Когда за приятелями Вадима закрылась входная дверь, Оксана ощутила себя как-то неуверенно… Нет, пока они её уговаривали, всё звучало вполне логично. А когда говорил троюродный брат – один из знакомых Орлова, который их когда-то и познакомил, – так даже вдохновляюще:
– Как ты не понимаешь? Он же тебя любит! Да, поссорились вы глупо, расстались, а теперь вот он вляпался в проблемы – окрутила его какая-то ушлая толстуха из его конторы, женила на себе, а он теперь мается! Ты что, хочешь, чтобы Орлов всю жизнь страдал?
Нет, конечно, Оксана этого не хотела! Орлов ей нравился, занудный, правда, очень, всё гундел, что ей учиться надо. А ещё вспыльчивый – орал на неё, когда она ему машину разбила. Ну она же не специально – хотела вокруг озера прокатиться – сюрприз ему сделать, показав, как хорошо научилась водить. А он?
– Сначала люди чему-то учатся, а потом уже делают! А ты села за руль и поехала? – страдал Вадим.
– Но я же уже всё знаю, что тут и для чего…
– Да, до ближайшей сосны знаешь, а потом газ вместо тормоза жмёшь! – злился Орлов. – Я же тебе запретил лезть за руль! А если бы убилась или кого-то покалечила?
– Да тут же не было никого! Почти…
– Ты б нашла… – хватался за голову Вадим. – Даже если бы вообще никого на горизонте не было, ты бы догнала за горизонтом!
Но расстались они не тогда… Орлов машину починил, даже сердился не очень долго, проворчав, что сам виноват – надо было контролировать окружающую среду. Про среду Оксана не очень поняла, но решила не переспрашивать – не ворчит и ладно. Деньги для всяких радостей Вадим и дальше не зажимал, не жадничал, правда, ключи от машины после того раза прятал подальше.
Он очень нравился Оксаниным родителям – они с Вадимом как спелись – всё говорили про учёбу. А Оксане не хотелось… да нууу, школу закончила, колледж закончила – она специалист технологии индустрии красоты, и что? Опять учиться? Дура она, что ли? Зарабатывает она неплохо, а дальше будет ещё лучше, так что время-то понапрасну тратить?
Поругались они действительно глупо… из-за стишков. Орлов забирал её с работы, а когда увидел с новой, очень удачной причёской и мэйком, ни к селу ни к городу сказал:
– Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолётное виденье…
– Лермонтов! – уверенно заявила Оксана. – Мне он никогда не нравился вообще-то, но этот стишок ничего так… Ты чего стоишь? Поехали, да?
Вадим как-то странно на неё посмотрел, закашлялся, взялся за виски, словно у него голова заболела:
– Стишки Лермонтова, да? – невесело протянул он, а потом они поехали… к ней домой – Орлов её высадил, пожелал всего самого хорошего, сообщил, что им лучше расстаться, и свалил. Странный какой-то. Из-за стишков бросить такую девушку!
Оксана решила, что свет клином на Орлове не сошёлся, и практически не вспоминала о нём, пока не узнала от общих знакомых о его женитьбе и тяжкой судьбинушке, а тут как раз так вышло, что она рассталась с парнем. И ещё она припомнила о том, что Вадим, в отличие от всяких-разных, не скупой и не вредный.
– К тому же, ну сглупил, ну расстались из-за его дурацкого взбрыка, но, если он меня любит… – размышляла Оксана в машине, пока его приятели транспортировали Вадима домой. – Нет… если любит, я должна попробовать начать всё сначала – разве ж можно такого классного бросать с какой-то гадиной?
Её слегка удивил тот факт, что Орлова так вырубило после двух бокалов коктейля, смешанного и поданного гостю именинником, но, наверное, это и к лучшему – пока был трезвый, он изо всех сил делал вид, что Оксана его не интересует.
– Это ж он просто марку держит! – объяснили Оксане его приятели. – Как ему признаться, что был неправ? Ты, главное, его жену дождись и его самого разбуди. Он ревность и скандалы на его территории не выносит, так что сразу поймёт, кто у него дома лишний!
Всё вроде логично, да?
Но вот когда Оксана оказалась у Орлова в квартире, то как-то немного засомневалась – пусть она и не была большой любительницей стихов вообще и книг в частности, пусть в школе училась на откровенные тройки, зато умела ловить настроение – вот такой у неё талант. Это очень помогало в работе, когда надо было поймать настрой клиента или клиентки и сделать так, чтобы этот настрой был ещё лучше!
А ещё Оксана всегда, как хорошая охотничья собака, чуяла атмосферу в доме. Вот у неё дома хорошо – родители ладят, пахнет приятно, и так… словно тепло внутри квартиры, даже если по холоду отопление не включили, всё равно тепло. А вот у её подружки дома нелады. Да, квартира хорошая, да, всё модно и круто, но как-то неуютно, зябко и ненадёжно – да и немудрено – подруга с мужем живут как вредные и неуживчивые кошка с собакой!
Оказавшись в квартире Орлова, Оксана была уверена, что почует сейчас то же самое, что и у подруги, но…
– А ведь тут хорошо, – неожиданно сообразила она. – И пахнет приятно, и… Она хорошая хозяйка.
Оксане не хотелось признавать, что дело вовсе не в «хозяйских» качествах жены Орлова, но атмосфера дома абсолютно не напоминала продуваемое всеми ветрами временное пристанище людей, которые живут вместе по какой-то странной случайности.
Задумчиво пройдясь по комнатам, Оксана вернулась в спальню к спящему Орлову, присела рядом на кровать, а он забормотал про какую-то Вику. Причём улыбался этой самой пригрезившейся ему Вике так, что было понятно – он очень ей рад, вот просто счастлив!
– Что-то тут сильно не так! – сообразила Оксана, которая особо умной не была, ну не всем же быть умными, зато со здравым смыслом временами очень даже дружила.
Тут в коридоре послышался шум, и Оксана сообразила, что, видимо, это пришла жена Орлова. Отступать, как советовал здравый смысл, было уже как-то поздно, так что пришлось расталкивать Вадима, изо всех сил стараясь, чтобы он поскорее открыл глаза.
– Да проснись же! Ну скорее! – теребила его Оксана.
– Вввик… Ввикунь, пппррсти… – бормотал Вадим, не просыпаясь.
– Да что ты будешь делать! Орлов, просыпайся! – занервничала Оксана, внезапно осознав, что может предпринять жена, узрев мужа с красавицей на одной кровати. Да, пусть муж в виде брёвнышка, а красавица одета и просто сидит рядом, но кто уж там будет сильно разбираться?
– Окксссс, – Вадим-таки открыл глаза и уставился на незваную гостью. – Ксссана? Ччччто ттты тттут ддд… ддделашь?
– Да, вот мне тоже очень-преочень это интересно! – раздался от двери женский голос.
Оксана в панике обернулась и уставилась на стоящую в дверях молодую женщину.
Да, конечно, по изяществу и привлекательности, по огромным «газельим» глазищам, украшенным пышными густыми ресницами, жена Орлова Оксане была не соперница, но назвать её просто «толстухой из конторы» было уж совсем несправедливо!
– А она довольно интересная! – шепнул Оксане её профессионализм.
– Она тебя счас пришибёт! – мрачно напророчил ей здравый смысл, а так как был он довольно вредным, ещё и добавил: – Так тебе и надо, раз повелась на всякие глупости!
– Ой, – пискнула Оксана, оценив ситуацию. – Ой, мамочки!
– Ввввик… – донеслось от Орлова. – Вввикунь…
Вика воззрилась на заметавшуюся около Вадима девицу и холодно уточнила:
– Кто вы такая и что тут делаете?
– Я? Я Оксана!
И тут Вика вспомнила, что она кое-что про эту самую Оксану знает! Ещё бы! Разумеется, родной коллектив обсуждал всё, что только было возможно узнать о личной жизни холостого и вполне себе симпатичного директора.
– Она – какая-то родственница одного из его приятелей, вот он их и познакомил, я слышал! – рассказывал в офисной столовой водитель Орлова. – Красивая… вах какая. Глазища на пол-лица, фигурка – закачаешься! Но дура дурой! Орлов её и так, и этак, мол, почитай что-нибудь, учиться бы надо, а она глазами хлоп-хлоп, а сама ни в какую! Правда, характер вроде покладистый, не стервозный.
Офисные красавицы презрительно фыркали – они-то были и красивыми, и умными, коллектив старательно чесал языки, а сама Вика так вообще практически не обращала на эти разговоры внимания – какое ей было дело тогда до Орлова – платит он ей деньги за её работу, да и хватит с него! А вот поди ж ты, вспомнилась информация, пригодилась!
– Оксана, значит… – протянула Вика. – А делаете-то вы тут что?
– Ээээ… сижу, – честно ответила Оксана. – Жду, чтобы Вадя проснулся.
– Ага, понятно… но не очень! – констатировала Вика.
– Ввввика, – опять попытался вынырнуть из коктейльного марева несчастный Орлов.
– А ты вообще молчи! – фыркнула на него Виктория. – Как можно было так упиться, чтобы приволочь с собой девицу, чтобы она рядом сидела и будила! Ничего себе у меня муж… Муж! Ты чего, не в курсе, что девиц, когда жены нет, не для того приглашают?
– Ввввик! – простонал Орлов, который вроде как понимал, что происходит что-то совсем уж неправильное, но что именно, сформулировать не мог.
– Ой… если они его коктейлями поили, и он так быстро отключился – всего-то с двух бокалов, то это, наверное, было что-то очень забористое… Такие бывают, – заторопилась Оксана, потихоньку сползая к краю кровати. – У меня девочки на работе рассказывали, что есть смеси, бокал которых равняется примерно восьми порциям обычного крепкого спиртного.
Примечание автора: такие коктейли реально существуют. Зачем такие коктейли нужны, не спрашивайте, я не знаю, но факт остаётся фактом – срубиться от двух-трёх бокалов подобных напитков можно запросто, тем более что они могут быть сладкими (сладкое быстрее «проводит» алкоголь) и на вкус вполне невинными. Орлов не знаток коктейлей, взял из рук приятеля-именинника предложенный тем бокал, понятия не имея, что это конкретно и как действует.
Вика мрачно воззрилась на девицу, отчего та сделала попытку забиться за кресло и притвориться элементом интерьера.
– Ладно, его напоили, решили домой отвезти, но вы-то зачем с ним поехали, если видели, что он лыка не вяжет?
– Лковвжу… – сообщил Орлов, делая безуспешную попытку оторвать голову от подушки.
– Я… я… мне сказали, что он меня всё ещё любит, – всхлипнула Оксана, понимая, что если до неё доберётся жена Орлова, то Вадим ей точно не помощник.
– Орлов, ты её любишь? – удивилась Вика.
– Ньеть… – решительно, хоть и невнятно сообщили с кровати.
– Так кто вам, Оксана, такую ерунду сказал? Поимённо, пожалуйста! – велела Вика, которая ещё при входе в квартиру включила камеру на смартфоне – так сказать, для фиксации общения, а потом пристроила его на столик в спальне – на всякий случай не хотелось ей руки занимать…
Оксана, понимая, что в партизаны она не годится, перечислила приятелей Орлова, участвующих в опоении и погрузо-разгрузочной деятельности, а потом робко спросила:
– А можно я уже пойду?
– И куда же вы так торопитесь? – усмехнулась Вика. – Да ты не стесняйся, выходи оттуда и пошли!
– Кккуда?
– Зззззчем? – донеслось с кровати.
– Тебе об этом лучше не знать! – серьёзно ответила Вика, сделала пару шагов по направлению к Оксане, прихватила её за белу ручку и утащила прочь из комнаты, не забыв свободной рукой сцапать свой смартфон – чего ему тут просто так стоять? Тут же ничего интересного уже не ожидается.
***
Приятели Вадима, устроившиеся в машине около подворотни, через которую «толстуха из офиса» должна была возвращаться домой, уже аж устали её караулить.
– Два часа тут сидим! Где эта орловская жена шастает, а?
– Была бы она хорошенькая, можно было бы решить, что к хахалю отправилась, раз мужа дома нет, – хохотнул один из них. – А так… кто её знает!
– И чем там Оксанка с Орловым развлекаются… – продолжил он.
– Да чем? Орлов дрыхнет, откинув копыта, он только к утру в себя придёт, да ещё пожалеет, что пришёл… Похмелье у него будет феерическое! А Оксанка наверняка ногти пилит или в смартфоне залипает – она всегда так делает, когда у неё свободное время появляется, – сообщил троюродный брат красы ненаглядной.
– Ну ладно, будем надеяться, что это Орлову поможет избавиться от той бабищи, которую он сдуру в жёны взял! Что ж там за баба такая, если даже младший брат Вадьки в такой панике?
А «баба такая» в это время поила чаем Оксану, до которой дошло, правда, после нескольких достаточно грубых намёков, насколько сильно её подставили…
– Ты-то тут, а они – где-то там! И как бы они тебе помогли, если бы я резко среагировала? И что бы мог сделать Орлов, даже если бы хотел, если он в отрубе валяется?
– Так они что? Меня… меня реально тут бросили и подставили? – возмущалась Оксана.
– Точно! – сочувственно кивала ей Вика. – Бросили, можно сказать, на ржавые гвозди!
– Вот же гады! – разошлась Оксана, расхрабрившаяся от осознания того, что, пожалуй, выйдет она отсюда целой и невредимой.
– И не говори… – подливала масла в огонь Вика.
– Ну фсссё! Ну я им, паразитам, устрою – я буду мстить, и мстя моя ужасна! Ко мне братец завтра стричься собрался прийти… – сообразила, может, и не самая умная, но весьма злопамятная Оксана. – Уж я-то его порадую… подстригу от души!
– А он у тебя какой масти?
– Блондин, – ответила Оксана.
– Можно ещё и покрасить… – серьёзно сообщила собеседнице Виктория.
– Точно! Нам как раз новые краски закупили, вот как раз на нём и попробую! В смысле, на том, что у него от волос останется! А ещё – тётке двоюродной про него расскажу – от неё муж к другой ушёл, а тут сын родной такое нафинтил… ох, она ему и добавит!
Надо сказать, что разгневанная Оксана оказалась верна своему слову, и на следующий день её троюродный брат, открыв глаза после времени, приятно проведённого в парикмахерском кресле, увидел в зеркале какого-то явно незнакомого типа. У типа были затейливо выстрижены участки волос, а остальное оказалось разукрашено в невыносимо розовый цвет.
– Шшшшто ето? – прошептал он, потому что голос у него куда-то пропал и возвращаться не торопился.
– Это? А это моя награда за вчерашнюю подставу! Ах да, я вам соврала, когда вышла из дома Орлова и сказала, что ждать его жену больше не могу. На самом деле я её дождалась – она пришла!
– Ыыыы?
– Ты хочешь сказать, и что? А то, что мне сильно повезло уйти целой и невредимой, но твоей заслуги в этом нет никакой, то есть даже никакусенькой! Так что получи свою награду!
Оксана не стала рассказывать, что тётке она уже позвонила и всё поведала, так что возвращение домой у братца будет ещё какое фееричное! Правда, не рассказала она это не потому, что внезапно сильно поумнела, а потому, что не успела – троюродный родич, сипя что-то невнятное, рванул домой – смывать очень устойчивую и качественную краску.