Глава 1. Джамал


– Мы готовы заплатить. Только назови…

– Её хочу.

Уже не слушаю, что потенциальный покупатель базарить продолжает. На длинноногой красавице фиксируюсь.

Она с подносом в зале крутится, а я на её заднице залипаю. Шортики обхватывают упругие шары, подчёркивают.

Вроде просто выглядит. Шорты, белая футболка – стандартная униформа здешних девиц. Но всё равно взгляд приковывает.

Возможно, всё дело в том, как девчонка двигается. Она не ходит по залу. Порхает.

Как птичка – от одного столика к другому. Легко разворачивается, кружит. Не танцует – музыка в этом тухлом заведении подходит только для похорон.

Но девчонка умудряется добавить грации к обычной работе. Превращается всё в выступление. Перформанс.

А мне это пиздец как нравится. Люблю, когда люди жизнью наслаждаются. Когда не тупо по течению плывут, а своё что-то приносят. Добавляют крупиц краски в серую массу.

– Э… Джамал… – неуверенно тянет один из мужиков, желающих мою недвижку.

Морщусь. Ненавижу мямлей и эти ебучие паузы. Всегда два варианта. Либо тупые и не могут сразу мысль сформировать.

Либо ожидают, что я паузой воспользуюсь и исправлюсь. А с хера ли?

Исправляются те, кто ошибаются. А никогда не ошибаюсь.

Я знаю, чего я хочу. Я беру это. Я доволен. На мнение остальных мне полностью похер.

Жизнь одна. И проживать я её собираюсь полностью в своё удовольствие. Обидно, если завтра подохну, а ещё херни не натворил.

Обычно, конечно, из-за херни и рискую…

Но так слаще жизнь. Всё лучшее идёт со вкусом адреналина.

– Мы готовы предложить любую сумму…

– Не интересно.

Отмахиваюсь. Этот лысый кошелёк с деньгами становится раздражающей мухой.

Всё внимание приковано к светловолосой красавице. Она залетает за барную стойку, размахивает тонкими пальцами, объясняя что-то бармену.

Не нравится, как тот тощий задрот на неё пялится. Но понять могу. На такой девчонке сложно не залипнуть.

Мы сидим на втором этаже. И вид отсюда на неё ещё лучше. Полностью могу рассмотреть.

Изгибы тонкой фигуры. Как покачиваются бёдра. Как слегка подрагивает её грудь, когда девчонка легко смеётся.

Братья скажут, что я как еблан на девках залипаю. Но если бы они эти ноги увидели… Поняли бы сразу.

Я вообще не считаю чем-то плохим залипать на девчонках. Это один из трёх столбов, на которых держится моя жизнь.

Хороший коньяк, качественный трах и красота.

Даже два столба, если красивая девчонка ещё и в постели оказывается с огоньком. А если нет… Похер, я придумаю, как нам развлечься.

Делаю взмах рукой, подзывая официантку. Рядом моментом оказывается девчонка. Но не та. Тоже хороша, но…

Я уже решил, что блондиночку сегодня натягивать буду. Остальным придётся подождать.

– Ты мне позови, – киваю в нужную сторону. – Белобрысую.

– Но…

– Мне повторить надо?

Брюнетка тут же тушуется, головой мотает. И на первый этаж уносится. Никакой грации. Ску-ко-та.

– На сегодня переговоры окончены, – я отмахиваюсь. – Свободны.

– Тарнаев, так дела не делаются.

– Они могут вообще никак не делаться. Это вам нужна недвижка. У меня бабок хватает, а вот у вас территорий – нет.

Бугаи моментом тушуются. Недовольно зыркают, но сваливают. Похер мне на их обидки галимые. Завтра сами звонить будут и ублажать.

Я живу азартом. За чуйкой следую. На этом бизнес и построил.

Когда интуиция оживала – недвижку покупал. И всегда в точку попадал. Выбирал ту, что в скором времени кому-то понадобится. Стоящую на границах чьей-то территории.

– Добрый вечер, чем могу помочь?

Блондиночка смотрит на меня внимательно, чуть растерянно. Сканирует взглядом. Щедро проходится, задерживается.

Понравился, девочка? Ну и заебись. Тебе же проще будет.

Я её в ответ сканирую. Разом подмечаю всё. И пухлые губы. И яркие серые глаза. И уверенную двоечку, обтянутую футболкой.

Нагибаюсь, выглядывая, чтобы за столом рассмотреть её ножки. Да, длинные, шикарные. Я не ошибся.

У меня на горячих девочек радар. Сразу срабатывает. Ещё ни разу не ошибался.

Девчонка начинает неловко переступать с одной ноги на другую. Поднос опускает, прикрываясь.

Но мне это мало мешает. Фантазия работает на полную. Разрисовывает то, как девчонка без одежды смотреться будет.

– Простите, – произносит она громче. Недовольный голосок прорезается. – Могу я вам помочь или нет?

– Можешь, – ухмыляюсь довольно, откидываясь на спинку дивана. – Если раздеваться начнёшь.

– Вы в своём уме?

– Согласен. Хуевое предложение. Нечего другим на тебя пялиться. В тачку сядем, и там стриптиз устроишь.

Девочка рвано втягивает воздух, нижняя губа начинает подрагивать. Бледная кожа покрывается алым румянцем, а после окончательно белеет.

Блондиночка нервно сглатывает, пялясь на меня. Не привыкла к такой прямоте? Ну я не из скромных.

Да и нахер в приличия играть? Мне нравится красота во всех её проявлениях. Что хаты красивые. Что тачки.

Что девки. Девки – больше всего нравятся. Там особая красота, везде уникальная.

А если мне что-то нравится – я это хочу. Нет вариантов или сомнений. Получу. Вопрос лишь в том каким способом.

Играть грязно я тоже умею. Ничего не остановит на пути к цели.

– А кроме этого? – девчонка обратно дежурную улыбку натягивает. – Могу принести вам меню, чтобы ознакомились. Ничего, чего там нет, у нас не предлагают.

– Мне предложат, – скалюсь. – Не люблю время попусту тратить. Сразу к сути перейдём. Сколько?

– Полагаю, вы о деньгах?

– Если золотом принимаешь – могу и его подогнать. Главное быстрее соображай, потому что у меня терпение заканчивается.

Блондиночка явно разрывается между желанием послать меня и сохранить работу.

Пока у неё шестерёнки крутятся, я на грудь залипаю. Вроде она у всех одинаковая. По крайней мере, с лишним соском мне ещё девки не попадались.

Но при этом нравится, как у этой девчонки грудь резко вздымается. Небольшая, аккуратная. Шикарно смотрящаяся с её точёной фигурой.

Замечаю на белой ткани какие-то чёрные разводы. Вышивкам там или что? А реально. Над сердцем тянутся витиеватые буквы, явно имя.

Девчонка соображает, куда я пялюсь. И тут же железный поднос выше поднимает, закрываясь.

– Я имя старался рассмотреть, – нагло пизжу.

– Катя, – выплёвывает она. – И мне пора…

– Цену не назвала.

– А цены у нас все в меню указаны. Если нужной позиции там нет… Боюсь, что ничем не могу помочь.

Чеканит вежливым голосом робота, а в глазах-то недовольство мелькает. Тянется сизым туманом, делая её радужку темнее.

Дерзкая. Это хорошо. Дерзкие девчонки вкуснее и ярче. Добавляют огонька, разбавляют скуку. С ними можно зажечь.

– Знаешь, как говорят? – цокаю. – Языкатые девчонки горячи в постели. Потому что знают, как язык надо использовать. Вот ты…

– Я знаю, как его использовать, чтобы произнести отказ, – морщится она. – Нет. Ни ваши инсинуации, ни грязные предложения меня не прельщают. Если это всё, то я вернусь к работе.

– У тебя теперь одна работа. Меня ублажать. И пока ты с этим на двойку справляешься.

– Ух. Ладно. Тогда мне нужно в раздевалку пойти. Поплачу над плохой оценкой, статьи погуглю. Подтяну знания и вернусь на пересдачу. Лет через двадцать. Двести двадцать.

Я закидываю руки на спинку дивана, шире ноги развожу. Член уже начинает на ширинку давить.

Мгновенно просыпается от того, как девчонка позволяет себе со мной разговаривать. И дерзит, и в рамках приличий остаётся.

Ещё и с улыбкой этой профессиональным, выражением лица невинным… Сука, только сильнее распаляет. Заставляет кровь бурлить, кипятком спускаться в пах.

– Я не продаюсь, – чеканит она. – Вообще. Никак. Ни при каких обстоятельствах. Нет. Ноу. Но. И на других языках ответ будет тот же.

– Какая жестокая девочка.

– Вы же сами сказали, что не любите время зря тратить. Вот я вам его и экономлю. На этом предлагаю разойтись.

– Не-а, не согласен. Разве что разойдёмся утром. После того как ты качественно…

– О боги.

Она вздыхает, перебивая меня. Не люблю это дело. Но ей позволяю. Пусть девчонка развлекается.

И меня заодно развлекает, распаляет. Чем больше усилий приложить нужно – тем слаще победа.

– Я не эскортница, – вздыхает она. – Не проститутка. И не прочие вариации. Меня нельзя снять и в какой-то отель повезти, чтобы…

– Так я ж со всей душой к тебе, – перебиваю. – Может у меня приличные намерения. На свиданку вот тебя приглашаю.

– Свидания в отеле меня не интересуют.

– Ну, пожрать перед этим можем. Но вообще мне нравится твой запал. Согласен, отель это скучно. Для траха можно найти места получше.

Играю бровями, пока девчонка возмущённо ахает. Розовый язычок скользит по нижней губе, а я его уже на члене представляюсь.

Зашибись же будет.

И чё она отказывается?

– У тебя два варика, – произношу я жёстче. – Оба включают секс со мной. Первый простой. Ты, как хорошая и послушная девочка, собираешься сейчас и истерик не устраиваешь.

– Мне всегда говорят, что слушаюсь я плохо. Не мой вариант.

– Второй – хуже. Ты отказываешься, я давлю. Нахожу способ, который тебя на колени ставит. И ты сама на меня запрыгиваешь, чтобы я успокоился.

– Прекрасно. Удивите меня своими способностями.

Ну я человек не гордый. Красивая девочка просит – я тут же выполняю. Хочет представления? Я устрою.

С широкой ухмылкой я достаю ствол.



Добро пожаловать в новику, где герой немножко псих и наслаждается этим ❤️

Спасибо за ваш отклик, комментарии, награды и поддержку!

Не забудьте поставить звездочку (лайк). Это займёт пару секунд, но мне будет очень приятно. Ваш отклик - лучшее вдохновение! Спасибо ❤️

И добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять её.

Будет: эмоционально, очень жарко и откровенно!





Глава 2


Я ко многому привыкла во время работы в ресторане. И к слишком наглым, откровенным взглядам.

И к неуместным ухаживаниям и предложением. То, что этот мужчина предлагает деньги – не новость.

И мне нужно было бы поменять ресторан, да? Выбрать более спокойный, без лишнего внимания…

Но платят здесь хорошо. А мне нужна каждая копейка. Я сама себя обеспечиваю, плачу за университет. И как могу, помогаю маме.

После того как отчим ушёл и бросил её с маленькими детьми, только я могу полноценно работать.

Так что я остаюсь в этом дурацком ресторане, где каждый второй пытается проявить себя и купить меня.

Потому что платят здесь хорошо. И чаевые приличные. И это лучший способ держаться на плаву.

Так что я сделала единственное, что могла. Научилась игнорировать всё с широкой улыбкой. Привыкла. Ко всему.

Ну… Разве что кроме того, что какой-то из посетителей достанет ствол!

Наверное, лучше было бы, если бы этот наглец свой агрегат достал… А не оружие!

Моё сердцебиение ускоряется, когда длинные пальцы мужчины обхватывают рукоятку пистолета.

Он даже не наставляет его. Просто играется. Проводит пальцем по стволу, словно играясь. И я изо всех сил стараюсь игнорировать этот фаллический символизм.

У меня мгновенно потеют ладошки. Поднос едва не выскальзывает из дрожащих пальцев, и я сильнее прижимаю его к себе.

Металл совсем не холодит. А скорее распаляет, словно раскалённое железо. Оставляет невидимые ожоги.

Я даже закричать не могу. Позвать кого-нибудь на помощь. Голосовые связки пережимает, и из горла вырывается лишь тихий писк.

А даже если я закричу… Чем это поможет? Пока кто-то прибежит – мужчина уже успеет выстрелить.

Ох мамочки…

Я таращусь на незнакомца, не понимая, что мне делать. А он, как назло, не спешит угрожать или давить словами.

Не-а. Он просто молчит. И ухмыляется. И улыбка у него кровожадная, опасная. Словно у безумца, который придумал новый план по уничтожению мира.

Не захвату. Именно уничтожению. Потому что блеск в глазах мужчины выдаёт его желание разрушать. Взрывать. Уничтожать.

Он выглядит как безумец. Полный психопат, чья единственная радость – создавать хаос и смаковать чужой страх.

А ведь с первого взгляда показался таким… Нет, не воспитанным. Вся его поза, взгляд, мимика… Всё кричало о всевластии и наглости.

Но он хотя бы не казался мне психом. Красивый ведь… А красивые мужчины реже с катушек слетают, да? Тед Банди не в счёт!

А теперь вся красота незнакомца искажается, становится взрывоопасной.

У него острые скулы, но не слишком. По-мужски грубоватые, покрытые густой щетиной. Достаточно выразительные, но при этом не уродуют, а подчёркивают выразительные черты.

Широкий лоб, квадратный подбородок. Все черты лица отточены, вырезаны внимательными скульптурами. Чтобы каждая линия подсвечивала его мужскую красоту, но не портила. Не делала ни слишком смазливым, ни слишком грубым.

Мужчина большой. Это особенно видно, когда он довольно откидывается на спинку дивана.

Демонстрирует накаченные мышцы, которые я и до этого приметила.

Мускулы у него крупные, а при этом поджарые. Он не перекачанный, как многие из тех, кто всё время проводит в зале.

Нет. У этого психопата явно идеально выстроенное тело. Где каждая мышца в великолепной форме, напряжена и готова к бою.

Незнакомец весь – «не слишком». Идеальное сочетание для того, чтобы ввести в заблуждение любого. Создать впечатление безопасного и красивого мужчины.

А после – швырнуть в лицо гранаты с широкой ухмылкой и диким взглядом.

Вот глаза… Глаза выдают сразу. Серые. Холодные. Стальные. Тем выблескивает безумие.

Мужчина не просто облизывает меня взглядом. Он цепляется. Крючками впивается под кожу, чтобы дёргать в нужный момент.

От его внимание у меня холодок бежит по спине. Потоками скользит по животу, ураганом проникает внутрь. В животе всё подрагивает и трепещет.

Давно известно, что бабочки это не про любовь. Это вихрь самосохранения, который вопит об опасности.

– Так и знал, что тебе нужна лишь маленькая мотивация, – мужчина улыбается, обнажая клыки. – Искала оправдание, да? Слишком приличная, чтобы сразу согласиться. А немного подтолкнуть…

– Угроза и мотивация – это разные вещи, – выдавливаю я.

– Так почему же не кричишь? Почему не позовёшь на помощь, если не хочешь быть со мной?

– Ну, потому что я использую мозг? И не хочу, чтобы меня пули таранили?

– О, не переживай, девочка. Таранить тебя буду только я.

Мужчина произносит это так непринуждённо и ласково, что у меня голова кружиться начинает.

Он правда думает, что успокаивает меня так? Его непосредственность убивает меня.

Что твориться в голове этого невменяемого? На что ещё он способен?

– А как вас зовут?

Я уточняю с дрожащей улыбкой. Но мне нужна любая информация, которую я потом смогу передать полиции.

Непозволительно, чтобы такие неадекваты спокойно по улице передвигались.

– Молодец какая, – мужчина выдаёт смешок. – Уже сразу к делу переходишь. Джамал я.

– Джамал, – повторяю я, смакуя это восточное имя.

Оно вроде тягуче и благозвучное, но оседает на языке перцем и солью. Будоражит нервные окончания.

– Так вот, Джамал, я повторюсь, – я прижимаю поднос сильнее, пытаясь понять – он сможет стать щитом? – Угрожать мне смертью и мотивировать – это не одно и то же. Нормальные люди ухаживают не так.

– Погоди-погоди, – мужчина аж присвистывает, подаётся вперёд. – Это когда я тебе угрожал? Я заебись какой вежливый и милый. Светскую беседу с тобой веду.

– А пистолет давно стал частью этикета?

Джамал начинает смеяться. Громким, бархатным смехом. Мужчина запрокидывает голову и совершенно ничего не стесняется.

Несмотря на творящееся вокруг безумие, я вынуждена признать, что у мужчины приятный смех.

Опасный, гипнотизирующий, вызывающий спазмы тревоги. Но приятный.

Воротник его белой рубашки расстёгнут. Как и несколько верхних пуговиц. И когда Джамал смеётся – он демонстрирует свою крупную шею, кусок тёмной татуировки.

– Что ты меня оскорбляешь? – мужчина качает головой. – Вроде норм общаешься, а ты сразу предъявы кидаешь. Некрасиво это.

– А угрожать мне красиво?

– Да что ты заладила? Угрожаешь, угрожаешь… Я тебя ваще мягко уговариваю. Образец добропорядочности. На свиданку вон зову. И даже не в тюрягу. А ты…

– А я не считаю, что приглашение на свидание должно сопровождаться присутствием пистолета.

Я произношу это медленно, словно нерадивому ребёнку что-то объясняю. С осторожностью поглядываю на Джамала.

У него, наверное, совсем всё плохо с головой, да? Ну прям не работают ни нейроны, ни прочие части мозга? Иначе я не представляю, как кто-то может быть настолько бзиканутым.

– Это я для другого, – ухмыляется мужчина. – Так, феерию создать, сюрприз устроить. Я ж не на тебя наставляю.

– А зачем тогда вообще доставал?

– Ты ж хотела, чтобы удивил. Вот. Любой каприз за твой отсос.

И до того, как я успеваю возмутиться…

Джамал делает первый выстрел.

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ





Глава 2.1


Я никогда не слышала настоящего выстрела. В кино они другие. Там – громкие, хлёсткие, с пафосным эхом. Там они вписываются в музыку, подчиняются ритму, становятся частью шоу.

А этот… Этот выстрел – грязный. Разрывает тишину ресторана тупым, мокрым ударом. Будто кто-то гигантским молотом со всей дури впечатал в бетон.

Я сжимаюсь. Всё, пришло моё время умирать. Из ушей звон переползает в грудь. Сердце пропускает удар.

Каждая клеточка начинает пульсировать на частоте страха. Кровь отливает от лица, холодеют кончики пальцев.

Сейчас. Сейчас будет больно.

Что-то сверху хрустит. Мелкая пыль осыпается мне на плечи. На лицо. Безвкусная, серая, сухая. Она щекочет кожу, оседает на ресницах.

Я распахиваю глаза. Смотрю на потолок. И вижу там дыру от пули.

Смотрю на это в гробовой тишине. Весь ресторан замолк, переваривая случившееся.

А после – всё взрывается криками, эхом голосов. Женский визг. Стеклянный звон. Грохот.

– Вы что, творите?!

– Полиция! Кто-нибудь, звоните в полицию!

– Бежим!

Топот. Много топота. Стук каблуков, шарканье подошв, грохот падающих тел – кто-то споткнулся, упал, закричал громче.

Я слышу, как на первом этаже начинается настоящее пекло. Люди мечутся.

А я… Я стою. Не двигаюсь. Мои ноги превратились в две бетонные колонны, приклеенные к этому чертовому полу.

Я лишь смотрю на Джамала. Он улыбается. Его глаза горят. Серебро радужки вспыхивает, переливается, будто внутри разожгли костёр.

Он кайфует.

Боже. Он реально кайфует. Грудь под белой рубашкой вздымается часто, сильно.

Джамал выглядит так, будто выстрел стал для него оргазмом.

Его пальцы всё ещё сжимают пистолет. Расслабленно. Легко. Будто это не оружие, а любимая игрушка.

Он поворачивает его в руке, любуясь, поглаживая ствол большим пальцем. Ласкает как любовницу.

– Звук сразу перчинки добавляет, а? – ухмыляется он. – Интереснее становится.

Он переводит взгляд на меня. Сканирует. С наслаждением проходит по лицу, задерживается на дрожащих губах.

И мне хочется провалиться сквозь землю. Потому что я вижу, как ему нравится мой страх. Он его смакует. Впитывает. Получает от него удовольствие.

– Вы… – выдыхаю я рвано. – Ненормальный.

– Погоди. А я напиздел до этого, что ли? Обещал, что адекватный? Не, детка, я сразу говорил – я не из правильных. Не из тех, кто по струночке ходит. Я из тех, кто эти струночки рвёт.

Я пялюсь на него. Не могу отвести взгляд. Не могу моргнуть. Не могу сделать хоть что-то, кроме как смотреть.

Он правда такой. Он не играет. Не притворяется. Не надевает маску психопата, чтобы напугать меня.

Это его натура.

Вся эта красота – острые скулы, квадратный подбородок, широкие плечи, накаченные мышцы – это просто оболочка.

Красивая упаковка для безумия внутри.

Я думала, что видела опасных мужчин. Тех, кто хлопал меня по заднице. Тех, кто предлагал деньги. Тех, кто напивался и лез целоваться.

Но они слепые котята в сравнении с этим сумасшедшим.

Потому что этот… Джамал получает удовольствие от выстрелов. Ему нравится, когда люди кричат. Когда паникуют. Когда боятся.

Джамал щёлкает чем-то. Или мне кажется? В этом аду звуков я уже ничего не различаю.

Он поднимает пистолет. Медленно. Красиво. Как танцор поднимает руку в финале па.

– Так что, девочка, – его голос мягкий. Почти ласковый. Будто он не стрелял только что в потолок, а приглашает меня на танец. – На свидание пойдёшь? Или надо ещё добавить перчинки?

Он облизывается. Медленно. Смакуя. Взглядом скользит по моим губам. Словно уже решил, что с ними делать.

Я выдохнуть не успеваю, а Джамал вновь жмёт на курок.

БАХ!

Уши закладывает мгновенно. Остаётся только противный, ноющий звон, который заполняет всё пространство внутри головы.

Я смотрю, как пуля уходит вверх. Как оставляет после себя дымную дорожку – тонкую, призрачную.

Потолок теперь выглядит ещё страшнее. Две дыры.

Огромная, тяжёлая люстра, с хрустальными подвесками, которые раньше переливались в свете софитов.

Теперь она раскачивается. Хрусталь звенит. Тихо, жалобно.

Я делаю шаг назад. Ноги всё ещё не слушаются. Но страх – лучший проводник. Он дёргает за ниточки, заставляет мышцы сокращаться.

Я отступаю, пока не упираюсь ягодицами в ограждение. Металлическая перекладина впивается в кожу через тонкую ткань шорт.

Расстояние между нами – метр максимум. Я понимаю, что это предел. Дальше не отступить.

Надо бежать к лестнице. Убираться отсюда подальше. Но я не могу. Потому что стоит мне дёрнуться – он выстрелит.

Глаза мужчины следят за каждым моим движением. Он ждёт. Он хочет, чтобы я побежала. Потому что тогда сможет меня догнать.

Как хищник догоняет жертву.

В голове каша. Страх затопил всё. Жидкий огонь течёт по венам, выжигает изнутри, заставляет кожу гореть.

А потом резко сменяется холодом. Ледяные иголки впиваются в позвоночник. По спине течёт холодный пот. Футболка прилипает к лопаткам.

Живот скручивает узлом. Тошнит. Сердце бьётся невыносимо быстро, из-за чего всё кружит перед глазами.

Этот человек – не человек. Он – животное. Хищник. Которому плевать на правила, на законы, на то, что вокруг люди.

Он выстрелил в потолок просто потому, что мог. Потому что хотел увидеть мою реакцию. Потому что ему скучно.

Боже. Я в ловушке с психопатом, для которого чужая жизнь – развлечение.

– Я прям чувствую, как ты уже загорелась идеей пойти на свиданку со мной, – скалится мужчина. – Заинтересовалась?

– Заинтересоваться психопатом с тягой к разрушению? – выпаливаю я. – Боюсь, это слишком непосильная для меня задача.

Я понимаю, что дерзить такому психу это плохая идея. Но мой язык работает быстрее меня.

Он всегда так. В стрессовых ситуациях – включается защита. Сарказм. Колкости. Попытка ужалить в ответ, чтобы не казаться слабой.

Только вот… Джамал не из тех, кого можно ужалить.

Его чешуя не пробивается обычными словами. А может, ему даже нравится.

Может, он кайфует от того, как я огрызаюсь. Как пытаюсь сохранить лицо, когда внутри всё рушится.

Я смотрю на Джамала и судорожно пытаюсь придумать выход. Ладони потеют. Поднос скользит. Я перехватываю его крепче, будто он может стать щитом.

Что делают в такой ситуации? Что? Кто-нибудь, подскажите мне!

Я не обучена. Не знаю. Я просто девчонка, которая хотела заработать на учёбу, а не…

Бах! Мысли обрываются. Потому что мужчина выстрелил снова. Но теперь не в потолок. Пуля летит прямиком в люстру.

И та взрывается. Тысячи осколков разлетаются в стороны. Они сверкают в свете софитов, переливаются, искрятся.

Каждый осколок, ударяясь о соседний, создаёт свою ноту. И всё это сливается в какофонию, в безумную, хаотичную симфонию разрушения.

Я поднимаю голову, когда заканчивается дождь из хрусталя. Люстра качается.

Крепление всего одно. Толстый трос, который держал эту махину весом в несколько сотен килограммов. Теперь оно повреждено.

И обрывается. Медленно. Сначала сантиметр. Потом другой. Трос скользит, не в силах удержать тяжесть.

А после люстра летит вниз, на первый этаж. С ускорением, от которого воздух свистит в ушах.

Удар такой силы, что вибрация проходит через всё здание. Я чувствую её ногами – подошвы кроссовок дрожат, будто землетрясение.

Дым поднимается вверх. Серый, густой. Он достигает второго этажа, превращает его в сюрреалистическую картину.

– Прекратите! – срываюсь на крик. – Зачем вы всё разрушаете?!

– Чтобы на свиданку согласилась, – озвучивает мужчина как само собой разумеющееся. – Поехали, покатаемся. Клятвенно обещаю, что тогда не буду ничего разрушать. Пока ты со мной.

– Вы думаете, что так заставите меня? – выплёвываю я. Голос дрожит, срывается на всхлип. – Нет!

– Так и знал, что ты девчонка с огоньком. Понравилось, как всё разлетается вокруг? Какая же ты, детка, кровожадная. Мне нравится. Продолжим?

Сегодня по скидочке! Что сильнее? Принципы или влечение к невозможной девчонке?

Херовый из меня телохранитель. Провел с девчонкой ночь, а она оказалась новым делом. Должен защищать, а хочу вжимать в кровать и...

Девочка под запретом





– Присмотри за моей сестрой, – просит друг. – Только тебе могу доверить. Ты её не тронешь. А я за неё любого подвешу.

– Понял, – торможу его. – Но я не нянька.

– Побудь телохранителем. А я в долгу не останусь.



Я не планировал соглашаться. Но кто же знал, что сестра друга - там самая девчонка, с которой я провёл ночь.

Невинная фиалка. Которой в моем мире нет места.

За неё порвут и закопают. Её мне никак нельзя.

Девочка под запретом.

Которую мне до жжения в крови хочется сделать своей.

Только права на это не имею.

wLbjnmny

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ





Глава 3


Я плохо представляю, как намекнуть этому психу, что я ничего не хочу с ним продолжать!

Я максимально хочу убраться подальше отсюда. Сбежать и забыть как страшный сон то, что творил этот больной на голову подонок!

Нос щекочет запах пыли и гари. Хочется то ли чихнуть, то ли разрыдаться из-за зашкаливающего стресса.

Меня трясёт от осознания, что я осталась с Джамалом наедине. Остальные наверняка уже сбежали подальше.

А я в западне. И нет ни единого нормального решения, как мне выбраться отсюда. Вряд ли мой обморок из-за паники вызовет у этого ненормального хоть какое-то сочувствие.

Скорее в сознание приведёт лишь для того, чтобы я не пропустила его очередное представление.

– Мне нравится, – произносит Джамал довольно, растягивая слова. – Что ты не соглашаешься так просто. Хочешь весь мой арсенал увидеть?

– Пожалуйста, хватит, – я ненавижу то, насколько жалобным звучит мой голос. Но успокоиться просто невозможно.

Паника усиливается, превращаясь в тотальную истерику. Каждая клеточка моего тела дрожит. Перед глазами плывут мушки, предметы теряют очертания.

Мне кажется, что я стою лишь благодаря поддержке ограждения. Иначе бы уже точно свалилась.

Я никогда не чувствовала себя настолько напуганной. До спазмов в горле и застрявшим в груди рыданиям.

У меня даже заплакать не получается, хотя глаза адски жжёт. Страшно даже всхлипнуть.

Я не представляю, что в голове у Джамала. Как можно быть настолько отбитым человеком. Его решения невозможно спрогнозировать. Поступки – угадать.

– У меня где-то огнемёт валяется, – оповещает мужчина. – Если ты предпочитаешь погорячее. Ебать я покладистый, да? Готов любой каприз выполнить.

– У меня один каприз! – выдыхаю я рвано. – Чтобы вы прекратили здесь буянить. И запугивать меня.

– А ты слышала, что страх и адреналин – пиздец какой мощный афродизиак? Это прелюдия, лапочка.

– Я не хочу такую прелюдию. Это не… Прелюдия это цветы, рестораны, комплименты…

– Не, ну ты ваще непостоянная. Комплиментов я тебе точно наделал. К не-охуенной девушке я бы и не полез. А в рестик позвал уже. Ну если прям цветы нужны… О!

Взгляд мужчины загорается новыми оттенками безумия. Там мелькает что-то такое, что мне даже страшно расшифровывать.

Губы Джамала кривятся в широком оскале, язык скользит по зубам. Он ещё ничего не сказал, а мне уже не по себе.

– Я только что придумал охуенный вариант, как нам получить желаемое, – почти нараспев. – Тебе букет, а мне – трах. Если взять цветок…

– Не продолжайте!

Я выкрикиваю, размахивая руками. Поднос выскальзывает из пальцев и, создавая дугу, летит прямо в Джамала.

Я охаю, представляя свою кончину. Сейчас попаду в него, а мужчина меня за это грохнет!

Но Джамал успевает увернуться, реагирует на покушение хриплым смехом. Ничуть не выглядит обеспокоенным тем, что железо чуть не пробило ему голову.

– А я смотрю ты тоже флиртовать умеешь, – ржёт он и тянется к пачке сигарет. – Шикарно. Нам будет очень весело вдвоём.

– Мне не весело, – спорю я.

– Это потому что ты пока в игру не включилась. А как перестанешь за панцирем из правил прятаться – так вообще не оторвать будет. Ни от адреналина, ни от моего хера.

Я шумно вдыхаю, стараясь погасить внутри пламя смущения. Не представляю, как кто-то может говорить такие отвратительные и пошлые вещи, а при этом улыбаться.

Это грязно и развратно. Подобные комментарии вообще никто не должен делать. А всё, связанное с сексом, обсуждаться уже в отношениях. А не так…

Я едва не хнычу от того, что не знаю, что мне делать. Переминаясь с ноги на ногу, заламываю пальцы.

Я не какая-то опытная девушка, привыкшая к подобным намёкам и активным ухаживаниям.

Я привыкла к парочке похабных комплиментов и предложением переспать за деньги. С ними я умею справляться. Но так…

У меня нет заготовленных дерзких фраз на все случаи жизни. Я вообще плохо конфронтации переношу. И поэтому мне так сложно собраться.

Не только из-за страха за собственную жизнь. Но и просто не понимаю, как вообще можно оставаться с железным стержнем, когда тебя перемалывает тяжёлой аурой опасного мужчины.

– Поднос забрать не хочет? – подначивает Джамал, проводя пальцами по железу. – Не хорошо имуществом разбрасываться.

– Я потом лучше. Как-нибудь. А вообще… Знаете, вы умеете уговаривать. Прям очаровали меня своими ухаживаниями.

– Ну вот. Так и знал, что тебе зайдёт.

Мужчина ухмыляется довольно, с нотками гордости. Смотрит на меня так, словно и не ожидал другого исхода.

Он совершенно не понимает сарказма? Или издевается надо мной, чтобы точно в психушку отправить?

Но я не могу сейчас отступить. У меня всего одна идея в голове. Нет другого способа закончить это безумие.

Мне придётся использовать любой шанс, чтобы выбраться из этой передряги. Желательно живой. А ещё желательнее – оказаться подальше от Джамала.

– Я согласна, – произношу я, зажмурившись. – Согласна пойти с вами на свидание.

Девочки, приглашаю вас в ЗАВЕРШЕННЫЙ ОДНОТОМНИК!

Новинка сразу готова к прочтению)

Я - чемпион. Я привык получать желаемое. И то, что какая-то девчонка шибанула меня гантелей - меня не остановит. Она всё равно окажется подо мной.

Горячо. Откровенно. Оооочень всё между ними пылает!

Девочка чемпиона





Кто ж знал, что мальчик в которого я была влюблена в детстве, вырастет в такого ублюдка.



Усман Ахмедов - редкостный подонок. Чемпион нашего города. Он привык побеждать. Что в бою, что в жизни. Считает, что если захотел меня, что я должна прыгнуть в его постель.



Я вырубила его гантелей, а он решил, что это флирт. Мне нужно держаться от него подальше. Игнорировать.

И не допустить, чтобы он отправил в нокаут мое сердце.



– Ты обокрала меня, малышка. Пора отрабатывать.

ОДНОТОМНИК! ЗАВЕРШЕНО!



ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ





Глава 3.1


Я никогда не видела столь широкую и безумную улыбку, как у Джамала. Стоит мне согласиться на свидание, как он сияет. Буквально.

Мне очень хочется зажмуриться. И спрятать лицо в ладонях. Максимально спрятаться от внимания мужчины.

– Заебись, – довольно произносит он. – Я знал, что покорю тебя.

Было бы намного лучше, если бы Джамал покорил какого-нибудь психиатра. Или весь консилиум врачей…

Но имеем что имеем. И с этим мне нужно работать. Пока безумец не решил меня просто на плечо закинуть. От суки.

Уже не сомневаюсь, что Джамал на это способен.

– Определённо, – часто киваю я. – Пару выстрелов, и я сразу в восторге.

– Я был уверен, что тебе побольше понадобится. Рад, что мы нашли общий язык.

Я едва сдерживаю панически-раздражённый стон. Джамал явно не знаком с нюансами сарказма. Совершенно!

Но обучать я его не намерена. Пока мне это всё на руку. Больше шансов, что мой план сработает.

– Только я свидание хочу, – произношу я твёрдо. – Ужин, все дела. Без выстрелов больше.

– Естественно, – ту же кивает мужчина. – Я не додик какой-то, чтобы повторяться.

– Отлично. И я тогда пойду переоденусь.

– Нахера? Всё, что нужно, уже и так видно. Но раздеться можешь, это получше будет.

– Это потом. Когда-то. Но сменить форму мне нужно. А то рабочая униформа совсем на игривое настроение не настраивает.

– Это ты ещё в ролевухи хорошие не играла.

Моя нижняя губа дрожит всё сильнее от разочарования. Потому что у этого бугая на всё есть ответ.

Пока я каждое слово взвешиваю, он ни секунды не думает, не сомневается. Колкими ответами, как из пулемёта стреляет.

Естественно, я не собираюсь идти с ним на свидание! Это мне пару раз сотрясение и амнезию получить нужно.

Но пусть Джамал считает иначе. Отпустит меня в раздевалку переодеться. А я через чёрный выход сбегу. И на этом мой кошмар закончится.

– Ролевухи это потом, – отмахиваюсь я. – Надо же градус повышать, правильно? Постепенно. Чтобы накал не терялся.

– Это я уважаю, – соглашается Джамал. – От пресной жизни толку мало.

– Да-да. Так что пока обычное свидание, а потом уже ролевухи и прочее. И красивой быть хочется. Так что мне нужно переодеться.

– Ты и так пиздец какая симпотная.

– Это да. Но… Разве желания девушек не надо исполнять? Это, между прочим, либидо повышает.

Я готова сгореть со стыда. Во мне всё пылает, кожу на лице плавит от смущения.

Я не умею говорить раскованно или быть роковой соблазнительницей. Я сейчас максимум из себя выдавливаю, чтобы план не разрушился.

– Окей, – внезапно соглашается Джамал. – Хочешь переодеться – беги.

– Супер. Я быстро.

– Только сначала маленький нюанс.

Во мне моментально всё обрывается. Надежда мгновенно сгорает, забивая горло пеплом.

Я таращусь на мужчину не представляя, что ещё за нюанс. Какая сумасшедшая идея теперь стрельнула ему в голову?

– Поднос ты так и не забрала, – лениво тянет Джамал. – Забери.

– Да ладно… И так уже погром везде.

– Забери.

Мужчина произносит это твёрже. Вкладывает в короткое слово такую силу, что меня потряхивать начинает.

Игривые нотки взрываются, превращаясь в шрапнель. Меня пронзает, лишая любого сопротивления.

Мне становится жутко от того, как Джамал умеет меняться. Из беспечного психа превращается в жёсткого командира.

Холодок прокатывается по спине, когда мои ноги сами делают шаг вперёд. Мне нужно это сделать. Быстро и без споров.

Забрать поднос. Убежать «переодеваться». И убраться как можно дальше от ресторана.

И тогда Джамал не сможет меня найти. Ведь даже имя я ему не совсем настоящее озвучила. А вряд ли он рискнёт вернуться в ресторан, где он всё разгромил.

Возможно, хорошей идеей было бы просто потянуть время и дождаться приезда полиции. Но и становиться заложницей мне не хочется.

Я стараюсь держать дистанцию с мужчиной, быть на безопасном расстоянии.

Но Джамал держит поднос прямо возле себя. Скользит пальцами по нему, вырисовывает узоры. Ждёт.

Я аккуратно наклоняюсь, отслеживая каждое движение мужчины. Пытаюсь выхватить поднос, но громила быстрее.

Едва моя ладонь касается тёплого железа, как пальцы Джамала тут же обхватывают моё предплечье.

Рывок. Кувырок сердца. И мой полёт.

Заканчивающийся тем, что я падаю на колени к мужчине. И он крепко удерживает меня на себе, не позволяя сбежать.

– Что вы творите?! – возмущаюсь я.

– Аванс получаю, – скалится этот подонок. – Женские капризы нужно выполнять. А мужиков – ублажать. Только так работают отношения.

– Так я потом.

– А я сейчас хочу. Надо же понимать, чего я буду ждать. Вдруг такое себе? Давай, девочка, порадуй меня.

И пока мужчина прижимает меня к себе, я прижимаю поднос. И перекрестившись, принимаю единственное верное решение.

Когда губы Джамала стремительно приближаются к моим, я замахиваюсь подносом. И едва чувствую вкус табака – опускаю железо на голову мужчины.

– Еба…

Тянет он, ослабляя хватку. Я вскакиваю резко, ошарашенно смотрю на громилу. Он не отключается. Но взгляд у него становится расфокусированным.

Медленно, чуть заторможено, псих тянется к своей голове. Ошалело моргает. А после и вовсе прикрывает глаза.

Мамочки…

Если я его убила – это же примут за самооборону? Я в тюрьму не хочу! Я плохо с новыми людьми схожусь!

Кажется, Джамал отключается. А я поглаживаю вмятину на подносе и совершенно не понимаю, что теперь делать.

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ

Есть одна огненная парочка, где девочка бандита лопаткой бьет... Но это не так страшно, как то - что они бывшие. И любая их встреча взрывоопасна! Сегодня СКИДОЧКА!

Барс. Сделаю моей





– Не дергайся, пташка, – бандит сжимает меня в своих руках. – Игра окончена. Пришло время платить по счетам.

Когда ты достаточно дурочка, чтобы связаться с бандитом... Приходит время сбежать от него.

И, к сожалению, иногда приходит время, когда он находит тебя.

Самир Тарнаев по кличке Барс - наглый, опасный непредсказуемый ублюдок. Он привык ломать людей. И заодно - ломать моё сердце.

Хищник, выпущенный из клетки.

Когда-то я любила его. Сейчас ненавижу и боюсь. Но Барсу плевать. Он привык следовать лишь за своими желаниями.

И сейчас он желает меня.

– Снимай платье, пташка. Пора заслужить моё прощение.



XSrREcCY

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ





Глава 4


– В смысле – ты виновата?

Дашка смотрит на меня, выпучив глаза. Я только могу шмыгнуть носом и сильнее разрыдаться.

Слёзы льются градом, обжигают лицо. Я слизываю соль с губ и снова всхлипываю.

Перед глазами – кабинет начальника. И разговор, который состоялся после той стрельбы…

Мамочки, как всё так могло плохо закончиться? Что мне теперь делать?

Я ведь такой счастливой была, что смогла Джамал оглушить и сбежала от него. Верила, что весь ужас закончился.

Я даже не подозревала, что основной кошмар – впереди.

– Ну-ну, не плачь.

Подруга пытается меня утешить. Забирается ко мне на кровать, прижимает к себе. Поглаживает меня по волосам.

Но это не помогает. Я крепко обнимаю её, продолжая плакать. Меня поймёт только тот, чья жизнь была полностью разрушена.

Когда ты задыхаешься от паники и осознания, что ничего сделать нельзя. Что тебя несправедливо обвинили, и всё, что остаётся – скулить от обиды.

Я думала, что во время угроз Джамала – был крах моей жизни. А оказалось, что последствия ещё хуже.

– А вот так, – я всхлипываю. – Начальник сказал, что стрельба из-за меня началась!

Едва с порога не заявил, когда я вошла к нему в кабинет. А я ведь думала, что мы встречаемся, чтобы я показания дала.

Заявление там написала или подтвердила что-то. Ведь после такой стрельбы должно быть расследование, поиски безумца…

Несколько дней ресторан был закрыт. Нам никто не звонил, не трогал. Все сотрудники между собой переписывались, шушукались.

Никто не понимал, что будет дальше. По одному стали для разговоров вызывать. Меня на конец оставили.

– Мол, тот псих стрелял, потому что я его раззадорила, – я кашляю, стараясь вернуть севший из-за плача голос. – Мол, не должна была провоцировать, а потом отказывать.

– Провоцировать?! – Даша аж подскакивает возле меня. Старая кровать жалобно скрипит. – Он вообще идиот конченый? Ты же ни при чём!

– Я так и говорила ему! Но Симонову плевать. Он сказал, что если стрельба из-за меня была – то я и должна ущерб оплачивать.

– Вот ещё. Ничего ты ему не должна. Совсем уже? А будет давить… Я ему… Я… Я сама тот рестик и сожгу.

Я хрипло смеюсь. На душе паршиво, но подруга умеет развеселить. Она всегда такой была. Безбашенной и смелой.

Возможно, поэтому мы и подружились, хотя полные противоположности. Просто мне хотелось капельку быть на неё похожей.

Уметь отстаивать себя, уверенно обидчикам отвечать. Не быть тихоней, которая постоянно не знает, что ей делать.

Мы познакомились два года назад, когда я только поступила. Даша искала, с кем бы снимать квартиру, а у меня было очень туго с деньгами.

Мы сошлись вместе в бытовом плане, было комфортно вместе. И быстро подружились, нашли общие темы.

Обе из маленьких городов, где с образованием плохо было. Не набрали нужных баллов для поступления на бюджет в столице.

Я не скажу, что глупая. Мама у меня сама учительница, старалась как могла, чтобы я хорошо училась. Но столица – это совершенно другой мир. И для моей специальности нужно было английский сдавать, а его я знала плохо.

Так что пришлось идти на платное обучение. И на заочку, естественно. Чтобы всё совмещать.

У Даши похожая ситуация была. Мы обе старались в столице приспособиться, пробить себе дорогу в лучшую жизнь.

Только Даша в этом больше преуспела. Давно съехала. Она нашла какую-то работу в клубе, да и парень ей вроде помогает. У неё с деньгами проблем нет.

– Ну или я помочь могу, – предлагает подруга. – Я немного насобирала, да и доход сейчас хороший…

– Там на миллионы сумма, – я качаю головой. – Начальник когда озвучил – я думала, что сознание потеряю.

– Сколько?

Я называю, а подруга ахает, прикрывая рот ладонями. Я так же отреагировала.

После того как поняла, что Симонов не шутит. Действительно уверен, что это я всё должна платить.

Я осознаю, что это просто развод на деньги. Моей вины нет. И начальник просто ищет, как ущерб покрыть, чтобы самому с проблемами не сталкиваться.

Но мне-то от этого не легче!

– Он судом угрожал, – я зажмуриваюсь. – Сказал, что либо буду убытки покрывать… Либо он в суде ещё больше сумму запросит. И заставит меня платить! В нашем ресторане судьи обедают, Симонов их всех знает!

– Ну… Можно же на банкротство подать? И тогда ничего платить не нужно!

– А ещё и разные сомнительные личности ужинают. С типичной внешностью бандитов.

Я съёживаюсь, сильнее натягиваю растянутую кофту. Обнимаю себя за плечи, стараясь спрятаться.

Я за эти несколько часов все варианты продумала. Но поняла, что ни один из них не сработает.

Если я откажусь платить – начальник меня в суд потащит. Если попробую объявить себя банкроткой…

То он пришлёт кого-то похуже судебных приставов. И у меня всё равно отвертеться не получится.

А я не знаю, где мне такие деньги взять! У меня каждая копеечка расписана, всё строго под счёт.

Все чаевые с работы я маме отправляла. А белая зарплата – минимальная, на аренду и еду. А теперь я вообще без работы осталась!

Ещё и с долгами.

Мне хочется лечь и не вставать. Просто исчезнуть на несколько лет, пока не перестанет в груди ныть от несправедливости.

Я чувствую себя опустошённой и разбитой. Ни крупицы энергии в моём теле не осталось.

Но я понимаю, что у меня нет права на слабость. Нужно собраться и что-то придумать.

Вот только как студентке миллионы заработать?! Кредит на такую сумму мне никто не даст. По частям – это очень долго.

А Симонов угрожал ещё и проценты включит за то, что ресторан сейчас не работает!

– Слушай, – неуверенно тянет Даша. – Я могу спросить у женщины, на которую я работаю… Возможно, она поможет с деньгами. Она иногда даёт заём работницам своём.

– Заём? – я напрягаюсь, чувствуя неладное. – Кто вообще новым сотрудницам такие кредиты выдаёт? Ты говорила, что работаешь в клубе.

– Угу. Вроде того. Но ты в жопе, разве нет? А Арабина многим помогает. И защиту выдаёт. На случай если тот псих с пистолетом снова объявится. Она может сделать твою жизнь намного лучше.

– Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. В чём подвох?

– Ну… Тебе придётся своими принципами поступиться. Но разве ты не готова на всё, чтобы из этого кошмара выбраться?

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ





Глава 4.1


* * *

Мне очень не нравится идея Даши. От слова вообще, никак и ни при каких обстоятельствах.

Вот только обстоятельства, зараза, именно такие, когда ты готова на всё согласиться.

Подруга не озвучивает никаких чётких задач или объяснений, очень уклончиво и расплывчато рассказывает о том, что её начальница – Арабина – различные мероприятия устраивает.

А после Даша и вовсе заявляет, что ей надо сначала с начальницей переговорить, а потом уже мне всё объяснять.

Стоит ли говорить, что после этого моё волнение потолок пробивает?

Я первращаюсь в сгусток нервов и паранойи. Всё кажется, что в любую секунду в съёмную комнату ворвутся братки из девяностых, пришедшие за долгом.

Я вздрагиваю от любого шума. Звонок дверь током в груди отдаёт – а это лишь к соседкам по квартире друзья приходят.

И я никак не могу отвлечься. Очень сильно стараюсь, но получается слабо. Вникаю в конспекты, а в голове всё равно тот разговор проигрывается.

Учёба превращается в мучение. Я с огромным облегчением отвлекаюсь на звонок телефона.

– Доченька, ты как? – суетливо уточняет мама. – Всё хорошо? Ты не звонила. А мы переживали, соскучились…

– Да, – вру я, имитируя радостный голос. – Всё прекрасно. У вас всё нормально?

– Конечно. Не переживай за нас. В полном порядке. Дениска только заболел, на лекарства все деньги ушли… Но так нормально! Вон Дианка резвится, прыгает. Куртку порвала, представляешь? А мы-то надеялись, что до осени не нужно будет покупать… А ещё соседка наша…

Мама щебечет, рассказывая обо всём, что происходит. Старается забавными историями меня впечатлить, но всё, что я слышу: «деньги, деньги, деньги».

Мама не просит помочь. Никогда такого не делает. Но как я могу держаться в стороне, когда маленькому братику нужны лекарства? А четырёхлетней сестричке – одежда?

– Мам, мне идти надо, – не выдерживаю я. – Надо…

– Конечно-конечно! – торопливо соглашается мама. – У тебя же работа, учёба. Умница наша…

– И с работой… Ресторан мой… Закрыли. Пока что я без работы. Так что я не уверена, сколько и когда смогу прислать…

– Не переживай о нас, доченька. Мы справимся. Мелкие вообще только за будут, чтобы одни макароны кушать. Прорвёмся.

Вот это мне и не нравится! Я хочу, чтобы мои брат и сестра нормально питались, а не перебивались чем ни попадя.

Мама никогда не признается, что в кошельке пусто. И этим я в неё пошла. Не могу признать, что у меня полный голяк.

– Я что-то придумаю и пришлю, – обещаю, а сама впадаю в полное отчаяние.

Что здесь вообще можно придумать?!

Господи, где учебник по тому, как во взрослом мире выживать? Подсказки, как справится с последствиями ухаживаний какого-то психа?

Я буквально тону в пучине волнения и отчаяния, когда на следующий день мне звонит Даша.

– Арабина согласна на встречу, – сообщает подруга. – Готова даже аванс дать, если договоритесь. Но она сама тебе всё расскажет. Приезжай сейчас, адрес я скину.

– Прямо сейчас? Но я…

– Да, сейчас. Она очень занятая женщина. Если хочешь выбраться из жопы – действуй.

У меня совсем нет времени, чтобы решить, насколько эта затея плохая. Даша поторапливает, а тревога буквально выжигает любые мысли.

Но ведь разговор ничего не значит ещё. Я могу выслушать предложение, а если пойму, что там что-то плохое…

Да конечно плохое! Я не дура, чтобы думать, что мне за красивые глазки кто-то заплатит много денег.

Но может… Не совсем плохое? Или там работа официанткой в кредит? А что?

Я хорошо работаю! Я могла бы взять кредит у Арабины и отрабатывать его в клубе. И найти ещё одну подработку, чтобы себя прокормить. И как-то справлюсь.

Труда я не боюсь. Хоть мама всегда и повторяла мне, что лучше умом деньги зарабатывать, но я и физической работы не чураюсь. Всё могу.

Пока я еду в нужный клуб с тремя пересадками, успеваю себя приободрить. Настраиваюсь на нужный лад.

Выскакиваю из автобуса и едва не падаю – так сильно у меня подрагивают коленки.

Так. А ну собралась!

Не съест же меня Арабина в конце концов. А всё остальное пережить можно. Нужно быть уверенной и решительной, чтобы нормально обо всём договориться.

– Блин, – хмурится подруга, едва увидев меня. – А другого наряда не было?

– А что не так? – я растерянно оглядываю свои чёрные джинсы и футболку. Поправляю волосы, собранные в хвост. – Прилично же.

– И очень оверсайзно. Так, ладно.

Я даже отшатнуться не успеваю, как Даша стягивает резинку с моих волос. Зарывается пальцами в пряди у корней, пытаясь создать объём.

Я ахаю от возмущения, а подруга тут же этим пользуется. Наносит блеск на мои губы, критически осматривает.

– Ладно, – выдыхает она. – Пойдёт.

– Пойдёт для чего? – мне всё больше это не нравится. – Это собеседование или смотрины?

– Не тупи. Надо всегда выглядеть на все двести. Чтобы произвести впечатление. Так, пошли. И запоминай!

Даша подхватывает меня под руку, затягивает внутрь закрытого клуба. Там ещё пусто, лишь работники.

Точнее, работницы. Весь персонал – это молодые девушки. Красивые, очень ухоженные. Некоторые в нарядах официанток, большинство – в красивых платьях.

А они кем работают?

– Не скромничай, не жеманничай, – проводит инструктаж подруга. – Но и не дерзи. Просто будь собой. Арабина людей на раз два читает. И ненавидит фальшь. Поняла?

– Вроде…

– И вопросов лишних не задавай. Она сама тебе всё расскажет. Если уж в конце ничего не поймёшь… То лучше у меня спроси. Арабина любит понятливых и смышлёных. Ну, чтобы время не тратить зря.

– Звучит, как будто у неё много запросов.

– Конечно. Она такой бизнес держит десятилетиями. Её и бизнесмены, и политики уважают. И даже криминальные авторитеты. Никто не трогает ни её, ни её работниц. Никогда.

Подруга поднимается по винтовой лестнице на второй этаж, а после тормозит у дальней двери.

Окидывает меня быстрым взглядом, словно прикидывает что-то. Даша заметно нервничает.

У неё проблемы будут, если я не понравлюсь? Или это она так за меня переживает?

– Ну, не дрейфь, – ободрительно улыбается она. – Обещаю, всё будет отлично.

В тот момент я ещё не знала, что у подруги с обещаниями всё очень плохо.

Херовый из меня телохранитель. Провел с девчонкой ночь, а она оказалась новым делом. Должен защищать, а хочу вжимать в кровать и...

Что сильнее? Принципы или влечение к этой фиалке?

Девочка под запретом





– Присмотри за моей сестрой, – просит друг. – Только тебе могу доверить. Ты её не тронешь. А я за неё любого подвешу.

– Понял, – торможу его. – Но я не нянька.

– Побудь телохранителем. А я в долгу не останусь.



Я не планировал соглашаться. Но кто же знал, что сестра друга - там самая девчонка, с которой я провёл ночь.

Невинная фиалка. Которой в моем мире нет места.

За неё порвут и закопают. Её мне никак нельзя.

Девочка под запретом.

Которую мне до жжения в крови хочется сделать своей.

Только права на это не имею.

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ





Глава 5


Арабина…

Выглядит совершенно не так, как я её себе представляла. Бизнес-леди, держащая клуб и властных мужчин под каблуком…

Ну, она должна быть в дорогих, пафосных нарядах, да? В платье с ценником, как моя годовая зарплата. Или брючный шикарный костюм.

Укладка там, профессиональный макияж…

Я мало крутилась в обществе успешных и богатых людей, но в кино насмотрелась. Образ довольно понятный складывается.

Только Арабина, сидящая за огромным столом в кабинете, выглядит совсем иначе. Необычно, немного комично даже.

На её тёмных с сединой волосах перевязан цветной платок. Массивные серьги в виде колец едва не половину её лица перекрывают.

Женщина делает взмах рукой, приглашая меня. И я замечаю, что у её платья широкие рукава. Как в танцевальных костюмах, если не шире.

Так выглядят цыганки в сериалах. Но уж точно не успешная бизнесвумен.

Она выглядит очень взрослой, старше моей мамы. Но при этом по её лицу словно невозможно прочитать возраст.

Глянешь – и старушка, повидавшая жизнь. Глянешь вновь – и обычная женщина с блестящим взглядом.

Словно Арабина решила со старостью в загадки поиграть. Перехитрила её и всех вокруг.

– Это я только с отдыха приехала, – смеётся женщина, понимая моё потрясение. – Ты от Даши, верно?

– Да, – я киваю. – А вы – Арабина.

– Верно, верно. Присаживайся, чего уж стоять. Ноги длинные твои я оценила, можно и отдохнуть.

Я теряюсь от такого заявления женщины. Хотя… Стоит признать, что я уже давно потеряна. Утонула в водовороте происходящего. А спасательной операции не предвидится.

Единственная надежда – что я сама смогу оттолкнуться от дна и выбраться.

Я неловко усаживаюсь на стул, сжимая пальцы на коленях. На фоне Арабины мой наряд совсем уж блёклым кажется.

– Итак, Дарья мне обрисовала твою ситуацию, – голос женщины становится немного строже. – Нужно много денег в кратчайшие сроки. Всё так?

– Так, – со вздохом соглашаюсь я. – Но там не я виновата. Я хорошая сотрудница. Просто…

– Просто, как обычно, мальчики играются, а расплачиваться девочкам.

– Там не совсем мальчик был. Грозный мужчина. На бандита похож.

– Все они мальчики, что в десять лет, что в сорок. Играются в свои войнушки, игрушками хвастаются. С возрастом только ещё и куколки интересовать начинают, а так – ничего не меняется. Правду я говорю?

Я часто киваю, потому что спорить нет желания. Да и что тут говорить? Арабина довольно чётко описала портрет Джамала.

Тот очень радостно своим «пистолетиком» хвастался. Так активно, что я теперь в болоте проблем тону.

– Вот они наиграются, козлята эти, – продолжает женщина. – А бардак убирать приходится нам, женщинам. Сильный бардак после себя оставил твой мальчик?

– Сильный. Но он не мой. Я вообще его не знала! А он ресторан разгромил, а долг на меня повесили. И…

– Не строчи так, будто за слова тебе платят. Я всё уже знаю.

Арабина взмахивает пальцами, словно мои голосовые связки сжать пытается. Десяток браслетов позвякивают на её запястье.

Я пристыженно замолкаю, опуская взгляд. Разволновалась и начала лишнее болтать. Мама всегда учила, что каждое слово по делу должно быть.

Но Арабина меня обескураживает. Манерами своими, жестами, словами. Она совершенно не та женщина, с которой я диалоги выстраивала.

И поэтому себя сейчас чувствую неуверенно. Не знаю, как правильно себя вести с такой женщиной.

– Знаю и сумму точную, и кому должна, – сообщает Арабина. Я потрясённо ахаю. – А ты чего хотела? Работа у меня обязывает. Всё знать. Мальчики уже много лет подряд делают глупости с одинаковым вдохновением. А потом приходят женщины и пытаются эти глупости оплачивать. Так что я всё узнала. Могу предложить тебе половину этой суммы.

Я поджимаю губы. Не знаю, радоваться мне или ещё сильнее опасаться. Даже половина долга – это невероятная помощь.

Вот только что мне за это придётся делать?

Арабина и может выглядеть колоритной женщиной из какого-то далёкого посёлка. Но она не так проста. Это чувствуется.

– Но за простой благотворительностью не ко мне, – строго произносит Арабина. – Я помогаю всем, только не в ущерб себе. Я не монастырь и не фонд поддержки чужих ошибок. Помочь могу. Спасать не буду.

– Я понимаю. Я готова на самую тяжёлую работу, – обещаю я. – Вы только скажите, что именно от меня требуется.

Арабина широко улыбается, но есть в этой улыбке что-то пугающее. Лукавое. Хитрое, опасное. Предостерегающее.

Надо бы сваливать отсюда поскорее, но мышцы не слушаются. Смотрю на неё загипнотизированно, ответа жду.

Взгляд женщины быстро скользит по мне, но в основном держится в районе лица. Сверлит. Словно читает меня.

От такого пристального внимания кожу начинает пощипывать.

– Скажи мне, деточка, – Арабина пытливо прищуривается. – А бегаешь ты быстро?

Скидочка на законченную историю. Однотомник!

А как выгнать бандита из дома? Завалился, прописался, ещё и пристает! Что в таких случаях делать надо?

Проблема для бандита





– Ох, какая рабочая девчонка ко мне попала.



Крупный мужчина нагло и откровенно рассматривает меня. И явно не подразумевает, что работать я буду умом.



И вот кто знал, что попытка найти сенсацию для журнала приведёт к такому?!

Я ввалилась не на тот склад, и застала бандитов за продажей товара.

И их главарь не намерен просто так меня отпускать.

UqyvYtu8

Он хочет меня в качестве компенсации.



– Раздевайся, лапушка, будешь задабривать, чтобы другим не отдал.





Глава 5.1


Я девочка с воображением. Я могу многое представить и нафантазировать. А уж сколько вариантов разговора с Арабиной я прокрутила в голове

Но мне и в голову не приходило, что она спросит о моих способностях лёгкого атлета.

В очередной раз эта женщина умудряется ошарашить меня настолько, что я не нахожусь с ответом.

Возможно, я поторопилась с выводом, что Джамал может взорвать мой мозг. Тут второй претендент появился.

– Бегать? – переспрашиваю в надежде, что ослышалась. Но Арабина лишь выжидающе смотрит на меня. – А зачем вам моё умение бегать?

Женщина недовольно поджимает губы, превращая их в тонкую нитку. Качает головой, от чего её массивные серьги выплясывать начинают.

Под ложечкой болезненно сосёт от волнения. Ведь Арабина теряет весь образ добродушной женщины, превращаясь в угрозу.

В её тёмных глазах блестит негодованье, и мне хочется сжаться. Спрятаться.

Я опускаю взгляд на свои колени и вспоминаю слова подруги. Её предупреждение о том, что начальница не любит лишних вопросов.

Но это не лишний вопрос. А самый адекватный и закономерный! С каких пор официанткам нужно бегать?

Нет, конечно, женщина ещё не огласила точную позицию, на которую хочет нанять меня.

Но даже если предположить что-то грязное и пошлое… То бег там тоже ни при чём.

Поэтому я настолько сбита с толку, что в голове ветер гуляет. Разгоняет и так несвязные мысли.

Я ощущаю себя так, словно несколько дней назад в зыбучие пески недоумения провалились. И теперь меня затягивает всё сильнее и сильнее.

– Так бегаешь или нет? – повторяет женщина вопрос суровее. – Мне нужно несколько девушек, скажем так, для марафона.

Я ненавижу повторять за кем-то, переспрашивать уже услышанное. Но то, что говорит Арабина не укладывается в голове.

Я делаю над собой усилие, проглатывая лишние вопросы. Поднимаю голову и встречаюсь с её взглядом. Выдыхаю:

– Спать я ни с кем не буду. Меня не интересует продажа собственного тела. Я…

– Принципиальная, гордая, невинная, – Арабина кивает с насмешливой улыбкой. – Все мы такие, пока жизнь не прижмёт. А потом девочки понимают, что есть варианты куда приятнее, чем ошибки мальчиков исправлять.

– Не буду. Боюсь, если вы хотите мне предложить проституцию – то произошла ошибка. Благодарю за уделённое внимание.

Я поднимаюсь, загоняя всё волнение подальше. Отгоняю разочарование из-за того, что не получилось.

Я ведь успела поверить, что появилась надежда. Взять заём, решить проблемы.

Но намёки Арабины… А так же её завуалированные намёки и рассказы… Всё намекает на то, что законной и моральной эта работа не будет.

Я только понять не могу – как Даша подобное мне предложить могла? Что она вообще делает в обществе такой как Арабина?

– Сядь!

Женщина не рявкает, но в её словах столько силы невидимый, что меня обратно в кресло роняет.

Лопатками я вжимаюсь в мягкую спинку, таращусь на Арабину. Проклинаю себя за то, что стержень внутренний у меня не самый крепкий.

– Марафон есть марафон, – недовольно разъясняет женщина. – Мои клиенты, скажем так, любят различные мероприятия. Нужно удивлять. И новый вариант – это марафон. Или вернее – что-то вроде догонялок.

– И моя задача – убегать? – я кривлюсь, потому что это звучит ужасно. – Это звучит как…

– Звучит как есть. Ты бежишь, тебя догоняют. Всё просто. Возможно, выглядит не очень возвышенно, но мужчины с деньгами любят что-то новенькое. Обычная жизнь пресной для них становится очень быстро.

– А когда они меня догонят?

– Ничего не будет. Ты за кого меня принимаешь? Что я девочек на убой отправляю? Или силой под мужиков подкладываю? Я таким не занимаюсь. Я шоу устраиваю, радость дарю. И сотрудницам, и клиентам. Все довольны, никто у меня не делал ничего, чего бы не хотел.

– Это всё звучит слишком идеально. Подозрительно идеально. Платят деньги, чтобы просто побегать?

– Не понимаешь ты, девочка, как мужская психология устроена. Мальчики ведь не приз хотят, им охота интересна. Найти, похвастаться. Никто против твоей воли ничего не сделает. Поймают и отпустят. Им атмосфера нужна, азарт и адреналин. Поэтому и платят хорошо. Та сумма, что я предложила – это за одну такую игру.

Мои глаза округляются. Инстинкт самосохранения взвывает сиреной в голове, пока воображаемый калькулятор просто взрывается.

Это невозможно, чтобы кто-то предложил такую огромную сумму за какие-то детские догонялки.

Я понимаю, что люди с деньгами часто разум теряют. Взять те же кольца за сотни тысяч долларов. Или десяток домов, в которых они не бывают…

Но есть же какие-то лимиты! Зачем тратить сумасшедшие деньги на то, чтобы побегать?

Я могу принять, что это новизна. А ещё острота ощущений. И некое необычное шоу, которое развлекает толстосумов.

И если всё так просто, как обещает Арабина – то предложение невероятно заманчивое. Побегала и проблемы решила.

Но я не настолько наивна, чтобы верить в чужую добродетель. Да и сама Арабина сказала, что благотворительностью не занимается.

– Почему я? – я прищуриваюсь. – У вас полно сотрудниц, которые согласятся. Не думаю, что я такая особенная.

– Правильно, девочка, говоришь, – кивает женщина. – Умница, что поняла это так рано. Никто из нас не особенный. Но ты красивая. А ещё – новое лицо. Мои девочки в разных шоу участвовали. А клиенты хотят новых участниц. Вот и всё.

– Я уточню. Я бегаю быстро, создаю шоу. А когда поймают – я просто ухожу?

– Именно. А если тебя не поймают – то точно пригласят ещё раз в шоу поучаствовать. И снова заплатят. Всё от тебя зависит, девочка. Бегаешь ли ты быстро. И хочешь ли закрыть свои долги.

Женщина больше ничего не добавляет. Замолкает, отворачиваясь к панорамному окну, через которое за сотрудницами наблюдает.

Она не давит на меня, не убеждает. Сделала своё предложение и позволяет мне самой решить.

Это плохая. Ужасная. Отвратительная идея.

И я ещё десяток раз пожалею, что вообще пришла на встречу к Арабине.

Но желание выпутаться из болота перевешивает в эту секунду. Мои губы распахиваются:

– Да. Бегаю я быстро.

Кто же знал, что идея посадить плохого дядю может принести проблемки? А он теперь хочет, чтоби я отрабатвала. Во всяких позах!

Скидка на горячую и шикарную историю, которая не оставит вас равнодушными.

Пташка Барса





– Ты моего брата засадила. А Барс без бабы неуправляемым становится. Поедешь исправлять косяк.

– Как? Куда?!

– На зону. Позу выберешь сама. Если Барс позволит.



Все! Все, блин, знали. Одна я дурочка решила написать заявление на какого-то там Тарнаева.

Который оказался криминальным авторитетом по кличке Барс.

Наглый, опасный непредсказуемый ублюдок, который привык ломать людей.

Хищник, запертый в клетке.



И теперь я оказалась наедине с ним. На целых три дня.

u7h9_smL

– Я, знаешь ли, три месяца на сухом пайке, – ухмыляется Барс. – Из-за тебя. Придётся отрабатывать.





Глава 6


Я окончательно убеждаюсь, что вляпалась в подставу, когда мне выдают униформу.

Хотя, не хотелось бы оскорблять официальный наряд тем нечто, что должна надеть я.

А ведь это действительно нечто.

Белое. Кружевное. Полупрозрачное местами настолько, что становится неловко.

Тонкие бретели, расшитый лиф, бахрома на юбке. Всё блестит, переливается и выглядит так, будто создано не для работы, а для того, чтобы мужики пялились подольше.

Тонкая ткань струится между пальцами, почти невесомая, будто её соткали не из нитей, а из паутины.

Я, конечно, понимаю, что опустилась ниже некуда. Участвую в шоу, которое мужчин развлекает.

Мои принципы вопят, скромность просто рыдает. А честь вообще покинула меня на время. Не согласна участвовать в этом кошмаре.

Но марафон по лесу – это одно дело. А бегать в этом… Это уже что-то очень девиантное.

Полупрозрачная ткань облегает тело второй кожей, а расшитые узоры лишь создают иллюзию приличия там, где её почти нет.

Ни карманов, ни удобства, ни возможности нормально двигаться.

Красота ради красоты. Я одёргиваю короткую юбку и недовольно смотрю на своё отражение.

Волосы рассыпаются по плечам мягкими волнами, сливаясь с кружевом. Из-за этого я кажусь ещё более хрупкой. Ещё более безобидной.

Аура слабости словно мерцает вокруг меня, подчёркивая мой тихий характер. И мне это совсем не нравится.

Я похожа не на сотрудницу, а на дорогую куклу, которую выставили на витрину.

Единственная радость – каблуки к такому наряду не полагаются. Лишь босоножки, с длинными ремешками, овивающим мои икры.

– Не кривись, – фыркает Даша. – Я бы тоже с радостью поучаствовала в этой охоте. А меня не взяли. Буду чисто рядом крутиться, с теми, кто просто отдыхает.

– Крутиться? – я хмурюсь. – В плане?

– Не бери в голову. Просто помни о том, как тебе повезло. Арабина вообще новеньких редко на такие мероприятия берёт. Чтобы ничего не испортили. Цени это, ладно?

Между строк я читаю совсем другое. Скорее мольбу подруги, чтобы я не подвела.

Но я не думаю, что как-то могу испортить марафон. Бежи и всё. Особых навыков не нужно.

Я наивна, знаю. Но отчаянно цепляюсь за то, что ничего плохого со мной не случится. Арабина обещала, что всё прилично.

И пусть плохо доверять незнакомым женщинам, но ведь меня Даша привела. А она бы ни за что не подвела меня!

Я просто накручиваю себя. Нужно успокоиться и игнорировать экстравагантный наряд. Как и саму суть мероприятия.

Это можно сравнить… Наверное, с языческими обычаями? Или какими-то древними ритуалами.

Когда девушки и парни ради веселья прыгали через костёр. Наверное, устраивали забег по лесу тоже. Это просто развлечение.

– Пошли, – Даша хватает меня за ладонь. – Ты и так до самого старта прячешься здесь. Нельзя же так.

– Почему это? – я ощетиниваюсь. – Отличный план. Я не хочу, чтобы на меня кто-то пялился. Это ужасный наряд и…

– Прекрасный наряд. Прекращай, Лист. Фигура у тебя шикарная, грех не показать. Да и… Ладно, мы это не обсуждали. Но пора.

– Что пора?

Подруга тащит меня на выход из шатра, в котором переодевались все девушки.

Мы оказываемся на поляне возле старинного особняка. Здесь очень пустынная местность. Лес, одинокий дом.

И толпа мужчин, приехавших на марафон. Я даже не думала, что столько людей заинтересуется.

Но мужчин действительно очень много. Словно они шоу и конференцию по бизнесу перепутали.

Некоторые – довольно пожилые. Но спортом заниматься – это ведь полезно! Их только похвалить можно.

Многие одеты просто – футболки, гольфы, спортивная одежда. Некоторые в деловых костюмах.

Контраст поразительный. Но при этом такой нюанс никого не смущает. Мужчины спокойно общаются между собой.

А сотрудницы Арабины крутятся вокруг. То напитки подносят, то просто болтают.

– Улыбайся, ради бога, – цедит Даша тихо. – Поулыбайся им, в идеале – поболтай. Будь милой, оки?

– Зачем? – я не могу сдержать свою тягу к вопросам. – Само собой, я не стала бы им грубить. Но общаться…

– Потому что тебе нужно закрыть долги. Просто за пробежку не получится. Так что лучше влюби в себя парочку мужчины.

– Это неприлично! Ты мне предлагаешь…

– Пообщаться. Господи, пора уже завязывать с режимом ханжи. Тут такие мужики крутятся… Да некоторые тачки дарят просто за общение. Мне не дарили, конечно, но девочкам… А ты прям их типаж. Невинная, наивная и всё такое.

Я кривлюсь, не скрывая своего отношения к идее подруги. Мне совершенно не нравится, куда она ведёт.

Каждый, конечно, зарабатывает как хочет. И я искренне рада за ту девушку, которой машину подарили. Но я так не хочу.

Я кошусь на Дашу. Совершенно не узнаю её в последнее время. То, на что намекает подруга – это не в её характере.

Мы же с ней всегда похожи были. Так почему она вдруг так легко намекает на продажный флирт?

– Блин, – Даша цокает, когда раздаётся гонг. – Тебе пора. Но подумай о моих словах. Я же тебе добра желаю. Твой начальник на этих людей молится. А ты с ними подружиться можешь. На твоём месте я бы не упускала такой возможности.

Я угукаю, но не сосредотачиваюсь на словах подруги. Уже двигаюсь в сторону места, где собираются все девушки.

Мне объяснили, что гонг звучит за десять минут до старта. Потом мы побежим, и у нас будет ещё пять минут форы.

У меня вообще была мысль, чтобы меня поймали одной из первых. Тогда вообще не придётся долго участвовать в этой непристойности.

Первой же не страшно проиграть?

Заглянем в запретную книжечку, которая сейчас по скидке? Только аккуратно, там о-о-очень горячо! Однотомник, завершено.

Что может быть хуже наглого бывшего? Когда он становится твоим сводным!

И при этом не держит свои развратные руки при себе...

Мой сводный бывший





- Пошел вон из моей спальни, - всрикиваю я, смотря на бывшего.



Мой бывший - редкостный ублюдок. Но хуже того - теперь он стал моим сводным.



Дан Морозов - наглый, беспринципный мажор. Самовлюбленный демон, не знающий слова "нет". Который среди ночи забрался в мою комнату.



Я прижимаю к себе одеяло, пока Дан наступает на меня. На его губах играет хищная улыбка, а рука тянется ко мне.



- Ты ещё не поняла? Я хочу тебя. А я всегда получаю то, что хочу.





Глава 6.1


Но… Специально проигрывать как-то некрасиво. В душе скребёт от мысли, что я буду жульничать.

– Говорят, – слышу перешёптывания девушек. – Кого последними ловят – там чаевые намного больше.

– Типа за то, что бегаешь быстро?

– Типа. Более ценная добыча, раз другие не догнали.

Ладно, возможно побегать подольше – даже неплохая идея. Хотя я буду благодарна и за ту сумму, что Арабина предложила.

Сумасшедшие деньги. Нет, мне никогда не понять богатых людей, которые вот так тратятся.

Я нахожу ещё странный момент – никто особо не разминается перед забегом. Я, конечно, разогрелась ещё в шатре. Перед тем как натягивать этот наряд.

Но не видела, чтобы кто-то делал то же самое. Даже стопы не разминают, хотя это самое главное.

Я машинально оглядываюсь, стараясь чем-то занять бурлящий разум. Веду ногой в разные стороны, тяну мышцы в области щиколотки. Заодно и проверяю, насколько удобная подошва у босоножек.

Некоторые мужчины подходят к нашей группе, начинают вести беседу. Я стараюсь забиться в центр толпы, чтобы не участвовать в этом.

Я и так максимально игнорирую чужие взгляды. Хотя всё не так ужасно, как я предполагала.

Маслянистые и похотливые взгляды есть, но их и в ресторане хватало. Некоторые просто не знают о приличиях.

Но в основном всё хорошо. Никто не нарушает личных границ, не лезет. И я всё больше убеждаюсь в том, что просто сама загнала себя в панику.

Я взмахиваю ладонями, стараясь остудить пылающую кожу лица. Несмотря на то что уже вечер – всё равно жарко.

Воздух разогретый, душно. И кожа покрывается лёгкой испариной. Я мечтаю уже поскорее бежать, чтобы хоть немного ветерка было.

Очередным взмахом руки я задеваю бахрому на юбку. Одна из полосок отрывается. Ой, мамочки.

Надеюсь, Арабина не ожидала, что после забега наряд будет в первоначальном виде?

Но мусорить не хочется в любом случае. Поэтому я быстро нагибаюсь, хватая ткань с земли.

– Твоя задница в этом наряде ещё лучше.

Бархатный мужской голос превращается в удавку на моей шее. Затягивает, заставляя хрипеть.

Я понимаю, в какой позе застыла. Выпятила попку, она прям на виду. Но разгибаться я не спешу.

Готова всё списать на то, что у меня спину защемило. Но если откровенно… Мне чертовски страшно.

Потому что такие рокочущие и игривые ноты я слышала только у одного мужчины. Любителя пострелять.

Горячая дрожь растекается по телу, собирается бешеной пульсацией в груди. Меня перетряхивает от догадки.

Нет. Невозможно. Ну я же хорошая девочка! Я не грешу практически. Одногруппникам помогаю!

Ну не может Джамал…

Ну нет…

Пожалуйста, мир, не будь уж настолько жестоким ко мне. Я и так поняла, что кнут – твой любимый инструмент.

– А я знал, что ты девочка развратная, – раздаётся смешок. – Вон как задницей виляешь. Можешь не волноваться, я уже всё рассмотрел. Пришла пора щупать.

– Не надо!

Через мышцы ток проходит. Я резко выпрямляюсь, едва ли на месте не подпрыгивая. Резко разворачиваюсь к мужчине.

К моему огромному сожалению, нет больше на этой земля такого наглого и развратного мужчины, как Джамал.

Мне не досталась жалкая копия. Передо мной стоит неповторимый и безумный оригинал.

Мужчина остановился вплотную ко мне. Его ладони спрятаны в карманах тёмных брюк, губы растягиваются всё шире.

Взгляд Джамала тут же ощупывает меня. Сильно. Горячо. Словно растопленным мёдом поливает, а не своим вниманием. Кожа начинает зудеть, как будто мужчина реально меня уже облапал.

Он чуть наклоняет голову, напоминая мне расслабленного хищника. Тигра. Сытого, довольного. Но который уже наметил следующую добычу.

А я тощая. Невкусная. Не надо всяким тиграм на меня облизываться.

Джамал не выглядит удивлённым нашей встречей. Наверняка заметил меня ранее.

– Что ж ты сразу не сказала, что в охоте участвуешь? – цокает Джамал. – Я бы ставку перебил, да и всё. Уже сколько бы дней в койке кувыркались. Притворялась, что бабки не нужны.

– Они и не нужны были. Но потом…

– Можешь не оправдываться. Я ж не осуждаю. Ваще, ноль предъяв. Мне так даже проще. Знаю, что осталось на цене сойтись.

– У нас уже был подобный разговор. Давайте не будем повторяться? Это скучно.

– О, не, девочка. Ты-то мне втирала, что тебя в меню нет. А сама на Арабину работаешь. У неё в меню есть всё, что я хочу сделать с тобой.

Мужчина не даёт мне переварить сказанное. Подаётся ко мне ближе, поднимает одну ладонь.

На нём сегодня рубашка с короткими руками и жилетка. Всё для того, чтобы бицепсы было видно ещё лучше.

От движения канаты мускул перекатываются под смуглой кожей. Набухают, извиваются в танце силы.

Я инстинктивно отшатываюсь назад, но в этом нет нужды. Пальцы мужчины замирают в миллиметре от моей кожи.

Я могу чувствовать их тепло. Джамал умудряется щекотать и будоражить, даже не касаясь. Табун мурашек разбегается по шее и рукам.

– До охоты трогать запрещено, – выдыхает Джамал мне в губы. – Но я не против. Сильнее голод разыграется. Потрогаю, когда поймаю.

– Когда меня поймают – я уйду домой, – произношу я не так твёрдо, как хотелось бы. – Я здесь просто для забега. А не для всяких развратных вещей, которые ты надумал.

– Это кто тебе такое напиздел, девочка?

Джамал начинает раскатисто смеяться. И это в очередной раз гипнотизирует.

Потому что есть что-то темно-чарующее в том, как громко и открыто мужчина смеётся. Наслаждается каждой секундой. Открыто веселится.

Редко кто так делает. Особенно среди влиятельных людей, которые на себя побольше пафоса напустить пытаются.

– Такие условия, – чеканю я, не давая мужчине запугать меня. – Просто забег.

– Значит тебя двойной трах сегодня ждёт, девочка. Сначала с условиями наебали. Потом – я выебу.

Мой пульс резко выстреливает, за две сотни переваливает. Сердце грохочет с такой силой, что я едва слышу второй гонг.

Девочки с хохотом срываются с места, бегут в сторону леса. А я замерла на месте. Не в состоянии сдвинуться.

Меня парализует от слов Джамала. От той непоколебимой уверенности, которая звучит в его голосе.

Это не похоже на то, как мужчина в ресторане говорил. Нет надменной веры в то, что я просто захочу с ним переспать.

Нет, в этот раз Джамал озвучивает факт. То, что он знает точно. Аксиома, в которой невозможно сомневаться. И от этого меня трясти начинает.

Арабина не могла… Даша ведь обещала… Это просто марафон…

– Не тормози, – усмехается Джамал. – Охота началась. Беги, девочка, беги. Я выдержкой обделён. Где поймаю – там и возьму.

Скидочка на эмоциональную и страстную историю! Однотомник, завершено.

Я предала его в прошлом. И сбежала, чтобы избежать расплаты.

А теперь он снова меня нашел. И хочет сломать.

В постели с бандитом





– Я её заберу, – звучит голос мужчины, от которого я пряталась два года. – Я сам с ней разберусь.



Мансур - монстр в человеческом обличии. Жестокий бандит, не знающий жалости.

Суровый. Беспощадный. Красивый.



– Тебе не повезло, – зло ухмыляется Мансур. – Некоторых из моих врагов я не помнил. Тебя я запомнил хорошо. Знаешь почему?

– Почему?

– Потому что с первого взгляда на тебя я решил, что ты будешь подо мной, пока не надоест.





