано переливалась грязно-зеленым цветом. Обычно он указывал на скрытые, негативные намерения, которые вынашивает в себе человек. Кроме того, я вновь смотрела через невидимую призму, некую бесцветную пленку, подсвечивающую лживость всего происходящего.

Поначалу я подумала, что Дивиника совсем не та, кем хочет казаться, но… происходило нечто странное. Цвет был переменчивым, то загорался, то снова тонул в голубизне доброжелательности.

Я попыталась что-то сказать, но слова не сорвались с губ. Более того – цвет вокруг Дивиники погас, в темноте я могла разглядеть лишь силуэт принцессы, и она сильно изменилась. Её волосы поседели, она стала выше, тело исхудало и облачилось в чёрную мантию.

Когда Дивиника вдруг обернулась ко мне, я поняла, что вижу на её месте директора Дорн. И находимся мы не коридоре королевского замка, а в знакомом мне кабинете приюта.

Эоника решила мне что-то показать? Но почему сейчас?

По телу разошлось странное чувство. Я им не управляла. Руки двигались сами по себе, пока у меня выходило лишь наблюдать. Директор Дорн говорила что-то на фоне, но я не улавливала всех слов, лишь обрывки фраз:

— Заставить всех покинуть приют? – доносилось эхом. – Но зачем?

Это явно обрывки воспоминаний. Я не знаю, что именно их вызвало, но они полностью поглотили меня. Избавиться от темноты вокруг никак не получалось.

— Что вы делаете? – раздался крик Дорн. Она была искренне напугана.

Я попыталась лучше сконцентрироваться на том, что происходит. Я видела, как моя рука тянется к сосуду со священным огнём. Я осознавала, что телом управляю не я, но почему-то именно этот момент был спрятан в памяти. И это не воспоминания Эоники, которая и вела тот диалог. Нет. Это всё видела я сама, просто забыла.

Будто крик Дорн в то мгновение разбудил меня от её же ментальной магии. И когда я «проснулась», рука остановилась. Но лишь на мгновение. Я вспомнила, что очень быстро осознала происходящее. Ощутила в себе жгучее желание наказать чудовище и запереть в её монастыре жестокости, чтобы пламя окончательно и бесповоротно сожгло каждую косточку.

Я не знаю, кому именно принадлежали эти мысли и желания – мне или Первой. Но рука потянулась к огню с моим чётким осознанием происходящего. Хоть я и умудрилась это забыть…

— Дакота? – приятный голос Дивиники вывел из омута памяти, куда я невольно нырнула. Я подняла на неё удивленный взгляд. Принцесса аккуратно трепала меня по плечу. Её аура сейчас вновь была чистой и притягательной.

— Ты плачешь? – обеспокоенно заметила принцесса и в её руке появился белоснежный платочек. – Что случилось?

Я не знала, что сказать. Не понимала, что именно происходит. Однако постаралась взять себя в руки, приняла платок и наспех вытерла слезы. А вместе с тем погасила силу, чтобы Её Величество не заметила моего пристального внимания. Это невежливо. Надеюсь, мои глаза не менялись в цвете…

— Всё хорошо, – сдержала всхлип и натянуто улыбнулась. – Время тяжелое. Все эти события с приютом. Я расчувствовалась, простите.

— О, дорогая, – с искренним сожалением протянула Дивиника и просто обняла меня. В этом жесте было нечто сестринское, вместо колкой неловкости я ощутила приятное тепло.

— Спасибо и… – я запнулась, – …простите.

— Тебе не за что извиняться. Как я могу помочь? – принцесса заглянула мне в лицо, но я лишь продолжила натянуто улыбаться.

— Простите, если это прозвучит грубо, но можно мне побыть одной? Мне неловко вас задерживать. Да и всё это нужно просто… пережить?

— Конечно, – Дивиника отступила. – Если я тебе понадоблюсь – просто обратись к любому из стражников, хорошо? Уверена, мама уже скоро примет тебя и поможет разобраться и наказать виновных.

От последней фразы у меня по спине побежал неприятный холодок, будто я прислонилась к холодному могильному камню. Тому самому, где могла быть похоронена Дорн.

Принцесса ушла. Я же осталась одна, добрела до окна, буквально спряталась за плотную занавеску из тяжелого красного бархата и оперлась руками о подоконник. Лишь сейчас получилось отдышаться, чтобы не поддаться панике.

— Я убила её? – нервно спросила я и испугалась, что сказала это вслух. Благо мой вопрос услышала лишь Эоника. Её силуэт снова появился рядом со мной, будто она прямо здесь, материальная, стоит возле того же окна и смотрит куда-то вперед на владения, которыми когда-то управляла.

— Это сделала я твоими руками…

— Но я могла вам помешать, – я с трудом выдавила это из себя. – Я чувствовала, что проснулась и могу перехватить контроль над телом. Будто вы спрашивали разрешения сделать это. А я его дала.

Холодная брюнетка поморщилась в сомнениях.

— Даже если бы я ощутила, что ты против, это ничего бы не изменило. Думаю, Дорн поняла мои намерения. В ней взыграл страх, который пересилил обязанность подчиняться, и она попыталась разбудить тебя.

— Почему я всё это забыла? Я думала, я спала, но…

— Я постаралась это скрыть. Зачем лишний раз думать о случившемся, которого не вернуть? Ты слишком склонна к рефлексии. Напоминаешь мне одну мою знакомую из прошлого: за всё хорошее, против всего плохого. Увы, так не бывает.

— Вы не понимаете. Я ведь, получается… вполне осознанно убила человека?

— Нет, её кровь на моих руках, Дакота. Злую собаку должен убивать её хозяин, который довёл до такого состояния.

Я не сдержала нервного, почти истерического смешка. Я не жалела о смерти Дорн. Это даже принесло своего рода успокоение: знать, что она больше не будет причинять боли невинным, оставаясь безнаказанной.

Но всё должно быть не так. Судьбу преступника должен решать судья…

— У вас нет «своих» рук, Эоника, – печально заметила я, тяжко вдыхая. – А убивать своими я вам больше не позволю.

Первая лишь хмыкнула и исчезла, оставляя меня наедине со страшным осознанием всего случившегося…





Глава 3.1. Королевский обман


Я был зол на Соларию. Однако то было холодное, острое осуждение. Внутри не бушевала буря, и меня не начинало потряхивать от мысли о её вранье.

Это так глупо с её стороны.

Да, я не всегда был чист на руку и понимаю, почему мне можно не доверять. Я знаю, что королевские псы не слепые и видят, что Дакота становится для меня всё более ценной – смотреть на неё как на «будущую жертву во благо» уже не получается.

Но даже так моё присутствие и решение Первого мира как-либо способствовать в их кризисной ситуации – это большое благо, за которое нужно быть благодарными. В своё время я осуждал Дерека за решение вмешаться в дела мелкого, совсем молодого мира. Артикалис не представлял для нас особой ценности как союзник. Это лишь пешка на большой доске вселенной.

И всё же я здесь. Пытаюсь помочь контролировать происходящее, хоть и с лисьей ухмылкой. А в ответ получаю столь наглую ложь о смерти какого-то мальчишки.

Мерзость.

— Её Святейшество готова принять вас, – доложил Бриг после минуты молчаливого ожидания возле заветных дверей.

Стража соизволила впустить нас.

Тронный зал сильно отличался от того, каким я видел его впервые. Тьма больше не властвовала здесь, пряча под собой пороки и ложь псевдо-божественности. Меня встретил яркий свет, что лился из огромных окон.

В центре на троне сидела она. Королевская лгунья. Леди «я пытаюсь исправить ошибки». Миссис «я пыталась обыграть всех, но не подумала, что моя собственная бабка решит меня предать».

Все гнусные мысли роились и жужжали только в моей голове, не властвуя над внешними проявлениями. Когда мы встретились взглядами с Соларией, я не стал себе изменять и дипломатично улыбнулся. По блеску в янтарных глазах стало ясно: у неё отлегло от сердца.

Ненадолго, Ваше Святейшество, ох, ненадолго.

— Здравствуйте, Ласориан, – пропела королева, добавляя в обычно холодный голос нотки радушного тепла. Будто мы с ней старые товарищи, не меньше.

— Добрый день, Солария, – поприветствовал, когда подошёл ближе.

Она кивнула своему старому священнику, и тот вышел в коридор, оставив нас наедине.

А дальше повисла тишина. Аудиенцию запрашивал я, потому и первое слово должно быть за мной. Солария ждала какой-либо реакции, но я лишь стоял и внимательно смотрел. Разглядывал её как любопытная собака, которая иногда склоняет голову на бок, дабы лучше разглядеть эмоции хозяина. Она ведь именно в такой роли меня видит – заблудшего пса, который забрел в их дом, начал лаять и всё никак не унимается. И даже не думает, что её вшивые овцы давно бы разбежались, если бы не иномирная собачонка.

— Ласориан, вы хотели что-то обсудить со мной? – не выдержала псевдо-богиня и начала первая. – Я вас слушаю.

— Да, так вышло, что у меня к вам довольно много вопросов, Солария.

Я вновь смолк. Женская бровь на секунду нервно дрогнула. Она ведь наверняка знает, что Скай «воскрес». И прекрасно понимает, кто именно его нашёл. Раз Дорн мертва, охраняла его совсем не она, а люди королевы. Не удивлюсь, если это делал сам Бриг, как наиболее доверенная животинка.

— Тогда, пожалуйста, начинайте, – она нервничала. Старалась скрыть это, но я уловил мгновенную нотку в голосе.

Ладно, хватит ломать комедию одного молчаливого актера.

— Солария, вы знаете, что Скай Фелц жив?

— Да, конечно. Мои люди уже допрашивают его.

— Мы с Дакотой нашли его недалеко от приюта. Его поместили в состояние стазиса и держали в плену. Увы, остальным студентам повезло меньше.

— Мы не оставляем попыток найти их. Что до Ская – примите от меня официальную благодарность…

— Думаю, эти слова стоит говорить при Дакоте, – с легким налетом наглости перебил я. – Это её глаза позволили нам найти Ская.

Королева осеклась на мгновение, но очень быстро вернула себе дипломатичную улыбку и спокойно кивнула.

— Конечно. Чуть позже я приглашу её. Однако мне кажется, что есть вопросы, которые нам лучше обсудить наедине.

— Это правда…

Я завел руки за спину и начал медленно прохаживаться перед возвышением, на котором стоял трон. Конечно, перед монархом себя так не ведут. Но сегодня королевскому высочеству придется потерпеть.

— Как так вышло, что вы не распознали сферу, в которой, по нашим догадкам, находилась энергия Ская? Ядро осталось при нем, он сполна продемонстрировал свою силу, чтобы в этом не сомневаться. Однако его дар довольно редкий, чтобы «просто перепутать»… – я вальяжно усмехнулся, – …простите. Мне нельзя произносить подобных слов в вашу сторону. Как божество целого мира могло «перепутать», когда именно вы являетесь эпицентром всех магических сил.

— Всё бывает впервые, Ласориан, – Солария отвечала спокойно, наверняка она решила, что если я знаю нечто жуткое, то не стал бы ходить вокруг да около. Но мне очень хотелось посмотреть, как она будет выкручиваться. – Ранее в Артикалисе никогда не проводили столь зверскую операцию по извлечению ядра. Ни мне, ни моим предшественницам не приходилось изучать сосуд с энергией в отрыве от владельца. Если я лично лишаю кого-то сил, энергия возвращается ко мне в первозданном, чистом виде. Здесь всё иначе. Всё же мы даём нашим магам лишь холст, а уже они рисуют картину. Так зачем вы обвиняете продавца бумаги и красок в том, что он не смог доподлинно определить авторство картины?

Хорошая метафора. Жаль, что вранье.

Я не спешил одаривать Соларию взглядом. Всё расхаживал взад-вперед и почти безучастно осматривал детали впечатляющего зала. Разве что демонстрировал свою нетерпеливость хаотичными движениями пальцев, чтобы намекнуть – что-то из секретов жжёт мне рукава.

— То, что вы нашли Ская – это большая удача для нас, – Солария не выдержала и продолжила сама. – Теперь у нас куда больше шансов найти адептку Дорн…

— Хватит, Солария, – вмешался я, наконец. – Я всё знаю…





Глава 3.2. Условие


Королева замерла. Стоит отдать ей должное, её лицо превратилось в поистине каменную маску. Если бы я блефовал и пытался понять что-то по эмоциям – меня бы ждал провал.

— О чём вы? – спросила она с осторожным интересном и изящно нахмурила брови.

— Ская похитила не Дорн. Это сделали вы, – я вернулся на изначальное место и остановился прямо напротив Соларии. Гадко от чувства, что эта женщина смотрит на меня сверху вниз.

— Я не понимаю, о чём вы…

— Не стройте из себя дурочку, вам это не к лицу.

— Вы забываетесь, Ласориан. Если вы продолжите говорить со мной в таком тоне, я…

— Что? Прогоните меня? – я нагло усмехнулся. – Ох, нет, это вы не понимаете. Я выдержал все рамки приличия и не заявился к вам на порог без приглашения. Хотя мог, ведь это я здесь сторона, которая ждёт объяснений. И поверьте, от ваших слов зависит очень многое…

В отличие от моей визави я переборщил с чувствами. Холодный гнев отчётливо засиял в стеклянных глазах. Больше я не собирался расхаживать и паясничать. Всё во мне от тона до прямой осанки намекало – ситуация серьёзная. Из неё уже не выйдешь, бросив парочку красивых метафор о том, насколько этот маленький мирок шаток.

— Что именно вы хотите от меня услышать, Ласориан? Вы же знаете, я всегда открыта к диалогу и ценю наше сотрудничество…

— Почему вы скрыли от меня, что мальчишка вам нужен? Что его роль во всем этом – заделать будущей королеве наследницу, а после дать дочери себя сожрать?

Пути назад не было. Солария осознала, что мне известно слишком многое, отчего глаза её удивленно расширились. Она даже не попыталась скрыть своего изумления.

— Откуда вы…

— Только умоляю вас, не пытайтесь больше врать и выкручиваться. Моё терпение не безгранично. А вы уже пошатнули доверие. Единственный ваш шанс реабилитироваться – откровение.

Королева хмуро смолкла. Воцарилась столь пожирающая тишина, что я услышал, как её пальцы сжимают тёмно-красную обивку трона на подлокотниках. Увы, ей не оставалось ничего, кроме как признать поражение в этом бою. И надеяться, что война не проиграна.

— У всех нас есть грехи за душой, Ласориан. То, о чём мы не хотим никому говорить, даже самым близким, что уж говорить о человеке из другого мира. Вам нас не понять…

— Ох, ради Первых богов, – я не сдержался и презрительно хмыкнул. – Вся ваша семья – выходцы из нашего мира. То, что лично вы не бороздили наших небес, не значит, что в вас течет какая-то особенная кровь.

— Вы пришли сюда за ссорой, Ласориан? – с легкой ноткой угрозы в голосе спросила Солария и вздернула нос. Вот только тот был таким светлым и румяным лишь потому, что я скрыл истинную черноту своей иллюзией. Сложно быть гордой, когда ты разваливающийся мертвец.

— Нет, Солария, – отвечал я куда спокойнее, но не теряя гневного холодка. – Я хочу, чтобы вы говорили со мной без всех этих попыток скрыться за своей особенностью и тяжкой ношей. Если хотите поговорить о грехах – так хоть признавайтесь в них прямо.

— Да, наша семья приносит в жертву мужчин, – презрительно, но в коем-то веке честно произнесла псевдо-богиня. – И это ужасно. Но это наш выбор, наша ноша. Я не рассказала вам, потому что понимала – первомирцам этого не понять. Вы бы осудили нас, отказали бы в помощи…

— Поэтому вы выбрали лгать? Настолько, что Ская пришлось похищать, радуясь, что представилась такая возможность, и все можно списать на безумную фанатичку Дорн?

— Вы сами отчасти виноваты в этом, Ласориан, – куда ожесточеннее проскрипела Солария. – Вы начали привязывать девочку к себе. Своими кознями продемонстрировали, что она может положиться лишь на вас. И заметьте: я ни на секунду не задумалась, что для жертвы можете подойти вы. Хотя это было бы спасением для всего Артикалиса, появись в нашем роду девочка с кровью первых драконов…

— Вы думаете, я буду вас благодарить? – с моих губ сорвалась усмешка. – Вы бы и не смогли сделать нечто подобное. Это не добрая воля. Я не мальчишка-сирота, которого можно легко принести в жертву вместе с Дакотой…

— Не стройте из себя святого, Ласориан. Давно ли вам есть дело до наших сирот?

— Вы правы. На Ская мне плевать. Я лишь поражаюсь вашей молчаливой изобретательности. При всем уважении, Солария, я был отправлен сюда, чтобы проконтролировать ситуацию, ведь вы получили от нас большую помощь в проведении всей этой… печально известной приютской миссии. И если мне вы можете сказать «не строить из себя святого», то мой кузен едва ли покажется вам столь же циничным.

— Вы мне чем-то угрожаете? Если да, прошу, говорите конкретнее.

— Пока что я лишь веду переговоры. Мы с вами ещё можем прийти к мирному решению вопроса. Однако я должен вернуться в Первый мир и обсудить всё с нашим королем.

— Конечно, – казалось, Солария даже выдохнула. – Вы не пленник. Вы можете в любом момент покинуть Артикалис и вернуться.

— Понимаю. Но вы не услышали главного – я хочу, чтобы Дакота отправилась со мной.





Глава 3.3. Вы же понимаете, что это невозможно?


И вновь тишина пропитала зал. Казалось, я сказал нечто такое, что псевдо-богиня не могла даже осмыслить, настолько неожиданными и вопиюще недопустимыми были мои слова.

— Что? – только и выдавила она из себя. – Забрать Дакоту?

— Именно так. Не навсегда. Лишь на время моего визита, конечно же. Не думаю, что он затянется надолго, хоть даже время в Артикалисе бежит быстрее…

— Подождите, Ласориан, – королева выставила ладонь, останавливая меня. – Вы же понимаете, что это невозможно. Дакота слишком важна.

— Но её никто и не собирается у вас отнимать. Я лишь прошу о жесте доверия. Пусть на мальчишку мне плевать, все же я оскорблен. Своей ложью вы подорвали наш союз, вы водили меня за нос и лгали в лицо. Если вы хотите и дальше сотрудничать с Первым миром и со мной лично – я прошу дать Дакоте возможность покинуть пределы Артикалиса.

Солария ответила не сразу. Она вся вытянулась, будто струна, что вот-вот порвется. Её длинные тонкие пальцы коснулись губ, и королева вновь застыла, глядя куда-то в сторону и пытаясь осмыслить сказанное.

— Что будет, если я откажусь принимать ваше условие? – прямо спросила она наконец. – Потерять поддержку Первого мира для нас критично, но потерять Дакоту – смертельно.

— К сожалению, я не могу точно предугадать, как мой брат отнесется к известию обо всем происходящем. Я своими глазами заглянул вглубь приюта, который паразитировал на наших магических технологиях. Все эти «игры с душой» стали доступны вам лишь с нашей помощью. Однако королевская семья Первого мира не понимает, сколько детей пострадали. В целом, все подробности этого дела довольно тщательно скрывались. Вы умудрялись закрашивать кровь белыми красками, и как вы правильно заметили: первомирцы могут не понять…

Я не говорил этого напрямую, но мы оба понимали: да, если Солария упустит Дакоту, для её рода всё будет кончено. Но Артикалис прекратит своё существование куда быстрее, если вступит в военный конфликт, который столь молодому миру объективно не по зубам. Нам не понадобится даже отправлять сюда все силы. Хватит моей сестры с десятком отрядов магов, чтобы захватить столицу.

Конечно, вытравливать саму Соларию из её замка-домена мы будем долго и проблематично. Но чего стоит королева или даже богиня без своих подчиненных и священников?

— Зачем вам это, Ласориан?

— Я боюсь, что вы обманете меня снова. И пока я буду вести переговоры дома, жизнь Дакоты закончится куда раньше, чем через обещанное мне время. К тому же показать ей старейший из миров – это правильно. Просто чтобы девочка успела ухватить кусок лучшей жизни.

— В Артикалисе детям запрещают рассказывать сказки о других мирах, а вы просите меня натурально выпустить…

«Самую ценную овцу из загона», – подумал я, но королева продолжила иначе:

— … нашу студентку за пределы её понимания.

— Вы уже впустили к себе дракона, – я пожал плечами. – Позволили мне провести лекцию о существовании иных миров. А один из ваших профессоров резал фею, чтобы из её внутренностей делать артефакты для неугодных власти. Думаю, пора перестать держаться за попытки остаться в стороне. Если вы верите, что Артикалис так хорош и прекрасен, тогда почему прячете от своих людей прочие миры? Чтобы никто не задумался, что можно «по-другому»? Едва ли Дакота за отведенное ей время успеет поднять революцию с теми знаниями, которые приобретет. Проблема ведь наверняка не в этом. Вы просто мне не доверяете…

— Как я могу вам доверять, Ласориан, если вы начинаете испытывать чувства к девочке? Вы не смогли удержаться от обычного танца, но хотите сказать, что вернете её обратно и отдадите в будущем на верную смерть?

Хорошие вопросы. Я бы и сам их задавал. Хотя слушать о «чувствах» в этих стенах не планировал.

— Вы очень мудрая и прозорливая женщина, Солария, – заговорил я абсолютно искренне, убрав из голос любые остатки иронии и гнева. – Меня впечатляет, как вы легко разменивать фигуры, чтобы прийти к победе. Если честно, я даже разделяю ваши принципы правления. Винтики созданы для того, чтобы механизм продолжал движение, и сердцевина не замирала.

— К чему вы ведете этот монолог щедрых комплиментов?

— Я хотел сказать, что при всей вашей мудрости, вы просмотрели во мне главное: в первую очередь я политик. А уже потом человек. Я верну Дакоту в Артикалис через месяц. Даю вам слово.

Моя убедительность не пронзила Соларию в самое сердце, лишь создала маленькую брешь в её защите полного отрицания. Она ещё долго молча смотрела на меня. Столь пристально и внимательно меня не изучала ещё ни одна женщина…

— Я не правила бы целым миром, если бы могла положиться на слово, Ласориан, – заговорила, наконец, королева твердым и непоколебимым голосом. – Вы готовы заключить магический пакт?

Я усмехнулся. Пошлое, но практичное решение.

— Что вы хотите получить взамен в случае, если я не сдержу слово?

— Как на счёт вашей жизни? – Солария вдруг вытянулась вперед, будто змея, которая ощутила возможную жертву. Её глаза сузились. Она следила за каждой моей реакцией.

Я же не сдержался и усмехнулся.

— Не слишком ли большое условие для «жеста доверия»?

— Даже если мы сойдёмся на этом, я всё равно чудовищно рискую. Одна жизнь для Первого мира и целостность всего Артикалиса. Вы ведь сами назвали меня мудрой правительницей, Ласориан. Так вот вам ещё одна моя «мудрость»: вы политик лишь во вторую очередь. А в первую – вы тот ещё эгоист. И ваша жизнь – главная ставка, за которую вы будете держаться до конца.

— Как грубо…

Я театрально поморщился.

— Вы просили быть откровенной, – Солария развела руки в стороны и откинулась обратно на спинку трона. Наконец-то она ожила и показывала не только маску полного хладнокровия, но и верткую, змеиную сущность. – И теперь я с вами полностью честна. Единственная ситуация, когда я отпущу Дакоту в Первый мир – это сделка на вашу жизнь. В любой другой ситуации я буду полной дурой, если соглашусь. И да, это всё ещё жест доверия. Потому что даже так я жутко рискую.

Хотелось бы поспорить, но к чему-то подобному я был готов. Ранее мне даже в голову не приходило поднимать вопрос о перемещении Дако в другой мир. Это само по себе было невозможно. Вранье Соларии породило маленькую трещину, на которую можно надавить, но не более.

— Что скажете? Вы ведь всё равно не собираетесь её укрывать, верно? Сил улизнуть от вас в вашем же доме у неё не хватит. А значит, и бояться вам нечего.

Я раздумывал. То, что Эоника смогла руками Дакоты убить человека меня пугало. Я хотел показать её Рите или Алексе, чтобы они смогли оценить уровень единения душ и что-то подсказать. Даже если у меня не будет возможности оставить Дако в Первом мире, вылазка туда нам необходима. Это даст новые ответы.

— Хорошо. Я согласен.





Глава 4. Королевский подарок


Дакота

В этот раз стоять перед Королевой и смотреть ей в глаза было куда проще. Голос не дрожал, внутри не сидела назойливая мысль: «а вдруг ей что-то не понравится».

Нет, я не потеряла уважения к нашей Правительнице даже после столь страшных новостей, которые свалились на нас в последнее время. Дело было не в ней, а во мне. Я выросла, стала сильнее и увереннее. Я ощущала себя куда весомее, чем та сирота, которая оглядывалась на Ласориана и думала: «кто я без него?». Сейчас я знала – в этом зале меня бы приняла и без дракона.

— Значит, тебе приснилось место, где был спрятан Скай? – напряженно уточнила Её Величество.

— Да. А после путь указали мои глаза.

— Глаза?

Я помедлила, но всё же кивнула.

— Они всегда были особенными. Когда-то я думала, что это просто небольшая физиологическая странность. Но сейчас я понимаю – меня и других детей из приюта как-то изменили эксперименты директора Дорн…

Я запнулась. Во рту стало вязко и имя на мгновение столь плотно застряло в горле, что подступила тошнота. Не из-за воспоминаний об этой ужасной женщине, с ними я уже смирилась. Но стоять перед Королевой и умалчивать, что я – убийца…

Это было слишком.

Но признаваться и отдавать себя на суд я не собиралась.

— Ясно, – печально выдохнула Королева. – Значит, действия Дорн сыграли против неё самой.

Я смогла лишь сдавленно кивнуть.

— Дакота, – Её Святейшество вдруг встала с трона, весь наш разговор её лицо выражало сплошную обеспокоенность, – я должна принести свои извинения тебе и всем детям, которые прошли через всю боль приюта…

— Но вы ведь не виноваты, – я впервые перебила саму Королеву.

— Эти бесчинства с вами творила адептка, которую когда-то я выбрала себе на служение. Она получила от меня силу и статус, что и позволило ей так долго оставаться в тени своих грехов. Я не уследила и искренне приношу свои извинения.

Внутри всё сжалось от терпкой неловкости. Неприятное чувство. Я смогла лишь криво улыбнуться, но сама не знала, куда деть взгляд. Всё в этом зале было пропитано непонятным дискомфортом, и даже стоящий за моей спиной Ласориан не помогал сгладить это ощущение.

— Я обещаю тебе, что всем детям из вашего приюта будет оказана поддержка. Они ни в чем не будут нуждаться.

— Спасибо, – выдавила я из себя с тяжестью, но всё же искренне. – Это и правда ценно.

— Более того, я выражаю бесконечную благодарность тебе лично, Дакота.

— Мне?

Королева медленно кивнула и начала спускаться по ступеням с возвышения, где стоял её трон.

— Да. Без тебя мы могли так и не узнать правду об адептке Дорн. И страшно представить, что случилось бы со Скаем.

— Я… я просто сделала то, что должна была.

Если честно, мне казалось, что мои «достижения» – скорее случайное стечение очень жутких обстоятельств. И никакой похвалы в свой адрес уж точно не ждала.

— Пожалуйста, не приуменьшай своих заслуг. За то, что произошло, я хочу отблагодарить тебя лично…

Её Величество подошла ко мне и остановилась. Она протянула белоснежную ладонь и в той вдруг появился сверток, поверх которого красовалась большая королевская печать.

Я растерянно приняла подарок, развернула некий документ и начала быстро бегать взглядом по выведенным там строкам. При этом затылком ощутила, что Ласориан наблюдает за всем происходящим с некой настороженностью.

— Это… – я с удивлением подняла взгляд на Королеву.

— Да. С этого дня ты можешь продолжать учиться в академии без участия патрона абсолютно бесплатно. Ты доказала, что достойна каждой ниточки магической энергии, которая течет по твоему телу. Тебе больше не нужен надзор.

Её Величество говорила это с мягкой улыбкой. Я ощущала, что она ждёт от меня радости и бесконечной благодарности, но новость вызвала лишь чувство страха и непонимание.

— Какой интересный подарок, – раздался смешок Ласа позади.

— Это значит, что мне больше нельзя учиться у Ласориана? – чересчур эмоционально спросила я, оборачиваясь к дракону. Тот выглядел куда спокойнее и лишь сверлил взглядом Королеву, ожидая вердикта. Это всё явно было неожиданной новостью и для него.

— В этом больше нет нужды, – размеренно отвечала Солария.

Внутри роилась тревога. Я чувствовала себя пешкой среди двух очень властных фигур, которые легко могут решать мою судьбу. Заходя в этот зал я никак не думала, что могут появиться намеки на расставание с Ласом. Я надеялась, что у нас впереди годы…

Хотя это ведь глупо.

Он дипломат самого крупного мира. Важная политическая персона. Член королевской семьи. Он не должен возиться со мной весь мой путь обучения.

И всё же я не готова расстаться так скоро.

— Однако если господин Рэндолский пожелает, – продолжила Королева после напряженной паузы, – он может и дальше быть твоим патроном.

— Конечно, – Лас улыбнулся. Это была его фирменная, лживая улыбка дипломата: вымеренная до каждого мимического миллиметра, чтобы быть идеальной. Но я понимала – ему всё это не нравится. – Я не собираюсь в ближайшее время покидать Артикалис, потому и Дакоту оставлять не планирую. Кроме того момента, который мы с вами обсудили. Полагаю, о нём тоже стоит рассказать.

— Да, обо всём по порядку, – Королева вновь взглянула на меня. – Ещё раз спасибо, Дакота. Помни, что теперь у тебя появилось право выбирать. Теперь ты свободна.

Подарок ли это? Или проклятье? В любом случае, я поклонилась, сжимая документ с печатью.

— Спасибо, Ваше Святейшество.





Глава 4.2. Что видят твои глаза?




— Но это ещё не всё, – с немного странной торжественностью продолжила Солария и посмотрела точно в глаза Ласориану, – у господина Рэндолского есть новость.

Я выпрямилась. Тревога внутри всё не утихала. Теперь, когда он может спокойно уйти, вдруг он это сделает?

— Мы отправляемся в Первый мир.

Я потеряла дар речи. Ожидала многого, но не этого.

— Мы? – только и хватило сил переспросить. Взгляд нервно метнулся на Королеву. Это ведь не может быть правдой. – В смысле, мы оба?

— Да, – Её Величество медленно кивнула. – Если ты этого хочешь, конечно же.

Я не знала, что ответить. Осознанные реакции не успевали сформироваться, и на моём лице плясали в вихревом танце разные оттенки непонимания.

Удивление отошло на второй план, когда Ласориан подошёл ближе и положил ладонь мне на плечо.

— Я должен вернуться домой по делам. И спросил у Её Величества разрешение, чтобы ты отправилась со мной.

— Но… зачем?

Дракон изменился в лице.

— А ты не хочешь?

Дело было не в этом. Я никогда даже не задумывалась о возможности посетить другой мир. Мечтала – конечно. Но всерьёз надеяться – нет, то было безумием.

— Хочу, – помедлив, уверенно произнесла я. – Конечно хочу. Если мне и правда можно…

Подбирать слова стало сложнее. Аудиенция у Королевы всё больше была похожа на неожиданный сон, где сбываются самые смелые и жуткие мечты.

— Да. В виде исключения. И через месяц ты должна вернуться назад. Вместе с Ласорианом или без него.

— Месяц – по меркам Первого мира, ведь так? – подхватил Лас с улыбкой. Показалось, что его вопрос уколол Её Величество.

— Сейчас академии пустуют, но скоро обучение начнётся вновь. Если вы задержитесь столь надолго, Дакота может отстать.

Я и забыла, что время в Артикалисе и Первом мире течет иначе. Пока мы с Ласом будем проживать один день у него дома, здесь промелькнет несколько суток. Страшное расхождение, если подумать.

— Дакота показала, что она мастер в вопросах наработки успеваемости.

Я впервые не сдержала смешка и со всей искренностью улыбнулась. До меня начал доходить весь смысл слов… я и правда увижу другой мир.

— Разве вам нужно так много времени для решения всех вопросов?

— Вопросы весьма щепетильны, сами понимаете…

Казалось, по обе стороны от меня происходила невидимая баталия, а я случайно оказалась в центре. И почему-то Ласориан побеждал. Королева, в целом, выглядела сегодня иначе. Словно была более живая, а не представляла из себя вечно собранную, холодную божественную леди.

— Хорошо. Пусть так, – с трудом, но согласилась Солария. – Помните, вам придется задержаться, чтобы мы урегулировали все вопросы.

— Разумеется, – Лас похлопал ободряюще меня по плечу. – Дакота, возьми экипаж и отправляйся домой без меня. Я прибуду позже.

Я согласилась и, ощущая как тревога внутри сменяется радостью, уже собиралась уйти, однако задержалась…

— Ваше Величество, – обратилась я со всей серьёзностью, – могу я попросить у вас ещё кое о чём?

— Слушаю…

— Не сочтите за наглость. Вы и так много для меня сделали сегодня, – я плотнее сжала документ, – но я бы хотела попросить у вас подобной услуги и для Ская. Он слишком многое пережил, а его спортивного гранта хватит лишь на год обучения. Мне кажется, это будет честно.

Говорить столь откровенно с Королевой и оценивать её поступки – вопиюще нагло, но я всё же решила, что стоит воспользоваться ситуацией.

— Если нужно, я готова отдать ему свою возможность…

А вот это вырвалось невольно, но шло изнутри. Бумажка жгла руку. Мнимая свобода на самом деле казалась возможностью в какой-то момент навсегда потерять Ласориана. И я тысячу раз ругала себя за такую глупость и недальновидность, но предпочла бы и дальше нуждаться в нём, чем потерять.

— Нет, это не нужно, – Солария мягко улыбнулась. – Конечно, Скаю будет оказана та же честь. Не буду лукавить: у нас не получится обеспечить каждого ребенка из приюта местом в Королевской академии. Но вы двое сможете и дальше учиться, несмотря ни на что.

Я благодарно поклонилась и вспомнила ещё кое о чём…

— И ещё одно. Простите. Это может показаться мелочью, но для конкретного человека – очень важно, – я говорила быстро, будто боялась, что меня перебьют и выгонят. – Скай пропал из академии, когда его сосед Руперт принес некую книгу. Его заставили это сделать. Если за всем стоит Дорн, возможно, была применена ментальная магия…

В последнее я верила с трудом и врала Королеве с тяжестью на сердце. Руперт – дурак, который ввязался в сомнительные игры и ставки. Но всё же он бедный дурак и всё зло именно в этом. Он просто пытается где-то найти деньги на жизнь и учебу. Пусть и сомнительными методами.

— Ректор Гант наверняка будет настаивать на его исключении, если уже не сделал этого. Если есть возможность, пожалуйста, пересмотрите его дело. Конечно, Руперт подверг академию опасности, но он лишь пешка в чужих руках.

Её Величество смотрела на меня с легким удивлением. Я и сама изумлялась, как нашла в себе силы, просить о таком у Божества. Но мы с Мирандой отвели Руперта к ректору. Отчасти ответственность за его судьбу лежит на мне. А что его ждёт, если он лишится места в академии? Ничего хорошего.

— Ты добрая девушка, Дакота, раз заботишься о чужих тебе людях, – произнесла она, наконец и вдруг протянула мне руку. – Я постараюсь выполнить твою просьбу.

Я изумилась на секунду. Откуда Королеве знать, что Руперт для меня «чужой»? Он ведь мог быть моим другом.

Одновременно с этим я безотчётно потянулась к ладони Соларии и аккуратно пожала её. Но когда опустила взгляд на наши встретившиеся руки, тут же ужаснулась. Ладонь Королевы вдруг стала чёрной, иссохшей, словно я прикасаюсь к трупу. Я тут же невольно отшагнула, чем вызвала волну непонимания.

— Дакота? – с легкой ноткой осуждения окликнула меня Королева, и когда я вновь взглянула ей в глаза, а после посмотрела на всё ту же ладонь – та вернулась в норму.

Не понимаю.

Что за странное видение?

Это происки Эоники?

— Нет, – отозвалась Первая в моей голове. – Ты становишься сильнее. И начинаешь видеть то, что спрятано от твоих глаз.

— Всё хорошо? – вмешался Ласориан.

— П-простите, – я неловко, скованно улыбнулась. – Последние дни были очень тяжелыми, я мало спала и чуть не похоронила брата. На секунду показалось, что я засыпаю, стоя на этом месте.

Лас и Королева смотрели на меня со смесью разных эмоций от изумления до волнения. Однако Её Величество снисходительно кивнула.

— Конечно. Ступай, дитя. Отдыхай. Ты молодец.





Глава 5. Зачем тебе оставаться рядом?


— Значит, она наконец-то представилась, – задумчиво протянул Ласориан после моего рассказа об Эонике.

Мы разговорились, когда сидели в глухом лесу далеко от столицы и ждали кого-то из его родственников. Нам должны были открыть портал такой силы, чтобы он смог перенести из Актикалиса в Первый мир.

Пока я рассказывала о настоящей личности гостьи моего разума, она никак не реагировала. Интересно, это осуждающее молчание? Она ведь не доверяет Ласориану, но почему-то наказала не говорить о себе лишь Королеве.

— Да, – только и произнесла я, сидя на пне и очерчивая различную символику веткой на земле. Даже странно вспоминать, как я вот также вырисовывала магические руны в дневнике заклинаний, а они у меня никак не получались.

— Признаюсь тебе честно, я догадывался…

Я замерла и посмотрела на Ласориана, не скрывая удивления. Он стоял у дерева в паре метров от меня.

— Твоя магия развивается очень быстро, – дракон пожал плечами. – А столь необычная специализация подвластна, в основном, королевской крови.

— Подожди, – я откинула глупую ветку в сторону и отряхнула руки. – Как давно ты «догадывался»? Ты настаивал, чтобы я взяла именно магию отрицания, потому что уже что-то знал?

— У меня были основания полагать, что твои глаза – это не просто странная особенность. Сколько бы тебе не внушали, что в них нет ничего магического, они всегда казались мне ключом к ответам. Тем временем магию с детства здесь получают лишь потомки Королевы.

Я внимательно смотрела на Ласа, но не решалась активировать силу глаз. Однако она была мне не нужна, чтобы тихо заметить:

— Ты что-то темнишь, – я утомленно улыбнулась. – Чем больше открывается правды о моих особенностях, тем чаще я думаю, что всё происходящее – не случайность.

— О чём ты? – Лас казался расслабленным, будто мои слова нисколько его не задевали, а лишь пробуждали интерес. Но я знала, что он легко манипулирует каждой своей реакцией.

Я поморщилась.

— Сложно сказать точнее. Ты никогда не рассказывал мне, почему оказался в Артикалисе?

— Я политический дипломат…

— Да, но почему именно сейчас? Артикалис всегда был очень закрытым миром. И вдруг к нам решили впустить не просто иное существо, но ещё и члена чужой королевской семьи.

— Ты задаешь довольно рискованные вопросы, – дракон усмехнулся. – Но раз у тебя возникают подозрения на мой счёт – я скажу. Хоть это и не моя тайна. Тело королевы Соларии не выдерживает магической силы, которая содержится в нём. Она может поддерживать себя изнутри и приглушать любую боль, однако физическая оболочка рушится, и с этим ничего не поделаешь. Лекари бессильны. Ей же необходимо продолжать править, не вызывая паники у своих людей. Артикалис долго не желал идти на прямой контакт, но то, что я – лучший маг-иллюзионист сыграло свою роль.

Так вот, что я видела…

— Но разве Её Величество не могла сама использовать на себя подобную магию?

— Она делится своей энергией со всеми магами Артикалиса. Среди них есть искусные иллюзионисты и исследователи, сила которых прорастает из способностей их королевы. Кто-то мог ощутить подвох и заглянуть за ширму. В то время как моя иллюзия этого не допустит.

— Но я…

— Не надо, – раздался резкий, громкий приказ Эоники в моей голове. – Зачем тебе раскрывать все карты перед ним?

Я смолкла, глядя в пустоту. Мне хотелось доверять Ласориану, а не поддаваться на подозрения Первой. И все же вдруг она права?

— Ты что? – спросил дракон ободряюще.

— Я не понимаю, как это возможно, – ответила с кривой улыбкой и нервно потерла ладони между собой. – Чтобы нашей Королеве было так плохо. Она совсем не выглядит бессильной.

— О, она вовсе не потеряла силы. В ней всё ещё сосредоточена вся энергия Артикалиса. Подводит лишь физическая оболочка. Как если бы сосуд с водой трескался, но нечто всё равно удерживало жидкость внутри.

— Значит, Дивиника займет её место довольно скоро? – в моем голосе отразилось легкое волнение.

— Да. Возможно, – Лас прозорливо сощурил глаза. – Кажется, тебе нравится принцесса.

— Она всегда была очень добра ко мне. Хоть мы и виделись совсем немного.

— Понимаю. Главное помни – всё, что я сказал, должно остаться между нами. Но, надеюсь, это ответило на твой вопрос: почему я появился в Артикалисе именно сейчас.

Мне всё ещё казалось, что он не договаривает. Однако копаться глубже не хотелось. В конце концов, я тоже кое-что утаила. Например то, что на моих руках кровь директора Дорн. И какой бы дрянью та не была, это не перестает быть убийством…

— Наша встреча и правда заставила меня задержаться, – продолжил Ласориан. – И да, не буду врать – я сразу заметил странную силу, которая наполняла обычную с виду сироту. Это меня заинтересовало. Но то двигало мной лишь поначалу.

— А сейчас? – вопрос вырвался сам собой.

— Что? – дракон на секунду растерялся.

— Что движет тобой сейчас? Когда Королева дала мне свободу учиться без покровителя, мне показалось, что ты был недоволен её жестом. Это потому что после всех открытий я теперь какой-то важный политический ресурс? Рычаг давления?

Говорить о таком было неприятно. Слова одновременно рвались наружу и застревали в горле, царапая то. Казалось, из меня просачивается наружу нечто бессознательное: то, о чём я догадывалась где-то внутри, но не решалась сказать и даже сформулировать у себя в голове.

— Я не думаю о тебе как о каком-то ресурсе, – Лас возмутился и даже сделал шаг мне на встречу. – Что на тебя нашло?

— Но… – мои пальцы вжались в древесную кору пня по бокам, – тогда зачем человеку твоего уровня, члену королевской семьи, межмировому дипломату самого крупного мира возиться со мной? После того, как мне дали возможность учиться дальше без надзора, это освобождает тебя от твоей благотворительной миссии.

— Ты хочешь, чтобы я ушёл? – вопрос холодной сталью прошёлся по внутренностям.

— Нет, я… – хотелось потупить взгляд, но я с трудом смотрела точно на Ласориана, – … просто пытаюсь понять твои мотивы. Зачем тебе оставаться рядом? Зачем я тебе?

Чего я пыталась добиться? Какого-то признания? Или решения уйти, раз здесь он больше не нужен? Казалось, я играюсь с огнем и легко могу обжечься. И все же вопрос застыл в воздухе, делая тот куда тяжелее.

Мы с Ласорианом напряженно смотрели друг на друга и казалось, что молчание тянется целую вечность. И вот когда он уже разомкнул губы, чтобы что-то ответить, прямо между нами разгорелась вспышка белоснежного света.

Пространство и сам воздух будто начали разрезать надвое огромным сияющим ножом, создавая брешь. И уже через секунду из портальной дыры ловко выскочила высокая девушка с белоснежными, длинными волосами…

— Простите, что задержалась!





Глава 5.2. Сплетение воспоминаний


Родственница Ласориана осмотрелась и с прищуром задумчиво добавила:

— Вы какие-то напряженные. Я не вовремя?

— Вообще-то ты и правда сильно опоздала, – усмехнулся дракон, ловко пряча любые переживания после случившегося разговора. Он подошёл ближе и тепло обнял девушку. Я тем временем поднялась с пня и отряхнула платье.

— Дакота, это моя кузина Александра. Одна из лучших ведьм Первого мира.

— Можно просто Алекса, – уже через пару мгновений наша проводница протянула мне руку. С её лица не пропадала приветливая улыбка, которая казалась абсолютно искренней.

— Дакота Синк, очень приятно.

Я ответила на рукопожатие и постаралась также отвлечься от напряженного разговора. Видимо, придется продолжить его позже. Если Лас вообще захочет вернуться к обсуждению.

— Получается, вы сестра короля Первого мира?

— И даже больше. Я его двойняшка. Братцу повезло, что вторым ребенком была девочка. Не пришлось бодаться за трон.

— Боюсь представить, что бы с нами стало, если бы тебя допустили к власти, – по-доброму усмехнулся Ласориан. – Случись вновь война с Афшером, ты бы на неё опоздала.

— Ой, да ладно тебе. Простите, что заставила ждать, – свои извинения принцесса обращала скорее ко мне, перед кузеном ей, кажется, не было стыдно. – Мой маленький сын недавно раскрыл в себе магический потенциал… – она напряженно зажмурилась и мотнула головой, – в общем, перед тем как я должна была выдвигаться за вами, он как истинный каменный дракон разобрал по кусочкам стену в доме. А она была несущей.

— Оу…

— Торрас цел? – тут же встрял Ласориан.

— Да-да. Все в порядке. Все живы. Пострадал только дом и мои нервы. Но да не будем о грустном. Куда вас перенести? Сразу в королевский замок, – она взглянула на кузена. – Дерек ждёт тебя сегодня.

Лас задумчиво обвел меня взглядом, прежде чем ответить.

— Нет. Перемести нас куда-нибудь на улочки столицы. Я сначала покажу Дакоте город, а уже вечером встречусь с братом.

И хоть мне было приятно, но чувство неловкости кольнуло иглой в поясницу.

— Не стоит откладывать дела из-за меня. Тем более встречу с королем. У нас ведь будет много времени…

— Всё хорошо, Дерек всё поймёт. Дамы вперед, – дракон указал на сияющую дыру в пространстве.

Я не стала больше спорить. Тем более Алекса поспешила принять предложение и запрыгнула в портал столь же резво, как вышла из него. Интересно, сколько ей лет, если она одного возраста с королем? Кажется, магия позволяет им выглядеть куда моложе…

— Дакота? – голос Ласа изменился, когда мы вновь остались наедине. В нём вновь появились нотки обеспокоенности.

— Да…

Я подошла к порталу и остановилась ненадолго. Так волнительно. Ещё недавно моей мечтой было выехать куда-то дальше злосчастного приюта. И вот он сгорел, как и моё прошлое, а я сама отправляюсь в другой мир.

— Не волнуйся. Я сразу за тобой.

Но долго ли так будет продолжаться?..

Я оглянулась и, оставив мысли при себе, шагнула в портал. Однако вместо того, чтобы оказаться в ярком, шумном и чудесном месте, я оказалась в сером, пугающем месте.

Какая-то совсем небольшая комнатка. Бедная, сырая, тёмная.

— Мамочка! – раздался вдруг детский голос.

Я обернулась и увидела темноволосую, коротко стриженную девочку лет пяти. Её волосы будто хаотично обкорнали ножницами. Одежда была без дыр и пятен, но явно старая. А главное – она вцепилась худыми бледными ручками в женщину, лежавшую на полу.

— Мамочка, вставай! – ребенок тряс бездыханное тело, не понимая происходящего, хотя голосок уже начинал подрагивать.

На женщине был костюм служанки, из-под которого выглядывали страшные гематомы и ссадины.

Я хотела сделать шаг к девочке и коснуться её плеча, но моя рука прошла насквозь.

Ясно.

Это не место, куда меня перенес портал. Это чужое воспоминание.

Дверь вдруг открылась, на крик ребенка ворвались двое мужчин. Один из них явно был хозяином дома, второй – такой же слуга. Едва аристократ увидел тело, он презрительно сморщился.

— Всё-таки померла, – шепнул он без грамма сочувствия. – Уберите тело.

— Нет-нет, – малышка даже не обернулась, только сильнее вцепилась пальчиками в руку матери. – Мама! Мама, вставай!

Слуга казался куда более чувствительным, но под грозным взглядом хозяина всё-таки подошел к телу и попытался взять ребенка за руку.

— Мойра, пойдём-ка со мной.

— Нет! Моя мама…

— Я сказал убери тело, а не возись с малявкой, – рыкнул аристократ, доставая шелковый платок и утирая тем нос.

— Господин, но что делать с девочкой? У неё кроме матери никого не было.

— Ой, да ради Первых Богов…

Аристократ вдруг просто взмахнул рукой, и через секунду я оказалась совсем в другом месте. Но самое страшное – переместилась я сюда не одна. Девочка так и осталась сидеть передо мной с вытянутыми руками, но теперь ей не за кого было цепляться. Тела матери не было рядом.

Худенькие коленки касались не деревянного пола, а травы, потому что нас выкинуло куда-то на окраину, и стены города лишь виднелись далеко впереди.

Картинка неподвижно замерла, как и моё сердце. Я думала, что воспоминание просто «зависло» в одном месте, как страница книги, которую не переворачиваешь. Но нет. Время шло. Просто ребенок оставался неподвижно сидеть с вытянутыми руками, не понимая, что произошло?

Я и сама не могла поверить.

Её мать-служанка умерла, а девочку просто выкинули подальше на улицу?..

Я обошла замерший бледный скелетик и заглянула ей в лицо. Она даже не плакала. Казалось, она в это мгновение умерла вместе со своей мамой, с которой ей даже не дали проститься.

— Ты слышишь меня? – попыталась позвать я, но ответ раздался где-то со спины:

— Конечно, слышу.

Это был голос Ласориана. Я оглянулась, и все вернулось на круги своя. Звуки заполнили мертвую тишину мелодией жизни, потому что из портала мы вышли на оживленную улицу.

— Дакота? – Лас взволнованно осмотрел меня. – Всё хорошо? Ты вся побледнела.

— Это её первое перемещение и сразу между мирами, – посмеялась Алекса, и быстро закрыла портал. – Не стошнило – и то хорошо.

Я же растерянно моргала и пыталась сдержать слезы, чтобы не показаться безумной. Выдавила улыбку и промямлила:

— Да, мне не очень хорошо. Дайте мне секунду.

Я отошла к стене одного из домов, оперлась на неё рукой и отвернулась. Вдох, выдох. Бледное лицо девочки, что даже не может заплакать, всё ещё стояло перед глазами.

— Ты не должна была этого видеть, – раздался задумчивый голос королевы Эоники в голове, и я увидела её образ перед собой в пустом переулке. – Но возвращение в этот мир сцепило наши воспоминания.

— Мне… мне очень жаль, – даже мысленно отвечать сейчас было сложно.

— Это было целую жизнь назад. Я рада, что время в Артикалисе течет иначе. Я успела прожить и пережить слишком многое, чтобы забыть всё.

Эоника звучала собранно и спокойно, но впервые образ Королевы или даже Божества рухнул, и я увидела за ним несчастного человека. Такого же подбитого судьбой, как и я. Даже хуже. Легче никогда не знать родителей, чем потерять маму вот так.

— Значит, вас зовут Мойра?

Бледное лицо презрительно дрогнуло.

— Нет. Это имя из моей другой, тёмной жизни. Я полностью отказалась от него. Прошу, не произноси его больше.

— Как скажете…

— Дакота, я наколдовала немного воды, – обеспокоенно окликнула меня Алекса. – Если тебя тошнит – могу призвать специальный пакетик. Не сдерживай себя. После сложной телепортации это обычное дело. Все поймут.

— Всё хорошо, спасибо, мне просто нужно отдышаться!

— Иди к ним, – холодно отозвалась Эоника. – Я не считаю, что мы должны обсуждать кусок моего забытого прошлого.

— Тот маг поступил с вами… отвратительно, – я запнулась, подбирая слово, и то оно показалось слишком тусклым.

Первая тихо усмехнулась.

— Зато ты увидела другую сторону Первого мира до того, как посмотрела на его прелести. Артикалис не просто так создан мною таким. Когда магическая сила передается по наследству – это создает особенную исключительную касту. И остальные, обычные люди часто становятся для них мусором…

— Неужели здесь всё так?..

Эоника задумчиво потупила взгляд, впервые я заметила в её глазах сомнения. Она пожала плечами, тихо отвечая:

— Кое-кто обещал мне попытаться исправить это. Но даже если у неё получилось очистить улицы от поверхностной скверны, в душе маги никогда не будут считать безродыша подобным себе. Именно поэтому так важно, чтобы каждый мог делом и честью заслужить свою силу. И знать, что это дар, который могут забрать.

Мне на плечо легла теплая ладонь. Я вздрогнула и оглянулась. Даже не заметила, как Ласориан подошёл ближе.

— Ты в порядке? – дракон протянул бутыль с чистой водой.

Я ответила не сразу. Сначала повернулась к Эонике, но… она уже исчезла.





Глава 6. Первый мир


Я не стала рассказывать Ласориану здесь и сейчас обо всем, что поняла. Стоит переспать с этой информацией. Впрочем, может, это и не секрет? Я совсем не помню, что писали о прошлом Королевы Эонике в исторических книгах…

— Мы возьмем карету? – спросила я, вернувшись обратно к сопровождающим. Странно, но по улицам в основном передвигались люди, а транспорта почти не было видно.

— Да, только призовём лошадей из королевской конюшни, – посмеялась вдруг Алекса, но после одного взгляда на меня задумчиво добавила: – а, это не шутка?

— В Артикалисе с транспортом всё куда сложнее, – с улыбкой заметил Ласориан, после чего похлопал меня по плечу и указал наверх.

Я подняла взгляд и заметила над крышами целые потоки существ, которые с большой скоростью летел кто куда. Благодаря каким-то только им понятным законам, эта картина выглядела не хаотично, а размеренно и никаких столкновений не происходило.

— Я же говорил: всё движение Первого мира давно перешло в небо.

— Но я думала, что это лишь для крылатых и особенных.

Моё удивление вызвало добрый смешок у Алексы.

— Вам наколдовать что-нибудь полётное или сами справитесь?

— Нет, мы воспользуемся аэром. Ты иди. Тебя наверняка ждут дома. Спасибо за помощь.

— До свидания, – добавила я, когда беловолосая ведьма помахала нам на прощание и просто исчезла.

Алекса творила магию так легко и ненавязчиво. Как если бы не телепортировалась, а просто дышала. Её тело ни на секунду не дрогнуло, пока растворялось в воздухе.

— Что такое аэры? – я перевела взгляд на Ласориана, когда мы остались наедине.

— Идём.

Вскоре мы подошли к стоянке странных артефактов. Это был ряду мерцающих площадок, встроенных прямо в мостовую. Каждая была размером с добрый обеденный стол и подсвечена бледно-голубым контуром, похожим на светящуюся воду.

Над площадками, примерно в метре от земли, парили те самые «аэры» – плоские серебристые диски. Они висели неподвижно и лишь слегка покачивались, словно были привязаны невидимыми энергетическими нитями. Некоторые тускло мерцали зеленым цветом, а какие-то горели ярко-красным.

В центре странной стоянки виднелся небольшой пьедестал в метр высотой из черного камня. На его поверхности – знак в виде раскрытой ладони. Стоило нам подойти ближе, свободные сферы мягко засветились, словно приветствовали.

— Это всё артефакты для полёта? – после путешествий в традиционных каретах моему удивлению не было предела.

— Да. Они общедоступны.

— А если… их украдут? – я огляделась. – Их даже никто не охраняет.

— Артефакты в Первом мире – это обыденность. Да и вора быстро найдут по магической энергии. Вот, – он указал на камень. – Положи сюда ладонь. Твои магические потоки свяжутся с одним из аэров, зарядят его, и артефакт будет временно доступен.

Лас взял мою руку и ненавязчиво потянул к камню. Я не сопротивлялась, но внутри сидел закономерный вопрос:

— Но я ведь совсем не умею этим управлять.

— Всё очень просто…

Дракон приложил мою ладонь к пьедесталу. По ладони прошёлся импульс, будто щекотливо провели пером. Сразу после один из дисков тут же загорелся ярким зеленым и послушно опустился на землю передо мной, будто приглашал «зайти на борт».

К моему удивлению, Ласориан не стал отращивать крылья. Он также заставил один из аэров подзарядиться от его ладони, и вскоре перед нами было два парящих диска.

— Вставай на него, не бойся, – Лас протянул мне руку. Держась за дракона, я с интересом, но некоторым недоверием к иномирному артефакту поставила сначала одну ногу на диск, а затем вторую. Он завибрировал, я качнулась от неожиданности, но удержала равновесие.

Аэр поднялся на десяток сантиметров над землей, и я крепче вцепилась в ладонь Ласа. Тот усмехнулся, чувствуя, как сжимаются мои пальцы.

— Посмотри наверх.

Я подняла взгляд и ахнула. Мои глаза видели несуществующее. Небо, где летали различные существа, сейчас было визуально поделено цветом на кучу коридоров. Резко пришло осознание: как именно все двигаются и не сталкиваются друг с другом. Одна линия полета загорается красным – и все останавливаются, давая двигаться тем, кто пересекает воздух по зеленому пути. При этом пространство поделено на несколько уровней по высоте. Чем выше – тем более крупные махины. Где-то совсем высоко в небе я даже заметила, как пролетело нечто схожее с драконом.

— Видишь, всё просто, – с этими словами Лас отпустил мою руку и взмыл в воздух с небывалой легкостью. – Двигайся за мной по зеленому коридору и держи высоту. Если начнёшь падать – аэр активирует заклинание медленного спуска, и ты аккуратно и мягко приземлишься.

— А как заставить эту штуку лететь?

Как только мой вопрос зазвучал, диск начал набирать высоту, будто был живым и услышал меня. Я раскинула руки в стороны, чтобы держать равновесие, что в очередной раз заставило дракона улыбнуться.

— Тебе достаточно думать, куда именно ты хочешь лететь.

Когда твои мысли начинают управлять целым летающим артефактом, не думать о всяких глупостях и трагедиях становится очень сложно. Лас начал набирать высоту, и я поспешила за ним.

— Расслабься, – иллюзорный голос дракона раздался над самым ухом.

Я вдохнула, выдохнула и постаралась последовать совету.

Поначалу казалось, что я обязательно запутаюсь и в кого-нибудь врежусь. Или ещё хуже – начну падать камнем вниз. Хотелось повязать веревку вокруг Ласориана, который без проблем летел вперед, и держаться за него.

Однако со временем я ощутила всю прелесть свободного полета. Проносящиеся мимо крупные птицы, крылатые звери или просто хихикающие ведьмы, которые будто ходили по воздуху – все казались такими беззаботными, что и смогла выдохнуть и перестать сосредоточенно смотреть в спину Ласориану, чтобы не отстать от него.

— Нравится? – со смешком спросил дракон с помощью своей магии, а мне пришлось кричать в ответ:

— Очень!

Это было так странно. Коридоры, горящие разным цветом, напоминали мою собственную силу глаз. Только если я анализирую людей и могу решить, стоит ли мне с ними сближаться, здесь всё построено на более ощутимо-физиологическом уровне.

— Когда ты освоилась с аэром, – Лас подлетел ближе и пристроился с боку. – Мы можем начать экскурсию по Драконьему парадизу.

— Тебе точно не нужно лететь на встречу с королем? – я ощущала себя неловко от мысли, что между важными делами и прогулкой со мной, Лас решил выбрать второе. – У нас ещё будет много времени.

— Оно пролетит так быстро, что ты и не заметишь, – в голос дракона просочились странные нотки серой тоски, от чего и у меня в груди кольнуло. Но Лас очень быстро сменил маску и заговорил бодрее: – Поэтому не отставай. Нам многое нужно увидеть…

___________________

Примерный визуал сцены :)





Глава 6.2. Чужая красота


Я смотрела вниз и не верила своим глазам. Это было слишком. Слишком много света, слишком много движения, слишком много магии. Энергия волшебства била фонтаном из каждого угла: сияла на крышах, переливалась в окнах.

Я видела башни, уходящие в облака, которые были не каменными – они будто состояли из застывшего света и ветра. Вокруг и на вершинах этих громадин кружили фигуры. С виду обычные люди. Кто-то с крыльями, кто-то без – все они парили там без усилий, словно небо было их родным домом.

Дыхание вновь и вновь перехватывало. Я не знаю, от ветра ли, от высоты или от той красоты, что я видела перед собой. Рядом с Ласом я не волновалась, не боялась, но была банально потрясена.

Артикалис в сравнении с Первым миром казался серым и скудным на чудеса. Здесь же чудо было повседневностью. Оно текло по улицам, как вода, растворялось в воздухе, подсвечивало лица пролетающих мимо существ. И для всех них это было обыденностью.

Я ощущала себя песчинкой, которую ветер подхватил и нес над городом. В этом всём было что-то до боли прекрасное и печальное. Я была здесь чужой. Я не принадлежала этому миру, этой красоте, этой силе. Я могла лишь смотреть, ловить ртом воздух и пытаться осознать, что хотя бы ненадолго, но это станет моей реальностью. И от подобных мыслей голова кружилась больше, чем от высоты.

В какой-то момент Лас вырвался чуть вперед, а я застыла, глядя на огромный дворец, который появился далеко на горизонте. Замок нашей Королевы всегда казался мне, сироте, чем-то невероятным, но это… оно будто было пропитано самой магией.

Над центральным куполом висела сфера – огромная, прозрачная, внутри которой кружились звёзды. Настоящие звёзды. Я видела, как они вспыхивают, движутся по своим орбитам, сталкиваются и рассыпаются искрами, чтобы через мгновение загореться снова. Казалось, то была не иллюзия, не картина – это был целый мир, запертый в хрустальном шаре, и он дышал, пульсировал, жил своей жизнью.

У меня пересохло в горле. Я не могла отвести взгляд. Внутри забурлил плотный клубок чувств. Моё восхищение смешалось с чем-то ещё: будто я уже здесь была, будто видела всё это, и когда-то также поражалась. Но прошло лишь пару секунд, и во рту появился странный привкус крови, а желудок скрутило. Я поморщилась, не понимая, откуда всё это взялось…

— Дакота! – вскрик Ласориана заставил опомниться.

Я оглянулась и поняла, что воздушный коридор, в котором я остановился, засиял красным. Меня здесь быть не должно. Десятки самых разных существ и магов двигались мне на встречу плотным потоком.

— Снизься, – раздался иллюзорный отголосок Ласа рядом, и я поскорее полетела вниз, чтобы ни с кем не столкнуться. Но не успела я перейти в зеленую зону, как прямо передом мной появился плотный чёрный поток энергии.

Я даже не поняла, что произошло. Совершенно случайно я оказалась в непроглядной тьме и запаниковала. Ещё мгновение – и я ощутила, как в меня буквально врезалось нечто. Так сильно, что я попросту не смогла удержаться на диске и через пару шагов поняла, что начинаю падать.

— Что происходит?! – крик сорвался с губ. Всё ещё будучи в потоке тьмы, которая словно несла меня куда-то, я осознала, что смогла зацепиться рукой за край моего аэра.

Без паники. Самое главное – удержаться и не упасть. Кажется, Лас говорил, что этот артефакт активирует левитацию в случае аварии? Ему пора поторопиться!

Нужно вспомнить руну, которая создаст хоть какой-то воздушный поток…

— А-а-а? – тьма колыхнулось непонимающим отзвуком. Причем я ощутила волнение физически, как если бы меня несло не по воздуху, а в живой воде и поток решил со мной поговорить!

Мы остановились, и я почувствовала, как аэр начал буквально… падать! Я попыталась удержать его в руках, но диск стал таким тяжелым, будто в одно мгновение окаменел. Поняв, что сама я остаюсь в воздухе, я просто отпустила его.

Как раз в этот момент мои глаза вновь начали видеть. Тьма рассеялась. Я висела в воздухе уже в зеленом коридоре, а передо мной из кусочков теней формировалась огромная фигура, похожая на птицу.

— Ты зачем ко мне прицепилась? – заговорило вдруг нечто мужским и вполне себе человеческим голосом.

— Я случайно сбилась с маршрута. Простите…

— Простите, – ворчливо повторило существо, окончательно принимая вид огромного коршуна, – от тебя буквально несет чем-то иномирным. Я теперь от этого запаха не отмоюсь.

— А вы не очень-то вежливы…

— Дают в доступ эти проклятые аэры в аренду каждому встречному без знания банальных правил движения, – птица недобро скривилась. – Всё воздушное пространство загадили.

— Какие-то проблемы? – за моей спиной раздался голос Ласориана. Фигура из тьмы взволнованно колыхнулась, и тон моментально сменился.

— Никаких проблем, господин Рэндолский.

В одно мгновение коршун вдруг превратился в мужчину. Такого же скрюченного, черноволосого и носатого, с неприятным лицом, но в дорогой одежде. Он учтиво поклонился. От птичьего облика остались лишь крылья.

— Тогда извинитесь перед леди, – усмехнулся Лас, и незнакомец скривился. Его недовольство длилось лишь секунду. Под требовательным взглядом дракона коршун не выдержал и поклонился ещё раз.

— Простите меня за грубость, юная леди. До свидания.

Встреча закончилась столь же внезапно, как и началась. Мужчина вновь играючи обернулся птицей, его заволокла завеса тьмы, и это облако теней умчалось прочь.



Я оглянулась. Лас держался в воздухе благодаря крыльям, которые почему-то были огненно-красного цвета. Иллюзия? Я не успела спросить, потому что сам дракон был удивлен куда больше меня.

— Дакота, что произошло с твоим аэром?

— Он… – я огляделась, – …рухнул вниз.

— Рухнул?

— Да. Стал тяжелым, как камень. Я не смогла его удержать.

— Ладно, полетели вниз. Тебе наверняка сложно поддерживать заклинание полёта.

Лас уже собирался начать снижаться, когда я с неожиданным осознанием выпалила:

— Но я не использовала магию. Разве это не то самое заклинание, которое при опасности накладывается через аэр?

Дракон замер, глядя на меня с отчётливым непониманием. Это даже пугало. Едва он осознал мои слова до конца, как тут же подлетел ближе и подхватил на руки. Я пошатнулась и поскорее обвила шею Ласа, до конца не понимая происходящее.

— Что такое?

— Если бы это был эффект твоего диска, ты бы медленно спускалась вниз, а не замерла в воздухе.

— Тогда как же я летаю? – с губ слетел нервный смешок. В этот момент Лас уже нес нас вниз к месту, куда должен был приземлиться мой аэр.

— Это я и хочу выяснить.





Глава 6.3. Страдать, чтобы стать сильнее?


Через пару минут после искренних извинений перед прохожими, которых чуть не пришиб упавший с неба окаменевший диск, мы с Ласорианом внимательно изучали артефакт. Ну… таковым его было сложно назвать. Ранее светящаяся, магическая сфера «застекленела», и когда столкнулась с землей распалась на осколки.

— Я его повредила? – спросила с чувством неловкости под ребрами.

— Никогда такого не видел, – Лас снял с себя пиджак и начал собирать в него осколки. – Ты лишила его магии. Превратила рунную вязь и чистую энергию в материальную пустышку. И даже больше. Ты впитала его энергию в себя.

— Что? – с губ сорвался нервный смешок. Поначалу показалось, что Лас просто шутит. Но вот дракон поднял на меня взгляд, который горел неподдельным любопытством. – Подожди, ты серьёзно?

— Попробуй взлететь, – Лас выпрямился. – Если моя теория верна, в тебе ещё достаточно магии, чтобы свободно двигаться в воздухе на протяжении пары часов.

— Я не…

Фраза прервалась, потому что сомнения быстро разбились о действительность. Я не применяла магию, не вычерчивала руны в воздухе. Я лишь захотела, и мои ноги оторвались от земли.

— Как это возможно?! – вскрикнула, поднимаясь всё выше, будто шла по винтовой лестнице. Воздух под ногами становился материальным по одному лишь желанию.

— Твой дар развился, – задумчиво протянул Лас, и я не понимала, рад он этому или напротив.

Я вдруг вспомнила…

— Королева Эоника, – пальцы невольно коснулись виска, – когда мы говорили в последний раз, она сказала мне попытаться не просто отрицать чужую магию, а попробовать принять её и сделать своей. Возможно, когда я запуталась в тьме того коршуна, у меня невольно получилось сделать это на аэре.

В голове раздался отзвук смешка. Я спустилась на землю, пытаясь переварить произошедшее. Лас же решил выяснять всё на практике:

— Дакота, – позвал он и тут же выпустил в меня мелкую огненную стрелу.

Я знала, что выпады дракона – это иллюзия, но боль от них ощущалась вполне настоящей. Поэтому даже так было сложно не отрицать атаку, а выставить ладонь и попытаться впитать её в себя. Я была готова обжечься, но…

Едва стрела соприкоснулась с моей кожей, как она моментально поменяла направление. Выстрел вернулся к его хозяину и растворился ровно перед лицом Ласориана. Я опустила взгляд на раскрытые ладони. Ничего не чувствовала. Будто ничего особенного и не произошло.

— Как же быстро ты растешь, – завороженно произнес Лас, и вновь его реакция немного испугала. Нет, я не думала, что дракон изменит ко мне отношение. Но если даже он удивлен – со мной происходит и правда что-то странное.

— Год назад я даже не надеялась стать хорошим магом, – я сжала кулаки, словно пыталась спрятать эту силу. Впервые мне стало за неё стыдно. Словно я украла её у Эоники, а не заслужила.

— Как бы жутко это не звучало, переживания из-за возможной смерти Ская пошли тебе на пользу.

— Это неправильно, – я качнула головой. – То, как развивается этот дар и правда пугает. Страдать, чтобы стать сильнее? Даже звучит ужасно.

Ласориан подошёл ближе и вдруг притянул меня к себе с теплотой обнимая. Я вся напряглась, и дракон явно заметил это. Сейчас, прижимаясь к его груди, получилось выдохнуть.

— Это всё неважно. Оно тебя не определяет. И расти дальше – это выбор, а не обязательство, – ладонь Ласа скользнула меж моих волос, после чего он улыбнулся мне своей фирменной улыбкой, полной теплоты и принятия. – Наша экскурсия ещё не окончена. Раз ты можешь летать даже без артефактов – давай насладимся этим моментом.

На душе и правда стало спокойнее. Слова Ласа имели согревающий эффект, будто оказывался возле костра во тьме, в котором уютно потрескивали сухие поленья. Дракон взял меня за руку и потянул за собой в воздух.

— Почему твои крылья красные? – спросила, следуя за ним под воздействием украденной магии.

— Моя семья – обладатели тотема красного дракона. Это королевский цвет, который сразу ставит всё на свои места даже для самых невежественных идиотов, – Лас отвечал делово, но было в сказанном что-то скрытое и печальное.

— А мне нравятся твои синие, небесно-звездные крылья.

— Может прозвучать странно, но дома я и вовсе предпочитаю носить за спиной фейские крылья. Они кажутся мне немым вызовом любому, кто ещё смотрит на народ моей матери как на запретный ресурс.

— Я смогу познакомиться с ней? – сначала спросила, а после подумала о контексте. – Если… это вообще уместно.

— Очень надеюсь, что да. Ты ей понравишься.

Мы вновь поднялись высоко в воздух. Задержавшись ненадолго, я указала на замок, сверху которого горела звездная сфера.

— Это королевский дворец?

— Нет. Одна из ведьминских академий. Пожалуй, одна из лучших.

Я полетела следом за драконом, не отпуская его руки. Однако мысленно всё же обратилась к Эонике, помня то неприятное чувство, которое появилось при взгляде на упомянутое здание.

— Вы учились там?

— Нет, – скучающе отозвалась Первая. – Я расплачивалась там за свои грехи.

— Что?..

Естественно, на последний вопрос мне более не пожелали отвечать.

___________________________

Дорогие читатели, наша с Ланой Кроу соавторская книга "Ненужная невеста, или Ошибка в Академии" будет временно бесплатной до 30 июля. Приглашаю прочесть :)

Ссылка:





— Замуж за тебя? Ты предал меня, унизил, поломал всю мою жизнь! Ненавижу! Лучше сгнию в темнице…

— Не сгниешь, – резко перебивает меня Нэйт. – Твой мерзавец-отец достанет тебя даже в тюрьме. Мэри, признай, фиктивный брак со мной – единственный шанс. Иначе тебя отдадут замуж за престарелого извращенца.

— Мне выбирать между предателем и тираном?!

— Да, – хмыкает он. – И советую выбрать меньшее из зол. Я могу помочь. Просто забудь на минуту, что было в прошлом, и подпиши бумаги.

Кидаю взгляд на договор. Это действительно мой единственный шанс на свободу. Но может ли спасательным билетом быть сделка с человеком, который уже уничтожил меня однажды?

Смотрю ему прямо в глаза и задаю самый страшный вопрос:

— Что ты хочешь взамен?





