Глава 1 - Сентиментальные капризы




Сложив нога на ногу поперёк спины спящего Красавчика, отвечаю на звонок по телефону.

В свой отпуск я не могу выключить телефон. На самом деле, у меня не бывает отпусков.

Сорваться на север к любовнику, это что вообще, Гордеева? У тебя отчётов вагон, серийник и двое маньяков в области.

Это... сентиментальный каприз. Так кажется квалифицируются такие порывы?

- Слушаю.

- Василиса Прекрасная?

- Премудрая, - поправляю я собеседника, пытаясь понять чей это голос. Голос мне однозначно знаком. И вызывает внутри стойку, словно это мой клиент.

Оскар! Ну, конечно же...

Оскар был вхож в дом моего опекуна Решетова когда-то.

- А что в вашем СИЗО телефоны не изымают? - лениво тянусь, упираясь ступней в теплую спину Красавина.

Полковник Решетов делает скидку на дружбу не за любое убийство. За систематическое удушение шлюх в порыве страсти не делает. Не могу назвать Оскара классическим психопатом, но Оскар заигрался. И был Решетовым отдан мне на растерзание. Очевидно, что это серия, а не несчастный случай во время сексуальных игр. Доказательств нет. Но мне и Решетову - очевидно. В общем, я пытаюсь переквалифицировать его дело из "непреднамеренного" в "серию". Но система дико сопротивляется. А значит, это оплачено. Разница в сроке - десять лет, без возможности получить "условно". И Оскар, конечно же, загрустил от такого поворота.

- Хорошим людям везде помогают, Василиса Васильевна.

- Я бы сказала - состоятельным людям.

- Не без этого. Но мы не об этом. Много хороших людей нуждаются в помощи.

- Например?

- Наш общий друг Решетов. Поможем ему? Он арестован, вы же в курсе?

Та-а-ак... нет, я не в курсе.

Лежа на спине и свисая головой вниз с кровати, вытаскиваю из кармана брюк Красавчика пачку сигарет.

- Василиса? - словно проверяя на связи ли я.

- Я слушаю...

Засовываю сигарету в губы, щелкая зажигалкой.

- Да, вот как пару часов взят под стражу. За взятку. Представляете, какой кошмар?

Да, ладно?? Решетов?

Кому ты заплатил и сколько, чтобы фсбшного полкана под такую статью подвести? Генералу?

- Посадил меня, лучшего своего друга, в СИЗО, а сам задержан за подозрение о взятке. Карма... Вы верите в карму, Василиса?

- Я и есть карма, Оскар. В себя я верю.

- У меня предложение. Выгодное.

- Василис, не кури здесь... - сонно в параллель ворчит Красавчик. - Хер проветришь в такой дубак.

Встаю, чтобы уйти с сигаретой на кухню.

- Обуйся, там стекло битое...

- Василиса?.. - опять проверяет, на связи ли я, Оскар.

- Я слушаю... слушаю... - застегиваю сапоги.

Ловлю свое отражение в зеркале: голая и в сапогах... такой вот дресс-код в суровых северных регионах.

- Я предлагаю перемирие. И то, только из большой любви к другу моего детства Решетову. Ну бес его попутал, понимаю... Подумал на меня плохо. Ты же без его прикрытия ни черта не стоишь на своей должности. Подумай, сможешь ли ее сохранить. Ты же имеешь на него влияние. Пообщайся, убеди...

- Влияние на Решетова? Ха... Ты точно друг его детства?

- Он к тебе прислушивается.

- Сколько тебе было, когда ты задушил в первый раз?

- Неконструктивно!

- Мне кажется, уже в зрелом возрасте, да?

- Мы так не договоримся.

- Ты был в восторге или рухнул в дроп?

Молчит.

- Мне кажется, был дроп... И второй раз ты решился только спустя... пару лет? Как часто тебе надо? С каждым разом интервал все меньше, верно? И вообще оргазмы "не то" без этого.

- Я перезвоню спустя пару дней, когда ты осознаешь последствия ареста "папочки". Я знаю, что ты практичный человек.

- Я не человек, Оскар, я ближе к тебе. Но модус операнди у меня иной. Мне тебя отпустить также тяжело, как тебе убрать вовремя руки с шеи девочки при ее оргазме. Понимаешь?

Молчит.

- Но тебя бы с удовольствием отдала на покуражиться какой-нибудь рыжеволосой маньячке. Люблю гештальтные истории.

- С кем ты? - заходит на кухню Красавин в наспех натянутых брюках.

Концы ремня висят, под тканью выпирает член в полной боевой.

- Увидимся, Оскар...

Скидываю.

Из приоткрытого окна тянет холодом.

- Ты надолго ко мне? - забрав, докуривает в одну затяжку мою сигарету.

Взгляд скользит по моему телу.

Терпеть не могу когда он так делает - ворует мою последнюю затяжку. Но... ему можно, ладно.

Стаскиваю у него кусок шоколада со стола. Тёмный с привкусом цианистого... скучал по мне?

- Я за тобой. Решетов арестован. Хватит тут прохлаждаться, капитан...

- А я уж грешным делом подумал - соскучилась! - фыркает.

- Спишем на кислородное голодание мозга в связи с эрекцией, - фыркаю в ответ.

- А... да? - озадаченно вытаскивает еще одну сигарету.

- Не напрягай так голову, а то упадёт. А я претендую.

- Упадёт, блять, с тобой, как же...

Скидывая вещи в чемодан, выговаривает мне со психами.

- Ты можешь просто сказать: я соскучилась, я по тебе соскучилась, Данила! Поэтому и приехала! Язык отвалится? Погоны слетят? Ну что случится-то, Гордеева?

- А какое сообщение ты стёр на моем телефоне? - подъебываю его, ухмыляясь.

Признания, отправленные в порыве?

Застывает.

- Не твоё дело.

Ох уж эти сентиментальные капризы...

От автора: Добро пожаловать в продолжение истории Василисы и Красавина! Не забываем добавлять книгу в библиотеку, чтобы получать оповещения о продах. Так как книга пишется без графика.





Глава 2 - Тридцать серебрянников


- Заканчивается регистрация на рейс Москва-Стамбул... - доносится из динамиков.

Мы выходим из аэропорта. На плече моем рюкзак, в руке чемодан. Гордеева налегке. И в своем неизменном сером пальто.

А я в пуховике

Жарко... Несмотря на то, что лежит снег.

Я снова в Москве в общем. Местное начальство перекрестилось и с радостью подписало бумаги.

- Хреново без колес, - ворчу я.

Тачку пригонят только через два дня.

Василиса забирает из маленького окошка ларька-кофейни два стакана. Один отдает мне.

- Пойдем на такси.

Но дойти мы не успеваем...

- Василиса Васильевна Гордеева? - подходит к нам мужчина.

Темный костюм, белая рубашка и галстук.

Молча переглядываемся.

- За вами прислали машину, - вежливо указывает на припаркованный прямо перед нами черный Майбах фургон.

Отдает ей в руки визитку.

- Вас приглашают пообщаться.

Заглядываю ей через плечо в визитку.

- Мы хотим пообщаться, Красавин?

"Траблшутер Константин Качински". Номер. Адрес офиса. Электронная почта.

- Да поехали, - пожимаю плечами. - Может, чего интересного расскажут. Да и за такси не платить.

Все равно, если разговор есть, то найдут и навяжут его.

Чувак вежливо забирает у меня багаж. Оставляю себе только свой небольшой кожаный рюкзак. Там ствол и документы.

Нам открывают двери.

Садимся.

- Добрый вечер.

Константин... значит.

Широко улыбается, глаза равнодушные. Напряжённые брови. Моргает изредка как ящерица.

Да вы, сударь, психопат, да? - разглядываю его. - Ну или около того.

И проблемы вы решаете как крокодил, наверное. Сожрать все, что в рот полезет. А не пролезет, разорвать и сожрать.

Василиса неспешно делает глоток кофе.

- Неплохое такси... - ведет по молочной коже сиденья.

- Перевозка акул дорого стоит, Василиса Васильевна.

- Это вы о себе или обо мне?

- Это я о нас с вами, - ловлю его взгляд в мою сторону, с каплей надменности.

- Вас не смутит? - поставив в держатель кофе, достаю контейнер с разобранным стволом. - Я в конструктор поиграю пока.

Константин в сдержанном удивлении дергает бровями.

- Кто его знает, как закончится этот разговор, да? - поясняю я, уверенно и быстро собирая ствол в рабочее состояние.

Василиса улыбается ему с легким вызовом.

- Можете не беспокоиться. Мы приличные люди.

- А мы и не беспокоимся, - заряжаю ствол. - Вы беспокойтесь.

- Мы не выяснили источники ваших доходов, Василиса Васильевна. Но выяснили, что работаете вы точно не за деньги, а за идею, - намекает ей, что она неприлично богата для мента. - Поэтому, деньги предлагать вам смысла нет. Единственный способ получить вашу благосклонность, давление. А я очень не люблю эти методы... - с наигранным сочувствием. - Поэтому, предлагаю пойти другим путем, вы скажете, что вам за услуга нужна взамен на вашу услугу. А я попытаюсь это организовать.

- Ты понимаешь, чего ему надо? - скашиваю на нее взгляд.

- Красавин, не ломай человеку сценарий беседы. Человек готовился... старается произвести впечатление. Я слушаю, Константин. Что там дальше про тридцать серебренников?

- Не возьмёте? - улыбается.

- Отчего же... возьму. Перелью в пули и расстреляю всю вашу нечисть.

- Вы, Василиса Васильевна, не понимаете нюансов.

- Расскажите мне! - дергает бровями.

- Мы не просим от вас действия. Мы просим бездействия. Не вмешивайтесь. И всего лишь! Я же обещаю со своей стороны, что все разрешится без серьёзных последствий для вашего... куратора. Но и для нашего клиента тоже разрешится всё без последствий. К чему этот взаимный ущерб?

- Я рядовой мент, - ухмыляется Василиса. - Вы реально считаете, что мое вмешательство может как-то повлиять на ситуацию в Службе безопасности?

- Мой клиент уверен, что да. И он настаивает, что вашему куратору ничего не угрожает, если он пойдет на компромисс. Ваш куратор пылит... И кажется не до конца понимает каковы ставки. Вы хотите, чтобы он получил реальный срок?

Это Решетов-то не понимает?..

- Я подумаю, Константин. А сейчас, если вы не против, мы хотели бы доехать в тишине. Устали после перелёта.

- Я вас понял. Позвоню позже.

Выходит на ближайшем светофоре, оставляя нас в машине вдвоём.

Глажу мягкую кожу подлокотника.

- Нда... А почему мы еще не траблшутеры, напомни? Мы же круче.

- Не каркай. Потому что, без Решетова в системе я долго не удержусь. На нас сейчас натравят кого-нибудь. Кого-нибудь, кого держал за шкирку Решетов и не пускал к нам.

- Хочешь пойти на компромисс с Оскаром?

- Я хочу... - зависает. - Я хочу "Черного лебедя". Если ты там кому-нибудь молишься эпизодически, попроси... Ибо мы в критической ситуации. Решетов на компромисс не пойдет.

- Господи, дай этой женщине всё, что она хочет, - вздыхаю, иронично закатывая глаза. - Пожалуйста. Я отработаю.

- Тебя домой?

- Нет. К тебе. Я соскучился по нашему мальчику.

- Окей. Но только потому, что ты за меня молишься.



* - "Чёрный лебедь"— это труднопрогнозируемое, редкое событие с огромными последствиями, которое меняет ход и логику происходящего.





Глава 3 - Крыша, которая протекает


Опираясь плечом на дверной косяк балкона, Миша смотрит на Москву.

Утро...

Сонно потягиваюсь, забирая свой кофе со стойки.

- Спасибо, Миш.

- Что-то случилось.

- О чем ты?

- Ты спал на диване.

- А... Да нет. Это я под утро ушел. Чудовище два раза съездила мне локтем в нос во сне. Не стал дожидаться третьего. А то так и ПТРС можно заработать. А я планирую спать с ней и дальше.

- Ничего не случилось? - еще раз уточняет он.

- Нет. Все хорошо, Миш. Я все также люблю ее. Она все также терпит меня.

- Я прочитал книги.

- Я привезу еще. Как у тебя дела? С кем общаешься? Появились друзья?

- Ее зовут Леа. У нее агорафобия. Она немая. Она из Монтрё. Мы друзья. Кажется.

- Красивая? Сколько лет?

- Вот...

Показывает мне фотографию на телефоне. Милая юная девочка. Большие глубокие глаза. Немного напоминает анимешку.

- Здорово... Я рад.

Немного грустно, что двум агорафобам встречу не организуешь. Но... пусть дружат.

- Карму не привозят к тебе?

- Нет. Она больна.

Замечаю, как у него начинаются нервные стимы. Кисти ритмично сжимаются в кулаки.

- Мы придумаем. Придумаем, как вам увидеться, - обещаю я. - Только разрулим немного с Решетовым.

- Слушаю! - накинув халат пробегает мимо Гордеева в ванную. - Да, мне нужно разрешение от следователя на посещение Решетова. Мне нужны показания по делу, которое я веду. В смысле - невозможно? Тормозит в дверях.

Иду к ней ближе.

- А есть какое-то обоснование? Любое следствие закрытое! Я же ему не по его делу буду вопросы задавать. А по тому, которое веду я. В чем проблема? Ясно... - недовольно.

Грудью давлю ей на спину, вынуждая зайти в ванную. Закрываю за нами дверь.

Вжимая в себя, целую в шею.

- Мы опаздываем, Красавин.

- Я и ускоряю... - сдергиваю с нее халат.

- Ты еще не натрахался?

- Вот сейчас ещё раз... и натрахаюсь...

- У тебя было утро.

- Моё утро было похищено.

- Кем?

- Двумя ударами в нос.

- Какой неженка... - усмехается.

Засаживаю в нее, вжимая в стену.

- А-а-ай... - шипит она.

- Какая неженка... - возвращаю, подъебку. - Мм...

Кайф какой с утра! На утреннем тестостероне.

Веду языком по ее солёной после бурной ночи спине. По коже поднимаются мурашки, вместе с горячей волной. Мозги отключает. Двигаясь, втягиваю запах ее волос. Это наш секс и остатки ее парфюма.

Боковым зрением вижу нас в зеркало... Ее охуенное тело... Наши горячие животные движения...

Желать каждый день трахать ее с утра - это уже барство? Поэтому, натрахаться сложно. Хрен его знает, когда барышня снова будет в нужном настроении. И позволит износ.

Спускаясь ладонями по ее животу вниз, сжимаю ее между бедер, чувствуя пальцами влажную плоть. И ускоряясь насаживаю на себя.

Мы давно забили на резинки...

И это все так охуительно по-настоящему!

С мурлыкающими стонами, она прогибается, скользя пальцами по стене.

Тихо рыча ей в кожу, расслабляюсь, кончая следом.

Чмокаю в плечо, первым захожу под ее огромный тропический душ.

Облизывая томно опухшие губы, она ведет пятерней по волосам.

- Теперь ты можешь соображать, надеюсь?

- Теперь - да.

Заходит ко мне, смещая из центра.

Веду пальцами по ее руке, обрисовывая рельеф. Кто-то не филонил в спортзале пока меня не было. Стала чуть суше и рельефнее. Надо бы тоже форму подтянуть.

- Решетов на домашнем аресте. Пробиться к нему не вышло. Следователь его готов со мной пообщаться аж после новогодних праздников. До этого - нет. Его команда из Службы безопасности тоже не смогла пробиться.

- Чего делать будем?

- Работать.

Быстро заканчиваем с душем. Собираемся, уезжаем. Я успеваю перехватить бутер. Василиса забирает белковый коктейль в одноразовом стакане.

Мы едем в отделение. И опаздываем на оперативку к Рогову. Малодушно, встречаю поток молчаливого осуждения стоя за плечом Гордеевой. Ну а чо... Здесь я ее стажёр, не более.

На оперативке только ядерный состав: Ландыш, Хамов, Кощей Павлович из экспертизы, "замполит" и мы.

- Короче, коллеги, размусоливать нечего, - сложив руки за спиной меряет кабинет мрачный Рогов. - К нам заходит Служебная проверка по поводу жалоб на работу отдела. Возможно, головы полетят или звезды. Поэтому, не дышим. Не нарушаем. Все подчистили еще вчера. Гордеева не выебывайся с инспекторами, Бога ради.

- Поняла...

- Нет, ты не поняла.

- Да поняла!

- Поднимите висяки свои. Их все проверят. Возобновите работу. Подбейте отчёты. И результат! Выдайте результат по расследованиям. Гордеева, что там по мужским трупам? Серия?

- Да. Работаем.

- Плохо работаете. Тебя разглядывать будут внимательнее всех!

Недовольно вздыхает.

- У меня Решетов...

- У тебя! - фыркает. - У всех у нас Решетов! И вся эта проверка у нас именно поэтому поводу. Чтобы мы ни шаг влево, ни шаг вправо. Какие там у тебя маньяки актуальные? Занимайся... К Решетову не суйся пока. Есть у него своя крыша. Василиса закидывает жвачку в рот.

- Да что-то протекает...

Расходимся.

В коридоре нам наперерез идет мужчина в форме. Такой... задротно-доебистого вида. Пренеприятный. В очках с роговой оправой и папочкой.

- Майор Гордеева?

- С кем имею честь?

- Подполковник Боровиков. Внутренняя служба безопасности, - поправляет очки.

Она кивает ему с холодной улыбкой.

- По мою душу, я так понимаю?

- В наличие души я не верю. Скорее, по вашу честь.

- Пусть будет так.

- Могу я осмотреть ваш кабинет.

- Сейчас?..

- Сейчас.

- Пройдемте.

“Не выёбывайся!” - артикулирую ей за его спиной.

С досадой она закатывает глаза.

От автора: Дорогие читатели, приглашаю вас в новинку "Решала"





Это первая серия лит-сериала, она будет выложена бесплатно. Сериал пишется по моему роману "Траблшутер", который был удален в связи с новыми правилами цензуры. В книге появится повествование от Феи, новые эпизоды. Это будет расширенный ремейк на первую версию.

Захар Волков - траблшутер, искусно решающий чужие проблемы и коллекционирующий свои. Волк - море харизмы, серая мораль, неординарный ум, ирония, решительность, подкованность и бронебойная прививка от романтики.

Фея - утонченная барышня со стержнем внутри, в силу обстоятельств попавшая в "рабство" к Волку.

Книга здесь:





Глава 4 - Проверка


Сложив руки за спиной Боровиков разглядывает стенд.

- Это что?

- Оперативная схема.

Неужели не очевидно?

- В шахматы играете, - поднимает ферзя с доски.

- Прошу прощения, - вытягиваю из его длинных паучьих пальцев. - На доске тоже оперативная схема, а не партия.

Ставлю на место.

- Зарубежных сериалов насмотрелись, майор?

Прикусываю язык, чтобы не сказать ему ничего лишнего.

- А это... - тянет руку к моей маленькой бутылке с коньяком.

- Не оставляйте пожалуйста отпечатков, - одергиваю его. - Это вещдок.

- Почему без упаковки?

Пошёл нахер.

- Изучаю... - достаю демонстративно лупу из стола. - В упаковке не видно.

Делает недовольный долгий выдох.

- Сдайте сегодня в лаборатории тест на алкоголь.

- Окей.

Поднимает флакон парфюма. Разглядывает. Открывает крышку, морщась втягивает запах.

- Тоже вещдок?

- Верно.

- По какому делу?

- По делу "Парфюмера". Или вам цифровой код сказать?

- Не нужно. Отвратительно, - его передергивает. - Чем это... воняет?

- Цибетин. Натуральный цибетин воняет фекалиями и резкой гнилостной анималикой. По запаху он ближе всего к экскрементам диких кошек с тяжелым, удушливым химическим подтоном.

Ставит обратно на стол.

Ах, честное слово, лучше бы как в старые добрые времена залетел Решетов и снёс к хуям все с моего стола на пол, демонстрируя мне, насколько я его выбесила.

Поворачивается к шкафу, отвечая на вызов по телефону.

Снимая крышку с парфюма жму несколько раз на распылитель в его сторону. Всё летит ему на пиджак.

Гордеева, ты мстишь как ребенок. Еще принеси ему кофе со слабительным.

А все равно... приятно. Не убивать же его?

- Итак... сколько дел у вас сейчас в производстве? - смотрит в шкаф, закончив разговор.

- Шесть.

- А помощников у вас?

- Двое.

- Почему такая низкая нагрузка?

Закатывая глаза, придерживаю в себе мысль про микроскоп и гвозди. Ибо велено не выебываться.

- Нагрузка определяется не количеством дел. А плотностью оперативной работы по каждому.

- Возьмите еще помощников.

- Это снизит эффективность. Так как у помощников не может быть компетенции старшего следователя по особо тяжким. А это значит, я вынуждена буду перекрывать каждого помощника своими компетенциями. А я и так работаю на максимуме.

- А может, вы просто занимаетесь не свою должность, раз не справляетесь?

Мне хочется как Веному откусить его голову и улыбнуться. Но... Раз уж на наш берег принесло навоз, надо им удобрять что-нибудь.

- Пожалуй, еще одного помощника я потяну.

Придется идти на поклон к Авдееву, выпрашивать Красавчика. Раньше этот вопрос решал Решетов мановением руки. Но сейчас всё.

Дверцы у шкафа прозрачные.

- Почему хранятся с нарушением?

- Без нарушений.

Дергает дверцу шкафа. Она заперта. Поджимая губы, дергает еще раз.

- Прочный стеклопластик, - ухмыляюсь я. - Заперто.

Чувствую как бесится.

- Достаньте.

Садится с папками на мое место, листает.

- Чаю... будьте любезны... распорядитесь.

Чо, блять? И как тут не выебываться?

- Мне по штату секретарь не положен, - холодно улыбаюсь ему. - Я вам нужна? Или могу отойти по делу?

- Идите, я наберу когда понадобитесь.

Выхожу.

Сжимаю в коридоре переносицу, возвращая себе равновесие.

Включаю на телефоне трансляцию с камеры в моем кабинете.

Захожу в кабинет к своим помощникам. Там Красавчик.

- Кофе...

Открываю окно, сажусь на подоконник. Не отрывая глаз от экрана слежу за Боровиковым.

Фотает, говнюк, дела. А этого делать нельзя. Нужен официальный запрос.

- Лена - кофе мне. Фил - звони Зольниковой со своего. Красавчик... давай стриптиз, что ли. А то стоишь бесполезно уже целую минуту. Бесишь.

С разных сторон слышу усмешки.

- Что там? - заглядывает он мне в экран.

- Записываю нарушения. Последи, пока я поговорю.

Отдаю ему в руки телефон. Обхватывает мою кисть поверх своей, сжимает, заставляя взглянуть на него.

- Все нормально?

Положительно моргаю этой заботушке.

Фил протягивает мне свой телефон.

- Зольникова, - отвечает Диляра.

- Гордеева. А подполковник Боровиков у нас чей мальчик? Проверка зашла.

- Мм... узнаю.

- Благодарю!

Скидываю.

Делаю несколько глотков обжигающего кофе, вручаю его Красавину. Тушу сигарету об кирпичи за окном.

Возвращаюсь к себе. Боровиков игнорирует мое возвращение.

Дело, которое он фотал уже отложено в сторону.

Поднимаю, открываю последнюю страницу. Там перечень и роспись всех, кто знакомился к этим делом. Кладу перед ним.

- Впишите пожалуйста, что производили съёмку. Дату. Подпись.

Поднимает на меня осатанелый взгляд.

Равнодушно его выдерживаю.

Поджимая губы заполняет данные как положено.

- Подозреваете меня в утечке?

- Я подозреваю всех.

- Можете идти.

- Не могу, у меня рабочий день.

- У вас что нет никакой оперативной нагрузки?

- Есть... - задумчиво смотрю на стенд.

- Так занимайтесь.

- Так занимаюсь... - на автомате отвечаю ему.

Что-то не так. Что-то не так на стенде.

- Вы что-то здесь перемещали?

- Н-н-нет, - цедит.

Не могу уловить. Но мозг уверен. "Найди десять отличий".

В ушах долбит пульс. Потому что, кто-то опять умер, видимо! Я еще не понимаю кто и почему, но уверена.

Слышу гулко как в бочке, где-то в другой вселенной - "Гордеева, вы оглохли?".

Щелк...

И я нахожу отличие!

- Гордеева?

Щелкнув пальцами, разворачиваюсь к инспектору.

- Его слишком много у меня не по делу, да?

- Кого? - обескураженно.

- У нас убийство в серии, очередное.

- Эм...

- В кабинете ведется видеосъемка. Там на двери предупреждение. Я ушла.

- Куда? - растерянно.

- Оперативная нагрузка. Или я вам тут нужна?

- Нет...

- На связи, - забираю несколько своих вещей.

Захожу за Красавиным.

- Поехали.

- Куда?

- Пресмыкаться перед Авдеевым. Буду просить твоей руки у папочки.

- А мне обязательно присутствовать?

- Не отходи от меня. Ни на шаг.

- Конечно, - меняется в лице. - Тебе кто-то угрожал??

- Тебе. Сталкер.

На фотке той самой пары со стенда Сталкера, которой мне обозначили связь с Красавиным, теперь другие лица!

От автора: Дорогие читатели, книга участвует в литмобе "Любовь при исполнении". Хочу вас познакомить с еще одной историей в литмобе "Особо личное дело. Исповедь" от Екатерины Авериной.





Ему мало одного поцелуя. Ей — одного извинения.

Саша не спешит подпускать Руслана ближе. Он больше не ищет служебных поводов для встречи. Между ними осталось много невысказанного, но новое дело снова заставляет разбираться в чужих тайнах.

Здесь признание не означает раскаяния, а откровенность может стоить жизни. Им предстоит выяснить, кому и зачем понадобилась чужая исповедь. А заодно понять, что происходит между ними. Или это только все усложнит?

#альтернативная_Россия, #милые_домашние_питомцы, #тайны_и_расследования





Глава 5 - На своем месте




Гордеева говорит по гарнитуре, маневрируя в плотном потоке.

Морщусь на каждый миллиметраж, ожидая, что сейчас шоркнемся. Но ее проносит каким-то чудом каждый раз.

Резковато тормозим на светофоре.

Приоткрываю окно, прикуриваю сигарету.

Совсем молоденькие девчонки из тачки рядом, флиртуя, строят мне глазки. Улыбаюсь, пытаясь отыскать в себе какие-то хищнические порывы. Ни-хе-ра. Я досуха выжат и обласкан львицей другого ранга. Внутри меня пусто и умиротворение. И ни одного инстинкта не вздрагивает.

- ... На стенде заменена фотография. По эпизоду "я и Красавин". Интуитивно мне кажется, что это угроза Красавину. Почему? - забирает у меня прикуренную сигарету, трогаясь с места. - Не знаю почему. Это словно мне два раза повторили... а на третий врежут! Он со мной. И у нас где-то два трупа в машине, женщина и мужчина. Нет, я не могу отправить своих, Павел Георгиевич! - демонстративно раздражается на Рогова. - Вы меня от этого дела отстранили. Пусть Ландыш и Хамов возбудят своих. Пусть эксперты отработают тачку и убитую пару. Может, он проколется на чем-то. Все допускают ошибки. Да не могу я, Павел! У меня вдова последней жертвы еще показания не дала, мы у нее даже улику по делу не изъяли еще. У нее пальцы трупа в холодильнике! Понимаешь масштаб трагедии? Завал! Да потому что я уверена, что уже вдова. И искать надо тело, а не человека. Мои едут туда. Мхм... у меня какие планы? У меня Решетов! Ой... - закатывает глаза. - Плохо слышно товарищ полковник.

Врет... его повышенные тона слышу даже я.

- Перезвоню. На связи.

Скидывает.

- Он ревнует... - задумчиво достаю сигарету.

- Авдеев? - с досадой.

- Сталкер!

- Не думаю.

- Если он мужчина - ревнует. Если женщина...

- Думаю, все же мужчина.

- Почему?

- От него было несколько посланий. Мы их анализировали с Решетовым. Да и модус операнди чисто мужской.

- Ты уверена, что твой отец мертв?

- Хм... После взрыва мало что осталось... Но это были его останки.

- Как ты это определила?

- Во-первых, фейсы делали днк тест. А во-вторых, у него был титановый имплант.

- А может, Решетов сказал тебе неправду?

Выкручивает басы на всю катушку.

Саундтрек: Alone (Edbu Don Tobol Speed Up Remix) - Edgars Bukovskis

Молча рулит дальше. Не мешаю ей думать.

- Я хорошо знала своего отца, - вырубив музыку, неожиданно начинает рассказывать через некоторое время. - Это был единственный человек, с кем я... ммм... общалась близко. Я не могу вписать в его личность такие способы дрессировки меня. Это не его модус операнди. Он действовал всегда прямо. Как свойственно людям с Аспергером. Без... вот этой психопатичной игры, с попыткой влезть под кожу жертвы. Понимаешь меня?

- Наверное... Знаешь где ответ?

- Где?

- В тех делах, которые он вел.

- Увы, мы никогда не получим доступ.

- А что если он тебе оставил этот доступ? Я бы оставил, если бы захотел выпилиться.

- Хм... Интересная версия. Не думаю. Не думаю, что он посчитал это важным. Так как я в его глазах - это скорее инструмент, заточенный на узкую работу. Но мы подумаем об этом вместе с Мраком. Сейчас есть задача важнее, сам Мрак.

- Приехали... - комментирую я. - Паркуйся здесь, у отделения обычно все забито.

Крыльцо скользкое, она на каблуках.

Подаю ей локоть для устойчивости. И... она не отказывается.

Гордееву тут знают. И коллеги, курящие у тачек чуть поодаль, разворачиваются с любопытством в нашу сторону.

Поджимаю губы, чтобы не улыбаться от переизбытка понтов. Более понтово наверное только вести ее к алтарю.

- Ты помнишь, что обещала мне, если я найду Сталкера?

- Помню... Не понимаю зачем тебе это, но помню, да.

- Хочу тебя в свадебном платье, - стебу ее я. - Приедем в отдел, все будут нас поздравлять в полном ахуе. Мне кажется, это того стоит.

- Извращенец… - усмехается.

Внутри она отпускает мой локоть. Идем по коридору. Кабинет Авдеева открыт.

Гордеева скидывает с плеч пальто. Едва успеваю подхватить.

- Добрый день, - здоровается с растерявшейся секретаршей.

- А вы... записаны? - оживает та, как только Гордеева берётся за ручку двери.

- Меня ждут, - уклончиво отвечает Василиса.

Но зайти не успевает, дверь открывается с той стороны.

Застывают, глядя друг другу в глаза. Он переводит пытливый взгляд на меня. Типа "а ты здесь что делаешь?".

Развожу руками, стреляя взглядом на "хозяйку".

Желваки Авдеева двигаются под кожей.

- Приятно удивлен? - бросает она ему тихо с сарказмом.

- Раздосадован, - цедит он в ответ также тихо.

Не спешит приглашать ее внутрь.

Она молча заходит без приглашения, проезжаясь по его груди плечом.

Ревную как пацан...

Не к нему она гоняет на край света в свои редкие выходные, Красавин! - уговариваю себя.

Секретарша забирает папку со стола.

- Данила, если Карпенко зайдёт, пусть в папку положит документы. Я минут через десять... - смотрит на часы.

- Ок...

Секретарь у секретаря. Ну бывает, Красавин, чо уж... Зато никто не мешает подслушивать, да?

- А чего это к нам сама барыня пожаловала? Скучать изволила?

- Крепостного выкупить. Подпишешь?

- А что - своих нет? - невежливо.

Я бы даже сказал хамовато.

Вот кто у нас действительно ревнует как пацан!

- Этот нужен.

Ну конечно же, конечно... речь совсем не о том смысле "нужен", который нужен мне. Но могу я немного покупаться в своих неправильных интерпретациях и покайфовать?

- Вернешь целым?

- Я бы на себя сильно не рассчитывала.

- И чо - нормально вывозит?

- Как видишь.

- Морда что-то слишком довольная. Ничего там ему в еду не добавляешь? - продолжают пикировки.

- Здесь... здесь и здесь. И печать. Как дела, Александр Александрович?

- Тебе же похуй, Гордеева.

- Это верно... Спасибо! Обращайся.

Выходит с бумагами из кабинета. Проходит мимо меня, чеканя каблуками. Догоняю.

- Отпустил?

- Разве мне можно отказать?

- Мм... вообще-то, да.

- Вот. Вот поэтому, ты на своем месте, Красавчик... Поехали.

- Куда?

- Заберем пальцы у вдовы...



От автора: Друзья, мой сериал "Особо тяжкие отношения" участвует в литмобе "Любовь при исполнении". Поэтому, если вы желаете еще что-то почитать в этой теме и атмосфере, приглашаю вас заглянуть в сериал Анны Бигси "Гадалка для убойного" (не мистика, остросюжетка). Написано уже две серии, третья в процессе.





Он — майор убойного отдела, циник и тиран с тяжёлым характером и внушительным послужным списком. Не верит ни в мистику, ни в потусторонние силы, предпочитая факты и улики.

Она — называет себя ясновидящей и помогает людям разбираться в сложных жизненных ситуациях. Но сама избегает всего, что связано со смертью.

Они слишком разные, но вынуждены объединиться, чтобы распутать серию загадочных убийств. Даже если он считает её шарлатанкой, а она его черствым сухарем.





Глава 6 - Жертвы




"Вдова" - анорексичная депрессивно-тревожная женщина лет двадцати пяти, напоминающая подростка. Беременная. Месяце на седьмом-восьмом.

А дом у них миллионов за сто... - примерно прикидываю я, на автомате отыскивая мотив.

Но какой мотив у беременной, полностью зависимой от мужа барышни? Кто его знает...

Избегая взгляда в глаза, отдает Филу черный мусорный пакет.

- Прямо в этом было?

- Да. И в коробке. Курьер оставил посылки с маркетплейса на входе. Я открыла ему удалённо дверь. Через некоторое время там появилась и вот эта коробка.

Приносит.

- Изначально ее не было?

- Нет. Валялась так, словно перекинули через забор.

- У вас же камеры везде.

- Доступ к камерам только с телефона мужа. И когда он пропал, они перестали работать.

- Лен, соседские камеры... - маячу Рыбаковой.

- А муж ваш, значит, депутат?

- Да.

- Без охраны?

- Иногда выезжает без нее, - сжимает чуть заметно челюсти.

- А ваша охрана?

- Когда он пропал, я уволила охранника.

Это странно...

- А записи с камер где хранятся?

- Они не хранятся. Он все удаляет, обычно.

- Зачем?

Поднимает на меня взгляд. Загнанный и злой.

- Я не знаю.

- Я кабинет его осмотрю?

- Пожалуйста, - указывает рукой на дверь.

Сидя на ступеньках лестницы, Гордеева говорит по телефону.

- Линар, я не могу прорваться к нему. Если он впустит кого-то без разрешения своего следователя, то его домашний арест тут закончится, и Решетов поедет на нары. А там мы вообще не пробьётся в их царство подземное. А как ты понимаешь, меня будут пасти с пристрастием. У нас тут такие голодные игры без Мрака, не представляешь! А вот медик... медика он может вызвать, да? Нет? Сердце, например. Перенервничал. Придумаем, что ему нужны капельницы. Мхм... Да здоров он как бык! А если скорую? Свою отправят? Ну, найди какую-нибудь безобидную медсестричку из своих. Умненькую. Для связи. Попробуем ее туда заслать. Нашёл уже! - с энтузиазмом. - Ах, Линар Александрович... - с нотой флирта. - "Королева в восхищении".

- Кто это? - шепчу ей.

- Друг Решетова... - прикрывает динамик.

- А что у фейсов бывают друзья? - риторически бурчу я.

Иду осматривать комнату. "Вдова" следует за мной.

- Как вы думаете, он мертв? - устало уточняет она.

- Патологоанатом скажет.

- А когда?

- Мы вам сразу же сообщим, - ухожу от ответа. - Ребенок, которого вы носите, от мужа?

- Да. Есть экспертиза днк.

- Хм. Не доверял вам?

- Сергей был... Сергей... - исправляется. - Параноик.

- Вас это не обидело? - разглядываю бумаги на столе.

- Это? Нет.

- А что обидело? - вглядываюсь ей в лицо. - У вашего мужа была любовница?

- Возможно, - равнодушно пожимает плечами.

Выходит из комнаты.

- Что думаешь? - заходит Гордеева.

- Думаю, наша вдова не слишком опечалена. Может, это имитация под нашего серийника?

- Хм... Вера Андреевна! - выглядывает Василиса. - Можно вас?

- Да, я слушаю.

- Мы нашли вашего мужа. Жив, здоров, - холодно улыбается Василиса, взмахивая телефоном. - Едет домой.

Лицо вдовы дергается от целого спектра эмоций. И ни одной положительной. Закрывает глаза, пытаясь совладать с лицом.

Прикладывает руку ко лбу.

- Я хочу вернуться в больницу. Вызовите мне скорую, пожалуйста.

- Я вас обманула, - спокойно сообщает ей Василиса.

- Господи... - встряхнув, трясущимися руками, уходит в гостиную.

- Гордеева, ты в себе? Она ж родит нам тут преждевременно.

- Если бы женщины выкидывали от каждого стресса, человечество бы вымерло. Это не имитация. Она не в курсе жив он или мертв. Не была удивлена, не испытывала недоумение сейчас. Только страх, отвращение и ненависть.

Из гостиной вдова громко сообщает нам:

- Если вы меня подозреваете... я лежала на сохранении, когда он исчез. У меня целое отделение свидетелей.

- В чем я точно уверена, так это в том, что люди вашего достатка не делают такие вещи, лично, Вера Андреевна.

- Так, все-таки подозреваете?

- Скорее, не имею права не учесть эту версию.

- Нет у меня никакого достатка! Все счета контролирует муж.

- Драгоценности.

- В его сейфе. Выдал для выезда - дома забрал. Мой телефон был на системе слежения и прослушке! Я без охраны из дома не выходила четыре года! Мне было запрещено любое общение. Даже с матерью! Если бы я могла это сделать... Да и зачем мне слать самой себе пальцы??

- Вы подвергались домашнему насилию со стороны мужа, Вера Андреевна? - уточняет Гордеева.

- Да!

- В полицию обращались?

- Он депутат с неприкосновенностью и адвокатами!

- Понятно. В больницу с травмами попадали?

- Несколько раз...

- Пальцы вас... порадовали?

- Зачем вы спрашиваете?? - обиженно.

- Чтобы сказать, что мы вашу радость не осуждаем, - прохладно улыбается Гордеева.

Вдова захлопывает рот, открытый для очередной возмущенной тирады.

- Но мы ищем убийцу. Ваш муж не единственная жертва. Если у вас есть какая-то информация, не утаивайте ее из благодарности к убийце.

- У меня нет...

- А вы подумайте. Потому что радоваться отрубленным пальцам садиста неподсудно. А вот утаить информацию - да. Позвоните мне, если что-то припомните.

- Сейчас...

Приносит бутылку игристого вина.

- Это тоже было в коробке. Вместе с пальцами.

- Кто-то предложил вам отметить? - играет бровями Василиса.

Надеваю перчатку, забираю. Уверен, пальчиков там нет. Но вдруг...

Василиса кивает нам всем на выход.

Сидим вчетвером в ее тачке. Термопакет со льдом и пальцами стоит в моих ногах.

- Давайте версии. Рыбакова, первая.

- Она его и убила. Сымитировав нашего серийника. Чтобы подумали не на нее.

- Так, всё...

- Я не договорила!

- Договоришь завтра. Фил?

- Никто не отменяет совпадения. Плохие люди тоже становятся жертвами серийников. Не обязательно связывать его личность с произошедшим. У нас еще три жертвы с таким же анамнезом.

- Верно. Но скучно. Красавчик?

- Мм... а может, жены других жертв тоже не очень расстроены? Ну так... в порядке бреда. Тогда, это высветит личность и мотивацию серийника.

Гордеева щелкает пальцами.

- Лена, Фил, опросить всех повторно. Провоцировать, следить за реакцией. Проследить активности - горюют или кайфуют. Опросить соседей. Узнать, приходило ли в подарок вино. Бегом...

Остаёмся вдвоем.

- Вина хочешь? - разглядываю бутылку.

- Вискаря хочу.

- А меня?

Лениво ухмыляется.

- В перерывах между сексом надо еще и работать, Красавин.

- Так кто этот Линар Александрович?

- И видел ли он меня голой? - стебется.

Бросаю на нее недовольный взгляд.

- Ну ты договаривай...

- Видел.

Хмурясь, достаю сигарету, сдерживая себя, чтобы не послать ее нахер с такими признаниями.

- Когда делал мне пластику носа после избиения.

Тьфу ты...

Разворачиваю за подбородок ее лицо, веду пальцами по носу.

- Он был другой?

- Нет. Собрал как было.

- Давно было?

- В старшей школе. А потом еще разок.

- Господи... а можно как-то безопаснее мочить их?

Неласково дергая на себя за лацканы, целую в переносицу.

- Ну прекрати! - уворачивается от второго поцелуя. - Мы же не хотим еще одну убитую пару закладчиков. Куда бы Рыбакову отправить, а?

- Зачем?

- Боровиков ее разъебет на какие-нибудь показания, которые будут использованы против меня.

- Она не посмеет!

- К сожалению, она даже не поймёт…





Глава 7 - Сентиментальность


У мамы недоступен телефон. И я немного волнуюсь. Прошу Гордееву заехать по дороге к одной из пострадавших. Нам по пути.

Поднимаюсь. Мама не реагирует на звонок в дверь. Но у меня есть ключ. Открываю. Ее телефон лежит в прихожей прямо на полке. Забыла? Понятно...

На всякий случай заглядываю дальше.

У кошки свежая еда в миске. Она не особо беспокоясь, трётся дружелюбно о мою ногу. А если ее оставить на пару дней одну, она встречает всегда мякуя с истерикой. Трогаю землю в цветке - недавно полит.

Ну, окей. Забыла, значит.

Закрыв дверь на ключ, сбегаю вниз по лестнице. На мгновение переносясь в свои... четырнадцать?

Улыбаясь, выхожу из подъезда. Вот на этих качелях тусовались… Ах, как тогда все казалось легко и кайфово.

Василиса с сигаретой ждет у машины.

- Школа моя... - киваю на здание Василисе.

- Я не сентиментальна, Красавин.

- Вот, накажет тебя Боженька... - в шутку наезжаю на нее.

- За что?

- За то, что гасишь лучшие порывы моей души.

- Если бы он был против, дал бы тебе маленький член.

- Ты бы не любила меня с маленьким членом?! - стебусь я с возмущением.

- Ну почему… мы бы… дружили, - ухмыляется.

- Господи, спасибо тебе за большой! - поднимаю вверх скептический взгляд. - А то так бы и прожил жизнь без всего этого чудесного пиздеца.

Оглядываюсь.

- Давай пообедаем? Умираю от голода.

- Где?

- Тут через квартал есть отличная едальня.

- Поехали...

Ресторанчик с прозрачными стенами, много зелени. Гордеева смотрит меню.

- Какая гадость...

- Что именно?

- Здесь курить нельзя.

- Нигде нельзя

- Здесь только "органик". А я хотела чего-нибудь вредного...

- Ты такая вредная, что любой "органик" попавший в твой рот, тут же станет вредным, не волнуйся.

- Стейк, тогда, и абсент.

- Ты за рулем. И здесь нет абсента в карте.

- А что тебя лишили прав?

Вздохнув, смиряюсь с дедовщиной.

- "Зеленый вельвет”, пожалуйста, - читая карту, заказывает официанту. - Два.

Пока ждем заказ, обсуждаем ситуацию с Решетовым.

- Если к Марку могла попасть простая девчонка, которую отправил Ленар, то и мы сможем. Но нужно поменять тачку и прокатиться, разведать место. Мою пасут. На ней жучок.

- А чего не снимешь?

- Зачем? - улыбается ядовито. - Пусть ее и пасут. Сниму этот, поставят новый. И снова ищи его... Нет. Нужна другая тачка. Не засвеченная. Нет подходящей на примете?

- Найду.

- Почему Марк не оставил мне никакой информации? Он же знает, что доступа у меня нет, да и ситуацией я не владею... - задумчиво. - Оставил бы хоть цу какие-то.

- А Зольникова?

- Внутренние расследования СБ - не ее уровень доступа.

Зелень в ресторане украшена мерцающими гирляндами.

Надо купить подарки на новый год. Маме, Мише, Василисе...

Щелкает пальцами перед моим лицом.

- Красавин, ты где витаешь?

- Новый год скоро...

- Это всего лишь один из трехсот шестидесяти пяти дней в году. Не отвлекайся. У нас Серийник, Оскар, Решетов, Сталкер. Подумай о ком-нибудь из них, будь любезен.

- Мы что не планируем отмечать Новый год?

- Гордеева, - отвечает на звонок, вставая из-за стола.

Сосредоточенно слушает, двигаясь вдоль прозрачной стены ресторана.

Рассматриваю ее. Черный брючный костюм, каблук, волосы собраны, губы красные...

В пальцах, по-мужски, крутит ключи на цепочке. Выходит за дверь, доставая сигарету.

Зависаю на ней...

- Данечка!

- Мама? - дергаюсь я.

- Ой, как неожиданно.

Подсаживается ко мне.

- А мы здесь с Галиной Павловной. Решили посидеть немного.

- Ты телефон забыла.

- Да. Но уже не стала возвращаться...

Официант ставит на стол наши с Василисой блюда.

- Ой, а ты не один?

- Не один, - улыбаясь, пожимаю плечами.

- С женщиной?? - заговорщицки понижая голос.

Положительно моргаю.

- Ну что ж я тогда... Мм... с той самой? - шёпотом.

- Мам...

- Всё-всё... ухожу.

Встает. Как раз в тот момент, как Василиса возвращается.

Черт...

Вот не хотел их пересекать! Слишком некогерентные вселенные. Ничего хорошего из этого не выйдет. Мне хочется, скорее, защитить их друг от друга.

Василису - от маминых ожиданий. Маму - от знания о том, какую именно женщину я выбрал.

Дурацкая была идея тащить ее в рест, рядом с маминым домом!

- Здравствуйте, - всматривается во все глаза в нее мама.

- Добрый день, - бросает Василиса на меня взгляд с вопросом.

- Мм... мама моя, Наталья Михайловна.

Ну, селяви, блять. Как уж вышло.

Лицо Гордеевой немного плывёт от противоречивых сдержанных эмоций.

- Василиса... - без лишних комментариев представляю я.

- Очень приятно, - кивает мама. - Что ж, не буду вам мешать.

Быстро ретируется к себе за стол.

Василиса без комментариев режет стейк. Но словно ее выбили из колеи. Программа коротнула…

- У людей бывают мамы, - комментирую я.

- Точно. Забываю об этом.

Залпом выпивает коктейль.

- Ты не помнишь свою?

- Нет. Ее убили.

- Грустно...

- Наверное.

- Ты читала это дело?

- Мм... нет.

- Почему?

- Хм... - застывает с куском мяса, наколотом на вилке. - Зачем? Отец рассказал. Ничего интересного или сверхъестественного.

- Не сентиментальна - это слабо сказано. Я могу его получить в архиве?

- Нет. Это архив СБ.

- Понятно.

Вот как можно не прочитать про мать?!

- Отец горевал по ней?

Молчит, задумчиво глядя в окно.

- Василиса...

- Это сессия родовой терапии?

- Блять... обычный вопрос.

- Нет. Ты задаёшь его, чтобы понять, могу ли я испытывать близость к другим. Пытаясь оценить это в контексте моих семейных сценариев. Конкретно - могу ли к тебе. Спроси прямо! - недовольно. - И не трать наше время.

- И? Ты испытываешь ко мне близость?

- Я подумаю об этом.

Бесишь, Гордеева!..

От автора: Важная информация!

Дорогие читатели, мы сейчас с вами наблюдаем нестабильность доступа к различным ресурсам и сайтам в связи с “ситуацией”. И я знаю, вы волнуетесь, что можете потерять доступ к купленным текстам. Даже если сбой и случится, то это будет временно. Но на всякий случай, я решила открыть тексты для скачивания. Чтобы вы, несмотря на любые сбои, могли читать купленные книги.

Сегодня, 12 октября, будет проходить акция - скидка 25% на книги(чтобы вы могли докупить все, что планировали) и ОТКРЫТА СКАЧКА КНИГ.

Мои книги здесь:

И мой второй аккаунт, Эля Пылаева, здесь:





Глава 8 - Окно Овертона


Двенадцатый час...

Гордеева еще не поднимала головы от своего ноутбука. Сидит за столом на кухне.

Миша ведет себя максимально тихо, делая какие-то маленькие дела по дому. Изредка ставит рядом с ней свежий американо.

Я - маюсь...

Брожу от турника к камину, от камина к террасе, от террасы к турнику.

Холодно, трындец. Дверь на террасу приоткрыта. Работает вытяжка. Потому что Гордеева курит прямо за компом.

Засунув руки в карманы брюк смотрю на ночную Москву.

- Да? - отвечает на телефон, слушает. - Мы ваши предложения отклоняем.

Скидывает.

- Кто это?

- Траблшутер. Дай мне сигарету...

Ее - закончились.

Хочется нравоучать. Что не стоит столько курить.

Но я даю ей сигарету. Потому что, нравручать ее, это словно демону объяснять о вреде огня. Он живёт в Аду, блять! Это ее естественная среда.

- Да? - снова отвечает на вызов. - Рогов... Какой-какой отчет? - с угрозой в голосе. - А что не так? Мм. Где я тебе его найду?! Я быстрее нефть найду! Какой к херам медосмотр, еще?! Рогов... - сжимает пальцами переносицу. - Сделай что-нибудь. Или я начну убивать. Чего я жду от тебя?? Пощады, блять! Ладно, поняла.

Желваки ходят под кожей.

- Перезвоню, вызов. Гордеева... - переключается на другой. - Привет, Диляра. Ничей "мальчик"? Так же не бывает. Мм. А-а-а... Решетов его отца, значит, уволил? Ясно. Спасибо.

Делает две затяжки уже истлевшей сигареты, слепо глядя в экран.

С яростью бьет по крышке ноутбука, закрывая его.

- Сука... - шипит. - Я не хочу этим заниматься! Верните Решетова!

Забираю у нее кофе. Наливаю вискарь. Насыпаю в бокал гору льда.

- Ну как ты?

- Оскара отпустили под залог.

- Что думаешь?

- Думаю, что Решетову надо идти на сделку с ним, - раздражённо.

- Хочешь отпустить убийцу?

- Нет. Хочу отпустить Решетова. А дальше я сама. Не по протоколу.

Ах, как быстро расширяется окно Овертона в моей голове. Ее планы не вызывают протеста!

Встряхиваюсь.

- Нет. Работаем по протоколу.

- Я, а не ты решаю, как мы работаем.

- Нихуя. Пока нет Решетова, я его зам. И я тебе "добро" на пиздец не даю.

- Сам писать отчёты будешь этому скорбноголовому!

Делает несколько глотков вискаря. Открывает ноутбук. Смотрит на буквы.

- Я - в бар.

- Так себе идея, Василиса. Во-первых, завтра тяжелый день. Во-вторых, тебя будут компроментировать сейчас любыми способами. Зачем подставляться?

- Я - в бар, - упрямо.

- Ну, ок. Я с тобой.

- Ты - нет. Мы не светимся вместе вне работы. А один ты никуда не ходишь. Потому что, я не уверена в твоей безопасности.

- Спасибо за заботу, мам, - иронизирую с сарказмом.

Можно подумать, я уверен в ее безопасности!

Уходит к себе в комнату.

Знаю я в какой бар она собралась.

Накидываю куртку и ухожу первым, чтобы не вступать с ней в споры по поводу того, куда я иду, а куда нет. Я ей пацан, что ли?

А то, что Сталкер может еще одну пару угондошить в нашу честь тебя не смущает, Красавин?

Я не люблю наркоманов. А наркоторговцев так вообще ненавижу от всей души. Переживу, наверное. К тому же, если мы поведёмся на этот шантаж, он начнет управлять нами. Что в следующий раз - заказ на убийство? Нет! Единственный способ это остановить - игнорировать.

Ох уж это окно Овертона! Завязывай Красавин. На твоём белом пальто уже места белого нет!

Скидываю вызов от нее.

Иди к черту...

На входе меня останавливает охрана.

Так, блять, разбежались!

Показываю удостоверение.

Нехотя пропускают.

Я реально по работе практически. Прикрою эту упрямую женщину.

- Добрый вечер, Роза, - здороваюсь с барменом.

- Добрый вечер... - внимательно смотрит мне в лицо.

Явно вспомнив, уточняет:

- Вам как в прошлый раз?

- Нет. Мне... колы со льдом просто, - выбираю на автомате привычную безалкогольную версию, растирая замерзшие кисти.

- Есть горячий безалкогольный грок. Виноградный сок со специями.

- Супер. Давай вместо колы.

- Сырная, фруктовая или мясная нарезка?

- Сырная.

- Компанию, может, хотите? У нас несколько Верхних... несколько Нижних... не против новых знакомств, - кивает на столики. - Администратор передаст приглашение.

И нет, я не думаю сейчас о том, что это могло бы быть прикольно. Я думаю о том, что Гордеева зараза... И шляется без меня по сомнительным тусам.

Ты пользуешься предложением, м??

- Да. Когда появится Василиса, я воспользуюсь предложением.

- Поняла, - сдержанная улыбка.

- Роза... у меня маленький вопрос... в целях безопасности... - незаметно свечу ей корочки, напоминая, что я мент. - Василисой кто-нибудь интересовался?

Поджимает губы, застывая на мгновение.

Ее взгляд скользит по столикам, останавливаясь на одном из них. Самый последний в ряду. Он зонирован стеклянными бусами. Я не вижу точно, кто там. Две мужские фигуры.

- Ждут, видимо.

- Спасибо, Роза.

Оставляю ей свою визитку.

- Если нужна будет помощь, обращайся.

Такие ценные кадры должны быть прикормлены.

Незаметно забирая со стойки прячет визитку в карман.

- Ты тогда Василисе про меня не сообщай. Я понаблюдаю что к чему. И сам к ней подойду.

- Хорошо.

Присаживаюсь на диван, за штору из стеклянных бус, рядом с указанным столиком.

Приятно предугадывать такую сложную мадам, как Василиса. Приятно, но не просто. Мне кажется, я уже начинаю ловить волну.

На столе маленькая стойка с красиво оформленными карточками.

Из любопытства вытаскиваю парочку.

"Сабспейс - изменённое состояние сознания, транс Нижнего, возникающее вследствие психо-физических воздействий Верхнего. Деятельность коры головного мозга затормаживается, а в кровь выбрасывается большое количество эндорфинов. Субъективно действие эндорфинов проявляется в ощущении восторга, радости, счастья, потере чувства времени и реальности, снижением психомоторных реакций на боль..."

С чувством легкой ревности вставляю карточку обратно, читая следующую:

"Breath control, скарфинг - практики с временным ограничением доступа воздуха с целью усиления сексуальных ощущений партнёра. Относятся к зоне повышенного риска...".

Вот! Учите тут всякому, а у нас потом несколько жертв от вашего скарфинга. Вредители...

Нехуй.

Прячу в карман.

Замечаю, как заходит Гордеева.

Скорее ощущаю, чем вижу. Отвожу в сторону несколько нитей бус. Да, она...

Есть какой-то термин в БДСМ, который это означает? Чувствовать присутствие?

У ближайшего столика ее перехватывает незаметный администратор. Указывает на соседний со мной столик. На тех самых...

Она кивает ему.

Идет мимо них, не заметив меня. Отвожу бусы с другой стороны.

Неожиданно застывает. Дает "задний ход". С ухмылкой поворачивается к ним.

Там двое...

Молча сверлят с Василисой друг друга взглядами.

- Присядите к нам, Василиса?

Она поднимает с их стола уже почти допитую бутылку виски. Делает нахально глоток. Словно намеренно нарывается.

- Смотря от кого вы?

- Сядь, - меняется тон на угрожающий.

На стол чувак демонстративно выкладывает ствол.

- Сейчас вы прокатитесь с нами, Василиса.

- С какой целью?

Она садится напротив одного из них. А я встаю...

Идиоты что ли? Им тут что - девяностые? Как они собрались ее через охрану вывести? Просто фактом засвета ствола? Она же вас размажет сейчас, кретины. В ней вискаря достаточно, чтобы неокортикс отключить. А без него она вообще зверюга!

- С удовольствием! - улыбается широко Василиса.

Ты заскучала что ли?

Вытаскивает изо рта жвачку и залепляет демонстративно дуло лежащего в ее направлении ствола.

У мужика течёт выражение лица.

Привставая, она машет ему пальцами, наклоняясь над столом, словно планирует на ухо что-то сказать.

С недоумением он рефлекторно подаётся вперед.

- Травмат этот в жопу себе засунь.

Хуяк!

Проламывая ему лбом переносицу, за грудки заваливает его на стол. Словно он не стокилограмовый конь, а тощий подросток. С локтя пробивает солнечное, погружая его в болевой шок. Задохнувшись, он съеживается.

"Пьяный майор угро устроила драку в бдсм клубе" - вижу завтрашние заголовки в городских пабликах. Боровиков обоссытся от счастья!

Второй мужик, сидящий ко мне спиной подлетает на ноги.

Ускоряясь, ловлю его в захват за шею сзади. Придушиваю. Такой вот скарфинг. Ты кайфуешь, мужик? Нет? Ну извини, написано, что должен...

Упаковываем быстро их в наручники как раз, когда подлетает охрана.

Взмахиваю корочками. Вызываю наряд.

- Гордеева, ты сосать за это будешь? - тихо угрожает ей один.

- Завтра заеду на допрос. Посмотрим, кто будет из нас сосать.

Охрана забирает их.

Василиса цедит из бутылки вискарь. Играет что-то вязкое и агрессивно-эротичное.

Саундтрек: Superpredators - Massive Attack

- Кто это хоть? - разглядываю их документы.

- Аа... сегодня мне все равно. Пусть наряд везет к нам, завтра будем выяснять чьи это мальчики.

Набирает на телефоне голосовое сообщение: "Оскар, если ты хочешь пообщаться, приезжай лично."

- Гордеева, ты как гопник.

Облизывает с губы чёрные икринки.

- Всё? Сняла стресс? Довольна?

Поднимает с подноса устрицу.

- Хочешь?

- Фу... Эта карательная кулинария без меня.

- А чего хочешь? Хамон?

Чего я хочу? - оглядываюсь.

Вытягиваю ее из-за стола.

- Побудь женщиной... моей. Потанцуй... со мной.

Удовлетворенно прогибаясь, вытягивает руки у меня на плечах. Закидывая голову, открывает шею. Оставляю на ней поцелуй. Мягко прогибается, реагируя на него. Кайфуя, вьется под музыку.

Веду носом по коже, втягивая запах. Чувствую, как она возбуждена.

Блять, это же ненормально, да, когда женщина течёт от драки? Или - нормально?

Но мне сейчас похуй. Я хочу этим пользоваться прямо сейчас и наслаждаться. Жадно кусаю за шею, двигаясь по ней языком. Прямо здесь хочется загнуть над столом...

Я весь уже состою из окон Овертона...

От автора: Друзья, мой сериал "Особо тяжкие отношения" участвует в литмобе "Любовь при исполнении". Поэтому, если вы желаете еще что-то почитать в этой теме и атмосфере, приглашаю вас заглянуть в сериал Кэти Свит "Запретное притяжение. Тайна на двоих". Первая серия уже дописана. Это вторая.





– Что ты забыла рядом с ним? – перехватываю Ромашкину за руку, не давая выйти из здания.

– Это мой парень! Ты не имеешь права мне указывать. Отпусти!

– Аня, он серийник. На его счету семь эпизодов.

– Я… – она бледнеет, но тут же пытается вырваться. — Нет. Ты врёшь!

Когда в соседней области начинают пропадать девушки, расследование поручают капитану Дмитрию Хорунжию, следователю с непревзойденным чутьем. Оно подвело его лишь однажды. Той ошибки хватило, чтобы подставить стажёрку и поставить под сомнение свой профессионализм. Теперь ему нужно вернуть доверие коллег и не допустить новой осечки.

Но как быть, если та самая стажерка вновь становится эпицентром расследования? На нее снова клюнул маньяк. Но на этот раз все сложнее, девушка считает его своим парнем.

Однажды чутьё уже подвело Дмитрия. Но если сейчас он прав, как спасти Аню от того, кому она доверяет больше, чем ему?





Глава 9 - Сны, которые сбываются


Мрак где-то далеко. Не могу до него докричаться. Словно за стеклом. Улыбаясь, с кем-то разговаривает, не замечая моих попыток. Специфически улыбается... без иронии и сарказма. Никогда не видела в живую.

- Василиса!.. - обрывается резкий женский крик, разгоняя мое сердцебиение.

Оглядываюсь. Муть какая-то... темный туман. Пытаюсь разглядеть через него ту, что кричала.

Боковым зрением замечаю, как в этом тумане мимо проходит отец в кителе. Как тень.

- Папа... - слышу свой детский голос.

Присаживается передо мной на корточки. Не вижу его, только глаза. Серые. Блеклые. Как пыль.

- Похожа... - хмуро разглядывает меня.

- На тебя?

- И на меня тоже.

От его ответа в груди сворачивается тревожный темный клубок тумана. Который будоражит, словно в меня всадили стимулятор.

"И на меня тоже"...

Просыпаюсь от волны адреналина. Словно всадили реально. Сон тут же начинает растворяться. Пытаюсь удержать его, закрыв глаза. Вернуться туда. Там что-то архиважное! Я почти поняла... Что ты поняла? Уже не помню. Черт.

В голове колокольный звон. Какую дрянь я пила вчера? Похмелье - вообще не моя тема. Я могу жить на спирте, как на топливе. И уж точно он никогда мне не мешал просыпаться с утра.

Прокапать что ли какие-нибудь бодряки у Линара? У него есть волшебные коктейли.

Между бедер саднит так, словно мы снимали сорок дублей с тремя неграми в порно. Красавин... когда ты уже натрахаешься-то? Но кажется, я не была против. Во сколько мы уснули, интересно?

С шипением переворачиваюсь на спину, отыскивая на тумбочке звонящий телефон.

- Гордеева... - невнятно и не открывая глаз отвечаю на вызов.

- Где ты, блять, пропадаешь, Гордеева?!

Рогов...

- На оперативной работе, - облизываю пересохшие губы.

- Конкретнее!

- Еду...

Куда я еду?

- Показания надо взять.

- У тебя некому показания взять?! Я в тебя сейчас с десяток стажеров напихаю.

- Напихали уже... - ворчу. - Чего случилось-то? Чего орём?

- Проверка по служебной дисциплине в отделе случилась.

Смотрю пропущенные. Несколько от Рыбки, пара от Фила. И ещё какие-то номера.

- Я в оперативке. Я им не библиотекарь сидеть в кабинете. Ко мне туда сами только из управления маньяки жалуют. А ты мне запретил их сажать. Всё.

- Да ты спишь, я по голосу слышу.

- Я еще не ложилась просто, - нахально вру я.

- Сбрось локацию и планинг, я отчитаюсь за тебя.

- Ты там сериалов вражеских пересмотрел? Какой нахрен планинг? У меня сплошной форсмажор.

- Гордеева, ау! Нам некому звонить теперь, чтобы проверяющих сверху послали нахер. Ты это осознаешь?

- Мм... точно.

Кого убить, чтобы все вернулось обратно?

- Ладно, в течение получаса скину что-нибудь.

- И будь зайкой, на тебя личная проверка.

- Зайкой как из Донни Дарко? - переспрашиваю уже скорее у самой себя, так как вызов уже скинут.

- Красавин... Подъем.

- Ммм....

- Давай-давай.

Разлепляет глаза.

- Знаешь, что у меня есть? - стонет с мучением.

- Желание подать рапорт на увольнение и спать дальше?

- Ты подглядывала!

- У тебя на душ десять минут. Иди в тот, что на втором.

- А я с тобой хочу.

- Нет.

- Почему? - тянет руку к моему бедру.

- Держи дистанцию! - уворачиваюсь. - Я сыта.

- Слабачка.

Жмурится довольно, тянется в кровати.

- У нас кстати охуенно богатый ребенок. Мы можем просто сидеть у него на шее и не работать, - поднимается.

Да. Я нашла команду зубастых адвокатов, чтобы все, чем владел Эстет досталось мальчикам. Они работают...

Но и без этого у нас есть довольно крупная сумма, которую не успели вывезти отсюда. Я решила, что это деньги Микаэля.

- Ты там не проснулся еще что ли?

- Нельзя так, да?

Можно ли просто сидеть на шее у Микаэля? Можно. Но о чем тогда жить эту бессмысленную жизнь?

Через десять минут, собрав мокрые волосы в тугой хвост, я уже допиваю свой кофе, застегивая кобуру.

- Миш, да ты что?! - слышу шокированный голос Красавчика из кухни.

Прихватив кофе, иду туда.

- Это на Новый год, - объясняет ему Мика. - На Новый год дарят подарки близким.

- Мика, подарки дарят первого числа, - поясняю ему я.

- Я испортил подарок? - не моргая ищет в моем взгляде ответ.

Перехватываю кисть Красавина, в которой он держит часы.

- Омега... титан... сомневаюсь, что этот подарок можно хоть чем-то испортить, - ухмыляюсь я.

Часы агента 007.

- И прекрати мне баловать Красавчика! Твои деньги на счету не для этого.

- Ты сказала, я могу купить подарок.

- Не за лям, Мика. На Новый год дарят что-то в пределах...

Красавин давится глотком моего кофе, закашливаясь.

Понятия не имею, что дарят на новый год.

- Мне кажется... тысяч двадцати, - пожимаю плечами.

- Это надо вернуть, - дергает обескураженно бровями Красавин.

- Тебе подарили, выёбывайся теперь в удовольствие. И поехали-поехали... - иду к выходу.

- Я кофе хочу!

- Мой допей.

- Ой, фу, там одна горечь.

- Ешь, чо дали, Красавин. И не капризничай.

Сделав еще глоток, идет за мной, разглядывая часы.

- Я чувствую себя содержанкой.

- Разве не об этом ты сновидел еще с утра?

- Я шутил!

- Сны сбываются... иногда.

Так, что же мне важное снилось?

На улице застываю, пытаясь вспомнить.

Красавин снимает с себя черную вязаную шапку, надевает на меня.

Ах, да... волосы мокрые. У меня есть своя такая в кармане пальто. Вытаскиваю, протягиваю ему. Улыбается...

Чего ты улыбаешься? Это исключительно корыстный жест. Одно полушарие мозга ты уже себе вытрахал, осталось только второе отморозить.

Садимся в тачку.

Пока Красавин ведет, пишу какой-никакой планинг, скидываю локацию. Своим отправляю задачи на день.

- В отдел, давай.

Врубает негромко радио. Едет, улыбается... Словно у нас не сплошной пиздец, а романтическая поездка.

Саундтрек: Свят — Мою любовь к тебе

Тянусь, чтобы переключить на свой плейлист. Отпихивает мою руку.

- Ешь чо дали, Гордеева. "Это будет значить, Бог на нашей стороне..." - подпевает лениво, с довольным фейсом.

Вздыхаю, закатывая глаза.

- Да еду я, еду... - раздражаясь, записываю голосовое Рогову.

Шлепаю кистью Красавину по плечу, отвлекая от разглядывания часов на запястье.

- На дорогу!...

Резко притормозив, пропускает пешеходов.

Снимаю шапку. Направляя на волосы поток тёплого воздуха, пытаясь просушить. На мгновение вдыхаю запах парфюма Красавина от его шапки. Это... неплохо!

- У тебя новый парфюм?

- Мне его подобрал наш Парфюмер.

- Вы общаетесь?

- Да. Консультировал меня по одному делу. Ну и его коллекция осталась у меня. Так вышло. Я хотел вернуть после отчёта и описи. Она не вошла в вещдоки. Но возвращать некому. Он попросил, чтобы я о ней... позаботился.

Ну... неплохо. Если со мной что-то случится, у него должны быть свои наработанные связи с первертами. Чтобы его консультировали.

Отвечаю на очередной вызов.

- Боги, сигарету прикурить некогда, - забираю только что прикуренную у Красавина. - Гордеева.

- Это я.

Пауза.

Зольникова! - доходит до меня.

- Узнала.

Отвожу трубку, глядя на номер. Не со своего звонит.

- У нас на стоянке тачка нашего общего мрачного друга. Внутри... мм... девушка. Ждёт. Если выйду я, могут быть неприятности. Всю команду пристально мониторят, чтобы нагнуть за контакты.

- Летим! Спасибо.

Скидываю вызов.

- Поворачивай к Лубянке! Срочно. И мы торопимся.

- Ты же Рогову обещала...

- У нас форсмажор.

Паркуемся подальше. Перехожу улицу, ища взглядом знакомую машину.

Вот она!

Девушка, значит...

Открывая дверь пассажирского сажусь внутрь.

От автора: Друзья, мой сериал "Особо тяжкие отношения" участвует в литмобе "Любовь при исполнении". Поэтому, если вы желаете еще что-то почитать в теме и атмосфере расследований, приглашаю вас заглянуть в сериал "Следаки" от Натализы Кофф.





Капитана Следака повысили в звании, а это новые обязательства и еще более плотный рабочий график. Как ему разорваться между службой и отношениями с Глашей Занозовой, которая без дела не сидит? А в один не самый удачный момент еще и труп домой притаскивает!

Нет, Игнату срочно нужен отпуск! Однако отдых ему не светит. А вот новое дело об убийстве и выговор от руководства — запросто!





