Моя жена меня слишком балует (ЛП)





( Веб-новеллы и ранобэ )


Юэбань ЯоФэньцзя





Цзи Ян узнал, что его жена, которая так сильно его ненавидела, что даже желала ему смерти, потеряла память после автомобильной аварии. Она так сильно изменилась, что стала казаться совершенно другим человеком...

Когда он собирается на работу:

«Муженек, не двигайся, я сама надену на тебя ботинки».

Когда он ест: «Муженек, я приготовила твои любимые блюда. Ты много работал, так что поешь».

Когда он закончил работу: «Муженек, ты работал весь день. Я помассирую тебе плечи и ступни».

Цзи Ян: «…».

***

Сводная сестра часто издевалась над Тан Тан и столкнула её в пруд. Тан Тан решила, что встретит свою умершую мать, но, кто бы мог подумать, что, когда она снова откроет глаза, то окажется в странном месте. Но больше всего её радовало то, что у неё появился суперкрасивый муж и очень милый сын. Самое важное то, что её муж был хорошим человеком. Он был героем, защищающим страну, и зарабатывал деньги, чтобы содержать её и их сына. Кроме того, он женился только на ней, у него не было ни наложниц, ни кого-либо ещё. Тан Тан решила, что должна быть покорной мужу, хорошей женой и любящей матерью. Её няне больше не нужно беспокоиться о том, что она не сможет выйти замуж!





Юэбань Яо Фэньцзя


Моя жена меня слишком балует





Глава 1




«Доктор, с моей женой всё в порядке? Почему она до сих пор не очнулась?»

«Судя по результатам обследования, помимо поверхностных ран, проблема заключается лишь в повреждённых тканях правой ноги. В остальном всё в порядке. Скоро она придёт в себя».

«Тогда, доктор, мы можем выписаться, как только она очнётся? Мы не хотим, чтобы она оставалась в больнице».

«Если вы хотите, чтобы она лечилась дома, это возможно. Однако важно, чтобы она избегала нагрузки на ногу. Ей нужно время для полноценного восстановления».

«Да, конечно. Спасибо, доктор».

Тан Тан навострила уши, тайком подслушивая разговор других людей. Она не осмеливалась открыть глаза. Даже дышала она медленно, чтобы окружающие не поняли, что она не спит.

Когда разговор закончился, она услышала, как чьи-то шаги удаляются всё дальше и дальше. Мужчины ушли, и в комнате осталась только женщина.

«Ай, ни минуты покоя. Жениться на этой женщине — настоящее несчастье. Я правда не знаю, о чём он думал в тот момент. А ведь он такой талантливый. Ах!» Женщина, словно внезапно что-то вспомнив, быстро вышла из комнаты, и снова стало тихо.

Убедившись, что в комнате никого нет, Тан Тан медленно открыла глаза. Первое, что она увидела, — это белый потолок и встроенный в него квадратный предмет.

Тан Тан тихо выдохнула. Затем она медленно огляделась. Чем дольше она смотрела, тем больше волновалась.

Что за странное место. Здесь было много предметов, которых она никогда раньше не видела. Когда люди проходили мимо её комнаты, она замечала, что даже одежда на них была странной. Кроме того, она заметила, что у мужчин были очень короткие волосы, а женщины ходили с распушенными волосами. С какой стороны ни посмотри, всё это казалось ей очень странным.

Куда она попала?

Она умерла. Старшая сводная сестра столкнула её в воду. Многие стали этому свидетелями, но никто не пришёл ей на помощь. Её няня была единственным человеком, кто любил её, но её выгнали из дома. Никто не станет её спасать. Нет смысла жить, так что можно сдаться и позволить воде унести себя. Может быть, она увидит свою мать в загробном мире и наконец почувствует материнскую любовь. Так почему она не оказалась в загробном мире? Почему она здесь?

Или это и есть загробный мир? Нет, нет, нет, этого не может быть. Хотя Тан Тан и не знала, как выглядит загробный мир, она была уверена, что это не то место, потому что люди здесь всё ещё живы. Значит, это место не могло называться загробным миром.

Тан Тан ещё больше запуталась. Она изо всех сил ущипнула себя за руку. Было так больно, что она чуть не закричала. Это доказывало, что она не спит. Всё было по-настоящему.

Поскольку она не могла понять, что произошло, Тан Тан машинально опустила взгляд. Она снова была потрясена своим видом.

Она была такой худой — невероятно тонкой. Её запястье выглядело так, будто его можно сломать, если сжать. А руки были похожи на куриные лапы — сплошные кожа да кости. Кости явно выпирали и, казалось, могли проткнуть кожу в любой момент. Ещё страшнее выглядели синие вены, которые виднелись на её коже из-за того, что она была слишком худой. Её тело выглядело совсем не так, как раньше.

Тан Тан была уверена, что это не она. Это тело было не её. Она находилась в чужом теле!

Эта мысль так напугала Тан Тан, что её сердце забилось чаще. Это было непостижимо. Это было невозможно, но правда была прямо перед ней. Словно героиня из тех книг, которые она читала, она попала в другой мир.

Тан Тан снова ущипнула себя пару раз. Это было так больно, что у неё потекли слезы, но ничего не изменилось. Она действительно перевоплотилась.

Сердце Тан Тан забилось быстрее, чем раньше. Она не знала, что делать, поэтому закрыла глаза, прикрыв грудь одной рукой, и заставила себя принять эту реальность.

В прошлом у неё было не так уж много денег, но её любимым увлечением было чтение. Особенно ей нравились фантастические истории. Она почитала много книг о переселении душ или реинкарнации. Обычно персонаж умирал несправедливо и перерождался в кого-то другого, чтобы отомстить. В прошлом Тан Тан фантазировала о том, что однажды она переродится в чьём-то теле и будет жить счастливо, но в то время её няня всегда охлаждала её пыл, говоря, что это выдумки и что люди, которые слишком много читают, становятся глупыми. Затем у неё отобрали все книги, и ей запретили читать.

Тан Тан и подумать не могла, что однажды действительно переродится. Значит, реинкарнация всё-таки возможна!

Единственная проблема заключалась в том, где она оказалась? Возможно, это была династия, о которой она никогда раньше не слышала.

Кроме того, кем она стала в данный момент? Она не знала, что делать. Как ей с этим справиться? Не успела она решить, что делать, как за дверью послышался шум. Вернулась та женщина. Она зашла в комнату и проворчала: «Хорошо, что детский сад рядом, а то времени бы не хватило. Ай, ну правда, я так занята».

На этот раз Тан Тан не стала притворяться спящей. Она открыла глаза и посмотрела на женщину. Та выглядела как здоровая женщина средних лет и выглядела добродушной. Но когда женщина увидела, что Тан Тан очнулась, её взгляд стал довольно неприветливым, в нём даже мелькнуло нетерпение. И тон её голоса был не очень дружелюбным.

«Госпожа, Вы наконец очнулись».

Тан Тан поджала губы и тактично промолчала. Она боялась сказать что-то не то.

Женщина, похоже, не возражала против того, что Тан Тан молчала. Вместо этого она убрала все вещи с прикроватной тумбочки и сказала: «Госпожа, раз Вы очнулись, давайте уйдём из больницы. Вы пока не можете ходить на одной ноге, но через некоторое время она заживёт. Нет необходимости оставаться в больнице. Не говоря уже о том, что это пустая трата денег, у меня нет времени на то, чтобы ухаживать за Вами. Господин нанял меня, чтобы я присматривала за Сяо Чжо. Мне нужно заботиться о нём».

Госпожа? Она назвала меня Госпожой? Кто она такая?

Тан Тан молча сидела и не двигалась. Женщина нахмурилась, но сохранила терпение: «Госпожа, не вините меня. Раз уж Господин нанял меня присматривать за Сяо Чжо, я должна в первую очередь заботиться о нём. Если мне придется ухаживать за Вами здесь, я не смогу позаботиться о Сяо Чжо, и тогда Господин будет недоволен. Поэтому Вам следует отдохнуть и восстановить силы дома. Доктор сказал, что Вы можете идти домой».

Господин? Госпожа? Сяо Чжо? Кто они такие? У Тан Тан было много вопросов, но она не решалась сказать что-либо опрометчивое. Она могла лишь молча наблюдать и решить, каким должен быть её следующий шаг. В конце концов Тан Тан кивнула, глядя на женщину.

Женщина удивлённо уставилась на Тан Тан. Она не ожидала, что та так легко согласится. Она даже планировала просто уйти, если Госпожа решит заупрямиться. В конце концов, она была уверена, что её Господин встанет на её сторону, но кто бы мог подумать, что на этот раз Госпожа не будет скандалить. Кажется, она была сама не своя.

Тан Тан стало неловко под пристальным взглядом женщины. Она отвела взгляд и посмотрела в сторону, чувствуя, как вспотели её ладони. Тан Тан боялась, что выдала себя. В конце концов, какой бы глупой она ни была, она понимала, что не может просто так взять и рассказать кому-то, что её душа вселилась в это тело. Люди могли бы подумать, что она одержима, и могли даже убить её. Это был бы конец.

Женщина не заметила, что что-то не так, поэтому повернулась и продолжила складывать вещи. Вещей было немного, так что вскоре всё было собрано. Затем женщина передала Тан Тан принесённые для неё костыли и понесла вещи к двери: «Пойдёмте, пойдёмте домой».

Тан Тан взяла костыли, откинула одеяло в сторону и медленно встала с кровати. Только тогда она увидела бинты, обёрнутые вокруг её левой ноги. Бинты были довольно толстыми. Значит, она повредила именно эту ногу.

С трудом встав с кровати с помощью костылей, Тан Тан поняла, что может ходить с их помощью. Она молча следовала за женщиной, изо всех сил стараясь не отставать. В то же время она внимательно осматривалась. Всё, что она видела, приводило её в изумление. Она была незнакома со многими вещами, особенно с металлическим предметом, в котором сидели люди и который мог очень быстро перемещаться по улицам. Он был намного быстрее конной повозки. Она и не подозревала, что такое возможно! Если бы она не боялась, что её сочтут ненормальной, она бы остановилась и уставилась на него с открытым ртом.

Когда металлическая повозка наконец остановилась, Тан Тан увидела очень высокое здание, настолько высокое, что она не могла разглядеть его крышу. Тан Тан молча похлопала себя по груди. Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, следуя за женщиной.

Когда тётя Ли открыла дверь, она не обратила внимания на Тан Тан, которая стояла прямо за ней. Она поставила на стол еду, которую принесла, и крикнула: «Сяо Чжо, ты голоден? Бабушка Ли сейчас всё приготовит, очень скоро всё будет готово».

«Бабушка Ли, я не голоден», — ответил детский голосок.

И только тогда Тан Тан заметила маленького мальчика, лежащего на ковре. Её глаза загорелись. Какой хорошенький ребёнок! Ему было на вид три или четыре года. Он был пухленьким, а его кожа казалась гладкой и нежной. У него были пухлые щёчки и тёмные, как виноград, глаза. Он был очень милым, как моти. Тан Тан никогда раньше не видела такого милого малыша, и он сразу же её очаровал. Она не могла отвести от него взгляд и продолжала смотреть на него.

К сожалению, мальчик, похоже, не был в восторге от неё. Увидев её, он поджал губы и фыркнул, а затем отвернулся и продолжил играть. Похоже, он не хотел на неё смотреть.

Тан Тан почувствовала себя немного беспомощной. Она не понимала, почему она всем здесь не нравится. Может быть, изначальная владелица тела была плохим человеком?

Увидев, что Тан Тан стоит у двери, тётя Ли подозрительно посмотрела на неё. Она действительно не хотела вмешиваться, но, если что-то действительно случится, ей будет сложно объяснить ситуацию, поэтому она сохранила спокойствие и сказала: «Госпожа, идите отдохните в свою комнату. Пожалуйста, не беспокойтесь понапрасну. Если с Вашей ногой что-то случится, никто не будет нести за это ответственность».

Откуда Тан Тан знала, где находится её комната? Она быстро огляделась и увидела, что в доме четыре комнаты, но какая из них её?

Немного подумав, Тан Тан сказала: «Это… У меня немного болит нога, и я не очень хорошо хожу. Можешь помочь мне дойти до моей комнаты?»

Тётя Ли замерла. Она начинала терять терпение, но всё же помогла Тан Тан дойти до её комнаты. Целый день сдерживая эмоции, она не смогла удержаться от упрёка: «Госпожа, хоть я и посторонняя и не имею права говорить, я долгое время присматривала за Сяо Чжо, и он называет меня бабушкой Ли. Я хочу сказать, что, несмотря ни на что, Вы — жена Господина и мать Сяо Чжо. Даже если они Вам не нравятся, Вы всё равно должны вести себя как подобает жене и матери. Я не прошу Вас относиться к ним хорошо, но, по крайней мере, не доставляйте им хлопот. Эта просьба не является чрезмерной, не так ли? Господин работает и в одиночку содержит семью. Быть солдатом трудно — Вы должны попытаться ему посочувствовать».

Тан Тан не ответила. У неё в голове был полный сумбур из-за слов тёти Ли. Она... она была замужем? Она даже была матерью? Значит, этот маленький мальчик был её ребенком?

Увидев, что Тан Тан не обращает внимания на её слова, тётя Ли почувствовала отвращение и решила, что этого человека уже не спасти. Она не захотела больше с ней возиться и вышла из комнаты со словами: «Я пойду приготовлю поесть».





Глава 2




Вскоре в комнате осталась только Тан Тан. Она с облегчением вздохнула и медленно начала осматривать комнату. Несмотря на то, что всё вокруг выглядело незнакомым, она чувствовала себя спокойнее, чем раньше. Она начинала привыкать к незнакомым вещам вокруг, ведь она слышала, что люди за морем и их быть сильно отличаются от того, что она знала. Может быть, это место находилось где-то очень далеко.

Вскоре Тан Тан обнаружила ещё одну маленькую комнату с большим прозрачным зеркалом на стене. Заинтересовавшись своим внешним видом, она на костылях подошла к зеркалу.

«Ах…» — Тан Тан была так напугана своим видом, что её руки, державшие костыли, едва не разжались.

Женщина в зеркале выглядела безжизненной. Её волосы были сухими, губы потрескавшимися, а кожа — жёлтой и грубой. Её щёки впали, и на них почти не осталось плоти. От неё остались только кожа да кости. А с красными и фиолетовыми ранами на лице она выглядела просто ужасно!

Она была по-настоящему уродливой. Почему она такая уродливая? Как такая некрасивая женщина могла выйти замуж? Кроме того, тот ребёнок, которого она увидела ранее, был таким красивым, неужели он действительно её сын? Как бы она ни выглядела, это было маловероятно. Разве что отец ребёнка был особенно хорош собой? Но если он был таким привлекательным, то почему женился на такой, как она?

Тан Тан не могла понять. Она снова посмотрела в зеркало, но тут же отвела взгляд. Она была уродлива и больше не осмеливалась смотреть на себя. Опираясь на костыли, она вернулась в постель и задумалась о том, что делать дальше.

Она не испытывала никаких чувств к своему миру. В конце концов, там о ней никто не заботился, поэтому она не хотела возвращаться. Сначала она думала, что увидит свою мать в загробном мире, но неожиданно стала кем-то другим. Поскольку она всё ещё была жива, у неё не было желания снова намеренно умирать. Бог дал ей ещё один шанс на жизнь, и она будет дорожить этой возможностью. Сейчас самой большой проблемой для неё было то, что она не знала, что происходит с её телом. Единственное, что она знала, — это то, что у неё есть муж и ребёнок. Она была не одна. Но оказалось, что изначальная владелица этого тела была не из лучших людей, и никто в доме её не любил. Даже ребёнок, которого она родила, похоже, не любил свою мать. Она не знала, что случилось с истиной владелицей тела, из-за чего она стала такой.

Во многих книгах, которые Тан Тан читала раньше, при переселении души персонаж также получал воспоминания из нового тела. Однако она ничего такого не получила. Это создавало проблему, потому что без этих воспоминаний она не могла имитировать поведение и манеры прежней владелицы тела. Она могла быть только собой.

Это вызовет подозрения, не так ли?

Тан Тан в отчаянии постучала себя по голове. Она ломала голову, пытаясь придумать, что делать. В конце концов ей действительно пришла в голову идея. Она могла просто притвориться, что у неё потеря памяти. Это был единственный выход. Заявив, что она ничего не помнит, она не вызовет никаких подозрений.

Чем больше Тан Тан думала об этом, тем больше ей казалось, что это хорошая идея. Втайне она радовалась, что ей пришла в голову такая хорошая мысль. Она прижалась щекой к подушке и подумала, что подушки здесь очень мягкие. Они были намного лучше тех, что были в её время. Даже одеяла были очень лёгкими. Кроме того, судя по тому, что она видела раньше, квартира была очень чистой и уютной. Это место было поистине мистическим.

Значит, теперь она будет жить в этом мистическом месте?

Тан Тан обернулась и посмотрела в гостиную через дверь. Она заметила, что ребёнок наблюдал за ней, но, когда он понял, что она смотрит на него, мгновенно отвернулся и продолжил играть, как будто он никогда не смотрел на неё украдкой.

Тан Тан села и уставилась на ребёнка. Когда она подумала, что этот милый малыш — её ребёнок, сердце Тан Тан смягчилось. Она на самом деле очень любила детей. Всякий раз, когда она видела ребёнка, ей хотелось обнять и поцеловать его. К сожалению, все дети в её прежнем доме не желали, чтобы она их трогала, а взрослые не подпускали их близко к её маленькому дворику. Поэтому она могла только стоять у ворот и время от времени наблюдать за этими милыми детьми.

Каждый раз, когда няня видела её в таком состоянии, она вздыхала и утешала Тан Тан, говоря, что, когда она в будущем выйдет замуж, она будет свободна и у неё появятся собственные дети. Тан Тан тоже мечтала выйти замуж и родить собственных детей, но её мать никогда не думала о её замужестве. Что касается отца, то он забыл о её существовании, и ей пришлось выживать самостоятельно. К 18 годам она так и не была ни с кем помолвлена. В конце концов старшая сводная сестра столкнула её в пруд, и она оказалась здесь, лишившись возможности выйти замуж.

Но кто бы мог подумать, что она, у которой никогда не будет шанса выйти замуж, станет здесь чей-то женой. У неё даже родился ребёнок. Другим это могло бы показаться кошмаром, но для Тан Тан это было большим сюрпризом, потому что она больше не была одна. У неё была семья и муж, который её защищал!

Это всегда было её мечтой.

Переборов волнение, которое она испытывала, оказавшись в незнакомом месте, Тан Тан втайне обрадовалась.

Она смотрела на пухленькую фигурку и не смогла удержаться. Она медленно встала с кровати, опираясь на костыли, и подошла к маленькому моти. Маленький моти в этот момент играл с зелёными и красными кубиками. Его маленькие пухлые ручки крепко сжимали кубики, пока он их складывал, и фигура, которую он строил, выглядела довольно неплохо.

«Бао Бао*, у тебя отлично получается», — похвалила Тан Тан маленького моти.

*[Комментарии переводчика: «Бао Бао» (宝宝, bǎobǎo) — популярное китайское ласковое прозвище, означающее «малыш», «крошка» или «сокровище». Используется для обращения к детям, возлюбленным или домашним животным, выражая нежность и привязанность. Часто удвоенное слово означает «драгоценный ребенок».]

Рука Цзи Сяо Чжо, державшая кубик, замерла. Он в шоке посмотрел на неё, но в следующую секунду фыркнул и перевернул кубик. Затем он положил все кубики обратно в коробку и убежал с ней в свою комнату. Закрыв дверь, он снова принялся раскладывать кубики.

Тан Тан почесала затылок. Она чувствовала себя немного беспомощной. Похоже, она совсем не нравилась своему ребёнку!

Тан Тан встала. Она решила, что бездействие ей не на пользу, и пошла искать себе занятие. Увидев, что тётя Ли так занята на кухне, она, опираясь на костыли, направилась туда. Она взяла овощи, лежавшие в стороне, и сказала тёте Ли: «Я помогу тебе».

Тётя Ли была потрясена. Она удивлённо посмотрела на Тан Тан: «Госпожа, Вы хотите помочь?»

Тан Тан кивнула: «Я нарежу овощи. Ты можешь их приготовить».

Глаза тёти Ли расширились. В её взгляде читалось удивление. Тан Тан знала, что такая реакция вызвана тем, что она ведёт себя совсем не так, как вела себя предыдущая владелица тела. Не зная ничего о предыдущей владелице, она не могла ей подражать, поэтому ей лучше было оставаться собой, ведь она уже придумала отговорку.

Тан Тан улыбнулась тёте Ли. Она подавила чувство вины и сказала: «На самом деле я хотела бы поговорить с тобой кое о чём».

Тётя Ли насторожилась и спросила: «Что случилось?»

«На самом деле… на самом деле я ничего не помню. В голове пусто, и я не знаю, что делать. А ты знаешь?»

«Что? Вы ничего не помните?» Тётя Ли была ошеломлена и быстро опустила нож. «Госпожа, Вы ведь не разыгрываете меня, не так ли?»

Тан Тан махнула рукой: «Я... Я не... Я правда ничего не помню. Я даже не помню, как меня зовут. Я была такой с тех пор, как очнулась, но не осмеливалась ничего сказать и не знала, что со мной произошло».

Тётя Ли наблюдала за выражением лица Тан Тан. Она действительно выглядела так, будто ничего не знает, а её взгляд стал более спокойным и мягким. Она действительно сильно отличалась от той безжалостной девушки, какой была раньше. Казалось, что она действительно изменилась. Даже в больнице она вела себя тихо, что было совсем на неё не похоже: обычно она злилась и швырялась вещами.

Тётя Ли не до конца ей поверила. Она не могла не спросить: «Тогда Вы помните что-нибудь об автомобильной аварии?»

Автомобильной аварии? Значит, она появилась здесь, потому что предыдущая владелица тела умерла? Тан Тан покачала головой, глядя на тётю Ли: «Нет, я не помню».

«Тогда что Вы помните?»

Тан Тан покачала головой: «Я правда ничего не помню. Я даже забыла, как тебя зовут. Пожалуйста, скажи мне ещё раз, как тебя зовут».

Тётя Ли с подозрением уставилась на Тан Тан. Убедившись, что та не притворяется, она отбросила сомнения и продолжила нарезать овощи: «Можешь звать меня просто тётя Ли. Господин тоже так меня называет».

«Тётя Ли», — Тан Тан кивнула и быстро поприветствовала её, прежде чем приступить к нарезке овощей. Кроме того, она воспользовалась этой возможностью и спросила: «Тётя Ли, тот ребёнок — мой сын?»

«Да», — подтвердила тётя Ли, — «Конечно, это Ваш сын, но Вы никогда не относились к нему как к своему ребёнку».

«Почему?» — выпалила Тан Тан.

Тётя Ли нетерпеливо сказала: «Откуда мне знать? Меня просто наняли присматривать за Сяо Чжо. Я ничего не знаю о ваших семейных проблемах».

Тан Тан немного расстроилась и перестала расспрашивать. Вместо этого она задала другой вопрос: «А что насчёт моего мужа? Где он?»

Тётя Ли обернулась и взглянула на Тан Тан. После минутного молчания она ответила: «Господин служит в армии. Он очень занят и приезжает только на выходные, так что обычно его нет дома».

«О, понятно. Значит, всё так». Получается, её муж служит в армии. Какой удивительный человек. Герой, который защищает страну. Такой мужчина должен быть очень хорошим, так почему же он женился на такой женщине, как предыдущая владелица этого тела?

Тан Тан хотела задать ещё несколько вопросов о своём муже, но тётя Ли не хотела продолжать эту тему. Выложив овощи на сковороду, тётя Ли начала их обжаривать и сказала: «Больше ничего не спрашивайте, я буду готовить. Если Вам что-то ещё нужно, подождите, пока Господин вернётся, и спросите у него». Она даже не знала, правда ли, что та потеряла память. Кроме того, ей, как няне, не стоило говорить лишнего. Особенно, когда речь заходила о чьих-то семейных проблемах.

В общем, Тан Тан могла только закрыть рот и больше не задавать вопросов. Она молча помогала с приготовлением.

На ужин было три блюда и суп. В блюдах были мясо и овощи. Еда была намного вкуснее, чем та, к которой привыкла Тан Тан. Тан Тан считала, что у прежней владелицы тела была неплохая жизнь. Она не могла оторвать взгляд от того, как маленький моти с серьезным видом ест ложкой. Он был таким очаровательным. Он был всего лишь маленьким ребенком, но у него было серьезное выражение лица, как у старика. Его пухлые щечки раздувались и мило дрожали, когда он набивал рот едой и жевал. Он был очень милым.

Тан Тан очень хотелось ущипнуть малыша за щеки, но она знала, что тот этого не одобрит, поэтому ей оставалось только сдерживаться.

В этот момент Тан Тан увидела, как маленький моти пытается ложкой достать немного тёртого картофеля. После нескольких попыток ему так и не удалось ничего достать, а тётя Ли никак не реагировала. В конце концов Тан Тан не удержалась и взяла немного картофеля палочками и положила в тарелку малыша.

Цзи Сяо Чжо замер. Он посмотрел на картофель в своей тарелке, а затем на Тан Тан. Его глаза расширились и слегка покраснели. Губы задрожали, но в конце концов он фыркнул, отодвинул от себя тарелку с картошкой и сердито сказал: «Мне не нужна твоя помощь!»

Тан Тан почувствовала себя немного беспомощной: «Бао Бао…»

Цзи Сяо Чжо не ответил ей и опустил голову, чтобы зачерпнуть ещё риса и съесть. Он больше не притрагивался к тарелке с тёртой картошкой.

Тан Тан поджала губы. Она больше не осмеливалась класть еду в тарелку малыша. Она была немного расстроена. Тан Тан не думала, что малыш будет так сильно её недолюбливать. Нет, это неправильно, малыш недолюбливал прежнюю владелицу тела. Но теперь она была хозяйкой этого тела, так что малыш стал её ребёнком. Она ведь не могла вечно оставаться в немилости, верно? Так не пойдёт. Она надеялась, что понравится ему.





Глава 3




После ужина тётя Ли помыла посуду, а затем решила посмотреть сериал. Когда она досмотрела два эпизода, было уже 21:30. Она знала, что в это время дети должны ложиться спать, но Сяо Чжо всё ещё играл на диване. Тётя Ли похлопала его по спине и сказала: «Сяо Чжо, сейчас 21:30. Тебе нужно принять ванну, а потом лечь спать».

В ответ Цзи Сяо Чжо взглянул на часы и поджал губы. Ему не хотелось расставаться с планшетом, и он тихо сказал: «Тётя Ли, я хочу ещё немного подождать, прежде чем пойду спать».

Тётя Ли взглянула на планшет в его руке и вздохнула, погладив его по голове: «Сяо Чжо, уже половина десятого, твой отец не будет звонить по видеосвязи. Должно быть, он на задании. Он позвонит тебе, когда освободится, так что иди спать, хорошо?»

Цзи Сяо Чжо молча опустил голову. Он коснулся планшета, поднял голову и ответил: «Дай мне ещё немного подождать. Папа может позвонить в любую минуту. Пожалуйста?»

Тётя Ли могла только беспомощно кивнуть в ответ: «Хорошо, подожди ещё 30 минут, а потом иди спать».

Цзи Сяо Чжо кивнул и продолжил смотреть на планшет.

Тан Тан молча сидела на диване. Она тоже смотрела на планшет, не понимая, почему маленький моти продолжает на него пялиться. Она также задавалась вопросом, что такое видеосвязь.

Через 30 минут тётя Ли не позволила Цзи Сяо Чжо ждать дальше. Она решила забрать планшет и сказала: «Хватит, Сяо Чжо. Уже 10 часов вечера, так что твой отец сегодня не позвонит. А теперь пойдем со мной, примем ванну. Пора спать».

Цзи Сяо Чжо опустил голову и замолчал. Через некоторое время он слез с дивана и последовал за тётей Ли в комнату. У Тан Тан было хорошее зрение, поэтому она смогла заметить, что глаза малыша покраснели. Казалось, он вот-вот заплачет.

Бао Бао выглядел очень расстроенным. Он ждал каких-то новостей о своём отце? Он был расстроен, потому что не мог больше ждать? Но военные правила были строгими, и солдаты не могли навещать свои семьи, когда хотели. Маленький моти, скорее всего, скучал по своему отцу.

Так подумала Тан Тан, возвращаясь в свою комнату, чтобы принять ванну. Потратив немало усилий, она наконец поняла, как устроена ванная комната. Закончив приводить себя в порядок, она почувствовала себя измотанной как морально, так и физически. Однако, несмотря на то что она легла в постель, Тан Тан никак не могла уснуть. В голове у неё крутились разные мысли. В конце концов она вспомнила о красных глазах малыша и не смогла уснуть. В следующий момент она встала, тихо открыла дверь и, прихрамывая, направилась в его комнату, где осторожно повернула ручку двери.

Прикроватная лампа всё ещё горела, и Тан Тан предположила, что так малышу было легче ориентироваться, когда ему ночью хотелось в туалет. Малыш крепко спал в своей кроватке. На нём было только нижнее белье, рот слегка приоткрыт, а пухлые ножки и ручки были раскинуты в форме иероглифа «大». Его живот двигался при каждом вдохе. Кроме того, если бы кто-нибудь внимательно прислушался, то смог бы услышать его храп.

Тан Тан невольно улыбнулась. Она протянула руку к маленькому моти и легонько ущипнула его. Её сердце смягчилось.

Хоть она и не была его настоящей матерью, теперь она стала ею. Тан Тан хотела быть его матерью, и хорошо о нём заботиться в будущем. Иначе зачем бы она сюда пришла? Она всегда мечтала о семье, и теперь она наконец-то появилась у неё. Эта семья стала для неё всем. Если бы у неё не было семьи, она бы не знала, что делать и какой путь выбрать.

Тан Тан смотрела на малыша, пока не почувствовала усталость. Затем она поцеловала его в лоб, укрыла одеялом и молча вернулась в свою комнату.

* * *

На следующий день, когда Тан Тан проснулась, тётя Ли была на кухне и готовила завтрак. Малыш сидел за обеденным столом, болтая короткими ножками, и ждал, когда ему принесут еду.

Тан Тан улыбнулась и помахала малышу рукой: «Доброе утро, мой дорогой».

Цзи Сяо Чжо невольно поднял на неё глаза. Затем он надул губы, фыркнул и опустил взгляд.

Тан Тан не возражала. Она улыбнулась, пошла на кухню и помогла достать тарелки и столовые приборы. Когда тётя Ли увидела Тан Тан на кухне, она была потрясена. Она не привыкла к тому, что Тан Тан заходит на кухню, чтобы помочь, ведь раньше она никогда не переступала порог кухни.

Тётя Ли подавила возникшее в сердце подозрение и налила Цзи Сяо Чжо чашку молока. Затем она дала ему две булочки. После того как он начал есть, она налила себе в тарелку рисовую кашу и тоже принялась за еду. Она не стала трогать порцию Тан Тан.

Тан Тан смогла сама себе налить в тарелку рисовую кашу, а затем села за стол вместе с ними. Но, прежде чем она успела что-то съесть, она почувствовала на себе их взгляды. Тан Тан подняла глаза и заметила, что малыш смотрит на неё с любопытством и удивлением. Увидев, что она смотрит на него, он тут же отвернулся и сделал вид, что никогда на неё не смотрел.

Тан Тан могла только повернуться к тёте Ли. Она заметила, что тётя Ли тоже удивлённо смотрит на неё. Тан Тан растерялась и спросила: «Тётя Ли, почему вы оба так на меня смотрите? Со мной что-то не так?»

Тётушка Ли нахмурилась и, взглянув на рисовую кашу перед Тан Тан, ответила: «Госпожа, раньше Вы никогда не завтракали. Почему сегодня…» По правде говоря, обычно она не ела, а только пила алкоголь в течение всего дня. Поэтому она была худой как скелет. Почему она вдруг решила позавтракать сегодня?

«А…» Тан Тан почесала затылок. Она не знала, что ответить, и просто сказала: «Я забыла. Но не завтракать — это плохо, так что теперь я буду есть с Бао Бао. Тебе вкусно, Бао Бао?»

«Хм!» Ресницы малыша быстро задвигались, но, казалось, он не хотел поднимать на неё взгляд. Он просто тихо выразил своё недовольство.

Тан Тан усмехнулась. Почему ей казалось, что малышу нравится подшучивать над ней? Но Тан Тан уже решила относиться к нему хорошо. Поэтому она понимала, что так продолжаться не может. Ей нужно было придумать, как сократить расстояние между ними.

Немного подумав, Тан Тан спросила: «Бао Бао, что ты собираешься делать дальше? Я составлю тебе компанию, хорошо?»

Сяо Чжо замер, а через секунду продолжил невозмутимо жевать, делая вид, что ничего не произошло и, что он не слышал слов Тан Тан.

Тан Тан знала, что малыш не захочет с ней разговаривать, поэтому ей оставалось только прибегнуть к той же тактике, что и с её няней. Не растерявшись, она сказала: «Хороший Бао Бао, милый Бао Бао, дорогой, драгоценный, скажи мне, ладно. Я хочу знать, а. Я хочу побыть с Бао Бао, а».

Этот метод каждый раз срабатывал с её няней, и, похоже, он подействовал и на малыша, потому что он тут же сердито посмотрел на неё. Он заговорил детским голоском и сердито сказал: «Почему ты такая надоедливая? Я сейчас разозлюсь до смерти».

Малыш был очень милым, когда злился. Особенно его детский голосок, от которого хотелось растаять. Тан Тан втайне смеялась про себя, но продолжала притворяться невозмутимой: «Айя, если ты мне скажешь, я больше не буду тебя раздражать. Ты мне очень нравишься. Я хочу побыть с тобой».

Глаза малыша расширились. Он отложил ложку, скрестил свои короткие пухлые ручки и сердито сказал: «Не думай, что сможешь меня обмануть. Я тебе не поверю и точно тебя не прощу!»

Тан Тан поняла, почему ребёнок так злился. Дело в том, что она совсем не заботилась о нём, поэтому неудивительно, что малыш не хотел её прощать. Кроме того, это не то, что можно исправить парой слов. Она должна относиться к малышу искренне, и однажды он её простит.

Итак, Тан Тан искренне посмотрела на малыша и извинилась от имени прежней владелицы тела: «Бао Бао, прости меня. Я была неправа. Теперь я изменюсь, так что следи за моими поступками, хорошо? Ты сможешь простить меня, когда я стану лучше».

Цзи Сяо Чжо не думал, что Тан Тан скажет что-то подобное. Он чуть не подавился, а затем недоверчиво посмотрел на Тан Тан.

Тан Тан встретила его взгляд. В глубине души она понимала, что ведёт себя совсем не так, как настоящая владелица тела, но ничего не могла с этим поделать, потому что хотела поладить с малышом и надеялась, что он её полюбит. Поэтому ей оставалось лишь измениться, и первым делом ей нужно было искренне попросить прощение. Затем ей нужно было доказать свою искренность действиями, хотя она и знала, что тётя Ли и малыш относятся к ней с подозрением.

После того как они некоторое время смотрели друг на друга, Цзи Сяо Чжо первым отвёл взгляд. Его уши покраснели, когда он молча слез со стула и побежал к дивану за своим школьным рюкзаком, а затем направился к двери. «Бабушка Ли, мне пора в детский сад».

Тётя Ли быстро поставила тарелку и палочки для еды. Она бросилась к нему. «Не торопись. Не торопись. Школьный автобус ещё не приехал. Я спущусь с тобой. Не беги, а то упадёшь».

Малыш наклонился, чтобы самостоятельно надеть ботинки. Но сегодня что-то пошло не так, и ему пришлось несколько раз переобуваться, прежде чем он смог надеть ботинки как следует. Пока он возился, тётя Ли уже ждала его. Она крепко взяла его за руку и сказала: «Бабушка Ли должна проводить тебя вниз. Ты не можешь уходить один».

«Хорошо», — послушался малыш и послушно вышел вместе с тётей Ли. Но, прежде чем дверь закрылась, он оглянулся на Тан Тан, которая всё ещё оставалась в гостиной.

Изначально Тан Тан хотела пойти с ними. Однако из-за травмы ноги ей было трудно ходить. Она не смогла бы за ними угнаться, поэтому ей пришлось отказаться от этой идеи. Тан Тан, хромая, подошла к окну и посмотрела вниз. Вскоре она увидела, как тётя Ли и малыш выходят из главного входа.

У главного входа стояла пара детей примерно того же возраста, что и малыш. Тан Тан предположила, что они все идут в одно и то же место учиться, потому что она слышала, как малыш сказал, что идёт в детский сад, то есть, вероятно, в учебное заведение.

В этот момент малыш, который всё это время стоял, опустив голову, поднял её и посмотрел в сторону Тан Тан. Их взгляды встретились.

Тан Тан была удивлена, но обрадована, поэтому она тут же широко улыбнулась и помахала ему: «Бао Бао ~ Бао Бао ~».

Сяо Чжо был потрясён и тут же отвернулся, чтобы не смотреть на Тан Тан.

Малыш был таким неловким, ах.

Через некоторое время подъехал жёлтый школьный автобус. Дети сели в автобус, и он уехал.

Тан Тан смотрела, как автобус уезжает всё дальше и дальше. На этот раз она не была шокирована. Теперь она знала, что этот металлический предмет — это что-то вроде конного экипажа, который используется для путешествий. Но она должна была признать, что этот мир действительно удивителен! Здесь есть не только такой быстрый способ передвижения, но и коробка, в которой она может видеть, как разговаривают люди. Она называется телевизором.

Вчера вечером тётя Ли включила предмет, который оказался телевизором. На экране появилось много людей, и они разговаривали. Это чуть не напугало Тан Тан до смерти! Тан Тан потребовалось около часа, чтобы осознать, что такое вообще возможно. После этого Тан Тан решила, что телевизор — довольно интересная штука, но тётя Ли вскоре выключила его, и она больше не могла его смотреть.

Поскольку делать было нечего, Тан Тан решила повторить вчерашний поступок тёти Ли и понаблюдать за людьми на экране.

По телевизору показывали ту же дораму, которую тётя Ли смотрела вчера вечером. Поскольку Тан Тан тоже немного посмотрела её вчера вечером, она нашла её довольно забавной. Но самое важное, что она обнаружила, — это то, что просмотр телевизора может помочь ей получить информацию об объектах в этом мире, которая ей была крайне необходима. Поэтому Тан Тан решила серьёзно отнестись к просмотру телевизора и почерпнуть из него полезные знания.

Тётя Ли была ошеломлена, когда неожиданно увидела, что Тан Тан сидит и спокойно смотрит телевизор. Она начала верить, что Тан Тан действительно потеряла память. Тётя Ли присматривала за Сяо Чжо два года, поэтому она хорошо знала, как ведёт себя Тан Тан. Если бы Тан Тан не потеряла память, она бы не вела себя так хорошо, как сейчас. Кроме того, у неё не было причин притворяться или вести себя так перед тётей Ли.

Похоже, Тан Тан действительно потеряла память после аварии.

Глядя на сложившуюся ситуацию, можно было подумать, что потеря памяти Тан Тан — это к лучшему. По крайней мере, она не будет поднимать шум и создавать проблемы. Она также может вести себя вежливо и заботиться о своём ребёнке. Если бы Тан Тан всегда была такой, то Сяо Чжо мог бы ощутить материнскую любовь, а у Господина было бы меньше поводов для беспокойства.

Но сначала она должна найти возможность рассказать Господину о сложившейся ситуации.





Глава 4




Ближе к вечеру тётя Ли отправилась в детский сад за Сяо Чжо. Она посмотрела на Тан Тан, которая всё ещё смотрела телевизор, на мгновение задумалась, а потом подошла к Тан Тан и сказала: «Госпожа, я сейчас ухожу, чтобы забрать Сяо Чжо».

Тан Тан оторвалась от сериала и быстро встала. «Тётя Ли, ты собираешься забрать Бао Бао? Можно я пойду с тобой?»

«А?» Тётя Ли удивилась, но быстро отказалась от этой идеи: «Лучше Вам не ходить. В конце концов, у Вас повреждена нога, и Вам будет неудобно передвигаться на костылях. Будет быстрее, если я схожу сама».

Тан Тан поджала губы. Ей очень хотелось пойти и забрать малыша, ведь дети всегда хотят, чтобы их забрала мама. Они расстраиваются, если не видят свою маму. Маленькая девочка из телевизора была такой же. Она постоянно ждала, когда мама заберёт её, а когда этого не происходило, девочка выглядела так, будто вот-вот расплачется. Сяо Чжо, наверное, тоже хочет, чтобы мама пришла и забрала его, верно?

«Тётя Ли, я правда хочу пойти и забрать Бао Бао. Я уверена, что он тоже хочет меня увидеть. Пожалуйста, возьми меня с собой. С моей ногой всё в порядке, я могу довольно быстро ходить».

Раньше, даже когда Тан Тан поднимала шум и устраивала сцены, тётя Ли безжалостно противостояла ей. Но сейчас Тан Тан мягко умоляла её, и это было ради Сяо Чжо. Она не могла найти в себе сил отказать.

Несмотря на то, что Сяо Чжо вел себя так, будто ненавидел свою мать, на самом деле, какой ребенок не желал материнской любви? В глубине души Сяо Чжо надеялся, что мать будет хорошо к нему относиться, но, разочаровываясь снова и снова, Сяо Чжо научился скрывать свои чувства.

Если Тан Тан действительно приедет за Сяо Чжо, тётя Ли может гарантировать, что мальчик будет очень рад.

Поразмыслив над этим, тётя Ли кивнула: «Хорошо, тогда Вы можете поехать со мной. Давайте вместе заберём Сяо Чжо».

Тан Тан тут же заулыбалась и поспешила к двери, опираясь на костыли. Она медленно присела, чтобы надеть туфли, но из-за травмы нога была не гибкой и двигаться было очень трудно. Тётя Ли потеряла терпение и присела, чтобы помочь Тан Тан надеть туфли.

«Спасибо, тётя Ли. Вы такая милая». Тан Тан мило улыбнулась тёте Ли. Несмотря на то, что при встрече с Тан Тан на лице тёти Ли никогда не появлялось приветливого выражения, она всё равно была хорошим человеком.

Женщина не привыкла к тому, что Тан Тан ведёт себя вежливо, поэтому неловко махнула рукой: «Пойдём, пойдём. Нам нужно забрать Вашего ребёнка».

Тан Тан улыбнулась и быстро пошла за тётей Ли, стараясь не нагружать больную ногу. Когда тётя Ли увидела, что ей приходится прилагать столько усилий, чтобы идти, а на лбу у неё выступил пот, сердце тёти Ли смягчилось. Она отказалась от идеи идти пешком всю дорогу и вместо этого взяла такси, чтобы довезти их до входа в детский сад.

Когда они подъехали к зданию, дети ещё даже не вышли, но снаружи их уже ожидала толпа родителей. Тан Тан вытянула шею, чтобы заглянуть за ограду. Вскоре после этого она увидела, как учитель выводит из класса группу детей. Дети начали быстро прыгать и скакать, махая родителям.

Но один ребёнок выделялся на фоне остальных, и этим ребёнком был Сяо Чжо. Он опустил голову и в унынии смотрел на пол. Он не выглядел счастливым от того, что занятия закончились, как другие дети. Поскольку он вёл себя совсем не так, как другие весёлые дети, Тан Тан сразу его заметила.

Тан Тан не знала почему, но при виде этого малыша у неё защемило сердце. Она не хотела видеть его таким несчастным, поэтому закричала изо всех сил: «Бао Бао, дорогой Сяо Чжо ~»

Голос Тан Тан был довольно громким, поэтому многие дети обернулись и посмотрели в её сторону. Естественно, это привлекло внимание Сяо Чжо. Когда он увидел Тан Тан, стоящую за забором, глаза Сяо Чжо расширились от удивления.

Тан Тан помахала рукой: «Сяо Чжо, дорогой, мама пришла за тобой!»

Мальчик, стоявший перед Сяо Чжо, вытаращил глаза. Затем он ткнул Сяо Чжо в руку: «Это твоя мама, Цзи Сяо Чжо? Я думал, у тебя нет мамы».

Цзи Сяо Чжо поджал губы и ничего не ответил, но его взгляд был прикован к Тан Тан.

Другая девочка, одногруппница Цзи Сяо Чжо, долго смотрела на Тан Тан, а потом уверенно сказала: «Она точно не мать Цзи Сяо Чжо, потому что она очень некрасивая и у неё проблемы с ногой. Они с Цзи Сяо Чжо совсем не похожи, и Цзи Сяо Чжо не хромает при ходьбе, так что она точно не его мать».

Мальчик посмотрел на Тан Тан и согласился с девочкой, кивнув и сказав: «Ты права. Она не может быть матерью Цзи Сяо Чжо. Она слишком уродливая!»

Цзи Сяо Чжо, который до этого смотрел через забор, сердито взглянул на двух детей, которые плохо отзывались о его матери. Его лицо помрачнело: «Это моя мама. И она не уродливая. Это ваши мамы уродливые!»

Мальчику и девочке это не понравилось. Особенно девочке, которая тут же громко возразила: «Моя мама не уродливая. Она самая красивая. Это твоя мама уродливая. Если ты мне не веришь, давай сравним и посмотрим, кто из них уродливый».

Цзи Сяо Чжо разозлился. Он тяжело задышал, поднял свой пухлый кулак перед девочкой и стал её запугивать: «Не нужно сравнивать. Моя мама не уродливая. Не говори, что моя мама уродливая, иначе я буду не в духе!»

Девочка испугалась кулака Цзи Сяо Чжо и его сердитого голоса. «Вах», — заплакала девочка, — «Мамочка, мамочка».

Мальчик дружил с девочкой, поэтому, когда он увидел, что над его другом издеваются, он быстро разозлился и толкнул Цзи Сяо Чжо. Сяо Чжо пошатнулся, но, когда он снова встал на ноги, он яростно толкнул обидчика в ответ. Мальчик был довольно худым, поэтому от толчка Сяо Чжо он упал. Ему было больно, и вскоре он громко заплакал вместе с девочкой.

Громкий шум привлёк внимание учителя. Увидев, как горько плачут двое детей, учитель тут же начала их успокаивать: «Тян Тян, Нан Нан, что случилось? Почему вы плачете? Ладно, не плачьте. Расскажите учителю, что случилось?»

Девочка так сильно плакала, что не могла ответить. Мальчик плакал и причитал: «Цзи Сяо Чжо ударил меня! Я хочу к маме!»

Учитель с тревогой посмотрела на Цзи Сяо Чжо: «Сяо Чжо, ты их задирал?»

Цзи Сяо Чжо упрямо молчал.

На мгновение учитель растерялась. Хотя Цзи Сяо Чжо был немногословен, он не обижал других детей и не любил провоцировать. Так почему же он начал задирать их?

Эта сцена также привлекла внимание родителей. Мать Тян Тян и мать Нан Нан забеспокоились, услышав плач своих детей. Они обе поспешили к ним и обняли своих детей: «Не плачь. Не плачь. Расскажи маме, что случилось».

Тан Тан тоже поспешила к ним, потому что боялась, что над Сяо Чжо издеваются. Она присела на корточки, обняла его и стала гладить по спинке: «Бао Бао, не бойся. Скажи маме, что случилось?»

Цзи Сяо Чжо не хотел ни говорить, ни обниматься с Тан Тан, поэтому он начал вырываться из её объятий.

Тан Тан крепче обняла его и погладила по голове: «Веди себя хорошо, Бао Бао. Позволь маме обнять тебя, хорошо? Мама хочет тебя обнять, так что веди себя хорошо».

Сяо Чжо постепенно перестал сопротивляться. Вместо этого он положил голову на плечо Тан Тан. Он по-прежнему не хотел на неё смотреть.

Родители Тян Тян и Нан Нан спросили у учителя: «Что случилось? Почему дети вдруг заплакали?»

Увидев, что родители поспешили на помощь, учитель сразу же начала объяснять: «Кажется, они поссорились. Потом Тян Тян и Нан Нан заплакали. Дети не сказали мне, что именно произошло. Нан Нан, расскажи учителю, что случилось, хорошо?»

Мальчик Нан Нан перестал плакать и всхлипнул: «Цзи Сяо Чжо обидел Тян Тян и заставил её плакать. Потом Цзи Сяо Чжо толкнул меня».

Родители двух детей тут же разозлились и недружелюбно посмотрели на Цзи Сяо Чжо. Бабушка Тян Тян отчитала Тан Тан: «Ты ведь его мать, верно? Как ты воспитываешь своего ребёнка? Если он сейчас издевается над одногруппниками, то каким он будет, когда вырастет!»

Мягкое выражение лица Тан Тан исчезло, и она серьёзно обратилась к бабушке Тян Тян: «Не говорите так. Ситуация ещё не прояснилась. Я уверена, что мой ребёнок не стал бы издеваться над своими одногруппниками. Должна быть какая-то причина. Сначала нам нужно узнать всю историю».

Тан Тан была спокойна, и её слова звучали разумно. Мать Тян Тян сказала бабушке Тян Тян: «Мама, давай сначала разберёмся в ситуации».

Бабушка Тян Тян фыркнула, но больше не проявляла агрессии. Тан Тан опустила голову и спросила Цзи Сяо Чжо, который находился в её объятиях: «Бао Бао, расскажи маме, что случилось, хорошо? Я верю, что Бао Бао не будет задирать других, верно?»

Цзи Сяо Чжо поначалу кусал губы, а потом постепенно расслабился, услышав голос Тан Тан. Он посмотрел на Тан Тан, а затем опустил голову и тихо пробормотал: «Они сказали, что моя мама некрасивая и не умеет нормально ходить».

Теперь, когда ситуация была прояснена, родители Тян Тян и Нан Нан посмотрели на Тан Тан, а затем на костыли в её руках. Обстановка быстро стала неловкой. Родители Тян Тян и Нан Нан, которые изначально хотели потребовать наказания, не могли вымолвить ни слова. В конце концов, для детей естественно расстраиваться, когда они слышат, как кто-то плохо отзывается об их матери.

В этот момент учитель нарушила молчание и положила конец этому разговору: «Ладно, ладно, похоже, дети повздорили между собой. К счастью, с детьми всё в порядке, так что давайте на этом закончим. В следующий раз, Тян Тян и Нан Нан, не стоит говорить такие вещи, а ты, Сяо Чжо, не должен задирать других. В конце концов, все вы хорошие дети».

Родители Тян Тян и Нан Нан кивнули. Они не хотели затягивать с этим вопросом.

Тан Тан погладила малыша по голове, а затем взяла его за руку: «Пойдём, Бао Бао. Пойдём домой вместе ~»

Цзи Сяо Чжо надул губы. Он вырвал руку из ладони Тан Тан и ушёл, размахивая рюкзаком.

Тан Тан посмотрела на свою пустую руку и вздохнула. Он только что позволил ей себя обнять, так почему же он снова её игнорирует?

Сердца маленьких детей подобны иголке на дне океана.

Тётя Ли с самого начала наблюдала за тем, как ведёт себя Тан Тан, и была немного тронута. Она не могла не сказать: «Ребёнок чувствует себя обиженным из-за того, как Вы с ним обращались в прошлом. Если Вы и дальше будете хорошо к нему относиться, Сяо Чжо однажды простит и примет Вас».

Тан Тан кивнула: «Я понимаю, тётя Ли. Я не сдамся».

Когда они вернулись домой, было уже не раннее время, и тётя Ли пошла на кухню готовить ужин. Цзи Сяо Чжо даже не успел положить рюкзак, как побежал к дивану на своих коротких ножках. Он схватил планшет, лежавший на диване, и лёг. Он тут же начал тыкать пальцем в экран планшета.

Тан Тан было любопытно, что он делает, поэтому она села неподалёку и стала за ним наблюдать. Она увидела, как он коснулся зелёной кнопки, затем снова коснулся экрана и начал говорить в планшет.

«Ты уже вернулся с задания, папочка? Не забудь позвонить мне по видеосвязи, когда вернёшься».

«Папочка, возвращайся скорее, я хочу с тобой кое о чём поговорить».





Глава 5




Когда малыш закончил говорить, он молча уставился на планшет, словно чего-то ждал. Но, не получив ответа в течение долгого времени, он постепенно погрустнел, и уголки его губ опустились. Он выглядел одиноким и жалким.

Он разговаривал с отцом? Он расстроился, потому что не получил ответа? Тан Тан не могла больше видеть его таким. Она на мгновение задумалась, а затем медленно подошла к Сяо Чжо и спросила: «Бао Бао, что ты говоришь своему отц… — нет, своему папочке?»

Цзи Сяо Чжо повернулся так, что оказался спиной к Тан Тан. Он не ответил.

Тан Тан могла только подойти с другой стороны и снова спросить: «Бао Бао, ты потрясающий. Ты умеешь пользоваться планшетом. Я не умею. Можешь меня научить? Я хочу научиться».

Сяо Чжо фыркнул и снова отвернулся. Он упорно не смотрел на неё.

Тан Тан ухмыльнулась. Она терпеливо подвинулась ближе и начала ласково говорить: «Милый Бао Бао, драгоценный Бао Бао, научи меня, как им пользоваться. Как только я научусь, я смогу использовать его, чтобы разговаривать с тобой. Разве это не здорово? Пожалуйста, научи меня, хороший Бао Бао ~».

Может быть, Тан Тан вела себя слишком слащаво, но малыш отреагировал на это, надув щёки и уставившись на неё: «Ты врёшь! Ты знаешь, как им пользоваться! Ты всё время играла со своим мобильным». Он видел, как она часто отправляла кому-то голосовые сообщения с предложением сходить куда-нибудь выпить.

Мобильный? Что такое мобильный? Тан Тан растерялась и могла лишь объяснить: «Бао Бао, я тебе не лгала. Я правда не знаю, как это сделать. Я получила травму и всё забыла. Я больше ничего не умею делать, посмотри на мои раны».

Её слова шокировали Сяо Чжо, и он посмотрел на неё с недоверием.

Тан Тан указала на свою ногу и фиолетовые синяки на лице. Она изо всех сил старалась заставить его поверить ей: «Смотри, Бао Бао, я правда получила травму. Я всё забыла, так что теперь я не такая умная, как Бао Бао».

Сяо Чжо осмотрел раны Тан Тан и сжал кулаки. После недолгого молчания он сказал: «Я научу тебя один раз. Если ты не запомнишь всё после того, как я тебя научу, я просто оставлю всё как есть».

Тан Тан радостно закивала: «Хорошо! Спасибо, Бао Бао».

Сяо Чжо повернулся, взял планшет и протянул его Тан Тан. Казалось, он не хотел этого делать. Затем он указал на кнопку «динамик» и сказал: «Тебе просто нужно нажимать сюда, когда ты говоришь. Тогда папа сможет тебя услышать».

Тан Тан было очень любопытно узнать, как работает этот говорящий предмет, поэтому она захотела научиться им пользоваться. Поскольку с этого момента она собиралась жить в этом мире, ей нужно было научиться этим вещам, поэтому она внимательно наблюдала за малышом. Она узнала ребенка, который был изображен на картинке. На одной из фотографий малыш откусывал куриную ножку, а на другой фотографии он крепко спал. Это было мило.

«Ах, Бао Бао, это ты? Он действительно похож на тебя!»

Сяо Чжо фыркнул, но в его голосе слышалась гордость, когда он сказал: «И моя аватарка, и папина — это мои фотографии. Папа их сделал».

Тан Тан с удивлением посмотрела на фотографии. Чем дольше она на них смотрела, тем милее они ей казались. Она также отметила, что навыки рисования у него просто потрясающие, ведь человек на фотографии выглядел в точности как реальный человек.

Когда Цзи Сяо Чжо увидел, что Тан Тан продолжает смотреть на его фотографию, его лицо покраснело. Он заставил себя сохранять невозмутимое выражение лица и сказал: «Ты всё ещё хочешь учиться? Не трать моё время. Я очень занят».

Тан Тан сосредоточилась и ответила: «Я хочу учиться. Я буду учиться прямо сейчас. Так что, нужно просто нажать на это, а потом говорить?»

Малыш кивнул и нажал на кнопку динамика, чтобы продемонстрировать: «Папочка, папочка, это я, Сяо Чжо!» Закончив говорить, он отпустил кнопку. Затем он повернулся к Тан Тан и сказал: «Вот так. Когда папа увидит это, он услышит, что мы говорим. Попробуй сама».

«А, я?» Тан Тан потёрла руки. Она не знала, что делать. В конце концов, что ей сказать своему «мужу»? Что лучше всего сказать? Может, стоит начать с приветствия.

Тан Тан немного нервничала и в то же время была взволнована. Она несколько раз повторила про себя то, что хотела сказать. Убедившись, что всё в порядке, она медленно потянулась к кнопке, но, прежде чем успела её коснуться, её остановила пухлая ручка.

Тан Тан в замешательстве посмотрела на малыша.

Цзи Сяо Чжо надул щёки и снова сердито посмотрел на неё: «Тебе нужно говорить вежливо. Ты не можешь ругаться на папу! Ты не можешь с ним спорить! Иначе… Иначе…»

Малыш не мог придумать, что ещё сказать, поэтому лишь в отчаянии дёрнул пухлыми ножками.

«Э…» — Тан Тан моргнула. Ей потребовалось мгновение, чтобы понять, что имел в виду малыш. Может быть, прежняя владелица тела плохо обращалась с мужем, часто ругалась с ним и спорила? Не поэтому ли Бао Бао так сказал?

Но зачем прежней владелице тела было ругаться с мужем? Выйдя замуж, она должна была помогать мужу, учить детей и хорошо с ними обращаться. Так должна поступать хорошая жена. Няня Тан Тан всегда говорила ей это с раннего возраста. Так почему же прежняя владелица тела так плохо обращалась с мужем и ребенком? Разве её муж плохой человек?

Тан Тан осторожно спросила Сяо Чжо: «Бао Бао, а твой папа хороший человек?»

Цзи Сяо Чжо ответил, не задумываясь: «Конечно, папа хороший. Ему нужно ловить плохих людей и зарабатывать деньги, чтобы растить и заботиться обо мне и тебе. Зарабатывать деньги тяжело, а ты вообще ничего не зарабатываешь. Ты только пьёшь, ломаешь вещи и ругаешься на папу. Ты плохая! Я не хочу такую маму, как ты!»

Говоря это, Цзи Сяо Чжо вспоминал разные моменты из прошлого. Он думал о том, как ему было грустно и обидно, когда он видел, как другие матери любят своих детей. Его глаза покраснели. Он не хотел больше смотреть на Тан Тан, поэтому быстро слез с дивана, бросился в свою комнату и захлопнул дверь.

«Бао Бао», — беспомощно произнесла Тан Тан. Она даже не взяла костыли, и подпрыгивая бросилась за ним к двери. Она обнаружила, что дверь заперта, поэтому ей оставалось только постучать: «Бао Бао, выходи. Выходи, давай поговорим, хорошо?»

В комнате не было слышно ни звука. Малыш игнорировал её.

Тан Тан поджала губы и мысленно вздохнула. Неужели предыдущая владелица тела была такой плохой женщиной?

Тётя Ли была на кухне и выбежала, услышав, как хлопнула дверь: «Что случилось? Что не так?»

Тан Тан указала на дверь: «Ничего. Просто Бао Бао злится на меня и не хочет выходить».

Тётя Ли посмотрела на плотно закрытую дверь. Её губы дрогнули, но она ничего не сказала и вернулась на кухню готовить.

В конце концов, Тан Тан ещё раз взглянула на дверь, прежде чем, прихрамывая, вернуться к дивану за костылями. Затем, опираясь на костыли, она пошла на кухню, чтобы помочь тёте Ли вымыть овощи.

Тётя Ли никак не отреагировала на её помощь. Возможно, тётя Ли привыкла к этому после того, как та помогала ей последние пару дней.

Тан Тан всё ещё размышляла о событии произошедшем ранее. Кроме того, теперь она знала, что только тётя Ли может рассказать ей о прежней владелице тела.

«Тётя Ли, я хочу тебя кое о чём спросить. Можешь ответить мне честно?»

Тётя Ли растерялась, но потом кивнула: «Спрашивайте».

«Тётя Ли, ты же знаешь, что я ничего не помню о прошлом. Можешь рассказать мне, какой я была раньше?»

В ответ прозвучала лишь тишина, потому что тётя Ли не ожидала, что Тан Тан задаст этот вопрос.

«Тётя Ли, я правда ничего не помню о прошлом, но я знаю, что была нехорошим человеком. Пожалуйста, расскажи мне, и я изменюсь. Я буду хорошо относиться к Бао Бао… и к его от… папе».

Размышляя о поведении Тан Тан в последние два дня, тётя Ли склонялась к мысли, что у Тан Тан амнезия. Она помедлила, прежде чем кивнуть: «Хорошо, я тебе расскажу». Может быть, у Тан Тан действительно амнезия, и, может быть, она изменится и станет хорошим человеком.

«Я не знаю, почему вы с Господином поженились. Но с тех пор, как я начала здесь работать, Вы ни разу не вели себя спокойно. Вы каждый день пили и сходили с ума в пьяном угаре. Когда Сяо Чжо был младше, он часто пугался и плакал. Господин был занят в армии, поэтому он нанял меня, так как боялся, что некому будет присмотреть за Сяо Чжо».

«Раз я была такой, почему мой супруг не… папа Бао Бао не развелся со мной?» С такой женщиной следовало бы давно развестись.

Тёте Ли было любопытно, что за старомодную фразу произнесла Тан Тан, но она не стала вдаваться в подробности и просто сказала: «Я не знаю. Но, думаю, Господин сделал это ради Сяо Чжо. У ребенка должна быть мать. Сяо Чжо ещё маленький и хочет материнской любви. Хоть он и ведёт себя так, будто ненавидит Вас, на самом деле он хочет, чтобы Вы любили его и баловали».

Тётя Ли много раз видела, как Сяо Чжо смотрел на других матерей, играющих со своими детьми. Она даже видела в его глазах ревность и тоску. Если она это видела, то, естественно, и Господин тоже это видел. Все маленькие дети жаждут материнской любви. Даже если его мать была плохой, Сяо Чжо всё равно надеялся, что она его полюбит. Может быть, только когда он вырастет, он окончательно потеряет надежду.

Она считала, что отец терпел всё это только ради Сяо Чжо.

Тан Тан кивнула. Ей казалось, что на сердце у неё лежит камень.

Теперь, когда тётя Ли начала говорить, она словно не могла остановиться и должна была высказать все свои мысли. Может быть, на этот раз ей удастся достучаться до Тан Тан. Раньше, когда она что-то говорила, Тан Тан её совсем не слушала, но, похоже, на этот раз она её выслушает, так что, естественно, нужно было кое-что сказать.

«Госпожа, хоть я и всего лишь няня, которую нанял Господин, я должна это сказать. Даже если Вам это неприятно, я должна это сказать».

«Госпожа, Вы даже не представляете, как Вам повезло. Вам не нужно работать, и на Вас никто не давит. Всем занимается Господин. Господин — талантливый, честный и ответственный человек. У Вас такой милый сын и надёжный мужчина. Чего Вам не хватает? Многие женщины мечтают о том, что есть у Вас, а Вы постоянно устраиваете скандалы. Я правда не знаю, о чём Вы думаете».

Тан Тан спокойно выслушала её и вынесла вердикт о прежней владелице тела. Прежняя владелица тела не была ни хорошей женой, ни хорошей матерью.

Такая плохая женщина, а папа Бао Бао не развёлся с ней. Он был слишком добр. Если бы на его месте был другой мужчина, он бы давно развелся с ней и снова вступил в брак, но папа Бао Бао добровольно терпел её ради своего ребёнка. Он был хорошим человеком и хорошим отцом.

Закончив говорить, тётя Ли стала убеждать Тан Тан: «Госпожа, раз Вы сказали, что ничего не помните, значит, можно начать всё сначала. В будущем Вам следует хорошо жить с Господином и лучше заботиться о своём ребёнке. Разве плохо, когда семья живёт счастливо вместе?»

Тан Тан кивнула: «Тётя Ли, не волнуйтесь, с этого момента я буду хорошей женой и матерью».

Несмотря на то, что она внезапно обрела ребёнка и мужа, теперь это была её жизнь. С этого момента Бао Бао и его папа были её семьёй — единственными людьми, на которых она могла положиться в этом мире. Если она не будет хорошо к ним относиться, то к кому ещё она должна относиться хорошо? Это был единственный смысл её жизни.

Хотя папа Бао Бао, скорее всего, её не любит, она будет усердно работать, чтобы понравиться Бао Бао и его папе.





Глава 6




Тан Тан приняла решение: с этого момента она должна измениться!

Она взглянула на продукты на кухонном столе. Тан Тан собиралась сама приготовить блюдо, чтобы порадовать Бао Бао.

«Тётя Ли, я приготовлю рёбрышки. Я хочу приготовить блюдо для Бао Бао».

«А?» Тётя Ли была ошеломлена: «Ты хочешь приготовить блюдо? Ты умеешь готовить?»

Теперь Тан Тан могла легко отвечать на подобные вопросы: «Думаю, что да. Возможно, я уже готовила. Давайте я попробую».

По правде говоря, тётя Ли не знала, готовила ли Тан Тан раньше, поэтому отнеслась к её словам с подозрением. Несмотря на подозрения, тётя Ли не хотела отказывать Тан Тан. Особенно когда Тан Тан сама проявила инициативу. Тётя Ли согласилась: «Хорошо, можете приготовить». В худшем случае, если блюдо получится не очень, она всегда сможет приготовить его снова.

Тан Тан мило улыбнулась. Затем она взяла ребрышки и промыла их в раковине. К счастью, последние два дня она тайком наблюдала за тем, как готовит тётя Ли, и поняла, как пользоваться кухонной техникой. Хотя Тан Тан с трудом пользоваться бытовой техникой, она не допустила ни одной ошибки.

Закончив чистить ребрышки, Тан Тан приступила к их приготовлению. Она замариновала свиные ребрышки в приправе, чтобы они получились вкусными. Кроме того, именно так она всегда готовила в своей прошлой жизни.

Тётя Ли была удивлена тем, как умело Тан Тан справляется с готовкой. Она усомнилась бы в том, что эта женщина — мать Сяо Чжо, если бы не видела всё своими глазами. Как человек может так сильно измениться и почему это произошло так внезапно? Она была совсем другим человеком. Может быть, это из-за потери памяти?

Тан Тан не обратила внимания на удивлённый взгляд тёти Ли, ведь она всё равно ничего не могла с этим поделать. Она решила сосредоточиться на приготовлении рёбрышек, которые можно было считать одним из её фирменных блюд. В прошлой жизни Тан Тан любила готовить. Поскольку она была заперта в своём маленьком дворике, если хотела поесть, ей приходилось готовить самой. Итак, когда Тан Тан исполнилось пять лет, она научилась готовить у своей няни, и по мере того, как она росла, няня становилась старше, так что в конечном итоге готовкой занималась она. Её навыки постепенно совершенствовались. Любимым увлечением Тан Тан после вышивания было приготовление пищи.

Ребрышки вскоре были готовы. Аромат был настолько чарующим, что тётя Ли почувствовала себя недостойной. По запаху тётя Ли могла сказать, что блюдо будет очень вкусным, даже не пробуя его, и что оно может оказаться даже лучше, чем то, что готовила она.

Тётя Ли впервые почувствовала, что у матери Сяо Чжо действительно есть какие-то достоинства, когда она не пьёт и не ведёт себя как сумасшедшая пьяница. Может быть, Господину нравились такие женщины, и поэтому он женился на ней, но что заставило её измениться?

«Тётя Ли, можешь пойти и позвать Сяо Чжо, чтобы он вышел и поел?» Если она сама пойдет к нему, Тан Тан догадывалась, что он не выйдет, потому что всё ещё злился на неё.

Тётя Ли кивнула. Она выставила несколько блюд на обеденный стол и пошла звать Сяо Чжо.

Тан Тан не знала, что сказала тётя Ли, но Сяо Чжо послушно вышел. Хотя выражение его лица было бесстрастным, и он даже не взглянул на Тан Тан.

Тан Тан пододвинула кисло-сладкие ребрышки поближе к малышу и сказала: «Бао Бао, иди попробуй ребрышки, которые приготовила мама. Они очень вкусные».

Тётя Ли тоже помогла: «Сяо Чжо, твоя мама приготовила их специально для тебя. Иди скорее попробуй».

Малыш не сдвинулся с места. Вместо этого он взял немного баклажанов из другого блюда: «Я не люблю свиные рёбрышки».

Тётя Ли покачала головой и одарила Тан Тан беспомощным взглядом.

Тан Тан не расстроилась, потому что заметила, что всякий раз, когда малыш брал что-то из других блюд, он быстро бросал взгляд на тарелку со свиными рёбрышками. Тан Тан сдержала улыбку.

Почему малыш так смущается? Хотя это очень мило.

Тан Тан на мгновение задумалась, а затем, взяв свою тарелку, на костылях направилась на кухню. «Я пойду на кухню, чтобы взять ещё риса. Ты не хочешь пойти со мной, тётя Ли?»

«А? Я всё ещё...» Тётя Ли внезапно замолчала, догадавшись, что имеет в виду Тан Тан, и продолжила: «Да, я пойду с Вами и возьму ещё риса. Кажется, я тоже съела весь свой рис».

Взрослые ушли на кухню, чтобы оставить Сяо Чжо одного. Они намеренно задержались, прежде чем выйти. Когда они вышли, малыш продолжал есть как ни в чём не бывало. Казалось, ничего не изменилось, но Тан Тан знала, что в блюде не хватает одного ребрышка.

Тан Тан улыбнулась про себя. Она повеселела и решила, что с этого момента будет готовить вкусную еду для малыша. Раньше, когда няня злилась, она всегда пекла её любимую выпечку, потому что знала, что после этого няня быстро успокоится.

В этот момент зазвонил телефон. Это был мобильный тёти Ли, который лежал у неё в кармане. Тётя Ли быстро поставила тарелку на стол, чтобы ответить на звонок: «Алло, сынок. Зачем ты звонишь, а?»

Неизвестно, что ответил собеседник, но выражение лица тёти Ли изменилось, и она нервно встала. «Почему вы так не осторожны!? С ней всё в порядке?»

«Хорошо, хорошо, я сейчас приеду. Ты должен как следует присматривать за Фан Цзы, ясно?»

Повесив трубку, тётя Ли взглянула на Цзи Сяо Чжо и Тан Тан. Она пришла в отчаяние и быстро попыталась кому-то позвонить, но звонок не прошёл. Она в отчаянии топнула ногой: «Господин не берёт трубку. Должно быть, он ещё не вернулся. Что мне делать?!»

Увидев, что тётя Ли так встревожена, Тан Тан спросила: «Тётя Ли, что случилось? Что-то произошло?»

«Мне только что звонил сын. Он сказал, что моя невестка случайно упала и у неё начались преждевременные роды. Она в больнице, но дома нет никого, кто мог бы присмотреть за моим старшим внуком, поэтому они просят меня пойти и присмотреть за ним. Но… если я пойду… что будет с Сяо Чжо, а? Я не могу дозвониться до Господина. Айя, что же мне делать?»

Преждевременные роды. Тан Тан уже слышала об этом. Преждевременные роды опасны для женщин, поэтому неудивительно, что тётя Ли так волновалась в этой ситуации.

Тан Тан на секунду задумалась и сказала: «Тётя Ли, тебе нужно пойти и позаботиться о своей невестке. Я присмотрю за Бао Бао. Не волнуйся, я позабочусь о Бао Бао как следует».

«Ах, это…» Тётя Ли забеспокоилась. В конце концов, того, что Тан Тан вела себя хорошо последние два дня, было недостаточно, чтобы компенсировать её пренебрежительное отношение в течение последних нескольких лет. Так как же тётя Ли могла спокойно позволить Тан Тан присматривать за Сяо Чжо? А что, если она снова начнёт пить и сойдёт с ума?

Тётя Ли так разволновалась, что покрылась испариной. Она не сдалась и снова позвонила Цзи Яну, но никто не взял трубку.

Тогда Сяо Чжо, который до этого молчал, сказал: «Бабушка Ли, ты можешь идти. Со мной всё будет в порядке. Я могу позаботиться о себе».

Тётя Ли несколько раз колебалась, но в конце концов не смогла придумать другого выхода. Поэтому она стиснула зубы и сказала Тан Тан: «Вы должны как следует присматривать за Сяо Чжо. Не обижайте его и больше не пейте алкоголь».

Тан Тан кивнула: «Не волнуйся, тётя Ли, я обещаю!»

Тётя Ли всё ещё не успокоилась. Она сказала Цзи Сяо Чжо: «Мой номер в твоих умных часах. Позвони мне, если что-нибудь случится».

Цзи Сяо Чжо послушно кивнул.

Тётя Ли быстро бросилась в свою комнату и собрала вещи. Выйдя, она протянула Тан Тан карту и пачку денег: «Это Господин дал мне на повседневные расходы. Теперь я отдаю это Вам. Присматривайте за Цзи Сяо Чжо как следует. Я вернусь, как только смогу».

Тан Тан примерно представляла, что пачка красной бумаги — это деньги. Она взяла их и сказала: «Я понимаю, тётя Ли. Не беспокойтесь о нас, идите и присмотрите за своей невесткой».

Несмотря на заверения Тан Тан, тётя Ли всё равно волновалась, поэтому она вздохнула и ушла. В доме остались только Тан Тан и Сяо Чжо.

Взяв салфетку, Цзи Сяо Чжо вытер рот. Закончив, он медленно слез со стула и побежал в свою комнату.

Тан Тан хотела остановить его, но она была не такой проворной, как он. В конце концов, Тан Тан могла лишь начать убирать со стола. Из-за травмы ноги ей потребовался час, чтобы навести порядок на кухне.

Тан Тан не могла определить время на настенных часах. Вместо этого она положилась на свой инстинкт и поняла, что время уже не раннее. Она доковыляла до комнаты Сяо Чжо и постучала: «Бао Бао, тебе нужно поспать. Маме поможет тебе умыться?»

Ответа не последовало. Тан Тан попыталась открыть дверь. Она была удивлена, когда обнаружила, что дверь не заперта.

Открыв дверь, Тан Тан увидела, что на кровати лежит маленький комочек. Малыш свернулся калачиком. Тан Тан не была уверена, спит ли он.

Тан Тан медленно подошла ближе. Затем она немного отодвинула одеяло и увидела голову Сяо Чжо: «Бао Бао, ты спишь?»

Малыш не шевелился, но Тан Тан заметила, как дрогнули его ресницы.

Он притворялся спящим.

Тан Тан тихо рассмеялась. Затем она сделала вид, что разговаривает сама с собой: «Значит, Бао Бао спал, а».

Ресницы Сяо Чжо снова зашевелились.

Тан Тан осторожно приподняла одеяло и увидела, что малыш переоделся. Она также почувствовала исходящий от него приятный аромат; похоже, он сам принял ванну. Тан Тан переполняла нежность. Этот малыш мог сам есть и мыться. Он был действительно хорошим ребёнком. Тан Тан до сих пор помнит, как её старшая сестра привезла своего ребёнка в поместье. В то время мальчику было уже пять лет, но за ним повсюду следовала служанка. Кроме того, когда он ел, ему всё равно требовалась помощь няни. Он был не таким способным, как Сяо Чжо.

Тан Тан сразу же почувствовала гордость, потому что ей казалось, что её ребёнок лучше других. Она похвалила его: «Наш Бао Бао такой способный. Он может сам себя искупать. Просто потрясающе!»

Живот малыша округлился.

Тан Тан сделала вид, что ничего не заметила. Она легонько похлопала Сяо Чжо и воспользовалась случаем, чтобы извиниться. Хоть она и не совершала ничего плохого, теперь она была хозяйкой этого тела. Поскольку она будет жить под именем прежней владелицы тела, она будет нести ответственность за всё, что та сделала.

«Бао Бао, мама была неправа. Мама не была доброй в прошлом, верно? Это потому, что у мамы не всё в порядке с головой. Но когда мама получила травму, её голова снова заработала. Я знаю, что была неправа, и я исправлюсь. Теперь мама точно будет любить Бао Бао и хорошо относиться к папе. Ты можешь присматривать за мамой, хорошо?»

Тан Тан заметила, что Сяо Чжо напрягся и поджал губы.

Когда Тан Тан всё сказала, она наклонилась и поцеловала Сяо Чжо в лоб. Прежде чем уйти, она убедилась, что он лежит в своей кроватке. Перед тем как закрыть дверь, Тан Тан сказала Сяо Чжо: «Бао Бао, мама сейчас пойдёт спать».

Малыш не пошевелился. Тан Тан улыбнулась и осторожно закрыла дверь.

На следующее утро Тан Тан встала пораньше, чтобы приготовить завтрак. Она не только приготовила завтрак, но и испекла пирог с красной фасолью для Сяо Чжо, чтобы он мог перекусить в детском саду.

Закончив с готовкой, Тан Тан собиралась разбудить малыша, но он уже стоял у входа на кухню и смотрел на неё. Она не знала, как долго он за ней наблюдал, но, когда она хотела поздороваться с ним, Сяо Чжо внезапно убежал.

Тан Тан растерялась. Поставив завтрак на обеденный стол, она обратилась к Сяо Чжо, который сидел на диване: «Бао Бао, иди сюда, давай позавтракаем и пойдём в детский сад!»

Малыш отреагировал на её слова и слез с дивана. Он подошёл к обеденному столу. Затем он забрался на стул, подтянув свои короткие ножки. Усевшись, он начал есть.





Глава 7




Тан Тан положила в тарелку Сяо Чжо клецку с супом: «Бао Бао, скорее попробуй клецку с супом, которую приготовила мама. Она горячая, так что не забудь подуть на неё, прежде чем есть».

Малыш посмотрел на Тан Тан и тут же перевёл взгляд на клецку с супом. Он осторожно подул на него, чтобы остудить, и откусил кусочек. Его пухлый подбородок зашевелился, и он стал похож на милого хомячка.

Тан Тан налила в тарелку Сяо Чжо рисовую кашу, но сначала убедилась, что она остыла до нужной температуры, и только потом поставила тарелку перед ним.

Несмотря на то, что Сяо Чжо был маленьким, аппетит у него был отменный. Он съел большую тарелку каши и пять пельменей, прежде чем насытился. Даже Тан Тан, которая наблюдала за ним, испугалась, что он съел слишком много, увидев его живот.

Лицо малыша покраснело. Вероятно, это произошло потому, что он заметил, что действительно съел слишком много. Он схватился за живот, вставая со стула. Затем он подошел к дивану, чтобы взять свой школьный рюкзак. После этого он побежал к двери, чтобы обуться.

Тан Тан знала, что он смущен. Она крикнула ему вслед: «Бао Бао, мама пойдет с тобой. Не ходи один, подожди маму, хорошо?»

Малыш на секунду замер, а потом продолжил надевать ботинки.

Тогда Тан Тан сказала: «Бао Бао, у мамы болит нога, поэтому я не могу за тобой поспевать. Иди помедленнее и подожди маму, хорошо? Иначе мама может упасть».

Услышав это, Сяо Чжо заметно замедлился.

К тому времени, как он вышел, Тан Тан собрала еду и надела туфли, чтобы догнать Сяо Чжо, но обнаружила, что он ещё не ушел. Он ждал по другую сторону двери. Увидев Тан Тан, он направился к лифту.

Тан Тан сразу же последовала за Сяо Чжо. Когда они подошли к лифту, Тан Тан забеспокоилась. Она всё ещё не знала, как пользоваться лифтами! Что ей делать? В конце концов она поняла, что ей не о чем беспокоиться, потому что малыш был очень умным. Он умел делать всё. Ей вообще ничего не нужно было делать! Тан Тан немного смутилась, почувствовав, что малыш о ней заботится. Она приняла решение и стала ещё более решительно настроенной на то, чтобы научиться жизненным навыкам, необходимым для жизни в этом мире. Она не хотела быть хуже ребёнка.

Когда они спустились к автобусной остановке, школьного автобуса ещё не было. Тан Тан передала малышу контейнер с выпечкой: «Бао Бао, мама испекла тебе пирог с красной фасолью. Возьми его с собой в детский сад и съешь, когда проголодаешься. Только не забудь потом принести контейнер домой».

Цзи Сяо Чжо бросил на Тан Тан сложный взгляд. Затем он молча взял контейнер и крепко прижал его к себе. Вскоре подъехал школьный автобус. Сяо Чжо забрался в него, не оглядываясь, но, усевшись, быстро посмотрел на Тан Тан через стекло.

Тан Тан заметила его взгляд и тут же помахала ему: «Пока, Бао Бао! Мама заберёт тебя из детского сада позже».

Цзи Сяо Чжо отвернулся, чтобы не встречаться с ней взглядом, но крепче сжал контейнер. Он держал его так, словно это было драгоценное сокровище.

Пухленькая девочка, которая сидела рядом с Сяо Чжо и дружила с ним, потому что они были из одного района, спросила: «Цзи Сяо Чжо, это была твоя мама?»

Цзи Сяо Чжо кивнул.

«Ух ты! Значит, у тебя действительно есть мама, а. Я этого не знала. Я никогда не видела, чтобы она водила тебя в детский сад».

Цзи Сяо Чжо опустил голову, посмотрел на контейнер в своих руках и подчеркнул: «У меня есть мама!»

Увидев контейнер для еды, который держал Цзи Сяо Чжо, девочка тут же заинтересовалась и спросила: «Что ты держишь? Пахнет очень приятно».

Уголки губ Цзи Сяо Чжо начали подниматься, но он с силой сжал контейнер в руках, а затем сказал: «Это пирог с красной фасолью. Моя мама лично приготовила его для меня, чтобы я мог съесть его в детском саду. Она боится, что я проголодаюсь».

Девочка тут же позавидовала. Она сглотнула слюну, подняла палец и сказала: «Можешь дать мне кусочек попробовать? Всего один».

Цзи Сяо Чжо закрыл контейнер руками и покачал головой: «Нет. Мама приготовила его для меня. Если хочешь, попроси свою маму приготовить его для тебя».

Девочка разочарованно поджала губы. Она фыркнула в сторону Сяо Чжо: «Цзи Сяо Чжо, ты такой жадный. Это всего лишь пирог с красной фасолью. Готова поспорить, он даже невкусный. Я даже есть его не хочу».

Цзи Сяо Чжо моргнул. Затем он аккуратно положил свой школьный рюкзак поверх контейнера с едой.

Девочка чуть не расплакалась от злости.

Тан Тан не знала, что происходит в школьном автобусе. Вернувшись домой, она постирала всю грязную одежду. После этого она убралась в квартире. Из-за травмы ноги уборка заняла у Тан Тан много времени. Когда она закончила, был уже полдень. Тан Тан так устала, что не хотела двигаться. Она съела немного фруктов, только чтобы утолить голод. После этого Тан Тан посмотрела телевизор, чтобы узнать больше об этом мире.

Тан Тан сосредоточила всё своё внимание на телевизоре. Она выключила его только тогда, когда пришло время забирать Сяо Чжо из детского сада. Уходя, она повторила все действия тёти Ли и села в зеленое такси. Она не могла не похвалить себя мысленно за то, что всё прошло гладко. Первый раз, когда она сама села в такси, оказался удачным!

Тан Тан, ты такая замечательная, ах.

Когда Тан Тан пришла в детский сад, она поняла, что пришла слишком рано, потому что у входа в здание было мало людей. Она подошла к забору и стала ждать у стены, глядя на детский сад. Тан Тан решила, что, когда она вернётся, ей нужно будет как можно скорее научиться определять время на часах.

Она не знала, сколько времени прошло, но наконец уроки закончились. Учителя начали выводить детей на улицу. Тан Тан сразу заметила малыша. Он крепко сжимал в руках контейнер, который принёс сегодня утром. Неужели он забыл, что контейнер можно положить в рюкзак?

Малыш выглянул из-за забора. Увидев Тан Тан, он спокойно развернулся и встал в линию вместе с другими детьми с таким серьёзным видом, будто это было что-то очень важное, и время от времени бросал на Тан Тан быстрые взгляды. Увидев его действия, Тан Тан захотелось рассмеяться.

Вчера учителя познакомились с Тан Тан, поэтому они разрешили Сяо Чжо уйти с ней. Перед уходом одна из учительниц сказала: «Мама Сяо Чжо, детский сад скоро закроется на каникулы. Мы собираемся провести собрание перед каникулами, и дети будут выступать на сцене. Наш детский сад надеется, что все родители придут посмотреть и поддержать детей. Смогут ли мама и папа Сяо Чжо присутствовать на собрании?»

Учитель решила спросить об этом, потому что родители Сяо Чжо не пришли в прошлом году. Тогда Сяо Чжо сказал, что его родители заняты, но учитель надеялась, что в этом году они придут.

Тан Тан не знала, что такое собрание, но поняла, что имела в виду учитель. В детском саду собираются провести что-то вроде праздника и приглашают родителей всех детей. Конечно, Тан Тан собиралась пойти. Если бы пришли родители всех остальных детей, кроме Сяо Чжо, насколько обидно было бы этому ребёнку?

Она обязательно должна была пойти.

Тан Тан кивнула учителю: «Учитель, я обязательно приду, но папа Сяо Чжо занят. Я не уверена, что у него будет время прийти».

Учитель улыбнулась: «Ничего страшного. Здорово, что Вы сможете прийти. Было бы ещё лучше, если бы папа Сяо Чжо тоже смог прийти».

«Спасибо».

Закончив разговор с учителем, Тан Тан взяла Сяо Чжо за руку и повела домой. На этот раз малыш не вырвал руку, но по-прежнему игнорировал её.

Однако Тан Тан уже была довольна.

Когда они пришли домой, Тан Тан обнаружила, что контейнер с завтраком пуст. Весь пирог с красной фасолью был съеден. Поэтому она спросила: «Бао Бао, тебе понравился мамин пирог с красной фасолью?»

Малыш вытянул ножки и лёг на диван. Он ответил не сразу. Когда он всё-таки заговорил, было похоже, что он не хотел этого делать: «Было вкусно».

Тан Тан поджала губы и спрятала улыбку: «Хорошо. Тогда, может, мама испечёт для тебя завтра пирог с бататом и финиками? Он тоже очень вкусный».

Малыш продолжал отвечать ей холодным тоном: «Как угодно».

Тан Тан с трудом сдержалась, чтобы не шлёпнуть его по пухлой попке. Она подошла ближе, чтобы посмотреть, что он делает. Он снова уставился в планшет. Она знала, что он ждёт ответа от своего папы.

Малыш явно скучал по отцу.

Чтобы отвлечь его, Тан Тан сказала: «Бао Бао, я теперь знаю, как с помощью этого общаться. Спасибо, что научил меня».

Малыш наконец поднял на неё взгляд. Он был похож на строгого учителя и спросил: «Ты правда научилась это делать?»

Тан Тан серьёзно кивнула: «Правда. Теперь я умею это делать».

Маленький учитель протянул ей планшет и торжественно произнёс: «Мало просто сказать, что ты можешь. Докажи».

«А?» Тан Тан не думала, что он будет её проверять. Неужели ей нужно отправить голосовое сообщение мужу прямо сейчас? Нет, нет, она не может. Она ещё не готова.

Увидев, что Тан Тан не двигается, он заговорил, надув щёки: «Разве ты не говорила, что научилась? Покажи мне. Отправь сообщение папочке».

Увидев, что малыш настроен серьёзно, она не смогла ему отказать. Поэтому Тан Тан смогла лишь взять себя в руки. Она глубоко вздохнула и взяла планшет, а затем, нервно нажимая на кнопку, сказала: «Гос… муж, ты… тебе нужно позаботиться о себе. Не волнуйся за меня и Бао Бао».

Сказав это, она тут же отпустила кнопку. Она нервно смотрела на малыша, не зная, правильно ли всё сделала.

Пухлые пальцы Сяо Чжо нажали на только что отправленное голосовое сообщение. Затем раздался голос Тан Тан. «Гос… муж, ты… тебе нужно позаботиться о себе. Не волнуйся за меня и Бао Бао».

Тан Тан почувствовала себя по-новому и быстро спросила: «Бао Бао, мама всё сделала правильно?»

Малыш неохотно кивнул: «Да, папа должен услышать это».

Когда Тан Тан узнала, что папа Сяо Чжо может услышать её сообщение, её сердце забилось чаще. Она гадала, как он отреагирует. Может быть, он подумает, что это странно, ведь она с владелицей тела очень разные. Даже говорили они по-разному. Но что она могла сделать? Она не могла подражать прежней владелице тела. Как она могла ругать своего мужа, особенно когда он вёл себя так хорошо?

Она не только не могла ругать его, но и должна была хорошо относиться к папе Бао Бао в будущем, потому что он зарабатывал деньги, чтобы её содержать. Всё, чем она пользовалась и на что жила, принадлежало ему, так как же она могла плохо к нему относиться? Кроме того, как жена, она, естественно, должна была заботиться о муже и детях. Теперь, когда она стала матерью Бао Бао и женой отца Бао Бао, она должна была хорошо заботиться о них.

* * *

За тысячи миль отсюда, ранним утром, на одной из баз в определённом кабинете всё ещё горел свет. Высокая фигура сидела за столом и сосредоточенно писала отчёт.

Дверь открылась. Мужчина лет тридцати с небольшим вошёл в комнату и сразу сел на свободный стул. Он был в военной форме. «Эй, брат Цзи, ты только что вернулся. Почему ты так торопишься с отчётом? Разве ты не устал после стольких дней на задании? У тебя даже глаза покраснели».

Цзи Ян даже не потрудился поднять взгляд. На его лице не отразилось никаких эмоций, и в голосе тоже не было никаких чувств: «Ничего особенного. Я посплю, как только закончу отчёт».

«Брат Цзи, на сколько дней ты уедешь в этот раз? Ты собираешься навестить Сяо Чжо? Малыш столько дней не получал от тебя вестей. Он, должно быть, очень по тебе скучает».





Глава 8




Когда речь зашла о Сяо Чжо, холодное выражение лица Цзи Яна немного смягчилось. В его глазах даже мелькнуло тепло. «В этот раз я взял отпуск на пять дней. Я уже закончил всю работу, так что вернусь на следующей неделе».

Дун Ли вздохнул: «Ах… ты видишь своего ребёнка только раз в месяц или два, а его мать… Она не в себе. Почему бы тебе не привезти ребёнка сюда? Хоть здесь и не идеальные условия, но детский сад неплохой. Если ты приведёшь сюда Сяо Чжо, то сможешь видеться с ним каждый день и тебе не придётся так сильно волноваться».

Дун Ли и Цзи Ян были одноклассниками в старшей школе. Они вместе пошли в армию и оба служили в спецназе. Так что можно сказать, что они вместе прошли через множество трудностей. Они были как родные братья и могли говорить друг с другом обо всём. Кроме того, он был единственным, кто знал правду о браке Цзи Яна и его жене.

Цзи Ян покачал головой: «Не стоит приводить сюда Сяо Чжо. Мне в любой момент могут поручить задание, и, если я уйду, за Сяо Чжо некому будет присмотреть».

Дун Ли, немного подумав, согласился. Нанимать няню для проживания на военной базе было не лучшей идеей, да и не разрешалось. Он знал, что на мать Сяо Чжо нельзя положиться, поэтому, даже если бы ребёнка привезли сюда, за ним всё равно некому было бы присматривать.

Было бы здорово, если бы мать Сяо Чжо была нормальной.

Дун Ли вздохнул, думая о своём друге. Он едва сдержался, чтобы не пробормотать: «Я действительно не понимаю, почему ты всё ещё женат на ней. Я уже говорил тебе развестись с ней и поискать мачеху для Сяо Чжо. В конце концов, не все мачехи плохие, даже если и так, по крайней мере, она была бы лучше, чем биологическая мать Сяо Чжо».

Цзи Ян замер, но ничего не ответил и продолжил писать свой отчет.

Дун Ли знал, что Цзи Яну не нравится обсуждать эту тему, поэтому больше ничего не сказал. Он пожелал Цзи Яну спокойной ночи и вышел из комнаты, отправившись спать.

Когда Цзи Ян закончил писать отчёт, было уже два часа ночи. Он помассировал уставшие глаза, выключил свет и вернулся в свою комнату.

Цзи Ян был капитаном команды, но его комната была очень простой. Всё было аккуратно разложено, что соответствовало армейской атмосфере.

Цзи Ян сел за свой стол. Казалось, он что-то вспомнил, поэтому достал свой телефон и включил его. Его телефон включился и завибрировал. Цзи Ян не стал обращать внимания ни на что другое и открыл WeChat. Он увидел несколько сообщений от Сяо Чжо. Выражение его лица невольно смягчилось. Он нажал на голосовые сообщения, чтобы прослушать их все.

«Папочка, почему ты не позвонил мне по видеосвязи, а? Ты занят?»

«Папочка, ты снова не позвонил мне по видеосвязи. Ты на задании?»

«Папочка, ты ещё не вернулся с задания? Когда ты вернёшься, а?

«Папочка, ты уже давно не звонил мне по видеосвязи. Где ты?»

В трубке раздался детский голосок. Цзи Ян смягчился. Если бы кто-то спросил, что дало ему это замужество и за что он благодарен, он бы без колебаний ответил: за своего ребёнка. Он был благодарен своей жене за то, что она родила Сяо Чжо. Поэтому ради Сяо Чжо он был готов терпеть её. Пока она не переходила черту, он обещал обеспечивать её всем необходимым для комфортной жизни.

Цзи Ян продолжал прослушивать голосовые сообщения. Когда он добрался до последнего, раздался неожиданный женский голос: «Гос… муж, ты… тебе нужно позаботиться о себе. Не волнуйся за меня и Бао Бао».

Тан Тан?

Цзи Ян нахмурился. Он уставился на вкладку с последним голосовым сообщением. Он думал о том, почему она отправила ему голосовое сообщение и почему у неё такой тон.

Цзи Ян немного поразмыслил и открыл список вызовов. Там было несколько пропущенных звонков от тёти Ли. Сначала он хотел перезвонить, но, взглянув на время, передумал. Вместо этого он взял кое-какую одежду и пошёл в ванную.

Утром Цзи Ян отправился на утреннюю тренировку. После этого он предположил, что малыш уже проснулся, и открыл WeChat, чтобы отправить запрос на видеозвонок.

«Папочка, папочка, ты вернулся!» Когда запрос был принят, на экране появилось круглое личико малыша. Казалось, что Сяо Чжо хочет пройти сквозь экран и оказаться рядом с ним.

На серьёзном лице Цзи Яна появилась редкая улыбка: «Сяо Чжо, ты давно встал?»

Малыш кивнул: «Я только что проснулся, папочка. Ты давно мне не звонил. Ты был на задании? Ты не пострадал? Когда ты вернёшься, чтобы увидеться со мной?»

Вопросы сыпались один за другим. Цзи Ян терпеливо слушал, и его обычная уверенность в себе пошатнулась. Он знал, что он плохой отец и что он подвёл Сяо Чжо. Он не только не нашёл Сяо Чжо хорошую мать, но и не мог жить рядом с Сяо Чжо. Ему было трудно даже просто навещать своего ребёнка. Цзи Ян понимал, что малышу одиноко, но ничего не мог с этим поделать.

«Папа только что вернулся с задания. Я не пострадал. Папа приедет к тебе через несколько дней».

Услышав его, Сяо Чжо просиял и улыбнулся, обнажив маленькие белые зубки: «Правда, папочка? Тогда я буду ждать твоего возвращения. Ты должен вернуться поскорее».

«Хорошо, папа скоро вернётся». Закончив, Цзи Ян спросил: «Сяо Чжо, с мамой недавно что-то случилось?»

Малыш тут же кивнул. Затем он быстро взглянул на дверь. Убедившись, что она закрыта, он осторожно сказал Цзи Яну: «Папа, маму сбила машина. Она повредила ногу, а на лице у неё много царапин».

Цзи Ян поджал губы. Он ничего не сказал.

Цзи Сяо Чжо снова взглянул на дверь и сказал: «Это ещё не всё, это ещё не всё. Мама сказала, что ничего не помнит. Она не умеет делать многие вещи, поэтому ей нужна моя помощь».

Ничего не помнит? Первой реакцией Цзи Яна было недоверие. Он ей не поверил. Она что, пытается их обмануть?

Когда Цзи Сяо Чжо увидел недоверие на лице Цзи Яна, он быстро сказал: «Папа, я думаю, что мама действительно потеряла память. Это правда!»

«О? Почему ты так думаешь?»

«Потому что она стала другой. Раньше она не заботилась обо мне, но теперь она каждый день готовит для меня вкусную еду. Она даже готовила для меня закуски в детский сад, и забирала меня домой, когда занятия в детском саду заканчивались. Она...» — До этого момента Сяо Чжо чувствовал себя немного неловко, к тому же он пытался скрыть свою радость, — «Она называет меня Бао Бао, а иногда драгоценным и дорогим. Ах, это так раздражает».

Цзи Ян был полон подозрений. Он ясно понимал позицию Тан Тан. Она не хотела даже смотреть на Сяо Чжо, так почему же она вдруг стала так много делать для него? Что именно произошло?»

Цзи Ян не стал озвучивать вопросы, которые крутились у него в голове, а вместо этого спросил: «А как же бабушка Ли? Куда она ушла? Почему мама готовит?»

Цзи Сяо Чжо ответил: «Бабушка Ли ушла домой. Она присматривает за маленьким ребенком».

Цзи Ян слышал о беременности невестки тёти Ли. Может быть, дело было в этом. Тогда он сразу же сказал: «Уже довольно много времени. Быстрее иди почисти зубы и позавтракай, прежде чем идти в детский сад. Папа приедет навестить тебя через несколько дней».

«Хорошо. Пока, папочка». Малыш не хотел завершать разговор, но понимал, что нужно заканчивать, поэтому он помахал Цзи Яну и неохотно завершил вызов.

Цзи Ян вышел из WeChat. Затем он открыл контакты и позвонил тёте Ли.

* * *

С другой стороны, Тан Тан заметила, что сегодня утром малыш был в прекрасном настроении. Чтобы показать, как он счастлив, Сяо Чжо постоянно болтал ногами, пока ел, и время от времени улыбался.

«Бао Бао, случилось что-то хорошее? Можешь рассказать об этом маме?»

Малыш перестал болтать ногами. Он проглотил еду и сделал серьёзное лицо: «Ничего особенного».

Тан Тан ему не поверила. Она знала, что он не хочет говорить, поэтому использовала свой секретный приём: «А, иди сюда и расскажи мамочке. Расскажи мамочке, хорошо, мой дорогой? Мамочка правда хочет знать, а!»

Сяо Чжо сердито посмотрел на Тан Тан. Он нетерпеливо сказал: «Ладно. Почему ты такая надоедливая, а? Я сейчас разозлюсь до смерти. Я тебе расскажу, хорошо? Папочка вернется через несколько дней, чтобы повидаться со мной».

«А? Твой папа вернется? Тогда… Тогда...» Тан Тан не ожидала, что всё так обернется. Она не была знакома с этим человеком, но почувствовала, как её сердце снова громко забилось.

После того, как она проводила Сяо Чжо и вернулась домой, Тан Тан продолжала гадать, как выглядит отец Бао Бао. И ещё, каким он был человеком? Что ей делать, когда она его увидит? Судя по тому, что рассказала ей тётя Ли, папе Бао Бао не нравилась предыдущая владелица тела, значит ли это, что и она ему не нравится? Если она ему действительно не нравится, что ей делать, а?

Тан Тан была в замешательстве. В конце концов она решила усердно работать и хорошо относиться к папе Бао Бао. Она решила выполнять свой долг как его жена. Тан Тан решила, что даже если она ему не будет нравится, то она ничего не может с этим поделать, но она всё равно будет хорошо к ним относиться. Он же не выгонит её, потому что она ему не нравится, верно?

Подумав об этом, Тан Тан немного расслабилась и начала думать о том, что ей приготовить для Сяо Чжо. Однако, открыв холодильник, Тан Тан обнаружила, что он пуст.

Тётя Ли уехала пару дней назад. Изначально полный холодильник теперь опустел. Тан Тан знала, что ей нужно выйти и купить еды, чтобы пополнить его, но она не знала, куда пойти, чтобы купить всё необходимое. Немного подумав, она решила, что ей остается пойти и попросить помощи у своего Бао Бао.

Как только занятия в детском саду закончились и Тан Тан отправилась забирать Сяо Чжо, они не сразу отправились домой. Вместо этого Тан Тан попросил малыша о помощи: «Бао Бао, дома не осталось продуктов. Можешь сходить со мной за покупками? Мама не знает, как это сделать».

К этому моменту Цзи Сяо Чжо уже понял, что Тан Тан ничего не помнит, поэтому не был так шокирован, как раньше. Вместо этого он решил пойти впереди и показал дорогу: «Следуй за мной. Мы идём в супермаркет».

Раньше тётя Ли часто брала Сяо Чжо с собой в супермаркет, так что он знал дорогу.

Тан Тан уже видела супермаркет по телевизору. Внутри он был очень большим, и там можно было купить всё что угодно. В тот раз она долго не могла прийти в себя, но в то же время её переполняло предвкушение, особенно сейчас, когда её сопровождал малыш.

Когда они пришли в супермаркет, малыш уверенно направился к тележкам для покупок и достал из кармана монетку. Затем он привстал на цыпочки, чтобы положить монетку в маленькое отверстие на тележке для покупок. Внезапно тележка разблокировалась, и у наблюдавшей за этим Тан Тан загорелись глаза. В её глазах почти заплясали звёздочки.

Её маленькое сокровище было поистине удивительным.

Под восхищённым взглядом Тан Тан малыш спокойно покатил тележку. Он даже взмахнул рукой, как настоящий лидер, и крикнул Тан Тан, которая стояла позади него: «Пойдём!»

Тан Тан быстро и послушно последовала за маленьким лидером.

Несмотря на внушительную ауру и манеры, он был слишком маленьким. Он был ниже тележки для покупок, поэтому ему приходилось прилагать немало усилий, чтобы сдвинуть её с места. Тан Тан с болью в сердце наблюдала за ним. Обычно такие дети, как он, сидят на сиденье в тележке, пока взрослые её толкают, как это делал главный герой в сериале.

Тан Тан огляделась и заметила, что большинство детей сидят в тележках для покупок. Поэтому Тан Тан предложила: «Бао Бао, пусть мама толкает тележку. Ты можешь сидеть в тележке, пока мама её толкает».

Цзи Сяо Чжо взглянул на других детей, сидящих в тележке. В его глазах промелькнула тоска, но он всё равно покачал головой в ответ: «Я не буду сидеть. Только трехлетний ребенок стал бы сидеть в тележке для покупок». Сейчас ему было почти четыре года. Он больше не трехлетний. Также… Малыш незаметно взглянула на раненую ногу Тан Тан.

Тан Тан не поверила ему. Она тут же ответила: «Это не имеет значения, ах. Хотя Бао Бао уже не три года, ты всё ещё ребенок. Подойди и сядь».

Малыш снова покачал головой. Он снова серьезно покатил тележку и не забыл пожаловаться: «Ты даже ходить самостоятельно не можешь. Я не хочу, чтобы ты пострадала, когда будешь толкать тележку, пока я в ней сижу. Пошли»

Теперь Тан Тан всё поняла. Малыш беспокоился о ней.

Какой добрый ребёнок. Он был таким послушным. Она действительно не понимала, почему прежняя владелица тела так плохо с ним обращалась.





Глава 9




Честно говоря, Тан Тан могла бы толкать тележку, даже опираясь на один из своих костылей, но малыш ей не позволил. Поскольку она не хотела отвергать доброту малыша, ей оставалось только следовать за ним, как подчинённой. Это было довольно интересно.

Под руководством маленького лидера Тан Тан как следует рассмотрела супермаркет. Там было так много товаров, что у Тан Тан закружилась голова. Она была глубоко тронута, думая о том, что этот мир поистине удивителен и что всем, кто в нём живёт, действительно повезло.

Следуя за маленьким лидером, Тан Тан подошла к овощному отделу и выбрала все необходимые продукты. На протяжении всего процесса Тан Тан просто копировала действия других людей, и всё шло гладко. Однако, когда пришло время взвешивать овощи, она поняла, что весы окружены людьми. Малыш заметил это и тут же потянул Тан Тан за штанину, чтобы остановить её, и сказал: «Не ходи и жди меня здесь. Я пойду вместо тебя!» Затем он схватил овощи и побежал в очередь. Несмотря на то, что его крошечное тело окружали взрослые, Сяо Чжо не боялся. Напротив, он был очень спокоен.

Когда подошла очередь Сяо Чжо, он на цыпочках подошёл к весам, положил овощи на платформу и обратился к продавцу: «Тётя, взвесьте, пожалуйста, овощи».

Работник супермаркета впервые видела, как такой маленький ребёнок что-то покупает. Работник посмотрела на Сяо Чжо. Он был таким серьёзным и милым, ах. Работник стала взвешивать овощи медленнее.

Все вокруг тоже смотрели на малыша восторженными глазами. Несколько девочек достали телефоны, чтобы сфотографировать Сяо Чжо, и сказали: «Какой милый. Какой милый. Я правда хочу забрать его домой».

Тан Тан наблюдала за происходящим неподалёку. Её переполняла гордость. Её Бао Бао был таким умным и удивительным…

Когда Сяо Чжо, пошатываясь, вернулся к Тан Тан со взвешенными овощами, Тан Тан наклонилась и обняла Сяо Чжо. Она поцеловала его в лоб и сказала: «Бао Бао, ты просто потрясающий! Мама тобой восхищается».

Глазки малыша расширились. Через две секунды он быстро прикрыл лоб своей пухлой ручкой. Он смутился и разозлился, глядя на Тан Тан: «Ты… Ты…» Он вообще ничего не мог сказать. Его лицо покраснело, и в конце концов он толкнул тележку с покупками и побежал. «Ай, я тебя просто терпеть не могу. Ты такая надоедливая, ах!»

Тан Тан просто улыбнулась, глядя, как маленький пухлый мальчик с трудом толкает тележку с покупками.

Молодая мама, которая была примерно того же возраста, что и Тан Тан, наблюдала за происходящим. Молодая мать позавидовала и сказала Тан Тан: «Это ведь твой сын, верно? Он такой разумный. Он заботится о тебе и не хочет, чтобы ты толкала тележку. Он даже ничего не говорит, хотя и вспотел от натуги. В отличие от моего сына, который и шагу не хочет сделать самостоятельно».

Маленький мальчик, сидевший в тележке для покупок, не знал, что мама ругается на него, и продолжал есть мороженое. Мороженое было у него во рту.

Тан Тан не смогла сдержать улыбку. Ей казалось, что гордость, которую она испытывала, вот-вот переполнит её. Попрощавшись с молодой мамой, она быстро побежала за своим маленьким сокровищем.

Помимо овощей, Тан Тан решила купить немного фруктов и сладостей, которые нравились малышу. В конце концов мать и сын купили большой пакет продуктов. Тан Тан могла держать костыли только одной рукой, а пакет — другой. Ей было очень трудно идти.

Когда Сяо Чжо заметил, что Тан Тан с трудом передвигается, он нахмурился. Затем он подбежал к Тан Тан и помог ей поднять пакет. Сяо Чжо хотел облегчить ношу, чтобы Тан Тан не так сильно напрягалась. Но из-за того, что он был слишком маленьким, он не мог нормально ходить. Вместо этого он начал шататься и чуть не упал.

Тан Тан быстро взяла его за руки: «Бао Бао, тебе не нужно помогать. Мамочка может сама его нести. Мамочка сильная».

Сяо Чжо не поверил её словам. Когда его руки освободились, он снова попытался поднять сумку и вздохнул: «Ах, я ещё недостаточно силён. Было бы здорово, если бы папа был здесь. Папа очень сильный».

Тан Тан быстро утешила его: «Не волнуйся. Бао Бао ещё слишком мал. Если Бао Бао будет правильно питаться, он вырастет высоким и сильным».

Малыш молча кивнул. Он был полон решимости в будущем стать выше папы.

К тому времени, как они вернулись домой, было уже поздно, поэтому Тан Тан сразу пошла на кухню готовить ужин, а Сяо Чжо остался развлекаться.

Цзи Сяо Чжо молча стоял у входа на кухню и смотрел, как Тан Тан готовит. Внезапно он кое-что вспомнил и бросился в свою комнату за планшетом. Затем он вернулся и тайком сфотографировал Тан Тан. Увидев, что Тан Тан ничего не заметила, он тут же побежал в свою комнату и запер дверь, как будто что-то украл. После этого он отправил фотографию Цзи Яну.

«Папочка, мы с мамой сегодня ходили в супермаркет. Мама купила мне много вкусной еды, и сейчас она на кухне готовит для меня что-то вкусненькое». В голосе Сяо Чжо слышалось хвастовство.

Вернувшись в общежитие, Цзи Ян принял душ в своей комнате. Затем он включил телефон и увидел сообщение от малыша. Это была фотография женщины в фартуке, которая что-то готовила на плите. Женщина была худой, как скелет, и у неё была гипсовая повязка на левой ноге. Рядом стояли её костыли. Женщина выглядела так, будто умела готовить.

Цзи Ян почувствовал, что женщина на фотографии ему совсем незнакома. Будь то её аура или действия, она не соответствовала той Тан Тан, которую он себе представлял. В его воспоминаниях она всегда была в пьяном угаре или в истерике и всегда желала ему скорейшей смерти. Однако женщина на фотографии излучала нежность, и от неё исходило приятное и спокойное чувство.

Если бы фигура на фотографии не была точной копией Тан Тан, Цзи Ян подумал бы, что это кто-то другой.

Почему произошли такие большие перемены? Из-за потери памяти? Если дело не в потере памяти, то у неё нет причин притворяться и вести себя так.

Цзи Ян подавил свои подозрения и позвонил Сяо Чжо по видеосвязи. Звонок был принят только после второго гудка. На экране появилось круглое лицо. Увидев Цзи Яна, Сяо Чжо тут же взволнованно позвал его: «Папочка».

Цзи Ян улыбнулся и спросил: «Ты сегодня хорошо поел?»

Малышу было что сказать отцу. Поэтому он тут же поднял два пальца и ответил: «Сегодня я съел две порции риса. Ещё я ел куриные крылышки, тофу и… и…»

Память малыша была не такой уж хорошей, и в тот момент он не мог вспомнить всё. Цзи Ян терпеливо ждал. Спустя долгое время малыш наконец вспомнил.

«О, о, там ещё был суп. Он был очень вкусным».

«Да неужели? Это всё приготовила мама?»

Сяо Чжо с силой закивал. Затем, сделав вид, что собирается выдать большой секрет, он прошептал: «Папа, мама готовит очень вкусно. Лучше, чем бабушка Ли. А ещё у мамы очень вкусная выпечка. Бабушка Ли так не готовит». Все его одногруппники в детском саду ему завидовали.

Видя, как малыш возбуждённо болтает, не замечая, что почти в каждом его предложении есть слово «мама», Цзи Ян почувствовал себя неловко: «Сяо Чжо, тебе нравится нынешняя мама?»

Малыш замолчал. Спустя долгое время он неловко кивнул и тихо ответил: «Папочка, я хочу, чтобы мамочка всегда была такой. Я не хочу, чтобы мамочка снова стала прежней».

На этот раз Цзи Ян промолчал. Он вдруг понял, что не знает, что сказать своему ребёнку, и всё потому, что он не знал, что происходит с Тан Тан. Действительно ли она хорошо относится к Сяо Чжо или что-то замышляет.

Он очень боялся, что она всего лишь притворяется милой с Сяо Чжо, и через несколько дней вернётся к своему прежнему поведению; что она даст Сяо Чжо надежду, а потом разрушит её. Если всё так, то Цзи Ян точно её не отпустит.

* * *

На следующий день наступили выходные, поэтому Цзи Сяо Чжо не нужно было идти в детский сад. Тан Тан хотела куда-нибудь сводить Сяо Чжо поиграть, потому что слышала, как несколько родителей обсуждали, куда они собираются отвести своих детей на выходных. Кто-то говорил о тематическом парке, а кто-то упоминал аквапарк. Тан Тан не совсем понимала, о чём они говорят, но она знала, что все они собираются куда-то отвести своих детей, чтобы развлечь их. Из-за этого Тан Тан захотел взять Сяо Чжо с собой куда-нибудь поиграть.

Однако малыш отверг это предложение. Он посмотрел на раненую ногу Тан Тан: «Ты не можешь идти и играть с больной ногой. Иначе она не заживёт быстро, и тебе придётся постоянно пользоваться костылями. Кто-то может даже назвать тебя инвалидом».

Сердце Тан Тан растаяло. Он был таким маленьким, но уже таким заботливым. Он был таким милым! Его было трудно не полюбить. Поначалу Тан Тан думала, что раз она его мать, то обязана хорошо о нём заботиться. Но шли дни, и малыш стал нравиться ей всё больше и больше. Тан Тан поняла, что искренне хочет хорошо к нему относиться.

Ей повезло, что она стала матерью Сяо Чжо. Неужели Бог решил, что в прошлой жизни она была слишком жалкой, и решил загладить свою вину в этой жизни?

С тех пор как Тан Тан узнала об этом мире по телевизору, она поняла, что это место не было её родным миром. Она также узнала, что это не какая-то другая страна, находящаяся далеко-далеко, но что её изначального мира больше не существует. Теперь её мир воспринимался как нечто, существовавшее несколько тысяч лет назад.

Тан Тан не знала, почему она внезапно перенеслась в будущее. Однако она уже решила, что будет считать эту невероятную ситуацию компенсацией от Бога. Теперь она чувствовала, что каждый прожитый день — это благословение. Ей очень нравилась её нынешняя жизнь. Раньше она думала, что до конца своих дней будет одинока. Но теперь у неё были ребёнок и муж, её семья — то, о чём она всегда мечтала. И теперь, когда у неё была семья, Тан Тан была готова на всё, чтобы её защитить. Эта семья была для неё всем.

Поскольку малыш не захотел никуда идти играть, Тан Тан отвела его в местный торговый центр. Она не могла позволить малышу сидеть дома весь день.

Территория торгового центра была очень большой, и там было несколько аттракционов, поэтому многие взрослые любили водить туда своих детей. Там было очень оживлённо.

У Цзи Сяо Чжо была маленькая машинка на батарейках. Если не считать размера, она была такой же, как настоящая машина, так что можно сказать, что машина Сяо Чжо выглядела очень внушительно. Он сел в свою маленькую машинку и поехал по зоне развлечений в торговом центре. Сяо Чжо выглядел очень круто, поэтому другие дети смотрели на него с завистью.

Поскольку у Тан Тан была повреждена нога, она сидела на скамейке и смотрела, как играет Сяо Чжо.

Рядом с ней сидела молодая мама. Молодая мама постоянно фотографировала на свой мобильный играющих детей. Тан Тан знала из телепередач, что предмет, который держала в руках молодая мама, называется мобильным телефоном. Это был удивительный предмет. Она узнала, что с его помощью можно разговаривать с людьми, смотреть фильмы и фотографировать. Тан Тан слышала от Сяо Чжо, что у прежней владелицы тела был мобильный телефон, но Тан Тан нигде не могла его найти. Скорее всего, он где-то потерялся.

Поначалу Тан Тан не слишком переживала из-за того, что у неё нет телефона, но, увидев, как молодая мама фотографирует детей, она почувствовала зависть. Если бы у неё был телефон, она бы тоже могла фотографировать Сяо Чжо.

Молодая мама заметила, что Тан Тан смотрит на неё, улыбнулась и спросила: «Ваш ребёнок тоже здесь играет?»

Тан Тан кивнула и указала в сторону Сяо Чжо: «Мой ребёнок управляет той маленькой машинкой».

«Так это Ваш ребёнок, а. Он очень красивый! Думаю, он пошёл в отца». Закончив говорить, молодая мать поняла, что сказала что-то неуместное, и быстро извинилась: «Простите. Я не это имела в виду».

Тан Тан не возражала и в ответ махнула рукой: «Ничего страшного. Я знаю, что выгляжу не очень». Если говорить начистоту, то она была настолько «уродливой», что даже сама Тан Тан не стала бы смотреть на себя в зеркало без крайней необходимости. Малыш был симпатичным. Он определённо был похож на своего отца, и, к счастью, так оно и было, иначе ему бы жилось не сладко.

Увидев, что Тан Тан действительно не против, молодая мать решила, что у Тан Тан хороший характер, и завела разговор на отвлечённую тему. Вскоре они заговорили о работе: «Я работаю в банке. Где Вы работаете?»

Тан Тан знала, что эта эпоха отличается от той, в которой жила она. В это время мужчины и женщины могли работать, чтобы зарабатывать деньги, и у большинства женщин была работа. Чем лучше была работа, тем больше она вызывала зависть у других людей, а на тех, кто оставался дома, чтобы присматривать за детьми и заниматься домашним хозяйством, иногда смотрели свысока. Таких людей называли «домохозяйками».

Тан Тан была домохозяйкой на полную ставку.

Она покачала головой и честно ответила: «У меня нет работы».

Молодая мать поняла, что имела в виду Тан Тан. А, значит, она была домохозяйкой. Редко можно было встретить такую молодую маму, которая полностью посвящала себя дому. Молодая мать не стала продолжать расспросы на эту тему.

Они продолжили болтать о пустяках. Когда Тан Тан повернула голову, чтобы посмотреть на малыша, она нигде его не увидела!

Сердце Тан Тан замерло. Она быстро схватила свои костыли и направилась к тому месту, где в последний раз видела Сяо Чжо. Она быстро огляделась по сторонам, но не смогла его найти. Тан Тан запаниковала. Дрожащим голосом она спросила окружающих, не видели ли они Сяо Чжо. Однако все они ответили, что ничего не заметили.

«Бао Бао...» У Тан Тан ослабли руки и ноги. Её глаза покраснели. Она не хотела верить, что Сяо Чжо пропал. Она ковыляла по округе, зовя Сяо Чжо и пытаясь его найти. Тан Тан пару раз упала из-за того, что слишком торопилась, но она просто поднималась и продолжала искать Сяо Чжо.

Увидев, как Тан Тан волнуется, несколько других матерей подошли, чтобы утешить её и помочь найти ребёнка.

Пока все искали Сяо Чжо, он прятался за искусственным холмом недалеко от игровой площадки. Там перед ним на корточках сидел старик с седыми волосами. От старика исходила аура величия, но с ребёнком он вёл себя очень по-доброму.





Глава 10




«Сяо Чжо, кто привёл тебя сюда сегодня поиграть? Это тётя Ли?» — спросил старший.

«Бабушка Ли ушла домой, чтобы присмотреть за малышом. Мама привела меня сюда поиграть».

Старший был потрясён: «Твоя мама? Как она могла привести тебя сюда?» Эта женщина раньше никогда не заботилась о Сяо Чжо.

Цзи Сяо Чжо кивнул: «Это правда. Это мама привела меня сюда».

«Неужели эта женщина может быть такой милой? Может, она просто обманывает тебя? Может, она заставила тебя что-то сделать?» Может, эта женщина что-то замышляет? Он действительно не понимал, о чём думал Цзи Ян, когда женился на такой женщине!

Цзи Сяо Чжо потянул старика за руку и серьёзно сказал: «Прадедушка, мама меня не обманывает. Она стала хорошей и теперь очень милая. Прадедушка больше не должен проклинать маму».

Старик тяжело вздохнул и сказал: «Как такая, как твоя мать, может стать хорошей? Она наверняка что-то замышляет!»

Цзи Сяо Чжо не мог смириться с тем, что люди говорят о его матери плохо, поэтому отдёрнул руку старика и серьёзно сказал: «Прадедушка, больше не говори ничего плохого о моей мамочке, иначе я разозлюсь».

Видя, что правнук больше не хочет держать его за руку, старик быстро пошёл на уступки: «Ладно, ладно, ладно, прадедушка больше ничего не скажет. Я не буду плохо отзываться о твоей матери, но ты должен помнить, что не можешь рассказать родителям о нашей встрече. Это наш секрет».

Цзи Сяо Чжо с готовностью кивнул: «Я знаю. Я сохраню наш секрет».

Старик заметил, что уже поздно и не стоит продолжать разговор, поэтому он погладил малыша по голове и сказал: «Хорошо. Тебе пора домой. Прадедушка ещё увидится с тобой в следующий раз».

«Хорошо. До свидания, прадедушка!» Цзи Сяо Чжо завёл свою маленькую машинку и поехал искать маму. В конце концов, на полпути его нашла Тан Тан.

Тан Тан чувствовала себя так, словно вот-вот умрет от испуга. Увидев Цзи Сяо Чжо, она тут же отбросила костыли и крепко обняла малыша. Сдерживаемые слёзы хлынули из её глаз и потекли по щекам, пока она рыдала: «Куда ты пропал? Я думала, что больше никогда тебя не увижу. Ты хоть представляешь, как я испугалась?»

Увидев, что Тан Тан плачет, Цзи Сяо Чжо замер. Он понял, что его тайная встреча с прадедушкой напугала маму. Он тут же почувствовал себя виноватым и извинился: «Прости, мама. Мне не стоило уходить одному. Не плачь, мама».

Тан Тан крепко обняла Сяо Чжо. Она всё ещё не могла сдержать слёз. Она действительно думала, что потеряла Сяо Чжо. Что бы она делала, если бы его похитили торговцы детьми? Даже её смерти было бы недостаточно, чтобы компенсировать это.

Когда Цзи Сяо Чжо увидел, что Тан Тан всё ещё плачет, его глаза тоже наполнились слезами. Немного подумав, он повторил действия Тан Тан, когда она его успокаивала. Он похлопал Тан Тан по плечу и сказал: «Мамочка, Бао Бао был неправ. Прости меня. Мамочка, не плачь больше, хорошо?»

Тан Тан вытерла свои слёзы и слёзы Сяо Чжо, а затем спросила: «Куда ты ходил? Почему ты не сказал маме и ушёл один так далеко, а?»

Цзи Сяо Чжо тут же опустил голову, не смея смотреть ей в глаза. Он пошевелил пальцами и с чувством вины в голосе ответил: «Ничего особенного. Я просто пошёл поиграть». Он пообещал своему прадедушке ничего не говорить. Иначе его папа разозлится.

Тан Тан чувствовала, что Сяо Чжо не сказал ей правду, но раз он не хотел говорить, она не могла его заставлять. Она потянула его за руку и предупредила: «В следующий раз не уходи, не сказав ни слова, хорошо? Мама будет волноваться».

Цзи Сяо Чжо быстро кивнул. Затем он заметил, что у Тан Тан болит правое колено. Оно было в крови. Он запаниковал и, широко раскрыв глаза, указал на её колено: «Мамочка, у тебя колено в крови».

Тан Тан не возражала. Она махнула рукой: «С мамочкой всё в порядке. Я была неосторожна и упала. Мамочка нанесёт немного мази, и всё будет хорошо».

«Мамочка, ты упала, когда искала меня?» Цзи Сяо Чжо невольно поморщился. Он хотел потрогать рану Тан Тан, но не осмелился. «Мамочка…»

«Нет, это потому, что мамочка была неосторожна. Ничего страшного. Пойдём домой». После такого случая Тан Тан не осмеливалась больше оставлять малыша играть одного. Она хотела сразу же отвести его домой.

Цзи Сяо Чжо стало не по себе. Он чувствовал себя виноватым, ведь из-за него пострадала его мамочка. Сяо Чжо почувствовал облегчение только тогда, когда сам увидел, как Тан Тан обрабатывает свою рану. Когда Тан Тан ушла на кухню, Сяо Чжо воспользовался возможностью и спрятался в своей спальне. Затем он отправил Цзи Яну голосовое сообщение: «Я сегодня сделал кое-что не так, папа. Я заставил маму страдать и плакать. Я не хотел».

Закончив говорить, Сяо Чжо обхватил голову руками и неподвижно лёг на кровать. Он был похож на угрюмого поросёнка.

* * *

Цзи Ян получил сообщение от малыша ночью. Он немного забеспокоился, услышав недовольство в голосе Сяо Чжо. Цзи Ян запросил видеозвонок, на который очень быстро получил ответ. На Сяо Чжо были только брюки, так что была видна верхняя часть его пухлого тела. Он сидел на кровати с озабоченным выражением лица.

«Что сегодня произошло? Что ты сделал не так?» — спросил Цзи Ян.

Цзи Сяо Чжо подпёр подбородок рукой и вздохнул. Он хотел всё рассказать папе, но вспомнил о своём обещании, данном прадедушке. В конце концов Сяо Чжо решил не упоминать его: «Мама повела меня играть на детскую площадку в торговом центре. Я отошел слишком далеко и напугал маму. Мама плакала, и у неё даже пошла кровь на коленке».

«Тогда почему ты не сказал маме, что отойдешь?»

Цзи Сяо Чжо опустил голову и, замявшись, сложил руки: «Я просто… просто побежал играть».

Цзи Ян замолчал. Он догадывался, что произошло, поэтому не стал допытываться у Сяо Чжо. «В следующий раз не забудь сказать взрослому, куда ты идёшь. Нельзя просто так убегать. А вдруг тебя похитят? Ты понимаешь?»

Цзи Сяо Чжо кивнул.

Цзи Ян больше ничего не сказал, видя, что Сяо Чжо понял, что сделал что-то не так. Цзи Ян закончил разговор, напомнив Сяо Чжо, что ему пора спать. Цзи Ян не мог понять, что он чувствует, думая о том, действительно ли Тан Тан расстроилась и расплакалась из-за Сяо Чжо. Если она притворялась, то зачем ей было играть так убедительно? Если только у неё действительно не было потери памяти, которая привела к изменению личности?

Похоже, ему действительно нужно вернуться и понаблюдать за происходящим.

Пока Цзи Ян пребывал в раздумьях, Цзи Сяо Чжо тоже глубоко задумался. Он закинул руки за голову и использовал их как подушку, а ноги скрестил, размышляя о произошедших сегодня событиях.

Сяо Чжо чувствовал, что его мама действительно изменилась. Раньше она никогда не заботилась о нём. Бывали случаи, когда она кричала и злилась на него. Однако теперь его мама стала нежной. Теперь она улыбалась ему, готовила вкусную еду, называла его «дорогим» и «любимым» и даже плакала, потому что беспокоилась о нём, когда он пропадал.

Похоже, теперь мама действительно его любила.

Стоит ли ему простить маму и дать ей ещё один шанс?

Цзи Сяо Чжо долго размышлял, нахмурив брови. Наконец он вздохнул и решил на этот раз простить маму. Папа говорил ему, что мужчины не должны быть узколобыми и что они должны уступать девушкам. Мама — девушка, так что ему следует уступить.

Сяо Чжо улыбнулся, почувствовав, что с его плеч свалился тяжкий груз. Он задёргал ногами, чтобы показать, как он счастлив, а затем пару раз перекатился с одного бока на другой, лежа на кровати, прежде чем заснуть.

* * *

Тан Тан заметила, что малыш изменился за одну ночь. Обычно он избегал смотреть на неё и отвечал ей мычанием. По сути, он вёл себя так, будто у него не хватало терпения общаться с ней. Однако он не отказывался от еды, которую она клала ему в контейнер по утрам. Когда они шли в детский сад, он сам взял её за руку и даже напомнил, чтобы она была осторожна и не споткнулась.

Тан Тан в шоке уставилась на малыша. Она не понимала, что происходит.

«Бао Бао, что случилось? Ты больше не злишься на маму?»

Малыш серьёзно кивнул и сказал: «Я решил простить тебя на этот раз. Ты больше не должна поступать так же».

Тан Тан удивилась. Она обхватила его лицо руками и спросила: «Бао Бао, ты правда больше не злишься на маму? Мы помирились?»

Малыш изо всех сил старался сохранять серьёзное выражение лица и кивнул: «Да».

Тан Тан не смогла сдержать улыбку. Она несколько раз поцеловала малыша в щёку: «Спасибо, Бао Бао. Ты такой милый».

Губы Сяо Чжо тоже приподнялись в улыбке, но затем он сделал вид, что спокоен: «Это потому, что я мужчина. У меня широкий кругозор».

Его серьёзное и торжественное выражение лица рассмешило Тан Тан. Она кивнула: «Всё верно. Бао Бао — человек широких взглядов. Мамочка очень тебя любит».

У малыша покраснели уши. Он смущённо огляделся. Убедившись, что вокруг никого нет, он быстро встал на цыпочки и поцеловал Тан Тан в щёку, а затем тихо сказал: «Я тоже тебя люблю».

Сказав это, он смутился и тут же убежал на своих коротких ножках.

Сердце Тан Тан растаяло. Как может существовать такой милый ребёнок?

Чтобы отпраздновать их примирение, Тан Тан решила устроить сегодня вечером пир. Она достала продукты из холодильника и приготовила овощные фрикадельки, свинину в кисло-сладком соусе, курицу гунбао, суп с тофу и тушёные куриные крылышки. Она вспомнила, что Сяо Чжо очень любит тушёные куриные крылышки. Изначально Тан Тан узнала этот рецепт из телевизора. Просмотр кулинарных программ был её новым увлечением.

«Ого!» — малыш ахнул от удивления, когда увидел на столе так много блюд. Его глаза расширились. — «Мамочка, сегодня какой-то особенный день?» Как правило, много блюд подавались только в особые дни.

Тан Тан кивнула: «Верно. Сегодня особенный день, поэтому мы празднуем».

«По какому поводу?» Малыш напряжённо думал, пытаясь вспомнить, по какому поводу они празднуют. Хоть он и ломал над этим голову, ничего не приходило на ум.

Тан Тан погладила его по голове: «Сегодня Бао Бао простил маму. Мама очень рада, поэтому мы празднуем».

Цзи Сяо Чжо растерялся. Он начал смеяться, и его пухлые щёчки задрожали от смеха.

Тан Тан впервые видела, чтобы малыш так радостно смеялся. В этот момент он действительно был похож на ребёнка. Раньше он вёл себя серьёзно, как взрослый, но, вероятно, это было лишь фасад, за которым он прятался, потому что не мог ни на кого положиться. Тан Тан понимала его, ведь она сама была такой. Она молчала в присутствии других людей, потому что не знала, что сказать; она также боялась сказать что-то не то и навлечь на себя неприятности. Тан Тан могла смеяться, баловаться и быть собой только перед няней.

Итак, Тан Тан беспокоилась за Цзи Сяо Чжо. Он был ещё ребёнком, ему не было и четырёх лет. Он не должен был так себя вести.

Увидев, что малыш готов быть собой перед ней, она перестала беспокоиться.

Тан Тан протянула малышу кусочек куриного крылышка: «Хочешь, чтобы мама тебя покормила?» Сяо Чжо не умел пользоваться палочками. Он мог есть только вилкой, а с её помощью было сложно есть куриные крылышки.

Цзи Сяо Чжо покачал головой. Он воткнул вилку в куриное крылышко: «Я могу есть сам. Я не трёхлетний ребёнок».

Тан Тан потеряла дар речи: «...Ладно. Тебе не три года». Тебе три с половиной года.

Как только мать и сын приступили к еде, они услышали, как в дверях повернулся ключ. Они оба замерли и посмотрели на вход.

Через несколько секунд дверь открылась, и на пороге появился мужчина в военной форме с решительным выражением лица.





Глава 11




«Папочка!» Глаза Цзи Сяо Чжо заблестели. Он уронил вилку, которую держал в руках, и спрыгнул со своего места, прежде чем метнуться к Цзи Яну, как маленькая пуля.

Суровое выражение лица Цзи Яна смягчилось, когда он заключил в объятия подбежавшую к нему маленькую пулю. Цзи Ян погладил Сяо Чжо по голове: «Папа вернулся».

Цзи Сяо Чжо крепко обнял Цзи Яна за шею и с тоской в голосе сказал: «Папочка, почему ты вернулся только сейчас? Уже так поздно. Я так давно тебя не видел».

Цзи Ян поцеловал малыша в лоб и извинился: «Прости».

Малыш, подумав пару секунд, простил своего папочку: «Хорошо, я тебя прощаю. Я очень великодушный».

Цзи Ян рассмеялся. Он одной рукой поднял малыша, а другой наклонился, чтобы переобуться. В тот момент Цзи Ян ещё не заметил застывшую на месте Тан Тан.

Когда появился Цзи Ян, Тан Тан выронила палочки для еды и тут же вскочила. Она даже не знала, куда деть руки. Хотя она и знала, что у неё есть муж, она впервые его увидела. Поэтому шок, который она испытала, был довольно сильным.

Что ей делать?

Кроме того, папа Бао Бао был очень красивым. Он выглядел лучше, чем мужья её старшей и второй сестёр.

Поначалу Тан Тан думала, что здешние мужчины выглядят немного странно из-за своей одежды и причёсок, но за несколько дней, проведённых в этом мире, она привыкла. Также она довольно быстро привыкла к местной моде. Однако она не могла привыкнуть к тому, как хорош собой Цзи Ян, поэтому её лицо покраснело, а сердце забилось чаще.

«Мамочка, мамочка, папа вернулся!» — радостно закричал Цзи Сяо Чжо, сидя на руках у Цзи Яна. Он не заметил румянца на щеках Тан Тан.

Тан Тан попыталась скрыть смущение, глядя на Цзи Яна. Она выдавила из себя улыбку: «Гос… муж, ты вернулся».

Она чуть было не назвала его «Господин муж». К счастью, она вовремя остановилась, вспомнив, что здесь обращение «Господин муж» сокращалось до «мужа».

Цзи Ян растерялся. Он удивлённо уставился на Тан Тан. Но всё, что он увидел, — это раскрасневшуюся женщину, в глазах которой читались ожидание и смущение, казалось, что она не знала, как себя вести. Он помнил, только ту Тан Тан, которая всегда желала ему смерти, глядя на него. Когда она в последний раз называла его «мужем» с таким выражением лица? Была ли это всё та же Тан Тан, которую он знал?

Тан Тан не заметила подозрительного взгляда Цзи Яна, потому что была сосредоточена на том, чтобы скрыть свою нервозность. За две свои жизни она впервые была замужем. Она действительно не знала, что ей делать. Всё, что она могла, — это напрячь мозги и вспомнить уроки, которым её учила няня. На этих уроках ей объясняли, как должна вести себя жена.

Её няня однажды сказала, что мужчины устают на работе и хотят вернуться в уютный дом, в тёплую семью. Чтобы быть хорошей женой, нужно всячески заботиться о муже, чтобы он чувствовал себя дома как можно комфортнее и не искал женщин на стороне. Это означало, что и наложниц будет меньше.

Так как же ей следует заботиться о муже?

Увидев, что Цзи Ян сел за обеденный стол, Тан Тан вдруг кое-что вспомнила. Она быстро взяла костыли и пошла на кухню, чтобы взять ещё одну тарелку риса и пару палочек для еды, а затем протянула их Цзи Яну: «Муж, ты ведь ещё не ел, верно? Мы как раз собирались начать. Давай поедим, пока еда ещё горячая».

«Ты...» — Цзи Ян, у которого обычно не менялось выражение лица ни при каких обстоятельствах, в этот момент потерял дар речи.

«Вы с Бао Бао ешьте первыми. Я пойду приготовлю ещё пару блюд, иначе не хватит». У мужчин аппетит должен быть побольше. Особенно у военных, они, наверное, могут съесть очень много. Тан Тан чувствовала, что блюд и даже риса не хватит, поэтому ей нужно было приготовить ещё еды.

Цзи Ян пришёл в себя и окликнул Тан Тан, направившуюся на кухню: «Не уходи. Здесь всего достаточно. Давай сядем и поедим». Хотя Цзи Яну было всё равно на Тан Тан, но всё же он не стал бы заставлять травмированного человека прислуживать ему. Он уже будет доволен, если сможет съесть что-нибудь горячее. К тому же блюда на столе выглядели довольно аппетитно.

Но… неужели всё это приготовила Тан Тан?

Цзи Сяо Чжо был не из тех детей, которые отдают предпочтение одному из родителей и забывают о другом. Он также знал, что готовить сложно, поэтому Сяо Чжо остановил Тан Тан: «Мамочка, этого достаточно. Если нет, я могу съесть меньше и оставить больше папе».

Цзи Ян слегка рассмеялся и погладил малыша по голове.

Тан Тан всё ещё сомневалась. Её муж редко возвращался домой. Было бы плохо, если бы он не мог наесться досыта в те редкие дни, когда был домой.

Цзи Ян взял палочки для еды и начал есть. «Садись и ешь. Здесь действительно достаточно». Если бы это было не так, он всегда мог приготовить себе лапши.

«Хорошо». Тан Тан оставалось лишь сесть обратно. Однако она не стала есть. Вместо этого она налила по тарелке супа Цзи Яну и Сяо Чжо: «Сначала выпейте немного супа. Он согреет желудок».

«Хорошо, мамочка», — малыш с готовностью выпил суп. Он был на седьмом небе от счастья. Цзи Ян чувствовал себя неловко. Тан Тан никогда раньше так с ним не обращалась. Подобное происходило впервые, поэтому Цзи Ян мог только поблагодарить её, соблюдая элементарные правила вежливости: «Спасибо».

Тан Тан слегка улыбнулась, затем опустила голову и начала есть.

По правде говоря, Цзи Ян вернулся домой сразу после тренировки. Он ехал несколько часов без остановки, так что уже давно был голоден. Поэтому, когда Цзи Ян попробовал такую вкусную еду, он даже не задумался о том, откуда у Тан Тан такие кулинарные способности. Вместо этого он применил армейский метод быстрого поглощения пищи и съел три порции риса, прежде чем немного замедлиться. Убедившись, что Сяо Чжо и Тан Тан наелись досыта, Цзи Ян съел всё, что осталось. Он не был сыт, но этого было достаточно, чтобы утолить голод.

Тан Тан обрадовалась, увидев пустые тарелки. Похоже, её блюда пришлись ему по вкусу. Это было хорошо, ведь это означало, что от неё всё ещё есть какая-то польза.

Сдерживая радость, Тан Тан вернулась на кухню, чтобы приготовить фрукты для отца и сына. Затем она убрала со стола и пошла на кухню мыть посуду. Но не успела она взять тарелку, чтобы помыть её, как кто-то опередил её. Две большие грубые руки схватили тарелку раньше неё: «Иди отдохни. Я помою посуду».

Цзи Ян не был шовинистом. Он не считал, что женщины должны выполнять всю работу по дому. Несмотря на то, что Тан Тан не работала и не зарабатывала денег, она приготовила еду, поэтому было естественно, что он должен заняться уборкой. Тем более что у Тан Тан была повреждена нога. Это не имело никакого отношения к любви. Он просто следовал своим принципам.

Тан Тан широко раскрыла глаза и поспешно сказала: «Нет, нет, нет, ты, должно быть, сегодня устал. Предоставь это мне. Тебе нужно пойти отдохнуть». Как она могла позволить мужу мыть посуду? Должно быть, он устал на работе.

«У тебя больная нога. Тебе вредно долго стоять». Затем Цзи Ян сложил грязную посуду в раковину, налил немного моющего средства и быстро начал мыть. Покончив с посудой, он вымыл пол на кухне и прибрался. На всё у него ушло десять минут. В итоге Тан Тан даже ничего не сделала.

Тан Тан просто непонимающе уставилась на него. Значит, мужчины тоже могут заниматься домашними делами? И они могут делать это так быстро. Он выглядел умелым и опытным, и это было неожиданно привлекательно.

Небеса. Папа Бао Бао был слишком хорош. Он был героем, который защищал свою страну, у него была привлекательная внешность, он зарабатывал деньги, чтобы содержать семью, и у него не было других женщин. Он мог даже заниматься домашними делами! Почему изначальной владелице этого тела не нравился такой хороший мужчина? Была ли изначальная владелица тела дурочкой?

Убравшись на кухне, Цзи Ян понял, что больше ему делать нечего, поэтому подошел к дивану, где лежал Сяо Чжо и взял его на руки: «Пойдём с папочкой искупаемся. Пора спать».

Малыш не хотел расставаться со своей игрушкой. Столкнувшись с трудным выбором между папой и игрой, он неохотно отказался от игры. Сяо Чжо обнял Цзи Яна за шею, и они направились в другую комнату. Прежде чем уйти, Сяо Чжо помахал Тан Тан: «Мамочка, я иду спать. Спокойной ночи ~».

Тан Тан помахала в ответ: «Спокойной ночи, Бао Бао ~».

Цзи Ян подождал, пока они закончат, и только потом закрыл дверь. Он легко снял с Сяо Чжо одежду за пару движений: «Ты опять набрал вес?»

Малыш ущипнул себя за живот, мысленно соглашаясь с папой. Он набрал вес, но это не его вина. Поэтому он объяснил: «Это потому, что мама готовит слишком вкусно. Ты бы тоже набрал вес, если бы был на моём месте».

Цзи Ян замолчал, вспомнив, что ел сегодня вечером, затем он снял свою форму и отнёс Сяо Чжо в ванную комнату. Отец и сын вместе приняли горячую ванну.

Когда они вышли, на них были только шорты. Отец и сын выглядели копией друг друга.

Цзи Сяо Чжо забрался на Цзи Яна и сел ему на живот. Это было одно из любимых занятий Сяо Чжо — болтать с папой, играя с его мышцами.

Малыш взял инициативу в свои руки и поделился с папой своими мыслями: «Папочка, я принял важное решение. Я решил простить мамочку. Мужчины должны быть великодушными, правда, папочка?»

Цзи Ян кивнул.

«Тогда и тебе больше не стоит злиться на мамочку. Папочка, прости мамочку на этот раз. Мамочка теперь очень милая».

Цзи Ян ненадолго замолчал и не ответил на вопрос. Вместо этого он спросил: «Мама все эти дни готовила для тебя?»

Малыш поспешно переключил своё внимание: «Да. Мамочка каждый день готовит для меня, и даже выпекает сладости. Они очень вкусные».

Похоже, его сын был покорен её стряпней.

Цзи Ян узнал обо всём случившемся от тёти Ли. Тан Тан напилась в баре и, как обычно, сошла с ума. После этого её сбила проезжавшая мимо машина. К счастью, серьезных травм не было, и водитель отвез её в ближайшую больницу. Друзья Тан Тан по выпивке связались с тётей Ли, прежде чем исчезли.

По словам тёти Ли, Тан Тан потеряла все свои воспоминания, когда пришла в себя. Амнезия. Однако она словно стала совершенно другим человеком. Цзи Сяо Чжо сказал, что Тан Тан стала хорошей. Поначалу у Цзи Яна были некоторые подозрения, но теперь, увидев её, он понял, что она действительно изменилась и не притворяется.

Цзи Ян участвовал во множестве миссий и повидал разных людей, так что его взгляд был наметан. Он мог мгновенно определить, лжёт ли человек или нет, поэтому был уверен, что Тан Тан не притворяется и ведёт себя естественно.

Значит, можно сделать вывод, что она действительно потеряла память и сильно изменилась по сравнению с тем, какой была раньше.

Такая невообразимая ситуация действительно произошла.

Но, судя по тому, что происходит сейчас, возможно, это не так уж и плохо. Раз она была готова хорошо относиться к Сяо Чжо, значит, Сяо Чжо будет получать материнскую любовь, которую Цзи Ян не мог дать своему ребёнку. Однако, пока Тан Тан заботится о Сяо Чжо, он был готов притворяться супружеской парой. Они не будут вмешиваться в жизнь друг друга и будут вместе воспитывать Сяо Чжо.





Глава 12




Видя, как его папа просто задумался и ничего не говорит, Цзи Сяо Чжо прижался к груди Цзи Яна, не желая, чтобы его игнорировали. Его маленькие ручки коснулись щетины на подбородке Цзи Яна, и он спросил: «Папочка, на сколько дней ты приехал?»

Цзи Ян поддержал Сяо Чжо, чтобы тот не упал: «На этот раз папа пробудет здесь пять дней».

«Ва… пять дней!» Глаза Цзи Сяо Чжо загорелись. Для Цзи Яна перерыв в работе на пять дней был довольно долгим. Цзи Сяо Чжо никогда не проводил столько времени со своим папой за один раз. Сяо Чжо был так счастлив, что не мог не задать вопрос, который волновал его больше всего: «Папочка, папочка, ты меня поведёшь куда-нибудь поиграть?»

Цзи Ян слегка рассмеялся. В его взгляде читалась нежность, которую редко можно было увидеть: «Хорошо, папа поведёт тебя поиграть. У тебя ведь скоро школьные каникулы? Я возьму тебя с собой куда-нибудь на каникулах».

«Здорово! Я хочу сходить в парк аттракционов и океанариум. Многие мои одногруппники ходили туда раньше». Хотя в выражении его лица не было никакой ревности, Сяо Чжо все равно хотел побывать в этих местах со своими мамой и папой.

«Хорошо. Мы пойдем». Из-за того, что у Цзи Яна не было времени, а Тан Тан никогда не проявляла интереса к малышу, Сяо Чжо никогда не бывал в местах, куда любят ходить и играть все дети. Раз уж на этот раз у Цзи Яна появилось свободное время, почему бы не согласиться?

«Угу…» Цзи Сяо Чжо был очень рад и ползал по Цзи Яну, как маленькая гусеница. Он ползал и говорил: «Тогда, папочка, ты отвезёшь меня завтра в детский сад?»

«Конечно, папочка завтра отвезет тебя в детский сад».

Цзи Сяо Чжо перестал ползать и вместо этого сел и посмотрел на Цзи Яна: «И мама тоже. Я хочу, чтобы вы с мамой завтра отвезли меня в детский сад. Ещё я хочу, чтобы вы оба забрали меня оттуда. Мы не можем оставить маму одну. Она будет плакать, если не увидит меня». Теперь мама не могла с ним расставаться.

«...Хорошо», — ответил Цзи Ян.

Малыш очень обрадовался, когда подумал о завтрашнем дне, ведь оба родителя собирались вместе отвести его в детский сад. Понимая, что не стоит выражать свои эмоции на груди у отца, Сяо Чжо слез с Цзи Яна на кровать, чтобы радостно поскакать. Он остановился, только когда устал. Затем Сяо Чжо поднял свои пухлые ножки и стал ими покачивать, напевая песенку, но никто не понимал, что он напевает.

Цзи Ян заметил, что на этот раз Цзи Сяо Чжо был гораздо счастливее, чем в предыдущие его приезды. Хотя Сяо Чжо всегда был более оживлённым в его присутствии, чем в присутствии других людей, он никогда не был таким счастливым. Может быть, это из-за того, что Тан Тан изменилась?

Цзи Ян вдруг подумал, что, возможно, он принял правильное решение, не разведясь с Тан Тан несколько лет назад. Сяо Чжо наконец-то получил материнскую любовь, о которой всегда мечтал.

* * *

На следующий день Цзи Ян, как обычно, проснулся в шесть утра. Он взглянул на Цзи Сяо Чжо и увидел, что малыш лежит на животе и крепко спит. Цзи Ян накрыл Сяо Чжо одеялом, а затем тихо вышел из комнаты и направился в ванную, чтобы почистить зубы.

Тан Тан была потрясена, увидев Цзи Яна: «Ты… Почему ты так рано встал?»

Цзи Ян тоже не думал, что она проснётся так рано. Он кивнул ей в знак приветствия: «Я собираюсь на пробежку».

«О, хорошо. Я собираюсь приготовить завтрак. Есть что-то конкретное, что ты любишь? Я могу приготовить это для тебя».

Сначала Цзи Ян хотел сказать, что может купить завтрак в магазине, но решил промолчать: «Всё в порядке. Мы с Сяо Чжо не привередливы».

«Э… ладно. Я приготовлю мясную кашу, паровые булочки и жареные гёдза[1]. Бао Бао любит гёдза».

Цзи Ян кивнул. Внезапно он понял, что ему больше нечего сказать, поэтому он просто открыл входную дверь и вышел на утреннюю пробежку.

«Фух…» — только и смогла выдохнуть Тан Тан и похлопать себя по груди, когда входная дверь закрылась. Честно говоря, спокойствие, которое она демонстрировала во время разговора с ним, было наигранным. Тан Тан продолжала нервничать в присутствии Цзи Яна, но не хотела, чтобы он это заметил, поэтому ей оставалось только притворяться спокойной.

Ай… По какой-то причине ей всегда было немного стыдно, когда Цзи Ян оказывался рядом.

Тан Тан коснулась своего лица, прежде чем вернуться в комнату. Затем она посмотрела на своё отражение в зеркале.

Несмотря на то, что она знала, что выглядит ужасно, ей вдруг показалось, что сейчас она выглядит ещё хуже, чем в тот момент, когда впервые увидела себя.

Пурпурные синяки на её лице ещё не сошли. Из-за синяков на её сухой жёлтой коже Тан Тан выглядела пугающе. Кроме того, несмотря на то что она так много ела в течение стольких дней, она всё ещё была похожа на скелет. Но хуже всего были её сухие длинные волосы. Они были похожи на траву, которая мгновенно вспыхнет, если её поджечь. Такой ужасный внешний вид. Она действительно не понимала, как прежняя владелица довела себя до такого состояния.

Кроме того, Тан Тан усердно умывалась, чтобы увлажнить кожу, но почему же ничего не менялось?

Всякий раз, когда она думала о том, что папа Бао Бао видит её уродство, Тан Тан хотелось прикрыть лицо. Удивительно, что папа Бао Бао мог разговаривать с ней, не меняя выражения своего лица. Вздох. Его жена была такой некрасивой. Ему не повезло.

Можно ли сделать её красивее? Или хотя бы менее уродливой?

Размышляя над этим, Тан Тан уныло вздохнула, так как ничего не могла придумать. Она сдалась и вернулась на кухню готовить. Поскольку она была некрасивой, ей оставалось только быть добродетельной и доказать, что она вполне компетентна.

У Цзи Яна был отличный аппетит, и Тан Тан могла только приблизительно догадываться, сколько еды он сможет съесть. Поэтому на завтрак Тан Тан приготовила в два раза больше, чем обычно. Не имело значения, останутся ли остатки еды, потому что она определенно не могла позволить папе Бао Бао ходить голодным.

Так совпало, что время было подобрано идеально. Как только Тан Тан закончила готовить, входная дверь открылась. Она выглянула и увидела входящего Цзи Яна, с которого градом катился пот. С его волос стекали капли пота, а рубашка прилипла к телу. Она обтягивала его грудь и мышцы. Он излучал силу и мощь. По какой-то причине от его вида у людей начинали краснеть щёки.

Тан Тан быстро отвернулась. Она не осмеливалась смотреть на него. Пытаясь унять сердцебиение, она сказала: «Ты, ты вернулся. Я только что закончила готовить. Мы можем поесть совсем скоро».

Цзи Ян ответил «угу» и направился в одну из комнат: «Я приму душ, а потом разбужу Сяо Чжо».

«Хорошо», — Тан Тан похлопала себя по раскрасневшимся щекам и успокоилась. Она вынесла завтрак на стол. Тан Тан сначала разложила по тарелкам рисовую кашу, а затем разложила палочки для еды и ложки. Когда всё было готово, она села и стала ждать отца и сына.

Цзи Ян быстро со всем разобрался. Очень скоро он вышел, неся на руках сонного Сяо Чжо. Малыш плохо спал прошлой ночью, потому что был слишком взволнован. В тот момент он всё ещё не хотел просыпаться, поэтому Цзи Яну пришлось нести его на руках.

Но стряпня Тан Тан была очень аппетитной, и малыш широко раскрыл глаза, как только почувствовал аромат еды. Перед столом, заполненным такой вкусной едой, его сонливость быстро улетучилась.

«Ва… мамочка, здесь булочки и гёдза! Мои любимые!» Цзи Сяо Чжо вскочил на своё место и радостно уставился на еду на столе.

Поскольку Тан Тан знала, что ему нравится эта еда, она пододвинула тарелку с гёдза поближе к Сяо Чжо: «Тогда тебе нужно съесть побольше».

«Без проблем!» Малыш сказал это по-английски. После этого Сяо Чжо взял гёдза и отправил его в рот. Он улыбался, как будто снимался в рекламе еды. Он повернулся к Тан Тан и показал ей большой палец вверх: «Мамочка, это вкусно!»

Тан Тан была в восторге от его похвалы и широко улыбалась.

Цзи Ян молча поглощал еду, опустив голову. Он должен был признать, что она очень хорошо готовила, даже отлично. Хотя обычно он не слишком интересовался едой, он не мог перестать есть.

На завтрак Тан Тан съела тарелку рисовой каши, одну булочку и одно гёдза. Цзи Сяо Чжо съел тарелку рисовой каши, одну булочку и два гёдза. Всё остальное прикончил Цзи Ян, так что еды не осталось.

Цзи Сяо Чжо, который теперь отдыхал, держась за живот и отрыгивая, был не единственным, кто съел слишком много. Цзи Ян не смог сдержаться и тоже сильно переел. Увидев, что Тан Тан вышла, Цзи Сяо Чжо воспользовался возможностью и тихонько прошептал Цзи Яну: «Папочка, разве мамина еда не самая вкусная, а?» В его голосе звучала гордость.

Цзи Ян замер, прежде чем тихо произнести: «Эн». Он не мог лгать.

«Мамина еда — самая лучшая!» Цзи Сяо Чжо был горд и быстро продолжил: «Тогда, если ты будешь часто приходить в гости в будущем. Ты сможешь часто есть мамину вкусную еду».

Малыш пытался заманить папу вкусной едой, чтобы тот чаще возвращался домой.

Как Цзи Ян мог не заметить его намерений? Сердце Цзи Яна смягчилось, и он погладил Сяо Чжо по голове: «Хорошо. Папа постарается приходить чаще». Он знал, что малыш скучает по нему и хочет видеть его чаще, но он был солдатом и не мог забывать о своём долге. Цзи Ян не мог постоянно находиться рядом с ребёнком, как обычный отец. Он всегда чувствовал себя виноватым из-за этого.

Если бы он ушёл из армии… Цзи Ян быстро отбросил эту мысль.

После завтрака малыш взял свой портфель и позвал Тан Тан: «Мамочка, поторопись. Сегодня папа отвезёт меня в детский сад. Мы поедем в папиной машине. Папина машина очень-очень большая», — сказал Сяо Чжо, обведя руками большой круг.

Тан Тан неуверенно посмотрела на Цзи Яна. Она не знала, хочет ли он, чтобы она поехала с ними.

Поскольку у неё была повреждена нога, она бы только мешала им, если бы поехала с ними.

Цзи Ян кивнул ей: «Поехали все вместе».

Тан Тан была счастлива и тут же направилась к входной двери, чтобы переобуться. Она двигалась даже быстрее, чем Сяо Чжо. Как будто боялась, что Цзи Ян передумает.

Цзи Ян водил внедорожник. Он был очень вместительным, но у него был один недостаток. Слишком высокая ступенька. Травмированный человек вроде Тан Тан не мог поднять ногу так высоко.

Ей захотелось плакать даже без слёз. Попытавшись несколько раз, Тан Тан так и не смогла забраться внутрь, и её лицо покраснело.

После того как Цзи Ян поднял Сяо Чжо и посадил его в машину, он заметил, что Тан Тан изо всех сил пытается забраться внутрь, но у неё ничего не получается. Почему-то ему стало смешно.

Цзи Ян несколько секунд понаблюдал за ней, а затем подошёл к Тан Тан, обнял её за талию и поднял. Сделать это было так легко, почти так же, как поднять Сяо Чжо.

Тан Тан была потрясена. После этого её лицо неудержимо покраснело. Ей казалось, что она вот-вот сгорит. Мужчина впервые нёс её на руках. Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, но её сердце билось так сильно, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Цзи Сяо Чжо с беспокойством приложил руку ко лбу Тан Тан и спросил: «Мамочка, ты заболела? Почему у тебя такое красное лицо?»

У Тан Тан снова поднялась температура. Она прикрыла щёки руками: «Мамочка не больна. Мне просто жарко».

«Правда? Тогда я тебя обмахну». Малыш тут же замахал руками, обмахивая Тан Тан. Он приложил к этому немало усилий.

Тан Тан прикусила губу, взглянув на Цзи Яна, сидевшего за рулём. Она с облегчением вздохнула, увидев, что он не обращает внимания на то, о чём они с Сяо Чжо говорят. Тан Тан остановила Сяо Чжо: «Ладно, ладно, маме больше не жарко. Спасибо, Бао Бао».

Только убедившись, что ей больше не жарко, Цзи Сяо Чжо опустил руки.

* * *

Когда они приехали в детский сад, Цзи Ян и Тан Тан пошли провожать Сяо Чжо. Они вышли из детского сада, договорившись забрать Сяо Чжо после окончания занятий. По дороге обратно Цзи Ян спросил: «Тебе нужно что-нибудь купить? Мы можем купить это по дороге домой». Вчера вечером малыш упомянул о том, что им было трудно ходить по магазинам с Тан Тан. Раз уж Цзи Ян вернулся, он мог бы помочь им с покупками.

«В холодильнике почти ничего не осталось. Нам нужно купить ещё продуктов и пополнить запасы». Тан Тан приняла его предложение, потому что ей было слишком тяжело идти одной.

Цзи Ян кивнул и повёл машину к парковке супермаркета. Приведя Тан Тан в супермаркет, он намеренно замедлил шаг, чтобы она не отставала, и его длинные ноги двигались со скоростью улитки.

Тан Тан заметила его действия. Она подумала, что Цзи Ян слишком хорош. Такой внимательный и заботливый мужчина теперь был её мужем, ах. Тан Тан почувствовала, как у неё потеплело на душе.

На этот раз Тан Тан специально купила много мяса. В корзине для покупок лежали курица, утка, рыба, говядина, свинина и т. д. Тан Тан уже заметила, что Цзи Ян любит мясо и не очень любит овощи. В этом Цзи Ян и Цзи Сяо Чжо были похожи.

Закончив с продуктами, Тан Тан отправилась за товарами повседневного спроса. Она и не заметила, как тележка для покупок оказалась заполнена. Чтобы вместить всё, им пришлось использовать два больших пакета. Когда Тан Тан потянулась за одним из пакетов, Цзи Ян остановил её: «Ты не сможешь его поднять. Я понесу пакеты». Затем он легко взял по пакету в каждую руку, как будто они ничего не весили, и направился к выходу.

Неосознанно Тан Тан подумала о своем предыдущем походе в супермаркет. В то время им вместе с Сяо Чжо было трудно нести один пакет. Они вспотели, когда вернулись домой, и Сяо Чжо сказал, что было бы здорово, если бы его папа пошел с ними. Теперь, когда его папа был здесь, Тан Тан не могла не согласиться с малышом.

«Братец Цзи Ян»

Как раз в тот момент, когда Тан Тан тайком улыбалась, женский голос прервал её размышления.





Глава 13




Тан Тан подняла голову и увидела двух красивых женщин, выходящих из магазина одежды. Одна из них направлялась к ним.

Очевидно, она была знакома с Цзи Яном, потому что он остановился и слегка улыбнулся женщине: «Янь Ран».

«Брат Цзи Ян, ты...» Янь Ран замолчала, увидев Тан Тан, стоявшую позади Цзи Яна. Янь Ран не сразу заметила Тан Тан с того места, где находилась до этого. Её выражение на лице дрогнуло, но через несколько секунд она взяла себя в руки и улыбнулась Цзи Яну: «У тебя сегодня выходной? Ты покупаешь что-то в супермаркете?»

«Да, выходной», — кивнул Цзи Ян. Он взглянул на пакеты с покупками в руках Янь Ран и собрался уходить: «Ты занята. Мы пойдём».

«А, не уходи». Янь Ран не ожидала, что он уйдёт после этих слов. Она быстро потянула его за руку, но тут же отпустила, увидев, что Цзи Ян слегка нахмурился. Янь Ран заправила волосы за уши и улыбнулась: «Так совпало, что у меня тоже выходной. Раз уж мы столкнулись друг с другом, может, пообедаем вместе? Мы давно не ели вместе».

Цзи Ян взглянул на Тан Тан. Он покачал головой и отклонил предложение: «Нет. Может, в следующий раз. У нас ещё есть кое-какие дела на сегодня».

«О, тогда не обращай внимания». Гу Янь Ран посмотрела на Тан Тан и сказала Цзи Яну: «В следующий раз, когда будешь проходить медицинский осмотр, давай вместе пообедаем. В будущем будут и другие возможности?»

Цзи Ян кивнул: «Хорошо. Мы пошли». После этого он ушёл вместе с Тан Тан.

* * *

Сидя в машине, Тан Тан всё ещё думала о женщине, с которой они только что встретились. Интуиция подсказывала ей, что эта женщина немного странная, но Тан Тан не могла понять, в чём именно дело, и не знала, почему у неё возникло такое чувство.

Но та женщина была действительно красивой, высокой и с хорошей фигурой. У неё была приятная внешность, белая нежная кожа и блестящие густые волосы. Она была похожа на благородную принцессу. По сравнению с ней Тан Тан чувствовала себя грязной.

Вздох. Разница была слишком велика.

Тан Тан коснулась своего лица. В этот момент она почувствовала, что мир слишком жесток. У неё защемило сердце.

Она задумалась: «О чём думает отец Бао Бао. Почему он вообще женился на такой некрасивой женщине? Может быть, у него была какая-то серьёзная болезнь, о которой он не говорил?»

Тан Тан не могла удержаться и вопросительно посмотрела на Цзи Яна со стороны. По его выражению лица она ничего не могла понять, поэтому лишь помассировала виски и решила не думать об этом. Она всё равно ничего не поняла бы. К тому же это был не тот вопрос, который она могла задать просто так.

Неважно. Ей следует забыть об этом. Раз уж она стала его женой, то сосредоточится на том, что должна делать хорошая жена. Что касается всего остального, она решит, когда придёт время.

Внезапно Тан Тан вспомнила, что завтра в детском саду, где учится малыш, будет собрание. Если она правильно запомнила, малыш будет выступать, и раз уж Цзи Ян вернулся, он тоже может прийти и поддержать Сяо Чжо.

«Муж, завтра в детском саду Бао Бао будет собрание. В прошлый раз, когда я забирала малыша, учитель пригласила нас прийти. У тебя есть время, чтобы сходить туда?»

Цзи Ян, не раздумывая, кивнул: «У меня есть время». Раз уж он смог приехать в этом году, то должен пойти и посмотреть.

«Хорошо. Бао Бао точно будет очень рад». Представив восторженное выражение лица Бао Бао, Тан Тан тоже улыбнулась. Её улыбка была совсем как у ребёнка.

Цзи Ян мельком взглянул на улыбающуюся Тан Тан. Он поджал губы, и в его сердце вспыхнуло странное чувство.

Когда они вернулись домой, был уже полдень. Тан Тан боялась, что Цзи Ян проголодался, поэтому сразу же пошла на кухню с продуктами, которые они купили в супермаркете, и начала готовить: «Муж, я приготовлю пару блюд и суп на обед. Этого хватит?»

«Хорошо», — у Цзи Яна не было особых требований к еде. Засучив рукава, он пошёл за Тан Тан. «Я помогу тебе. Просто скажи, что делать».

Тан Тан поспешно замахала руками, загораживая вход на кухню. «Не нужно. Твоя работа, должно быть, изматывает. Ты в отпуске, так что иди отдохни. Это не займёт много времени. Я позову тебя, когда всё будет готово». Он и так много трудился на своей работе. Так как же она могла позволить ему работать ещё и дома? Иначе она бы просто сидела без дела.

Поскольку вход на кухню для него был заблокирован, Цзи Ян не знал, стоит ли ему отступить или продолжить настаивать на помощи. Из-за такого поведения Тан Тан Цзи Ян чувствовал, что ничего не может сделать. Он не привык к тому, что женщина, которая раньше закатывала истерики, внезапно стала добродетельной и нежной женой.

Тан Тан занервничала, увидев, что Цзи Ян стоит неподвижно. Она легонько подтолкнула Цзи Яна к выходу, опасаясь, что он действительно пойдёт на кухню: «Иди отдохни, муж. Я справлюсь сама».

Цзи Ян напрягся, почувствовав прикосновение нежных рук. Он тут же отступил, чтобы избежать её прикосновений. Поскольку она не хотела, чтобы он шёл на кухню, ему не стоило настаивать, поэтому он развернулся и пошёл в гостиную.

Увидев это, Тан Тан с облегчением вздохнула. Она пошла на кухню и сосредоточилась на том, чтобы приготовить вкусную еду для папы Бао Бао.

Когда Тан Тан начинала готовить, она забывала обо всём и погружалась в свой мир, поэтому она постепенно перестала обращать внимание на Цзи Яна, сидящего на диване. Из-за этого она не замечала его пристального взгляда.

Цзи Ян наблюдал за каждым движением Тан Тан на кухне. В его сердце поселилось незнакомое чувство. Он вдруг понял, что происходящее похоже на сон. Иначе как бы они могли так спокойно ладить друг с другом? Атмосфера вокруг была настолько спокойной, что казалось, будто они действительно обычные муж и жена.

В его памяти они всегда игнорировали друг друга. Они были как чужие люди, живущие вместе. Они пересекались только тогда, когда ему приходилось усмирять её в пьяном угаре, чтобы она не напугала Сяо Чжо.

Не то чтобы он раньше не думал о разводе с ней. В конце концов, с такой матерью, как она, может быть, для Сяо Чжо было бы лучше не иметь матери. Но Сяо Чжо всегда надеялся, что его мама будет любить его, и это заставляло Цзи Яна сомневаться. Он не хотел причинять боль Сяо Чжо, поэтому терпел её. Он планировал подождать, пока Сяо Чжо подрастёт, чтобы тот понял, почему его родители развелись.

Но кто бы мог подумать, что, прежде чем дело дошло до этого шага, она внезапно изменится. Она стала лучше. Он не знал, как это произошло, но если она и дальше будет вести себя так же, то их брак сохранится. Сяо Чжо сможет расти в любви и отца, и матери. Это будет лучшим вариантом для Сяо Чжо.

В этот момент его мысли прервал телефонный звонок. Цзи Ян увидел имя на экране мобильного, и уголки его губ приподнялись.

«Привет, малыш Ань».

Гу Чжан Ань: «Третий брат, я слышал, что ты в отпуске и приехал навестить нас. Ты даже не позвонил нам, когда вернулся! Если бы Янь Ран не рассказала мне, я бы не узнал».

Цзи Ян слегка рассмеялся: «Я вернулся только вчера вечером, поэтому ещё никому не звонил».

Гу Чжан Ань: «Не обращай внимания, давай сразу к делу. Раз уж ты вернулся, давай устроим встречу».

«Хорошо. Давай встретимся послезавтра. Завтра в детском саду Сяо Чжо будет собрание».

Гу Чжан Ань: «Хорошо. Поскольку послезавтра у моего крестника начнутся каникулы, не забудь взять его с собой. Я скучаю по своему крестнику. Моя жена тоже скучает по твоему пухленькому сыну. Она давно с ним не играла».

Перед тем как завершить разговор, Цзи Ян подумал, что популярность Сяо Чжо была довольно забавной. Он беспомощно потёр лоб и согласился: «Хорошо. Я обязательно возьму его с собой». Каждый раз, когда он встречался со своими братьями, они просили его взять с собой Сяо Чжо. Малыша там баловали, но это было понятно. Хотя всем им было чуть за тридцать, только у него и Юань Ланя были дети. Но Юань Лань несколько лет назад отправился на секретное задание и до сих пор не вернулся. Кроме того, жена Юань Ланя обычно не брала их ребёнка — Ду Ду на такие встречи, поэтому все они очень ценили Сяо Чжо. Всё жёны его братьев баловали Сяо Чжо. Каждый раз они уводили Сяо Чжо, чтобы поиграть с ним.

Это было как нельзя кстати. Послезавтра он собирался отвезти малыша поиграть.

«Муж, обед готов. Мы можем поесть прямо сейчас», — Тан Тан высунула голову из кухни и обратилась к Цзи Яну, который сидел на диване.

Цзи Ян пришёл в себя. Отложив телефон, он пошёл на кухню, чтобы помочь расставить посуду. Первое, что он почувствовал, — приятный аромат. От трёх блюд на столе у него разыгрался аппетит. Цзи Ян подумал, что нет ничего удивительного в том, что Сяо Чжо постоянно говорит о её вкусной еде. Он был вынужден признать, что это правда.

Тан Тан сначала налила Цзи Яну тарелку супа: «Сначала выпей суп, муж. Этот суп полезен для здоровья».

«… Спасибо». Цзи Ян помедлил, прежде чем взять у неё из рук тарелку с супом и ложку. Он сделал глоток, и его вкусовые рецепторы ощутили восхитительный вкус.

Такое мастерство можно сравнить с работой шеф-повара в высококлассном ресторане.

Цзи Ян посмотрел на Тан Тан со сложным выражением на лице.

Тан Тан не заметила этого. Она наполняла для него тарелку рисом. Затем она наклонила рисоварку, чтобы показать ему содержимое: «Смотри, муж. Я приготовила много риса. Мне хватит одной миски. Остальное твоё, так что не переживай, что тебе не хватит. Ешь сколько душе угодно». Во время их последнего приёма пищи он не наелся, поэтому она должна была позаботиться о том, чтобы сегодня он поел досыта.

Губы Цзи Яна дрогнули, когда он увидел рисоварку, полную риса. Неужели она считает его обжорой?

Но еда пришлась ему по вкусу, поэтому он неосознанно съел три большие порции риса. Кроме того, большинство блюд тоже оказались у него в желудке. К тому времени, как Тан Тан снова наполнила его тарелку рисом, Цзи Ян был потрясён, обнаружив, что в рисоварке почти ничего не осталось. Он действительно съел так много.

Цзи Ян потерял дар речи.

Неудивительно, что Цзи Сяо Чжо поправился. Под руководством Тан Тан и при таком уходе сложно было не набрать вес. К счастью, он каждый день делал много упражнений, иначе он бы стал копией Сяо Чжо, набрав вес.

Стоит ли ему начать составлять план тренировок для Цзи Сяо Чжо? Если Тан Тан продолжит так его кормить, Сяо Чжо действительно превратится в маленькую фрикадельку.

В детском саду Цзи Сяо Чжо вдруг чихнул. Он подумал про себя, что его мама, должно быть, думает о нём.

* * *

Когда занятия в детском саду закончились, Цзи Сяо Чжо, словно маленькая счастливая птичка, выбежал наружу. Его улыбка стала ещё шире, когда он увидел Цзи Яна и Тан Тан, стоящих у ворот.

«Папа, мама…» — обычно серьёзное лицо малыша преобразилось. Он взял Цзи Яна и Тан Тан за руки.

Тан Тан впервые видела Сяо Чжо таким счастливым. Похоже, малышу очень нравилось, когда папа забирал его из детского сада. Было бы здорово, если бы он мог каждый день приезжать с ней за Сяо Чжо, но она знала, что это невозможно. Цзи Ян был военным. Его отпуск был ограничен, и через пару дней он должен был вернуться на базу. Вздох. Когда это время наступит, малыш будет очень скучать по своему папе.

«Мамочка, что мы будем есть сегодня на ужин?» Цзи Сяо Чжо сел в машину и задумался об ужине.

«Что бы ты хотел? Мама приготовит это для тебя».

Цзи Сяо Чжо ждал этих слов. Он тут же начал загибать пальцы: «Мама, я хочу куриные крылышки приготовленные тобой, свиные ребрышки и…»

Цзи Сяо Чжо не успел закончить перечисление, как Цзи Ян перебил его: «Цзи Сяо Чжо, сегодня мы не будем есть дома».

«А?» Тан Тан ничего не поняла. Она вдруг осознала, что они едут не домой. Она в замешательстве спросила: «Муж, куда мы едем? Это ведь не дорога домой?»

Цзи Сяо Чжо заметил то же, что и она. Он выглянул в окно, и в его голове словно зажглась лампочка. Сяо Чжо быстро спросил Цзи Яна: «Папочка, ты везёшь нас куда-то, где можно вкусно поесть? Туда, где есть мороженое?»

Цзи Ян ответил коротким «Эн».

«Ва...» — обрадовался Цзи Сяо Чжо. Он быстро забыл о своём списке. — «Мамочка, папочка везёт нас поесть чего-нибудь вкусненького. Мороженое там действительно вкусное, ах».

Тан Тан была немного заинтересована в том, чтобы поесть вне дома, так как с тех пор, как она появилась в этом мире, она никогда не пробовала есть где-то ещё.

«Мамочка, мороженое очень вкусное. Я ел его много раз». Цзи Сяо Чжо потратил много усилий, чтобы рассказать Тан Тан о своих впечатлениях. Затем он протянул свои пухлые ручки к Тан Тан, чтобы обсудить с ней кое-что: «Мы сможем взять по два вкуса, мамочка, мы оба можем выбрать разные вкусы. Есть клубничное, ванильное и шоколадное мороженое».

Как раз в тот момент, когда Тан Тан собиралась согласиться с его пожеланиями, Цзи Ян, сидящий на переднем сидении, заговорил. Его голос не выражал эмоций: «Цзи Сяо Чжо, ты хочешь взять две порции мороженого?»

Услышав, как папа называет его полным именем, Цзи Сяо Чжо тактично спрятал руку за спину, и в его глазах мелькнула жалость. Сяо Чжо ответил: «Папочка, я неправильно выразился. Я ещё ребёнок, поэтому могу съесть только одну порцию мороженого. Мне нельзя есть его слишком много, но мама взрослая. Она может съесть две порции мороженого».

В глазах Цзи Яна мелькнуло веселье: «Вам с мамой можно только по одной порции».

Желание Сяо Чжо съесть ещё немного мороженого было подавлено. Цзи Сяо Чжо надул губы и вздохнул, а затем сказал Тан Тан: «Мама, не стоит есть слишком много мороженого. Нам можно только по одной порции, так что ты выбирай ванильное, а я возьму клубничное, хорошо?»

Тан Тан наконец поняла, что имел в виду малыш, и согласилась: «Хорошо, тогда мы можем попробовать мороженое разного вкуса».

Именно этого и хотел Цзи Сяо Чжо. Он рассмеялся и дал Тан Тан пять.

Цзи Ян молча слушал детский разговор матери и сына. Уголок его губ приподнялся.





Глава 14




Обстановка и декор ресторана оказались лучше, чем ожидала Тан Тан. В ресторане были блестящие мраморные полы, в которых отражались лица посетителей. Всё было ярким и красивым. В центре сидела симпатичная женщина и играла на пианино. Тан Тан с первого взгляда поняла, что это не обычный ресторан.

Тан Тан была потрясена. Не нужно было спрашивать, чтобы понять, что поесть в этом ресторане будет дорого.

Тан Тан поспешно потянула Цзи Яна за рукав.

«Что случилось?» — Цзи Ян растерянно посмотрел на неё.

Опасаясь, что персонал её услышит, Тан Тан придвинулась ближе и под подозрительным взглядом Цзи Яна прошептала ему на ухо: «Это место выглядит дорогим. Давай не будем заходить. Это будет расточительством. Я могу приготовить для тебя и Бао Бао дома. Так мы сможем сэкономить». В настоящее время Цзи Ян был единственным, кто работал и зарабатывал деньги. Бао Бао и она сама зависели от него, и ещё нужно было платить тёте Ли. Его зарплата была небольшой, поэтому им не следовало тратить деньги бездумно.

Цзи Ян замер. Он никак не ожидал, что Тан Тан скажет что-то подобное. Подумать только, она действительно беспокоилась о том, чтобы сэкономить, и не хотела тратить его деньги.

В прошлом Тан Тан постоянно просила у него денег, протягивая раскрытую ладонь. Даже ежемесячного пособия, которое он ей выдавал, было недостаточно, а теперь она была…

Ему было трудно описать свои нынешние чувства. Цзи Ян ответил: «Это не проблема. Я всё ещё могу позволить себе иногда здесь обедать. К тому же Сяо Чжо очень нравится здешняя еда».

При упоминании Цзи Сяо Чжо Тан Тан замялась, но всё же согласилась: «Тогда… тогда ладно. Я не хочу мороженого. Ты можешь просто купить одно для Сяо Чжо».

На мгновение Цзи Ян не знал, смеяться ему или плакать. Уж мороженое он мог позволить себе купить. Ему не нужно было, чтобы она экономила для него эти деньги.

Сделав заказ, Цзи Ян заказал две порции мороженого в дополнение к основному блюду. Мороженое предназначалось для Тан Тан и Цзи Сяо Чжо.

Тан Тан снова потянула Цзи Яна за рукав и с тревогой спросила: «Зачем ты заказал две порции? Я же сказала, что не хочу его есть. Одно мороженое стоит дорого. Я могу приготовить два блюда за эту цену».

«… Всё в порядке. Я могу себе это позволить. Не волнуйся и ешь». Он не привык к тому, что Тан Тан подсчитывает расходы, и не мог свыкнуться к этой неожиданной переменой. Его не покидало ощущение, что человек перед ним — не та Тан Тан, которую он знал.

Когда Цзи Сяо Чжо увидел, как ведёт себя его мама, он на мгновение задумался, а потом потянул Тан Тан за одежду: «Мамочка, не волнуйся. После этого ужина я буду меньше есть дома, чтобы помочь папе сэкономить деньги».

Увидев, что и отец, и сын хотят, чтобы она поела мороженого, Тан Тан сдалась: «Хорошо. Но как только мы вернемся домой, мама сама научится готовить мороженое, так что в будущем я смогу делать его для тебя и экономить деньги». Тан Тан вспомнила, что в кулинарной программе, которую она смотрела в прошлый раз, готовили что-то вроде мороженого. Она могла бы научиться, просмотрев ту программу.

Цзи Сяо Чжо кивнул: «Хорошо, мамочка. С этого момента я не буду покупать мороженое, чтобы помочь папе сэкономить деньги».

Цзи Ян потерял дар речи. Насколько же они считали его бедным, если ей приходиться самой учиться готовить мороженое, чтобы насладиться им?

Опасаясь, что мать и сын продолжат обсуждать меры экономии, Цзи Ян пододвинул мороженое поближе к ним, чтобы сменить тему: «Ладно, давайте сначала поедим. Иначе мороженое растает».

Услышав, что мороженое может растаять, мать и сын быстро взяли ложки и начали есть. Тан Тан впервые в жизни ела мороженое. Хотя она и видела его по телевизору, она не знала, какое оно на вкус. Тан Тан не ожидала, что вкус будет таким насыщенным. Её рот наполнился сладостью. Неудивительно, что Сяо Чжо так его любит.

Цзи Сяо Чжо зачерпнул ложку мороженого и поднёс её к губам Тан Тан: «Мамочка, попробуй моё мороженое со вкусом клубники. Оно очень вкусное».

Тан Тан съела его, а затем зачерпнула ложкой своё мороженое, чтобы покормить малыша, и так они, мать и сын, стали кормить друг друга.

«Цзи Ян?» В этот момент уютную атмосферу нарушил женский голос. Рядом с Цзи Яном остановилась группа людей из четырёх человек. Там были мужчина и женщина средних лет, а также мужчина и женщина молодого возраста. Судя по их одежде и ауре, они были не обычными людьми.

Цзи Ян взглянул на группу людей. Едва заметная радость в его глазах тут же исчезла. Его лицо снова стало бесстрастным. Не было никаких признаков того, что он собирается отвечать им.

Женщина средних лет, элегантно одетая, похоже, не обратила внимания на холодность Цзи Яна. Вместо этого она оглядела стол, чтобы оценить ситуацию, и улыбнулась: «Ты привёл Сяо Чжо сюда поесть. Какое совпадение, может, поедим вместе? Мы редко видимся».

Цзи Ян нахмурился и холодно ответил: «Думаю, мы не настолько близки. Пожалуйста, не мешайте нам есть».

Женщина средних лет замерла. Она немного смутилась.

Увидев это, мужчина средних лет, стоявший рядом с ней, разозлился. Он отчитал Цзи Яна с недовольным выражением на лице: «Есть ли ещё кто-то, кто так разговаривает со своими старшими! Где твои манеры?»

В глазах Цзи Яна мелькнул холод. Температура вокруг него понизилась. «Старшие? Для кого вы старшие? Пожалуйста, говорите осторожнее и не называйте всех подряд своими родственниками».

«Ты!» Мужчина средних лет от гнева выпучил глаза. Никто раньше не смел так с ним разговаривать.

Женщина средних лет быстро подошла к мужчине и похлопала его по спине, чтобы успокоить: «Ну же, Старший, не сердись на детей. Лучше всё обсудить».

Молодой человек, стоявший позади пары средних лет, бросил на Цзи Яна и Тан Тан неоднозначный взгляд, прежде чем обратиться к мужчине средних лет: «Папа, давай сначала поедим. Не будем им мешать».

Мужчина средних лет погладил себя по груди, хмыкнул и пошел прочь. Остальные члены группы последовали за мужчиной, но Тан Тан заметила, что молодая женщина, шедшая позади, постоянно смотрела на неё каким-то странным взглядом. Казалось, что молодая женщина знала Тан Тан.

Как раз в тот момент, когда Тан Тан собиралась спросить Цзи Яна, действительно ли она знает эту молодую женщину, она обнаружила, что Цзи Ян тоже странно смотрит на неё, когда она подняла голову. Он как будто что-то пытался выяснить.

«Муж, что случилось?», — в замешательстве спросила Тан Тан.

Цзи Ян отвернулся: «Ничего».

Цзи Сяо Чжо уловил плохое настроение Цзи Яна. Он перестал есть мороженое и осторожно спросил: «Папочка, ты расстроен? Те люди, которые только что ушли, они плохие?»

Цзи Ян покачал головой: «Папа не знаком с этими людьми, и я вовсе не расстроен. Быстрее ешь своё мороженое, мы пойдём домой, когда ты доешь».

Цзи Сяо Чжо поднёс ложку с мороженым к губам Цзи Яна: «Папочка, съешь немного мороженого. Тебе станет легче после того, как ты поешь».

Выражение лица Цзи Яна смягчилось. Он не хотел отвергать добрую волю Сяо Чжо, поэтому открыл рот и съел ложку мороженого. Он перетерпел приторную сладость и проглотил, а затем погладил малыша по голове: «Хорошо, теперь папочка в хорошем настроении. Ешь мороженое сам».

Малыш с радостью продолжил есть мороженое.

Тан Тан не так легко поддавалась на уловки, как Сяо Чжо. Она почувствовала, что Цзи Ян, должно быть, знал тех людей, подошедших к ним ранее. Возможно, они были его врагами. Иначе настроение Цзи Яна не стало бы таким плохим. Но мужчина средних лет упомянул, что они его старшие, и Тан Тан действительно не понимала, каковы были их настоящие отношения.

Она не стала озвучивать свои вопросы. Поскольку эти люди не нравились её мужу, ей не нужно было о них знать. Кроме того, Цзи Ян сказал, что не знаком с ними, поэтому она не стала расспрашивать.

* * *

Было уже девять часов вечера, когда они втроём вернулись домой. Цзи Ян сразу же отвёл Сяо Чжо в ванную. После того как они приняли ванну и приготовились ко сну, малыш вдруг серьёзно сказал Цзи Яну: «Папочка, мне кажется, нам не стоит так жить».

«А? Что не так?» — спросил Цзи Ян, вытирая волосы Сяо Чжо.

«Нам не следует оставаться только вдвоём. Мамочка испугается, если мы оставим её одну», — ответил Цзи Сяо Чжо.

«А?» Цзи Ян растерялся. Он не понимал, почему Сяо Чжо говорит такие вещи.

Цзи Сяо Чжо вздохнул. Он положил свои пухлые ножки на живот Цзи Яна и сказал: «Мы спим вместе, а мамочка спит одна. Разве мамочка не испугается?»

Цзи Ян понял, что имел в виду малыш, но не знал, что ответить.

Цзи Сяо Чжо не стал дожидаться ответа папы. Он решил, что папа не в курсе, и объяснил: «Папочка, я думаю, мамочка боится, потому что Чжо Ран сказал мне, что его мама боится спать одна по ночам. Ей нужна защита папы, поэтому каждую ночь папа спит с мамой, чтобы защитить её. Из-за того, что на кровати не хватает места, Чжо Ран может спать только в другой комнате, сам по себе». Кроме того, его собственная мама была намного худее, чем мама Чжо Ран, поэтому его маме требовалась ещё большая защита.

Чжо Ран был одногруппником Цзи Сяо Чжо.

Цзи Ян потерял дар речи. Те родители умело обманывали своего ребёнка.

«Папочка, мамочка — девочка, а мы — мальчики. Будет плохо, если мы не защитим мамочку, верно?»

Цзи Ян не знал, что ответить. Он смог лишь сказать: «Тогда ты пойдёшь к маме?»

Малыш серьёзно задумалась на несколько секунд, прежде чем ответить: «Папочка, мы должны пойти к маме вдвоём. Я ребёнок, поэтому я недостаточно сильный. Ты взрослый. Будет безопаснее, если ты будешь защищать маму, а я буду тебе помогать».

Цзи Ян беспомощно потёр лоб. Он не мог сказать правду, поэтому произнёс: «Но папа не может выйти из этой комнаты. Иначе папа не сможет уснуть, так что тебе лучше пойти к маме. Она не будет бояться, если ты будешь с ней».

«А? Тогда…» Малыш почесал затылок и вдруг что-то придумал: «Тогда давай позовём маму спать к нам. Если так, то папа сможет поспать, а мы с тобой сможем защитить маму!»

Цзи Ян впервые почувствовал досаду из-за сообразительности своего сына, но смог придумать только другое оправдание: «Нет. Мама тоже не привыкла спать в других комнатах, так что ты можешь пойти и побыть с мамой».

«Правда? Тогда я пойду спрошу маму». После этого малыш спрыгнул с кровати и побежал в комнату Тан Тан. В спешке он забыл надеть тапочки.

Тан Тан ещё не спала, поэтому она была в шоке, когда увидела вбежавшего в её комнату Сяо Чжо, одетого только в штаны. «Бао Бао, что случилось?»

Цзи Сяо Чжо забрался на кровать Тан Тан и тут же схватил её за руку. «Мамочка, тебе обязательно спать в этой комнате?»

«А?» Тан Тан растерялась, услышав этот вопрос, и ответила уклончиво: «Почему ты спрашиваешь?»

«Папа сказал, что ты можешь заснуть только в этой комнате, поэтому мы не можем спать в папиной комнате. Это правда, мамочка?»

Лицо Тан Тан мгновенно покраснело. Она почти догадалась, что произошло, и пролепетала: «Эн... мамочка может заснуть... только в этой комнате».

«О, хорошо». Значит, это правда. Цзи Сяо Чжо разочарованно вздохнул. Его мечта спать с родителями рухнула. Он молча страдал, а потом сказал: «Тогда я буду спать с мамой. Я мужчина. Я могу тебя защитить».

Тан Тан всё ещё пыталась разобраться в ситуации, когда Сяо Чжо внезапно снова убежал, но через несколько минут быстро вернулся. Он взял с собой маленькую подушку и подбежал к кровати.

Тан Тан протянула руку и помогла Сяо Чжо забраться на кровать.

Малыш вздохнул и положил свою подушку рядом с подушкой Тан Тан. Удовлетворившись, он похлопал себя по груди и сказал: «Я буду спать с тобой сегодня. Теперь тебе не нужно бояться».

Когда это она боялась спать одна?

«Ты не будешь спать с папой сегодня?»

Цзи Сяо Чжо немного расстроился, когда ответил: «Папочка — мужчина. Он не испугается, если будет спать один, но мамочка — девочка. Ты испугаешься, поэтому я должен тебя защитить».

Тан Тан почувствовала себя очень тронутой. Она обняла малыша и несколько раз поцеловала его в лоб: «Мой драгоценный, ты действительно молодец. Мамочка любит тебя». По правде говоря, она хотела спать вместе с Сяо Чжо. В конце концов, Сяо Чжо был ещё ребёнком, ему не было и четырёх лет, поэтому она всегда переживала, что он спит один. Она боялась, что ночью он сбросит с себя одеяло и простудится или скатится с кровати, поэтому Тан Тан приходилось несколько раз за ночь проверять, как он там. Из-за того, что Сяо Чжо раньше злился на неё, Тан Тан не осмеливалась просить его спать с ней, но теперь он пришёл сам, и она была по-настоящему счастлива. Она даже не возражала против того, что он неправильно понял её и решил, что она боится спать одна.

Малыш поцеловал Тан Тан в ответ и застенчиво сказал: «Я тоже тебя люблю».

«Какой же ты милый~» — Тан Тан обняла его. Он был очень мягким и пах молоком. Тан Тан не удержалась и ущипнула его мясистое тельце. Сяо Чжо рассмеялся и попытался возразить: «Мамочка, прекрати. Если ты будешь меня щипать, я похудею!»

«Ха, это можно считать диетой. Твой папа говорил, что ты толстеешь!» Тан Тан снова начала щипать его мясистое тельце. Она не могла остановиться.

«Фух… Мне не нужно худеть. Моя полнота — это мило». Он не был толстым, он был милым, вот и всё.

«Ха-ха, да, ты очень милый», — Тан Тан безоговорочно согласилась.

Чтобы отплатить ей тем же, Сяо Чжо тоже похвалил её: «Мамочка, ты тоже очень милая».

Хотя Тан Тан знала, что малыш говорит неправду, она всё равно улыбнулась в ответ. Ничего не поделаешь. В конце концов, женщины тщеславны.

Из-за того, что малыш забегал в комнату ранее, и забыл закрыть дверь спальни, Цзи Ян, вышедший за водой, услышал, как мать и сын бесстыдно восхваляют друг друга. Губы Цзи Яна дрогнули.





Глава 15




Собрание в детском саду Цзи Сяо Чжо состоялось на следующий день. Рано утром Тан Тан вытащила Сяо Чжо из-под одеяла и выбрала для него милый наряд. Когда настала её очередь выбирать наряд, она растерялась.

Она не знала, что надеть, чтобы выглядеть хоть немного лучше. Сегодня наверняка будет много родителей, и она, скорее всего, поставит Сяо Чжо и его папу в неловкое положение, потому что она некрасивая.

Однако она всё же хотела что-то сделать, чтобы не ставить их в неловкое положение.

«Бао Бао, как ты думаешь, что маме сегодня надеть?» Тан Тан не знала, что делать, поэтому обратилась за помощью к Сяо Чжо.

В ответ Сяо Чжо быстро подошёл к шкафу Тан Тан и внимательно рассмотрел все вещи. В конце концов он выбрал для неё белую футболку и джинсовую юбку.

«Мамочка, надень это».

Тан Тан взяла одежду и с любопытством спросила: «Мамочка будет хорошо в этом выглядеть?» Ей показалось, что одежда довольно простая.

Цзи Сяо Чжо серьёзно кивнул: «Ты точно будешь хорошо выглядеть. Поверь мне, мамочка».

Увидев его таким уверенным, Тан Тан спросила с любопытством: «Почему Бао Бао думает, что эта одежда хорошо подойдёт мамочке?»

Цзи Сяо Чжо указал на свою одежду и объяснил: «Потому что она такая же, как у меня. Я выгляжу очень красиво, так что и мама будет хорошо в ней смотреться».

Тан Тан вдруг поняла, что одежда, которую выбрал малыш, была похожа на белую рубашку и джинсы, которые были на нём сейчас. Неудивительно, что он выбрал для неё именно эту одежду.

Хотя доводы Сяо Чжо были не слишком убедительными, Тан Тан решила, что его предложение неплохое, и согласилась надеть эту одежду.

Тан Тан зашла в ванную, чтобы переодеться, а когда вышла, позволила Цзи Сяо Чжо взглянуть на себя и спросила: «Что думаешь? Хорошо ли я выгляжу?»

Цзи Сяо Чжо быстро кивнул в знак согласия: «Хорошо. Мамочка выглядит лучше всех».

Тан Тан почувствовала, как тает от нежных слов Сяо Чжо, хотя и знала, что это неправда. Она быстро поцеловала Сяо Чжо в лоб, а затем взяла его за руку и вышла из комнаты. «Хорошо, пойдём. Нам нужно приготовить завтрак».

Когда мать и сын вышли из комнаты, домой вернулся Цзи Ян, который ходил на пробежку. Цзи Ян замер, увидев, что они одеты одинаково.

Цзи Сяо Чжо быстро подошел и потянул Цзи Яна за руку, сказав: «Папочка, скорее посмотри. Я выбрал эту одежду для мамы. Хорошо ли она смотрится?»

Неудивительно, что они были одеты одинаково. Было бы неправильно не согласиться с малышом, поэтому Цзи Ян кивнул: «Да, хорошо смотрится».

Цзи Сяо Чжо воспрянул духом. Он потянул Цзи Яна в спальню: «Тогда папочке нужно пойти принять душ. Я и для тебя выберу одежду. Ты можешь надеть её, когда выйдешь».

Цзи Ян почувствовал неладное, но не хотел портить Сяо Чжо настроение, поэтому позволил ему делать всё, что тот хочет.

Когда Цзи Ян вышел из душа, то подтвердил свою догадку. Малыш действительно выбрал единственную белую футболку и синие джинсы, которые были в его гардеробе. Сяо Чжо протянул одежду Цзи Яну, как будто это было сокровище: «Надень это, папочка. Эта такая же одежда, как у меня и у мамочки. Ты точно будешь выглядеть очень красиво!»

Цзи Ян промолчал. Он беспомощно взял одежду и переоделся. Все трое надели одинаковые вещи. Помимо Цзи Сяо Чжо, и Цзи Ян, и Тан Тан чувствовали себя крайне неловко.

Маленькая семья из трёх человек привлекала внимание в детском саду, и не только из-за их одежды, но и из-за привлекательной внешности Цзи Яна и Цзи Сяо Чжо. Если не учитывать Тан Тан, то отец и сын выглядели как модели. Многие молодые мамы и маленькие девочки с интересом смотрели на них.

Но когда они увидели Тан Тан рядом с ними, у всех было одинаковое выражение на лицах. Они смотрели на неё так, словно увидели коровьи лепёшки среди цветов.

Тан Тан: «...».

Их взгляды не должны были быть такими откровенными. Это слишком обидно.

Тан Тан могла только притвориться, что не замечает этих взглядов.

У Цзи Сяо Чжо сегодня было выступление. Он выступал в танцевальной группе и был ведущим танцором.

Тан Тан была очень рада. Она потянула Цзи Яна за руку и с гордостью сказала: «Дорогой. Дорогой. Быстрее посмотри, Сяо Чжо стоит прямо посреди сцены. Он, должно быть, лучший танцор!» В конце концов, учителя наверняка поставили лучших учеников впереди.

Цзи Ян спокойно убрал руку и решил ничего не комментировать. Потому что, по его мнению, вопрос о том, является ли Сяо Чжо лучшим танцором, был спорным.

Как и ожидалось, как только заиграла музыка, группа маленьких детей начала танцевать и...

Тан Тан была потрясена, когда увидела, что Цзи Сяо Чжо, стоявший впереди, танцевал не так, как все остальные. Он двигался на полшага медленнее других детей и часто невпопад двигал руками и ногами. Однако малыш продолжал спокойно танцевать. Это рассмешило всех взрослых, и многие из них начали фотографировать детей, чтобы отправить своим друзьям.

Тан Тан почесала затылок. Она немного смутилась и попыталась оправдать Цзи Сяо Чжо: «Эм… может быть, Бао Бао нервничает на сцене».

Цзи Ян вдруг улыбнулся, приложил руку к губам и сказал: «На самом деле Цзи Сяо Чжо всегда плохо справлялся с тем, что требует координации, особенно с танцами».

«О…» Тан Тан потеряла дар речи и смущённо спросила: «Тогда почему учитель поставила Бао Бао впереди?»

Цзи Ян слегка кашлянул и тихо ответил: «Вероятно, из-за его внешности».

«А?» Тан Тан побледнела. После этого она сразу же перевела взгляд на сцену, чтобы понаблюдать за детьми. Она обнаружила, что это правда. Все трое ведущих танцоров, выступавших впереди, были милыми и симпатичными малышами.

Итак, учитель не распределяла места в соответствии со способностями детей... Подобное действительно было в порядке вещей?

Как только представление закончилось, малыш выбежал к родителям из-за кулис, не смыв грим. Он сразу же спросил: «Папочка, мамочка, как я выступил?»

Цзи Ян кашлянул и промолчал. Он ничего не ответил.

Тан Тан забыла о своих принципах и кивнула, похвалив его: «Отлично. Бао Бао, ты прекрасно танцевал».

«Хе-хе-хе… всё нормально». Малыш ответил застенчиво и скромно.

Цзи Ян не смог сдержать смех.

Вокруг них было много родителей, которые фотографировались со своими детьми, только что выступившими на сцене, чтобы потом вспоминать этот день. Увидев это, Цзи Сяо Чжо потянул Тан Тан и Цзи Яна за одежду: «Папочка, мамочка, хотите сфотографироваться со мной? Я сегодня даже накрашен».

Цзи Ян посмотрел на красные круги на щеках Сяо Чжо и родинку у него на лбу. Он не знал, что подумает Сяо Чжо, когда увидит свою фотографию в будущем. Цзи Ян достал телефон: «Пойдём, найдём место, где можно сфотографироваться».

Цзи Сяо Чжо привёл их на детскую площадку рядом с горкой: «Давай сфотографируемся здесь».

Цзи Ян сначала сфотографировал Сяо Чжо одного, а затем Тан Тан и Сяо Чжо вместе. Когда он закончил и уже собирался убрать телефон, Цзи Сяо Чжо вдруг сказал: «Папочка, ты не сфотографировался вместе со мной и мамой. Иди сюда».

Услышав слова Цзи Сяо Чжо, родитель, который тоже фотографировал неподалёку, сказал: «Я помогу вам сделать снимок».

Цзи Ян беспомощно протянул ему телефон, встретив выжидающий взгляд малыша. Он подошёл и встал по другую сторону от Сяо Чжо. Цзи Сяо Чжо радостно стоял между родителями и держал их за руки. Он широко улыбался.

Тан Тан почувствовала, как краснеет, и тихонько поправила волосы и одежду. Она постаралась мило улыбнуться и понадеялась, что выглядит не слишком уродливо. Но поскольку она стояла рядом с двумя красивыми людьми, Тан Тан выглядела ещё более уродливой, чем обычно.

Цзи Сяо Чжо остался доволен семейной фотографией и радостно сказал: «Мы все отлично выглядим. Папочка, я хочу использовать эту фотографию в качестве аватарки. Папочка, а ты можешь использовать её в качестве аватарки?»

Цзи Ян на мгновение замолчал, а потом наконец согласился: «Хорошо».

Тогда Цзи Сяо Чжо сразу же повернулась к Тан Тан: «Мамочка, ты тоже используй эту фотографию в качестве аватарки, тогда у нас у всех будут одинаковые аватарки!»

Тан Тан протянула руку и с сожалением сказала: «Бао Бао, мамин телефон потерялся, а у меня нет WeChat. Ничего страшного, если вы с папой воспользуетесь этой фотографией».

«Мамочка, ты потеряла свой телефон?» Цзи Сяо Чжо тут же обратился за помощью к Цзи Яну: «Папочка, мамочка потеряла свой телефон, можешь купить ей другой?»

Цзи Ян взглянул на Тан Тан, но ничего не сказал.

Цзи Сяо Чжо предположил, что его папа сомневается, потому что мобильный телефон стоит слишком дорого, и поспешил добавить: «Папочка, ты можешь купить маме телефон на мои новогодние деньги. Хватит ли для этого моих новогодних денег?» С самого детства Цзи Ян клал деньги Сяо Чжо в копилку, чтобы тот мог сам распоряжаться своими деньгами. Именно поэтому Цзи Сяо Чжо знал, что у него есть сбережения, но не знал, сколько именно.

Цзи Ян не знал, что ответить. По правде говоря, он считал, что ему не стоит покупать телефон для Тан Тан.

Увидев это, Тан Тан быстро замахала руками и сказала: «Бао Бао, маме не нужен телефон. Я могу пользоваться планшетом вместе с тобой. Телефон — это не весело, так что нет необходимости его покупать».

Цзи Сяо Чжо засомневался. Он поджал губы и ничего не сказал.

В этот момент представление на сцене закончилось, и директор детского сада вышел на сцену, чтобы произнести речь. Собрание закончилось, и у детей начались летние каникулы, которые должны были продлится почти два месяца.

Цзи Сяо Чжо был очень взволнован, когда обсуждал с Тан Тан, куда они могли бы пойти завтра. Цзи Ян перебил малыша: «Папа собирается навестить твоего дядю Чжан Аня и дядю Чжо Цзи. Они сказали, что хотят тебя увидеть. Ты хочешь пойти со мной завтра?»

Глаза Цзи Сяо Чжо засияли, и он кивнул: «Я хочу пойти. Я хочу. Я хочу увидеть дядю Чжан Аня и дядю Чжо Цзи».

Тан Тан не знала, кто такие дядя Чжан Ань и дядя Чжо Цзи, о которых упомянул Цзи Сяо Чжо, но она могла предположить, что у этих двух людей были хорошие отношения с её мужем. Вероятно, они были хорошими друзьями. Иначе Сяо Чжо не любил бы их так сильно.

Значит, завтра она будет дома одна, так как Бао Бао и её мужа не будет дома? Она должна использовать это время, чтобы убраться в доме и, может быть, налепить пельменей, чтобы хранить их в морозилке и иногда готовить на завтрак для малыша.

Тан Тан уже составила план на завтра, но Цзи Сяо Чжо потянул её за одежду и сказал: «Мамочка, ты должна пойти с нами завтра».

«А?» Тан Тан быстро взглянула на Цзи Яна и махнула рукой: «Нет, нет, нет. Мамочка не пойдёт. Из-за моей ноги мне неудобно ходить. Я подожду вас дома».

Тан Тан понимала, что, учитывая её отношения с папой Бао Бао, он не захочет брать её с собой. Ей следовало проявить инициативу и отказаться, чтобы не усложнять жизнь Цзи Яну.

Цзи Сяо Чжо надул губы: «Почему, а? Мамочка, ты не хочешь пойти с нами?»

«Это неправда. Это из-за моей ноги, мне будет неудобно ходить, и я не смогу поиграть с тобой. Так что сходи завтра с папой, хорошо? Мама приготовит много вкусной еды для вас с папой, когда вы вернетесь».

Цзи Сяо Чжо нахмурился. Он не был счастлив, так как очень хотел, чтобы его мама пошла играть вместе с ними.

Сяо Чжо оставался несчастным до самого вечера. Приняв ванну, он не пошёл в комнату Тан Тан. Вместо этого он забрался на Цзи Яна и обеспокоенно вздохнул.

Цзи Яну стало смешно, и он спросил: «Что случилось? Почему ты вздыхаешь?»

Цзи Сяо Чжо подпёр подбородок рукой и спросил: «Папочка, а можно мы завтра возьмём с собой маму? Маме будет страшно одной дома. Мы не можем оставить её одну».

Цзи Ян замолчал.

Сяо Чжо взял Цзи Яна за руку и сжал её: «Папочка, не думай, что мамочка плохая из-за того, что она медленно двигается. Мамина нога заживёт, и тогда она перестанет пользоваться костылями».

Цзи Ян не мог объяснить Сяо Чжо, какие у него отношения с Тан Тан. Он никогда раньше не брал Тан Тан с собой на встречи со своими братьями, и Цзи Сяо Чжо тоже никогда не просил взять Тан Тан с собой. Сяо Чжо впервые поднял эту тему.

Цзи Ян засомневался. По его мнению, он должен был брать с собой на эту встречу только свою вторую половинку. Хотя Тан Тан и считалась его второй половинкой, но в его сердце она не была таковой. Стоит ли ему действительно брать её с собой завтра?





Глава 16




В конце концов, сомнения Цзи Яна уступили место просьбе Цзи Сяо Чжо. Цзи Ян кивнул: «Хорошо, я не буду возражать, если мама будет двигаться медленно. Мы возьмем её с собой».

«О...», — Поскольку просьба Цзи Сяо Чжо была удовлетворена, он быстро слез с Цзи Яна и поспешил встать с кровати. В спешке Сяо Чжо даже наступил Цзи Яну на живот, отчего тот чуть не вскрикнул.

Цзи Сяо Чжо не заметил, что чуть не причинил боль своему отцу. Он спрыгнул с кровати и выбежал из комнаты. Сяо Чжо вбежал в спальню Тан Тан и бросился в её объятия. К сожалению, худощавое тело Тан Тан не выдержало маленькой пухлой пули и Тан Тан чуть не упала на кровать, когда Сяо Чжо налетел на неё.

«Мамочка, у меня хорошие новости. Папочка согласился взять тебя с собой завтра. Мы не возражаем, если ты будешь двигаться медленно. Мы можем пойти и поиграть вместе».

«А? Твой папа согласился? Тан Тан была несколько шокирована, потому что, похоже, папа Бао Бао не хотел брать её с собой. Почему он вдруг согласился?»

Цзи Сяо Чжо энергично кивнул: «Это правда, мамочка. Завтра ты можешь ходить медленно, а мы подождем тебя. Тебе не нужно бояться».

Поскольку решение, похоже, было принято, Тан Тан не стала отказываться. Кроме того, похоже, Сяо Чжо действительно хотел, чтобы она пошла с ними, поэтому она не должна была его подвести. Ничего страшного, она будет просто плыть по течению.

На следующий день Цзи Ян ничего не сказал. Он просто собрал кое-какие вещи в дорогу и забрал с собой мать и сына. Они собирались на виллу на берегу моря. Этот дом принадлежал Чжо Цзи, и они часто собирались там для отдыха.

К тому времени, как они прибыли, все остальные уже были там. Все были рады видеть, что Цзи Ян привел с собой Сяо Чжо, но, когда они увидели, что Тан Тан следует за ними, выражение лиц у всех изменилось. Атмосфера стала несколько неловкой.

Цзи Ян никогда раньше не приводил свою жену с собой ни на одну из встреч. Кроме того, он никогда ничего не упоминал о ситуации, сложившейся между ним и Тан Тан. Однако все они знали, что между ними были проблемы, хотя и не знали подробностей. Цзи Ян не хотел говорить об этом, поэтому они не спрашивали.

Но что же произошло сегодня?

Жена Гу Чжан Аня первой нарушила неловкую атмосферу. Она подбежала, чтобы забрать Цзи Сяо Чжо из рук Цзи Яна, и крепко поцеловала его в щеку. «Дорогой мой, тётя Юэ так по тебе скучала!»

Цзи Сяо Чжо поцеловал Цзи Юэ в щеку в ответ. Он нежно произнес своим детским голоском: «Тётя Юэ, я тоже очень по тебе скучал».

Цзи Юэ не выдержала и сразу же понесла малыша к Гу Чжан Аню. Она захотела поделиться милой маленькой фрикаделькой со своим мужем.

В этот момент к ним приблизился Чжо Цзи, который сидел в инвалидном кресле. Сначала он погладил Цзи Яна, а затем с улыбкой поприветствовал Тан Тан: «Невестка, подойди и сядь. Тебе не нужно чувствовать себя неловко».

Тан Тан вздохнула с облегчением. Она благодарно улыбнулась Чжо Цзи, прежде чем последовать за Цзи Яном и сесть рядом с ним.

Никто не знал, как на самом деле нервничала Тан Тан, потому что все друзья Цзи Яна выглядели изящными и благородными людьми, особенно тот, кто сидел в инвалидном кресле. Кроме того, она, похоже, никому из них не нравилась. Она могла точно сказать, что никому из них, похоже, не нравилась прежняя владелица её тела. Они, вероятно, не предполагали, что она придет сегодня.

Цзи Ян не стал подробно знакомить Тан Тан с друзьями, а просто кратко назвал ей имена всех присутствующих. Закончив, он сразу же отправился поболтать с Чжо Цзи. Они говорили об акциях и правах на акционерный капитал. Тан Тан не понимала ни единого слова из их разговора, поэтому ей оставалось только сидеть и слушать их с легкой улыбкой на лице.

К счастью, вскоре вернулся Цзи Сяо Чжо и сразу же потянул Тан Тан за руку: «Мамочка, давай пойдем туда и поедим. Там много вкусной еды».

Тан Тан вздохнула и быстро последовала за малышом, который потащил её за собой.

Когда мать и сын ушли, Чжо Цзи посмотрел на Цзи Яна и спросил: «Третий брат, в твоей жизни произошли какие-то перемены?»

Цзи Ян проводил взглядом удаляющуюся пару и после долгого молчания пробормотал: «Может быть».

Чжо Цзи слегка рассмеялся. Он тоже посмотрел на Цзи Сяо Чжо и прокомментировал: «Я думаю, Сяо Чжо стал намного счастливее. Кажется, что это, должно быть, хорошая перемена».

Цзи Ян тоже улыбнулся, подумав о настроении и действиях малыша за последние пару дней.

С другой стороны Цзи Сяо Чжо повел Тан Тан в зону с едой. Когда Цзи Сяо Чжо заметил, что там есть даже мороженое, он пришел в восторг. Мгновение спустя он держал по мороженому в каждой руке. Вполне вероятно, что он взял бы ещё больше, если бы у него было больше рук.

Тан Тан вспомнила, как Цзи Ян упоминал что-то о том, что слишком много мороженого вредно для организма, особенно для детей. Поэтому она быстро напомнила Цзи Сяо Чжо: «Бао Бао, ты забыл, что сказал папа? Тебе разрешается съесть только одно мороженое».

Цзи Сяо Чжо разочарованно вздохнул. Он не хотел выбирать одно из двух мороженых, которые держал в руках. Сяо Чжо жалобно посмотрел на Тан Тан и произнес нежным голосом: «Только в этот раз, мамочка. В следующий раз я съем только одно мороженое, хорошо?»

Сердце Тан Тан смягчилось. Однако чрезмерное употребление мороженого может вызвать у людей кашель и повышение температуры. Малыш мог пострадать, и Тан Тан не хотела, чтобы он заболел, поэтому она ожесточила своё сердце и ответила: «Нет. Ребенок может съесть только одно мороженое. Будет нехорошо, если ты заболеешь».

«Вуу-ладно», — захныкал Цзи Сяо Чжо, неохотно собираясь отказаться от одного мороженого, которое держал в руках.

В этот момент к ним подошла Гу Янь Ран и присела на корточки рядом с Цзи Сяо Чжо. Она улыбнулась и сказала: «Сяо Чжо хочет съесть два мороженого? Что ж, нет ничего страшного, если ты иногда съешь больше одного. К тому же сегодня довольно жарко, так что ты не заболеешь».

Затем она обратилась к Тан Тан: «На самом деле мороженое было приготовлено специально для Цзи Сяо Чжо, поэтому порция меньше обычной. Съесть две таких порции — всё равно что съесть одну, так что ничего страшного, если он съест оба. Не нужно быть такой строгой к Сяо Чжо».

«Это...» Несмотря на то, что Тан Тан тоже считала, что иногда есть немного больше — это нормально, она всё равно хотела быть осторожной. Если бы Сяо Чжо заболел из-за того, что съел слишком много, сожалеть было бы слишком поздно, поэтому Тан Тан не хотела, чтобы Сяо Чжо ел больше мороженого.

Видя, что его мама расстроена, Цзи Сяо Чжо вышел вперёд и сказал: «Тётя Янь Ран, я съем только одно мороженое. Папа сказал, что мне нельзя есть слишком много».

Гу Янь Ран не ожидала, что Цзи Сяо Чжо скажет такое. Она на мгновение замерла, а затем погладила малыша по голове: «Сяо Чжо такой послушный».

Тан Тан почувствовала нежность, увидев, что Сяо Чжо такой понимающий. Она на секунду задумалась, а потом сказала: «Как насчёт такого, Сяо Чжо? Мама поест вместе с тобой. Мы разделим мороженое, так что ты сможешь попробовать два разных вкуса».

Глаза Цзи Сяо Чжо заблестели, и он быстро кивнул: «Хорошо. Хорошо, мамочка. Мы поедим вместе. Мы разделим мороженое!»

Тан Тан подвела малыша к дивану и усадила его перед собой. Она зачерпнула немного мороженого ложкой, чтобы покормить Сяо Чжо, а затем зачерпнула немного для себя.

Они вместе с удовольствием ели мороженое.

Гу Янь Ран улыбнулась и встала, чтобы сварить две чашки кофе. Она поднесла чашки к Цзи Яну и Чжо Цзи. Первую чашку она протянула Чжо Цзи, а вторую — Цзи Яну: «Брат Цзи Ян, в этой чашке нет сахара. Я знаю, что ты не любишь сладкое».

Цзи Ян принял кофе: «Спасибо».

«Не нужно быть таким вежливым», — шутливо сказала Гу Янь Ран. Затем она села рядом с Цзи Яном и присоединилась к их разговору об акциях.

Цзи Юэ, наблюдавшая за происходящим, незаметно толкнула Гу Чжан Аня локтем и, кивнув в сторону Тан Тан, сказала: «Посмотри на жену Цзи Яна. Она выглядит другой, не такой, как раньше. Раньше она не обращала внимания ни на нас, ни на Сяо Чжо, а теперь посмотри, как хорошо она относится к Сяо Чжо. Интересно, что-то случилось?»

Гу Чжан Ань погладил жену по волосам и равнодушно ответил: «Может, что-то и случилось, но это личные дела третьего брата. Нам не стоит вмешиваться».

Губы Цзи Юэ дрогнули, и она тихо сказала: «Да, нам не следует вмешиваться в личные дела Цзи Яна, но мысли твоей сестры...»

Услышав её ответ, Гу Чжан Ань взглянул на Гу Янь Ран. Он рассмеялся, посчитав это нелепым, и постучал Цзи Юэ по лбу: «О чём ты говоришь? Янь Ран относится к Цзи Яну и остальным как к братьям, как к родным. Она выросла, следуя за нами по пятам».

Цзи Юэ саркастически рассмеялась про себя и незаметно закатила глаза. Мужчины плохо замечают такие вещи. Пока никто не знает всей правды.

Неважно. Раз уж есть время на беспокойства, лучше беспокоиться о том, чем развлечься дальше.

Затем Цзи Юэ встала и несколько раз хлопнула в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание, а затем объявила: «Давайте отдохнём, а после обеда пойдем на пляж! Я подготовлю для всех плавки и бикини!»

Все рассмеялись.

На обед у всех были легкие блюда и закуски, после чего они решили отдохнуть. Семья Цзи Яна из трёх человек, естественно, жила в одной комнате, из-за чего Тан Тан и Цзи Ян чувствовали себя неловко. Однако они не могли попросить другую комнату, это было бы странно.

С другой стороны, Цзи Сяо Чжо был невероятно счастлив. Он забрался на кровать, попрыгал на ней, а затем похлопал по ней рукой: «Папочка, мамочка, скорее идите сюда. Кровать такая большая и удобная. Отсюда даже видно море!»

Тан Тан покраснела и не смела пошевелиться. Она не знала, что делать. В конце концов на кровать забрался Цзи Ян. Он лёг справа от Сяо Чжо и сказал Тан Тан: «Давай отдохнём. Иначе потом у нас не хватит сил».

Тан Тан покраснела ещё сильнее. Она с трудом подошла ближе и легла слева от Сяо Чжо. После этого она положила руки на живот и не смела пошевелиться.

Цзи Сяо Чжо повернулся направо и взглянул на своего папу, затем повернулся налево и посмотрел на свою маму. Он был в восторге, когда взял их за руки и с надеждой сказал: «Было бы здорово, если бы мы всегда могли спать вот так, вместе!»

Тан Тан покраснела и ничего не ответила. Тем временем Цзи Ян решил закрыть глаза.

Цзи Сяо Чжо решил, что его родители уснули, и больше ничего не говорил, боясь их разбудить. Поскольку Сяо Чжо тоже хотел спать, он закрыл глаза и вскоре уснул.

Когда Тан Тан увидела, что и отец, и сын закрыли глаза, она наконец успокоилась и медленно заснула.

Цзи Ян снова открыл глаза, когда дыхание Тан Тан и Сяо Чжо стало ровным и тихим. Он посмотрел на мать и сына, и его сердце наполнилось необъяснимыми чувствами.

* * *

Ближе к вечеру Цзи Юэ приготовила купальники для всех, включая Тан Тан. Просто Тан Тан не осмеливалась такое надеть. Несмотря на то, что она уже привыкла к стилю одежды в этом мире, она всё ещё не могла смириться с тем, что одежда почти ничего не прикрывает. Это было ниже её достоинства.

Тан Тан тянула время. Она не хотела надевать купальник. Когда Цзи Ян и Сяо Чжо уже переоделись в плавки, Тан Тан всё ещё сомневалась.

Прождав довольно долго и увидев, что Тан Тан всё ещё не вышла, Цзи Сяо Чжо побежал и постучал в дверь раздевалки: «Мамочка, ты уже готова? Мы уже переоделись!»

Тан Тан открыла дверь, оставшись в своей одежде.

«А? Мамочка, почему ты не переоделась?»

Тан Тан, запинаясь, ответила: «Э-э-э… мама не хочет его надевать. Маме такое не идёт».

Цзи Сяо Чжо выхватил купальник из рук Тан Тан и посмотрел на него. Затем он поднял голову: «Мама, ты не надеваешь его, потому что боишься, что другие скажут, что ты толстая? Это не важно. Посмотри на меня. Я толстый, но я не боюсь». Сяо Чжо даже пожертвовал собой, приподняв живот, чтобы Тан Тан могла его рассмотреть.

Хоть малыш обычно этого не признавал, на самом деле он знал, что у него лишний вес.

Тан Тан не знала, смеяться ей или плакать. Она не боялась, что её назовут толстой. На самом деле она хотела немного поправиться. По крайней мере, это было бы лучше, чем сейчас, когда от неё были одни кости да кожа.

Тан Тан действительно не знала, как объяснить это Сяо Чжо.

Услышав это, Цзи Ян подошёл и поднял Сяо Чжо на руки: «Ну всё. Ничего страшного, если мама не хочет переодеваться. Пойдём вниз».

Поскольку Цзи Сяо Чжо был на руках, он мог только махать руками и говорить: «Хорошо. Мама может остаться в своей одежде. А теперь пойдём поиграем в море!»

Тан Тан с облегчением вздохнула. Она тут же бросила купальник куда-то в сторону и на костылях последовала за отцом и сыном.





Глава 17




Судя по воспоминаниям Цзи Сяо Чжо, он никогда раньше не был на море. Поэтому сейчас он был безумно счастлив и нёсся к морю, как маленькая пуля. К счастью, Цзи Ян надел на Сяо Чжо надувной круг и оставался рядом с ним. Иначе его унесло бы волнами.

Малыш радостно смеялся, плавая с помощью круга. Затем он помахал Тан Тан, которая стояла на берегу: «Иди сюда, мамочка. Здесь действительно весело!»

На ноге Тан Тан всё ещё был гипс, и она не могла мочить его в воде, поэтому она виновато помахала рукой в ответ: «Мамочка не может зайти в воду. Я буду наблюдать за тобой отсюда».

Малыш был немного разочарован. Однако, раз уж папа играл с ним, Сяо Чжо вскоре снова начал безудержно веселиться.

Все остальные тоже пошли в море, и все они были в купальниках. Мужчины оголили грудь и ноги, и Тан Тан не смела на них смотреть. Однако Тан Тан не могла не поглядывать на Цзи Юэ и Гу Янь Ран. Они обе были красивы, у них были длинные ноги и тонкая талия. Благодаря своей великолепной фигуре они выглядели сексуально в своих бикини, а их кожа сияла на солнце. Несмотря на то, что Тан Тан не могла смириться с такой откровенной одеждой, она не могла отрицать, что эти две женщины выглядели завораживающе.

Тан Тан взглянула на свою худощавую фигуру и забеспокоилась. Разница была действительно велика. У других женщин были гармоничные и красивые фигуры, а она была похожа на скелет. Она много ела в последнее время, но, судя по всему, совсем не набрала вес. Куда делась вся съеденная еда?!

Любой, кто посмотрел бы на Тан Тан, понял бы, о чем она думает по выражению её лица. Это заставило Чжо Цзи, который тоже не заходил в море, улыбнуться, посмотрев на неё.

Тан Тан обнаружила, что собеседник видит её мысли насквозь, поэтому покраснела и сухо улыбнулась ему в ответ.

Чжо Цзи направил своё инвалидное кресло к стульям и обратился к Тан Тан: «Давай сядем вон там. Сейчас слишком солнечно».

Хотя Тан Тан не была знакома с Чжо Цзи, он был хорошим другом Цзи Яна. Поскольку она знала, что Цзи Ян уважает Чжо Цзи, Тан Тан не стала отказываться и последовала за инвалидным креслом на своих костылях.

Рядом со стульями стоял старинный чайный сервиз. Чайный сервиз выглядел старым и элегантным и был похож на тот, которым пользовалась Тан Тан в своей прошлой жизни. Движения Чжо Цзи были изящными и спокойными, что делало его похожим на небожителя. Тан Тан впервые с тех пор, как она пришла в этот мир, увидела человека с таким темпераментом, как у Чжо Цзи. Он напомнил ей ученого из её прошлой жизни.

Тан Тан не могла отвести от него глаз.

Чжо Цзи поднял чайник и налил Тан Тан чашку чая. «Невестка, попробуй этот чай».

Тан Тан не осмелилась выпить чай просто так и в итоге невольно воспользовалась правилами этикета, взяла чашку и выпила чай. Сначала она почувствовала лёгкую горечь, а затем сладкое послевкусие.

Глаза Тан Тан заблестели, и она похвалила чай: «Хороший чай!»

Хотя Тан Тан не пользовалась особой популярностью в своём родном доме, она всё же была юной госпожой и её обучили всем необходимым правилам этикета, внешнему виду и манерам, чтобы она не опозорилась, когда 15-го числа каждого месяца будет подавать чай главной хозяйке дома. Кроме того, её няня была из многодетной семьи и до того, как стать служанкой, изучала искусство чаепития, поэтому Тан Тан неплохо разбиралась в чае.

Чжо Цзи был слегка шокирован. Он не думал, что Тан Тан разбирается в чае. Кроме того, движения Тан Тан были изящными, когда она пила. Такие манеры и грацию он видел только у своей бабушки.

Такая Тан Тан сильно отличалась от той, о ком он слышал. Чжо Цзи заинтересовался и сказал: «Кажется, невестка разбирается в искусстве чаепития. Ты умеешь заваривать чай? Как насчёт того, чтобы провести чайную церемонию и угостить меня?»

Тан Тан испугалась и замахала руками: «Нет. Нет. Я не понимаю, как это делается. Я не хочу опозориться». Она действительно не могла провести чайную церемонию должным образом и уж точно не могла сравниться с профессионалом. К тому же её няня всегда говорила, что у неё нет к этому таланта.

«Не нужно так нервничать. Просто сделай это ради забавы».

«Тогда... тогда ладно. Я надеюсь, что брат Чжо не будет возражать против моего неудовлетворительного выступления». Поскольку Тан Тан не могла избежать его просьбы, она начала проводить чайную церемонию. Тан Тан действовала в соответствии с инструкциями, которым её научила няня.

Хотя чайную церемонию Тан Тан нельзя было сравнить с церемониями, которые проводили юные госпожи из влиятельных семей в её прежнем мире, поскольку она жила в XXI веке, где такие навыки, как чайная церемония, почти исчезли, она выглядела как настоящий эксперт. Чжо Цзи был поражён, наблюдая за профессиональными и грациозными движениями Тан Тан. Он должен был признать, что ему до неё далеко. Пожалуй, только его бабушка могла сравниться с Тан Тан.

Он и подумать не мог, что жена Цзи Яна обладает такими скрытыми талантами. «Пожалуйста, попробуй этот чай, брат Чжо», — сказала Тан Тан, протягивая Чжо Цзи чашку чая.

Чжо Цзи сделал глоток. Его глаза засияли, и он похвалил её: «У невестки хорошие навыки. Они лучше, чем у меня».

Тан Тан смущённо замахала руками: «Брат Чжо шутит».

В этот момент несколько человек вернулись с прогулки по морю. Они были потрясены, увидев, как Чжо Цзи и Тан Тан весело болтают и пьют чай вместе, потому что все они знали, что с Чжо Цзи обычно трудно сблизиться.

«Старший брат, почему ты пьёшь чай?» — с любопытством спросил Гу Чжан Ань.

Чжо Цзи пододвинул к нему чайник и сказал: «Тебе тоже стоит попробовать. У невестки очень хорошо получается. Мне с ней не сравниться».

Все остальные были поражены и с удивлением смотрели на Тан Тан. Чжо Цзи обучался у людей, искушённых в искусстве чаепития. Умения обычных людей не шли ни в какое сравнение с умениями Чжо Цзи. Но сказать, что умения Тан Тан были лучше — это уже перебор.

Цзи Сяо Чжо не думал так много, как взрослые. Услышав, что чай, который заварила его мама, вкусный, Сяо Чжо подбежал к Тан Тан и повёл себя как избалованный ребёнок. «Мама, я хочу пить. Я хочу чаю».

Тан Тан быстро налила Сяо Чжо чашку чая. Малыш не понимал, что такое чай, поэтому просто залпом выпил его и причмокнул. Сяо Чжо показалось, что чай немного горчит и не так хорош, как сок, но, поскольку его приготовила мама, а он не мог подвести маму, Сяо Чжо кивнул и серьёзно сказал: «Да, хороший чай!»

Все рассмеялись, увидев, как серьёзно Сяо Чжо всё воспринял.

Закончив обслуживать юного мастера, Тан Тан, конечно же, не забыла об отце ребёнка и тут же налила чашку для Цзи Яна: «Дорогой, выпей чаю».

Цзи Яну тоже стало любопытно, и он взял чашку. Вместо того чтобы залпом выпить чай, как Сяо Чжо, он медленно сделал глоток. Он почувствовал лёгкую сладость во рту. Хотя Цзи Ян не разбирался в чае, он знал, что этот чай очень хорош.

У неё действительно были навыки проведения чайной церемонии. Когда она этому научилась?

Увидев это, остальные заинтересовались и тоже захотели попробовать чай. Тан Тан обрадовалась и налила всем по чашке. Но когда Тан Тан подошла к Гу Янь Ран, то та отказалась: «Прости, Тан Тан. Я не очень люблю чай. Я предпочитаю кофе».

«Ничего страшного. Всё в порядке», — Тан Тан не возражала.

Компания молодых людей развлекалась допоздна, а потом все вернулись на виллу. Они все остались на вилле на ночь, а на следующий день собирались разъехаться по домам.

После целого дня развлечений все проголодались. Когда небо потемнело, всем захотелось есть, но главная проблема заключалась в том, кто будет готовить?

Чжо Цзи лишь изредка приходил на эту виллу, поэтому время от времени нанимал людей для уборки. Однако постоянного персонала здесь не было, поэтому всё приходилось делать самому, включая приготовление пищи.

Мужчины переглянулись и выразили своё бессилие. Обычно для них готовили еду, и им оставалось только есть, поэтому никто из них не умел готовить. Они могли помочь, но лучше было не просить их готовить.

Цзи Юэ тоже не умела готовить, поэтому она молча посмотрела на Чжо Цзи, а затем сказала: «Старший брат, ты просто принёс продукты и не нанял повара? Кому ты пытаешься усложнить жизнь? Ты ведь знаешь о наших кулинарных способностях, верно?»

Чжо Цзи улыбнулся и извиняющимся тоном сказал: «Изначально я планировал пригласить тётю Ван из дома, но у неё в семье кое-что внезапно случилось, так что я успел только принести продукты. Приготовленную еду уже съели на обед. Так что сегодня вечером мы можем рассчитывать только на себя. Это тоже можно считать новым опытом». Однако, закончив говорить, Чжо Цзи понял, что усложняет всем жизнь, и предложил: «Может, закажем еду на вынос?»

Гу Янь Ран подняла свой телефон: «Я уже проверила. Мы слишком далеко от города, сюда ничего не привезут».

Все тут же расстроились. Им оставалось только голодать этой ночью.

Увидев такое жалобное выражение на лицах других людей, Тан Тан смогла лишь молча поднять руку: «Я могу это сделать. Я умею готовить».

Все удивлённо обернулись к Тан Тан.

Цзи Сяо Чжо полностью поддержал свою мать и, похлопав себя по груди, сказал всем: «Моя мама отлично готовит. Её еда самая вкусная!» Сяо Чжо говорил с гордостью.

В ответ все вопросительно посмотрели на Цзи Яна.

Цзи Ян кивнул, закатал рукава и сказал Тан Тан: «Тогда мы побеспокоим тебя сегодня вечером. Я помогу».

Тан Тан махнула рукой и подтолкнула Цзи Сяо Чжо к Цзи Яну: «Не нужно. Возьми Бао Бао с собой и отдохни. Я справлюсь сама, мне не нужна помощь. Я закончу самое позднее через час».

Цзи Ян понял, что Тан Тан не хочет, чтобы он помогал ей на кухне, поэтому ему оставалось только взять Сяо Чжо с собой и сесть со всеми остальными.

Гу Чжан Ань неуверенно спросил Цзи Яна: «Третий брат, а она правда умеет готовить? Она же не взорвёт кухню старшего брата, верно?»

Услышав это, Цзи Юэ ущипнула его за ухо: «Гу Чжан Ань, на что ты намекаешь? Ты что, издеваешься надо мной? Я взорвала кухню всего один раз, а ты всё ещё помнишь!»

Гу Чжан Ань быстро попросил прощения: «Нет, нет, я не про тебя. Я беспокоюсь только за невестку».

«Хм!» Цзи Юэ фыркнула, но отпустила его. Она тоже с тревогой посмотрела на кухню: «Ничего же не взорвётся, верно? Может, нам стоит посмотреть?»

Цзи Сяо Чжо расстроился, увидев, что все, похоже, не доверяют его маме. Он надул губы: «Мама отлично готовит. Просто подождите!»

Цзи Ян погладил малыша по голове и сказал всем: «Не волнуйтесь. Она действительно хорошо готовит».

Поскольку Цзи Ян так сказал, все ему поверили, но на душе у них всё равно было неспокойно. Хоть они и не были близко знакомы с женой Цзи Яна, они знали, что она безответственная женщина, которая постоянно пила. Они всегда думали, что Цзи Яну не повезло, но на этот раз Тан Тан показала им себя с другой стороны. Она была вежливой и учтивой, она даже умела поддержать беседу и проводить чайную церемонию. Она была идеальной женой и любящей матерью. Что же происходило?





Глава 18




Через час стол был заставлен блюдами, приготовленными Тан Тан. Все блюда выглядели аппетитно и красочно, а от их аромата текли слюнки.

«Вау…» — все в изумлении уставились на еду, а затем с благоговением посмотрели на Тан Тан. В частности, Цзи Юэ была восхищена Тан Тан: «Ты просто потрясающая, Тан Тан. Ты сама приготовила все эти восхитительные блюда. Ты как богиня». Для Цзи Юэ, которая была настоящим кулинарным убийцей, Тан Тан стала настоящим кумиром.

Тан Тан покраснела от похвалы и смущённо развела руками: «Нет-нет, это просто обычные блюда по семейным рецептам. Давайте скорее всё вместе поедим».

Молодые люди решили не церемониться и сразу же взялись за палочки. Еда была такой вкусной, что все наелись до отвала и в конце концов не смогли сдержать икоту. Все блюда, которые приготовила Тан Тан, были съедены до последней крошки, и рисоварка тоже опустела.

Гу Чжан Ань показал Тан Тан большой палец вверх: «Невестка, мы в восторге от твоей стряпни. Это так вкусно. Третьему брату повезло».

Цзи Юэ добавила: «Похоже, теперь мы знаем, куда пойти, чтобы бесплатно поесть».

Чжо Цзи тоже сказал: «Не забудьте взять меня с собой».

Тан Тан обрадовалась и смутилась от похвалы. Поэтому она собрала пустые тарелки со столовыми приборами и убежала на кухню.

Поскольку Тан Тан готовила, Цзи Юэ не хотела оставлять всю уборку на неё, поэтому она пошла за Тан Тан на кухню, чтобы помочь. Однако в итоге она обнаружила, что совсем не умеет хозяйничать на кухне и ничем не может помочь Тан Тан. Мгновение спустя Тан Тан быстро со всем справилась сама, и кухня стала выглядеть как новая.

Цзи Юэ была поражена, и её мнение о Тан Тан полностью изменилось. Она подумала, что, должно быть, раньше они неправильно поняли Тан Тан, ведь она явно хороший человек.

Закончив уборку, Тан Тан не ушла из кухни. Вместо этого она достала из холодильника несколько ингредиентов и начала что-то готовить.

«Тан Тан, что ты собираешься делать?» — с любопытством спросила Цзи Юэ.

Тан Тан готовила и одновременно отвечала: «Я заметила, что сегодня все много съели. Нехорошо спать с набитым желудком, поэтому я приготовлю всем чай для улучшения пищеварения, чтобы ночью хорошо спалось».

Цзи Юэ ахнула от удивления: «Небеса, ты даже об этом подумала? Ты слишком добродетельна. Ты и дома так балуешь Цзи Яна?»

«А?» Тан Тан растерялась. «Это не баловство. Это то, что я должна делать. В конце концов, он так много работает в армии, я должна как следует заботиться о нём и Бао Бао».

Цзи Юэ замерла и вдруг задумалась. Неужели она так плохо обращается с Гу Чжан Анем? С другой стороны, он иногда мыл ей ноги и делал массаж, когда возвращался с работы. Неужели она плохая жена?

Однако она не могла стать такой, как Тан Тан.

Почему она вдруг почувствовала, что Цзи Ян женился на сокровище?

Чай для пищеварения, который приготовила Тан Тан, был эффективным. Когда все его выпили, их желудки уже не были такими набитыми, как раньше, а вкус чая оказался на удивление приятным. Даже Цзи Сяо Чжо с удовольствием выпил две большие чашки и захотел ещё. Заметив это, Тан Тан забрала у него чашку: «Не пей больше чай. Ты описаешься ночью, если выпьешь ещё».

Цзи Сяо Чжо надул губы. Он был недоволен и быстро начал защищать своё достоинство: «Мамочка, мне уже не три года. Я не писаю в постель!»

Понимая, что наступила малышу на больную мозоль, Тан Тан быстро сменила тактику и сказала: «Хорошо. Хорошо. Мама знает, что ты не будешь писать в постель. Мама просто боялась, что ты будешь ходить в туалет всю ночь, если выпьешь слишком много».

Услышав слова Тан Тан, малыш снова повеселел. Однако он всё же не забыл напомнить матери: «Тогда в следующий раз ты не можешь подозревать меня в том, что я буду писать в постель. В конце концов, я мужчина. Нельзя так говорить».

Тан Тан подняла руку в знак подтверждения: «Хорошо. Хорошо. Мама гарантирует, что в будущем об этом не будет и речи».

Их диалог заставил всех остальных сдержать смех. Разговор был таким трогательным, ах.

Внезапно зазвонил мобильный телефон Цзи Яна. Он увидел, что звонит тётя Ли, и ответил: «Здравствуй, тётя Ли».

Тан Тан и Сяо Чжо, услышав его приветствие, тут же повернулись к Цзи Яну, гадая, зачем звонила тётя Ли.

Они не знали, что сказала тётя Ли, но, когда звонок закончился, Цзи Ян выглядел не очень хорошо.

Цзи Сяо Чжо с беспокойством потянул Цзи Яна за рукав: «Папа, что сказала бабушка Ли? Когда она вернётся?» Можно было считать, что тётя Ли воспитала Цзи Сяо Чжо, так что у них были хорошие отношения. Поскольку они не виделись так много дней, Сяо Чжо скучал по ней.

Несмотря на то, что Сяо Чжо был ещё мал, Цзи Ян ничего от него не скрывал и сказал ему правду: «У маленькой внучки бабушки Ли не всё в порядке со здоровьем. Ей нужно оставаться дома и присматривать за своим внуком и внучкой, поэтому она больше не может присматривать за тобой».

«А?» — открыл рот Цзи Сяо Чжо. Он не мог так внезапно принять эту информацию.

Цзи Ян вздохнул и погладил Сяо Чжо по голове: «Ты должен понять бабушку Ли. Она тоже скучает по тебе, но в её семье кое-что случилось, поэтому она не может оставить свою семью».

Цзи Сяо Чжо поджал губы и стал грустно теребить пальцы.

Цзи Ян от волнения приложил руку ко лбу. Поскольку тётя Ли больше не могла присматривать за Сяо Чжо, он не мог спокойно вернуться на базу. Он не мог оставить Сяо Чжо одного, а на поиски другой няни требовалось время. Кроме того, было непросто найти няню, которая соответствовала бы его требованиям. Он чувствовал бы беспокойство, если бы оставил Сяо Чжо на попечение незнакомца.

Чжо Цзи понял, что беспокоит Цзи Яна, и спросил: «Тогда что будет дальше? Хочешь, чтобы я помог тебе найти кого-то надёжного, кто будет присматривать за Сяо Чжо?»

Гу Чжан Ань тоже сказал: «Я тоже могу помочь тебе с поисками. Я вернусь и спрошу у своей тёти».

Цзи Ян ещё не принял решение, когда Цзи Юэ внезапно вмешалась: «Думаю, нет необходимости искать няню. Просто возьми с собой Тан Тан и Сяо Чжо. Тан Тан сможет присматривать за Сяо Чжо, а поскольку у Цзи Яна достаточно высокий военный чин, а Тан Тан не работает, проблем не возникнет. Если они поедут с ним, вся семья сможет жить вместе каждый день. Разве это не здорово?»

Как только Цзи Юэ это сказала, в комнате воцарилась тишина. Все взгляды устремились на Тан Тан.

Тан Тан смутилась под пристальными взглядами. Однако слова Цзи Юэ привлекли её внимание. Значит ли это, что они с Бао Бао смогут жить с Цзи Яном и видеться с ним каждый день? Возможно ли это? Она думала, что им остаётся только ждать, когда Цзи Ян приедет домой на выходных. Она и подумать не могла, что они смогут переехать и жить с ним. Если бы это было так, то Бао Бао мог бы видеться с папой каждый день, и семья не стала бы разлучаться.

Тан Тан не могла отвести взгляд от Цзи Яна, хотя внутри у неё всё дрожало от волнения.

Цзи Ян встретил её взгляд и сказал: «Давай поговорим об этом позже».

Увидев, что он не согласен с этим предложением, Тан Тан немного расстроилась. Конечно, она ему не нравилась. Может быть, он не хотел брать её с собой и жить вместе с ней. Просто Бао Бао не повезло.

* * *

Ночью Цзи Сяо Чжо по-прежнему лег посередине между Тан Тан и Цзи Яном.

Цзи Сяо Чжо немного полежал неподвижно, а потом начал ёрзать. Он закинул свою ногу на ногу Цзи Яна, а затем забрался на него. Лежа на груди Цзи Яна, Сяо Чжо поднял голову и спросил: «Папочка, тётя Ли правда больше не вернётся, чтобы присматривать за мной?»

Цзи Ян промычал что-то в ответ.

Цзи Сяо Чжо вздохнул. Он подпёр подбородок руками и сказал: «Значит, в будущем нам с мамой придётся полагаться только друг на друга, чтобы выжить? Мы такие жалкие».

Тан Тан потеряла дар речи.

«...Кто научил тебя таким словам «полагаться друг на друга, чтобы выжить»?» — спросил Цзи Ян.

Цзи Сяо Чжо ответил: «А, это показывали по телевизору. Папа ребёнка больше не хотел видеть его и его маму. Тогда ребёнок и его мама стали жить вдвоём, это называли «выживать, полагаясь друг на друга»».

Цзи Ян прикрыл лоб рукой. Он не знал, хорошо ли или плохо, что он позволял Цзи Сяо Чжо смотреть телевизор. «Но папа не бросает тебя, Сяо Чжо. Я всё равно буду приходить в гости, так что вы с мамой не будете полагаться друг на друга, чтобы выжить».

Поджав губы, Цзи Сяо Чжо с грустью сказал: «Но дома только мы с мамой. Все остальные дети живут с мамами и папами».

Цзи Ян почувствовал, как у него упало сердце. Его снова охватило чувство вины.

Видя, что папа молчит, Цзи Сяо Чжо похлопал Цзи Яна по груди и сказал: «Папочка, мамочке тяжело одной заботиться обо мне. Она не может поднимать сумки и менять перегоревшие лампочки».

Тан Тан смутилась, услышав это. Она не хотела, чтобы Цзи Ян считал её бесполезной. Она не хотела, чтобы он думал, что она не может справиться даже с простыми задачами, поэтому быстро объяснила Цзи Яну: «Это неправда. Я просто пока не могу нагружать ногу. Когда нога заживёт, я смогу носить сумки и менять лампочки. Правда!»

Цзи Ян посмотрел на Тан Тан сложным взглядом и спросил: «Дома перегорели лампочки?»

Тан Тан возразила: «Нет, нет, лампочки не нужно менять».

Цзи Сяо Чжо перебил Тан Тан: «Это неправда. Лампочка в маминой ванной не работает. Мама теперь может мыться только в темноте».

Тан Тан прикусила губу. Было немного неловко, что сын её сдал.

Цзи Ян на мгновение замолчал и похлопал малыша по спинке: «Теперь я знаю об этом. Папа всё исправит, когда мы вернёмся».

Цзи Сяо Чжо выглядел довольным.

Решив, что он достаточно побаловал своего папочку и теперь настала очередь мамочки, Цзи Сяо Чжо слез с Цзи Яна и подкатился к Тан Тан. Сяо Чжо не стал забираться на маму, потому что знал, что она худая и у неё не хватит сил его удержать. Он обнял её и сказал: «Мамочка, не бойся. Я вырасту и буду носить сумки и менять лампочки для тебя».

Тан Тан чуть не расплакалась от умиления, глядя на Цзи Сяо Чжо. Она обняла его и поцеловала: «Мамочка моя, мой дорогой, моё сокровище, мамочка любит тебя».

Цзи Сяо Чжо поцеловал Тан Тан в ответ: «Я тоже люблю мамочку».

Увидев, как мать и сын выражают свою любовь, словно вокруг них никого нет, Цзи Ян вдруг почувствовал себя лишним.

К счастью, они недолго выражали свою любовь. Цзи Сяо Чжо сегодня так набегался, что начал клевать носом и вскоре уснул под ласковые поглаживания Тан Тан. Он даже захрапел.

Тан Тан поцеловала малыша в лоб и повернулась к Цзи Яну. Она спрятала лёгкую робость, которую испытывала в глубине души, и сказала: «Муж, я тоже буду спать. Спокойной ночи».

Цзи Ян помолчал и спустя долгое время издал звук, подтверждающий, что он услышал её.

Тан Тан тихо рассмеялась в темноте и медленно заснула, окутанная молочным ароматом Цзи Сяо Чжо.

Цзи Ян не мог уснуть и подложил руку под голову, размышляя о словах Цзи Сяо Чжо.

Поскольку тётя Ли не могла вернуться, Цзи Ян явно чувствовал себя не в своей тарелке, оставляя мать и сына одних. Не говоря уже о том, что он не знал, будет ли Тан Тан и дальше хорошо относиться к Сяо Чжо. Даже если бы она продолжала заботиться о нём, такой слабой женщине, как она, было бы трудно в одиночку заботиться о Сяо Чжо. Заботиться о ребёнке непросто, а поскольку она была одна, ей приходилось делать всё самой, в том числе то, что должен был делать он, и это было тяжело для неё.

Если бы они могли вернуться вместе, он мог бы видеться с ребёнком каждый день и помогать по дому. Тогда ей не пришлось бы делать всё самой.

Единственная проблема заключалась в том, что он не знал, согласится ли она переехать. Если бы это была прежняя Тан Тан, она бы точно не согласилась, и у него не возникло бы таких мыслей. Но он не был уверен в ответе нынешней Тан Тан.





Глава 19




На следующий день все проснулись поздно. Изначально они предполагали, что им придется вернуться домой голодными. Однако, когда они спустились вниз, вокруг витал очаровательный аромат.

Следуя за запахом, все были потрясены, когда обнаружили, что Тан Тан уже приготовила завтрак! И выбор блюд был велик!

«Вааа! Тан Тан, ты такая добродетельная. Если бы я была мужчиной, я бы обязательно вышла за тебя замуж!» Цзи Юэ не смогла сдержаться и захотела обнять и поцеловать Тан Тан. К счастью, Гу Чжан Ань остановил её.

Тан Тан улыбнулась: «Я увидела, что в холодильнике остались продукты, и приготовила из них завтрак. Все могут поесть перед уходом. Не стоит надолго оставлять желудок пустым, это вредно для здоровья».

«Ты такая хорошая! Ва!» — Цзи Юэ больше ничего не сказала и бросилась бороться за еду, понимая, что если она будет медлить, то может ничего не получить. Прошлой ночью ей не удалось попробовать лапшу; мужчины добрались до неё первыми.

На завтрак Тан Тан приготовила рыбную кашу, гёдза на пару, пельмени с супом и варёные яйца. Это был настоящий китайский завтрак.

Все уже успели оценить вкус блюд Тан Тан, поэтому на этот раз им не понадобились положительные отзывы Цзи Сяо Чжо, чтобы поскорее приступить к еде. Молодые люди были похожи на голодных волков.

«Быстрее. Быстрее. Быстрее. Гу Чжан Ань, быстрее очисти мне яйцо!» Цзи Юэ дала указание Гу Чжан Аню, съев одну пельмешку.

Гу Чжан Ань беспомощно ткнул пальцем в лоб жены и указал на Цзи Яна: «Жена, посмотри, что делает жена Цзи Яна. Разве ты не можешь поучиться у неё?»

«А?» Цзи Юэ на мгновение замерла, а затем заметила, как Тан Тан кладёт очищенное яйцо в тарелку Цзи Яна.

Цзи Юэ моргнула, затем молча отвела взгляд и продолжила есть. Она даже не похлопала Гу Чжан Аня по плечу, чтобы утешить его: «Не завидуй Цзи Яну. Такие вещи нельзя навязывать».

Гу Чжан Ань потерял дар речи.

Чжо Цзи приподнял уголки губ и заговорил в защиту Цзи Юэ: «Такие, как Тан Тан, вымерли. Последнюю забрал себе Цзи Ян. У нас нет ни единого шанса». Чжо Цзи невольно подумал о девушке, которая постоянно вела себя как избалованная и бесстыдно вела себя с ним. Он беспомощно покачал головой: «Не всем так везёт, как Цзи Яну».

После завтрака все разъехались по домам. Все они были занятыми людьми и не могли позволить себе взять несколько дней отпуска для развлечений.

Цзи Сяо Чжо был очень доволен последними двумя днями. Он не только мог играть, но и его папа с мамой были рядом, и это было самое главное. Он больше не завидовал другим детям.

«Мамочка, ты счастлива?» Цзи Сяо Чжо спросил Тан Тан, пока она обнимала его.

Тан Тан, не задумываясь, кивнула: «Конечно, мамочка очень счастлива». Она говорила правду. Хотя за последние два дня она почти не развлекалась, она использовала свои умения, чтобы изменить впечатление о себе у других людей. Она больше не вызывала у всех неприязнь. Для Тан Тан это было величайшим достижением во время поездки.

Кроме того, она почувствовала, что стала немного ближе к папе Бао Бао. Тан Тан втайне обрадовалась этому.

Расспросив маму, Цзи Сяо Чжо спросил своего папу: «Ты счастлив, папочка?»

Цзи Ян улыбнулся и кивнул: «Счастлив».

«Я знал, что ты будешь счастлив, когда будешь играть со мной», — самодовольно сказал малыш. Затем он спросил: «Ты хочешь поиграть со мной и завтра?»

Цзи Ян уже знал, что хочет сказать малыш, поэтому взял инициативу в свои руки и сказал: «Завтра я отведу тебя в тематический парк».

«Да», — Цзи Сяо Чжо обнял Тан Тан и взволнованно затрясся, — «Мамочка, завтра мы пойдём в тематический парк! Мы сможем покататься на пиратском корабле, американских горках и…»

Малыш перечислил все аттракционы, которые пришли ему на ум. Честно говоря, Сяо Чжо сам никогда не был в тематическом парке, но он помнил всё, что слышал от других детей о таких парках.

Тан Тан поддержала малыша и кивала в нужные моменты. Она хотела, чтобы Сяо Чжо был счастлив, к тому же это был последний выходной Цзи Яна. Неизвестно, когда они увидятся снова.

Вспомнив, что Цзи Ян собирается уезжать, Тан Тан почувствовала, что ей немного грустно с ним расставаться. Она не была уверена, будет ли он хорошо питаться и высыпаться на работе и сможет ли он позаботиться о себе должным образом. В столовой на их базе, скорее всего, не было вкусной еды. Он и так уставал после тренировки, и было бы плохо, если бы он ещё и плохо питался.

Тан Тан чувствовала, что должна что-то сделать для Цзи Яна. Может, приготовить ему что-нибудь с собой? По крайней мере, она сделает всё возможное, чтобы он хорошо питался.

Поразмыслив над этим, Тан Тан обратилась к Цзи Яну, который вёл машину: «Муж, давай заедем в супермаркет. Я хочу кое-что купить».

Услышав её, Цзи Ян сразу же направил машину на парковку к супермаркету. Семья из трёх человек вместе вошла в супермаркет. На этот раз Цзи Ян толкал тележку с покупками, а Сяо Чжо держался за штаны Тан Тан, пока они шли.

Тан Тан взглянула на малыша, который шёл рядом с ней, и потянула Цзи Яна за рукав.

Цзи Ян посмотрел на неё: «Что случилось?»

Тан Тан незаметно наклонилась к уху Цзи Яна и постаралась, чтобы Цзи Сяо Чжо ничего не услышал: «Муж, посади Бао Бао в тележку. Все остальные дети сидят в тележках. Я не смогу посадить Бао Бао туда из-за своей ноги, но Бао Бао очень хочет там сидеть».

В ответ Цзи Ян огляделся и увидел, что большинство взрослых посадили своих маленьких детей в тележку для покупок. Цзи Сяо Чжо был единственным, кто шёл самостоятельно своими короткими ножками.

Цзи Ян наклонился, чтобы поднять Цзи Сяо Чжо.

Цзи Сяо Чжо растерялся: «Что ты делаешь, папочка?»

«Папа будет толкать тележку, а ты садись», — сказал Цзи Ян, усаживая Цзи Сяо Чжо на сиденье тележки.

Цзи Сяо Чжо понял, что происходит, и невольно улыбнулся. Опасаясь, что другие люди узнают об этом, он заставил себя не улыбаться и махнул рукой: «Ах, мне уже не три года. Мне вредно на этом сидеть».

Тан Тан сдержала смех, а у Цзи Яна дёрнулся уголок губ.

* * *

Тан Тан купила по пять килограммов говядины и свинины. Мяса было много. Цзи Ян не понял: «Зачем ты покупаешь так много мяса? Оно будет не свежим, если пролежит слишком долго».

«О, я хочу приготовить соус». Тан Тан не стала говорить, что приготовит его для него. Она планировала сначала всё скрыть, потому что было бы неловко, если бы она упомянула об этом, а Цзи Ян сказал бы, что ему это не нужно. Лучше ей сначала всё приготовить, а потом рассказать ему. Тогда он, скорее всего, согласится взять еду с собой.

Цзи Ян не стал долго раздумывать и просто кивнул.

Когда они вернулись домой, было ещё рано. Тан Тан приготовила для отца и сына несколько простых блюд, а затем отнесла мясо на кухню, чтобы сделать соус. Она планировала приготовить соус из говядины и свинины, который хорошо сочетался бы с рисом.

Тан Тан собиралась сделать вяленое мясо из остатков. Вяленое мясо могло храниться долго и было вкусным. Его также было приятно жевать, когда хотелось есть. Она использовала секретный рецепт, которому её научила няня. Большинство людей никогда не пробовали это блюдо и не знали, что вяленое мясо подходит для тех, кто много тренируется.

Пока Тан Тан была занята на кухне, Цзи Ян повёл Сяо Чжо в хозяйственный магазин за лампочкой. Когда они вернулись, Цзи Ян пошёл в ванную Тан Тан, чтобы поменять лампочку. Затем он обошёл дом, чтобы проверить, всё ли в порядке, и починил всё, что было сломано.

Цзи Сяо Чжо следовал за Цзи Яном по пятам. Когда Цзи Ян закончил, Сяо Чжо вдруг спросил: «Папочка, ты ведь уедешь, да?»

Цзи Ян коснулся лица Сяо Чжо: «Папины выходные заканчиваются. Мне нужно вернуться на работу до завтрашнего вечера».

Цзи Сяо Чжо поджал губы, чтобы не расплакаться. Он напустил на себя серьёзный вид и сказал: «Папочка, я буду хорошо себя вести дома. Я присмотрю за мамой. Тебе не нужно волноваться».

Цзи Ян поднял малыша и нежно поцеловал его: «Хорошо. Я знаю, что ты хороший мальчик. Папочка тебе верит».

Цзи Сяо Чжо обнял Цзи Яна за шею и уткнулся лицом ему в грудь. Глаза Сяо Чжо покраснели, а голос задрожал: «Тогда, если я буду скучать по тебе, можно я приеду увидеться с тобой, папочка?»

Сердце Цзи Яна сжалось. После недолгого молчания он вдруг спросил: «Сяо Чжо, ты хочешь переехать и жить с папой? Ты готов ходить в другой детский сад?»

Цзи Сяо Чжо тут же поднял голову: «Я могу поехать с папочкой?»

«Да. Однако там нет ни высоких зданий, ни тематических парков, ни вкусной еды, и негде весело провести время. Ты всё ещё хочешь поехать?»

Цзи Сяо Чжо кивнул, не задумываясь: «Я готов! Всё в порядке, пока я могу быть с папочкой. Я хочу поехать с тобой. Возьми меня с собой, папочка».

Цзи Ян поцеловал Сяо Чжо в лоб, мысленно приняв решение.

Словно вдруг вспомнив что-то важное, Сяо Чжо нервно спросил: «Тогда мы возьмём с собой и мамочку? Я не хочу расставаться с ней. Нам нужно взять мамочку с собой. Мы не можем её оставить».

«Хорошо…» Цзи Ян вдруг почувствовал, что поросёнка, которого он растил, украл кто-то другой. Сколько времени прошло, а малыш думает о своей маме. Неужели через какое-то время его отправят на последнее место?

Узнав, что папа возьмёт его с собой, Цзи Сяо Чжо очень обрадовался. Он тут же бросился на кухню и врезался в Тан Тан, как маленькая пуля.

Тан Тан, худая как щепка, не смогла справиться с такой силой или весом. Из-за травмы ноги она потеряла равновесие и упала. При падении её рука ударилась о кухонную плиту. Было очень больно, и она не смогла встать самостоятельно.

Цзи Сяо Чжо испугался и понял, что сделал что-то не то. Он тут же попытался поднять Тан Тан, но был слишком мал, поэтому он срочно позвал Цзи Яна.

Цзи Ян ворвался в комнату, взглянул на ситуацию, быстро поднял Тан Тан и отнёс её на диван в гостиную. «Что случилось? Ты где-нибудь поранилась?»

Скрывая боль, Тан Тан пожала плечами: «Ничего. Ничего. Я ударилась рукой обо что-то, и у меня внезапно подкосились ноги».

Цзи Ян осмотрел руку Тан Тан и проверил кость. Он заметил, что с костью всё в порядке, но кожа была повреждена, такая рана могла привести к отёку.

Он нанёс на руку Тан Тан какое-то лекарство.

Цзи Сяо Чжо почувствовал себя очень виноватым и со слезами на глазах извинился: «Прости, мамочка. Я был неправ. Я не должен был врезаться в тебя с такой силой». Обычно он делал так же с Цзи Яном, но Цзи Ян всегда успевал его поймать. Он на мгновение забыл о разнице в силе между папой и мамой. Он забыл, что они не равны по силе.

Тан Тан вытерла его слёзы: «Всё в порядке. С мамой всё в порядке. Не волнуйся».

«Тогда я подую на ранку для тебя, мамочка, и тебе не будет больно». Цзи Сяо Чжо взял Тан Тан за руку и начал дуть на неё.

Цзи Ян посмотрел на Тан Тан. Её действительно можно было назвать худой, как скелет. Казалось, что её может сбить с ног даже сильный ветер. Её тело точно не выдержало бы давления со стороны Сяо Чжо. К счастью, на этот раз ничего серьёзного не произошло, но что случилось бы, если бы подобное произошло на лестнице или в других опасных местах. Поэтому Цзи Ян серьёзно отчитал Сяо Чжо: «В следующий раз не беги к маме с такой силой. Мама худенькая, поэтому она не может тебя поймать. Ты должен помнить об этом, Сяо Чжо».

Цзи Сяо Чжо опустил голову и пробормотал: «Я знаю. Я слишком толстый. Мама не сможет меня поймать».

«Значит, он знал, что толстый», — беспомощно подумал Цзи Ян.





Глава 20




Чтобы Сяо Чжо не чувствовал себя виноватым, Тан Тан сменила тему, чтобы отвлечь его, и погладила его по голове: «Почему Бао Бао искал маму?»

«А!» — и Сяо Чжо вспомнил о своей первоначальной цели — рассказать Тан Тан о решении Цзи Яна. Он снова воодушевился: «Мамочка, мамочка, у меня для тебя хорошие новости. Папочка забирает нас к себе на работу, чтобы мы жили с ним!»

«Что?» — Тан Тан с недоверием посмотрела на Цзи Яна, — «Муж, ты увезёшь нас на базу?»

Цзи Ян кивнул: «Тётя Ли больше не приедет, и я беспокоюсь, что оставляю тебя и Сяо Чжо одних. С моим званием я могу претендовать на жильё на базе. Кроме того, там есть детский сад, Сяо Чжо может ходить туда. Но…»

«Что не так?»

Цзи Ян неуверенно посмотрел на Тан Тан: «Ты готова поехать со мной? Мне нужно будет тренироваться днём, а Сяо Чжо нельзя оставлять одного, так что тебе придётся ходить и…»

«Муж, я готова!» Тан Тан перебила его, прежде чем он успел всё объяснить.

Цзи Ян на мгновение потерял дар речи. Он не ожидал, что она так легко согласится. Изначально он думал, что ему придётся приложить немало усилий, чтобы убедить её. У него даже был готов список причин, но в итоге он ему не понадобился.

«Эн», — произнес Цзи Ян.

«Тогда, когда мы уезжаем, папочка?» — взволнованно спросил Сяо Чжо. Раньше он не хотел расставаться с папой, но теперь, когда он знал, что может поехать с ним, то с нетерпением ждал отъезда. Он слышал, что на работе у его папы есть оружие и танки. Он наверняка сможет увидеть их, если поедет туда, хе-хе.

«Папа пока не может взять тебя с собой. Папе нужно вернуться и подать заявление, прежде чем взять с собой тебя и маму. Так что, вам с мамой нужно пока подождать папу дома, хорошо?»

Хотя Цзи Сяо Чжо был немного разочарован тем, что не сможет сразу поехать с папой, он был разумным ребёнком. Сяо Чжо кивнул: «Хорошо. Тогда папочка должен скорее вернуться и забрать нас с собой».

«Хорошо, папочка вернется, как только сможет».

Уголки губ Тан Тан приподнялись.

Возможно, потому что они знали, что семья скоро снова будет вместе, Тан Тан и Сяо Чжо не чувствовали себя подавленными из-за временной разлуки. На следующий день они отправились в тематический парк и играли, пока не насытились. Даже Тан Тан могла играть во многие игры, несмотря на свою травму. Хотя многие бросали на них косые взгляды, мать и сын всё равно были очень счастливы.

Вечером Цзи Яну нужно было вернуться на базу, так как его отпуск закончился. Однако сцены со слезами, которую он ожидал увидеть, не произошло. Вместо этого Цзи Сяо Чжо весело помахал ему рукой и сказал: «Папочка, не забудь поскорее вернуться и забрать нас».

Цзи Ян не смог сдержать смех и погладил Сяо Чжо по голове. Он на мгновение задумался, а затем напомнил Тан Тан: «Раз вы двое остаётесь дома одни, запомни: если возникнет срочный вопрос, свяжись с Чжо Цзи или Гу Чжан Анем, если не сможешь дозвониться до меня, но не беспокой их понапрасну».

Тан Тан кивнула.

«Будь осторожна, когда выходишь на улицу. Не садись в случайные машины и не ходи в места, где слишком много людей. Ты не справишься с Цзи Сяо Чжо в одиночку».

«Эн!» — Тан Тан снова кивнула.

«Кроме того, контролируй питание Сяо Чжо. Не позволяй ему есть слишком много на ночь. Не позволяй ему есть такие продукты, как мороженое. Он не может больше набирать вес, иначе это приведёт к серьёзному избытку веса, а это вредно для здоровья». Это было самое важное, что он хотел сказать Тан Тан.

Тан Тан покраснела от стыда. Она заставила себя кивнуть: «Хорошо».

Цзи Сяо Чжо остался недоволен. Его лицо вытянулось от недовольства, когда он потянул Цзи Яна за штаны и пожаловался: «Папа, я не толстый! Я очень красивый!»

Цзи Ян безжалостно парировал: «Тогда кто недавно сбил с ног взрослого человека?»

Цзи Сяо Чжо тут же опустил голову и виновато переплел пальцы.

Тан Тан очень хотела ему помочь, но просто не могла.

Успешно справившись с Цзи Сяо Чжо, Цзи Ян достал прямоугольный предмет и передал его Тан Тан. «Держи это при себе. Свяжись со мной, если что-нибудь случится. Мой номер уже сохранён в памяти».

Тан Тан не поняла, что это, поэтому взяла предмет в руки и обнаружила, что это мобильный телефон!

«Ты… ты купил мне мобильный телефон?»

«Без телефона неудобно. Ты можешь позвонить мне, если что-нибудь случится. В телефоне также сохранены номера Гу Чжан Аня и остальных ребят.

«Я… я…» Тан Тан была удивлена и в то же время беспомощна. Она не знала, что сказать. Он так хорошо к ней относился, и она не знала, как отблагодарить его.

Цзи Ян не ждал от Тан Тан каких-то конкретных слов, поэтому просто взял свой багаж и направился к выходу.

В ответ Тан Тан потянула его за руку, чтобы остановить: «Подожди, подожди. Я хочу тебе кое-что подарить». Затем она поспешила на кухню, принесла две бутылки соусов и большой пакет вяленого мяса, которые она приготовила, и передала их Цзи Яну. «Вот, я приготовила для тебя соусы. Они хорошо сочетаются с рисом. Бутылка слишком большая, поэтому я приготовила для тебя маленькую баночку, чтобы ты мог наполнить её и взять с собой. Это очень удобно. А ещё здесь вяленое мясо. Ешь его, когда проголодаешься. Оно не насытит тебя, но избавит от чувства голода. Я приготовлю ещё, когда оно закончится».

«Ты…» Цзи Ян не ожидала, что Тан Тан приготовит эти соусы специально для него, из-за своих опасений о том, что он будет плохо питаться и голодать. Раньше никто не был так внимателен к нему. Он не знал, что и думать…

Цзи Ян испытывал трудно поддающееся описанию чувство. Он молча взял еду и поблагодарил её: «Спасибо».

Тан Тан глупо улыбнулась: «Не нужно меня благодарить. Это то, что я должна была сделать. Не забудь сказать мне, когда доешь всё. Не нужно экономить».

«Хорошо», — Цзи Ян отнес еду. Он впервые приносил еду в отряд.

Тан Тан никогда бы не подумала, что приготовленная ею еда вызовет такой переполох.

На следующий день на базе Цзи Ян взял с собой в столовую небольшую баночку с соусом. Честно говоря, раньше он считал, что еда в столовой довольно вкусная. Однако после нескольких дней, проведённых с Тан Тан, Цзи Ян вдруг понял, что ему трудно есть то, что подают в столовой. К счастью, Тан Тан приготовила для него эти соусы.

Хотя Цзи Ян знал, что соус, приготовленный Тан Тан, не может быть невкусным, он всё равно был поражён, попробовав его. Его вкусовые рецепторы испытали настоящее наслаждение. Соус, купленный в супермаркете, не шёл ни в какое сравнение с этим. Цзи Ян чувствовал, что даже без гарнира он мог бы съесть три большие порции риса, заливая его этим соусом.

Дун Ли подошёл к нему с подносом в руках. Он увидел на столе Цзи Яна баночку с каким-то соусом и подошёл посмотреть на неё, спросив: «Старший, где ты это взял? Что это за соус? Почему на нём нет этикетки?»

Спросив об этом, он опустил палочки в баночку, чтобы попробовать соус. Когда он положил соус в рот…

«Боже. Этот соус такой вкусный! Где ты его взял, Старший?» Дун Ли воодушевился и быстро потянулся за банкой с соусом. Он не мог остановиться.

Увидев, что Дун Ли почти опустошил банку, Цзи Ян быстро выхватил её у него. «Не ешь всё».

Дун Ли моргнул: «Старший, не будь мелочным. Ты не хочешь поделиться со мной немного соусом? Верни его. Этот соус действительно очень вкусный».

Цзи Ян не возражал против того, чтобы его назвали жадиной. Он просто не хотел делиться, потому что ему самому не хватало.

Их перебранка привлекла внимание капитана третьей команды. Он тоже подошёл со своим подносом с едой и спросил: «Что вы делаете?»

Дун Ли указал на Цзи Яна и пожаловался: «Я не знаю, откуда у Старшего такой вкусный соус, но он жадничает и не делится».

Чжан Чэн посмотрел на баночку в руке Цзи Яна. Он тоже захотел попробовать: «Старший, дай мне немного. Я хочу попробовать и узнать, насколько хорош этот соус».

Зная, что ему не уйти от двух голодных волков, Цзи Ян беспомощно протянул баночку. Неважно. По крайней мере, у него осталось достаточно соуса в комнате.

Глаза Чжан Чэна заблестели, когда он попробовал соус. Затем, словно вор, он быстро налил себе ещё соуса: «Боже, что это за соус? Его точно не купили в магазине!»

Дун Ли попытался выхватить у него банку и спросил: «Старший, скажи нам правду. Откуда это?»

Цзи Ян спокойно поел и ответил: «Это приготовила мать Сяо Чжо».

«Хек-ке-ке» — Дун Ли закашлял, и рассыпал рис, поперхнувшись. Дун Ли откашлялся и удивленно спросил: «Что ты сказал? Это приготовила мать Сяо Чжо? Ты ведь не шутишь, правда?»

Цзи Ян не хотел с ним возиться.

«Это правда?» Дун Ли был так потрясён, что перестал есть. «Старший, что произошло? Мать Сяо Чжо умеет готовить? Разве она не умела только...» Он молча проглотил слово «пить», увидев взгляд Цзи Яна.

Чжан Чэн не знал о проблемах в семье Цзи Яна и громко рассмеялся. «Значит, невестка талантлива, она очень хорошо готовит. Старший, тебе очень повезло, в отличие от меня, моя жена даже не заходит на кухню».

Цзи Ян не ответил, и Дун Ли почувствовал, что ему не следует ничего говорить. Сдерживая любопытство, Дун Ли покончил с едой и последовал за Цзи Яном обратно в общежитие.

Как только они вошли в комнату Цзи Яна, Дун Ли закрыл за ним дверь и нетерпеливо спросил: «Старший, что на самом деле произошло? Почему у меня такое чувство, что что-то сильно изменилось?»

Цзи Ян отпил немного воды, прежде чем ответить. Он ничего не скрывал: «Мать Сяо Чжо попала в автомобильную аварию. Она потеряла память, и её характер изменился. Теперь она очень хорошо относится к Сяо Чжо, а также ко мне… Очень хорошо».

«Серьёзно? У неё амнезия? Как в сериалах, это не розыгрыш?» Как эта женщина могла так внезапно измениться и начать хорошо относиться к Сяо Чжо?

Цзи Ян покачал головой: «Она не притворяется. Она действительно потеряла память».

Раз Цзи Ян так говорит, значит, амнезия — это правда. Однако Дун Ли всё равно считал, что что-то было не так: «Я не думал, что что-то подобное, как в телесериале может произойти в реальной жизни. То есть, по твоим словам, она изменилась навсегда?»

Цзи Ян кивнул.

Дун Ли не мог представить, что произошло, но было бы здорово, если бы мать Сяо Чжо действительно изменилась к лучшему. По крайней мере, это было бы хорошо для Сяо Чжо и Цзи Яна, ведь детям нужна материнская любовь.

Похлопав Цзи Яна по плечу, Дун Ли сказал: «Это хорошая новость. Теперь тебе не нужно постоянно беспокоиться о Сяо Чжо. К тому же Сяо Чжо, должно быть, очень рад».

Вспомнив о том, как оживился Сяо Чжо, Цзи Ян не мог не признать, что перемены в Тан Тан пошли на пользу малышу.

«Я планирую подать заявление на получение военного жилья и перевезти её и Сяо Чжо сюда».

«А?» Дун Ли снова был потрясён таким поворотом событий. В прошлом он много раз упоминал об этом, но Цзи Ян даже не думал о том, чтобы перевезти Сяо Чжо. С чего вдруг такая перемена?

Цзи Ян объяснил, не дожидаясь вопроса: «В семье тёти Ли кое-что случилось, и она больше не может присматривать за Сяо Чжо. Я беспокоюсь, что они там останутся вдвоём, и Сяо Чжо захотел приехать сюда».

Дун Ли нахмурился и смущённо спросил: «Сможет ли она как следует присматривать за Сяо Чжо? Хоть вы и будете жить вместе, у тебя не будет времени присматривать за Сяо Чжо».

Цзи Ян ответил после недолгого молчания: «Она должна справиться».

Поскольку Цзи Ян уже принял решение, Дун Ли пожелал другу удачи. Может быть, ещё есть надежда.

В этот момент Дун Ли заметил две большие бутылки и пакет с чем-то внутри. Его глаза загорелись, когда он вспомнил о соусе, который они ели на обед. Дун Ли быстро наклонился и открыл бутылки. В комнате тут же распространился насыщенный аромат.

Цзи Ян не смог бы остановить его, даже если бы захотел.

«Ух ты! Столько соуса, да ещё и с двумя разными вкусами! Вау, здесь даже вяленое мясо есть!» Дун Ли достал вяленое мясо и положил в рот. Вскоре он был покорен едой. «Это вяленое мясо слишком вкусное. Это приготовила мать Сяо Чжо?»

Цзи Ян кивнул и тут же насторожился. Цзи Ян не сводил глаз с Дун Ли, так как знал, что тот что-то замышляет.

Как и ожидалось, Дун Ли быстро схватил одну из бутылок с соусом и направился к выходу, сказав: «Значит, у матери Сяо Чжо есть кое-какие навыки. Я недооценивал её раньше».

Цзи Ян быстро подошел сзади и схватил Дун Ли, прежде чем повалить его на землю. Затем он проворно выхватил бутылку обратно.

Дун Ли распластался на земле. Ему казалось, что у него вот-вот переломаются кости: «Старший, как ты можешь быть таким свирепым из-за простого соуса? Тебе обязательно заходить так далеко?»

«Да». Цзи Ян просто сложил всю еду в ящик и запер его. Он принял все необходимые меры предосторожности.

Дун Ли был ошеломлён увиденным: «Старший, я не думал, что ты такой! Нападаешь на своего брата из-за какой-то еды, ты вообще человек?»

Притворившись, что не слышит его, Цзи Ян сохранял спокойствие. В конце концов, он рассчитывал, что эта еда поможет ему пережить грядущие дни. Если её у него отберут, он, вероятно, не сможет проглотить ни зернышка риса в столовой.

В конце концов Дун Ли пришлось сдаться, потому что ему не удалось украсть еду. После этого он сел на стул и с ненавистью сказал: «Ладно, ты победил. Ты мне ничего не дашь? Тогда я подожду. Обычно, когда приезжает новая семья, они устраивают званый ужин. Я подожду, пока приедут Сяо Чжо и его мать, и тогда, естественно, смогу всё съесть».

Цзи Ян не издал ни звука. Он размышлял, стоит ли ему приглашать кого-то на ужин, когда придёт время новоселья. В отряде было принято, что новая семья должна пригласить остальных на ужин в честь переезда, но он не знал, согласится ли на это Тан Тан или решит, что это слишком хлопотно.





Глава 21




После ухода Цзи Яна в доме остались только Тан Тан и Сяо Чжо. Не только Сяо Чжо было непривычно от того, что Цзи Ян отсутствовал, Тан Тан чувствовала то же самое. Несмотря на то, что она общалась с ним всего пару дней, в глубине души она скучала по нему.

Тан Тан считала, что причина, по которой она скучала по нему, заключалась в том, что Цзи Ян действительно хорошо к ней относился. С тех пор, как она была маленькой, никто не относился к ней так хорошо, за исключением её няни. Уголки губ Тан Тан приподнялись, когда она взяла в руки свой новый телефон.

Она уже видела этот телефон. Такой же телефон был у главного героя в дораме. Тан Тан и так знала, что телефон, должно быть, дорогой. Поэтому она обращалась с ним очень бережно и осторожно, боясь его сломать.

Увидев, как глупенькая мамочка улыбается, глядя в телефон, Цзи Сяо Чжо подошёл к ней на своих коротких ножках и потянул её за штанину. «Мамочка, что случилось?»

Когда Тан Тан снова сосредоточилась, она почувствовала, как краснеют её щёки, и ответила: «Ничего. Мама просто пыталась понять, как пользоваться телефоном».

Цзи Сяо Чжо быстро догадался в чем дело: «Ты не умеешь пользоваться телефоном, мамочка?» Поскольку она не умела пользоваться даже планшетом, Сяо Чжо решил, что Тан Тан точно не умеет пользоваться мобильным телефоном. Цзи Сяо Чжо вдруг забеспокоился. Мама была слишком глупой. Что было бы, если бы его не было рядом? Это очень беспокоило.

Честно говоря, Тан Тан совсем не умела пользоваться телефоном. Это было слишком сложно для неё. Она даже не знала, с чего начать.

Увидев реакцию Тан Тан, Цзи Сяо Чжо превратился в маленького лидера. Заложив руки за спину, Сяо Чжо направился к дивану. Затем он махнул Тан Тан и скомандовал: «Иди сюда. Я тебя научу».

Тан Тан подчинилась и подошла к маленькому господину, как ей и было велено.

Цзи Сяо Чжо скопировал манеру речи учителя из своего детского сада и сказал: «Сейчас я тебе всё объясню, так что слушай внимательно, хорошо? Если что-то будет непонятно, спрашивай».

Тан Тан послушно кивнула.

Учитель Цзи остался доволен. Он включил телефон и начал объяснять Тан Тан: «Эта кнопка предназначена для звонков. Нужно просто нажать на неё, и тогда можно будет говорить».

Тан Тан внимательно слушала его объяснения.

«Это WeChat. Он такой же, как на моём планшете. С его помощью можно поговорить с папой или совершить видеозвонок».

«А, я знаю, что это такое. Значит, телефон тоже может так делать».

После того как учитель Цзи объяснил, как совершать звонки и пользоваться WeChat, урок закончился, потому что это было всё, что он знал. Цзи Ян специально научил его этим двум вещам, чтобы ему было проще с ним связываться. Что касается других функций, Цзи Ян не учил Сяо Чжо ими пользоваться и не собирался учить.

После урока, естественно, последовала практика. Поскольку им было нечем заняться, они просто сидели на диване и звонили друг другу.

На самом деле это было несложно. Потренировавшись несколько раз, Тан Тан всё выучила. Ей не терпелось научиться видеозвонкам в WeChat, потому что она тайком наблюдала за тем, как это делают Цзи Ян и Цзи Сяо Чжо, и ей это очень понравилось.

Малыш старательно учил Тан Тан, а затем стал её напарником по практике. Они сидели друг напротив друга и болтали. Один из них пользовался телефоном, а другой — планшетом.

«Мамочка, мамочка, это Бао Бао!»

«Бао Бао, Бао Бао, это мамочка».

После приветствий Цзи Сяо Чжо откашлялся и серьёзно спросил: «Мамочка, ты хочешь мне что-то сказать? Можешь сказать мне сейчас~»

Тан Тан на мгновение растерялась. Она не знала, что сказать. Но когда она увидела пухлые щёчки малыша на экране телефона, то подумала, что он очень милый, и начала ласково говорить: «Бао Бао, ты такой красивый и милый».

Цзи Сяо Чжо не ожидал такой милой атаки. Его личико покраснело. Несмотря на то, что обычно он вёл себя серьёзно, Сяо Чжо начал хвалить Тан Тан: «Мамочка, мамочка, ты самая красивая. Самая прекрасная».

«Ха-ха…» Тан Тан смутилась от похвалы. Это неправда. Она коснулась своего лица и смущённо сказала: «Мамочка не очень красивая. Я совсем не красивая».

Цзи Сяо Чжо не согласился: «Кто так сказал! Моя мамочка самая красивая!» Цзи Сяо Чжо действительно считал свою маму красивой. С точки зрения ребёнка, он считал, что нет никого красивее его мамы.

Хотя Тан Тан знала, что словам ребёнка нельзя доверять, на душе у неё стало тепло. Приятно, когда мужчина называет тебя красивой. Хотя этому «мужчине» было всего три с половиной года.

Но сколько бы лестных слов ни было сказано, это не изменит того факта, что она некрасива. Было бы здорово, если бы она действительно стала красивой, тогда она не стала бы обузой для Бао Бао и Цзи Яна. Тан Тан волновалась, когда думала о том, что ей придётся жить с Цзи Яном в военном городке, потому что все его товарищи смогут увидеть её, и отец Бао Бао наверняка потеряет лицо. Все мужчины, несомненно, хотят, чтобы их жёны были красивыми, чтобы они могли похвастаться. Но она была для них обузой.

«Ай, ааах», — вздохнула Тан Тан. Ей больше не хотелось практиковаться с помощью телефона, и она впала в уныние.

Цзи Сяо Чжо подошёл к Тан Тан и сел перед ней. Обхватив её лицо руками, он спросил: «Что случилось, мамочка? Почему ты такая грустная?»

Тан Тан потёрла его пухлые щёчки и задала невероятный вопрос ребёнку, которому ещё не было и четырёх лет: «Бао Бао, как ты думаешь, что должна сделать мама, чтобы стать красивой?»

Наш маленький друг Цзи Сяо Чжо, у которого, несмотря на юный возраст, был сильно развит инстинкт самосохранения, ответил: «Мамочка, ты и так очень красивая».

Тан Тан потеряла дар речи и сменила тактику: «Тогда как ты думаешь, что должна сделать мама, чтобы стать ещё красивее?»

Несмотря на то, что этот вопрос был ему не по зубам, Цзи Сяо Чжо задумался, обхватив голову руками.

Через некоторое время глаза малыша заблестели, и он сказал: «Я знаю, мамочка. Ты можешь купить помаду. Красные губы — это очень красиво. У всех мам моих одногруппников красные губы, даже у моей учительницы. Все называют это макияжем, и все женщины любят наносить макияж».

Естественно, Тан Тан знала, что такое макияж, но с её нынешней внешностью немного помады не решило бы её проблему. Сейчас её главной задачей было немного поправиться, чтобы не выглядеть как скелет. Всё остальное можно обсудить позже.

Но она хорошо питалась каждый день, она наедалась до отвала за каждым приемом пищи. Почему она не прибавила в весе? В её комнате были весы. Она могла определить свой вес сразу, как только вставала на них. Как только Тан Тан выучила цифры и поняла, что они означают, она полюбила весы и стала взвешиваться каждый день. К сожалению, даже спустя столько времени она не набрала вес!

Она была очень разочарована.

Тан Тан с завистью прикоснулась к пухленькому тельцу Цзи Сяо Чжо и спросила совета: «Бао Бао, как ты думаешь, что должна делать мама, чтобы стать такой же пухленькой, как ты?»

Цзи Сяо Чжо опустил голову, чтобы посмотреть на свой живот, а затем перевёл взгляд на худощавое тело Тан Тан. Он удивлённо спросил: «Так ты хочешь быть такой же пухленькой, как я, мамочка?»

«Ммм…» Тан Тан сложила два пальца, которые были слегка раздвинуты, и ответила: «Мамочка хочет немного поправиться. Не слишком сильно».

Цзи Сяо Чжо вдруг всё понял. Он наконец-то понял, чего хочет его мама. Сяо Чжо сразу почувствовал, что эту проблему решить очень просто. Может, он и не знает, как похудеть, но как набрать вес — это как раз по его части.

Цзи Сяо Чжо взволнованно поднял руки: «Мамочка, я знаю, как набрать вес!»

«Да? Расскажи мне».

«Мамочка, тебе просто нужно постоянно есть!»

«Мамочка тоже об этом знает, и я много ем за каждым приёмом пищи, но не набираю вес».

Цзи Сяо Чжо похлопал себя по ноге и нетерпеливо посмотрел на Тан Тан: «Глупая мамочка. Как можно набрать вес, если есть рис? К тому же ты ешь меньше меня за каждым приёмом пищи. Тебе нужно есть то, что поможет тебе быстро набрать вес».

«Быстро набрать вес?» Тан Тан тут же обратилась за советом к учителю Цзи: «Скажи маме, что нужно есть, чтобы быстро набрать вес».

Цзи Сяо Чжо с уверенностью ответил: «Мамочка, тебе просто нужно есть то, что папочка не разрешает есть мне, потому что от этого люди набирают вес!»

Тан Тан потеряла дар речи, но это звучало вполне разумно.

Цзи Сяо Чжо начал перечислять продукты, которые ему нельзя есть: «Папочка не разрешает мне есть жареную курицу, шоколад, пирожные, чипсы и…»

«Хватит! Хватит! Хватит!» Когда Тан Тан увидела, что он может перечислять бесконечно, она быстро остановила его: «Мама теперь знает. Больше не нужно ничего перечислять».

Цзи Сяо Чжо мило моргнул и потянул Тан Тан за руку: «Мамочка, пойдём в супермаркет и купим всё это. Тогда ты станешь такой же пухленькой, как я».

Тан Тан почувствовала, что он проявляет такую инициативу не из-за неё, а потому что хочет съесть эти продукты.

Интуиция Тан Тан не подвела.

Несмотря на то, что у Цзи Сяо Чжо были свои мотивы, Тан Тан всё же считала, что он говорит разумные вещи, потому что в сериалах она видела, что, когда главная героиня сидела на диете, она не осмеливалась есть шоколад. Она что-то говорила о том, что в нём много калорий. Тан Тан не знала, что такое калории. Но она могла предположить, что от таких продуктов люди быстро набирают вес, и именно поэтому Цзи Ян не разрешал Сяо Чжо их есть.

Тогда, может быть, ей стоит пойти и купить что-нибудь из этой еды, ведь она действительно хотела набрать вес.

Желание стать красивой было слишком сильным, и поэтому Тан Тан в итоге повела Сяо Чжо в супермаркет.

Цзи Сяо Чжо думал, что попал в рай, и радостно указывал на разные закуски, ни о чём не беспокоясь. У Тан Тан кружилась голова от всех брендов, которые упоминал малыш.

Когда Тан Тан посмотрела на цены, она обнаружила, что эти закуски довольно дорогие. Особенно шоколад: одна коробка стоила примерно столько же, сколько мясо, из которого она могла бы приготовить несколько блюд.

Тан Тан перехотела делать покупки. Все деньги, которые она сейчас тратила, были с трудом заработаны отцом Бао Бао. Она уже обеспечила себя всем необходимым. Ей не стоило тратить деньги на закуски.

Увидев, что Тан Тан сомневается, Цзи Сяо Чжо посмотрел на вкусные закуски и сглотнул. Он потянул Тан Тан за штанину и сказал: «Разве ты не хочешь поправиться, мамочка? Разве ты не хочешь стать красивой? Ты можешь стать очень хорошенькой, если съешь это!»

Цзи Сяо Чжо, вероятно, не знал, что его слова звучат как уговоры похитителя, заигрывающего с ребёнком.

Рядом стояла молодая мама, которая тоже покупала закуски для своего ребёнка. Услышав разговор Тан Тан и Сяо Чжо, молодая мама усмехнулась. Она видела, как многие матери обманывают своих детей, но впервые видела, как ребёнок обманывает свою мать. Это было очень забавно.

Тан Тан и Цзи Сяо Чжо не знали, что над ними смеются. Сяо Чжо был полностью сосредоточен на том, чтобы уговорить маму купить сладости, а Тан Тан не могла выбрать между красотой и бережливостью.

Видя, что угощение может исчезнуть, Цзи Сяо Чжо обнял Тан Тан за ногу и искренне, без тени вины, продолжил убеждать её: «Мамочка, если ты станешь ещё красивее, я буду любить тебя ещё сильнее, и… и… папочка тоже будет любить тебя ещё сильнее~» Бессердечный ребёнок использовал своего отца ради еды.

Не стоит и говорить, что тактика малыша была очень действенной. Тан Тан стиснула зубы и сказала: «Хорошо. Мамочка их купит».

Уголки губ Цзи Сяо Чжо приподнялись, но он взял себя в руки, и через секунду его лицо приняло обычное выражение.





Глава 22




Каждый раз, когда Тан Тан выбирала закуску, у неё щемило сердце. Тан Тан чувствовала себя так, будто обидела Цзи Яна. В конце концов она не смогла справиться с чувством вины и открыла WeChat на своём телефоне, чтобы признаться в своём грехе.

Позже той же ночью, когда Цзи Ян открыл WeChat, он с удивлением обнаружил голосовое сообщение от Тан Тан.

Цзи Ян и Тан Тан добавили друг друга в WeChat только благодаря Цзи Сяо Чжо. Малыш помог Тан Тан добавить Цзи Яна, но они никогда раньше не общались в WeChat. Если быть точным, они никогда не связывались друг с другом по телефону, поэтому, когда Цзи Ян впервые увидел сообщение от Тан Тан, он подумал, что, должно быть, что-то случилось.

Он поспешно нажал на кнопку воспроизведения голосового сообщения и услышал ясный, но виноватый голос Тан Тан: «Муж, я сегодня купила много-много сладостей и потратила много денег. Прости. Это больше никогда не повторится».

Прослушав сообщение несколько раз, Цзи Ян убедился, что ничего серьёзного не произошло. Она просто потратила немного денег на сладости, но голос Тан Тан звучал так виновато, будто она совершила преступление. Цзи Ян действительно не знал, как реагировать.

Что на самом деле она думает о нём в глубине души? Разве он похож на человека, который не позволит своей жене купить несколько закусок? Он ведь не такой скупой, верно? Раньше ежемесячные расходы Тан Тан были намного выше, чем сейчас, так что деньги, которые она тратила на закуски, были не такими уж и большими.

Немного подумав, Цзи Ян ответил Тан Тан: «Не волнуйся, покупай, если хочешь. Скажи мне, если у тебя не хватит денег, я дам тебе ещё».

Как только сообщение было отправлено, Цзи Ян был шокирован тем, что он на самом деле сказал ей что-то подобное. Это прозвучало как разговор между настоящими мужем и женой. Это было немного странно, потому что раньше такого никогда не случалось.

Казалось, что он неосознанно стал относиться к ней более мягко.

Ответ Цзи Яна пришёл, когда Тан Тан спорила с Сяо Чжо на кровати.

Они сидели на кровати, скрестив ноги, лицом друг к другу, а посередине лежала горка высококалорийных закусок.

«Бао Бао, ты не можешь это есть. Когда папа уходил, он сказал, что ты больше не должен набирать вес», — Тан Тан впервые говорила с Цзи Сяо Чжо таким серьёзным тоном.

Цзи Сяо Чжо жалобно прикусил пальцы: «Мамочка, я просто попробую немного. Это ни на что не повлияет».

Тан Тан не могла смотреть на его несчастный вид. Ей очень хотелось поделиться с ним немного, но она не хотела идти против слов Цзи Яна. Цзи Ян специально сказал ей, чтобы она не давала Сяо Чжо эти закуски, особенно на ночь, так как же она могла дать ему хоть что-то?

Хм, это была её вина. Ей не стоило выставлять закуски на всеобщее обозрение. В следующий раз она съест их тайком. Однако в последнее время малыш всё время был рядом с ней. Он никогда не отходил от неё дальше, чем на шаг, так что у неё не было возможности тайком съесть закуски.

У Тан Тан начала болеть голова. В этот момент зазвонил её телефон. Это было уведомление о сообщении в WeChat. Она быстро открыла приложение и увидела сообщение от Цзи Яна. Он не только не упрекнул её за безрассудные траты денег, но даже сказал, чтобы она попросила у него ещё, если ей не хватит!

Небеса, её муж слишком хорош!

Тан Тан так широко улыбнулась, что её брови изогнулись, словно тоже улыбались.

Цзи Сяо Чжо вытянул шею, чтобы взглянуть на её телефон. Он увидел сообщение от папы, и быстро спросил: «Что сказал папочка?»

Тан Тан почесала нос и ответила: «Папа не ругал меня за то, что я купила закуски. Он даже сказал, чтобы я попросила у него ещё денег, если мне не хватит».

«А», — воскликнул Цзи Сяо Чжо. Он расстроился и сказал: «Почему ты можешь покупать закуски, а я нет? Папа несправедлив!»

«Папа справедлив. Это для твоего же блага. Мамочка слишком худая, поэтому мне нужно есть больше. С другой стороны, тебе нельзя набирать вес, иначе ты перестанешь быть красивым».

Цзи Сяо Чжо надул губы и пожаловался: «Разве ты не говорила, что я красивый? Что ты меня любишь? Значит, ты думаешь, что я перестану быть красивым, если наберу вес? Мамочка, ты не можешь так говорить».

Малыш выглядел так, будто его обидели, и Тан Тан не могла вынести этого зрелища. Она обняла его и сказала: «Конечно, нет. Мамочка всегда будет тебя любить. Ты всегда будешь красивым!»

Услышав это, Сяо Чжо потянул Тан Тан за одежду: «Тогда почему ты не даёшь мне вкусняшки?»

Тан Тан замерла. Ей показалось, что она попала в его ловушку.

С одной стороны, перед ней был ребёнок со слезами на глазах, а с другой — указания мужа, из-за которых она чувствовала себя в противоречии. В конце концов, она действительно не знала, что делать, поэтому могла только попросить помощи у мужа, который был за много миль от неё.

«Давай спросим у папы, хорошо?»

Прежде чем малыш успел ответить, Тан Тан быстро отправила Цзи Яну голосовое сообщение: «Муж, Бао Бао хочет перекусить. Можно я дам ему немного?»

Услышав сообщение, Цзи Ян почти сразу догадался, в чём дело. Цзи Сяо Чжо явно вёл себя как избалованный ребёнок и бесстыдно просил что-нибудь вкусненькое, а учитывая нынешнее поведение Тан Тан, она, скорее всего, не смогла бы устоять перед Цзи Сяо Чжо.

Цзи Ян просто отправил запрос на видеозвонок.

Сердце Тан Тан замерло от неожиданности. Когда она увидела, что Цзи Ян действительно запросил видеозвонок, Тан Тан быстро показала телефон Цзи Сяо Чжо: «Смотри, Бао Бао, папа звонит по видеосвязи!»

Цзи Сяо Чжо тут же лёг на кровать и притворился мёртвым.

Тан Тан потянула малыша за собой, принимая видеозвонок. На экране появилось лицо Цзи Яна. Тан Тан не могла вымолвить ни слова: «Муж... муж».

«Где Цзи Сяо Чжо?»

Тан Тан могла только ткнуть пальцем в Цзи Сяо Чжо, который всё ещё притворялся мёртвым. «Бао Бао, папа тебя ищет. Быстрее вставай».

Цзи Сяо Чжо не двигался: «Я уже уснул».

Тан Тан моргнула. Она прикусила губу, глядя на Цзи Яна.

Цзи Ян слегка рассмеялся, а затем безэмоционально обратился к Цзи Сяо Чжо: «Цзи Сяо Чжо, я даю тебе три секунды, чтобы ты встал. Раз! Два!»

Когда было произнесено слово «два», Цзи Сяо Чжо быстро встал и уселся поудобнее в объятиях Тан Тан.

«Папочка», — сказал малыш с милым выражением на лице.

Цзи Ян улыбнулся про себя, хотя выражение его лица осталось прежним: «Мама сказала, что ты хочешь перекусить?»

Цзи Сяо Чжо опустил голову и сложил пальцы вместе.

Цзи Ян не смягчился из-за жалобного вида Сяо Чжо, ведь он должен был отругать его, когда это было необходимо: «Папа уже говорил тебе. Не ешь слишком много, особенно на ночь. Ты забыл?»

Прикусив нижнюю губу, Цзи Сяо Чжо пробормотал извинения: «Я был неправ. В следующий раз такого не повторится, папочка».

Цзи Ян кивнул и отпустил его. Затем он обратился к Тан Тан: «Ты слишком его балуешь, Тан Тан. Нельзя идти у него на поводу, даже если он ведёт себя жалко или бесстыдно; иначе он совсем избалуется».

Тан Тан знала, что слишком мягка с Цзи Сяо Чжо. Её лицо покраснело от смущения, и она послушно сказала: «Я знаю. Такого больше не повторится, я не позволю ему есть слишком много сладостей».

Цзи Ян вздохнул. Раньше Тан Тан не обращала внимания на Цзи Сяо Чжо и относилась к нему холодно. Теперь, когда её характер изменился, она стала нежной и наивной, поэтому ей было не под силу перехитрить сообразительного Цзи Сяо Чжо. Если всё будет продолжаться в том же духе, Тан Тан не сможет справиться с Сяо Чжо, и он избалуется под её опекой.

Несмотря на то, что Цзи Ян очень любил Цзи Сяо Чжо, он не был его слепым поклонником. Он наказывал Сяо Чжо, когда это было необходимо, так как хотел, чтобы Цзи Сяо Чжо вырос выдающимся ребёнком, а не избалованным. Поскольку он редко мог бывать дома, воспитание Сяо Чжо в основном ложилось на плечи Тан Тан, поэтому он должен был убедиться, что Тан Тан умеет говорить Сяо Чжо «нет».

«Тан Тан, Сяо Чжо — ребёнок. Он не умеет себя контролировать. Ему нужно, чтобы ты учила его и устанавливала ограничения. Когда он делает что-то не так, ты должна ругать его, а не потакать ему. Иначе он вырастет плохим человеком, ты понимаешь?»

Конечно, Тан Тан понимала, что он имеет в виду. То, как дети будут развиваться в будущем, зависит от воспитания и наставлений родителей. Она не может продолжать баловать его, потому что в будущем это только навредит ему. Тан Тан не могла сдерживаться и хотела относиться к Сяо Чжо лучше, потому что он ей действительно нравился. Он был таким милым, что ей не хотелось быть с ним строгой. Но она знала, что это неправильно, и ей нужно было измениться.

«Я понимаю, муж. Можешь быть уверен, что отныне я не испорчу Бао Бао», — воскликнула Тан Тан.

Когда Цзи Сяо Чжо увидел, что его маме делают выговор из-за него, он принял меры и пообещал: «Папочка, не ругай мамочку, это не её вина. Клянусь, я не буду устраивать перекус с мамой на ночь!»

Цзи Ян кивнул: «Хорошо, папа тебе верит».

Поскольку всё, что нужно было сказать, было сказано, и добавить было нечего. Цзи Ян пожелал им спокойной ночи и завершил видеозвонок.

Мать и сын молча посмотрели друг на друга и одновременно выдохнули.

Цзи Сяо Чжо пододвинул закуски к Тан Тан: «Я не буду их есть, мамочка. Ты купила все эти закуски, так что ешь их сама!»

Тан Тан не была настолько бессердечной, чтобы позволить малышу смотреть, как она ест прямо у него на глазах. Она сложила все закуски в пакет: «Мамочка тоже не будет есть. Я не хочу их сейчас есть».

Цзи Сяо Чжо быстро потянул Тан Тан за руку и серьёзно сказал: «Съешь их, мамочка. Разве ты не хотела набрать вес? Папочка сказал, что если есть закуски на ночь, то можно набрать вес, поэтому ты должна есть их на ночь».

Тан Тан знала, что если будет есть по ночам, то наберет вес, но ей не хотелось, чтобы Сяо Чжо смотрел, как она ест, ах. Немного поразмыслив, Тан Тан решила поесть, когда малыш уснет. Тогда у него не будет соблазна.

Убрав пакет с закусками, она обняла Сяо Чжо: «Ну вот, мама не будет есть. Пойдем спать».

Увидев, что мама не собирается есть, Цзи Сяо Чжо кивнул: «Хорошо, давай спать».

Тан Тан поцеловала его в лоб и начала напевать мелодию. Это была песня, которую часто пела ей няня. Под эту нежную песню она всегда быстро засыпала.

Как и ожидалось, под нежную мелодию и лёгкие похлопывания по груди малыш вскоре уснул. Его живот поднимался и опускался при каждом дыхании.

Убедившись, что малыш действительно спит, Тан Тан осторожно встала с кровати и тайком отнесла пакет с закусками в гостиную.

В прошлом няня Тан Тан тоже не разрешала ей есть на ночь, потому что так можно было легко набрать вес и испортить фигуру. Поэтому Тан Тан привыкла не есть после ужина, но сегодня был особый случай. Она отчаянно хотела набрать вес, поэтому ей пришлось пойти на такие меры. Будем надеяться, что её усилия принесут плоды.

Тан Тан достала из пакета шоколад и пирожные, которые, как говорили, помогали людям легче набирать вес, и начала есть. Раньше она никогда их не пробовала, но теперь поняла, что они очень вкусные! Неудивительно, что малыш постоянно думал о такой еде. К сожалению, теперь он был очень пухлым и не мог съесть много.

За один раз Тан Тан съела три плитки шоколада и три кусочка торта. Она перестала есть только потому, что была слишком сыта. Тан Тан вздохнула и положила руки на живот, а затем без промедления отправилась прямиком в постель. Так должно быть эффективнее.

Однако сейчас в ней всё было не так. Она не могла просто набрать вес и надеяться, что всё наладится. Ей нужно было позаботиться и о своём теле, потому что только после того, как она поправит своё здоровье, улучшится её общее состояние, а значит, и кожа с волосами будут выглядеть лучше. Лучше всего ей было бы пить питательный суп, который делает кожу более красивой.

В прошлом её няня готовила для неё особый суп. Ей говорили, что он полезен для организма, а ингредиенты для него простые. Тан Тан не знала, действительно ли этот суп был так эффективен, но состояние её кожи действительно улучшалось. Она стала нежной, как тофу, и сияла на солнце. Благодаря этому она выглядела очень хорошо. Но по этой же причине все её сводные сёстры недолюбливали её, из-за чего Тан Тан всё время оставалась в своём дворике и не осмеливалась выйти. Когда она всё же выходила, то старалась выглядеть как можно более неопрятно.

Но здесь, в этом мире, никто не издевался над ней, поэтому Тан Тан решила, что сварит суп завтра. Сначала она должна поправить здоровье и постараться привести себя в порядок, чтобы не ударить в грязь лицом перед Бао Бао и его папой, когда она будет с ними.

Поразмыслив над этим, Тан Тан счастливо заснула.

* * *

На следующий день Тан Тан с ещё большим энтузиазмом отправилась в супермаркет за необходимыми ингредиентами. Вернувшись домой, она сразу направилась на кухню, чтобы приготовить суп.

Увидев, что мама занята на кухне, Цзи Сяо Чжо подумал, что его мамочка готовит что-то вкусненькое. Он держал Тан Тан за брюки и время от времени подергивал их. На его лице было написано предвкушение.

Тан Тан заметила его пристальный взгляд и, когда суп был готов, налила и ему порцию. Несмотря на то, что суп был полезен только для женщин, его можно было есть и детям.

Цзи Сяо Чжо был разочарован, попробовав суп, потому что он был невкусным. На самом деле у него был странный вкус. Он нахмурился, сделав глоток, и отложил ложку в сторону: «Что это за суп, мама? У него ужасный вкус».

«Я приготовила этот суп для себя. Он может сделать маму красивой. Некоторые ингредиенты в супе — это китайские лечебные травы, поэтому вкус не очень приятный», — объяснила Тан Тан.

Цзи Сяо Чжо всё понял и отодвинул тарелку: «Тогда я не буду его есть, мамочка. Я и так хорошо выгляжу. Мне не нужно становиться красивее».

Тан Тан не стал раскрывать истинную причину своего поступка. Вместо этого она улыбнулась и кивнула: «Верно, ты и так хорош собой. Это маме нужно стать красивой».

На самом деле, у Цзи Сяо Чжо не было четкого представления о прекрасном и уродливом. Он думал, что его мама и так хорошо выглядит, и не понимал, почему она все время хочет быть красивой, но поскольку это было то, чего хотела его мама, он поддерживал её и помогал ей.

Поразмыслив об этом, Цзи Сяо Чжо кое-что придумал и немедленно побежал в свою комнату за планшетом. Затем он нашёл Цзи Юэ в WeChat и запросил видеозвонок.

В этот момент Цзи Юэ проводила совещание в отделе. Когда зазвонил её телефон и на экране появилось имя Цзи Сяо Чжо, она испугалась, что случилось что-то серьёзное, поэтому подняла руку и прервала совещание. Она сразу же вернулась в свой кабинет, чтобы ответить на звонок.

«Сяо Чжо, зачем ты звонишь тётушке? Что-то случилось?»

Цзи Сяо Чжо кивнул: «Тётя Цзи Юэ, я хочу тебя кое о чём спросить».

«О?» — Цзи Юэ обрадовалась, что ничего серьезного не произошло, но продолжала гадать, что же заставило малыша обратиться к ней. — «Что такое?»

«Тётя Цзи Юэ, ты знаешь, как стать красивой?» — мило спросил Цзи Сяо Чжо.

«А?» — растерялась Цзи Юэ. Она не понимала, почему он это спрашивает. «Почему ты задал этот вопрос? Что случилось?»

Цзи Сяо Чжо пересказал Цзи Юэ всю историю. Хотя она не очень хорошо всё поняла, Цзи Юэ уловила суть. «То есть ты хочешь, чтобы твоя мама стала красивой, и спрашиваешь, знаю ли я как это сделать, вот что ты имеешь в виду?»

«Точно. Так и есть. Тётя Цзи Юэ действительно красивая, так что ты наверняка знаешь, как стать красивой, верно?»

Цзи Юэ повеселела от слов Сяо Чжо и рассмеялась. «Хорошо. Очень хорошо. Раз у тебя такой хороший вкус, тётя обязательно тебе поможет. Я знаю, что нужно твоей маме, чтобы стать красивой. Я позже пришлю кое-что твоей маме. Так что, когда всё придёт, ты должен ей это передать».

Цзи Сяо Чжо радостно кивнул: «Спасибо, тётя Цзи Юэ».

«Не за что благодарить. Ты можешь обращаться ко мне за любой помощью, которая тебе нужна».

Закончив разговор, Цзи Сяо Чжо побежал к Тан Тан на своих коротких ножках, чтобы поделиться хорошей новостью: «Мамочка, я помог тебе придумать, как стать красивее. Я спросил у тёти Цзи Юэ, и она сказала, что пришлёт тебе кое-что, чтобы ты стала красивой».

«А? Что?» Тан Тан была в шоке: «Бао Бао, зачем ты беспокоил тётушку Цзи Юэ?»

Цзи Сяо Чжо тут же ответил: «Все говорят, что тётя Цзи Юэ красивая, значит, она должна знать, как стать красивой. Мама станет красивой, когда тётя Цзи Юэ научит тебя».

Тан Тан подумала, что это слишком хлопотно для Цзи Юэ. Но в то же время она была тронута тем, что малыш так много думал о ней. Тан Тан обняла его: «Мама благодарна, но в следующий раз не беспокой тётушку Цзи Юэ. Тётя Цзи Юэ очень занята. Мама может справиться с такими мелочами сама».

Цзи Сяо Чжо кивнул: «Хорошо».





Глава 23




Цзи Юэ сработала очень эффективно. Всё, о чём она говорила днём, было доставлено к вечеру. Вечером доставили посылку. Получателем была Тан Тан, а отправителем — Цзи Юэ.

Тан Тан расписалась в получении посылки. Открыв коробку, она увидела, что та наполнена бутылочками и баночками, которых она никогда раньше не видела. Хотя на каждой бутылочке и баночке были надписи, они были не на китайском. Возможно, они были из-за границы, раз она не могла прочитать ни слова.

Поэтому Тан Тан могла только порыться в коробке и посмотреть, есть ли там какие-нибудь инструкции. Она нашла записку, в которой перечислялись все продукты и объяснялось, как ими пользоваться.

К тому времени, как Тан Тан закончила читать инструкции, она согласилась с тем, что Цзи Сяо Чжо обратился по адресу. Потому что каждый продукт, который прислала Цзи Юэ, соответствовал тому, что Тан Тан хотела улучшить.

Большинство средств в коробке предназначались для ухода за кожей, например увлажняющие, отбеливающие, восстанавливающие и т. д. Тан Тан была поражена количеством баночек. Она и не подозревала, что существует так много разных средств для ухода за лицом. Помимо средств для лица, там были средства для волос, которые должны были сделать их блестящими, густыми и гладкими.

Внизу записки Цзи Юэ написала, что сама пользовалась всеми этими средствами и гарантирует их эффективность.

Тан Тан была чрезвычайно благодарна Цзи Юэ за помощь, но она посчитала неправильным принимать посылку, потому что все эти товары выглядели не дешевыми. Они были из-за границы, а значит, должны были стоить довольно дорого. Она не могла так легко принять всё это, так как, вероятно, это стоило больших денег.

Даже если она сможет стать хорошенькой с помощью этих средств, ей следовало бы купить их самой.

Тан Тан не стала трогать ни одну из бутылочек и баночек и взяла у Сяо Чжо номер Цзи Юэ. Она решила, что Цзи Юэ не занята, так как было уже поздно, и позвонила ей.

Цзи Юэ быстро ответила на звонок. Не успела она и слова сказать, как Цзи Юэ, похоже, уже догадалась, кто ей звонит: «Тан Тан?»

Тан Тан издала звук «Эн», а затем сказала: «Цзи Юэ, это я, я тебе не помешала?»

«Нет, нет, я дома. В чём дело?»

Цзи Юэ, которой мыли ноги, говорила, переступая с ноги на ногу. Её мокрые ступни пару раз задели лицо Гу Чжан Аня, из-за чего он сердито посмотрел на неё. Он взял её ноги и вытер их полотенцем.

Услышав, что она не мешает Цзи Юэ, Тан Тан высказала свои мысли: «Цзи Юэ, я звоню по поводу вещей, которые ты мне прислала. Я не могу их принять. Они слишком дорогие».

Цзи Юэ не обратила на это внимания и лишь произнесла: «А», а затем ответила: «Ничего страшного, эти вещи не такие уж и дорогие. Они не такие ценные, как ты думаешь. Просто пользуйся ими. Мы же не чужие друг другу».

Тан Тан не могла вести себя непринуждённо, потому что ни она сама, ни прежняя владелица тела не были близки с Цзи Юэ. «Нет, нет, я ничем не заслужила это. Цзи Юэ, я благодарна тебе за твоё отношение, но я действительно не могу принять эти вещи. Пожалуйста, забери всё».

Услышав слова Тан Тан, Цзи Юэ поняла, что она не хочет принимать её подарок просто так. Цзи Юэ закатила глаза и ответила: «Я уже отправила эти вещи, так как же я могу их вернуть? Не говоря уже о том, что отправка и возврат — это хлопотно, некоторые товары могут быть повреждены в процессе перевозки. Если ты действительно не можешь их принять просто так, то как насчёт обмена? Ты можешь приготовить для меня что-нибудь вкусненькое. Я скучаю по твоей стряпне».

«Это...» Тан Тан не думала, что какая-то еда может сравниться с деньгами, потраченными на такие товары. Тан Тан пришлось воспользоваться ситуацией, если бы она продолжала настаивать на своём, это не пошло бы на пользу их крепнущей дружбе. Поэтому Тан Тан могла только кивнуть: «Хорошо. Я приготовлю что-нибудь для тебя и передам вместе с Сяо Чжо, когда всё будет готово».

Цзи Юэ сразу же согласилась: «Хорошо, договорились. Можешь спокойно пользоваться этими вещами».

Когда звонок закончился, Гу Чжан Ань с любопытством спросил: «Когда вы с Тан Тан успели так сблизиться? Что ты ей отправила?»

Цзи Юэ улыбнулась, придвинула ногу к Гу Чжан Аню и кокетливо сказала: «Дорогой, сделай мне массаж. У меня сильно болят ноги ~».

Гу Чжан Ань беспомощно вздохнул и начал баловать её, умело массируя её ногу и приговаривая: «Кто заставлял тебя, ходить на работе на таких высоких каблуках? Ты каждый вечер приходишь домой и говоришь, что у тебя болят ноги, ты сама виновата».

«Ах, вы, мужчины, не понимаете, к каким стандартам красоты стремятся женщины».

Цзи Юэ надула губы. Затем она вернулась к предыдущей теме: «Сегодня мне звонил Сяо Чжо. Он спросил, есть ли у меня идеи, как сделать его маму красивой. Он меня порадовал, и он редко меня о чём-то просит, так что, естественно, я ему помогла. Я отправила Тан Тан все средства по уходу за кожей, которыми пользуюсь сама».

Гу Чжан Ань кивнул и продолжил делать ей массаж.

«Ах, дорогой, я хочу тебя кое о чём спросить. Ты раньше видел Тан Тан? Она всегда выглядела… так?» Цзи Юэ не считала нужным произносить слово «уродливая» вслух.

Услышав вопрос, Гу Чжан Ань погрузился в воспоминания и попытался вспомнить, когда он впервые встретил Тан Тан. Он вспомнил, как Цзи Ян представил Тан Тан их компании после того, как они получили свидетельство о браке, но Гу Чжан Ань не мог точно вспомнить, как выглядела Тан Тан в то время: «Я не могу точно вспомнить. Она не была красавицей, но выглядела лучше, чем сейчас».

Скорее всего, он бы запомнил, если бы человек перед ним был по-настоящему красивым или уродливым. Раз он не мог вспомнить, значит, Тан Тан в то время выглядела обычно и не запомнилась ему.

Цзи Юэ задумалась: «Тан Тан, наверное, могла бы стать красавицей, если бы хорошо за собой следила. Раз Сяо Чжо такой красивый, то и его мать не должна быть страшненькой».

Гу Чжан Ань не ответил. Он встал и отнёс Цзи Юэ в их комнату: «Ладно, забудь о том, кто красивый, а кто нет. Если у тебя есть на это время, подумай лучше о том, красив ли твой муж».

Цзи Юэ громко рассмеялась.

* * *

С другой стороны, Тан Тан вздохнула. Она поставила все бутылочки и баночки на туалетный столик в своей комнате. Затем Тан Тан задумалась о том, как выразить свою благодарность Цзи Юэ. Конечно, она могла бы что-нибудь приготовить, но одних блюд было недостаточно. Она хотела подарить Цзи Юэ что-то ещё, иначе её совесть не успокоилась бы, если бы она просто приняла такие ценные подарки.

Но сколько бы она ни думала, Тан Тан ничего не могла придумать. У неё не было ни денег, ни украшений, и она не могла зарабатывать. Поэтому она не могла купить ничего подходящего в качестве подарка.

Что же ей делать?

Поразмыслив над этим некоторое время, Тан Тан решила, что может только сама что-нибудь сделать для Цзи Юэ. Помимо кулинарии, единственным её навыком, который мог бы пригодиться, была вышивка. Может быть, она могла бы вышить для Цзи Юэ носовой платок?

Но Тан Тан быстро отказалась от этой идеи. Она не могла подарить то, что сама вышила. Это могло выдать её, как не настоящую владелицу тела.

Недавно она посмотрела передачу о культурном наследии и узнала, что вышивкой практически никто не занимается. Сейчас редко встретишь человека, который умеет вышивать. Настоящая владелица тела точно не умела, и, если бы она сейчас что-то вышила, другие люди бы заметили, что что-то не так.

Внезапное появление кулинарных способностей ещё можно было объяснить, но владение таким редким навыком, как вышивка, было невероятным и невозможным.

Если сделать вышивку было невозможно, то возможно ли воспользоваться другим видом рукоделия? Главная проблема заключалась в том, что Тан Тан не знала, умела ли изначальная владелица этого тела рукодельничать.

Тан Тан вздохнула, погрузившись в раздумья, и её настроение испортилось. В её время рукоделие было одним из важнейших навыков, которым должна была обладать женщина. Каждая женщина начинала осваивать основные виды рукоделия, когда была маленькой девочкой, но многие из этих навыков были практически утрачены. В это было трудно поверить.

Тан Тан начала изучать рукоделие, когда ей было пять. Она училась и практиковалась в течение многих лет. Даже не говоря о количестве усилий и труда, вложенных в это дело, рукоделие было одним из двух навыков, в которых она была сильна. Если она не сможет использовать свои единственные таланты здесь, у неё действительно не будет больше особых заслуг.

Она вдруг осознала, что не так уж хорошо знает прежнюю владелицу тела. Тан Тан нужно было узнать, в чём прежняя владелица тела была хороша, а в чём нет. Иначе она могла легко выдать себя в будущем.

Подумав об этом, Тан Тан быстро встала и начала осматривать свою спальню. Она хотела посмотреть, что оставила после себя прежняя владелица тела, чтобы узнать о ней побольше.

К сожалению, даже после того, как Тан Тан пару раз обыскала комнату, она не нашла ничего полезного. Тан Тан не знала, как надёжно были спрятаны те вещи, которые она искала.

Увидев, что Тан Тан постоянно ходит туда-сюда, Сяо Чжо из любопытства спросил: «Что ты делаешь, мамочка? Что ты ищешь?»

Тан Тан не знала, что она ищет. «Мамочка ищет свои старые вещи. Я не могу вспомнить, куда их положила».

Цзи Сяо Чжо моргнул. Затем он посмотрел на Тан Тан, развернулся и убежал. Вскоре он вернулся с большой коробкой и протянул её Тан Тан: «Это тебе, мамочка».

Тан Тан не поняла: «Что это?» Цзи Сяо Чжо высыпал всё содержимое коробки на кровать и ответил: «Это вещи, которые выбросила мамочка. Бабушка Ли забрала их и сказала, что эти вещи нельзя выбрасывать».

Услышав, что эти вещи выбросила прежняя владелица тела, Тан Тан сразу же взглянула на них. Первое, что привлекло её внимание, была красная книжечка, на обложке которой было написано: «Свидетельство о браке Китайской Народной Республики». Она открыла буклет и увидела фотографию, на которой они с Цзи Яном были запечатлены вместе.

На самом деле это было её свидетельство о браке! Тан Тан знала, что эта маленькая красная книжечка была её версией брачного письма. Это доказывало, что пара состоит в браке. Она не ожидала, что прежняя владелица тела выбросит такую важную вещь. Неудивительно, что она никогда раньше не видела её в своей комнате.

Боже, если бы тётя Ли не подобрала её, она бы давно пропала.

Тан Тан была очень благодарна тёте Ли. К счастью, она сохранила её. Тан Тан бережно убрала её и решила, что больше никогда её не потеряет.

Закончив изучать свидетельство о браке, Тан Тан продолжила рассматривать остальные документы. Помимо кольца, там было ещё несколько свидетельств, которые она не поняла. Ей нужно будет разобраться с этим позже.

Последний документ был в большой синей папке, которая тоже привлекла её внимание, потому что в названии было указано, что это диплом об окончании университета А.

Тан Тан знала об университете А. Это был выдающийся университет, который, вероятно, был эквивалентен императорской академии из её времени. Это был университет, в который хотели поступить все студенты, и для зачисления в него нужно было набрать очень высокий балл на вступительных экзаменах.

Тан Тан не ожидала, что первоначальная владелица тела училась в университете и что она училась в таком хорошем учебном заведении. Тан Тан считала первоначальную владелицу тела бесполезной. Похоже, она ошибалась.

Быстро открыв обложку, Тан Тан увидела внутри листок бумаги. На нём было написано имя Тан Тан, а также специальность «дизайн одежды» на факультете искусств.

После долгого изучения Тан Тан так и не смогла ничего понять, поэтому в конце концов спросила Цзи Сяо Чжо: «Бао Бао, что такое факультет искусств и специальность «дизайн одежды»?»

Цзи Сяо Чжо моргнул. Он был ошеломлён, потому что тоже не знал.

К счастью, у Цзи Сяо Чжо была хорошая привычка: если он чего-то не понимал, то спрашивал у кого-нибудь, поэтому он снова обратился за помощью. На этот раз он обратился за помощью к Чжо Цзи. Чжо Цзи решил, что Сяо Чжо просто любопытно, как ребёнку, и серьёзно объяснил ему всё.

Пока Чжо Цзи объяснял, Тан Тан тоже слушала вместе с Сяо Чжо. Как только объяснение было закончено, её глаза заблестели, и ей захотелось повалиться на кровать, как это иногда делает Сяо Чжо.

Оказалось, что предыдущая владелица тела изучала что-то, связанное с пошивом одежды. Значит, предыдущая владелица тела умела шить, то есть занималась рукоделием. Тан Тан не нужно было притворяться, что она не умеет вышивать. Она могла продолжать использовать два своих навыка, в которых была хороша!

Небеса присматривали за ней. Тан Тан была очень благодарна небесам, но ещё больше она была благодарна изначальной владелице тела. Она была благодарна за то, что та изучала дизайн одежды!

Благодаря этому она могла сшить пару туфель для Цзи Юэ. Хоть они и стоили недорого, это было лучшее, что Тан Тан могла сделать в данный момент.

Узнав такую полезную информацию, Тан Тан почувствовала себя спокойнее. Поскольку она была в хорошем настроении, то решила изучить все средства по уходу за кожей, которые прислала Цзи Юэ. Тан Тан хотела узнать, эффективны ли эти крема, желая стать такой же красивой, как Цзи Юэ. Вспоминая о светлой и нежной коже Цзи Юэ и её изящных длинных волосах, Тан Тан почувствовала, как замирает её сердце. Ей не терпелось попробовать все эти средства.

Поскольку её раны на лице всё ещё нуждались в обработке, Тан Тан пока не могла пользоваться средствами по уходу за кожей. Она могла попробовать только средства для ухода за волосами. Важно было ухаживать не только за лицом, но и за волосами. Тан Тан не могла смириться с тем, что её волосы выглядят как сухая трава.

В тот вечер Тан Тан воспользовалась средствами для ухода за волосами, которые дала ей Цзи Юэ, и сделала маску для волос. Процедура по уходу включала в себя мытьё, нанесение и обёртывание волос. Процесс занял около двух часов. Даже Цзи Сяо Чжо едва мог сдерживаться, наблюдая за ней, и подумал, что женщины — это страшно.

Тан Тан не считала этот процесс утомительным, наоборот, она была счастлива. Когда лечение было завершено, она не знала, было ли это просто психологической иллюзией, но Тан Тан показалось, что её волосы стали выглядеть немного лучше.

Было ли это просто психологическим эффектом или нет, но Тан Тан надеялась, что сможет стать красивой.

Той ночью Тан Тан приснился сон. Во сне она стала настоящей красавицей: у неё было стройное тело, длинные мягкие волосы, светлая кожа и выдающийся темперамент. Она была одета в белое платье и выглядела как фея.

Цзи Сяо Чжо ошеломлённо уставился на неё. Он забыл о сладостях в своих руках и побежал к ней. Он обнял её за ноги и похвалил: «Мамочка, ты такая красивая ~» Тан Тан смущённо улыбнулась и наклонилась, чтобы поцеловать малыша: «Спасибо, Бао Бао».

Затем вошёл Цзи Ян в своей униформе. Увидев Тан Тан в белом платье, он тоже был ошеломлён. Он не сводил с неё глаз, и что-то промелькнуло в его взгляде. Ему потребовалось некоторое время, чтобы убедиться, что эта женщина — его жена. Он медленно подошёл к ней, коснулся её лица рукой и прошептал: «Тан Тан, ты прекрасна».

Тан Тан так смутилась, что не осмелилась взглянуть на него, а её лицо стало красным, как цветок персика.

Цзи Ян потерял дар речи, глядя на красавицу Тан Тан. Он неосознанно придвинулся ближе, чтобы поцеловать её.

Тан Тан почувствовала, как у неё поджались пальцы на ногах, и с её губ сорвался смех.

«Мамочка! Мамочка! Скорее просыпайся! Солнце уже светит!»

Тан Тан проснулась от тряски и громкого крика. Она открыла глаза и увидела лицо Цзи Сяо Чжо совсем близко. Малыш хмурился, глядя на неё.

«Что случилось, Бао Бао?» Тан Тан пробормотала вопрос, всё ещё находясь в лёгком замешательстве.

Увидев, что Тан Тан очнулась, Цзи Сяо Чжо вздохнул с облегчением. Он бросился в объятия Тан Тан. «Я так волновался, мамочка. Ты смеялась во сне. Это было так страшно. Тебе приснился кошмар, мамочка? Но разве от кошмара не плачут?»

Тан Тан замерла. Она тут же вспомнила свой сон и покраснела. Ей было так неловко, что она не хотела ни на кого смотреть и, запинаясь, ответила: «Нет… маме приснился не кошмар».

Цзи Сяо Чжо потрогал лоб Тан Тан и сказал: «Мамочка, почему у тебя такое красное лицо, у тебя жар?»

Превозмогая смущение, Тан Тан махнула рукой: «Нет, нет, нет, у мамы нет температуры. Мне просто немного жарко. Через некоторое время я буду в порядке».

Цзи Сяо Чжо расслабился и нежно поцеловал Тан Тан, после чего вскочил с кровати и помчался в ванную. «Мамочка, я пойду почищу зубы, так что вставай скорее».

Только когда тень Сяо Чжо скрылась из виду, Тан Тан беззвучно вскрикнула и закрыла лицо руками. Ей было так стыдно. Ей действительно приснилось, что Цзи Ян делает с ней такое и... и... Ах, ах, ах! Почему она такая бесстыжая!

Говорят, если о чём-то постоянно думать, это может присниться. Может быть, она на самом деле хотела... Тьфу! Это неправда. Должно быть, у неё временно нарушилась работа мозга, раз ей снятся такие сны. Тан Тан тут же заставила себя выкинуть подобные мысли из головы. Она быстро встала с кровати, сделала утреннюю зарядку и пошла на кухню готовить завтрак для Сяо Чжо и себя.





Глава 24




Позавтракав, Тан Тан взяла с собой Цзи Сяо Чжо, чтобы сходить за необходимыми материалами для изготовления пары обуви. Дома не было никаких инструментов, кроме нескольких иголок, которые оставила тётя Ли. Тан Тан действительно не понимала, почему у девушки, которая изучала моду, не было инструментов для пошива одежды. Может быть, она полагалась на швейные машины?

Первым делом нужно было сделать подошвы, для чего требовался размер обуви Цзи Юэ. Тан Тан поручила Цзи Сяо Чжо стать её шпионом. Задача состояла в том, чтобы узнать размер обуви Цзи Юэ, не раскрывая ей причину.

Цзи Сяо Чжо ударил себя в грудь и с широко раскрытыми глазами заверил, что справится с заданием. Затем он исчез в своей комнате, чтобы выполнить поручение.

Она не знала, что сделал Сяо Чжо, но через десять минут он уже выполнил свою миссию.

Тан Тан крепко поцеловала малыша, и он рассмеялся.

Тан Тан купила для туфель материал цвета лунного света, на котором уже была вышивка, так что ей не придется делать её самой. Тан Тан нужно было только вышить несколько цветов на прозрачной ленте и прикрепить её к туфлям, чтобы сделать их ещё красивее.

Несмотря на то, что современные модели туфель выглядели красиво, многие женские туфли неудобны. Тан Тан считала, что носить высокие каблуки — настоящая пытка. Она не знала, почему женщинам в этом мире нравится носить их. Оказалось, что Цзи Юэ тоже нравится носить высокие каблуки, поэтому Тан Тан захотела подарить Цзи Юэ пару красивых и удобных туфель. Если Цзи Юэ будет носить их, ей будет намного удобнее ходить.

Тан Тан работала очень быстро, и обувь была готова в течение двух дней. Она была довольна конечным результатом. Затем она показала туфли единственному мужчине в своём окружении, чтобы узнать его мнение: «Бао Бао, что ты думаешь об этих туфлях?»

Цзи Сяо Чжо не удержался и потрогал цветы на туфлях, а затем кивнул: «Выглядят хорошо! Мамочка, эти цветы такие красивые».

Тан Тан погладила малыша по голове: «Бао Бао, у тебя хороший вкус».

Несмотря на то, что цветы не привлекали особого внимания, именно они требовали наибольших усилий и были крайне важны, так как придавали туфлям элегантность и уникальность. Такую вещь определённо нельзя было просто купить в магазине.

Когда Сяо Чжо сказал, что туфли выглядят хорошо, это придало Тан Тан уверенности. Она аккуратно положила туфли в коробку и пошла за продуктами, чтобы приготовить для Цзи Юэ выпечку и мясной соус по своему личному рецепту.

«Пойдём, Бао Бао, отнесём это тёте Цзи Юэ. Мы должны поблагодарить её за то, что она помогла маме стать красивой».

«Хорошо», — Цзи Сяо Чжо зашагал впереди, как маленький лидер. «Мама, я знаю, как называется компания тёти Цзи Юэ. Я тебя провожу».

Тан Тан последовала за сообразительным ребёнком и успешно добралась до здания компании Цзи Юэ. Цзи Юэ даже лично поприветствовала их у входа в здание.

Тан Тан почувствовала, что сегодня Цзи Юэ ведёт себя по-другому. На ней был пиджак, который идеально подчёркивал её стройную фигуру, и юбка с разрезом, открывающим вид на её длинные стройные ноги. Образ дополняли высокие каблуки. Когда Цзи Юэ шла, её окружала мощная аура и уверенность в себе, и все проходившие мимо сотрудники кивали ей или здоровались, а Цзи Юэ слегка улыбалась и кивала им в ответ. Она производила впечатление уверенной в себе и способной женщины.

Вот как выглядят работающие женщины? От неё исходила такая притягательная аура! Неудивительно, что женщины в этом мире хотели работать наравне с мужчинами.

Тан Тан восхищалась Цзи Юэ. К сожалению, она не могла быть такой, как Цзи Юэ, ведь всё, что она умела, — это готовить и вышивать.

Цзи Юэ провела гостей в свой личный кабинет и поручила помощнице приготовить чай для Тан Тан и Цзи Сяо Чжо. Она даже угостила Сяо Чжо вкусняшками, а затем улыбнулась: «Ты принесла мне вкусную еду. Спасибо за твою усердную работу».

Тан Тан положила принесённые с собой продукты на кофейный столик и ответила: «Это всего лишь простые блюда. Я не так уж много сделала. Я просто приготовила для тебя два вида выпечки и два вида мясных соусов. Не уверена, что они тебе понравятся».

Цзи Юэ не стала церемониться и открыла коробку. Увидев восемь изящных пирожных, она просияла: «Ах, как красиво! Это пирожные в китайском стиле. Ты действительно умеешь их готовить?!» Цзи Юэ думала, что Тан Тан умеет готовить только пирожные в западном стиле.

Цзи Юэ нетерпеливо взяла пирожное с каштаном и положила его в рот. Вкус был изысканным. Тесто было мягким и сладким, а когда она его проглотила, то почувствовала стойкий аромат. Она не удержалась и показала большой палец вверх: «Тан Тан, твоя выпечка восхитительна. Я и раньше пробовала китайскую выпечку от лучших шеф-поваров, но твоя — самая вкусная».

Цзи Юэ похвалила Тан Тан, отправляя в рот пирожное в форме лотоса.

В этот момент Цзи Юэ была похожа на обжору, и её прежняя аура исчезла. Сейчас она вела себя как Сяо Чжо. Тан Тан улыбнулась и посоветовала Цзи Юэ: «Эти закуски очень сытные. Не ешь их так много, иначе потом не сможешь съесть основное блюдо».

Цзи Юэ кивнула и улыбнулась: «Я больше не буду есть. Я возьму их домой и угощу Гу Чжан Аня».

В этот момент Цзи Юэ заметила, что у Тан Тан с собой была ещё одна коробка. Она с любопытством спросила: «Что ещё ты принесла?»

Тан Тан открыла коробку и достала вышитые туфли. Она застенчиво ответила: «Я сшила для тебя пару туфель. Надеюсь, они тебе понравятся».

Цзи Юэ молча взяла туфли у Тан Тан. Её взгляд сразу же привлёк изысканный вид обуви. «Боже мой, Тан Тан. Я поражена. Ты действительно умеешь делать такие туфли, и у тебя это прекрасно получается. Если бы ты ничего не сказала, я бы подумала, что ты купила их в дорогом магазине. Ты мастерски владеешь своим ремеслом».

Эти слова были сказаны не из вежливости. Цзи Юэ действительно считала, что туфли выглядят хорошо. Они были простыми, элегантными и изысканными. Туфли выглядели винтажно, но в них были и современные элементы, поэтому они не казались старомодными. Если надеть эти туфли, то они точно привлекут всеобщее внимание. Они будут выглядеть божественно, если их надеть с белым платьем, как у феи.

Тан Тан смутилась от похвалы. Только Цзи Сяо Чжо был полон гордости, слушая Цзи Юэ. Он невольно выпятил грудь.

Сняв туфли на каблуках, Цзи Юэ примерила пару вышитых туфель. Туфли были лёгкими и удобными. Цзи Юэ не удержалась и покружилась два раза, а затем спросила: «Ну как?» Разве не красиво?» Мать и сын кивнули и хором ответили: «Красиво!»

«Ха-ха… Просто мой нынешний наряд не сочетается с этими туфлями. В следующий раз я надену их с длинным платьем. Я могу даже ходить в них по магазинам, и мои ноги не устанут».

Цзи Юэ с радостью убрала туфли и посмотрела на часы. Время было уже не ранее, поэтому она сказала Тан Тан и Сяо Чжо: «Уже полдень. Пойдём поедим вместе».

На этот раз Тан Тан не стала отказываться.

Во время еды Тан Тан зашла в туалет и не ожидала встретить там знакомую.

Из туалета выходила красивая и кокетливая женщина. Увидев Тан Тан, она удивилась, но через секунду уже улыбалась. Она заговорила фамильярно: «Тан Тан, где ты была в последнее время? Я не видела тебя целую вечность. Мы не знали, куда ты пропала, и не могли пригласить тебя выпить».

Тан Тан неосознанно отступила на шаг и нахмурилась, увидев тяжелый макияж на женщине и очень откровенную одежду.

Хотя Тан Тан не знала, кто эта женщина, она не производила впечатления хорошего человека.

Они с ней были людьми, идущими разными путями. Какими бы ни были отношения предыдущей владелицы тела с этой женщиной, Тан Тан не хотела иметь ничего общего с такими людьми.

Тан Тан нахмурила брови и сказала: «Больше не приглашайте меня выпивать. С этого момента я буду сидеть дома, учить ребёнка и поддерживать мужа».

«Поддерживать мужа и учить ребёнка?» Женщина чуть не подавилась собственной слюной. Она смотрела на Тан Тан как на сумасшедшую: «Тан Тан, ты что, приняла не то лекарство? Что за бред ты несёшь?»

«Мне кажется, моя идея вполне хороша».

Тан Тан не понимала, почему женщина так шокирована. Неужели учить детей и поддерживать мужа так страшно?

«Сумасшедшая. Ты сошла с ума…» Женщина подумала, что Тан Тан действительно сошла с ума. Неужели это произошло из-за аварии?

Женщина хотела схватить Тан Тан и задать ей ещё больше вопросов. Но тут к ним нетерпеливо подошёл мужчина и схватил женщину за руку: «Что с тобой такое? Сколько времени тебе нужно, чтобы сходить в туалет?!»

Женщина тут же улыбнулась и взяла мужчину за пухлую руку. Она мило сказала: «Ай, я хотела поздороваться с подругой. Не сердись, дорогой».

Мужчина взглянул на Тан Тан. Увидев, какая она уродливая, мужчина с раздражением потянул женщину за собой к выходу.

Тан Тан сразу же с облегчением вздохнула. В глубине души она молилась, чтобы никогда больше не встречать таких «друзей».

Вымыв руки, Тан Тан повернулась, чтобы выйти из туалета, но когда она обернулась, то увидела, что на неё смотрит симпатичная молодая женщина. Оказалось, что она стояла и смотрела на Тан Тан уже некоторое время.

Тан Тан уже встречала эту женщину ранее. Молодая женщина входила в группу из четырех человек, с которыми Тан Тан в прошлый раз столкнулась в ресторане, ужиная с Цзи Яном. Тан Тан с первого взгляда почувствовала, что молодая женщина, похоже, знает её.

Но, судя по тому, как те люди относились к Цзи Яну, у Тан Тан были некоторые опасения, и она планировала сразу же уйти, проигнорировав молодую женщину. Кто бы мог подумать, что, когда она будет проходить мимо, молодая женщина заговорит с ней: «Тан Тан, я очень рада, что ты больше не ведёшь себя как дура».

Тан Тан остановилась. Как она и думала, эта женщина её знала. Видя, что Тан Тан не собирается обращать на неё внимание, женщина поспешно сказала: «Тан Тан, можешь меня немного послушать. Мама заболела. Тебе нужно навестить её».

Мама? Чья мама? Какие отношения на самом деле связывают владелицу тела с этой женщиной?

Видя, что Тан Тан не собирается отвечать, женщина со сложным выражением лица тихо сказала: «Тан Тан, я знаю, что ты злишься на меня за то, что я забрала твои вещи, и за то, что мама и папа благоволят мне. Но, кроме Ши Юэ, я никогда не собиралась забирать что-то, что принадлежало тебе. Если бы ты не сделала ничего подобного, мама и папа не относились бы к тебе так…» На этом женщина замолчала. Казалось, она понимала, что продолжать эту тему бессмысленно. Вместо этого она сменила тему: «Несмотря ни на что, ты биологическая дочь своей матери. Ты должна навестить её, раз она больна. Я думаю, она будет рада тебя увидеть».

Тан Тан находилась в замешательстве, слушая женщину. Она не могла понять, что происходит, но Тан Тан поняла, что у прежней владелицы тела были какие-то претензии к этой женщине и её так называемым родителям. Как бы то ни было, Тан Тан не могла сгоряча согласиться навестить какую-то «мать».

Поэтому Тан Тан могла только молча пройти мимо этой молодой женщины.

Когда та смотрела вслед удаляющейся Тан Тан, в её глазах мелькнуло сложное выражение.

* * *

Весь следующий день Тан Тан думала о словах молодой женщины. Сколько бы Тан Тан ни размышляла, она не могла понять причину её неприязни. Сначала она хотела спросить Цзи Яна, потому что он мог знать ответ, но как только она взяла в руки телефон, то сразу же его опустила.

Неважно. Просто забудь об этом. Будет лучше, если ничего не спрашивать. Не будет ничего хорошего, если папа Бао Бао расстроится. У неё было предчувствие, что ситуация непростая.

Если бы папа Бао Бао хотел ей что-то сказать, он бы сделал это в прошлый раз в ресторане. Поскольку он ничего не сказал, было очевидно, что он не хочет об этом говорить. Тогда и ей не стоит спрашивать. Самое главное, чтобы она хорошо проводила время.

Когда Цзи Сяо Чжо увидел, что Тан Тан в замешательстве держит в руках телефон, он всё неправильно понял и потянул Тан Тан за рукав, спросив: «Мамочка, ты хочешь позвонить папочке? Ты скучаешь по папочке?»

Тан Тан собралась с мыслями и смутилась. Она махнула рукой: «Нет-нет, мама не скучала по папе».

Цзи Сяо Чжо указал на экран телефона Тан Тан: «Ты явно хотела позвонить папочке. Мамочка, тебе не нужно стесняться. Честно говоря, я тоже скучаю по папочке. Его не было так много дней».

Тан Тан не знала, что ответить.

Цзи Сяо Чжо поспешно побежал за планшетом, а затем вернулся и сел в объятия Тан Тан. Он привычно управлялся с планшетом и отправил Цзи Яну голосовое сообщение: «Папочка, папочка, это Сяо Чжо. Мы с мамой скучаем по тебе. Можешь позвонить мне по видеосвязи?»

Тан Тан не возражала против того, чтобы малыш включил и её в разговор, но, когда она успела сказать, что скучает по его папе? Что подумает его папа? Ах, теперь, когда она об этом задумалась, ей стало неловко.

Покраснев, Тан Тан задумалась, как исправить ситуацию, но кто бы мог подумать, что Цзи Ян уже услышал сообщение. Он отправил запрос на видеозвонок, и Цзи Сяо Чжо мгновенно принял вызов, прежде чем Тан Тан успела отреагировать. Сяо Чжо радостно поприветствовал Цзи Яна, когда звонок установился: «Папочка!»

На экране появилось лицо Цзи Яна. Тан Тан натянуто улыбнулась и тоже поприветствовала его: «Муж». В то же время она украдкой наблюдала за выражением лица Цзи Яна. Похоже, он не придал особого значения тому, что сказал Цзи Сяо Чжо.

Тан Тан тихо выдохнула.

Цзи Сяо Чжо совсем не заметил, что Тан Тан нервничает. Он продолжил болтать и с радостью делился с Цзи Яном событиями своего дня: «Папочка, папочка, послушай, мамочка испекла пирожные для тёти Цзи Юэ, и они ей очень понравились. Ещё она сделала одну пару обуви. Тётушке Цзи Юэ она тоже понравилась, и она сказала, что мама просто потрясающая!» Лицо малыша светилось от гордости.

«Правда?» Цзи Ян взглянул на Тан Тан и поддержал Сяо Чжо: «Действительно потрясающе».

Тан Тан покраснела и смущённо объяснила: «Всё не так хорошо. Бао Бао преувеличивает».

Цзи Сяо Чжо выпятил грудь: «Нет, мамочка действительно потрясающая».

В настоящее время Цзи Сяо Чжо был ярым фанатом своей мамы, потому что всё, что готовила Тан Тан, было очень вкусным. Для такого гурмана, как он, человек, который готовит вкусную еду — самый очаровательный.

Тан Тан закрыла лицо руками. Видя, что она не может помешать Цзи Сяо Чжо восхвалять её, Тан Тан могла лишь отступить и просто слушать Сяо Чжо.

Когда Цзи Сяо Чжо закончил болтать, Цзи Ян посмотрел на Тан Тан и сказал: «Заявка на жильё одобрена. У нас есть квартира».

«Заявка одобрена?» Тан Тан была приятно удивлена. Она не ожидала, что заявка будет одобрена так быстро. Значит, они скоро смогут переехать?

Цзи Ян кивнул: «Но в квартире нет мебели. Я возьму отгул и куплю всё необходимое для квартиры. Как только всё будет улажено, я приеду и заберу тебя и Сяо Чжо».

Понимая, в чём дело, Цзи Сяо Чжо тут же повеселел: «Значит, мы с мамой сможем жить с тобой каждый день, как только всё будет готово?»

Цзи Ян улыбнулся и кивнул.

«Тогда, когда всё будет готово? Я очень скучаю по тебе, папочка». Цзи Сяо Чжо хотел поскорее оказаться рядом с папой.

Цзи Ян на мгновение задумался и назвал Сяо Чжо конкретную дату: «Примерно через полмесяца. Папа заберёт тебя через полмесяца».

Услышав, что ждать придётся полмесяца, Цзи Сяо Чжо тут же надул губы: «Полмесяца — это слишком долго, папа. Можно я поеду завтра?»

«Но в доме пока ничего нет. Если ты приедешь, тебе нечего будет есть и негде будет спать. Как ты будешь жить?»

При мысли о том, что им нечего будет есть и пить и негде будет спать, энтузиазм Цзи Сяо Чжо угас.

Тан Тан задумалась о том, что Цзи Яну скорее всего будет тяжело одновременно тренироваться и обустраивать дом, поэтому она решила схитрить и предложила: «Дорогой, может сначала, мы с Сяо Чжо переедем? Ты и так очень занят. Было бы слишком утомительно, если бы тебе пришлось тратить время на то, чтобы собрать всё необходимое для нашей квартиры. Поскольку нам с Бао Бао нечем заняться, я могу пойти купить мебель и обустроить квартиру, пока ты будешь занят. Всё будет улажено в течение пары дней».

Цзи Ян замолчал. Несмотря на то, что предложение Тан Тан было хорошей идеей, покупка мебели и оформление квартиры были сложной и утомительной задачей. Он и не думал перекладывать эту ответственность на Тан Тан.

Поскольку у Сяо Чжо появилась возможность выехать пораньше, он быстро начал капризничать, опасаясь, что папа не согласится: «Мы с мамочкой многое можем сделать, папочка. Я могу подмести пол и протереть столы. Пожалуйста, разреши нам».

«Да, да, Бао Бао молодец. Мы можем сделать что угодно вместе», — подхватила Тан Тан.

Увидев, как ведут себя мать и сын, Цзи Ян не знал, смеяться ему или плакать. Немного подумав, Цзи Ян согласился: «Сейчас я не могу взять отгул, поэтому не смогу поехать за вами. Я попрошу Гу Чжан Аня найти кого-нибудь, кто привезёт вас сюда. Вам двоим нужно собрать с собой только самое необходимое».

Мать и сын дали друг другу пять, как только Цзи Ян дал своё согласие. Цзи Сяо Чжо забыл об отце и побежал прямо в свою комнату, чтобы начать собирать вещи.

Увидев беспокойство на лице Тан Тан, Цзи Ян смог лишь завершить видеозвонок и позволить матери и сыну собрать вещи.





Глава 25




У Цзи Сяо Чжо тоже был чемодан. Он вытащил свой чемодан из шкафа и начал складывать в него вещи.

«Мне нужно взять эту футболку, потому что в ней я выгляжу красиво. Мне нужно взять и это, потому что мама сказала, что в этом я выгляжу мило, и это тоже… Ах, мне нужны одеяло, подушка, игрушка «Ультрамен» и машинка…» Цзи Сяо Чжо заполнял свой чемодан, бормоча список вещей. В общем, он запихнул в чемодан всё, что увидел, и вскоре понял, что места не хватает. Он не смог вместить туда свою игрушечную машинку.

Цзи Сяо Чжо в итоге надавил на упакованные вещи, надеясь, что под давлением освободится немного места для его игрушечной машинки. Но сколько бы он ни давил на чемодан, места для игрушки не хватало.

Когда Тан Тан вошла, она увидела торчащую из чемодана попку Цзи Сяо Чжо, а сам он практически лежал в нём. Тан Тан не поняла, что произошло, и поспешила вытащить Сяо Чжо, как редиску: «Бао Бао, что ты делаешь?»

Цзи Сяо Чжо, покраснев, проворчал: «Мамочка, я не могу засунуть туда свою машинку. Чемодан слишком маленький».

Взглянув на чемодан, Тан Тан не знала, смеяться ей или плакать, потому что казалось, будто малыш хочет взять с собой всё. Он даже упаковал свою маленькую подушку, одеяло и тапочки.

Тан Тан объяснила, доставая ненужные вещи: «Бао Бао, есть вещи, которые нам не нужно брать с собой. Папа сказал, что иногда мы будем возвращаться сюда, поэтому мы не можем оставить этот дом пустым. Нам просто нужно собрать с собой кое-какие вещи, например одежду и обувь. Всё остальное можно купить на месте.

Цзи Сяо Чжо посмотрел на вещи, которые достала Тан Тан, например на его подушку и одеяло. Ему не очень хотелось оставлять их здесь, но он благоразумно кивнул: «Хорошо. Тогда я оставлю эти вещи, чтобы пользоваться ими, когда мы вернёмся, но, мамочка», — Цзи Сяо Чжо указал на свои игрушки и спросил, — «я не могу взять и это?» Он не хотел расставаться со своими игрушками.

Тан Тан погладила его по голове: «Слишком много игрушек брать с собой тяжело, так что давай возьмём только одну, хорошо? В следующий раз возьмём с собой больше».

Поразмыслив немного, Цзи Сяо Чжо молча кивнул. Он отнёс свои игрушки на диван и потрогал каждую из них. Казалось, он прощался с ними.

Тан Тан рассмеялась и начала заново собирать чемодан Сяо Чжо.

При мысли о том, что с этого момента они будут жить с отцом Бао Бао, сердце Тан Тан забилось быстрее. Скоро они будут видеться каждый день.

Подумав об этом, Тан Тан вдруг вспомнила кое-что важное. Она тут же бросила всё и кинулась в свою комнату, чтобы достать весы. Тан Тан глубоко вздохнула и с закрытыми глазами встала на весы. Она выглядела так, словно ей грозила смерть. В глубине души она молилась о том, чтобы немного поправиться. Затем она медленно открыла глаза и посмотрела на цифры, отобразившиеся на весах.

«Ах! Почему всего 39 кг! Почему я не набрала даже 40 кг!» Тан Тан не смогла сдержать горестный возглас. Она была очень разочарована результатом.

Столько дней она пряталась от Сяо Чжо, как мышь, и каждую ночь тайком съедала много закусок. Она ела до отвала перед сном. Кроме того, она ела до отвала во время каждого приёма пищи. По сути, она ела как свинья, но не набрала и килограмма!

Услышав плач Тан Тан, Цзи Сяо Чжо испугался и вбежал в комнату матери: «Что случилось, мамочка?»

Тан Тан с несчастным видом указала на весы. Она выглядела так, будто её обидели: «Смотри, Бао Бао, мама совсем немного поправилась. У меня сердце болит».

Цзи Сяо Чжо моргнул, глядя на весы. Он прочитал цифры, что-то посчитал в уме и вдруг воскликнул: «Ах, мамочка. Ты поправилась всего на полкило!» Сяо Чжо округлил число, потому что ещё не умел считать до сотых значений.

Поскольку Тан Тан была недовольна, она возразила: «Я набрала 0,75 кг. Ты не учёл 0,25 кг, Бао Бао».

«О», — ответил Сяо Чжо. Он потянул Тан Тан за руку и утешил её: «Не расстраивайся, мамочка. Набрать 0,75 кг — это уже потрясающе! Я тоже недавно набрал килограмм».

Тан Тан захотелось плакать. Даже при строгом контроле за количеством перекусов, которые позволялось есть Цзи Сяо Чжо, он всё равно легко набрал килограмм, в то время как она, приложив столько усилий, не набрала и половины от веса Сяо Чжо. Это было так несправедливо!

Сделав глубокий вдох, Тан Тан смогла лишь утешить себя: «По крайней мере, я немного поправилась. Мама будет усердно работать».

«Работай усердно, мамочка, я тебя поддерживаю!»

Обретя уверенность в себе, Тан Тан отправилась в супермаркет за мясом. Мясо было не для неё, она планировала приготовить несколько мясных соусов.

Тан Тан слышала, что в военном городке уже живет много семей. Когда она приедет, эти семьи станут её соседями, и она должна, по крайней мере, поприветствовать их. Она решила, что, если возьмет с собой что-нибудь в качестве подарка, это позволить наладить отношения с новыми соседями, и в будущем они все смогут поладить друг с другом, а также она могла бы показать себя с лучшей стороны перед папой Бао Бао.

Хе-хе. Это была отличная идея!

Когда Тан Тан закончила все приготовления, Гу Чжан Ань получил уведомление от Цзи Яна. На следующее утро Гу Чжан Ань приехал пораньше, чтобы помочь Тан Тан и Сяо Чжо с переездом.

Тан Тан была приятно удивлена, когда они сели в машину и увидели, что Цзи Юэ уже ждёт их там: «Ты тоже едешь, Цзи Юэ?»

Цзи Юэ обняла Сяо Чжо и ответила: «Конечно. Разумеется, я помогу, раз уж вы переезжаете. Я помогу вам распаковать вещи, когда мы приедем».

Гу Чжан Ань, сидевший за рулём, рассмеялся: «Не приукрашивай, жена. С каких это пор ты умеешь распаковывать и раскладывать вещи? Уже будет здорово, если ты не станешь создавать проблем».

Поскольку муж разоблачил её, Цзи Юэ разозлилась и надула губы: «Ты что, не можешь проявить ко мне уважение? Не говори так прямолинейно, ах».

Тан Тан весело улыбнулась, наблюдая за этой сценой. Она подумала, что эта пара действительно необычная, а их отношения особенно хороши. Тан Тан задумалась, могли бы они с отцом Бао Бао тоже…

Она покраснела, осознав, куда завели её мысли. Почему в последнее время она постоянно думает о каких-то странных вещах?

Остальные не заметили, как покраснела Тан Тан. Цзи Юэ укачивала Цзи Сяо Чжо, держа его на руках, и капризным голосом сказала: «Дорогой, твой дядя Чжан Ань издевается над твоей тётей. Сяо Чжо, скорее помоги своей тёте отомстить».

Цзи Сяо Чжо посмотрел на неё, как на непослушного ребёнка. Он погладил Цзи Юэ по голове и сказал более низким голосом: «Веди себя хорошо, тётя. Дядя Чжан Ань на самом деле очень тебя любит».

Гу Чжан Ань громко рассмеялся, а затем бросил на Сяо Чжо одобрительный взгляд в зеркало заднего вида. «Смотри, даже Сяо Чжо знает, что я тебя люблю».

Притворившись рассерженной, Цзи Юэ ущипнула Цзи Сяо Чжо за щёку: «Хм. Как ты можешь говорить, что твой дядя Чжан Ань души во мне не чает?»

Цзи Сяо Чжо тщательно проанализировал свои воспоминания, прежде чем ответить: «Я видел, как дядя Чжан Ань нес тебя на руках к машине на пляже. Ах да, в прошлый раз я видел, как дядя мыл тебе ноги. Мой папа делает то же самое для меня, так что это явно означает, что дядя любит тебя так же, как мой папа любит меня». События, о которых упоминал Сяо Чжо, произошли на вилле, где они останавливались не так давно.

Цзи Юэ не ожидала, что Сяо Чжо увидит всё это. Она почувствовала, как краснеет.

Но у Цзи Сяо Чжо возник вопрос: «Ты же взрослая, тётя Цзи Юэ, так почему же дядя Чжан Ань носит тебя на руках и моет тебе ноги? Мне помогают, потому что я ребёнок».

Когда взрослые услышали его вопрос, Тан Тан не смогла сдержать улыбку. Уголки губ Гу Чжан Аня, сидящего впереди, тоже приподнялись.

Цзи Юэ смутилась, увидев, как двое взрослых тайком улыбаются. Она напустила на себя серьёзный вид и ответила: «Это потому, что тётя Цзи Юэ красавица, а иногда ребёнок и красавица — это одно и то же, так что мы оба можем наслаждаться такими вещами. Возможно, сейчас ты этого не понимаешь, но подожди, пока не станешь старше. Ты поймёшь, когда у тебя появится жена».

Услышав ответ, Цзи Сяо Чжо моргнул и начал сползать с колен Цзи Юэ, чтобы подползти к Тан Тан. Он обхватил Тан Тан за шею, придвинулся к её уху и тихо сказал: «Мамочка, я думаю, что когда вырасту, то найду себе такую же жену, как ты. Эн, мне не нужна красавица». Он пришел к выводу, что такая женщина, как его мамочка, — лучшая.

К сожалению, машина была не такой уж большой, поэтому Цзи Юэ услышала Сяо Чжо, хотя он и говорил тихо. Цзи Юэ не хотела мириться с его словами, она, уперев руку в бедро, сказала: «Цзи Сяо Чжо, позволь мне кое-что тебе сказать: в будущем ты не найдёшь другую такую, как твоя мама. Такие добрые и добродетельные люди, как она, вымерли. Твой отец уже забрал единственную такую женщину. Ты не сможешь найти другую такую, как твоя мама!»

«Мамочка, это правда?» Цзи Сяо Чжо спросил, широко раскрыв глаза. Он засомневался.

Тан Тан не знала, смеяться ей или плакать, и поспешила всё уладить: «Не ищи такую, как твоя мамочка, которая не работает и плохо выглядит. Такая жена — не лучшая пара. Лучше найди такую, как тётя Цзи Юэ — красивую и успешную». Если он найдет себе такую, как она, то просто потеряет лицо. Таких людей, как Цзи Юэ, можно выбирать. Все мужчины должны искать кого-то вроде неё, но малыш ещё этого не понимает.

Цзи Сяо Чжо быстро покачал головой: «Нет, лучше выбрать такую, как ты, мамочка. Мне просто нравится кто-то вроде тебя, и если… если я не найду кого-то вроде тебя, то мне не нужна жена. Я навсегда останусь с мамочкой».

Услышав слова малыша, все трое взрослых весело улыбнулись. Цзи Юэ поддразнила его: «Но это невозможно, ведь твоя мама — папина жена. Если ты будешь продолжать жить с мамой, папа разозлится».

Очевидно, Цзи Сяо Чжо ей не поверил. Он махнул рукой и сказал: «Такого не случится. Мама — и моя и папина. Мы всегда можем жить вместе. Папа не разозлится».

Цзи Юэ громко рассмеялась. Она не могла удержаться от смеха и парировала: «Но будут моменты, когда твой папа точно решит, что ты мешаешь ему как третье колесо».

Цзи Сяо Чжо, возможно, не понял скрытого смысла слов Цзи Юэ, но Тан Тан поняла. Её лицо вспыхнуло от смущения: «Ладно, Цзи Юэ, хватит».

Увидев, как покраснела Тан Тан, Цзи Юэ многозначительно рассмеялся: «Ладно, ладно, я больше не буду».

Сяо Чжо взглянул на Тан Тан, а затем на Цзи Юэ. У него было ощущение, что он что-то упустил.

Но то, чего Цзи Сяо Чжо не понимал сейчас, он вскоре начнёт понимать, когда будет часто просыпаться в постели, которая отличается от той, в которой он засыпал.

* * *

Время шло, и они всё дальше удалялись от шумного города, направляясь в отдаленную местность. Пейзаж вокруг становился всё более и более пустынным, и пока они ехали, не было видно ни домов, ни чего-либо ещё, только одна дорога, которая куда-то вела.

Через некоторое время Тан Тан предположила, что они скоро прибудут в пункт назначения. Её сердцебиение участилось, она начала нервничать. Возможно, Сяо Чжо что-то почувствовал, и проснулся в объятиях Тан Тан.

Вскоре после того, как Цзи Сяо Чжо проснулся, машина остановилась, и они услышали, как Гу Чжан Ань сказал: «Мы приехали».

Тан Тан и Сяо Чжо оживились и нетерпеливо выглянули в окно. Первое, что они увидели, — это фигуру в камуфляжной форме, стоявшую неподалёку. Кто же это мог быть, как не Цзи Ян?

Цзи Сяо Чжо тут же высунул голову из окна и закричал: «Папочка! Папочка!»

Может быть, Тан Тан заразилась от Сяо Чжо, но она тоже не смогла удержаться и позвала: «Муж!»

Лицо Цзи Яна стало немного мягче. Он подошёл, чтобы открыть дверь машины. Цзи Сяо Чжо бросился в объятия Цзи Яна и крепко его обнял.

Цзи Ян похлопал малыша по спинке, взглянул на Тан Тан, а затем обратился к Гу Чжан Аню и Цзи Юэ: «Вам пришлось нелегко».

Гу Чжан Ань не обратил на это внимания и махнул рукой.

В этот момент к Цзи Яну подошли двое мужчин, одетых так же, как он, и поклонились Тан Тан: «Привет, Сестрица!»

Тан Тан вздрогнула от их громких голосов. Она вдруг поняла, что всё её внимание было приковано к Цзи Яну и она не заметила, что позади него были ещё люди. Она поспешно улыбнулась и кивнула: «Привет. Привет всем».

Цзи Ян представил их ей: «Это несколько моих товарищей. Они пришли со мной, чтобы помочь забрать вас двоих».

Цзи Ян ничего не сказал Цзи Сяо Чжо, но тот поприветствовал всех. Его голос звучал громко и чётко: «Привет, дяди! Я папин сын. Меня зовут Цзи Цзы Чжо, но вы все можете звать меня Цзи Сяо Чжо».

Дун Ли просиял и хлопнул в ладоши, подзывая Цзи Сяо Чжо: «Иди сюда, маленькое сокровище, дай дяде тебя обнять. Я уже обнимал тебя, когда ты только родился, но ты, наверное, забыл».

Цзи Сяо Чжо с готовностью бросился в объятия Дун Ли: «Это не важно. С этого момента я буду жить здесь. Дядя может приходить в гости, и тогда ты можешь чаще меня видеть».

Дун Ли улыбнулся и кивнул: «Всё верно. Теперь дядя может часто навещать тебя». И при этом бесплатно есть.

Чжан Чэн стоял в стороне. Несмотря на то, что он был женат, его жена не хотела заводить детей, переживая за свою карьеру. Увидев такого милого ребёнка, как Сяо Чжо, Чжан Чэн позавидовал и подошёл ближе, сказав: «Сяо Чжо, можешь и меня обнять?»

В ответ Дун Ли быстро подхватил Цзи Сяо Чжо и отступил от Чжан Чэна: «Ш-ш-ш, не отбирай его у меня. Я слишком мало подержал его».

Чжан Чэн разозлился: «Ну и что, я тоже хочу подержать его немного? Он не твой ребёнок».

Увидев, что эти двое собираются подраться, Цзи Ян протянул руки и забрал Сяо Чжо у них. Затем он просто повёл Тан Тан и остальных к зданию, где располагалась их новая квартира.

Дун Ли и Чжан Чэн переглянулись.

Цзи Сяо Чжо беспомощно прислонился к плечу Цзи Яна и с сожалением произнёс: «Папочка, мне кажется, что иногда быть слишком милым — это проблематично».

Уголки губ Цзи Яна приподнялись. Он впервые обнаружил, что у его сына есть чувство юмора.

Естественно, большая группа людей привлекла внимание других жителей у многоквартирного дома. Все они догадались, что в дом переезжает новая семья, и с энтузиазмом начали собираться вокруг.

«Женщина лет сорока подошла к Цзи Яну и спросила: «Цзи Ян, это твоя семья переезжает?»

Эта женщина была женой командира полка Цзи Яна и была довольно близка с ним. В ответ Цзи Ян кивнул: «Старшая сестра, моя жена и ребёнок переезжают сюда».

Жена командира полка была очень рада: «О, это здорово. Теперь ваша семья может жить вместе. Это, должно быть, твой сын. Он такой милый, ах».

Цзи Сяо Чжо тут же вежливо поздоровался с женщиной: «Привет, тётя. Меня зовут Цзи Сяо Чжо».

«О боже, какой воспитанный ребёнок». Женщина потянула к Сяо Чжо руку, а затем посмотрела на Тан Тан, которая стояла позади Цзи Яна с костылями, после чего она перевела взгляд на Цзи Юэ. Она не была уверена, кто из них жена Цзи Яна. Она подумала, что это скорее всего Цзи Юэ, но Тан Тан стояла ближе к Цзи Яну. Значит, это должна быть Тан Тан, но, глядя на неё, женщина подумала, что это может быть и не так, ведь Цзи Ян был очень хорош собой.

Тан Тан почувствовала, как сжалось её сердце, увидев неуверенный взгляд женщины. Разве это не очевидно, ведь она стояла так близко к папе Бао Бао? Хнык. Хнык. Какой же она была некрасивой, ах! Тан Тан опустила голову и с грустью посмотрела на себя. Она всё ещё была похожа на скелет. Взгляд Тан Тан на секунду задержался на себе. Она тут же решила, что не может винить в этом других. Неважно. Тан Тан решила сама представиться.

Как только Тан Тан открыла рот, чтобы заговорить, неожиданно Цзи Ян опередит её и представил: «Старшая сестра, это моя жена Тан Тан. Поскольку они только что переехали, я должен помочь им освоиться».

Жена командира полка на мгновение растерялась, но потом улыбнулась: «Да. Просто обращайтесь ко мне, если возникнут какие-либо проблемы. Все, кто здесь живут — одна семья. Не будь таким вежливым».

Тан Тан сдержала сдавленное чувство, которое у неё возникло, и мило улыбнулась: «Спасибо, Старшая сестра. Навестите нас, как только мы распакуем вещи и устроимся».

«Эн, да, я обязательно приду. Вам лучше пойти первыми, у вас, должно быть, много дел. Не буду вас задерживать».

Когда разговор закончился, Цзи Ян повел всех в здание.

Как только они скрылись внутри, несколько жён собрались вместе и начали сплетничать.

«Это правда жена командира батальона Цзи? Почему она…» У них не хватило смелости закончить предложение.

«Точно, ах. Командир батальона Цзи талантлив и имеет очень хорошую академическую подготовку. Я всегда думала, что его жена будет похожа на богиню».

«Не стоит судить о человеке по внешности. Может быть, его жена талантлива, иначе она бы не понравилась командиру батальона Цзи. В прошлом командир батальона Цзи даже и не посмотрел в сторону красавицы из культурного полка».

«Это правда…»

Когда жена командира полка увидела, что несколько человек обсуждают Тан Тан, она нахмурилась и сказала: «Давайте не будем говорить о людях за их спиной, хорошо? Они вольны выбирать, кого хотят. Всё в порядке, пока они нравятся друг другу».

Остальные понимали, что не стоит говорить о ком-то за его спиной, поэтому смущённо улыбнулись и быстро разошлись.

Но слух о том, что у командира батальона Цзи некрасивая жена, распространился по всему общежитию.





Глава 26




Квартира, выделенная Цзи Яну, находилась на третьем этаже. Это была квартира с двумя спальнями, и, хотя она была не очень большой, дизайн и планировка были хорошими. Тан Тан была довольна своим новым домом.

Цзи Сяо Чжо был даже счастливее Тан Тан. Он был так взволнован, что радостно бегал по квартире.

Остальные занесли вещи, которые Тан Тан подготовила, в квартиру, и попрощались, так как им нужно было возвращаться на тренировку.

Тан Тан почувствовала себя неловко, увидев, что все, кто помогал с переездом, даже не получили в качестве благодарности глотка воды, но у неё ещё не было ничего, чем можно было бы угостить гостей в её новом доме. Поэтому она достала из коробки несколько приготовленных ею соусов, чтобы отдать их в знак благодарности. «Спасибо вам за помощь. Но дома пока ничего нет, поэтому я даже не могу приготовить для вас чай. Как только мы устроимся, мы снова вас позовём. Пожалуйста, возьмите хотя бы это. Это соус, который я приготовила сама. Надеюсь, вы не откажетесь».

Молодой солдат лет двадцати был слишком смущён, чтобы принять подарок, поэтому он отказался от предложения Тан Тан: «Сестрица, вы слишком любезны. Перенести немного вещей — это не так уж сложно. Я должен был это сделать. Не нужно ни подарков, ни благодарностей».

Дун Ли и Чжан Чэн переглянулись. Их глаза заблестели, когда они вспомнили соусы, которые Цзи Ян брал с собой в столовую.

Чжан Чэн с лёгкостью принял бутылку от Тан Тан: «Тогда я не буду церемониться, эти соусы очень вкусные. Сестрица, ты очень хорошо готовишь. Ты не знаешь, но Цзи Ян такой жадный. Он не захотел поделиться с нами соусом, который ты приготовила. Тебе нужно как следует его отругать».

Услышав это, Тан Тан улыбнулась и взглянула на Цзи Яна. Её сердце наполнилось нежностью.

Цзи Ян без всякого выражения пнул Чжан Чэна, отчего тот вскрикнул.

Хотя у Дун Ли было не самое лучшее впечатление о Тан Тан, он не хотел отказываться от вкусного соуса. Против кого бы ему ни пришлось выступить, он не мог пойти против своего желудка. Он принял бутылку от Тан Тан и неловко поблагодарил её.

Все остальные увидели, как эти двое взяли соус, и поняли, что это должно быть что-то хорошее, поэтому они проглотили свои вежливые отказы и решили принять подарок. Только молодой солдат, который сначала отказался, покраснел, увидев эту сцену. Он не знал, стоит ли ему отказаться или всё же принять подарок.

Тан Тан заметил его замешательство и протянула ему бутылку: «Всё в порядке, ты тоже можешь взять. Не стесняйся».

Молодой солдат смущённо поблагодарил его: «Спасибо, Сестрица».

В глазах Цзи Яна невольно мелькнуло счастье, и он сказал: «Всё в порядке. Не будь таким вежливым, бери. Возвращайтесь к тренировкам».

Довольные солдаты покинули квартиру.

Цзи Юэ и Гу Чжан Ань тоже должны были уйти, так как на следующее утро у них была назначена встреча. Цзи Юэ обняла Тан Тан и Цзи Сяо Чжо, не желая с ними расставаться. Они договорились встретиться снова, когда у них появится свободное время, после этого Цзи Юэ неохотно ушла.

Когда все ушли, Цзи Ян посмотрел на опустевший дом и сказал Тан Тан: «Мы не можем остаться здесь на ночь. Сегодня я отвезу вас в отель. Потом я попрошу кого-нибудь отвезти тебя завтра за мебелью. Мы переедем, когда всё будет готово».

«Эн», — послушно кивнула Тан Тан. Затем она достала из коробки оставшиеся бутылки с соусами: «Муж, я приготовила эти соусы, чтобы подарить их нашим соседям в знак знакомства. Но осталось всего четыре бутылки. Этого достаточно?»

Цзи Ян не ожидал, что Тан Тан будет такой внимательной и приготовит эти соусы в качестве подарков. Он не смог сдержать внутреннего восторга и кивнул: «Этого достаточно. Чжан Чэн, который нам помог, живёт напротив нас, и ты уже дала ему немного. Мы отдадим две бутылки семье командира полка. Старшая сестрица, с которой мы сегодня разговаривали — это жена командира полка. Оставшиеся две бутылки я отдам Дун Ли.

Закончив объяснять, Цзи Ян взял две бутылки в одну руку, а другой поднял Сяо Чжо. «Пойдём. Я отведу тебя в дом командира полка и попрошу его жену сопроводить тебя завтра в город за покупками. Старшая сестрица всё здесь знает. Я буду спокоен, если она будет рядом.

Дом командира полка находился в соседнем здании. Встретив их, жена командира полка принесла им фрукты и напитки. Она даже достала для Цзи Сяо Чжо много сладостей, которые были у её дочери. Очень скоро Сяо Чжо не смог унести всё, что ему дали.

Цзи Сяо Чжо посмотрел на снеки в своих руках. Он колебался, но всё же покачал головой и отказался: «Тётушка, я не могу съесть столько. Я очень пухлый. Мне нужно похудеть».

Вэнь Вэнь — дочь командира полка была студенткой. Она не удержалась и в ответ ткнула Сяо Чжо в живот, поддразнивая его: «Да, я согласна, тебе нужно похудеть. Ты похож надувной шар. Это нехорошо. Первое, что должен знать красивый парень, — это то, что он не должен быть толстым».

Жена командира полка похлопала Вэнь Вэнь по руке и в шутку отругала её: «Ну-ну, это неправда. Дети должны быть пухленькими. Когда они вырастут, то естественным образом похудеют. Сяо Чжо обязательно станет очень красивым, когда вырастет».

Цзи Сяо Чжо кивнул в знак согласия и серьёзно сказал присутствующим: «Я просто временно пухлый. Я вырасту и стану таким же красивым, как мой папа, потому что мама сказала, что я похож на папу. Мама сказала, что папа очень красивый, значит, и я буду очень красивым~».

«Правда, твоя мама так сказала, что твой папа очень красивый!» Жена командира полка повторила слова Сяо Чжо, лукаво глядя на Тан Тан.

Тан Тан прикусила губу. Ей было так неловко, что она не осмеливалась взглянуть на Цзи Яна. Она действительно говорила об этом Сяо Чжо, но Тан Тан сказала это, чтобы побудить Цзи Сяо Чжо сбросить вес. Она не ожидала, что Сяо Чжо её сдаст. Хнык. Хнык. Она боялась, что папе Бао Бао могло показаться, что она ведёт себя слишком раскованно.

Выражение лица Цзи Яна не изменилось, хотя его похвалили за красоту. Он взглянул на Тан Тан, опустившую голову, как страус, и поджал губы.

Когда жена командира полка увидела, что Тан Тан совсем выбилась из сил, она перестала её дразнить и сменила тему: «Вы не сможете приготовить себе еду сегодня вечером, так что оставайтесь на ужин. Можете считать это приветственным ужином от нас».

Увидев, что Цзи Ян хочет отказаться, жена командира полка намеренно приняла серьёзный вид: «Ты не можешь отказаться, иначе я разозлюсь». Цзи Ян мог только кивнуть и согласиться.

Тогда жена командира полка сразу же сказала Цзи Яну: «Позови сюда Дун Ли и Чжан Чэна. Сегодня вечером вы все сможете как следует выпить с вашим командиром полка».

Цзи Ян подчинился, ведь было бы нехорошо, если бы он — мужчина, в одиночестве остался болтать с женщинами. Он встал и сказал: «Тогда я вернусь в лагерь, чтобы кое-что сделать, и позову этих двоих. Я побеспокою вас из-за Тан Тан и Сяо Чжо».

Жена командира полка махнула рукой: «Не беспокойся. Иди».

Как только Цзи Ян ушёл, жена командира полка заметила, что до ужина осталось совсем немного времени, и начала готовить. Она достала продукты из холодильника и обрадовалась: «К счастью, вчера я купила много всего, так что еды на сегодня хватит».

Изначально она планировала, что её дочь Вэнь Вэнь будет развлекать гостей. Однако она обнаружила, что дочь сама ведёт себя как гостья. Вэнь Вэнь играла в игру на телефоне, и звук был довольно громким. Жена командира полка разозлилась и отчитала её: «Вэнь Вэнь, ты что, не можешь помочь матери? Тебе уже 17 лет, а ты целыми днями играешь в телефоне. Кто в будущем посмеет на тебе жениться!»

Вэнь Вэнь надула губы и пробормотала: «Мам, кто сказал, что я ленивая? Ты не видела людей, которые намного хуже меня. В моём общежитии многие студенты ленятся даже свою одежду постирать. Я сама стираю свою одежду. Думаешь, никто не захочет жениться на такой, как я? За мной выстроится очередь до самой Франции!»

Её мать закатила глаза: «Можешь продолжать хвастаться. Тот, кто женится на тебе, будет как бы женат на твоём предке».

Вэнь Вэнь топнула ногой: «Мама, разве можно так разговаривать с собственной дочерью? Неужели я не твоя биологическая дочь, а?»

Жена командира полка неторопливо ответила: «На самом деле я подобрала тебя на улице».

Вэнь Вэнь так разозлилась и раскрыла рот, что там могла бы поместиться бутылка.

Несмотря на то, что мать и дочь спорили, Тан Тан понимала, что на самом деле они хорошо ладят. Тан Тан рассмеялась, наблюдая за ними. Затем она встала, взяла продукты у жены командира полка и сказала: «Вэнь Вэнь ещё молода, Старшая сестрица. Пусть дети играют. Я помогу тебе».

Жена командира полка отклонила предложение Тан Тан, махнув рукой: «Не нужно. Ты гостья. Как гостья может делать такую работу? Я жаловался, что Вэнь Вэнь слишком ленива. Она уже взрослая, но не выполняет никаких домашних обязанностей. Боюсь, если она продолжит в том же духе, её ждут трудные времена».

«Старшая сестра, ты слишком рано об этом беспокоишься. Хорошую девушку всегда полюбят. Тебе не нужно быть со мной вежливой. Позволь мне помочь тебе. Мне нравится готовить, это правда».

«Тогда…» Жена командира полка на мгновение задумалась. Ей не следовало относиться к Тан Тан слишком отстранённо, как к постороннему человеку, и в конце концов она кивнула: «Хорошо. Тогда я попрошу тебя помочь мне».

Тан Тан начала разбирать овощи и посмотрела на остальные ингредиенты на столе. «Старшая сестра, что ты собираешься приготовить из этих продуктов? Я могу подготовить всё для блюд, которые ты планируешь приготовить».

Жена командира полка издала звук, похожий на «а», а затем улыбнулась и ответила: «Честно говоря, мне стыдно признаться, что я в свои годы хоть и готовлю, но умею делать лишь несколько блюд. Это обычная домашняя еда, и вкус у неё обычный. Я не умею готовить ничего сложного. Я просто тушу мясо и обжариваю овощи».

Признавшись, жена командира полка спросила: «Тан Тан, у тебя есть какие-нибудь идеи? Если есть, просто скажи мне. Не скрывай свои мысли. Я правда не умею готовить. Я не скромничаю перед тобой».

Тан Тан не смогла сдержать улыбку. Она чувствовала, что со Старшей сестрой легко поладить. Тан Тан не стала церемониться и ответила: «Старшая сестра, я посмотрела на продукты и думаю, что мы сможем приготовить тушёные свиные фрикадельки, фу юн с креветками, фрикадельки Си Си, мясное рагу и кисло-сладкую рыбу. Ты не против?»

Честно говоря, у Тан Тан были скрытые намерения, но она стеснялась сказать об этом вслух. Цзи Ян любил тушёное мясо и кисло-сладкую рыбу, поэтому она хотела приготовить эти два блюда. Но разве это не слишком сложно для сестрицы?

Жена командира полка не умела готовить эти сложные на вид блюда. Её взгляд изменился: «Тан Тан, ты умеешь готовить все эти блюда?»

Тан Тан кивнула, а затем спросила: «В чём дело?»

«Ах», — жена командира полка была шокирована, но в то же время приятно удивлена. «Все блюда, которые ты перечислила, я уже пробовала, но готовить я умею только тушёную свинину, тушёную рыбу и креветки с чили. Ни одно из перечисленных тобой блюд я не знаю, как приготовить. Я не ожидала, что ты, будучи такой юной, действительно сможешь приготовить всё эти блюда. Сколько тебе лет?»

«Мне 25 лет».

Когда Тан Тан умерла в своём предыдущем мире, ей было 18. В нынешнем теле, в котором она находилась, ей было 25.

Ей было всего 25 лет. Жена командира полка всё больше восхищалась Тан Тан. Она быстро сняла фартук, передала его Тан Тан и сказала: «Старшая сестра сегодня будет бесстыжей. Тан Тан, помоги мне сегодня с готовкой. Я буду на подхвате. Позволь мне понаблюдать за тобой и поучиться у тебя некоторым навыкам. Ты не против?»

Тан Тан любила готовить, поэтому не считала это утомительным. Она улыбнулась, надевая фартук: «Это не так уж и сложно, Старшая сестра. Если ты хочешь научиться, я научу тебя. Этому довольно легко научиться».

Затем она принялась готовить.

Жена командира полка наблюдала за ловкими движениями Тан Тан, такими же плавными, как вода. Она не могла не подумать о том, что Цзи Ян не стал бы жениться наугад. Даже если внешность не идеальна, нельзя судить о человеке только по внешности, ведь им предстоит провести вместе всю жизнь, и важно то, что у человека внутри. Посмотрите на эту молодую жену, она прекрасно готовит и у неё мягкий характер. Было бы здорово жениться на такой женщине. В наши дни мало кто из женщин готовит, и всё больше пар предпочитают ужинать вне дома после работы. Количество раз, когда молодые пары заходят на кухню, можно пересчитать по пальцам одной руки.

Чем больше она наблюдала, тем больше ей нравилась Тан Тан.

Когда большинство блюд было готово, снаружи донёсся громкий шум. Жена командира полка улыбнулась и сказала: «Ребята вернулись. Мы уже накрыли на стол».

Тан Тан, не прекращая готовить, ответила: «Старшая сестра, можешь сначала вынести эти блюда. Пусть они начинают есть, пока всё горячее. Так будет вкуснее. Я закончу, когда обжарю овощи».

«Хорошо», — жена командира полка вышла из кухни, чтобы поприветствовать вошедших мужчин. «Быстрее мойте руки и садитесь за стол».

Командир полка взял инициативу в свои руки и сел первым. Когда он увидел стол, ломившийся от блюд, в его глазах мелькнуло удивление, и он спросил у жены: «Лао Лю, это ведь не ты готовила, верно? Неужели приходил шеф-повар?»

Жена улыбнулась и объяснила: «Это не я готовила. Как я могла приготовить такие вкусные блюда? Их приготовила жена Цзи Яна. Мне стыдно, но Тан Тан готовит лучше всех».

Затем она поддразнила сидящего Цзи Яна: «Цзи Ян, ты женился на хорошей женщине».

На лице Цзи Яна появилась лёгкая улыбка.

Дун Ли был ошеломлён, глядя на блюда. Он не мог поверить, что все эти ароматные блюда приготовила та истеричная пьяница. Или Цзи Ян действительно был прав, когда говорил, что она полностью изменилась?

Жена командира полка огляделась и спросила: «Где этот парень, Чжан Чэн? Его разве не позвали?»

Дун Ли ответил: «Он пошёл за своей женой. Они оба придут позже».

Чжан Чэн не смог приготовить ужин сегодня вечером, и его жене нечего будет есть, когда она вернется домой. Поэтому ему только и оставалось привести жену с собой.

Жена командира полка издала звук, похожий на «а», а затем сказала: «Тогда вы можете начать есть первыми. Я пойду помогу Тан Тан».

«Давайте, давайте, не стесняйтесь. Давайте попробуем, что приготовила жена Цзи Яна».

Командир полка взял большую креветку, обмакнул её в соус и отправил в рот. «Мм, неплохо! Вкус приятный!» У жены Цзи Яна есть кое-какие навыки.

«Это правда. Очень вкусно. Старшая сестра Тан Тан просто потрясающая», — похвалила Вэнь Вэнь, попробовав еду.

Дун Ли поспешно отправил в рот креветку, не очистив её от панциря. Проглотив креветку, он выплюнул панцирь. Он ничего не сказал и посмотрел на Цзи Яна. В его глазах читались шок и зависть.

Цзи Ян не стал с ним разговаривать и положил немного еды в тарелку Цзи Сяо Чжо, чтобы тот ел не спеша.

В этот момент пришли Чжан Чэн и его жена. Увидев, что все уже приступили к еде, он быстро отодвинул стул для жены: «Садись, моя жена. Давай поедим. Ты ведь голодна, верно?»

Жена Чжан Чэна, Фан Юй Вэй, улыбнулась и поприветствовала всех, прежде чем сесть и взять палочки для еды.

Чжан Чэн удивился, увидев, что на столе так много блюд: «Почему сегодня так много еды? Кулинарные навыки Сестрицы улучшились!»

Командир полка рассмеялся: «Что улучшилось? Это приготовила жена Цзи Яна. Твоя Сестрица не умеет готовить такие вкусные блюда».

Услышав это, Чжан Чэн тут же показал большой палец в сторону Цзи Яна, прежде чем приступить к еде.

Через некоторое время командир полка поднял свой бокал и сказал: «Давайте не только поедим, но и хорошенько выпьем сегодня вечером!»

Чжан Чэн рассмеялся: «Думаю, нам стоит выпить за Цзи Яна. Сегодня у него счастливый день. С тех пор как к нему приехали жена и ребёнок, его жизнь станет лучше».

«Да, верно. Мы должны выпить за Цзи Яна!»

Цзи Ян знал, что сегодня ему не сбежать, поэтому ничего не сказал и просто выпил.

Когда Тан Тан закончила готовить, компания уже открыла вторую бутылку алкоголя.

Увидев, как Тан Тан выходит из кухни, они все похвалили её и поблагодарили, а затем усадили за стол и накормили.

Цзи Ян отодвинул стул рядом с собой и сказал ей: «Ты хорошо поработала. Садись и поешь».

Тан Тан почувствовала, как у неё потеплело на душе. Она мило улыбнулась ему и села рядом. Тан Тан ела, накладывая еду в тарелку Сяо Чжо. Увидев, что Цзи Ян пьет вместе со всеми, Тан Тан испугалась, что у него может заболеть живот, поэтому взяла тарелку Цзи Яна и налила ему немного супа. Затем она незаметно потянула Цзи Яна за рукав из-под стола и тихо напомнила ему: «Муж, сначала выпей немного супа, а потом уже алкоголь, хорошо?»

Цзи Ян взглянул на неё и отложил палочки. Затем он взял ложку и начал есть суп.

Затем Тан Тан спросила Цзи Сяо Чжо: «Бао Бао, хочешь суп?»

Цзи Сяо Чжо покачал головой и указал пухлым пальчиком на креветку: «Мамочка, я хочу есть креветки, но не могу почистить их от панциря».

«Ты ещё маленький. Мамочка почистит их для тебя».

Тан Тан положила пару креветок в свою тарелку и почистила одну для Сяо Чжо, а другую — для Цзи Яна. Она беспристрастно почистила по одной креветке для отца и сына.

Жена командира полка наблюдала за происходящим. Она вдруг почувствовала, что из всех присутствующих мужчин Цзи Ян выбрал себе лучшую жену. Его жизнь, должно быть, очень приятная.

Затем её взгляд упал на Фан Юй Вэй, которая недавно села и начала есть. Она наблюдала за тем, как Чжан Чэн, выпив, накладывает еду в тарелку Фан Юй Вэй. Жена командира полка с грустью подумала, что у каждой пары свои отношения.

Сегодня вечером они праздновали переезд Тан Тан и Сяо Чжо в военный корпус, так что эти двое были звездами вечера. Но Тан Тан не могла пить, так как у неё ещё не все травмы зажили, поэтому никто не стал к ней приставать, и все сосредоточились на Цзи Яне. Цзи Ян не мог избежать этого и смирился со своей участью пить одну стопку за другой.

Тан Тан забеспокоилась, наблюдая за происходящим со стороны, но она не хотела портить всем настроение, поэтому могла только продолжать наливать суп Цзи Яну. Она также напомнила ему о необходимости поесть, но в итоге Цзи Ян всё равно выпил слишком много. Его лицо покраснело, и он слегка покачивался, встав на ноги.

Цзи Ян напился.





Глава 27




Когда все наелись и напились, уровень опьянения у всех был разным. Пьян был не только Цзи Ян, ведь все они пили в своё удовольствие.

Жена командира полка обратилась к гостям: «Идите все сюда и сядьте на диван. Я приготовлю всем чай, чтобы протрезветь».

Тан Тан взяла Цзи Яна за руку и помогла ему сесть на диван. Она не удержалась и коснулась его большой горячей руки, обеспокоенно спросив: «Муж, ты в порядке?»

Лицо Цзи Яна покраснело, а взгляд стал не таким ясным, как обычно. Казалось, будто его взор окутал туман. Он некоторое время смотрел на Тан Тан, а затем медленно покачал головой: «Я в порядке».

Поджав губы, Тан Тан испугалась, что у него может заболеть живот, но потом вспомнила, что после переезда у неё пока не было кухни, так что она могла приготовить лишь какой-нибудь отрезвляющий суп. Немного подумав, она вошла на кухню и обратилась к жене командира полка, которая в тот момент заваривала чай: «Старшая сестра, я хочу приготовить отрезвляющий суп. Отец Сяо Чжо сегодня слишком много выпил. Я боюсь, что его может стошнить, а у меня пока нет кухни, чтобы приготовить ему что-нибудь, когда мы вернёмся».

Жена командира полка понимающе кивнула: «Цзи Ян сегодня слишком много выпил. Скорее всего, его стошнит, когда он вернётся. Стоит приготовить отрезвляющий суп. Просто приготовь суп здесь, и раз уж ты его готовишь, сделай побольше, чтобы все могли его выпить».

Тан Тан достала из холодильника несколько ингредиентов и кастрюлю, чтобы быстро сварить суп. Когда она закончила и разлила суп по нескольким тарелкам, она поставила их на поднос и отнесла в гостиную. Затем она поставила поднос на кофейный столик и протянула тарелку Фан Юй Вэй, сидящей рядом с Чжан Чэном. «Старшая сестра Юй Вэй, дай выпить Чжан Чэну немного отрезвляющего супа. Это будет полезно для его желудка».

Фан Юй Вэй улыбнулась Тан Тан и поблагодарила её: «А, Спасибо. Спасибо за помощь».

Затем она передала Чжан Чэну тарелку с супом, незаметно ущипнув его за талию. Фан Юй Вэй тихо пригрозила: «Быстрее выпей отрезвляющий суп. От тебя разит алкоголем. Если посмеешь блевануть на моём полу, будешь спать на улице».

Чжан Чэн зашипел от боли. Он испугался, что его выгонят из спальни, поэтому быстро взял тарелку с отрезвляющим супом и выпил его залпом. Ему было всё равно, что суп очень горячий.

Тан Тан была в шоке, наблюдая за ними. Она подумала, что Фан Юй Вэй просто потрясающая, раз знает, как управлять своим мужем. Но Тан Тан понимала, что не стоит смотреть на них слишком долго, ведь каждая пара ведёт себя по-своему, поэтому она повернулась, и дала Дун Ли тарелку с отрезвляющим супом.

«Спасибо, Сестрица».

Дун Ли искренне поблагодарил её. Он также был искренен, когда назвал её «Сестрица». Его мнение о Тан Тан полностью изменилось. Какой бы она ни была раньше, теперь она была хорошей и заслуживала его уважения.

В ответ Тан Тан махнула рукой, показывая, что ему не нужно её благодарить. Затем она взяла последнюю тарелку отрезвляющего супа и села рядом с Цзи Яном. Увидев, что он откинулся на спинку дивана с закрытыми глазами, Тан Тан обеспокоенно потрясла его за руку: «Муж. Муж».

Цзи Ян медленно открыл глаза и посмотрел на неё. Его глаза были слегка красными.

Тан Тан зачерпнула ложкой немного супа и поднесла ложку к его рту. Она тихо начала уговаривать его: «Муж, выпей немного отрезвляющего супа, а потом мы пойдём отдыхать».

Цзи Ян был совершенно пьян, и в голове у него шумело. Обычно он сам брал тарелку и пил. Но сейчас он послушно открыл рот и проглотил суп, которым его кормили. Тан Тан продолжала кормить Цзи Яна, поднося ложку к его рту, и тот послушно глотал суп.

Несмотря на то, что Цзи Ян был пьян, Тан Тан считала, что он был хорошим пьяницей, потому что не поднимал шума и не капризничал. Он вёл себя очень тихо и не впадал в безумство. Говорят, что тип опьянения зависит от характера человека. Похоже, это правда.

Закончив есть суп, Тан Тан ненадолго задержалась и попрощалась с семьёй командира полка.

Дун Ли сегодня выпил не так много, поэтому был довольно трезв. Поскольку Дун Ли знал, что Тан Тан негде ночевать, он отвел их в небольшой отель и снял комнату для небольшой семьи. Тан Тан молчала, наблюдая за происходящим, потому что слишком волновалась Она боялась оставлять Цзи Яна спать одного, так как он был пьян.

Дун Ли помог Цзи Яну дойти до кровати. Увидев, что ему больше нечего делать, он попрощался с Тан Тан: «Сестрица, я ухожу. Позвони мне, если что-нибудь случится».

«Ах, спасибо, Дун Ли. Ещё не поздно. Скорее возвращайся и отдыхай».

Цзи Сяо Чжо помахал Дун Ли и серьёзно, как взрослый, сказал: «Дядя, тебе не нужно беспокоиться, скорее возвращайся, мы с мамой хорошо позаботимся о папе».

Погладив Сяо Чжо по голове, Дун Ли сказал: «Хорошо, дядя уходит. Я оставляю твоего папу на твоё попечение».

Как только Дун Ли ушёл, Тан Тан сняла с Цзи Яна обувь и раздвинула его ноги, чтобы ему было удобнее. Затем она посмотрела на его одежду и забеспокоилась. Она не знала, стоит ли ей оставить его спать в слегка пыльной тренировочной форме, ведь папа Бао Бао обычно любит чистоту. Ему скорее всего будет неудобно спать в форме, верно? Но у неё не хватило смелости снять с него одежду, тем более что здесь для него не было сменной одежды. Она не могла позволить ему спать голым. Что он подумает о ней утром? В конце концов, у них не было близких отношений.

Тан Тан покраснела от этих мыслей.

Цзи Сяо Чжо потянул Тан Тан за руку и, глядя на неё снизу вверх, спросил: «Мамочка, что случилось? Почему ты так смотришь на папочку?»

Тан Тан расстроилась. Она прикусила губу и решила не трогать одежду Цзи Яна. Ему придётся потерпеть эту ночь.

Затем она отвела Сяо Чжо в ванную, чтобы он искупался. После этого малыш забрался на середину кровати, и Тан Тан сказала ему: «Бао Бао, папа пьян. Ты можешь присмотреть за ним, пока мама принимает ванну?» Цзи Сяо Чжо похлопал себя по маленькой груди и заверил: «Не волнуйся, принимай ванну, мамочка. Я присмотрю за папочкой».

Увидев, что Цзи Ян по-прежнему спит, не двигаясь, она решила, что ничего не должно случится, и взяла чистую одежду, чтобы принять ванну. Закончив, она собрала грязную одежду, постирала её и повесила в ванной. Выйдя из ванной, Тан Тан подумала, что Сяо Чжо уже уснул, но оказалось, что он всё ещё смотрит на папу широко раскрытыми глазами и нежно гладит его по груди. Он как будто убаюкивал своего папу.

Сердце Тан Тан смягчилось. Она подошла ближе и поцеловала Сяо Чжо: «Ну всё, Бао Бао. Мамочка присмотрит за папой, а ты ложись спать».

Было видно, что малыш устал, но он всё равно заставлял себя бодрствовать, широко раскрыв глаза. Он покачал головой: «Мамочка, я не устал. Я буду присматривать за папой вместе с тобой. Маме будет тяжело одной присматривать за папой».

Тан Тан знала, что Сяо Чжо — разумный ребёнок, поэтому не стала его уговаривать. Она просто погладила его по голове и сказала: «Хорошо. Давай вместе присмотрим за папой, но тебе нужно просто держать его за руку, чтобы он хорошо спал».

Услышав это, малыш тут же крепко вцепился в руку Цзи Яна.

Тан Тан принесла из ванной таз с тёплой водой. В тазу лежало полотенце, которое Тан Тан отжала, прежде чем вытереть лицо Цзи Яна, чтобы ему было удобнее спать.

Пока она вытирала его, Тан Тан невольно засмотрелась на лицо Цзи Яна: густые брови, длинные узкие глаза, прямые ресницы, высокая переносица, тонкие губы, твёрдый подбородок и острые скулы. Кроме того, он был окружён аурой строгости, поэтому, даже когда он спал, люди не осмеливались смотреть на него с презрением.

Он был проницательным, но при этом с ним люди чувствовали себя в безопасности.

Тан Тан прожила две жизни, но никогда не общалась с посторонними. В прошлом она часто представляла, за какого мужчину выйдет замуж, но как бы она ни старалась, ничего конкретного не могла придумать, потому что это казалось ей нереальным.

Пока она не попала сюда и не увидела Цзи Яна. Наконец-то в её голове возник образ. Он был её мужем. Тем, на кого она могла положиться в этой жизни. Никто другой не сможет его заменить.

Тот факт, что Цзи Ян был её мужем, не вызывал у неё неловкости или неприязни. Она не чувствовала себя неловко, несмотря на то что они были из разных временных периодов. Даже Тан Тан не знала почему.

Хотя у Тан Тан не было опыта в любви, она не была глупой и многое понимала. К счастью, она прочла много романов, поэтому Тан Тан знала, что чувства, которые она испытывала, когда оставалась наедине с Цзи Яном, не были обычными. Хотя она и не признавалась в этом, она не могла лгать себе или своему сердцу. Ей нравился Цзи Ян, и она втайне влюбилась в своего мужа.

Однако она знала, что не нравится ему. По крайней мере, в данный момент он не испытывал к ней ненависти.

Но она будет упорно трудиться, чтобы стать хорошей женой и понравиться Цзи Яну.

Возможно, полотенце слишком долго оставалось неподвижным, но Цзи Ян слегка приоткрыл глаза и посмотрел на Тан Тан.

Рука Тан Тан замерла. Она вдруг почувствовала себя виноватой и спросила: «Муж? Ты проснулся?»

Цзи Ян не ответил и продолжал смотреть на Тан Тан.

Прикусив губу, Тан Тан начала медленно вытирать его шею. Тан Тан с облегчением вздохнула, увидев, что Цзи Ян не пошевелился и позволил ей продолжить. Она знала, что он всё ещё пьян.

Тан Тан не осмеливалась больше отвлекаться и сосредоточилась на том, чтобы вытереть ему лицо, шею и руки, а затем сменила воду и полотенце в тазу. Тан Тан сняла с него носки и аккуратно вытерла его ноги.

Цзи Ян моргнул. В следующую секунду он закрыл глаза и снова погрузился в сон.

Ступни Цзи Яна сильно отличались от её ступней. Они были в два раза больше. Кроме того, его ступни были очень твёрдыми, с мозолями на нижней части и шрамами на верхней. Судя по шрамам, травмы были серьёзными.

Сердце Тан Тан сжалось, когда она осторожно прикоснулась к его шрамам. Она подумала, что если у него шрамы даже на ступнях, то невозможно представить, сколько шрамов на его теле.

Должно быть, ему нелегко защищать страну, и его тело, вероятно, не так здорово, как кажется. Похоже, ей стоит приготовить для Цзи Яна лечебные ванночки, чтобы он мог попарить в них ноги и залечить внутренние повреждения.

Сидя в стороне, Цзи Сяо Чжо с широко раскрытыми глазами наблюдал за тем, как его мама аккуратно вытирает большие ноги его папы. Она вела себя так, словно вытирала сокровище. Сяо Чжо озадачено моргнул, и вдруг спросил: «Мама, разве у папы ноги не воняют?»

На мгновение Тан Тан растерялась, удивлённая вопросом малыша. Она не смогла сдержать улыбку и спросила в ответ: «Почему ты об этом спросил?»

Цзи Сяо Чжо поднял свою пухлую ножку и попытался поднести её к носу. Он принюхался. Убедившись, что от неё не пахнет, он ответил: «Обычно, когда от моих ног воняет, я не хочу к ним прикасаться. Я прикасаюсь к ним только после того, как их вымоют».

Цзи Сяо Чжо был ребёнком с мизофобией. Он даже не прикасался к своим ногам, если они не вымыты.

Тан Тан улыбнулась: «Тогда тебе нужно принюхаться, чтобы понять, пахнут ли ноги у папы».

Цзи Сяо Чжо растерялся и замешкался. В конце концов он подполз к ногам папы и принюхался, приподняв попу. В следующую секунду он тут же прикрыл нос. Он нахмурился и отошёл в сторону. Сяо Чжо обиженно посмотрел на Тан Тан и сказал: «Мамочка, у папы воняют ноги».

«Пфф…» — Тан Тан не смогла сдержать смех. Она поняла, что мизофобия у малыша слишком сильная, раз он даже отца избегает. Если бы его отец был в сознании, сердце Цзи Яна наверное разбилось бы.

Честно говоря, от ног Цзи Яна не так уж сильно пахло. Однако и приятно они не пахли, потому что он много тренировался, будучи солдатом. У военных было много тренировок, особенно учитывая, что Цзи Ян служил в спецназе. Обычный человек не смог бы представить, сколько они тренируются. Их ноги сильно потели. Если бы их ноги не пахли, это было бы ненормально.

Тан Тан объяснила Сяо Чжо: «Папе нужно тренироваться, поэтому он будет сильно потеть каждый день. Это нормально, что от его ног пахнет. После того как их вымыть, запах исчезнет. Всё будет в порядке, если мама ещё несколько раз их протрёт».

Цзи Сяо Чжо опустил руку, которой закрывал нос, и сказал: «Мама, ты не избегаешь папу, даже когда от него пахнет».

Тан Тан снова сменила воду в тазу, прежде чем продолжить вытирать ноги Цзи Яну. Она ответила, продолжая вытирать: «А, потому что папа — муж мамы. Жена не будет избегать своего мужа, как мама не избегает Бао Бао. Даже если ноги Бао Бао воняют, мама всё равно прикоснётся к ним, верно?»

Цзи Сяо Чжо вспомнил, как мама мыла его вонючие ноги. Он тут же подумал, что его мама замечательная, и подполз к Тан Тан, чтобы поцеловать её: «Мамочка, я тебя люблю».

Тан Тан почувствовала, как внутри неё расцвёл цветок, и в ответ поцеловала Сяо Чжо в лоб: «Хорошо, а теперь иди и ложись. Мамочка скоро закончит».

Цзи Сяо Чжо послушно кивнул и пополз обратно на своё место. Он лёг под одеяло и снова взял Цзи Яна за руку.

Тан Тан вытерла Цзи Яна и убедилась, что он чист и от него не пахнет, а затем легла с другой стороны от Сяо Чжо. Она выключила основной свет, но оставила включённым ночник, чтобы Цзи Яну или Сяо Чжо было удобно сходить ночью в туалет.

Под ласковые поглаживания Тан Тан Цзи Сяо Чжо быстро заснул и погрузился в мир грёз. Что касается Тан Тан, то она тоже вскоре уснула, ведь день выдался довольно напряжённым. Во всей комнате горел лишь маленький жёлтый огонёк, освещавший семью из трёх человек. В комнате было тихо и тепло.

* * *

В шесть часов утра Цзи Ян проснулся по своим внутренним часам. Когда он открыл глаза, то почувствовал легкое головокружение. Через несколько минут он вспомнил всё, что произошло прошлой ночью. Он понял, что слишком много выпил. Он потёр виски и медленно сел на кровати.

Цзи Ян повернул голову и посмотрел на Сяо Чжо и Тан Тан, которые крепко спали рядом с ним. Они даже дышали в унисон.

Взгляд Цзи Яна скользнул по Цзи Сяо Чжо и остановился на лице Тан Тан. Он вспомнил все её действия, пока он был пьян. На лице Цзи Яна появилось неловкое выражение.

На некоторое время Цзи Ян опустил голову, а затем молча встал и пошёл в ванную, чтобы умыться. Стараясь не разбудить мать и сына, он тихо вышел. Но перед уходом Цзи Ян оставил сообщение на телефоне Тан Тан и положил банковскую карту в её сумку.

* * *

Тан Тан проснулась от непрерывного стука в дверь. Открыв глаза, она увидела, что уже почти девять. Она была в шоке и тут же вскочила. Тан Тан, не раздумывая, бросилась открывать дверь. Это были жена командира полка и Вэнь Вэнь.

«Тан Тан, ты ещё не готова, ах. Разве мы не собирались сегодня покупать мебель? Будет нехорошо, если мы опоздаем».

Тан Тан быстро впустила их: «Прости, Старшая сестра. Я проспала. Я сейчас соберусь. Я быстро».

Жена командира полка увидела, что Цзи Сяо Чжо всё ещё спит, подошла ближе к кровати и сказала: «Тебе нужно пойти собраться и упаковать вещи. Я разбужу Сяо Чжо и помогу ему переодеться. Так будет быстрее».

Тан Тан не стала церемониться и оставила Сяо Чжо на попечение жены командира полка. Затем она пошла в ванную, чтобы привести себя в порядок, прежде чем упаковать принесенные вещи. К тому времени, как она закончила, Сяо Чжо тоже был готов. Они поспешили вниз и сели в машину, чтобы отправиться в город.

Дорога от базы до города заняла два часа. Во время поездки Тан Тан наконец-то нашла время заглянуть в свой телефон и увидела сообщение от Цзи Яна. Затем она достала из сумки банковскую карту и уголки её губ непроизвольно приподнялись.

Когда они прибыли в город, жена командира полка сразу же повела их в мебельный магазин и позволила Тан Тан не торопиться с выбором.

Долгое время они должны были жить в квартире на базе, поэтому Тан Тан не могла выбирать вещи случайным образом. Все должно было быть продумано и организовано должным образом, чтобы в доме было уютно. Поэтому, прежде чем переехать, Тан Тан попросил совета у Цзи Юэ. Цзи Юэ прислала ей множество фотографий с интерьерами, и Тан Тан потратила некоторое время на их изучение, чтобы понять, какую мебель и технику она хочет. Процесс выбора мебели прошёл гладко. Кроме того, магазин мог доставить всё сразу, что обрадовало Тан Тан. Единственное, что расстроило Тан Тан, — это то, что, когда пришло время платить за всё, что она выбрала, ей пришлось потратить сразу пятьдесят тысяч юаней, и у неё защемило сердце.

После покупки мебели и техники они отправились за посудой, кастрюлями и другими предметами первой необходимости. Снова была потрачена крупная сумма. На лице Тан Тан появилось обиженное выражение.

Увидев это, жена командира полка улыбнулась: «Покупка мебели — это нормально. То, что ты купила, относится к средней ценовой категории. Не расстраивайся из-за этого».

Тан Тан сникла: «Старшая сестра, Цзи Ян не так много зарабатывает, будучи военным. Когда я думаю о том, что мне придётся потратить столько его с трудом заработанных денег, у меня сердце разрывается».

Жена командира полка понимающе похлопала её по плечу: «Ты права. У них тяжёлая работа, и они мало зарабатывают. Мы должны проявлять сочувствие и экономить, где только можно, а не тратить бездумно».

Тан Тан полностью с ней согласилась.

Вэнь Вэнь, слушая их разговор, вздохнула. Она потянула мать за одежду: «Почему мне кажется, что ты сказала это специально, чтобы я услышала? Ты же не собираешься отказаться покупать мне одежду, верно? Это неправильно! Ты не можешь отказаться от своего обещания».

Жена командира полка разозлилась и ткнула Вэнь Вэнь в лоб: «Ах ты, негодница. Кто сказал, что я не куплю тебе одежду?»

Вэнь Вэнь радостно улыбнулась и тут же потянула маму за руку в сторону магазина одежды: «Вот и хорошо. Тогда пойдём купим одежду!»

Тан Тан потянула Цзи Сяо Чжо за собой и повела в магазин одежды.

Тан Тан впервые была в магазине одежды. Вся одежда, которая была на ней, принадлежала прежней владелице тела. Однако большая часть одежды из гардероба прежней владелицы тела была довольно откровенной, и Тан Тан не хотела её носить. Она просмотрела гардероб и наконец нашла два комплекта одежды: кофты с длинными рукавами и длинные брюки. Тан Тан постоянно носила эти два комплекта и не планировала покупать что-то ещё. Поэтому, когда они вошли в магазин, Тан Тан взяла Сяо Чжо на руки, и они сели на диван в магазине, ожидая, пока Вэнь Вэнь и жена командира полка закончат покупки.





Глава 28




Цзи Сяо Чжо наблюдал за тем, как Вэнь Вэнь постоянно примеряет одежду. Затем он сравнил её с Тан Тан. Он потянул Тан Тан за руку и спросил: «Мамочка, ты не собираешься купить себе одежду?»

Тан Тан покачала головой: «Мамочке это не нужно. У мамочки есть одежда».

Цзи Сяо Чжо озадаченно нахмурился: «Но я не видел, чтобы ты ходила по магазинам в поисках одежды. Разве не все девочки любят покупать одежду? Почему ты не покупаешь одежду?»

Тан Тан не ожидала, что малыш знает, что девочкам обычно нравится ходить по магазинам. Она не понимала, откуда он это узнал. В конце концов она улыбнулась и погладила его по голове: «Не все девочки любят ходить по магазинам. Маме не нравится».

Цзи Сяо Чжо с подозрением посмотрел на неё и вспомнил выражение её лица, когда она платила за мебель. Он покачал головой: «Нет. Это неправда. Мамочка, ты лжешь. Ты ведь тоже любишь ходить по магазинам, верно? Ты просто не хочешь тратить деньги, да?»

Тан Тан не ожидала, что малыш окажется таким сообразительным и правильно угадает причину её поведения. Она терпеливо объяснила: «Отчасти это потому в том, что у мамы уже есть одежда. С другой стороны, мы хотим сэкономить деньги. Мама не работает, поэтому мы оба полагаемся на папу, который очень много работает, чтобы прокормить нас. Так что нам не стоит тратить папины деньги, которые он с таким трудом заработал, верно? Нам не стоит тратить деньги без необходимости».

Хотя Цзи Сяо Чжо не совсем понял, о чём идёт речь, он кивнул и задумался, не бедна ли его семья и не стоит ли ему в будущем есть поменьше.

В этот момент из гардеробной вышла Вэнь Вэнь в белом платье. Она покружилась и спросила: «Сестрица Тан Тан, что ты думаешь? Хорошо ли я выгляжу?»

Тан Тан внимательно осмотрела её. Учитывая, что они выросли в разное время и у них были разные привычки в одежде, Тан Тан всё же решила, что платье красивое. Она показала Вэнь Вэнь большой палец и сказала: «Очень хорошо. Оно тебе действительно идёт».

«Правда? Мне тоже так кажется. Тогда я его возьму!» Вэнь Вэнь просто позволила продавщице отнести платье на кассу, чтобы упаковать его. После этого Вэнь Вэнь заметила, что Тан Тан всё это время сидела неподвижно, и сказала: «Сестрица Тан Тан, почему бы тебе не примерить какую-нибудь одежду? Раз уж мы приехали в город, почему бы не купить что-нибудь?»

Честно говоря, Вэнь Вэнь считала, что одежда Тан Тан ей не подходит. Тан Тан была молода, но одевалась как женщина средних лет, которой за тридцать или за сорок. В этой одежде Тан Тан выглядела не очень хорошо. Вэнь Вэнь подумала, что Тан Тан стоит сменить стиль в одежде, ведь отец Сяо Чжо такой выдающийся. Что она будет делать, если разонравится ему из-за своей одежды?

Тан Тан слабо улыбнулась и покачала головой: «Я ничего не буду покупать. У меня достаточно одежды».

В ответ Вэнь Вэнь прищурилась, внезапно подошла ближе к Тан Тан и тихо сказала: «Сестрица Тан Тан, тебе ведь действительно нравится отец Сяо Чжо, верно?»

Тан Тан растерялась. Она сухо посмотрела на Вэнь Вэнь и ответила: «Вэнь Вэнь, ты... ты... что ты такое говоришь?»

Вэнь Вэнь рассмеялась и обняла Тан Тан за плечи: «Не отрицай. Я видела, как ты смотришь на отца Сяо Чжо, это невозможно не заметить. Твой взгляд нежен, как вода, я никогда раньше не видела такого мягкого взгляда у женщины!»

Неужели её чувства были так очевидны? Тан Тан не смогла сдержаться и коснулась своего лица. Её лицо покраснело. Тан Тан запнулась, но не смогла произнести ни слова.

Увидев, что Тан Тан внезапно покраснела, Вэнь Вэнь похлопала её по плечу: «Ай, в этом нет ничего постыдного. Вы же муж и жена. Это нормально — любить своего мужа. Если он тебе не будет нравиться, то это уже будет ненормально».

Тан Тан замолчала, потому что не знала, как объяснить Вэнь Вэнь свои отношения с мужем.

Вэнь Вэнь прервала её мысли и немного сменила тему: «Но отец Сяо Чжо действительно выдающийся человек, так что его жена не может выглядеть плохо. Иначе люди подумают, что вы не подходите друг другу. Кроме того, мужчины — это животные, которые полагаются на зрение. Если ты хочешь удержать мужчину, ты должна стать красивой; иначе ты скоро ему разонравишься. Так что женщинам важно быть красивыми!»

Тан Тан согласилась с Вэнь Вэнь. Поэтому ей пришлось сказать то, что она думала на самом деле: «Я согласна с тобой. Однако я считаю, что не подхожу папе Сяо Чжо, потому что я изначально не была красавицей».

Услышав такой ответ, Вэнь Вэнь чуть не подавилась. Вэнь Вэнь вздохнула и окинула Тан Тан оценивающим взглядом: «Сестрица Тан Тан, твой рост, наверное, такой же, как у меня, около 167 см, но весишь ты, наверное, вдвое меньше меня?»

Почувствовав, что над её весом насмехаются, Тан Тан возразила: «Что значит «наверное, вполовину меньше»? Я вешу 39 кг!»

«Боже мой!» Вэнь Вэнь была ошеломлена. «Мы с тобой одного роста, но я вешу 55 кг, а ты всего 39 кг! Ты что, в детстве ела только рис?»

Тан Тан почувствовала себя обиженной: «Но я уже очень стараюсь набрать вес».

Вэнь Вэнь серьёзно сказала ей: «Честно говоря, Сестрица Тан Тан, я не считаю, что у тебя плохие черты лица, но ты слишком худая. Кроме того, у тебя не очень хорошая кожа, поэтому сейчас ты выглядишь не очень. Но всё это можно улучшить и изменить».

Тан Тан почувствовала себя немного лучше и кивнула, продолжая слушать Вэнь Вэнь.

«Все эти изменения требуют времени. Результаты не появятся через несколько дней. Но есть одна вещь, которую можно исправить немедленно, и это стиль одежды! Одежда очень важна для женщин. Люди могут носить одинаковую одежду, но вызывать совершенно разные чувства. Одежда может дополнять фигуру. Сестрица Тан Тан, взгляни на свою одежду. Она выглядит действительно уродливо. Как можно с помощью неё привлечь внимание мужчины?»

«Она действительно так плохо выглядит?» Тан Тан с сомнением посмотрела на свою одежду.

Вэнь Вэнь решительно кивнула: «Выглядишь ты и правда плохо. Так что тебе нужно сменить стиль одежды. Иначе как ты собираешься завоевать сердце отца Сяо Чжо? К тому же, если ты не будешь наряжаться, это сделают другие. Тогда тебя будут сравнить с кем-то другим. А что, если появится какая-нибудь лиса? О чём ты думаешь?»

Слова Вэнь Вэнь заставили Тан Тан задуматься. Стоит ли ей действительно сменить стиль одежды? Будет ли от этого какой-то эффект?

«Тогда… я пойду посмотрю?»

Увидев, что Тан Тан наконец согласилась, Вэнь Вэнь хлопнула в ладоши и тут же потащила Тан Тан выбирать одежду.

Цзи Сяо Чжо тоже обрадовался, когда увидел, что его мама хочет купить одежду. Он даже начал выбирать одежду для мамы.

Вэнь Вэнь выбрала для Тан Тан белое платье длиной до колена с пышными рукавами. Отличительной особенностью платья было то, что оно было свободным. Поэтому даже худые люди в нём выглядели бы стильно. Кроме того, в нём она не выглядела бы такой худой. Вэнь Вэнь решила, что платье очень подходит Тан Тан, и настояла на том, чтобы она его примерила.

Тан Тан подумала, что платье слишком откровенное. Часть её ног и рук была бы обнажена. Сначала Тан Тан хотела отказаться, но потом вспомнила, что все женщины здесь носят такую одежду. Если она не будет носить такую одежду, не решит ли папа Бао Бао, что она слишком старомодна и некрасива? Может, ей стоит научиться следовать современным тенденциям?

В конце концов Тан Тан стиснула зубы и пошла в примерочную, чтобы примерить платье. Спустя долгое время она неловко вышла из примерочной.

Увидев её, Вэнь Вэнь тут же показала Тан Тан большой палец вверх: «Сестрица Тан Тан, это платье тебе очень идёт. Ты уже не кажешься такой худой, как раньше, и ты выглядишь совсем по-другому. Ты очень хорошо выглядишь».

Жена командира полка тоже кивнула: «Неплохо. Неплохо. Ты как будто стала другим человеком».

Цзи Сяо Чжо серьёзно потёр подбородок и несколько раз обошёл Тан Тан вокруг. Он был очень доволен: «Мамочка, в этом наряде ты выглядишь просто потрясающе!»

Поскольку все говорили, что она хорошо выглядит, Тан Тан наконец осмелилась посмотреть в зеркало и внимательно изучила свой образ. Если не обращать внимания на откровенные детали, то можно подумать, что она стала совсем другим человеком. Поскольку раны и синяки на её лице постепенно заживали, она больше не выглядела пугающе. Белое платье, казалось, делало её кожу светлее, и, как и сказала Вэнь Вэнь, она не выглядела такой уж худой. По крайней мере, в этом платье она не выглядела как скелет в обличье человека.

Подумав так, Тан Тан решила, что платье неплохое.

Тан Тан поддалась уговорам и вдруг захотела купить это платье.

К сожалению, когда они спросили цену, оказалось, что платье стоит 800 юаней. Цена напугала Тан Тан, и она сразу сказала, что оно ей не нужно. Оно было слишком дорогим.

Как бы Вэнь Вэнь и жена командира полка ни уговаривали её, Тан Тан не хотела ничего покупать. Поскольку у них не осталось идей, как её уговорить, они сдались, но Вэнь Вэнь сильно сожалела. Она продолжала бормотать: «Честно говоря, 800 юаней — это не так уж дорого, Сестрица Тан Тан. Иногда можно купить себе одежду. Почему ты так сурова к себе? Трудно найти одежду, которая бы так тебе подходила».

Тан Тан улыбнулась: «Я знаю. Мне тоже очень понравилось это платье, но оно слишком дорогое. Поэтому я могу купить материал и сшить такое же платье, когда вернусь домой. Так платье обойдётся мне всего в 100 юаней».

Вэнь Вэнь широко раскрыла глаза и недоверчиво спросила: «Сестрица Тан Тан, ты сказала, что можешь сшить его сама? И что оно будет таким же?»

Тан Тан кивнула: «Я внимательно изучила платье, чтобы понять, как оно сшито. Всё очень просто. Если у меня будет материал, я справлюсь за день. Оно будет в точности таким же, как оригинал».

Тан Тан была уверена в себе. В конце концов, рукоделие было одним из талантов Тан Тан.

Жена командира полка тоже была в шоке: «Тан Тан, ты даже умеешь шить одежду. Где ты этому научилась?»

Тан Тан не могла сказать, что начала учиться рукоделию ещё в детстве. Она могла использовать только опыт и навыки прежней владелицы тела, поэтому сказала: «В университете я изучала дизайн одежды».

Вэнь Вэнь и жена командира полка сразу всё поняли. Неудивительно, что специалист по дизайну одежды знает, как шить.

«Если можно сшить такое же платье, то можно действительно сэкономить много денег», — радостно сказала жена командира полка.

«Точно. Можно сэкономить много денег». Тан Тан радостно спросила: «Старшая сестра, ты знаешь, где я могу купить материал? Можешь отвести меня туда, чтобы я купила немного?»

Жена командира полка знала одно место и сразу же отвела Тан Тан в магазин. В магазине были представлены все виды тканей. Тан Тан с воодушевлением выбирала то, что ей было нужно. Когда она нашла всё необходимое для платья, она заметила джинсовую и белую ткань, которая подходила для пошива рубашек. Тан Тан захотела купить и их тоже.

Увидев, что Тан Тан постоянно смотрит на эти два вида тканей, жена командира полка спросила: «Ты хочешь сшить ещё какую-нибудь одежду?»

Тан Тан кивнула: «Старшая сестра, я хочу сшить для Сяо Чжо джинсовый комбинезон с лямками на плечах».

Тан Тан видела немало детей в таких комбинезонах, когда гуляла. Она подумала, что это очень мило, но у Сяо Чжо такого не было, поэтому она хотела сшить ему такой комбинезон.

Жена командира полка поняла её: «Ты говоришь о детских джинсовых комбинезонах, верно? Ребёнок будет в нём мило выглядеть. Если ты можешь сшить его сама, то купи джинсовую ткань, и вещь, которую ты сошьёшь, будет более значимой, чем та, что куплена в магазине».

Закончив говорить, жена командира полка указала на другую ткань и дерзко спросила: «Тогда эта ткань, должно быть, для Цзи Яна, верно?»

Тан Тан слегка смутилась и кивнула. Она заметила, что у Цзи Яна не так много повседневной одежды, и хотела сшить для него рубашку. Тан Тан какое-то время изучала технологию пошива рубашек и наблюдала за одеждой на манекенах в витринах магазинов. Она была уверена, что справится.

Жена командира полка похлопала Тан Тан по плечу: «Тогда и это купи. Мы нечасто сюда приезжаем, и было бы неудобно снова проделывать весь этот путь».

Немного подумав, Тан Тан согласилась и перед возвращением домой купила все необходимые материалы.

Когда они вернулись, вся купленная ею мебель уже была доставлена. Молодые солдаты даже помогли всё перенести, что очень выручило Тан Тан. Она подумала, что жить на базе очень здорово, потому что все там милые и дружелюбные. Она была счастлива жить здесь.

Когда всё было перенесено, молодые солдаты не ушли сразу. Вместо этого они остались, чтобы помочь Тан Тан. Всякий раз, когда Тан Тан указывала, куда что поставить, они быстро выполняли её указания. Молодые солдаты были очень расторопными. Они даже помогали с уборкой. К вечеру её дом полностью преобразился. Теперь в нём было уютно и тепло, как в настоящем доме.

Тан Тан осмотрела на дом, обустроенный её собственными руками. У неё не было слов, чтобы описать насколько она счастлива.

Когда запыхавшийся Цзи Ян вернулся, он остолбенел, увидев, как изменился дом. Он долго стоял в дверях, так как не ожидал, что Тан Тан сделает дом таким уютным и красивым. Цзи Ян понял, что она, должно быть, потратила на это много сил и времени.

Тан Тан высунула голову из кухни, услышав, как открылась входная дверь. Увидев Цзи Яна, она тут же мило улыбнулась и поздоровалась: «Муж, ты вернулся? Ужин почти готов».

Цзи Ян промычал что-то в ответ и взял из обувного шкафа тапочки, чтобы переобуться. Затем он обошёл дом и остановился у входа на кухню. Он наблюдал за тем, как Тан Тан хлопочет у плиты, и сказал: «Ты хорошо потрудилась. Дом выглядит красиво».

Тан Тан обернулась и посмотрела на него. Она широко улыбнулась: «Это было несложно, в конце концов, это наш дом».

Наш дом? Услышав эти слова, Цзи Ян на мгновение замолчал, а потом спросил: «Где Цзи Сяо Чжо?»

Тан Тан указала на улицу: «Молодые солдаты повели его играть. Он скоро вернётся».

Не успела она договорить, как из входной двери донёсся шум. Пара молодых солдат привела Сяо Чжо обратно и передала его Цзи Яну, после чего они извинились и ушли.

Цзи Сяо Чжо бросился на кухню и радостно крикнул Тан Тан: «Мамочка, я вернулся».

Притворившись удивлённой, Тан Тан ответила: «А? Наш Бао Бао вернулся. Тебе понравилось?»

Цзи Сяо Чжо энергично закивал, а затем потянулся, чтобы схватить Тан Тан за ноги: «Было весело! Я видел танк! Это было так круто!»

Тан Тан заметила, что малыш очень взволнован. Она погладила Сяо Чжо по голове и улыбнулась Цзи Яну: «Где те солдаты? Они ушли?»

Цзи Ян кивнул.

Тан Тан поджала губы и на мгновение задумалась, прежде чем осторожно предложить: «Муж, я хочу выделить время, чтобы пригласить Дун Ли и других солдат, которые недавно были у нас, на ужин. Они нам очень помогли. Даже сегодня днём они помогли мне перенести мебель. Это было так хлопотно и утомительно, но я даже не пригласила их на ужин, что не очень хорошо. Что ты об этом думаешь?»

Цзи Ян пристально посмотрел на Тан Тан и кивнул: «Хорошо. Я не против, если ты всё организуешь».

На самом деле в их подразделении был такой обычай: новая семья приглашала соседей на ужин. Он боялся, что она посчитает это неудобным и не захочет принимать гостей. Но неожиданно она сама предложила это. Она была очень заботливой.

Тан Тан обрадовалась и быстро всё организовала: «Тогда давай пригласим их завтра вечером. Я купила много продуктов. Давай устроим хороший ужин и отметим наше новоселье».

В глазах Цзи Яна мелькнуло лёгкое счастье.





Глава 29




Во время ужина Тан Тан протянула Цзи Яну банковскую карту и начала перечислять, сколько денег она сегодня потратила: «Муж, я сегодня потратила довольно много: мебель и техника обошлись примерно в 50 000, предметы первой необходимости — в пару тысяч, и…»

«Тан Тан», — перебил её Цзи Ян и посмотрел на неё. — «Тебе не нужно возвращать мне карту. Храни её у себя. В будущем используй её, чтобы купить всё, что тебе нужно, и тебе не нужно отчитываться передо мной о том, на что ты потратилась. Запомни это, хорошо?»

«Э-э…» — Тан Тан моргнула, а затем медленно кивнула под его пристальным взглядом. — «Я запомню».

Затем Цзи Ян опустил голову и продолжил есть.

Тан Тан некоторое время смотрела на него пустым взглядом, а затем приподняла уголки губ. Она не могла сдержать переполнявшую её радость. Неожиданно он позволил ей тратить деньги так, как она хочет. Значит ли это, что он ей доверяет? Хе-хе~

Приятное чувство не покидало её до самого вечера. Тан Тан собиралась поступить так же, как обычно: лечь спать с Цзи Сяо Чжо во второй комнате, пока Цзи Ян спит в главной спальне. Но кто бы мог подумать, что на этот раз Цзи Сяо Чжо будет против.

Вместо этого Цзи Сяо Чжо обнял Тан Тан за ноги, чтобы она не сдвинулась с места. При этом он смотрел на неё так жалостливо, что у любого бы потеплело на сердце: «Мамочка, мы будем спать отдельно от папочки? Разве мы не можем спать вместе, как прошлой ночью? Я хочу, чтобы мы спали вместе, как вчера! Хорошо, мамочка ~»

Тан Тан потеряла дар речи от такого кокетства Сяо Чжо. Её лицо покраснело, но она была беспомощна и не знала, что сказать. Она украдкой взглянула на Цзи Яна и понадеялась, что он сможет убедить малыша.

Цзи Ян помассировал лоб, прежде чем взять на руки малыша, похожего на коалу. Он похлопал Сяо Чжо по попке и сказал: «Разве папа не говорил тебе раньше, что папа и мама привыкли спать в своих комнатах. Иначе мы не сможем уснуть».

Цзи Сяо Чжо недовольно надул губы и обвинил его: «Ты врёшь, папа. Я уже не трёхлетний ребёнок. Ты не можешь меня обмануть. Прошлой ночью мы спали вместе, и вы с мамой отлично выспались. На самом деле папа спал лучше, чем мы с мамой! Ты даже не проснулся, когда мама мыла тебе ноги!»

Цзи Ян потерял дар речи и подумал, что малыш слишком сообразительный. Его не так-то просто обмануть.

Поправив волосы, Тан Тан опустила голову и изо всех сил постаралась стать незаметной. Она молилась, чтобы малыш не выбрал её следующей мишенью. Прости, муж, тебе придётся решать эту сложную проблему в одиночку.

Прежде чем Цзи Ян успел придумать оправдание, Цзи Сяо Чжо вдруг расплакался и сник. Он с горечью спросил: «Папочка, мамочка, вы собираетесь развестись? Я что, стану ненужным ребёнком?»

И Цзи Ян, и Тан Тан были ошеломлены вопросом Сяо Чжо. Они не понимали, почему малыш вдруг задал такой вопрос, но Тан Тан не могла вынести его заплаканного вида. Она тут же обняла Сяо Чжо и утешила его: «Нет. Нет. Папа и мама не разводятся. Не думай глупостей».

Цзи Сяо Чжо прижался к плечу Тан Тан и со слезами на глазах посмотрел на Цзи Яна. Он с трудом выдавил из себя: «Не врите мне. Вы живёте отдельно. Вы точно планируете развестись. Я это понимаю».

Малыш действительно понимал, что значит «жить отдельно». Откуда он это узнал? В тот момент Цзи Яну было интересно, почему современные дети так много понимают! Его ребёнку всего три с половиной года, а он уже понимает такие вещи?

Тан Тан беспомощно посмотрела на Цзи Яна: «Муж…»

Цзи Ян вздохнул. Он забрал Сяо Чжо у неё с рук, так как видел, что она больше не может выдерживать вес Сяо Чжо. Он сказал: «Ладно, ладно, мама и папа не разводятся. Давай теперь будем спать все вместе в одной комнате, хорошо?»

«Правда? Папочка, ты обещал». Глаза Цзи Сяо Чжо засияли. Обида, которую он только что выказывал, мгновенно исчезла. Он улыбнулся так широко, что улыбка дошла почти до ушей. Сяо Чжо громко чмокнул Цзи Яна в щёку: «Ура! С этого момента мы будем спать вместе каждый день. Я хочу спать посередине, между мамочкой и папочкой!»

Выражение лица малыша менялось как погода. Цзи Ян, конечно, заметил замысел своего сына, но почувствовал себя виноватым из-за того, что ему пришлось приложить столько усилий, поэтому беспомощно посмотрел на Тан Тан, спрашивая взглядом её мнение.

Она тихо покраснела, но собралась с духом и кивнула.

И вот так в первую ночь в их новом доме семья из трёх человек спала в одной комнате.

Было бы ложью сказать, что Тан Тан не нервничала. Но поскольку между ними находился взволнованный Сяо Чжо, она не так сильно нервничала. Кроме того, она знала, что ничего не произойдёт, ведь они просто собирались спать. Ей не нужно было так нервничать. Напротив, её волнение не шло на пользу их отношениям.

«Ничего страшного. Не нервничай. Мы просто спим в одной постели. Это совершенно нормально~» После ванны Тан Тан полчаса разговаривала с зеркалом, чтобы успокоиться. Придя в себя, Тан Тан достала большой таз для умывания, который специально купила сегодня. Она наполнила его горячей водой и с трудом поднесла к кровати. Тан Тан поставила таз на пол и глубоко выдохнула.

Цзи Ян, который уже принял ванну, сидел у изголовья кровати и читал книгу о военном деле. Когда он увидел, что Тан Тан входит с большой тазом для умывания, он удивился и спросил: «Что ты делаешь?»

Тан Тан с улыбкой объяснила: «Я специально купила его сегодня, чтобы ты мог каждый вечер парить в нём ноги. Я заметила, что у тебя довольно много старых ран, а ты каждый день так усердно тренируешься. Паровые ванночки для ног снимают усталость, и после них ты будешь лучше спать. Подожди, через несколько дней я куплю целебные травы, чтобы ты мог парить в них ноги. Это поможет при внутренних повреждениях. А сегодня просто подержи ноги в горячей воде, чтобы снять усталость».

Цзи Ян вдруг почувствовал, как у него ёкнуло сердце. Он посмотрел на таз с водой, от которого поднимался пар, стоявший рядом с кроватью. У него вдруг перехватило дыхание, и он не знал, что сказать. Он никак не ожидал, что она принесёт таз с водой, чтобы он мог подержать в нём ноги, и что она сама приготовит для него лечебную воду. Просто потому, что она увидела его раны, она неожиданно сделала это всё для него. Он никогда бы не подумал о таком и даже не мог себе такого представить. Нет, даже если бы на её месте была другая женщина, она бы тоже не додумалась до такого.

Даже многие дети ни за что на свете не сделали бы ничего подобного для своих родителей. Но эта женщина, потерявшая память в результате автомобильной аварии, сделала это для него, и сделала так естественно.

Сердце Цзи Яна сейчас было в смятении. От чего обычно сильный и непоколебимый мужчина потерял дар речи. Он застыл и ничего не ответил.

Увидев, что он не двигается, Тан Тан не поняла, что случилось с Цзи Яном. Она подумала, что, возможно, у него нет привычки парить ноги, поэтому он и застыл. Тогда Тан Тан поставила табурет рядом с тазом для умывания, опустила ноги Цзи Яна в таз и села на табурет. Она массировала его ноги и приговаривала: «Ванночки для ног полезны для здоровья. Поначалу тебе может быть непривычно, но спустя пару дней тебе понравится». Няня Тан Тан любила каждый день делать ванночки для ног и чувствовала себя некомфортно без этой ежедневной процедуры.

Цзи Ян был застигнут врасплох, когда Тан Тан опустила его ноги в таз. Когда он почувствовал, как нежные женские руки массируют его ступни, он наконец пришёл в себя и понял, что происходит. Тан Тан мыла ему ноги!

Он же не был в отключке. Цзи Ян пришёл в ужас! Подсознательно он хотел стряхнуть руку Тан Тан и поднять ноги, но Тан Тан, похоже, заметила его намерение и сжала его ноги, удерживая их в воде. Она нахмурилась и стала уговаривать его, одновременно критикуя: «Не двигайся. Ванночки для ног полезны для здоровья. Они также помогут тебе снять усталость, ведь ты каждый день так усердно тренируешься. Я гарантирую, что сегодня ты будешь спать лучше. Я ещё немного помассирую тебе ступни. Так будет ещё удобнее». — Тан Тан относилась к своей няне как к родной матери. Она массировала ноги своей няни, и со временем у неё неплохо стало получаться. Даже няня говорила, что после её массажа чувствует себя очень комфортно.

Цзи Ян не мог пошевелить ногами. Несмотря на то, что Тан Тан была не очень сильной, он боялся причинить ей боль, если резко поднимет ноги, поэтому неловко отказался: «Тан Тан, тебе не нужно этого делать. Быстрее вставай. Я могу сделать это сам».

Тан Тан не прекратила свои движения и большим пальцем начала энергично массировать акупунктурную точку на его ступне: «Ты не сможешь массировать сам себе акупунктурные точки. Я сделаю это за тебя. Будет хорошо, если ты просто посидишь спокойно».

Цзи Ян нахмурился и наклонился, чтобы взять Тан Тан за руку. Он тихо сказал: «Тан Тан, не нужно так унижаться. Быстро встань».

«А?» Тан Тан в замешательстве посмотрела на него: «Унижаться? Что плохого в том, что жена делает мужу массаж стоп?»

Цзи Ян потерял дар речи.

Он действительно не знал, что делать. Когда эти маленькие ручки пришли в движение, он почувствовал себя так, словно пережил удар током. За всю свою жизнь он ни разу не ожидал, что жена будет делать ему ванночку для ног, и она делала это так естественно.

К сожалению, Цзи Сяо Чжо не хотел оставаться в стороне. Он забрался на кровать и кокетливо сказал: «Мамочка, я тоже хочу понежиться. Я хочу, чтобы мне сделали массаж, как папочке».

Тан Тан улыбнулась и кивнула: «Хорошо, таз для умывания очень большой. Ты можешь помыться вместе с папой».

Восторженно кивнув, Цзи Сяо Чжо забрался на колени к Цзи Яну и опустил ноги в таз. Его маленькие ножки лежали поверх больших ног Цзи Яна.

Тан Тан пошла за другим табуретом и усадила малыша на него. Его маленькие ножки лежали рядом с ногами Цзи Яна.

Закончив массировать Цзи Яна, она переключилась на ноги Сяо Чжо. Сяо Чжо смеялся, пока ему делали массаж. Он кричал, что ему больно, а потом кричал, что ему щекотно. Его тело радостно извивалось.

Увидев мать и сына в таком состоянии, Цзи Ян проглотил слова, которые хотел сказать. Неважно. Раз они такие довольные, что ещё он мог сказать?

Закончив массаж отцу и сыну, Тан Тан пошла долить горячей воды в таз и сказала Цзи Сяо Чжо: «Ладно, у мамы есть дела. Вам с папой нужно подержать ноги в воде ещё минут 10. Бао Бао, присмотри за папой. Не позволяй папе раньше времени доставать ноги из воды».

Цзи Сяо Чжо тут же похлопал себя по груди и пообещал: «Мамочка, я присмотрю за папочкой. Положись на меня».

Цзи Ян: «…».

Увидев, что они слушаются её, Тан Тан вышла из комнаты. Она приступила к своему ежедневному ритуалу красоты — поеданию пищи. На этот раз она запаслась на кухне множеством закусок, которые помогут ей набрать вес. Каждую ночь она пряталась от Сяо Чжо и тайком ела. На этот раз она должна набрать больше веса. Её цель — набрать 5 кг к концу месяца!

Пока Тан Тан шла на кухню, чтобы приступить к осуществлению своего плана по наведению красоты, отец и сын в спальне вели серьёзный разговор.

Цзи Сяо Чжо широко раскрыл глаза, посмотрел на Цзи Яна и торжественно произнёс: «Папочка, я хочу задать тебе вопрос. Ты должен ответить серьёзно и не лгать мне».

Малыш редко бывал таким серьёзным, поэтому Цзи Ян кивнул и так же торжественно ответил: «Хорошо. Спрашивай».

«Папочка, мы правда бедные?»

«А?» Цзи Ян растерялся: «Почему ты задаёшь этот вопрос?»

Цзи Сяо Чжо сложил два пальца вместе и ответил: «Потому что мама сказала, что мы зависим от папы, а папа много работает, чтобы заработать деньги, поэтому нам нужно копить и… и…» Он не помнил, что было дальше.

Цзи Ян понял, почему Сяо Чжо задал этот вопрос именно сейчас. Очевидно, привычка Тан Тан копить деньги заставила Сяо Чжо задуматься о том, бедна ли их семья. Но как ему объяснить это ребёнку? Он не мог просто сказать, что их семья не бедная, поэтому нет необходимости копить. Дети должны понимать, как важно быть бережливым.

Поразмыслив, Цзи Ян ответил: «Папиной зарплаты хватает, чтобы содержать тебя и маму, поэтому тебе не нужно беспокоиться о том, хватит ли нам денег на самое необходимое. Но то, что сказала мама, верно, деньги нельзя тратить бездумно. Мы должны быть бережливыми и не тратить их на ненужные вещи, хорошо?»

Цзи Сяо Чжо нахмурил брови и немного подумал, прежде чем кивнуть. Похоже, то, что сказала мама, было правдой. Их деньги не должны быть потрачены безрассудно.

Затем малыш потянула Цзи Яна за руку и просящим голосом сказала: «Папочка, я буду меньше есть и буду копить деньги, чтобы мамочка могла купить себе одежду. Ты не против? Мамочка сегодня увидела красивую одежду, но не захотела её покупать. Она сказала, что та слишком дорогая».

Цзи Ян поджал губы и вспомнил, что одежда, которую в последнее время носила Тан Тан, была довольно обычной. Неужели она действительно не захотела её покупать? Она не видела баланс на карте, которую он ей дал?

Увидев, что папа молчит, Цзи Сяо Чжо подумал, что папа не согласен с тем, чтобы мама тратила деньги на дорогую, но красивую одежду. Малыш нахмурился и решил, что папа поступает неправильно. Девочкам нравится делать покупки, так почему же папа не разрешает маме покупать вещи?

«Папочка, мамочка — девочка. Мамочка так хорошо к тебе относится, так что пусть она покупает себе вещи. Если ты ей не позволишь, то будь осторожен, когда мамочка разозлится на тебя. Она не будет готовить для тебя вкусную еду, стирать твою одежду или вытирать твои вонючие ноги». Малыш сказал это, чтобы напугать папу.

Цзи Ян слегка рассмеялся и погладил малыша по голове: «Хорошо, папа согласен, чтобы мама покупала себе вещи, но и ты должен выполнить свою часть сделки. Кроме молока и фруктов, тебе нельзя есть никаких других сладостей. Тогда мы сможем накопить денег, чтобы мама могла купить красивую одежду». Это была хорошая возможность для малыша немного похудеть.

Цзи Сяо Чжо кивнул и сжал кулак, а затем решительно произнёс: «Я буду стараться!»

К тому времени, как Тан Тан закончила перекусывать и вернулась, отец и сын уже лежали на кровати. Вода из ванночки для ног была вылита.

Цзи Сяо Чжо, лежавший посреди большой кровати, болтал ногами. Увидев вошедшую Тан Тан, он похлопал по кровати с одной стороны и позвал: «Мамочка, что ты делаешь? Давай скорее ляжем спать. Я так долго тебя ждал».

Тан Тан улыбнулась и легла рядом с Сяо Чжо. Затем он быстро бросился в её объятия и обхватил её за шею.

Тан Тан по привычке начала поглаживать малыша по спинке и напевать песенку, которую она напевала каждый вечер, и малыш вскоре уснул.

Увидев, что ребенок уснул, Тан Тан посмотрела на Цзи Яна и обнаружила, что он пристально смотрит на неё. Она не поняла его взгляда и неловко спросила: «Муж, ты ещё не спишь?»

Цзи Ян пристально посмотрел на неё, а затем произнёс: «Эн». Он выключил прикроватную лампу, и в комнате стало совсем темно.

Тан Тан выдохнула и приготовилась ко сну. В темноте она вдруг услышала низкий голос Цзи Яна: «Тан Тан, я зарабатываю достаточно, чтобы содержать тебя и Сяо Чжо. Тебе не нужно беспокоиться о деньгах».

«А?» Тан Тан растерялась. Она не понимала, почему он вдруг сказал ей это. На мгновение она растерялась и смогла выдавить из себя только: «А, ладно, я знаю».

Цзи Ян больше ничего не сказал. Тан Тан ждала. Когда она убедилась, что он больше ничего не скажет, она закрыла глаза и уснула.





Глава 30




Не зная, было ли это из-за использования ванночки для ног или массажа от Тан Тан, Цзи Ян не чувствовал себя неловко из-за того, что в его постели спит ещё один человек. Напротив, он спал особенно хорошо, а проснувшись, чувствовал себя бодрым и энергичным.

Цзи Ян молча посмотрел на свои ноги, вспоминая, что произошло прошлой ночью, как пара белых рук массировала его ступни. Он неосознанно повернулся и посмотрел на крепко спящую Тан Тан. Через некоторое время он тихо встал и отправился выполнять утренние упражнения.

На тренировочной площадке Цзи Ян встал перед солдатами, находившимися под его командованием, и сурово объявил им первое задание: «Марш бросок со снаряжением в 30 килограммов. Пункт назначения: вершина горы Цзиси!»

Все члены отряда в глубине души застонали от отчаяния. Все они думали, что даже если не умрут сегодня, то, по крайней мере, потеряют слой кожи, но никто не осмеливался выразить свои чувства на лицах. По команде Цзи Яна все проворно схватили рюкзаки и дисциплинированно побежали к горе.

Цзи Ян нес с собой 35 килограммов веса. Он бежал впереди всех и требовал, чтобы все, кто был в его подчинении, бежали в том же темпе, что и он. Никому не разрешалось отставать.

Дун Ли тоже возглавил свой отряд и присоединился к нему. Он велел своему заместителю бежать позади отряда и следить за остальными. Дун Ли ускорился, чтобы догнать Цзи Яна, и с любопытством спросил: «Брат Цзи, ты что, принял стимулятор? Почему ты бежишь так быстро? Ты не боишься, что твой отряд погибнет под твоим руководством?»

Цзи Ян, сосредоточившись, даже не взглянул на него и ничего не ответил.

Дун Ли прищёлкнул языком, а затем сказал с лёгкой кислинкой в голосе: «Теперь, когда твоя жена и ребёнок переехали к тебе, всё действительно изменилось. Ты каждый день хорошо ешь и пьёшь. Хм, в отличие от нас, одиночек, которые могут есть только то, что дают в столовой, с этим даже не сравнить». Говоря это, он вспомнил, как готовит Тан Тан, и у него чуть слюнки не потекли.

Бросив на Дун Ли косой взгляд, Цзи Ян понял, что тот задумал. Сначала он собирался проигнорировать его, но вспомнил о планах Тан Тан пригласить всех на ужин, поэтому сказал. «Приходите сегодня вечером ко мне домой на ужин. Тан Тан хочет поблагодарить вас за помощь».

«Серьёзно, а?» Глаза Дун Ли заблестели от восторга. Внезапно почувствовав прилив сил, он похлопал Цзи Яна по руке и сказал: «Давай посоревнуемся, Брат Цзи. Посмотрим, кто первым доберётся до вершины!»

Цзи Ян молча взглянул на Дун Ли. В следующую секунду уголки губ Цзи Яна приподнялись. Он бросился вперёд, крикнув через плечо: «Проигравший оплатит выпивку сегодня вечером».

«А». Дун Ли тоже бросился догонять его. Две фигуры стремительно взбирались на гору.

Глядя на них, два отряда тоже воодушевились и начали спорить, кто из командиров победит. Они сделали ставку на того, кто обычно побеждал.

* * *

Когда вечером тренировка закончилась, Чжан Чэн радостно похлопал Дун Ли по плечу и сказал: «Дун Ли, я слышал, ты сегодня угощаешь всех выпивкой? Ах, Брат, ты такой щедрый!»

Дун Ли закатил глаза. Он отдёрнул плечо, чтобы сбросить руку человека, который радовался его несчастью. «Иди, иди, иди. Не бросай камни в того, кто упал. Ты ведёшь себя так, будто сам победил Брата Цзи!»

Чжан Чэн улыбнулся ещё шире и поднял руку, признаваясь: «Я знаю свои пределы. Я не буду соперничать с Братом Цзи. Я всегда смело смотрел в лицо неравенству между нашими способностями».

Дун Ли так разозлился, что у него заболела печень, и он решил на три минуты прекратить дружбу с Чжан Чэном.

Они шутили, пока не поднялись на третий этаж. Чжан Чэн остановился у входа в свою квартиру и повернулся к Дун Ли: «Тебе лучше пойти первым. Моя жена только что вернулась с работы. Я подожду, пока она закончит убираться. Мы придём чуть позже».

Дун Ли уже привык к вспыльчивому характеру Чжан Чэна. Он не придал этому значения и просто вошёл в дом Цзи Яна с бутылкой алкоголя в руках.

В доме Чжан Чэна Фан Юй Вэй сидела за туалетным столиком и расчёсывала волосы. Чжан Чэн наклонился к ней сзади и прошептал на ухо:

«Жена, нам пора идти. Все остальные уже должно быть на месте».

Откинувшись на спинку стула, Фан Юй Вэй продолжила расчёсывать волосы. «Давай подождём ещё немного. Люди только что пришли, и еда наверняка ещё не готова. Если мы собираемся сидеть там, то с таким же успехом можем остаться дома. Дома удобнее».

«Жена, тебе стоит пойти и помочь Сестрице. Будет нехорошо, если мы просто придём и будем есть».

Фан Юй Вэй недовольно посмотрела на него: «Чем я могу помочь? Не буду ли я скорее помехой, чем помощью?»

Чжан Чэн замолчал и согласился с ней. Его жена с детства была избалована. Самым большим испытанием в её жизни было то, что ей пришлось переехать к нему на базу. Обычно она даже не могла приготовить себе тарелку лапши. Если бы она попыталась помочь, то только помешала бы.

«Жена, семья Цзи Яна только недавно переехала, а они уже приглашают людей на ужин. Мы живём здесь уже давно, но до сих пор никого не приглашали. Тебе не кажется, что нам тоже стоит пригласить гостей? Иначе это будет выглядеть странно».

Фан Юй Вэй замерла, обернулась, обняла мужа за шею и сказала: «Ничего страшного, если ты действительно хочешь пригласить людей на ужин. Но проблема в том, что я не умею готовить, а ты можешь приготовить только овощи, и то они будут не съедобными. Как мы можем приглашать гостей в таком случае, а?»

Чжан Чэн почесал затылок и осторожно предложил: «Тогда… Как насчет того, чтобы купить что-нибудь на вынос после работы? Братья ничего не скажут об этом. Главное — собраться вместе и приятно провести время».

Немного подумав, Фан Юй Вэй вдруг сказала: «А что, если попросить жену Цзи Яна помочь нам? Она хорошо готовит, а мы живём напротив друг друга. Она ведь сможет помочь, верно? Я куплю продукты, и она поможет нам приготовить ужин, хорошо?»

«Это…» — Чжан Чэн замялся, — «Всё ли будет в порядке? Готовить ужин довольно хлопотно».

Фан Юй Вэй моргнула: «Всё должно быть в порядке. Жена Цзи Яна не работает. Она только и делает, что сидит дома, готовит и занимается домашними делами. У неё много свободного времени. Я очень занята, учу выпускной класс. Это пустяк, так что она должна согласиться помочь. Позже я куплю ей фруктов в благодарность».

Чжан Чэн замялся, но в конце концов кивнул. «Хорошо, поговори с Сестрицей об этом и узнай, согласится ли она. Не заставляй её, если она не захочет».

Фан Юй Вэй кивнула.

* * *

Для сегодняшнего ужина Тан Тан приготовила много блюд. Она приготовила практически всё, в чём специализировалась. В конце концов, это был первый ужин, на который они пригласили гостей, так что это было действительно важно. Она хотела сделать всё как следует, чтобы Цзи Ян не потерял лицо.

Несколько солдат под командованием Цзи Яна хотели войти и помочь ей, но она выпроводила их всех. Тан Тан вымыла несколько тарелок для фруктов и вынесла их. Кроме того, она попросила Цзи Сяо Чжо развлечь гостей и сказала ему, чтобы он не давал гостям работать.

Цзи Сяо Чжо уверенно взялся за дело. Малыш вёл себя как образцовый сын и с энтузиазмом заботился о гостях. Он дал яблоко одному старшему брату и мандарин другому. После этого он спросил, не хочет ли кто-нибудь воды. Ему не нужно было так усердно прислуживать, и через некоторое время грубые мужчины подхватили его и стали тискать. В конце концов они все захотели забрать Сяо Чжо домой.

Видя, как хорошо Цзи Сяо Чжо принимает гостей, Цзи Ян переложил ответственность на Сяо Чжо. Цзи Ян закатал рукава и пошёл на кухню, чтобы помочь Тан Тан. Сегодня нужно было приготовить так много блюд, что он боялся, как бы она не переутомилась.

Жена командира полка тоже была на кухне, чтобы помочь. Хотя она и хотела помочь, она пришла только для того, чтобы составить компанию Тан Тан и поболтать, потому что всё уже было готово. Несмотря на то, что работы было много, она мало чем могла помочь, так как всё необходимое уже было приготовлено. Увидев, как Цзи Ян входит на кухню, она поддразнила его: «Цзи Ян, Старшая сестра пришла помочь, но в итоге ничего не сделала. Твоя жена слишком умелая».

При виде плавных движений Тан Тан в глазах Цзи Яна мелькнула улыбка.

Тан Тан на мгновение обернулась и посмотрела на Цзи Яна. Она улыбнулась и сказала: «Муж, можешь достать тарелки, чашки и всё остальное и расставить на столе. Потом расставь стулья. Еда скоро будет готова».

Цзи Ян кивнул, взял тарелки, палочки для еды и всё остальное и вынес в гостиную. Когда всё было готово, он вернулся на кухню за блюдами.

Увидев так много еды на столе, Цзи Сяо Чжо понял, что можно начинать трапезу. Он махнул рукой и объявил: «Еда готова. Давайте сядем за стол и поедим. Не будьте такими вежливыми».

Все развеселились, услышав эти слова. Но они действительно не были вежливы и набросились на еду, как пчёлы на мёд. При виде стола, заставленного блюдами, они едва сдерживали слюну. Честно говоря, они уже были голодны, когда почувствовали аромат, доносящийся из кухни. В глубине души все они ждали, чтобы еда была готова как можно скорее.

Жена их лидера была великолепна в приготовлении пищи! Они захотели найти себе такую же жену, ах.

Цзи Ян пригласил всех к столу и открыл бутылку спиртного, чтобы налить каждому по бокалу. Заметив, что Чжан Чэна ещё нет, Цзи Ян нахмурил брови и махнул рукой Цзи Сяо Чжо: «Сяо Чжо, иди к соседям и позови семью дяди Чжан Чэна на ужин».

«Хорошо, папа», — Цзи Сяо Чжо принял приказ и быстро выбежал из дома. Он постучал в дверь соседней квартиры и позвал: «Дядя Чжан Чэн, ужин готов. Давайте скорее поедим ~»

Через несколько минут Чжан Чэн вошёл в дом Цзи Яна, неся на руках Цзи Сяо Чжо. Фан Юй Вэй следовала за ним. Чжан Чэн виновато улыбнулся: «Извините, я только что принял душ».

Все остальные ответили ему в унисон: «Ты такой привередливый. Мы все пришли сюда, ещё не высохнув от пота, а ты — после душа. Ты что, намекаешь, что мы грязные?!»

Чжан Чэн гордо вскинул голову: «Я не такой, как вы, у меня есть стандарты».

Услышав его слова, все остальные захотели его задушить.

Трапеза началась оживлённо. Никто не сдерживался. Вместо этого все ели и пили в своё удовольствие, а поскольку солдаты могли съесть много, блюда на столе быстро опустели.

К счастью, Тан Тан приготовила много блюд, и на столе быстро появлялись новые. Когда одну тарелку убирали, на её место тут же ставили две новые. Все были довольны и веселились.

Им удалось усадить всех за обеденный стол, но Тан Тан не собиралась присоединяться к ним. Вместо этого она отложила часть еды и ела с женой командира полка на кухне. Они не хотели ссориться с солдатами из-за еды за столом.

Ужин продолжался примерно до 9 вечера. Когда Тан Тан пошла убирать со стола, она сразу подумала, что солдаты действительно умеют есть. Все тарелки были пусты. На тарелках не осталось ничего, кроме соуса. На тарелках не осталось ни единого овоща.

Жена командира полка помогла ей убрать со стола и с улыбкой сказала: «Обычно после еды что-то остаётся, но ты готовишь так вкусно».

Тан Тан была очень рада. Она испытала огромное чувство удовлетворения, увидев, что вся приготовленная ею еда съедена.

Солдаты под командованием Цзи Яна были очень старательными. Закончив есть, они сами убрали за собой. Они выбросили мусор в мусорное ведро, вытерли стол и подмели пол. Если бы Тан Тан их не остановила, они бы даже помыли всю посуду.

Любовь Тан Тан к этим очаровательным солдатам стала ещё сильнее, поэтому она приготовила для всех отрезвляющий суп, прежде чем отпустить их.

Увидев, что Тан Тан идёт на кухню мыть посуду, Фан Юй Вэй тоже тайком пробрался на кухню, пока все остальные были заняты отрезвляющим супом.

* * *

Вечером Тан Тан снова приготовила горячую воду в ванночке для ног Цзи Яна. Разумеется, Цзи Сяо Чжо тоже воспользовался ванночкой для ног.

После вчерашнего вечера Цзи Ян морально подготовился к этому и спокойно принял процедуру. Ему всё ещё было немного неловко, когда Тан Тан массировала его ноги, но его лицо ничего не выражало, поэтому можно было подумать, что он спокоен. По крайней мере, Тан Тан решила, что он принял её старания, и внутри у неё всё ликовало.

Тан Тан массировала акупунктурные точки на его ногах и говорила: «Муж, жена Чжан Чэна пришла ко мне, когда я мыла посуду. Она попросила меня о помощи».

Цзи Ян посмотрел на неё вопросительным взглядом.

«Она сказала, что уже давно переехала, но до сих пор никого не пригласила на ужин. Она хотела это сделать, но у неё плохо получается готовить, и она боится, что гости останутся недовольны. Она хотела, чтобы я приготовила еду для неё, и спросила, не хочу ли я этим заняться».

Цзи Ян на мгновение замолчал, а потом ответил: «А ты как думаешь?»

«Я согласилась. Приготовление еды не вызовет неудобство. Мы соседи, поэтому должны помогать друг другу. Кроме того, жена Чжан Чэна — школьная учительница и куратор класса. Она очень занята на работе. Ничего страшного, если я помогу ей. Как ты думаешь, муженек?» Тан Тан всегда стремилась произвести благоприятное впечатление на учителей, поскольку считала, что учитель — это благородная профессия. Учителя, которые просвещали людей, вызывали у неё уважение.

Цзи Ян поджал губы и через некоторое время сказал: «Раз ты согласилась, можешь пойти и помочь, но не переутомляйся. Твоя травма ноги ещё не зажила как следует».

Тан Тан почувствовала, как в её сердце разливается тепло, и радостно кивнула: «Я буду стараться не переутомляться».

Цзи Ян опустил взгляд, чтобы не смотреть на тёплую улыбку Тан Тан.

Закончив делать ванночки для ног отцу и сыну, Тан Тан прокралась на кухню, чтобы съесть свой «косметический ужин» перед сном. Покончив с ужином, Тан Тан не пошла сразу в постель спать, как обычно. Вместо этого она лежала на кровати и смотрела в телефон. Её брови были нахмурены, а выражение лица — серьёзным.

Цзи Сяо Чжо с любопытством наблюдал за тем, что делает его мама. Но он ничего не понимал и не мог удержаться от вопроса: «Мамочка, что ты делаешь?»

Тан Тан изо всех сил старалась вспомнить, что нужно делать, но у неё ничего не получалось, и она подавленно ответила: «Мама ищет информацию о том, как покупать вещи онлайн, но мама глупая. Твоя старшая сестра Вэнь Вэнь несколько раз показывала маме, но мама не смогла запомнить».

Когда Вэнь Вэнь услышала, что Тан Тан хочет купить какие-то китайские лекарственные травы, но не знает, где их найти, она посоветовала Тан Тан купить их онлайн. Хотя Тан Тан знала, что в этом мире людям не нужно выходить из дома, чтобы что-то купить, и они могут заказать доставку на дом, этот навык был для неё слишком сложным. Тан Тан просто не знала, что делать.

Вэнь Вэнь была в шоке, когда поняла, что Тан Тан не умеет делать покупки онлайн. После этого Вэнь Вэнь просто загрузила приложение Taobao на телефон Тан Тан и зарегистрировала для неё аккаунт. Затем Вэнь Вэнь полдня объясняла ей, как делать покупки в интернете.

В тот момент Тан Тан не очень хорошо понимала, что ей говорят, поэтому решила разобраться сама. Ей очень хотелось научиться делать покупки в интернете, чтобы не приходилось преодолевать большие расстояния на костылях.

Хотя Цзи Сяо Чжо был смышлёным ребёнком, он никогда не делал покупок в интернете, и Цзи Ян тоже не учил его этому, так что Сяо Чжо мог только хлопать глазами. «Мамочка, Бао Бао тоже не знает, как это делается ~», — смущённо сказал Сяо Чжо.

Тан Тан ущипнула его за щёку: «Это не важно. Мамочка может научиться и сама».

Цзи Сяо Чжо тоже стал серьёзным. Мать и сын вместе изучали новый навык, но не продвигались вперёд.

Цзи Ян откашлялся и был вынужден отложить книгу.

Мать и сын одновременно посмотрели на него. Они оба спрашивали его взглядом, что не так.

Цзи Ян указал на телефон в руках Тан Тан: «Хочешь сделать покупки онлайн?»

Тан Тан кивнула.

«Хочешь, я тебя научу?»

Сначала Тан Тан растерялась, но потом поняла, что Цзи Ян хочет научить её делать покупки в интернете. Её глаза тут же засияли, и она протянула ему свой телефон. Она кивнула и глупо улыбнулась: «Да! Научи меня, муженек».

Он не знал почему, но, увидев воодушевленную Тан Тан, Цзи Ян не смог сдержать улыбку. Цзи Ян взял телефон Тан Тан и похлопал по месту рядом с собой: «Иди сюда».

Тан Тан тут же придвинулась ближе, а Цзи Сяо Чжо последовал за ней. Вскоре мать и сын столпились рядом с Цзи Яном.

Поскольку Сяо Чжо боялся, что его мама не сможет как следует всё рассмотреть, он забрался в объятия Цзи Яна. Так что место рядом с Цзи Яном было оставлено для Тан Тан.

Увидев это, Цзи Ян ничего не сказал. Он прижал к себе Сяо Чжо и немного поёрзал, прежде чем подробно объяснить Тан Тан, как делать покупки в интернете. Цзи Ян привязал одну из своих карт к аккаунту Тан Тан, чтобы в будущем при совершении покупок с неё автоматически списывались средства.

Цзи Ян сначала нашёл лекарственные травы, которые хотела Тан Тан, добавил одну из них в корзину и оплатил покупку в качестве примера. Когда Тан Тан всё поняла, он позволил ей самой купить остальные товары.

На этот раз Тан Тан действительно всё поняла. Подражая Цзи Яну, Тан Тан купила всё необходимое, и когда Цзи Ян сказал, что у неё всё получилось, она очень обрадовалась. Тан Тан дважды крепко поцеловала Цзи Сяо Чжо и сказала: «Бао Бао, мамочка всё поняла!»

Цзи Сяо Чжо тоже был рад за свою маму, он поцеловал её в ответ и показал большой палец вверх: «Ты потрясающая, мамочка~».

Цзи Ян тихо улыбнулся, наблюдая за их глупыми выходками.





Глава 31




С тех пор как Тан Тан научилась делать покупки онлайн, она словно открыла дверь в новый мир. Покупки стали для неё настоящим стимулом. Каждый день она подолгу сидела в интернете. Она находила это занятие действительно удобным. Ей не нужно было идти куда-то с помощью костылей, и она могла купить онлайн практически всё, что хотела.

Конечно, Тан Тан не стала тратить деньги. Ей просто нравилось просматривать всевозможные товары, чтобы улучшить понимание этого мира. Среди множества товаров Тан Тан больше всего любила просматривать одежду. Большинство товаров в её корзине для покупок было одеждой для женщин, детей и мужчин. Конечно, она не собиралась ничего покупать, но она могла скомбинировать стили одежды, продаваемой в интернете, и сшить вещи из купленных тканей.

Из-за небольшого эгоизма, желая показать свою самую прекрасную сторону перед Цзи Яном, Тан Тан сначала сшила платье, которое ей приглянулось. Она раскроила ткань по своему размеру, и потратила на работу всего один день. Она сшила платье, и оно было почти таким же, как то, что висело в магазине. Ничего не подозревающий человек подумал бы, что это платье куплено в магазине.

Тан Тан сделала два шага вперёд и спросила малыша, стоявшего перед ней: «Бао Бао, маме идёт этот наряд?»

Цзи Сяо Чжо даже не задумался и сразу ответил, показав большой палец вверх: «Мамочка, ты очень хорошо выглядишь в этом платье, оно тебе идёт!»

Получив такую похвалу от малыша, Тан Тан почувствовала, словно у неё на душе распустились цветы. Она редко смотрелась в зеркало, но в этот раз повернулась, чтобы оценить свою внешность. Хотя она всё ещё была очень худой и некрасивой, но в этом платье она выглядела так, будто набрала несколько килограммов. На её груди было вышито множество шёлковых цветов. Вышивка ручной работы неожиданно сделала её плоскую грудь более привлекательной.

Если она действительно сможет поправиться, то будет выглядеть ещё лучше.

В этот момент Тан Тан снова поклялась себе, что в этом месяце она обязательно поправится на пять килограммов!

Дождавшись вечера, Тан Тан собралась переодеться и вместе с Цзи Сяо Чжо пойти за продуктами, но Цзи Сяо Чжо обхватил её за ноги и повёл к двери.

Тан Тан не поняла: «Что ты делаешь Бао Бао? Куда ты тянешь свою маму?»

Цзи Сяо Чжо отпустил её ногу, взял за руки и повёл к двери. «Мамочка, не переодевайся, пойдем сейчас».

Тан Тан быстро покачала головой. «Нет, мамочке нужно переодеться. Я переоденусь и отведу тебя вниз. Бао Бао, не переживай».

Малыш покачал головой. «Нет, нет, мамочка, не переодевайся, иди в этом. Мамочка, оставайся в этом наряде!»

Оказывается, малыш решил, что наряд на ней очень красивый, и не хотел, чтобы она переодевалась. Он определённо хотел помочь своей маме покрасоваться новой одеждой.

Тан Тан рассмеялась и мягко объяснила ему: «Но эта одежда только что сшита, она ещё не стирана. Новую одежду нужно постирать перед тем, как надеть. О, мамочка постирает новое платье сегодня вечером, и наденет после стирки. Я надену его завтра, хорошо?»

Если бы это было раньше, то малыш безусловно согласился бы и кивнул, но сегодня Тан Тан заметила, что Сяо Чжо ведет себя очень капризно. Он всё ещё мотал головой. «Мамочка, подожди, побудь в нём ещё немного. Можешь постирать его вечером, когда вернешься? Всё будет в порядке».

Тан Тан почувствовала себя немного странно, и опустилась на колени, чтобы посмотреть на Сяо Чжо, обхватив его лицо руками. «Что случилось с моим Бао Бао? Почему ты не хочешь, чтобы мама переоделась? Расскажи маме?»

Цзи Сяо Чжо помолчал немного, а потом обнял её за шею и, наконец, произнес: «Мамочка, я хочу, чтобы ты осталась в этом платье и спустилась вниз. Мамочка ведь такая красивая, да?»

Малыш вел себя так мило, что мягкосердечная Тан Тан могла лишь кивнуть и пообещать. «Ну хорошо, мамочка не будет переодеваться. Просто пойду так».

Цзи Сяо Чжо тут же закричал: «О!» — и выбежал за дверь вместе с Тан Тан.

Тан Тан почувствовала, что на сердце у маленького Бао Бао было какое-то переживание, но он не хотел говорить какое. Она не хотела заставлять его, и ей оставалось только взять его за пухлую ручку, чтобы спуститься с ним по лестнице и отправиться за продуктами в небольшой районный супермаркет.

Этот небольшой супермаркет тоже принадлежал военным. Помимо товаров первой необходимости, здесь также продавались овощи и мясо, что было удобно для всех, желающих купить продукты и приготовить еду. Местные жители в основном покупали продукты здесь.

Тан Тан каждое утро ходила с Цзи Сяо Чжо в магазин, чтобы купить продукты на обед, а вечером ходила снова, чтобы купить продукты для ужина. Она не покупала продукты на день, как все остальные. Потому что считала, что лучше есть свежие продукты.

Как только они вошли в супермаркет, Цзи Сяо Чжо вдруг сказал: «Мамочка, давай пойдем за овощами позже. Можно мы сначала пройдемся по магазину?»

Тан Тан задумалась, с чего бы малышу вдруг захотелось пройтись по магазину? Этот супермаркет не такой уж и большой, и они ходили сюда каждый день. Появилось ли там что-нибудь интересное, что можно купить?

Не дожидаясь реакции Тан Тан, Цзи Сяо Чжо взял её за руку и повел за собой. Она пошла за ним вдоль стеллажей. Во время прогулки она встретила много знакомых, живущих с ней в одном доме. Тан Тан останавливалась и мило здоровалась со всеми. Бабушки и тёти постоянно останавливали их и что-то говорили. Люди, которые любили поболтать, перекидывались с ними парой слов.

Тан Тан почувствовала, что малыш сегодня особенно воодушевлён. Может быть, он так рад, потому что она в новой одежде? Но почему?

Пройдя весь супермаркет, Тан Тан наконец-то добралась до овощного отдела. На это у неё ушло почти на двадцать минут больше, чем обычно. К счастью, до ужина оставалось ещё много времени. Можно было не торопиться с готовкой.

«Тан Тан, Сяо Чжо!» Позади внезапно раздался знакомый голос, и Тан Тан обернулась. Оказалось, что там стояла жена командира полка.

«О, вы пришли за продуктами?»

Жена командира полка, поглаживая Цзи Сяо Чжо по голове, ответила: «В холодильнике закончились продукты. Я составила список, что необходимо купить, иначе вечером нечего будет есть».

Тан Тан оглянулась в поисках Вэнь Вэнь. Из-за спины жены командира полка внезапно появилась фигура и обняла её.

«Ах! Сестренка Тан Тан, разве ты не стала покупать это платье в магазине? Когда ты его купила?»

Тан Тан чуть не оглохла от крика Вэнь Вэнь и машинально прикрыла уши. «Хоть ты и шепчешь, но мне кажется, что ты кричишь».

Вэнь Вэнь высунула язык и отошла от Тан Тан на пару шагов, схватив её за рукав, а затем спросила: «Сестренка Тан Тан, когда ты купила этот наряд? Разве ты не говорила, что он слишком дорогой? Нет? Ты передумала и вернулась за ним?»

В этот момент жена командира полка тоже заметила платье и с удивлением спросила: «Да, Тан Тан, разве это не то платье, которое ты примеряла в прошлый раз?»

Реакция жены командира полка и её дочери придала Тан Тан уверенности. Она уже собиралась всё объяснить, как Цзи Сяо Чжо, стоявший в стороне, заговорил, опередив её. «Тётя, Сестрица Вэнь Вэнь, это не так, мамочка сама сшила его!»

Жена командира полка и Вэнь Вэнь с удивлением посмотрели на Тан Тан, и в их глазах читалось недоверие. «Серьёзно?»

Тан Тан улыбнулась и подтвердила: «Старшая сестра, я сшила его только сегодня».

Вэнь Вэнь не отставала от Тан Тан. Она потрогала её одежду и долго рассматривала её грудь. «О, здесь есть отличие. Я помню, что на платье из магазина, на груди ничего не было. Шелковые цветы! Сестрёнка Тан Тан, это действительно ты сшила его!»

Тан Тан кивнула. «Эти шелковые цветы я вышила сама. Решила, что так будет лучше».

Жена командира полка не удержалась и потрогала шёлковый цветок, её глаза наполнились восхищением. «Действительно. С этими шёлковыми цветами наряд выглядит очень пышным. Тан Тан, ты отлично поработала!»

«Шёлковые цветы делают грудь Тан Тан больше!» — выпалила Вэнь Вэнь, а затем обняла Тан Тан и положила голову ей на плечо. «Милая сестрёнка, я правда восхищаюсь тобой. С сегодняшнего дня ты мой кумир!»

Тан Тан покраснела, она не хотела демонстрировать свою грудь, а лишь подчеркнуть свою полноту.

Жена командира полка рассмеялась и отодвинула голову Вэнь Вэнь. «Дурная твоя голова, проваливай! Тан Тан, не смей отдавать новую одежду этой бандитке!»

Вэнь Вэнь нехотя подняла голову, но не отпустила руку Тан Тан.

Жена командира полка сказала Тан Тан: «Иди за продуктами, а то придётся поздно ужинать».

Тан Тан не стала медлить и, коснувшись волос Вэнь Вэнь, сказала: «Вэнь Вэнь, мне нужно идти готовить ужин. Если хочешь посмотреть мою одежду, приходи ко мне домой. Если тебе нечего делать, приходи ко мне поиграть. Я каждый день дома».

Вэнь Вэнь отпустила её руку. «Милая сестрёнка, тогда я завтра приду к тебе поиграть».

«Хорошо, я буду ждать тебя и приготовлю для тебя что-нибудь вкусненькое».

Вечером Тан Тан готовила ужин на кухне, а Цзи Сяо Чжо сидел на корточках на диване и весело играл.

В этот момент Цзи Сяо Чжо вдруг услышал шаги на лестнице и сразу понял, что это папа. Он бросил планшет и слез с дивана. Он подбежал к двери и открыл её. «Папочка!»

Цзи Ян улыбнулся и коснулся головы Цзи Сяо Чжо, наклонился и переобулся. В результате Цзи Сяо Чжо взял большую руку отца и направился в сторону кухни, сразу после того, как тот переобулся. «Папочка, пойдем со мной, мамочка сегодня такая красивая».

Малыш дотащил отца до кухонной двери. Тан Тан в этот момент орудовала кухонной лопаточкой. Эту картину можно было увидеть каждый день, но сегодня было одно отличие. Тан Тан была одета в белое платье, которого раньше Цзи Ян не видел.

Именно в этот момент Тан Тан услышала звук их присутствия и обернулась. Цзи Ян был ошеломлен, он понял о чём только что говорил Цзи Сяо Чжо. Обычно Тан Тан носила ничем не примечательные темные брюки и кофты с длинными рукавами. Сегодня был тот редкий случай, когда она была одета в яркое платье. На первый взгляд, ощущения были совершенно иными, словно она стала яркой и жизнерадостной. Она неосознанно приковывала к себе внимание и взгляды.

Тан Тан не знала, о чём только что говорили отец и сын, поэтому улыбнулась и сказала: «Муженек, суп уже готов, можешь мыть руки».

Цзи Ян кивнул и понес Сяо Чжо в ванную, чтобы вымыть руки.

Цзи Сяо Чжо посмотрел на Цзи Яна. «Папочка, что ты думаешь о новой одежде, которую сегодня сшила мамочка? Она очень красивая, не так ли?»

Цзи Ян взял малыша за руку, и ухватился за ключевое слово в словах Цзи Сяо Чжо. «Его сшила мама?»

Цзи Сяо Чжо гордо кивнул. «Да, мамочка использовала иголки, чтобы сделать красивое платье. Все тётушки и сестрица Вэнь Вэнь сказали, что она выглядит хорошо, и похвалили мамочку». Цзи Сяо Чжо описал движение игл и посмотрел на отца.

Цзи Ян задумался, а Цзи Сяо Чжо продолжил спрашивать: «Папочка, мамочка сегодня очень красивая, да?»

Цзи Ян продолжал молчать, и мыл руки.

Цзи Сяо Чжо, не получив ответ, с недовольным видом поджал губы и жалобно посмотрел на него. Маленькая ручка Сяо Чжо всё ещё сжимала его штанину. «Папочка, ты тоже, как и все, думаешь, что мамочка уродливая? А? Папочка, ты не можешь говорить, что мамочка уродливая, иначе я буду грустить!»

Цзи Ян удивился, глядя, как малыш жадно вцепился в его штанину. «Все? Кто считает маму уродливой?»

В глазах Цзи Сяо Чжо вспыхнул гнев, и он крепко сжал в кулачки свои маленькие ручки, на мгновение замявшись: «Папочка, я расскажу тебе, но не стоит говорить об этом мамочке, иначе она расстроится».

Цзи Ян кивнул.

Цзи Сяо Чжо выплеснул свои эмоции и разозлился. «Папочка, многие тёти говорят, что моя мамочка уродливая. Чжуан Чжуан и Мяо Мяо тоже спрашивали меня, почему моя мамочка такая уродливая, они разозлили меня, и я уже всё им объяснил! Мне не нужны такие друзья!»

Сказав это, Цзи Сяо Чжо решительно фыркнул: «Моя мамочка не уродливая, она просто любит выпить, да, папочка?»

Внезапно сердце Цзи Яна сжалось. Неужели люди во дворе обсуждали внешность Тан Тан? Неужели она это слышала?

Цзи Ян поднял Цзи Сяо Чжо и поцеловал его в макушку. «Да, твоя мамочка не уродливая».

Глаза Цзи Сяо Чжо загорелись, и он обнял отца за шею. «Папочка, я знал, что ты думаешь так же, как и я».

Подойдя к ванной, Тан Тан услышала весь разговор отца и сына. Она молча держалась за грудь, пытаясь подавить желание расплакаться. Тан Тан тихо развернулась и ушла, не желая, чтобы они застали её перед дверью.

Только тогда она поняла, почему сегодня малыш вёл себя так необычно. Вот почему он не дал ей переодеться и потащил по всему супермаркету? Малыш не хотел хвастаться новой одеждой, он хотел показать другим, какая красивая у него мама, и заставить их перестать говорить, что его мама уродливая.

Вот как малыш её любит!

Тан Тан шмыгнула носом и опустила взгляд на платье. Она вспыхнула от негодования. Она должна была раньше переодеться и надеть красивое платье, как сегодня, чтобы выглядеть красивой матерью и позволить малышу гордиться ею!

Вечером, когда Тан Тан опускала ноги Цзи Яна в таз с водой, он долго смотрел на подол её платья. В конце концов он всё же спросил: «Ты сама его сшила?»

Тан Тан кивнула и немного горделиво произнесла: «Да, в прошлый раз, когда мы с женой командира полка были в городе, я увидела такое же платье в магазине одежды. Мне оно очень понравилось, и я захотела его купить, но оно стоило несколько сотен долларов. Это было слишком дорого, я купила ткань и сшила его сама. По стоимости оно не превышает ста юаней, а качество не хуже, чем в магазине. Это сэкономило кучу денег».

Цзи Ян хотел разоткровенничаться и похвалить платье Тан Тан, чтобы повысить её уверенность в себе, и чтобы она не слушала сплетни других людей. Он и не подозревал, что Тан Тан сшила одежду чтобы сэкономить деньги. Он даже подумал, что ей кажется нравиться шить одежду.

Цзи Ян вдруг понял, что не знает, что сказать. Тан Тан постоянно заставала его врасплох и лишала дара речи.

Тан Тан продолжала говорить своим милым голосом: «Я даже купила ткань для тебя и Бао Бао. Я хочу сшить для него джинсовый комбинезон. А потом я сошью тебе рубашку. Я сделаю это очень быстро. Скоро ты сможешь её надеть».

Цзи Ян продолжал молчать, и вдруг задумался, всё ли было в порядке с отношением Тан Тан. Иначе почему она так сильно удивилась стоимости в несколько сотен, не захотела покупать платье и даже постоянно думает о том, как бы сэкономить деньги?

Хотя он и солдат, но как мужчина он, конечно же, должен был обеспечивать свою жену и ребенка. Хотя они и не могут позволить себе жить на широкую ногу, им не нужно так беспокоиться о деньгах.

Неужели его положение было настолько незначительным в её глазах?

«Тан Тан», — Цзи Ян взял на себя инициативу и позвал её после того, как Тан Тан легла спать.

«Да?» Тан Тан озадаченно посмотрела на него: «Что такое?»

«Тан Тан, ты видела баланс на карте, которую я тебе дал?»

«А? Какой баланс?» — Тан Тан растерялась, не понимая, почему он вдруг заговорил об этом.

Он подозревал, что она не смотрела на баланс карты. Цзи Ян вздохнул и сказал: «Тан Тан, на карте, которую я тебе дал, один миллион».

«О, один миллион… что? Один миллион!» Тан Тан внезапно вскочила с кровати, недоверчиво уставилась на Цзи Яна и пролепетала: «Муженек, ты... ты говоришь, что на карте... один миллион?»

Тан Тан уже давно находилась в этом мире, и примерно понимала, нынешние уровни финансовой обеспеченности. Она четко понимала сколько это — «один миллион». Средняя сумма, которую мог откладывать обычный офисный работник, составляла около 100 000 юаней в год. Чтобы собрать такую сумму нужно откладывать как минимум десять лет.

Поэтому, когда Цзи Ян сказал, что на карте лежит миллион, она была просто поражена.

Цзи Ян едва сдерживался: «Тан Тан, на карте действительно миллион. Вот сколько, что я передал тебе. Так что не думай, что у нас не так много денег. Знаешь? Тебе необязательно сдерживаться, покупай одежду, если тебе хочется».

Тан Тан не могла вымолвить ни слова и спустя долгое время вернулась к реальности. Она вдруг бросилась искать свою сумку, достала из неё банковскую карту и побежала обратно к Цзи Яну. Она была в ужасе: «Муженек, как ты… можно ли держать здесь деньги всей нашей семьи? Это небезопасно. Что, если я их потеряю? Или может будешь держать их у себя, а мне дашь немного на домашние расходы».

Цзи Яну вдруг захотелось рассмеяться, и он громко расхохотался, глядя на Тан Тан. «Муженек, что с тобой? Я что-то не то сказала?»

Цзи Ян посмотрел на неё и улыбнулся: «Тан Тан, я не давал тебе деньги всей нашей семьи. Эти деньги только для тебя».

«А?» Тан Тан широко раскрыла рот, её мозг окончательно отключился: «Может ли... может ли солдат заработать столько денег? Жена командира полка говорила, что они получают не так много...»

Эта глупая девчонка заставила Цзи Яна терпеливо ей всё объяснить: «Тан Тан, источником дохода может быть не только солдатское жалованье, понимаешь?»

Цзи Ян передал свои деньги Чжо Цзи, и тот инвестировал их. Он получал с них довольно большие ежегодные дивиденды, так что Цзи Ян был не из тех, кто живет только на жалованье.

Тан Тан моргнула и вдруг поняла, что у её мужа есть и другие способы зарабатывать деньги, и это просто потрясающе! В этот момент в глазах Тан Тан отразилось огромное обожание.

Цзи Ян был поражен взглядом Тан Тан. Он откашлялся и потянулся, чтобы выключить прикроватную лампу. «Ложись спать».

«Хорошо, муженек!» — Тан Тан кивнула в темноте и заснула.





Глава 32




Когда на следующий день Тан Тан проснулась, она вдруг вспомнила, что сказал ей прошлой ночью Цзи Ян. Через три секунды она встала. Первым делом нужно было спрятать банковскую карту в нижний ящик шкафа и запереть его на ключ. Такие деньги нельзя было терять.

Убедившись, что карта в безопасности, Тан Тан могла заняться другими делами.

Тан Тан достала кусок джинсовой ткани, которую купила для Цзи Сяо Чжо. Используя изображения детских джинсовых комбинезонов, которые она нашла в интернете, Тан Тан начала шить комбинезон для Цзи Сяо Чжо.

Хотя Цзи Ян сказал, что в доме есть деньги и ей не нужно экономить, Тан Тан считала, что деньги нельзя тратить впустую, даже если они есть. Нужно откладывать, когда это возможно, ведь в будущем эти деньги могут пригодиться для других вещей. Более того, для неё, как для жены и матери, это своего рода счастье — шить одежду для мужа и ребенка. Тан Тан мало что могла для них сделать, но по крайней мере она хотела сделать то, что могла, поэтому она решила сшить одежду самостоятельно, шаг за шагом. Кроме того, качество такой одежды было абсолютно гарантировано, и носить её было намного удобнее.

Цзи Сяо Чжо знал, что Тан Тан шьет одежду для него, и был так взволнован, что больше не играл в игры и отложил книги в сторону. Он лег рядом с Тан Тан и наблюдал за её работой. Ему совсем не было скучно. Он даже давал ей небольшие советы: «Мамочка, я хочу, чтобы у меня был большой карман спереди, точно такой же, как у Чжуан Чжуан. Можно?»

Тан Тан кивнула: «Конечно!»

Малыш был доволен и спросил: «Мамочка, можно я завтра надену новый комбинезон?»

«Конечно!» Ожидания малыша были слишком очевидны. Сегодня Тан Тан не успела бы закончить, но она решила поработать сверхурочно, чтобы исполнить желание Сяо Чжо.

Цзи Сяо Чжо был доволен. Он встал на свои пухлые ножки, спустившись с дивана. Малыш бросился на кухню и вскоре вернулся с бананом в руке, сосредоточенно очищая его от кожуры. Он протянул банан Тан Тан: «Мамочка, ты так много работала, съешь немного фруктов».

Тан Тан весело улыбнулась и наклонилась, чтобы откусить кусочек, затем она подтолкнула банан ко рту Сяо Чжо. «Спасибо, Бао Бао, давай съедим его вместе».

Цзи Сяо Чжо не возражал и с удовольствием сделал большой укус. Его глаза удовлетворенно прищурились, казалось, он ел что-то очень вкусное.

С тех пор как они переехали сюда, Цзи Ян не разрешал покупать закуски для Цзи Сяо Чжо. Помимо трёхразового питания, ему разрешалось есть только фрукты и пить молоко, причём фруктов нельзя было есть слишком много. Цзи Сяо Чжо был послушным ребенком, он никогда не плакал и не жаловался на еду, но в прошлом он часто любил перекусывать.

Теперь фрукты стали его единственной закуской.

У Тан Тан внезапно сердце сжалось от жалости к нему. До того, как переехать сюда она часто готовила закуски для малыша. Он выглядел очень счастливым каждый раз, когда ел их. С тех пор как они поселились здесь, она постоянно была занята. Похоже, она уже давно не делала для него ничего подобного. Она поняла, что не уделяла ему должного внимания.

Тан Тан погладила малыша по голове. «Бао Бао, хочешь десерт? Мама приготовит тебе на завтрак яичный пирог».

Глаза Цзи Сяо Чжо заблестели, и он кивнул. «Мамочка, я хочу его съесть!»

«Что ж, мама сейчас приготовит его для тебя, а потом продолжит шить тебе одежду». Тан Тан отложила рукоделие, встала и пошла на кухню готовить пирог. Цзи Сяо Чжо обнял её за ногу и наблюдал за ней, не отступая ни на шаг.

Когда яичный пирог был готов, в дверь позвонили. Вэнь Вэнь стояла у двери с большим арбузом.

Цзи Сяо Чжо стоял на коленях у кофейного столика и собирался взять кусочек яичного пирога. Увидев Вэнь Вэнь, он тут же помахал ей рукой: «Старшая сестра Вэнь Вэнь, иди скорее. Моя мама приготовила кое-что вкусненькое! Давай поедим вместе!»

«Ух ты, Сестрица Тан Тан, это ты делала? Какой приятный аромат!» Вэнь Вэнь вдохнула воздух через нос и подошла. Когда она увидела нежный яичный пирог, у неё сразу же загорелись глаза. Через секунду она уже с радостью сидела рядом с Цзи Сяо Чжо. Она взяла кусочек выпечки и положила его в рот. Тесто было мягким, с отличной консистенцией, сладким, но не жирным.

«Сестрёнка Тан Тан, этот яичный пирог просто восхитительный. Как тебе удалось сделать его таким вкусным?» Вэнь Вэнь тут же превратилась в маленькую рысь и вместе с Цзи Сяо Чжо, присев на корточки у края кофейного столика, продолжила есть. Они быстро поглощали пирог.

«Ешьте побольше, если вам понравилось. Я много приготовила. Вы оба можете есть, не спеша», — сказала Тан Тан, продолжив заниматься рукоделием.

Вэнь Вэнь увидела, что Тан Тан шьет одежду, и внезапно прищурилась. «Сестрёнка Тан Тан, ты шьёшь одежду сама?»

Тан Тан не поняла, о чём идёт речь: «Да, а что?»

Вэнь Вэнь проглотила пирог и бросилась к Тан Тан. Она схватила ткань, сшитую обычной иголкой, которую та держала в руках. Чем больше она смотрела, тем больше удивлялась. «Сестрёнка Тан Тан, ты просто супер, я думала, ты пользуешься швейной машинкой. Я не ожидала, что ты умеешь шить вручную! Оказывается, до сих пор есть люди, которые шьют одежду вручную, и этот шов выглядит лучше, чем у швейной машинки! Я даже не могла представить, что всё сшито вручную!»

Швейная машинка? Тан Тан мало что знала о ней, но она всегда шила вручную, и в этом не было ничего удивительного.

Вэнь Вэнь на мгновение опешила, а затем внезапно обняла колени Тан Тан, присев прямо у её ног: «Сестрица Тан Тан, раньше я думала, что в новую эпоху женщины должны уделять внимание только работе. Я считала, что готовка, вышивание и уход за детьми — это всё несерьёзно, но теперь я понимаю, что ошибалась. Ты — настоящий мастер, Тан Тан. Если ты решишь зарабатывать деньги, ты сможешь с легкостью это сделать?»

Тан Тан моргнула. Сможет ли она заработать деньги?

«Сестрёнка Тан Тан, если бы ты была мужчиной, я бы немедленно вышла за тебя замуж, без лишних слов! Нет, нет, тебе не нужно быть мужчиной, я готова жениться на тебе прямо сейчас! Сестрёнка Тан Тан, ты согласна? Эй, ты меня слышишь?»

Тан Тан: «...».

Эта маленькая девчонка несла какую-то чушь!

Цзи Сяо Чжо услышал её и больше не мог этого выносить. Он отложил кусок пирога, который держал в руке, и подбежал к Вэнь Вэнь. «Старшая сестра Вэнь Вэнь, моя мамочка уже жена моего папочки, ты не можешь жениться на ней, найди себе другую жену».

«А мы не можем разделить твою мамочку?»

«Нет, мы с папочкой не станем делиться!»

«Хорошо, Вэнь Вэнь, перестань дразнить Бао Бао». Тан Тан похлопала Вэнь Вэнь по плечу и объяснила Цзи Сяо Чжо: «Старшая сестра Вэнь Вэнь шутит над тобой. Это неправда».

Вэнь Вэнь достаточно повеселилась, разыграв малыша. Она села и ткнула пальцем в его маленькую пухлую щечку: «О, я просто веселилась. Сестрица Вэнь Вэнь в будущем выйдет замуж за крепкого и красивого парня».

Цзи Сяо Чжо всё ещё был на стороже, он просто сидел рядом с Тан Тан и по-собственнически обнимал её ноги.

Вэнь Вэнь закатила глаза, и вдруг улыбнулась Тан Тан. Её голос звучал застенчиво и кокетливо: «Милая Сестрёнка Тан Тан~ Я хочу попросить тебя об одолжении~»

Тан Тан вздрогнула от звука её голоса, и чуть не укололась иглой.

Цзи Сяо Чжо тоже вздрогнул и сказал Вэнь Вэнь: «Старшая сестра Вэнь Вэнь, ты ведешь себя как злодеи по телевизору, которые собираются сделать что-то плохое».

Вэнь Вэнь пропустила слова Сяо Чжо мимо ушей, и продолжила мило улыбаться Тан Тан. «Сестрица Тан Тан, я присмотрела платье, оно из новой главной коллекции в магазине А, представленной в этом году. Платье очень красивое, но слишком дорогое. Стоит несколько тысяч. Мама не разрешит мне его купить».

Тан Тан поняла, почему эта маленькая девчонка обратилась к ней. «Хочешь, чтобы я для тебя сшила такое же?»

Вэнь Вэнь прикрыла рот и кивнула. В её глазах читалась надежда. «Сестрёнка Тан Тан, можешь помочь мне и сшить такое же? Я куплю материал, хорошо? Не волнуйся, не торопись, ты можешь шить его в свободное время, столько сколько понадобиться времени. Тебе не нужно специально откладывать свои дела, ради меня».

Для Тан Тан эта просьба была пустяковой. Кроме того, у неё было не так уж и много дел, поэтому она с радостью кивнула. «Хорошо, принеси мне изображение того платья, и я сошью его для тебя после того, как закончу свою работу».

«Aх! Сестренка Тан Тан, я люблю тебя, ты моя богиня!» Вэнь Вэнь радостно подпрыгнула и закричала, как сумасшедшая.

Цзи Сяо Чжо пожал плечами и подумал, что его мама — самая прекрасная в мире. Все остальные женщины были пугающими.

Вэнь Вэнь провела у них целый день. Она пообедала вместе с Сяо Чжо и Тан Тан, и не хотела уходить, пока вечером её не позвала жена командира полка.

Глядя на её нежелание уходить, Тан Тан не могла сдержать смех. Она положила в контейнер яичный пирог и отдала его Вэнь Вэнь с собой. «Ну же, не упрямься, ты можешь приходить в любое время, мы с Сяо Чжо постоянно дома. Отнеси этот яичный пирог своим маме и папе».

«Сестрёнка Тан Тан, ты такая хорошая, я тебя люблю! Что? Эй! Я правда хочу забрать тебя домой!» Вэнь Вэнь потянулась, чтобы обнять Тан Тан, и захотела поцеловать её, но под пристальным взглядом Цзи Сяо Чжо Вэнь Вэнь пришлось отпустить её руку и уйти.

Цзи Сяо Чжо тут же закрыл дверь, словно боялся, что она вернётся.

Тан Тан улыбнулась. Дети могут быть очень забавными. Они сразу чувствуют опасность, видя, как другие дети относятся к их матери.

«Ну что ж, твоя сестренка Вэнь Вэнь ушла домой, а мама сейчас будет готовить ужин. Можешь поиграть сам?»

Цзи Сяо Чжо покачал головой и вдруг обнял её за ноги: «Мамочка, я люблю тебя больше всех на свете, ты моя богиня! Ты по-прежнему моя богиня милосердия — Гуань Инь!» В сердце Цзи Сяо Чжо богиня Гуань Инь занимала самое важное место. Больше там не было Богов.

Тан Тан не знала плакать ей или смеяться. Похоже Цзи Сяо Чжо всерьез воспринял шутку Вэнь Вэнь. Малыш действительно заревновал.

В любом случае, чтобы успокоить сердце малыша, Тан Тан пришлось дважды поцеловать его и снова произнести ласковые слова: «Мамочка тоже любит тебя больше всего на свете, в сердце у мамы только драгоценный Бао Бао. Мамочка всегда будет с тобой. Никто не сможет забрать у тебя маму, потому что мама принадлежит Бао Бао».

Сладкие речи подействовали на Цзи Сяо Чжо. От слов Тан Тан малыш не смог сдержаться и его губы медленно приподнялись в улыбке. Однако малыш всё равно небрежно сказал: «Мамочка, ты не можешь позволять целовать себя никому, кроме меня».

Тан Тан безоговорочно кивнула: «Хорошо, мама будет позволять целовать себя только Бао Бао».

Цзи Сяо Чжо удовлетворённо кивнул и собрался уходить, но внезапно остановился. Он оглянулся на Тан Тан, нахмурил брови и сказал: «Мамочка, я подумал и решил, что не буду слишком жадным. Я разрешаю папочке целовать тебя, в конце концов, ты его жена».

Тан Тан чуть не упала в обморок. Этот ребёнок...

Когда Цзи Ян вернулся домой, то долго ждал у двери, пока Цзи Сяо Чжо не подойдет, чтобы впустить его внутрь. Цзи Яну это показалось странным, потому что обычно малыш открывал для него дверь, чтобы поприветствовать ещё до того, как он подходил к порогу. Сегодня этого не произошло. Может его не было дома?

Чжан Чэн возвращался с работы вместе с Цзи Яном и не мог не задаться вопросом: «Почему твой малыш не встречает тебя сегодня? Обычно он открывает тебе дверь и зовет, как только мы поднимаемся на этаж».

Цзи Ян покачал головой и уже собрался сам открыть дверь, но, ничего не обнаружив в кармане, он понял, что у него нет ключа. Так как ему не было необходимости открывать дверь самому, в какой-то момент он перестал брать ключ с собой.

Цзи Яну ничего не оставалось другого, как постучать в дверь.

Не услышав никакого движения внутри, Цзи Ян постучал снова. Через некоторое время он услышал звук маленьких ножек Цзи Сяо Чжо, приближающихся к двери. После этого донёсся глухой голос малыша. Он сказал: «Кто там? Доложите о себе!»

«Эй, ха-ха, Старина Цзи, твой сын что собирается стать спецназовцем?» Цзи Сяо Чжо заставил Чжан Чэна расхохотаться.

Цзи Ян неохотно ответил Цзи Сяо Чжо: «Хорошо, я — твой отец».

Через несколько секунд молчания дверной замок щёлкнул, и знакомая пухлая пуля наконец выбежала и бросилась в объятия Цзи Яна. «Папочка, ты вернулся?»

Цзи Ян поднял пухлого малыша и спросил: «Во что ты сегодня играешь? Почему ты не сразу открыл папе дверь?»

Цзи Сяо Чжо обнял отца за шею и ответил: «Папочка, я решил спрашивать, кто пришел, прежде чем открывать дверь. Я не могу впускать плохих людей, которые хотят забрать мамочку».

Цзи Ян не знал смеяться ли ему или плакать. Он не понимал, что такого сегодня произошло, что заставило малыша прийти к такому решению.

Чжан Чэн не мог сдержать смех. Ребёнок Брата Цзи был таким забавным, что ему тоже захотелось завести ребёнка. Вздох. К сожалению, его жена не хотела рожать.

В это время Тан Тан как раз приготовила вкусную еду. Она услышала шум за дверью и вышла. Увидев Цзи Яна на пороге, она обрадовалась: «Муженек, еда готова, заходи и поешь, ты голоден?»

Цзи Ян обернулся и посмотрел на Чжан Чэна, стоявшего позади. После этого Тан Тан тоже заметила Чжан Чэна и немного смутилась. Она сказала: «Чжан Чэн, ты вернулся? Ты уже ел? Если нет, присоединяйся к нам. Я приготовила много риса».

Чжан Чэн поспешно отказался. «Не нужно, Сестрица, я поем дома. Пожалуйста, идите и ешьте сами».

Цзи Ян посмотрел на дверь квартиры Чжан Чэна. Очевидно, его жены ещё не было дома, и он сказал: «Тебе не нужно быть вежливым. Заходи и поешь с нами, не утруждай себя готовкой».

Чжан Чэн не очень хотел есть приготовленную дома лапшу. К тому же он был очень голоден, так что не стал отказываться. Он почесал затылок и сказал: «Тогда я понаглею и побеспокою вас за ужином».

Тан Тан быстро поставила на стол ещё одну пару приборов и раздала всем по тарелке супа с рёбрышками и бататом. Она сказала: «Прежде чем приступить к еде, выпейте по тарелке супа».

«Спасибо, Сестрица». Чжан Чэн сделал глоток супа, и его урчащий желудок успокоился, а сам он почувствовал себя так, словно снова оживает.

При взгляде на блюда на столе у него вдруг защемило сердце. В конце концов, Цзи Яну очень повезло: его сын невероятно милый, а жена такая добродетельная. У неё хороший характер, она хорошо готовит, каждый день она готовит такие вкусные блюда для Брата Цзи, а ему, по сути, остаётся только есть лапшу и жареный рис.

Разница между ними была колоссальной, ему действительно не повезло.

Посреди ужина Чжан Чэн вдруг вспомнил, что завтра суббота. Он пригласил в этот день гостей к себе домой, и чуть не забыл об этом.

Чжан Чэн быстро спросил Тан Тан: «Сестрица, завтра мы пригласили к себе гостей. Пожалуйста, приди и помоги нам с готовкой. Какие продукты нужно будет купить? Скажи мне, и я попрошу жену завтра купить всё необходимое в городе и привезти».

Тан Тан ответила: «Просто купите те продукты, которые будут соответствовать тому, что вы хотите съесть. Я приготовлю всё, исходя из того, что вы купите. Всё получится вкусно».

Чжан Чэн почесал затылок и смущённо сказал: «Сестренка, ты не могла бы помочь нам и составить список всего необходимого. Моя жена не умеет готовить, и я тоже не знаю, что купить. Будет плохо, если мы купим совсем не те продукты».

Цзи Ян поднял взгляд и прищурился, глядя на Чжан Чэна.

Чжан Чэн немедленно ответил ему умоляющим взглядом.

Тан Тан не заметила, как переглянулись двое мужчин, и немного задумалась, а затем сказала: «Тогда я составлю список для вас, а вы просто купите всё необходимое, используя список».

Чжан Чэн тут же поблагодарил: «Спасибо!»

Цзи Ян вообще ничего не сказал. Он просто взял инициативу в свои руки и забрал у Тан Тан тарелки после того, как они поели. «Я помою посуду. Ты можешь пока написать список для Чжан Чэна».

Тан Тан махнула рукой: «Нет, поставь всё здесь, я напишу Чжан Чэну список и пойду помою посуду. Иди отдохни, ты очень устал после тренировки».

Цзи Ян беспомощно вздохнул, внезапно вспомнив, как Чжан Чэн и другие его друзья дразнили его. Они говорили, что Тан Тан очень любит его и относится к нему как к ребёнку. В тот момент он подумал, что это нелепо, но теперь, когда он пришел домой, то заметил, что она действительно ничего не позволяет ему делать по дому. Она постоянно думает, что он устаёт.

Другим мужчинам, похоже, дома никто так не прислуживает...

Цзи Ян вздохнул и, развернув Тан Тан за плечи, положил руку ей на талию. Он мягко вытолкнул её из кухни и сказал: «Тан Тан, я не на столько устал, чтобы не суметь вымыть посуду. Доверься мне, хорошо?»

Нежный голос Цзи Яна зазвучал в ушах Тан Тан, а его рука на талии словно превратилась в раскалённый паяльник. Тан Тан вдруг поняла, что не может собраться с мыслями. Пока она была в таком состоянии, Цзи Ян вытолкал её из кухни. Прошло много времени, прежде чем она пришла в себя, и только тогда она почувствовала, как сильно бьётся её сердце.

Он... он просто коснулся её талии ... но его рука была такой горячей...

Ох, он просто случайно прикоснулся к ней, и всё, потому что просто хотел вытолкнуть её из кухни.

О каких непристойностях ты думаешь!

Забудь об этом. Просто позволь ему вымыть посуду сегодня.

Тан Тан похлопала себя по лицу и заставила себя отвлечься от странных мыслей. Когда жар в её теле немного утих, она пошла в гостиную и сосредоточилась на списке продуктов для Чжан Чэна. Она указала в нём, сколько нужно купить ингредиентов для каждого блюда.





Глава 33




На следующий день Цзи Сяо Чжо открыл глаза и увидел на прикроватной тумбочке новую одежду — свой джинсовый комбинезон.

Сонливость малыша мгновенно улетучилась. Он встал, натянул комбинезон прямо на голое тело. Будучи в одном нижнем белье и джинсовом комбинезоне, который едва прикрывал его грудь, Сяо Чжо выглядел необъяснимо очаровательно.

Малыш выбежал из комнаты и спросил у Тан Тан: «Мамочка, я хорошо выгляжу?»

Тан Тан улыбнулась и надела на малыша белую футболку. Наконец-то всё было в порядке. Нужно было отметить, что этот наряд идеально подходил Цзи Сяо Чжо. Он изначально был пухлым, как рисовая клецка, но казался ещё более округлым в этом наряде.

Цзи Сяо Чжо радостно подбежал к зеркалу в полный рост и стал любоваться собой. Он чувствовал себя по-настоящему красивым. Он не удержался и сунул руку в свой любимый большой карман на груди и потряс им. После этого он подпёр подбородок рукой и спросил: «Мамочка, я красивый?»

Тан Тан подняла два больших пальца вверх: «Бао Бао, ты такой красивый!»

«Мамочка, ты просто чудо!» — Цзи Сяо Чжо несколько раз осмотрел себя, прокрутившись на месте, а затем побежал к двери, широко шагая. «Мамочка, я пойду поиграю, скоро вернусь!»

Тан Тан не могла не знать, что он собирается покрасоваться в новой одежде, поэтому просто улыбнулась и предупредила его: «Нельзя выходить за пределы базы, и не уходи надолго!»

«Хорошо, мамочка», — малыш, словно мастер кунг-фу, тут же убежал.

На территории военной базы было очень безопасно. Не нужно было беспокоиться о том, что детей могут украсть, и рядом не было опасных мест, связанных с водой. Поэтому Тан Тан была очень рада, что малыш может играть с друзьями вне дома. Уборка была сделана, и сегодня она собиралась помочь Чжан Чэну с готовкой. Она постаралась закончить работу по дому пораньше.

В результате Тан Тан с самого утра занималась домашними делами и ждала, пока ребенок вернется домой. Она дождалась, пока стемнеет, и только потом услышала стук в дверь. Фан Юй Вэй стояла на пороге у двери.

Фан Юй Вэй подняла пакеты с продуктами, которые держала в руках: «Я только что вернулась из города, я уже всё купила. Хочешь начать готовить прямо сейчас?»

На самом деле было уже слишком поздно, чтобы начинать готовить ужин. В конце концов, нужно было приготовить так много блюд к вечеру, но Тан Тан ничего не могла сделать. Она просто закрыла дверь и пошла в квартиру напротив вместе с Цзи Сяо Чжо.

Тан Тан дала Цзи Сяо Чжо немного еды. Она разрешила ему сесть на диван Чжан Чэна и поиграть в игры, а сама надела фартук и отнесла продукты на кухню. Времени было в обрез. Что ж, нужно почистить и помыть овощи, подготовить гарниры, и быстро приготовить основные блюда.

Фан Юй Вэй тоже зашла на кухню и огляделась, но не знала, чем может помочь. Ей пришлось спросить у Тан Тан: «Я хочу помочь тебе, что мне сделать?»

Тан Тан подумала, что уже слишком поздно и что вдвоём они справятся быстрее, и сказала: «Тогда ты можешь помочь мне почистить эти овощи, пока я займусь нарезкой».

«Да, хорошо». Фан Юй Вэй взяла нож для чистки овощей и взяла в руки картофель, который передала ей Тан Тан.

Тан Тан, нарезавшая другие овощи, посмотрела на неё, облизнула губы и тихо вздохнула про себя. Фан Юй Вэй явно не привыкла работать на кухне, её движения были резкими, и из-за страха порезать руки она действовала осторожно, немного медленнее, чем обычно.

Тан Тан ничего не сказала. Нарезав овощи, она взяла нож из рук Фан Юй Вэй и сказала: «Я закончу. Можешь помочь мне почистить немного чеснока».

Фан Юй Вэй с облегчением вздохнула и отнесла чеснок в гостиную, чтобы почистить его.

Когда Чжан Чэн вернулся с гостями, он увидел Фан Юй Вэй, сидящую на диване и смотрящую телевизор. Он нахмурил брови, глядя на Тан Тан, которая суетилась на кухне. Чжан Чэн тихо подошёл к жене и прошептал на ухо: «Почему ты здесь? Почему ты не помогаешь жене командира батальона Цзи на кухне? Сестрица пришла готовить нам, так что ты должна ей помогать».

Фан Юй Вэй облизнула губы и взглянула на него. «Чем я могу помочь ей? Просто я больше ничего не умею делать. Я могу только помочь начистить чеснок. Разве ты не видишь, что я сейчас чищу чеснок».

Чжан Чэн взглянул на чеснок в её руке, открыл рот, хотел что-то сказать, но проглотил слова. Он направился прямиком на кухню и поблагодарил Тан Тан, которая в это время готовила одновременно в двух кастрюлях: «Сестрица Тан Тан, у тебя сегодня действительно много хлопот. Юй Вэй мало что смыслит в готовке. Вся тяжёлая работа легла на тебя».

Тан Тан оторвалась от готовки и покачала головой: «Ничего, я привыкла. Просто мы поздно начали готовить. Я только что закончила несколько блюд. Вы все голодны. Поставьте эти блюда на стол и отдохните. Я скоро закончу».

«Не волнуйся, не торопись, мы не голодны».

Чжан Чэн взял несколько готовых блюд и поставил их на стол, а Фан Юй Вэй поприветствовала всех и пригласила к столу. Чжан Чэн развернулся и снова пошёл на кухню: «Сестренка, я могу тебе помочь. Просто скажи мне, что делать. Хотя мои кулинарные навыки не очень хороши, я смогу что-нибудь приготовить».

Тан Тан не хотела, чтобы он мешался, и сразу же уговорила его уйти: «Я уже всё подготовила, осталось всё приготовить в кастрюле. Ты ничем не сможешь мне здесь помочь, только задержишь меня. Будет лучше, если ты выйдешь и выпьешь со всеми остальными. Если мне понадобиться помощь, я скажу».

Видя, что Тан Тан действительно не нуждается в его помощи, Чжан Чэн почесал голову и вышел, чувствуя себя смущенным.

«Чжан Чэн, ты идёшь, сегодня ты хозяин дома. Не думай, что сможешь убежать. Пей скорее, мы обязательно заставим тебя напиться сегодня вечером!» — кто-то закричал, как только увидел Чжан Чэна.

Чжан Чэн закатал рукава: «Ну хорошо, давай выпьем, боюсь, у тебя не такие навыки как у меня!»

«Не хвались! Поднимай свой бокал!»

После того как Чжан Чэн поднял свой бокал, несколько солдат допили вино и хором обратились к Фан Юй Вэй: «Сегодня мы впервые ужинаем в семье капитана третьей команды. И мы впервые видим нашу невестку. Мы должны уважать капитана Чжан и его жену. Спасибо, что приготовили такой сытный ужин и угостили нас!»

«Да! Спасибо за ваше гостеприимство!» Остальные ребята тоже похвалили Юй Вэй.

Фан Юй Вэй улыбнулась и налила себе немного пива, сказав: «Я не очень хорошо пью, не смогу составить вам компанию за бокалом белого вина. Оно слишком крепкое для меня, так что я заменю его пивом, хорошо?»

Уже было хорошо, что она решила выпить с ними. Конечно, никто не стал возражать, и все заявили: «Ты можешь выпить пиво, Сестрица. Давайте хорошо проведём время!»

«Тогда я выпью, но не забудьте, быть помягче со своим капитаном. Если он выпьет слишком много, я боюсь, что он не выдержит!» Фан Юй Вэй, сказав это, первой выпила пиво.

«Хорошо! Жена капитана такая строгая! Капитан Чжан, жена капитана такая властная, почему ты не можешь быть таким же крутым, твоя жена? Если ты не выпьешь с нами, нам остается только пойти и выпить с невесткой», — несколько ребят намеренно дразнили Чжан Чэна. У Чжан Чэна не было другого выхода, кроме как признать своё поражение.

Какое-то время за обеденным столом царила очень тёплая атмосфера, все чокались и хорошо проводили время.

Цзи Ян посмотрел на Фан Юй Вэй, тепло развлекающую гостей, и его взгляд стал слегка холодным. Он положил немного еды в тарелку Цзи Сяо Чжо, а затем встал и пошёл на кухню.

На улице было летом, и на кухне работали сразу две конфорки. Температура стояла аномально высокой. Одежда на Тан Тан вся промокла от пота, её лицо тоже было влажным. Так как она боялась, что пот попадёт в еду, она постоянно протирала пот платком и продолжала готовить.

В глазах Цзи Яна мелькнула тень недовольства. Подойдя к Тан Тан, он взяла платок и вытер ей пот.

Тан Тан была в шоке. Она повернулась и посмотрела на Цзи Яна, а затем с облегчением вздохнула. «Муженек, ты пришел? Почему ты не пьешь с остальными?»

«Я слишком много выпил, и пришел сюда, чтобы сделать перерыв. Ты можешь продолжать готовить, я вытру тебе пот».

Тан Тан забеспокоилась, увидев его лицо. «Муженек, ты в порядке? Желудок болит? Хочешь съесть что-нибудь легкое?»

Цзи Ян прищурился и сказал: «Ничего, просто немного отдохну».

«Хорошо. Просто подожди немного. Я приготовлю тебе отрезвляющий суп, как только со всем закончу. Тебе сразу станет легче».

Цзи Ян слабо промычал: «Хм», и, увидев пот на её лбу, сразу вытер его платком.

Он вытирал пот с её лица...

Лицо Тан Тан покраснело, а сердце забилось чаще. Она сделала вид, что продолжает готовить как ни в чём не бывало. На самом деле у неё сладко защемило сердце, и она чувствовала, что в этот момент на кухне стало не так жарко, как раньше. Её движения слегка замедлились.

Хм, в таком случае, можно готовить и подольше.

Цзи Ян снова вытер ей пот, и спросил: «Ты сшила одежду Цзи Сяо Чжо, которую он сегодня одел?» Цзи Сяо Чжо начал хвастаться своей новой одеждой, с тез пор как Цзи Ян пришел с работы.

Тан Тан ответила звуком «Эн» и рассмеялась: «Я только вчера закончила шить, Бао Бао так понравилась его новая одежда, что он выбежал похвастаться ею рано утром».

Цзи Ян слегка приподнял брови, и на душе у него стало неспокойно. Хотя наряд Цзи Сяо Чжо выглядел очень красиво, сшить его было непросто. Он и представить себе не мог, сколько стежков Тан Тан пришлось сделать. Почему она просто не купила одежду? Ей не нужно было так страдать только для того, чтобы сэкономить деньги.

«Тан Тан, ты не поняла, что я сказал тебе той ночью? Почему ты продолжаешь шить одежду?»

Голос Цзи Яна звучал немного напряжённо, и Тан Тан опешила, решив, что он был не в духе. Она повернулась и посмотрела на него, а затем подробно объяснила: «Я ничем не могу тебе помочь, поэтому захотела сделать хотя бы это. Так что... если тебе не нравится, что я этим занимаюсь, я не буду больше шить».

Увидев страх в глазах Тан Тан, Цзи Ян понял, что та его боится, поэтому смягчил свой тон и сказал: «Мне не нравится, что ты это делаешь. Это отнимает у тебя слишком много времени, к тому же вредит зрению, тебе нет необходимости таким образом экономить деньги».

Оказалось, что Цзи Ян не злился на неё, и Тан Тан почувствовала облегчение. Она продолжила объяснять: «Я делаю это не только ради экономии. Мне нравится шить одежду. И эта одежда получается хорошего качества, а ещё в ней намного удобнее, чем в той, что продается в магазинах, поэтому я хотела сшить её для вас двоих. И...» Тан Тан запнулась, а затем снова посмотрела на Цзи Яна. «И, хотя у нашей семьи достаточно денег, нам всё равно следует сберечь их. В будущем возникнет много ситуаций, когда могут понадобиться эти деньги. Обучение Бао Бао в будущем потребует много трат, и когда он решит жениться, понадобиться много денег. В наши дни нелегко жениться. Мы должны побольше сберечь для него».

Цзи Ян: «...».

Цзи Сяо Чжо всего три года, а ты уже думаешь о его свадьбе? Не слишком ли рано?

Цзи Ян обнаружил, что иногда не знает, что ответить Тан Тан. Он слегка рассмеялся и ему пришлось отпустить эту тему: «О таких мелочах пока рано говорить, не беспокойся об этом сейчас. Просто трать деньги на то, что нужно, не нужно экономить. Если тебе нравится шить, то можешь продолжать, но ты должна заботиться о своём зрении. Не порти его в таком молодом возрасте».

«Хорошо, я понимаю, муженек». Тан Тан почувствовала, как сладостно становилось у неё на сердце. Она словно парила в воздухе. Почему мой муж сегодня такой замечательный? Обычно он так много не разговаривает. Сегодня он не только поговорил с ней, но и проявил заботу о ней. Интересно теперь она хоть немного нравится ему?

Тан Тан быстро продолжила готовить еду, от которой уже текли слюнки, и с радостью доделала остальные блюда. Взглянув на неё, можно было подумать, что она была очень счастлива занимаясь этим.

Цзи Ян заметил, какой весёлой она выглядела. Улыбка Тан Тан чуть ли не касалась её ушей, так широко она улыбалась.

Глупышка…

Они оба, казалось, забыли об ужине, который проходил в соседней комнате, и до самого конца оставались на кухне. Только после того, как все блюда были приготовлены, они вместе вышли в гостиную и сели за стол.

Все увидели Тан Тан, которая всё это время была по уши занята на кухне, и поблагодарили её. Они выразили свою признательность, выпив за неё тост.

Тан Тан не пила алкоголь и извиняющимся жестом помахала всем. «Извините, я не буду пить, не обращайте на меня внимания».

Естественно, никто не стал возражать, потому что вместо неё пил Цзи Ян. После Чжан Чэна следующей целью парней стал Цзи Ян. В конце концов, он сам был виноват, что жениться на той, из-за которой ему приходится так смущаться, он обязан был выпить за неё.

Цзи Ян не отказывался. Кто бы ни поднял тост за Тан Тан, Цзи Ян выпивал за неё.

Вино лилось рекой до десяти часов вечера, к тому времени никто уже не мог пить. А тарелки на столе были настолько чистыми, что их уже ненужно было мыть.

Кроме Цзи Сяо Чжо, Тан Тан была единственной, кто не притронулся к алкоголю. Увидев, как все напились до такой степени, что больше не могли двигаться. Она сама взяла на себя инициативу навести порядок. В прошлый раз, когда ужин был у них дома, гости помогли ей с уборкой и только потом ушли. Тан Тан тогда почти ничего не оставалось убирать. Она не могла оставить чужой дом в беспорядке и просто уйти.

Тан Тан убрала со стола и вымыла кухню. Когда она собиралась вынести мусор, Цзи Ян внезапно взял её за руку. Лицо Цзи Яна выражало необъяснимый холод, а голос его звучал очень мрачно. «Тан Тан, пойдём домой».

«Но мусор...» — Тан Тан проглотила последние слова под пристальным взглядом Цзи Яна. Она молча кивнула и последовала за ним домой, ей даже не удалось попрощаться с Чжан Чэном.

Тан Тан почувствовала, что Цзи Ян чем-то недоволен, но не знала чем, и это её беспокоило. Это ощущение продлилось до тех пор, пока они не легли спать. Даже тогда атмосфера вокруг Цзи Яна не стала лучше.

В воздухе не было слышно ничего, кроме звука дыхания Цзи Сяо Чжо, и от этого Тан Тан становилось страшно. Такая тишина делала Тан Тан совершенно беспомощной.

Беспокойство на сердце у Тан Тан не давало ей уснуть. Покрутившись с боку на бок несколько раз, она не удержалась и набралась смелости, чтобы спросить у своего мужа: «Муженек, ты злишься?»

Цзи Ян не ответил, и Тан Тан не могла понять, заснул ли он или просто не захотел отвечать.

Тан Тан прикусила губу и пыталась заставить себя заснуть. Внезапно Цзи Ян заговорил: «Тан Тан, пожалуйста, в будущем не соглашайся, если кто-то попросит тебя о помощи. Запомни это, хорошо?»

«А? Почему?» Тан Тан на мгновение растерялась. Она не понимала, почему вдруг он сказал это. Может быть, он был недоволен тем, что ей пришлось помогать сегодня вечером? Но ничего же не произошло.

«Особой причины нет. В любом случае, запомни, что, если в будущем кто-то подойдет к тебе с аналогичной просьбой, просто откажись. У тебя и так много дел, не забивай себе голову чужими проблемами, и не беспокойся о моей репутации».

Хотя Тан Тан не знала, что происходит, она бы точно безоговорочно согласилась помочь, если бы речь шла о Цзи Яне. «Что ж, если подобное произойдет, я спрошу тебя, прежде чем принимать решение в будущем, хорошо?»

«Ладно, всё в порядке, засыпай».

Услышав голос Цзи Яна, Тан Тан, хоть и чувствовала некоторое сомнение в душе, но не осмеливалась спросить об этом ещё раз. Ей пришлось закрыть глаза и уснуть. Она слишком устала, занимаясь готовкой целый день, и уже через минуту крепко заснула.

Прислушиваясь к легкому дыханию Тан Тан, Цзи Ян ещё очень долго не мог заснуть в темноте.

На следующее утро Тан Тан вспомнила, что прошлая ночь прошла довольно сумбурно. Она не понимала, почему Цзи Ян так рассердился, и почему настаивал, чтобы в следующий раз она не стала помогать кому-либо, если к ней снова придут с просьбой о помощи.

Цзи Ян с Чжан Чэном не были лучшими друзьями и товарищами, но они жили в соседних квартирах. Помогать друг другу — это нормально. Почему он вдруг так сказал? С ней же ничего не случилось прошлой ночью. Неужели между ним и Чжан Чэном возникли какие-то разногласия?

Нежели её муж был таким человеком, который конфликтует с другими? Очевидно, что нет.

Тан Тан продолжала волноваться за Цзи Яна.

Глядя на озадаченное лицо Тан Тан, жена командира полка подумала, что она поссорилась с Цзи Яном. Она не могла не спросить: «Почему ты сегодня такая обеспокоенная? Вы с Цзи Яном поссорились? Если хочешь, можешь рассказать мне. Старшая сестрица уже сталкивалась с подобными вещами и может помочь тебе найти решение».

Тан Тан задумалась, и всё же решила спросить совета у жены командира полка, может быть, она могла знать причину, ведь, в конце концов, командир полка тоже присутствовал вчера вечером.

«Старшая сестрица, вчера вечером мы ужинали в доме Чжан Чэна. В результате, после ужина папа Сяо Чжо, кажется, разозлился. После того как мы вернулись домой, он сказал мне, чтобы я больше не соглашалась, если меня попросят о помощи. Он сказал мне, отказывать, даже если это навредит его репутации. Я не понимаю, почему он вдруг сказал это. Отношения между ним и Чжан Чэном выглядели очень хорошими. Разумно было бы предположить, что так не должно быть. Интересно, не поссорились ли они».

«Невозможно. Они же солдаты, и между ними не могло произойти ничего подобного. Скорее всего, он был недоволен, потому что ты помогала в доме Чжан Чэна. Что-то произошло вчера?»

«Нет, вчера вечером все были довольны ужином. Кроме того, папа Сяо Чжо знал, что я собираюсь помочь Чжан Чэну. Он не стал бы злится из-за этого».

Жена командира полка не пришла на ужин вчера вечером, поэтому она не знала, что произошло, и спросила: «Тогда расскажи мне, что ты делала вчера, и я помогу тебе всё проанализировать».

Затем Тан Тан рассказала жене командира полка всё, начиная с того момента как Фан Юй Вэй постучала в её дверь, и заканчивая тем, как они ушли.





Глава 34




Услышав рассказ Тан Тан, жена командира полка рассмеялась и щёлкнула Тан Тан по лбу. «Ты такая неуклюжая, это же так очевидно. Так вот что случилось!»

Тан Тан прикрыла лоб, сказав: «А? Ты поняла причину?»

Жена командира полка заявила: «Как мне не знать, это же очевидно. Цзи Ян явно разозлился, потому что Чжан Чэн и его жена воспользовались твоей добротой. В конечном счете, мне так жаль тебя».

«Ах? Что?» — Тан Тан была ошеломлена.

Жена командира полка действительно полюбила Тан Тан, потому что та была очень простой и робкой. У неё был хороший характер и невинная душа, что редко встречалось у взрослых. Это бессознательно заставляло других людей захотеть сблизиться с ней, но иногда из-за такого характера она была беспомощна перед другими людьми. Она не смогла бы противостоять тщательно обдуманным планам других женщин.

Зная, что Тан Тан действительно ничего не понимает. Жене командира полка пришлось осторожно объяснить ей ситуацию: «Вчера, когда ты пошла помогать жене Чжан Чэна, та ничего не делала, кроме как почистила чеснок. Она выставила себя в невыгодном свете; во время ужина ты занималась готовкой на кухне, а она пила за столом с гостями. Она вела себя так, будто твоя помощь была чем-то естественным, вместо того чтобы помочь тебе на кухне. Кроме того, разве после ужина не хозяин должен был всё убрать. Как они позволили тебе убрать всё в одиночку? Ты была гостьей, это было слишком грубо с их стороны. Будь я на твоём месте, я бы тут же устроила скандал. Ты слишком добрая, чтобы беспокоиться о таком!»

«Ах... так вот в чём дело...» Тан Тан вдруг всё поняла, и пробормотала: «На самом деле я не была против. Мне не казалось, что она была не вежлива со мной, хоть она и была равнодушна. Она всё равно ничем не могла мне помочь, а потом много выпила, так что я не сочла это странным. Мы же соседи в конце концов, было бы нехорошо придираться друг к другу».

Жена командира полка улыбнулась и вздохнула. «У тебя слишком хороший характер. Я думаю, что Цзи Ян по делу разозлился, но он хорошо сдерживался. Если бы на его месте был кто-то другой, он бы уже давно смутился, устроив сцену из-за того, что окружающие не относятся должным образом к его жене! Цзи Ян не был бы настоящим мужчиной, если бы не разозлился и не расстроился из-за своей жены».

Тан Тан лишилась дара речи, неужели Цзи Ян разозлился по этой причине? Он расстроился вместо неё...

Жена командира полка погладила Тан Тан по руке. «Делай как сказал Цзи Ян. Не соглашайся просто так, если она снова попросит тебя о помощи. Ну и что, что она не умеет готовить, это не имеет значения. Её отношение к тебе было неправильным. Ей следовало остаться на кухне и составить тебе компанию, как она могла так себя повести? Дело не в том, что Цзи Ян хотел поссориться, а в том, что жена Чжан Чэна повела себя очень высокомерно. Большинство людей не стоят ничего в её глазах. Если бы это было не так, она бы обязательно позаботилась о тебе должным образом».

Тан Тан поняла смысл слов жены командира полка. Жена Чжан Чэна смотрела на неё с высокомерием. Вот почему она повела себя так невежливо с ней.

«Но... но почему она так относится ко мне? Потому что я плохо выгляжу? Или потому, что я не работаю?»

Жена командира полка покачала головой. «Всё не так, как ты думаешь. Не смотри на неё как на простого учителя. Её статус не такой как у нас. Она похожа на настоящую принцессу. Её отец — генерал, дядя — глава города, и вся семья такая. Она влиятельная особа, к тому же училась в Гарварде, и характер у неё, естественно, немного высокомерный. Она решилась приехать сюда из-за Чжан Чэна. Иначе она не стала бы оставаться здесь и терпеть трудности армейской жизни».

«Вот это да...» — Тан Тан не ожидала, что жена Чжан Чэна окажется такой влиятельной, теперь неудивительно почему она так себя вела.

«Но что бы ни случилось, тебе не нужно идти у неё на поводу. Цзи Ян полагается на свои собственные способности, и его будущее ничуть не хуже, чем у Чжан Чэна. Так как она смотрит на тебя свысока, тебе не нужно бросаться им на помощь. Можешь помогать от всего сердца только тем, кого считаешь дорогим другом. Как думаешь, я права?»

Тан Тан кивнула: «Сестрица, ты права. Теперь я всё поняла. В будущем я точно не стану бездумно помогать всем подряд».

Узнав истинную причину случившегося, Тан Тан совсем не расстроилась. Она даже почувствовала себя по-настоящему счастливой. Тан Тан узнала, что Цзи Ян разозлился, потому что с ней поступили несправедливо. От этого у неё на сердце разливалась неописуемая сладость.

Сейчас их с Цзи Яном отношения становились всё лучше и лучше. Видимо её усилия не пропали даром. Сможет ли она понравиться ему ещё сильнее?

Тан Тан чувствовала себя счастливой. У неё было хорошее настроение, и от этого, казалось, словно весь мир был в цвету. Обычно, когда Тан Тан была в хорошем настроении, она готовила вкусную еду. Подумав, что она давно не готовила пельмени, Тан Тан решила их приготовить. Цзи Ян любил вкусно поесть.

Приняв решение, Тан Тан сходила за продуктами, измельчила мясо и замесила тесто. Ближе к вечеру кухонный стол ломился от пельменей. Цзи Сяо Чжо выглядел очень счастливым и не мог дождаться момента, когда можно будет приступить к еде.

Тан Тан сказала, что ему нужно будет дождаться, пока папа не вернётся домой, чтобы поужинать. Цзи Сяо Чжо весь день стоял у двери, навострив уши. Услышав шаги, он открывал дверь, чтобы посмотреть, не вернулся ли его отец.

Дождавшись, когда наступило время прихода Цзи Яна, Цзи Сяо Чжо услышал шаги на лестнице, и его глаза внезапно загорелись. Маленькая пухлая пуля метнулась к двери и распахнула её, громко крикнув: «Папочка!»

Тан Тан подумала, что Цзи Ян вернулся домой. Она радостно выбежала и уже собиралась позвать мужа. Но кто бы мог подумать, что перед ней будет стоять Чжан Чэн, а не муж, которого она ждала.

«Чжан Чэн, ты вернулся?»

В глазах Чжан Чэна мелькнула тень неловкости, он отвёл взгляд от Тан Тан, склонил голову и сказал: «Сестрица, Цзи Ян идет прямо за мной. Он скоро поднимется. Я пойду». Сказав это, Чжан Чэн открыл дверь и вошёл в соседнюю квартиру так, словно не хотел задерживаться в их компании ни на секунду.

Тан Тан почувствовала, что Чжан Чэн сегодня вел себя немного странно. Похоже, он чувствовал себя виноватым. Она не знала, связано ли это с тем, что произошло прошлой ночью.

Прежде чем Тан Тан успела задумалась о причине такого его поведения, на лестнице снова послышались шаги. На этот раз это действительно был Цзи Ян, но позади него шла женщина.

«Тан Тан, Сяо Чжо» — Гу Янь Ран весело поприветствовала Тан Тан и Цзи Сяо Чжо.

«Госпожа Янь Ран?»

Тан Тан удивилась. Как она здесь оказалась?

Гу Янь Ран погладила Цзи Сяо Чжо по голове. «Тан Тан, мы же одного возраста. Госпожа Янь Ран — это слишком официально. В конце концов мы же выросли вместе с братом Цзи Яном».

Тан Тан кивнула, а затем вопросительно посмотрела на Цзи Яна.

Цзи Ян объяснил: «Она военный врач. В этот раз она отвечает за медицинский осмотр в нашем военном округе. Она услышала, что вы переехали, и решила навестить нас».

Тан Тан всё поняла и быстро пригласила её войти.

Гу Янь Ран оглядела дом и похвалила его: «Тан Тан, ты действительно хорошо заботишься о доме. Здесь очень уютно».

«Нет, я просто подобрала и расставила мебель». Тан Тан налила ей стакан воды, смущённо сказав: «Я не знала, что ты придёшь, поэтому немного приготовила. На ужин будут только пельмени. Надеюсь, ты не возражаешь».

«Нет, пельмени вкусные. Кажется, сегодня мне повезло с хорошей едой».

Услышав её слова, Тан Тан почувствовала облегчение, встала и пошла на кухню готовить пельмени.

Гу Янь Ран наблюдала за увлеченной готовкой Тан Тан, улыбнулась и поддразнила Цзи Яна: «Брат Цзи Ян, кажется, вы хорошо проводите время».

Уголки губ Цзи Яна приподнялись, но он ничего не ответил. Такое его поведение говорило само за себя.

Гу Янь Ран поправила волосы, заправив их за ухо. «Брат Цзи Ян, ты получил сообщение от брата Чжо Цзи? На следующей неделе бабушке Чжо исполняется восемьдесят лет, ты приедешь?»

Цзи Ян кивнул.

«Говоря о бабушке Чжо, она наблюдала за тем, как взрослела вся наша компания, она переживает за нас, как за своих внуков. В мгновение ока мы все стали одной семьей. Она уже немолода. Я помню, когда мы были маленькими, бабушка Чжо больше всего любила тебя и брата Юань Ланя. Она всегда говорила, что вы двое больше всего похожи на генералов. Остальных это раздражало, но, похоже, так оно и есть».

Цзи Ян тоже вспомнил времена, когда был ещё ребенком, и в его глазах появилась улыбка.

Цзи Сяо Чжо сначала играл, сидя в объятиях Цзи Яна, а затем он внезапно вытащил маленькую золотую обезьянку, которая висела у него на шее и посмотрел на Цзи Яна: «Папочка, бабушка Чжо — это та самая бабушка, которая подарила мне маленькую золотую обезьянку?»

«Ты ещё помнишь? Бабушка Чжо наняла специалиста, чтобы сделать эту маленькую золотую обезьянку для тебя, но ты не должен называть её бабушкой Чжо. Ты должен называть её прабабушкой».

Цзи Сяо Чжо и Ду Ду родились в год обезьяны. В год их рождения бабушка Чжо наняла специалиста, чтобы сделать двух золотых обезьянок в качестве подвесок, и попросила мастера благословить их, прежде чем подарить детям. Так она выразила своё пожелание, чтобы малыши выросли в безопасности. Цзи Ян уже рассказывал об этом Сяо Чжо. Он не ожидал, что Сяо Чжо запомнит его слова.

Цзи Сяо Чжо немного расстроился: «Папочка, я помню об этом, но забыл, как выглядит моя прабабушка».

Цзи Ян погладил его по голове. «Это не важно. Папа отвезёт тебя и маму к бабушке на следующей неделе. Тогда ты сможешь поблагодарить её».

«Хорошо, папочка! Я хочу поблагодарить свою прабабушку за то, что она подарила мне маленькую золотую обезьянку».

Гу Янь Ран была поражена: «Братец Цзи Ян, в этот раз ты приедешь с Тан Тан? Раньше ты её с собой не брал, как же так…»

Цзи Ян слабо возразил: «Бабушка Чжо никогда раньше не видела мать Сяо Чжо. Она должна хоть раз навестить старших».

Зрачки Гу Янь Ран сузились, а улыбка в уголках его губ померкла.

«С кем я должна встретиться?» Тан Тан только что сняла с огня готовые пельмени и услышала, что ей нужно кого-то навестить, поэтому с любопытством спросила.

Цзи Ян встал и в несколько больших шагов преодолел расстояние, отделявшее его от большого котелка супа с пельменями, который Тан Тан держала в руках. «Я отнесу, горячо».

«О». Тан Тан отдала ему котелок, и ущипнула себя за мочку уха.

Цзи Ян уставился на её палец. «Что случилось? Обожглась?»

Тан Тан показал ему свою руку. «Нет, нет, всё в порядке».

Увидев, что всё в порядке, Цзи Ян просто ответил на её слова. «На следующей неделе бабушке Чжо Цзи исполнится восемьдесят лет. Я отвезу тебя и Сяо Чжо к ней».

«А, восьмидесятилетие — это большая удача. Нам нужно хорошо отпраздновать со старшей её день рождения». Пока Тан Тан говорила, естественно, она задумалась о подарке. «Муженек, какой подарок мы приготовим? Я могу сделать что угодно. Ты что-нибудь придумал».

Цзи Ян пробормотал: «Я всё ещё думаю об этом, давай сначала поедим».

Тан Тан кивнула и позвала Гу Янь Ран отведать пельменей.

«Тан Тан, можно я останусь здесь сегодня ночью? Здесь нет казарм для женщин-солдат, а мне не нравится жить в гостевом доме». Гу Янь Ран внезапно обратилась к Тан Тан, когда та закончила есть.

На базе были только солдаты-мужчины. Тут действительно не было общежития для солдат женщин. Тан Тан определенно не могла отказать в этой маленькой просьбе. «Конечно, вторая комната всё равно пустует. Я приготовлю её для тебя позже».

Гу Янь Ран посмотрела на двери гостевой комнаты и хозяйской спальни, а затем улыбнулась. «Тогда я побеспокою вас».

После ужина Тан Тан сменила постельное бельё в гостевой комнате и приготовила туалетные принадлежности для Гу Янь Ран. Она убедилась, что с девушкой всё в порядке, а затем вернулась в хозяйскую спальню. После того как все трое приняли душ, Тан Тан, как обычно, наполнила таз горячей водой и положила туда несколько лекарственных трав для ног Цзи Яна.

После добавления лекарственных трав в воду Цзи Сяо Чжо больше не ног её использовать. Поэтому Сяо Чжо больше не мог наслаждаться ванночкой для ног, но, чтобы успокоить малыша, Тан Тан массировала ему ноги перед сном. На самом деле это был не настоящий массаж, Тан Тан просто играла с ним, но Сяо Чжо всё равно получал удовольствие от этого каждый раз.

Малыш не догадывался, что настоящий массаж стоп получал только его отец.

Тан Тан продолжала обсуждать с Цзи Яном день рождение бабушки Чжо. Так как она была одним из самых важных людей в жизни Цзи Яна, Тан Тан придавала этому большое значение.

«Муженек, что за человек бабушка Чжо? Думаю, мы можем подготовить подарок на день рождения, исходя из её увлечений».

Когда речь заходила о бабушке Чжо, на лице Цзи Яна проявлялись уважение и любовь: «Бабушка Чжо — очень талантливая и умная женщина. Она прекрасно разбирается в поэзии и стихосложении, а также очень проницательна в деловых вопросах. Она во многом хороша. Каллиграфии и чайной церемонии она лично обучала Чжо Цзи».

«Но бабушка Чжо вовсе не слабая женщина. Напротив, она очень сильная. В неспокойные времена бабушка Чжо поддерживала всю семью Чжо. Чжо Цзи может похвастаться своим нынешним положением, только благодаря бабушке Чжо».

Тан Тан была так поражена, что не могла сдержать восхищения. Судя по описанию Цзи Яна, бабушка Чжо была очень мудрой женщиной. Такой человек не шел ни в какое сравнение с ней.

«Тогда, бабушке Чжо может понравится фарфоровый чайный сервиз с каллиграфией. Стоит ли нам приобрести один такой для неё?»

Цзи Ян засомневался и покачал головой. «Бабушке Чжо действительно понравится что-то такое, но её коллекция и так уже лучшая в мире. Трудно будет найти что-то лучше, чем есть у неё, и я думаю, что многие подготовят для неё что-то похожее. Если мы тоже подарим ей это, то, будет казаться, что подарок сделан без души».

Тан Тан посчитала, слова Цзи Яна вполне разумными. Как правило, таким пожилым людям дарят то, что им нравится. Но, если задуматься получше, они не смогли бы купить в обычном магазине картину или фарфор высшего качества.

Что ещё мы можем подарить?

Цзи Ян тоже почувствовал головную боль от этого. Старейшина относилась к нему как к внуку. Он не хотел показаться бестактным, но ему действительно трудно было найти подход к пожилым людям. Его не волновала цена, главное — чувства. Он хотел порадовать старушку.

Тан Тан вдруг сказала: «Муж мой, я думаю, что пожилые люди совсем не беспокоятся о деньгах, для них не важно, что подарок недорогой, главное — забота и внимание».

Цзи Ян рассмеялся, они оба думали об одном и том же.

«Муженек, а бабушке Чжо нравятся какие-нибудь старинные вещи, такие как украшения, прически или одежда?»

Тан Тан предположила, что бабушке Чжо скорее всего не нравятся золотые и серебряные украшения, ей наверняка нравится что-то старинное, что-то из её времени.

Цзи Ян задумался. Он попытался вспомнить наряды бабушки Чжо. И обнаружил, что бабушка Чжо редко носила современную одежду. В основном она одевается как дамы времён Древнего Китая: её волосы всегда были аккуратно уложены, она носила вышитые туфли, наряды с юбками — аоцюнь, платья — ципао или чонсам. Более того, похоже, что, по словам Чжо Цзи, помимо коллекции фарфора, бабушка Чжо также любила коллекционировать ципао и чонсамы.

Чонсам — Тан Тан не очень хорошо разбирается в этих нарядах, в конце концов, она никогда не носила их, но она была хорошо знакома с нарядами аоцюнь, она носила их с самого детства, но Тан Тан не знала, был ли упомянутый аоцюнь таким же, как тот, что знала она.

Тан Тан взволнованно взяла свой мобильный телефон и нашла в интернете несколько фотографий нарядов аоцюнь для Цзи Яна. Она спросила: «Муженек, бабушке нравится носить такие наряды?»

Цзи Ян внимательно рассмотрел фотографию, а затем мысленно сравнил её с образом бабушки Чжо и кивнул.

Увидев кивок Цзи Яна, Тан Тан внезапно просияла. «Муженек, я знаю, что подарить!»

Цзи Ян посмотрел на неё с интересом, не зная, о чём она думает.

Тан Тан облизнула губы и рассмеялась. «Видишь ли, раз бабушке Чжо нравится носить такую одежду, то я лично сошью ей наряд аоцюнь, подходящий для пожилых людей, а после сделаю пару вышитых туфель. Я в этом хороша, муж мой, как думаешь?»

Цзи Ян вспомнил, что рукоделие Тан Тан выглядело прекраснее, чем одежда, сшитая с помощью швейной машинки. Почему-то он поверил, что наряд, который Тан Тан сошьет будет очень хорошим подарком.

Её идея вызвала у него теплые чувства.

«Я думаю, бабушке это понравится».

Получив одобрение, Тан Тан была очень счастлива и взволнованно схватил Цзи Яна за руку. «Муж мой, муженек, покажи мне, как выглядит бабушка Чжо. Я хочу создать наряд, соответствующий её внешности и фигуре. Этот комплект одежды я сошью специально для неё!»

Цзи Ян тоже был заражён радостью Тан Тан, и его губы изогнулись в улыбке. Она попросила показать ей одну фотографию бабушки Чжо, и он показал ей ту, где она была изображена вместе с дедушкой Чжо.

Когда Тан Тан увидела фото, её привлёк пожилой мужчина на снимке рядом с бабушкой. Он выглядел элегантным и красивым. Но не было никаких сомнений в том, что и бабушка Чжо в молодости была красавицей. Однако годы не испортили её внешность. Они лишь придавали её облику бесконечное очарование.

Когда Тан Тан увидела бабушку Чжо, то невольно вспомнила одну пожилую даму из своего времени. Эти две женщины вызывали у неё одинаковые чувства. Обе они были мудрыми и удивительными старейшинами.

Тан Тан сразу же представила себе пожилую даму в правительственной одежде. Она знала, какую одежду нужно сшить для бабушки Чжо!

Тан Тан с воодушевлением принялась за массаж, надавливая на акупунктурные точки на стопах Цзи Яна, а затем вытерла лоб и поспешно сказала: «Муженек, вытри ноги, я хочу купить ткань и инструменты».

Цзи Ян впервые видел, чтобы Тан Тан так торопилась. Она вела себя как маленькая девочка. Он улыбнулся и покачал головой. После того как Цзи Ян вытер свои ноги, он отнес воду в ванную.

Цзи Сяо Чжо всё это время ждал, когда ему сделают массаж ног, но кто бы мог подумать, что мама забудет о его маленьких ножках, за то время, пока делала массаж папе. Он не смог удержаться, чтобы не облизнуться и не потянуть свои пухлые ножки для массажа в сторону Тан Тан: «Мамочка, папочка получил массаж ног, а как же я?».





Глава 35




Тан Тан виновато улыбнулась малышу. «Маме сейчас нужно заняться важными делами. Можно я сделаю его тебе завтра?»

Цзи Сяо Чжо надул губы и пожаловался: «Мамочка, ты странная, ты папу любишь больше!»

«Нет, мама не странная, мама сейчас занимается очень важным делом». Тан Тан определенно не могла согласиться с таким обвинением.

«Но, мамочка, если ты не сделаешь мне массаж, я не засну. Если ребёнок будет плохо спать, он не вырастет».

Малыш даже использовал в качестве рычага давления свою бессонницу. Тан Тан почувствовала, что малышу сегодня вечером просто необходим массаж ножек. Она задумалась и взглянула на Цзи Яна, а затем сказала: «Муженек, помоги мне, сделай массаж ножек Бао Бао сегодня вечером, хорошо?»

Если бы подобное произошло раньше, то Тан Тан не решилась бы попросить его об этом и не знала бы, как ей поступить. Но теперь, когда Тан Тан поняла мысли Цзи Яна и причину его гнева прошлой ночью, она вдруг осмелилась так обратиться к нему. У неё было такое чувство, что он не откажет ей.

Цзи Ян удивленно посмотрел на неё на протяжении нескольких секунд. Убедившись, что она не шутит, он наконец кивнул, хотя и не собирался делать Сяо Чжо массаж ног.

«Спасибо, муженек!» Тан Тан одарила его милой улыбкой, а затем посмотрела на малыша: «Бао Бао, папочка сегодня хорошенько тебя помассирует? После этого ты крепко уснёшь».

Цзи Сяо Чжо не хотел, чтобы папа делал ему массаж, он хотел, чтобы это сделала его нежная мама!

Цзи Сяо Чжо не успел отказаться, как Цзи Ян его прервал. Он схватил одну из его пухлых ножек и сжал своей в руке. «Папа сегодня сделает тебе массаж, не мешай маме заниматься важными делами».

Цзи Сяо Чжо неохотно посмотрел на отца взглядом, полным недоверия: «Папочка, ты действительно умеешь делать массаж?»

Цзи Ян сначала промолчал, а затем под пристальным взглядом Тан Тан он сказал то, во что сам не до конца верил: «Да».

Цзи Сяо Чжо действительно не хотел, чтобы его папа делал ему массаж, но в таких обстоятельствах он тоже не смог отказаться. Он неохотно улыбнулся, и мог лишь легонько приподнять ноги в сторону Цзи Яна: «Тогда хорошо».

Из-за поведения маленького пухлого малыша Цзи Яну захотелось шлепнуть его.

Цзи Ян вспомнил, как Тан Тан обычно делала массаж Сяо Чжо и обхватил мизинец малыша своими пальцами. Он не ожидал, что от простого надавливания на пальчик, ребенок закричит со словами: «Папочка, ты слишком сильно давишь, полегче!»

Цзи Ян ослабил силу нажатия и снова помассировал пальчик малыша, но в этот раз тот захихикал. «Папочка, слишком слабо, мне щекотно, посильнее!»

Цзи Ян снова отрегулировал силу нажатия, но малыш каждый раз был недоволен. Цзи Ян не думал, что с его действиями было что-то не так, но маленький пухлый малыш продолжал во всём его обвинять.

Цзи Ян убрал руку и уложил Сяо Чжо в кровать. Он приказал: «Цзи Цзы Чжо, раз ты не можешь уснуть, я покажу тебе несколько боевых приёмов! После этого ты точно уснёшь».

Цзи Сяо Чжо был ошеломлён, понимая, что он сам себе вырыл яму. Малыш тут же зевнул: «Вообще-то я уже могу заснуть, не нужно показывать мне боевые приемы».

Цзи Ян спокойно ответил: «Нет, ты должен научиться паре приемам. После того как закончишь их выполнять, можешь ложиться спать».

«Почему?»

«Потому что ты снова набрал вес, тебе нужно похудеть».

Цзи Сяо Чжо беспомощно и сердито ущипнул себя за живот и в конце концов не выдержал: «Нет, мой вес почти не изменился!»

Цзи Ян указал на весы в углу, которые обычно использовала Тан Тан. «Иди, встань на весы и взвесься. Если ты не набрал вес, то тебе не нужно будет упражняться сегодня вечером. Но, если ты поправился, то тебе придётся упражняться каждую ночь, перед сном».

Ситуация немного накалилась, и Цзи Сяо Чжо быстро взглянул на весы. В его глазах мелькнула неуверенность, и он украдкой посмотрел на Тан Тан.

Тан Тан тут же уткнулась в телефон и сделала вид, что очень занята.

Увидев, что мама не собирается его спасать, Цзи Сяо Чжо сморщил нос. Ему не хотелось взвешиваться, но и отказываться ему было довольно неловко. Поэтому Сяо Чжо стиснул зубы и попытался сделать вдох, чтобы немного втянуть живот. Затем он взял весы так, словно готовился к смерти.

Цзи Ян прищурился, глядя на весы, и на них появилось число «20»[2].

«О, Цзи Сяо Чжо, взгляни на себя. Сколько ты весил на прошлой неделе?»

Цзи Сяо Чжо недоверчиво посмотрел на число на весах. Он был убит горем и покачал головой, недоверчиво прошептав: «Как такое возможно?»

Тан Тан знала, как сейчас было грустно малышу, потому что она сама чувствовала отчаяние и грустила каждый раз, когда становилась на весы. Поэтому она молча подошла и обняла малыша, погладила его по голове и снова поцеловала. Тан Тан утешала его: «Ничего страшного! Ты всё ещё растешь, и скоро станешь таким же высоким и стройным, как твой папа, когда вырастешь. Сейчас ты просто немного поправился».

Её слова немного утешили малыша. Он уткнулся головой в живот Тан Тан.

Цзи Ян улыбнулся, но наказание для малыша не отменил. «Ну что ж, Цзи Сяо Чжо, мужчина всегда должен держать своё слово. Что ты должен сейчас сделать?»

Цзи Сяо Чжо молча оторвал голову от живота матери и так же молча прошёл в центр комнаты. Внезапно он вскрикнул и в следующую секунду ударил ногой, повторяя один из боевых приемов. Он вытянул руки и ударил ногами воздух. Это был один из стандартных боевых приёмов, но при этом он был очень мощным.

Тан Тан впервые увидела, как малыш выполняет боевой прием. Она не ожидала, что он будет так хорош в этом. Она не удержалась и потянула Цзи Яна за рукав. «Муженёк, Бао Бао молодец!»

Цзи Ян смотрел на движения Цзи Сяо Чжо, и в его глазах тоже мелькнуло удовлетворение. Хоть он и пухлый, но довольно гибкий.

Цзи Сяо Чжо кричал и стонал почти двадцать минут, прежде чем остановиться. Его голова покрылась потом, и он явно устал.

Тан Тан быстро вытерла его пот полотенцем и поцеловала в щёчку. «Бао Бао, ты потрясающе двигался! Ты просто красавчик!»

Глаза малыша заблестели, он украдкой взглянул на Тан Тан, но сказал: «Да ладно, всё нормально».

Цзи Ян слегка кивнул малышу: «Неплохо».

Цзи Сяо Чжо гордо выпятил грудь.

Тан Тан улыбнулась и повела малыша в ванную, чтобы он снова принял душ. Не известно, устал ли он от тренировки, но малыш заснул, пока принимал ванную, и тихонько похрапывал.

Кто вообще сказал, что он плохо спит...

Тан Тан собрала все свои силы, чтобы вынести малыша из ванной, но так как она была слишком слаба, то чуть не упала вместе с ребенком. К счастью, Цзи Ян вовремя поймал мать и ребенка, иначе сегодня вечером случилась бы трагедия.

Однако такой крупный и подвижный малыш даже не проснулся, так что его спокойно уложили в постель.

Тан Тан немного растерялась и воскликнула: «Муженек, прости, что я такая слабая, в будущем я буду осторожнее».

Цзи Ян увидел, как она расстроена, и невольно обвинил во всём Сяо Чжо: «Он слишком тяжёлый».

Тан Тан решила поговорить о Цзи Сяо Чжо. «Муженек, ты не можешь говорить, что Бао Бао толстый. Дети должны быть пухлыми, но он не всегда будет таким. Он похож на тебя и в будущем будет таким же, как ты».

Цзи Ян кивнул: «Я знаю». Потому что в детстве он был таким же пухлым, как Цзи Сяо Чжо, он начал худеть после школы.

«Эй? Ты знаешь? Значит ты не ненавидишь Бао Бао за то, что он пухлый?»

Цзи Ян покачал головой. «Тренировки нужны ему не для того, чтобы похудеть. Они нужны для поддержания здоровья. Чтобы в будущем вырасти здоровым, пусть тренируется каждую ночь перед сном. Даже если меня не будет рядом, ты должна присматривать за ним. Ты справишься?»

Тан Тан осознала, что неправильно его поняла, и твёрдо заверила: «Я присмотрю за Бао Бао, чтобы моему мужу было спокойнее».

Цзи Ян кивнул, а затем его взгляд упал на Тан Тан. При виде её тонких рук, которые на первый взгляд, казалось, могут сломаться от легкого прикосновения, он невольно нахмурился.

Тан Тан почувствовала на себе его пристальный взгляд и начала запинаться в словах, спрашивая: «Муженек, ты... почему ты так на меня смотришь?»

«Тан Тан, ты слишком худая. Тебе нужно есть побольше».

Тан Тан не знала, куда деть руки и ноги: «Я... Я пытаюсь набрать вес, правда, я набрала полкилограмма, и в будущем наберу ещё больше!»

Цзи Ян не заметил, что она прибавила в весе, но для здорового тела этого было недостаточно. Тан Тан была слишком слаба. Ей нужны были физические нагрузки.

«Просто много есть недостаточно. С этого дня каждое утро вы с Сяо Чжо должны выходить на тренировочную площадку, и пробегать по пять кругов каждый.

«Что?» — Тан Тан словно молнией поразило.

«У тебя слишком слабое тело, тебе нужно заниматься спортом. Если у тебя будет хорошая физическая форма, ты естественным образом наберешь вес. Каждое утро на тренировочной площадке собирается много людей. Вы с Цзи Сяо Чжо тоже должны пойти. Ты сможешь это сделать?»

Тан Тан в душе качала головой, но не осмелилась возражать, и лишь кивнула: «Я сделаю это».

Довольный Цзи Ян протянул руку и выключил свет. «Засыпай, я разбужу тебя завтра утром на пробежку с Сяо Джо».

Тан Тан плакала в душе, и не могла себе представить, как сильно расстроится Цзи Сяо Чжо, когда завтра узнает эту новость.

Бао Бао, мамочке очень жаль. Мама втянула тебя во всё это.

В тот момент никто в комнате не подозревал, что в тёмной гостиной пара чьих-то глаз не сводила взгляда с двери хозяйской спальни всю ночь.

* * *

Тан Тан проснулась от того, что её кто-то тихого зовет, и с трудом открыла глаза. Она увидела красивое лицо Цзи Яна.

«Муженек?»

«Тан Тан, вставай и пойдем на пробежку».

Тан Тан моргнула. Спустя долгое время она вспомнила, что согласилась прошлой ночью заниматься пробежкой. Она вдруг оцепенела, но всё равно поднялась, потому что не могла иначе. Она не могла игнорировать слова своего мужа.

Увидев, что Тан Тан проснулась, Цзи Ян поднял Сяо Чжо, который всё ещё крепко спал, и понёс в ванную: «Цзи Сяо Чжо, вставай!»

Цзи Сяо Чжо, конечно же, не хотел просыпаться, но ему пришлось это сделать, когда его отец стал умывать его холодной водой.

«Эй, папочка, дождь идет?»

«Нет, не дождь, тебе нужно проснуться».

Цзи Сяо Чжо открыл глаза и увидел, что отец умывает его. «Папочка, зачем ты умываешь меня?»

«Потому что тебе придётся спуститься вниз с мамой, чтобы побегать».

«…»

Атмосфера внезапно стихла.

Через три минуты из ванной донёсся отчаянный крик, похожий на рёв маленького зверька: «Не-е-ет»

Тан Тан вытерла лицо полотенцем.

Десять минут спустя Тан Тан и Цзи Сяо Чжо в спортивной одежде для бега появились на тренировочной площадке у дома. Гу Янь Ран тоже была там.

После своей утренней тренировки Цзи Ян вернулся в квартиру, чтобы разбудить мать и сына. Ему пришлось уйти, когда он проводил их на тренировочную площадку. Прежде чем уйти, он, переживая за них, предупредил: «Вы двое должны хорошо пробежаться, каждый должен пробежать пять кругов. Я вернусь вечером и проверю».

Тан Тан и Цзи Сяо Чжо кивнули.

Гу Янь Ран улыбнулась и сказала, обращаясь к Цзи Яну: «Брат Цзи Ян, я тоже вышла на тренировку. Можешь спокойно идти, я останусь и побегаю с ними».

Гу Янь Ран тоже считалась солдатом. Цзи Ян не беспокоился на её счет, поэтому кивнул, а затем ушел.

Когда Цзи Ян пропал из виду, Гу Янь Ран махнула Тан Тан и Цзи Сяо Чжо. «Пойдёмте, начнём пробежку. Утренняя пробежка очень важна в течении дня».

Тан Тан и Цзи Сяо Чжо переглянулись и побежали.

Гу Янь Ран бежала вместе с ними. Очевидно, она намеренно замедлила темп, и легко шагала рядом. В отличие от неё Тан Тан бежала почти так же медленно, как улитка, даже Цзи Сяо Чжо со своими короткими ножками справлялся лучше. Он подбадривал и веселил её во время бега.

Тан Тан сильно стеснялась.

«Тан Тан, кажется, ты обычно не очень много тренируешься?» — сказала Гу Янь Ран во время бега.

Тан Тан кивнула и, тяжело дыша, сказала: «Да, я… я никогда не бегала».

Гу Янь Ран нахмурилась и засомневалась: «Ты не можешь продолжать в том же духе. Брату Цзи нравятся женщины, которые любят заниматься спортом. Я помню, что меньше всего ему нравились слабые женщины. Из-за этого я с младших классов начала бегать по пять километров каждый день. До средней школы я часто задыхалась, пробежав пару шагов. Всё было намного хуже, чем у тебя сейчас».

Оказывается, её мужу нравятся женщины, которые любят спорт и физические нагрузки. Это точно не про неё. Неудивительно, что муж велел ей бегать каждый день...

Тан Тан изо всех сил старалась двигаться вперёд и бежала, стиснув зубы, приговаривая: «Я... я буду бегать каждый день».

Гу Янь Ран улыбнулась и ободряюще похлопала Тан Тан по плечу. «Тебе нужно много работать. Семья брата Цзи — военная. Все члены его семьи в хорошей физической форме, особенно дедушка. Его семье больше всего нравятся героические женщины. Раньше дедушка даже говорил, что жена брата Цзи Яна должна работать в военной сфере. Не ожидала, что брат Цзи Ян в итоге женится на ком-то не из армии. Это довольно неожиданно».

Тан Тан неосознанно нахмурила брови, потому что слова Гу Янь Ран вызвали у неё множество вопросов, но она не стала их задавать. Она не знала, почему Гу Янь Ран рассказала ей об этом, но интуиция ещё никогда её не подводила. Тан Тан чувствовала, что не нравится Гу Янь Ран, хотя та и не показывала этого. Она сказала ей всё это не по доброте душевной.

Тан Тан промолчала, а затем просто продолжила бежать.

Гу Янь Ран ждала, пока Тан Тан начнет задавать вопросы. Она не ожидала, что та совсем ничего не спросит. Она невольно приподняла брови и предпочла промолчать.

После пробежки Гу Янь Ран отправилась на работу, она организовывала медицинское обследование для солдат, а Тан Тан вернулась домой с Цзи Сяо Чжо.

Тан Тан взяла малыша за руку и вспомнила, что он никогда не говорил о своём прадедушке. Это было немного странно. Разумно предположить, что прадедушки были без ума от своих маленьких правнуков, как такое возможно? Он никогда не связывался с ним?

«Бао Бао, ты знаешь своего прадедушку?»

Цзи Сяо Чжо услышал эти слова, и его глаза слегка расширились от удивления и настороженности: «Мамочка, почему ты спрашиваешь про прадедушку?»

Тан Тан всё больше и больше убеждалась, что в этом вопросе было что-то не так, поэтому спросила: «Маме очень любопытно, твоя мамочка тоже никогда не видела твоего прадедушку. Почему прадедушка никогда не связывался с нами? Прадедушка нас не любит?»

Цзи Сяо Чжо склонил голову и скрестил руки.

Малыш, должно быть, что-то знает. Тан Тан поцеловала его в личико и спросила: «А разве Бао Бао не может рассказать своей мамочке?»

Цзи Сяо Чжо нахмурил свои маленькие бровки и долго размышлял, прежде чем тихо прошептать на ухо Тан Тан: «Мамочка, я скажу тебе, но тебе нельзя рассказывать об этом папочке, иначе он расстроится. Прадедушка тоже не разрешал мне этого говорить».

Тан Тан поклялась: «Мамочка обещает».

Цзи Сяо Чжо огляделся и убедился, что вокруг никого нет: «На самом деле я тайно встречался с прадедушкой, но папочка не знает. Прадедушка сказал мне не говорить папе об этом. Так что это наш с прадедушкой секрет. Мамочка, я думаю, что папочка поссорился с прадедушкой, и они до сих пор не помирились».

«Вот оно как...» Тан Тан прикусила губу и задумалась, чувствуя, что предположение Цзи Сяо Чжо может быть верным. Если у мужа действительно были разногласия с дедушкой, то это объясняло почему они не связывались друг с другом, и она никогда не слышала о нём, хотя прошло так много времени.

Но почему они повздорили? Может, потому что муж женился на женщине, которая не понравилась дедушке? Дедушка, наверное, и сейчас её недолюбливает.

Да, мой муж такой хороший человек, его достойна только самая красивая женщина, способная обеспечить ему достойную жизнь. Тан Тан действительно считала, что недостойна его. У неё не было ни внешности, ни семьи. Будь она на месте дедушки, то не захотела бы такую жену для своего внука.

Тан Тан вдруг захотелось вздохнуть, но, к счастью, у неё был Цзи Сяо Чжо. Её маленькое сокровище придавало ей уверенности. Если бы не Бао Бао, она бы не смогла жить так, как сейчас.

Сейчас она стала типичной матерью.

Однако, несмотря на то что в её сердце было много сомнений, Тан Тан не стала бы спрашивать об этом Цзи Яна. Раз он ей не сказал, значит, точно не хотел, чтобы она знала. Если бы она опрометчиво начала задавать вопросы, то не могла быть уверена в том, что с ней произойдет дальше. Что, если он будет недоволен? Тан Тан до сих пор не знала, как он отреагирует на это.

В последующие дни Гу Янь Ран больше не появлялась. Тан Тан не знала, покинула ли та военную базу, но решила не спрашивать. Каждый день, кроме пробежек и тренировок, она пыталась шить одежду. Она трудилась бессонными ночами, чтобы успеть подготовить подарок ко дню рождения Бабушки Чжо.





Глава 36




За день до дня рождения бабушки Чжо Цзи Ян взял несколько дней отпуска, и отправился с Тан Тан и Цзи Сяо Чжо прямиком в столицу.

Родительский дом Чжо Цзи, расположенный на окраине столицы, представлял собой большой особняк, у входа в который был расположен контрольный пункт, где каждый день дежурил охранник.

Тан Тан впервые увидела такой внушительный и торжественный особняк. Она начала по-новому воспринимать статус семьи Чжо.

В прошлый раз, общаясь с Чжо Цзи, Тан Тан поняла по его характеру, что его семья Чжо должно быть богата. Теперь она узнала, что они были не просто богаты, они добились того, чего трудно добиться только с помощью денег. Семья Чжо Цзи не только богата, но и влиятельна.

Гу Чжан Ань и Цзи Юэ, похоже, тоже были очень богаты. Почему друзья её мужа такие не простые? Значит ли это что и её муж не простой человек?

Тан Тан вдруг вспомнила, что Гу Янь Ран рассказала ей в прошлый раз. Она сказала: «Братец Цзи из семьи военных», значит, его семья тоже очень влиятельная?

Заметив вопросительный взгляд Тан Тан, Цзи Ян повернулся к ней и спросил: «Что?»

Тан Тан хотела открыть рот и задать вопрос, но передумала и просто покачала головой: «Ничего».

Цзи Ян решил, что она просто не привыкла к таким местам, и погладил её по голове, как маленького ребёнка: «Не бойся, чувствуй себя как дома, и не стесняйся».

Тан Тан задумалась. Она посмотрела своими ясными глазами на Цзи Яна, впервые гладящего её по голове, и улыбнулась. Она была очень счастлива...

Цзи Сяо Чжо увидел, как его мама почему-то улыбается его отцу, и невольно покачал головой. Эту женщину было действительно трудно понять.

Бабушка Чжо услышала, как управляющий домом сказал, что скоро подъедет Цзи Ян, и что он привезет с собой дорогого ей ребёнка. Можно было догадаться, что Бабушка Чжо почувствовала огромную радость. Она сразу же отправилась поприветствовать их у входа и, увидев пухленькую милую фигурку Цзи Сяо Чжо, не смогла сдержать улыбки и спустилась на несколько ступенек. «О боже, это, должно быть, Сяо Чжо. Прабабушка давно тебя не видела. Ты так вырос».

Цзи Сяо Чжо увидел очень привлекательную старушку со светлыми волосами, и сразу же догадался, что та была его прабабушка, которая подарила ему маленькую золотую обезьянку. Он отпустил руки отца и матери и бросился к старушке. Однако он знал, что старушка не сможет его поймать, поэтому не стал со всей силы прыгать в её объятия, он обхватил за ноги прабабушку Чжо и закричал: «Прабабушка~»

«Айя~ Маленький ребенок прабабушки~», — бабушка Чжо улыбнулась, глядя на малыша, и её сердце наполнилось такой нежностью, что ей не терпелось прижать малыша к сердцу.

Чжо Цзи, сидя в инвалидном кресле позади, увидел выражение лица своей бабушки в тот момент, когда она увидела Цзи Сяо Чжо. Он громко рассмеялся и ему пришлось выйти вперёд, чтобы поприветствовать Тан Тан: «Прости нас. Бабушка забывает обо всём, когда видит этого ребёнка. Теперь в её глазах мы все словно воздух».

Тан Тан улыбнулась.

Цзи Ян тоже улыбнулся и подошёл к Чжо Цзи, чтобы помочь с инвалидным креслом. «Понимаю, бабушка Чжо уже больше десяти лет надеется, что ты женишься и у тебя родится ребёнок. Неудивительно, что она так себя ведет».

Чжо Цзи покачал головой и рассмеялся. Он горько улыбнулся. «Я не хочу причинять боль другим девушкам».

Цзи Ян взглянул на Чжо Цзи и похлопал его по плечу. «Не будь таким, Старший брат. Если тебе кто-то нравится, не отпускай этого человека. Ты заслуживаешь хорошую девушку».

Чжо Цзи рассмеялся и ничего не ответил.

В этот момент бабушка Чжо, увлеченная общением с Цзи Сяо Чжо, вспомнила о других людях. Улыбнувшись и взяв за руку Цзи Яна, она перевела взгляд на гостью, которую раньше никогда не видела. В её взгляде не было удивления, только мягкость.

Цзи Ян представил её: «Бабушка, это Тан Тан — мать Сяо Чжо. Мы не навещали тебя с тех пор, как поженились. В этот раз я привел её к тебе».

Мудрый взгляд Бабушки Чжо скользнул по ним обоим, и она сразу поняла, что между ними что-то произошло, но ничего не стала спрашивать, а просто рассмеялась и потянула Тан Тан за руку: «Хорошее дитя, с этого дня приходи ко мне почаще, и твоя бабушка будет счастлива».

Тан Тан серьёзно кивнула: «Бабушка, позже я снова приду и приведу Сяо Чжо к тебе».

В глазах бабушки Чжо мелькнуло удовлетворение. Кажется, страдания Цзи Яна закончились. У этого ребенка наконец-то появился близкий человек, разделяющий с ним счастье.

Когда все гости расселись в гостиной, Цзи Ян протянул подарочную коробку Тан Тан и прошептал: «Передай подарок бабушке».

Тан Тан сказала себе под нос: «Я?»

Цзи Ян кивнул.

Тан Тан не понимала, почему он сам не отдал подарок бабушке Чжо, а захотел, чтобы это сделала она. Но решила, что у него были на то свои причины, поэтому взяла подарочную коробку. Руки Тан Тан нервно сжались и под пристальным взглядом присутствующих она подошла к бабушке Чжо, протянула подарок и сказала: «Бабушка, мы приготовили для тебя этот подарок на день рождения. Я желаю тебе жизни столь же обширной и долгой, как Восточное море, а счастье пусть соперничает с вечной сосной в Южных горах».

Бабушка Чжо протянула руку за подарком и посмотрела на Тан Тан с Цзи Яном. «Вы, молодые, так любите тратить деньги. Бабушка уже довольна тем, что вы пришли. Вам не нужно было покупать подарки, и ломать голову, чем бы меня порадовать. Неужели бабушка в ваших глазах такая жадная старушка?»

Прежде чем Цзи Ян и Тан Тан что-то ответили, Чжо Цзи слегка рассмеялся и попросил пощады: «Бабушка, не сердись на меня. Я обещаю, что в следующий раз приготовлю недорогой подарок, хорошо?»

Цзи Ян спросил Чжо Цзи взглядом, что случилось.

Чжо Цзи виновато улыбнулся.

Видя, что он не отвечает, бабушка Чжо ответила вместо него: «Твой старший брат действительно молодец. Он подарил мне на день рождения картину дворца Хань. Он потратил на неё 100 миллионов на аукционе. Я обычная старушка, мне не нужен такой грандиозный день рождения!»

Её заявление смутило не только Цзи Сяо Чжо, который плохо разбирался в деньгах, но и всех остальных, особенно Тан Тан, испугавшуюся этой суммы. Она чуть не забыла, как дышать.

Ого, сто миллионов! Сколько это вообще? На фоне такого подарка, подарок, который она приготовила, был просто смехотворно дешёвым.

Тан Тан вдруг почувствовала, что подарок в её руках слишком плох, и немного побоялась его отдавать.

Цзи Ян замер всего на секунду, а затем сказал бабушке Чжо: «Бабушка, старший брат старался от всего сердца. Не вини его».

Бабушка Чжо указала на Цзи Яна: «Ты постоянно заступаешься за своего старшего брата. Я ещё ничего не сказала о тебе, тебе тоже не стоило тратиться!»

Хотя бабушка Чжо в глазах посторонних выглядела, как строгая королева, перед своими внуками она ничем не отличается от обычных пожилых людей. Она любила их, но выражала свою любовь через ворчание. Сколько бы им не было лет, Бабушка Чжо продолжала учить их и наказывать.

Но Цзи Ян на это только улыбнулся: «Бабушка, в этот раз ты не можешь так говорить. Я не стал готовить такой дорогой подарок, как мой старший брат. Подарок, который мы тебе подарили, ничего не стоил. Тан Тан сама его для тебя сделала».

Это заявление заставило бабушку Чжо удивиться и обрадоваться, посмотрев Тан Тан. «Его сделала Тан Тан? Что там? Покажи бабушке».

Тан Тан сильно нервничала из-за недорогого подарка, и украдкой посмотрела на Цзи Яна. Она заметила, что он тоже смотрит на неё. Цзи Ян слегка кивнул ей, отчего Тан Тан стало менее неловко. Она тихонько сказала: «Бабушка, я услышала от Цзи Яна, что ты любишь носить наряды с юбками — аоцюнь, поэтому решила подарить тебе один такой. Надеюсь, он тебе понравится».

Услышав объяснение внучки, бабушка Чжо заинтересованно протянула руку и открыла коробку. «Что ж, бабушке уже нравится этот подарок, у тебя такое доброе сердце».

В тот момент, когда бабушка открыла крышку коробки, все увидели одежду внутри. Хотя вещи нельзя было рассмотреть целиком, бабушка Чжо мгновенно поразилась от одного взгляда на них. Вещи выглядели невероятно изысканно. Она не сдержалась и начала внимательно рассматривать рубашку и юбку по отдельности. Казалось, её глаза были полны удивления.

Когда бабушка Чжо увидела на дне коробки пару изысканных вышитых туфель, то была так приятно удивлена, что растрогалась, и не могла удержаться, чтобы взять их в руки.

Тан Тан сшила для бабушки Чжо комплект аоцюнь и вышитые туфли, взяв за основу любимое и самое красивое платье своей пожилой няни. Такое сочетание выглядело великолепно, но сшитый ею наряд ещё лучше подходил темпераменту бабушки Чжо. Чтобы добиться наилучшего эффекта, она даже тайком распустила оригинальную вышивку на ткани и заменила её своей собственной. От этого наряд стал выглядеть ещё лучше.

Одежда, сшитая Тан Тан, действительно была полна очарования старины. Все детали были выполнены с изысканной роскошью. С первого взгляда одежда выглядела очень дорогой. Обычные наряды из исторических драм не шли ни в какое сравнение с этим нарядом.

Бабушка Чжо взяла Тан Тан за руку и похлопала по ней: «Тан Тан, сшитые тобой одежда и обувь такие красивые. Бабушка действительно не ожидала, что в нынешнее время увижу такие замечательные аоцюнь и туфли. Тан Тан, бабушка очень тебе благодарна».

«Бабушка, тебе нравится?» Тан Тан покраснела от похвалы бабушки Чжо и не знала, что сказать. Первой её реакцией было — посмотреть на Цзи Яна. Цзи Ян тоже улыбнулся Тан Тан. Она приняла от него похвалу и внезапно смутилась ещё больше.

Цзи Сяо Чжо — маленький поклонник своей матери гордо встал и сказал бабушке Чжо: «Бабушка, одежда, которую делает моя мамочка такая красивая! Посмотри на одежду, что сейчас на мне, её сшила мамочка, я в ней выгляжу очень хорошо. Правда? Почему бы тебе не примерить свою одежду? Думаю, если ты переоденешься в новую одежду, то будешь выглядеть ещё лучше~»

«Сяо Чжо сегодня очень красивый». Бабушку Чжо позабавили слова малыша, и она кивнула в знак согласия: «Ну что ж, бабушка тоже хочет попробовать примерить новый наряд, бабушка тоже хочет стать ещё красивее».

Служанка помогла бабушке Чжо подняться наверх, чтобы переодеться. Чжо Цзи улыбнулся и поблагодарил Тан Тан: «Невестка, спасибо тебе, бабушка давно не была так счастлива. Ей очень понравились одежда и обувь, которые ты сшила. Бабушка всегда сожалела, что мастерство наших предков было утрачено, и никто не мог сшить ей то, что она хотела. Не ожидал, что сегодня ты сможешь загладить её сожаления».

Тан Тан помахала рукой: «Нет, нет, не благодари, Чжо Цзи, наш подарок не стоил ни гроша. Бабушка просто очень добрая, поэтому ей понравился подарок».

Чжо Цзи понял истинный смысл слов Тан Тан. Не удержавшись, он посмотрел на Цзи Яна и похлопал его по плечу, беззвучно сказав ему что-то взглядом.

В ответ Цзи Ян искренне улыбнулся.

К этому времени бабушка Чжо переоделась. Её наряд в старинном стиле и вышитые туфли выглядели очень элегантно. Вместе с волосами, уложенными в красивую прическу, воодушевлённая старушка была полна энергии и энтузиазма.

Все были поражены тем, как преобразилась бабушка Чжо. Они не ожидали, что та будет так хорошо выглядеть в этой одежде. Она действительно стала ещё красивее.

Цзи Сяо Чжо подбежал первым. Он поднял два пухлых пальца вверх и похвалил: «Ого, прабабушка, ты так прекрасна, как императорские красавицы по телевизору».

Тан Тан вместе с Цзи Сяо Чжо недавно увлеклись просмотром исторических дорам о дворцовых интригах. Он считал, что его прабабушка была так же прекрасна, как императорская красавица.

Бабушку Чжо позабавило его описание, и она взяла его маленькую пухлую ручку. «Правда? Прабабушка выглядит так же, как те девушки? Сильно похожа?»

Цзи Сяо Чжо серьёзно кивнул: «Да».

Даже если женщина стара, ей всё равно будет нравиться, когда ей делают комплименты. Бабушка Чжо была в восторге от слов Цзи Сяо Чжо.

Чжо Цзи не смог удержаться от насмешки: «Ха-ха, Цзи Ян, у Сяо Чжо очень хорошие навыки соблазнения девушек. Намного лучше, чем у некоторых из нас, так что в будущем у тебя выстроится очередь из невесток».

Цзи Ян улыбнулся, немного задумался и пообещал себе, что, если Сяо Чжо осмелится встречаться с несколькими девушками, используя свой интеллект, он просто сломает ему ноги.

«Ах! Бабушка, ты сегодня такая красивая!» — раздался женский голос у двери. Все обернулись и увидели, только что вошедших Гу Чжан Аня и Цзи Юэ, ещё с ними была Гу Янь Ран.

Первой заговорила Цзи Юэ. Она быстро подбежала к бабушке Чжо и по-ребячески обняла её. «Бабушка, какой красивый наряд, от куда он у тебя?»

Бабушка Чжо улыбнулась и погладила её по голове: «Его мне подарила Тан Тан. Приятно выглядит. Бабушка решила надеть его и завтра».

«Не может быть!» — Цзи Юэ удивлённо обернулась и тут же бросилась к Тан Тан, чтобы обнять её. — «Тан Тан, ты просто потрясающая. Когда ты сделаешь такой же для меня? Я тоже хочу надеть аоцюнь. Я хочу сделать фотосессию в таком же аоцюнь, но костюмы в фотостудии слишком грубые».

Хотя Тан Тан чувствовала неловкость от того, что не знала, что такое фотосессия, она безоговорочно пообещала: «Хорошо, позже я подарю тебе такой же».

«Ах, Тан Тан, ты такая хорошая!» — Цзи Юэ ещё крепче сжала её в объятиях и почувствовала, что что-то изменилось. Она не могла удержаться и осмотрела Тан Тан, а затем ущипнула её за щёку: «Тан Тан, ты набрала вес? Мне кажется, ты уже не такая худая. Ты стала милее».

«Тебе правда так кажется?» — Тан Тан мгновенно оживилась и быстро поделилась результатами своего труда с Цзи Юэ. «Я каждый день думаю о том, как бы набрать вес, и продолжаю что-нибудь есть в течении дня, а по ночам тайно ем закуски за спиной у Бао Бао. Я очень быстро набрала четыре килограмма! Теперь я вешу больше сорока килограммов, хе-хе».

Цзи Ян, услышав её слова, обернулся, чтобы посмотреть на Тан Тан, и только сейчас понял, что она каждую ночь тайно ела закуски, а он даже не догадывался.

Цзи Юэ снова прикоснулась к коже Тан Тан. «Ты не только поправилась, но и кожа у тебя стала лучше, и лицо выглядит уже не так ужасно, как раньше. Похоже, мои средства по уходу за кожей оказались полезны».

Тан Тан несколько раз кивнула: «Они действительно полезны. Я каждый день пользуюсь средствами по уходу за кожей, которые ты мне дала. Теперь моя кожа стала намного лучше. Мои волосы уже не такие сухие. Я правда благодарна тебе, Цзи Юэ».

Цзи Юэ действительно была рада за Тан Тан. «Это здорово. Тебе нужно усердно работать, и я верю, что ты сможешь стать красивой женщиной».

Тан Тан не осмеливалась предъявлять себе такие высокие требования. «Я уже буду счастлива, если не буду выглядеть некрасивой. О том, чтобы стать красавицей, я не посмею так думать».

Цзи Юэ слегка нахмурила лоб: «Можешь быть уверенней в себе? Поверь мне, с моим-то опытом наблюдения за красивыми людьми на протяжении стольких лет, думаю, когда ты наберёшь ещё килограммов пять, то точно станешь красавицей. Только посмотрев на Цзи Сяо Чжо, можно понять, что ты не уродлива».

Тан Тан тут же поправила Цзи Юэ: «Бао Бао будет таким же красивым и высоким, как его отец, он совсем не похож на такую, как я, но для меня это не имеет значения».

Цзи Юэ покачала головой и возразила: «Неправда, разве ты не заметила, что хотя внешностью Цзи Сяо Чжо похож на Цзи Яна как две капли воды, их черты лица отличаются. Это хорошо видно на их детских фотографиях. Поскольку черты лица Сяо Чжо не такие, как у его отца, он определённо унаследовал их от тебя, Тан Тан!»

Тан Тан не поверила её словам, ведь она и малыш совсем не похожи.

«Ох, ты должна поверить моему суждению! Просто сейчас ты не здорова и не можешь разглядеть схожие черты, но Цзи Сяо Чжо явно унаследовал черты обоих родителей. Ты должна знать, что если сын хорошо выглядит, то и его мать не может плохо выглядеть?»

Цзи Юэ сказала это и повернулась к Цзи Яну: «Я права Цзи Ян? Ведь черты лица Цзи Сяо Чжо не такие, как у тебя, верно?»

Цзи Ян посмотрел на Цзи Сяо Чжо, сидящего на руках Гу Чжан Аня, и молча кивнул. Черты лица Цзи Сяо Чжо не похожи на его собственные. Черты лица малыша были гораздо изящнее, чем у него, но он не знал, унаследовал ли тот их от Тан Тан, потому что, когда они познакомились, она уже была не очень привлекательной.

Тан Тан увидела реакцию Цзи Яна и слегка удивилась. Она не могла удержаться и то и дело переводила взгляд с Цзи Яна на Цзи Сяо Чжо. Она не знала, повлияли ли на неё слова Цзи Юэ, но она вдруг почувствовала, что у Цзи Сяо Чжо было более изящное лицо. Лицо Цзи Яна, кажется, было не таким как у малыша. Неужели Сяо Чжо похож на неё? Невозможно.

Неужели она станет такой же красивой, когда приведет себя в порядок? Главное, привести себя в норму. Эх, и почему у неё не осталось детских фотографии?





Глава 37




В родительском доме Чжо Цзи у Цзи Яна и остальных ребят были свои комнаты. Всю ночь они проспали с большим комфортом. Тан Тан после нескольких бессонных ночей, проснулась на следующее утро, чувствуя себя отдохнувшей.

Она повернула голову и увидела, что Цзи Сяо Чжо всё ещё спал и раскидал свои руки и ноги в стороны, как маленькая лягушка, а вот Цзи Яна уже не было. Тан Тан посмотрела на часы в телефоне, было только половина седьмого.

«Куда он так рано ушёл?»

Тан Тан встала и пошла умываться. Она оделась и спустилась вниз. На нижнем этаже не было никого, кроме нескольких слуг. Похоже, все ещё спали.

Цзи Яна тоже нигде не было. Куда же он делся?

Тан Тан вдруг вспомнила, что, когда Цзи Ян был дома, ему приходилось каждый день выходить на пробежку. Только после этого Тан Тан поняла, что он, наверное, отправился на пробежку на свежем воздухе. У семьи Чжо за домом был сад. Должно быть, он отправился туда на тренировку.

Подумав об этом, Тан Тан направилась прямиком в сад на заднем дворе. Так как она тоже начала бегать и заниматься спортом каждый день, сегодня она могла побегать со своим мужем.

Сад на заднем дворе семьи Чжо был особенно большим. Его сложно было назвать обычным садом. Лучше было сказать, что это красивый живописной парк с деревьями и цветами. Воздух там был особенно свеж, даже настроение улучшалось, но он был слишком густой, и фигуры Цзи Яна нигде не было видно.

Тан Тан прогуливалась по тропинке, любуясь красивыми пейзажами. Она хотела осмотреться и найти Цзи Яна, но если бы она не смогла найти его, то полюбоваться таким прекрасным видом, тоже было бы хорошо.

Когда Тан Тан потратила на прогулку почти четверть часа, она наконец увидела вдалеке бегущую фигуру. Она сразу узнала Цзи Яна даже издалека, но рядом с ним была ещё одна фигура. Там была красивая девушка — Гу Янь Ран.

Тан Тан сжала губы и тут же бросилась их догонять. Она хотела их догнать, но двое людей впереди бежали слишком быстро. Тан Тан уступала им по физической силе, и могла лишь наблюдать за ними со спины.

Шаги Гу Янь Ран выглядели быстрыми и аккуратными, её длинные волосы были собраны в конский хвост. Волосы развевались в воздухе при каждом шаге. Она бежала очень легко и не только без труда поспевала за Цзи Яном, но и улыбалась и разговаривала с ним, жестикулируя руками, во время бега.

Время от времени Цзи Ян покачивал или тряс головой, ей в ответ. Тан Тан не знала, о чём они говорили, но Гу Янь Ран широко улыбалась. Со спины было видно, как она очень взволнована, и что от её обычной холодной красоты не осталось и следа.

Тан Тан не знала почему, но, увидев эту сцену, она вдруг поняла, что не может сдвинуться с места. Казалось, что её сердце сжалось. Было так больно. Каждый раз, когда она смотрела на Гу Янь Ран и Цзи Яна, у неё возникало ощущение, что что-то было не так. Ей всегда казалось, что отношение Гу Янь Ран к Цзи Яну отличались от отношения к брату Чжо Цзи. Оно было совершенно другим.

Кажется, Гу Янь Ран относится к Цзи Яну как...

Они выросли вместе и были ближе, чем настоящие братья и сестры, не было ничего плохого в том, чтобы вот так ладить между собой. Тан Тан не понимала, откуда взялось это чувство, но ещё с детства у неё была хорошая интуиция, почти как у животного. Она ещё никогда её не подводила.

Неужели, Гу Янь Ран действительно испытывает такие чувства к отцу Бао Бао? Действительно ли ей нравится отец Бао Бао?

Тан Тан была напугана таким выводом. Её шаги внезапно остановились, а сердце заколотилось, как барабан. В следующее мгновение она немного смутилась и могла лишь смотреть на две удаляющиеся фигуры впереди, пока они не скрылись из виду.

Тан Тан вспомнила свою первую встречу с Гу Янь Ран. Она тогда вообще не поздоровалась с ней, словно они были незнакомы. Её речь и внимание были сосредоточены только на Цзи Яне. Во второй раз они встретились на вилле во время отдыха. Казалось, Янь Ран что-то бубнила себе под нос, когда все хвалили её, но сама никогда не хвалила её лично. В последний раз они увиделись на военной базе, тогда она была более разговорчивой. Она сказала, что Цзи Яну нравятся здоровые женщины, которые любят спорт, и что его дедушка хотел себе внучку, работающую в военной сфере. Хотя Тан Тан не встречалась с ним, она понимала, что он скорее предпочел бы Цзи Ян Ран в качестве своей внучки, чем её.

Более того, Гу Янь Ран всегда называла Цзи Яна братом, но, похоже, она ни разу не назвала её невесткой...

Всё это говорило о том, что её догадка может оказаться верной.

Однако Гу Янь Ран красивая, способная, у неё высокая академическая подготовка и выросла она в счастливой семье. Если такой уверенной в себе женщине нравится Цзи Ян, почему она не призналась в своих чувствах? Тан Тан не сомневалась в том, что, если бы такая женщина как Гу Янь Ран захотела бы выйти замуж за Цзи Яна, то многие люди поддержали бы её, по крайней мере, дедушка был бы на её стороне.

Почему же Цзи Ян женился на ком-то вроде прежней владелице этого тела? Что-то произошло между ними?

Другими словами, Гу Янь Ран с самого начала показывала свои намерения. Цзи Ян тоже знает о её чувствах, но она ему не нравится, поэтому он отказал ей или он делает вид, что женат, чтобы отказать ей? В конце концов, в этом мире жениться можно только на одной женщине.

Что из этого правда? О чём на самом деле думает Цзи Ян?

В этот момент Тан Тан почувствовала себя неуверенно, несмотря на всю ту прошлую похвалу от Цзи Яна. По сравнению с Гу Янь Ран она была словно сорняк. Вот как, неужели такому хорошему мужчине могла понравится обычная трава, растущая под ногами?

Тан Тан бесцельно бродила по округе и в конце концов не поняла, где оказалась. Она увидела скамейку и села, глядя вдаль. В голове у неё царил хаос.

Она не знала, сколько времени провела в оцепенении, но внезапно кто-то сильно встряхнул её за плечи.

«Тан Тан, как ты здесь оказалась одна? Тебя все ищут!» — Цзи Юэ ахнула и схватила Тан Тан за плечи.

Тан Тан пришла в себя и вдруг вспомнила, какой сегодня день. Она вскочила и поспешно спросила: «Который час? Где Сяо Чжо?»

«Почти десять часов! Сяо Чжо не нашел тебя, когда проснулся. Он искал тебя больше двух часов. Он сейчас сильно плачет, потому что его мамы нет рядом, Цзи Ян тебя тоже ищет везде. Почему ты вышла без мобильного телефона?»

Тан Тан дотронулась до кармана и поняла, что забыла взять с собой мобильный телефон. Малыш не смог её найти, и беспокоился. Как она могла так растеряться! Она готова была умереть!

Не успев ничего сказать, она схватила Цзи Юэ за руку и побежала обратно: «Пойдём обратно!»

Когда они, запыхавшись, вбежали в вестибюль, первым их увидел Чжо Цзи: «Где ты была, Тан Тан? Сяо Чжо плачет без тебя, я им сейчас позвоню!»

Чжо Цзи набрал номер и в течение двух минут появился Цзи Ян с Цзи Сяо Чжо на руках. Гу Янь Ран следовала за ними.

Когда Цзи Сяо Чжо увидел свою маму, у него на глазах выступили неконтролируемые слёзы. Плача и причитая, он протянул руки к Тан Тан. Он чувствовал себя обиженным и напуганным: «Ма-мамочка…»

Сердце Тан Тан сжалось, она подбежала к малышу, взяла его на руки и поцеловала. «Прости, мамочка была неправа. Мамочка не должна была так надолго тебя оставлять! Не плачь, хорошо?»

Цзи Сяо Чжо прижался к шее матери и захныкал: «Мамочка, где ты была? Почему ты не взяла меня с собой? Я так долго тебя искал, но не смог найти! Я тебе больше не нужен?»

От слез малыша сердце Тан Тан разбилось, и слёзы сами собой потекли по её щекам. «Нет, мамочка никогда не бросит своего Бао Бао. Мама просто вышла в сад, чтобы побегать, и забыла о времени. У меня не было с собой мобильного телефона, поэтому Бао Бао не смог меня найти. Мамочка поступила неправильно, в следующий раз такого не повторится. Ты простишь свою мамочку?»

Услышав объяснения Тан Тан, Цзи Сяо Чжо успокоился и перестал плакать. Он своей маленькой ручкой вытер слёзы Тан Тан: «Мамочка, я не виню тебя, не плачь. Если ты будешь слишком много плакать, то будешь некрасивой».

Тан Тан постаралась перестать плакать и кивнула: «Хорошо, мамочка не будет плакать, если не будет плакать Бао Бао».

Цзи Сяо Чжо быстро высморкался: «Тогда я не плачу!»

Тан Тан вытерла слезы Бао Бао платочком, подняла глаза и увидела, молча стоящего рядом Цзи Яна. Встретившись с его глубоким взглядом, сердце Тан Тан забилось в панике, она тут же отвела взгляд.

Затем Гу Янь Ран вышла вперед и захотела увести Цзи Сяо Чжо: «Тан Тан, отдай мне Сяо Чжо. А ты пока поднимись и приведи себя в порядок. Скоро придут гости, будет нехорошо, если они увидят тебя в таком состоянии».

Но Цзи Сяо Чжо не захотел расставаться с матерью и покачал головой, держась за шею Тан Тан. «Я хочу быть с мамочкой! Я хочу, чтобы мамочка меня отнесла».

Тан Тан не отдала Цзи Сяо Чжо Гу Янь Ран и извинилась перед присутствующими: «Простите, я доставила всем неприятности. Я отнесу Бао Бао в комнату, и приведу себя в порядок».

Чжо Цзи улыбнулся и махнул рукой: «Тут не за что извинятся, просто иди наверх и приведи себя в порядок».

Тан Тан кивнула и понесла Цзи Сяо Чжо наверх. Хотя ей было тяжело его нести, но она всё равно не хотела его отпускать.

Цзи Ян быстро подошёл к Тан Тан, забрал Сяо Чжо у неё из рук и сказал: «Я возьму его, ты не сможешь его удержать».

Цзи Сяо Чжо хотел взбунтоваться, но Цзи Ян серьёзно посмотрел на него: «Мама не сможет тебя удержать, всё ещё хочешь, чтобы мама тебя несла?»

Цзи Сяо Чжо тут же успокоился и схватился за шею отца.

Тан Тан пришлось взять Цзи Сяо Чжо за маленькую пухлую ручку, чтобы идти рядом с ним.

Цзи Ян принес Цзи Сяо Чжо в комнату и посмотрел на Тан Тан. Он ничего не сказал по поводу того, что та внезапно исчезла. Он просто сказал: «Я пойду помогу старшему брату встретить гостей. Возможно, я не смогу позаботиться о тебе и Сяо Чжо. Не бегайте туда-сюда, я приду к вам, когда закончу со всеми делами».

Тан Тан молча кивнула.

Цзи Ян погладил Сяо Чжо по голове, задумался и погладил по голове Тан Тан, после этого он спустился вниз.

Настроение Тан Тан становилось всё более сложным, но в этот момент она не должна была зацикливаться на своих мыслях. Она собралась с духом и привела в порядок себя и Цзи Сяо Чжо. К тому времени как она привела себя в порядок, эмоции матери и ребёнка пришли в норму. Малыш быстро забыл о случившемся. В этот момент он снова и снова весело подпрыгивал и болтал с Тан Тан.

Когда мама и ребёнок спустились вниз, гостей было уже много. Все пришедшие сюда люди выглядели выдающимися, они не сбивались словно вороны в стаи. Все они общались между собой на разные темы, собравшись по два-три человека.

Тан Тан подсознательно начала искать взглядом Цзи Яна. Она обнаружила, что тот стоит рядом с Чжо Цзи и другими ребятами, приветствуя гостей. Она пока не могла ему помочь, так как никого здесь не знала. Тан Тан не знала, что делать, поэтому ей пришлось взять с собой Цзи Сяо Чжо и сесть в уголке, где никому не было до них дела, чтобы поесть.

Во время еды мать и ребенок о чём-то болтали и им совсем не было скучно.

Через некоторое время Цзи Сяо Чжо, сидящий на руках у Тан Тан, вдруг похлопала её по руке. Он указал на мужчину, вошедшего в комнату, и взволнованно сказал: «Мамочка, мамочка, посмотри, это же прадедушка! Прадедушка идёт. Вот он!»

Тан Тан была потрясена. Её взгляд устремился в направлении пальцев Цзи Сяо Чжо. Она увидела мужчину с седыми волосами, но энергичными и внушительными манерами, вошедшего в комнату. Старик был окутан аурой величия.

Тан Тан, просто увидев его, почувствовала, что прадедушка Сяо Чжо был очень могущественен. Затем она увидела ещё четырех человек, следующих за дедушкой Цзи. Этих четырех человека, она уже видела. Это с ними они встретились, когда Цзи Ян привел её и Сяо Чжо в ресторан.

Кто они такие? Почему они рядом с дедушкой Цзи?

Когда выяснилось, что пришёл дедушка Цзи, Чжо Цзи со своей свитой тут же поприветствовали его. Чжо Цзи, Гу Чжан Ань и Гу Янь Ран поздоровались с дедушкой Цзи, они говорили с ним очень уважительно.

Однако Тан Тан заметила, что Цзи Ян стоял позади них и не произнес ни слова. Всё это время он не разговаривал ни с дедушкой, ни с другими людьми. Дедушка Цзи тоже не стал говорить с Цзи Яном, словно они были незнакомы.

Похоже, отношения между Цзи Яном и его дедушкой были не очень хорошими.

Тан Тан чувствовала, что ей не следует присоединяться к их разговору, потому что дедушка Цзи, вероятно, просто проигнорирует её.

Цзи Сяо Чжо тоже не стал подходить к прадедушке, а просто продолжил сидеть в объятиях Тан Тан.

Тан Тан не знала никого, кроме Цзи Юэ, и хотела просто молча просидеть здесь до конца мероприятия в честь дня рождения, но тут кто-то решил сам к ней подойти.

«Тан Тан, я не ожидала, что ты придёшь в этот раз», — в их спокойном уголке появилась женщина и нарушила тишину.

Тан Тан подняла взгляд и сразу же узнала красивую девушку, с которой она встретилась в ресторане и в кафетерии на первом этаже компании Цзи Юэ. Оказалось, что у неё были близкие отношения с настоящей владелицы тела Тан Тан.

Тан Тан спокойно кивнула ей.

Тан Ми увидела, что в этот раз Тан Тан вела себя спокойно и её глаза засияли. Она не смогла удержаться и села рядом на диван. Сначала она посмотрела на Цзи Сяо Чжо, сидящего на руках Тан Тан, и с улыбкой сказала: «Я не ожидала, что Сяо Чжо уже так вырос».

Цзи Сяо Чжо с любопытством посмотрел на Тан Ми. Он понятия не имел, кто она такая.

Увидев любопытство в глазах Цзи Сяо Чжо, Тан Ми решила сама представиться малышу: «Малыш, я сестра твоей мамы. Ты должен называть меня тетей».

От её слов Тан Тан стало не по себе. Эта женщина действительно была близка с настоящей владелицей тела Тан Тан. На самом деле они были сёстрами. Значит, больная мать, о которой она говорила в прошлый раз, была матерью настоящей владелицы тела? То есть её нынешней матерью?

Цзи Сяо Чжо поднял глаза и посмотрел на Тан Тан: «Мама, она твоя сестра?»

Тан Тан не знала, как ответить на этот вопрос.

Тан Ми увидела, хранящую молчание Тан Тан, и в её взгляде мелькнуло что-то сложное, после чего она произнесла глухим голосом: «Тан Тан, я знаю, ты всё ещё обижена на меня и родителей, но я уже говорила, что не собираюсь забирать то, что принадлежит тебе. Я готова отдать тебе всё, что есть у семьи Тан. Я могу отдать всё, кроме Ши Юэ. Я действительно люблю Ши Юэ, и даже если ты заставишь его жениться на тебе, ты не будешь счастлива. Ты всё ещё на понимаешь этого? Сколько времени уже прошло? А ты до сих пор не можешь его отпустить?»

Кто такой Ши Юэ? Почему это она не может его отпустить? Если он нравился изначальной владелице тела, то она хотела выйти за него замуж?

В голове у Тан Тан царил полный бардак, но она не могла вымолвить ни слова.

Видя, как Тан Тан продолжает молчать, Тан Ми почувствовала сильное разочарование. Спустя долгое время она сказала: «Тан Тан, в конце концов, твоя мать дала тебе жизнь, а теперь она больна. Ты должна поехать и увидеться с ней. Ты нужна своей матери. Умоляю тебя, пожалуйста? Вернись и помоги своей матери».

Тан Тан не знала, что сказать. Если бы это было возможно, она действительно хотела бы найти место, где можно спрятаться и больше не сталкиваться с такими тяжёлыми ситуациями.

Однако со стороны могло показаться, что Тан Тан ведёт себя холодно и бесчувственно.

Цзи Ши Юэ быстро подошел и обнял Тан Ми, в его голосе звучали нотки полные любви и отчаяния: «Ми Ми, о чём ещё можно говорить с этой женщиной? Ты всё ещё не поняла, какая она? Почему ты терпишь эти оскорбления?»

«Но мама действительно…»

Цзи Ши Юэ прервал Тан Ми: «Что ж, я найду другой способ, тебе не нужно унижаться».

Тан Ми прикусила губу и наконец посмотрела на Тан Тан, а затем неохотно ушла с Цзи Ши Юэ.

Прежде чем уйти Цзи Ши Юэ покосился на Тан Тан. В его взгляде читались отвращение и ненависть, это поразило Тан Тан, и у неё вдруг защемило сердце.

Почему этот человек так её ненавидит? Что их связывает?

Появление этих людей было подобно вихрю, нарушившему спокойствие Тан Тан, и на какое-то время заставило её задуматься. В голове у неё словно помутилось.

«Мамочка, что с тобой? Ты плохо себя чувствуешь?» — Цзи Сяо Чжо с беспокойством посмотрел на Тан Тан.

Тан Тан неохотно покачала головой: «С мамой всё в порядке, просто я немного устала».

«Мамочка, я сделаю тебе массаж, и ты больше не будешь уставать». Цзи Сяо Чжо протянул к ней свою пухлую ручку и начал щипать Тан Тан за руки и плечи. Малыш не мог сжимать руки сильно, поэтому это совсем не было похоже на массаж, скорее на щекотку. Настроение Тан Тан намного улучшилось.

«Хорошо, мамочке намного лучше. Можешь немного отдохнуть. Малыш, не хочешь немного поиграть?» Ему, наверное, было скучно с ней.

Цзи Сяо Чжо посмотрела на ребенка, у которого на шее была такая же маленькая золотая обезьянка, как и у него. Он хотел пойти поиграть, но не хотел расставаться со своей мамой.

Тан Тан улыбнулась и поцеловала его в щеку: «Не переживай, мамочка останется здесь и никуда не уйдет. Когда вернёшься, то сможешь найти меня здесь. Мамочка тебе обещает!»

Услышав слова Тан Тан, Цзи Сяо Чжо замешкался и, уходя, обернулся к матери: «Запомни, ты не должна уходить».

Тан Тан поклялась: «Мама обещает!»

Малыш наконец успокоился, и убежал, направляясь прямиком к другому ребёнку.

Цзи Сяо Чжо с самого начала привлекал тот ребёнок.

Тан Тан проводил малыша взглядом, а затем прижал руку к груди и попытался справиться с внезапным ощущением дискомфорта.

«Тан Тан, у тебя что-то с сердцем?»





Глава 38




Внезапный звук заставил Тан Тан вздрогнуть. Она обернулась и не успела ничего сказать, как рядом с ней оказалась Гу Янь Ран.

Когда она пришла?

Гу Янь Ран обеспокоенно посмотрела на Тан Тан: «Я только что увидела, как ты разговаривала с Тан Ми. С тобой всё в хорошо? Ты в порядке?»

«Я в порядке, что могло случиться. Сейчас эти люди для меня незнакомцы». В данный момент Тан Тан ни о чём не хотела говорить с Гу Янь Ран.

Увидев, что Тан Тан упомянула о Цзи Ши Юэ и Тан Ми, но её голос даже не дрогнул, Гу Янь Ран глубоко задумалась и попыталась спросить: «Тан Тан, ты правда не помнишь Цзи Ши Юэ? Ты не помнишь о своих чувствах к нему?»

От её слов сердце Тан Тан внезапно сжалось, но она не хотела показывать это перед Гу Янь Ран. Она посмотрела ей прямо в глаза и сказала: «Я потеряла память. Я не знаю, кто такой Цзи Ши Юэ. Я не испытываю никаких чувств к другому мужчине. У меня есть муж и ребёнок, пожалуйста, не говори так!»

Гу Янь Ран замерла, а затем улыбнулась и извиняющимся тоном сказала: «Прости, я не хотела ничего такого говорить. Я не хотела поднимать эту тему, но сама понимаю, как больно отпускать любимого человека. Очевидно, что ты должна была стать женой Ши Юэ. Всё что должно было принадлежать тебе, у тебя просто украл кто-то другой. На твоём месте я бы не смогла смириться. Я решила, что даже если ты потеряла память, ты имеешь право это знать. То, что ты ничего не знаешь, это действительно несправедливо по отношению к тебе».

Тан Тан слушала всё это и ей действительно захотелось рассмеяться. Что задумала Гу Янь Ран? Может она не поверила словам Тан Тан о том, что та потеряла память, и пыталась проверить её? Или она захотела рассказать ей о её прошлом, раз уж та действительно потеряла память, желая помочь ей вернуть утраченные воспоминания? Зачем она это делает?

Тан Тан не верила, что женщина, которая влюблена в её мужа, действительно скажет такое без корыстной цели.

Если бы Тан Тан действительно была изначальной владелицей тела и потеряла память, возможно, она захотела бы узнать о своём прошлом и снова встретиться со своим возлюбленным. В таком случае она бы разорвала отношения с Цзи Яном и между ними снова бы возникла вражда. Тогда у Гу Янь Ран появился бы шанс быть с Цзи Яном.

К сожалению, Тан Тан не была изначальной владелицей тела.

Теперь Тан Тан точно знала, что Гу Янь Ран была влюблена в Цзи Яна и хотела быть с ним.

Сначала Тан Тан втайне радовалась тому, что в эту эпоху разрешалось иметь только одного мужа и одну жену, она подумала, что в таком случае между женщинами не будет интриг. Кто бы мог подумать, что такие вещи всё ещё существуют.

Тан Тан действительно не нравилась Гу Янь Ран. Очевидно, у неё был злой умысел, но она притворялась, что всё в порядке. Тан Тан решила прекратить это лицемерие, скрывающееся под маской доброжелательности, и спросила: «С какой целью ты это говоришь? Чего ты хочешь от меня? Хочешь, чтобы я начала преследовать свою первую любовь, и разрушила отношения с Цзи Яном? Ты действительно хочешь, чтобы между мной и Цзи Яном возникли проблемы?»

Гу Янь Ран не ожидала, что Тан Тан так спокойно скажет такие резкие слова, поскольку это не соответствовало её характеру. Раньше она бы не удержалась и устроила бы скандал. Гу Янь Ран с удивлением сказала: «О чём ты говоришь? Я просто не хотела, чтобы ты продолжала жить в неведении. Жить такой жизнью было бы слишком жалко. Вот как ты обо мне думаешь? С чего бы мне хотеть, чтобы ты рассорилась с братом Цзи Яном?»

Тан Тан посмотрела ей прямо в глаза: «Ты и сама знаешь свои собственные мысли. Ты сама должна иметь четкие представления о том, кем ты являешься, и каковы твои намерения».

Гу Янь Ран изменилась в лице: «Что ты хочешь этим сказать? Объясни мне толком!»

«Ты и сама должна понимать, кто бы тебе ни нравился в глубине души, рано или поздно это станет заметно. Не стоит считать меня дурочкой. По крайней мере, мне всё понятно».

Гу Янь Ран вдруг прищурилась и пристально посмотрела на Тан Тан, убедившись, что та не злится, а затем расхохоталась, не сдерживая смеха: «Я не ожидала, что ты не такая невинная, как хочешь казаться. Твой взгляд, даже амнезия — это всё ведь притворство, верно? Ты никогда не теряла память!»

Зрачки Тан Тан сузились, и это сразу же бросилось в глаза Гу Янь Ран, что ещё больше убедило её в своих сомнениях.

«Я давно подозревала, что твоя амнезия сплошное притворство. Как может небольшая автомобильная авария, от которой не было даже сотрясения мозга, привести к потере памяти? И как вообще человек может потерять память так просто? Не забывай, я врач. Я видела пациентов с настоящей амнезией, и я знаю, каким должен быть человек, потерявший память. Неужели ты действительно думала, что все поверят тебе, если скажешь, что у тебя амнезия?»

Тан Тан сжала губы, и побледнела.

Поскольку её притворство было разоблачено, Гу Янь Ран больше ничего не стала скрывать. Она обратилась к Тан Тан со всей ненавистью в своём сердце: «Ты хоть понимаешь, насколько ты жалкая? Как же это раздражает! Хотя ты была влюблена в кого-то другого, но продолжала использовать различные уловки и цепляться за Цзи Яна. Ты угрожала ему ребёнком, но, обнаружив, что Цзи Ян не поможет тебе достичь своей цели, начала его ненавидеть. Кто ты такая, чтобы использовать Цзи Яна? Если бы не существование Сяо Чжо, думаешь, Цзи Ян стал бы терпеть тебя? Разве такая женщина, как ты, вообще подходит Цзи Яну? Ты не смотрелась в зеркало, не видела на кого ты похожа?!»

Тан Тан сжала кулаки. Вот какие методы настоящая владелица тела использовала, чтобы выйти замуж за Цзи Яна. Неудивительно, что Цзи Яну она не нравилась.

В этот момент Гу Янь Ран полностью отбросила свой благородный и элегантный образ и превратилась в разъяренного палача, желающего убить Тан Тан: «Что? Даже не можешь возразить? Тебе просто больше ничего не оставалось как притвориться, что у тебя потеря памяти. Только в таком случае Цзи Ян мог отпустить прошлое и не развестись с тобой. Только в этом случае ты не стала бы похожа на бродячую собаку. Но как думаешь, что сделает Цзи Ян, когда узнает, что ты соврала о своей амнезии?»

Ногти Тан Тан неосознанно вонзились в кожу, но она не почувствовала боли, а мозг загудел из-за последних слов Гу Янь Ран.

Когда кто-то на ваших глазах разрушает ваши самые тайные страхи, вы больше не можете притворяться, что всё в порядке.

Хотя Тан Тан действительно не теряла память, и реальность сильно отличалась от того, что предполагала Гу Янь Ран, одну вещь нельзя было отрицать. Она не была той, кто родила Сяо Чжо, и не была настоящей женой Цзи Яна. Она всех обманывала.

Если Цзи Ян узнает, что у неё не было потери памяти, и на самом деле она не мать ребёнка, а неприкаянная душа, будет ли он относиться к ней по-прежнему? Выгонит ли он её?

Глядя на встревоженное и испуганное лицо Тан Тан, Гу Янь Ран наконец-то ощутила счастье. Ненависть, которую она скрывала в своём сердце столько лет, заставила её захотеть убить эту женщину, но сейчас было не подходящее время, ей нужно было потерпеть.

Гу Янь Ран всегда была терпеливой. Однажды она вернёт себе Цзи Яна!

К счастью, этот день уже близок.

«Тан Тан, внучка, которую дедушка Цзи выбрал для Цзи Яна — это я. Если бы не ты, я бы вышла замуж за Цзи Яна! Все, что у тебя есть, должно было принадлежать мне. Только подожди, я раскрою Цзи Яну твоё истинное лицо».

* * *

«Мамочка, я уже говорил тебе, что у меня и Ду Ду одинаковые маленькие золотые обезьянки на шее. Папочка сказал, что прабабушка Чжо подарила Ду Ду и мне по одной такой маленькой обезьянке».

«И ещё, отец Ду Ду похож на моего отца, дядя тоже работает в народно-освободительной армии. Это просто поразительно».

«Мамочка, Ду Ду тоже любит играть на музыкальных инструментах, но он пока не так хорош, как я. Я пообещал ему, что в следующий раз мы поиграем вместе».

Цзи Сяо Чжо взволнованно рассказывал Тан Тан о новом друге Ду Ду, которого встретил сегодня, но его мама уже не проявляла такого энтузиазма, как раньше. Сяо Чжо не смог удержаться, и ущипнул маму за нос: «Мамочка, что с тобой? Ты меня слышишь?»

«А? Что?» — Тан Тан потянула малыша за руку, и ущипнула его в ответ. — «Что ты только что сказал мамочке?»

Цзи Сяо Чжо вздохнул, и его маленькие бровки тревожно нахмурились: «Мамочка, что с тобой? Почему ты такая грустная?»

Тан Тан улыбнулась и покачала головой: «С мамой всё в порядке, просто я немного устала».

«О, тогда, мамочка, давай поспим вместе немного, мы скоро приедем домой», — Цзи Сяо Чжо похлопал её по плечу, чтобы мама не волновалась.

Сердце Тан Тан было тронуто при виде малыша, и она осторожно положила голову ему на плечо, закрыв глаза.

Цзи Сяо Чжо вдруг выпрямился, выпятив грудь, чтобы его мама могла лучше выспаться.

Цзи Ян посмотрел на Тан Тан в зеркало заднего вида, и в его глазах мелькнуло лёгкое беспокойство.

Семья из трёх человек вернулась домой почти в восемь часов вечера. Тан Тан собиралась приготовить что-нибудь на кухне. Цзи Ян взял её за руку: «Ты сегодня устала, не надо так беспокоиться. Я просто сварю лапшу на ужин, этого будет достаточно. Всё в порядке».

Тан Тан задрожала от прикосновения обжигающей руки Цзи Яна. В этот момент Тан Тан выглядела, как сама невинность, но Цзи Ян забеспокоился и отпустил её руку.

«Я пойду», — он поспешил на кухню, чтобы сварить большую кастрюлю лапши. В этот вечер семья ела простой ужин и съела всё до последней крошки.

После еды все трое по очереди пошли в душ. Тан Тан по привычке достала ванночку для ног Цзи Яна и приготовила воду с лечебной травой. Когда всё было готова, она с удивлением обнаружила, что сделала это, сама того не осознавая. Подобное стало для неё таким же естественным, как потребность в еде и воде. Тан Тан вообще не нужно было об этом задумываться.

Насколько же сильно он ей нравится?

Однако сможет ли она и дальше делать что-то подобное для него? Если он узнает, что она не мама Сяо Чжо, он точно не позволит ей делать подобные вещи... Она взяла на себя чужую роль и наслаждалась этим. Но неужели он посчитает её бесстыжей, узнав об этом?

В голове у Тан Тан сейчас был полный бардак, и она не могла успокоиться. Она могла лишь попытаться, как обычно, сдержать свои чувства, и начать массаж акупунктурных точек на ногах Цзи Яна. Но он остановил её, взяв за руку: «Тан Тан, не сегодня. Ты устала, ложись спать пораньше». Она была такой рассеянной весь вечер, должно быть, очень устала.

Тан Тан подняла взгляд на Цзи Яна, но от его тёмного и глубокого взгляда ей вдруг стало не по себе. Она быстро убрала мокрую руку и протянула ему полотенце: «Тогда... Тогда тебе нужно посидеть подольше. А я пойду спать».

«…Хорошо».

Цзи Ян наблюдал за тем, как Тан Тан подошла к раю кровати и легла. Она обняла Сяо Чжо и закрыла глаза. При этом она даже не взглянула на Цзи Яна.

Он не мог не нахмуриться. Учитывая её характер, она должна была поднять глаза и мило улыбнуться ему, а затем сказать: «Муженек, я не устала. Я пойду спать после того, как закончу твой массаж». А перед сном, она непременно бы улыбнулась и сказала ему: «Спокойной ночи».

Что сегодня произошло?

Тан Тан закрыла глаза, но не заснула. Она не могла уснуть. В её сердце эхом отдавалась последняя фраза Гу Янь Ран: «Подожди немного и я раскрою Цзи Яну твоё истинное лицо».

Что Гу Янь Ран имела в виду под этой фразой? Неужели она о чём-то догадалась?

На душе у Тан Тан было очень неспокойно. Этой ночью Тан Тан очень плохо спала и даже увидела ужасный сон. Во сне Гу Янь Ран рассказала, что она не является биологической матерью Сяо Чжо. Узнав об этом, Цзи Ян очень разозлился. Он сказал Тан Тан, что она лгунья, и Цзи Сяо Чжо больше не признавал её. Отец и сын велели ей покинуть дом и никогда не возвращаться.

Её выгнали, у неё ничего не осталось, никто о ней не вспомнил, у неё не было денег. В конце концов она стала жить на улице и превратилась в нищенку.

На следующий день Тан Тан очнулся от кошмара. Она потрогала свои щёки, они были мокрыми от слёз.

«Мамочка, почему ты плачешь? Тебе больно?» Цзи Сяо Чжо вошел в комнату и увидел, что её мама плачет. Он испугался и бросился вытирать её слёзы своей маленькой ручкой.

Тан Тан попыталась высморкаться: «Ничего, маме просто приснился кошмар. Всё в порядке. Теперь всё хорошо?»

Цзи Сяо Чжо поднял свои маленькие часы и посмотрел на них: «Девять часов».

Девять часов! Тан Тан резко села на кровати. «Почему ты не разбудил маму раньше? Ты голоден? Мама приготовит тебе завтрак».

«Мамочке не нужно этого делать, папочка пришел и принёс мне завтрак утром. Папочка сказал мне не беспокоить тебя, потому что ты устала и тебе нужно хорошо отдохнуть. Он сказал, покормить тебя завтраком, когда ты проснёшься».

На сердце у Тан Тан вдруг стало как-то не по себе. Ей стало и радостно, и в тоже время грустно. Отец Сяо Чжо был так добр к ней, но ей было грустно от того, что её счастье было слишком иллюзорно и могло разрушиться в любой момент.

Тан Тан крепко обняла Цзи Сяо Чжо и не удержалась от вопроса: «Бао Бао, мамочка задаст тебе вопрос. Если бы я не была твоей мамой, ты бы всё ещё любил свою маму?»

Цзи Сяо Чжо озадаченно почесал висок: «Но ты же моя мамочка. Папочка сказал, что я появился из твоего животика».

«Я имею в виду, если бы ты появился из чужого животика, ты бы всё ещё любил меня и продолжал бы называть своей мамой?»

Этот вопрос был слишком сложным для понимания Цзи Сяо Чжо. Его маленькие пальчики беспокойно переплелись, но он не мог ничего придумать в ответ.

Увидев, что ребёнку трудно принять решение, Тан Тан постучала себя по голове и подумала, что она и правда злой призрак. Со вчерашнего дня она продолжала беспокоиться по этому поводу, но делать это было бесполезно. Неизбежное будущее рано или поздно произойдет, даже если она будет волноваться каждый день. Как в таком случае ей проживать эти дни?

Более того, нормальный человек не смог бы предположить, что её душа переродилась в этом теле? Гу Янь Ран просто думала, что Тан Тан соврала о своей амнезии.

Ей не следовало так сильно задумываться об этом...

Чтобы не поддаваться эмоциям, Тан Тан решила каждый день чем-то себя занимать, чтобы не оставалось времени на размышления.

Тан Тан пообещала сшить одежду для Вэнь Вэнь и Цзи Юэ, и поскольку теперь ей нечего было делать, она решила взяться за работу.

Тан Тан заказала много ткани в интернете. Каждый день, помимо работы по дому и ухода за Цзи Сяо Чжо, она с головой уходила в шитье одежды. Окунувшись в работу, она действительно забывала о Гу Янь Ран, и дни становились спокойнее.

Лишь глубокой ночью Тан Тан украдкой поглядывала на Цзи Яна, не в силах избавиться от мысли о том, что сказала Гу Янь Ран. Она сказала, что если бы не изначальная владелица тела, то Янь Ран уже давно была бы замужем за Цзи Яном, и что внучка, о которой мечтал дедушка Цзи, на самом деле была она.

Если хорошенько подумать, Гу Янь Ран и Цзи Ян выросли вместе, у Гу Янь Ран выдающиеся способности и достойная семья, эти двое вероятно отлично подходили друг другу. Вполне вероятно, что дедушка Цзи хотел, чтобы Цзи Ян женился на Гу Янь Ран. Гу Янь Ран не стала бы лгать ей об этом.

Неужели Цзи Ян тоже хотел жениться на Гу Янь Ран? Может быть, этого не произошло из-за настоящей владелицы тела?

Неужели Цзи Яну всё ещё нравится Гу Янь Ран?

Что ж, Тан Тан признавала, что ей всё ещё хочется знать, нравится ли Цзи Яну Гу Янь Ран. Так как ей самой нравился Цзи Ян, она хотела получить от него признание и понравиться ему в ответ, поэтому она готова была усердно работать и даже отдать ему всю душу. Но если у мужчины уже кто-то есть на сердце, как она могла завоевать его? Это было невозможно.

Тан Тан вспомнила, как её няня говорила, что неважно, есть ли в ты сердце мужчины или нет, но ты должна убедиться, что в его сердце нет кого-то другого. Если в сердце мужчины есть кто-то ещё, ты никогда не завоюешь его. Не влюбляйся в мужчину, в сердце которого есть кто-то другой, иначе ты сама себя ранишь.

Тан Тан почувствовала, что её няня была права.

Хорошенько подумав об отношениях между Цзи Яном и Гу Янь Ран, Тан Тан заметила, что Цзи Ян не относился к Гу Янь Ран как-то по-другому, но и не относился к ней со своей обычной холодностью. Он занимался с ней спортом, болтал и улыбался Гу Янь Ран так, как не разговаривал и не смеялся с ней. Ей он улыбался не так много раз...

Тан Тан действительно хотела спросить Цзи Яна об этом. Она много раз открывала рот, чтобы заговорить, но так и не смогла ничего сказать. Да и зачем ей спрашивать? Цзи Ян ей не принадлежал, и она не была его настоящей женой.

Более того, если бы его ответ оказался не таким, как хотела Тан Тан, как ей было с этим смириться?

Тан Тан была вынуждена продолжать вести себя, как страус, спрятавший голову в песке, и притворяться, что ничего не знает.

Хотя Тан Тан старалась вести себя как обычно, Цзи Ян остро ощущал, что с ней что-то было не так.

В последнее время она почти не смотрела ему в глаза, словно намеренно прятала от него взгляд. Раньше она мило смущалась и радостно смотрела на него, а потом милым голоском звала его «муженёк», но, кажется, в последние дни она редко так его называла.

Да что с ней такое? Что случилось?





Глава 39




«С чего ты вдруг стал таким серьёзным в последнее время, Брат Цзи?» — Дун Ли похлопал по плечу Цзи Яна и сел рядом с ним.

Цзи Ян смотрел вдаль и ничего не ответил.

Дун Ли улыбнулся и достал сигарету. Он закурил и протянул сигарету Цзи Яну: «В последнее время ты постоянно о чём-то беспокоишься...»

Цзи Ян протянул руку и взял сигарету. Он воспользовался зажигалкой в руках Дун Ли, глубоко затянулся и медленно выпустил кольцо дыма.

«Старина Цзи, я давно не видел, чтобы ты курил. Раньше ты курил каждый раз, когда беспокоился о Сяо Чжо, но перестал курить с тех пор, как малыш вместе с Тан Тан переехали на базу. Я уж подумал, что ты бросил».

Возможно, никто бы и не подумал, что всегда безупречный и дисциплинированный Цзи Ян будет вести себя так по-детски. На самом деле Цзи Ян начал курить с пятнадцати лет, и делал это особенно яростно. Он мог выкурить две пачки сигарет за день. И так продолжалось до тех пор, пока не родился Цзи Сяо Чжо. С того момента, как Цзи Ян услышал детский плач, он стал следить за здоровьем. Лишь изредка, он мог скурить одну сигарету, когда отправлялся на миссию, так как беспокоился о Цзи Сяо Чжо и не мог увидеться с ним. С тех пор как Тан Тан и Сяо Чжо переехали на военную базу, Цзи Ян бросил курить. Сегодня он впервые за столько дней взял сигарету.

Очевидно, его что-то беспокоило.

Цзи Ян сбросил пепел: «Ничего такого».

Дун Ли совсем ему не поверил. Даже если бы он ничего не сказал, тот догадался бы сам: «Ты поссорился с Тан Тан? Всё настолько плохо?»

Цзи Ян затянулся сигаретой.

Похоже, так и было. Дун Ли не мог сдержать любопытства: «Вы действительно повздорили? Разумно было бы предположить, что такого не должно было произойти. Теперь, когда Тан Тан так хорошо себя вела, и заботилась о тебе, словно ты её ребёнок, разве могла она с тобой поссориться? Думаю, твоё бесстрастное лицо не пошло на пользу в этой ситуации».

О прежней Тан Тан Дун Ли не мог сказать ничего хорошего, но нынешняя Тан Тан стала мягкой, как моти. Она стала добросердечной и очень послушной, и превозносила Цзи Яна до небес. Неужели она решила повздорить с Цзи Яном? Такое просто невозможно.

Цзи Ян взглянул на друга и сказал: «Не угадал, всё не так, как ты подумал, у нас всё в порядке».

Дун Ли не поверил его словам. Он предположил, что, скорее всего, Цзи Ян не простил Тан Тан за её прошлые поступки, и тут же начал его убеждать: «Брат Цзи, пусть прошлое остается в прошлом, то что происходит сейчас, и произойдет в будущем — намного важнее. Поскольку Тан Тан потеряла память, тебе не следует цепляться за прошлое. Сейчас она стала очень хорошей, и со всей искренностью относится к вам с Сяо Чжо. Относись к ней более снисходительно. Давайте будем взрослыми людьми и будем вести себя разумно».

Цзи Ян бросил на него короткий взгляд: «С чего ты взял, что я переживаю о прошлом?»

Дун Ли задумался. Цзи Ян не из тех людей, кто будет чрезмерно заботиться о женщине, он просто не знал как с ними поладить. У него на лице всегда было невозмутимое выражение. Даже если его не волновали прошлые события, возможно, Тан Тан могла подумать, что это не так.

«Раз тебе нет дела до прошлого, то просто живите спокойно с Тан Тан. Тебе нужно относиться к ней лучше. Не забывай, что женщин нужно баловать. Если ты не будешь к ней добр, то не жди что она всегда будет отвечать тебе взаимностью».

Хотя у Дун Ли не было семьи, у него был большой опыт в любовных делах, и он действительно понимал, как ладить с женщинами, поэтому Цзи Ян не воспринимал его слова как шутку.

Дун Ли решил, что Цзи Ян продолжит молчать, но тот несколько раз затянулся сигаретой, и сказал: «...Я не злюсь на неё из-за того, что было раньше».

Дун Ли закатил глаза: «Не испытывать к ней неприязни и относиться к ней хорошо — это две разные вещи. Забудь, такой мужчина, как ты, ничего не поймет. Вот что я скажу, мы все должны отдать должное Чжан Чэну, из нас всех он относится к своей жене лучше всех. Ты же видел, как хорошо Чжан Чэн относится к Юй Вэй. Он отдает ей всю свою зарплату и делает работу по дому. Кроме того, он тепло провожает её и приветствует по возвращению домой, каждый год дарит ей подарки на день рождения и день Святого Валентина. Думаю, этот парень даже моет ноги своей жене перед сном!»

Дун Ли сказал это, и у него по спине побежали мурашки: «Неважно, не все могут баловать своих жен так, как Чжан Чэн. Мы мужчины слишком боимся потерять своё достоинство, но даже если постараться работать усерднее, и достичь хотя бы трети того, что делает он, уже будет хорошо. Уже этого будет достаточно, чтобы твоя жена была готова умереть за тебя».

Цзи Ян молча выпустил дым изо рта, посмотрел вдаль и задумался.

Отдавать все деньги? Делать работу по дому? Всю работу по дому делала Тан Тан, он ничего не делал, и все финансы находились под его контролем.

Тепло провожать и приветствовать по возвращению домой? Похоже, Тан Тан и это делала. Она провожала его на работу и встречала по возвращению, постоянно беспокоясь о нём.

Подарки на день рождения и день Святого Валентина? Похоже, он никогда не дарил ей подарков, только деньги, и он даже не знал, когда у неё день рождения.

Вымыть ноги? Даже это Тан Тан делала для него. Он никогда не делал для неё ничего подобного.

Задумавшись об этом, Цзи Яну показалось, что он никогда ничего не делал для Тан Тан. Она даже не покупала себе платья. Она сама шила себе одежду. Все деньги, которые он ей давал, она тратила на семью. Она ничего не тратила на себя.

Возможно, ей тяжело от того, что он плохо к ней относится. Поэтому она так несчастна в последнее время?

Дун Ли искренне надеялся, что его старый друг будет счастлив. Он видел перемены, произошедшие в нём благодаря Тан Тан и Сяо Чжо. Цзи Ян чувствовал себя счастливым, хотя и не осознавал этого. Поэтому Дун Ли не хотел, чтобы его друг потерял обретенное счастье только потому, что не понимал своих чувств.

«В прошлом я советовал тебе развестись с Тан Тан, но теперь ситуация изменилась. Тан Тан забыла о прошлом. Теперь характер у неё хороший, она стала доброй и добродетельной. Все твои младшие братья завидуют тому, как она балует тебя и Сяо Чжо. Кроме того, она биологическая мать Сяо Чжо. Если вы сможете забыть о прошлом и двигаться дальше, то так будет только лучше для Сяо Чжо. И многие видят, что ты действительно нравишься Тан Тан. Пока ты рядом, её взгляд всегда будет следовать за тобой. Такой взгляд вызывает одно расстройство у нас — одиноких мужчин. Так что, ты должен дать ей шанс. Так будет лучше для вас двоих, не позволяй Тан Тан ожесточить своё сердце».

Цзи Ян потушил ещё не выкуренную сигарету и выпрямился, чтобы похлопать Дун Ли по плечу: «Я ухожу».

«Эй, ты куда? Ты не слышал, что я сказал?»

* * *

Цзи Ян пришел домой намного раньше обычного. Тан Тан сидела на диване и шила одежду. Она очень удивилась увидев, что Цзи Ян вернулся так рано: «Ты так рано вернулся? Я ещё не готовила ужин, я пойду и приготовлю прямо сейчас».

Цзи Ян остановил её, придерживая за плечи: «Ещё рано, я подожду, можешь продолжать заниматься своими делами».

Тан Тан посмотрела на часы и убедилась, что для ужина было ещё рано. Ужин можно было приготовить позже. Она бросила на Цзи Яна быстрый взгляд, опустила голову и продолжила шить.

Цзи Ян молча сидел на диване и наблюдал за тем, как она управляется с иголкой, а затем перевел взгляд с её рук на одежду, которую она шила.

«Это платье отличается от того, что ты шила некоторое время назад», — внезапно сказал он.

Тан Тан кивнула: «В прошлый раз я шила платье для Вэнь Вэнь. Я уже отдала его ей. Теперь я шью аоцюнь для Цзи Юэ. В прошлый раз на празднике бабушки Чжо в честь дня рождения, она сказала, что хочет себе такой же наряд. Я пообещала сделать его для неё».

Цзи Ян облизнул губы, и задумался, устремив свой взгляд куда-то вдаль. Он вспомнил, что, когда Тан Тан впервые купила ткань, она сказала, что купила ткань для него и Сяо Чжо. Она сказала, что собирается сшить для него рубашку, а для Сяо Чжо комбинезон. Но он ещё не видел, чтобы она шила ему рубашку.

Она больше не хотела шить её для него?

Цзи Яну вдруг стало очень некомфортно, но он не мог спросить, в чём дело, и это его немного раздражало. Он просто встал и захотел найти себе занятие, но ничего не мог придумать. Дом был очень хорошо убран, и ему нечего было делать. Ему ничего не оставалось, кроме как зайти в комнату, взять свои военные книги и начать читать.

Однако, взяв книгу, Цзи Ян не мог понять, что в ней было написано. Он просто отложил книгу, закрыл глаза и погрузился в раздумья. Через несколько секунд он достал свой мобильный телефон и позвонил Гу Чжан Аню.

Гу Чжан Ань очень удивился, когда тот позвонил ему в такое время. Но когда Цзи Ян произнёс первую же фразу, у него подбородок отвис от удивления.

«Что ты обычно делаешь, когда Цзи Юэ расстроена?»

Гу Чжан Ань решил, что неправильно его понял, и переспросил: «Что ты сказал?»

Цзи Ян снова повторил: «Что ты обычно делаешь, когда Цзи Юэ расстроена?»

Гу Чжан Ань наконец убедился, что правильно всё расслышал, и поднял опустившийся подбородок. После долгого молчания он сказал: «Тан Тан расстроена, и ты хочешь её утешить?»

Цзи Ян ничего не ответил.

Гу Чжан Аню вдруг захотелось рассмеяться. Он не ожидал, что наступит день, когда Цзи Ян, который никогда не обращал внимания на женщин, захочет утешить свою жену. Гу Чжан Аню вдруг захотелось поделиться этим со всеми. Что же ему делать?

Но как бы он этого не хотел, он не мог этого сделать. Гу Чжан Аню пришлось сдержаться, чтобы не рассмеяться во весь голос. Он попытался сделать вид, что ничего особенного не произошло: «Всё просто! Если Цзи Юэ расстроена, я дарю ей подарки. Я покупаю для неё красивую одежду и украшения, иногда косметику или средства по уходу за кожей. Она сразу же становиться счастливее».

Гу Чжан Ань сказал это, и его голос внезапно стал более серьёзным: «Но, брат Цзи, такой способ не самый лучший. Самый лучший и самый эффективный способ — устроить ей романтический ужин при свечах. Романтика, комфорт и уют — и на следующий день её гнев улетучится. Твой братец поведает тебе непреклонную истину: нет ничего, что нельзя решить в постели».

Цзи Ян: «... пусть Цзи Юэ закажет для меня лучшие средства по уходу за кожей, позже я расплачусь с ней».

Гу Чжан Ань дважды вздохнул от сожаления: «Ты точно не хочешь подумать о более эффективном способе? Он точно будет полезнее».

Цзи Ян решительно завершил разговор.

Кажется, как муж, он немного забросил семью. Тан Тан всегда старалась для него, но он никогда ничего для неё не делал. Похоже, из-за прошлых размолвок он совсем не относился к ней, как к жене. Может быть, Дун Ли прав. Ему не стоит больше думать о том, что было раньше, важнее то, что будет в будущем. Сейчас Тан Тан действительно стала хорошей. Такие семейные отношения — это именно то, что ему было нужно.

Она же размышляла о том, как стать красивее? Ей должно понравиться, если я подарю ей средства по уходу за кожей.

Цзи Юэ очень быстро выполнила просьбу, и на следующий день на имя Цзи Яна были доставлены лучшие средства по уходу за кожей в мире.

В тот день, возвращаясь домой, Цзи Ян нёс коробку с женскими кремами. Такое зрелище, не соответствовало его образу крутого парня и привлекало внимание многих людей. Цзи Ян мог только проигнорировать всех и поскорее пойти домой.

Цзи Сяо Чжо первым заметил то, что было в руках у его отца. Он не знал, что внутри, и с любопытством начал рассматривать коробку. Сяо Чжо подумал, что там еда, но, когда понял, что это не так, он поднял взгляд и немного разочарованно спросил у отца: «Что это? Это мне?»

Цзи Ян щелкнул по маленькому лбу малыша и взглядом указал на кухню: «Я хочу подарить это твоей маме. Помоги папе передать это ей».

Цзи Сяо Чжо понял, что подарок предназначался для его матери, и его глаза загорелись. Малыш тут же воскликнул, широко раскрыв рот: «Папочка, ты ухаживаешь за мамочкой?»

Цзи Ян: «...Ты знаешь, что такое «ухаживание»?»

Цзи Сяо Чжо почувствовал, что его недооценивают, и тут же вздёрнул подбородок: «Я точно знаю, что «ухаживание» — это когда мальчик дарит девочке подарок, и она очень радуется, потому что становиться его девушкой».

«...» Ему же всего три года, но малыш уже знает такие вещи. Цзи Ян немного удивился, он не понимал, откуда Сяо Чжо это узнал, скорее всего, из телевизора.

Но то, что он делал, нельзя было назвать ухаживанием. Он лишь поддерживал семейную гармонию и давал Цзи Сяо Чжо хорошую среду для роста.

«Папе не нужно ухаживать за мамой, потому что мама уже папина жена. Разве мне нельзя дарить ей подарки?»

Цзи Сяо Чжо перевёл взгляд на Тан Тан, трудящуюся на кухне, а затем подошёл к отцу и прошептал ему на ухо: «Но, папочка, это же подарок для девушки, а значит, чтобы ей понравилось, ты должен отдать его лично. Так что, папочка, ты должен сам подарить его мамочке».

«...» Внезапно Цзи Ян решил, что в будущем Цзи Сяо Чжо не стоит так много смотреть телевизор. Он действительно испугался, что этот парень очень скоро приведёт домой маленькую жену.

Цзи Сяо Чжо наотрез отказался дарить подарок вместо отца. В отчаянии Цзи Ян решил сам отдать подарок, но в юности он только получал подарки от девушек и никогда ничего не дарил сам. Ему было так неловко, что он не мог вымолвить ни слова.

В итоге он досидел до конца ужина, а потом они пошли спать. Цзи Ян так и не смог отдать подарок. Он так волновался, что Цзи Сяо Чжо прищурился и сморщил своё маленькое личико, от чего он ещё больше напоминал маленькую булочку.

Тан Тан подозрительно посмотрела на Цзи Сяо Чжо: «Бао Бао, что у тебя с лицом? Тебе нехорошо?»

Цзи Сяо Чжо так испугался, что тут же вернул своему лицу нормальное выражение и покачал головой, сказав: «Нет, мамочка. По телевизору говорят, что такие упражнения делают лицо подтянутым. У меня слишком пухлое лицо. Мне нужно стать стройнее и красивее».

Правда? Она ничего такого не слышала. Тан Тан, кажется, поверила его словам и кивнула.

В это время Цзи Ян украдкой поглядывал на сообразительного Бао Бао, и оценивающе рассматривал его.

У Цзи Сяо Чжо не было выбора, кроме как развести руками. Если его отец не мог решить это сам, то малыш больше ничем не мог ему помочь.

Цзи Ян уставился на Тан Тан, делающую ему ванночку для ног. Заметив, что она сегодня даже не взглянула на него, а также избегала его взгляда и даже не улыбалась ему, Цзи Ян почувствовал, что больше не может этого выносить. В последний момент он достал коробку и молча протянул Тан Тан.

Тан Тан моргнула, и очень смущённо спросила: «Что это?»

Цзи Ян откашлялся и сказал с невозмутимым выражением на лице: «Это средства по уходу за кожей. Кое-кто прислал их мне, но я не пользуюсь такими вещами, поэтому отдаю тебе».

Тан Тан удивилась, кто мог отправить такие вещи Цзи Яну, но, поразмыслив, решила не вдаваться в подробности: «Спасибо… спасибо, я буду бережно с ними обращаться».

Цзи Ян ожидал, что она в восторге откроет коробку, и мило скажет ему: «Спасибо, муженек, мне очень нравится!», но в итоге она просто поблагодарила его и пошла в ванную.

Кажется, она совсем не в восторге. Ей не понравилось?

Даже когда Бао Бао уснул и захрапел, Цзи Ян всё ещё ничего не мог понять. Он повернул голову. В темноте он не мог определить, спит ли Тан Тан или нет, поэтому он позвал её: «Тан Тан?»

«Что случилось муж мой?» — Тан Тан не спала.

Цзи Ян замешкался, но всё же спросил: «Тебе... тебе не понравилось?»

«А? Что?»

«Те средства по уходу за кожей, тебе они не понравились?»

Тан Тан опешила и подумала, что Цзи Ян сегодня был очень странным, но все же честно ответила: «Нет, мне они очень понравились, моей коже они просто необходимы, и те средства, что ты мне дал, похоже очень хорошего качества».

«Я рад. Тогда... давай спать».

«Хорошо, тогда я буду засыпать».

Цзи Ян так и не дождался от Тан Тан, её ежедневной фразы «Спокойной ночи, муженёк», и услышал лишь звук её дыхания.

Цзи Яну вдруг захотелось покурить, но в присутствии жены и сына он сдержался.

На следующий вечер Цзи Ян снова позвонил Гу Чжан Аню. В этот раз он не стал дожидаться слов Цзи Яна и первым спросил: «Проблема всё та же?»

Хотя в его голосе слышалось злорадство, Цзи Ян должен был признаться: «Ей не понравился подарок, пусть Цзи Юэ купит для меня что-нибудь другое, что может понравиться женщинам».

На самом деле Гу Чжан Ань хотел сказать, что дело может быть не в подарке. Главное — найти причину, по которой человек недоволен. Но слова застряли у него в горле, желая подшутить над ним.

Он всё ещё недостаточно помучался. Пусть Цзи Ян пройдёт этот путь, и почувствует на себе, каково это — когда женщина разочарована в нём. Кто виноват, что этот парень всегда был таким крутым в глазах женщин? Эх, дело не в том, что Чжан Ань не хотел говорить ему об этом, просто время ещё не пришло.

Задумавшись, Гу Чжан Ань сказал: «Ну, я попрошу Цзи Юэ купить что-нибудь для тебя, но ты не можешь просто дарить вещи. Иногда лучше сделать для неё что-нибудь самому. Женщины — более эмоциональные существа, чем мужчины. Возможно, ей будет приятнее, если ты сделаешь ей массаж или помоешь ей ноги, чем если ты подаришь ей что-нибудь».

На другом конце провода Цзи Ян долго молчал, а потом повесил трубку.

Гу Чжан Ань откинулся на спинку стула и рассмеялся. Он уже представлял себе как Цзи Ян — этот крутой парень становиться на колени, чтобы помыть ноги своей жене, но, подумав об этом получше, он понял, что хочет слишком многого. Что-то подобное было не в характере Цзи Яна.

Цзи Юэ увидела, оцепеневшего мужа, и пнула его: «Что с тобой, невропатия?»

Гу Чжан Ань посадил Цзи Юэ к себе на колени и рассказал ей обо всём. В конце он добавил: «Сначала я хотел увидеть, как Цзи Ян моет ноги своей жене, но к сожалению, это невозможно. Этот парень с детства слишком холоден с женщинами, и он не сделает этого ни за что на свете».

Цзи Юэ не согласилась с этим утверждением и многозначительно улыбнулась: «Так сразу и не скажешь, но такой крутой парень, как Цзи Ян, столкнувшись с такой мягкой девушкой, как Тан Тан, обычно сам становится мягким. Подожди и увидишь».





Глава 40




Во второй раз Цзи Юэ подготовила и прислала Цзи Яну много всего: платье из последней коллекции от Chanel, туфли на высоком каблуке, сумку LV лимитированной серии, набор косметики и пару комплектов очень сексуального кружевного нижнего белья.

Когда Цзи Ян увидел эти два комплекта кружевного нижнего белья, вообще ничего не прикрывающих, ему стало немного не по себе. О чём думали эти муж и жена? Как они могли купить и отправить ему что-то такое? Если он подарит это Тан Тан, она определенно посчитает его извращенцем!

Цзи Ян очень обрадовался, что заранее вскрыл посылку и проверил её содержимое, а не отдал её сразу Тан Тан.

Вопрос в том, что ему теперь делать с этим нижним бельём? Принести домой — об этом, не могло быть и речи. Возвращать его Гу Чжан Аню было немного неразумно. Если выбросить, у людей, занимающихся уборкой, точно возникнут недопонимания. Цзи Ян сидел в офисе и долго смотрел на два комплекта нижнего белья. Чувствуя безысходность, Цзи Ян в конце концов решил запереть бельё на дне ящика офисного стола и никогда больше не открывать.

Справившись с этим источником головной боли, Цзи Ян решил, что с остальными вещами всё было в порядке. Даже если он не разбирался в женщинах, он знал, что ни одна женщина не откажется от красивой одежды, обуви, сумок и косметики. Так как Тан Тан думала о том, как стать красивой, ей эти вещи точно понравились бы.

Решив все вопросы, Цзи Ян вернулся домой. На этот раз Цзи Сяо Чжо не нужно было заглядывать в коробку, чтобы понять, что эти вещи предназначены не для него, а для его матери, поэтому он похлопал отца по плечу и ободряюще улыбнулся: «Ты должен быть смелее, папочка. Не затягивай с подарком в этот раз. Мужчина должен быть смелым и решительным!»

Цзи Ян вдруг почувствовал сомнение. Как его сын мог ему такое сказать? И в кого он такой?

В этот раз Цзи Ян не стал медлить. Он положил вещи прямо на кровать, и Тан Тан увидела их, как только вошла в комнату.

Конечно же, Тан Тан сразу заметила на кровати большую коробку. Она удивленно посмотрела на неё и поняла, что её раньше не было дома. Чтобы убедиться в своих догадках, Тан Тан протянула руку и открыла коробку.

Внутри лежали белоснежное платье без рукавов, пара красных туфель на высоком каблуке, красная дамская сумочка и набор заграничной косметики, Тан Тан поняла это, так как не смогла разобрать, что на ней было написано.

Как в их доме могло появиться так много женских вещей?

Тан Тан не могла отвести взгляд от двери в ванную, где Цзи Ян принимал душ. Эти вещи принесла не она, и их не мог принести Цзи Сяо Чжо, значит, тем кто принес их, мог быть только Цзи Ян, но откуда у него столько женских вещей? Неужели ли в этот раз, как и в прошлый, кто-то снова подарил ему их?

Поразмыслив над этим, Тан Тан позвала Сяо Чжо в гостиную, помахав ему рукой: «Бао Бао, иди сюда».

Цзи Сяо Чжо услышал, как его зовет мама, удивленно наклонил голову и немедленно развернул свою маленькую машинку, чтобы ловко въехать в комнату: «Мамочка, ты меня звала?»

Тан Тан указала на коробку на кровати: «Бао Бао, ты знаешь, что это такое? Откуда эти вещи?»

Цзи Сяо Чжо перевел взгляд на коробку и понял, что не может заранее рассказать матери о сюрпризе, который приготовил для неё отец, поэтому покачал головой: «Мамочка, я не знаю, спроси у папочки».

Тан Тан кивнула и уже собиралась закрыть коробку, как дверь в ванную «скрипнула», и в комнату вошел Цзи Ян, вытирая влажные волосы полотенцем. Он увидел, что Тан Тан уже открыла коробку, и его глаза слегка заблестели от волнения.

«Муж мой, это твои вещи?»

Столкнувшись с сомнениями Тан Тан, Цзи Ян прижал кулак к губам и откашлялся. В его голосе не было никаких эмоций, отвечая: «Цзи Юэ сказала, что женщинам нравятся такие вещи, поэтому я попросил её купить их для тебя, посмотри, понравятся ли они тебе».

Эти вещи были для неё?

Тан Тан моргнула и вдруг почувствовала, что в последние несколько дней Цзи Ян вёл себя немного странно. Почему-то он продолжал покупать что-нибудь для неё? У неё не было ни дня рождения, ни другого праздника, и ей вообще не нужны были эти вещи. Это платье было слишком сексуальным, как говорили жители этого мира. Оно слишком оголяло руки и ноги. Разве посмела бы она надеть его? Каблук у этих туфель был тонким, как игла, а его высота составляет восемь сантиметров. Если она посмеет надеть их, то сделав пару шагов попадет в больницу. Наконец, косметика, у неё и так было плохое состояние кожи, если она воспользуется косметикой только усугубит ситуацию. Макияж ей точно противопоказан.

Поэтому, получив такой подарок, она могла лишь отложить его в сторону. Выбрасывать такие дорогие вещи было слишком расточительно.

Тан Тан почувствовала себя очень неловко и не могла не задать вопрос, который мучал её до сих пор: «Муж мой, зачем ты купил эти вещи для меня? Это такая пустая трата денег».

Глаза Цзи Яна вспыхнули, и он не знал, как на это ответить. Он долго думал, прежде чем заговорить: «Ну... Ты много работаешь каждый день, чтобы заботиться о доме и Сяо Чжо. Это не пустая трата денег».

Оказалось, что Цзи Ян хотел вознаградить Тан Тан за труд... неудивительно, что он продолжал дарить ей подарки. Но заботиться о ребенке, и работать по дому это то, что она должна делать, так почему же он хочет наградить её?

По словам Вэнь Вэнь, в этом мире женщина, которая не ходит на работу, и не зарабатывает деньги, а просто сидит дома, не имеет высокого положения в семье. Таких женщин презирают даже их собственные мужья, но её муж не только не бросил её, но ещё и поощрял. Он был слишком хорошим человеком!

Он так добр к своей жене, которая раньше так плохо и бесчувственно с ним поступила. Если бы она стала той девушкой, которая ему действительно нравилась, как бы всё было? Кто же та счастливица, которая ему действительно нравится? Стать этой женщиной было бы просто великолепно, но, к сожалению...

Задумавшись, Тан Тан вспомнила слова Гу Янь Ран, и ей стало немного неловко. Она попыталась подавить неприятное чувство, подняла глаза и улыбнулась Цзи Яну: «Спасибо тебе большое муж, но не покупай ничего больше. Да, я забочусь о семье, но мне не нужны все эти вещи». Так как эти вещи уже куплены, то их уже не вернуть. Тан Тан и в этот раз приняла подарки, но в следующий раз не станет. Раз уж она и так живет за чужой счет, то должна хотя бы выполнять работу по дому. О какой награде могла идти речь?

Цзи Ян наблюдал за тем, как Тан Тан принимает подарки, но не заметил в ней особой радости. Он нахмурился, не понимая, понравился ли ей подарок или нет, поэтому просто спросил: «Тебе нравится?»

Тан Тан не особо понравились подарки, но она почувствовала, искренние намерения Цзи Яна, купившего для неё все эти вещи. Она решила, что, если скажет ему, что ей не нравится, это точно заденет его чувства. Поэтому она решила немного приврать, улыбнулась и кивнула: «Да, мне очень нравится».

Цзи Ян вздохнул с облегчением, и в его глазах появилась улыбка: «Все в порядке, если тебе нравится».

Тан Тан торжественно убрала вещи в шкаф, а затем повернулась к Цзи Яну и заговорила: «Муж мой, скоро начинается новый учебный год. Уже решено в какой детский сад пойдет наш Бао Бао?»

Цзи Ян уже давно всё уладил: «У нас в районе есть один детский сад, все дети в военном городке ходят туда. Я уже договорился. Завтра я возьму выходной и схожу с Сяо Чжо, чтобы зарегистрироваться. После этого он сможет посещать детский сад».

«О, как хорошо, но может мне нужно ещё что-то подготовить для регистрации? Я могу сама отвести Бао Бао. Ты и так занят на работе, а мне дома всё равно нечем заняться».

Цзи Ян покачал головой: «Ничего. Завтра я возьму тебя и Бао Бао с собой. Ты ещё не знакома с этим районом. Сначала я покажу тебе дорогу, а потом тебе придётся отводить Сяо Чжо туда и обратно».

Тан Тан согласилась после некоторого раздумья. Она не знала здешних учителей. Сначала ей нужно было пойти с Цзи Яном, чтобы познакомиться с учителем Сяо Чжо. Тан Тан обернулась и нашла маленький школьный рюкзак Цзи Сяо Чжо. Она положила в него пенал и другие книги малыша. Затем она протянула рюкзак Цзи Сяо Чжо: «Бао Бао, завтра можешь взять свой маленький рюкзак в новый садик».

Цзи Сяо Чжо собрался взять свой школьный рюкзак, но Цзи Ян оказался быстрее. Сначала он расстегнул молнию, а затем достал из сумки тетрадь и открыл её. Она была пуста. Сяо Чжо ничего не сделал.

Тетрадь с арифметическими упражнениями включала в себя вопросы сложения и вычитания чисел до ста. Цзи Ян купил тетрадь для Сяо Чжо в начале летних каникул в качестве домашнего задания. Он боялся, что Цзи Сяо Чжо будет бездумно играть во время летних каникул. Он хотел, чтобы малыш тренировал свой мозг и не забывал уже изученное, когда вернется в садик. Цзи Ян не ожидал, что малыш не решит ни одной задачи.

Цзи Ян заставил Цзи Сяо Чжо отложить машинку и встать перед ним: «Цзи Сяо Чжо, объясни мне, почему ты не решил ни одного вопроса?»

Цзи Сяо Чжо скрестил пальцы и опустил взгляд.

«Цзи Сяо Чжо, твой отец уже два месяца не проверял твои домашние задания, потому что считал, что ты самостоятельный ребёнок и не забудешь сделать уроки. Но теперь тебе придётся объясниться».

Тан Тан не ожидала, что, просто собирая школьный рюкзак, она натворит столько дел. Видя, что ситуация было не очень хорошей, она поспешно подошла к Цзи Яну и взяла у него из рук тетрадь. Та действительно была пуста. Тан Тан вдруг почувствовала себя злой и виноватой.

Она злилась, потому что Цзи Сяо Чжо не написал ни слова. Целью посещения учебного заведения было получение знаний. Учеба — это то, чем должны заниматься ученики, даже когда они находятся дома. Тан Тан сильно избаловала Цзи Сяо Чжо, поэтому он не сделать домашнее задание. Она не хотела, чтобы Бао Бао бросал учёбу в таком юном возрасте.

Тан Тан сильно винила себя, потому что даже не знала, что у Цзи Сяо Чжо было домашнее задание. Она думала, что раз учитель ничего не сказала, значит никакого домашнего задания не было. Если бы она знала, что у Цзи Сяо Чжо было домашнее задание, она бы наверняка стала присматривать за ним каждый день.

Тан Тан виновато посмотрела на Цзи Яна: «Мой муж, прости, я не знала, что у Бао Бао было домашнее задание. Если бы я знала об этом, то присмотрела бы за ним, в следующий раз я обязательно заставлю его учиться».

Цзи Ян нахмурил брови и помахал рукой: «Тан Тан, это не твоя вина. Цзи Сяо Чжо сам виноват. Если человек даже не знает, что ему нужно делать, и нуждается в чьём-то присмотре, то такие люди ничего не добьются в будущем».

Тан Тан внезапно потеряла дар речи и была вынуждена признать, что Цзи Ян прав. Похоже, если бы она и дальше занималась воспитанием ребёнка, то потерпела бы полное поражение. Она была слишком небрежна.

Увидев, что его мамочка так винит себя, Цзи Сяо Чжо наконец поднял глаза и сказал: «Папочка, я решил, что эти задачи слишком простые. Заполнять ответы было пустой тратой времени, поэтому я не стал этого делать».

Тан Тан удивлённо раскрыла глаза, услышав слова Цзи Сяо Чжо. Она действительно не ожидала, что малыш озвучит такую причину.

Цзи Ян не удивился словам Цзи Сяо Чжо. Он знал, что Цзи Сяо Чжо мог легко решить все задачи. Этот парень был довольно умен. Такие задачи как сложение и вычитание для него не вызвали бы проблем, но цель Цзи Яна заключалась вовсе не в том, чтобы просто заставить малыша практиковаться в сложении и вычитании.

«Цзи Сяо Чжо, значит, тебе не нужно делать упражнения, потому что ты уже знаешь, как их делать? Разве такому отношению я тебя учил?» Цзи Ян знал, что иногда умные люди склонны зазнаваться и пренебрегать простыми вещами, но иногда именно эти простые вещи определяли успех или неудачу человека. Цзи Ян не хотел, чтобы Цзи Сяо Чжо вырос умным, но высокомерным человеком, пренебрегающим даже самыми базовыми правилами.

Цзи Сяо Чжо снова склонил голову и надолго замолчал. Он поднял глаза и извинился: «Прости, папочка, я был не прав, в следующий раз такого не повторится».

Цзи Ян не стал раздувать скандал, учитывая извинения малыша. Вместо этого он сказал: «Теперь, в качестве наказания за свой проступок, ты должен пробежать пять кругов. Есть возражения?»

Цзи Сяо Чжо покачал головой и громко ответил: «Никаких возражений!»

«Хорошо, теперь ты должен закончить домашнее задание, а бегать будешь завтра».

Цзи Сяо Чжо молча достал свой маленький карандаш, подошёл к письменному столу, и начал делать своё домашнее задание.

Тан Тан никак не прокомментировала наказание Цзи Яна, но, взглянув на часы, поняла, что уже почти девять. Сколько же времени Сяо Чжо понадобиться чтобы закончить? Она не могла не обратиться к Цзи Яну с просьбой: «Муж мой, время уже позднее, а он такой сонный. Невозможно сделать все задания за один раз, он ещё мал, чтобы засиживаться допоздна, может, он продолжит завтра?»

Цзи Ян махнул рукой, показывая, что всё в порядке: «Не волнуйся, он напишет всё очень быстро и не станет засиживаться допоздна. Так что можешь спокойно идти принимать душ».

«Но...» Тан Тан с уверенностью могла сказать, что не имела права вмешиваться в методы воспитания Цзи Яна. Ей пришлось унять своё беспокойство, взять с собой одежду и пойти в ванную, чтобы помыться. Она приняла душ гораздо быстрее, чем обычно. Войдя в комнату, она поняла, что Цзи Сяо Чжо всё ещё выполняет домашнее задание. Тан Тан оставалось лишь снова пойти в ванную и приготовить воду в ванночке для ног Цзи Яна. Во время ежедневного массажа стоп Цзи Яну она решила, что должна помочь Цзи Сяо Чжо. Она хотела доставить удовольствие Цзи Яну, а после массажа, попросить его пожалеть малыша и позволить ему лечь спать пораньше.

В итоге Тан Тан была шокирована тем, что ещё не успела доделать Цзи Яну массаж стоп, как Цзи Сяо Чжо уже взял тетрадь и подбежал к отцу, чтобы отдать её: «Папочка, я всё сделал».

Цзи Ян взял тетрадь: «Что ж, давай я проверю. Сегодня ты примешь ванну самостоятельно, а после поговорим».

Цзи Сяо Чжо знал, что поступил неправильно, и чувствовал себя очень виноватым. Он взял свою пижаму и вышел из комнаты. Он не осмелился ослушаться отца и даже не осмелился попросить о помощи Тан Тан.

Тан Тан был удивлена скоростью, с которой Цзи Сяо Чжо справился с задачами, она даже перестала массажировать ногу Цзи Яна. Она посмотрела на часы, ему понадобилось на всё всего лишь два часа!

Два часа на решение арифметических задач? Не обманул ли Цзи Сяо Чжо своего отца?

Тан Тан боялась, что Цзи Ян обнаружит обман Сяо Чжо и накажет его ещё более сурово. Она так разволновалась, что не могла оторвать глаз от рабочей тетради в руках Цзи Яна.

Цзи Ян заметил выражение лица Тан Тан, и ему стало очень весело. Он просто похлопал по месту рядом с собой и сказал: «Иди сюда и помоги проверить».

Тан Тан должна была отказаться, но слишком переживала за Цзи Сяо Чжо. В конце концов она подошла к Цзи Яну и взглянула на домашнее задание Цзи Сяо Чжо. Она уже давно находилась в этом мире, и этого времени ей хватило, чтобы научиться читать и писать арабскими цифрами, так что теперь у неё не должно было быть проблем с домашним заданием Цзи Сяо Чжо.

Тан Тан сначала бегло просмотрела тетрадь и обнаружила, что к каждому из приведённых вопросов ниже был дан ответ. Она посчитала, что ответить на все вопросы за два часа уже было отличным достижением. Но она не знала, правильно ли он ответил, и не будет ли из-за этого Цзи Ян злиться.

Тан Тан начала проверять ответы Цзи Сяо Чжо и была удивлена, обнаружив, что вопросы, казалось, не подходили трехлетнему ребёнку, который ещё не ходил в школу. Сначала она подумала, что Цзи Сяо Чжо умел вычитать и складывать числа в пределах десятка. Но кто бы мог подумать, что здесь было так много вопросов, на которые даже взрослому человеку придется задуматься, прежде чем ответить.

Неужели такие вопросы смог решить трёхлетний малыш?

«Муж мой, неужели Бао Бао действительно смог решить эти вопросы? Не слишком ли они сложные?»

Цзи Ян не мог не заметить сомнений Тан Тан и объяснил ей: «У Бао Бао очень хорошая память. Кроме того, его способности к обучению и мышлению сильно развиты, особенно в том, что касается вычислений. Когда другие дети только учились считать, он уже освоил сложение и вычитание в пределах десяти. Позже я научил его некоторым приёмам вычислений в уме. Теперь ему не нужно использовать расчеты на бумаге, чтобы решить пример в пределах ста или меньше. Вот почему этот парень посчитал задачи слишком простыми и не захотел этим заниматься».

Тан Тан: «...» Эх, она что, самая глупая в семье?

Посмотрев, как Тан Тан, широко распахнув глаза, чешет затылок, Цзи Ян необъяснимым образом посчитал её очень милой, так что неосознанно добавил: «На самом деле я знал, что для него эти задачи не сложные, но я не хотел, чтобы он смотрел на вещи свысока, просто потому что они простые. Даже к простым вещам нужно относиться серьёзно, поэтому я наказал его сегодня вечером».

Тан Тан вдруг согласилась и кивнула. По сравнению с Цзи Яном она совсем не занималась воспитанием ребенка, но, к счастью, у малыша есть такой замечательный папа, который всему его научит, и Сяо Чжо вырастет хорошим человеком.

Наконец-то Цзи Ян увидел в глазах Тан Тан отблеск благоговения и восхищения. Его настроение улучшилось, и он продолжил: «В начале этого учебного года я научу его умножать и делить в уме в пределах сотни. А когда он официально поступит в школу, то начнёт учиться на более глубоком уровне».

А разве умножать и делить в уме в пределах сотни не считается углубленным изучением? Неужели её знания на уровне идиота? Тан Тан вдруг вспомнила слова жены командира полка. Она сказала, что Цзи Ян окончил высококлассный Университет S, а его познания считались первоклассными, и слишком выдающимися для обычного солдата.

Теперь она была с этим полностью согласна, но в то же время она прекрасно понимала, что сама она выглядела просто, как бельмо на глазу.

После того как Тан Тан перешла к десятому вопросу Цзи Сяо Чжо, Цзи Ян уже завершил проверку: «Всё правильно, с этим парнем нужно быть построже».

Тан Тан молча отложила тетрадь и так же молча пошла заниматься своими делами.





Глава 41




На следующее утро Цзи Ян вернулся с тренировки и отвел Тан Тан с Цзи Сяо Чжо в детский сад, расположенный на территории базы.

Цзи Ян ожидал, что Тан Тан наденет новую одежду, ту которую он подарил ей вчера. Но, к его разочарованию, Тан Тан осталась в своей прежней одежде, на ногах у неё были те же туфли, что и обычно, а на лице не было и следа от макияжа.

Она не воспользовалась тем, что он ей подарил.

Вчера она сказала, что ей очень понравился подарок, но почему она им не воспользовалась...

«На что ты смотришь, муж мой?»

Тан Тан задумалась.

Почему Цзи Ян смотрел на её одежду? С ней было что-то не так?

Цзи Ян прищурился и покачал головой: «Ничего, пойдём». Может быть, она не хочет надевать новую одежду сегодня, это ведь необязательно. Она может надеть её позже.

Детский сад на территории базы оказался больше, чем представляла себе Тан Тан. Так как они пришли поздно, другие дети уже были там. Всё вокруг выглядело довольно опрятно.

«Этот детский сад довольно хороший, и тут довольно много учителей», — сказала Тан Тан.

Услышав её слова, Цзи Ян добавил: «Все учителя здесь являются членами семей военных, но их квалификация на вызывает сомнений. Многие из них окончили педагогическое училище и достаточно подготовлены, чтобы обучать детей».

Тан Тан уже слышала от жены командира полка, что зарплаты у учителей в детском саду довольно низкие. Многие женщины решились приехали сюда и начали обучать детей, хотя и окончили аспирантуру, лишь потому что хотели быть рядом со своими мужьями, которые вынуждены были оставаться в армии, являясь частью военного спецподразделения. База находилась в отдалении от города, и добираться до работы вне военной территории было довольно сложно. Поэтому многие жены военных просто отказались от своих изначальных профессий.

Тан Тан действительно восхищалась этими женами военных.

В прошлом учебном году Цзи Сяо Чжо учился в ясельной группе. В этом году он перевелся в среднюю группу. Учителем в средней группе была молодая женщина лет тридцати. Очевидно, она уже знала Цзи Яна и сама подошла поприветствовать его и Тан Тан, которая стояла рядом с ним. Затем она наклонилась и погладила по голове Цзи Сяо Чжо: «Ты — Сяо Чжо? Я буду твоим учителем. Меня зовут Су Юэ».

Цзи Сяо Чжо потянулся и взял Су Юэ за руку, кивнув головой: «Хорошо, учитель».

Су Юэ воспользовалась тем, что маленькая ручка Сяо Чжо оказалась в её руке, и повернулась к Тан Тан: «Я отведу вас к классной комнате, чтобы вы посмотрели, и выбрали место для Сяо Чжо».

Всего в средней группе было двадцать пять детей. В данный момент они сидели на своих местах и оживлённо переговаривались. Дети были взволнованы ещё больше чем обычно, так как сегодня был их первый день в детском саду. Они выглядели ещё более заинтересованными, наблюдая за тем, как учитель входит к ним с незнакомым ребёнком. Все как один с широко раскрытыми глазами и с любопытством смотрели на Цзи Сяо Чжо.

«Учитель пришёл с ребёнком, которого я никогда раньше не видел, должно быть, это новенький».

«Смотри, у него такой большой карман на груди, это так забавно».

«Ух ты, он выглядит лучше, чем Су Цзе, а Су Цзе — эталон красоты».

«Ерунда, он такой толстый, как он может выглядеть лучше, чем Су Цзе? Моя мама говорит, что быть толстым — это плохо».

Когда дети увидели нового одногруппника, они, конечно же, не смогли удержаться от смеха. Увидев это, Су Юэ хлопнула в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание: «Ну что ж, ребята, успокойтесь».

Вероятно, из-за того, что было ещё только начало учебного года, дети забыли правила поведения в классе, которые изучили в прошлом году. Дети не смогли успокоиться и продолжали болтать, наблюдая за Цзи Сяо Чжо, даже после того, как учитель Су Юэ повторила своё обращение несколько раз.

Все дети на военной базе были очень озорными, и было трудно успокоить их, когда они были чем-то увлечены. Су Юэ почувствовала головную боль, и посмотрела на Цзи Сяо Чжо, переживая, что он будет напуган из-за этого в свой первый день в группе.

В результате оказалось, что Су Юэ слишком много думала. Цзи Сяо Чжо совсем не боялся, его совершенно не смущали все эти взгляды. Наоборот, он спокойно посмотрел на всех в ответ. Он долго смотрел на каждого ребенка, и это заставило других детей опустить глаза. Другие дети больше не осмеливались взглянуть на него снова.

Через три минуты Цзи Сяо Чжо обвёл взглядом весь класс, и в шумной комнате воцарилась тишина.

Су Юэ: «...».

Тан Тан, смотрящая в окно: «...».

Только Цзи Ян спокойно наблюдал за происходящим, словно всё было в порядке вещей.

Тан Тан почувствовала, что атмосфера вокруг Цзи Сяо Чжо в этот момент действительно была похожа на атмосферу вокруг Цзи Яна.

Наконец Су Юэ отвела взгляд от Цзи Сяо Чжо и представила его детям: «Ученики, это ваш новый одногруппник. Его зовут Цзи Цзы Чжо. В будущем вы должны стать хорошими друзьями. Вы не должны задирай нового одногруппника».

Дети в классе не сказали ни слова, атмосфера была странной.

Су Юэ беспомощно улыбнулась и уже собиралась найти место для Сяо Чжо, но, осмотрев весь класс, обнаружила, что единственное свободное место находилось только рядом с одним ребёнком, но этот ребёнок...

Су Юэ немного смутилась. Она развернулась и вышла за дверь, чтобы поговорить с Цзи Яном и Тан Тан: «Вот в чём дело. Сейчас в классе не так много детей — всего двадцать пять. Только у одного ребёнка нет соседа по парте. Сяо Чжо должен будет сидеть с ней. Но при этом возникла небольшая проблема: этот ребёнок, у которого нет соседа по парте, не очень любит разговаривать. Многие дети после урока, проведенного рядом с ней, начинают капризничать, они хотят поменять место и пересесть за другую парту, так что...» После этих слов Су Юэ замолчала, а потом продолжила: «Как вы думаете, Сяо Чжо лучше сидеть за отдельной партой или с этим ребёнком?»

Тан Тан не могла не обратить внимания на единственного ребёнка в классе, который сидел один за партой. Это было очень неожиданно. Она думала, что это будет суровый мальчик, и не ожидала, что им окажется такая милая и нежная девочка. Голова как яблочко, лицо белое и нежное, большие слезящиеся глазки с трепещущими ресничками. Единственный её недостаток, пожалуй, был в том, что она выглядела немного худой, но это не портило её внешность, она всё равно была прекрасна. Посмотрев на неё, Тан Тан ужасно захотела обнять эту малышку.

Как такая милая девочка может сидеть одна?

«Учитель, эта девочка такая милая. Как кто-то может не захотеть сидеть рядом с ней? Неужели это только потому, что она не любит разговаривать?»

Су Юэ замялась и поджала губы: «Если честно, дело не в том, что она не разговаривает, а в том, что девочка практически не обращает на других внимания и не любит играть с другими детьми. Она целыми днями сидит одна и играет со своей машинкой. Когда дети проявляют инициативу, она никак не реагирует. Дети не могут выносить одиночества, поэтому им не нравиться сидеть с ней».

Тан Тан, услышав эти слова, обратила внимание на то, что другие дети выглядели весёлыми, активными и разговорчивыми. Если кто-то за одним с ними столом целый день будет отстранено сидеть, не разговаривать и не играть, обычные дети не выдержали бы этого, и тут не было ничего удивительного.

Но почему такая милая девочка не разговаривает и не играет?

Цзи Сяо Чжо тоже весёлый и очень разговорчивый. Если он сядет с маленькой девочкой, которая не произносит ни слова, Тан Тан не знала, сможет ли он это вынести. Тан Тан не смогла удержаться и спросила Цзи Яна: «Муж мой, что ты скажешь? Как поступим?»

Цзи Ян не ответил на её вопрос, но спросил Су Юэ: «Чей ребенок эта маленькая девочка?»

Су Юэ ответила: «Этот ребёнок — дочь командира батальона Вэнь, Вэнь Чжан И».

Взгляд Цзи Яна потемнел. Он посмотрел на девочку, а затем на Су Юэ: «Вам стоит спросить об этом Цзи Сяо Чжо, пусть он сам решает, как поступить».

Су Юэ кивнула, а затем подошла к Цзи Сяо Чжо, присела на корточки и что-то прошептала ему. Затем она увидела, как Цзи Сяо Чжо смотрит на милую маленькую девочку. Помедлив, он кивнул, взял свой маленький рюкзак и подошел к девочке, чтобы сесть рядом с ней.

Тан Тан незаметно потянула за рукав Цзи Яна: «Эй, ты только посмотри, малыш собирается сесть рядом с девочкой. Не знаю, сможет ли он привыкнуть к ней».

Цзи Ян опустил глаза и взглянул на женскую руку, держащую его за рукав. Уголок его губ дёрнулся в улыбке, которую он сам не замечал. Его голос прозвучал необъяснимо ободряюще: «Не волнуйся, он сам всё решит».

Тан Тан не могла отвести взгляд от двух детей в классе. Ей хотелось понаблюдать за тем, будут ли они общаться друг с другом. К сожалению, как и сказала учитель Су Юэ, девочка была увлечена своей игрушечной машинкой и ничего не замечала. Она даже не взглянула на Цзи Сяо Чжо, а Цзи Сяо Чжо не взял на себя инициативу поприветствовать маленькую девочку. Они оба занимались своими делами.

«Муж мой, оба ребенка не разговаривают. Эти малыши так и продолжат игнорировать друг друга. Как думаешь, Бао Бао сможет встать и заговорить первым?»

Цзи Ян протянул руку и погладил Тан Тан по голове: «Всё в порядке, Цзи Сяо Чжо не станет ничего говорить, у него есть свой подход».

Тан Тан не поняла, что имел в виду Цзи Ян, но он больше ничего не объяснил. Ей оставалось лишь с беспокойством продолжать наблюдать за двумя малышами через окно, пока учитель не объявила, что они могут идти домой. В дружбе малышей не было никакого прогресса.

На обратном пути Тан Тан спросила Цзи Сяо Чжо: «Что ты думаешь о своей новой соседке по парте?»

Цзи Сяо Чжо долго думал и ответил всего тремя словами: «Она очень скучная».

Тан Тан тут же погладила Цзи Сяо Чжо по головке: «Бао Бао, нельзя так говорить о своей новой соседке по парте. Не все люди любят болтать, разве ты не знаешь?»

Цзи Сяо Чжо решил промолчать, он понял, что мама ему не поверит. На самом деле его новая соседка по парте была очень глупой.

Тан Тан боялась, что Цзи Сяо Чжо невзлюбит девочку и не будет с ней играть. Поэтому она добавила: «Бао Бао, ты должен поладить со своей соседкой по парте. Если она не заговорит с тобой первая, то ты можешь взять инициативу на себя и поболтать с ней? Пообщавшись, вы сможете узнать друг друга получше».

Цзи Сяо Чжо потянул свою взволнованную мать за руку: «Знаю, мамочка, она скоро заговорит со мной, можешь не волноваться».

Тан Тан не понимала, почему малыш был так уверен в себе, ведь учитель Су Юэ сказала, что многие дети так и не смогли поиграть с этой девочкой. Неужели у её малыша есть какой-то особый способ?

На самом деле Цзи Сяо Чжо уже знал, что делать. Хотя казалось, что утром он не обращал внимания на маленькую соседку по парте, на самом деле он внимательно наблюдал за ней, а потом сделал важное открытие. Помимо того, что девочка была глупой, похоже, ей нравилось собирать и разбирать свою машинку, которую она постоянно держала в руках. Она никогда не уставала от этого. Вот почему он не заговорил с ней сегодня.

Тан Тан не знала, что хочет сделать Цзи Сяо Чжо. Вернувшись домой, он собрал все свои игрушки и разложил их на столике. Он долго рассматривал модель замка, а потом начал её разбирать.

Тан Тан была в шоке. Она не понимала, почему Сяо Чжо разбирает модель, на сборку которой потребовалось так много усилий. Она уже хотела спросить его об этом, но в итоге увидела, как он складывает множество деталей модели в маленький школьный рюкзак.

Тан Тан была сбита с толку.

Цзи Ян не позволил Тан Тан следить за Сяо Чжо, и сказал ей, что она узнает обо всём через некоторое время.

Тан Тан пришла к выводу, что отец и сын иногда делают что-то, чего она не понимала. В этом ли разница между умным человеком и обычным? Например, когда Цзи Ян учил Сяо Чжо умножению и делению, она почувствовала небывалое воодушевление, но при этом её терзали сомнения, не дура ли она, ведь она не понимала, чему учит Цзи Ян.

Даже маленький ребёнок понимал то, чего она, как взрослая не понимала. Тан Тан была сильно потрясена и начала сомневаться в себе, но всё равно не сдавалась и пыталась вникнуть в то, о чём говорил Цзи Ян. Она продолжала упорствовать и хотела научиться всему, что могла. Неужели это так сложно?





Глава 42




Когда Цзи Ян заметил, что во время обучения лицо у Тан Тан выглядело более серьёзным, чем у Цзи Сяо Чжо. Он вспомнил, что она потеряла память и многие вещи изучала заново, поэтому он начал учить их вместе. Но каждый раз, когда он заканчивал объяснение, непонимающее выражение на лице Тан Тан никуда не исчезало, и от этого ему необъяснимо хотелось рассмеяться.

Выражение её лица говорило о том, что полученная информация была слишком сложной для её понимания. С первого взгляда он мог сказать, что та ничего не поняла. Поэтому после того, как Цзи Ян объяснял что-то матери и сыну, он подходил к Тан Тан и повторял новую тему более подробно. Он объяснял ей то, чего она не понимала, и, если одного раза было недостаточно, он готов был повторять снова и снова, до тех пор, пока она не поймёт.

Тан Тан каждый раз смущённо краснела. Ей казалось, что она действительно зря тратила время Цзи Яна: «Прости, я слишком глупа, муж мой, давай лучше ты будешь учить Бао Бао, не трать время на меня. Я научусь потихоньку».

«Ничего страшного, всё получится, когда ты просто повторишь тему ещё несколько раз. Если ты не понимаешь, я объясню ещё раз». Цзи Ян был очень внимателен и никогда не проявлял нетерпения по отношению к Тан Тан.

Тан Тан решила, что Цзи Ян — действительно самый лучший человек на свете. Сколько же в нём достоинств? В нём нет ни одного недостатка. Как может существовать такой хороший человек!

Когда Цзи Сяо Чжо увидел выражение лица матери, он расстроился и молча повернулся, чтобы продолжить свои практические упражнения. Эх, его отец был слишком пристрастен. Маме тот говорил: «Ничего страшного», но если бы он сделает ошибку, то отец обязательно спросил бы его: «Цзи Сяо Чжо, где твои мозги?»

Малышу стало очень грустно.

Под руководством Цзи Яна Тан Тан наконец научилась умножать и делить. Хотя она могла делать это только на бумаге, для неё это всё равно было невероятным достижением. Такой метод был невероятно прост и удобен, а люди здесь действительно были умными! Теперь и она стала умнее.

К этому моменту Цзи Сяо Чжо уже перешел к следующему этапу: устному умножению и делению.

Тан Тан изначально хотела освоить эту волшебную ментальную арифметику, но после целого дня занятий ей пришлось сдаться со слезами на глазах. Дело было не в том, что она ленилась, а в том, что ей не хватало сообразительности. Она думала, что её стошнит от этих мыслительных процессов. Ответ таков: это не то, чему она может научиться. Говоря словами местных жителей, у неё ограниченный IQ.

IQ её ребёнка примерно в два раза выше, чем у неё.

В конце дня Цзи Ян задавал по два вопроса матери и сыну, на которые они оба должны были дать ответ, но Тан Тан делала вычисления с помощью черновика, а Цзи Сяо Чжо — в уме. Они соревновались, кто из них даст ответ быстрее.

Поначалу Тан Тан едва могла соперничать с Цзи Сяо Чжо, но в конце концов, прежде чем она успевала закончить подсчёт, Цзи Сяо Чжо выдавал правильный ответ.

Тан Тан была очень смущена, но в то же время счастлива. Она была счастлива от того, что Цзи Сяо Чжо был таким замечательным и добрым, она гордилась им.

Тан Тан каждый день преувеличивала заслуги Цзи Сяо Чжо и целовала его в пухлые щёчки: «Бао Бао, ты потрясающий!»

Обычно Сяо Чжо каждый раз делал вид, что ему всё равно, он махал рукой и скромно говорил: «В целом, ничего особенного». Сегодня же всё было по-другому. Цзи Сяо Чжо не стал скромничать, а прямо спросил о награде: «Мамочка, я такой хороший. Можешь выполнить мою маленькую просьбу?»

«Что за маленькая просьба?»

«Можно мне конструктор?»

Тан Тан подумала, что малыш попросит вкусной еды. Она не ожидала, что тот попросит конструктор. Разве конструктор — это не игрушка?

Цзи Сяо Чжо впервые сам попросил купить ему игрушку. Предыдущие игрушки ему дарили гости, когда приходили навестить его, поэтому Тан Тан, естественно, согласилась: «Хорошо, мама купит тебе игрушку!»

Глаза Цзи Сяо Чжо загорелись, и он повернулся к Цзи Яну. «Папочка, можно?»

Тан Тан пообещала, и Цзи Ян, естественно, не стал возражать и кивнул в знак согласия.

Цзи Сяо Чжо сказал: «Папочка, а можно я попрошу тётю Цзи Юэ купить мне его?»

Отец удивлённо приподнял брови: «Почему?»

«Потому что тётя Цзи Юэ может прислать его уже завтра, а если покупать через интернет, доставка будет слишком долгой!»

Малыш как можно скорее хотел получить игрушку, и это определенно было не для того, чтобы играть с ней самому. Цзи Ян вспомнил, как на днях Сяо Чжо разбирал игрушки, брал их с собой, а затем возвращал домой уже собранными: «Ты хочешь взять конструктор с собой в детский сад?»

Цзи Сяо Чжо кивнул.

Тан Тан снова не смогла сдержать любопытства. Она спросила у малыша, которого держала на руках: «Бао Бао, почему ты всё время разбираешь свои игрушки и берёшь с собой в детский сад? Можешь рассказать маме?»

Цзи Сяо Чжо на мгновение замялся и в конце концов решил сказать правду: «Я относил их для Вэнь Но, чтобы она их собрала. Да, точно, Вэнь Но — это моя соседка по парте».

«Твоя соседка? Игрушки, которые ты разбираешь и уносишь каждый день, собирает она?»

«Все их собрала она», — Цзи Сяо Чжо сдержанно похвалил её. — «Вэнь Но любит собирать разные вещи. Когда она что-то собирает, то становиться очень сообразительной. Я едва ли могу сравниться с ней в этом».

Тан Тан была удивлена способностями маленькой девочки. Цзи Сяо Чжо разбирал игрушки на маленькие детали. По её мнению, они становились сломанными. Тан Тан не думала, что такая милая девочка сможет собрать всё заново из небольших деталей. Но нет! Это слишком потрясающе.

Неужели все дети теперь такие одаренные?

Цзи Сяо Чжо не мог остановиться: «Вэнь Но теперь моя подруга. Она не только разговаривает со мной, но и дала мне свою конфету, которую она не стала есть. Хотя она была не очень вкусной».

«Да? Это здорово. Кажется, вы с ней очень хорошо ладите. Раз она дала тебе что-то поесть, ты должен отплатить ей тем же. Завтра мама приготовит что-нибудь вкусненькое. Возьмешь с собой, и поделишься с подругой».

Цзи Сяо Чжо был полностью согласен с предложением матери и посмотрел на неё большими глазами: «Мамочка, можешь теперь класть мне с собой ещё одну бутылочку молока? Я хочу поделиться своим молоком с Вэнь Но, потому что каждый день она ходит голодная, её так жалко».

Тан Тан удивилась: «Бао Бао, откуда ты знаешь, что Вэнь Но голодает? Она тебе так сказала?» Тан Тан решила, что Цзи Сяо Чжо ошибся. В конце концов никто не стал бы морить ребёнка голодом.

«Она мне не говорила, но я сам узнал», — Цзи Сяо Чжо был очень уверен в себе. — «Каждый день перед обедом у неё урчит в животе, и она постоянно пьет воду. Она голодает».

Тан Тан засомневалась.

«Серьёзно, я принес молоко, которое ты мне дала, но не выпил его, а отдал ей, но сначала она не захотела его брать, поэтому я сказал ей, что обменяю его на её звезду. Только потом она взяла и с удовольствием выпила его. Кажется, она была очень голодна».

Может быть, у девочки слишком быстрый обмен веществ, и она просто проголодалась, поев слишком мало? Или девочка привередлива в еде и не любит много есть, поэтому она ходит, проголодавшись?

Тан Тан не могла понять, в чём причина, но девочке было очень некомфортно из-за голодного желудка. Тогда она решила давать Бао Бао с собой ещё одну бутылочку с молоком.

На следующий день Тан Тан дала Цзи Сяо Чжо две бутылочки с молоком, а также две мясные булочки, чтобы утолить голод малышей, когда у тех заурчит в животе.

После того как Цзи Сяо Чжо ушел в школу, Тан Тан достала муку и начала печь пирожки. Она специально придавала каждому пирожку форму маленького зверька, зная, что такое может понравиться детям. Когда Тан Тан пошла в детский сад за Сяо Чжо, она взяла с собой коробку со свежеиспечённой выпечкой. Она собиралась угостить маленькую девочку.

Однако Тан Тан не ожидала, что у дверей детского сада будет стоять знакомая фигура и болтать с Цзи Сяо Чжо.

Это была Гу Янь Ран.

Шаги Тан Тан внезапно оборвались, и нахлынувшие дурные воспоминания вновь дали о себе знать. Она не знала, что эта женщина задумала на этот раз.

Цзи Сяо Чжо первый заметил Тан Тан и закричал: «Мамочка!»

Гу Янь Ран повернулась в её сторону и одарила Тан Тан неописуемой улыбкой, от которой сердце Тан Тан внезапно необъяснимо забилось чаще.

Подавив волнение, Тан Тан подошла как можно ближе к Цзи Сяо Чжо и взяла его за маленькую ручку: «Бао Бао, твоя соседка по парте всё ещё тут?» Она не поздоровалась с Гу Янь Ран, потому что они обе были не в лучших отношениях. Она не хотела уступать ей.

Цзи Сяо Чжо сразу же указал на класс: «Нет, никто из семьи Вэнь Но не пришёл за ней. Учитель провожает её до дома каждый день».

«Вот, мама испекла немного выпечки. Отнесешь её Вэнь Но?» Тан Тан протянула коробку Цзи Сяо Чжо.

Глаза Цзи Сяо Чжо загорелись, он схватил коробку и побежал в класс.

Остались только Тан Тан и Гу Янь Ран.

Гу Янь Ран взяла инициативу в свои руки и сказала: «Не спросишь меня, что я здесь делаю?»

Тан Тан решила промолчать.

Гу Янь Ран было всё равно, что Тан Тан молчит, и она продолжила: «Я здесь, чтобы кое-что передать Цзи Яну, а по пути заглянула к Сяо Чжо. Цзи Ян сказал, что Сяо Чжо хочет конструктор. Как раз его я ему и принесла. Так как всё доставлено, я пойду». Гу Янь Ран развернулась и ушла.

Тан Тан поджала губы. Отбросив сомнения, она подошла к классу Цзи Сяо Чжо и обнаружила, что внутри кроме двух детей и Су Юэ никого не было. Все трое держали в руках пирожки.

Су Юэ увидела Тан Тан, улыбнулась и подняла пирожок, который держала в руке: «Сяо Чжо угостил меня, вы приготовили очень вкусные пирожки, дети уже почти всё съели».

Тан Тан тоже посмотрела на двух малышей, которые уплетали пирожки. Они выглядели так, словно пирожки были действительно очень вкусными, особенно для маленькой девочки Вэнь Но. Она выглядела так, словно в её глазах не было ничего кроме этого кусочка пирожка. По её поведению было видно, что ей очень нравится.

Тан Тан не удержалась, подошла и погладила двух малышей по головкам, а затем сказала Цзи Сяо Чжо: «Маленький хитрюга, дома есть ещё, эту коробку я принесла Вэнь Но, чтобы она поела дома».

Цзи Сяо Чжо великодушно кивнул и пододвинул все оставшиеся пирожки к Вэнь Но: «Но Но, забери их домой и ешь не спеша».

Девочка Вэнь Но медленно подняла взгляд на Цзи Сяо Чжо, вокруг её рта остались крошки. Она притихла и озадаченно посмотрела на Тан Тан, хлопая длинными ресницами. Казалось, она сомневалась, стоит ли ей брать пирожки.

Девочка выглядела такой милой, что Тан Тан не удержалась и снова погладила её по головке: «Не переживай, забирай и ешь. В следующий раз тётя сделает для тебя ещё».

Девочка всё ещё смотрела на Тан Тан.

Цзи Сяо Чжо встал и погладил Вэнь Но по голове, словно взрослый ребёнка: «Ну, я пойду домой, увидимся завтра».

Сяо Чжо взял Тан Тан за руку и увел её под пристальным взглядом маленькой девочки.

* * *

«Мамочка, сегодня утром я покормил Вэнь Но завтраком. Она была очень голодна. Она чуть не подавилась. Мамочка, мне кажется, Вэнь Но обижают!» По дороге домой Цзи Сяо Чжо пожаловался Тан Тан и поведал ей о своём открытии.

Тан Тан тут же остановила его: «Бао Бао, ты не должен говорить так. Какие родители станут жестоко обращаться с ребенком? Кроме того, на белом и чистом теле Вэнь Но не было ни единого синяка или шрама. Мне не кажется, что со ней жестоко обращаются. Может быть, она просто быстро переваривает пищу? Или она привередлива к еде, и поэтому такая голодная».

Цзи Сяо Чжо ухмыльнулся и прошептал: «Я всё равно чувствую, что здесь что-то не так».

Тан Тан его не услышала. По её лицу нельзя было определить, но она не была уже так спокойна, как раньше. Приезд Гу Янь Ран повлиял на её настроение. Но, поразмыслив, она решила, что подобное не должно мешать ей, поэтому могла лишь занять себя чем-нибудь, и не думать о том, что больше не имело значения. Чтобы отвлечься, Тан Тан занялась готовкой, поэтому сегодняшний ужин был намного разнообразнее, чем обычно.

В какой-то момент снаружи донёсся радостный возглас Цзи Сяо Чжо: «Папочка!»

Цзи Ян вернулся. Тан Тан вышла из кухни и уже собиралась поприветствовать его, но потеряла дар речи, увидев человека, стоявшего за Цзи Яном.

Гу Янь Ран пришла вместе с ним.

Цзи Ян не заметил ничего необычного в поведении Тан Тан и сказал: «Сегодня у Янь Ран были дела на базе, так что она останется здесь ещё на одну ночь».

Тан Тан произнесла «оу», развернулась и пошла на кухню, чтобы продолжить готовить. Затем она, как обычно, поставила на стол тарелки с рисом, добавив ещё одну пару столовых приборов.





Глава 43




Гу Янь Ран обвела взглядом стол и с улыбкой спросила Цзи Яна: «Ты сказал Тан Тан, что я приду, поэтому сегодня так много угощений?»

Цзи Ян взглянул на Тан Тан: «Тан Тан всегда много готовит, так что давайте есть».

Гу Янь Ран попробовала блюдо и вдруг сказала: «Кажется, мне нужно научиться вкусно готовить, иначе моему будущему мужу может не понравиться, что я не умею готовить».

Тан Тан опустила взгляд и ничего не ответила, поэтому Цзи Яну пришлось поддерживать разговор: «Ты специализируешься на хирургии, и вкладываешь много сил в медицину, естественно, ты не можешь заниматься другими делами».

Гу Янь Ран кивнула в знак согласия: «Я тоже так думаю. Если ты хочешь воспитывать ребёнка и следить за домом, то тебе придётся отказаться от карьеры. Но то, что у женщины нет карьеры — это не лучший выбор».

Тан Тан тайком закатила глаза и незаметно отвернулась. Гу Янь Ран явно обращалась к ней, говоря, что у неё жалкая жизнь домохозяйки! Эта женщина просто потрясающая. Слишком уж раздражает то, что она бегает по чужим домам и высмеивает других!

Цзи Ян не согласился с её словами, побоявшись, что Тан Тан это заденет: «На самом деле оставаться дома, чтобы воспитывать детей и присматривать за мужем, не легче, чем работать. Это тоже жертва ради семьи. Занятия отличаются, но смысл такой же».

Услышав слова Цзи Яна, Тан Тан обрадовалась. Она почувствовала себя счастливой и хотела улыбнуться, но затем услышала ответ Гу Янь Ран: «Ты прав. Домохозяйкам приходится нелегко. Они должны пожертвовать своей карьерой, дружбой и даже красотой. Не каждая способна на такую жертву. Я бы не осмелилась на такое, побоялась бы, что скучающие люди в обществе стали бы называть меня старухой. Таких как Тан Тан редко встретишь!»

Тан Тан готова была закашлять кровью от её слов. Хвастаясь своей карьерой, Гу Янь Ран на самом деле говорила, что у Тан Тан не было ни карьеры, ни друзей, ни красоты, и что она просто старуха.

Сама ты старуха!

Ах, эта женщина меня просто бесит. Я действительно не хочу, чтобы она здесь оставалась, но у меня нет причин её выгонять.

Тан Тан так и не поужинала, но кто бы мог подумать, что сцена, которую она увидит, после того как помоет посуду и уберется на кухне, ещё больше её расстроит.

Гу Янь Ран и Цзи Сяо Чжо сидели на диване по обе стороны от Цзи Яна. Гу Янь Ран мысленно подсчитывала что-то: «О, я слушаю, сколько будет 88 умножить на 67?»

Цзи Сяо Чжо, не хотя, ответил: «5 896!»

«О, потрясающе, тогда я усложню задачу».

Цзи Сяо Чжо ждал, когда Янь Ран задаст вопрос, и был очень уверен в себе.

«Слушай внимательно, сколько будет 123 умножить на 134?»

Цзи Сяо Чжо на секунду задумался и ответил: «16 482!»

Гу Янь Ран подбодрила его, поцеловав в лоб: «Сяо Чжо, ты потрясающий. Кажется, твой отец передал тебе свой интеллект. Твой отец мог вычислять пятизначные числа в уме ещё в средней школе. А потом, когда он поступил в университет вычислял восьмизначные числа в уме. Он был таким потрясающим! Кажется, ты будешь не хуже своего отца».

Цзи Сяо Чжо восхищался своим отцом: «Папочка, ты такой удивительный! Как мне стать таким же, как ты?»

Цзи Ян спокойно погладил малыша по голове: «Когда ты поступишь в среднюю школу, то сможешь догнать папу».

Цзи Сяо Чжо тут же вытянул мизинец, чтобы посчитать, сколько лет ему ещё учиться до поступления в среднюю школу.

Гу Янь Ран с улыбкой посмотрела на Цзи Яна: «Цзи Ян, похоже, Сяо Чжо унаследовал твой высокий интеллект. Сяо Чжо обязательно будет не хуже тебя».

Цзи Ян улыбнулся и посмотрел на Цзи Сяо Чжо. В его глазах мелькнул оттенок гордости.

В этот момент три человека, сидящих на диване, были похожи на дружную семью. Они были красивыми, привлекательными, симпатичными и веселыми. Тан Тан посмотрела на себя со стороны. На ней были серая спортивная одежда, фартук и тапочки. Её руки были мокрыми от воды, а её фигура выглядела очень неприглядно. По сравнению с ними, она выглядела как прислуга.

От таких мыслей Тан Тан стало очень грустно. Она совсем не хотела наблюдать за этой сценой. Она просто сняла фартук и молча вошла в комнату.

Когда Тан Тан была чем-то недовольна, она любила что-то делать. Она достала всю грязную одежду и начала стирать её в ванной. Её руки продолжали тереть, и чем больше она терла, тем больше сил вкладывала в это дело, и тем сильнее злилась. Она не была дурой, как она могла не заметить, что Гу Янь Ран пришла сегодня вечером, чтобы спровоцировать её? Тан Тан многое повидала в своей жизни, но всё ещё очень злилась. Особенно из-за того, что ей был не безразличен Цзи Ян, но она не знала, что думал о ней сам Цзи Ян.

«Тук-тук-тук...» — внезапно раздался стук в дверь ванной, заставив Тан Тан отвлечься от навязчивых мыслей.

«Тан Тан? Ты там?» — раздался голос Цзи Яна.

Тан Тан надула губы, чувствуя бессилие.

«Почему ты там так долго? Что-то случилось?»

Тан Тан покачала головой, прежде чем поняла, что снаружи её не видно, и ответила: «Я стираю одежду, ничего не случилось».

Через мгновение открылась дверь, и Цзи Ян оказался рядом с ней. «Почему ты не пользуешься стиральной машинкой? Тут так много одежды, ты планируешь всё это стирать вручную?»

Тан Тан кивнула: «Я привыкла стирать руками, и я всегда стирала вручную».

Цзи Ян почувствовал неловкость. Впервые он осознал, что всё это время Тан Тан стирала одежду вручную. Что ещё ей приходилось делать каждый день, кроме того, что она ухаживала за Сяо Чжо. Она ходила по магазинам, готовила еду три раза в день, убирала в доме и стирала одежду. В течении дня она либо готовила, либо шила одежду, а вечером ублажала его, делая ему массаж ног, и весь день у неё не было ни минуты свободного времени.

Чувствуя себя расстроенным, Цзи Ян потянул её за руку: «Вставай, я постираю одежду, я сильнее тебя».

Тан Тан покачала головой и отдёрнула руку: «Нет, я почти закончила. Отпусти. Тебе стоит пойти и побыть с гостем. Нехорошо заставлять человека ждать».

Цзи Ян приподнял Тан Тан и отставил в сторону, после чего тщательно начал стирать одежду в тазу: «Не нужно быть такой вежливой с Янь Ран, она сама о себе позаботится».

От такого отношения Цзи Яна к Гу Янь Ран, словно они были близкими и родными людьми, у Тан Тан защемило сердце. На душе у неё стало так горько и тоскливо. Тан Тан не хотела больше беспокоиться о Цзи Яне. Она вышла из ванной, взяла высохшую одежду и начала усердно гладить, пока Цзи Сяо Чжо, сидящий в спальне на кровати, не обратился к ней с сонными глазами: «Мамочка, я хочу спать, не гладь больше одежду, давай ложиться».

Тан Тан пришла в себя и увидела, что Цзи Сяо Чжо уже умылся и надел пижаму. Она взяла телефон и посмотрела на время. Было уже половина одиннадцатого, так поздно.

Тан Тан отложила вещи, которые держала в руках, и погладила малыша по голове: «Мама сходит в ванную, а потом спать. Ты иди ложись первым».

«Хорошо, мамочка, поторопись», — Цзи Сяо Чжо забрался в постель и лег, вытянув маленькие пухлые ножки.

Тан Тан быстро приняла душ. После этого она машинально взяла таз для ног, чтобы приготовить горячую воду для Цзи Яна. Налив половину таза, она вдруг поняла, что не хочет больше готовить воду. В голове у неё что-то щёлкнуло. Почему она должна заниматься этим, когда люди приходят к ней домой и смеются над ней? Почему она должна готовить для них, пока они болтают между собой как образцовая семья, а она должна вести себя как прислуга! Она не хотела быть прислугой.

Что ж, Тан Тан признавала, что она была не в восторге от всего происходящего с Гу Янь Ран, и хотела выместить злость на Цзи Яне, проявив своё упрямство.

Подумав об этом, Тан Тан вылила воду из таза, вышла из комнаты с пустыми руками, подошла к кровати и легла. Она поцеловала Цзи Сяо Чжо в его маленький лобик и сказала: «Ну что, Бао Бао, давай спать».

Цзи Сяо Чжо не смог разлепить веки и тут же заснул.

Тан Тан тоже закрыла глаза и уснула. Она ни слова не сказала Цзи Яну, читающему книгу.

Всё ещё ожидая, когда Тан Тан подготовит для него ванночку для ног, Цзи Ян ошеломлённо уставился на неё. Убедившись, что она действительно спит, он немного растерялся.

Она каждый вечер делала ему ванночку для ног, даже если он был слишком занят, чтобы вспомнить об этом. Неужели она забыла об этом сегодня вечером? Но почему он чувствовал себя так, словно что-то было не так?

Цзи Ян сидел в тишине, но никак не мог собраться с мыслями. Ему пришлось выключить свет и лечь спать.

* * *

На следующий день, когда Тан Тан проснулась, Цзи Ян и Гу Янь Ран уже ушли. Эти двое должно быть ушли вместе.

Тан Тан чувствовала себя подавленной и улыбалась через силу. Тяжесть на сердце, которую она ощущала с прошлой ночи из-за того, что не помыла ноги Цзи Яну, мгновенно исчезла.

Жене командира полка стало скучно дома, поэтому она пришла к Тан Тан, чтобы поболтать и скоротать время. В разговоре она упомянула Гу Янь Ран: «Я видела, как военный врач Гу Янь Ран и Цзи Ян ушли вместе сегодня утром. Она ночевала у вас дома? Она знает Цзи Яна?»

Тан Тан объяснила, какие у них отношения: «Гу Янь Ран — младшая сестра Цзи Яна, они выросли вместе».

Жена командира полка удивилась и с улыбкой пошутила: «Оказывается, они выросли вместе. Неудивительно, что у неё такой неискушенный взгляд».

«Что ты имеешь в виду?»

«У доктора Гу Янь Ран неискушенный взгляд. Она каждый год проводит у нас медосмотры. Она молода, но уже заместитель директора медпункта военной базы. Она очень способная. Главное, что она ещё и красивая. Думаю, многие молодые люди считают её привлекательной. Я слышала, что она всё ещё не замужем, и многие хотят с ней познакомиться. Все они очень хорошие ребята, но она всем отказывает. Оказалось, она выросла с таким братом, как Цзи Ян. Неудивительно что ей не нравятся обычные ребята. Здесь очень мало людей, которые были бы привлекательней, чем Цзи Ян».

Тан Тан улыбнулась, но на сердце у неё было неспокойно. Со зрением Гу Янь Ран не было ничего необычного, просто у неё в сердце уже был человек, но об этом Тан Тан не могла сказать.

Тан Тан решила сменить тему и спросила жену командира полка: «Старшая сестра, ты знаешь, командира батальона по имени Вэнь Чжан И?»

«Вэнь Чжан И?» — жена командира полка была озадачена. —«Почему ты спрашиваешь о нём? Он не из нашего полка».

«Я его не знаю. Я знаю его дочь. Его дочь Вэнь Но сейчас ходит в садик вместе с Сяо Чжо. Сяо Чжо пришел и сказал мне, что Вэнь Но постоянно голодает. В последнее время он часто просит давать ему больше еды, чтобы он мог отдать её Вэнь Но. Он продолжает говорить мне, что Вэнь Но подвергается насилию. Я просто вспомнила об этом и спросила».

Жена командира полка слегка нахмурилась: «Неужели девочка так сильно голодает каждый день? Её мачеха не осмелилась бы так обращаться с малышкой?»

«Мачеха? Что случилось?»

«Немногие знают об этом. Я расскажу тебе, но не говори никому другому. Вэнь Чжан И и его первая жена развелись. После развода мать девочки снова вышла замуж и уехала куда-то далеко. После этого она ни разу не появлялась. Теперь это уже в прошлом, Вэнь Чжан И женился во второй раз, но семья его новой жены не из простых и имеет некоторое влияние в армии. Раньше эти двое были влюблены друг в друга, но семья женщины отвергла семью Вэнь Чжан И и в целом была против их отношений, поэтому они расстались. После чего Вэнь Чжан И познакомился и женился на матери маленькой девочки, но они развелись, когда ребенку исполнился год. Затем его бывшая возлюбленная нашла его, и их отношения возобновились. В конце концов семья женщины согласилась принять их отношения, и Вэнь Чжан И снова женился».

Тан Тан спокойно слушала рассказ жены командира полка. Оказалось, что двое влюбленных в этой истории влюбились друг в друга и вместе прошли многие повороты судьбы.

Жена командира полка высказала своё мнение по этому поводу: «На самом деле, сердце Вэнь Чжан И всегда принадлежало второй жене. Предыдущий брак произошел случайно. Чувств между ними не было, но на самом деле его первая жена была очень добродетельной и почтительной. Первая жена Вэнь Чжан И очень нравилась его родителям, но в конце концов они развелись, сказав, что не сошлись характерами. Но правда заключалась в том, что его нынешняя жена пришла и побеспокоила их. Поскольку нынешняя жена имеет влиятельную семью, предыдущая жена была вынуждена развестись и уехать».

Сердце Тан Тан сжалось. Эта история напоминала ей о Гу Янь Ран. Она тоже пришла к её порогу, и семья Гу тоже наделена властью. Она что, вынуждает её уйти?

«Неужели Вэнь Чжан И позволил второй жене выпроводить его бывшую жену? Несмотря ни на что, его бывшая жена родила ему ребёнка. Если не было чувств, то должна была остаться хотя бы дружба. Неужели он ни капли не переживал?»

Жена командира полка погладила Тан Тан по руке: «Ты ещё слишком молода. Та, кого любит мужчина всегда права. Если мужчина тебя не любит, то как бы хорошо ты к нему ни относилась, ты не стоишь даже пряди волос той женщины, которую он любит».

Сердце Тан Тан похолодело. Цзи Ян не любил её. Значит ли это, что всё было бесполезно, как бы хорошо она к нему ни относилась?

Тан Тан с надеждой сказала: «Если бы бывшая жена искренне относилась к нему хорошо, возможно, он мог бы полюбить её».

Жена командира полка не поверила своим ушам: «Мужчины всегда будут помнить первую любовь, как белый лунный свет в своём сердце. Возможно, ты не увидишь этого в их глазах, но это само собой разумеющееся. Я всегда говорю, нельзя относиться к мужчинам слишком хорошо. Нужно показывать свою эгоистичную сторону в отношениях, иначе он не воспримет женщину всерьёз».

Вэнь Вэнь как-то рассказывала Тан Тан, что её отец может выглядеть гордым человеком, но на самом деле он был очень послушен её матери и очень хорошо относился к ней. Если мать сердилась, отец начинал беспокоиться. Тан Тан действительно восхищалась женой командира полка и не могла не спросить: «Старшая сестра, какие у вас отношения с командиром полка? Ты тоже показываешь свою эгоистичную сторону ему?»

Жена командира полка рассмеялась: «Конечно. Почему бы и нет? Если слишком хорошо к нему относиться, он загордится. Когда я чувствую себя несчастной, я ничего для него делаю. Пусть сам справляется. Мне на него наплевать, пусть посидит на холодной скамейке пару дней, тогда он, естественно, станет относиться ко мне лучше, чем раньше».

Тан Тан впервые услышала такие слова. Няня ей такого не говорила. Она только сказала, что ей нужно служить своему мужу должным образом.

Жена командира полка действительно относилась к Тан Тан как к родной сестре, поэтому она сказала: «Тан Тан, я вижу, как хорошо ты относишься к Цзи Яну. Баловать мужа — это правильно, но нельзя слепо подстраиваться под него и ставить себя на самое дно, понятно? Иногда, если ты чем-то недовольна, можно проявить свой темперамент, чтобы добавить красок в ваши отношения. Это способствует гармонии в отношениях пары».

Тан Тан задумалась над этим и решила, что жена командира полка права. Разве это не тоже самое, что и с плачущим ребёнком, которому дают молоко. Похоже, ей нужно научиться проявлять эмоции, иначе она в конце концов поссорится с Цзи Яном, как родители Вэнь Но.

Она решила, что не будет делать массаж ног Цзи Яну, пока её настроение снова не станет хорошим. Он может сделать это сам.

Поэтому, Тан Тан не только не поприветствовала Цзи Яна по возвращению домой, но и не стала делать ему массаж стоп, как это было прошлой ночью. Приняв душ, она легла в постель, закрыла глаза и уснула, даже не взглянув на него.

Прошлой ночью Цзи Ян решил, что она забыла, но сегодня он мог с уверенностью сказать, что она не забыла, а намеренно не стала делать ему массаж ног.

Почему это произошло так внезапно? Неужели она недовольна? Разве она не была в порядке после того, как получила подарки некоторое время назад?

Цзи Ян почесал затылок. Он подумал о том, чтобы попросить Цзи Юэ купить что-нибудь для Тан Тан и отправить ему, но ей, похоже, не нравились все эти вещи. Она до сих пор не воспользовалась ни одеждой, ни обувью, ни сумкой, ни косметикой, которые он ей подарил. В прошлый раз она упомянула, чтобы он больше не покупал ей такие вещи.

Забудь об этом, не стоит ничего покупать ей, чтобы она не расстроилась ещё больше.

В следующие несколько дней Тан Тан не проявляла особого энтузиазма в отношении Цзи Яна, что было для него непривычно. Он прямо спросил её, что случилось, но Тан Тан ответила, что ничего не произошло. В последние дни Цзи Ян чувствовал себя подавленным и выкуривал по две сигареты в своём кабинете перед тем, как отправиться домой. Когда пачка сигарет закончилась, Цзи Ян снова обратился за помощью, но на этот раз он позвонил не Гу Чжан Аню, а Цзи Юэ.

Женщины лучше знали женщин.





Глава 44




На следующий день Цзи Юэ пришла прямо на базу и постучала в дверь дома семьи Цзи.

Тан Тан вышла посмотреть кто пришел и была удивлена. Она обняла её и спросила: «Как ты попала сюда, Цзи Юэ?»

Цзи Юэ улыбнулась и поцеловала Тан Тан, не ответив на вопрос. Она взяла Тан Тан за руку и покрутила её вокруг, чтобы как следует рассмотреть: «Тан Тан, ты стала выглядеть лучше».

«Правда? Ты ведь не хвалишь меня просто так?»

«Я не говорю пустых слов. Я вижу, что ты поправилась ещё больше, чем в прошлый раз. Твоя кожа и волосы тоже стали выглядеть намного лучше. Короче говоря, ты стала такой хорошенькой. Ты теперь красавица».

«Это уже перебор, я теперь не уродлива, но до красавицы мне ещё далеко». Хотя Тан Тан и сказала так, но всё равно выглядела счастливой, словно парила на седьмом небе от счастья. Тан Тан усадила Цзи Юэ на диван, а затем принесла вкусную еду и поставила перед ней: «Я всё это приготовила сама, быстрее угощайся».

Цзи Юэ обрадовалась, и взялась за еду обеими руками. Она с аппетитом ела и наслаждалась ароматом угощений: «Всё что ты готовишь, мне очень нравится. У меня вдруг разыгрался аппетит».

«Если еда такая вкусная, то ты должна съесть побольше. Когда будешь уходить, я дам тебе ещё. Отнесешь её Чжан Аню, чтобы он тоже поел».

Цзи Юэ была тронута до глубины души и ей очень захотелось взять Тан Тан с собой домой. Эта женщина действительно была слишком добра.

Когда Цзи Юэ почти всё съела, она достала большую сумку, которую принесла с собой, и отдала содержимое Тан Тан: «Посмотри, я принесла тебе новые средства по уходу за кожей, эффект от них лучше, чем от предыдущих. Пользуйся ими, и твоя красота расцветет. В течение месяца ты сможешь официально вступить в ряды красоток».

Тан Тан считала Цзи Юэ хорошим другом. Естественно, она не стала отвергать её добрые намерения. Она взяла по очереди все средства по уходу за кожей, которые ей привезла Цзи Юэ, а затем достала наряд, который сшила для неё: «Смотри, я сшила аоцюнь по твоей просьбе. Я собиралась отправить его тебе, но кто бы мог подумать, что ты придешь лично, теперь можно не использовать доставку».

Цзи Юэ увидела аоцюнь и её глаза заблестели. Она быстро взяла и подняла юбку, чтобы рассмотреть её хорошенько со всех сторон. «Какая красота! Мне очень нравится эта лунно-белая ткань. Этот наряд, безусловно, прекрасен!»

Тан Тан потянула Цзи Юэ в спальню: «Сначала попробуй примерить. Я посмотрю, не нужно ли что-нибудь подправить».

Цзи Юэ тут же согласилась и начала раздеваться перед Тан Тан. Прежде чем Тан Тан успела отреагировать, Цзи Юэ уже была в нижнем белье. Но нижнее бельё Цзи Юэ было очень, очень сексуальным, от чего лицо Тан Тан покраснело. Она так испугалась, что тут же отвернулась, не смея больше на неё смотреть. Она вела себя как юноша, увидевший красавицу.

Цзи Юэ начала дразнить Тан Тан, наблюдая за её реакцией: «Что ты делаешь? Ты стесняешься? Но почему? У меня нет ничего такого, чего нет у тебя, пожалуйста, повернись и помоги мне. Я не знаю, как его надевать».

Тан Тан была вынуждена повернуться и, покраснев, посмотрела на Цзи Юэ. Её взгляд скользнул по двум холмам Цзи Юэ, и в её глазах мелькнула зависть.

Цзи Юэ обеими руками приподнял оба своих больших пика и спросила: «Ну как? Моя грудь и размер выглядят нормально?»

Тан Тан смущённо кивнула. Тело Цзи Юэ выглядело особенно красивым, даже её грудь была очень привлекательной, в отличие от её собственной, которой почти не было. Наверное, даже у некоторых мужчин грудь была больше, чем у неё.

Эх, разница между ними двумя была слишком велика, это так печально.

Увидев зависть в глазах Тан Тан, Цзи Юэ успокаивающе похлопала её по плечу: «Всё в порядке, не завидуй мне. Посмотри на себя, сейчас ты выглядишь намного лучше и, усердно поработав над собой, скоро станешь, как я».

Тан Тан не была так уверена в себе: «Даже набрав вес, моя грудь осталась такой же маленькой. А ты такая красивая».

Цзи Юэ бросила быстрый взгляд на грудь Тан Тан. Честно говоря, она действительно была немного плоской. С такими пропорциями тела, даже если она наберет вес, грудь не станет больше. Но для Цзи Юэ это не было проблемой. Она сказала: «Не волнуйся, я знаю способ, как это исправить. Когда я вернусь домой, то пришлю тебе средство для увеличения груди, разработанное нашей компанией. Оно хорошо работает. Если ты будешь регулярно использовать его, то сможешь увеличить размер груди».

«Серьёзно, есть такое средство?» — Тан Тан была удивлена. Она и не знала, что подобное существует. Сможет ли её грудь вырасти?

«Конечно. Я отправлю его тебе, когда вернусь. А теперь помоги мне одеться, я сама не смогу».

Тан Тан поспешила одеть Цзи Юэ. Она помогла ей одеться и подвела к зеркалу в полный рост: «Как тебе? Всё ли удобно?»

Цзи Юэ ничего не сказала и достала мобильный телефон, чтобы Тан Тан её сфотографировала: «Быстрее, сфотографируй меня, я хочу отправить фото друзьям. Мне кажется, я так хорошо выгляжу, прямо как благородная молодая госпожа из древних времен. В этой одежде я выгляжу намного лучше, чем модели в студии».

Тан Тан увидела, что ей всё нравится, и тогда подвела Цзи Юэ к туалетному столику. Она усадила её и сказала: «Раз ты хочешь сфотографироваться, я сделаю тебе причёску, соответствующую этому наряду».

«Ты ещё и это умеешь делать? Тогда скорее сделай мне прическу».

Сделать причёску в старинном стиле для Тан Тан было проще простого. Она управилась за десять минут. Волосы Цзи Юэ с обеих сторон были собраны на затылке в цветочные узоры. Оставшиеся волосы были распущены и ниспадали на грудь, плечи и спину Цзи Юэ. Полный образ получился нежным и очаровательным, затем Тан Тан нарисовала красный бутон цветка в центре лба Цзи Юэ. Она выглядела очень изящно.

Если бы древние времена не прошли, никто бы не усомнился в том, что Цзи Юэ была знатной молодой госпожой.

Цзи Юэ посмотрела на Тан Тан, и в её глазах стояли слёзы: «Тан Тан, просто положись на своё мастерство. Если ты решишь пойти работать в съёмочную группу, то точно станешь главным визажистом. Твоя причёска даже лучше, чем у главных героинь в сериалах. Если знаменитые режиссёры узнают о твоём мастерстве, то, скорее всего, предложат тебе большие деньги, чтобы пригласить в качестве визажиста».

Тан Тан удивлённо моргнула: «Эй, ты хочешь сказать, что укладка волос — тоже может быть работой?»

«Конечно, съёмочным группам нужен такой талант, как ты. Если ты больше не захочешь заниматься домашними делами, то можешь пойти работать в съёмочную группу, чтобы прокормить себя, ха-ха».

Глаза Тан Тан заблестели, но, прежде чем задать ещё несколько вопросов, она с радостью сфотографировала Цзи Юэ.

Цзи Юэ не терпелось отправить фотографию друзьям с текстом: «Ха-ха, идеальный костюм, который мне подобрала мой эксклюзивный стилист, прямо как у красавицы из древних времен, не так ли?»

Друзья Цзи Юэ тут же принялись восхищаться её новым постом.

Ты такая красивая! Какая прелесть, вот это да, я тоже так хочу!

Я тоже хочу такой же комплект одежды, она мне очень нравится!

Какая красивая причёска, я хочу такую же. Возьми меня с собой к этому мастеру в следующий раз!

Умоляю расскажи мне, что это за бренд!

Гу Чжан Ань тоже оставил комментарий под фото: «Вернись и покажи мне».

Цзи Юэ громко рассмеялась.

В полдень Цзи Юэ и Тан Тан обедали только вдвоем. Только после этого Цзи Юэ решилась расспросить Тан Тан: «Как ты? Как тебе здесь живётся?»

Тан Тан кивнула: «Здесь очень хорошо, все очень добры ко мне».

«Да, это хорошо. Кстати, я слышала, что Гу Янь Ран приезжала сюда ненадолго, и провела у вас дома всю ночь. Это наверное побеспокоило тебя».

Тан Тан замерла, а затем улыбнулась: «Это не так».

Цзи Юэ заметила, как на мгновение в глазах Тан Тан отразились эмоции. Она на 100 % была уверена, что причиной этих негативных эмоций была Гу Янь Ран. На самом деле она услышала от Цзи Яна, что Тан Тан в последние несколько дней была не в духе, её первым предположением было то, что такая реакция Тан Тан была вызвана появлением Гу Янь Ран. Только бесчувственные люди могли этого не замечать.

Можно было предположить, что Тан Тан узнала о чувствах Гу Янь Ран.

Цзи Юэ не стала ходить вокруг да около и прямо спросила: «Тан Тан, тебе не нравится Гу Янь Ран? Не ври мне, я хочу услышать правду».

Тан Тан нахмурила брови и после долгих размышлений кивнула.

Цзи Юэ вздохнула: «Ты всё поняла, да?»

Тан Тан поняла, что она имела в виду. Еда у неё во рту стала совсем безвкусной, и она отложила приборы: «Цзи Юэ, ты знаешь о Цзи Яне и Гу Янь Ран?»

Услышав слова Тан Тан, Цзи Юэ сразу же поняла, что произошло недоразумение, и быстро ответила: «Для начала, тебе нужно знать, что между Цзи Яном и Гу Янь Ран ничего нет! Кроме детских воспоминаний их ничего не связывает».

«А?» — удивилась Тан Тан.

Цзи Юэ спросила: «Ты узнала, о чувствах Гу Янь Ран?»

Тан Тан кивнула.

«Хорошо, но теперь я хочу сказать тебе, это правда, что Гу Янь Ран очень нравится Цзи Ян, но Цзи Яну не нравится Гу Янь Ран. Думаю, он не догадывается о чувствах Гу Янь Ран, также, как и остальные ребята. Все они относятся к ней как к младшей сестре. Только такая чувствительная женщина, как я смогла заметить это, а теперь и ты заметила».

Тан Тан вытаращила глаза и не сразу поняла о чём говорила Цзи Юэ. В одно мгновение её сердце наполнилось радостью, а уголки губ невольно приподнялись.

Цзи Юэ посмотрела на Тан Тан, а затем рассмеялась и ущипнула её за щёку: «Ты что, неправильно поняла отношения Цзи Яна и Гу Янь Ран?»

Тан Тан смущённо кивнула: «Я действительно неправильно поняла, потому что во время празднования дня рождения бабушки Чжо Гу Янь Ран сказала мне, что, если бы не я, она бы стала женой Цзи Яна. Она сказала, что внучка, которую хотел видеть дедушка Цзи рядом с Цзи Яном — это она».

Цзи Юэ услышала её слова и усмехнулась, в её голосе прозвучала ирония: «Тан Тан, Гу Янь Ран — она сошла с ума, не верь тому, что она говорит. Что ещё за жена Цзи Яна? Цзи Яну она даже не нравится, так как она может стать его женой? Что касается дедушки Цзи, то это правда, что он изначально хотел объединиться с нашей семьей Гу через брак и найти девушку из семьи Гу в жены Цзи Яну, но он не говорил, что это должна быть именно Гу Янь Ран. В семье Гу много дочерей. Я не уверена, что это была бы именно она. Позже Цзи Ян женился на тебе, все просто посмеялись над этим, как над шуткой, и никто об этом больше не упоминал».

Тан Тан вдруг поняла, что не знает, что сказать. Оказалось, что она всё неправильно поняла. На самом деле вот как всё было.

«По правде говоря, хотя Гу Янь Ран — младшая сестра моего мужа, на самом деле она мне не нравится. Естественно, и я ей не нравлюсь. Мы взаимно не нравимся друг другу, но внешне сохраняем гармонию в отношениях. Я ненавижу таких бесстыдных людей, как Гу Янь Ран. Очевидно, что у мужчины уже есть семья, но она всё равно хочет забрать его себе и занять твоё место. Её отношение к трем основополагающим истинам неверно! Но она очень хорошо скрывает свои чувства и никогда не показывает их перед Цзи Яном. Мужчины вообще ничего не подозревают, в том числе и Цзи Ян. Гу Янь Ран для них только младшая сестра».

Тан Тан почувствовала разочарование: «Они разве не видят этого? Думаю, это так очевидно. Даже кто-то такой глупый, как я, это заметил».

«Мужчины и женщины устроены по-разному. Мы — женщины от природы чувствительны к таким вещам. Мужчины вообще не способны понять этого, а Гу Янь Ран действительно хороша в притворстве. Она бегала за Цзи Яном до тех пор, пока он не поступил в университет. После этого он редко виделся с Гу Янь Ран, так что это нормально, что он ни о чём не догадывается».

Но Тан Тан всё ещё не понимала: «Если ей так нравится Цзи Ян, почему бы не сказать об этом? Они росли вместе, и у них, очевидно, много общего».

Цзи Юэ рассмеялась: «Таков её характер. Гордая принцесса притворялась, что не станет добиваться мужчину. Она считала, что мужчина сам должен добиваться её, поэтому ничего не говорила, думая, что Цзи Ян в любом случае будет принадлежать ей. Но она получила пощёчину и проиграла, Цзи Ян стал твоим. В прошлом у вас с Цзи Яном были не очень хорошие отношения, и она не воспринимала тебя всерьез. Теперь, когда ваши отношения становятся всё лучше и лучше, это начало вызывать у неё беспокойство, поэтому она пришла к вам домой, чтобы продемонстрировать свою силу, я права? Она побеспокоила тебя в тот день?»

Тан Тан издала звук «Эн» и рассказала Цзи Юэ о том, что произошло на празднике по случаю дня рождения бабушки Чжо, и о словах, сказанных Гу Янь Ран в тот вечер.

Пока Цзи Юэ слушала это безумие, её возмущение продолжало расти. Она ещё никогда не видела, чтобы человек, вел себя так высокомерно: «Не обращай на неё внимание, и не беспокойся о её словах. Главное, что у Цзи Яна нет таких намерений по отношению к ней. Ты должна верить ему. Ему за тридцать, но до тебя у него не было ни девушки, ни даже объекта для тайного воздыхания. Так что ты его первая любовь и жена, понимаешь? У тебя большое преимущество».

Оказалось, что в сердце Цзи Яна никого не было, и Гу Янь Ран ничего не значила для него. От этих слов сердце Тан Тан, словно поднялось со дна глубокой долины, окутанное сладким предвкушением.

Цзи Юэ пришла сегодня, чтобы решить проблему Цзи Яна. Теперь, когда её миссия была выполнена, она, естественно, могла уйти. Поэтому после ужина Цзи Юэ взяла аоцюнь и еду, которую приготовила для неё Тан Тан, и поспешно ушла. Перед этим она позвонила Цзи Яну и рассказала ему всё как было, в том числе о том, какие чувства Гу Янь Ран испытывала к нему.

Изначально она не собиралась ничего рассказывать, но после того, как она узнала, что Гу Янь Ран начала издеваться над его женой, то решила, что будет неуместно снова закрывать на всё глаза. Разве могла она сохранять молчание в таком случае?

Цзи Ян никак не ожидал, что у Гу Янь Ран будут к нему такие чувства. Он всегда считал её своей сестрой. Гу Янь Ран никогда не проявляла к нему такого интереса. Как такое могло произойти?

Цзи Ян сидел в кабинете, и курил сигарету. Пока дым клубился, он вспоминал недавние события. Да, Тан Тан изменилась сразу после праздника в честь дня рождения бабушки Чжо. Он подумал, что она злится на него из-за того, что он плохо к ней относился. Поэтому он начал задабривать её подарками. Подарки растрогали её, и ей сразу стало лучше, но в ту ночь, когда пришла Гу Янь Ран, Тан Тан снова проявила недовольство по отношению к нему.

Неужели она подумала, что между ним и Гу Янь Ран были неуместные отношения? Если уж она так переживала, то почему не спросила его об этом напрямую, вместо того чтобы терзаться сомнениями? Неужели женщины так любят усложнять простые вещи?

Цзи Ян ухмыльнулся и покачал головой. Он посмеялся над Тан Тан и над собой. Почему о таких вещах он узнает из чужих уст?

Молча выкурив целую сигарету, Цзи Ян позвонил Гу Чжан Аню. Лучшим способом решить этот вопрос — позволить Гу Чжан Аню поговорить со своей младшей сестрой и убедить её покончить с неуместными мыслями. Этот способ был наилучшим решением для всех, иначе их дружбе мог прийти конец. Он надеялся, что Гу Чжан Ань сможет решить эту проблему.

В будущем они с Гу Янь Ран уже не смогут ладить, как раньше.

Повесив трубку, Цзи Ян сразу же вернулся домой. Тан Тан ждала его на кухне, готовя ужин. Она была такой худенькой, но при этом целый день была чем-то занята, и непонятно, откуда у неё было столько сил.

Тан Тан даже не заметила, что Цзи Ян оказался у неё за спиной. Услышав звук его присутствия, она испугалась и обернулась, как испуганный кролик: «Ты уже вернулся?»

Цзи Ян тихим голосом ответил: «Эн».

Когда Тан Тан снова обернулась, он сказал: «Тан Тан, между мной и Гу Янь Ран нет никаких отношений. Я всегда считал её своей младшей сестрой, с которой мы вместе выросли».

Тан Тан ошеломленно посмотрела на него: «Ты... ты узнал?»

«Ну, Цзи Юэ рассказала мне всё. Извини, я не знал, что Янь Ран наговорит тебе таких вещей».

«... Я не виню тебя. Я сама всё неправильно поняла». К тому же она побоялась расспросить его об этом.

Цзи Ян положил руки Тан Тан на плечи и посмотрел прямо ей в глаза: «Если у тебя есть какие-то вопросы, пожалуйста, задавай их мне напрямую. Я отвечу, и не буду лгать. Не держи всё в себе».

Тан Тан кивнула. Она просто побоялась, но поняла, что если бы она расспросила его раньше, то ничего бы подобного не произошло. В следующий раз она обязательно сначала расспросит его.

Когда вопрос был озвучен, и всё разрешилось. Тан Тан продолжила готовить. В конце концов, она обнаружила, что Цзи Ян не ушел и всё ещё стоял рядом с ней. Она не удержалась и подтолкнула его в сторону выхода: «Тебе нужно пойти и помыть руки вместе с Сяо Чжо. Здесь много дыма, я быстро закончу. Просто подожди и поедим кое-что вкусненькое».

Цзи Ян поджал губы, но остался на месте.

Тан Тан с сомнением посмотрела на него: «Что с тобой?»

Цзи Ян прочистил горло. Хотя выражение на его лице осталось таким же беспристрастным, как и прежде, его голос звучал немного иначе: «Тогда будет ли сегодня вечером массаж для ног?»

«...» Тан Тан вдруг захотелось рассмеяться, но, глядя на бесстрастное выражение на лице Цзи Яна, она сдержалась и серьёзно ответила: «Хорошо, я сделаю массаж тебе сегодня вечером».

Цзи Ян безучастно кивнул, развернулся и вышел из кухни, но даже со спины, казалось, что он излучал радость.

Тан Тан естественным образом возобновила вечернюю процедуру по купанию ног Цзи Яна. В тот момент, когда маленькие ручки Тан Тан снова начали массировать его ноги, Цзи Ян почувствовал себя так комфортно, что на душе у него стало легче. Он расслабился и облегченно вздохнул.

Цзи Ян не принимал ванночки для ног последние несколько дней, из-за этого он чувствовал себя странно. Ему казалось, что на дневных тренировках у него было уже не так много энергии, как раньше, а ночью хуже спалось. Кто же мог знать, что эти процедуры так на него повлияют.

Наконец-то всё пришло в норму.

Неудивительно, что мужчины говорят, что нельзя злить жену, и это действительно так.

С одной стороны в комнате семьи Цзи было тепло и уютно, а с другой стороны в семье Гу шел жаркий спор.





Глава 45




Гу Чжан Ань и подумать не мог о том, что его младшая сестра будет испытывать нежные чувства к его хорошему другу. Когда Цзи Юэ упоминала об этом несколько раз, он подумал, что у неё слишком разыгралось воображение. Кто бы мог подумать, что Цзи Юэ окажется права.

«Гу Янь Ран, Цзи Ян — женатый мужчина. Ты не можешь испытывать к нему такие чувства, ты меня разочаровала! В будущем ты должна думать о Цзи Яне только как о старшем брате». Если бы Цзи Ян не был женат, то Чжан Ань мог бы принят их отношения, но теперь у него есть жена и ребенок. Гу Чжан Ань должен был переубедить сестру и разрушить её планы.

Гу Янь Ран сжала руки в кулаки, её глаза покраснели: «Почему! Я люблю Цзи Яна, я любила его с самого детства. Я любила его столько лет. Тан Тан появилась намного позже. Если бы не она, Цзи Ян был бы моим!»

Гу Чжан Ань стиснул зубы: «Что за чушь ты несёшь? Даже если бы не было Тан Тан, он бы не стал с тобой встречаться. Он относится к тебе только как к сестре».

«Это всё чушь! Дедушка Цзи хотел породниться с нашей семьей. Он хотел, чтобы я стала его внучкой. Цзи Ян тоже был согласен, а значит, он был не равнодушен ко мне».

Гу Чжан Ань готов был рассмеяться над её самоуверенностью: «Гу Янь Ран, дедушка Цзи действительно хотел женить Цзи Яна на ком-то из нашей семьи, но у нас в семье так много девушек его возраста. Никто никогда не говорил, что это будешь ты. Ты, должно быть, сошла с ума, раз задумалась о браке с Цзи Яном!»

«Старший брат, разве не ты говорил, что лучшая девушка в нашей семье — это я? Я! Я лучшая, кроме того, наш отец — глава семьи. Естественно, дедушка Цзи выбрал бы кого-то выдающегося для Цзи Яна, и того, кто мог бы ему помочь, так что я единственная, кто больше всего подходит Цзи Яну! Дедушка Цзи наверняка не стал бы выбирать кого-то хуже, чем я, верно?»

«Ты!» — Гу Чжан Ань действительно не знал, была ли она слишком самоуверенной или слишком тщеславной. — «Да, я признаю, что ты действительно лучшая девушка с точки зрения способностей, знаний и карьеры, но ты не самая подходящая по характеру. Для Цзи Яна дедушка Цзи всегда хотел найти нежную девушку, которая могла бы заботиться о нём. Поэтому старик даже не рассматривал твою кандидатуру».

Гу Янь Ран совсем не поверила ему: «Нет, брат, ты мне врёшь!»

Увидев, что она ему не верит, Гу Чжан Аню оставалось лишь развеять её иллюзии: «Я же ясно сказал тебе. Девушка, которую дедушка Цзи хотел видеть своей внучкой — это дочь третьего дяди, Ий И, с самого начала и до конца он даже не рассматривал твою кандидатуру!»

Гу Янь Ран напряглась всем телом, и в следующую секунду отрицательно покачала головой: «Нет! Нет, Гу Ий И — обычная воспитательница в детском саду. Доход у преподавателей небольшой. Я в сотню тысяч раз лучше. Обычно мы даже не разговаривали с ними. Как дедушка Цзи мог выбрать её?»

«Просто дедушка Цзи заботился о Цзи Яне, он стал смотреть ни на доходы, о которых ты говоришь, а на характер, терпение, мягкость и внимательность к детям. В данных аспектах Ий И была более подходящим кандидатом на роль жены Цзи Яна, чем ты. Что плохого в том, что дедушка Цзи выбрал её? Ты слишком гордая, сильная и властная, вы с Цзи Яном просто не подходите друг другу, и у Цзи Яна никогда не было к тебе никаких других чувств».

Гу Янь Ран в отчаянии сжала кулаки и забормотала что-то себе под нос: «Всё не так, Цзи Ян относится ко мне с нежностью...»

Гу Чжан Ань не мог больше этого выносить: «Короче говоря, вы с Цзи Яном не подходите друг другу. Тебе следует покончить со своими чувствами как можно скорее. Иначе, если родители узнают о том, что ты пытаешься разрушить чужой брак, как думаешь, что они с тобой сделают? Ты сама хорошо знаешь. Подумай об этом».

Гу Янь Ран побледнела как полотно. Она схватила Гу Чжан Аня за руку и взмолилась: «Брат, умоляю тебя, не говори родителям. Я знаю, что поступила неправильно. Я сама со всем разберусь». Когда мама и папа узнают. Они обязательно заставят её выйти замуж за кого-то другого, она не могла допустить этого!

Увидев, что она понимает, что поступила неправильно, сердце Гу Чжан Аня смягчилось. В конце концов, она была его младшей сестрой, и выросла у него на глазах. Как он мог не заботиться о ней? Он не удержался и погладил её по голове: «Хорошо, тогда ты больше не можешь испытывать таких чувств к Цзи Яну. Ты понимаешь, о чём я?»

Гу Янь Ран выглядела подавлено, она опустила голову, чтобы её лица не было видно.

Цзи Юэ в этот момент занималась подготовкой вещей для Тан Тан, и молча закатила глаза. Гу Чжан Ань — большой глупец. Он действительно поверил словам своей сестры. Гу Янь Ран не могла так легко сдаться. Что она задумала?

Зная, какой мягкий у Тан Тан характер, можно было бы догадаться что над ней наверняка будут издеваться. Стоило Цзи Юэ только подумать об этом, как она начала волноваться.

Нет, она не могла сидеть сложа руки. Она должна отправить Тан Тан секретное оружие, чтобы та смогла привязать к себе Цзи Яна. Пока его сердце будет занято Тан Тан, все планы Гу Янь Ран будут бесполезны.

Итак, на следующий день, поздно вечером Тан Тан получила тайную посылку от Цзи Юэ. Коробка была плотно запечатана, так чтобы никто не мог понять, что находиться внутри.

Тан Тан была озадачена и пробормотала: «Почему посылку привезли ночью? Разве их не доставляют днём?»

Цзи Ян спросил её: «Ты попросила Цзи Юэ купить тебе что-то?»

Тан Тан покачала головой: «Нет, я ничего не просила покупать, но, должно быть, это какие-нибудь средства по уходу за кожей. Цзи Юэ любит присылать мне такие подарки, но мне неловко их принимать».

Цзи Ян улыбнулся: «Не смущайся. Позже, когда вернёмся в город, давай угостим её».

«Хорошо!» — Тан Тан уже собиралась взять ножницы и вскрыть посылку, но Цзи Сяо Чжо, который обожал распаковывать посылки, опередил её: «Вот, Мамочка!»

Несмотря на наличие ножниц, Тан Тан долго возилась с упаковкой. Цзи Сяо Чжо, стоявший в стороне, уже начал беспокоиться. Он не мог не спросить: «Мамочка, там внутри какой-то секрет?» Только что-то очень секретное могло быть так запаковано.

Тан Тан тоже хотела узнать, что потребовалось хранить в такой строгой тайне. В итоге, когда они открыли коробку, там оказалась всего одна бутылочка с молочно-белой жидкостью и изящная маленькая подарочная коробочка. Что это за странные вещи?

Тан Тан взяла бутылочку и посмотрела на неё. В итоге она так и не поняла, что это такое. Ей пришлось показать бутылочку мужу: «Муженек, ты знаешь, что это?»

Цзи Ян взял бутылочку в свои руки и некоторое время потратил на её изучение, а затем покачал головой: «Я не знаю. Должно быть Цзи Юэ упаковала это лично. Позвони и спроси у неё».

Тан Тан кивнула и уже собиралась достать мобильный телефон, когда Цзи Сяо Чжо, стоявший рядом, с сомнением спросил: «Мамочка, что это? Выглядит странно».

Тан Тан и Цзи Ян одновременно повернулись и посмотрели на малыша. Они увидели, что малыш открыл маленькую подарочную коробку. В этот момент его маленькая ручка держала бюстгальтер. Это был фиолетовый кружевной бюстгальтер.

К голове Тан Тан внезапно прилила кровь, и её лицо покраснело, как ягодицы обезьяны. Цзи Ян выглядел ненамного лучше. Уши у него покраснели, но он вел себя спокойнее, чем Тан Тан. Он сразу же набросился на Цзи Сяо Чжо и сказал: «Сяо Чжо, положи это на место!»

Цзи Сяо Чжо задумался: «Папочка, ты не сказал мне, что это такое, но материал выглядит красиво».

Тан Тан действительно не терпелось найти глубокую нору, в которую можно было бы спрятаться, и забыть о том, что её сын брал в руки подобные вещи. Почему он должен был сделать это перед Цзи Яном? Ах, ах, ей было так стыдно смотреть ему в глаза!

Цзи Ян впервые почувствовал головную боль, из-за любопытства своего сына, но на этот раз он не стал отвечать ему. Цзи Ян сделал длинный шаг к Цзи Сяо Чжо, взял бюстгальтер из его рук и положил его в коробку. «Клац» — крышка захлопнулась. После чего он протянул коробку краснолицей Тан Тан. Его голос по неизвестной причине стал хриплым: «Возьми».

Тан Тан взяла коробку и побежала в спальню. Она заперла дверь изнутри и, не проронив ни слова, спряталась под одеялом. Ей было очень стыдно. Цзи Ян всё увидел. Во всём виновата Цзи Юэ, зачем она прислала ей это!

Вспомнив, что посылка была от Цзи Юэ, Тан Тан взяла телефон и позвонила ей. На звонок быстро ответили, и голос в трубке был очень взволнованным: «Тан Тан, зачем звонишь?»

Тан Тан почувствовала, что в голосе Цзи Юэ не было добрых намерений, и недовольно пробормотала: «Как ты могла мне такое присылать!»

«Что? О чём ты?»

«Не притворяйся, ты всё хорошо знаешь. Зачем ты мне это присылала!?»

В трубке раздался смех, и Тан Тан стало ещё более неловко.

«О, это для тебя. Ты же переживала, что у тебя маленькая грудь, поэтому я отправила тебе два комплекта нижнего белья. Но это не обычное нижнее бельё. Если ты его наденешь, то твоя грудь будет казаться больше. Кроме того, это нижнее бельё способствует увеличению груди. Если будешь носить его в течении длительного времени, твоя грудь станет больше. С помощью крема для увеличения груди, который я тебе передала, гарантирую, что ты скоро больше не будешь плоскогрудой.

Оказалось, что бутылочка с неизвестной жидкостью предназначалась для увеличения груди. Вспомнив красивую грудь Цзи Юэ, Тан Тан не могла избавиться от мысли, что однажды её грудь станет такой же, как у Цзи Юэ. Ах, стоп, Тан Тан, о чём ты думаешь!

Тан Тан сжала губы и пожаловалась: «Прекрасно, что ты подумала обо мне и прислала эти вещи. Но почему ты сделала это ночью? Обычно ты отправляла вещи днем». Цзи Ян всё увидел, и Тан Тан казалось, что Цзи Юэ сделала это специально.

Цзи Юэ на другом конце провода довольно ответила: «О!», а затем продолжила: «Эй, что случилось? Неужели Цзи Ян тоже увидел бельё? Что он подумал, достаточно ли оно сексуальное? Он сказал тебе примерить его, чтобы хорошенько рассмотреть?»

«Пошлячка Цзи Юэ, о чём ты говоришь? Цзи Ян — серьезный человек! Он не стал бы такого говорить!» Тан Тан не терпелось заткнуть рот Цзи Юэ.

«Серьёзный? Ни один мужчина не смог бы оставаться серьёзным в такой момент. Иначе, это означало бы, что ты ему не интересна. Что в этом хорошего? Кроме того, мужчинам нравится женская грудь, так что, если твоя грудь станет больше, Цзи Ян точно не сможет оторваться от тебя. Я гарантирую».

Тан Тан почувствовала, что закипает от слов Цзи Юэ. Ей пришлось повесить трубку и прекратить разговор.

Цзи Юэ в последнюю минуту прокричала ей: «Не забудь воспользоваться им, они определенно станут больше!»

«Мне это не нужно», — пробормотала Тан Тан, но её взгляд невольно скользнул по коробке. Она просто не успела как следует рассмотреть её содержимое. На самом деле ей было очень любопытно. Нижнее бельё, которое на ней сейчас надето, принадлежало настоящей владелице тела, оно было полностью чёрным, без каких-либо узоров, очень простое. Тан Тан никогда не видела ничего подобного.

Она медленно открыла коробку. Внутри лежали два комплекта красивого нижнего белья. Один был фиолетовым, а другой — черным. Кружевная ткань выглядела очень красиво, а посередине его украшала атласная лента. Бельё было действительно красивым. Даже Тан Тан, которая ничего не смыслила в нижнем белье, считала его очень привлекательным. И захотела его надеть.

Действительно ли оно увеличивает грудь?

Тан Тан опустила взгляд на свою грудь и потрогала её руками. Она была совсем плоской. Они правда станут больше, если носить это? Стоит ли ей попробовать?

Наконец Тан Тан, не в силах устоять перед искушением, взяла фиолетовый комплект и пошла в ванную. Оказалось, что чашечка внутри была очень толстой и необычной формы. После того, как она надела бюстгальтер, её маленькие груди внезапно приподнялись, и их изгиб сбоку стал выглядеть намного больше!

Тан Тан была ошеломлена, а Цзи Юэ не солгала ей, они действительно увеличились! Даже под одеждой, они уже не казались такими плоскими.

Боже мой, как люди в этом мире могут быть такими умными, даже такое возможно! Тан Тан была глубоко впечатлена этим нижним бельём, и ей не хотелось его снимать. Когда ешь рыбу и мясо, кто захочет есть кашу?

Однако после того, как Тан Тан вышла из спальни, она не осмелилась посмотреть в глаза Цзи Яну. Она боялась, что Цзи Ян поймет, что она сменила нижнее белье. К счастью, поведение Цзи Яна ничем не выделялось. Он выглядел как обычно. Тан Тан вздохнула с облегчением.

В самом деле, как Цзи Ян мог не заметить? С того самого момента, как Тан Тан вышла из комнаты, он сразу же бросил взгляд на её грудь. Он сразу же заметил, что она стала намного больше. Его взгляд спецназовца, позволял ему особенно хорошо подмечать детали. Так что любые перемены в Тан Тан, естественно, не ускользнули бы от его взгляда.

Его сознание не могло не вспомнить о фиолетовом нижнем белье, которое он недавно увидел. Думая о нижнем белье, он невольно представлял, как Тан Тан будет выглядеть в нём. Представив это, внезапно внизу его живота вспыхнул огонь, на него нахлынул давно утраченный и довольно сильный порыв чувств, присущий мужчине.

Выражение на лице Цзи Яна изменилось. Естественно, он как мужчина знал, что это за чувство, но с тех пор, как Цзи Ян прошел период полового созревания, он очень хорошо контролировал свои желания. Особенно после того, как у него случайно появился Цзи Сяо Чжо, он никогда не чувствовал подобных импульсов перед ней.

Почему это происходит сегодня…

Тан Тан заметила, что лицо Цзи Яна стало непривычно мрачным, и с беспокойством посмотрела на него: «Что случилось, муженек? Почему у тебя такое мрачное лицо».

«Ничего, я пойду приму душ и лягу спать», — Цзи Ян покачал головой и быстро ушёл в ванную. Звук закрывающейся двери прозвучал намного громче, чем обычно.

Тан Тан ничего не поняла и спросила Цзи Сяо Чжо: «Почему твой отец так торопился?»

Цзи Сяо Чжо приложил палец к губам и высказал свою догадку: «Думаю, папочка хочет в туалет, а не в душ». Каждый раз, когда ему хотелось в туалет, он бежал в ванную, также как папа.

Тан Тан с беспокойством посмотрела на дверь в ванную: «Не было никакой необходимости так срочно бежать в туалет. Может, у него заболел живот?»

Тан Тан решила подождать, пока Цзи Ян не выйдет, и спросить, не болит ли у него живот. Она отошла в сторону и стала ждать. Тан Тан убедилась, что Цзи Яну действительно не хорошо, потому что обычно он принимал ванну не больше пяти минут. Как же так получилось, что сегодня он не выходил так долго?

Обычное посещение туалета не заняло бы так много времени. У него, должно быть, возникли проблемы с желудком, но почему он не ничего ей не сказал?

Тан Тан тут же пошла искать аптечку в доме. Она достала лекарство от расстройства желудка и налила чашку горячей воды. Когда Цзи Ян наконец вышел из ванной, она взяла его за руку и показала ему лекарство: «Муженек, у тебя всё в порядке с желудком? Хочешь принять лекарство?»

Цзи Ян откашлялся и от вопроса Тан Тан на его лице вновь возник красный румянец, который он только что успокоил под холодным душем. Он не знал, было ли это из-за того, что он чувствовал себя беспомощным или смущенным. Должно быть, он слишком долго находился в ванной, и Тан Тан неправильно его поняла. Ему было неловко, но он не мог ничего объяснить. Он мог только покачать головой с безучастным выражением на лице и сказать: «Мой желудок в порядке. Мне не нужно принимать лекарства».

Тан Тан не поверила ему. Она протянула руку и коснулась его лба: «Но ты так долго там находился, у тебя ещё и лицо покраснело, не ври мне, скажи, что тебя беспокоит? Я принесу тебе лекарство».

Цзи Ян почувствовал смущение, учитывая, что Тан Тан держала свою маленькую ручку у него на лбу: «Со мной правда всё в порядке. Если что-то случится, я тебе скажу».

«Всё в порядке?»

«Всё в порядке!»

Тан Тан с облегчением убрала лекарство.

Цзи Ян почесал лоб и подумал, что, должно быть, сегодня не его день. Должно быть, так и было.

Однако, когда Тан Тан села на маленький табурет напротив кровати и начала делать ему массаж ног, из-за того, что её пижама была свободной, а сама она была довольно худой, её воротник немного опустился. Вид из-под её одежды неожиданно возник перед глазами Цзи Яна. Фиолетовый кружевной бюстгальтер облегал вокруг двух белоснежных холмов, а посередине даже виднелась ложбинка.

Тело Цзи Яна внезапно застыло.

Почувствовав, как ноги Цзи Яна в её руках внезапно напряглись, Тан Тан удивленно посмотрела вверх. Она увидела, странное выражение на лице Цзи Яна, а его взгляд был куда-то устремлен. Тан Тан проследила за его взглядом, и оказалось, что он смотрел на её грудь.

Мгновенно осознав, что он увидел, Тан Тан покраснела, как ягодицы обезьяны, и, смущённо покосившись на Цзи Яна, пролепетала: «Ты, ты, ты»

Больше она не смогла произнести ни слова.

Цзи Ян закашлял, и отвёл взгляд. Он хотел всё объяснить, но понял, что не мог этого сделать. Он не мог просто извиниться, и сказать: «Прости, я не хотел смотреть».

В тот момент, когда они оба не знали, что делать, раздался звонок мобильного телефона, словно вовремя пролившийся дождь, он развеял неловкую атмосферу.





Глава 46




Цзи Ян взял свой мобильный телефон с кровати и посмотрел на экран. Его взгляд помрачнел, и в следующую секунду он отклонил вызов.

Тан Тан недоумевала, почему он не ответил. Звонок повторился. На этот раз Цзи Ян едва посмотрел на экран.

Звонивший, похоже, готов был ждать до последнего. Цзи Ян одержимо сбрасывал вызовы, но телефон звонил снова и снова. Тан Тан не смогла удержаться и спросила: «Кто тебе звонит? Почему бы тебе не взять трубку?»

«Мне не нужно отвечать на звонки постороннего человека», — сказав это, Цзи Ян сразу отключил телефон, и звонков больше не было.

«О», — Тан Тан больше ничего не спрашивала. В конце концов, они только что испытали смущающий момент. Тан Тан всё ещё стеснялась, и не могла с ним разговаривать. Она быстро закончила массаж ног. Как только Цзи Ян опустил ноги на пол, она взяла воду и побежала в ванную, пытаясь избавиться от смущения.

Она подошла к зеркалу и долго смотрела на своё раскрасневшееся лицо. Её взгляд невольно опустился на грудь. Она не смогла удержаться и приподняла воротник, чтобы заглянуть внутрь. Там она увидела фиолетовые кружева прикрывающая половину её маленьких булочек, когда другая их половина содрогалась на воздухе, а посередине виднелось углубление, похожее на полумесяц. Её маленькие булочки после того, как она надела бюстгальтер, превратились в пышную, аппетитную и белоснежную выпечку. Почему нижнее бельё, которое прислала Цзи Юэ, такое потрясающее?

«Неужели мужчинам действительно нравится женская грудь?»

Тан Тан не могла не вспомнить слова Цзи Юэ. Её слова были немного вызывающими, но это оказалось правдой. Иначе как можно было объяснить реакцию Цзи Яна? Такого раньше не происходило. Неужели, раньше он не обращал на неё внимание и не испытывал к ней никакого желания, потому что у неё была плоская грудь?

Несмотря на то, что обсуждать тему отношений между мужчиной и женщиной было неудобно, Тан Тан в своё время тайком рассматривала эротические книги, которые её няня прятала на дне сундука. Узнав, что происходит между мужчинами и женщинами, она понимала, что для этого нужно раздеться, и тогда мужчина не только будет смотреть на неё, но и прикасаться к ней.

При мысли об этом лицо Тан Тан залилось румянцем. Она достала бутылочку с кремом для увеличения груди, которую она оставила в шкафчике, и, как воровка, нанесла немного на грудь. Она начала массировать свою грудь по часовой стрелке, как и объясняла Цзи Юэ. Тан Тан была очень смущена, но продолжала обманывать саму себя, думаю о том, что теперь многие женщины ведут себя не сдержанно. Она тоже забыла о скромности, и теперь не только носила такое откровенное нижнее бельё, но и делала себе массаж груди! Если бы её няня узнала об этом, то должно быть постыдилась бы за неё и пожалела бы её умершую мать.

Тан Тан не могла сказать с уверенностью, было ли это из-за крема или из-за массажа, но после процедуры она почувствовала, как обе её груди стали нагреваться и как будто набухать. Ей было немного некомфортно, и хотелось почесаться, но делать это было слишком постыдно. Ей пришлось терпеть, чтобы не прикоснуться к себе. Её лицо слегка покраснело, и Цзи Сяо Чжо решил, что она заболела. Он начал переживать, и прикоснулся к её лбу: «Мамочка, что ты сделала? Почему ты покраснела?»

У Цзи Сяо Чжо было чёткое произношение, намного лучше, чем у других детей его возраста. Однако некоторые слова, он всё ещё произносил не совсем уместно. Эти слова очень легко можно было понять неправильно. Особенно учитывая то, что Тан Тан недавно сделала нечто постыдное в ванной. Услышав слова Цзи Сяо Чжо, она невольно вздрогнула. Её лицо стало ещё более горячим, сейчас она не осмелилась бы взглянуть на Цзи Яна.

Цзи Сяо Чжо увидел это, и начал волноваться. Одна его маленькая пухлая ручка коснулась лба Тан Тан, а другая его собственного лба. Почувствовав, что лоб у мамы горячее, чем у него самого, он тут же бросился к отцу и закричал: «Папочка, у мамочки температура!»

Цзи Ян решил, что у Тан Тан действительно жар, и ему стало не по себе. Он больше ни о чём не мог думать, и, сделав большой шаг к ней навстречу, положил руку на лоб Тан Тан, чтобы проверить температуру.

Тан Тан поспешно покачала головой: «Нет, у меня нет температуры, просто лицо немного горячее, Сяо Чжо ошибся».

«Не двигайся!» — Цзи Ян одной рукой придерживал Тан Тан за затылок, чтобы она не могла вертеть головой, а другой рукой осторожно измерял ей температуру.

«Я» — Тан Тан не смела пошевелиться, и ей оставалось лишь позволить ему прикоснуться к себе. Её сердце неудержимо забилось.

Цзи Ян измерял температуру несколько минут, прежде чем убедиться, что у Тан Тан действительно нет жара: «Температуры нет».

Тан Тан смущенно почесала затылок, отчего её волосы превратились в птичье гнездо. От такого её глупого вида Цзи Ян захотел рассмеяться. О ничего не мог поделать, и погладил её по голове, как обычно делал это с Сяо Чжо: «Ничего страшного, просто иди, ложись спать пораньше. В доме прохладно, постарайся не простудиться».

Погода в последнее время стала совсем холодной, и действительно нужно было быть осторожным.

Услышав слова Цзи Яна, Тан Тан с гордостью ответила: «Не переживай, я здорова как бык! Я редко болею». Может быть, потому что раньше было непросто найти врача, Тан Тан действительно почти не болела, с самого детства здоровье у неё было крепче, чем собачий хвост. С тех пор как Тан Тан появилась здесь, она ни разу не болела. Похоже, хорошее здоровье всё ещё было при ней.

Цзи Сяо Чжо услышал её слова и не хотел отставать. Он похлопал себя по груди и добавил: «Я тоже не болею, и я здоров как бык!»

Мама и ребёнок посмотрели друг на друга и рассмеялись. Они гордились друг другом.

Цзи Ян посмотрел на маленькое пухлое тело Цзи Сяо Чжо, а затем на худощавое тело Тан Тан и улыбнулся, обнажив свои белые зубы.

Тан Тан редко видела Цзи Яна улыбающимся. Его выражение на лице всё время было таким невыразительным. Даже когда он смеялся, его губы просто изгибались в улыбке. Он редко смеялся так открыто.

Что они такого смешного сказали?

Цзи Ян ничего не объяснил, и они просто пошли спать: «Ладно, идем спать. Я выключаю свет».

Тан Тан и Цзи Сяо Чжо забрались на кровать и легли. После того как Цзи Ян выключил свет, они уснули в течение пяти минут, тихо посапывая.

Цзи Ян покачал головой и улыбнулся. Мать и ребёнок заснули с одинаковой скоростью. Они были так похожи, и оба были обладали оптимистичным и довольно беззаботным характером. Однако такой характер был вовсе неплох.

* * *

На следующий день Тан Тан проснулась и увидела, что на улице стало пасмурно. Всё небо было затянуто тучами, и стало намного холоднее, чем вчера. Ветер в воздухе не стихал, похоже, собирался пойти дождь.

Тан Тан быстро надела на Цзи Сяо Чжо тёплую одежду и даже надела на него более теплые носки. Она заварила для него имбирный чай, наполнила термос и дала ему с собой, чтобы тот не простудился. Дети чаще всего болеют в межсезонье.

И действительно, на следующий день после пасмурного дня погода наконец изменилась. С неба хлынул дождь, и земля зашумела. Всё вокруг заволокло туманом.

Дождь был слишком сильным, и Тан Тан продолжала волноваться. Она беспокоилась не только о Цзи Яне, который каждый день тренировался на улице, но и о том, что Цзи Сяо Чжо может простудиться. Она не могла проведать Цзи Яна, поэтому оставалась дома и время от времени смотрела на дождь за окном. К вечеру дождь наконец немного утих, но всё ещё был довольно сильным. Люди промокали насквозь, как только выходили на улицу.

Тан Тан должна была забрать Цзи Сяо Чжо домой, и собралась выходить. Она обыскала весь дом, и нашла только один зонт, ни дождевика, ни сапог в доме не было. Она забыла подготовить их.

Тан Тан раздраженно стукнула себя по голове, за невнимательность. Ей ничего не оставалось делать, кроме как взять с собой зонт, чтобы забрать Сяо Чжо. Опасаясь, что малыш промокнет насквозь, Тан Тан достал из шкафа своё пальто и взяла его с собой для Сяо Чжо. Она тоже оделась потеплее и поспешила в детский сад под проливным дождем.

Очевидно, родители беспокоились за своих детей. Все они рано пришли к детскому саду. Многие были в дождевиках и резиновых сапогах, а с собой у них были дождевики и резиновые сапоги для детей. Тан Тан напомнила себе, что им нужно купить два комплекта дождевиков и резиновых сапог. В такую погоду, когда идёт проливной дождь, она не могла позволить ребёнку намокнуть.

Пока Тан Тан размышляла, дети уже вышли, и родители забрали их как можно быстрее. Детский сад вскоре опустел, но Цзи Сяо Чжо не спешил уходить вместе с Тан Тан. Он потянул её за палец и указал на единственная девочку, которая осталась в группе — Вэнь Но: «Мамочка, сегодня учитель Су не пришла, и некому забрать Вэнь Но домой, никто не пришёл за ней. Мы можем забрать её к себе?»

«А её семья не придёт?»

Цзи Сяо покачал головой: «Никто никогда её не забирает. Сейчас такой дождь. Она заболеет, когда вернётся домой. Мама, давай заберём её к себе домой».

Тан Тан уже знала о ситуации в семье этой девочки и очень её жалела. Она готова была забрать девочку, но не могла забрать чужого ребенка без разрешения. Что же ей делать?

Тан Тан подошла к девочке, которая смотрела на неё большими глазами, погладила её по головке и сказала ласковым голосом: «Но Но, можешь называть меня тётей».

Девочка поджала губы и кивнула, выглядя при этом очень мило.

«Но Но, тётя сейчас отведёт тебя домой. Скажи тёте, где твой дом?»

На этот раз девочка не кивнула в ответ, а молча посмотрела на Тан Тан. Увидев её большие слезящиеся глазки, Тан Тан почувствовала жалость.

Она не могла этого выносить. Тан Тан взяла малышку на руки и похлопала её по спинке: «Но Но, ты не хочешь идти домой?»

Девочка не ответила и притихла у неё на руках, как испуганный маленький кролик.

При виде малышки сердце Тан Тан смягчилось, и она больше не стала сомневаться. Она снова спросила её: «Но Но, ты хочешь ненадолго пойти с тётей к нам домой?»

Девочка на её руках кивнула, явно соглашаясь.

Тогда Тан Тан сказала другим учителям в детском саду, что, если семья Вэнь придёт за своим ребёнком, то пусть они отправляются к ним домой, чтобы забрать её. После этого она ушла домой с двумя малышами. Дождь на улице всё ещё лил как из ведра. Цзи Сяо Чжо завернулся в хлопковое пальто, которое принесла Тан Тан, а своё пальто она сняла и укутала в него девочку. Затем она быстро помчалась домой с двумя детьми, держа над ними зонтик.

Дети не промокли, но Тан Тан выглядела ужасно. Вся её одежда промокла насквозь, и она дрожала от холода. Цзи Сяо Чжо с беспокойством потянул Тан Тан за руку: «Мамочка, ты в порядке?»

Вэнь Но тоже потянула Тан Тан за руку, глядя на неё такими же невинными глазами.

Сердце Тан Тан наполнилось теплом, и она поцеловала обоих малышей: «Всё в порядке, я переоденусь и мне станет лучше. Сяо Чжо, поиграй пока с Но Но, подожди, пока мама закончит и приготовит для вас что-нибудь вкусное».

Цзи Сяо Чжо кивнул: «Мамочка, не волнуйся, быстрее иди переоденься, не заболей».

Тан Тан поспешила в ванную комнату и почувствовала себя намного лучше после горячей ванны. Войдя в гостиную, она увидела двух малышей, сидящих на ковре и играющих с игрушками. Цзи Сяо Чжо разбирал игрушки, пока Вэнь Но спокойно наблюдала за ним. Она ждала, пока Цзи Сяо Чжо не закончит разбирать игрушки и не подтолкнёт к ней кучу деталей, а затем она брала и собирала их.

Тан Тан улыбнулась. Она дала двум малышам немного закусок, а затем пошла на кухню готовить. Когда она закончила, дети всё ещё играли, но уже с новой игрушкой.

Малышка всегда была медлительна, но, когда она собирала игрушку, её руки двигались очень быстро. Ей почти не нужно было думать о том, как её собрать. Она продолжала соединять деталь за деталью, и при этом выглядела очень серьезной и сосредоточенной.





Глава 47




Тан Тан с интересом наблюдала за ними. Она заметила, что девочка двигалась всё быстрее и быстрее. Ближе к концу Тан Тан едва поспевала за скоростью, с которой Вэнь Но собирала игрушку. Как у неё так получается? За три минуты она собрала очень сложную фигуру.

Тан Тан была просто в шоке: «Но Но, ты такая молодец! Ты сделала это, даже не задумавшись?» Эту игрушку купили только вчера, и маленькая девочка никогда раньше не играла с ней, но уже могла разобраться. Если подумать, дело было не только в скорости её движений, но и в сообразительности!

Я думала, что Цзи Сяо Чжо достаточно умен. Не ожидала, что эта маленькая девочка тоже будет очень умной. Дети в нынешнее время действительно пугают!

Вэнь Но смутилась от похвалы, и в её глазах появилась застенчивость. Она не сводила глаз с Тан Тан, и выглядела очень мило. Ей нравилась Тан Тан.

В этот момент домой вернулся Цзи Ян. Увидев в доме маленькую гостью, он опешил. В следующую секунду он понял, кто эта девочка. Он ничего не спросил. Подойдя прямо к двум детям и Тан Тан, он поинтересовался: «Ребята, во что вы играете?»

Тан Тан тут же протянула игрушку Цзи Яну: «Муженек, посмотри, Сяо Чжо только что разобрал игрушку, а Но Но собрала её за три минуты. Разве это не удивительно?»

Цзи Ян очень удивился, увидев такую сложную игрушку, и посмотрел на девочку. Он не ожидал, что такая сложная вещь окажется в руках у маленькой девочки, и что та сможет собрать её всего за три минуты. Даже он, кто часто собирал огнестрельное оружие на скорость, не смог бы этого сделать.

«Это удивительно!» — Цзи Ян не льстил ребенку, а по-настоящему хвалил. Для этого нужна была не только хорошая память, но и мощный интеллект с аналитической способностью. Такую способность нельзя было приобрести только с помощью практики. Для этого нужен был талант, и эта маленькая девочка явно была талантлива в этом отношении.

Цзи Ян не счел это детской игрой, а увидел в маленькой девочке мощный потенциал. Способности ребёнка нельзя игнорировать, их нужно развивать.

Поразмыслив, он вошёл в спальню и достал с полки модель военного корабля. Эта модель была очень большая: один метр в ширину и полметра в высоту. Форма и конструкция были, как у настоящего корабля. Внутреннее устройство было очень сложным. На то, чтобы его собрать Цзи Яну потребовался месяц. Не говоря ни слова, он вышел и начал его разбирать.

Это напугало Тан Тан: «Муженек, что ты делаешь?»

Цзи Ян ответил: «Я хочу, чтобы Но Но попробовала собрать его».

«Его», — Тан Тан подумала, что Цзи Ян шутит. Это не просто детская игрушка, а большая и сложная модель. Ребёнок не справился бы. Более того, малышка никогда раньше не прикасалась к таким вещам.

Цзи Сяо Чжо выглядел взволновано и протянул руку, чтобы погладить Вэнь Но по голове: «Но Но, что думаешь, постараешься собрать его?»

Вэнь Но кивнула и продолжила наблюдать за тем, как Цзи Ян разбирает корабль на части. Цзи Ян не стал намеренно замедляться и разбирал модель с обычной скоростью. На разборку ушло полчаса. На полу валялось множество деталей, от одного взгляда на них у Тан Тан закружилась голова.

Вэнь Но ничего не смущало в таком огромном количестве деталей. Она просто протянула руку и взяла одну из деталей, приготовившись к сборке.

Тан Тан поспешно обняла девочку: «Но Но, давай поедим. Если мы сейчас не пойдем ужинать, то всё остынет. Поиграем после того, как поедим?»

Вэнь Но неохотно посмотрела на кучу деталей, ей не хотелось с ними расставаться, но она всё равно согласно кивнула.

Тан Тан усадила девочку на стул за обеденным столом. Ей даже не нужно было прилагать усилий, такой худенькой она была. Тан Тан так расстроилась, что наложила для неё целую тарелку риса: «Но Но, ты слишком худая. Кушай побольше, и будешь пухленькой, как Сяо Чжо».

Вэнь Но посмотрела на Сяо Чжо и подумала, что он действительно хорошо выглядит, поэтому она кивнула и начала есть. Ей казалось, что она точно располнеет от такой вкусной еды.

Тан Тан сидела рядом с Цзи Яном и посмотрела на часы. Было уже половина девятого. Прошло столько времени, но никто так и не пришёл за девочкой. Неужели родители не заметили, что ребёнок не вернулся домой?

Тан Тан почувствовала разочарование, и не могла не спросить Цзи Яна: «Муженек, все остальные уже разошлись по домам?»

Цзи Ян понял, о чём хотела спросить Тан Тан, и сжал губы: «Помимо тех, кто выполняет задания или занят ночными тренировками, остальные должны быть дома».

Тан Тан сказала «о» и посмотрела на девочку, увлечённую едой. Она вздохнула и решила, что, если сегодня вечером за ней никто не придёт, она оставит девочку на ночь.

После ужина девочка сразу же бросилась к куче деталей, чтобы продолжить собирать корабль, а Цзи Сяо Чжо и Тан Тан наблюдали за ней.

Девочка по-прежнему двигалась очень быстро и без колебаний собирала детали воедино. Очень скоро у неё получилась пушка. Тан Тан не удержалась и потрясла руку Цзи Яна: «Муженек, Но Но просто потрясающая».

Цзи Ян опустил голову и промычал что-то невнятное, наблюдая за тем, как меняется выражение глаз Вэнь Но. Наблюдая за процессом сборки Но Но, он обнаружил, что эта маленькая девочка не только быстра, но и, похоже, обладала врождённым пониманием внутренней структуры предметов. Её интуитивные способности были на высоте. Когда многие вещи могли быть ей непонятны, она воспринимала их на уровне интуиции.

Такая способность была слишком потрясающая. Если в будущем с такими возможностями она сможет создавать лучшие военные корабли и даже лучшее оружие, в таком случае она станет важной персоной для страны.

Эта маленькая девочка — хороший саженец, и в будущем она может стать ключевым объектом обороны страны. Она со своими способностями будет ценнее всей армии.

В этот момент Цзи Ян вспомнил слово «гений», которое он никогда не применял по отношению к Цзи Сяо Чжо.

В этот момент в дверь дома внезапно постучали. Семья из трёх человек отвлеклась от Вэнь Но, увлеченной сборкой модели, и обратила внимание на посторонний звук. Цзи Ян отреагировал быстрее и не дал Тан Тан подняться. Он встал и открыл дверь. Он совсем не удивился, увидев человека на пороге.

«Вэнь Чжан И».

Вэнь Чжан И кивнул Цзи Яну, и объяснил своё присутствие: «Я пришел за своей дочерью, слышал, что она у вас дома».

Цзи Ян пояснил: «Никто не пришел забирать маленькую девочку из детского сада. Шел сильный дождь, а моя жена не знала, где живет ваша семья, поэтому она забрала ребенка с собой».

Легкое смущение промелькнуло в глазах Вэнь Чжан И. Он вернулся домой поздно вечером. Когда он пришёл домой и не увидел Вэнь Но, то спросил у жены, где она. Та ответила, что Вэнь Но не вернулась домой. Он сильно разозлился, и бросился её искать. Детский сад к тому времени уже был закрыт, и ему пришлось расспрашивать знакомых о том, где живут учителя, он узнал о местонахождении Вэнь Но от самих учителей.

Он всегда знал, что его жене не нравится Вэнь Но, потому что она была доказательством того, что он когда-то отказался от их любви. Поскольку он ошибался столько раз, ему пришлось на многое закрывать глаза. К тому же у Вэнь Но было странное и неприятное поведение, даже ему, как отцу, подобное не нравилось, не говоря уже о других. Поэтому он не стал просить жену хорошо относиться к Вэнь Но. Всё было в порядке, пока её отношение не было слишком плохим, но как можно было её выгнать из дома. Он этого не хотел! В конце концов, она его плоть и кровь.

«Большое вам спасибо, командир батальона Цзи. Моя жена присматривает за ребенком дома. Ребенок ещё маленький, и его нельзя оставлять одного, поэтому она не забрала Вэнь Но вовремя. К счастью, вы её забрали».

Цзи Ян ничего не ответил, и молча пригласил гостя в дом.

Вэнь Чжан И вошел и увидел Вэнь Но, сидящую на ковре и играющую со множеством деталей. Выражение его лица было совсем не радостным, и он громко закричал: «Вэнь Но, как ты могла всё это сломать!»

От этого яростного крика Вэнь Но, погружённая в свой мир, тут же очнулась. Когда она увидела приближающегося Вэнь Чжан И, в её глазах мелькнул страх, и детали в её руках тут же выпали.

Тан Тан увидела малышку в таком состоянии и быстро притянула её к себе. Она объяснила Вэнь Чжан И: «Она не ломала эти вещи, это мы позволили ей поиграть. Не будь с ней так жесток. Она же ещё маленькая».

Не поверив Тан Тан, Вэнь Чжан И повернулся к Цзи Яну и извинился: «Извините, мы доставили вам неприятности. Эта девочка с детства пытается всё разобрать. Она разобрала все вещи у нас дома. Я уже много раз наказывал её, но всё бесполезно. Сейчас она сдерживается и дома ничего не ломает, но я не ожидал, что она будет заниматься этим у вас дома», — сказав это, он добавил. — «Сколько стоит та вещь, которую она сломала? Я всё вам компенсирую».

«Не нужно», — взгляд Цзи Яна выглядел тяжёлым, а тон голоса не очень дружелюбным. — «Моя жена говорит правду. Этот военный корабль я разобрал сам, чтобы Вэнь Но попробовала собрать его. В компенсации нет нужды. Не нужно быть таким жестоким к ребенку».

Вэнь Чжан И побледнел и неловко улыбнулся: «Хорошо, спасибо, уже поздно, я отведу её домой».

Вэнь Чжан И подошёл прямо к Вэнь Но, взял её на руки и направился к выходу. Девочка посмотрела на модель корабля на полу через плечо отца и наконец перевела взгляд на Цзи Сяо Чжо.

Цзи Сяо Чжо тут же поднялся и последовал за Вэнь Чжан И. По дороге он поднял голову и заговорил с Вэнь Но: «Но Но, будь хорошей, тебе нужно пойти домой и отдохнуть. Завтра ты снова можешь прийти и поиграть со мной, хорошо?»

Малышка кивнула.

«Не волнуйся, я отложу все детали и буду ждать, когда ты придёшь и продолжишь».

Глаза малышки заблестели, она вытянула маленькую ручку и мило помахала на прощание Цзи Сяо Чжо.

Цзи Сяо Чжо проводил их до двери и продолжал наблюдать за ними, до тех пор, пока они не исчезли за углом. Затем он обернулся, но выражение на его лице было мрачным, после чего он тяжело вздохнул.

«Что случилось, Бао Бао? Ты не хочешь расставаться с Но Но?»

Цзи Сяо Чжо покачал головой, и его голос прозвучал неравнодушно: «Мамочка, я думаю, что папа Но Но плохо с ней обращается. Она просто играла, а он накричал на неё, мой папа не поступил бы так».

Тан Тан тоже заметила, что Вэнь Чжан И не сильно любил Вэнь Но, но не знала, что сказать. Любили родители ребенка или нет — это не то, что можно было изменить постороннему. Хотя Но Но и Сяо Чжо родились от женщин, которые их не любили. Вэнь Чжан И не стал заботиться о ребенке, в отличии от Цзи Яна. Он всё делал ради сына и даже готов был терпеть ужасную жену всю жизнь, не желая разводиться.

Вот в чём разница между ними.

Цзи Сяо Чжо начал убираться в комнате, складывая детали, лежавшие на полу: «Я думаю, Но Но потрясающая. Почему её отец говорит, что она всё ломает? Это не правда, она ведь собирает всё обратно».

Цзи Ян услышал слова Цзи Сяо Чжо и погладил его по голове: «Но Но не ломает вещи. Она — гений, но её отец ещё не понял этого».

Цзи Сяо Чжо полностью был с этим согласен, и его настроение улучшилось. Он спросил отца: «Папочка, раз папа Но Но не понимает её достоинств, то можем мы забрать Но Но к себе».

Цзи Ян отверг идею Цзи Сяо Чжо: «Но Но — ребёнок другой семьи. Отец Но Но не согласится, как и я не согласился бы, отправить тебя жить в чужой дом».

Цзи Сяо Чжо разочарованно опустил голову. Через некоторое время он поднял глаза и спросил: «Можно я буду приводить Но Но каждый день, чтобы она продолжила собирать этот большой корабль?»

Цзи Ян кивнул: «Конечно, после того как Но Но всё соберет, я достану для неё другой, его собирать будет ещё веселее».

«Правда? Я завтра скажу об этом Но Но, она, наверное, очень обрадуется».

Цзи Сяо Чжо взволнованно продолжил собирать детали, а Тан Тан незаметно толкнула мужа локтем: «Муженёк, ты заметил, что наш Бао Бао очень хорошо относится к Но Но? Он даже не стал ревновать, когда я заботилась о ней. Хотя, когда я обнимала Вэнь Вэнь, он ужасно ревновал».

Цзи Ян ничего не ответил, но предположил, что это может быть связано тем, что мужчины жаждут защитить кого-то беззащитного, хотя упомянутому мужчине, не было и четырёх лет.

Цзи Ян откашлялся: «Возможно, они сблизились, потому что сидят за одной партой».

«А! Малыши так хорошо ладят друг с другом, за этим так приятно наблюдать. Пусть Но Но приходит к нам в гости на ужин почаще. Редко встретишь такого хорошего друга».

Цзи Ян не стал возражать. Будет не плохо, если в доме появиться ещё один ребенок, даже очень мило. Кроме того, он хотел понаблюдать за тем, насколько талантлив этот ребёнок.

«А-а-аху...» — Тан Тан внезапно громко чихнула, прикрыв нос рукой.

Цзи Ян слегка нахмурился: «Что случилось? Простудилась?»

Тан Тан покачала головой: «Нет, нет, просто в носу зачесалось. Я здорова как бык».

Однако у здоровой как бык, Тан Тан посреди ночи поднялась высокая температура.

* * *

Автору есть что сказать:

Маленький театр

Тридцать лет спустя собралась небольшая группа мужчин, и те, кто выпил больше всего, наивно начали хвастаться своими женами.

Сын Гу Чжан Аня — Гу Сы Ци: «Моя жена — полицейский, и большинство мужчин не могут с ней сравниться. Она всех может победить. У всех дрожат ноги при одном взгляде на неё».

Юань Юань из семьи Юань Ланя сказал: «Полиция? Моя жена впечатляет сильнее, она — первоклассный психолог. Она может увидеть тебя насквозь с первого взгляда. Полиция ей не ровня».

Чжо Цзи Цзя засомневался: «Ваши жены не так хороши, как моя. Моя жена — самая молодая женщина-мэр в стране. Полиция и психологи находятся под её контролем».

Только Цзи Сяо Чжо молча продолжал пить вино. Все обратили на него внимание и спросили у него, почему он ничего не говорит. Он лишь покачал головой и сказал: «Моя жена самая обычная. Она просто занимается разработкой и совершенствованием авианосцев с ядерным оружием».

Все остальные: «...».

Как же хочется его прибить.





Глава 48




Цзи Сяо Чжо почувствовал, как ему становится жарко. Он неосознанно отстранился от источника тепла и, перекатившись на сторону отца, уперся пухлыми ножками ему в живот. От такого толчка Цзи Ян проснулся.

Цзи Ян почувствовал в своих объятиях маленькую фрикадельку. Он удивился от того, что малыш оказался рядом с ним. Обычно Сяо Чжо никогда не забирался к нему на руки, пока спал, потому что чувствовал себя некомфортно. Больше всего ему нравилось спать в объятиях Тан Тан, потому что её тело было не таким горячим и от неё ничем не пахло.

Но что же произошло сегодня?

Цзи Ян удобнее уложил спящего Цзи Сяо Чжо и потянулся к ночной лампе. Взглянув на Тан Тан, он увидел, как у неё покраснело лицо, слегка нахмурились брови и побелели губы. Казалось, она плохо себя чувствовала.

Цзи Ян сильно встревожился и быстро коснулся её лба рукой.

У тебя жар!

Цзи Ян встал и отправился за жаропонижающим и термометром, после этого он подошел к Тан Тан и позвал её, приблизившись к её уху: «Тан Тан! Просыпайся!»

После того, как он позвал её несколько раз, Тан Тан пришла в себя и открыла глаза. Она увидела Цзи Яна перед собой, и прошептала хриплым голосом: «Муженек, ты меня звал?»

«Тан Тан, у тебя жар. Возьми и поставь термометр под мышку».

Тан Тан вся горела. Она не хотела ни двигаться, ни поднимать руки, поэтому начала капризничать, как ребенок, и бормотать: «Муженек, я плохо себя чувствую, сделай это за меня».

Цзи Ян растерялся, но сейчас Тан Тан была больна. Ему ничего не оставалось делать кроме, как расстегнуть её пижаму, и сунуть термометр прямо ей подмышку. Цзи Ян не осмеливался смотреть куда ни надо. После этого он направился в ванную, чтобы намочить полотенце. Он приложил его ко лбу Тан Тан, чтобы сбить температуру.

Жар немного отступил, и Тан Тан с облегчением вздохнула, закрыв глаза.

Через несколько минут Цзи Ян сунул руку ей под одежду и достал термометр. Оказалось, что температура поднялась выше 40 градусов. Если жар не спадёт, это будет катастрофа. В такое время ему было бы сложно найти врача. Лучшим вариантом сейчас было дать ей принять жаропонижающее, и понаблюдать за ней, пока лекарство не подействует.

Из-за высокой температуры Тан Тан подсознательно не хотела принимать лекарство. Она отказывалась сотрудничать и качала головой, говоря: «Муженек, я не хочу принимать лекарство, оно горькое~»

Тан Тан капризничала ещё больше, чем Сяо Чжо когда был болен. Её нежный голос невольно заставил Цзи Яна растаять. Он вздохнул и сел на край кровати. Цзи Ян прислонил Тан Тан к своей груди, а затем одной рукой поднес лекарство ей ко рту, пока другой держал стакан с водой. При этом он мягко шептал ей на ушко: «Ну же, тебе станет лучше после того, как примешь лекарство, открой рот».

Вероятно, голос Цзи Яна прозвучал слишком нежно. Тан Тан некоторое время сопротивлялась, но в конце концов открыла рот, чтобы проглотить таблетки. Она не почувствовала горечи, так как у её губ сразу же появилась вода. Она машинально сделала глоток и проглотила таблетки.

Увидев, что Тан Тан наконец выпила лекарство, Цзи Ян вздохнул с облегчением. Он уже собрался уложить её спать, но женщина в его объятиях схватила его за одежду, уткнулась лицом ему в грудь и пробормотала: «Муженек, обними меня, мне не хорошо ~»

Неужели это всё из-за лихорадки? Тан Тан в здравом уме никогда бы так не поступила. Обычно она ведёт себя разумно, а сейчас она была ещё более придирчивой, чем Цзи Сяо Чжо, во время болезни. Однако в этот момент Цзи Ян ничего не мог сделать, кроме как прислониться к спинке кровати с Тан Тан в своих объятиях. Она вцепилась в его руку и уснула. Вытянув руку, Цзи Ян поправлял мокрое полотенце, пока Тан Тан лежала у него на груди.

Благодаря усилиям Цзи Яна к рассвету температура у Тан Тан наконец-то снизилась. Цзи Ян вздохнул с облегчением. Она всё ещё спала, поэтому он укрыл её одеялом, а сам отправился на утреннюю тренировку.

После утренней тренировки Цзи Ян отправился в столовую, быстро съел кашу на завтрак, а затем так же быстро вышел из столовой.

Дун Ли даже не успел ничего сказать, он ничего не понимал. Что с этим парнем не так, почему он так быстро убежал? Обычно выражение его лица не менялось даже тогда, когда у него горели ягодицы. В чём дело?

Когда Цзи Ян вернулся домой, Тан Тан всё ещё спала. Он измерил ей температуру термометром. Жара больше не было. Поэтому он встал с кровати и подошел к Сяо Чжо. Цзи Ян поднял его и отнес в ванную умываться. Это уже второй раз, когда Цзи Сяо Чжо просыпался от того, что его отец умывал его. Проснувшись подобным образом снова, Сяо Чжо сразу же почувствовал, что что-то было не так. Каждый раз, когда отец умывал его рано утром, это не сулило ничего хорошего. В этот раз снова что-то произойдет?

Цзи Сяо Чжо спросил: «Папочка, зачем ты снова меня умываешься? Я что-то сделал не так?»

Цзи Ян: «…» Этот мальчишка.

«Ты не делал ничего плохого. Сегодня папа отведет тебя в детский сад пораньше. Мама плохо себя чувствует. Маме нужно отдохнуть, понятно?»

Услышав это, Цзи Сяо Чжо начал вырываться из рук отца: «Что случилось с мамочкой? Я пойду к мамочке!»

Цзи Ян остановил его: «Подожди, сначала нужно умыться. А потом пойдешь к маме, но она ещё спит, не буди её».

Цзи Сяо Чжо успокоился и послушно продолжил умываться. Сразу после этого он подбежал к кровати и посмотрел на Тан Тан. Он внимательно осмотрел её и захотел узнать, что случилось с его мамой.

Цзи Ян объяснил ему: «Прошлой ночью у мамы поднялась температура. Утром ей стало лучше, пусть она поспит, а ты пойдешь в детский сад. Папа зайдет за тобой вечером, хорошо?»

Цзи Сяо Чжо кивнул, но не сводил глаз с лица Тан Тан. Он протянул свою маленькую ручку и осторожно коснулся её лба: «Мамочка вчера промокла под дождем, наверное, поэтому у неё поднялась температура».

«Мама вчера попала под дождь?» — Цзи Ян не знал об этом.

Цзи Сяо Чжо кивнул: «Мама укутала меня и Но Но в своё пальто и дала нам зонтик. Поэтому сама она промокла, и с неё стекала вода».

Цзи Ян поджал губы, а затем отвел Цзи Сяо Чжо к обеденному столу: «Сначала позавтракай, а после еды пойдем в детский сад. Не волнуйся за маму, с ней будет всё в порядке».

Цзи Сяо Чжо надул губы: «Папочка, можно я сегодня не пойду в детский сад? Я хочу остаться и позаботиться о мамочке».

«Нет», — Цзи Ян сразу же отказал ему, и Цзи Сяо Чжо ничего не мог с этим поделать. Если он останется, то его маме придется готовить для него после пробуждения. Лучше ему пойти в детский сад.

Цзи Сяо Чжо был очень разочарован, и у него вдруг пропало всякое желание что-либо делать.

Сегодня у Цзи Яна проходил учебный бой, он не мог взять отгул. Он вынужден был просто оставить сообщение на мобильном телефоне Тан Тан, чтобы та, проснувшись, пила побольше воды, и не забыла позвонить ему, если у неё снова поднимется температура. Но, подумав о том, что он не сможет ответить на её звонок, во время занятий, он решил позвонить жене командира полка и попросить её позаботиться о Тан Тан.

Жена командира полка согласилась без лишних слов.

Она бы присмотрела за Тан Тан, и с ней ничего необычного не случилось бы, но Цзи Ян всё ещё чувствовал беспокойство и тревогу. Впервые ему хотелось, чтобы тренировка поскорее закончилась. Поэтому во время тренировочного боя Цзи Ян вел себя всё более ожесточенно, а его атаки, как командира батальона, становились всё более мощными. Он так сильно досаждал своим противникам, что они невольно подумали, не наелся ли Цзи Ян сегодня на завтрак взрывчатки!

Тренировка должна была занять полдня, но в результате напряжённой и безжалостной стратегии Цзи Яна, противник был побеждён намного раньше.

Никто не мог понять, что случилось с Цзи Яном, но будучи его давним другом, Дун Ли заметил кое-что подозрительное. Он схватил его за плечо и спросил: «Почему ты сегодня так взволнован? В конце утренней тренировки ты куда-то убежал, а позже на учениях вел себя жестоко. У тебя что-то случилось?»

«Прошлой ночью у Тан Тан была лихорадка, и я не знаю, что с ней сейчас», — ответил Цзи Ян, быстро направляясь в свой кабинет. Он достал из ящика мобильный телефон и увидел несколько пропущенных звонков от жены командира полка. Он нахмурился и быстро перезвонил ей.

«Старшая сестра, как сейчас чувствует себя Тан Тан?»

Жена командира полка обеспокоенно сказала: «Ты наконец-то перезвонил, Цзи Ян. У Тан Тан поднялась высокая температура. Больше 40 градусов. Я давала ей жаропонижающие, но всё бесполезно. Ей нужно в больницу и поставить капельницу, но я не могу её разбудить, я не могу её сдвинуть с места».

Военная база находилась слишком далеко от города. Здесь не было ни больниц, ни поликлиник. Если кто-то болел, нужно было обращаться в ближайшую больницу, но она находилась очень далеко в небольшом городке, и это было слишком неудобно.

Цзи Ян напряженно ответил: «Не волнуйся, я скоро приду».

Цзи Ян повесил трубку. Он бросился в военный медпункт, даже не смыв камуфляжную краску с лица. Дун Ли увидел встревоженного друга и побежал за ним, чтобы узнать, чем можно ему помочь.

Цзи Ян сразу же направился к дежурному врачу, и рассказал ему о состоянии Тан Тан. Он попросил его дать Тан Тан лекарство и осмотреть её. Военный врач без лишних слов собрал лекарства и сумку для оказания медицинской помощи, а затем быстро последовал за Цзи Яном.

Тан Тан действительно сильно лихорадило, её кожа пылала от жара. Военный врач быстро осмотрел её и сказал: «У неё простуда, вызванная переохлаждением. Всё было бы не так серьезно, но у неё слишком слабая иммунная система. В таком случае высока вероятность подхватить повторную инфекцию. Ей нужно несколько дней отлежаться под капельницей, а затем ещё несколько дней, потребуется на восстановление и полное выздоровление. В этот период нельзя позволять ей переутомляться».

Цзи Ян внимательно выслушал врача и записал каждое его слово. После его ухода Цзи Ян поблагодарил жену командира полка и отпустил её домой отдыхать. Он взял отгул на оставшиеся пол дня, чтобы присмотреть за Тан Тан.

Дун Ли посмотрел на взволнованного Цзи Яна, и не смог сдержать искренней улыбки. Ему вдруг пришла мысль о том, что его богоподобный друг Цзи Ян наконец-то спустился на землю.

Цзи Ян озадачено спросил: «Над чем ты смеёшься?»

Дун Ли похлопал своего старого друга по плечу: «Я рад, что ты наконец-то достиг просветления в свои тридцать лет, ха-ха-ха».

Цзи Яну было лень ему отвечать, он даже не взглянул на него и продолжил протирать руки и ноги Тан Тан спиртом.

«Эй, Цзи Ян, ты такой заботливый. Ты хоть знаешь, как сейчас выглядишь? Знаешь, как это называется? Ах, твердая сталь расплавилась под мягкими пальцами! У Тан Тан поразительные способности, как ей удалось так тебя изменить?»

Цзи Ян нахмурил лоб и выставил Дун Ли за дверь: «Ты слишком шумный, поторопись и проваливай!»

«Брат Цзи, я просто анализирую твои чувства, и ты должен внимательно прислушаться, иначе пожалеешь».

«Мне не нужно, чтобы ты анализировал мои чувства, так что можешь заткнуться».

Дун Ли помахал пальцем: «Мне не нужно их анализировать? Значит, ты признаёшь, что тебе нравится Тан Тан?»

Цзи Ян замер, но эмоции в его взгляде было трудно разобрать. Спустя долгое время он заговорил: «Выйди и закрой за собой дверь».

«Эй!» — Дун Ли не получил ответа от Цзи Яна, и указал на него пальцем. — «Делай что хочешь, ты всё равно ни за что не признаешься. Мне плевать на тебя».

Дун Ли вышел и задумчиво пробормотал: «Почему даже такой как Цзи Ян смог жениться? Почему же такой чуткий и тактичный мужчина как я, до сих пор одинок? Где здесь логика?»

Цзи Ян не обращал внимания на Дун Ли. Вытерев руки и ноги Тан Тан, он сел на край кровати и посмотрел на её спящее лицо. Странно, но за последние четыре года он ни разу как следует на неё не посмотрел. Раньше он даже не мог четко вспомнить черты её лица, но теперь он мог отчётливо вспомнить каждую деталь, даже маленькую родину у неё на виске. Более того, он поймал себя на мысли, что черты лица Тан Тан ему очень нравились.

На самом деле он вовсе не отвергал слова Дун Ли. Он просто не задумывался об этом. Раньше он даже готовился к разводу, так почему же он передумал за столь короткий срок и по-прежнему заботился о ней?

Раньше Цзи Ян действительно не понимал, что с ним происходит. Всё это время Тан Тан влияла на его эмоции, и он вел себя так, словно был сам не свой. Когда она охладела к нему, он переживал, что она устала от него. Чтобы осчастливить её, он дарил ей подарки. Ему было некомфортно, когда она прекратила делать ему массаж и ванночки для ног. Когда она неправильно его поняла, он тут же бросился объяснять ситуацию. Теперь, когда она больна, его съедало волнение.

Даже его тело начало реагировать на неё.

Такого не случалось с ним за все тридцать лет его жизни.

Если бы он до сих пор не понимал, что с ним происходит, это означало бы, что у него проблемы с интеллектом.

Цзи Ян, вспоминая события последних дней, не смог удержаться от смеха. Вероятно, он стал той лягушкой, которую медленно варили в теплой воде. Её трёхразовое питание, её ежедневные прогулки, её доброе сердце, её забота и внимание, её застенчивые глаза — всё это, казалось, было незначительными мелочами, но в совокупности было подобно весеннему дождю, увлажняющему почву. Всё это незаметно покорило его сердце.

Её забота, словно семя проросло в его сердце.

Цзи Ян нежно щелкнул Тан Тан по носу и прошептал: «Ты очень умна, и выбрала хорошую тактику».

Тан Тан сморщила нос, и это выглядело очень мило.

Цзи Ян ухмыльнулся. Он наклонился, поцеловал её в лоб и тихо прошептал на ухо: «Скорее поправляйся, давай станем настоящей парой».

Тан Тан всё ещё спала и ничего не подозревала. Она проспала до следующего утра, а проснувшись, даже не поняла, где находится.

«Проснулась?» — тихий голос вернул Тан Тан из оков сна. Она сосредоточилась на острых чертах лица, в которых читалась усталость.

Это был Цзи Ян.

«Я...» — Тан Тан не смогла произнести больше ни слова, потому что её горло охрипло.

Цзи Ян взял чашку с водой, помог Тан Тан приподняться с кровати, прислонив её к себе, а затем поднес чашку к её губам.

Тан Тан испугалась и удивленно посмотрела на него. Её дрожащая рука потянулась за чашкой. Она только что пришла в себя, но её не нужно было поить.

Цзи Ян уклонился от её протянутой руки: «Не двигайся, я тебя напою».

Тан Тан пришлось открыть рот и сделать глоток. Когда вода попала ей в рот, то она поняла, насколько сильно хотела пить. Она с нетерпением допила воду, и, наконец, почувствовала себя намного лучше.

Цзи Ян поправил подушку на кровати, чтобы она смогла на неё опереться, и объяснил: «У тебя был жар. Ты то теряла сознание, то приходила в себя. Ты была без сознания со вчерашнего дня».

Глаза Тан Тан широко раскрылись.

«В ближайшие дни тебе запрещено вставать с постели, и заниматься домашними делами. Отдохни как следует, пока не выздоровеешь».

У Тан Тан не было иного выбора, кроме как подчиниться.

Цзи Ян погладил Тан Тан по голове, а затем вышел из комнаты. Вскоре он вернулся с термосом, в котором была каша.

«Пока ты больна, тебе нельзя есть жирную пищу. Сначала съешь немного каши», — сказав это, Цзи Ян начал кормить Тан Тан кашей с помощью ложки.

Он кормил её!

Тан Тан не понимающе уставилась на него. Почему он так о ней заботился. С её руками всё было в порядке, она могла есть сама. Может он вел себя так, потому что она больна? Если в этом причина, то болеть было не так уж и плохо.

«Что ты делаешь? Поторопись и ешь, пока горячее», — напомнил Цзи Ян, заставив Тан Тан прийти в себя. Она скрыла свои мысли и открыла рот. После первой ложки с кашей последовали остальные. Ложку за ложкой она, сама того не осознавая, съела всю кашу. Только после этого Тан Тан поняла, как много она съела.

Тан Тан не в силах сдержаться потерла свой живот. Она не хотела, чтобы Цзи Ян понял, что она объелась. Но как он мог этого не понять? Цзи Ян просто не обращал на это внимание. Он ничего не сказал, к тому же он сам хотел, чтобы она съела побольше. Врач сказал, что у неё слишком слабое здоровье, и даже то, что она бегала каждый день, не помогло. Похоже, она неправильно бегала. После того, как она поправиться ему придётся самому взяться за её тренировки. С учётом правильного питания, она станет сильнее и здоровее.

Как только Тан Тан закончила есть, она обнаружила, что Цзи Сяо Чжо нигде не было. Она поспешно спросила, где он, и Цзи Ян ответил ей, что малыш в детском саду. Тан Тан быстро посмотрела на часы и поняла, что время уже не раннее. Она не удержалась и упрекнула Цзи Яна: «Почему ты не ушёл? Тебе пора на тренировку».

Выражение лица Цзи Яна не изменилось: «Ничего страшного, я взял перерыв, чтобы принести тебе завтрак. Я уйду, когда ты уснёшь. Позже, я попрошу жену командира полка присмотреть за тобой».

Тан Тан не хотела доставлять другим столько хлопот. Она считала, что с её телом всё в порядке, но Цзи Ян переживал за неё. Он не мог оставить Тан Тан дома одну, и решил позвать жену командира полка, чтобы та присмотрела за ней.

Цзи Ян уложил Тан Тан в постель и укрыл её одеялом. Он потрогал её лоб и сказал: «Поспи ещё немного. Я подожду, пока ты не уснёшь».

Тан Тан тут же довольно закрыла глаза. Она почувствовала, что Цзи Ян был особенно нежен с ней, когда она болела, и заботился о ней, как о маленькой девочке. Ей больше не нужно было бояться заболеть в будущем.

С этой мыслью Тан Тан заснула.

Цзи Ян поцеловал её в лоб, а затем встал и ушел. Проходя мимо детского сада, он задумался, не зайти ли ему туда, чтобы сообщить Цзи Сяо Чжо о том, что его мама проснулась, чтобы он больше не волновался.

Однако, если бы Цзи Ян знал, что этот ребёнок поведет себя так дерзко, он бы точно не стал ему ничего говорить.





Глава 49




В полдень Цзи Яну позвонила Су Юэ. Её голос звучал взволнованно, чуть ли не плача.

«Командир батальона Цзи, Сяо Чжо пропал! Мы не можем его найти».

Лицо Цзи Яна потемнело: «Когда вы видели его в последний раз? Пропал только он?»

«Нет, мы не можем найти его и Вэнь Но. В полдень они всё ещё были в саду, но, когда пришло время ложиться спать, их уже не было. Мы поняли, что они пропали, но так и не смогли найти. Мы позвонили матери Сяо Чжо, но никто не взял трубку. Мы даже ходили к вам домой и стучали в дверь, но дома никого не было. Мама Вэнь Но сказала, что тоже не видела их. Я правда не знаю, куда делись дети!»

Когда Цзи Ян услышал, что Вэнь Но тоже пропала, он задумался. Цзи Сяо Чжо — спокойный и сообразительный ребёнок. По крайней мере, большую часть времени он вел себя очень сдержанно. Если бы что-то необычное не произошло, он бы точно не стал убегать, заставляя взрослых беспокоиться о нём.

Самое необычное, что произошло за последнее время ... это то, что заболела Тан Тан.

Цзи Ян догадался, куда пропали дети.

Итак, после обеденного перерыва Цзи Ян вернулся домой. Он открыл дверь, и в доме его встретила тишина. Казалось, будто там никого не было. Но, открыв дверь в спальню, Цзи Ян увидел двух малышей, которые спокойно спали в кровати. Они лежали бок о бок рядом друг с другом. При этом Сяо Чжо держал Тан Тан за руку. Они пришли не разбудив её, и мирно спали все вместе.

Эта сцена заставила Цзи Яна почувствовать одновременно злость и нежность.

Цзи Ян тихо вышел из спальни и позвонил учителям, чтобы сообщить о том, что дети нашлись, и что теперь они отдыхают после обеда. После этого он вошёл в спальню и встал у кровати, наблюдая за ними.

Когда малыши проснулись и увидели Цзи Яна, они широко раскрыли глаза. Вэнь Но тут же вскочила с кровати и встала на пол, сложив руки и опустив голову. Цзи Сяо Чжо удивился, но тут же изменился в лице. Он очень натянуто улыбнулся Цзи Яну и обратился к нему своим милым голосом, стараясь его задобрить: «Папочка, ты вернулся~»

Цзи Ян указал на него и жестом велел ему следовать за ним из спальни.

Взгляд Цзи Сяо Чжо заметался. Встав с кровати, он обулся, а затем поднёс обувь Вэнь Но к её ногам. Видя, как она испугалась и смутилась, он сказал ей: «Ничего страшного, я с тобой! Это моя вина, а не твоя. Мой папа тебя не станет наказывать».

Вэнь Но тут же покачала головой, ведь она тоже была неправа. Её тоже следовало наказать.

«Ладно, ладно, не переживай, у тебя есть такой надежный мужчина, как я», — сказал Цзи Сяо Чжо, взяв Вэнь Но за руку. Они вышли и плотно закрыли за собой дверь.

Цзи Ян сидел на диване, а Цзи Сяо Чжо и Вэнь Но стояли перед ним, склонив головы в знак раскаяния. Конечно, Вэнь Но действительно сожалела, а Цзи Сяо Чжо только притворялся.

Когда Цзи Сяо Чжо делал что-то не так, ему нравилось действовать на опережение, поэтому он не стал дожидаться расспросов Цзи Яна, и признался: «Папочка, прости, мы были неправы, но я хотел поскорее увидеть мамочку. Вчера мамочка проспала весь день. Я не мог поговорить с ней целых два дня. Я скучал по мамочке».

Цзи Ян не повелся на тактику Сяо Чжо и сказал: «Значит, ты знал, что, улизнув, заставишь учителя волноваться и искать тебя? Цзи Сяо Чжо, ты повел себя безответственно».

Цзи Сяо Чжо прикусил губу. На этот раз он действительно признал свою ошибку: «Прости, папочка, можешь наказать меня, но не наказывай Но Но. Но Но сделала так, как я сказал. Она не хотела этого».

Вэнь Но услышала эти слова и отчаянно покачала головой. Она тоже была неправа, её никто не заставлял.

О, это настоящий подвиг — спасти красавицу, но Цзи Яну не нужно было даже задумываться, чтобы понять: именно Цзи Сяо Чжо придумал всё это. Вэнь Но не осмелилась бы на такое. Этот парень обманом увёл с собой эту милую девочку!

«Наказание будет само собой. Но, прежде чем наказать тебя, расскажи мне, как вы сбежали?» В детском саду дверь запирали во время занятий, замок на двери располагался очень высоко, ребёнку до него не дотянуться.

Цзи Сяо Чжо очень хорошо понимал, что происходит, и сразу же объяснил, как ему удалось сбежать из «тюрьмы»: «Я заметил, что учитель каждый день вешает на дверь замок, но не запирает его. Я приподнял Но Но, чтобы она смогла открыть дверь, после чего мы вернули замок на место и ушли».

Этот парень... Цзи Ян больше не стал у него ничего спрашивать, но твердо сказал: «Ну, раз уж ты признался, напишешь письмо с извинениями в сотню слов. Если ты не знаешь, как пишется слово, можешь написать его с помощью пиньиня[3]. Сделаешь две копии до завтра: одну мне, другую своему учителю».

«Хорошо, папочка».

«Кроме того, начиная с сегодняшнего дня, количество кругов, которые ты будешь пробегать по утрам, увеличивается».

«Хорошо, папочка».

«И последнее: в течение следующих трёх месяцев тебе нельзя будет есть никаких перекусов». Перекусы были главным рычагом давления на Сяо Чжо.

«...» Цзи Сяо Чжо застыл на месте, и на его лице отразилась невыносимая боль.

Увидев страдающее лицо Цзи Сяо Чжо, Вэнь Но перестала бояться. Она посмотрела на бесстрастное лицо Цзи Яна, и её сердце дрогнуло. Несмотря на страх, она всё же набралась смелости и схватила Цзи Яна за рукав. Она тряслась от страха, но её глаза наполнились мольбой. Она молила, чтобы тот не наказывал Цзи Сяо Чжо.

Маленькие ручки Но Но затрясли рукав Цзи Яна, она смотрела на него глазами полными слёз, от чего суровое сердце смягчилось. Цзи Ян почувствовал то, чего никогда не чувствовал, глядя на Цзи Сяо Чжо. Будь на её месте Цзи Сяо Чжо, он бы даже не дрогнул. Любые мольбы и капризы с его стороны были бы бесполезны.

Вот в чем заключается разница между сыном и дочерью? Если бы эта маленькая милая девочка была его дочерью, похоже, он бы не решился её так наказывать...

«Хорошо, благодаря Но Но, последнее наказание можешь не учитывать», — сказал Цзи Ян, отбросив свои принципы.

Глаза Цзи Сяо Чжо расширились от удивления, в них мелькнули подозрение, недоверие, удивление и радость. Наконец он перевёл взгляд полный восхищения на Вэнь Но.

Вэнь Но слегка улыбнулась, и её глаза изогнулись в форме полумесяца. От её улыбки Цзи Сяо Чжо сам готов был рассмеяться, забыв обо всём. Он с радостью погладил её по голове, и посмотрел на неё так, словно хотел сказать: «Видишь, разве я был не прав?»

Его завораживающий взгляд вызвал у Цзи Яна недовольство. После чего он указал на угол: «Хотя последнего наказания можно избежать, тебе придётся встать в угол и простоять там полчаса!»

«Ах...» Самодовольная улыбка застыла на лице Цзи Сяо Чжо, после слов отца. Он вздохнул, развернулся и медленно пошёл в угол у стены по уже знакомой дороге.

Вэнь Но увидела это и подошла к Цзи Сяо Чжо, встав рядом с ним лицом к стене.

Цзи Сяо Чжо нахмурился и подмигнул ей: «Что ты делаешь? Тебя это не касается, иди отсюда».

Вэнь Но мягко покачала головой и осталась стоять рядом с ним.

«Ты непослушная!» — Цзи Сяо Чжо притворился, что очень зол, и хотел отпугнуть её.

Вэнь Но продолжала качать головой, и никуда не ушла.

В конце концов у Сяо Чжо не было другого выбора, он понял, что с девочками нелегко иметь дело.

Цзи Ян посмотрел на двух маленьких детей, попавших в затруднительное положение, и уголок его губ слегка дёрнулся в улыбке.

«Эй, в чём дело? Почему эти двое сейчас дома?» — когда жена командира полка, ушедшая домой за супом, вернулась, то увидела детей, стоящих лицом к стене.

«Они оба тайком сбежали домой, чтобы увидеться с Тан Тан. Старшая сестра, днём можешь пойти домой и отдохнуть, а эти двое присмотрят за ней». Цзи Ян посмотрел на время, а затем встал и направился к выходу, не взглянув на детей. Эти двое всё ещё стояли в углу.

«Хорошо, я побуду здесь, а ты занимайся своими делами». Жена командира полка посмотрела на Цзи Яна и, после его ухода, улыбнулась двум малышам: «Вас наказали?»

Цзи Сяо Чжо кивнул.

«В следующий раз не будете сбегать», — жена командира полка погладила Сяо Чжо по голове. — «Ладно, твоего отца нет, можете больше не стоять».

Цзи Сяо Чжо покачал головой: «Нет, папа сказал, что я должен стоять полчаса. Мужчина не должен отступать от своих слов».

«Ты всё ещё так считаешь?» — жена командира полка не стала его дразнить. — «Хорошо, ты же мужчина, ты и будешь стоять полчаса, а Но Но — девочка, она не может стоять».

Цзи Сяо Чжо кивнул, а Вэнь Но покачала головой.

«Но Но, если ты не будешь слушаться, ты мне разонравишься!» —Цзи Сяо Чжо надул щеки и пригрозил девочке.

Девочка немного испугалась, но всё равно стояла неподвижно. Она тихонько потянула его за рукав, чтобы он не злился.

Возмущение, которое испытал Цзи Сяо Чжо, внезапно исчезло. «Какая же ты глупая, что ты будешь делать без меня, клянусь это раздражает ~»

Вэнь Но мило улыбнулась, приоткрыв ротик.

Жена командира полка не могла сдержать улыбки. Эти двое малышей показались ей очень забавными и послушными. Она вошла в спальню и разбудила Тан Тан, чтобы накормить её супом. В итоге Тан Тан испугалась, увидев в доме двух малышей. Задумавшись, она поняла, что происходит, и не смогла сдержать смех. Она медленно начала есть суп, а когда закончила, время наказания для двух малышей уже закончилось.

Цзи Сяо Чжо тут же подбежал к Тан Тан, внезапно обнял и прижался к ней: «Мамочка, я скучал по тебе».

Тан Тан поцеловала его в лоб: «Мамочка тоже по тебе скучала».

«Мамочка, ты больше не должна болеть, я волновался».

«Что ж, мама больше не болеет, и в будущем станет крепкой как скала».

После этих слов Тан Тан с нежностью обняла Цзи Сяо Чжо, а затем защекотала, заставив его непроизвольно выгнуться и завизжать, как маленький поросёнок.

Тан Тан увидела, что Вэнь Но стоит рядом и смотрит на них. Она помахала ей: «Но Но, иди сюда!»

Вэнь Но тут же подошла. Тан Тан взяла её на руки и обняла. Она поцеловала её в лобик и сказала: «Спасибо, что пришла к нам, Но Но. Я очень рада».

Глаза Вэнь Но были похожи на маленькие полумесяцы, а её маленькая ручка опустилась в карман брюк. Она вдруг достала конфету и протянула её Тан Тан.

Тан Тан удивилась: «Ты даёшь это мне?»

Вэнь Но кивнула.

Не в силах отказать ребёнку в его доброте, Тан Тан взяла конфету в свои руки: «Спасибо тебе, Но Но».

Малышка обрадовалась ещё больше, и её маленькие белые зубки украсила сияющая улыбка.

После того как двое малышей отправились играть с моделью корабля, жена командира полка печально вздохнула: «Эта малышка очень воспитанная, но выросла она в такой семье. Если бы она росла в обычной семье, разве родители не воспитывали бы её как маленькую принцессу?»

Тан Тан согласилась и подумала: а кто бы не согласился? Она такая умная и сообразительная, если бы у меня была такая маленькая дочка, я бы её просто обожала.

«Они даже не могут купить одежду маленькой девочке. Только посмотри на её наряд, в нем могут поместиться две таких девочки. Почему бы не подобрать ей что-то более подходящее. Почему командир батальона Вэнь ничего не делает? Она же его дочь, не так ли?» — жена командира полка сильно разозлилась, увидев, как страдает ребёнок.

Одежда на Вэнь Но была неплохой, даже брендовой, но не подходила ей по размеру и сидела плохо, особенно брюки. Они постоянно сползали, и приходилось их всё время подворачивать, даже обувь не подходила по размеру, в ней легко можно было споткнуться. Если сравнивать её одежду с красивой и подходящей по размеру одеждой Сяо Чжо, казалось, что девочка выглядит ещё более жалкой.





Глава 50




Тан Тан вынесла свои рукоделия из комнаты и пошла искать одежду Сяо Чжо, в которую можно было бы переодеть Вэнь Но.

Дети были почти одного роста, но то, что на Цзи Сяо Чжо выглядело хорошо, для Вэнь Но было слишком свободным.

Цзи Сяо Чжо сравнил свою руку с рукой Вэнь Но, а затем очень серьёзно сказал: «Но Но, тебе нужно набрать вес. Слишком худые девочки, могут легко заболеть, как мама».

Вэнь Но кивнула.

Тан Тан улыбнулась и погладила её по голове, а затем перешила одежду, чтобы та подходила по размеру для девочки. Через час всё было готово.

Девочка без колебаний переоделась в новую одежду, осторожно подпрыгнула и, убедившись, что штаны не спадают, удивилась и улыбнулась. Она обхватила ноги Тан Тан, подражая манере Цзи Сяо Чжо, безмолвно поблагодарив её.

Тан Тан коснулась её маленького личика: «Хорошо, теперь наша Но Но стала ещё красивее. Покажись Сяо Чжо».

Вэнь Но радостно выбежала, чтобы показаться перед Цзи Сяо Чжо. Она тут же покрутилась и повернулась к нему спиной. Цзи Сяо Чжо улыбнулся и похвалил её: «Но Но, у тебя такая красивая одежда, хе-хе...»

Вэнь Но указала на что-то за спиной у Цзи Сяо Чжо.

Цзи Сяо Чжо радостно улыбнулся и достал модель корабля, которая была у него за спиной. За это короткое время он успел собрать небольшую её часть, но он допустил ошибку и теперь эта модель нуждалась в разборке.

Цзи Сяо Чжо с чувством вины почесал затылок.

Вэнь Но совсем не разозлилась. Она разобрала ту часть, где Цзи Сяо Чжо допустил ошибку, и начала собирать все заново, показывая Сяо Чжо как это делается. Она хотела, чтобы Цзи Сяо Чжо тоже умел собирать модель.

Цзи Сяо Чжо всё ещё не понимал, как это делается. Он снова ошибся и в конце концов лег на пол. В отчаянии он развёл руками и ногами, совершенно не двигаясь. Тан Тан, стоявшая рядом, впервые увидела, как Цзи Сяо Чжо терпит поражение в интеллектуальном состязании. Весь оставшийся день Тан Тан тихо и весело наблюдала за детьми.

Когда Цзи Ян вернулся, Вэнь Но почти собрала большую и сложную модель. Тан Тан быстро помахала ему рукой.

«Муженек, посмотри, твоя модель почти готова. Наша Но Но такая умная».

Цзи Ян подошёл к ним и с восхищением погладил маленькую голову Вэнь Но, молча подбадривая её. После этого он положил руку на лоб Тан Тан: «Хорошо, температуры нет».

Тан Тан мило улыбнулась и пообещала: «Всё хорошо, правда. В следующий раз я обещаю не болеть!»

Цзи Ян слегка улыбнулся и спросил: «Ты не голодна? Что ты хочешь съесть на ужин?»

Тан Тан задумалась. Она ещё ничего не готовила на ужин. Вскочив, она направилась на кухню: «Ох, я совсем замоталась. Я забыла приготовить ужин!»

Цзи Яну пришлось задержать суетливую женщину, напоминая: «Я же говорил тебе, что в эти дни тебе нужно хорошенько отдохнуть. Ты забыла? Я схожу и всё приготовлю».

«Эй?» — Тан Тан удивилась, увидев, как Цзи Ян направился на кухню, закатывая рукава. Она так испугалась, что быстро отправилась ему вдогонку: «Муженек, ты будешь готовить?»

Цзи Ян уже рылся в холодильнике: «Ты не веришь, что я умею готовить?»

Тан Тан действительно не верила, но не осмеливалась сказать правду.

«О», — Цзи Ян достал из холодильника продукты и вытолкал Тан Тан их кухни. — «Выходи, тебе не стоит вдыхать запах дыма, я скоро всё приготовлю».

Тан Тан пришлось уйти. Она отправилась к двум малышам, чтобы сообщить им новость о том, что ужин сегодня будет готовить Цзи Ян. Вэнь Но никак не отреагировала, а у Цзи Сяо Чжо возникло очень растерянное выражение на лице. Он попытался спросить Тан Тан: «Мамочка, а еда, которую приготовит папочка, вкусная?»

«Ну...» — Тан Тан на мгновение задумалась. — «Должно быть, вкусная. Ведь твой папа такой умный. Он легко может справиться с такой простой вещью, как готовка».

«О...», — Цзи Сяо Чжо отвернулся и продолжил наблюдать за Вэнь Но, собирающей модель корабля. Он не стал говорить своей маме, что уже ел жареный рис с яйцом, приготовленный его отцом, и воспоминание об этом было для него незабываемым.

Через час дверь на кухню наконец открылась, и оттуда вышел Цзи Ян с кастрюлей в руке — он приготовил пельмени.

Тан Тан была озадачена. Она же видела, как много продуктов он достал из холодильника, так почему же он приготовил только пельмени?

Цзи Ян откашлялся: «Думаю, пельмени будут полезнее».

«О», — Тан Тан ничего не заподозрила, но, увидев Цзи Яна, вернувшегося на кухню, и вышедшего оттуда с мешком для мусора в руке, спросила. — «Что ты делаешь, муженек?»

Цзи Ян сосредоточено направился к выходу: «Сначала я отнесу мусор, и сразу же вернусь».

Тан Тан почувствовала, что Цзи Ян ведет себя странно, но не стала вдаваться в подробности, потому что редко ела то, что не готовила сама. Сегодня ей нужно было съесть побольше, и показать какой у неё хороший аппетит. Раньше Тан Тан могла съесть максимум восемь пельменей. Сегодня она съела четыре за один присест. Она ела слишком много и слишком быстро, от чего начала икать. Цзи Сяо Чжо и Вэнь Но тоже много съели, подражая Тан Тан.

Тан Тан смущённо прикрыла рот рукой.

Цзи Ян очень обрадовался, и надеялся, что она съест как можно больше.

Тан Тан подумала, что он смеётся над ней и пробормотала: «Просто ты так вкусно всё приготовил...»

Хотя Цзи Ян просто взял готовые пельмени, положил их в воду и сварил, Тан Тан всё равно сказала, что очень довольна ужином. Он решил в будущем попробовать себя в кулинарии. Похоже, ей нравилось то, что он готовил для неё, и в будущем он хотел хорошенько её откормить.

На самом деле в первый раз, когда Цзи Ян начал готовить по рецепту, будучи уверенным в своём высоком интеллекте, у него ничего не вышло. Результат отличался от его ожиданий. Цзи Ян — типичный школьный отличник, столкнулся с трудностями реальной жизни. Чтобы улучшить свои навыки он нашел рецепты с поэтапным разбором в интернете, и записал их в блокнот. Было видно, что он очень серьёзно взялся за дело.

У него был такой рассудительный вид, что Тан Тан решила, что он усердно работает, поэтому прошептала Цзи Сяо Чжо: «Не беспокой папу».

До самой ночи Тан Тан наблюдала за тем, как Цзи Ян усердно работает, и боялась, что он слишком устал. Она пошла в ванную и приготовила лечебную ванночку для него: «Муженек, уже поздно. Иди отдохни, давай сделаем ванночку для ног. Тебе ведь нравится парить ноги».

Цзи Ян вышел из режима «школьного отличника». Он закрыл блокнот и положил его в ящик. Увидев, как Тан Тан закатала рукава, чтобы помочь ему сделать массаж ног, он взял её за руки и сказал: «Ты ещё не до конца выздоровела, я сделаю это сам».

«Ты не сможешь сделать сам себе массаж ног. Разве ты не устал? Со мной всё хорошо», — пробормотала Тан Тан, не желая отступать.

Цзи Ян растерялся, но вдруг спросил: «Можно ли другим использовать эту воду с травами?»

Тан Тан не поняла, почему он задал этот вопрос, но всё же ответила честно: «Да, но детям и пожилым людям следует использовать её с осторожностью. Остальным можно её использовать, но лучше всего она походит для тех, у кого есть физические травмы».

Цзи Ян вспомнил, что Тан Тан некоторое время назад повредила ногу. Хотя теперь всё было хорошо, но она всё равно была травмирована. Эта лечебная ванна подходила и для Тан Тан, поэтому Цзи Ян просто усадил её на табурет, снял с неё тапочки и взял её за ноги. Он опустил ноги Тан Тан в ванночку с лечебной водой.

«Что ты делаешь, муженек?» — Тан Тан была застигнута врасплох.

«Купаю твои ноги. Тебе ведь тоже можно использовать такую воду, разве нет?» — сказав это, Цзи Ян опустил свои большие ноги в ванночку вместе с Тан Тан. Две пары ног стояли бок о бок. Его ноги были большими и темнокожими, а её маленькими и белоснежными.

Тан Тан замерла. Казалось, температура ног Цзи Яна была выше, чем температура воды, от чего её ступни начали пылать.

Это уже слишком... Тан Тан хотела поднять ноги, но Цзи Ян удерживал их своими ногами: «Будь умницей и посиди ещё, не двигайся».

«Я... но это не правильно...», — возразила Тан Тан, не смея взглянуть ему в глаза.

«Почему неправильно? Что плохого в том, что муж и жена моют ноги вместе?»

Тан Тан: «...».

Для нормальных мужа и жены подобное действительно не вызывало проблем, но всё ли было хорошо в их случае?

Увидев озадаченное лицо Тан Тан, Цзи Ян улыбнулся. Его большие ступни по-прежнему касались её маленьких ступней, словно он не замечал, насколько велика была ванночка для ног.

Цзи Сяо Чжо оторвался от игры и увидел, что его отец и мать вместе опустили ноги в ванночку. Разве они с папой не делали то же самое? Почему они делают это вместе, без него?

Цзи Сяо Чжо почувствовал недовольство и тут же вскочил с кровати. Он не стал надевать обувь, потому что тоже захотел прыгнуть в ванночку для ног: «Я тоже хочу попарить ноги!»

Цзи Ян схватил пухлого малыша за воротник, чтобы тот не прыгнул в воду. Он переместил малыша в сторону и тихо сказал: «Цзи Сяо Чжо, кажется, ты сегодня не занимался боевыми приемами. Можешь начинать прямо сейчас».

«Нет!» — Цзи Сяо Чжо схватился за голову руками. — «Папочка, я хочу искупаться с тобой и мамочкой. Я сделаю упражнения позже».

Цзи Ян безжалостно отказал ему: «Нет, сначала ты должен поработать кулаками».

Цзи Сяо Чжо не смог возразить, и быстро побежал в сторону, чтобы выполнить боевые приемы. Он хорошо выполнял упражнения и двигался намного быстрее, чем обычно. Когда Сяо Чжо закончил и вернулся, чтобы сделать ванночку для ног, он обнаружил, что его родители уже закончили. Мама уже лежала в постель, а отец подготовил ему таз с водой: «Давай, можешь воспользоваться ванночкой».

Цзи Сяо Чжо понял, что его жестоко обманули и недоверчиво посмотрел на отца: «Папа?»

Цзи Ян спокойно расположился на кровати с книгой, которую он взял с собой почитать: «Быстрее заканчивай, а потом ложись спать».

Цзи Сяо Чжо не видел никакой надежды в отношении своего отца, поэтому молча повернулся к своей матери. Глаза Тан Тан вспыхнули от чувства вины: «Бао Бао, прости, твой папа уже вытер мои ноги и отправил ложиться спать».

Получив объяснение от матери, Цзи Сяо Чжо молча подошёл к тазу, снял тапочки и молча опустил ноги в горячую воду. В конце концов он опустил голову и стал парить ноги. Сразу можно было заметить, каким одиноким и печальным он выглядел.

Тан Тан так расстроилась из-за него, что хотела спуститься и присесть рядом с малышом. Откуда ей было знать, что Цзи Ян будет от этого не в восторге: «Тебе нельзя подниматься. Что ты будешь делать, если замерзнешь и опять заболеешь? Ты же мне обещала, что больше не будешь болеть?»

Тан Тан послушно легла на кровать и снова посмотрела на Цзи Сяо Чжо виноватым взглядом.

Цзи Сяо Чжо расстроился, потому что его мама не пришла утешить его. Его брови внезапно приподнялись, и он громко фыркнул: «Я разозлился! Я собираюсь игнорировать вас!»

Цзи Ян кивнул: «Хорошо, раз я ты игнорируешь нас, тогда нам не нужно спать с тобой сегодня ночью? Можешь пойти в другую спальню и лечь там один».

Цзи Сяо Чжо широко раскрыл глаза, поскольку он не мог отступить на полпути, его взгляд переместился на Тан Тан.

Тан Тан быстро заговорила, чтобы помочь малышу: «Бао Бао ещё маленький. Дети должны спать с родителями. Они бояться спать одни».

Цзи Сяо Чжо собирался воспользоваться словами Тан Тан, но Цзи Ян опередил его: «Он же сам сказал, что он мужчина. Мужчина не боится спать один, разве не так?»

Если Цзи Сяо Чжо останется с ними, это будет равносильно признанию того, что он не мужчина. Но это не так. Поэтому малыш вытер ноги и выбежал из спальни со своей подушкой. Перед уходом он очень серьёзно сказал им: «Я ухожу!»

Цзи Ян махнул ему рукой: «Можешь идти».

«Я правда ухожу!»

«Поторопись, мы собираемся ложиться спать».

«Муж...» — Тан Тан жалобно посмотрела на Цзи Яна и тайком потянула его за рукав. — «Ты же не выгонишь ребёнка».

Цзи Ян взял Тан Тан за руку, и не позволял ей двигаться. Он сказал малышу, который всё ещё стоял у двери: «Нам нужно выключить свет».

Увидев, что отец настойчиво просит его уйти, Цзи Сяо Чжо наконец вздохнул и убежал, хлопнув за собой дверью.

«Что ты делаешь, муженек?» — Тан Тан наконец не выдержала и с беспокойством встала, чтобы догнать малыша.

В ответ Цзи Ян притянул её обратно. Расстояние между ними сократилось на столько, что они могли ощущать дыхание друг друга. Их взгляды переплелись.

Тан Тан напряглась и снова начала заикаться: «Что… что ты делаешь?»

Голос Цзи Яна прозвучал немного хрипло: «Тан Тан, я хочу тебе кое-что сказать».

«Ч... что?» — у Тан Тан пересохло в горле и она сглотнула.

«На самом деле, когда ты была больна, я...» Однако в тот момент, когда самые важные слова Цзи Яна уже были готовы сорваться с его губ, дверь в комнату внезапно распахнулась, и маленькая «мясная булочка» быстро ворвалась в комнату с подушкой в руках. Цзи Сяо Чжо запрыгнул на кровать между Цзи Яном и Тан Тан. Чтобы защитить Тан Тан от столкновения, Цзи Яну пришлось принять на себя весь удар маленькой «мясной бомбы». В этот момент еда в его желудке готова была вырваться наружу.





Глава 51




От боли Цзи Ян старался дышать через нос, прикрыв живот. Как мне теперь признаться? Атмосфера испорчена этим маленьким пухлым разбойником!

Тан Тан знала, какой Цзи Сяо Чжо тяжелый, поэтому испугалась и бросилась растирать Цзи Яну живот: «Как ты, муженек? Сильно болит?»

Цзи Ян почувствовал себя лучше. Он не стал убирать руку Тан Тан, позволив ей заботиться о нём, но его взгляд устремился на Цзи Сяо Чжо, выглядящего виноватым: «Разве ты не ушел? Почему ты вернулся?»

Цзи Сяо Чжо скрестил пальчики: «Я просто задумался и решил, что мне ещё рано становиться мужчиной. В конце концов, я ещё ребёнок. Нужно немного подождать, пока я стану мужчиной».

«О...», — Цзи Ян разозлился из-за бесстыдства этого пухлого малыша. Он всё испортил. Я правда хочу отшлепать его по заднице.

Цзи Ян схватился за лоб, чувствуя, что у него разболелась голова. Он впервые почувствовал, что его сын родился для того, чтобы взымать долги.

«Тан Тан, у меня голова болит»

«А? Почему у тебя разболелась голова?» — Тан Тан приблизилась и помассировала ему виски: «А сейчас? Так лучше?»

Мягкие пальцы Тан Тан надавливали на виски Цзи Яна не слишком сильно, но ему всё равно было комфортно. Всё его тело расслабилось, и он решил оставить Цзи Сяо Чжо в покое.

«Муженек, что ты хотел мне сказать?» — тихо спросила Тан Тан. Ей казалось, что только что он хотел сказать что-то очень важное.

Цзи Ян затих, и посмотрел на маленькую пухлую «лампочку», а затем покачал головой: «Я скажу тебе в следующий раз. Сегодня уже поздно, давайте ложиться спать».

Услышав, что ему наконец-то можно лечь спать, Цзи Сяо Чжо обрадовался и заёрзал, сжимая свою маленькую подушку. Тан Тан собралась уложить его спать, как обычно, в середине кровати, но она не ожидала, что малыш остановит её. Он приблизился и прошептал ей на ухо: «Мамочка, мне кажется, папочка хочет отшлепать меня по заднице. Я не могу спать посередине, это слишком опасно. Давай поменяемся местами. Когда угроза минует, мы поменяемся обратно».

Тан Тан: «…».

Цзи Ян отчетливо услышал всё, что прошептал Сяо Чжо. Неужели этот нарушитель спокойствия действительно считал себя особенным, потому что спал посередине?

Тан Тан немного засомневалась. Несмотря на то, что их кровать была широкой, если она будет спать по середине, это будет означать, что между ней и Цзи Яном останется совсем небольшое расстояние. Подумав об этом, её сердце бешено заколотилось, но ради душевного спокойствия Цзи Сяо Чжо ей пришлось поменяться с ним местами. Так что этой ночью Тан Тан спала между отцом и сыном.

Цзи Ян протянул руку и выключил свет. Комната погрузилась во тьму, но он отчетливо чувствовал слабый аромат Тан Тан рядом с собой.

Цзи Ян закрыл глаза, подавляя несвоевременный порыв, и пытался выровнять дыхание.

Однако, пока его мучения продолжались, не прошло и трех минут, как мать и сын уснули.

Цзи Ян был ошеломлен. Немного помедлив, его рука коснулась талии Тан Тан. Увидев, что та не реагирует, он медленно придвинул её к себе и обнял. Вдохнув аромат её волос, он почувствовал, как его переполняет счастье. У него перехватило дыхание от близости с ней под покровом ночи.

Раньше он не понимал, что такое любовь. Он думал, что этот бесполезное и удручающее чувство для человека. Единственное, что он чувствовал к девушкам, которые в школьные годы бегали за ним, — это раздражение. Вся его энергия уходила на учёбу и тренировки, так что он не видел смысла растрачивать её на бесполезные эмоции.

Когда его ровесники начали создавать свои семьи, сам он не особо противился браку. Он особо не задумывался о том, какой должна быть его будущая жена, просто чувствовал, что ему подойдет кто угодно, лишь бы характер был не плохим, и чтобы она не требовала к себе много внимания. Затем он услышал, что его дед тайно хочет женить его на Гу Ий И из семьи Гу. Он ничего не ответил на это, но и не стал отказываться, потому что слышал, что у Гу Ий И был очень хороший характер и она во всех отношениях соответствовала его представлениям о жене.

Однако до женитьбы дело так и не дошло, потому что как-то ночью он впервые в жизни стал жертвой заговора одной девушки. Из-за её коварного плана его жизнь претерпела огромные изменения, и небеса возложили на него неизбежную ответственность — Цзи Сяо Чжо. Ради ребёнка он женился на ней, но в конечном счёте они не смогли стать обычной парой, потому что она любила другого мужчину и использовала его, чтобы отомстить своему любимому.

Это было нелепо, но он не оправдал её надежд, ведь на тот момент он с семьей Цзи давно разорвал все связи.

Когда она узнала об этом, то пришла в отчаяние и ярость, а позже стала испытывать отвращение к нему, что заставило его задуматься о разводе.

Однако иногда небеса любят подшучивать над людьми, и с ними вдруг происходит нечто неожиданное. Например, в тот момент, когда он был готов развестись с ней, она попала в автомобильную аварию и потеряла память. Она полностью изменилась и стала такой женой, какую любой мужчина захотел бы себе: нежной и милой, простой и внимательной, главное — любящей.

Возможно, в эту эпоху такие женщины уже вымерли, но одна всё же осталась, и она была его женой. Сначала он был удивлён переменами в её характере, но при этом чувствовал заинтересованность. В конце концов он уже не мог относиться к ней как к незнакомке. Хотя он также, как и в прошлом, не тратил на неё много времени или сил, их отношения изменились. Теперь они проявляли друг к другу взаимное уважение.

Её внешность, характер и способности не были привлекательными, но она — не идеальная во всех отношениях женщина, наполняла его жизнь смыслом и позволяла ему прочувствовать тепло домашнего очага. Забота и любовь этой женщины незаметно проникла в его сердце, и он сам не заметил, как сильно начал заботиться о ней. Однако он был слишком невнимателен, чтобы заметить свои чувства к ней.

Для одних любовь страстная и безудержная, для других — обыденная и ничем не примечательная. Он относился ко второй категории, но при этом чувствовал не меньше радости и счастья, чем другие. Прежде чем испытать магию любви, он вкусил горечь человеческого существования. Он считал, что любовь может заставить его стать тем, кем он не хотел быть. Более тридцати лет он даже не задумывался о том, что однажды у него могут возникнуть мысли о женщине. Он хотел прикоснуться к ней, хотел взять её за руку и обнять за талию, хотел поцеловать её в губы и даже хотел по-настоящему овладеть ею.

Раньше Цзи Ян думал, что не относится к числу похотливых мужчин. Он вдруг понял, что, когда мужчина по-настоящему влюблен, даже на расстоянии в десять тысяч миль, его будет охватывать желание. Но это было не так уж и плохо. Просто раньше это означало, что глубоко в душе у него не было той, кого бы он мог желать. Похоже, он ничем не отличался от других мужчин.

Однако больше не было необходимости придерживаться формальностей.

Цзи Ян медленно просунул руку под шею Тан Тан и притянул к себе, глубоко прижавшись к ней. Он пришел в восторг от этой позы, и не удержался, чтобы нежно поцеловать её в ушко, прежде чем медленно закрыть глаза.

* * *

Посреди ночи Цзи Сяо Чжо внезапно почувствовал тревогу. Он неосознанно потянулся к Тан Тан, даже не открыв глаза, и позвал: «Мама ~ Мамочка ~» Однако рядом с ним не было его мамы. Цзи Сяо Чжо приоткрыл глаза и снова потянулся к ней, но так и не смог до неё дотянуться.

Мамочка пропала!

Цзи Сяо Чжо внезапно проснулся, широко раскрыл глаза и, приподнявшись, включил прикроватную лампу. Когда свет включился, Цзи Сяо Чжо осмотрелся вокруг и вдруг замер. В следующую секунду он очень разозлился, и вдруг стал похож на маленького морского ежа.

Папа утащил маму и не давал обнять её, это уже слишком!

Цзи Сяо Чжо тут же бросился к Цзи Яну, чтобы забрать свою маму из его объятий, но ему не хватило сил. Он не смог пересилить Цзи Яна и сдвинуть Тан Тан с места. Его родители продолжали спать в обнимку, а он уже был сильно измотан.

Цзи Сяо Чжо вздохнул и решил сделать перерыв, но природные позывы взяли над ним верх. Он решил сначала сходить в туалет, а потом подумать, что делать дальше.

Когда Сяо Чжо закрыл за собой дверь в ванную, Цзи Ян открыл глаза, и уголок его рта дёрнулся в улыбке. На самом деле, когда Цзи Сяо Чжо позвал свою мать, тот проснулся, но намеренно не стал открывать глаза. Он просто хотел посмотреть, что будет делать малыш.

Примерно через пять минут Цзи Сяо Чжо вернулся в спальню. Сняв тапочки и забравшись в постель, он молча стал наблюдать за родителями. После целой минуты наблюдений он заметил, что они наконец-то пошевелились. Сяо Чжо протянул маленький пальчик и ткнул Цзи Яна в лицо, прошептав: «Папа, папочка».

Он знал, что, если папа пошевелится, то его можно легко разбудить. Когда папа проснется, он может сказать, что ему страшно, поэтому он должен спать между ними. Иногда можно признаться в своих страхах. В любом случае, он ещё совсем ребенок.

Но сегодня по какой-то причине Цзи Ян не просыпался, а продолжал сладко спать. Цзи Сяо Чжо не растерялся и приблизился к уху отца, чтобы позвать его. Но тот по-прежнему спал.

Цзи Сяо Чжо недоумевал и не понимал, что случилось с его отцом сегодня вечером, но он не хотел будить маму, боясь, что она не выспится. Спустя какое-то время Сяо Чжо, находясь в отчаянии, был вынужден вернуться ко сну. Он крепко прижался к Тан Тан и попытался втиснуть своё пухленькое тельце в её объятия. Он ерзал до тех пор, пока его положение полностью его не удовлетворило, а затем уснул.

Цзи Ян открыл глаза, улыбнулся, укрыл малыша одеялом и положил свою большую руку ему на живот. И мать, и ребёнок были притянуты в его объятия.

* * *

На следующий день, когда Сяо Чжо проснулся, родителей уже не было рядом, но он всё ещё хорошо помнил прошлую ночь. Он разозлился и сразу же закричал: «Мамочка...»

Тан Тан в это время делала процедуры по восстановлению красоты в ванной. Она испугалась и поспешила выйти: «Что случилось?»

Цзи Сяо Чжо увидел свою маму и почувствовал себя обиженным: «Мама, ты бросила меня прошлой ночью. Ты хочешь только папу, а я тебе теперь не нужен!»

«А?» — Тан Тан не могла понять, о чём идёт речь. Когда это малыш стал ей не нужен? — «О чём ты говоришь, Бао Бао? Когда это мама бросала тебя?»

Цзи Сяо Чжо запрыгал на кровати, и та заходила ходуном: «Мамочка, не ври мне, я всё видел, когда захотел в туалет посреди ночи. Ты спала с папой, а я спал один. Его ты обнимала, а меня нет!»

Жалоба Цзи Сяо Чжо была слишком правдоподобной, ему незачем было врать, поэтому Тан Тан удивлённо раскрыла глаза и широко открыла рот.

Когда это она успела заснуть в обнимку с Цзи Яном? Почему она ничего об этом не знала? Неужели ей снова приснилось что-то непристойное ночью, и из-за этого она начала ворочаться и прижиматься к Цзи Яну? Скорее всего она оказалась в объятиях Цзи Яна, потому что он принял её за Сяо Чжо и обнял.

Тан Тан подумала, что такое вполне могло произойти. Вариант, где Цзи Ян мог сам проявить инициативу и обнять её был невозможным.

В конце концов она позволила себе такое поведение. Что о ней теперь подумает Цзи Ян? Не покажется ли ему, что она слишком раскованна?

Тан Тан погрузилась в свои мысли и ничего не могла с собой поделать. Другие варианты развития событий даже не приходили ей в голову.

Цзи Сяо Чжо некоторое время наблюдал, как его мама хмуриться. Она разозлилась и стукнула себя по голове. «Мамочка, что ты делаешь? Ты меня слушаешь?»

Тан Тан тут же опустила руки и почесала затылок: «Я слушаю, но мама сделала это не специально. Мама наверное сильно ворочалась во сне и оказалась в объятия твоего папы».

«Неужели?» — у Цзи Сяо Чжо не было причин не верить. Он тоже так думал. Папа никогда раньше не обнимал маму. Подобное произошло один единственный раз прошлой ночью. Возможно, она действительно сделала это не специально, поэтому малыш обнял Тан Тан за шею и сказал: «Мамочка, ты должна хорошо себя вести и не ворочаться сегодня вечером, когда мы ляжем спать. Если захочешь обниматься, лучше обними меня».

Тан Тан кивнула, и её лицо заалело.

Когда вечером пришло время ложиться спать, Цзи Сяо Чжо схватил свою подушку и устроился по середине кровати. Он раздвинул руки и ноги, чтобы разделить родителей, как млечный путь галактику.

Тан Тан опустила голову и с серьёзным видом продолжила заниматься пошивом одежды, делая вид, что не замечает намерений Цзи Сяо Чжо. Цзи Ян тоже не стал обращать внимание на Цзи Сяо Чжо и спокойно читал свою книгу. Они оба вообще никак не взаимодействовали.

Цзи Сяо Чжо постепенно успокоился и окончательно убедился, что произошедшее прошлой ночью было случайностью, поэтому перестал обращать внимание на родителей. Он медленно закрыл глаза и вскоре погрузился в сладкий сон.

Остальные два человека в спальне продолжали бодрствовать. Тан Тан снова пришла на ум сцена, разыгравшаяся прошлой ночью, где она обнимала кое-кого без тени стеснения. Она никак не могла успокоиться, и ей стало казаться, что в воздухе витает ощущение чего-то непристойного. Это заставляло её ещё больше нервничать и смущаться, поэтому Тан Тан пришлось последовать примеру малыша и лечь спать пораньше. Когда она заснет, то перестанет что-либо чувствовать.

Цзи Ян хотел насладиться сладостью момента близости с Тан Тан, но не мог. Он не хотел, чтобы Тан Тан сбежала. Он ей явно нравится, но она продолжала думать, что безразлична ему, и старалась избегать разговоров с ним. Скорее всего, она боялась, что он откажет ей. Честно говоря, если бы она призналась ему в прошлом, то, вероятно, так бы и было.

Если он вдруг скажет ей, что она ему нравится, то она испугается или подумает, что он шутит, не так ли? Скорее всего, так и будет, поэтому ему нужно было дать ей понять, что она ему нравится, а потом сказать об этом прямо, чтобы она приняла его чувства как должное.

Подумав об этом, Цзи Ян прошептал: «Тан Тан, у меня болит грудь. Можешь подойди и помочь мне посмотреть?»

Тан Тан услышала его и, всё ещё переживая смущение, тут же поднялась. Она перебралась к Цзи Яну через Цзи Сяо Чжо и, протянув руку, положила её на грудь Цзи Яну: «Здесь? Сильно болит?! Ты сегодня поранился на тренировке?»

Цзи Ян с облегчением вздохнул про себя, но на его лице не отразилось никаких эмоций: «Во время спарринга, меня случайно ударили кулаком».

Цзи Ян не лгал, его действительно ударили кулаком, но для него такой удар не имел значения, а вот его противник даже вскрикнул от боли.

А теперь он вспомнил об этом и рассказал Тан Тан. По правде говоря, Цзи Ян считал, что он ведет себя довольно бесстыдно. Зачем он это сделал? Он просто сделал это и не хотел останавливаться.

Любовь действительно меняла людей.

Тан Тан услышала, что Цзи Яна кто-то ударил, и начала переживать, не сломано ли у него ребро. Кулаки у солдат были настолько мощными, что могли легко разрывать огромные мешки с песком, она сама это видела. Если такой кулак попадет в человека, то боль будет нестерпимая.

Тан Тан протянула руку и задрала край одежды, в которую был одет Цзи Ян: «У тебя рана на груди? Дай мне посмотреть».

Цзи Ян не стал возражать и даже сам снял пижамную рубашку. У него не было причин стесняться.

Цзи Ян после получения степени магистра в двадцать четыре года пошёл служить в армию. С тех пор прошло десять лет. Десятилетняя карьера военнослужащего сделала его тело неотразимым. Он воплощал в себе мужественность и силу. Если не считать шрамов, которые символизировали его честь, то его тело состояло из сплошных мускулов. Восемь аккуратных кубиков пресса могли заставить любую женщину воскликнуть от восторга, а от вида его задницы у женщин мог случиться обморок.

Конечно, Тан Тан не стала кричать, так как её с детства учили быть сдержанной, но её кожа на щеках так покраснела, что казалось на них вот-вот выступит кровь. К счастью, из-за переживаний о ранах, полученных Цзи Яном, она смогла подавить свои эмоции, когда увидела его обнаженное тело. А когда она увидела на груди Цзи Яна окрасившуюся в кроваво-синий цвет кожу, её смущение моментально исчезло. Она запаниковала и сразу же кинулась искать для него лечебную мазь.

Обычно Цзи Ян не обращал внимания на такие незначительные ушибы, но в тот момент, когда Тан Тан серьёзно отнеслась к его лечению, он вдруг почувствовал, что получать уход и лечение за травмами было не так уж и плохо.

«Не больно?» — Тан Тан растирала мазь и подула на рану, боясь, что ему будет больно.

Цзи Ян больше не хотел упоминать о своих травмах перед Тан Тан. Он не осмелился бы сделать это снова, увидев, как она была напугана и взволнована. Он нежно погладил её по щеке: «Совсем не больно, не волнуйся».

Тан Тан решила, что он намеренно её утешает. Как ему могло быть не больно? Должно быть, ему до смерти больно.

Цзи Ян не знал, смеяться ему или плакать, и решил больше ничего не объяснять, а просто наслаждаться её вниманием.

Тан Тан ухаживала за Цзи Яном на протяжении получаса и отказывалась останавливаться. Цзи Ян увидел, что она уже устала, и взял её за руку, чтобы остановить: «Мне уже намного лучше! Уже так поздно, давай ложиться спать».

«Хорошо, завтра я снова намажу рану мазью для тебя», — Тан Тан собиралась переползти через Цзи Сяо Чжо, чтобы вернуться на своё место и лечь спать там, но Цзи Ян внезапно остановил её.

Тан Тан в замешательстве посмотрела на него.

«Просто поспи рядом со мной, чтобы ты могла помочь мне, если грудь снова заболит», — выражение на лице у Цзи Яна даже не изменилось, говоря что-то такое бесстыдное. Если бы Дун Ли или Чжо Цзи были здесь, они бы точно закричали, что Цзи Ян одержим призраком.

Хотя Тан Тан думала, что слова Цзи Яна были довольно смущающими, и от этого у неё учащённо колотилось сердце, но она всё ещё чувствовала за него беспокойство. Переборов своё смущение, она легла рядом с ним. Она снова оказалась между отцом и сыном.

Цзи Ян выключил свет, а затем коснулся её руки в темноте. Он нежно взял её за запястье и начал его массировать. В конце концов, она так долго втирала лекарственную мазь, что у неё, должно быть, болела рука.

Тан Тан прикусила губу и позволила ему массировать своё запястье. Она почувствовала, как легкое онемение от запястья распространяется по всему её телу. Всё её тело онемело. Она была очень рада, что Цзи Сяо Чжо в этот момент спит, иначе малыш мог бы снова подумать, что она заболела.

Цзи Ян терпеливо продолжал массировать её запястье, пока Тан Тан не прошла путь от нервного оцепенения до онемения, от волнения до удовольствия, от удовольствия до счастья и, наконец, пока она счастливо не уснула.

Когда Сяо Чжо снова проснулся посреди ночи из-за того, что пил воду перед сном, он увидел, как его родители снова нежно обнимались друг с другом. Увидев это, он почувствовал себя таким несчастным, словно стал сиротой.

Цзи Сяо Чжо снова превратился в маленького морского ежа.





Глава 52




На следующий день Сяо Чжо очень сердито спросил Тан Тан: «Мамочка, прошлой ночью я спал посередине, почему ты в итоге заснула с папой? Почему вы снова спали вместе?»

Тан Тан смутилась, ей было неловко объяснять малышу, что произошло прошлой ночью. Она и сама не могла ничего понять. Почему она снова оказалась в объятиях Цзи Яна? Неужели она снова двигалась во сне?

«Мамочка просто часто двигается во сне. Мама и сама не знает, как оказалась рядом с папой, хе-хе-хе», — пробормотала Тан Тан и прищурилась, чувствуя неловкость.

Цзи Сяо Чжо выпрямился и сделал вид, что обдумывает что-то: «Мамочка, почему ты какая подвижная во сне? Если ты продолжишь так себя вести, я разозлюсь! Очень разозлюсь!»

Тан Тан тут же подняла руку, чтобы дать клятву и успокоить пухлого малыша: «Мама обещает больше не делать так, это в последний раз, хорошо?» Ничего страшного, в следующий раз она просто не ляжет радом с Цзи Яном, так что она не окажется снова в его объятиях.

В итоге послушный Цзи Сяо Чжо успокоился, но ему очень хотелось узнать, как его мама оказывается рядом с отцом. Это было не логично! Он решил, что должен во всём разобраться.

Цзи Сяо Чжо задумался и решил, что сегодня вечером притворится спящим, и тайком посмотрит, что произойдет. Он вытянул палец для клятвы на мизинчиках и сказал: «Ну хорошо, сегодня в последний раз».

Тан Тан скрепила обещание, обняла бурно реагировавшего маленького морского ежа и несколько раз крепко поцеловала его, чтобы наконец-то успокоить.

Вечером Цзи Сяо Чжо снова лег посередине кровати, чтобы его родители находились на расстоянии друг от друга. Обычно он сначала играл перед сном, а потом ложился спать. Сегодня же он не стал играть, а начал зевать. Прищурившись, он посмотрел на Тан Тан и сказал: «Мамочка, я хочу спать. Я пойду спать».

Тан Тан решила, что Сяо Чжо устал в детском саду за день, и погладила его по спинке: «Спокойной ночи, Бао Бао».

Цзи Сяо Чжо потянул её за руку и стал капризничать: «Мамочка, я хочу спать с тобой, ты не против?»

«Хорошо, мама тоже хочет спать». В любом случае, время было позднее, и уже пора было ложиться в кровать. Тан Тан отложила все дела и легла вместе с Цзи Сяо Чжо. Малыш тут же крепко обнял её за шею. Он словно боялся, что кто-нибудь разлучит их друг от друга.

Как обычно, Цзи Ян читал книгу, лежа на другой стороне кровати, и не обращал внимания на то, что делают мать и ребёнок.

Цзи Сяо Чжо прищурился и взглянул на Цзи Яна. Он заметил, что тот никак не отреагировал. Малыш повернул голову и решил действовать по плану. Поговорив с Тан Тан, он медленно закрыл глаза.

Увидев, что Сяо Чжо спит, Тан Тан осторожно высвободилась от его маленьких ручек. Она встала с кровати, взяла лечебную мазь и села рядом с Цзи Яном на кровать: «Муженек, давай я нанесу тебе немного лечебной мази на грудь. Сегодня ночью ты будешь чувствовать себя лучше».

Цзи Ян кивнул и быстро снял рубашку, его обнажённое тело снова оказалось у Тан Тан перед глазами. Хотя на улице почти наступила зима, Цзи Яну не было холодно.

Тан Тан не осмеливалась открыто рассматривать его, но её взгляд был прикован к его груди и синякам. Она потерла руки, чтобы согреть их, прежде чем нанести немного целебной мази на грудь Цзи Яна, и начала массировать место ушиба.

Цзи Ян оторвался от книги и посмотрел на Тан Тан, разглядывая её лоб, брови, глаза, нос, и наконец губы. Он совсем не видел в них уродства. На самом деле она была довольно хорошенькой.

Кто сказал, что она некрасивая?

Цзи Ян попытался вспомнить, как выглядела Тан Тан в прошлом. Оказалось, что в его памяти остался лишь размытый образ. Он вообще не мог вспомнить, каким было её лицо. Похоже, что его воспоминания о ней в прошлом были очень давними, он отчетливо помнил только лицо нынешней Тан Тан. В глубине души ему даже казалось, что предыдущая Тан Тан и нынешняя были разными людьми.

Цзи Яну стало смешно от собственных мыслей. Судя по всему, это произошло, потому что раньше она была ему безразлична, но теперь он всерьёз беспокоился за неё.

Естественно, Тан Тан чувствовала на себе взгляд Цзи Яна. Сначала она хотела сделать вид, что ничего не заметила, но его взгляд был слишком обжигающим. Она не могла сохранять безразличие на своём лице, и ничего не могла с этим поделать. Ей пришлось спокойно поднять голову и спросить Цзи Яна: «О чём ты думаешь, муженек? Почему ты так смотришь на меня?»

Цзи Ян не смутился от того, что его раскрыли. Напротив, он очень серьёзно ответил: «Ты выглядишь очень мило».

«Эй...» — Тан Тан почувствовала, как её сердце внезапно забилось в груди, а мысли в голове замелькали так быстро, что она уже ни о чём не могла думать. Ей казалось, что у неё начались галлюцинации: «Я… Ты…»

Казалось, что Цзи Ян недостаточно шокировал её. Он улыбнулся и коснулся её щеки, нежно погладив её большим пальцем: «Ну, твоё лицо теперь выглядит неплохо, а позже, когда ты ещё немного наберешь вес, будешь выглядеть ещё лучше. Мне нравятся пухлые щечки, поэтому тебе нужно набрать побольше веса, хорошо?»

Мозг Тан Тан вообще перестал обрабатывать информацию. Тан Тан не успела понять его слова, но уже кивнула в ответ. Когда смысл его слов наконец дошел до её мозга, она поняла, что не стоило ей так быстро кивать.

Цзи Ян выглядел довольным, его изящные пальцы скользнули по руке Тан Тан и сжали её: «Да, твоё здоровье ещё не восстановилось. Ты не хочешь начать тренироваться со мной по вечерам?»

Тан Тан прикусила нижнюю губу, глядя на него, и не знала, стоит ли ей согласиться и кивнуть или покачать головой.

«Не хочешь тренироваться со мной?»

Тан Тан покачала головой. Она задумалась, почувствовав, что атмосфера между ними была слишком странной. Как он мог так сильно измениться? Он не только похвалил её красоту, но и прикоснулся к её лицу и к рукам, а теперь он хотел, чтобы она пошла на тренировку вместе с ним. Почему он так хорошо к ней относится? Разве её болезнь уже не прошла?

Что он в конце концов хотел сделать?! Сердце Тан Тан готово было вознестись к небесам из-за Цзи Яна, а потом внезапно упасть на самое дно, в самое пекло вулкана.

Сяо Чжо, спящий рядом, едва сдерживался, его ресницы дрожали от беспокойства и смущения. Почему его папа и мама продолжают болтать, разве они не хотят спать? Почему они ничего не делают? Неужели они хотят довести своего ребёнка до смерти?

Тысячи вопросов проносились в голове Цзи Сяо Чжо?

Двое взрослых не заметили, что Цзи Сяо Чжо притворялся спящим. Рука Цзи Яна снова потянулась к лицу Тан Тан и прикоснулась к маленьким красным губам. Его большой палец нежно погладил её нижнюю губу: «Значит, с завтрашнего дня вы с Сяо Чжо больше не будете бегать по утрам. Вместо этого, вечером после ужина мы будем тренироваться, чтобы укрепить твоё тело. В будущем ты уже не сможешь так легко заболеть. Даже если ты заболеешь, то сможешь быстро поправиться». Цзи Ян не хотел снова видеть, как Тан Тан страдает от болезни. В его голове вновь всплыло воспоминание, где она была прикована к постели.

Губы Тан Тан обожгло сладким привкусом, и она даже не расслышала, что сказал Цзи Ян. Сейчас она размышляла о том, что поведение Цзи Яна, касающегося её губ, было не слишком правильным. Как мужчина может трогать губы женщины? Даже если он не из тех, кто будет беспокоиться о таких пустяках, он не мог просто так касаться чужих губ во время разговора. Не говоря уже о том, что Цзи Ян всегда был очень серьёзным и ответственным человеком, он бы так не поступил!

Тогда почему он так просто касался чужих губ?

Он… он своим поведением заставлял неправильно его понять, казалось, что он думает «о том самом» ...

От этой мысли Тан Тан стало не по себе. Она запаниковала и встала с лекарственной мазью в руке: «Уже так поздно, пойду вымою руки».

Цзи Ян не успел ничего ответить, а Тан Тан быстро исчезла за дверью в ванную, которая с грохотом захлопнулась.

Тан Тан отчаянно умывалась в ванной, но как бы она ни старалась, никак не могла успокоиться. Её сердце всё ещё бешено стучало, а в голове, казалось, спорили две злодейки.

Злодейка 1: Цзи Ян — очень серьезный и честный человек. Он не стал бы небрежно прикасаться к губам женщины, поэтому Тан Тан ему определенно нравится. Интуиция Тан Тан никогда не подводила, и на этот раз не подведет.

Злодейка 2: На интуицию нельзя положиться, как Цзи Ян может чувствовать тоже, что и Тан Тан? Тан Тан не сильна ни в красоте, ни в способностях. Чем она может привлечь мужчину?

Злодейка 1: «Почему это она не может привлечь мужчину? Тан Тан так хорошо относилась к Цзи Яну, что от её чувств даже камень стал бы горячим».

Злодейка 2: «Что за вздор! Только вспомни, насколько плоха была предыдущая хозяйка тела Тан Тан. Думаешь Цзи Ян просто забудет обо всех предыдущих её злодеяниях? Невозможно!»

Злодейка 1: «Почему невозможно? Важнее то, что происходит сейчас! То, что было раньше, уже не так важно!»

Злодейка 2: «Нет! Первое впечатление тоже важно, оно не может так быстро исчезнуть».

Тан Тан была ошеломлена разговором двух злодеек и стукнула себя по голове, чтобы прогнать их. Она решила разобраться в ситуации, прежде чем прийти к окончательному выводу, так как доказательств было недостаточно. Если окажется, что она слишком много надумала, то лишь почувствует себя неловко. Всё же ей лучше присмотреться к нему ещё немного.

В то время как Тан Тан погрузилась в глубокие раздумья, Цзи Ян не чувствовал никакого беспокойства. Он медленно листал книгу и ждал, когда Тан Тан вернется. Единственный кто страдал в этот момент — это Цзи Сяо Чжо, притворяющийся спящим. Его мама ещё не вернулась, и вокруг было так тихо и спокойно, что подобные условия были идеальными для того, чтобы ребенок с закрытыми глазами действительно заснул. Сяо Чжо охватила сильная сонливость, и ему очень захотелось спать.

Цзи Сяо Чжо изо всех сил старался не заснуть. Он должен был дождаться возвращения матери, чтобы выяснить, что происходит!

Пять минут, Цзи Сяо Чжо терпел.

Десять минут, Цзи Сяо Чжо кусал губы и терпел.

Через пятнадцать минут Цзи Сяо Чжо ущипнул себя за живот и терпел.

Двадцать минут, Цзи Сяо Чжо потерпел неудачу и окончательно заснул.

Когда Тан Тан наконец вышла из ванной, Цзи Сяо Чжо уже спал как убитый. Скорее всего, он бы и не заметил, если бы его продали.

Тан Тан не стала смотреть по сторонам и легла рядом с Цзи Сяо Чжо. Как обычно, она обратилась к Цзи Яну: «Муженек, спокойной ночи».

Цзи Ян посмотрел на неё и хмыкнул. Он протянул руку, выключил свет и тоже лег спать.

Тан Тан закрыла глаза, и на душе у неё стало легче. В то же время она не могла скрыть своего разочарования. Он не попросил её лечь рядом с ним сегодня вечером. Неужели она действительно надумала лишнего?

С легким разочарованием Тан Тан погрузилась в глубокий сон.

В этот момент Цзи Ян открыл глаза, тихонько встал и подошел к другой стороне кровати. Он аккуратно взял Тан Тан на руки и перенес её на свою сторону кровати. Он нежно уложил её, притянул к себе и снова обнял. Двух ночей подряд, проведённых рядом с ней, было достаточно, чтобы стать зависимым. Сегодняшний вечер не был исключением.

Тан Тан даже не почувствовала, что её перенесли. Она была совсем как Цзи Сяо Чжо во сне. Она не проснулась бы, даже если бы её украли. Тан Тан даже взяла на себя инициативу и прижалась к Цзи Яну, вцепившись в него руками.

«Глупышка», — тихонько произнёс Цзи Ян. Он поцеловал её в закрытые веки и тоже заснул.

* * *

«Что!!!»

Тан Тан проснулся от крика и грохота на кровати. Она открыла глаза, и увидела растрепанного пухлого малыша в плохом настроении. Сяо Чжо прыгал на кровати и разбудил Тан Тан.

«Что случилось с моим Бао Бао?»

Цзи Сяо Чжо был похож на маленькую грустную бомбочку, которая вот-вот взорвётся от злости: «Мамочка, это уже слишком. Ты снова спала с папой прошлой ночью?»

«А? Нет! Правда нет!» Прошлой ночью она спала на другой стороне кровати. Цзи Ян не просил её спать рядом с ним.

Тан Тан почувствовала неловкость от негодования Сяо Чжо: «Всё совсем не так. Ты лежишь не слева от меня, а справа. Я четко различаю права от лева!»

«Э-э», — Тан Тан осмотрелась и её глаза широко раскрылись, как такое могло случиться? Прошлой ночью она явно легла спать слева от Цзи Сяо Чжо. Теперь она лежала справа от него. Она не смогла бы оказаться здесь, даже если бы ворочалась во сне, ведь так? Более того, Цзи Сяо Чжо такой пухлый, что она не смогла бы перебраться через него.

Цзи Сяо Чжо печально опустил голову и вздохнул. Прошлой ночью он хотел докопаться до истины. Как он мог уснуть? Почему он такой слабый? Бао Бао был в ярости!

Видя, как малыш грустит и злится, Тан Тан виновато прищурилась, но не могла перестать гадать, что же произошло.

Увидев виноватый взгляд матери, Цзи Сяо Чжо так разозлился, что снова запрыгал на кровати, и та заходила ходуном: «Мамочка, вы с папой… это уже слишком! Как вы могли оставить меня одного!»

«Не беспокойся Бао Бао!» Если так продолжиться, кровать развалится!

Чтобы спасти кровать, Тан Тан поспешно обняла пухлого малыша и поцеловала его несколько раз: «Ну, прости, прости! В следующий раз такого не повториться. Мама будет целовать тебя чаще».

Цзи Сяо Чжо немного успокоился после нескольких поцелуев, но всё равно был очень расстроен. Мама и папа спали вместе без него, хотя раньше мама спала только с ним!

Цзи Сяо Чжо почувствовал, что ситуация выходит из-под контроля.

«Тогда в будущем ты будешь обниматься вместе с папой без меня?» — Цзи Сяо Чжо с трудом произнёс эту фразу.

Тан Тан смутилась и замахала рукой, чтобы объяснить малышу происходящее: «Нет, теперь мама будет спать с Бао Бао. Мама любит Бао Бао больше всего на свете. Прошлой ночью произошла такая-то ошибка. Мама больше не будет ворочаться во сне».

Цзи Сяо Чжо немного успокоился, но не до конца: «Если ты просто спишь, значит, ты не знаешь, что происходит вокруг. Мамочка, а что, если ты ходишь во сне, когда ложишься спать?»

«Что ты имеешь в виду?» — Тан Тан могла поклясться, что спала на другой стороне кровати, но не знала, почему она уже дважды оказалась в объятиях отца Бао Бао. Тан Тан была почти уверена, что прошлой ночью её перенесли, никакого другого объяснения не приходило ей в голову. В конце концов, не может быть, чтобы она ходила во сне или что Цзи Сяо Чжо её перенёс.

Цзи Сяо Чжо задумался на три секунды и придумал, как поступить: «Мамочка, у меня есть идея. Давай пойдём в отдельную комнату и ляжем спать там, а папа пусть спит здесь один, хорошо?»

Тан Тан: «…» Как же сильно ты не любишь своего отца! Узнав об этом, разве твой отец не захочет отшлепать тебя по заднице?

Чтобы спасти пухлого малыша, Тан Тан пришлось сказать ему: «Мама не может сама принять решение по этому вопросу. Только твой папа может принять такое решение. Я боюсь, что твой отец разозлится на меня и отшлёпает. Ты же знаешь, что твой папа очень сильный». Ей пришлось использовать Цзи Яна, чтобы остудить пыл пухлого малыша. Бедный её муженек.

Цзи Сяо Чжо вспомнил, какой силой обладал его отец, особенно то, какими болезненными были удары его ладонью по ягодицам, и вдруг замер, но через некоторое время он приободрился и по-мужски похлопал себя по груди, сказав: «Мамочка, не бойся, я уговорю папочку, и он не станет бить тебя по заднице!»

«Хе-хе-хе», — Тан Тан неловко рассмеялась, решив, что в конце концов, он, а не она, получит по заднице, и что ему не удастся уговорить отца, потому что... при мысли о возможной догадке лицо Тан Тан покраснело.

Нет, она должна спросить Цзи Яна о своих догадках сегодня вечером, обязательно должна спросить! Потому что она действительно не могла понять причину его поведения. Она не могла не догадаться, что он перенес её на свою сторону кровати посреди ночи, чтобы уснуть с ней в обнимку? Она была не из тех, у кого совсем проблемы с мозгами.

Сначала она планировала понаблюдать за Цзи Яном ещё несколько дней, чтобы не понять его поведение неправильно и не смутиться от поспешных выводов, но теперь она передумала и больше не могла колебаться. Вряд ли она что-то потеряет, если спросит. Даже если она смутится, это не смертельно. В любом случае, в этом не было ничего особенного.

Просто сделай это! Удачи, Тан Тан!

В результате, когда вечером раздался стук в дверь, Тан Тан решила, что это Цзи Ян вернулся домой. Сделав глубокий вдох и полностью собравшись с мыслями, она подошла к двери, словно воин готовый к битве, и открыла её. «Муж…», — слова застряли у неё в горле.

«Ты».





Глава 53




Гу Янь Ран стояла у двери, её взгляд был скрыт за темными очками.

Тан Тан нахмурилась, чувствуя сильное недовольство: «Что ты делаешь в моём доме?»

Гу Янь Ран, казалось, не возражала против отношения Тан Тан. Её полные красные губы изогнулись в улыбке, словно между ними не было никаких разногласий: «Что? Ты не пригласишь меня войти? Вот как ты относишься к гостям?»

У Тан Тан был хороший характер, но это не значило, что над ней можно было издеваться. Одного раза было достаточно, так что она больше не видела смысла во встречах с Гу Янь Ран: «Извини, тебе не рады в моём доме».

«О», — улыбка Гу Янь Ран внезапно стала многозначительной. «Ты уверена, что это твой дом?», — спросила она, сделав, акцент на слове «твой».

«Что ты имеешь в виду? Если это не мой дом, то чей? Твой что ли?»

«Разве ты не знаешь, что я имею в виду? Ты сама должна знать, являешься ли ты хозяйкой этого дома или нет, разве нет?»

Сердце Тан Тан внезапно подпрыгнуло, зрачки сузились, и её интуиция подсказывала ей, что Гу Янь Ран что-то знает.

Да, как такое возможно?

Взглянув на Тан Тан, Гу Янь Ран улыбнулась и потянулась к двери: «Не собираешься пригласить меня присесть?»

Тан Тан неосознанно разжала руку, и дверь плавно открылась.

Гу Янь Ран вошла в дом и огляделась. Она увидела двух малышей: Цзи Сяо Чжо и Вэнь Но. Они сидели на полу возле кофейного столика и строили модель. Гу Янь Ран направилась к ним. Она села прямо напротив них и спросила: «Сяо Чжо, ты строишь модель со своей подругой?»

Цзи Сяо Чжо увидел Гу Янь Ран, и с радостно окликнул её: «Тётушка, ты пришла ко мне в гости?»

«Да, тётушка пришла в гости, чтобы навестить тебя», — Гу Янь Ран сказала это, погладив Цзи Сяо Чжо по голове. Цзи Сяо Чжо хорошо был знаком с Гу Янь Ран и, естественно, не стал бы её прогонять.

Тан Тан увидела их вместе и её взгляд помрачнел. Она не понимала, зачем Гу Янь Ран пришла сегодня, но в этот момент её сердце внезапно охватило сильное чувство тревоги.

Интуиция подсказывала ей, что сегодня вечером что-то произойдёт, и это что-то не предвещало ей ничего хорошего.

Тан Тан подавила в себе это тревожное чувство и спросила: «Что ты в конце концов делаешь? Просто говори, если тебе есть что сказать».

«Не волнуйся, Цзи Ян ещё не пришел. Когда он вернется, я всё скажу», — Гу Янь Ран просто сидела за одним столом с Сяо Чжо и Вэнь Но и изучала модель корабля вместе с ними. В отличии от Тан Тан она вела себя непринуждённо.

Тан Тан поджала губы и поняла, что та специально вела себя так. Она просто вернулась на кухню, и продолжила готовить ужин, стараясь ничего не замечать.

* * *

Через некоторое время Цзи Ян вернулся домой. Когда он вошёл, то услышал шум на кухне. Подумав о том, что Тан Тан не смогла усидеть на месте и снова занялась домашними делами, он беспомощно улыбнулся и пошёл прямо на кухню. Первое что он увидел, это стройную девушку, привычно хлопочущую на кухне, и почувствовал соблазнительный аромат еды.

«Разве я не говорил, что тебе не следует сейчас заниматься домашними делами, почему ты не слушаешься?»

Однако Тан Тан продолжала заниматься готовкой и даже не обернулась.

Озадаченный Цзи Ян подошел и обнять её за талию: «Тан Тан?»

«Ах!» — Тан Тан была потрясена внезапным прикосновением к своей талии. Кухонный нож в её руке едва не выпал. К счастью, Цзи Ян быстро перехватил его, иначе могло случиться что-то опасное.

Цзи Ян убрал нож, оттащил Тан Тан от плиты и тщательно осмотрел её с головы до ног: «Что с тобой случилось? Ты плохо себя чувствуешь?»

Обнаружив, что Цзи Ян вернулся домой. Тан Тан вздохнула с облегчением и покачала головой. «Ничего страшного», — сказала Тан Тан и указала на дверь. — «Гу Янь Ран пришла».

Цзи Ян на мгновение замер, а затем повернул голову и выглянул из кухни. Он увидел, как Гу Янь Ран стоит в гостиной и смотрит на него с улыбкой на лице. Она сидела на корточках у журнального столика, спрятавшись за диваном, так что он не сразу её заметил.

Цзи Ян сжал губы, взял Тан Тан за руку и направился с ней к Гу Янь Ран. «Зачем ты пришла?» — прямо спросил он.

Тон голоса Цзи Яна был слишком отстраненным. Хотя раньше он не проявлял к ней особого интереса, но он никогда не был таким холодным по отношению к ней, как сейчас. В глазах Гу Янь Ран мелькнула боль, и она крепко сжала кулаки, пытаясь подавить печаль в своём сердце. Она сказала: «Брат Цзи Ян, мне кажется, ты меня неправильно понял. Я хотела тебе всё объяснить, но ты не брал трубку и не желал видеться со мной в военной части. Мне оставалось лишь прийти сюда, чтобы поговорить с тобой. Брат Цзи Ян, ты можешь выслушать меня?»

Выражение лица Цзи Яна не изменилось, а тон был очень холодным: «Я не понимаю, о чём нам говорить. Тебе не нужно ничего объяснять. Я думаю, твой брат должен был сказать тебе всё, что нужно. Всё что он сказал тебе, совпадает с моим мнением. Ты умный человек и должна понимать, как вести себя в будущем».

В глазах Гу Янь Ран вспыхнул свет, и она с трудом удерживала улыбку на своих губах. Она глубоко вздохнула и, сохраняя самообладание, сказала: «Брат Цзи Ян, я не хотела никому причинять боль. Зная, что ты счастлив, я бы никогда не побеспокоила тебя, но я правда не могу молча стоять в стороне, когда тебя обманывают».

Кроме детей, все остальные поняли, о ком она говорит.

Тан Тан хотела спросить Гу Янь Ран, в чём она обманывала Цзи Яна, но Цзи Ян остановил её, потянув за руку, и заговорил первым: «Гу Янь Ран, я сам в состоянии понять лгут мне или нет. Тебе не нужно обо мне беспокоиться».

«Брат Цзи Ян!» — Гу Янь Ран не ожидала, что, узнав о её чувствах, он будет вести себя по отношению к ней так безразлично и жестоко. Раньше они явно были очень близки.

Почему он так с ней поступает?

Гу Янь Ран больше не могла сохранять улыбку на своём лице, и её колючий взгляд не мог скрыть холод, глядя на Тан Тан. Должно быть, это из-за неё Цзи Ян так изменился.

Тан Тан очень разозлилась. И теперь, когда она необъяснимым образом чувствовала себя неловко из-за взгляда Гу Янь Ран, она тут же решила ответить ей тем же!

Увидев реакцию Тан Тан, Цзи Ян сдержал улыбку и погладил её по руке: «Что ж, можешь пойти с Сяо Чжо и Но Но в спальню и поиграть с ними там».

Тан Тан поняла, что он не хочет, чтобы она и дети участвовали в подобном разговоре. Она сжала губы и наконец отвела взгляд от Гу Янь Ран. Она отвела двух детей в комнату, но не стала играть с ними, а сразу вернулась к Цзи Яну.

Поскольку сегодняшние события связаны с ней, даже если они не сулят ей ничего хорошего, она должна встретиться с ними лицом к лицу.

Цзи Ян увидел настойчивость в её глазах и был вынужден согласиться с её присутствием.

Гу Янь Ран почувствовала невидимую связь между ними, и её охватил гнев. Она расстегнула молнию на своей сумке и выложила на кофейный столик стопку документов: «Брат Цзи Ян, ты не поверишь мне на слово, но если посмотришь эти документы, то всё поймёшь. Как бы тяжело не было это говорить, но она тебе лжёт!»

Сердце Тан Тан снова сжалось, и её взгляд остановился на стопке бумаг, о содержании которой она ничего не знала. Чувство тревоги в её сердце становилось всё сильнее.

На лице Цзи Яна не отразилось никаких эмоций, он даже не стал смотреть на стопку документов, а просто сказал: «Гу Янь Ран, мы с твоим братом хорошие друзья, и я всегда относился к тебе как к младшей сестре и ничего больше. Я хотел, чтобы так всё и оставалось. Но, что касается моих отношений с женой, это должно оставаться только между нами. Если продолжишь в том же духе, мы с тобой станем чужими друг другу людьми».

От его слов Гу Янь Ран стало грустно, её глаза наполнились слезами, и она не смогла сдержать крик: «Брат Цзи Ян, даже если я тебе не нравлюсь, ты не должен сомневаться в моих искренних намерениях. Мы знаем друг друга столько лет, поэтому я не могу стоять в стороне. Неужели ты думаешь, что я причиню тебе боль? Я говорю правду. У меня есть доказательства. Вот эти доказательства. Они могут доказать, что женщина рядом с тобой, на самом деле вовсе не Тан Тан, она — фальшивка!»

Последняя фраза прозвучала как бомба, внезапно взорвавшаяся в сердце Тан Тан. Её лицо побледнело, а сама она обмякла. В голове у неё была только одна мысль: это конец, её уличили в том, что она фальшивка.

Цзи Ян услышал слова Гу Янь Ран, и его лицо помрачнело. Его взгляд стал ещё холоднее, чем прежде, и от этого холода пробирало до костей. Однако, несмотря на страх, Гу Янь Ран всё же нашла в себе смелость продолжить: «Брат Цзи Ян, она сказала, что потеряла память, но её история болезни ясно показывает, что у неё была лишь травма мягких тканей. Она не ударялась головой и не теряла память. Более того, у человека, потерявшего память, как и до амнезии прослеживаются схожие черты поведения, но в её случае, я думаю, ты тоже заметил, что её характер совершенно изменился. Раньше её поведение сильно отличалось. Она, словно стала совершенно другим человеком, верно?»

Цзи Ян ничего не ответил, и Тан Тан не могла ничего возразить.

«Брат Цзи Ян, на самом деле я подозревала, что она просто притворяется, будто потеряла память. Я переживала о том, какие цели она может преследовать, продолжая лгать и что-то от тебя скрывая, поэтому я решила проверить о ней всю информацию. Я была шокирована, обнаружив, что она не просто лжет о потере памяти, она фальшивка, притворяющаяся Тан Тан!»

Гу Янь Ран, сказав это, потянулась к стопке документов и положила информацию на всеобщее обозрение: «Сам посмотри, Брат Цзи Ян. Раньше Тан Тан никогда не готовила и никогда не училась этому, но теперь она умеет готовить даже пирожные в китайском стиле. Это просто невозможно, даже если бы она начала обучаться готовке после аварии! Кроме того, вспомни, как в прошлый раз, когда мы отдыхали на вилле, она заварила чай. Её навыки чайной церемонии даже лучше, чем у Чжо Цзи, но настоящая Тан Тан никогда не училась чайной церемонии! Может ли, человек, потеряв память, вдруг в идеале освоить то, чего никогда не знал?»

Рука Тан Тан слегка дрогнула. От холодного пота у неё по спине побежали мурашки. Теперь она жалела, что вела себя неосмотрительно, и давала повод другим подозревать её.

Цзи Ян заметил, что с ней что-то не так. Её взгляд стал ошеломлённым, и она крепко сжала его руку в своей.

Тан Тан хотела в этот момент посмотреть ему в глаза, но не осмеливалась, потому что боялась увидеть в них вопросы, на которые не могла дать ответы.

Гу Янь Ран наблюдала за тем, как Цзи Ян держит Тан Тан за руку, и решила, что он всё ещё не верит её словам. Она не удержалась и продолжила свои объяснения: «Брат Цзи Ян, если ты считаешь, что мои слова неубедительны, то я предоставлю тебе самое убедительное доказательство». Сказав это, Гу Янь Ран достала несколько фотографий, на которых без исключения была изображена бывшая владелица тела Тан Тан.

На фотографиях были изображены сцены, где настоящая владелица тела Тан Тан рисовала, сцены, где она что-то писала, и сцены, где она что-то ела. В любом случае, все эти фотографии были из реальной жизни девушки, неизвестно, где их взяла Гу Янь Ран.

«Ты хорошо рассмотрел? Это фотографии настоящей Тан Тан, когда она училась в колледже. Человек на всех этих фотографиях в основном пользуется левой рукой, потому что она левша!»

Тан Тан была потрясена. Она подняла голову и внимательно посмотрела на фотографии и убедилась, что всё так и есть. Девушка на всех фотографиях без исключения пользовались только левой рукой.

А она сама — обычная правша.

«Соседка Тан Тан по комнате общежития сказала, что ей было неудобно пользоваться правой рукой, она всё делала левой рукой. А ты», — Гу Янь Ран указала на Тан Тан, — «Полная противоположность, ты — правша. Даже когда человек теряет память, он не может забыть свои инстинкты, но ты, потеряв память, стала правшой. Как ты это объяснишь?»

Тан Тан не могла ничего объяснить, и её сердце упало. Она хотела, чтобы этот секрет никогда не был раскрыт, но не ожидала, что правда всё-таки выйдет наружу.

Гу Янь Ран повернула голову и снова посмотрела на Цзи Яна: «Я уверена, что теперь ты мне поверишь. Та, что рядом с тобой, точно не Тан Тан. Она — фальшивка. Её внешность, должно быть, результат пластической операции. Я знаю, что эта идея слишком нелепа. В такое сложно поверить, поначалу и мне было трудно в это поверить, но факт в том, что мы не знаем, кто она. Иначе никак нельзя объяснить её аномальное поведение?»

Гу Янь Ран сделала паузу, а затем сказала: «На самом деле очень просто доказать, фальшивка она или нет. Просто возьми и сделай тест ДНК между ней и Сяо Чжо».

Что? Настроение Тан Тан, только что рухнувшее в бездну, внезапно поднялось из-за этих слов, и она застыла на месте.

Гу Янь Ран говорила не о том, что Тан Тан переселилась в чужое тело, а о том, что она выдавала себя за настоящую владелицу тела?

Это была просто ложная тревога!

Тан Тан должна была признать, что Гу Янь Ран обладала довольно развитыми мыслительными и аналитическими способностями, но несмотря на то, что у неё были все эти доказательства, единственный вывод, к которому она могла прийти, заключался в том, что кто-то притворяется Тан Тан, а не в том, что кто-то переродился в её теле.

На самом деле Тан Тан не понимала, что для современных людей мир воспринимался с научной и материальной точки зрения. Большинство людей не верили в небесные законы. Они считали, что в мире не существует призраков. Гу Янь Ран была убеждённой атеисткой. Она считала, что призраки и боги — это чепуха, так как же, в таком случае, она могла подумать о переселении душ? Пределом возможностей её мышления была догадка о фальшивке, притворяющейся другим человеком. Ей потребовалось много времени, чтобы прийти к такому выводу.

Как раз в тот момент, когда Тан Тан застыла, ошеломленная происходящим, Цзи Ян, который до этого молча слушал, заговорил: «Биологическая она мать моего сына или нет, об этом я знаю лучше, чем кто-либо другой. Мне не нужно делать тест ДНК, чтобы это понять. Фальшивка? Жизнь — это не телесериал, нужно иметь слишком богатое воображение, чтобы додуматься до такого».

«Брат Цзи Ян! Ты всё ещё мне не веришь? Я ...» — Гу Янь Ран хотела сказать что-то ещё, но Цзи Ян прервал её. — «Гу Янь Ран, если ты не уйдешь сейчас сама, я позвоню твоему брату, чтобы он приехал и забрал тебя».

«Нет, не надо!» — Гу Янь Ран быстро остановила его. Больше всего она боялась, что брат узнает о том, что она пришла сюда, и расскажет всё родителям. Тогда она даже из дома не сможет выйти.

Она собирала эти доказательства, преодолевая множество трудностей. Ради этих доказательств ей пришлось расспросить скольких людей. Она думала, что доказательств будет достаточно, чтобы убедить брата Цзи Яна в её словах. Но в итоге, он посчитал её слова выдумкой. В этот момент Гу Янь Ран почувствовала отчаяние и по её щекам потекли слёзы. Её переполняли грусть и безысходность, но человек, о котором она больше всего беспокоилась, был равнодушен к ней, и даже испытывал к ней отвращение.

Гу Янь Ран всегда вела себя высокомерно, и не могла принять поражение. Она не хотела терять лицо перед Тан Тан. Гу Янь Ран схватила свою сумку и выбежала за дверь. Она была уже не так уверена в себе, как в тот момент, когда пришла сюда.

На кофейном столике по-прежнему лежали доказательства, которые принесла Гу Янь Ран.

Тан Тан опустила взгляд. Несмотря на то, что тревога оказалась ложной, у неё всё равно не хватило смелости посмотреть на Цзи Яна и заговорить с ним. Хотя он только что сказал, что не верит Гу Янь Ран, доказательства были настоящими. Он такой умный, как он может сомневаться в словах Гу Янь Ран?

Но если бы он попросил её объяснить сомнения, высказанные Гу Янь Ран, что бы она ответила?

Прежде чем Тан Тан успела придумать, как ей поступить, Цзи Ян взял на себя инициативу и сказал: «Иди и позови детей к ужину, они, должно быть, проголодались».

«А? Да», — Тан Тан сжала губы, не понимая, о чём он сейчас думает.

* * *

Ужин прошёл очень спокойно, и Цзи Ян не стал больше поднимать тему, о которой они говорили с Гу Янь Ран. Он продолжал молчать, пока они не собрались ложиться спать. Он выглядел спокойно и ужасающе одновременно, и чем спокойнее он был, тем сильнее билось сердце Тан Тан. Если бы доказательства, принесенные Гу Янь Ран, всё ещё не лежали на столе, то она бы решила, что присутствие Гу Янь Ран сегодня было всего лишь иллюзией.

Он что, совсем не сомневается? Почему он ничего не спрашивает?

Тан Тан невольно подумала про себя: он ничего не спрашивает, потому что настроен скептически, или потому что готов лично всё проверить, а потом снова вернуться к этому вопросу? Всё же в глубине души он должно быть уже настроен скептически, возможно сейчас он просто думает о том, как с ней поступить?

Тан Тан до смерти испугался собственных мыслей. Она даже не вспомнила о том, что сегодня вечером должна была поговорить с Цзи Яном о его чувствах к ней.

* * *

Когда Цзи Сяо Чжо взял Тан Тан за руку и сказал Цзи Яну, что собирается спать с ней в другой комнате, Тан Тан задумалась и вдруг поняла, что его хитрая уловка, сейчас была очень даже кстати.

Цзи Ян прищурился и посмотрел на Цзи Сяо Чжо: «Ты хочешь спать с мамой в другой комнате?»

У Цзи Сяо Чжо мурашки побежали по коже, но он всё же набрался смелости и кивнул, сказав: «Папочка, мамочка ворочается во сне. В последнее время она перекатывается с места на место и мешает тебе спать, поэтому будет лучше, если мы пойдем спать в другую комнату».

Очевидно, что в этом вопросе главную роль играло собственническое желание Сяо Чжо. Он действительно с трудом придумал такую грандиозную причину. Цзи Ян удивился и сказал: «Мама не мешает папе спать. Напротив, папа очень хорошо спал в последние дни. Значит, вам не нужно идти спать в другую комнату».

Результат тяжелой мыслительной работы и лишений был моментально устранен. Цзи Сяо Чжо расстроенно почесал затылок и высокомерно сказал: «Я тоже ворочаюсь во сне. Я потревожу твой сон, так что нам всё равно лучше пойти спать в другую комнату».

Цзи Ян продолжал безжалостно разбивать аргументы Сяо Чжо: «Не лучше ли тогда тебе спать одному в другой комнате? Так ты не будешь беспокоить свою маму и меня, и мы оба сможем спать спокойно».

Цзи Сяо Чжо: «…»

Сяо Чжо долго ломал голову, но больше не смог придумать ничего в ответ. Он понял, что не сможет ничем противостоять отцу, и сильно встревожился. Ему пришлось обратиться за помощью к Тан Тан, другому участнику разговора, которая тут же захотела превратиться в черепаху и спрятаться в панцирь.





Глава 54




Тан Тан получила от малыша сигнал о помощи. Ей пришлось медленно поднять взгляд и, безудержно ломая голову, придумать правдоподобную причину, чтобы уйти в другую комнату на ночь. «Муженек, мне кажется, в словах Бао Бао есть здравый смысл. Мы спим втроём в одной кровати. Ночью слишком тесно спать вместе, так что спать отдельно лучший вариант, ха-ха-ха»

Тан Тан сказала это без тени бесстыдства. Кровать в главной спальне была размером 1,8 метра. Для семьи из трёх человек этого было более чем достаточно. Цзи Сяо Чжо мог свободно на ней ворочаться, никому не мешая. Там было достаточно места.

«Слишком тесно?» — Цзи Ян повторил эту фразу, раскрыв глаза.

«Ох, да», — Тан Тан прищурилась и кивнула. Эх, сегодня она действительно не осмелилась бы лечь в одну постель с отцом Бао Бао. Вдруг он начнет задавать ей вопросы, что ей тогда делать, что ответить? Сейчас у неё в голове был полный бардак. Она едва могла подобрать нужные слова.

Цзи Ян на мгновение уставился на Тан Тан и спросил: «Ты действительно не хочешь остаться и спать здесь?»

Тан Тан почувствовала, что Цзи Ян явно не рад. Она действительно не хотела здесь спать. Ей было довольно неловко. Она сегодня была сама не своя от страха. Поэтому ей пришлось прикусить губу и кивнуть.

Цзи Ян фыркнул и спустя долгое время тихо сказал: «Хорошо, раз так».

Цзи Сяо Чжо немного растерялся. Он не ожидал, что его отец так легко согласится на их просьбу. Его отец ясно дал понять, что не согласен спать отдельно, но почему, как только его мама попросила о том же самом, тот согласился?

Тан Тан тоже не могла в это поверить. Она думала, что Цзи Ян не согласится на эту просьбу. Как он мог их отпустить так легко?

Мать и сын застыли как вкопанные. Цзи Ян открыл свою книгу, собираясь почитать, а затем спросил: «Вы же не хотите здесь спать, почему не уходите?»

Тан Тан вдруг почувствовала смущение от того, что они с малышом бросали Цзи Яна одного. Не будет ли ему одиноко? Ему не с кем будет поговорить, только и остается читать книги в тишине.

Тан Тан прикусила губу, раздумывая, стоит ли ей извиниться, но, прежде чем она успела это сделать, Цзи Сяо Чжо, сбегая, вывел её из комнаты. Он опасался, что отец пожалеет о своих словах и передумает.

Тан Тан: «…».

Цзи Ян: «…».

Цзи Сяо Чжо быстро привел Тан Тан во вторую спальню. Он со скоростью ветра подлетел к кровати и радостно забрался на неё. Он начал безудержно вертеться и кровать заходила ходуном.

Неужели этот малыш не испытывает угрызений совести из-за того, что бросил отца?

Совесть Цзи Сяо Чжо действительно не мучила его. Он продолжал ворочаться, пока окончательно не устал, а затем похлопал по кровати и позвал Тан Тан: «Мамочка, давай спать вместе!»

Тан Тан подошла и взяла малыша на руки. Она расправила беспорядочно скомканные простыни, а затем уложила Сяо Чжо обратно. «Бао Бао, тебе не кажется, что мы поступили плохо? Папе будет одиноко одному. С ним там никого не осталось. Ему даже поговорить там не с кем, а мы взяли и оставили его в одиночестве».

Счастливый взгляд Цзи Сяо Чжо померк, и они с Тан Тан переглянулись. Сяо Чжо возразил: «Но папа продолжает обнимать маму во сне».

Тан Тан не понимала, почему Цзи Сяо Чжо так яростно реагировал на это. Малышу, похоже, очень не нравилось, что Цзи Ян обнимает её. Каждую ночь перед сном, ему не терпелось их разлучить. Увидев, что они оба спят вместе, Сяо Чжо готов был взорваться, как ядерное оружие. Очевидно, что в других вопросах он не проявлял такой сильной собственнической привязанности. Обычно он очень беспокоился о чувствах других людей.

Тан Тан не могла понять, о чём Сяо Чжо думал в глубине души. Она погладила его по головке и спросила: «Бао Бао, почему ты не хочешь делить маму со своим отцом? Другие отцы часто обнимают мам своих детей».

Глаза Цзи Сяо Чжо вспыхнули, и он прошептал: «Из-за того, что папа обнимает маму, я не могу обнимать тебя. Я тоже хочу обнимать свою маму».

«Тогда мы можем позволить папе спать с нами. Ты будешь спать посередине, а папа с мамой будут обнимать тебя, и мы будем спать все вместе. Разве так не будет лучше? Так папа будет обнимать не только маму».

Цзи Сяо Чжо не хотел соглашаться. Он задумался, а затем тихо прошептал на ухо Тан Тан: «Мамочка, мне кажется, у нас проблемы из-за папы. Он должно быть тайком похищает тебя, пока я сплю, иначе ты никогда бы не убежала от меня! Значит, это сделал папа!»

Тан Тан посмотрела на малыша: «Откуда ты знаешь?»

«Догадался!» — Хотя это и было всего лишь предположением, Цзи Сяо Чжо был уверен в своей правоте. — «Это моя мужская интуиция! Это точно!»

Тан Тан подумала: «Когда это у Бао Бао развилась мужчина интуиция?» Но она должна была признать, что инстинкты этого маленького мужчины, похоже, были довольно точны, потому что она тоже считала, что это дело было как-то связано с Цзи Яном.

Цзи Сяо Чжо наконец пришел к выводу: «Значит, мы не можем спать в одной комнате с папой, потому что, даже если я буду спать посередине, когда я усну, папа снова тебя похитит. Я не смогу защитить тебя от него».

Почему он говорить так, словно его отец — чудовище? Когда это она нуждалась в защите? Тан Тан была просто в шоке. Мир в воображении ребенка порой было очень сложно понять.

«Хорошо, мама всё поняла. Теперь можно спокойно засыпать, мама в безопасности, теперь мне не нужна твоя защита», — Тан Тан похлопала малыша по спинке и уложила его спать.

Однако Цзи Сяо Чжо посмотрел на дверь, внезапно вскочил с кровати и, как вор, прокрался к двери, чтобы запереть её.

Тан Тан молча посмотрела на него.

Малышу было всё равно на её упрекающий взгляд: «Я боюсь, что папа придет сюда, пока я сплю, чтобы украсть тебя. Так будет безопаснее».

Тан Тан не могла понять, что за тревожные мысли были в голове у малыша.

Цзи Сяо Чжо больше не нужно было бояться, что отец и мать снова будут спать вместе, и с облегчением заснул. В отличие от Тан Тан, которая вместо того, чтобы заснуть вместе с Цзи Сяо Чжо, не могла сомкнуть глаз. Она чувствовала себя не в своей тарелке. Она не могла уснуть, ворочаясь в бесчисленных позах и глядя в темноту на потолок. В ту особенно тихую ночь её сердце было переполнено смятением. Она продолжала думать о том, что произошло сегодня вечером.

Хотя Гу Янь Ран в конце концов пришла к ошибочному выводу, и тайна Тан Тан не была раскрыта, но доказательства, которые принесла Гу Янь Ран, подтверждали факт её необъяснимого существования. Любой, кто ознакомился бы с результатом расследования, смог бы найти различия между ней и настоящей Тан Тан.

Никто не может всю жизнь притворяться другим человеком.

Задумавшись о том, что Гу Янь Ран действительно узнала её секрет, Тан Тан не боялась, что Гу Янь Ран что-то с ней сделает. В тот момент она боялась только одного: что Цзи Ян больше никогда не захочет с ней видеться, узнав правду. Думая о том, что она не сможет жить с Сяо Чжо и его отцом, она сильно испугалась. Все её остальные страхи моментально исчезли.

Пока Цзи Ян принимал её, она ничего не боялась, в мире не было ничего, что могло бы напугать её.

Ситуация походила на момент перед казнью на гильотине: когда она висит над головой, ты продолжаешь переживать, но в один прекрасный момент верёвка действительно обрывается, и ты испытываешь облегчение. Точно так же произошло и сегодня: то, что Гу Янь Ран раскрыла её секрет было не так уж и плохо. По крайней мере, она почувствовала смелость воспользоваться возможностью и признаться в самом большом секрете своей жизни перед Цзи Яном. Раньше она не знала, стоит ли ей признаться Цзи Яну и раскрыть ему свой секрет. Она не знала, как это сделать, но теперь она приняла решение, что должна сделать это самостоятельно, даже если в итоге всё сложится не лучшим образом для неё.

Завтра! Она решила, что пойдёт к нему завтра и всё расскажет. Пусть Цзи Ян сам решит, что делать, каким бы не был исход, она не будет возражать. Даже если он прогонит её, это не будет иметь значения.

Бремя, лежавшее на её плечах, внезапно исчезло, и Тан Тан почувствовала, как расслабляется её тело и душа. Сонливость начала одолевать Тан Тан, и её веки затрепетали.

Как раз в тот момент, когда Тан Тан собиралась заснуть, в темноте внезапно раздался звук открывающейся двери. Тан Тан вздрогнула и посмотрела на дверь. Дверь медленно открылась, и в проёме показалась чья-то фигура.

Первой реакцией Тан Тан было броситься на вора, но, когда послышались шаги приближающегося человека, она подавила желание вскрикнуть.

Шаги принадлежали — Цзи Яну.

Тан Тан почувствовала облегчение, но оно сменилось сомнением. Почему он не спал, хотя было уже так поздно? Что он здесь делает?

Желание узнать, что происходит, заставило Тан Тан молча закрыть глаза и притвориться спящей. Она лежала неподвижно, желая увидеть, что он будет делать.

Однако целью Цзи Яна оказалось не что иное, как похищение Тан Тан. Она притворялась спящей, но вдруг её взяли на руки и унесли из комнаты.

Внезапно Тан Тан попала в чьи-то объятия, но она всё ещё притворялась что спит, и ей пришлось сдержать возглас. Она никак не отреагировала на то, что её выкрали из комнаты. Но в этот момент она вспомнила, слова Цзи Сяо Чжо перед тем, как лечь спать. Он сказал, что боится, как бы отец не украл её тайком. Тогда она подумала, что поведение этого малыша слишком забавное. Теперь ей казалось, что его отец, тоже вел себя как ребёнок.

Но, Бао Бао, ты должен знать, что никакой замок не защитит от твоего отца!

Цзи Ян отнес девушку в главную спальню, уложил её на кровать, а затем лёг рядом. Он положил одну руку ей под шею, а другую — ей на талию, и крепко прижал её к себе, как делал это несколько ночей подряд.

Поведение Цзи Яна превзошло все ожидания Тан Тан. Близость между ними была за гранью пределов её терпения, так что она не могла унять своё сердцебиение, а в голове у неё опустело.

Он… он… что он делает?

Тан Тан вспомнила о том, как Цзи Сяо Чжо в последние дни, проснувшись, обижался на неё. Он говорил, что они с Цзи Яном крепко обнимались и спали вместе. Неужели подобное происходило по вине Цзи Яна всё эти дни? Как такое могло произойти?

Неужели она случайно узнала правду?

Однако в следующую секунду произошло нечто ещё более неожиданное. Нежный поцелуй коснулся лба Тан Тан, а затем её глаз, носа и, наконец, губ. Лёгкий поцелуй с тёплым дыханием и знакомым вкусом опустился на губы Тан Тан.

По её телу пробежал электрический ток, и она совершенно забыла, как дышать.

«Ты хочешь умереть? Дыши», — когда веселый голос Цзи Яна зазвучал возле уха Тан Тан, она чуть не подпрыгнула.

Он что, разговаривал с ней?

Цзи Ян усмехнулся: «Не хочешь просыпаться? Значит я могу продолжать целовать тебя?» Его тёплое дыхание снова коснулось её лица.

Тан Тан испугалась и открыла глаза. Она застыла и уставилась на красивое лицо Цзи Яна, находящееся так близко перед ней.

Цзи Ян посчитал её поведение забавным и ущипнул её за нос: «Почему ты не спишь?»

«Ты… ты… ты знал, что я не сплю?»

«Откуда мне знать, что ты не спишь?» — Цзи Ян добавил свой вопрос, а затем ответил. — «С того момента, как я взял тебя на руки, то всё понял. Твоё тело было очень скованным, а сердцебиение слишком громким».

«Ты… ты», —Тан Тан не знала, что на это ответить.

Цзи Ян вздохнул, погладил её по щеке и посмотрел ей в глаза: «Что ж, я догадываюсь, о чём ты думаешь, и я скажу тебе всё сегодня вечером».

Тан Тан почувствовала, как в её груди разливается жар, но не знала, было ли это от смущения или от чего-то ещё.

«Я боялся, что напугаю тебя, если внезапно скажу всё как есть. Я хотел, чтобы ты привыкла ко мне, прежде чем признаться. Но кто же знал, что такое случится сегодня вечером. Боюсь, что если ничего не прояснить, то ты не только захочешь спать отдельно, но и сбежишь от меня», — Цзи Ян сделал паузу, и его глаза потемнели, как чернила. Тан Тан казалось, что каждое его слово словно молотом вбивалось в её сердце: «Тан Тан, послушай, ты мне нравишься. С тех пор, как ты заболела, я места себе не находил и понял, что люблю тебя. Теперь, с этого момента, мы будем настоящей парой, хорошо?»

Тан Тан прижала руки к груди и раскрыла рот. Спустя долгое время она сказала то, из-за чего Цзи Ян весело рассмеялся: «Я сейчас сплю? Ты не мог бы ущипнуть меня?»

Цзи Ян рассмеялся над ней и вдруг обхватил руками её лицо: «Мне не нужно причинять тебе боль, у меня есть способ получше, чтобы доказать, что ты не спишь». После этого Цзи Ян поцеловал Тан Тан, накрыв её собой. На этот раз это уже не было простым и лёгким прикосновением, их губы сомкнулись в страстном поцелуе, а языки переплелись. Язык Цзи Яна неистово атаковал её, лишая воздуха.

Цзи Ян полностью отбросил своё привычное спокойствие и невозмутимость. В этот момент он был похож на свирепого волка, схватившего свою добычу, и неистово вцепился в неё. В то же время он прижимал свою добычу к себе и не давал ей возможности сопротивляться. Он просто делал то, что хотел.

Тан Тан стала этой несчастной добычей.

Она не знала, сколько времени прошло после этого, но, когда Тан Тан уже решила, что Цзи Ян зацелует её до смерти, он наконец отпустил её.

Ошеломленная и раскрасневшаяся Тан Тан жадно вдохнула свежий воздух. Она почувствовала, что снова жива, но ей было слишком стыдно смотреть Цзи Яну прямо в глаза.

Куда делись его спокойствие и сдержанность?

Цзи Ян ухмыльнулся и прижал ладони к её раскрасневшимся щекам: «Ну, как думаешь, ты всё ещё спишь?»

Тан Тан поспешно покачала головой. Всё происходящее определенно было реальным!

«Тогда что ты думаешь о моих словах? Хочешь быть со мной настоящей парой?»

Конечно же, Тан Тан хотела этого. Сто тысяч раз она думала об этом, ведь он тоже ей нравился. Всё это было похоже на сон, фантастический сон! Если бы это произошло раньше, она бы упала в обморок от радости.

Но сегодня… Почему он ничего не спрашивал? Неужели он совсем в ней не сомневался?

Тан Тан прикусила нижнюю губу. Она колебалась, но всё же попыталась спросить: «Почему ты не спрашиваешь меня о том, что сказала Гу Янь Ран? Ты разве не сомневаешься во мне? А вдруг я действительно не та, кого ты знаешь?»

Цзи Ян долго молчал, прежде чем ответить: «Я действительно думал, что у тебя амнезия, но сегодня вечером я понял, что ошибался. Ты не теряла свои воспоминания, ты совершенно другой человек».

Сердце Тан Тан сжалось: «Тогда ты всё ещё...»

Цзи Ян прервал Тан Тан, потому что ему было что ещё сказать: «Но знаешь ли ты, почему Гу Янь Ран сомневалась в тебе и даже провела расследование, а я нет?»

Тан Тан озадаченно посмотрела на него.

«Потому что я ничего не знал о настоящей Тан Тан и не собираюсь узнавать. Мне не важно, чем ты отличаешься от неё. После твоей «потери памяти», я продолжал думать о том, что эти перемены пошли только на пользу нам с Сяо Чжо. Я был рад видеть такие изменения. Так зачем мне что-то выяснять? Несмотря ни на что, мне нравишься нынешняя ты».

Тан Тан уставилась на него и забыла, что хотела сказать.

«Тан Тан, я хочу сказать тебе, что даже если ты и не настоящая Тан Тан, для меня это не имеет значения. Мне не нравилась та женщина. Та, кто мне нравится — это ты, нынешняя ты. Меня всё устраивает, пока ты остаёшься собой».

Сердце Тан Тан словно сорвавшееся с высоты, плавно и уверенно приземлилось на землю. Теперь можно было не беспокоиться о том, что оно разобьётся.

На глазах Тан Тан выступили слёзы.

Оказывается, он действительно не сомневался в ней. Ему было всё равно, потому что она ему нравилась, и всё было по-настоящему.

Тан Тан никогда ещё не была так счастлива. Слёзы текли по её щекам, но она улыбалась как никогда широко: «Муженек, я сейчас так счастлива».

Цзи Ян вытер её слёзы: «Почему ты плачешь, глупышка».

«Я счастлива. Я до смерти боялась. Я боялась, что ты меня выгонишь. Я боялась, что больше никогда не увижу тебя и Сяо Чжо. Кто бы мог подумать…» — Тан Тан плакала и смеялась. На душе у неё вдруг стало так легко. Ей очень хотелось поделиться своим секретом с Цзи Яном: «Я хочу признаться тебе, что я на самом деле не та Тан Тан, которую ты знал. То, что сказала Гу Янь Ран — это правда, но я не какой-то двойник, на самом деле я переродилась в этом теле после смерти».

Говоря о «перерождении», Тан Тан боялась напугать Цзи Яна. Однако он всё ещё молчал, и выражение его лица было не таким шокированным, как она ожидала. Он выглядел таким спокойным, что, казалось, он её не расслышал.

Разве он не должен был испугаться? Тан Тан переживала и коснулась его щеки, спросив: «Муженек, ты понимаешь, что я говорю? Ты испугался? Не бойся, я не злой дух».

Цзи Ян беспомощно накрыл ладонью мягкие пальчики Тан Тан и ответил: «Я понимаю, и я не боюсь. Просто я уже догадывался об этом раньше».

Тан Тан была шокирована: «Ты уже догадывался?»

Цзи Ян небрежно кивнул: «Возможно, я не до конца понимал, что из себя представляет твоя душа, но твоё тело на 100% принадлежит настоящей Тан Тан. Когда я впервые вернулся домой после твоей потери памяти, я взял твои волосы и волосы Сяо Чжо, чтобы сделать тест ДНК в больнице. Ты на все 100% мама Сяо Чжо».

Тан Тан широко раскрыла глаза. Она такого не ожидала.

«В начале я подумал, что изменения в тебе были слишком значительными. Я переживал, что кто-то притворяется моей женой, чтобы выведать военные тайны Китайской армии. Мне пришлось серьезно отнестись к этому вопросу. После того, как я подтвердил твою личность, остальное перестало меня волновать. Что касается того, почему твой характер и поведение изменилось, раньше я действительно не хотел выяснять причину этого. Твоя реакция во время сегодняшнего разговора подсказала мне, что ты не настоящая Тан Тан, и что, возможно, в теле настоящей Тан Тан действительно поселилась душа кого-то другого».

Тан Тан была поражена: «Тебя не удивляет то, что кто-то переродился теле твоей жены?» Почему он такой спокойный?

Цзи Ян слегка рассмеялся и объяснил: «На самом деле такие вещи, как перерождение, действительно пугают, но не настолько, чтобы продолжать это отрицать. В этом мире есть много того, чего люди не понимают. То, что мы чего-то не знаем, не значит, что этого не существует».

Тан Тан восхищенно посмотрела на Цзи Яна, он был таким умным и спокойным. Если бы она была на его месте, то сильно бы испугалась. Он принял всё как должное, пока она волновалась и беспокоилась.

Тан Тан сжала губы и сказала: «Если бы я знала, что ты так отреагируешь, то не стала бы так сильно волноваться и просто призналась бы тебе».

Цзи Ян улыбнулся и обнял её: «Ещё не поздно, расскажи мне всё, что хотела».

Тан Тан радостно прижалась к его груди. В этот момент она впервые рассказала ему о своей настоящей личности. Она рассказала о том, как она жила в прошлом, ничего не скрывая.

Цзи Ян продолжал молча слушать.

К тому времени, как Тан Тан закончила свой рассказ, небо за окном уже побелело — наступал рассвет. Они сами не заметили, как проговорили всю ночь напролёт, и никто из них не хотел спать.

Цзи Ян посмотрел на часы: до начала рабочего дня оставался час, поэтому он поцеловал Тан Тан в лоб: «Хорошо, а теперь закрывай глаза и крепко засыпай, я сам отведу Сяо Чжо в детский сад».

Тан Тан улыбнулась в его объятиях и почувствовала, что всё её тело расслабилось и наполнилось счастьем. Ей больше не о чем было беспокоиться.

Как же я счастлива!

«Спи», — Цзи Ян похлопал её по спине, как ребёнка. Тан Тан тут же закрыла глаза и уснула.

Цзи Ян принёс Тан Тан завтрак, взял свой мобильный телефон, отправил сообщение и перевёл деньги на чей-то счёт. Если бы Тан Тан увидела содержание этого сообщения, то была бы очень удивлена, потому что Цзи Ян просил кого-то уничтожить всю информацию о Тан Тан, чтобы больше не было никаких расследований в её адрес.

Если Гу Янь Ран так легко смогла найти доказательства, то и другие при желании смогут это сделать. Цзи Ян никогда бы не позволил никому другому расследовать это дело или использовать эти доказательства в качестве угрозы. В этом мире только он должен знать секрет Тан Тан.

Она всегда будет матерью Сяо Чжо, и его женой.





Глава 55




Тан Тан проснулась ближе к полудню, чувствуя себя отдохнувшей и полной сил. Ей казалось, что весь мир сияет, всё вокруг было прекрасным, и настроение было просто отличным!

Тан Тан предположила, что, наверное, у всех бывает такое же приподнятое настроение, когда происходит что-то хорошее.

Ах, она ему тоже нравилась. С этого момента они стали настоящей парой, было радостно даже думать об этом.

Тан Тан с удовольствием поела, с радостью постирала свою одежду, а затем привела себя в порядок. Когда пришло время забирать Цзи Сяо Чжо из детского сада, она вышла из дома.

Однако, когда Тан Тан с нетерпением потянулась обнять своего малыша, тот холодно посмотрел на неё и отвернулся. Он шел рядом с Вэнь Но, и не спешил так, как раньше, на встречу своей маме, и не кричал радостно, прыгая в её объятия.

Кажется, малыш очень расстроен, и причиной его недовольства стала она сама.

Тан Тан вспомнила о том, как малыш всю прошлую ночь пытался отдалить её от Цзи Яна. Он также специально запер дверь перед тем, как лечь спать, чтобы отец не украл его маму. В итоге он проснулся и обнаружил, что матери нет. Тан Тан могла только представить себе, как ему сейчас было грустно и одиноко.

Сегодня он вполне оправдано мог злиться на неё.

Тан Тан не удержалась и стукнула себя по голове. Она действительно была виновата, потому что потеряла рассудок из-за Цзи Яна. В противном случае ей следовало бы пробраться обратно в комнату Сяо Чжо до того, как малыш проснётся, чтобы он не узнал, что прошлой ночью его отец снова похитил его маму.

Это была её ошибка.

Тан Тан улыбнулась, прищурилась и поприветствовала малыша, старательно льстя ему: «Мой невероятно замечательный и красивый Бао Бао, мама пришла забрать тебя».

К сожалению, этот малыш был не падок на лесть, его губы были плотно сжаты, а на пухлом личике, всегда сияющем улыбкой, теперь красовалось бесстрастное выражение, как у Цзи Яна.

Какой ужас, кажется, он действительно разозлился.

Чтобы успокоить малыша, Тан Тан применила все свои кулинарные навыки. Блюда, которые она приготовила на ужин, были его самыми любимыми. Стол просто ломился от мясных блюд.

«Давай, Бао Бао, съешь кисло-сладкие свиные ребрышки, которые приготовила твоя мама. Вот, этот кусочек самый вкусный». Тан Тан положила самый большой кусочек мяса в тарелку Сяо Чжо, пытаясь заставить его улыбнуться.

В обычное время Сяо Чжо с удовольствием открыл бы рот и съел его, а потом бы мило поблагодарил свою маму, но сегодня малыш был не в настроении. Даже его любимые ребрышки не вызывали у него интереса. Вместо этого он взял палочки и положил в рот овощи: «Я хочу похудеть, я не могу есть мясо».

Обычно малыш не признавался, что он толстый, не говоря уже о том, что его трудно было заставить похудеть, но теперь ему даже похудение было по душе.

Она совершила тяжкий грех.

Тан Тан быстро бросилась на кухню, чтобы приготовить для малыша пирог с кокосовым молоком. За ужином Сяо Чжо почти ничего не съел, и она боялась, что он был голоден.

Цзи Ян подошел к ней сзади, обняв её за талию и опустив подбородок ей на плечо, и стал наблюдать за её работой.

Тан Тан немного смутилась: «Ох, что ты делаешь, дети же рядом играют».

Цзи Ян слегка улыбнулся: «Цзи Сяо Чжо не станет входить. Разве он сейчас не злится?»

Тан Тан покраснела и ухмыльнулась: «Ты ещё спрашиваешь, это всё из-за тебя. Бао Бао разозлился, потому что я снова спала с тобой. Мне нужно было прокрасться обратно утром, чтобы малыш не застал нас вместе».

Цзи Ян чуть сильнее обнял Тан Тан за талию: «Почему ты не можешь быть со мной? Где это видано, чтобы жена кралась, чтобы её не застали вместе с мужем».

Цзи Ян ласково называл Тан Тан «женой», из-за чего она почувствовала себя счастливой. Она тихо и нежно прошептала ему в ответ: «Бао Бао ещё маленький, дети часто ревнуют и не хотят, чтобы кто-то крал у них маму. Нужно немного подождать, он подрастёт, и станет более понимающим».

Тан Тан понимала поведение малыша, потому что сама была такой в детстве. Она ревновала свою няню к другим детям. Она боялась, что та будет любить других больше. В глубине души она хотела быть единственной, кого любит её няня.

Цзи Ян фыркнул: «Не думаю, что дело в этом. Этот парень не такой уж узколобый. Насколько я могу понять, у него должна быть какая-то другая причина».

«А?» — Тан Тан в замешательстве повернулась к нему. — «Что ты имеешь в виду? Есть какая-то другая причина?»

Цзи Ян воспользовался возможностью и поцеловал Тан Тан в губы: «Я не знаю, о чём думает Сяо Чжо. Нужно спросить у него».

Тан Тан почувствовала, что с прошлой ночи Цзи Ян сильно изменился. Раньше он вёл себя сдержано, а теперь открыто целовал и обнимал её, вынуждая её смущаться. Оказывается, Цзи Юэ была права: если мужчина ведет себя серьёзно, это лишь показывает, что ты ему неинтересна.

Цзи Юэ не обманула её.

Тан Тан очень боялась, что он снова придет и украдёт её сегодня вечером. Цзи Сяо Чжо и так был в плохом настроении, в таком случае она не сможет вернуть его расположение к себе. Тан Тан могла лишь сердито посмотреть на Цзи Яна и сказать: «Сегодня вечером я должна успокоить Бао Бао. Если ты снова придёшь сегодня вечером, и заберешь меня к себе, всё станет ещё хуже».

«Не хочешь видеть меня сегодня вечером?» — спросил Цзи Ян, и в его тоне слышалось недовольство.

«Это не так! Я хочу успокоить Бао Бао. Нам нужно немного подождать, пока он не успокоится, хорошо? Ты же его отец, просто уступи ему немного».

Цзи Ян задумался, а потом вдруг указал на её губы и жестом попросил её поцеловать себя.

Лицо Тан Тан покраснело, но, чтобы уговорить Цзи Яна не приходить за ней сегодня вечером, ей пришлось побороть своё смущение и поцеловать его в губы, но в следующую секунду она быстро отстранилась от него.

«Ладно, я всё компенсировала, ты не должен приходить сегодня вечером».

Угрюмое настроение Цзи Яна сменилось нескрываемой радостью, которую можно было прочитать в его взгляде.

* * *

Разобравшись со взрослым, Тан Тан принялась за ребенка и отнесла свежеиспечённый пирог с кокосовым молоком прямо в спальню к малышу.

«Бао Бао ~ Бао Бао, скорее посмотри, этот пирог с кокосовым молоком мама приготовила специально для тебя. Он сладкий и вкусный, попробуй его».

Цзи Сяо Чжо отвернулся и, не обращая на неё внимания, тихо сказал: «Я не хочу есть, я хочу похудеть».

Тан Тан подошла к нему и развернула Сяо Чжо к себе: «Ерунда, мой Бао Бао такой красивый, зачем ему худеть? Тебе не нужно худеть, ты и так самый красивый!»

Малыш фыркнул и по-прежнему не смотрел в сторону сладкой и вкусной выпечки.

Тан Тан отложила выпечку, взяла Сяо Чжо на руки и поцеловала его: «Ох, Бао Бао, мама была неправа! Мама просит у тебя прощения, хорошо? Мама обещает, что не будет обращать внимания на папу сегодня вечером. Я просто останусь с тобой, когда ты заснешь, так что не сердись~»

Малыш пару раз дёрнулся, но так и не смог вырваться из её объятий. Он нахмурился и замер, ему было лень ей отвечать.

Тан Тан воспользовалась шансом, она тут же отломила кусочек пирога и положила его в рот малышу. «Бао Бао, ты же мужчина, как ты можешь вести себя как девочка? Ты же человек широких взглядов, верно?»

Неизвестно, то ли пирог было слишком вкусным, то ли слова Тан Тан — слишком сладкими, но малыш моргнул и глубоко вздохнул. У него было такое выражение на лице, словно ему ничего не оставалось, кроме как сдаться, и сказал: «Ну хорошо. Я готов закрыть на это глаза, но в следующий раз ты не должна так поступать!»

Малыш наконец-то смягчился!

Тан Тан тут же дала клятву: «Мама обещает не совершать ошибок, пожалуйста, Бао Бао, поверь мне!»

Цзи Сяо Чжо удовлетворённо кивнул, и его взгляд переместился на оставшийся пирог.

Тан Тан тут же отправила кусочек пирога в своих руках ему в рот, а затем отдала ему всю тарелку: «Бао Бао, быстрее съешь его, это будет значить, что ты прощаешь маму. Тогда мама больше не будет переживать».

Сяо Чжо съел целую тарелку пирога за десять минут, чтобы показать, что он простил свою маму.

Довольный малыш потрогал свой животик, облегченно вздохнул и лёг на кровать. Пухлые ножки покачивались в воздухе, демонстрируя хорошее настроение малыша.

Очевидно, вкусная еда помогла улучшить настроение малышу.

Тан Тан с облегчением вздохнула, легла рядом с Сяо Чжо и погладила его по животику. Малыш довольно прищурился, словно котёнок, которого только что потискали. Он выглядел очень мило.

«Бао Бао, ты уже не злишься?»

Цзи Сяо Чжо великодушно кивнул: «Я прощаю тебя. Но ты не можешь тайно спать с папой, иначе я больше не буду таким великодушным».

Что ещё за «тайно спать»? Тан Тан смутилась из-за слов малыша, и в её памяти невольно всплыл вчерашний поцелуй с Цзи Яном, от чего её щёки снова покраснели.

Однако Сяо Чжо, кажется, сильно беспокоился о том, что она спит с Цзи Яном. Сначала она подумала, что ребёнок не хочет делить с кем-то свою маму, но видимо всё было не так. Неужели у Бао Бао действительно была другая причина для беспокойства?

Тан Тан обняла Цзи Сяо Чжо и продолжила гладить его животик, в этот момент она спросила: «Бао Бао, мама хочет задать тебе вопрос».

«Хорошо».

Тан Тан снова задал вопрос, который уже задавала вчера: «Почему тебе не нравится, что папа и мама спят вместе? Ведь отцы и матери других детей тоже спят вместе?»

Маленькие ножки Цзи Сяо Чжо внезапно замерли. Он несколько раз моргнул, прежде чем ответить: «Я же уже говорил, потому что, когда папа обнимает маму, я не могу обнимать тебя. Я хочу спать с мамой в обнимку каждый день».

Тан Тан посмотрела на маленькую ножку Сяо Чжо, которая перестала дергаться, и её интуиция подсказала ей, что здесь было что-то ещё. Поэтому она скопировала манеру речи Цзи Яна, прищурилась и спросила: «Вот как? Но раньше, ты очень хотел спать с мамой и папой. Почему же ты больше не хочешь этого?»

Глаза Цзи Сяо Чжо быстро забегали: «Мне вдруг расхотелось».

«Вот как?» — Тан Тан схватила лицо малыша и спросила. — «Бао Бао, маме не нравится, когда дети врут. Ты врёшь?»

Цзи Сяо Чжо нахмурил свои маленькие бровки. Всё его лицо было похоже на маленькую паровую булочку. Через некоторое время он сдался и сказал: «Ладно, я соврал. Хотя мне и не нравится, что отец постоянно забирает тебя у меня, но я хочу спать с тобой отдельно не по этой причине».

Неужели есть и другая причина! Тан Тан тут же спросила: «Тогда в чём причина? Расскажи маме, я всё улажу».

Цзи Сяо Чжо закусил свою маленькую нижнюю губу. Он не сразу назвал истинную причину своего поведения: «Потому что я не хочу младшего братика или сестричку».

Тан Тан немного смутилась: «Что? Младший братик или сестричка? Что ты имеешь в виду?»

Цзи Сяо Чжо вдруг положил свою маленькую ручку ей на живот, посмотрел на него и осторожно спросил: «Мамочка, вы с папой подарите мне младшего братика или младшую сестричку?»

Тан Тан раскрыла глаза от изумления: «От кого ты это услышал? Почему ты вдруг упомянул об этом?»

Цзи Сяо Чжо стало немного грустно, и её голос прозвучал очень тихо: «Мамочка, не ври мне. Вы с папой спите вместе по ночам, чтобы родить мне младшего братика или сестричку. Я всё знаю, мой друг Сюй Хан И рассказывал мне, что его родители не разрешают ему спать с ними по ночам. Он всегда спит один, и когда бабушка укладывала его, она сказала ему, что он не может с ними спать, потому что его папа и мама хотят подарить ему младшего братика или сестричку. После этого его мама действительно родила ему младшего братика».

Сказав это, Цзи Сяо Чжо сморщил своё круглое личико и добавил: «Его младший брат такой уродливый, он похож на обезьяну».

Тан Тан: «…» Почему с современными детьми так сложно разговаривать.

«Папа никогда раньше не спал с мамой, но теперь вы каждый день оставляете меня одного. Если это не из-за того, что вы хотите подарить мне младшего брата или младшую сестру, то из-за чего ещё?» — Цзи Сяо Чжо сжал губы и потянул Тан Тан за одежду, признаваясь в своей ошибке. — «Мамочка, прости, я не хочу младшего брата или сестру, поэтому придумал такой способ, чтобы разлучить тебя с папой. Но вы с папой всё равно спите вместе, мне так грустно. Я боюсь, что у мамы в животике уже появился младший брат или сестра».

Сначала Тан Тан думала, что единственное чего хочет малыш — это спать отдельно вместе с ней. Откуда ей было знать, что причина его поведения была такой сложной. Этот ребёнок слишком много надумал. Если бы он не признался, она бы до самой смерти не смогла бы ничего понять, тоже самое касалось и Цзи Яна.

Дети не понимали, что такое брак, и как у пары получаются дети. Они думали, что если мама и папа будут обниматься вместе во время сна, то у них родится ребенок. По этой причине Сяо Чжо решил, что Тан Тан и Цзи Ян собираются подарить ему младшего брата или сестру. Ему не терпелось увести её, чтобы у родителей не было возможности завести второго ребёнка.

Тан Тан не знала смеяться ей или плакать, это было нормально, что дети не знают, как рождаются дети, но кое-что её всё же заинтересовало: «Ты не хочешь себе младшего братика или сестричку? Почему? Если у тебя будет братик или сестричка, с ними можно будет весело поиграть, разве не так?»

Цзи Сяо Чжо покачал головой и сказал: «Младшие такие надоедливые. Брат Сюй Хан И часто портит его домашнее задание. Его брат разрисовал все его книги. Он хотел проучить своего брата, но его мама поругала его и сказала, что старшие должны уступать младшим. Он сказал, что теперь его папа и мама любят только младшего брата, а его больше не любят. Многие мои одногруппники так говорят. Мама, я не хочу младшего брата и младшую сестру. Если появится младший брат или младшая сестра, вы меня больше не будете любить».

Сердце Тан Тан вдруг сжалось. Маленький мальчик так боялся, что его родители его разлюбят. Должно быть, это было связано с тем, что настоящая Тан Тан его не любила. Он с таким трудом заслужил любовь мамы и папы, поэтому не было ничего удивительного в том, что малыш боялся потерять любовь своих родителей.

Тан Тан не стала обещать малышу, что наличие младшего брата или младшей сестры не лишит его любви родителей, она просто не осмеливалась давать такие обещания. Человеческое сердце переменчиво, и многие родители не могут гарантировать то, что они будут относиться ко всем своим детям одинаково. Честно говоря, Тан Тан не знала, будет ли всё так же хорошо относиться к Сяо Чжо, если она действительно родит своих собственных детей.

Если есть вероятность того, что она перестанет любить Сяо Чжо, то предпочла бы не заводить второго ребёнка. Пока она довольна тем, что у неё есть, она готова дарить всю свою любовь и преданность Цзи Сяо Чжо и Цзи Яну, потому что они позволили ей быть рядом с ними. Они позволили ей жить в этом доме, и были очень важны для неё, гораздо важнее, чем второй ребёнок.

Поэтому Тан Тан торжественно пообещала малышу: «Не волнуйся Бао Бао, мама обещает тебе, что мама и папа не будут дарить тебе младшего братика или сестричку».

«Правда, мамочка? Ты не станешь рожать второго ребёнка?» —несмотря на то, что малыш был мал, он знал о политике страны, разрешающей иметь двух детей на семью. Он знал об этом законе, потому что Цзи Ян каждый день заставлял Сяо Чжо смотреть с ним новости.

Тан Тан кивнула: «Верно, я не буду рожать второго ребёнка!»

Малыш попытался сдержать улыбку и озвучил свой план: «Мамочка, раз вы с папой не станете заводить второго ребёнка, то вам нельзя спать вместе. Чтобы папе не было одиноко, одну ночь я буду спать с тобой, а другую с папой. В таком случае, мы все будем очень счастливы».

«Хорошо».

Цзи Сяо Чжо считал, что не заводить второго ребёнка тождественно тому, чтобы не спать вместе, — эта мысль не давала Тан Тан покоя. Она не знала как на это отреагирует Цзи Ян, когда всё узнает.

Я с нетерпением жду того, как он отреагирует на это.

Волнующий его вопрос был решён, и Цзи Сяо Чжо сразу же почувствовал сонливость. Он не смог сдержать зевоту и сказал: «Мамочка, давай спать».

Тан Тан ласково похлопала малыша по спинке, чтобы он уснул. Когда малыш заснул, она выключила свет и тоже закрыла глаза, чтобы уснуть.

Однако через пять минут дверь снова открылась, и в комнату вернулся вор.

Тан Тан недоверчиво посмотрела на проскользнувшего в комнату мужчину: «Ты же обещал не приходить сегодня вечером?»

Цзи Ян ухмыльнулся, он снова взял её на руки и вышел из комнаты: «Я ни с чем не соглашался. Я даже и слова не сказал».

Тан Тан не унималась: «Я же тебя поцеловала!»

«Я не говорил, что если ты меня поцелуешь, то я не приду».

Тан Тан недоверчиво посмотрела на этого ревнивца: «Ты… ты… ты лжец!»

«На войне все способы хороши».

Тан Тан стукнула его, но для Цзи Яна это было всё равно что щекотка.

Цзи Ян снова принес Тан Тан в главную спальню и положил на кровать. Накрыв её своим сильным, мускулистым телом, Цзи Ян крепко прижал её к себе: «Ты моя жена, разве ты не должна согревать постель своему господину-мужу всю ночь?»

Что ещё за «господин-муж» и «согревать постель»? Этот мужчина специально дразнил её! Он был таким ужасным!

«Ты!» — Тан Тан сжала кулаки и снова стукнула его по груди, но это вызвало у Цзи Яна только смех. Он взял её кулачок и приложил его к своим губам.

Тан Тан вдруг почувствовала, как что-то твёрдое упирается ей в живот. Как девушка, которая прочла бесчисленное количество грязных книг, Тан Тан вдруг поняла, что это такое. Она тут же покраснела с готовы до пят.

Он хочет её?

Цзи Ян внезапно замер, и его взгляд устремился на неё. В его голосе вдруг послышалась едва заметная хрипота: «Тан Тан, не хочешь ли ты согреть постель своего мужа? Хм?»

Конечно же, Тан Тан понимала, что будет означать её ответ. Если она откажется, то Цзи Ян не станет её принуждать, но как она могла отказать ему?

Тан Тан стыдливо закрыла глаза и, не осмеливаясь взглянуть на Цзи Яна, тихонько кивнула.

Она согласилась.





Глава 56




Стало очевидно, что эти двое хотели одного и того же.

Дыхание Цзи Яна тут же остановилось, а в его глазах мгновенно вспыхнули искры, такие горячие, что могли расплавить её.

Хотя Тан Тан была достаточно храброй, чтобы в тайне от няни украдкой читать грязные книги и различные любовные романы, в реальной жизни она была обычной и застенчивой девушкой. Когда Цзи Ян посмотрел на неё, она смущенно закрыла своё лицо руками.

В уголках губ Цзи Яна появилась улыбка, он нежно убрал её руки и сказал: «Не прячься, посмотри на меня».

Тан Тан была вынуждена отпустить руки, хотя ей было очень неловко. Она медленно открыла глаза и попыталась встретиться взглядом с Цзи Яном, как он и хотел.

В глазах Тан Тан читались застенчивость и скрытое обожание, которое она испытывала к Цзи Яну. Он не увидел в них ни следа нежелания.

Она готова была отдаться ему без остатка.

Сердце Цзи Яна мгновенно растаяло. Он никогда не думал, что однажды испытает такие нежные чувства к женщине. Цзи Ян сгорал от нетерпения, он хотел немедленно слиться с ней в объятиях и никогда не расставаться с ней.

Подумав об этом, Цзи Ян без колебаний, наклонился и прижался своими губами к алым губам молодой девушки. Он целовал её губы, пока она не начала издавать звуки. Этого было достаточно, чтобы он мог проникнуть своим языком в её маленький ротик. Его большой и властный язык, словно исследуя неизвестную территорию, тесно переплетался с её маленьким язычком.

«Эн~», — Тан Тан не понимала, где она находится, и её взгляд застелила пелена. Будь то на небесах или на земле, казалось, остались только они одни. Тан Тан расслабилась, и растеклась в объятиях Цзи Яна, словно вода на песочных берегах. Её бессознательные стоны и вздохи, подстёгивали Цзи Яна, позволяя ему делать всё, что он хотел.

В этот момент Тан Тан стала такой мягкой, нежной, и в то же время такой очаровательной, что сильно отличалось от её обычного образа. Её облик утратил невинность маленькой девочки и приобрёл очарование зрелой женщины. Такой образ Тан Тан в постели, лишь ещё больше провоцировал свирепого вожака волчьей стаи, и делал его ещё более свирепым. Несомненно, он готовился безжалостно проглотить свою добычу.

* * *

В три часа ночи грубые вздохи и нежные стоны, заставляющие сердце неистово биться, наконец утихли, и в комнате воцарилась тишина.

Высокий мужчина, насытившись, лежал на кровати и обнимал маленькую женщину, дрожащую от пережитого и прикрывающую лицо руками. Большая ладонь нежно погладила Тан Тан по голове, а губы поцеловали её в макушку и лоб. После случившегося в голосе Цзи Яна звучала хрипотца: «Тебе всё ещё больно?»

Тан Тан судорожно вздохнула. Она ещё не оправилась от пережитого потрясения и сжалась в объятиях своего возлюбленного. Она хотела сказать, что ей не больно, но из-за хрипоты не могла говорить. Понимая, что сама довела себя то такого состояния, Тан Тан поёжилась от стыда и тихо замычала. Она могла лишь легонько покачать головой, показывая, что ей не больно.

На самом деле поначалу было немного больно. Его размер был немного непривычным. Она так испугалась, что ей показалось, будто она вот-вот сломается, но позже боль постепенно прошла. Напротив, она стала чувствовать себя очень хорошо. Сладостное послевкусие заставило Тан Тан смущённо закрыть глаза. Она, как маленький страусёнок, хотела зарыться в его объятия.

«Хорошо, что не больно», — Цзи Ян коснулся её волос, и уголки его губ слегка приподнялись. В его глазах читалось редкое удовольствие, и он прошептал ей на ухо: «Хочешь принять душ?»

Тан Тан тут же кивнула. Она была вся в липком поту, но у неё не было сил.

«Хорошо, подожди немного», — Цзи Ян откинул одеяло, раскрывая своё обнажённое тело. Он встал с кровати и направился в ванную комнату, чтобы набрать для неё горячую воду в ванну. Вскоре он вернулся в спальню за Тан Тан.

У Тан Тан совсем не было сил, поэтому она позволила Цзи Яну отнести себя в ванную. Однако, после этого она поняла, что Цзи Ян собирается оказать ей полный спектр услуг. Он не только помог ей добраться в ванную комнату, но и собирался искупать её. Он усадил Тан Тан в ванну, а сам сел рядом с ней на стул и стал вытирать её полотенцем.

«!!!» — для Тан Тан это выходило за все рамки дозволенного, она быстро потянулась к полотенцу в его руке и хриплым голосом попыталась сказать. — «Ты можешь выйти, я могу сама помыться».

Цзи Ян отклонил её руку и дотронулся до кончика её носа: «Веди себя хорошо и не двигайся. Чего ещё я тут не видел и не трогал, тебе нечему стыдиться».

Тан Тан быстро сжала губы: «Не говори так».

«Хорошо, не буду говорить, но тогда не двигайся, чтобы я мог тебя помыть», — в этот момент Цзи Ян был таким нежным и очаровательным, что сильно отличалось от его обычного поведения. Это застало Тан Тан врасплох.

Поскольку Тан Тан не могла больше сопротивляться и не могла забрать у него полотенце, ей пришлось принять помощь Цзи Яна. Она уткнулась своим красным, как ягодицы обезьяны, лицом в его плечо и притворилась спящей, чтобы не чувствовать себя так неловко.

«Извини, в следующий раз я буду осторожнее».

Во время купания, Тан Тан вдруг услышала извинение Цзи Яна. Она открыла глаза и посмотрела на него. Она заметила, как он рассматривает синяки на её теле, и его взгляд был полон отчаяния и смущения.

Конечно же, эти синяки — дело рук Цзи Яна. Кожа у Тан Тан была тонкой и нежной, а у него были сильные руки солдата. Впервые за столько лет Цзи Ян открыл для себя наслаждение женщиной, и он был слишком взволнован, чтобы сохранять рассудок. Из-за того, что он не контролировал свою силу, тело Тан Тан теперь выглядело особенно жалко. У неё на коже почти не осталось нетронутых мест, особенно его шокировали сине-фиолетовые отпечатки от его ладоней на её талии и кровавые следы от укусов на её белоснежных бедрах. Можно было себе представить, каким жестоким был Цзи Ян. Вот почему не было ничего удивительного в том, что Тан Тан была не в лучшей форме.

Цзи Ян решил, что сегодня он должно быть сошел с ума, и тихо застонал, представляя, насколько болезненными были эти синяки: «Я ужасен! Ты можешь побить меня, чтобы тебе стало легче».

Сожаление в его глазах заставило Тан Тан почувствовать себя не в своей тарелке. Как она могла его побить? Она покачала головой и сказала: «Ничего, мне не больно, просто выглядит не очень. Завтра всё будет в порядке».

Если бы на её месте была другая женщина, она бы точно разозлилась и заплакала бы, отвесив мужчине пару пощёчин, но эта глупая девчонка просто утешала его. Она действительно глупая, но в то же время эта её глупость заставляла сердце Цзи Яна смягчиться.

Цзи Ян вздохнул и продолжил её мыть, стараясь привести её в порядок.

Когда его руки опустились ниже и коснулись определенной части её тела, Тан Тан не смогла увернуться. Она вдруг вспомнила об одном важном событии и чуть не вскрикнула от неожиданности: «Ой!»

Цзи Ян был шокирован её реакцией: «Что? Что случилось?»

Тан Тан обеспокоено прижала руки к своему животу: «Муженек, я ведь не забеременею?»

Цзи Ян замер, прежде чем убрать её руки от живота: «Ты не забеременеешь. Я надел презерватив».

Тан Тан услышала его слова и, вспомнив, что такое «презерватив», сразу же вздохнула с облегчением: «Тогда мне не нужно волноваться».

Её реакция заставила Цзи Яна заподозрить неладное: «Ты боишься беременности? Не хочешь детей?»

Тан Тан сначала покачала головой, а затем кивнула: «Никаких родов, муженек, у нас уже есть Бао Бао. Давай не будем заводить второго ребёнка».

В современном мире каждой семье разрешено было иметь не более двух детей. Тан Тан жила в мире, где считалось, что, если в семье четверо или пятеро детей — это не так много. Но из-за Цзи Сяо Чжо Тан Тан готова была отказаться от второго ребёнка. Ей было достаточно его одного.

«Почему?» — Цзи Ян был в шоке. Он думал, что она захочет родить ещё одного ребёнка, и ему бы хотелось, чтобы у них родилась дочь.

Тан Тан немного помедлила, а затем приблизилась и тихонько поведала ему на ухо о причине, по которой Цзи Сяо Чжо хотел разлучить их.

Цзи Ян долго молчал.

«Муженек, глядя на Бао Бао, может показаться что каждый день он счастлив и беззаботен, но на самом деле он очень чувствительный ребенок. Он боится, что мы его разлюбим. Он боится, что другой ребёнок отнимет у него нашу любовь. Вот почему он так бурно отреагировал и придумал такой грандиозный план, чтобы разлучить нас. Так что давай не будем заводить второго ребенка. У нас уже есть Бао Бао, так что давай отдадим ему всю нашу любовь».

Цзи Ян вздрогнул, он поднял руку и озадаченно потер свои брови: «Ты действительно не хочешь собственного ребенка?» В конце концов, она не рожала Сяо Чжо.

Тан Тан очень серьёзно кивнула: «Я правда не хочу этого! Ты должен знать, что многие родители игнорируют старшего ребёнка после рождения второго. Я совсем не хочу игнорировать Бао Бао, но я не уверена, что так и будет, когда у нас появится ещё один ребёнок. Я не хочу игнорировать Бао Бао, но не могу гарантировать, что буду абсолютно справедливо относиться к обоим детям. Так что будет лучше если у нас будет только Сяо Чжо. Когда он женится, у нас появится невестка. Она станет нам дочерью, разве не так?»

Цзи Ян молча выслушал её, а затем улыбнулся и сказал: «Верно, в будущем у нас появится дочь».

Увидев, что Цзи Ян тоже согласен с этим решением, Тан Тан радостно улыбнулась и сказала ему: «Бао Бао такой забавный. Он решил, что мы не будем снова спать вместе, чтобы у нас не появился второй ребёнок. Теперь он собирается спать одну ночь с тобой, а другую со мной, чтобы нам не было одиноко. Ха-ха-ха»

Цзи Ян тоже весело улыбнулся. «Этот ребёнок! Мне не нужно, чтобы он спал со мной», — сказав это, он многозначительно посмотрел на Тан Тан.

Тан Тан сразу поняла, что он имеет в виду, и смущённо возразила: «Я обещала Бао Бао, что у нас не будет второго ребёнка. Мы не можем сказать ему, что спим в одной комнате, иначе он подумает, что я ему соврала. Он… он расстроится, так что позже мне придётся вернуться к Бао Бао, чтобы он не понял, что я уходила».

«Ты действительно готова играть в эти тайные отношения? Где это видано, чтобы муж и жена так себя вели?» — Цзи Ян недовольно, ущипнул её за щёку.

Тан Тан знала, что задевала этим чувства Цзи Яна, поэтому позволила себя ущипнуть, и сказала: «Бао Бао ещё маленький, поэтому нам нужно подождать. Когда он подрастёт, то станет более разумным. Тогда нам не придется скрываться».

Цзи Ян обиженно надул губы и ничего не ответил.

Увидев это, Тан Тан обняла его за шею и сказала: «Прости, я знаю, что обидела тебя. Теперь я буду каждый день готовить твои любимые блюда».

«Я и так каждый день ем то, что люблю».

«Хм», — Тан Тан задумалась и поняла, что так и было. Она почесала затылок, желая изменить ситуацию к лучшему, но не знала, как это сделать. Кроме готовки и шитья, у неё не было других навыков. Ей пришлось спросить Цзи Яна: «Тогда чего ты хочешь? Я сделаю всё возможное, чтобы порадовать тебя, хорошо?»

«Ты уверена? Ты сделаешь всё, что я захочу?»

Тан Тан почесала затылок: «Если это в моих силах, я обязательно это сделаю. Но ты же знаешь, что я не очень способная и денег у меня нет, так что я мало что могу для тебя сделать».

В глазах Цзи Яна мелькнула едва уловимая радость: «Не волнуйся, ты точно сможешь выполнить мою просьбу. Но боюсь, ты не захочешь этого».

«Как я могу не захотеть?» — Тан Тан похлопала себя по груди в знак подтверждения. — «Если я смогу это сделать, то буду только рада помочь!»

«Хорошо, ты сама это сказала», — Цзи Ян рассмеялся и прошептал ей на ухо свою просьбу. — «Значит, завтра ночью ты будешь сверху»

«!!!» — лицо Тан Тан покраснело, и она закричала, глядя на него затуманенным взглядом. — «Ты всё подстроил!»

Вода стала холодной. Цзи Ян вытащил её из ванной и завернул в банное полотенце: «Ты же сама говорила, что готова на всё, если это в твоих силах? Разве ты не в силах сделать это? Хочешь забрать свои слова обратно?»

Тан Тан очень сожалела о своих словах, но теперь обратного пути у неё не было. Каждый раз, когда она представляла себя в такой позе, ей казалось, что она потеряна для мира в свои 18 лет, это было слишком постыдно!

Что же мне делать? Она дала обещание, и должна была его сдержать. Тан Тан могла лишь сдержать слезы и согласиться на его условие.

Настроение у Цзи Яна было очень хорошим. Он помог Тан Тан одеться и добровольно отнес её обратно к Цзи Сяо Чжо. Он ушел, оставив Тан Тан наедине с её мыслями. После чего ей оставалось лишь кусать одеяло и оплакивать саму себя.

* * *

На следующий день Цзи Сяо Чжо разбудил Тан Тан. Малыш проснулся ранним утром и увидел рядом с собой крепко спящую маму. Он был так рад, что готов был подарить своей маме дюжину поцелуев. Тан Тан проснулась от того, что её всю покрыли слюнями.

Увидев, что Тан Тан проснулась, Цзи Сяо Чжо бросился в её объятия: «Мамочка, ты проснулась! Ты хорошо спала прошлой ночью?»

Тан Тан вспомнила все события прошлой ночи, и ей стало стыдно. Она постаралась, чтобы на её лице не отразилось ничего кроме радости и кивнула: «Мама очень хорошо спала прошлой ночью».

Цзи Сяо Чжо вздохнул, похлопал себя по маленькой груди и сказал: «Это хорошо. Прошлой ночью мне приснилось, что кто-то плохой издевается над тобой. Ты так сильно плакала, а я так волновался, но понятия не имел, где ты находишься. Я пытался найти тебя, но не смог».

Прошлой ночью Тан Тан действительно плакала и кричала. Неужели Бао Бао на самом деле услышал её, нет ведь? Она действительно была такой громкой?

«Ох, это всего лишь сон, мама не плакала, не волнуйся».

Цзи Сяо Чжо в замешательстве коснулся горла Тан Тан: «Мамочка, а что с твоим горлом? Почему ты говоришь так, словно у тебя пропал голос? Тебе было не хорошо прошлой ночью?»

Тан Тан смущенно откашлялась: «Ну, мама вчера немного простудилась, поэтому у неё першит в горле, вот и всё. Через пару дней мне станет лучше».

Малыш услышал её объяснение и нахмурил брови. Он начал причитать: «Мамочка, ты снова ворочалась во сне, да? Ты же сама говорила мне, что нельзя скидывать одеяло, нужно хорошо укрываться, иначе можно простудиться». Малыш подтянул одеяло и укрыл им Тан Тан: «Мамочка, нужно хорошо укрываться, не ворочайся больше во сне».

Тан Тан была тронута искренностью маленького мальчика и уже собралась похвалить его, но малыш вдруг вскрикнул, указывая пальцем на её обнаженную шею, и спросил: «Мамочка, прошлой ночью тебя покусали комары? Почему твоя кожа такая красная?»

Красная кожа? Тан Тан не удержалась и дотронулась до своей шеи. Дотронувшись и пощупав свою шею, она вдруг вспомнила о следах, оставленных Цзи Яном. Она испугалась и потянула воротник пижамы вверх, а потом объяснила малышу: «Да, да, вчера вечером в комнату залетел очень большой комар. Маму несколько раз укусили, но потом мама убила этого комара».

Цзи Сяо Чжо оглядел комнату и пробормотал себе под нос: «Разве в книге не писали, что комары бывают только летом? Разве комары бывают зимой? И почему комар не укусил меня? Я же явно вкуснее, потому что пухлее».

Тан Тан не могла дождаться момента, когда малыш пойдёт в детский сад, ей было тяжело иметь с ним дело.

Словно, услышав мысленный призыв о помощи от Тан Тан, дверь открылась, и в комнату вошла высокая фигура. Цзи Ян подошел и сел на кровать рядом с Тан Тан. Он укрыл её одеялом и сказал: «Ты плохо спала прошлой ночью, поспи ещё немного. Да, я сам отведу Сяо Чжо в детский сад».

Цзи Сяо Чжо решил, что его мама плохо спала, потому что её покусал комар, и тут же пожаловался Цзи Яну: «Папочка, у нас появились комары. Они покусали маму. Посмотри, у неё на шее большие красные отметины. Папочка, что нам делать? Я боюсь, что в доме остались и другие комары, они могут снова покусать мамочку».

Тан Тан закрыла лицо руками, ей хотелось заплакать.

Выражение лица Цзи Яна даже не изменилось, и он ответил Цзи Сяо Чжо: «Ничего страшного. Папа вернется домой после работы сегодня вечером и тщательно всё проверит. Всё будет хорошо. Я уничтожу всех комаров. Не волнуйся».

Цзи Сяо Чжо был полностью удовлетворен, после слов своего отца. Он повернулся и утешил Тан Тан: «Мамочка, отдохни дома. Больше не будет никаких комаров сегодня. Тебя больше никто не покусает. Не беспокойся».

Тан Тан прикрыла половину лица одеялом, оставив лишь пару глаз. Она прищурилась и посмотрела на отца и сына.

Цзи Ян выглядел веселым. Он нежно ущипнул её за нос и вдруг наклонился к ней, чтобы прошептать на ухо: «Отдохни хорошенько сегодня днём и подожди, когда я вернусь вечером».

Тан Тан натянула одеяло, полностью спрятав под ним своё лицо. Она свернулась калачиком под одеялом и тихо пробормотала: «Ты такой плохой парень».

Мужчина, известный как плохой парень, рассмеялся и дважды погладил её по голове через одеяло, прежде чем взять Цзи Сяо Чжо и уйти.

Однако после того, как Тан Тан потратила все силы, стараясь морально подготовиться к сегодняшнему вечеру, тот самый плохой парень, с которым ей предстояло совершить плохие поступки, не вернулся домой к ужину, как обычно.





Глава 57




Тан Тан предположила, что Цзи Ян задерживается на работе. Она оставила еду в кастрюле и стала ждать. Она прождала до девяти часов. Сяо Чжо уже проголодался, но Цзи Ян так и не вернулся.

Цзи Сяо Чжо тихонько застонал, извиваясь на ковре от голода, и протянул свою маленькую пухлую ручку к Тан Тан: «Мамочка, почему папочка не возвращаться? Я сейчас умру от голода».

Вэнь Но каждый вечер в это время ужинала с ними и тоже проголодалась, но она не капризничала, как Цзи Сяо Чжо, а просто сидела, положив руку на голодный животик, выглядя при этом ещё более жалкой, чем Цзи Сяо Чжо.

Тан Тан тоже волновалась, но, увидев двух проголодавшихся детей, расстроилась ещё сильнее и хлопнула ладонью по столу: «Папа, наверное, задержался из-за чего-то. Давайте начнем ужинать. Мы оставим для него немного еды, он сможет поесть позже».

Цзи Сяо Чжо засомневался и покачал головой: «Мамочка, давай ещё немного подождём папу, он должен скоро вернуться».

Тан Тан взяла на руки двух малышей, посадила их за обеденный стол и поставила перед ними еду: «Ничего страшного, дядя Чжан Чэн тоже ещё не вернулся. Должно быть, у них с папой есть какие-то дела. Скорее всего, они поужинают в столовой сегодня вечером, так что мы можем начать есть без папы».

Послушавшись Тан Тан, два маленьких ребенка взяли палочки и набросились на еду. Она казалась на ещё более ароматной, чем обычно, видимо, они действительно сильно проголодались. Тан Тан тоже проголодалась, но не смогла нормально поесть, так как от Цзи Яна всё ещё не было новостей. На душе у неё было неспокойно.

В этот момент раздался внезапный стук в дверь. Тан Тан удивилась и тут же отложила свои палочки для еды. Она подбежала и открыла дверь, решив, что это Цзи Ян вернулся домой. Она не ожидала увидеть на пороге незнакомого молодого солдата.

Молодой солдат отдал честь Тан Тан и объяснил ей причину своего прибытия: «Старшая сестра, я подчиненный командира батальона Цзи. Командир батальона Цзи поручил мне сообщить тебе, что его отправили на задание. Он просил передать, что в течении некоторого времени не сможет вернуться домой, и чтобы вы позаботились о себе и детях».

«Его отправили на задание?» — Тан Тан была немного ошеломлена. Впервые за долгое время, после того как она приехала на базу, Цзи Яна отправили на задание. Обычно он уходил рано и возвращался поздно, но она думала, что солдаты просто тренируются каждый день, она не думала, что их могут отправить куда-то на задание.

Молодой солдат объяснил: «Старшая сестра, командир батальона Цзи расскажет тебе подробности лично, когда вернется. Так как задание было срочным, они были заняты стратегическим развёртыванием. Они не успели даже поужинать, их сразу забрали на вертолёте, так как времени совсем не было. Он мог лишь попросить меня передать тебе сообщение».

Тан Тан сильно переживала и продолжала спрашивать молодого солдата: «Куда они отправились? Это опасно? Когда они вернутся?»

Молодой солдат смутился: «Прости, старшая сестра. Это военная тайна. Мне нельзя разглашать информацию о задании. Я и сам знаю немного. Все подробности знают только те, кто отправляется на задание».

Тан Тан с трудом подавила желание, спросить ещё что-нибудь. Она постаралась улыбнуться и поблагодарила молодого солдата.

После разговора с Тан Тан молодой солдат подошёл к соседней двери и постучал в квартиру Чжан Чэна. Он едва постучал в дверь, как её тут же открыли. Фан Юй Вэй с нетерпением спросила молодого солдата: «Что с Чжан Чэном?»

Молодой солдат повторил для Юй Вэй тоже самое, что только что сказал Тан Тан. Услышав его слова, Фан Юй Вэй забеспокоилась. Она нахмурилась ещё сильнее, чем Тан Тан.

Закончив разговор, молодой солдат быстро ушёл, и в дверях остались только Тан Тан и Фан Юй Вэй.

После того как Тан Тан в последний раз общалась с Фан Юй Вэй, они практически не разговаривали. Она слышала, что позже Чжан Чэн поссорился с Фан Юй Вэй из-за того случая. Тан Тан не знала подробностей, но с тех пор Фан Юй Вэй даже не здоровалась с ней. Естественно, Тан Тан не стала выносить их ссору на всеобщее обозрение, и тоже игнорировала её. Они просто притворялись незнакомцами.

Фан Юй Вэй посмотрела на Тан Тан. Ничего не сказав, она развернулась и направилась обратно в квартиру. Тан Тан не стала обращать на неё внимание и тоже вернулась в квартиру.

Цзи Сяо Чжо увидел вернувшуюся Тан Тан и спросил: «Мамочка, что с папочкой?»

Тан Тан подавила тревогу в своём сердце и улыбнулась. Она сказала непринуждённым тоном: «Папочка отправился на задание и скоро вернётся».

Посмотрев на улыбку Тан Тан, двое малышей не стали сильно волноваться и продолжили ужинать. Цзи Сяо Чжо даже утешил Тан Тан: «Мамочка, не волнуйся, папочка часто уходит на задания и скоро вернётся».

Тан Тан кивнула, надеясь, что так и будет.

Когда все трое закончили ужинать, было уже поздно. Обычно Цзи Ян брал Вэнь Но на руки и относил её домой, но сегодня его не было. Тан Тан решила вместе с Цзи Сяо Чжо отвести малышку домой. Семья Вэнь Но жила примерно в десяти минутах ходьбы от их дома. Тан Тан одной рукой держала за руку Сяо Чжо, а другой — Но Но, в этот момент она была похожа на маму с двумя детьми.

Тан Тан вдруг вспомнила вчерашний разговор с Цзи Яном и поняла, что ей не нужно ждать пока Сяо Чжо найдет им невестку. У них уже была дочь.

Подумает ли Цзи Ян так же?

Почти через четверть часа пути, Вэнь Но остановилась перед дверью и указала на неё, глядя на Тан Тан.

«Это дом Но Но?»

Девочка кивнула, но не стала стучать в дверь, а осталась стоять на месте.

Тан Тан пришлось самой постучать в дверь, но даже постучав несколько раз, к двери никто так и не подошел. Тан Тан была озадачена, она прижалась ухом к двери и прислушалась. Ей показалось, что она услышала детский голос. Должно быть, в доме кто-то был, и она постучала ещё несколько раз. Прошло много времени, прежде чем кто-то открыл дверь.

Дверь открыла симпатичная женщина с длинными вьющимися волосами, одетая в шёлковую ночную рубашку. Она была красивой и с очень хорошей кожей, и на первый взгляд она выглядела довольно модно и стильно. Тан Тан предположила, что это была мачеха Вэнь Но — Лю Цзы Кай.

Лю Цзы Кай увидела трёх человек за дверью и улыбнулась Тан Тан. «Вы жена командира батальона Цзи? Извините, я просто смотрела телевизор. Телевизор работал слишком громко, и я не услышала стук».

Тан Тан улыбнулась в ответ, покачала головой и не стала возражать: «Мы привели Но Но домой».

Лю Цзы Кай протянула руку и пригласила Тан Тан войти: «Проходите, присядьте и выпейте чашечку чая».

Тан Тан махнула рукой и отказалась: «Нет, нет! Уже так поздно, нам нужно идти домой и ложиться спать».

Лю Цзы Кай не стала настаивать и по-доброму поблагодарила Тан Тан: «Вэнь Но, эта девчонка, каждый день надоедает вам, доставляя немало хлопот. В следующий раз мы с её отцом угостим вас чем-нибудь, пожалуйста, не отказывайтесь».

Тан Тан понимала, что это всего лишь вежливые слова, и скромно ответила: «Не беспокойтесь, у Но Но хорошие отношения с нашим Сяо Чжо. Мне нравится, что она приходит к нам домой и играет с ним. Эта девочка очень стеснительная, так что совсем не беспокоит нас, не нужно нас угощать — это лишнее».

В этот момент из дома донёсся крик маленького ребёнка: «Мамочка, где ты! Вернись и поиграй со мной!»

Лю Цзы Кай смущённо улыбнулась: «У меня ещё есть дела, так что я не стану вас задерживать. В следующий раз приходите в гости, я вас обязательно угощу».

Тан Тан кивнула, погладила Но Но по её маленькой головке и пошла домой вместе с Цзи Сяо Чжо.

Вэнь Но так и стояла у двери, не обращая внимания на приветствие Лю Цзы Кай. Она смотрела в след Тан Тан и Цзи Сяо Чжо. Её взгляд был таким жалобным, что Тан Тан почувствовала себя виноватой за то, что оставила её. Если бы та не была ребёнком из другой семьи, она хотела бы забрать девочку к себе домой.

Тан Тан не удержалась и оглянулась на Лю Цзы Кай. Увидев нетерпение в её глазах, Тан Тан почувствовала, как на душе у неё стало неспокойно.

По дороге домой Цзи Сяо Чжо расстроенно сказал: «Мамочка, я по секрету расскажу тебе кое-что. На самом деле та тётя — не биологическая мать Но Но — она её мачеха!»

Тан Тан удивленно приподняла брови: «Откуда ты знаешь?» Тан Тан не рассказывала об этом малышу. Откуда он узнал?

Сяо Чжо смутился: «Конечно, Но Но мне рассказала».

«Но Но тебе рассказала?» — Тан Тан был немного удивлена. Она никогда не слышала, чтобы Но Но о чём-то говорила, та лишь качала или кивала головой во время разговора. Она действительно сказала Цзи Сяо Чжо об этом?

«Да, тётя никогда не приводила Но Но в детский сад, не забирала её оттуда, и никогда не готовила для неё завтрак по утрам, поэтому я заподозрил неладное и спросил Но Но, не мачеха ли она. Но Но кивнула и сказала, что та тётя не её родная мама».

Похоже, Но Но могла говорить, но она говорила только с Цзи Сяо Чжо.

Цзи Сяо Чжо по-прежнему выглядел очень смущённо: «Мамочка, почему мачехи такие плохие? Но Но такая несчастная, каждый день ходит голодная, у неё нет игрушек, кроме одной машинки. Она даже ни разу не была в тематическом парке».

Тан Тан погладила малыша по голове и поправила его: «Не все мачехи плохие. Некоторые мачехи тоже очень хорошие. Мы не должны говорить так обо всех».

«Но мачеха Но Но точно плохая! Её отец и мачеха спят только с её младшим братом, так что Но Но всегда спит одна в своей комнате. Но Но каждую ночь прячется под одеялом от страха».

У Тан Тан сжалось сердце, когда она представила, как эта маленькая девочка спит в одиночестве в темной комнате. Цзи Сяо Чжо в отличие от Но Но был очень смелым. Тан Тан не переживала, что он испугается, когда будет спать один в своей комнате. Как такая маленькая девочка, как Но Но, могла не бояться? Неудивительно, что девочка не хочет уходить из их дома, а когда всё-таки уходит, то очень хочет вернуться.

Сердце Тан Тан болело от переживания, но у неё не было другого выбора. Она не могла вмешиваться в чужие семейные дела.

Цзи Сяо Чжо спросил Тан Тан: «Мамочка, можно мы оставим Но Но ночевать у нас? Мы будем спать с ней, так что она не будет бояться».

Тан Тан беспомощно покачала головой: «Нет, отец Но Но не согласится».

Цзи Сяо Чжо мгновенно растерялся.

Тан Тан тоже расстроилась из-за Но Но. Она задумалась и вдруг придумала кое-что: «Бао Бао, тогда мама завтра сошьет для Но Но плюшевого тигра, пусть тигр спит с Но Но. Тигр может быть свирепым зверем, он легко поймает плохих парней, так что Но Но будет под защитой плюшевого тигра. Тогда Но Но не придётся бояться по ночам, ты согласен?»

Глаза Цзи Сяо Чжо загорелись, он решил, что это отличная идея. Он махнул рукой, призывая Тан Тан наклониться к нему: «Мамочка, я хочу тебе кое-что сказать».

Тан Тан не поняла, что происходит, поэтому склонила голову к малышу. Сяо Чжо тут же расплылся в улыбке и сказал: «Мамочка, ты самая лучшая, я тебя люблю~»

«Ах ты?! Бао Бао!» — на душе у Тан Тан расцвела весна, и она улыбнулась.

* * *

На следующее утро Тан Тан достала нитки с иголками и начала шить плюшевого тигра для маленькой девочки. В то же время она нашла себе занятие, чтобы не переживать о Цзи Яне. Когда она чем-нибудь занималась, то отвлекалась от тревожных мыслей.

Когда жена командира полка зашла в гости и увидела, как Тан Тан увлеченно трудится, то не смогла сдержать облегченного вздоха: «Я боялась, что ты не будешь находить себе места. Кажется, я слишком много думала».

Тан Тан предложила ей присесть и сказала: «Старшая сестра, даже если я буду переживать, это будет бесполезно. Всё, что я могу сейчас сделать — это хорошо позаботиться о себе и Сяо Чжо, чтобы Цзи Ян не беспокоился о нас».

«Ты права. Не волнуйся, военные часто получают задания, иногда большие, а иногда маленькие, с ними ничего не случится. Кроме того, Цзи Ян лучший из лучших. Он сильный парень, и со всем может справиться».

Тан Тан услышала эти слова и успокоилась.

Чтобы Тан Тан смогла расслабиться, жена командира полка рассказала ей о том, какой удивительный Цзи Ян: «Я же говорила тебе, что способности Цзи Яна на уровень выше, чем у других. Иначе он не стал бы самым молодым командиром батальона. Должность командира батальона не дается так легко, для этого приходится долго и упорно трудиться. Если говорить на чистоту, то командир полка больше всего ценит Цзи Яна. Никто не сможет с ним сравниться!»

Тан Тан заинтересовалась. Она впервые услышала о военной службе Цзи Яна. Она не могла не обратить внимание на слова жены командира полка: «Старшая сестра, расскажешь мне о нём побольше. Я хочу послушать».

Жена командира полка потёрла лоб и рассмеялась: «Когда ты говоришь о своём муже, так сияешь, словно всё остальное для тебя уходит на второй план. Неужели он так тебе нравится?»

Тан Тан смущённо пробормотала в ответ: «Он просто нравится мне, я ничего не могу с собой поделать».

Жена командира полка радостно рассмеялась: «Ладно, ладно. В этом нет ничего плохого. Я ещё что-нибудь расскажу тебе».

«Многие ребята, занимающие должность командира, сильные и свирепые, но если говорить о военных достижениях Цзи Яна, то, несомненно, он самый выдающийся из них. Будь то военная стратегия или личные качества, Цзи Ян — лучший».

Губы Тан Тан приоткрылись от восхищения. Её сердце переполняла гордость, ведь её муж просто потрясающий!

«Однако у Цзи Яна не такие хорошие связи, как у других. Они с Дун Ли принадлежат к семьям, которые не имеют никакого отношения к армии. Им приходится делать всё самим. Для сравнения: Чжан Чэн или отец Вэнь Но — его полная противоположность. Они пользуются поддержкой своих семьи. Хотя и говорят, что в армии обращают внимание на силу и способности, а не на связи, но, когда дело доходит до повышения в звании или должности, связи в этом играют большую роль», — на самом деле жена командира полка думала, что, согласно военным заслугам Цзи Яна, он уже должен быть намного выше по званию, чем обычный командир батальона.

Тан Тан сжала губы и невольно вспомнила дедушку Цзи Яна, которого она видела на дне рождения бабушки Чжо. Дедушка Цзи явно занимал высокое положение в армии. От него веяло солдатской выправкой, и Гу Янь Ран тоже говорила, что в семье Цзи все военные. Статус семьи Цзи в армии был не низким, но никто не знал, что Цзи Ян принадлежит к этой семье. То, что Цзи Ян никогда не упоминал о семье Цзи, говорило о том, что он никогда не полагался на семью Цзи, и всё, чего он добился, было результатом его собственных усилий.

Тан Тан не стала рассказывать жене командира полка о семье Цзи. Поскольку Цзи Ян не хотел говорить об этом, она готова была его поддерживать.

Что касается военных дел, жена командира полка не могла слишком много рассказывать. В конце концов, в военной среде происходило слишком много всего. Немного поболтав, она незаметно сменила тему разговора и помогла Тан Тан с пошивом плюшевого тигра.

С помощью жены командира полка Тан Тан справилась очень быстро, и игрушка была готова за полдня. Плюшевый тигр был примерно такого же размера, как Вэнь Но, поэтому ребёнок мог мирно спать обнимая его во сне, и ничего не бояться.

«Тан Тан, у тебя доброе сердце. Ты обращаешься с маленькой девочкой так, словно ты её мама. Даже лучше, чем некоторые матери обращаются со своими детьми», — жена командира полка ещё больше полюбила Тан Тан. Она ценила доброту и искренность Тан Тан.

Тан Тан улыбнулась: «Эта малышка мне очень нравится. Она так хорошо ладит с Сяо Чжо, похоже, это судьба, что она появилась в нашей семье. Так как она не знает материнской любви, я буду вести себя как её мать и дарить ей любовь».

«Этой малышке действительно повезло встретиться с тобой. В мире так много несчастных людей, но не всем может посчастливиться встретить кого-то, кто сможет им помочь. Трудно сказать наверняка, но с тех пор как Но Но встретилась с вашей семьей, её судьба может сложиться вполне удачно».

Жена командира полка внезапно рассмеялась и указала на себя: «Не говоря уже о малышке Но Но, даже я думаю, что мне повезло встретить тебя. Теперь я часто наслаждаюсь вкусной едой, которую ты готовишь, и не только. Я могу общаться с тобой каждый день и делать многие вещи вместе с тобой. В противном случае, я бы просто сидела дома одна и изводилась бы от переживания». Жена командира полка неплохо ладила с другими женами военных, но они не были настолько близки, чтобы поговорить по душам. С тех пор как приехала Тан Тан, у неё появился человек, с которым она могла открыто поговорить.

Тан Тан посмотрела на жену командира полка и с любопытством спросила: «Старшая сестра, ты всегда была домохозяйкой, как я?»

«Нет», — жена командира полка покачала головой. — «Я занималась торговлей одежды в своём родном городе. Позже, когда мы переехали сюда, мне стало неудобно этим заниматься. Теперь я должна заботиться о Вэнь Вэнь, чтобы она сдала вступительные экзамены в колледж, и не могу выйти на работу. Даже если мне скучно, приходится терпеть. Ты не знаешь, но за последние пару лет от волнения у меня появилось куча седых волос. Было бы хорошо, если бы у меня было такое же терпение, как у тебя».

Тан Тан сказала: «Мне тоже бывает скучно. Когда Бао Бао и его папы нет дома, мне становится очень скучно. Я могу лишь заниматься домашними делами или рукоделием, чтобы скоротать время, надеясь, что они скоро вернутся». Однако Тан Тан всегда проводила так своё время с самого детства и уже привыкла к этому.

«Айя. Вот почему я думаю, что мы, женщины, должны делать что-то для себя, даже не ради денег, а хотя бы для того, чтобы не скучать и не растрачивать своё время впустую».

Тан Тан была согласна с женой командира полка. Она подумала о Цзи Юэ. У Цзи Юэ была своя карьера, и она была занята каждый день. Хотя Тан Тан и привыкла сидеть дома, она всё равно восхищалась такими женщинами, как Цзи Юэ. Она считала, что никогда не сможет стать кем-то вроде Цзи Юэ.

Тан Тан разочарованно вздохнула: «Я ничего не умею делать, кроме как готовить и рукодельничать. Я не смогу найти работу, да и Сяо Чжо ещё слишком мал. Я не смогу позаботиться о Бао Бао и его отце, если всё же найду какую-нибудь работу». Если сравнивать, то для Тан Тан важнее были Бао Бао и его отец.

«Это тоже правда», — жена командира полка поняла, что их ограничивают похожие причины.

Тан Тан не могла не задуматься. Если бы она могла работать дома, то это не только позволило бы ей заниматься домашними делами, но и дало бы ей возможность заботиться о муже и детях.

Услышав размышления Тан Тан, жена командира полка внезапно опешила. Она посмотрела на иголку с ниткой в руках Тан Тан и вдруг хлопнула себя по бедру: «Тан Тан, а ты ведь можешь это сделать. Ты же просто мастер на все руки».





Глава 58




Тан Тан в замешательстве спросила: «Что я могу сделать?»

Жена командира полка взяла в руки иголку с ниткой, и её голос прозвучал взволнованно: «Видишь ли, ты так хорошо шьёшь, что можешь открыть магазин и шить одежду под заказ для других. Твоя одежда такая красивая, что наверняка многим понравится. Люди точно захотят её купить».

«А? Продавать одежду?» — Тан Тан была немного растеряна. —«Старшая сестра, это же торговый бизнес, но как я могу заниматься этим дома? Я не могу никуда уезжать, мне нужно заботиться о Сяо Чжо и его отце».

«Посмотри на себя! Почему ты не можешь идти в ногу со временем?» — иногда жена командира полка удивлялась, почему такая юная девушка, не любила интернет и жила как старушка. Тан Тан действительно мало что знала об интернете, даже она — женщина средних лет, разбиралась в этом лучше неё.

Тан Тан почесала затылок и стала ждать, пока жена командира полка продолжит объяснение.

«Я имею в виду, что если ты откроешь интернет-магазин на Taobao, то сможешь шить одежду на заказ, не выходя из дома. Я сама видела то платье, что ты сшила для Вэнь Вэнь и ту традиционную одежду, сшитую тобой. Твоя одежда очень красивая и удобная, её очень приятно носить. Ты же ещё умеешь шить туфли с вышивкой, они точно понравятся многим девушкам».

«Интернет-магазин?» — Тан Тан вспомнила свой опыт онлайн-покупок. — «Это что-то вроде тех магазинов, где я делаю покупки на Taobao? Я тоже могу управлять таким магазином?»

Жена командира полка хлопнула в ладоши: «Именно это я и имею в виду! Ты можешь сшить образец и выставить его в своём магазине. Когда клиенту что-то понравится, ты запросишь его размеры и сошьёшь одежду специально для него. В таком случае тебе не придётся выходить из дома, ты будешь заниматься этим дома. Ты просто и дальше будешь заниматься рукоделием, и это ничем не будет отличаться от твоей повседневной жизни».

«Всё действительно будет хорошо», — жена командира полка тронула Тан Тан до глубины души. Тан Тан впервые узнала, что в современном мире её рукоделие может приносить деньги и ей не нужно искать работу вне дома. Это было как раз то, что ей нужно. Это её прекрасно устраивало.

Жена командира полка тоже считала эту идею потрясающей. Она воодушевилась и сказала: «Открывая интернет-магазин тебе не нужно беспокоиться о каких-либо затратах. Даже если дела пойдут не очень хорошо, ты ничего не потеряешь. В любом случае, у тебя не будет залежавшегося товара, все заказы будут выполняться индивидуально, так что тебе не нужно бояться потерять деньги. На самом деле я тоже думала о том, чтобы заняться онлайн-торговлей одежды, но отсюда неудобно закупать товары на продажу, да и содержать такой магазин на Taobao очень сложно, заработать в таком случае практически невозможно, так что я сдалась. Но у тебя точно получится, у тебя есть уникальный стиль — твоя одежда необычная и красивая, а ещё она сшита вручную. Её невозможно подделать, и тебе не нужно будет беспокоиться, что она не будет продаваться».

«Она действительно будет продаваться? Неужели сейчас найдется кто-то, кто готов носить такие наряды?» Разве люди на будут осуждать, если кто-то наденет такой старомодный наряд?

«В обычной жизни люди не стали бы такое носить, но сейчас многим нравится заниматься косплеем. Я мало что об этом не знаю, но Вэнь Вэнь рассказывала мне, что сейчас очень популярно носить старинные наряды; особенно среди тех, кто играет на старинных инструментах. Такие люди обычно выступают в костюмах, чтобы создать соответствующую атмосферу во время выступления».

«Да?» — выслушав жену командира полка, Тан Тан почувствовала воодушевление, но через некоторое время её воодушевление уступило место реальности. — «Но, старшая сестра, я могу шить одежду, но не умею пользоваться интернетом».

Жена командира полка уже знала, что Тан Тан была полным профаном в делах, касающихся электроники и интернета. Она задумалась: «Вот что, Тан Тан, если ты доверяешь мне, я могу помочь тебе организовать твой интернет-магазин. Я могу заняться обслуживанием клиентов и помочь организовать тебе службу поддержки, а позже — наладить курьерскую доставку. Раньше я часто занималась подобной работой, когда занималась продажей одежды. Ты не против?»

Тан Тан не раздумываясь кивнула: «Конечно! Старшая сестра, я верю тебе на все сто процентов. Я буду благодарна, если ты согласишься помочь. Если я смогу что-нибудь продать, то поделюсь с тобой половиной прибыли».

Жена командира полка поспешно махнула рукой: «Не стоит, я займусь лишь обслуживанием клиентов. Как я могу требовать с тебя половину всей прибыли? Я бы и за бесплатно согласилась работать, но знаю, что ты не согласишься принять мою помощь просто так. Тогда я не стану скромничать и возьму с тебя десять процентов с каждой проданной вещи...»

«Десять процентов — слишком мало! Старшая сестра, как насчет тридцать процентов?»

«Нет, нет, нет, я не буду делать ничего сложного. Я буду просто болтать по телефону. Если ты отдашь мне десять процентов прибыли, этого будет более чем достаточно».

Жена командира полка уговорила Тан Тан, и та согласилась.

Жена командира полка — обладала импульсивным характером. Как только они закончили обсуждать этот вопрос, она тут же побежала домой: «Я собираюсь подать заявку на регистрацию интернет-магазина. Сообщу тебе результат через несколько дней. Тан Тан, разве ты уже не сшила несколько нарядов? Давай используем их в качестве образцов. Лучше всего взять готовые модели, сфотографировать их и выставить для просмотра клиентам. Будет хорошо, если ты сошьёшь ещё несколько красивых нарядов в разном стиле, чтобы выставить их в качестве образцов».

Тан Тан кивнула: «Хорошо, предоставь это мне».

После ухода жены командира полка, Тан Тан всё ещё пребывала в легком шоке. Она прижала руку к груди и почувствовала, как бешено колотится её сердце. Честно говоря, она не могла поверить, что действительно откроет свой собственный магазин одежды. Она никогда не задумывалась об этом, ни в прошлой, ни в нынешней жизни.

Действительно ли у неё получится? Тем не менее, она решила попробовать. В любом случае, жена командира полка сказала, что ей не придётся вкладывать огромные деньги. Даже если ничего не получится, она ничего не потеряет. Так почему бы не попробовать?

Подумав об этом, Тан Тан взяла в руки мобильный телефон и позвонила Цзи Юэ. Когда та ответила, она рассказала Цзи Юэ о своём желании открыть интернет-магазин и попросила совета.

Выслушав всё, Цзи Юэ очень обрадовалась за Тан Тан, и поддержала её желание: «Тан Тан, я не осмелилась бы ничего говорить кому-то другому, но если это будешь ты, то думаю никаких проблем не возникнет. Одежда, которую ты шьёшь, невероятно уникальная. Она намного лучше, чем одежда широкого потребления, сшитая на швейных конвейерах. Если ты сделаешь это, если ты откроешь интернет-магазин, я обязательно куплю у тебя все наряды!»

Слова Цзи Юэ сильно подняли самооценку Тан Тан: «Тебе не нужно ничего покупать, я отдам тебе всё бесплатно».

«Айя, мне будет неловко», — вежливо ответила Цзи Юэ, прежде чем добавить. — «Раз уж ты предлагаешь, я не буду с церемониться. Взамен, когда ты пришлёшь мне новую одежду, сшитую тобой, я найду время и стану твоей моделью. Я попрошу опытного фотографа в своей компании сделать профессиональные снимки, и ты сможешь разместить их в своём интернет-магазине. Тогда тебе не нужно будет искать модель или фотографа в вашем маленьком городке, как тебе такая идея? Этого будет достаточно?»

«Серьёзно?» — Тан Тан удивилась и уже с нетерпением ждала этого. — «Как тебе удаётся быть такой замечательной Цзи Юэ! Ты великолепна! У тебя такая хорошая фигура, и ты такая красивая, что будешь выглядеть прелестно в моей одежде. Покупатели будут в восторге, когда увидят фотографии. Они обязательно захотят себе такой же наряд».

Цзи Юэ рассмеялась: «Ты так хвалишь меня, что мне придется стать твоей моделью. Когда ты откроешь интернет-магазин, я обеспечу тебе рекламу и продвижение. Гарантирую, что твой бизнес будет процветать».

Тан Тан не терпелось расцеловать Цзи Юэ. Ей так повезло, что люди, которых она встретила в этом мире, теперь помогают ей.

Цзи Юэ внезапно предложила: «Тан Тан, я предлагаю тебе сшить свадебный наряд для жениха и невесты. Он точно будет хорошо продаваться, потому что сейчас многие люди проводят свадьбы в китайском стиле. Хотя многие студии предоставляют свадебную одежду и можно купить её онлайн, но качество таких нарядов оставляет желать лучшего, и стиль не очень привлекательный. Многие богатые люди специально приглашают специалистов, для пошива нарядов по индивидуальному заказу, и я думаю, что твои наряды не будут уступать нарядам от таких специалистов».

«Серьёзно? Тогда сначала я сошью свадебный наряд и отправлю тебе, а ты сделаешь для меня фотографии».

«Нет проблем, что касается мужского наряда, позволим твоему братцу Гу стать моделью в качестве исключения. Он с радостью согласится на съёмки. Так мы сможем заново пережить момент нашей свадьбы. Ха-ха, можешь поторопиться, я уже хочу примерить этот наряд. Хи-хи».

«Что ж, я буду только рада! Всё будет готово уже совсем скоро».

Если перед телефонным звонком Тан Тан всё ещё чувствовала себя неуверенно, то после разговора её уверенность в себе значительно возросла. Слова Цзи Юэ звучали так убедительно, даже она сказала, что проблем не будет. И это действительно могло быть так, если такая красавица, как она, станет моделью её одежды.

Подумав об этом, Тан Тан не выдержала и тут же достала бумагу и ручку, чтобы набросать эскиз новой одежды. Первым делом она нарисовала свадебное платье, которое ей нравилось больше всего. Когда её старшие сёстры выходили замуж, она тайком наблюдала за ними и даже сама сшила себе красивое платье.

Кроме этого, она решила сшить два женских традиционных платья в разном стиле и, наконец, традиционный наряд для мальчика и для девочки. Наряд для мальчика будет сшит по фигуре Цзи Сяо Чжо, а костюм для девочки — по фигуре Вэнь Но. Они станут её маленькими моделями. Оба ребёнка будут выглядеть очень мило!

После того как Тан Тан нарисовала эскизы нарядов, она заказала все необходимые материалы в интернет-магазине, где часто покупала ткани, и доплатила продавцу за максимально быструю экспресс-доставку.

Затем Тан Тан начала рисовать эскиз детской одежды. Мальчик был одет в длинную тунику с небольшим поясом, в цветные маленькие сапожки и шапочку. Наряд выглядел очень мило. Одежда для маленькой девочки была более нарядной. Тан Тан планировала сшить розовое платье и белую блузку с вышивкой в виде полумесяца. Вышитые туфли тоже были белого цвета. Такое сочетание тоже было очень красивым.

Хотя в современное время было странно носить традиционные костюмы, на детей это мнение не распространялось. Когда дети надевали такие наряды, все считали их очень милыми, особенно в праздники или на день рождения.

Тан Тан не могла дождаться, когда сможет снять мерки с двух маленьких малышей: Цзи Сяо Чжо и Вэнь Но.

«Мамочка, что ты делаешь?» — Цзи Сяо Чжо позволил Тан Тан измерить его маленькую ручку и ножку.

«Мама хочет измерить тебя и Но Но, а потом сшить вам традиционные наряды. Когда всё будет готово, мама хотела попросить вас стать моделями для маминого интернет-магазина?»

Цзи Сяо Чжо был ребёнком, который не боялся находиться в центре внимания с самого рождения. Хотя для него быть моделью было чем-то новым, он быстро кивнул: «Да, я такой красивый, я буду очень хорош в качестве модели».

Вэнь Но посмотрела на будущую модель и тоже кивнула. Хотя она не понимала, что требовалось делать, она без колебаний согласилась. Она тоже хотела стать моделью.

Тан Тан поцеловала малышей, а затем вручила Вэнь Но милого плюшевого тигра в качестве награды: «Но Но, так как ты поможешь тёте и станешь для меня моделью, в награду тётя даст тебе это».

Увидев плюшевого тигра, Вэнь Но просияла, но она не стала его брать, а нерешительно посмотрела на Цзи Сяо Чжо, потому что Цзи Сяо Чжо не получил награду.

Тан Тан всё поняла и принесла для Цзи Сяо Чжо вкусную выпечку. «Это награда для Сяо Чжо».

Цзи Сяо Чжо выглядел довольным, он взял плюшевого тигра и сунул его в руки Вэнь Но: «Вот, держи его. Теперь ты будешь спать с плюшевым тигром. Тигр очень сильный. Он будет защищать тебя, теперь ты можешь не бояться по ночам».

Вэнь Но кивнула, и уголки её губ слегка приподнялись, обнажив два милых зубика, а её глазки превратились в полумесяцы. Её маленькая ручка продолжала трогать и играться с хвостом тигра. Внезапно она о чём-то вспомнила и повернулась к Тан Тан. Она неожиданно «чмокнула» Тан Тан в щёку и застенчиво спрятала своё личико за плюшевым тигром.

Тан Тан вдруг рассмеялась и с нежностью погладила малышку по голове, коснувшись её мягких волос: «Но Но такая милая».

Цзи Сяо Чжо гордо выпятил грудь, это он научил Но Но как нужно себя вести, чтобы её назвали милой.

Вэнь Но на мгновение смутилась и протянула плюшевого тигра Цзи Сяо Чжо.

Тан Тан не поняла, что хочет сделать эта маленькая девочка. Цзи Сяо Чжо махнул рукой: «Я мужчина, я смелый, мне не нужен плюшевый тигр для сна. Тебе он нужнее, можешь забрать его домой и играть с ним».

Услышав объяснения Цзи Сяо Чжо, Вэнь Но решила забрать плюшевого тигра и снова прижала его к себе.

Цзи Сяо Чжо взял Но Но за руку, как взрослый ребенка, и повел её в гостиную на ковер, на котором они часто играли: «Ну же, пойдём со мной, поедим пирог, что приготовила для меня мама. Я поделюсь с тобой половиной».

Вэнь Но подвели к маленькому столику на ковре, и вручили кусок пирога. Она уже собиралась начать съесть, но её остановил Цзи Сяо Чжо демонстративно откашлявшись.

Вэнь Но внезапно остановилась и озадаченно посмотрела на него.

Увидев, что она ничего не понимает, Цзи Сяо Чжо сделал вид, что его пальцы дважды случайно коснулись его щеки.

Вэнь Но вдруг вспомнила, как в последнее время Цзи Сяо Чжо учил её выражать благодарность. Она вдруг всё поняла, отложила выпечку и поцеловала его в щёку в знак благодарности.

Цзи Сяо Чжо довольно прищурился и сказал: «Хорошо, давай есть».

Наблюдая со стороны, Тан Тан потеряла дар речи от шока. Неужели Бао Бао воспользовался этой маленькой малышкой? Нужно ли ей отшлепать его?

* * *

Заявка на регистрацию интернет-магазина была быстро заполнена. Когда магазину потребовалось название, жена командира полка назвала его в честь Тан Тан — «Sugar Candy».

Цзи Юэ тоже была настроена очень решительно. Она сразу же надела аоцюнь и вышитые туфли, которые ей подарила Тан Тан, попросила визажиста сделать ей причёску в традиционном стиле, а затем пошла в студию своей компании и попросила фотографа сделать много профессиональных снимков. Каждый снимок получился прекрасно, а в сочетании с декорациями в древнем стиле полный образ феи выглядел ещё эффектнее.

Когда жена командира полка увидела эти снимки, она в восторге всплеснула руками: «Айя, фотографии слишком хороши. Я женщина средних лет, но тоже очень хочу примерить такой наряд. Он, безусловно, будет очень хорошо продаваться. Я сейчас же выложу этот комплект на продажу! Это будет первым товаром в нашем магазине».

Жена командира полка очень хорошо разбиралась в компьютерах. Он быстро загрузила фотографии, и заполнила данные с описанием товара. Последним шагом оставалось указать цену на одежду, поэтому она спросила у Тан Тан: «Сколько будет стоить этот наряд?»

«А?» — Тан Тан тоже не знала. Она никогда раньше не задумывалась об этой проблеме. — «Стоимость затрат на изготовление одежды, включая нитки, составляло около двухсот юаней. На пошив у меня ушло три дня. Как думаешь, какую цену стоит указать?»

Жена командира полка раньше занималась продажей одежды, она была более опытной. Она хорошенько всё обдумала и, стиснув зубы, ответила: «Давай продадим его за тысячу восемьсот восемьдесят восемь!»

Тан Тан была в шоке: «Старшая сестра, мы продадим его так дорого?» По правде говоря, платья в торговых центрах действительно стоили по тысячу юаней, но в интернет-магазинах одежда стоила дешевле, чем в торговых центрах. Тысяча восемьсот восемьдесят восемь — это слишком дорого.

У жены командира полка были свои причины: «Я думаю, что наша одежда должна продаваться по более высокой цене. Это не та одежда, которую можно купить где угодно. Кроме того, твоё мастерство стоит этих денег. Если продадим по этой цене, то не прогадаем. Мы не будем полагаться на количество, будем полагаться на качество!»

«Но, захочет ли кто-нибудь купить его?» Кто захочет покупать такие дорогие вещи?

Жена командира полка была уверена в себе и кивнула: «Найдутся люди, которые захотят купить его. Хотя желающих будет не так много, наша цель — не продавать как можно больше, а найти себе занятие. Если мы поставим низкую цену, желающих купить наряд будет слишком много, и тогда ты сильно устанешь».

Тан Тан посчитала, что в словах жены командира полка был смысл. В любом случае, у неё был Цзи Ян, и ей не нужно было беспокоиться о заработке. Ей не нужно было зарабатывать себе на жизнь. Если она действительно поставит низкую цену и покупателей станет слишком много, то она будет слишком занята, занимаясь только пошивом одежды. У неё не останется времени заботиться о Сяо Чжо и его отце. Её это не устраивало.

В итоге цена за первый наряд была установлена в размере тысяча восемьсот восемьдесят восемь юаней.

После того как первый товар был выложен на странице магазина, Цзи Юэ стала первым подписчиком их магазина. После чего она поделилась ссылкой на него со всеми своими друзьями: «В прошлый раз вы просили порекомендовать магазин, в котором я недавно заказывала одежду, теперь заказ можно сделать здесь!»

В прошлый раз, когда Цзи Юэ выложила пост со своей фотографией в аоцюне, многие люди прокомментировали её фотографию, спрашивая, где она купила этот наряд. В этот раз она прикрепила ссылку на магазин Тан Тан.

В кругу друзей Цзи Юэ было много людей. Под новой статьёй появилось бесчисленное количество комментариев.

Бабушка Чжо тоже оставила комментарий: «Одежда от Тан Тан действительно хороша, а Цзи Юэ в качестве модели заслуживает высший балл».

Гу Чжан Ань: «Моя жена — модель, этот магазин точно станет хитом».

Чжо Цзи: «Это магазин Тан Тан?»

Кузина Цзи Юэ: «Ха-ха-ха, в прошлый раз ты не захотела дать мне примерить этот наряд. Теперь я сама его куплю!»

Подчинённый 1: «Этот магазин потрясающий! Как им удалось заставить нашего босса стать моделью? Просто поразительно, я собираюсь зайти и подписаться».

Подчинённый 2: «Больше ни слова, я решительно настроена заполучить себе один комплект. Я должна сделать такую же фотосессию».

* * *

Учитывая широкий круг общения Цзи Юэ, Тан Тан должна была признать, что рекламный пост Цзи Юэ вызвал бурю впечатлений. Вскоре в их интернет-магазине был не один, а пятьдесят четыре подписчика, а затем ещё два клиента сделали заказы.

Жена командира полка была взволнована, как ребёнок: «Мы ведь только что открылись! Тан Тан, твоя подруга просто потрясающая, она так быстро принесла нам прибыль».

Тан Тан тоже была взволнована, это был всего лишь временный успех, но сейчас ей казалось, что он предвещает настоящий успех!

Теперь и у неё появилась своя карьера.





Глава 59




Тан Тан поспешно напомнила жене командира полка: «Старшая сестра, не волнуйся, всё будет хорошо. Не забудь спросить у двух клиентов их размеры и предпочтениях в цвете. Как только всё узнаешь, я начну шить для них одежду».

«Я так обрадовалась, что забыла об этом», — жена командира полка быстро взяла на себя роль специалиста по работе с клиентами и добросовестно пообщалась с женщинами, сделавшими заказ, а затем передала всю информацию Тан Тан.

Получив размеры, Тан Тан сразу же принялась шить одежду по заказу. В течении дня она шила для клиентов, а по вечерам продолжала заниматься пошивом свадебного наряда.

Цзи Сяо Чжо заметил, что его мама не отдыхает по вечерам и постоянно шьёт одежду. Он с лёгкой болью сердце и коснулся лица Тан Тан: «Мамочка, ты не устала?»

Тан Тан поцеловала его: «Мама не устала. В любом случае, по вечерам мне нечем заняться». Раньше она мыла ноги и делала массаж Цзи Яну, болтала с ним и наблюдала за тем, как он учил Сяо Чжо. Несмотря на то, что она ничего не делала, она чувствовала себя очень счастливой и полноценной. Теперь, когда Цзи Яна не было рядом, ей казалось, что время тянется очень медленно. Ей нужно было занять себя чем-нибудь, чтобы не думать о нём постоянно.

Цзи Сяо Чжо на несколько секунд задумался и тяжело вздохнул: «Мамочка, ты скучаешь по папочке?»

Тан Тан замерла с иглой в руке, и улыбка на её лице немного померкла. Она действительно скучала по Цзи Яну.

Цзи Сяо Чжо обнял её за шею и погладил по спине, сказав: «Мамочка, я знаю, что ты скучаешь по папочке, потому что я тоже скучаю по нему, но мы должны быть сильными. Мы не должны плакать и грустить, хорошо?»

Тан Тан успокоилась, ей хотелось и смеяться, и плакать. Она шмыгнула носом и кивнула: «Хорошо, мама сильная, мама не будет грустить. Мы будем ждать, когда папа вернётся к нам, и мы снова будем все вместе».

«Верно. Мамочка, хватит работать, давай пораньше ляжем спать. По телевизору говорили, что нужно много спать, чтобы волосы не выпадали, поэтому мамочке нужно ложиться спать пораньше, чтобы хорошо высыпаться».

Вот так Сяо Чжо утешил Тан Тан. Она прислушалась к совету малыша и отложила рукоделие, чтобы лечь спать вместе с ним.

Цзи Сяо Чжо заснул через три минуты, но Тан Тан снова не могла уснуть и продолжала ворочаться с боку на бок. Закрывая глаза, она думала о Цзи Яне. После его ухода она не могла спокойно спать по ночам, на сердце у неё было тревожно. Она не знала, где он, не знала, хватает ли ему еды, и есть ли у него тёплая одежда. Она не знала, в безопасности ли он.

В день отбытия Цзи Яна Тан Тан поняла из объяснений молодого солдата, что задание было срочным и очень важным. Если бы выполнение задания не было таким опасным, то для участия в нём не потребовалось бы несколько командиров батальонов.

Тан Тан привыкла к тому, что солдаты — это герои, защищающие страну. Они были великими героями. Теперь она понимала, с какими трудностями они сталкивались. Они тренировались каждый день. Даже в холодную погоду они проливали пот, несмотря на то что были мокрыми с головы до ног. Каждый день они выходили из дома чистыми, но возвращались всегда грязными и уставшими. Тренировки часто приводили к травмам, но всё это было ради защиты родины.

Тан Тан часто переживала, что солдаты могут погибнуть на задании, но она также знала, что таков был долг военного, поэтому ей оставалось лишь молча молиться о том, чтобы Цзи Ян не пострадал. Пока он был в безопасности, ей больше не нужно было ничего.

Тан Тан потратила пять вечеров на то, чтобы сшить свадебный наряд. Такой стиль одежды был самым популярным в эпоху Тан Тан и любимым у большинства знатных женщин. Наряд выглядел естественно, но в тоже время великолепно. Он казался более целостным, чем современные китайские наряды, и в нём присутствовало больше античных и красивых элементов. Невеста в таком наряде выглядела бы просто очаровательно.

Когда Цзи Юэ получила свадебный наряд, её глаза засияли, а затем она покачала головой, глядя на Гу Чжан Аня: «Я же говорила тебе, что нужно было сыграть свадьбу в китайском стиле, когда мы женились. Посмотри, какие замечательные свадебные наряды в нашей стране. Они намного красивее и наряднее, но ты захотел устроить свадьбу в западном стиле! Это твоя вина!»

Гу Чжан Ань не знал, что ответить. В то время Цзи Юэ сама колебалась между китайским и западным стилем свадьбы. Ей пришлось переложить принятие решения на него. В конце концов Гу Чжан Ань выбрал западный стиль, и теперь она жаловалась.

Гу Чжан Ань посмотрел на сердитую Цзи Юэ и начал успокаивать её: «Так в чём проблема? Мы можем просто устроить ещё одну свадьбу в нарядах, сшитых Тан Тан».

Цзи Юэ всё ещё была не в духе и показала ему язык: «Ты не боишься, что другие будут смеяться над тобой? Как муж и жена могут сыграть одну свадьбу дважды?»

«Тогда, что же нам делать?» — Гу Чжан Ань взял жену за руку.

Цзи Юэ улыбнулась: «Мы наденем эти свадебные наряды, сделаем макияж и устроим свадебную фотосессию, а потом мы отдадим фотографии Тан Тан. Она опубликует их в своём интернет-магазине».

Гу Чжан Ань безоговорочно поддержал жену: «Хорошо, хорошо, сделаем всё как ты скажешь, я не против».

Цзи Юэ сразу же связалась с лучшей фотостудией в городе. На следующий день, первое, что она сделала — это потащила Гу Чжан Аня фотографироваться.

На следующий день после фотоссесии, когда Тан Тан зашла на страничку новостей, то увидела там опубликованную свадебную фотографию Цзи Юэ в китайском стиле. Цзи Юэ на фото выглядела невероятно привлекательной, Гу Чжан Ань тоже был очень красив. Эта пара была просто эталоном красоты для всех мужчин и женщин. Многие люди поражались, глядя на эти фотографии.

Бабушка Чжо первая оставила комментарий: «Я хочу купить этот свадебный комплект, чтобы Чжо Цзи надел его, когда женится!»

Цзи Юэ ответила: «Бабушка, у тебя прекрасный вкус, пусть старший брат поскорее найдёт тебе внучку».

Тан Тан поспешила добавить: «Для старшего брата Чжо я сошью этот наряд бесплатно».

Чжо Цзи: «Почему никто не спрашивает моего мнения?»

Гу Чжан Ань: «Ха-ха-ха, старший брат Чжо, у тебя нет выбора, тебе лишь остаётся найти себе жену».

Тан Тан развеселилась, прочитав комментарии.

Жена командира полка загрузила в интернет-магазин фотографии, которые прислала Цзи Юэ. В их магазине официально появился второй товар. Комплект свадебной одежды стоил недёшево. После обсуждения они установили окончательную цену — 9999 юаней.

Одежда для двух первых клиентов, оформивших заказ, уже была готова. Жена командира полка отправила её самой быстрой экспресс-доставкой. Таким образом их первый заказ был успешно доставлен.

Первая в жизни сделка Тан Тан состоялась, и её настроение взлетело до небес. Она была так взволнована, что ей даже приснился сон, будто в их интернет-магазине огромное количество людей сделали заказы. Жена командира полка была занята, отвечая на заявки, а Тан Тан занималась шитьем одежды. Им даже некогда было обращать внимание друг на друга. А потом на них с неба упала куча денег, засыпая их купюрами с ног до головы. Они просто сидели на полу, и делили между собой прибыль.

На следующий день Тан Тан рассказала жене командира полка о своём сне, и та рассмеялась до слёз. Через некоторое время она сказала: «На самом деле я не стремилась зарабатывать много денег. Я и так очень довольна. Теперь я больше не бездельничаю целыми днями, и в моей жизни появился смысл».

Тан Тан чувствовала тоже самое: «Я тоже, чувствую себя счастливой от того, что наконец смогла реализовать себя». Так вот что чувствуешь, когда у тебя есть карьера? Это действительно здорово.

На данный момент других заказов у них не было, и Тан Тан занялась пошивом одежды для двух малышей. Жена командира полка помогала ей. Так начался их новый рабочий день, и они оба усердно трудились.

Однако через некоторое время в дверь раздался звонок. За дверью послышался голос Цзи Сяо Чжо, который должен был находиться в детском саду: «Мама! Мамочка, открой дверь! Мамочка, скорее!»

Тан Тан и жена командира полка сильно удивились и забеспокоились. Они быстро отложили все дела и открыли дверь. Цзи Сяо Чжо бросился к Тан Тан, и его лицо было очень красным: «Мамочка, ты должна пойти к Но Но домой и найти её? Но Но в опасности!»

«Что?» — Тан Тан подхватила малыша на руки. — «Что случилось? Но Но в опасности?»

Глаза Цзи Сяо Чжо покраснели от слёз: «Мамочка, Но Но сегодня не пришла в детский сад. Я спросил учителя, и она сказала, что Но Но плохо себя чувствует и отдыхает дома. Но прошлой ночью Но Но была в порядке. Я тайком ушел из детского сада и пошел домой к Но Но, но тётя не разрешила мне зайти к Но Но. Мама, Но Но точно в опасности!»

Тан Тан и жена командира полка переглянулись, не веря словам Цзи Сяо Чжо.

Жена командира полка засомневалась и сказала: «Должно быть, она действительно заболела. Это нормально, когда ребёнок болеет».

Тан Тан тоже думала, что всё не так плохо, как сказал Цзи Сяо Чжо. Мачеха Но Но не стала бы плохо обращаться с малышкой, но навестить её было бы неплохо, поэтому Тан Тан сказала: «Старшая сестра, пойдем посмотрим. Если Но Но действительно заболела, я вернусь, сварю легкий суп и отнесу его ей».

Жена командира полка согласилась. Они быстро вышли, заперли дверь, взяв с собой Цзи Сяо Чжо, и направились к Вэнь Но домой.

Тан Тан постучала в дверь, но та открылась не сразу. Когда Тан Тан снова постучалась, за дверью наконец-то показалась Лю Цзы Кай. Увидев нескольких человек на пороге, она слегка изменилась в лице, а затем улыбнулась и спросила: «Зачем вы пришли?»

Жена командира полка объяснила: «Мы услышали, что Но Но сегодня плохо себя чувствовала. Мы немного волновались и просто решили проведать её. С ней всё в порядке?»

Лю Цзы Кай продолжала стоять в дверях: «Всё в порядке, прошлой ночью было немного прохладно, и она простудилась, поэтому я решила, что ей нужно отдохнуть дома пару дней».

«Простудилась? Мы зайдём и проведаем малышку», — жена командира полка хотела войти, но Лю Цзы Кай не собиралась уступать ей дорогу. Она улыбнулась, глядя на их удивлённые лица, и сказала: «Вэнь Но сейчас спит. Она только что заснула, и я не хочу беспокоить её. Вы можете прийти завтра, если хотите проведать её».

Жена командира полка и Тан Тан переглянулись. Они оба почувствовали, что что-то было не так. Они лишь хотели проведать ребёнка, почему Лю Цзы Кай так сопротивлялась?

Тан Тан сказала: «Тогда мы тихонько зайдем, и не будем беспокоить малышку. Просто посмотрим на неё, чтобы не переживать. Как ты на это смотришь?»

Лицо Лю Цзы Кай немного помрачнело, словно она была недовольна их назойливостью, и нетерпеливо ответила: «Сегодня действительно неудобно. Приходите в другое время».

Все они застыли в дверях, не желая расходиться.

Цзи Сяо Чжо огляделся и оценил ситуацию. Он понял, что происходит. Он сжал кулаки и прикусил губу. Когда все отвлеклись, он внезапно пробежал мимо Лю Цзы Кай и направился прямиком к единственной комнате с закрытой дверью.

Когда Лю Цзы Кай поняла, что произошло, было уже слишком поздно. В комнате раздался крик ужаса: «Мамочка, иди сюда, Но Но умерла!»

Выражение лица Тан Тан и жены командира полка сильно изменилось. Жена командира полка, позабыв о приличиях, оттолкнула Лю Цзы Кай и схватила её, чтобы Тан Тан смогла войти.

Тан Тан направилась прямиком в спальню, где находилась Но Но, и увидела, что девочка лежит на кровати с закрытыми глазами. Её губы выглядели бледными, а на левой щеке виднелся пугающий отпечаток ладони от пощечины. В уголке её рта текла кровь.

Вэнь Но лежала совершенно безжизненно, она не просыпалась, даже когда Сяо Чжо попытался её разбудить.

Рука Тан Тан внезапно задрожала, пытаясь нащупать дыхание маленькой девочки. Почувствовав дыхание, она вздохнула с облегчением, к счастью, девочка была жива.

«Бао Бао, Но Но не умерла, Но Но жива».

Цзи Сяо Чжо со слезами на глазах посмотрел на Тан Тан: «Но почему Но Но не просыпается?»

Тан Тан не понимала, что происходит. Она осторожно ощупала голову девочки. Она обнаружила, что помимо раны на лице, следы от пальцев были и на запястьях девочки. Такие следы могли появиться только если применять чрезмерную силу.

Однако это не могло стать причиной предсмертного состояния девочки, Тан Тан решила, что были и другие травмы.

Пока жена командира полка сдерживала Лю Цзы Кай снаружи, у Тан Тан было достаточно времени, чтобы осмотреть девочку. Тан Тан не нашла других повреждений на теле ребенка, но на затылке девочки была особенно большая шишка. Должно быть, она получила сильный удар по голове.

Девочка в обмороке!

Недолго думая, Тан Тан взяла девочку на руки и выбежала за дверь: «Бао Бао, давай сейчас же отвезём Но Но в больницу».

Цзи Сяо Чжо вытер слёзы и последовал за Тан Тан.

Лю Цзы Кай, всё ещё сдерживаемая женой командира полка, увидела, как Тан Тан выходит с ребенком на руках, и выражение на её лице тут же изменилось. Она отвлеклась от жены командира полка и попыталась остановить Тан Тан: «Что ты делаешь? Это же настоящее похищение!»

Тан Тан холодно взглянула на неё, и ответила сердитым голосом: «Это я должна спросить, что ты сделала! Почему у Но Но такое лицо? Почему она без сознания? Почему ты не отвела её к врачу?»

Лю Цзы Кай сверкнула глазами, но не отступила: «Какое тебе дело? Это моя дочь. Я что не могу наказать её, когда она ведет себя непослушно? Я что не могу, дать ей пощечину? Она просто ударилась головой о стену. Я думала, она скоро очнется. Здесь нет больниц и неудобно обращаться к врачу, разве ты не знала?»

«Ты такая наглая! Отойди в сторону, я больше не собираюсь болтать с тобой попусту. Я хочу отвести её к врачу», — Тан Тан обошла её, чтобы выйти.

Лю Цзы Кай не могла позволить ей уйти и протянула руку, чтобы схватить ребёнка в руках Тан Тан. К счастью, жена командира полка оттащила её: «Предупреждаю тебя, Лю Цзы Кай, если с малышкой что-то случится, ты не сможешь избежать неприятностей. Так что пусть Тан Тан отведёт её к врачу. Ты не можешь так себя вести».

«Почему это я не могу себя так вести? Это мой ребёнок. Какое ты имеешь право приходить сюда и отдавать мне приказы? Сейчас же убирайтесь из моего дома!» — Лю Цзы Кай оказалась очень сильной. Даже сдерживаемая женой командира полка, она всё равно вцепилась в Тан Тан, не отпуская. Тан Тан не могла сделать и шагу.

В этот момент Цзи Сяо Чжо внезапно бросился вперёд и укусил Лю Цзы Кай за бедро. Лю Цзы Кай внезапно закричала, зашаталась и упала на землю.

Воспользовавшись этой возможностью, Тан Тан, не теряя времени, прижала малышку к себе и выбежала на улицу. Цзи Сяо Чжо последовал за ней, жена командира полка тоже вышла, и все они направились прямиком домой.

Жена командира полка долго смотрела на маленькую девочку. У неё сердце сжалось от боли, и она позвала Тан Тан: «Тан Тан, мы не знаем, что случилось с Но Но. Не знаю, стоит ли нам отправиться в городскую больницу или лучше сначала выяснить причину её состояния. Пойдем к военному врачу на базе, чтобы перестраховаться».

Тан Тан задумалась, а затем направилась прямо к армейским воротам с маленькой девочкой на руках. Они немедленно вошли и обратились к солдатам, стоявшим на страже, за помощью.

Через некоторое время к ним прибежали два военных врача с аптечкой. Они внимательно осмотрели маленькую девочку, и выражения на их лицах стали серьёзнее: «Девочка без сознания. Возможно, у неё сотрясение мозга. Вам нужно обратиться в крупную больницу и сделать компьютерную томографию, чтобы узнать наверняка. Ситуация требует госпитализации, мы немедленно выделим вам машину, медлить нельзя».

Тан Тан не знала, что такое сотрясение мозга, но, судя по выражению лиц врачей, она поняла, что дело очень серьёзное. Она не могла сдержать слез. Она всхлипнула и поблагодарила их. Когда подъехала машина, они забрались в неё все вместе и поехали прямо в окружную больницу.

Когда они приехали в больницу, врач отвёл Но Но на компьютерную томографию головного мозга. После обследования врач вышел и сообщил им результаты обследования: «У девочки сотрясение мозга, ситуация довольно серьёзная, и ей потребуется госпитализация».

Тан Тан несколько раз повторила: «Хорошо, хорошо, госпитализируйте её».

В больнице Вэнь Но поселили в двухместную палату. В палате уже лежал пациент, госпитализированный с черепно-мозговой травмой.

Жена командира полка оставила Тан Тан присматривать за малышкой, а сама вернулась, чтобы собрать всё необходимое для пребывания в больнице. Медсестра поставила капельницу Вэнь Но. С синими, хорошо просматриваемыми венами и иглой в маленькой ручке малышка стала выглядеть ещё более жалко. Сердце Тан Тан сжалось от боли, и она взяла ледяную ручку девочки в свои ладони.

Цзи Сяо Чжо забрался на кровать и взял Вэнь Но за другую ручку. Он нежно погладил её по щеке, словно пытаясь стереть отпечаток ладони с её лица, а затем подул на неё: «Но Но, я подую на твою ранку и у тебя больше ничего не будет болеть. Если у тебя ничего не будет болеть, ты снова проснешься».

Глядя на неподвижно лежащую Вэнь Но, Цзи Сяо Чжо поджал губы, но постарался не плакать, а затем снова заговорил с ней: «Но Но, ты не можешь всё время спать, тебе нужно поскорее проснуться. Не бойся, теперь я буду защищать тебя и не позволю, чтобы над тобой снова издевались».

Тан Тан почувствовала себя неловко. Она подошла к медсестре и попросила немного лечебной мази, чтобы обработать рану на щеке Но Но. Достаточно было просто взглянуть на красный отпечаток ладони, чтобы понять, что он уже начал опухать. Кожа у детей была нежной, а у Но Но она была ещё нежнее, чем у детей её возраста, поэтому след от пощёчины на её лице выглядел ещё более ужасно.

В конце концов, как сильно нужно было ударить, чтобы довести ребёнка до такого состояния? Даже если это не родной ребенок, Тан Тан не понимала, как можно было так избить малышку. Неужели нельзя было всё объяснить ребёнку словами?

Если бы Цзи Сяо Чжо не настоял на том, чтобы найти Но Но, если бы она не согласилась пойти и проведать малышку, возможно, Лю Цзы Кай скрыла бы всё. Что бы они делали, если бы упустили драгоценное время необходимое для лечения? Тан Тан содрогнулась от страха и очень разозлилась.

Она злилась на Лю Цзы Кай, но ещё сильнее она злилась на Вэнь Чжан И. Если он не любил свою бывшую жену, то почему женился на ней? Если он знал, что его нынешняя жена так ревнива, почему ничего не предпринимал? Отец просто отказался от дочери. Она была такой маленькой, а он даже не постарался обеспечить ей спокойную жизнь.

Даже если человек способный, что толку от такого человека?





Глава 60




Ночью у спокойно спящей Вэнь Но, внезапно поднялась высокая температура. Её начало трясти, и она находилась в бреду.

Тан Тан присматривала за ней всю ночь. Она забеспокоилась и сразу же позвала медсестру. Медсестра измерила температуру Вэнь Но. Термометр показал почти 40 градусов. Она быстро вызвала врача, после чего для Вэнь Но выписали лекарство и сделали повторную капельницу.

В итоге, как только медсестра сменила капельницу и ушла, Вэнь Но внезапно повернула голову и её стошнило. Содержимое её желудка попало прямо на Тан Тан, находящуюся рядом с ней.

Но Тан Тан совсем это не заботило, потому что маленькая девочка во время рвоты, внезапно дёрнула рукой, и теперь в месте, где игла от капельницы входила под кожу образовалась шишка и пошла кровь. Жена командира полка поспешила к медсестре за помощью, но, прежде чем всё решилось, девочка потеряла сознание и снова уснула.

«Всё в порядке, при сотрясении мозга бывает головокружение и тошнота», — жена командира полка успокаивала Тан Тан. — «Сходи в ванную, приведи себя в порядок и переоденься».

Тан Тан взяла сменную одежду, которую принесла жена командира полка, и пошла в ванную. Закончив, она вышла с тазом горячей воды и начала вытирать лицо девочки полотенцем.

Лицо Но Но и так было маленьким, но из-за болезни оно выглядело ещё меньше. Девочка была такой жалкой, что жена командира полка не смогла сдержаться, и прошептала себе под нос: «Лю Цзы Кай перешла все границы. На этот раз я не оставлю всё как есть. Я не смогу просто забыть обо всём. Я расскажу обо всём, что произошло в доме Вэнь Чжан И комиссару из бюро общественной безопасности, это дело должно быть решено должным образом!»

«Хм», — Тан Тан кивнула. — «Давай подождём, пока Но Но проснётся, и спросим у неё, что случилось. Нельзя полагаться только на слова Лю Цзы Кай».

Жена командира полка поняла, что имела в виду Тан Тан и на время подавила свой гнев. Она обняла взволнованного Цзи Сяо Чжо, который отказывался идти домой, и похлопала его по спинке: «С Но Но всё будет хорошо. Сяо Чжо, тебе нужно лечь спать, а завтра ты снова сможешь присматривать за ней».

Встревоженный Цзи Сяо Чжо снова посмотрел на Вэнь Но. Убедившись, что с ней действительно всё в порядке, он моргнул пару раз, прижался к груди жены командира полка и закрыл глаза.

Всю ночь две женщины не смели сомкнуть глаз и продолжали наблюдать за малышкой до рассвета. В итоге они были так рады, что маленькая девочка, проведя без сознания целый день, наконец очнулась и открыла глаза.

Цзи Сяо Чжо проснулся и первым делом бросился к Вэнь Но. Он взял её за руку и сказал: «Но Но, ты проснулась! Ты наконец-то очнулась! Ты меня так напугала!»

Двое взрослых тоже подошли к кровати, чтобы убедиться, что девочка действительно проснулась.

Взволнованная жена командира полка тут же побежала за врачом.

Тан Тан коснулась бледного личика девочки: «Но Но, ты слышишь тётю? Если слышишь, можешь ответить тёте?»

Взгляд Но Но выглядел немного затуманенным. Спустя долгое время она перевела взгляд и медленно посмотрела на окружающих. Она моргнула, и её губы зашевелились. Она издала едва слышный, очень тихий звук. Только Цзи Сяо Чжо услышал и понял, что она только что сказала, потому что находился рядом с ней.

«Мамочка, Но Но сказала, что ей очень больно, что мне делать?»

Тан Тан вздохнула. Похоже, девочка пришла в сознание, и, к счастью, удар по голове не повредил её мозг.

Она успокаивающе поцеловала девочку в лоб: «Но Но, дядя-врач скоро придёт, и вылечит тебя. Скоро тебе не будет больно».

Девочка слегка отклонилась в сторону и озадаченно посмотрела на Тан Тан.

Тан Тан подумала, что она просто немного растерялась, потому что только что проснулась. Не говоря больше ни слова, Тан Тан пошла в ванную, чтобы набрать горячей воды, а затем умыть девочку и привести её в порядок.

Цзи Сяо Чжо не стал дожидаться, пока Вэнь Но умоется. Ему не терпелось узнать, как она пострадала. Его голос звучал очень разгневанно: «Но Но, расскажи мне, как ты пострадала? Тебя ударила мачеха?»

Вэнь Но нахмурилась и молча посмотрела на Цзи Сяо Чжо.

Увидев, что она молчит, Цзи Сяо Чжо похлопал себя по груди: «Но Но, не бойся, расскажи мне, я отомщу за тебя».

Вэнь Но застыла, её голос прозвучал тихо и неуверенно: «Старший брат Цзи, говори громче, я не слышу».

Цзи Сяо Чжо говорил очень громко, почему она не смогла его услышать?

Тан Тан наконец поняла, что что-то было не так, и выражение на её лице изменилось. Она наклонилась к девочке и заговорила с ней нормальным голосом: «Но Но, ты слышишь, что говорит тётя?»

На лице Вэнь Но отразилось крайнее разочарование, и она снова спросила: «Что?»

Сердце Тан Тан мгновенно упало в бездну, и она задрожала. Нет, этого не может быть!

В этот момент жена командира полка вернулась с врачом. Тан Тан тут же обратилась к врачу дрожащим голосом: «Доктор, кажется, наша малышка плохо слышит, вы можете осмотреть её».

«Что?! Что случилось с её слухом!» — у жены командира полка тоже изменилось выражение на лице.

Врач с серьёзным видом осмотрел Вэнь Но и проверил её слух, а затем забрал девочку из палаты для проведения специального обследования. Тан Тан и остальные остались в палате и ждали, пока не станут известны результаты. Вскоре врач пришел к ним и сказал: «Из-за воздействия внешней силы были повреждены слуховые нервы ребёнка. Это привело к полной потере слуха в левом ухе и ослаблению слуха в правом».

Эти слова прозвучали как удар грома среди ясного неба, их сердца замерли от шока. Цзи Сяо Чжо не понимал, что сказал врач, но Тан Тан и жена командира полка ясно осознавали всю серьёзность происходящего.

Потеря слуха — это инвалидность! Какое несчастье для ребёнка.

«Доктор, ребёнок ещё совсем маленький, она не может потерять слух. Вы можете спасти её?! У неё впереди ещё долгая жизнь». — обратилась Тан Тан к врачу, заливаясь слезами.

Жена командира полка тоже не смогла сдержать слёз и умоляла врача помочь ребёнку.

Врач попытался утешить их и сказал: «К сожалению, уровня медицинского обслуживания в нашей больнице недостаточно, чтобы вылечить её. Могу только предложить вам подождать, пока ребёнку станет лучше, а затем отвезти её в крупную больницу. Возможно, ещё есть шанс на полное выздоровление». В жизни всегда может произойти чудо.

Тан Тан снова обрела надежду. Верно, нужно обратиться в крупную больницу. Возможно, там найдут способ помочь малышке. Она надеялась, что они смогут найти врача получше, и Вэнь Но смогут вылечить.

Тан Тан хорошенько всё обдумала и решила отвезти малышку в лучшую городскую больницу.

Поначалу жена командира полка просто злилась, но теперь у неё даже появилось убийственное намерение: «Это уже слишком, как она посмела поднять на ребёнка руку! Она что, хотела убить малышку? Какая подлость! Она совершила такую ужасную вещь и даже не проведала ребенка, которого не было дома целый день. Она ведет себя так, словно этот ребенок не имеет к ней никакого отношения!»

Выражение на лице Тан Тан стало холодным как лёд, её грудь тяжело вздымалась, а эмоции хотели вырваться наружу, но она продолжала сдерживаться. Она чувствовала себя ужасно.

К этому моменту Цзи Сяо Чжо тоже понял, что левое ухо Вэнь Но было травмировано и ничего не слышало. Его маленькие кулачки сжались от злости. Он подошёл к Вэнь Но, приблизился к её правому уху и громко спросил: «Но Но, кто тебя так ударил? Расскажи мне, я отомщу за тебя!»

На этот раз Вэнь Но услышала его. Глаза малышки покраснели, а губы дрогнули, и она осторожно сказала: «Мой младший брат схватил тигра… я забрала его обратно. Мой брат упал и заплакал… у-у-у… и она меня ударила… у-у-у».

Вэнь Но говорила отрывистыми фразами, но Тан Тан сразу всё поняла. Из-за плюшевого тигра, которого она подарила Но Но, между двумя детьми возник спор, после чего Лю Цзы Кай ударила малышку.

Жена командира полка покачала головой, пылая от гнева, а затем достала свой мобильный: «Я больше не могу этого выносить. Я звоню комиссару из бюро общественной безопасности, посмотрим, как они решат это дело. Если военные ничего не решат, я вызову полицию и заявлю на Лю Цзы Кай за жестокое обращение с ребёнком!»

Тан Тан не стала останавливать жену командира полка, с этого момента она не собиралась вести себя мило.

Жена командира полка сразу сообщила о происшествии комиссару в бюро общественной безопасности и рассказала всё как было. Военный комиссар заверил, что по этому вопросу будет проведено тщательное расследование.

* * *

Они не знали, действительно ли комиссар начал расследование по делу Лю Цзы Кай. Но на следующий день Лю Цзы Кай, которая не появилась в больнице всё это время, пришла в сопровождении женщины средних лет с большой сумкой в руках.

Женщина средних лет оказалась матерью Лю Цзы Кай. Она пришла и начала отчитывать Лю Цзы Кай в присутствии Тан Тан и жены командира полка, а затем извинилась перед ними: «Мы с детства баловали свою дочь. Характер у неё не из лёгких, она вспыльчивая и иногда срывается на людях, но на самом деле она не злой человек. Она просто вспылила, и ребёнок ударился о стену. Раньше она ни разу не била девочку. Если не верите мне, то можете сами спросить ребёнка об этом».

Жена командира полка, не желая решать этот вопрос мирно, фыркнула и разозлилась: «Значит, всё в порядке, если она ударила ребенка, лишь потому что у неё взрывной характер? Вы знаете, что у ребенка сотрясение мозга? Вы знаете, что из-за сильного удара ребенок потерял слух? Как можно было так сильно ударить ребенка?! Неужели она и к своему родному ребенку относится так же жестоко?»

Лю Цзы Кай и её мать Лю Му услышали слова жены командира полка, и выражения на их лицах изменились. Они не ожидали, что всё будет так серьезно. В этот момент Лю Цзы Кай почувствовала страх и с беспокойством посмотрела на свою мать.

Лю Му свирепо посмотрела на Лю Цзы Кай, и та послушно опустила голову. «Мы действительно не ожидали, что всё будет так серьёзно. Цзы Кай увидела, как Вэнь Но довела своего младшего брата до слез, поэтому разозлилась и ударила девочку. Она не ожидала, что ребенок ударится головой о стену. Она действительно не намеренно сделала это».

«Не намеренно? Когда мы пришли, твоя дочь не позволяла нам увидеть малышку. Она даже соврала нам, что девочка простудилась! Ребенок был без сознания, но Лю Цзы Кай не стала обращаться к врачу. Чего она добивалась, спрятав ребенка дома от посторонних глаз и не предоставив своевременного лечения? Неужели она добивалась того, чтобы девочка умерла? И это называется — сделала это не намеренно?»

Лю Цзы Кай начала оправдываться: «У неё не было никаких ран или крови на голове. Я просто подумала, что она ненадолго потеряла сознание и скоро очнется. Если бы я знала, что всё так серьёзно, я бы обязательно отвела её к врачу».

Лю Му сжала губы, и выражение на её лице стало ещё более мрачным. Как мать, она, конечно же, знала характер своей дочери. Она была уверена, что та побоялась того, что люди узнают о том, что она ударила ребенка, и это повредит её репутации, поэтому она решила всё скрыть. Но кто же знал, что всё пойдет наперекосяк, и ситуация выйдет из-под контроля. Если они не разберутся с этим делом должным образом, это точно повлияет на продвижение Чжан И по службе.

Лю Му вспомнила о предстоящем повышении Чжан И на руководящую должность в спецназе, и её голос стал звучать мрачнее: «Цзы Кай действительно виновата, её методы воспитания ребёнка были неправильными. Мы уже отругали её, и она поняла свою ошибку. Последние пару дней все в семье были очень волнованы. Думаю, нам всё же стоит отвезти ребенка в большую больницу для лечения, в конце концов, условия здесь не такие хорошие».

У Лю Му был хорошо подвешен язык. Одним предложением она охарактеризовала Лю Цзы Кай как мать с неправильными методами воспитания. Теперь она хотела забрать девочку, чтобы избежать огромного скандала, если начнется полномасштабное расследование.

Благими намерениями вымощена дорога в ад!

Сразу было понятно, что у них были дурные намерения. Жена командира полка хладнокровно отвергла их предложение: «Вам всё равно придётся уйти. Ребёнок в таком жалком состоянии. Мы не можем спокойно отдать его вам, зная как с ним обращались. Боюсь, что девочка просто умрет, как только попадет в ваши руки».

«О чём вы говорите?» — Лю Цзы Кай была в ярости и свирепо посмотрела на жену командира полка. Она больше не могла сохранять смиренный образ.

Лю Му тоже выглядела недовольной: «Я думаю, нам следует внести ясность. Этот ребенок принадлежит нашей семье. Посторонним не следует вмешиваться в это дело. Вы не можете вмешиваться в наши семейные дела».

«Мне всё равно. Речь идет о жестоком обращении с ребенком!» — заявила жена командира полка. — «Если военное бюро общественной безопасности не справится с этим делом, я обращусь в полицию. Я не могу закрыть глаза на домашнее насилие. Даже не думайте забрать ребенка сегодня».

Лю Цзы Кай и Лю Му выглядели очень недовольными, так как высшее начальство начало проводить расследование, им пришлось прийти сюда, чтобы всё уладить. Если их начнут допрашивать из военного бюро общественной безопасности, это точно скажется на продвижении Вэнь Чжан И по службе, а семья Лю лишится своей репутации.

Нет, нельзя позволить раздуть из этого скандал.

Лю Му перевела взгляд на Тан Тан: «Вы ведь жена командира батальона Цзи».

Тан Тан лишь холодно посмотрела на них. Она промолчала, не желая с ними разговаривать. С самого начала им не было никакого дела до здоровья ребенка, они беспокоились лишь о последствиях этого инцидента. Это действительно раздражало.

Лю Му разозлилась, увидев пренебрежительное отношение жены молодого командира батальона, но ей пришлось подавить свой гнев и притвориться любезной: «Он очень способный солдат. Как военного, его ждут безграничные возможности. Я верю, что в будущем он добьется более высокого положения, но ты, как его жена, не должна ему мешать. Посуди здраво, если твой поступок повлияет на карьеру твоего мужа, он точно разозлится и в итоге будет винить во всем тебя».

«Что вы имеете в виду? Вы мне угрожаете?» — спросила Тан Тан. Значит ли это, что если она не уступит им, то семья Лю повлияет на карьеру Цзи Яна в будущем?

Лю Му улыбнулась: «Я тебе не угрожаю. Я просто хочу, чтобы ты не поступала импульсивно. Это всего лишь семейный конфликт, зачем раздувать из этого такую серьёзную проблему? Давайте всё обсудим и решим, так будет лучше для всех, не так ли?»

Тан Тан сжала кулаки и заявила: «Не думаю, что нам с вами есть о чём говорить. Вам придётся уйти!»

«Ты! Тебе действительно всё равно на будущее твоего мужа? Задумывалась ли ты о последствиях своих действий?» — Лю Му решила, что сможет заставить Тан Тан пойти на компромисс, если затронет вопрос карьеры Цзи Яна. Кто бы мог подумать, что Тан Тан не будет волновать будущее её мужа. Кроме того, у Цзи Яна вообще не было никакой поддержки. Они могли бы легко повлиять на его продвижение по службе. Неужели эта женщина ничего не понимала? Лю Му не могла понять, Тан Тан была просто глупой или в принципе была плохой женой?

Тан Тан просто вернула всё вещи, которые принесла с собой Лю Му в огромной сумке , и выставила их вон: «Будущее моего мужа зависит от его собственных усилий, ему не нужно, чтобы кто-то влиял на его карьеру! Уходите!»

После этого Тан Тан резко захлопнул дверь палаты.

Лю Цзы Кай так разозлилась, что готова была умереть: «Мама, они такие невежественные! Мы же пришли к ним с извинениями, но что они тут устроили?!»

С Лю Му ещё никогда так не обращались. Она никогда не чувствовала себя такой униженной. Она чувствовала ярость и раздражение. Она холодно фыркнула, развернулась и направилась к выходу.

Лю Цзы Кай поспешила за ней. «Мама, мы просто уйдем? Разве это не важный вопрос? Разве это не повлияет на будущее Чжан И?»

Лю Му холодно сказала: «Я всё расскажу твоему отцу. Командир батальона Цзи больше никогда не получит возможность продвижения по службе. Они сами виноваты, что не захотели решить всё по-хорошему. Я хочу посмотреть, как она будет себя вести, когда последствия её выбора приведут к проблемам в карьере её мужа. Будет ли она вести себя так же высокомерно?»

Лю Цзы Кай сразу же поняла, что имела в виду её мать, и успокоилась.

В палате после того, как Тан Тан выпроводила женщин семьи Лю, жена командира полка немного успокоила свою ярость и поделилась своими опасениями: «Тан Тан, семья Лю занимает не последнее место в армии. Мой муж уже в таком возрасте, что на его карьеру будет трудно повлиять, поэтому мне нечего бояться, но будущее Цзи Яна безгранично. Что будет, если они на самом деле решат навредить Цзи Яну?»

Тан Тан просто не захотела больше иметь дело с матерью и дочерью семьи Лю. На самом деле, она тоже переживала по этому поводу. Она не беспокоилась о себе, но боялась, что карьера Цзи Яна может быть испорчена из-за неё. Он так усердно работал, что если его начнут подавлять, то она не может себе этого простить.

«Старшая сестра, их семья действительно такая могущественная? Неужели, несмотря на достоинства и заслуги Цзи Яна, с ним могут поступить несправедливо?»

Жена командира полка вздохнула: «Тан Тан, иногда жизнь не так справедлива и прекрасна, как тебе кажется. Если у тебя за спиной начнет действовать, кто-то более влиятельный, то ты не сможешь предугадать наверняка, что может произойти. Вэнь Чжан И тоже обладает выдающимися способностями, но, в конце концов, его навыки нельзя даже сравнивать с навыками Цзи Яна. Но при этом сейчас у него больше возможностей, чем у Цзи Яна, не потому ли, что ему помогает тесть?»

Тан Тан сжала губы.

Жена командира полка похлопала её по плечу и прошептала на ухо: «На самом деле я не должна была тебе этого говорить, но не могу больше скрывать. Я слышала, что в скоро в войсках намечается смена руководства. В результате один из командиров батальонов будет повышен до командира полка».

Тан Тан запаниковала: «Старшая сестра, ты хочешь сказать…»

Жена командира полка слегка кивнула: «Я говорю тебе это, чтобы ты могла предупредить Цзи Яна. Будет лучше, если вы продумаете свои действия, и не поддадитесь влиянию семьи Лю в этом вопросе. Что касается способностей и военной мощи, то Цзи Ян — самая подходящая кандидатура на повышение, но я боюсь, что...»

Лицо Тан Тан слегка побледнело: «Старшая сестра, неужели они начнут какие-то манипуляции? Неужели люди закроют глаза на его способности и навыки?»

Жена командира полка взмахнула рукой и снова прошептала: «Я слышала, как муж рассказывал, что Цзи Ян должен был получить повышение ещё два года назад, но его до сих пор не повысили. Цзи Ян уже давно должен был быть командиром полка».

Тан Тан всё поняла, но на душе у неё было тяжело.





Глава 61




Вэнь Но пробыла в окружной больнице четыре дня. Её состояние постепенно улучшалось, и у неё больше не было головокружения и рвоты. Врач сказал, что её можно выписывать. Всё будет хорошо, если она вернётся домой и какое-то время будет находиться под наблюдением.

Но сейчас самая серьёзная проблема — это слух девочки, левое ухо ничего не слышало.

Тан Тан решила отвезти малышку в крупную городскую больницу, чтобы вылечить её уши. Она попросила о длительном отпуске в детском саду для Цзи Сяо Чжо и Вэнь Но. Собрав всё необходимое, она без промедления отвезла детей в город.

Когда им удалось попасть в больницу, Тан Тан была ошеломлена увиденным. Перед окошком регистратуры выстроилась очередь. Люди долго не сдвигались с места, процедура обслуживания проходила очень медленно. Ей с двумя детьми было тяжело простоять весь день у регистратуры, но, когда подошла их очередь талоны на консультацию у специалиста, уже были недоступны. Сотрудники больницы сказали, что могут записать их на приём, но им придётся подождать до следующей недели, чтобы попасть к специалисту.

Тан Тан побоялась, что состояние малышки ухудшится и тогда её будет сложнее вылечить. Она не могла смириться с этим. Какое-то время она не знала, что делать. Это место было ей незнакомо, и Цзи Яна не было рядом. Она действительно не могла ничего сделать, но ей с детьми нелегко было сюда добраться. Неужели всё так сложно?

Тан Тан не хотела возвращаться вот так. Она задумалась, с кем бы могла связаться в городе. Она могла позвонить лишь одному человеку — Цзи Юэ. Она набрала её номер и рассказала обо всём по телефону. Выслушав новости, Цзи Юэ не стала говорить ничего лишнего и лично приехала за ними на машине. Она отвезла трех человек в главный госпиталь военного округа. Она также заранее связалась со специалистом и по совместительству главным врачом отделения отоларингологии, и тот сразу же забрал ребенка на лечение в больнице.

Тан Тан не знала, как отблагодарить Цзи Юэ. Если бы не было Цзи Юэ, она не знала, смогла бы она увидеться с врачом и вылечить болезнь малышки, при этом ей нужно было присматривать за обоими детьми.

В этот момент Тан Тан действительно почувствовала себя бесполезной. Она была намного хуже приспособлена к жизни, чем Цзи Юэ. Кажется, в будущем ей следует многому научится у Цзи Юэ.

«Цзи Юэ, спасибо тебе, я приглашу тебя на ужин, когда всё закончится и приготовлю все твои любимые блюда».

«Спасибо, ты и так присылала мне много вкусной еды. Каждый раз, когда ты шьёшь новую одежду, ты присылаешь её мне, хотя я ничего не просила. Тебе не за что меня благодарить. Ты такая добрая! Но твоя благодарность мне всё равно очень нравится! Ха-ха».

Закончив говорить, Цзи Юэ обратила внимание на Цзи Сяо Чжо. Он потянул её за край одежды и махнул рукой: «Тётушка Цзи, наклони голову, я хочу тебе кое-что сказать».

Цзи Юэ наклонила голову и спросила: «Что ты хотел сказать мне? Ах!»

Прежде чем она смогла закончить вопрос, её прервал поцелуй Цзи Сяо Чжо: «Тётушка Цзи Юэ, спасибо, я тебя люблю».

Малыш умел обрадовать девичье сердце. Цзи Юэ тут же растрогалась, притянула пухлого малыша к себе и поцеловала его: «Мой дорогой, спасибо, что любишь меня!»

Цзи Сяо Чжо очень гордился собой. Он подошёл к Вэнь Но и наклонился к её правому уху, чтобы сказать ей: «Но Но, поблагодари тётушку».

Вэнь Но всегда прислушивалась к словам Цзи Сяо Чжо, и без колебаний повторила его действия. Она подошла и поцеловала Цзи Юэ в другую щёку, а затем тихо прошептала: «Спасибо, тётушка».

Цзи Юэ обрадовалась от того, что два маленьких человечка подошли к ней и поцеловали. Она взяла их за руки и расцеловала в ответ. После чего она наклонилась к уху Тан Тан и прошептала: «Тан Тан, твоя невестка похожа на тебя, умная и милая. Посмотри, у нашего Сяо Чжо похоже такой же вкус, как и у его отца».

Тан Тан смутилась и легонько похлопала Цзи Юэ по руке: «Не говори так. Просто дети хорошо ладят. Что они знают?»

«Ты слишком недооцениваешь современных детей. Теперь дети даже в детском саду влюбляются», — Цзи Юэ сказала это, но на самом деле она просто шутила, чтобы разрядить обстановку и не дать Тан Тан и детям занервничать перед предстоящим обследованием.

Они весело болтали, ожидая в кабинете специалиста. Тан Тан и двое детей на самом деле не так уж сильно нервничали.

Специалисту было больше шестидесяти лет, и у него почти не осталось волос на голове. Он был очень опытен, если судить по его виду. Тщательно осмотрев ухо Вэнь Но, он спокойно сказал: «Нерв левого уха повреждён, это немного усложняет ситуацию, но правое ухо может полностью восстановиться».

Правое ухо можно было полностью восстановить, и это обрадовало Тан Тан, но с левым ухом всё было гораздо сложнее: «Доктор, можно ли вылечить её левое ухо? Ребёнок ещё такой маленький, что нам делать, если она всю жизнь будет плохо слышать? Доктор, можно ли её как-нибудь вылечить?»

У доктора в его возрасте уже был маленький внук. Он был почти такого же возраста, как и двое этих малышей. Конечно, такая маленькая девочка не должна оставаться глухой, но восстановление повреждённого слухового нерва — дело непростое, поэтому он мог только сказать: «Эту болезнь можно вылечить лишь частично. На самом деле, возможно, я бы посоветовал вам водить ребёнка на иглоукалывание два раза в месяц. Попробуйте иглоукалывание. Даже если оно не поможет сразу, то через какое-то время слух ребёнка немного восстановится.

Лучше иметь хоть какую-то надежду, чем ничего. Не стоит сдаваться.

Старый специалист увидел, что Тан Тан согласилась, и сразу же отвёл Вэнь Но в процедурный кабинет в задней части кабинета и сделал девочке первую процедуру иглоукалывания.

После окончания сеанса иглоукалывания на улице уже стемнело, но в больнице по-прежнему было многолюдно. Здесь никогда не бывает свободного времени, и каждую минуту врачам приходилось бороться с болезнями.

Цзи Юэ: «Тан Тан, уже поздно. Думаю, сегодня на ночь мы останемся в отеле, а завтра вернёмся».

Двое детей целый день следовали за ними, они устали и не выдержали бы больше. Тан Тан, естественно, согласилась.

Когда все четверо вышли из больницы, они увидели, как у ворот быстро припарковалась машина с надписью «Скорая помощь». Несколько врачей в белых халатах выбежали к машине и вместе с медсестрами стали оказывать помощь, прибывшим пострадавшим. Приподняв носилки, кто-то громко крикнул: «Осторожно, респиратор не должен упасть, следите за показателями!»

Молодая медсестра протянула руку, чтобы достать капельницу.

Издалека не было видно, кто это, но Тан Тан заметила, что человек на носилках был весь в крови. У неё по коже побежали мурашки. «Должно быть, этот человек серьёзно ранен, и у него сильное кровотечение. Не уверена, смогут ли они спасти его».

Тан Тан была очень смущена, и в глубине души она молилась, чтобы этот человек выжил.

Цзи Юэ взяла Тан Тан за руку: «Что ж, мы ничем не можем помочь, нам остаётся только надеяться на врачей. Пойдём, дети уже хотят спать».

Тан Тан кивнула. Она крепче сжала маленькую ручку Вэнь Но и пошла за Цзи Юэ. Группа врачей и медсестёр быстро пронесли носилки мимо них. Кто-то взволнованно крикнул: «Все, пропустите! Освободите дорогу!»

Тан Тан невольно посмотрела на человека на носилках, когда его провозили мимо. Однако от одного взгляда у неё по спине побежали мурашки, и она больше не могла двигаться.

«Что ты делаешь, Тан Тан? Пойдем, врачи спасут этого человека», — Цзи Юэ заметила, что Тан Тан всё ещё стоит на том же месте, и подумала, что она всё ещё беспокоится о том человеке.

Тан Тан не услышала Цзи Юэ, её лицо медленно побледнело, силы мгновенно покинули её, а в глазах читалась паника.

Цзи Юэ заметила, что с Тан Тан что-то не так. Она подошла к ней и потрогала её лоб: «Что с тобой? Тебе плохо? Что случилось, скажи мне?»

Тан Тан поджала губы, покачала головой и прерывисто произнесла: «Я… увидела… Цзи Яна на носилках».

«Что? Цзи Яна?» — выражение на лице Цзи Юэ изменилось, она быстро окинула взглядом группу врачей и медсестер, но, к сожалению, ничего не смогла разглядеть, лишь край одежды, скрывшейся за углом.

«Ты не ошиблась? Это действительно был Цзи Ян?»

Тан Тан задрожала и не смогла больше ничего сказать. Она тоже надеялась, что ошиблась. Этот человек не был её Цзи Яном, нет!

Двое детей испугались, увидев Тан Тан, они в замешательстве схватились за её одежду и громко заплакали, но Тан Тан ничего не слышала. Она совсем растерялась.

Цзи Юэ стиснула зубы, схватила Тан Тан за плечи и закричала: «Приди в себя Тан Тан! Может, ты неправильно всё поняла, что ты делаешь! Ты напугала детей!»

Тан Тан пришла в себя. Некоторое время она продолжала молчать, а затем внезапно развернулась и побежала в больницу.

Цзи Юэ не успела ничего сказать. Она подхватила двух детей и побежала за ней вдогонку. Наконец она увидела, как Тан Тан стоит в приёмном покое и смотрит на закрытую дверь неподалёку.

Цзи Юэ шагнула вперёд и попыталась её успокоить: «Не волнуйся, может быть, ты ошиблась. Всё произошло слишком быстро, скорее всего ты ошиблась. Он мог просто выглядеть как Цзи Ян. Кроме того, Цзи Ян сейчас выполняет задание где-то очень далеко».

Однако иногда небеса не дают людям шанс жить спокойно. Как только Цзи Юэ произнесла свои слова, вдруг позади неё послышались торопливые шаги. Затем мимо них промчалась группа мужчин в военной форме, и ещё несколько человек столпились вокруг. Они замерли у дверей операционной.

Один из солдат забрызганный кровью сжал кулаки и ударил ими по стене, болезненно и горестно воскликнув: «Чёрт!!!»

Остальные были ненамного лучше него и с тревогой смотрели на дверь операционной.

Тан Тан внезапно перевела взгляд с Цзи Юэ, поджала губы и шаг за шагом направилась к группе мужчин в оливково-зелёной форме. Она протянула руку и схватила мужчину за одежду.

«Дун Ли?»

Дун Ли беспокоился, но его внезапно потянули за одежду. Он машинально отдёрнул руку, но безуспешно. Он в гневе обернулся и собирался крикнуть человеку позади себя, чтобы тот убирался. Но когда он увидел, кто стоит у него за спиной, его глаза внезапно расширились, а лицо было наполнено удивлением.

«Невестка?!»

«Дун Ли, что случилось с Цзи Яном? Там Цзи Ян?» — Тан Тан схватила Дун Ли за руку, словно пытаясь удержаться на ногах.

Глаза Дун Ли покраснели, и он был похож на беспомощного ребёнка.

«Невестка, я… я…»

Дун Ли не мог ничего сказать. Он не мог сказать ей, что Цзи Ян получил пулю в сердце. Врачи сделали медицинское заключение о том, что Цзи Ян сейчас находится в критическом состоянии, как он мог сказать ей это?

Дун Ли с болью в голосе застонал, и высокий здоровяк впервые разрыдался как ребенок.

Тан Тан всё поняла. Её сердце застыло, а кровь заледенела в жилах, казалось, оно вовсе перестало биться.

С Цзи Яном, её мужем, действительно произошёл несчастный случай!

Цзи Юэ тоже поняла, что Тан Тан не ошиблась. Это действительно был Цзи Ян. Она больше не могла вести себя наивно. Она не сдержалась и сообщила об этом Гу Чжан Аню и Чжо Цзи.

Сразу после телефонного звонка она увидела, как Тан Тан смотрит на лампочку с красным светом над дверью в операционной. Она уже еле сдерживала слёзы. Цзи Сяо Чжо, понимая, что случилось, дрожал и плакал, зовя своего отца.

Цзи Юэ почувствовала горечь во рту и вдруг поняла, что не может спокойно смотреть на эту сцену. Она сжала губы и отвернулась, внезапно пожалев о том, что привела сюда сегодня мать и сына. Если бы они не пришли в эту больницу, то ничего бы не увидели и не стали бы свидетелями такой душераздирающей сцены.

Неужели это судьба?

Всё произошло слишком хаотично, и этой ночи суждено было стать беспокойной. Со временем у дверей операционной собиралось всё больше людей, но при этом атмосфера становилась всё тише и тише, сопровождаясь удушающей тяжестью.

И только когда раздались торопливые шаги, удушье начало спадать.

Старик с седыми волосами, но величественным видом, появился перед операционной. Он разжал ладонь человека, пытающегося ему помочь. Старик застыл перед дверью в операционную, опираясь на трость. Его взгляд был устремлён на красный свет, а выражение на лице ничего не выражало. Он сохранял спокойствие, и был похож на непоколебимую скалу. Если присмотреться, то можно было заметить, как дрожала рука старика под его рукавом.

«Папа, не волнуйся, с Цзи Яном всё будет в порядке», — Цзи Вэй Фэн уговаривал старика, и на его лице читалось беспокойство.

«Да, папа, у тебя больное сердце, ты не должен волноваться. С Цзи Яном точно всё будет в порядке, нам остается просто сидеть и ждать», — Линь Бяо снова попыталась поддержать старика за руку, но тот безжалостно оттолкнул её.

Увидев это, они беспомощно переглянулись.

Цзи Юэ вытерла слёзы, подошла и обратилась к старику: «Дедушка Цзи».

Дедушка моргнул и повернул голову, чтобы посмотреть на Цзи Юэ. Он кивнул, а затем перевёл взгляд на малыша, который неподвижно стоял неподалеку, и на бесстрастном лице старика наконец появилась улыбка. Он шаг за шагом с помощью трости подошёл к Цзи Сяо Чжо, опустился на колени, обнял малыша и похлопал его по спинке: «Сяо Чжо, не бойся, прадедушка рядом. Я не позволю, чтобы с твоим отцом что-нибудь случилось. С ним всё будет хорошо».

Старик утешал ребенка, но казалось, он и сам чувствовал потребность в утешении: «Он мой внук, внук Цзи Ан Шаня. С ним ничего не произойдет. Как такие незначительные ветерок и волны могут повлиять на него? Он всё преодолеет!» Цзи Ян — его самый дорогой внук. Он — его величайшая в жизни гордость, он не потерпит такого поражения, нет!

Цзи Сяо Чжо с ужасно опухшими глазами молча смотрел на старика. Он не плакал, не устраивал сцен, и ничего не говорил, он лишь ещё раз перевел взгляд на дверь операционной.

В комнате снова повисла удушающая тишина, время шло, все присутствующие из состояния тревоги перешли в состояние смятения, из состояния смятения — в оцепенение, каждая минута и секунда казались мучительно долгими.

Когда первые лучи утреннего солнца проникли в больницу через окна и двери, оповещая о прошедшей ночи, наконец дверь операционной медленно открылась, и измученные врачи вышли наружу, мгновенно разорвав оковы времени. Все присутствующие тоже пришли в движение, подкрадываясь к ним: «Доктор, как он? Есть какие-нибудь новости?»

* * *

Главный хирург снял маску. Несмотря на усталость, он слегка улыбнулся: «Пулю извлекли без проблем. Пациент на данный момент вне опасности. Сейчас его перевели в отделение интенсивной терапии и будут наблюдать за ним в течение нескольких дней. Ничего страшного, пациент должен проснуться в течении этих нескольких дней»

То есть жизнь Цзи Яна находилась вне опасности.

Услышав это, несомненно, все присутствующие обрадовались. Горечь в их сердцах, наконец-то успокоилась, и все вздохнули с облегчением. Они бросились благодарить врачей.

Хирурги и медсестры улыбнулись, отмахиваясь руками. Они спасли жизнь солдату, защищавшему их страну, и были очень счастливы.

«Отлично! Я же говорил, что с боссом всё будет в порядке, ха-ха».

«Наш босс — живой король Ада, и смерть, находясь в его подчинении, не смогла бы с ним справиться».

«Амитабха, такой атеист, как я, не зря молился всем богам! Они меня не подвели».

Толпа дала волю переполнявшим их чувствам, и атмосфера стала не такой гнетущей, как раньше. Пока он оставался жив, была надежда.

Врачи сегодня спасли не только жизнь Цзи Яну, но и сердце Тан Тан. Она расслабила губы, которые бессознательно кусала всю ночь, и подбежала к стеклу, за которым находилась палата интенсивной терапии. Тан Тан посмотрела на Цзи Яна, окруженного медицинским оборудованием, хотя она не могла хорошо разглядеть его, но от одного взгляда на него у неё на душе становилось спокойнее.

Цзи Сяо Чжо и Вэнь Но последовали за ней, и оба ребенка тоже застыли у стекла и уставились на человека внутри.

Цзи Сяо Чжо положил руку на стекло и прошептал: «Папа, папочка, папочка»

Дедушка увидел эту сцену, и его рука, которая дрожала всю ночь, наконец перестала трястись, а напряжённая спина расслабилась. Не удержавшись на ногах, он отступил на два шага назад и прислонился к стене.

«Папа!»

«Папа!»

Цзи Вэй Фэн и Линь Бяо тоже воскликнули и с тревогой помогли ему присесть: «Папа, давай вернёмся и отдохнём. Ты уже не молод, и не должен смущаться. Операция Цзи Яна прошла без происшествий. Тебе нужно отдохнуть. Позже ты можешь прийти и навестить его ещё раз».

«Да, папа, в любом случае, в отделение интенсивной терапии нельзя заходить посетителям. Когда Цзи Яна переведут в общую палату, ты сможешь с ним встретиться».

Они оба заботились о здоровье старика, но дедушка Цзи оттолкнул их, не принимая их помощь: «Я в порядке, мне не нужно, чтобы вы так сильно переживали обо мне. Вижу вам всё равно, что будет с Цзи Яном!»

Цзи Вэй Фэн нахмурился и сказал: «Папа, что ты такое говоришь, я тоже переживаю за Цзи Яна. Он мой сын. Я не могу не переживать за него. Линь Бяо тоже искренне переживает за него. Она услышала о его состоянии и примчалась сюда».

«Ладно, не рассказывайте мне фальшивые выдумки. Вы и сами знаете, что у вас на сердце!» — заявил дедушка Цзи, даже не глядя на них. Он позвал своего охранника, чтобы тот помог ему уйти. Его тело не выдерживало напряжения, и он не мог больше здесь оставаться.

Линь Бяо чувствовала себя смущённой и растерянной, будучи отчитанной перед лицом стольких людей. Сколько бы лет она ни старалась угодить отцу, он всё равно её не любил. Несмотря на то, что Цзи Ян разорвал отношения со стариком, по всей видимости, тот по-прежнему признавал только Цзи Яна. В сердце этого старика его внук Ши Юэ, наверное, не сравнится даже с волоском на голове Цзи Яна.

Цзи Вэй Фэн не мог не заметить обиды Линь Бяо и успокаивающе похлопал её по руке: «Папа не в духе, не обращай на него внимания».

«Не буду», — Линь Бяо покачала головой и натянуто улыбнулась. — «Что нам теперь делать?»

Цзи Вэй Фэн посмотрел на собравшихся и сказал: «Мы тоже пойдём домой отдыхать. Ты не хорошо выглядишь после бессонной ночи. Здесь так много людей, мы ничем не сможем помочь».

Линь Бяо задумалась и кивнула: «Хорошо, подождём, пока он очнётся, и снова вернёмся, чтобы увидеть его».

Глядя вслед уходящим людям, Цзи Юэ недовольно хмыкнула и прошептала: «Если бы там лежал Цзи Ши Юэ, то, скорее всего, они не захотели бы уходить».

Гу Чжан Ань неодобрительно покачал головой: «Не говори так. У Цзи Яна есть мы».

Цзи Юэ сжала губы и кивнула.





Глава 62




В отделение интенсивной терапии пускали только членов семьи, и то ненадолго. В остальное время никто не мог навестить больного, но даже в этом случае Тан Тан не хотела уходить и ждала новостей снаружи. Она охраняла Цзи Яна, боясь, что король Ада отнимет его у неё.

Цзи Сяо Чжо был таким же упрямым, как и его мать. Кто бы его ни уговаривал, этот малыш отказывался уходить и, казалось, он не замечал усталости. Он готов был оставаться там с утра до ночи и ухаживать за своими мамой и папой, который оставался без сознания. Вэнь Но тоже не отходила от них, крепко держа за руку Цзи Сяо Чжо и Тан Тан, наблюдая за человеком внутри, которого называла дядей, но в своём сердце считала своим отцом.

Эта сцена вызывала у людей чувство тревоги и печали.

К счастью, небеса оправдали ожидания матери и детей. Три дня спустя, как и сказал врач, Цзи Ян очнулся. И в тот момент, когда Цзи Ян открыл глаза, он что-то почувствовал и первым делом повернул голову и посмотрел через стекло. Он сразу увидел трёх человек, смотрящих на него с облегчением. Спустя долгое время он слегка улыбнулся.

Цзи Сяо Чжо тут же раскрыл глаза, ударил по стеклу и крикнул: «Папочка! Папочка! Ты очнулся!»

Вэнь Но тоже взволнованно вздрогнула и не смогла удержаться, чтобы не последовать примеру Цзи Сяо Чжо и не прошептать одними губами: «Папочка!»

Тан Тан сжала губы, и на глаза у неё навернулись слёзы, но она улыбалась.

Отлично, Цзи Ян очнулся.

Цзи Ян полностью ускользнул от лап смерти, и теперь они могли вздохнуть с облегчением.

Старик, сидевший на скамейке неподалёку, сжал трость в руке и закрыл глаза. Он опустил голову, чтобы никто не заметил, как по его щекам текут слёзы.

Он же говорил, что его, Цзи Ан Шаня, внук не может так легко потерпеть поражение.

Охранник, который служил ему уже более десяти лет, чутко уловил волнение старика. Он знал, что этот на первый взгляд холодный и серьёзный старик на самом деле был без ума от своего внука, но он был слишком горд, чтобы показать это. Поэтому старик мог просто сидеть здесь и ждать, но никто не мог и представить, как сильно он хотел подойти и посмотреть на своего внука.

Охранник осторожно спросил: «Господин, вы хотите подняться и взглянуть на него? Вы тоже можете поздороваться с Цзи Яном, подойдя поближе».

Дедушка Цзи фыркнул и сказал: «Когда выздоровеет, можно и поздороваться, а пока лучше не стоит ссориться».

Охранник скривил губы. Цзи Ян очнулся, но старик отказывался встретиться с ним лицом к лицу, хотя приходил в больницу каждый день с самого рассвета. Он отказывался от дневного сна и ходил в кабинет врача сотни раз на день. Он даже похудел на несколько килограммов всего за несколько дней.

Он считал, что лучше сам умрет, чем будет жить и страдать от потери близкого человека.

Но охранник не осмелился сказать это. Он боялся навлечь на себя гнев старика. Не стоит смотреть на его возраст, он всё ещё был очень сильным мужчиной с военной закалкой. Способности генерала-основателя — это не шутки.

Охранник продолжил спрашивать: «Господин, не хотите ли подготовиться и разместить Цзи Яна в лучшей палате? Кажется, в больнице напряженная обстановка. Цзи Ян, скорее всего, будет размещен в многоместной палате с другими людьми. Разве это не повлияет на его реабилитацию?»

Старик услышал эти слова и сжал губы. Он хотел кивнуть, но не смог. Он лишь спокойно сказал: «Какие ещё приготовления! Другие люди не получают особое отношение, тогда почему он должен его получать? В нашей семье Цзи так не принято! Кроме того, он не признаёт семью Цзи, и откажется от всех её привилегий! Как сделать так, чтобы он принял лучшие условия для выздоровления в больнице? Этот вспыльчивый парень не оценит доброго жеста».

Охранник не мог ничего возразить, но если он просто уйдет вместе со вспыльчивым стариком, то не известно, кому от этого будет хуже.

Физическая подготовка Цзи Яна была очень хорошей, и выносливость организма — на удивление высокой. Всего после нескольких дней наблюдения в отделении интенсивной терапии врач перевел его в общую палату. В госпитале ему выделили двухместную палату, и другой пациент тоже был солдатом. У него была прострелена левая нога. Он тоже был переведен из отделения интенсивной терапии.

Чжо Цзи намеревался найти кого-нибудь, кто мог бы организовать Цзи Яну одноместную палату, но Цзи Ян отказался. Двуместная палата тоже считалась хорошей. Не стоило увеличивать нагрузку на больничных работников ради небольшого комфорта. Люди без какой-либо власти или влияния борются за любое свободное место в палате, чтобы спасти свои жизни. Люди, обладающие такой властью и влиянием, как они, не должны просить слишком многого.

Тан Тан считала мнение Цзи Яна вполне нормальным. Она полностью поддерживала его решение. Когда остальные ушли, она подкралась к нему и тихо прошептала ему на ухо: «Муженек, я буду хорошо о тебе заботиться и не дам тебе долго болеть. Одноместная палата, или нет, какая разница?! Со мной тебе везде будет удобно!»

Цзи Ян улыбнулся, и его боль слегка утихла.

У его милой жены действительно доброе сердце. Когда она рядом, даже если ему придется спать у дороги, он не почувствует дискомфорт, потому что она слишком сильно балует его.

Однако почему же за столь короткое время, что его не было дома, и мать, и дети так сильно похудели? Всегда пухлые щёки Цзи Сяо Чжо сильно уменьшились. Маленькое личико Но Но стало ещё меньше, а цвет лица ещё бледнее. Самая серьёзная проблема была с Тан Тан, румяные щечки, которое она с таким трудом наращивала, исчезли.

Радостное настроение Цзи Яна сменилось тревогой: «Что-то случилось дома? Почему ты такая худая?» Судя по характеру Тан Тан, она не позволила бы довести себя и детей до такого состояния.

Тан Тан посмотрела на двух детей, которые устало и сонно лежали на кровати. Малыши были очень худыми. За это время они сильно исхудали, к тому же Но Но была больна. Эти пару дней они провели вместе, приглядывая за Цзи Яном. Цзи Сяо Чжо раньше не был худым, но за эти несколько дней, пока он охранял отца, плохо ел и спал, он сильно похудел.

Что касается самой Тан Тан, то она коснулась своего лица и посмотрела на свою руку. Тогда она поняла, что на самом деле стала намного худее, чем раньше. Вес, который она пыталась набрать, почти исчез. Но у неё не было другого выхода. Сначала заболела Но Но, а потом Цзи Ян получил травму. Она совсем не ела и очень переживала.

Тан Тан села рядом с Цзи Яном и начала вытирать его лицо полотенцем, рассказывая ему, что случилось с Но Но. Но она не стала упоминать о том, что мать и дочь семьи Лю угрожали ей, и о том, что жена командира полка рассказала ей о предстоящем повышении. Цзи Ян тоже должен был знать об этом, но Тан Тан боялась, что, узнав об этом, Цзи Ян разозлится и это скажется на его выздоровлении.

Выслушав рассказ Тан Тан, Цзи Ян помрачнел. Он протянул руку и коснулся маленького личика Но Но, лежащего рядом с его рукой, а затем коснулся её левого уха и спросил: «Что сказал врач?»

«Врач сказал, что нерв в левом ухе полностью повреждён. Вылечить его будет трудно. Но если она будет проходить иглоукалывание два раза в месяц, слух немного восстановится. Через некоторое время можно будет установить ей слуховой аппарат. Врач сказал, что слуховой аппарат поможет Но Но слышать людей.

Цзи Ян поджал губы, и давление вокруг него немного ослабло.

«Не злись, это вредно для здоровья», — Тан Тан поспешно схватила его за руку и легонько погладила. — «Рана всё ещё болит. Главное сейчас — полностью восстановиться. Не беспокойся о других вещах. Я сделаю всё, чтобы ты поправился. Жена командира полка подала жалобу, и комиссар из бюро общественной безопасности уже сообщил, что по делу Но Но уже проводится расследование. Они обязательно добьются справедливости для малышки».

Цзи Ян посмотрел в невинные глаза Тан Тан и не захотел рассказывать ей о сложностях этого дела. Это событие, скорее всего, будет рассматриваться как рутинная работа. В конце концов, в том, что мать ударила ребенка, нет военно-политической ошибки. В лучшем случае это дело будет расценено как семейная проблема. Скорее всего семья Лю не сможет извлечь урок из этой ситуации.

Если всё закончится вот так, расстроятся ли Тан Тан и дети?

Цзи Ян погрузился в свои размышления.

В этот момент другой раненый солдат из той же палаты, которого недавно увозили на обследование, вернулся и, увидев нового соседа, нерешительно произнёс: «Цзи Ян?»

Размышления Цзи Яна были прерваны, и он посмотрел на человека, позвавшего его по имени. Он сразу узнал этого человека: «Сунь И?»

«Это действительно Цзи Ян. Как ты здесь оказался?» — Сунь И быстро подкатил инвалидное кресло и посмотрел на грудь Цзи Яна, обмотанную бинтами. Он судорожно вдохнул. — «Пуля в грудь?»

На лице Цзи Яна появилась горькая улыбка, и он кивнул.

Сунь И фыркнул, но, помня о том, что они оба солдаты, решил не поднимать шум из-за этих ранений. Он и сам уже не тот, что прежде, на этот раз он чуть не лишился ноги, и его военная карьера чуть не закончилась.

На военной службе неизбежны ранения.

Цзи Ян взглянул на забинтованную правую ногу Сунь И и всё понял, ему не нужно было ничего объяснять. Он представил Тан Тан Сунь И: «Это моя жена Тан Тан».

Сунь И посмотрел на Тан Тан, и в его глазах мелькнуло лёгкое удивление. Через мгновение он улыбнулся и поздоровался с ней: «Привет, сестрица, мы с Цзи Яном были товарищами во время обучения новобранцев. Мы многое пережили тогда вместе и у нас были хорошие отношения, но наши пути разошлись, и мы не виделись уже много лет».

«Старший брат Сунь, здравствуй». Тан Тан тоже подумала, что это невероятное совпадение, что два товарища, которые не встречались уже много лет, теперь лежат в одной палате. Похоже, теперь они могут придаться воспоминаниям друг с другом, и во время госпитализации им не будет скучно.

Подумав об этом, Тан Тан сказала: «Муженек, ты сначала поговори со старшим братом Сунь, а я пойду приготовлю что-нибудь и принесу сюда. Если что-то понадобится, просто позвони мне».

Тан Тан уже ела больничную еду. На самом деле она была невкусной и непитательной. Она могла бы без проблем съесть её сама, но не могла позволить есть её Цзи Яну и детям. Позже она сняла жильё рядом с больницей. Там дети могли спокойно спать и отдыхать, а она могла готовить трёхразовое питание для них и Цзи Яна.

«Ладно, возвращайся не спеша, не волнуйся», — Цзи Ян посмотрел на двух детей, которые лежали рядом с ними. — «Пусть дети спят здесь, я присмотрю за ними. Давай подождем, пока не наступит время обедать, и тогда разбудим их».

Тан Тан кивнула, она попрощалась с Сунь И и ушла.

После ухода Тан Тан Сунь И посмотрел на двух детей, которые спали вместе с Цзи Яном, и не смог сдержать восхищения: «У тебя сын и дочь. Ты такой молодец».

Цзи Ян улыбнулся и указал на детей: «Нет, этот пухлый малыш — мой сын, а девочка — ребёнок семьи моего боевого товарища, и они хорошо ладят».

«О», — сказал Сунь И, а затем добавил. — «Но твоя семья всё равно благословлена хорошим мальчиком. Он не проиграет тебе, когда вырастет».

«Возможно, ведь он очень похож на нас с женой», — самовлюблённо сказал Цзи Ян и погладил личико Цзи Сяо Чжо. Он втайне хотел, чтобы этот парень сейчас проснулся, и позволил ему гордиться им ещё больше.

«Ты бесстыдник!» — Сунь И улыбнулся, но был вынужден признать, что в словах Цзи Яна не было ничего плохого.

Сунь И не мог не посмотреть на Цзи Яна. Хотя он выглядел изможденно, но его лицо по-прежнему не могло скрыть своей привлекательности. Сунь И прикоснулся к своему лицу, и его вдруг осенило, он лежал в постели, как одинокий волк: «Я удивляюсь, Цзи Ян, как так получилось, что ты всё такой же, как и в молодости? Почему я не такой же красивый, как ты? Мы же одного возраста, так почему моё лицо становится всё более и более уродливым? Это несправедливо».

Сунь И и Цзи Ян — были талантливыми учениками в военной академии. Однако Сунь И кое в чём уступал Цзи Яну — это внешность. Честно говоря, Сунь И не был уродлив, но рядом с Цзи Яном он выглядел страшненьким. Когда они оба были в лагере для новобранцев, девушки из отдела обслуживания, а также женщины-врачи и медсёстры в медпункте любили заглядываться на Цзи Яна, но игнорировали Сунь И, который был не так красив, как Цзи Ян. Он так злился, что ему хотелось подраться с Цзи Яном.

Позже, когда его сильно избили, он утешил себя тем, что со временем Цзи Ян постареет и станет ещё уродливее, чем он.

В результате этот человек так и остался красавцем даже после стольких лет военной службы. Напротив, после всего он стал ещё более мужественным и привлекательным в глазах женщин.

Сунь И решил, что небеса слишком несправедливы.

Его слова вызвали смех у Цзи Яна. Увидев товарища, которого не видел много лет, он был в хорошем настроении и решил пошутить: «Я ничего не могу с этим поделать, я родился красивым».

«Черт! Тебе не стыдно?» — Сунь И снова улыбнулся, и они оба рассмеялись. Вспоминая дни, будучи новобранцами, на сердце у них потеплело.

В мгновение ока прошло столько лет, но они всё ещё не свернули со своего пути, и это действительно было здорово.

«Но на самом деле я не ожидал, что ты женишься. Я думал, ты женишься после меня или останешься холостяком всю жизнь», — Сунь И улыбнулся.

«Почему?»

«Ты ещё спрашиваешь почему! Ты не знаешь, свой характер? Ты целыми днями ходишь с каменным лицом, не смеёшься, не смотришь на девушек. Хотя люди относятся к тебе по-особенному, ты не обращаешь на них внимание. Знаешь скольких девушек ты заставил грустить?» — Сунь И покачал головой и добавил. — «Зная об этом, я считал, что ты останешься один, хотя по какой-то непонятной причине ты нравился всем тем девушкам. Естественно, такой понимающий человек, как я, должен был жениться первым».

Цзи Ян слегка улыбнулся: «Почему ты до сих пор не женат? Ты должен был легко найти себе жену».

«Эй, не упоминай об этом», — Сунь И чувствовал себя бессильным в этом вопросе. — «Я встречался с несколькими девушками, но ни одна из них не смогла вынести того, что я не могу быть рядом из-за работы. Я ничего не могу с собой поделать, и не могу винить их за то, что они расстались со мной. Такова доля солдата, нас постоянно не бывает дома. Если что-то случится, женщине приходится решать всё самой. Даже если у неё есть мужчина, такие отношения ничем не отличаются от того, что их вовсе нет, и многие женщины больше не могут этого выносить. Теперь я это понял. Если я действительно встречу девушку, которая согласится остаться со мной, преодолевая трудности и страдания, я точно буду хорошо к ней относиться».

Цзи Ян понял его и утешил: «Не волнуйся, ты обязательно встретишь такую». Ему ведь удалось встретить Тан Тан.

Сунь И вспомнил о Тан Тан, которая только что ушла, и спросил у Цзи Яна: «Твоя семья познакомила тебя с твоей женой?»

Цзи Ян замялся и покачал головой. Поначалу их с настоящей Тан Тан никто не знакомил.

Сунь И был немного удивлён. Сначала он подумал, что это дело рук его семьи. Он не ожидал, что Цзи Ян начал встречаться с ней сам. Если Цзи Ян сам начал за ней ухаживать, то было очевидно, что она понравилась ему. Почему у Цзи Яна был такой странный вкус на женщин?

«Я думал о том, какая бы тебе понравилась девушка, но не ожидал, что это будет твоя жена. Я думал, что ты женишься на супер-красотке, фанатеющей по тебе», — сказал Сунь И, а затем понял, что выразился как-то не так и быстро добавил. — «Я не говорю, что твоя жена плохая, не пойми меня неправильно… просто».

Цзи Ян невольно улыбнулся и понял, что Сунь И не хотел говорить ничего плохого. Тан Тан действительно не была красавицей. Хотя она поправилась и стала выглядеть лучше, за последние несколько дней она снова похудела. Сейчас она выглядела изможденной, и была не в лучшей форме.

Увидев, что Цзи Ян не сердится, Сунь И вздохнул с облегчением. Увидев, что больше никого не было, он не мог не спросить: «Твоя жена одна заботится о тебе? Ей не нужно ходить на работу?»

Цзи Ян: «Она не ходит на работу, она посвятила себя детям и домашним делам».

Домохозяйка? Сунь И замер, и ещё больше озадачился. Цзи Ян нравился стольким красивым девушкам, но в итоге он не обращал на них внимание. Это заставило Сунь И подумать, что у Цзи Яна были слишком высокие стандарты. Все шутили за его спиной, говоря, что жена Цзи Яна точно будет на уровне небожительницы, он и сам так думал, но не ожидал, что выбор Цзи Яна будет таким.

Честно говоря, жену Цзи Яна нельзя было назвать красивой, характер у неё был довольно замкнутый, и даже работа у неё была не самая лучшая. Она была далека от образа прекрасной и талантливой богини. Как Цзи Ян мог влюбиться в кого-то вроде неё?

Сунь И вдруг задумался об этом в мрачном ключе. Неужели у жены Цзи Яна могущественная семья? Однако, когда он пришел к этой мысли, то сразу же отверг свою догадку. Цзи Ян был не из тех мужчин, которые женятся на женщине ради власти и влияния.

Так почему же? Сунь И не смог найти рациональную причину, и мог лишь объяснить это волей судьбы.

В полдень пришла сиделка, которая ухаживала за Сунь И, и принесла ему еду из столовой, а затем забрала грязную одежду.

Сиделку наняли его родители. Его родители были заняты на работе, и у них не было времени заботиться о нём. Поэтому они могли лишь нанять сиделку. Так как Сунь И не привык к тому, что кто-то находится рядом с ним весь день, сиделка приходила, приносила еду утром и вечером, а затем уходила.

Сунь И не заинтересовался едой из столовой. Ему было лень есть, да и он не был голоден. Поэтому он решил подождать Цзи Яна, чтобы они могли поесть все вместе. Еда всегда вкуснее, если разделить её с кем-то.

Однако после того, как пришла Тан Тан, Сунь И тут же пожалел об этом.

Зачем он искал повод, чтобы поесть с кем-то!





Глава 63




Тан Тан очень быстро всё приготовила. Она вернулась через час с огромными пакетами в руках. Тан Тан шла очень быстро, и её лицо раскраснелось от напряжения.

Цзи Ян расстроился, увидев её, и разозлился: «Почему ты принесла столько всего? Я же просил тебя не торопиться, зачем ты принесла сразу всё? Как тебе удалось принести такую тяжесть!»

«Не двигайся!» — Тан Тан увидела, что Цзи Ян собирается встать и помочь ей с тяжелыми пакетами. Она поспешно оставила вещи и подбежала к Цзи Яну. Пытаясь задержать его, она крепко обняла Цзи Яна: «Не двигайся, мне не тяжело, теперь у меня достаточно сил».

«Ты думаешь, я не знаю, насколько ты сильна?» — Цзи Ян притянул к себе ладони Тан Тан и посмотрел на них. На её руках виднелись тёмно-красные отметины. Он не удержался и нежно погладил их. Честно говоря, он чувствовал себя виноватым. Теперь некому было ей помочь, и ей всё приходилось делать самой, так как же ей удается всё это выносить?

Тан Тан заметила, как он нахмурился, и намеренно сменила тему, чтобы отвлечь его внимание: «Всё в порядке, давай поедим, пока еда не остыла».

Тан Тан убрала руки, а затем поставила маленький столик на кровать и начала раскладывать принесённую еду.

Тан Тан приготовила два больших контейнера с едой: суп со свиными ребрышками, куриные крылышки в коле, суп в горшочке, курицу на пару, грибы с ветчиной и кисло-сладкие корни лотоса, а затем достала два основных блюда: рис и молочную кашу.

Рис она приготовила для детей, а кашу и вегетарианские блюда она приготовила специально для Цзи Яна.

Как только она открыла контейнер с едой, комнату заполнил соблазнительный аромат, пробуждающий аппетит. Не только у Цзи Яна потекли слюнки, у Сунь И, лежавшего на соседней кровати, тоже потекли слюнки, и он не мог отвести взгляд от Цзи Яна. Глядя на богатые яства, расставленные на столе перед Цзи Яном, он сглотнул слюну, хотя и не был голоден.

Всё выглядело так вкусно. Почему еда, которую принесла жена Цзи Яна, намного лучше его собственной?

Тан Тан взяла миску и налила супа, а затем взяла чистую тарелку, и положила на неё немного овощей из каждого вегетарианского блюда. Она отнесла тарелку вместе с супом Сунь И и сказала: «Старший брат Сунь, я приготовила это сама, здесь всего понемногу. Тебе тоже стоит попробовать. Не отказывайся».

Сунь И не ожидал, что ему тоже достанется порция. Хоть он и захотел есть, ему было так неловко забирать чью-то еду, что он быстро отказался, замахав руками: «Не нужно, у меня есть обед, вы можете съесть всё сами».

Тан Тан сразу же поставила суп и овощи на маленький столик у кровати Сунь И: «Все в порядке, старший брат Сунь, я много приготовила. Угощайся, тебе не нужно быть вежливым».

«Это…» — Сунь И неловко посмотрел на Цзи Яна.

Цзи Ян улыбнулся: «Присоединяйся, давай поедим вместе».

У Сунь И был покладистый характер. Его не нужно было долго уговаривать. «Спасибо, невестка», — Сунь И поблагодарил, и сразу же приступил к еде. Он был очень голоден.

Когда он попробовал первую ложку супа, то не смог сдержать возгласа: суп был таким вкусным, совсем не таким, как в столовой. Недолго думая, он доел суп в три счёта и перешёл к следующему блюду. Вкус еды на тарелке был ещё лучше. Сунь И взял простой белый рис, лежавший рядом, и съел его. Он ел очень быстро, совсем не как обычно. Он не был похож на больного. Если бы на него посмотрел незнающий человек, то подумал бы, что тот находится в военном лагере.

Тан Тан увидела, с каким удовольствием ест Сунь И, и в её глазах появилась улыбка. Затем она повернулась к Цзи Яну, и начала будить двух малышей, которые ещё спали. Она похлопала их по плечу и встряхнула: «Вставайте Бао Бао, Но Но! Давайте поедим».

Вэнь Но проснулась и протёрла глаза маленькой ручкой, а затем приоткрыла ротик и мило сказала: «Тетя~»

«Да, тетя здесь, Но Но! Скорее вставай и давай поедим», — Тан Тан поцеловала малышку и повернулась к Цзи Сяо Чжо. Этот парень всё ещё спал и громко храпел. В шутку она ущипнула его за пухлую щечку: «Вставай, Бао Бао, или злой серый волк укусит тебя за щёку!»

Но Но, находясь радом с ними, рассмеялась, но герой дня — Цзи Сяо Чжо по-прежнему не шевелился и спал без задних ног.

Тан Тан на мгновение потеряла дар речи и, несмотря на жалость в сердце, она схватила пухлого малыша за плечи и с силой потрясла его, громко сказав: «Бао Бао, вставай скорее!»

«Ах, не шумите, мне нужно ещё поспать~», — Цзи Сяо Чжо пошевелился и отмахнулся от человека, пытающегося его разбудить, а затем повернулся на другой бок и продолжил спать.

Все присутствующие: «…».

Тан Тан расстроенно вздохнула. Этот малыш уже давно не спал так крепко, а теперь он превратился в настоящего соню и никак не мог проснуться.

Увидев, что Тан Тан расстроена, Но Но сжала её руку, чтобы успокоить, а затем медленно поднесла свою ручку к ножкам Цзи Сяо Чжо и легонько пощекотала его.

«Ха-ха-ха, щекотно!» — Цзи Сяо Чжо, который только что спал как маленький поросёнок, тут же подпрыгнул и засмеялся, перебирая своими маленькими толстыми ножками.

Неужели он проснулся? Так легко? Тан Тан моргнула и недоверчиво посмотрела на Но Но.

Но Но тоже моргнула, и в её глазах мелькнула искра. Внезапно она наклонилась к уху Тан Тан и прошептала: «Тетя, братик Сяо Чжо боится щекотки, он просыпается, когда его щекочут». Она всегда так будила его в детском саду после дневного сна.

Тан Тан вдруг поняла, что впервые узнала о том, что её сын боится щекотки. Он мог быстро проснуться, если его пощекотать, а она этого не знала.

Когда Цзи Сяо Чжо перестал смеяться, то окончательно пришёл в себя. Он озадаченно посмотрел вокруг, чтобы понять кто трогал его ноги. Он сразу же понял, что произошло, и не смог сдержаться, сердито посмотрев на малышку: «Но Но! Ты снова ведешь себя плохо!»

Но Но смущённо улыбнулась и вдруг подошла и поцеловала Сяо Чжо в щёку.

Я тебя поцеловала, так что не сердись.

Гнев Цзи Сяо Чжо рассеялся из-за поцелуя. Он притворился недовольным и махнул рукой: «Айя, вы — женщины доставляете много хлопот. Я не буду с тобой спорить».

Но Но счастливо улыбнулась.

Цзи Ян приподнял брови, впервые увидев своего сына с новой стороны. Откуда он этому научился?

Тан Тан была слишком смущена, чтобы объяснить ему, что Цзи Сяо Чжо научил малышку таким образом выражать благодарность или извиняться за что-то. Она боялась, как бы он не отшлепал малыша по заднице.

Сунь И, наблюдавший за этой сценой, начал дразнить Цзи Яна, показывая Цзи Сяо Чжо большой палец: «Цзи Ян, у твоего сына большое будущее».

Цзи Ян прикрыл лоб, не зная смеяться ему или плакать.

Цзи Сяо Чжо окончательно проснулся. Тан Тан дала двум малышам по миске риса, чтобы они могли начать есть. После этого приподняла кровать Цзи Яна, чтобы ему было удобнее есть. Она взяла миску с супом и села рядом с ним: «Муженек, тебе сейчас нельзя есть жирную пищу, сначала выпей немного супа, а потом съешь немного каши. Эти вегетарианские блюда тебе тоже можно есть. Через пару дней ты сможешь есть нормальную пищу, и я сделаю для тебя что-нибудь вкусненькое».

Цзи Ян находил забавным, что она уговаривает его, как ребенка, но внутри он чувствовал себя счастливым. Пока она заботилась о нём, он готов был есть кашу каждый день. Откуда могли взяться обиды?

С нежностью в сердце, Цзи Ян протянул руку, чтобы взять тарелку с супом, но Тан Тан остановила его: «Не двигайся, что нам делать, если ты заденешь рану. Я покормлю тебя».

«... Хорошо», — Цзи Ян хотел сказать, что сам может поесть, но, увидев встревоженный взгляд Тан Тан, проглотил эти слова. Ничего страшного, если она покормит его, хотя ему будет немного неловко перед товарищем и детьми, но всё будет хорошо. Ему достаточно будет проконтролировать своё выражение на лице.

Тан Тан зачерпнула ложку супа и попробовала, не слишком ли он горячий. Суп был горячим, но она осторожно подула на него и отправила ложку Цзи Яну в рот.

Её действия были похожи на то, как мать кормит своего ребенка, который не хочет есть сам. Забота и внимание с её стороны были доведены до крайности, но при этом настоящие маленькие дети ели сами, а ему — здоровяку, которому было уже за тридцать, подавали еду с ложечки.

Цзи Ян слегка покашлял, и его уши слегка покраснели. Он уже и не помнил, когда его в последний раз кормили с ложки. Он не ожидал, что, когда ему будет за тридцать, его жена лично будет кормить его. Ему было немного неловко, но он должен был признать, что чувствовал себя вполне счастливым.

Кто сказал, что только женщины счастливы, когда к ним благоволят мужчины? Когда мужчину балует его женщина, он тоже счастлив.

Цзи Ян, насколько это возможно, игнорировал удивление и ужас Сунь И. Он дождался, пока тот насмотрится на него непонимающим взглядом, и открыл рот, чтобы съесть очередную ложку супа.

Тан Тан зачерпнула ложкой еду и подула на неё: «Тебе сейчас нужно есть лёгкую пищу, поэтому я не добавляла много соли. Тебе будет немного не комфортно».

«Совсем не пресно, а очень вкусно». — Цзи Ян говорил правду, суп действительно был вкусным. — «Всё, что ты готовишь, очень вкусное».

Тан Тан осторожно улыбнулась. Она выглядела как застенчивая девочка, которую только что похвалили. Она поднесла ко рту Цзи Яна кашу и овощи, сказав: «Ешь побольше, тебе нужно хорошо питаться, чтобы восстановиться».

Тан Тан так мило улыбнулась, что Цзи Ян вдруг забыл о том, что рядом с ними есть другие люди. Он не смог удержаться и коснулся её лица, подумав, что его жена была слишком хороша. Достаточно было пары слов, чтобы сделать её счастливой, что может быть легче? Может, ему тоже стоит её покормить?

Сунь И спокойно ел рядом с ними и потерял дар речи, наблюдая за происходящим. Они что, специализируются на жестоком обращении с собаками?

Сунь И вдруг почувствовал легкое несварение. Он молча отставил тарелку и так же молча лёг, натянув одеяло на половину лица, чтобы скрыть чувство ревности.

Ему следовало бы поспать.

Тан Тан и Цзи Ян были увлечены едой. Они не обратили внимания на состояние Сунь И. После того как Цзи Ян закончил есть, Тан Тан вытерла ему рот, а затем взяла оставшуюся еду и начала есть сама.

Тан Тан хотела доесть кашу, которую не доел Цзи Ян, но её остановили: «Не ешь кашу, ешь больше риса и мяса. Посмотри, как ты похудела».

Тан Тан сжала губы, и посмотрела на своё тонкое запястье. Она подавленно вздохнула, и молча отставила кашу. Она взяла тарелку, и положила себе несколько кусочков мяса, а затем с аппетитом съела их.

Ей тоже нужно было хорошо поесть. Раньше она с таким трудом набрала вес, но всё было напрасно. Теперь она снова выглядела некрасиво, поэтому ей стыдно было перед Цзи Яном. Она боялась, что снова поставит его в неловкое положение.

По всей видимости, товарищ Цзи Яна мог задуматься о том, почему Цзи Ян женился на такой жене, как она.

Нет-нет, она не могла ударить в грязь лицом перед Цзи Яном, она должна набрать вес! Подумав так, Тан Тан съела ещё несколько кусочков мяса, она намеренно выбрала кусочки пожирнее.

Цзи Ян наблюдал за тем, как Тан Тан съедает мясо за один присест, и довольно улыбнулся.

После обеда Тан Тан собрала принесённые вещи, а затем снова опустила кровать Цзи Яна: «Муженек, поспи немного, отдохни, чтобы рана быстрее зажила».

Цзи Ян посмотрел на двух детей, которые сидели на полу и вместе собирали модель: «Тебе стоит забрать детей с собой. Им здесь не с кем играть, тебе тоже нужно отдохнуть. Я не нуждаюсь в постоянном уходе. Если мне что-нибудь понадобится, я могу позвать медсестру. Ты можешь привезти детей сюда на ужин».

Тан Тан не могла унять беспокойство о Цзи Яне, но ей было жалко детей, играющих на полу. Им, наверное, было скучно в палате. Кроме того, дети не могли не шуметь во время игры, и могли потревожить сон Цзи Яна и Сунь И, так что Тан Тан пришлось согласиться: «Что ж, я заберу детей, чтобы они немного отдохнули, а потом приведу сюда на ужин».

Увидев, что Тан Тан чем-то обеспокоена, Цзи Ян взял её за руку: «Не возвращайся слишком рано, не торопись, медсестры проверяют нас каждые два часа, так что со мной ничего не случится».

Тан Тан кивнула, но беспокойство в её взгляде никуда не ушло. Она взяла его мобильный телефон и проверила заряжена ли батарея. Так как проблем не было, она положила мобильный телефон рядом с его подушкой: «Мобильный телефон здесь. Если ты не сможешь найти медсестру, можешь сразу позвонить мне. Я тут же приду. Тебе нельзя напрягаться и делать что-то самому, ясно?»

«Хорошо, я обещаю».

Тан Тан поняла, что больше ей не чего сказать. Она посмотрела на Цзи Яна и решила, что всё будет в порядке. Затем она забрала обоих детей и увела с собой в арендованную квартиру.

Когда дверь палаты наконец закрылась, Сунь И, лежа, прикрывшись одеялом, медленно откинул его и повернулся, чтобы посмотреть на Цзи Яна.

Цзи Ян оторвал взгляд от двери и, увидев Сунь И, спросил: «Ты не спишь? Разве ты не лёг спать пораньше?»

«Было бы странно, если бы я смог заснуть при таких обстоятельствах», — Сунь И пробубнил себе под нос и вдруг обратился к Цзи Яну. — «Теперь я верю, что вы с женой полюбили друг друга по своему желанию».

Внезапно прозвучавшая фраза озадачила Цзи Яна. Конечно, он и Тан Тан определённо полюбили друг друга по своему желанию, что тут удивительного?

Взгляд Сунь И становился всё более обиженным: «Теперь я знаю, почему ты влюбился в свою жену». Тан Тан такая нежная и добродетельная, она так сильно любит своего мужа. Неужели такие девушки ещё существуют?

Цзи Ян приподнял брови и, наконец, понял, что Сунь И имеет в виду. Он не смог сдержать смех, в котором смешались гордость и самодовольство.

Сунь И было больно на него смотреть, он молча повернулся к Цзи Яну спиной. То, что не видят глаза, не печалит сердце.

* * *

Тан Тан направилась домой с двумя детьми. Но в итоге, как только она вышла из больницы, Цзи Сяо Чжо внезапно дёрнул её за штанину и остановил. Он указал на припаркованный неподалёку «Ленд Ровер» и сказал: «Мамочка, это машина прадедушки».

Тан Тан посмотрела на припаркованную машину. Она была высокой и большой, вся тёмная, даже окна были чёрными, и сквозь них ничего не было видно.

«Бао Бао, откуда ты знаешь, что это машина прадедушки? Ты не ошибся?»

Цзи Сяо Чжо очень уверено заявил: «Да, это машина прадедушки, номер шесть пять, я очень хорошо её запомнил».

Тан Тан обнаружила, что номерной знак машины действительно состоит из этих цифр, похоже, Бао Бао действительно не ошибся.

Тан Тан немного засомневалась, не зная, стоит ли ей подойти и поздороваться. До того дня они со старейшиной никак не взаимодействовали. Она даже не могла сказать, что они знали друг друга. Цзи Ян не общался со своей семьей, и было бы разумно предположить, что ей не следует вступать в отношения с его дедушкой, не зная всей ситуации. Но она не могла не вспомнить ту ночь, когда Цзи Ян находился в операционной. В тот момент величественный старик внезапно склонил голову перед дверью в операционную. Казалось, что он постарел за одну ночь. В его глубоких глазах отчетливо читались тревога и отчаяние.

Она видела глубокую заботу и любовь старика в его глазах.

Когда Цзи Ян находился в отделении интенсивной терапии, дедушка Цзи каждый день приходил и сидел на скамейке неподалёку до самого заката. Даже, когда он брал с собой ланч-бокс с едой и ел там же, сидя на скамейке. Он съедал лишь пару ложек, а затем снова продолжал спокойно сидеть. Тан Тан знала, что старик тоже ждал, когда Цзи Ян очнется.

Увидев дедушку Цзи в таком состоянии, Тан Тан засомневалась.

Цзи Сяо Чжо взял её за руку и посмотрел на неё: «Мамочка, давай поздороваемся с прадедушкой Цзи. Прадедушка Цзи тайком покупал мне игрушки и водил меня в кафе, где кормили вкусностями».

Тан Тан услышала просьбу малыша и наконец кивнула. Ей нечем было возразить.

Подведя двух детей к машине, она постучала в окно. Стекло тут же опустилось, и в проёме показалось молодое лицо. Тан Тан знала, что это был охранник дедушки Цзи.

Охранник на мгновение опешил, увидев трех людей у машины. Он тут же открыл дверь и вышел. Он решил, что что-то случилось с Цзи Яном. Ему не терпелось спросить: «С Цзи Яном что-то случилось?»

«Нет, нет», — Тан Тан поняла, что её действие могли неправильно понять, и быстро объяснила. — «Мы увидели здесь машину дедушки и хотели подойти поздороваться. Дедушки тут нет?»

Охранник вздохнул с облегчением и посмотрел на заднее сиденье машины, а затем тихо сказал: «Господин внутри, но он заснул. Он не спал несколько дней. Он уже не в той форме, что раньше».

«Почему он спит здесь? Отвезите дедушку спать домой, как он сможет спокойно выспаться в машине». Хоть Тан Тан и не знала, что произошло между Цзи Яном и стариком, старик переживал за Цзи Яна. Она не могла спокойно смотреть на старика в таком состоянии.

В глазах охранника читалась беспомощность: «Я тоже хотел отвезти господина домой спать, но он слишком упрям и говорит, что не поедет обратно. В лучшем случае он готов отдохнуть в машине. В эти дни он ничего не ел. Хорошо, если съедал пару ложек за раз, но этим не наешься. Он сильно похудел. Если так будет продолжаться, то неизвестно, выдержит ли его организм».

«Ах», — Тан Тан нахмурилась от беспокойства. — «Как он может так себя изводить, ведь он уже не молод?»

«Думаете, мы не понимаем?» — охранник вздохнул. — «Он просто слишком беспокоится о Цзи Яне».

Тан Тан сжала губы и засомневалась: «Было бы лучше, если бы дедушка пошел с нами и отдохнул немного. Я сняла квартиру неподалёку, там он сможет спокойно отдохнуть».

«Это…» — охранник немного удивился и слегка разволновался. Он хотел согласиться, но вспомнил, каким упрямым был старик. Он был слишком горд, чтобы склонить голову перед Цзи Яном и, естественно, он не захочет принимать доброту от жены Цзи Яна.

Увидев выражение лица охранника, Тан Тан всё поняла. Она наклонилась и прошептала несколько слов на ухо Цзи Сяо Чжо. В следующую секунду Цзи Сяо Чжо кивнул и забрался в машину после того, как Тан Тан помогла ему открыть дверь.





Глава 64




Охранник не знал, что и думать: «Сяо Чжо, это же...»

Тан Тан жестом показала ему, что не стоит волноваться: «У Сяо Чжо наверняка найдется способ убедить дедушку, пойти с нами».

Охранник не поверил. В конце концов, он сопровождал старика слишком долго, и вот уже десять лет как они провели вместе. Характер старика был ему хорошо известен. Если бы он мог смягчиться, то его отношения с Цзи Яном не стали бы такими, как сегодня. Он никогда не уступал, так что его не так-то просто переубедить, даже если убеждающему человеку всего три или четыре года.

Охранник очень переживал, что Цзи Сяо Чжо расстроится из-за прадедушки и не захочет больше с ним видеться. Ведь у детей тоже есть гордость.

Однако охраннику не стоило так сильно беспокоиться. Всё вышло за рамки его ожиданий. Цзи Сяо Чжо не стал капризничать, он просто распахнул дверь и вышел наружу. Его маленькая ручка всё ещё оставалась внутри, держа за руку большую руку прадедушки Цзи.

Цзи Сяо Чжо помахал нескольким людям: «Мамочка, я сказал прадедушке Цзи, что мы сейчас отведём его к нам домой!»

Тан Тан невольно посмотрела на дедушку Цзи, которого вёл за собой Цзи Сяо Чжо.

На лице дедушки Цзи не было ни тени эмоций. Он по-прежнему выглядел очень серьёзно. Его взгляд выглядел устрашающе. Люди, не обладающие достаточной смелостью, конечно же, не осмелились бы встретиться с ним взглядом, но Тан Тан не боялась, потому что обнаружила, что черты лица Цзи Яна были очень похожи на черты дедушки Цзи. У этих двух людей были очень похожие характеры. Она не боялась Цзи Яна и, вероятно поэтому она не боялась дедушку Цзи.

Тан Тан искренне улыбнулась и поздоровалась с дедушкой Цзи. «Дедушка Цзи, я — Тан Тан».

Дедушка ничего не ответил. Он лишь мельком взглянул на неё и отвернулся. Он первым направился в сторону их квартиры в сопровождении Цзи Сяо Чжо, явно не желая заботиться о ней.

Тан Тан моргнула. Похоже, дедушка недоволен ею как своей внучкой. Он даже не потрудился сказать ей пару слов.

Вздохнув про себя, Тан Тан взяла Вэнь Но за маленькую ручку и пошла следом за стариком.

Охранник боялся, что Тан Тан будет чувствовать себя неуютно. В конце концов, она была так добра и пригласила старика отдохнуть в своем доме, но не получила за это никакой благодарности. На душе у мужчины было неспокойно. Он переживал, что Тан Тан расстроится и начнет спорить со стариком, поэтому ему пришлось прошептать Тан Тан на ухо: «Не сердись, у старика такой характер, он никому не улыбается».

Тан Тан улыбнулась и покачала головой: «Ничего страшного, я не сержусь. Старики все такие».

Тан Тан выглядела совершенно невозмутимой, улыбка на её лице не была наигранной. Охранник не мог отвести от неё взгляд. Несколько дней назад он беспокоился о Цзи Яне и своём господине, и совсем не обращал на неё внимание. Теперь, после стольких предосторожностей, он был удивлён, что она стала другой. Изменилась не только её внешность, но и её характер.

Охранник не мог не вспомнить, как до этого видел Тан Тан несколько раз. Она казалась пьяной, а её глаза были полны ненависти ко всему на свете. Она выглядела, как истеричная сумасшедшая. Не говоря уже о том, что старик её возненавидел, даже постороннему человеку она бы не понравилась.

Но посмотрев на нынешнюю Тан Тан, он понял, что её улыбка и мягкий голос вызывали совершенно иные ощущения. Хоть она и не была красавицей, но с ней сразу можно было почувствовать себя комфортно. Так комфортно, что хотелось сблизиться с ней.

Когда произошли эти огромные перемены?

Кроме того, разве отношения между Цзи Яном и Тан Тан не были очень плохими? Судя по тому, что он увидел за последние несколько дней, это было неправдой. В те дни, когда Цзи Ян лежал в отделении интенсивной терапии, Тан Тан не могла спокойно спать и ждала снаружи, наблюдая за ним. В её глазах читались неподдельные беспокойство и тревога.

Когда же эти двое успели так сильно полюбить друг друга?

* * *

Тан Тан отвела всех в арендованную квартиру. Она подала старику и охраннику по паре новых тапочек, а затем налила две чашки горячей воды: «Дедушка, тебе стоит лечь и отдохнуть, я не буду заваривать тебе чай, чтобы это не мешало твоему сну».

Дедушка Цзи ничего не ответил, но сделал глоток из чашки. Таким образом он проявлял к ней уважение.

Увидев это, Тан Тан вздохнула с облегчением, она хотела попросить дедушку пойти в комнату для обеденного сна, но вдруг вспомнила, как охранник сказал ей, что старик ничего не ел последние несколько дней. Присмотревшись, она заметила, что старик действительно сильно похудел. Казалось, что он сильно постарел за несколько дней. Всё это время пожилой мужчина по-настоящему беспокоился о Цзи Яне.

Сердце Тан Тан наполнилось нежностью и добротой. Хотя Тан Тан знала, что старик её недолюбливает, она робко спросила: «Дедушка, я на обед сварила много супа. Не хочешь попробовать? Выпив немного супа перед сном, ты будешь спать лучше».

Старик уже собирался отказаться, но Цзи Сяо Чжо, стоявший рядом с ним, вспомнил, как дедушка рассказывал, что ему было очень тяжело в последние пару дней. Он тут же бросился к нему в объятия и посмотрел на него большими глазами: «Прадедушка, мама приготовила очень вкусный суп. Будет жаль, если ты не попробуешь. Ты ведь уже два дня ничего не ел. Если ты не будешь есть, ты не будешь красивым. Я такой красивый, потому что много ем, разве ты не хочешь быть таким же красивым, как я?»

Когда дедушка услышал слова Сяо Чжо, то тут же проглотил свой отказ. Хотя обычно его серьёзное лицо ничего не выражало, он не смог удержаться от смеха, покачав головой, он согласился: «Хорошо, чтобы быть таким же красивым, как Сяо Чжо, мне нужно выпить немного супа».

«Хорошо! Прадедушка, что есть, то есть», — Цзи Сяо Чжо поцеловал прадеда и тут же повернул голову к Тан Тан, подмигнув ей.

Тан Тан не смогла удержаться и окинула малыша одобрительным взглядом, а затем пошла на кухню, чтобы разогреть суп в кастрюле. Она задумалась, и решила использовать оставшиеся продукты, которые купила сегодня днём, и быстро приготовить два блюда для возбуждения аппетита и укрепления селезёнки. Оба блюда вместе с супом она вынесла для дедушки Цзи.

«Дедушка, я приготовила пару блюд для возбуждения аппетита. Можешь попробовать. Если тебе понравится, можешь съесть побольше. Если не понравится, ничего страшного».

Дедушка окинул взглядом блюда на столе, но не пошевелился. Он лишь взял стоявшую перед ним тарелку с супом и медленно выпил. Он ничего не сказал.

Тан Тан не придала этому значения и дала охраннику миску риса и пару палочек, чтобы он тоже мог поесть.

«Спасибо, вы слишком вежливы», — охранник не ожидал, что ему тоже достанется порция. Он невольно вздохнул, глядя на старика, и взял миску риса и палочки из рук Тан Тан. Он боялся, что её гордость будет задета тем, что старик не стал есть её еду, охранник быстро начал есть, хотя и не был голоден.

Однако, когда он попробовал блюдо, в глазах охранника мелькнуло удивление, потому что оно было очень вкусным. Оно было таким вкусным, что он не мог остановиться, даже несмотря на то, что не был голоден и у него не было аппетита. Теперь, когда он начал есть, у него проснулся аппетит.

Он не ожидал, что жена Цзи Яна будет так хорошо готовить. Похоже, у неё были свои достоинства, просто раньше их не замечали. Подумав так, мужчина стал есть ещё быстрее.

Тан Тан не стала отвлекать их и ушла в комнату, чтобы сменить постельное бельё для дедушки и постелить более удобное одеяло, чтобы пожилой человек мог хорошо выспаться.

Так как Тан Тан не было рядом, охранник прошептал старику: «Господин, я думаю, что жена Цзи Яна уже не такая, как раньше. Теперь она слала лучше, не говоря уже о её кулинарных навыках. Она очень вкусно готовит».

Дедушка Цзи фыркнул: «Я что не кормлю тебя? Почему ты купился на пару простых блюд?»

Охранник уже привык к вспыльчивому нраву старика, поэтому спокойно ел и при этом говорил: «Это не из-за еды, вы же сами видели то, как сильно она беспокоилась о Цзи Яне, и какими красными у неё были от слёз глаза. Она не отходила от него ни на шаг, и сама заботилась о нём. Разве обычная женщина стала бы делать тоже самое?»

«Ты веришь в то, что видишь, хотя наблюдаешь за ней всего несколько дней?» — сказал ему старик. — «Видимо, на поле боя шпион смог бы обмануть тебя всего парой слов. Ты бы сразу выдал врагу все тайны!»

Услышав о поле боя, охранник тактично промолчал и опустил голову, сосредоточившись на еде. Но когда его палочки для еды потянулись за блюдом, старик внезапно забрал у него тарелку: «Ты что, не обедал, что ли?! Ты слишком много ешь! Если будешь так много есть, кто сможет позволить себе тебя содержать!»

«Вы же ничего не едите, а я не могу позволить выбросить еду напрасно. Лучше я всё съем», — прошептал охранник, пытаясь снова взять палочками еду, но снова ухватился за пустоту.

Старик сверкнул глазами: «Кто сказал, что я не ем? Я ещё не обедал». Он взял палочки и начал есть.

Охранник молча отложил палочки, ведь он ничего не мог поделать с этим стариком. Он не был честен даже сам с собой. Если хочешь есть, скажи об этом прямо, зачем стесняться.

* * *

Когда Тан Тан застелила постель и попросила дедушку лечь спать, она обнаружила, что вся еда на столе уже съедена. Миска с рисом рядом с дедушкой была пуста. Она не могла не посмотреть на охранника.

Этот охранник вполне был способен всё съесть.

Охранник понял, что означает взгляд Тан Тан, и запаниковал, но, глядя на старика, не смог ничего возразить. Пусть она неправильно поймёт, зато гордость старика не будет затронута.

Тан Тан сказала старику: «Дедушка, я постелила для тебя постель, можешь ложиться спать. Могут малыши составить тебе компанию?»

Старик торжественно кивнул, встал и сразу направился в спальню.

Тан Тан привела двух малышей в комнату и сказала: «Не хотите остаться с прадедушкой и немного вздремнуть?»

Цзи Сяо Чжо, естественно, не отказался. Он быстро снял с себя одежду и быстро забрался в кровать, скинув с себя тапочки. Он забрался под одеяло и лёг с левой стороны от прадедушки Цзи. Он схватил его за большую руку, как маленький малыш: «Дедушка, я буду спать с тобой».

У старика всегда было серьёзное выражение на лице, но он не мог сдержать улыбку. Он улыбнулся, и на его лице появились морщинки. Дедушка Цзи погладил правнука по головке и сказал: «Что ж, ложись спать с прадедушкой».

Цзи Сяо Чжо вытянул шею и позвал Вэнь Но, которая всё ещё стояла у кровати: «Но Но, иди сюда, давай спать с прадедушкой».

На самом деле Вэнь Но немного боялась этого, казалось бы, сурового прадедушку, но она всегда прислушивалась к словам Цзи Сяо Чжо и, преодолевая страх, она сняла обувь и забралась в постель, но не осмеливалась спать по другую сторону от прадедушки Цзи. Она легла по другую сторону от Цзи Сяо Чжо и сразу же закрыла глаза.

Цзи Сяо Чжо остался доволен. Он взял Но Но за руку и повернулся к прадедушке, сказав: «Прадедушка, закрывай глаза, мы будем спать».

Дедушка Цзи послушно закрыл глаза.

Тан Тан вдруг вспомнила одну фазу: «У всего есть своя слабость».

Тихонько закрыв дверь и удалившись, Тан Тан сказала охраннику, который всё ещё находился в гостиной и не хотел спать: «Дедушка и малыши уснули, не могли бы вы присмотреть за ними? Я хочу сходить в больницу, чтобы присмотреть за Цзи Яном».

«Сейчас?» — охранник засомневался, но, увидев глаза Тан Тан, наливающиеся кровью, не смог удержаться от уговоров. — «Вам тоже нужно хорошо отдохнуть, чтобы вы смогли позаботиться о Цзи Яне. В больнице ничего страшного не произойдет, если бы им что-нибудь потребовалось, вам бы уже позвонили».

Тан Тан покачала головой. Она записала свой номер и дала охраннику: «Я всё равно не смогу заснуть. Буду ворочаться, глядя на часы. Мне придется побеспокоить вас, если что-то случиться позвоните мне».

«Всё в порядке», — увидев, что Тан Тан действительно не находила себе места, охранник согласился. Даже если она останется, то не сможет отдохнуть.

Тан Тан вздохнула с облегчением и быстро вернулась в больницу. В это время в палате Цзи Яна и Сунь И было тихо, казалось, они спали.

Тан Тан тихонько подошла к Цзи Яну. Она смотрела, как он крепко спит, слегка улыбалась, протянула руку и коснулась его лба, проверяя, не поднялась ли у него температура. Затем она осторожно откинула одеяло, чтобы посмотреть на его грудь, и убедилась, что рана не открылась. Убедившись, что проблем не было, она пододвинула стул и села рядом с кроватью Цзи Яна. В таком положении она могла наблюдать за ним, подперев подбородок рукой.

Посмотрев на него несколько секунд, она не удержалась и осторожно коснулась его щеки. Почувствовав тепло его тела, она медленно провела рукой по его шее и прощупала биение его пульса.

В этот момент она наконец убедилась, что Цзи Ян действительно жив, и это не сон.

Из глаз Тан Тан внезапно потекли слёзы, бесшумно скатываясь по её щекам, но она не хотела их вытирать. Сейчас никто её не видел, и она наконец могла дать волю своему внутреннему страху, смущению и слезам, которые давно копились в её сердце.

С тех пор как Цзи Ян ушёл на задание, она каждый день боялась. Она не ожидала, что он вернётся так скоро, но ещё меньше она ожидала, что он вернётся в таком состоянии. Никто не мог понять, что она почувствовала, когда осознала, что человек, которого она увидела на носилках, оказался Цзи Яном. Она впервые почувствовала такую болью в своём сердце, казалось, её сердце разрывалось на части.

Все те три дня, пока он был без сознания, стоило ей закрыть глаза на скамейке, как он тут же являлся ей во сне. Во сне он появлялся перед ней, миновав опасность и выздоровев, но, когда Тан Тан радостно тянулась к нему, желая прикоснуться, она внезапно просыпалась и понимала, что это был сон, а Цзи Ян по-прежнему лежал без сознания в отделении интенсивной терапии.

От разочарования ей становилось страшно, она боялась снова заснуть, но ещё больше она боялась, момента, когда Цзи Ян действительно очнётся. Тогда она всё ещё будет бояться, что это сон, и что после пробуждения он снова окажется без сознания.

Но теперь она наконец-то убедилась.

Всё хорошо, с ним всё в порядке.

«Почему ты плачешь?»

Тёплая большая рука вытерла слёзы Тан Тан. Она вдруг пришла в себя и поняла, что Цзи Ян проснулся. Она поспешно вытерла слёзы, но они не исчезали. Ей не терпелось встать и убежать в ванную.

Нельзя допустить, чтобы Цзи Ян увидел её в таком состоянии.

«Тан Тан, вернись», — его голос звучал очень тихо, но не подлежал сомнению.

Тан Тан остановилась, на мгновение замешкавшись, а затем развернулась и пошла обратно к кровати, не поднимая головы, и не осмеливаясь встретиться с ним взглядом.

Цзи Ян вздохнул, взял её за руку и успокаивающе погладил. Его голос звучал очень мягко, с ноткой сожаления: «Подойди ближе, дай мне тебя рассмотреть».

Тан Тан хотела покачать головой, но не стала ему перечить. Она тихо посмотрела на Сунь И, который всё ещё спал, и медленно придвинулась к Цзи Яну, позволяя рассмотреть своё лицо.

Цзи Ян протянул руку и обхватил затылок Тан Тан. Слегка надавив на её затылок, он прижал её к себе так, чтобы её лицо оказалось прямо перед его лицом, и они оба затаили дыхание. Цзи Ян нежно вытирал слёзы с её лица своими тёплыми губами, постепенно, с отчаянием и жалостью: «Я ужасен, прости меня. Не грусти. В следующий раз я буду осторожнее и постараюсь не причинить тебе боль. Не плачь».

Тан Тан шмыгала носом, подавляя желание расплакаться, и жалобно прошептала ему: «Я правда боялась, что ты не проснешься».

«Этого бы не случилось, ты же здесь, как я мог не проснуться? Видишь, я же проснулся. Ох, не плачь», — Цзи Ян знал, что на этот раз она по-настоящему испугалась. Должно быть она столько дней была вынуждена сохранять спокойствие, и осмелилась заплакать только тогда, когда никого не было рядом. Однако даже к лучшему, что она так сильно сейчас плакала. Когда она закончит, ей станет намного лучше.

«Хорошо, я не плачу», — Тан Тан энергично закивала, и теперь на душе у неё стало намного легче, и её страхи наконец рассеялись.

Увидев, что она действительно перестала плакать, Цзи Ян успокоился. Увидев её покрасневшие, как у маленького кролика, глаза, он захотел поцеловать её особенно сильно и, подумав об этом, внезапно прижал её к себе. Его рука упёрлась в её затылок, и его губы внезапно накрыли её губы в поцелуе.

Тан Тан сжала губы и отреагировала на то, что он делал, тут же отстранившись.

Нет, нет, мы же не одни здесь! Как мы можем заниматься чем-то подобным!

Цзи Ян не позволил ей отстраниться. Доля правды состояла в том, что, единожды попробовав вкус мяса, он уже не мог есть овощи. Одному Богу было известно, как сильно он скучал по ней все эти дни. Из-за разлуки с ней у него болело сердце. Если бы место позволяло, он бы уже давно притянул её к себе. Он сделал бы это прямо здесь, усадив её на себя сверху.

Теперь я могу облегчить свои страдания лишь коротким поцелуем.

«Не двигайся, я скучал по тебе, дай мне тебя поцеловать», — Цзи Ян сказал это так, чтобы его слова могла услышать только Тан Тан. Когда слова о любви звучали из уст человека, который никогда даже не улыбался просто так, эффект от них был ещё сильнее. В одно мгновение лицо Тан Тан покраснело, и она перестала сопротивляться.

Воспользовавшись этой возможностью, Цзи Ян сразу же прижался к её губам, проникая языком в её рот и переплетаясь с ней языками. Он наслаждался её сладостью, при этом их лица залились румянцем. На этот раз Цзи Ян специально контролировал свою силу, и они не издавали никаких смущающих звуков, чтобы никто другой не услышал их.

Естественно, Тан Тан не смогла бы справиться с Цзи Яном в такой момент. Разве это возможно? Не прошло и двух секунд, как она мягко повалилась на бок и позволила ему делать всё, что он хотел. Её глаза снова наполнились слезами, но на этот раз она плакала от счастья.

Цзи Ян долго целовал её, но внезапно отпустил. Он глубоко вдохнул и на пару секунд закрыл глаза. Он больше не мог её целовать. Иначе ему пришлось бы долго успокаивать кое-что.

Тан Тан сильно покраснела от поцелуев Цзи Яна. Когда её отпустили, она поднялась и выпрямилась, бросив на Цзи Яна свирепый взгляд, а затем осторожно и дерзко обернулась. Она посмотрела на Сунь И исподлобья, продолжая наблюдать за ним. Увидев, что он всё ещё спит, она похлопала себя по груди.

К счастью, им повезло, иначе ей было бы неловко.

Цзи Ян наблюдал за выражением лица Тан Тан, казалось, она выглядела так, словно что-то украла, и не смог сдержать смех. Почему его малышка такая милая? Однако, если бы она знала, что Сунь И уже давно проснулся, ей было бы до смерти стыдно.

В это время Сунь И уже проснулся, но не мог открыть глаза и продолжал делать вид, что крепко спит, рыдая в глубине души. Что это за жизнь? Ему было так больно, и он страдал от сильного душевного расстройства.

Внезапно ему захотелось найти себе девушку.

В следующий раз, когда мама захочет познакомить меня с девушкой, я обязательно пойду на свидание.





Глава 65




Тан Тан была очарована Цзи Яном.

«Ты ещё и смеёшься!» — Тан Тан сжала губы. Этот человек обычно выглядел серьёзным и холодным, не только дети, даже солдаты в его подчинении боялись его, но в этот раз Тан Тан почувствовала, что он действительно плохой парень.

«Хорошо, хорошо, я уже не смеюсь, давай просто поговорим. Подойди и присядь сюда», — Цзи Ян понимал, что, если продолжит в том же духе, то лишь сильнее разозлит Тан Тан.

Она облизнулась, сморщила нос и подошла, чтобы присесть на стул. Она решительно отказалась садиться на кровать, боясь, что Цзи Ян снова набросится на неё.

Цзи Ян не осмеливался больше дразнить её, он потянул её за руку и спросил: «Почему ты одна? А дети?»

Тан Тан сделала паузу и прошептала: «Дети спят дома, я беспокоилась о тебе, и просто пришла присмотреть за тобой».

Цзи Ян приподнял бровь, услышав её ответ. Он понял, что Тан Тан не всё рассказала ему. Учитывая заботу Тан Тан о детях, она не стала бы оставлять двух малышей дома одних, так что, должно быть, она нашла кого-то, кто присматривает за детьми. Но кто бы это мог быть и почему она просто не рассказала ему?

«Тан Тан, кто остался с детьми?»

Тан Тан сокрушалась, зная, что ничто не сможет утаить. Неосознанно она нервно сплела пальцы вместе, как это делал Цзи Сяо Чжо, и виновато ответила: «Когда мы выходили из больницы, мы увидели твоего дедушку…»

Цзи Ян почувствовал себя неловко, он не ожидал, что её ответ будет таким.

Тан Тан не знала, что произошло между Цзи Яном и дедушкой Цзи. Он никогда не рассказывал ей об этом. Она знала лишь то, что они не разговаривали друг с другом. Она посмотрела на Цзи Яна и объяснила: «Когда ты лежал в отделении неотложной помощи, дедушка пробыл там целый день. Он не мог дождаться, пока тебе не будет угрожать опасность, и только потом ушёл. Но всё равно каждое утро он продолжал приходить и присматривать за тобой. Он плохо питался и почти не спал в последние дни, поэтому сильно похудел. Когда я отводила Сяо Чжо и Но Но домой, мы увидели машину дедушки, оказалось, он отдыхал в ней. Его охранник сказал, что дедушка не захотел идти домой. Я не могла спокойно смотреть на старика и привела его домой, чтобы он мог поесть и отдохнуть».

На лице Цзи Яна не отразилось никаких эмоций, и он ничего не сказал. Тан Тан не могла понять, о чём он думает, и немного смутилась. Она потянула его за палец и спросила: «Муженек, я что-то сделала не так? Просто скажи мне, если я ошиблась».

Цзи Ян сжал губы и медленно покачал головой: «Нет, ты не сделала ничего плохого, я просто не ожидал, что дедушка будет здесь».

Тан Тан поняла, что Цзи Ян действительно не злится, и, задумавшись, сказала: «На самом деле дедушка постоянно был здесь, как бы его не уговаривали, он не хотел возвращаться. Муженек? Мне кажется, дедушка сильно беспокоится о тебе».

Цзи Ян поджал губы и долго молчал, его взгляд выглядел непроницаемым.

Как раз в тот момент, когда Тан Тан решила, что он больше не заговорит, он вдруг сказал: «Тан Тан, позови дедушку в палату вечером».

«А?» — Тан Тан была потрясена. — «Муженек, ты хочешь, чтобы дедушка пришёл навестить тебя?»

«Да», — тихо ответил Цзи Ян. Он погладил руку Тан Тан и медленно сказал. — «Попроси его прийти. Если он откажется, пусть Сяо Чжо приведет его. Дедушке очень нравится Сяо Чжо, он не откажет ему и обязательно придёт».

Тан Тан удивилась ещё больше: «Муженек, откуда ты знаешь, что Сяо Чжо так сильно нравится дедушке? Сяо Чжо сказал…» Разве Сяо Чжо не говорил, что Цзи Ян не знает о том, что он общается с прадедушкой? Он сказал ей, чтобы она держала это в тайне.

Что происходит?

Цзи Ян мягко улыбнулся: «Сяо Чжо попросил не говорить мне, что он поддерживает отношения с прадедушкой Цзи?»

Тан Тан посмотрела на Цзи Яна своими удивленными глазами. Как он узнал?

Цзи Ян вспомнил лицо Сяо Чжо, пытающегося что-то скрыть от него, и посчитал его забавным: «На самом деле, я знаю, что они с дедушкой иногда тайно встречаются. Малыш думает, что он очень хорошо это скрывает, но на самом деле, я всё понял, как только почувствовал от него несколько раз запах еды из KFC. Всё было настолько очевидно, но он всё равно пытался скрыть это от меня. Даже дурак мог догадаться, но я притворился, что ничего не знаю».

Тан Тан поняла, где просчитался малыш. Оказывается, большой лис всегда знал правду и лишь притворялся, что ничего не знает, а маленький лисенок думал, что очень хорош в притворстве. Кажется, маленькому лисенку нужно ещё многому научиться.

Однако Тан Тан всё ещё не понимала: «Муженек, значит, ты действительно не возражаешь против отношений между дедушкой и Сяо Чжо, но тогда почему у вас с дедушкой такие отношения? Я правда не понимаю».

«Это долгая история», — Цзи Ян вздохнул. — «Я расскажу тебе, когда вернемся домой».

«Хорошо, поговорим об этом позже», — Тан Тан понимала, что больница не лучшее место для обсуждения личных дел. Вместо дальнейших расспросов она решила перевести тему и поговорить о более важных вещах. — «Муженек, я обязательно позову дедушку Цзи, но, когда он придёт, тебе нельзя затевать с ним ссору. Позволь мне как следует поприветствовать его. Хотя дедушка Цзи выглядит суровым и слишком гордым, ты всё равно не должен обижаться на него — это неправильно. Просто постарайся уступить ему как старшему».

Дедушка вряд ли сам возьмёт на себя инициативу помириться с ним.

Цзи Ян улыбнулся и нежно ущипнул Тан Тан за щёку: «Кажется, ты уже испытала на себе дедушкин характер».

Тан Тан кивнула, хорошо запомнив особенности характера дедушки Цзи. Она тут же скопировала его манеру поведения и, заложив руки за спину, равнодушно произнесла: «Хм».

«Очень похоже, как по учебнику», — подражание Тан Тан вызвало смех у Цзи Яна.

«Это потому, что у дедушки постоянно такое выражение лица, ха-ха».

«Возможно, сейчас ты ему не очень нравишься, но не волнуйся. Когда он узнает тебя получше, всё изменится. Дедушка не слепой, он сразу оценит тебя по достоинству».

Тан Тан знала, что Цзи Ян утешает её. Он боялся, что она расстроится из-за поведения дедушки. Она взяла его большую руку, погладила и сказала: «Конечно, я не собираюсь принимать всё близко к сердцу. В конце концов, дедушка не знает меня настоящую, то, что я ему не нравлюсь — это разумно. Просто дедушка очень заботится о тебе. Если бы это было не так, то ему было бы всё равно на твои решения и на то, какую жену ты себе выбрал».

Улыбка в уголках губ Цзи Яна постепенно исчезла, и он тихо произнёс: «Эн».

Дедушка действительно переживал за него. Он присматривал за ним ещё с младенчества. Его дедушка лично учил его всему: ходить, говорить, есть, учиться и т. д. Цзи Ян вспомнил, как в детстве дедушка часто ругал его, когда он был маленьким. Он часто бегал вокруг дедушки, и тот брал его на руки, а также водил его смотреть, как стреляют танки и взлетают авианосцы. Дедушка часто проводил с ним время и показывал ему всё, что ему нравилось. Хотя Цзи Ян и не получал родительской любви, он всё равно жил очень счастливой жизнью.

Именно дедушка шаг за шагом открыл ему этот удивительный мир.

Но позже…

Цзи Ян закрыл глаза и вспомнил прошлое, от которого перехватывало дыхание.

В этот раз он чуть не умер. Почти смирившись с тем, что не сможет преодолеть кризис, в момент смерти, помимо воспоминаний о Тан Тан и Сяо Чжо, в его сердце был ещё один человек, которого он не мог отпустить — это его дедушка. Когда жизнь пролетала у него перед глазами, он действительно почувствовал сожаление. Он пожалел, что не помирился с дедушкой раньше. Он пожалел, что не смог отпустить обиды. Что такого важного в гордости и упрямстве по сравнению с тем, что сделал для него его дедушка?

Людям всегда проще увидеть истину, когда они уже сбились с пути.

К счастью, у него появился ещё один шанс всё исправить.

Цзи Ян снова открыл глаза и улыбнулся, словно почувствовав долгожданное освобождение: «Тан Тан, сегодня вечером я бы хотел уговорить дедушку остаться с нами поужинать. Считай это простым семейным ужином. После ужина пусть дедушка останется в квартире и хорошенько отдохнёт».

«Да, хорошо», — Тан Тан увидела облегчение в глазах Цзи Яна и очень обрадовалась за него. Как она могла не согласиться? — «Муженек, расскажи мне, что любит есть дедушка Цзи, и я приготовлю это для него сегодня вечером. Я обязательно приготовлю роскошный ужин, чтобы вся наша семья хорошо поела».

Конечно же Цзи Ян знал, что любил есть его дедушка. Никто не знал этого лучше него: «На самом деле дедушка любит очень простые блюда. Он северянин и любит есть мучную пищу, особенно большие белые булочки на пару. Приготовь ему пару порций булочек на пару. Ему точно понравится. Он не любит есть то, что продают на улице. Ему кажется, что вкус ненастоящий и что там одни добавки».

«Всё так просто?» — Тан Тан думала, что старик потребует что-то очень сложное, а он любил есть обычные булочки на пару.

«Всё очень просто. Если ты ещё сделаешь ему тушёные свиные ножки, то он точно будет счастлив». Обычный человек посчитал бы, что такой влиятельный человек, как дедушка Цзи, обязательно потребует изысканных блюд, приготовленных из горных или морских деликатесов, но на самом деле старик любил простую еду.

«Неужели всё? Больше ничего?» — увидев, что Цзи Ян не собирается продолжать, Тан Тан снова начала расспрашивать, посчитав, что это слишком просто.

Цзи Ян взял её за руку: «Не волнуйся, это действительно всё. Просто предоставь всё остальное Цзи Сяо Чжо. С его присутствием дедушка наверняка будет доволен».

Тан Тан вспомнила, как послушно вел себя дедушка Цзи в присутствии Цзи Сяо Чжо, и поняла, что ей действительно не о чем было беспокоиться. У неё был Бао Бао, который с легкостью мог сгладить любое чувство неловкости и недовольства.

Кажется, что ей оставалось лишь хорошо приготовить еду.

Учитывая, что сегодняшний ужин слишком важен, Тан Тан сразу же задумалась о том, что приготовить. Поразмыслив, она поспешила отправиться в супермаркет за продуктами.

Однако перед уходом Тан Тан предупредила Сунь И и попросила его не есть еду из столовой, а поужинать с ними вкусной едой.

Сунь И, который раньше вел себя вежливо, тут же забыл о вежливости, однажды попробовав еду Тан Тан. Его тронуло её внимательность и доброта до глубины души.

Хоть мне и приходится терпеть выходки этой парочки, я могу насладиться вкусным угощением, в перерывах между поеданием собачьего корма.

В следующий раз, когда снова пойду на свидание вслепую, надеюсь, я встречу девушку, которая умеет готовить.

* * *

Когда Тан Тан с большим пакетом продуктов поспешила обратно в квартиру, она обнаружила, что дедушка Цзи ещё не ушёл. Он сидел на диване с Цзи Сяо Чжо и Вэнь Но. Детишки вместе собирали модель, а дедушка Цзи, улыбаясь, время от времени подсказывал детям как это сделать.

Охранник куда-то ушел, и Тан Тан не знала, куда.

Увидев, что Тан Тан вернулась, Цзи Сяо Чжо тут же спрыгнул с дивана и бросился к ней, чтобы крепко обнять: «Мамочка, ты вернулась!»

Вэнь Но больше не интересовалась моделью. Спустившись с дивана, она подбежала к Тан Тан и обняла её, как послушный маленький зайчонок.

Тан Тан поцеловала малышей, опустив пакеты, которые держала в руках: «Мама вернулась, посмотрите, как много я купила вкусной еды к ужину».

«Ух ты, здесь говядина и большие свиные ножки. Мамочка, ты сегодня приготовишь так много вкусностей?» — Цзи Сяо Чжо, как и его отец, любил поесть мясо и его глаза загорелись, когда он увидел столько мяса.

Тан Тан взглянула на дедушку Цзи и увидела, что он тоже смотрит на них. В её глазах читалась улыбка, и она нежно ущипнула Цзи Сяо Чжо за нос, громко сказав: «Папа попросил, чтобы мы пришли к нему в больницу вечером на ужин. Ужинать одному довольно скучно, поэтому мама согласилась и купила много вкусной еды».

«Хорошо, в будущем мы можем приходить к папе каждый раз, когда он будет есть, чтобы ему не было скучно». Помимо тех моментов, когда его отец воровал его маму посреди ночи, в остальное время Цзи Сяо Чжо по-прежнему вел себя очень почтительно к своему отцу.

Однако, как только Цзи Сяо Чжо произнес эти слова, он обернулся и посмотрел на своего прадедушку, который всё ещё сидел на диване и смотрел на них. Цзи Сяо Чжо вдруг воскликнул: «ах». Если все они отправятся в больницу, чтобы поужинать с его отцом, то что будет делать прадедушка? Будет плохо, если он останется один. А что, если...

Цзи Сяо Чжо обернулся и посмотрел на прадедушку, громко сказав: «Мамочка, а как же прадедушка? Мы можем взять прадедушку с собой?»

Тан Тан сразу же поняла, о чём подумал Цзи Сяо Чжо, и не смогла удержаться от похвалы в его адрес. Её Бао Бао такой умный. Она ещё ничего ему не сказала, а он уже сделал всё что нужно было.

Поэтому Тан Тан сразу же ответила: «Конечно, мы можем взять дедушку с собой. Если дедушка захочет пойти с нами, мы навестим папу вместе с дедушкой, а потом поужинаем все вместе. Папа будет рад».

Глаза Цзи Сяо Чжо загорелись. Он повернулся к своему прадедушке и с облегчением спросил: «Прадедушка, ты пойдёшь с нами к папе?»

Лицо дедушки Цзи помрачнело, и он решительно отказался: «Я не хочу идти, мне не нужно, чтобы кто-то меня сопровождал. Я скоро уйду».

Цзи Сяо Чжо нахмурил бровки и тут же бросился к старику в объятия. Тот пошатнулся и чуть не упал, но совсем не разозлился. Первой его реакцией было крепко обнять малыша и не отпускать, чтобы тот не упал и не поранился. После этого он серьёзно отчитал малыша: «Мужчина должен быть стойким и делать то, что должен!»

Цзи Сяо Чжо не испугался холодного взгляда прадедушки. Он свесил свои пухлые ножки, забравшись к нему на колени. А затем недовольно обхватил его за шею и пожаловался: «Прадедушка, тебе просто нужно пойти с нами. Ах, ты до сих пор ни разу не поужинал со мной».

Дедушка Цзи нахмурился и ничего не ответил.

Цзи Сяо Чжо поёрзал у него на коленях и продолжил усердно уговаривать: «Прадедушка, ты должен пойти с нами к папе. Если ты не пойдёшь, то я ничего не буду есть. Если я не буду есть, то буду голодным. Если я буду голодным, то похудею и стану некрасивым. Мне так трудно было вырасти таким красивым».

Чтобы придать своим словам больше убедительности, Цзи Сяо Чжо спросил у двух женщин, находящихся рядом, широко раскрыв глаза: «Мамочка, Но Но, как вы думаете, я прав?»

«...» Тан Тан заставила себя кивнуть, мысленно шлёпнув себя по лбу.

Но Но кивнула без колебаний, глядя на Сяо Чжо, и в её глазах читалась убеждённость. Тан Тан, увидев это, решила, что Сяо Чжо, должно быть, промыл мозги этой маленькой девочке.

Дедушка Цзи улыбнулся и погладил правнука по затылку: «Ладно, можешь больше не уговаривать. Если ты станешь некрасивым, то не сможешь быть похожим на прадедушку. Прадедушка этого не вынесет. Прадедушка не может взять на себя такую ответственность, так что я составлю тебе компанию за ужином сегодня вечером, но прадедушка будет рядом с тобой, а не с твоим отцом, что хорошего в твоём отце!»

Цзи Сяо Чжо моргнул и кивнул: «Конечно, мой папа не такой красивый, прадедушке определённо нравлюсь я, а не папа, верно?»

Дедушка Цзи на мгновение замер, его лицо стало немного напряжённым, но через мгновение он кивнул.

Тан Тан с улыбкой прокралась на кухню, стараясь не рассмеяться в присутствии дедушки и его правнука. Она узнала, что старик был упрямым и твердым человеком, но иногда вёл себя неуклюже и на самом деле у него было мягкое сердце.

Подумав об этом, Тан Тан посчитала это очень милым. Тан Тан очень быстро приготовила ужин. Пока булочки готовились на пару, она варила суп в кастрюле. В итоге на приготовление полноценного ужина у неё ушло чуть больше часа.

* * *

По дороге в больницу Цзи Сяо Чжо взял прадедушку за руку и повел его за собой. Тан Тан заметила, что чем ближе старик подходил к палате Цзи Яна, тем прямее становилась его спина и тем жестче становилось его лицо, казалось, будто он собирался кого-то ударить. На первый взгляд он выглядел действительно устрашающе. Даже маленький смелый ребёнок мог испугаться и заплакать, увидев его. Однако Тан Тан догадалась, что старику сейчас было не по себе, и, чтобы сохранить самоуважение дедушки Цзи Тан Тан намеренно прошла вперед и вошла в палату первой. Она громко сказала: «Муженек, дедушка Цзи пришел, Сяо Чжо захотел поесть со своим прадедушкой, поэтому он привел его. Ах, Сяо Чжо такой невежественный».

Цзи Сяо Чжо молча вздохнул. Чтобы папа и прадедушка помирились, ему приходится так тяжело ~

Цзи Ян посмотрел на дедушку, которого уже давно не видел. Тот по-прежнему держал спину прямо, а его лицо выглядело серьёзным, но старик сильно похудел, и стал выглядеть ещё старше, чем запомнил Цзи Ян. В прошлом Цзи Ян считал своего дедушку, великим деревом, удерживающим небеса своими ветвями, но теперь его дедушка действительно был похож на старика, пережившего свой расцвет.

Дедушка такой старый.

Когда он успел так постареть?

Глаза Цзи Яна внезапно заблестели, а голос незаметно задрожал, когда впервые за много лет позвал: «Дедушка~»

Дедушка застыл на месте, почти решив, что он ослышался.

И только когда Цзи Ян позвал его ещё раз, он наконец поверил, что слово «дедушка» действительно было сказано.

Он не слышал этого обращения от Цзи Яна уже много лет. В последний раз это произошло, когда Цзи Яну было пятнадцать лет, он уже думал, что больше никогда в жизни не услышит, как этот несносный мальчишка снова называет его дедушкой.

Рука дедушки Цзи задрожала, и он быстро отвернулся, чтобы люди не увидели выражение его лица. Но Тан Тан всё равно заметила, что у старика покраснели глаза. Она понимала, что дедушка не хотел бы, чтобы в этот момент кто-то увидел его такую сторону, поэтому она сразу же поставила еду на стол и позвала всех ужинать: «Идите сюда, я сегодня приготовила много блюд, ешьте на здоровье. Сяо Чжо, Но Но сходите в ванную, чтобы помыть руки, и садитесь за стол».

Когда Тан Тан передала дедушке тарелку, тот снова стал серьёзным и по-доброму смотрел только на малышей. Он вел себя так, словно ничего не изменилось.

Но Тан Тан знала, что это не так, просто дедушке нужно было время.





Глава 66




Тан Тан сначала передала еду для Сунь И. Убедившись, что тот не останется голодным, она подвела двух детей к краю кровати, а затем пригласила дедушку Цзи сесть рядом с детьми. Дедушка Цзи ничего не сказал, но принял её приглашение.

Тан Тан улыбнулась и села рядом с Цзи Яном. Вся семья собралась возле маленького столика на кровати. Было немного тесновато, но зато они все вместе могли насладиться теплом семейного ужина.

Никто не чувствовал себя неудобно, наоборот всем было очень хорошо.

Тан Тан приподняла уголки губ в улыбке, открыла контейнер с тремя большими белыми булочками на пару и пододвинула его дедушке Цзи: «Дедушка, Цзи Ян рассказал мне, что ты любишь есть булочки на пару. Я сама их приготовила, можешь попробовать».

Дедушка Цзи на мгновение задумался, а затем тихо промычал «хм». Он взял одну мягкую булочку и откусил кусочек. Старик прожевал немного и проглотил, а затем откусил второй раз.

Он ничего не сказал, и Тан Тан не понимала, доволен ли старик или нет. Она не удержалась и с беспокойством посмотрела на Цзи Яна. Тот улыбнулся и погладил её по руке. Цзи Ян кивнул ей в ответ, и Тан Тан поняла, что дедушка доволен.

Тан Тан поспешила подать тушёные свиные ножки, специально приготовленные для дедушки Цзи: «Дедушка, Цзи Ян сказал, что это тоже твоё любимое блюдо. Я специально приготовила его для тебя. Пожалуйста, попробуй. Если что-то не понравится, я учту это и всё исправлю в следующий раз».

Дедушка Цзи наконец поднял взгляд, но не стал дожидаться, пока остальные увидят эмоции в его глазах, и быстро отвел взгляд. Он взял палочками кусочек свиной ножки и положил её в рот. На этот раз Тан Тан не стала спрашивать у Цзи Яна, доволен ли старик, потому что тот съел три большие ножки за раз, и даже большая белая булочка была быстро уничтожена им.

Как ему может быть не вкусно с таким аппетитом?

Цзи Сяо Чжо увидел, что прадедушка держит в руке свиные ножки. Они так аппетитно пахли, что у него потекли слюнки. Он перестал есть и уставился на свиные ножки в руках прадедушки Цзи, не сводя с них глаз. Он приблизился к старику и спросил: «Прадедушка, а булочки и свиные ножки вкусные?»

«Эн, вкусные», — старик давно не ел ничего подобного, поэтому продолжал жадно есть свиные ножки. Он кивнул на вопрос Цзи Сяо Чжо, продолжая есть. Когда он понял, что произошло, было уже слишком поздно. На мгновение он замер и ему пришлось притвориться, что ничего не произошло. Он просто продолжил есть, как ни в чём не бывало.

Цзи Сяо Чжо снова сглотнул слюну и перевёл взгляд на оставшиеся на столе свиные ножки. Он попытался спросить: «Прадедушка, можно мне попробовать булочку и свиную ножку?»

Старик тут же взял булочку и протянул малышу: «Почему спрашиваешь, ешь».

Цзи Сяо Чжо с радостью взял булочку и разделил её пополам. Вторую половину он отдал Но Но, которая всегда ела, глядя в свою тарелку, и никогда не смотрела, что едят другие: «Давай, Но Но, попробуй белую булочку на пару. Она очень вкусная».

Но Но оторвала свой взгляд от тарелки с рисом. Сначала она поставила свою маленькую тарелочку, а затем взяла белую булочку и начала её есть.

Цзи Сяо Чжо понаблюдал за тем, как она ест, и только после этого сам попробовал булочку. Он откусил булочку, а затем положил себе в рот кусочек свиной ножки, и обнаружил, что вкус этих двух блюд был довольно неплохим. В результате он начал жевать более энергично. Цзи Сяо Чжо решительно передал Но Но кусочек свиной ножки, чтобы она тоже попробовала.

В результате старик и оба малыша с аппетитом поглощали булочки и свиные ножки.

Тан Тан и Цзи Ян переглянулись, став свидетелями этой сцены, и увидели в глазах друг друга искреннюю улыбку.

Поскольку Тан Тан больше не нужно было беспокоиться о старике и детях, она начала помогать Цзи Яну. Она наполнила тарелку свежеприготовленным рыбным супом, а затем зачерпнула ложкой суп и подула на неё, чтобы убедиться, что он не слишком горячий, прежде чем отправить суп в рот Цзи Яну.

Цзи Ян знал, что Тан Тан боялась, как бы его рана не открылась. К тому же он уже привык, что она кормит его, поэтому он, естественно, открыл рот и выпил первую ложку супа, а затем стал ждать следующую ложку.

Те, кто уже был свидетелем этой сцены, не стали обращать на них внимание. Только дедушка Цзи, увидевший это впервые, был так шокирован, что чуть не подавился.

Его внук, известный на всю армию, как человек из стали или король Ада, в данный момент сидел на кровати с открытым ртом и ждал, пока жена накормит его.

Дедушка Цзи чуть не решил, что у него галлюцинации.

Он продолжал наблюдать за Тан Тан, которая начала кормить Цзи Яна кашей после того, как тот доел суп. Его внук, получив ранение, даже звука не издал и продолжил выполнение задания. Он делал то, что было не под силу обычному человеку, и теперь он ел кашу, широко раскрыв рот, словно парализованный.

Дедушка Цзи долго смотрел на руки и ноги Цзи Яна. Что ж, его конечности были целы, очевидно, что проблем с ними не было.

Старик вздрогнул и попытался сдержать свои эмоции.

Однако самое удивительное заключалось в том, как вела себя Тан Тан. В его воспоминаниях, она только и делала, что пила. Она даже смотреть не желала на своего ребёнка и мужа. Теперь она аккуратно дула на кашу и кормила мужа с ложечки. Увидев, на губах Цзи Яна случайно оставшуюся еду, она тут же вытирала её большим пальцем. Выражение её лица, глядя на Цзи Яна, было по-настоящему нежным, и в каждом её движении читалась любовь.

Хотя он чувствовал, что Тан Тан изменилась по сравнению с тем, какой она была в прошлом, эта сцена всё равно заставляла дедушку Цзи засомневаться в том, что эта женщина — та самая, которая родила ему внука четыре года назад.

Что задумала эта женщина?

Дедушка Цзи закончил трапезу с недобрым предчувствием. После еды Тан Тан убрала со стола и нарезала фрукты для всех. Теперь Цзи Яну можно было есть фрукты, поэтому Тан Тан разрезала яблоки пополам и дала по одной половинке дедушке Цзи, Сяо Чжо и Но Но, а оставшуюся половинку разрезала на небольшие кусочки, прежде чем скормить их Цзи Яну.

К этому моменту в палате на стене заработал телевизор. Все смотрели новостной выпуск. Кроме Тан Тан и Но Но, остальные четверо были преданными поклонниками новостных выпусков. Так что все с удовольствием смотрели передачу, и Цзи Ян тоже был увлечен. Во время просмотра новостей он открывал рот и ел яблоко, которое ему давала Тан Тан.

Дедушка Цзи увидел эту сцену, и его лицо снова помрачнело. Даже его любимая новостная передача не могла его больше радовать. Он не мог не задаваться вопросом, действительно ли Тан Тан изменилась или она просто притворяется.

Раньше он действительно не верил, что Тан Тан внезапно стала лучше. Он подумал, что она притворяется, но, понаблюдав за ней сегодня вечером, на душе у него стало неспокойно, потому что всё, что делала девушка казалось искренним. Старик не смог разглядеть в ней и капли притворства. Более того, его внук тоже не был глуп, и его не так-то просто обмануть. Теперь он не сомневался в ней. Судя по её поведению, она просто не могла притворяться.

Дедушка Цзи был немного сбит с толку. После просмотра новостей он забрал детей домой, но всё ещё не мог прийти в себя. Он не удержался и спросил Цзи Сяо Чжо: «Сяо Чжо, твои отец и мать дома так же себя ведут?»

«А?» — Цзи Сяо Чжо не совсем понял. — «Так же?»

«То есть...» — дедушка Цзи не хотел травмировать ребёнка своими словами, поэтому перефразировал вопрос. — «Твоя мама дома так же хорошо относится к твоему отцу, как в больнице?»

«Да», — Цзи Сяо Чжо, не задумываясь, ответил. — «Мамочка такая хорошая, она лучшая мама на свете!»

Но Но, которой нелегко давались разговоры, тоже энергично кивнула, и утвердительно прошептала: «Она — лучшая мама!»

«Прадедушка, тебе не нравится моя мама? Она сейчас очень хорошо себя ведёт», — Цзи Сяо Чжо вспомнил, что раньше его прадедушка не любил его маму, потому что она плохо относилась к нему и его отцу. Но теперь мама стала хорошей, просто прадедушка до сих пор этого не знал, поэтому малыш нахваливал её с важным видом всю дорогу домой.

«Прадедушка, знаешь, мамочка каждый вечер укладывает меня и спит рядом со мной, она готовит вкусную еду, и каждое утро отводит меня в детский сад, а потом забирает оттуда. Она часто шьет для меня красивую одежду. В любом случае теперь она стала намного лучше».

Закончив рассказ о себе, Цзи Сяо Чжо перешёл к рассказу об отце: «Мамочка очень хорошо относится и к папочке. Каждый вечер она моет папе ноги, а потом делает ему массаж ступней. Мамочка очень хорошо делает массаж ступней, но теперь... Она не позволяет мне делать ванночки для ног, и делает массаж ступней только папе. Мама такая предвзятая».

Цзи Сяо Чжо во время разговора отвлёкся от темы и начал ревновать.

«Твоя мама моет ноги твоему отцу дома?» — хотя дедушка Цзи был мужчиной с более традиционными взглядами, услышав рассказ Сяо Чжо, он немного опешил.

«Да, она моет их каждый день, а ещё делает ему массаж ступней, это так приятно», — в тоне Цзи Сяо Чжо звучала зависть.

Дедушка Цзи: «...».

В древние времена жены мыли ноги своим мужьям. Неужели такие девушки есть и в наше время? В наши дни молодые люди в отношениях почти не отличаются от рабов. Они стали подкаблучниками. Даже в его поколении таких женщин было мало.

Ему было неловко вспоминать, но он и сам много раз мыл ноги прабабушке Сяо Чжо.

Правда ли, что человек может так сильно измениться? Занимаясь готовкой и уходом за больным, всё ещё можно иметь скрытые мотивы, но при этом необязательно мыть кому-то ноги и делать массаж ступней. Как можно притворяться, делая что-то подобное?

Дедушка Цзи окончательно убедился, что характер Тан Тан действительно изменился.

* * *

«Ты должна вернуться, мне не нужно сопровождение на ночь. Я засну и посплю до рассвета», — Цзи Ян не мог согласиться с тем, чтобы Тан Тан осталась в больнице. Она совсем не отдохнет, если останется рядом с ним, и он не мог оставить всё как есть.

«Нет, а вдруг тебе понадобится помощь? Я хочу остаться и присмотреть за тобой», — Тан Тан твёрдо решила не уходить.

«Что такого срочного может случиться? Даже если и возникнет какая-то срочная проблема, я могу вызвать медсестру. Медперсонал здесь дежурит круглосуточно».

«А если у медсестры будут другие дела? Ты же сейчас даже встать не можешь самостоятельно»?

«Тогда я могу попросить о помощи Сунь И, он может встать или хотя бы приподняться с постели».

Сунь И с интересом слушал, как муж и жена забрасывают его собачим кормом, споря друг с другом. В итоге он оказался втянут в спор, но, услышав это, он быстро отмахнулся: «Я не смогу тебе помочь, я сплю как убитый. Я не услышу, как ты меня зовёшь. Если у тебя возникнет что-то срочное, я не могу ничего сделать, так что будет лучше, если невестка останется с тобой».

Тан Тан тут же сложила руки вместе и украдкой поблагодарила Сунь И.

Сунь И ответил Тан Тан взглядом, говорящим «не стоит благодарить». Хотя, он знал, что если Тан Тан останется в палате, его снова начнут забрасывать собачим кормом, но разве мог он не помочь ей, после того, как она накормила его такой вкусной едой? Кроме того, Цзи Ян слишком сильно пострадал, будет лучше, если рядом с ним останется кто-то, кто сможет позаботиться о нём.

Тан Тан с гордостью посмотрела на Цзи Яна: «Видишь, я тебе нужна».

Цзи Яну нечем было возразить, и ему пришлось пойти на компромисс.

Тан Тан смутилась, испугавшись, что Цзи Ян расстроится, и тут же схватила две бутылки для воды со стола и бросилась к раковине, чтобы наполнить их горячей водой. На её лице читалась невыразимая радость.

Не желая говорить Тан Тан что-то обидное, Цзи Ян бесстрастно посмотрел на Сунь И, молча излучая убийственную ауру.

Сунь И не выдержал и трёх секунд: «Не смотри на меня так, думаешь, я радуюсь, когда вы оба закидываете меня собачим кормом. Думаешь, мне легко смотреть на вас двоих?»

Цзи Ян отвернулся, и больше не мог обращать на него внимание. У такой одинокой собаки, как он, даже девушки нет, не говоря уже о жене. Откуда ему было знать, как он сейчас был расстроен? Он не хотел, чтобы Тан Тан страдала.

«Брат Цзи, повернись, я тебя кое о чём спрошу», — Сунь И сказал с лёгким румянцем на лице. — «Есть ли у твоей жены сёстры? Ты не мог бы замолвить пару слов за меня?» Учитывая то, что сёстры из одной семьи получали одинаковое образование, их характеры не должны сильно отличаться. Сёстры Тан Тан, безусловно, должны быть такими же нежными и внимательными.

Цзи Ян понял, о чём подумал Сунь И, и разрушил его надежды: «У моей жены нет сестёр, она единственная дочь в семье».

«Ах, не может быть», — Сунь И выглядел очень разочаровано. Если бы у Тан Тан были сёстры, возможно, он смог бы найти жену, похожую на жену Цзи Яна.

«Что такое?» — Тан Тан вошла в палату с бутылками воды и услышала последнюю фразу Сунь И.

Сунь И мог нормально общаться с Цзи Яном, но стеснялся говорить о таких вещах перед Тан Тан. Он тут же соврал: «Я просто сожалею, что ещё не помылся, ха-ха».

«О, я как раз принесла горячую воду и для тебя тоже. Можешь дать мне знать, если тебе понадобится моя помощь», — Тан Тан тут же протянула бутылку с водой Сунь И.

Сунь И не думал, что Тан Тан принесет ему горячей воды. Он не знал, как отблагодарить её. Он снова пожалел, что у Тан Тан нет сестёр.

Он быстро умылся горячей водой, а затем задёрнул занавеску между двумя кроватями, сказав, что собирается лечь пораньше. Он больше не хотел, чтобы его одинокое сердце снова ранили.

Рана на груди Цзи Яна ещё пока не зажила, поэтому он не мог принять ванну. Тан Тан боялась, что ему будет некомфортно и принесла таз, чтобы налить туда горячей воды. Она протерла влажным полотенцем его лицо и руки, чтобы ему было комфортнее спать. После этого она сменила полотенце и вытерла ему стопы, а когда закончила, то сделала ему массаж ступней, чтобы кровь хорошо циркулировала в его теле.

«Муженек, сейчас тебе нельзя парить ноги. Когда ты поправишься и сможешь садиться, я сделаю тебе ванночку для ног, и тебе станет немного комфортнее», — Тан Тан заметила, что ноги у Цзи Яна немного затекли. Должно быть, из-за того, что он долго лежал, его кровь циркулировала не очень хорошо.

«Хорошо», — согласился Цзи Ян. После того как Тан Тан сделала ему массаж ступней, он действительно почувствовал себя намного лучше, его ноги уже не были такими отекшими.

Тан Тан провела рукой по ногам Цзи Яна и помассировала их. Она почувствовала, что его ноги сильно затекли, и нахмурила брови. Когда люди подолгу не двигались, у них не только застаивалась кровь, но и атрофировались мышцы, таким людям требовался регулярный массаж. Так как Цзи Ян был солдатом, подобное не должно было сказываться на его мышцах.

Подумав об этом, Тан Тан обтёрла ноги Цзи Яна, используя горячую воду в тазу, а затем села на край кровати рядом с Цзи Яном, чтобы помассировать его ноги.

Сначала Цзи Ян чувствовал себя расстроенным, глядя на то, как она хлопочет, но позже на сердце у него потеплело, и он впервые почувствовал, что ранение принесло ему много радости. Раньше он боялся беспокоить других людей, если был ранен. Он молча лежал в постели и ждал выздоровления. Как только он мог встать с постели, его сразу же выписывали, потому что он не хотел оставаться в больнице ни на минуту дольше. Но на этот раз, благодаря Тан Тан, даже если он ничего не мог делать, лежа в постели, он чувствовал себя очень комфортно.

Раньше он не понимал, зачем люди вступают в брак. Теперь он знал ответ на этот вопрос: он женился не ради наследства и не ради того, чтобы оправдать ожидания родителей. Он женился, потому что встретил человека, с которым ему было хорошо.

Ему было стыдно, ведь он жениться раньше, чем смог разобраться в своих чувствах, но именно благодаря этому он встретил её. Из сотен миллионов людей она стала его женой. Неужели она стала его судьбой, которую небеса уготовили для него?

«Что ж, мои ноги уже в порядке, давай спать», — Цзи Ян притянул Тан Тан к себе и взял её за руку.

«Муженек, ты засыпай, а я присмотрю за тобой», — Тан Тан придвинула стул и приготовилась провести на нём всю ночь.

Цзи Ян ничего не мог поделать со своей глупой женой. Он взял её за руку и притянул к себе: «Иди сюда и ложись рядом со мной».

«Что за чушь! Кровать слишком маленькая для двоих. Что мы будем делать, если заденем твою рану?» — Тан Тан покачала головой.

Цзи Ян укусил её за палец: «Если ты не ляжешь рядом, я не позволю тебе остаться здесь на всю ночь».

Тан Тан сразу же смирилась и больше не осмеливалась перечить. Она забралась в постель и легла рядом с Цзи Яном, но не осмеливалась взглянуть на него.

«Придвинься ближе», — Цзи Ян притянул её к себе. Тан Тан не осмелилась перечить, поэтому придвинулась к нему ещё ближе.

«Ты очень спокойная во сне и не потревожишь меня», — прошептал Цзи Ян. Укрыв её одеялом, он взял её за руку.

Раньше Тан Тан тоже думала, что спокойно спит, но после того, как она несколько раз необъяснимым образом заснула в объятиях Цзи Яна, она засомневалась в этом. Тан Тан начала подозревать, что сильно ворочается во сне.

Теперь он говорит, что она спит спокойно. Значит ли это, что все те случаи посреди ночи произошли из-за него?

При мысли об этом Тан Тан покраснела и смутилась. Она даже подумала, что этот мужчина вел себя особенно плохо, когда они были в постели. Да, очень плохо.

Похоже, он догадался, о чём она подумала. Уголки его губ слегка приподнялись, и он внезапно отпустил её руку. Его большая рука сместилась и нежно погладила её по талии. Тан Тан почувствовала его прикосновение, и чуть не вскрикнула, но, к счастью, вовремя прикусила губу и не издала ни звука.

Зная, что Цзи Ян хочет прикоснуться к ней, Тан Тан не смела пошевелиться и лишь кусала свои губы.





Глава 67




Цзи Ян некоторое время поглаживал её тонкую талию, а затем его большая рука переместилась ей на спину, пройдясь между её двух выступающих лопаток. Затем он провёл рукой вдоль её позвонков сверху вниз до самых ягодиц. Не обнаружив ни капли лишнего жира, он не смог сдержать вздоха, и прошептал ей на ушко: «Тан Тан, ты действительно слишком худая, всё твоё тело — это кожа да кости?»

«Это уже слишком», — Тан Тан признавала, что она худая, но не до такой же степени. Она же женщина, помимо костей и кожи у неё была грудь и попа. Если бы у неё их не было, она бы была слишком уродливой. Тан Тан не удержалась и пробормотала себе под нос: «Я не везде худая, там, где нужно у меня всё в порядке. Почему же ты говоришь, что у меня одни кожа да кости?»

У Цзи Яна был очень хороший слух. Разумеется, он услышал её бормотание, его губы изогнулись в улыбке, и большая рука потянулась к застежке у неё на спине. Прежде чем Тан Тан смогла отреагировать, он просто снял с неё бюстгальтер. Избавившись от помехи, его большая рука переместилась со спины и накрыла ладонью одну из её грудей: «В этом месте всё порядке? Ну, здесь действительно всё хорошо».

Тан Тан вдруг прикусила нижнюю губу, и её лицо запылало. Она знала, что этот человек снова что-то затеял, и была недовольна тем, что тот прячет свою большую руку под её одеждой.

Цзи Ян ухмыльнулся в темноте, и его большая рука дважды нежно погладила её, а затем он заговорил так, чтобы его услышала только Тан Тан: «Они стали немного меньше, и прикасаться к ним стало не так комфортно, как было раньше».

Тан Тан: «...».

Лицо Тан Тан побелело, а затем покраснело. Она не знала, злиться ей, стесняться или смириться. В конце концов все её чувства вылились в сильное недовольство: «Они станут больше, когда я немного поправлюсь. То, какие они сейчас — это лишь временно».

Цзи Ян хотел рассмеяться, но, к счастью, сдержался. Однако он намеренно повел себя безразлично, и нельзя было понять, поверил ли он её словам или нет. Тан Тан встревожилась, потому что он мог не поверить ей. Она ведь не всегда будет такой худой. Крем для груди, который дала ей Цзи Юэ, оказался очень полезен, он действительно мог увеличить грудь. Если бы в последнее время Тан Тан не была так занята, она бы продолжала его использовать, и тогда её грудь стала бы ещё больше.

Мужчинам нравится большая грудь, но её грудь сейчас была такой маленькой, не вызовет ли это у Цзи Яна отвращение?

Тан Тан решила со следующего дня приступить к плану по набору веса и увеличению груди. Она решительно настроилась на то, чтобы показаться перед Цзи Яном в лучшем виде. Поэтому она стиснула зубы и прошептала ему на ухо: «Я гарантирую, что наберу пять килограммов за месяц. И они станут больше, правда, я не всегда буду такой худой».

Цзи Ян больше не мог сдерживаться, и его всего затрясло от смеха. Его малышка была такой милой. Настроение Цзи Яна стало ещё лучше, и он удивлялся, почему находясь рядом с ней, он так сильно отличался от самого себя. Обычно он вел себя спокойно и сдержано, но не мог сдержаться, чтобы не подразнить её и не рассмеяться.

Однако это тоже очень хорошо.

На самом деле он просто дразнил её. Ему нравилось, что она такая особенная. Честно говоря, ему было всё равно, толстая она или худая, высокая или низкая, красивая или некрасивая, но каждый раз, когда он смотрел на неё, ему так и хотелось её обнять. Просто из-за того, что она стала такой худой, его сердце разрывалось от боли и смущения. Он знал, с каким трудом она набирала вес, и теперь все её труды стали напрасными.

Больше, чем кто-либо другой, его малышка сама хотела стать красивой. Наверное, потому что всем женщинам нравится быть красивыми. Цзи Ян не просил ничего большего, лишь бы она была счастлива и здорова.

«Над чем ты смеёшься?» — Тан Тан не понимала, над чем смеялся Цзи Ян. Может быль, он не верил, что она сможет набрать вес?

«Я смеюсь, потому что ты милая», — Цзи Ян вытащил руку из-под её одежды, ущипнул её за мочку уха и спросил: «Почему ты такая милая? Мм?»

Почему она милая? Этот мужчина снова дразнил её! Тан Тан покраснела, прищурилась, закрыла глаза и сделала вид, что уснула: «Ой, ладно, уже поздно, давай спать».

«Хорошо, давай спать», — действительно было уже поздно и Цзи Ян не стал больше мучать её. Его большая рука успокаивающе гладила её по спине, чтобы она смогла заснуть.

Он гладил её по спине, и его аромат окутывал её, даря чувство безопасности, которое мог дать ей только он. В такой обстановке Тан Тан уснула всего за три минуты. Впервые за долгое время она так быстро заснула.

Цзи Ян снова взял её за руку и спокойно закрыл глаза.

* * *

На следующий день Тан Тан проснулась от громкого голоса в комнате. Когда она открыла глаза и увидела Цзи Яна, то поняла, что тот уже не спал. В этот момент он наблюдал за ней.

Цзи Ян коснулся её лица и спросил: «Проснулась?»

Тан Тан моргнула: «Который час?»

«Ещё рано, только восемь часов, поспи немного».

«Уже восемь часов? Я не буду спать, пора вставать», — Тан Тан обернулась и увидела, что занавеска вокруг кровати ещё не отдернута. Снаружи действительно разговаривала незнакомая женщина.

Цзи Ян заметил сомнения Тан Тан и прошептал: «Должно быть, это мать Сунь И».

«О», — Тан Тан поспешно поднялась с кровати.

Прошлой ночью она хорошо выспалась и чувствовала себя отдохнувшей. Приоткрыв занавеску, Тан Тан увидела, что у соседней кровати действительно сидит женщина средних лет, очень милая, с чертами лица похожими на черты Сунь И. Должно быть, это была мать Сунь И.

Тан Тан только что вставала с кровати, и её лицо покраснело. Ей было немного неловко здороваться с незнакомкой: «Тётушка, здравствуйте».

Мама Сунь И, должно быть, узнала о Тан Тан от Сунь И и улыбнулась, приветствуя её: «Привет, Тан Тан, ты провела здесь прошлую ночь?»

«Да», — Тан Тан кивнула и быстро отдернула занавеску. Цзи Ян, лежа на кровати, тоже поприветствовал тетушку.

Тан Тан быстро ушла в ванную, чтобы привести себя в порядок, а затем взяла стакан с водой в одну руку, и зубную щетку Цзи Яна в другую. Немного приподняв кровать, она поднесла стакан к губам Цзи Яна и дала ему отпить немного, чтобы прополоскать рот. Она поднесла ему кувшин, чтобы он мог сплюнуть жидкость для полоскания рта, а затем дала ему зубную щетку, чтобы он почистил зубы.

Когда Цзи Ян закончил, Тан Тан выжала для него полотенце, смоченное в горячей воде, и вытерла ему лицо. Затем она встала и сказала: «Муженек, мне придется оставить тебя на некоторое время. Я схожу и приготовлю что-нибудь на завтрак. Я скоро вернусь. Разве ты не проголодался?»

Цзи Ян взял её за руку и сказал: «Не уходи и не готовь ничего, просто купи что-нибудь на улице. Тебе будет слишком тяжело ходить туда-сюда».

«Мне не тяжело, еда на улице не слишком питательная и не такая свежая, как домашняя».

«Это не имеет значения, ничего не случится, если пару раз съесть такую еду». Тан Тан всё ещё сомневалась, и тогда Цзи Ян сказал: «Я очень голоден, я хочу позавтракать прямо сейчас».

Услышав, что он голоден, Тан Тан перестала настаивать: «Хорошо, тогда я пойду и куплю что-нибудь. Подожди немного. Вызови медсестру, если что-нибудь случится, хорошо?»

Пока Тан Тан ходила за завтраком, тетушка, которая наблюдала за ней, улыбнулась и сказала: «Малыш Цзи, твоя жена очень внимательная, тебе так повезло. Ты выбрал себе хорошую жену».

Слова мамы Сунь И были искренними. Обычно людей в возрасте, смотрящих на молодую девушку, больше всего привлекала не внешность, а характер. Мать Сунь И в её возрасте предпочитала таких заботливых девушек, как Тан Тан, с нежным и добродетельным характером. Хоть у Тан Тан и была заурядная внешность, она очень нравилась женщинам средних лет, таким как мать Сунь И.

Цзи Ян улыбнулся и поблагодарил тетушку за похвалу, не став намеренно скромничать, потому что Тан Тан действительно была очень хороша.

Тетушка перевела взгляд на Сунь И, который всё ещё играл в мобильную игру, и разозлилась: «Ты всё ещё играешь со своим телефоном! Только посмотри, малыш Цзи такого же возраста, что и ты, но он уже женат и у него есть ребенок. А ты? В свои тридцать с лишним, всё ещё холостяк. Нам с твоим отцом постоянно приходится беспокоиться о тебе. Я стараюсь устроить тебе свидания вслепую, но ты не хочешь ходить на них и ведешь себя так, словно я отправляю тебя на смерть. Если бы знала, что ты будешь заставлять нас так переживать, то давно бы избавилась от тебя».

У Сунь И уже выработался иммунитет к такой критике, он слышал подобное не в первый раз. Раньше он пропустил бы её слова мимо ушей, но на этот раз он оторвался от телефона и серьёзно сказал матери: «Мам, ты говорила мне о свидании вслепую с какой-то девушкой, я встречусь с ней».

«Ты каждый раз не… — а?» Тетушка подумала, что он снова откажется, и уже собиралась отчитать его, но в этот раз ответ был другим. Она даже подумала, что ослышалась: «Что ты только что сказал? Ты встретишься?»

Сунь И кивнул: «Я схожу. Познакомь меня с кем-нибудь позже, но у меня есть условия. Во-первых, ты должна сразу предупредить девушку, что я военнослужащий, а быть девушкой или женой солдата — это не просто. Ты не можешь этого скрывать. Во-вторых, я хочу найти добродетельную женщину, которая умеет готовить».

Тетушка замерла и посмотрела на сына, чтобы убедиться, что он не шутит, и вдруг радостно рассмеялась: «Сынок, ты правда взялся за ум? Ты правда хочешь сходить на свидание вслепую? Эй, это же здорово!»

Сунь И вздохнул. Ему через многое прошлось пройти, пока его забрасывали собачим кормом, и он не хотел больше это терпеть. Он тоже хотел жениться. Он хотел найти жену, которая умеет быть сдержанной и страстной. Если он получит травму, она сможет позаботиться о нём.

Он действительно восхищался и завидовал Цзи Яну.

«Сынок, неужели у тебя больше нет никаких требований? Ты уверен?» — снова спросила тетушка.

«Только эти два условия. Ничего страшного, если она не красавица, даже работа не важна, если она готова стать женой военного».

«Что ж, мама обещает найти тебе хорошую пару, так что подожди». Мама Сунь И воспряла духом, хотя найти добродетельную девушку в современном мире было не так-то просто, она не собиралась сдаваться. Она тут же достала мобильный телефон и отправила сообщение, чтобы мобилизовать семь великих тётушек и восемь великих монахов. Когда всё было готово, она задумалась. Этот парень всегда отказывался от свиданий, и скорее готов был умереть, чем согласиться на встречу. Почему он вдруг изменил своё мнение? Что послужило стимулом?

Вскоре мама Сунь И получила ответ на свои вопросы, когда увидела вернувшуюся Тан Тан.

Тан Тан сходила домой, чтобы забрать детей и дедушку Цзи. Она пришла с большим пакетом еды на завтрак. Сначала она раздала завтрак детям и дедушке, а затем взяла кашу, чтобы накормить Цзи Яна. На самом деле у него не было проблем с тем, чтобы есть самому, но каша была слишком горячей, и Тан Тан всё ещё боялась, что он случайно обожжется. Его рана ещё не до конца восстановилась, поэтому она кормила его сама, несмотря на присутствие посторонних, и делала это очень осторожно.

Цзи Ян не хотел беспокоить Тан Тан, поэтому позволял ей продолжать кормить его. Это стало небольшой забавой между мужем и женой.

Рано утром, ещё до завтрака, Сунь И получил очередную порцию собачьего корма. Словно избитая одинокая собака, он подсознательно закрыл на это глаза. Почувствовав зависть в своём сердце, он решительно отвернулся и перестал смотреть на них.

Мать Сунь И пристально посмотрела на сына, а затем снова перевела взгляд на Тан Тан и наконец поняла, почему её сын вдруг захотел пойти на свидание вслепую.

Оказалось, что он завидовал Цзи Яну, который нашел такую хорошую жену, и наконец-то захотел найти себе жену!

Тетушка и так была хорошего мнения о Тан Тан, но теперь та стала нравиться ей ещё больше. Внезапно она подумала, что в этот раз было не так уж и плохо, что её сын получил травму. Как говорится, что ни делается, всё к лучшему.

Увидев, что её сын наконец-то готов был найти себе жену, она не стала его отговаривать, и даже готова была перестать ругать его за то, что он получил травму.

Если бы Сунь И знал, что из-за этого его мать готова была перестать отчитывать его, он бы точно поблагодарил Тан Тан сотню раз.

После завтрака Тан Тан взяла бутылку с водой, чтобы закипятить воду. Она приготовила дедушке Цзи чашку горячего чая. У старика не было никаких особенных увлечений в жизни, но он всю жизнь любил пить чай.

После ухода Тан Тан тетушка обратилась к дедушке Цзи. «Старший, тебе так повезло, у тебя такой хороший внук, и такая хорошая и почтительная внучка. Я смотрю на неё и завидую. Было бы хорошо, если бы мой бестолковый сын смог подарить мне такую же мудрую и рассудительную невестку».

Ни в чём не виноватый Сунь И лежал на больничной кровати: «…».

Эй, если хочешь посплетничать, то так и делай. Почему ты втягиваешь в это меня?

Дедушка Цзи очень обрадовался, когда тетушка сказала это. Его внука и внучку хвалили другие, разве могло быть иначе? Даже будучи человеком, не лишенным тщеславия, он всё равно старался скрыть свои эмоции от посторонних глаз. Лицо старика по-прежнему выглядело серьёзным. Он махнул рукой и сказал: «Не стоит их так хвалить, они не такие хорошие, как могут показаться на первый взгляд».

«У каких детей в наши дни нет недостатков? Но такую, как ваша внучка трудно найти. Она не только добрая и заботливая, но и усердная. Она заботится о малыше Цзи и детях, но при этом не жалуется и не выказывает недовольства от усталости. Даже родители не такие заботливые, как она. У малыша Цзи действительно хороший вкус».

Мать Сунь И не бросалась пустыми словами. Она действительно считала, что Тан Тан очень хорошая. Все девочки в семьях её подруг росли как маленькие принцессы. Они не умели готовить даже простые блюда. Она никогда не встречала никого подобного Тан Тан. Она такая юная, но такая добродетельная, такую сложно найти.

Было бы здорово, если бы её сын познакомился с кем-нибудь похожим.

Естественно, дедушка Цзи понял, что тетушка искренне хвалила их. И чем больше он слушал, тем счастливее был, и в то же время внутри у него разгорался огонь. Этот яростный огонь был направлен не на Тан Тан и не на Цзи Яна, а на кое-кого другого.

Даже посторонние заметили, что Тан Тан оставалась рядом и в одиночку заботилась о молодом человеке, в то время как его родители и тени своей не показывали здесь. Что это за родители?!

Старик тихо встал, притворившись, что ему нужно выйти, и, взяв в руки телефон, позвонил кому-то, чтобы отчитать. Проходившие мимо люди, услышав разговор старика, невольно замирали, не в силах скрыть любопытство. Кого так яростно ругал этот старик?

Вся семья пробыла в палате до десяти часов. Тан Тан увидела, что приближалось время обедать. Она собрала вещи и вместе с двумя детьми отправилась домой готовить обед. Что касается дедушки Цзи, она решила оставить его с внуком наедине, чтобы они смогли быстрее поладить друг с другом.

«Дедушка, я схожу домой, чтобы приготовить обед, так что мне придётся побеспокоить тебя, присмотри за Цзи Яном. Мы скоро вернёмся».

Цзи Сяо Чжо и его мама уже всё обсудили. Он забрал с собой Но Но и сразу же попрощался с прадедушкой Цзи: «Прадедушка, мы тоже пойдем с мамочкой, мы скоро вернёмся».

Закончив разговор, все трое ушли, не оглянувшись.

Оставшийся один дедушка Цзи: «…».

Почему они такие неразумные? Они даже не спросили его мнение, а просто убежали. Они такие шустрые, прямо как кролики.

* * *

В это время три маленьких кролика уже выбежали в сад на первом этаже больницы. Очевидно, что старик уже не смог бы их догнать. Трое мужчин остались в палате и нервно переглянулись.

Цзи Сяо Чжо протянул свои маленькие пухлые ручки к Тан Тан и Но Но: «Давайте, дайте пять!»

Тан Тан и Но Но тоже протянули руки и хлопнули его по ладоням.

Цзи Сяо Чжо взял Тан Тан и Но Но за руки, а затем радостно спросил у Тан Тан на ходу: «Мамочка, прадедушка хорошо присмотрит за папочкой?»

«Да», — утвердительно ответила Тан Тан. — «Твой прадедушка очень хорошо присмотрит за твоим папой. Скоро эти двое смогут помириться».

«Это здорово», — улыбнулся Цзи Сяо Чжо. — «В будущем я смогу открыто встречаться с прадедушкой. Если папа снова меня накажет, я могу пожаловаться прадедушке, и тот поучит папу за меня! Хе-хе»

Тан Тан лишилась дара речи. Она считала, что её Бао Бао добродушный ребенок. Неужели по этой причине он так старался помирить своих отца и прадедушку?

Было страшно даже подумать об этом.

Мать и дети всю дорогу улыбались, но, когда они проходили через сад мимо скамеек, их улыбки исчезли с их лиц. Но Но даже неосознанно сжала руку Тан Тан.

На скамейке сидели не кто иные, как отец Но Но — Вэнь Чжан И, и мачеха — Лю Цзы Кай, с которой недавно у них возникли разногласия.

Вэнь Чжан И был одет в больничный халат и, похоже, был ранен. Лю Цзы Кай сидела рядом с ним на солнце. Они разговаривали и смеялись. Они выглядели очень мило, но, когда они увидели Тан Тан с двумя детьми, улыбки тут же исчезли с их лиц.

Лицо Лю Цзы Кай стало непроницаемым.

Вэнь Чжан И удивился, увидев Вэнь Но, прячущуюся позади Тан Тан: «Вэнь Но? Как ты здесь оказалась? Почему ты не в детском саду?»





Глава 68




Но Но услышала вопрос Вэнь Чжан И и тут же опустила голову. Она спряталась за Тан Тан, не желая отвечать на его вопрос.

Увидев это, Цзи Сяо Чжо успокаивающе погладил её: «Не бойся, Но Но, я больше никому не позволю причинить тебе вред! Я отведу тебя домой, пойдём со мной».

С этими словами Цзи Сяо Чжо выбежал за ворота, уводя за собой малышку.

Тан Тан не стала останавливать детей. В тот момент она не хотела разбираться с этими двумя людьми, поэтому отправилась за детьми.

Вэнь Чжан И не понимал, что произошло. Он остановил Тан Тан и спросил: «Что здесь происходит? Как здесь оказалась моя Вэнь Но? Ты привела её сюда, но почему ничего не сказала нам?»

Тан Тан непонимающе посмотрела на него. Это было странно. Она повернулась и посмотрела на Лю Цзы Кай. Она увидела, как та прикусила нижнюю губу. В её взгляде читались вина и тревога, которые невозможно было скрыть. Она взяла Вэнь Чжан И за руку и сказала: «Чжан И, пойдём наверх. Мне вдруг стало холодно. Я хочу отдохнуть. Поскольку Но Но тоже здесь, мы можем найти её позже».

Вэнь Чжан И накрыл её руку своей и ответил: «Подожди немного. Я хочу выяснить, в чём дело».

Лю Цзы Кай ещё сильнее прикусила нижнюю губу, её ладони вспотели, и она пожалела, что они сегодня вышли на улицу.

Увидев её в таком состоянии, Тан Тан вдруг обрадовалась. Может быть, Лю Цзы Кай ничего не говорила Вэнь Чжан И? Если это так, то реакция Вэнь Чжан И вполне объяснима.

Чем больше Тан Тан смотрела на них, тем больше ей казалось, что так оно и есть. Лю Цзы Кай, похоже, не осмелилась рассказать Вэнь Чжан И о том, что она сделала. Она боится, что он на неё разозлится?

Тан Тан больше всего на свете ненавидела Лю Цзы Кай. Она могла быть доброй к кому угодно, но только не к Лю Цзы Кай. Поскольку Лю Цзы Кай намеренно скрыла правду от Вэнь Чжан И, она должна раскрыть ему глаза. Над его дочерью издевались, как отец, он не мог оставаться в стороне. Он всегда должен защищать свою дочь.

Поэтому Тан Тан не ушла, а вместо этого холодно посмотрела на Вэнь Чжан И и сказала: «Командир батальона Вэнь, разве ты не должен спросить об этом у своей жены? Ты должен спросить её, почему она ударила Но Но, да так сильно, что малышка потеряла сознание. Спроси у неё, почему, когда я узнала об этом и захотела отвезти девочку в больницу, она всячески препятствовала этому. А затем спроси, почему она, узнав о том, что Но Но получила сотрясение мозга и потеряла слух, начала угрожать моей семье вместе своей матерью. Теперь ты понимаешь, почему Но Но здесь? Если бы я не привела Но Но в больницу на приём к врачу, как ты думаешь твоя жена сделала бы это?»

«Сотрясение мозга? Потеря слуха?» — Вэнь Чжан И недоверчиво раскрыл глаза. Спустя долгое время он спросил, глядя на Лю Цзы Кай. — «Разве ты не говорила, что Вэнь Но сейчас дома, в детском саду, и что она под присмотром твоей мамы?»

Лицо Лю Цзы Кай побледнело, а её ногти глубоко вонзились в ладони. Она знала, что так дальше продолжаться не может. Лучше всего было самой признать свою ошибку, поэтому она схватила мужа за руку и объяснилась: «Чжан И, послушай меня. Я сделала это не нарочно, я случайно поранила Вэнь Но, я думала, что с ней всё в порядке. Я боялась рассказать тебе, потому что твоя рана усугубилась бы, если бы ты начал переживать. Я собиралась подождать пока ты восстановишься. Я рассказала бы тебе всё после выписки из больницы».

Вэнь Чжан И сжал губы и ничего не сказал, его лицо стало непроницаемым.

Лю Цзы Кай увидела его таким, и у неё защемило сердце, из её глаз потекли слёзы: «Ты мне не веришь? Хоть мне и не нравится Вэнь Но, заходила ли я когда-нибудь так далеко? Если бы я действительно хотела причинить ей вред, то почему ждала до сегодняшнего дня? Другие мне не верят, но ты должен поверить?»

Вэнь Чжан И разжал губы и после долгой паузы спросил: «Что произошло?»

Услышав его вопрос, Лю Цзы Кай вздохнула с облегчением. Так как он захотел выяснить причину происходящего, она могла быть уверенна в том, что он всё ещё верит ей. Она тут же рассказала о том, что произошло в тот день: «Вэнь Но принесла домой плюшевого тигра, и Руи Руи захотел с ним поиграть, когда увидел его. Вэнь Но не отдала его, и Руи Руи не удержался и схватил его. Дети начали спорить, и Вэнь Но толкнула Руи Руи, отчего тот горько заплакал. Я увидела, как Вэнь Но, обижает своего брата. Я так разозлилась, что дала Вэнь Но пощёчину. Я не ожидала, что Вэнь Но ударится о стену и потеряет сознание. Я правда не хотела этого. Я просто подумала, что Вэнь Но быстро придёт в себя, и решила подождать. Она была без сознания, но я не думала, что всё будет так серьёзно. Ты же знаешь, что у меня всегда был вспыльчивый характер».

Тан Тан сдержанно выслушала Лю Цзы Кай и её объяснение ситуации. Она выставила всё так, словно действительно поддалась порыву в гневе и дала пощёчину ребёнку. Но можно ли вообще бить ребёнка по лицу?

Тан Тан действительно разозлилась, и тут же вспылила: «Как ты можешь так легко об этом говорить? Могло ли от одной пощёчины лицо Но Но так распухнуть? Из-за твоей пощёчины левое ухо Но Но полностью оглохло. Правое ухо тоже пострадало. В будущем ей понадобится слуховой аппарат. Как можно было так ударить ребёнка, что она стала инвалидом? Ты хоть представляешь, что это значит для такого маленького ребёнка? Неужели ты сказала бы тоже самое, будь это твой собственный ребёнок?»

«Ты!» — Лю Цзы Кай ненавидела Тан Тан за её назойливость, но возразить ей было нечего, потому что в тот раз она не просто дала Вэнь Но пощёчину, а со всей силы ударила её по лицу. В итоге, когда она осознала, что натворила, сожалеть было уже поздно, но она не могла сейчас это сказать.

Когда Вэнь Чжан И услышал Тан Тан, его лицо стало ещё более мрачным. Он не был дураком. Он знал, что от обычной пощёчины не бывает сотрясения мозга и потери слуха. Если ребёнок был в таком состоянии, значит, Лю Цзы Кай о чём-то умалчивала.

Хоть он и не очень любил Вэнь Но, она всё же была его плотью и кровью. Он по-своему любил её в глубине своего сердца. Он знал, что Лю Цзы Кай всегда была против существования Вэнь Но, но он никогда бы не подумал, что она так поступит с ребёнком и даже сделает девочку инвалидом. Возможно, она сделала это не нарочно, но это точно была не просто пощёчина.

Девочка стала инвалидом, что с ней теперь делать всю оставшуюся жизнь?

Вэнь Чжан И глубоко вздохнул. Не желая, чтобы над ним смеялись посторонние, он сжал кулаки и отвернулся.

Лю Цзы Кай тоже проигнорировала Тан Тан и быстро последовала за мужем, пытаясь что-то объяснить.

Тан Тан посмотрела в след удаляющимся фигурам этих двоих, а затем повернулась и ушла. Что бы эти двое ни решили, в конце концов она почувствовала облегчение от того, что смогла отомстить. Что касается Лю Цзы Кай, то она действительно не хотела прощать её.

Когда Тан Тан примчалась домой, она увидела двух малышей. Они были без ключей, поэтому жались друг к другу у входной двери. Но Но вся сжался, а Цзи Сяо Чжо раскрыл руки и крепко обнимал её. Он гладил её по спине и старался утешить, чтобы она не боялась.

При виде этой сцены Тан Тан почувствовала, как у неё потеплело на душе.

В конце концов, они были рядом с Но Но и дарили ей любовь, не так ли?

Тан Тан шагнула вперёд и обняла двух малышей. Она поцеловала их: «Хорошо, малыши, давайте на обед приготовим большую похлёбку из морепродуктов? Вам нравятся креветки? А крабы?».

Цзи Сяо Чжо тут же придвинулся к щеке Но Но и повторил ей на ухо: «Но Но, ты слышала, на обед у нас будет много крабов и креветок».

Но Но подняла свои красные глаза и сжала маленькие губки. Внезапно она протянула руки, обняла Тан Тан за шею и с капризным видом уткнулась лицом ей в шею.

Но Но редко капризничала. Похоже, на этот раз ей было действительно грустно. Тан Тан так расстроилась, что ничего не могла с собой поделать. Она взяла малышку на руки и открыла дверь. Занося девочку внутрь, Тан Тан прошептала ей на правое ухо: «Наша маленькая принцесса Но Но такая милая! Ты должна быть счастлива каждый день, ведь если ты будешь грустить, то уже не будешь такой красивой и милой, верно?»

Малышке потребовалось много времени, чтобы тихонько кивнуть, сидя у неё на руках.

Тан Тан снова поцеловала её: «Но Но, ты же знаешь, что я и твой дядя не причиним тебе вреда, мы тебя любим, Сяо Чжо тоже любит тебя, и прадедушка тоже, так много людей тебя любит. Тебе так повезло, ты счастливее многих детей. Не имеет значения, если есть другие люди, которые тебя не любят, потому что у тебя есть мы, верно? Маленькие дети не должны быть жадными».

Но Но помолчала и снова кивнула. На этот раз её кивок был гораздо шире.

Тан Тан усадила малышку на диван и подарила ей недавно купленную авиамодель: «Смотри, эту модель дядя купил для тебя, но у меня не было времени отдать её тебе. Теперь я дарю её тебе. Если ты соберёшь её сейчас, то сможешь показать её своему дяде, он обязательно похвалит нашу Но Но».

Глаза Но Но тут же загорелись, и она протянула свои маленькие ручки, чтобы рассмотреть подарок поближе. На её лице не было ни тени грусти. Как только девочка чем-то увлекалась, она забывала обо всех плохих эмоциях. Нужно было признать, что в этом было её преимущество.

Рассмотрев модель в течение трех минут, Но Но немедленно передала её Цзи Сяо Чжо: «Старший брат, помоги мне разобрать».

Цзи Сяо Чжо взял модель и начал разборку, взяв свой собственный специальный инструмент для разборки. Два маленьких малыша снова начали трудиться вместе.

Увидев, что оба ребенка ведут себя как обычно, Тан Тан вздохнула с облегчением и отправилась на кухню, чтобы начать готовить обед.

* * *

Когда Тан Тан вернулась с двумя малышами в палату на обед, она увидела такую картину: дедушка Цзи сидел у кровати и читал газету, а Цзи Ян лежал на кровати, и нарезал яблоко. Они никак не взаимодействовали друг с другом. Казалось, что они незнакомы. Однако яблоки, которые нарезал Цзи Ян, предназначались не для него самого. Нарезанные кусочки яблока он складывал в тарелку, а дедушка время от времени протягивал руку, чтобы взять кусочек и съесть.

Один чистил, пока другой ел. Такая картина выглядела удивительно гармонично.

Тан Тан улыбнулась, а затем взяла двух детей за руки и завела их внутрь. Дедушка Цзи увидел их и посмотрел с угрюмым выражением на лице. Однако эти трое не испугались старика и продолжали улыбаться. Потому что все они знали, что дедушка Цзи был «бумажным тигром».

Тан Тан поставила еду на стол. Цзи Ян только начал восстанавливаться после операции, поэтому ему нельзя было есть все морепродукты, и Тан Тан отдельно приготовила для него рыбу, чтобы он смог есть морепродукты вместе со всеми.

Тан Тан вытащила все рыбные кости, прежде чем положить рыбу в тарелку. Она наполнила тарелку рыбой, и только потом взяла её в руки, чтобы накормить Цзи Яна.

Дедушка Цзи наблюдал за этим долгое время. Его внук ждал, пока Тан Тан начнет ухаживать за ним, словно пациент с физическими отклонениями. Он вел себя так, словно не может сам о себе позаботиться. Дедушка Цзи действительно не мог больше этого выносить. Всего мгновение назад его внук прекрасно держал в руках нож, срезая яблочную кожуру, почему же он притворялся таким слабым в присутствии своей жены?

Почему здоровый мужчина заставляет свою жену прислуживать себе? Кроме того, двое детей всё ещё были здесь. Разве они не знают, что как родители, они оказывают на них большое влияние? Они так пренебрежительны в своих действиях по отношению к детям. Что будет, если дети последуют их примеру, и научатся у них подобным вещам?

Позже Цзи Сяо Чжо, который только перешёл в среднюю школу, взял Но Но за руку и повёл домой. Когда он объявил семье, что Но Но — его будущая жена, дедушка Цзи чуть не достал ремень и не устроил скандал, желая отлупить Цзи Яна за то, что они с Тан Тан своими действиями развратили детей!

Конечно, это будет в будущем.

В этот момент дедушка Цзи, не зная будущего, бросил палочки для еды на стол и уставился на Цзи Яна: «У тебя сломаны руки или плечи? Почему твоя жена кормит тебя? Взрослые мужчины не должны так себя вести. Разве ты не можешь поесть сам?»

Тан Тан была потрясена тем, как громко возмутился старик. Её рука, державшая рисовую лепёшку, вдруг застыла. Увидев, что старик встревожен, она испугалась, что внук и дедушка снова поссорятся ещё до того, как помирятся. Она тут же начала оправдываться и объяснять: «Дедушка, ты же знаешь, что Цзи Ян не виноват. Это я настояла, желая ухаживать за ним. Ему больше ничего не оставалось делать».

Дедушка махнул рукой: «Не говори так, даже если ты сделала что-то не так, он всё равно виноват. Неужели теперь в порядке вещей, что взрослые мужчины прячутся за спинами своих жен?»

Тан Тан хотела объяснить, что произошло, но Цзи Ян остановил её. Он взял тарелку из её рук и признал свою ошибку: «Прости, дедушка, я знаю, что был неправ. Теперь я сам буду есть».

После этих слов на лице старика не осталось недовольства. Если присмотреться, то в его глазах можно было заметить скрытое счастье. В глубине души Цзи Ян тоже был счастлив, потому что дедушка снова наказал его после стольких лет, а это значит, что сердце старика уже начало «примиряться» с ним. Если бы это было не так, то старик не стал бы отчитывать его.

Цзи Ян довольно быстро признал свою ошибку. Дедушке Цзи больше не чего было добавить, поэтому ему оставалось лишь сдаться и продолжить есть, опустив голову.

Цзи Ян незаметно взял Тан Тан за руку под столом и сказал ей: «Я могу сделать это сам, ты тоже должна поесть, не жди, пока еда остынет».

Тан Тан почувствовала себя неуютно, наблюдая, как он ест. Убедившись, что он может держать тарелку и уверенно пользоваться палочками для еды, Тан Тан успокоилась и тоже начала есть. Она больше не осмеливалась кормить Цзи Яна, когда дедушка Цзи был рядом.

Дедушка Цзи действительно был суров, Тан Тан наконец-то поняла, почему Цзи Ян такой серьезный и неулыбчивый, должно быть, на него повлияло воспитание дедушки.

К счастью, Цзи Сяо Чжо не такой, как его дед и отец. В противном случае, Тан Тан было бы тяжело с тремя неразговорчивыми мужчинами и немой Но Но. Это было бы действительно ужасно.

Сунь И молча наблюдал за происходящим, и смеялся в душе. Он без конца хвалил старика за то, что тот раскритиковал Цзи Яна. Его руки и ноги были в порядке, но он всё равно пользовался помощью своей жены во время приема пищи. Это невозможно было терпеть! Теперь посмотрим, осмелятся ли они кормить одинокую собаку своим собачьим кормом! Ха-ха-ха!

Сунь И почувствовал, что сегодня на обед он может съесть ещё одну тарелку риса.

Во время обеда Тан Тан решила рассказать Цзи Яну о том, как встретилась с Вэнь Чжан И и Лю Цзы Кай. Поморщившись, она сказала: «Оказывается, Вэнь Чжан И ещё ничего не знал об инциденте с Но Но, Лю Цзы Кай всё это время скрывала от него правду, но я рассказала ему всё как есть. Я не хочу, чтобы Лю Цзы Кай всё сошло с рук».

Тан Тан редко так злилась, но в глазах Цзи Яна она всё ещё выглядела очень мило.

Тан Тан прикрыла маленькое ушко Но Но и намеренно сказала так, чтобы девочка не услышала: «Я не знаю, сможет ли отец Но Но добиться справедливости для неё».

Цзи Ян сжал губы и тоже прошептал: «Независимо от того, что он сделает, я заставлю семью Лю понести наказание. Травма Но Но это не что-то незначительное. Я уже попросил кое-кого разобраться с этим. Я не позволю семье Лю так просто уйти, по крайней мере, я добьюсь максимально выгодной компенсации для Но Но».

Тан Тан не знала, когда Цзи Ян попросил кого-то о помощи с этим делом. Оказалось, что всё это время он думал об этом.

Цзи Сяо Чжо услышал слова отца, и его глаза загорелись. Он прошептал Цзи Яну: «Папочка, ты можешь попросить в качестве компенсации не деньги? Ты можешь попросить отца Но Но отдать её нам, чтобы она жила с нами в нашем доме? Они плохо относятся к Но Но, а мы хорошо будем относиться к Но Но».

Цзи Ян погладил Цзи Сяо Чжо по голове и извинился: «Папа пока не может этого сделать».

Цзи Сяо Чжо снова расстроился, но в следующую секунду уверенно сказал: «Ничего страшного, я сам придумаю способ. Однажды я смогу сделать Но Но частью нашей семьи».

Этот малыш давно мечтал сделать Но Но частью своей семьи, но эта идея была слишком трудновыполнима. Однако у Тан Тан не хватило духу разрушить надежды малыша, и она позволила ему продолжать в том же духе.

Когда дедушка Цзи прислушался к разговору этих троих, он постепенно начал понимать, что что-то было не так. Он задумался: «Разве ухо Но Но не было таким с самого рождения?»

Он знал, что у Но Но проблемы со слухом, но подумал, что её болезнь проявилась ещё в утробе матери, и не задавал лишних вопросов. Когда он понял, что ошибался, то догадался, что это дело рук человека. Но кто бы мог подумать, что кто-то может навредить такой нежной куколке, как Но Но.

Цзи Сяо Чжо услышал вопрос прадедушки, и ему не нужно было долго думать, чтобы ответить. Он сразу же рассказал прадедушке о том, что его злило: «Прадедушка, ты не знаешь, но мачеха Но Но была жестокой. Она никогда не кормила Но Но завтраком, и та всё время ходила голодной, она не покупала Но Но подходящую одежду и игрушки. Она даже ударила Но Но. Дядя врач сказал, что левое ухо Но Но теперь не слышит, а правое ухо может слышать, но не очень хорошо. Она очень плохая!»

Дедушка нахмурился и посмотрел на Но Но. Он не мог больше есть. Он отставил тарелку и спросил у Тан Тан: «Скажи мне, что происходит? Девочка действительно потеряла слух из-за того, что кто-то её ударил?»





Глава 69




Увидев, что дедушка Цзи хочет узнать подробности, Тан Тан тоже отложила столовые приборы и подробно рассказала ему о случившемся.

Лицо дедушки Цзи сразу помрачнело, он был очень зол: «Это неоправданная жестокость. Как можно быть такой жестокой с этой маленькой куколкой! Даже если это произошло не намеренно, так поступать нельзя. За столько дней никто из их семьи ни разу не проявил заботу о ребёнке. Так много времени прошло, но они до сих пор не захотели узнать, что происходит с ребенком, за которым ухаживают чужие люди, и даже не ищут встречи с ней! Я не говорю уже о том, что они скрыли всё от отца ребенка. У меня сердце разрывается от боли!»

Произошедшее нельзя просто объяснить тем, что виновник действовал без какого-либо умысла. Если бы Цзи Сяо Чжо забрали так надолго незнакомые люди, ничего не сказав, они бы все переживали, не чувствуя ни минуты покоя. С первого взгляда можно было понять, что той семье нет дела до этой малышки.

Хотя дедушка Цзи провёл с Но Но всего два дня, эта маленькая девочка ему особенно понравилась. Малышка была очень умной и милой, и у неё был такой покладистый характер. Как она могла кому-то не понравиться? Если бы она была его правнучкой, он бы точно относился к ней как к принцессе, и никто бы не посмел причинить ей вред. Поэтому он так разозлился, когда узнал, что у малышки была такая тяжёлая жизнь.

На самом деле члены семьи Лю один раз приходили в больницу, но Тан Тан сомневалась говорить ли об этом. Она не знала, стоит ли ей рассказывать о том, как в тот раз к ним в окружную больницу пришли мать и дочь семьи Лю. Сначала Тан Тан боялась, что из-за этого инцидента Цзи Ян начнет переживать и это помешает его выздоровлению, но потом подумала, что семья Лю действительно могла навредить Цзи Яну, и Цзи Ян мог попасть в ловушку, устроенную ими, потому что она не приняла никаких мер предосторожности. Так и есть.

Поколебавшись мгновение, Тан Тан наконец рассказала о том, как мать Лю Цзы Кай угрожала будущей карьере Цзи Яна. Независимо от того, станет ли эта угроза реальностью, всегда лучше заранее позаботиться о том, чтобы Цзи Ян был настороже.

Просто Тан Тан не ожидала, что после того, как она закончит свой рассказ, Цзи Ян не выкажет никакой особой реакции, в отличие от дедушки Цзи.

Дедушка так разозлился и ударил по столу, что чуть не опрокинул еду. В то же время все присутствующие были шокированы этим.

«Посмеют ли они!» — будь у дедушки Цзи борода, его волосы точно бы встали дыбом. — «Они что, забыли о правилах в армии? Семья Лю всего лишь какая-то незначительная семья! Вижу у них достаточно мужества, чтобы угрожать семье Цзи!»

Он всю жизнь был солдатом, который служил своей стране, и никогда не вмешивался в кадровые перестановки, но семья Лю посмела это сделать?

Очевидно, старик не знал, что в нынешнее время армия стала не совсем такой, какой он её помнил.

Тан Тан посмотрела на старика и испугалась, что тот может сильно разозлиться. Она быстро подошла к нему, чтобы успокоить: «Дедушка, не сердись, мы их не боимся. Мой муж всегда руководствуется только собственными заслугами. Им будет не просто повлиять на него всего несколькими словами».

Дедушка Цзи спокойно сел, ничего не сказав. После этого он достал телефон и вышел. Они не знали, кому он звонит, но услышали, как старик сказал несколько слов в трубку, а затем повесил её. После этого он произнёс непонятным тоном: «Новости распространяются довольно быстро. Посмотрим, будет ли у них такая возможность».

Тан Тан и Цзи Ян не произнесли ни слова. Тан Тан не знала, что имел в виду старик, сказав эти слова, а Цзи Ян понял, но выглядел серьезным.

Старик хмыкнул и взял в руки столовые приборы, чтобы продолжить есть. Перед тем как приступить к еде, он сказал: «Я ничего не буду делать, я просто понаблюдаю. Я хочу посмотреть, кто осмелится что-нибудь сделать».

Тан Тан необъяснимым образом почувствовала, что в этот момент дедушка выглядел таким властным, что любой, кто спровоцирует его, пожалеет до смерти. Неужели он и был тем властным президентом, о котором так часто говорят современные люди?

Однако, хотя старик ничего не сказал, и Тан Тан не знала, какое положение он занимал в обществе, но она внезапно почувствовала необъяснимое облегчение. Она подумала, что если кто-то действительно осмелится втайне устроить Цзи Яну неприятности, то этому человеку не поздоровится.

* * *

После обеда Тан Тан предложила купить для Но Но слуховой аппарат. Ребёнок плохо слышал, и она очень переживала из-за этого. К счастью, Но Но была спокойным и терпеливым ребенком. Если бы на её месте был Цзи Сяо Чжо, то, скорее всего, земля бы уже взорвалась.

Однако ребёнок не всегда может вести себя так. К тому же было очень неудобно каждый раз прижиматься к правому уху малышки. Кажется, девочке это постоянно напоминало о её недостатке.

Цзи Ян кивнул, достал телефон и сделал звонок. После телефонного разговора он сказал Тан Тан: «Мне действительно стоило договориться о встрече раньше. Я собирался подождать, пока не встану с постели, и тогда отвезти ребенка на прием, но лучше подготовиться заранее. Я позвонил знакомому и попросил его всё организовать. Когда пойдёшь туда, сразу найди его. Он всё для тебя устроит. Выбери самый лучший слуховой аппарат, не экономь».

«Знаю, я выберу самый лучший», — Тан Тан точно не стала бы экономить на здоровье ребенка.

Тан Тан отвела Но Но и Цзи Сяо Чжо в отделение отоларингологии, чтобы подобрать слуховой аппарат. Так совпало, что сразу после ухода этих троих кое-кто постучал в дверь палаты.

Увидев незваного гостя, Цзи Ян ничуть не удивился, только слегка кивнул, словно уже догадывался о его приходе.

Вэнь Чжан И долго обводил взглядом палату. Он не увидел там Вэнь Но, и спросил Цзи Яна виноватым голосом: «Командир батальона Цзи, а моей Вэнь Но здесь нет?»

Цзи Ян ответил спокойны тоном: «Моя жена повела Но Но на прием, чтобы установить слуховой аппарат. Ребенку тяжело из-за того что она плохо слышит».

Услышав это, Вэнь Чжан И охватило чувство вины. После долгой паузы он снова заговорил: «Цзи Ян, тебе сейчас удобно поговорить?»

Цзи Ян посмотрел на него и кивнул: «Да».

Сунь И, находившийся в палате, сам сел в инвалидное кресло и выехал из палаты, сказав: «На улице солнечно. Я спущусь в сад, чтобы погреться на солнышке».

Дедушка Цзи медленно снял очки для чтения, сложил газету и положил её на стол. Он последовал за Сунь И и тоже вышел из палаты. Они не хотели учувствовать в таком личном разговоре.

Увидев, что все ушли, Вэнь Чжан И первым делом сказал: «Моя жена поступила неправильно. Я заставлю её извиниться перед Вэнь Но. Впредь такого не повторится. В этот раз я хочу забрать Вэнь Но и позаботиться о ней. Я отведу её к врачу, и постараюсь вылечить её. Мы действительно побеспокоили вас в последнее время. Сколько вы потратили, позже я верну вам деньги, спасибо».

Цзи Ян нашел его поведение немного забавным, и рассмеялся: «Это твоё решение? Твоя дочь стала инвалидом, думаешь, извинений достаточно. Вэнь Чжан И, вот как ты решаешь проблемы. Я увидел достаточно на сегодня».

«Что ты имеешь в виду!» — Вэнь Чжан И немного разозлился. Он был сам не свой. Он не мог понять, в чём проблема. Сейчас Цзи Ян вел себя слишком самодовольно, говоря о чужих поступках. — «Цзи Ян, это личное дело нашей семьи. Хоть вы и забрали мою дочь, я не буду с вами судиться, но она — моя дочь. Вы не в том положении, чтобы диктовать мне, как себя вести?»

Цзи Ян не разозлился на слова Вэнь Чжан И, а просто кивнул: «Да, она — твоя дочь. Мы посторонние, и нам не пристало навязывать своё мнение. Я говорю это исключительно с позиции мужчины и отца. На самом деле это всего лишь вопрос мнения, но твоё поведение действительно заставляет меня смотреть на тебя свысока».

Вэнь Чжан И был задет этими словами, его губы побелели, но он терпеливо сказал: «Ты не можешь понять, что я чувствую. Что бы ты сделал на моем месте?» С одной стороны — любимая, с другой — дочь. Все они были его семьей. Нужно ли всё так усложнять, он же не мог убить одну, чтобы извиниться перед другой?

«Я действительно не могу понять твоих чувств, потому что я бы не позволил своей дочери расти в такой неправильной среде. Думаю, ты с самого начала знал, как твоя жена относится к Но Но. И знал, насколько плохо живется Но Но, но разве ты хоть что-нибудь сделал? С тех пор как она родилась, ты должен был её защищать. Это твоя неотъемлемая обязанность как отца!»

Вэнь Чжан И сжал кулаки и спрятал руки за спиной. Он понял, что не может опровергнуть слов Цзи Яна. Он знал, что Цзы Кай недолюбливала Но Но. Однако он был в долгу перед ней, поэтому, пока она не заходила слишком далеко, он предпочитал закрывать на это глаза. Он думал, что она сама понимает, что к чему, но кто же мог знать, что такое произойдет.

Он действительно был неправ. Он должен был сам с этим разобраться. Если бы он с самого начала не закрывал на всё глаза, ничего такого не произошло бы.

«В будущем это не повторится. Я поговорю со своей женой, и она будет заботиться о Вэнь Но. Отныне всё, что будет у Руи Руи в будущем, получит и Вэнь Но».

Цзи Ян услышал его слова и спросил: «С ними действительно будут обращаться одинаково? Включая наследство? Включая лучшее образование?»

Вэнь Чжан И замолчал под пристальным взглядом Цзи Яна.

Нет, Цзы Кай отдаст всё наследство Руи Руи, а не Вэнь Но; она отправит Руи Руи получать лучшее образование в стране, и не будет тратить деньги на Вэнь Но. И он действительно ничего не сможет с этим поделать, потому что деньги принадлежат семьи Лю, а не ему.

В этот момент Вэнь Чжан И почувствовал себя особенно пристыженным.

Цзи Ян был добросердечным человеком, и всё же он нанёс ему последний удар: «Ты сказал, что твоя жена будет заботиться о Но Но в будущем, но что если после произошедшего она не сможет этого делать, ты готов будешь с ней развестись?»

Вэнь Чжан И открыл рот, но не смог издать ни звука. Каждое слово, сказанное Цзи Яном, причиняло ему боль, так что он не мог ничего возразить и понял, что его так называемое решение было просто попыткой оправдаться.

Он не сможет дать Но Но никаких гарантий, потому что не разведётся матерью своего сына, и это вызовет лишь бесконечные ссоры. Возможно, со временем любовь, которую он испытывал к Вэнь Но, сменится раздражением, и в конце концов положение Вэнь Но не изменится.

Вэнь Чжан И улыбнулся и сжал губы, его голос звучал устало: «Тогда что ты хочешь сделать?»

«То, что уже было сделано, не изменить, ущерб невосполним. Я думаю, что твоя жена должна предоставить соответствующую компенсацию за свою вину. Если ты хоть немного привязан к своей дочери, тебе больше не следует вмешиваться в это дело. Для Но Но будет лучше, если ты закроешь глаза на всё в этом вопросе».

Вэнь Чжан И понял, что имел в виду Цзи Ян. Он глубоко задумался, а затем тяжело вздохнул. Это он должен извиниться перед Но Но. На этот раз он должен загладить свою вину перед ней.

«Что ж, я больше не буду заниматься этим вопросом», — Вэнь Чжан И развернулся и ушёл, и даже со спины было видно, как он вымотан.

* * *

После того как Тан Тан помогла Но Но подобрать и установить хороший слуховой аппарат, Цзи Ян притянул Но Но к себе, коснулся её маленького ушка, посмотрел на маленький слуховой аппарат, вставленный ей в ухо, и прошептал: «Но Но, ты хорошо слышишь дядю?»

По правде говоря, Но Но в глубине души понимала, что частично оглохла. Она проплакала в постели несколько ночей, а потом смирилась с тем, что стала глухой. Она думала, что в будущем сможет слушать других только правым ухом. Но она не ожидала, что сможет восстановить слух надев этот аппарат. С его помощью она внезапно услышала, о чём говорят люди, и всё было слышно почти также хорошо, как и до травмы.

Но Но была так счастлива, что улыбнулась и кивнула Цзи Яну. Она прижалась своей маленькой головкой к его груди и вдруг вложила конфету в его большую ладонь. Затем она неожиданно чмокнула его в щёку и прошептала: «Спасибо, дядя». Она знала, что дядя и тетя помогли ей.

Поцелуй малышки был совсем не таким, как сухие поцелуи Цзи Сяо Чжо. Цзи Ян замер от её нежного поцелуя. В следующую секунду его охватило тепло, и он не смог удержаться, чтобы погладить её по мягким волосам. Внезапно Цзи Ян почувствовал, что Сяо Чжо был прав. Было бы хорошо, если бы эта маленькая девочка стала частью их семьи. Непослушный Цзи Сяо Чжо сильно отличался от милой и маленькой Но Но. Она давала ему конфеты и целовала его. Она помогала Тан Тан вытирать ему лицо, и принимать лекарство, а также звала медсестру, чтобы та поменяла капельницу.

Жаль, что малышка не жила с ними.

Вечером Цзи Ян испытал редкие для себя чувства, и посмотрел на Тан Тан: «Было бы здорово, если бы у нас сначала родилась маленькая дочь. Дочка намного лучше, чем сын».

Тан Тан кивнула и согласилась: «Я тоже думаю, что дочка более милая и внимательная».

После этого двое родителей переглянулись и одновременно рассмеялись. В этой жизни у них мог быть только непослушный сын. Бессмысленно было думать о маленькой дочери.

Однако Цзи Ян всё же сказал: «Если Цзи Сяо Чжо постарается, то найдет нам милую и внимательную невестку, в качестве дочери».

Тан Тан посчитала, что это разумно. Она надеялась, что её сын не женится на девушке, которая будет ещё более непослушной, чем он сам.

Позже, когда молодой Цзи Сяо Чжо решил сделать Но Но своей женой. Хоть Цзи Ян и хотел избить его, но Тан Тан была вполне довольна выбором Цзи Сяо Чжо. После того как Цзи Ян подвесил Сяо Чжо на дереве, и сильно избил его, он всё же закрыл на это глаза. Он лишь предупредил Сяо Чжо не издеваться над Но Но, иначе он сломает ему ноги.

Конечно, это уже другая история.

В настоящий момент, закончив болтать, Тан Тан спросила Цзи Яна, зная, что Вэнь Чжан И приходил сюда сегодня: «Что ты собираешься делать, муженек? Ты хочешь, чтобы Лю Цзы Кай попала в тюрьму?»

«Глупости», — Цзи Ян ущипнул её за нос. — «Она не попадет в тюрьму так просто, и семья Лю этого не допустит. Кроме того, в тюрьме она не принесёт Но Но никакой пользы. Вместо этого она навлечёт на неё ещё больше бед».

Тан Тан немного растерялась: «Тогда, чем ты хочешь помочь Но Но, муженек? Я не понимаю».

«Я думаю, что для Но Но будет лучше получить самые практичные и необходимые вещи. Это принесет больше пользы, чем любая другая компенсация».

Что-то практичное и необходимое?

«Например?»

Цзи Ян сказал три слова: «Деньги, акции, имущество».

Тан Тан была шокирована этим ответом. Она не ожидала, что целью Цзи Яна было получение денег для Но Но. Она думала, что он заставит семью Лю потерять репутацию или накажет их за то, что они плохо обращались с Но Но.

Цзи Ян с первого взгляда понял, о чем она думает: «Почему ты решила, что я накажу семью Лю?»

«Учитывая возможности семьи Лю, официальное расследование по этому делу закончится только одним: его переведут в категорию личного и урегулируют в частном порядке. В конце концов Но Но получит лишь извинения. В этом нет никакого смысла. В таком случае всё закончится не так хорошо для Но Но. Лучше будет надавить на семью Лю, пусть они немного пострадают в финансовом плане, зато Но Но получит реальную выгоду, а деньги для Но Но — это самое практичное решение, по крайней мере, это придаст ей уверенности, когда она решит уйти из семьи».

Тан Тан немного поразмыслила и вдруг поняла, что такой способ решения — лучший для Но Но. Вместо того чтобы ждать помощи от дальних родственников, лучше получить немного денег и не бояться уйти из дома.

«Но, муженек, откуда ты знаешь, что семья Лю согласится? Разве эта семья не слишком могущественна?»

В глазах Цзи Яна мелькнул мрачный огонёк: «У меня есть свои способы».

Он решил сделать всё, чтобы семья Лю получила по заслугам!

* * *

В то же время Лю Цзы Кай узнала, что Вэнь Чжан И вернулся, ничего не добившись. После того как она узнала, что семья Цзи не отпустит это дело, она чуть не сошла с ума от злости и готова была разбить мобильный телефон, который держала в руке.

Узнав, что Вэнь Чжан И не собирается заниматься этим делом, она разозлилась ещё больше и устроила скандал прямо в больнице. После этого она побежала к своей семье.

Узнав об этом, мать Лю Цзы Кай так разозлилась, что даже разбила несколько ваз: «Они, словно собаки, заботящиеся о мышке, какое бесстыдство! Им делать больше нечего, кроме как целый день совать нос в чужие дела!»

«Мама, они требуют слишком много! Моих извинений недостаточно? Чего они хотят?!» — Лю Цзы Кай просто сходила с ума от этого, и всё её существо было раздражено.

Лю Му тоже злилась и кусала губы: «Видимо они хотят получить какую-то выгоду, используя Вэнь Но. В противном случае, зачем им помогать ей просто так? Этот Цзи Ян просто не воспринимает нашу семью Лю всерьёз. Он думает, что сможет воспользоваться преимуществами нашей семьи Лю просто, потому что захотел? Я думаю, ему нужно преподать урок и научить чувству меры».

Лю Цзы Кай угрюмо подняла глаза и выпила бокал красного вина: «Но как ты собираешься преподать ему урок? Разве скоро не пройдет конкурс на повышение? Почему до сих пор ничего не произошло? Это была ложная информация?»

«Нет, скоро всё начнётся. Сейчас мы находимся на этапе проверки. Твой отец следит за всем. Всё пройдёт хорошо».

Услышав это, Лю Цзы Кай наконец воспрянула духом и спросила: «Отец сказал, кто в этот раз получит повышение? Это Чжан И?»

Лю Му на мгновение замерла, огляделась, чтобы убедиться, что никто её не слышит, и тихо сказала: «Это не Чжан И, похоже, начальство заинтересовано в этом Цзи Яне».

«Что? Он?» — Лю Цзы Кай нахмурила брови. — «А как же Чжан И? Такая возможность выпадает редко, и мы не знаем, когда у нас снова появится шанс».

Лю Му похлопала дочь по руке, чтобы успокоить: «Не волнуйся, твой отец рядом. Чжан И наш единственный зять. Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы помочь ему. У твоего отца есть план. В конце концов человеком, который получит повышение, станет Чжан И».

«Мама, это правда? Проблем не будет?»

«Ты не веришь в своего отца. Если у вас возникнут какие-либо проблемы твой отец всё решит. Можешь не переживать».

Услышав свою мать, Лю Цзы Кай расслабилась, и у неё поднялось настроение.

Однако, прежде чем мать и дочь семьи Лю смогли что-либо сделать, Цзи Ян опередил их, обрушив на их головы неприятности и кровавую бойню.





Глава 70




Слуховой аппарат Но Но работал исправно. Детям нужно было вернуться в детский сад, но из-за травмы, полученной Цзи Яном, Тан Тан вынуждена была оставаться рядом, чтобы заботиться о нём. Если бы дети вернулись в детский сад, то некому было бы позаботиться о них, поэтому Тан Тан продолжала брать отгулы для них в детском саду. Малыши пока не могли вернуться к занятиям.

Узнав об этом, дедушка Цзи предложил принести учебники, чтобы дети занимались самостоятельно. По мнению старика, даже если дети не ходили в детский сад, они не должны прерывать учебу, ведь это очень важно.

Тан Тан и Цзи Ян, естественно, согласились. Обучение — это бесконечный процесс, и если вы не будете развиваться, то ничего не добьётесь в жизни. Они, как родители, не хотели, чтобы их дети так долго отрывались от учебы.

Однако Тан Тан приходилось каждый день заботиться о Цзи Яне и заниматься готовкой. На обучение детей у неё не оставалось времени, кроме того, учитывая её уровень знаний, она не смогла бы обучить должным образом двух своих гениальных детей. Скорее это ей нужно учиться у них.

Цзи Ян мог бы обучать двух маленьких гениев, но он слишком сильно пострадал, ему нужно было больше отдыхать, и он не мог встать, поэтому пока не мог учить их. В больнице дети могли только читать книги.

Дедушка Цзи махнул своей большой рукой и сказал: «Так как у вас нет времени, я займусь их обучением. Хотя дети не могут ходить в детский сад, нельзя оставлять их на самообучение». В любом случае, ему всё равно нечем было заняться.

«Дедушка, ты уверен, что хочешь их учить?» — спросил Цзи Ян, чтобы подтвердить слова дедушки Цзи, словно немного сомневаясь в его способностях.

Только Тан Тан заметила отблеск улыбки в его глазах и не смогла сдержать смешок глубоко в душе. Иногда Цзи Ян был таким плохим парнем, что даже осмеливался провоцировать своего дедушку.

Однако Тан Тан предпочла прикрыть рот рукой и промолчать, смиренно слушая разговор своего мужа.

Эх, неужели она тоже становится такой же плохой?

Дедушка Цзи не заметил улыбку Цзи Яна, и подумал, что тот действительно сомневается в нём и теперь был не рад: «Что плохого в том, что я буду их обучать? Хочешь сказать, что я не смогу обучить этих двух малышей?»

Несмотря на то, что дедушка Цзи был известным военачальником, он не был невежественным человеком в традиционном понимании. Старик тоже был грамотным. В прошлом он ходил в школу, и у него был особенно красивый почерк. Его можно было считать хорошим специалистом в литературе и в боевых искусствах. Так что он сильно расстроился, когда Цзи Ян отнесся к нему с большим недоверием.

Если он не сможет научить даже двух маленьких трёх- или четырёхлетних малышей, то разве он не выставит себя безграмотным?

Цзи Ян молча опустил голову и закашлялся. Тан Тан поняла, что он наслаждается, наблюдая за происходящим.

Дедушка Цзи остался доволен и достал детские учебники, по которым занимались малыши в детском саду. Он со всей серьезностью начал урок.

Тан Тан выразила свою поддержку и специально принесла маленькие стульчики и столик. Два малыша сидели с одной стороны, а дедушка — с другой, во время занятий.

Цзи Ян заранее предупредил Цзи Сяо Чжо, чтобы тот вёл себя послушно, уважал дедушку и не возражал. Что касается Но Но, то за неё можно было не волноваться.

Чтобы не получить нагоняй, Цзи Сяо Чжо очень серьёзно отнесся к уроку, он внимательно смотрел на дедушку и слушал его. Он всегда был сосредоточен на уроке и хорошо усваивал материал. Однако, когда дедушка начал учить их складывать и вычитать в пределах десятка по учебнику для детского сада, он не смог сдержать гримасу недовольства, особенно когда дедушка предложил им посчитать на пальцах, как это делали в детском саду. В этот момент круглое личико Цзи Сяо Чжо сморщилось, как булочка.

Дедушка Цзи увидел, как Цзи Сяо Чжо сморщил лицо, а затем посмотрел на личико Но Но, послушно загибающую пальчики в воздухе. Он подумал, что Цзи Сяо Чжо не любит арифметику и не хочет этому учиться, поэтому он так сгримасничал. Дедушка Цзи сказал: «Если ты чего-то не понимаешь — это не страшно, но тебе придётся потрудиться, чтобы разобраться. Посмотри, как Но Но считает по пальцам, бери с неё пример и у тебя всё получится».

Цзи Сяо Чжо посмотрел на послушную Но Но, вздохнул, оттопырил десять пухлых пальцев и начал считать, а затем медленно написал ответ.

Дедушка Цзи увидел, что он правильно посчитал, и остался очень доволен.

Тан Тан посмотрела на них со стороны и не смогла удержаться, чтобы не прикрыть свою улыбку на лице. Она приблизилась к Цзи Яну и спросила его: «Муженек, ты что-то задумал? Почему бы тебе не рассказать дедушке, какие умные наши малыши?»

Цзи Ян незаметно приложил палец к губам, показывая, что это секрет, и прошептал: «Цзи Сяо Чжо всегда вел себя самодовольно и никогда не умел слушать, так что пусть почувствует себя хорошим учеником из детского сада».

Тан Тан не смогла сдержать улыбки. Этот мужчина просто невыносим! Побьет ли его дедушка Цзи, когда узнает обо всём?

Цзи Сяо Чжо вспомнил о наставлениях своего отца и послушно стал притворяться, что считает на пальцах. В конце концов он написал ответ, который уже знал, подумав при этом, что он действительно слишком послушно себя ведет. Ему оставалось лишь внимательно слушать. Но каким бы послушным он ни был, он всё ещё был ребенком. Через полчаса они всё ещё складывали и вычитали в пределах десяти. Это его сильно расстраивало и его терпение лопнуло. Всем своим видом он говорил, что «жизнь ему не мила».

Тан Тан почувствовала себя немного подавленной.

Дедушка Цзи стукнул по столу и прикрикнул на него: «Хитрец, прошло всего тридцать минут. Урок ещё не закончился. Нельзя быть таким нетерпеливым. Нужно усердно работать и не лениться. Как можно чему-то научиться за три минуты? Посмотри, какая Но Но молодец! Почему ты уступаешь маленькой девочке?»

Цзи Сяо Чжо посмотрел на Но Но, как на маленькую дурочку. Он подпер руками своё круглое лицо и пожаловался: «Прадедушка, дело не в том, что я нетерпелив, а в том, что то, чему ты учишь слишком просто для меня. Ты можешь объяснить мне то, чему я ещё не научился?»

Дедушка Цзи засомневался из-за слов Цзи Сяо Чжо. Он посмотрел на учебник в своих руках. Всё было верно, это был учебник для детей, посещающих детский сад, и его содержание соответствовало тому, что дети ещё не должны были учить. Как его урок может быть слишком прост?»

«Ты имеешь в виду, что знаешь, как это делается?»

Цзи Сяо Чжо покачал пухлыми ножками и кивнул.

Дедушка не поверил. Он подумал, что этот ребёнок просто ленится. Он не смог удержаться и решил намеренно поставить его в неловкое положение. Он спросил: «Сколько будет двадцать девять плюс тридцать четыре?»

Цзи Сяо Чжо, даже не моргнув, сразу ответил: «Шестьдесят три».

Дедушка был в восторге, увидев, что малыш, даже не задумываясь, дал ответ. Он не смог удержаться и выпрямился, продолжая спрашивать: «Тогда девяносто два плюс шестьдесят семь?»

Цзи Сяо Чжо вздохнул, и его голос стал ещё более невозмутимым: «Сто пятьдесят девять».

Дедушка нахмурил брови. Он больше не думал, что малыш хочет схитрить. Этот ребёнок действительно знал ответы! Он попытался спросить: «Тогда скажи прадедушке, где ты этому научился?»

Цзи Сяо Чжо задумался и ответил: «Меня научил мой отец, до того, как он ушел на задание, он научил меня умножать и делить в уме трёхзначные числа. Поэтому, прадедушка, как насчет того, чтобы научить меня чему-то ещё».

«...» Дедушка Цзи повернулся и посмотрел на Цзи Яна, который всё это время наслаждался шоу: «Ты его научил?»

Цзи Ян откашлялся и кивнул. Он не смел взглянуть на дедушку Цзи, потому что выражение лица дедушки наводило на мысль, что он хочет кое-кого избить.

Дедушка Цзи действительно хотел избить своего внука, потому что Цзи Ян со своим высоким интеллектом, уже научил малыша умножать и делить в уме. Уже одно это было весьма впечатляюще. Он же учил Сяо Чжо складывать и вычитать в пределах десяти, неудивительно, что это было слишком легко для малыша.

Главное — Цзи Ян явно знал об этом, но ничего не сказал. Какой он смелый!

Что такому старику, как он, знать о вычислении в уме? Как ему теперь учить детей?

Чтобы сохранить свою репутацию, дедушка Цзи изобразил уверенный вид и сказал Сяо Чжо: «Иди к своему отцу, пусть он тебя научит, а прадедушка продолжит учить Но Но. Если прадедушка начнет учить тебя таким сложным вещам, то Но Но их не поймет».

«Кто сказал, что Но Но ничего не понимает?» — тут же выпалил Цзи Сяо Чжо. Он схватил за пальцы Но Но, которая всё ещё что-то считала, и постучал её по маленькому лбу. — «Глупая Но Но, ты долго ещё будешь считать по пальцам с таким серьезным видом».

Но Но посмотрела на него и улыбнулась. Она выглядела такой умной и милой.

Увидев это, дедушка Цзи прищурился и спросил: «Но Но тоже умеет? Но Но тоже научилась считать?»

«Конечно, я научил Но Но, и теперь она тоже умеет умножать и делить трёхзначные числа. Хоть она справляется хуже меня, но всё равно очень способная».

Дедушка решил обратиться к Но Но: «Но Но, ты правда это умеешь?»

Но Но кивнула своей маленькой головкой, брат Сяо Чжо научил её.

Дедушка Цзи немного растерялся. Глядя на Цзи Сяо Чжо, можно было предположить, что он унаследовал свой интеллект от отца, но почему эта малышка тоже такая умная? Разве её отец не обычный человек?

В недоумении дедушка Цзи задал ей вопрос: «Чему будет равно сто сорок один умноженное на пятьдесят девять?»

Цзи Сяо Чжо понял, что дедушка решил проверить Но Но, и промолчал.

Но Но прищурилась, задумавшись, а затем взяла в руки маленький карандаш и написала на бумаге ответ: «8 319»

Дедушка Цзи достал калькулятор и несколько раз нажал на его кнопки. Ответ действительно был «8 319», и в этом не было никаких сомнений.

Какая же умная эта девочка!

Дедушке Цзи на мгновение стало не по себе. Почему эти двое детей такие необычные? Кто ещё в свои три или четыре года может похвастаться такими знаниями?

Ах да, однажды он уже видел такого ребенка, это был Цзи Ян в детстве. Этот мальчишка с раннего возраста умел умножать и делить большие числа, так что он, как дедушка, не мог помогать ему даже в первом классе начальной школы. Это так расстраивало.

Он не ожидал, что такое разочарование повторится спустя несколько десятилетий, и при этом сразу у двоих детей.

Глядя на дедушку Цзи, Тан Тан испытывала смешанные чувства: разочарование, пустота от поражения, гордость и другие сложные эмоции. Она боялась, что пожилой мужчина сильно разочаруется, ведь она и сама была сильно взволнована, подозревая, что с её мозгом что-то не так, ведь она — взрослый человек хуже соображала, чем трёх- или четырёхлетние дети. Позже она поняла, что дело не в том, что она слишком глупа, а в том, что два этих ребенка слишком умны.

Чтобы спасти репутацию дедушки Цзи, Тан Тан поспешила подняться и убрать книги для детского сада, которые лежали на столе возле дедушки. Она сказала: «Дедушка, мне кажется, что арифметика — это довольно скучный предмет. Лучше научить их чему-то другому. Ты можешь научить их тому, в чём ты довольно хорош. Так ведь?»

Двое детей сразу же согласились и кивнули. Они хотели учиться чему-то другому и не хотели решать простые арифметические задачи.

Дедушка Цзи с готовностью принял помощь Тан Тан, и сделал вид, что по доброте душевной, больше не будет решать арифметические задачи, и спросил у детей: «Чему вы хотите научиться? Прадедушка может рассказать вам кое-что об армии».

Эти двое ещё не должны были знать об армии.

Но Но прищурилась и ничего не сказала, потому что не знала, чему хочет научиться. Вместо этого она перевела взгляд на Цзи Сяо Чжо и заметила, как его лицо мгновенно просветлело от энтузиазма. Сяо Чжо спросил: «Прадедушка, у тебя есть пистолет? Можешь показать нам пистолет?»

Цзи Сяо Чжо очень хотелось посмотреть на пистолет, но он понимал, что это не та игрушка, с которой он может играть, поэтому сейчас, учитывая подходящий момент, он попытался расспросить об этом прадедушку.

Дедушка Цзи не ожидал, что его внук заинтересуется пистолетами, но он был мастером своего дела. Хотя из пистолета нельзя было стрелять просто так, и не каждый мог использовать его по своему усмотрению, но для него эта просьба не вызывала проблем. Для дедушки Цзи удовлетворить требование детей было проще простого, поэтому он позвал своего охранника и попросил его принести пистолет.

Глаза двух детей засияли, словно звёзды.

Тан Тан и Цзи Ян переглянулись, и у них возникли сомнения и опасения по поводу будущих занятий в больнице.

Охранник пришел очень быстро. Вскоре перед ними положили чёрный ящик. В нём лежали два дедушкиных пистолета, но патроны были вынуты из них.

Дедушка Цзи дал каждому по пистолету: «Взгляните-ка. Это пистолет. Если у вас есть какие-нибудь вопросы, просто спросите своего прадедушку. Я всё вам расскажу».

«Ух ты, это потрясающе!» — Цзи Сяо Чжо тут же взял один из пистолетов в руки и рассмотрел его. Изумление и одержимость в его глазах просто завораживали. Цзи Сяо Чжо, как и другие мальчики, казалось, был увлечен этим от природы.

Но Но тоже внимательно рассмотрела пистолет, но на её лице не было ни любопытства, ни восторга, она выглядела так, словно изучала что-то важное.

Цзи Сяо Чжо некоторое время был увлечён игрой, а затем вдруг спросил прадедушку: «Прадедушка, а этот пистолет можно разобрать и собрать заново?»

«Конечно, сборка огнестрельного оружия — это вопрос, которому уделяется довольно много времени во время обучения. Посмотри на это». — Дедушка Цзи взял пистолет, который держал в руках Цзи Сяо Чжо. Он разобрал его в три или четыре счета, а затем снова собрал. — «Это сборка, каждый хороший солдат должен овладеть этим навыком, особенно снайпер. Пистолет — это не игрушка, процесс его сборки очень важен».

«Прадедушка, можно я попробую?» — Цзи Сяо Чжо с нетерпением спросил. Было очевидно, что ему уже не терпелось попробовать.

Дедушка Цзи считал, что такую задачу невозможно выполнить ребенку трёх-четырёх лет. Даже если этот малыш умный, это невозможно, но, чтобы не убавлять энтузиазм ребёнка, дедушка Цзи всё же согласился. Он снова разобрал пистолет и собрал его заново. Он медленно собирал его, а затем отдал Цзи Сяо Чжо, чтобы тот собрал его сам.

Цзи Сяо Чжо с большим интересом наблюдал, как собирал пистолет дедушка Цзи. Оказалось, что его собрать было действительно сложно. Устройство пистолета было слишком сложным, а ошибки были недопустимы. В противном случае сборка завершилась бы неудачей. У Цзи Сяо Чжо была хорошая память, и он попытался восстановить последовательность действий своего прадедушки, но всё равно он не смог вспомнить всё. Он смог запомнить процесс сборки только в общих чертах.

После долгих попыток Цзи Сяо Чжо в отчаянии почесал затылок. Он просто разобрал пистолет, а затем передал кучу деталей Но Но: «Будет лучше, если ты займешься сборкой. Похоже, я подхожу только для разборки».

Но Но нежно поцеловала его, чтобы утешить. Её старший брат всё равно был великолепен.

Цзи Сяо Чжо немного успокоился, словно смирившись с реальностью, и в ответ погладил Но Но по голове: «Тогда ты займись этим».

Дедушка Цзи улыбнулся и покачал головой. Даже Цзи Сяо Чжо, маленький мальчик, не смог справиться с этим, так что маленькая девочка точно не справилась бы лучше.

Однако через минуту дедушка Цзи застыл от шока.

Сунь И, наблюдавший за происходящим со стороны, тоже выглядел ошеломленно.

Охранник, который принес оружие, тоже был ошеломлен.

Маленькая девочка Но Но, которой было меньше четырёх лет, за минуту собрала из множества сложных деталей пистолет, и сделала это довольно неплохо.

Этого не может быть!





Глава 71




Увидев эту сцену, не говоря уже о дедушке Цзи, даже Цзи Ян, который знал о таланте Но Но, был очень удивлён. Хотя он всегда знал, что у Но Но очень хорошо получается разбираться в механике, он не ожидал, что маленькая девочка сможет собрать совершенно незнакомый и сложный предмет, такой как огнестрельное оружие, всего за одну минуту. Просто для справки, даже солдатам в армии требуется много времени, чтобы научиться собирать огнестрельное оружие. Некоторые из них тренируются много лет, чтобы добиться лучшего результата, но при этом малышка всё равно была вдвое быстрее, чем такие люди.

Это показывает, насколько ужасен талант Но Но.

Наблюдая за происходящим, Сунь И не сводил глаз с Цзи Яна. «Малышка из твоей семьи… она...» — Сунь И не мог подобрать подходящих слов, чтобы описать Но Но. Он знал только одно: если бы он не увидел это своими глазами, то не поверил бы, что в реальности бывают такие дети. Такое очаровательное создание, можно было увидеть только в телесериалах.

Уголки губ Цзи Яна дёрнулись в улыбке.

Хотя дедушка Цзи ничего не сказал, он, взглянув в глаза Но Но, вдруг сильно удивился. Спустя долгое время он, не говоря ни слова, разобрал пистолет, который держала Но Но, и тот оказался совсем не таким, как предыдущий. После того, как дедушка Цзи разобрал его, опустив этап демонстрации, он подтолкнул к Но Но кучу деталей: «Но Но, посмотри».

Взгляд Но Но стал рассеянным, она протянула руку и взяла деталь, чтобы рассмотреть её. Через несколько секунд она начала собирать пистолет. Под пристальными взглядами толпы её рука даже не дрогнула, а движения становились всё быстрее и быстрее. Одна за другой детали были собраны воедино, и малышка почти не останавливалась и не ошибалась. Таким образом, Но Но за минуту собрала сложное оружие, которого никогда до этого не видела.

Внезапно в палате стало так тихо, что можно было услышать, как падает иголка. Все смотрели на хрупкую маленькую девочку, сидевшую на маленькой скамейке, и не знали, что сказать.

Но Но посмотрела на всех, кто уставился на неё. Она была немного ошеломлена, и не понимала, что происходит. Малышка не удержалась и потянула Цзи Сяо Чжо за рукав.

Цзи Сяо Чжо одной рукой взял её за маленькую ладошку, а другой рукой успокаивающе похлопал её по плечу. Он с подозрением спросил у окружающих: «Почему вы все так смотрите на Но Но? Что-то не так?»

Дедушка Цзи вдруг улыбнулся и сказал: «Ничего страшного, просто я никогда не видел такого умного ребёнка, как Но Но».

Услышав это, Цзи Сяо Чжо засомневался. Он потёр подбородок и ткнул в себя указательным пальцем: «Как ты мог этого не заметить, а как же я...»

Все рассмеялись над глупым малышом, и дедушка Цзи погладил его по голове, наставляя: «Мужчина должен быть скромным!»

Но когда он повернулся к Но Но, его голос зазвучал совсем по-другому: «Но Но, ты хочешь поиграть с другими пистолетами? У прадедушки дома ещё много таких».

Глаза Но Но загорелись, в них читалось безграничное желание, и она застенчиво кивнула: «Хочу».

Дедушка Цзи повернулся и сказал охраннику: «Вернись и принеси оружие из моего кабинета, для Но Но».

Охранник уважал дедушку Цзи, поэтому без промедления развернулся и ушел обратно. На самом деле он тоже хотел посмотреть, на что способна эта удивительная малышка.

Но Но поняла слова дедушки Цзи. Она знала, что он принесёт ей самое лучшее оружие, чтобы она могла поиграть с ним. В её взгляде на дедушку Цзи читалось восхищение, ведь дедушка Цзи был по-настоящему хорошим и никогда не презирал её. Он даже давал ей столько интересных вещей, чтобы она могла поиграть. Было бы хорошо, если бы он был её прадедушкой.

Маленькая малышка теперь была очень открытой, благодаря Цзи Сяо Чжо. Он научил её, что нужно поцеловать человека, чтобы отблагодарить его, поэтому она подошла к дедушке Цзи и аккуратно потянула его за штанину. Дедушка, не сопротивляясь, наклонился к ней, она поцеловала его, а затем прошептала: «Спасибо, прадедушка».

От неё пахло молоком, а её нежный голос был способен растопить сердце каждого. Даже дедушка Цзи — революционер, который прожил не один десяток лет, не мог не почувствовать тепло, исходящее от этой малышки, и обнял её: «Но Но, спасибо за твою доброту. Впредь, как и Сяо Чжо, тебе не нужно быть вежливой со своим прадедушкой».

Цзи Сяо Чжо согласился: «Да, не нужно быть вежливой. Прадедушка не такой, как твой отец и мачеха. Тебе не нужно беспокоиться, просто скажи ему, если захочешь во что-то поиграть. Не имеет значения, сломаешь ты это или нет».

«Сяо Чжо прав, ты можешь играть во что угодно, просто скажи своему прадедушке. Если что-то сломается, я куплю новое».

Но Но уткнулась личиком в плечо дедушки Цзи и втайне улыбнулась. Она лишь подумала, что сейчас была по-настоящему счастлива. Было бы здорово, если бы она была ребенком своих дяди и тети.

После слов дедушки Цзи Но Но перестала так сильно бояться. Когда охранник принес коллекцию оружия дедушки Цзи, малышка не смогла сдержать радостного возгласа и быстро начала разбирать очередной пистолет. Увлеченная сборкой военного оружия, Но Но на какое-то время погрузилась в свои мысли. Было видно, что в этот момент она была очень счастлива.

Дедушка Цзи молча смотрел, как Но Но быстро собирает то, что под силу было только профессиональным снайперам. В глазах старика горел огонь. В этой маленькой девочке он увидел надежду на будущее страны.

Когда молодое поколение сильно, и страна сильна. С таким ребёнком, как Но Но, кто скажет, что будущее нашей страны будет мрачным?

После того, как Но Но всё собрала, дедушка Цзи без лишних слов велел Тан Тан и охраннику отвести двух детей в магазин, чтобы они купили вкусной еды. Сунь И понял, что старику было что сказать Цзи Яну, и с энтузиазмом вышел на улицу погреться на солнышке. В палате остались лишь двое: дедушка и внук.

На этот раз дедушка Цзи взял инициативу на себя и спокойно сказал Цзи Яну: «Эта малышка очень талантлива».

«Она самый талантливый ребёнок из всех, кого я когда-либо видел».

В глазах дедушки Цзи мелькнула тень, и он тихо прошептал: «Нашей стране всегда не хватало талантливых военных, и если так будет продолжаться, то в этом отношении мы продолжим отставать».

Цзи Ян понял, что хотел сказать дедушка Цзи, но покачал головой: «Это всего лишь наше личное мнение. В будущем мы должны будем принять то, что решит сама малышка. Главное, что она счастлива, а её талант — это не средство для достижения определённых целей».

Слова Цзи Яна ошеломили дедушку Цзи. Спустя долгое время он улыбнулся и сказал: «Да, я слишком увлекся в своих желаниях. Главное, чтобы ребенок был доволен. Никто не может распоряжаться её жизнью. Мы, как старшие, должны оказывать ей поддержку только тогда, когда она в нас нуждается. Всё в порядке».

Цзи Ян слегка улыбнулся в ответ: «Ты никогда не поступаешься своими принципами, и тому же учил и меня. Мне это нравится. Ты всегда поддерживал меня».

Дедушке Цзи было очень неловко от этого внезапного «признания». Он откашлялся и сменил тему: «Ты мне ещё не сказал, как ты собираешься решить эту проблему? Как ты поступишь с той семьёй? Девочка такая маленькая, но уже ничего не слышит. Ты не можешь оставить всё как есть, об этом не может быть и речи!»

Цзи Яна не смутили его слова, и он ответил: «Я нашёл родную мать Но Но. Её мать была вынуждена уехать из-за Лю Цзы Кай, нынешней жены Вэнь Чжан И. На самом деле, Вэнь Чжан И крутил роман ещё до того, как развелся. Я отправил доказательства измены, биологической матери Но Но. Это очень убедительное доказательство, и куда бы оно ни было отправлено, Вэнь Чжан И и Лю Цзы Кай не получат ничего хорошего от этого».

«Хороший план», — в глазах дедушки Цзи промелькнуло удовлетворение, и он мгновенно понял план Цзи Яна. — «Попросить мать Но Но добиться справедливости для неё — хорошая идея. Никто ничего не сможет возразить. Более того, семья Лю очень боится, что правда выйдет наружу. Если она захочет раздуть из этого скандал, эта угроза сработает. Но действительно ли мать Но Но готова приехать? Я слышал, что она так и не вернулась, чтобы повидаться с дочерью. Согласится ли она?»

«После развода мать Но Но вышла замуж за обычного учителя начальной школы. Они живут далеко отсюда. Она боялась попасть под влияние семьи Лю и была вынуждена уехать подальше. Позже, когда у неё появились новая семья и дети, естественно, она больше не думала о Но Но. Хоть она и обижена на Вэнь Чжан И и семью Лю, но всё же боится их власти. Она никогда не искала встречи с дочерью, хоть и прошло уже столько лет. Однако ребёнок от её второго мужа болен, и ей срочно нужны деньги».

Дедушка Цзи нахмурился, и в его голосе прозвучала злость: «Значит, мать Но Но готова приехать ради денег?»

Цзи Ян замолчал.

Дедушка Цзи был очень зол и стукнул костылем: «Другой ребёнок для ней важнее Но Но? Почему она столько лет не приезжала навестить свою дочь! Теперь, когда ей нужны деньги, она вернется».

Цзи Ян решил, что, вероятно, это потому, что отец Но Но причинил ей боль. Требуется время, чтобы забыть прошлые обиды. Иногда хочется забыть обо всём, что связано с обидчиком. Но Но — была связана с тем, что та женщина хотела забыть.

Дедушка Цзи не знал этой истины. После нескольких минут гнева он сказал: «Когда та женщина приедет, примет ли её Но Но? Она не любит говорить, но всё понимает. Эта куколка слишком умна».

Цзи Ян тоже переживал по этому поводу. Он не хотел, чтобы Но Но испытывала сильные эмоциональные потрясения. Но он не знал, можно ли этого избежать. Единственной надеждой был Цзи Сяо Чжо. Но Но больше всех была привязана к нему. Возможно, этот парень сможет утешить Но Но.

Дедушка Цзи тоже удивлялся, почему Но Но, такая умная и милая куколка, слушала всё, что говорил Цзи Сяо Чжо. К счастью, он хорошо относился к Но Но. Если бы этот ребенок относился к ней плохо, и действительно решил бы продать Но Но, она согласилась бы без каких-либо претензий.

Похоже, в будущем мне придется ещё много раз отшлепать Цзи Сяо Чжо, я не могу позволить ему издеваться над Но Но.

* * *

Но Но была послушной маленькой девочкой, и любила помогать Тан Тан. Каждый раз, когда Тан Тан уходила что-то сделать, она подбегала к ней и шла рядом, взяв её за руку. Малышка очень боялась, что Тан Тан устанет, работая одна. Каждый раз, когда она делала так, Тан Тан ещё больше хотелось её баловать.

В тот момент, когда Тан Тан собралась выйти из палаты, чтобы набрать воды. Малышка это увидела. Она тут же бросила всё и подбежала к Тан Тан. Малышка протянула руку, чтобы взять у Тан Тан бутылку для воды. Бутылка была пустой и очень лёгкой. Тан Тан дала ей бутылку в одну руку, а другой рукой взяла её за ладошку и повела в комнату, где можно было набрать горячую воду.

Цзи Сяо Чжо, которого так грубо отшили, недовольно фыркнул и собрался догнать их, но его окликнул Цзи Ян: «Ты останешься с нами, у меня есть для тебя задание».

Услышав о задание, Цзи Сяо Чжо быстро встал и подбежал к кровати Цзи Яна. Он встал смирно и отдал воинское приветствие. Он очень серьёзно сказал: «Пожалуйста, дайте указания, командир!»

Цзи Ян был доволен его военной выправкой и отношением. Он подвёл мальчика к кровати и прошептал ему на ухо, что нужно делать дальше.

Цзи Сяо Чжо помолчал пару секунд, выслушав его. В его глазах не было радости, но ради Но Но он кивнул и пообещал выполнить задание.

Когда Тан Тан вернулась с Но Но, Цзи Сяо Чжо внезапно схватил Но Но за руку и выбежал.

Тан Тан не могла понять, что происходит, и спросила у Цзи Яна, почесывая затылок: «Что делает Бао Бао? Куда он собирается отвести Но Но?»

Цзи Ян ничего не ответил. Он протянул руку и притянул Тан Тан к себе, положив руку ей голову: «Почему ты трешь затылок? Ты что, ударилась?»

«Я просто пошла в комнату, где можно набрать воду и случайно столкнулась с медсестрой. Мои волосы зацепились за пуговицу на груди медсестры. Мне пришлось долго распутывать их, и теперь у меня болит голова».

Цзи Ян нахмурился и заставил её опустить голову. Убрав в сторону волосы, он увидел красное пятно на коже её головы. Оно выглядело действительно болезненно.

Он осторожно помог ей присесть, и сказал: «В следующий раз будь осторожнее, не спеши».

Тан Тан тихо ответила: «Хм». На самом деле она не торопилась. Она не знала, откуда вдруг взялась эта медсестра. Может быть, в тот момент у медсестры было что-то важное.

В то же время, пока никто не знал, на лабораторном стекле спокойно лежали несколько волосков, принадлежащих Тан Тан.

* * *

Когда голова Тан Тан перестала болеть, она продолжила расспрашивать Цзи Яна о том, куда Цзи Сяо Чжо забрал Но Но и зачем. Цзи Ян не собирался ничего скрывать от неё, и рассказал ей о своих планах.

Тан Тан была потрясена и долго не могла выдавить из себя ни слова. «После этого мать Но Но заберёт её?»

Её настроение отразилось на лице Цзи Яна: «Нет, нынешняя семья той женщины не примет Но Но, и Вэнь Чжан И не станет передавать опеку над Но Но кому-то другому».

Настроение Тан Тан сразу испортилось, и у неё защемило в груди. Она сказала: «Если бы я знала, что моя дочь так страдает, я бы забрала её, даже если бы мне пришлось расстаться с нынешним мужем. Как она может не волноваться?»

Не все думают также. Цзи Ян знал, что Тан Тан этого не поймет. Он лишь утешительно похлопал её по руке: «Это не имеет значения. Отныне мы будем присматривать за Но Но и поддерживать её. Никто не посмеет издеваться над маленькой девочкой. Так и будет».

Тан Тан решительно согласилась: «В будущем я буду готовить для Но Но, покупать ей одежду и всё необходимое, чтобы ей не приходилось завидовать другим детям. У меня теперь есть собственный магазин, хоть я и не зарабатываю много. Но этого более чем достаточно, чтобы вырастить Но Но».

Цзи Ян улыбнулся, и на сердце у него стало теплее. Ему нравился простой и добрый характер Тан Тан. Встретившись с ней, он понял, что обрел безопасную обитель. Наконец-то, он смог обрести счастье, которого не испытывал уже очень давно. Как же ему повезло.

* * *

Мать Но Но приехала очень быстро, и без всякого предупреждения. В тот день молодая женщина в чёрном пуховике, стоя у палаты, постучала в дверь. Её голос был полон невыразимого смущения и напряжения: «Здравствуйте, я ищу Вэнь Но».

Тан Тан вздрогнула: «А вы?»

Женщина почесала ухо и немного неестественно представилась: «Меня зовут Янь Сяо Цин. Я — мать Вэнь Но. Мне сказали, что я смогу найти свою дочь, придя сюда».

Тан Тан пронзительно посмотрела на мать Но Но, и не могла отвести взгляд от неё.

Янь Сяо Цин увидела, что Тан Тан молчит, и снова спросила: «Извините, Вэнь Но здесь?»

Вместо Тан Тан ей ответил Цзи Ян: «Но Но здесь, просто она вышла поиграть и скоро вернется. Проходи и садись».

Женщина прикусила губу. Она вошла и спросила у Цзи Яна, лежащего в кровати: «Это ты меня искал?»

Цзи Ян кивнул на вопрос Янь Сяо Цин, и сразу перешёл к делу. «Я попрошу надежного человека отвести тебя к Вэнь Чжан И и Лю Цзы Кай, ты ведь знаешь, что нужно сделать?»

Услышав имена этих двух людей, Янь Сяо Цин вспыхнула от гнева и холодно произнесла: «Я знаю, можешь не беспокоиться».

Не успела она договорить, как издалека донеслось «тук-тук-тук», и в комнату ворвался Цзи Сяо Чжо, словно порыв ветра, с горсткой засахаренных фруктов в руках: «Мамочка, посмотри, прадедушка купил нам засахаренные фрукты! Они такие сладкие!»

Но Но тоже несла в руках горсть засахаренных фруктов и прибежала следом за Сяо Чжо. Она тоже показала засахаренные фрукты Тан Тан.

На лицах обоих детей играли улыбки.

Как только дети вошли, Янь Сяо Цин обратила внимание на девочку, стоявшую позади мальчика. Она внимательно осмотрела её с головы до ног и увидела, какая она худенькая. Рука женщины, спрятанная в рукаве, задрожала, а глаза покраснели. Когда она увидела слуховой аппарат на маленьком ушке девочки, что-то внутри неё оборвалось, и слёзы хлынули из её глаз. Она всхлипнула и бросилась к Вэнь Но: «Но Но».

Но Но внезапно прекратила возню с засахаренными фруктами, и в её взгляде постепенно исчезло сомнение. Казалось, она поняла, кем была эта женщина, и на её лице появилась легкая улыбка. Но Но спокойно смотрела на женщину напротив.

В её взгляде не было ни удивления, ни страха, ни смущения, только спокойствие.

Но это простое спокойствие расстраивало всех присутствующих. Тан Тан отвернулась, ей было невыносимо смотреть на это.

Янь Сяо Цин хотела обнять дочь, но не решалась, протянув руки. Она задержала руки на весу, но удивление во взгляде ребенка читалось слишком явно, поэтому она не решилась прикоснуться к малышке.

Но ведь это её дочь, которую она вынесла весь срок беременности и родила спустя девять месяцев. Раньше она так ждала её появления и любила её. Она хотела дать ей всё самое лучшее, но всё изменилось.

Янь Сяо Цин думала, что забыла об этом за столько лет, но в тот момент, когда она увидела малышку, воспоминания и ревность в её сердце вырвались из самого потаённого уголка.

«Но Но, я твоя мама».

Но Но не обратила внимания на её слова, маленькими шажками она подошла к Тан Тан, протянула руки и обняла её за ногу, словно хотела спрятаться.

Тан Тан почувствовала, что малышке не по себе, и тут же наклонилась, чтобы поднять её на руки и успокоить: «Но Но, не бойся. Тетя рядом».

Но Но положила свою маленькую головку на плечо Тан Тан.

Слёзы Янь Сяо Цин полились ещё сильнее, и в этот момент в её сердце поднялась глубоко запрятанная ненависть. Если бы не Вэнь Чжан И и Лю Цзы Кай, ей бы не пришлось уйти, как побитой собаке. Даже несмотря на то, что у неё была родная дочь, она не могла с ней видеться!

На этот раз Янь Сяо Цин пришла не только для того, чтобы получить деньги на лечение сына, но и для того, чтобы помочь Вэнь Но получить компенсацию.

Цзи Яна не интересовали слезы Янь Сяо Цин, и он не хотел, чтобы его дети грустили из-за неё. Он заговорил, прерывая рыдания Янь Сяо Цин: «Что ж, теперь ты можешь забрать Но Но. С вами будут люди, которые защитят вас, тебе не нужно бояться семью Лю. Просто скажи им то, о чём мы договаривались, и всё будет хорошо».

Янь Сяо Цин вытерла слёзы: «Хорошо», — и наконец посмотрела на Вэнь Но, повернувшись к двери.

Тан Тан опустила Но Но на землю, и Цзи Сяо Чжо тут же взял её за руку и увел: «Не бойся, иди за мной, никто не посмеет тебя тронуть».

Но Но мягко кивнула, и Цзи Сяо Чжо потащил её за Янь Сяо Цин. Но через несколько шагов малышка оглянулась на Тан Тан и Цзи Яна, словно боясь, что они исчезнут.

Тан Тан не могла оторваться от маленькой девочки и хотела пойти за ней. Но Цзи Ян остановил её, сказав, что они не могут появляться в этом деле и им остаётся только сохранять спокойствие и ждать возвращения детей.

Увидев, как волнуется Тан Тан, Цзи Ян крепко сжал её руку: «Не волнуйся, они скоро вернутся».

Как Тан Тан могла не волноваться? Что, если семья Лю не воспримет слова Янь Сяо Цин в серьез? Подвергнуться ли дети издевательствам в таком случае?

«Я отправил людей, чтобы защитить их. Семья Лю не сможет и пальцем навредить детям. Более того, семья Лю не захочет раздувать скандал, в противном случае, всё закончится не так просто, как они ожидают. Так как Вэнь Чжан И или Лю Цзы Кай хотят получить повышение по службе, они не захотят портить свою репутацию. Семья Лю захочет решить проблему мирным путем и с радостью потратит деньги на ликвидацию последствий этого стихийного бедствия».

Тан Тан не совсем понимала все тонкости этой невидимой политической игры. Она ничего не могла с этим поделать, и могла лишь молиться, чтобы дети вернулись целыми и невредимыми.

Она прождала до вечера, пока дети не вернулись. Как только малыши вошли в палату, они бросились к Тан Тан. Они обнимали её за ноги, словно не виделись с ней целую вечность.

Тан Тан испытывала те же чувства. Она не могла оставаться в стороне и наклонилась, чтобы взять на руки двух малышей. Она поцеловала их несколько раз и спросила: «Всё в порядке?»

Цзи Сяо Чжо похлопал себя по груди: «Конечно, мы в порядке. Это у них всё плохо. Мамочка, знаешь, сегодня днём плохая мачеха Но Но и мать плохой мачехи потерпели поражение и обе сильно разозлились. Их лица исказились от гнева, и они выглядели ужасно».

«Да? Теперь мои малыши счастливы?»

«Счастливы! Но Но наконец-то смогла отомстить», — Цзи Сяо Чжо был вне себя от радости.

На лице Но Но тоже отразилось радостное волнение, и она закивала, как меленький цыплёнок, поедающий клейкий рис.

Она тоже рада.

Тан Тан снова поцеловала малышей и почувствовала, как у неё с души наконец-то свалился огромный груз.

В глазах Янь Сяо Цин мелькнула зависть, но вскоре она ушла. Перед этим она достала сертификаты, выданные ей Лю Цзы Кай, и протянула их Цзи Яну: «Это то, что дала мне Лю Цзы Кай. Но Но ещё слишком мала, и пока не может вступить в полные права, но когда она станет взрослой, всё будет принадлежать ей».

Цзи Ян взял сертификаты, подписанные семьёй Лю и заверенные нотариусом, и подтвердил, что проблем с ними не было. Затем он поднял взгляд и сказал Янь Сяо Цин: «Деньги поступят на твой счёт завтра».

Янь Сяо Цин замялась и попыталась спросить: «Могу я поговорить с Но Но наедине?»

Цзи Ян не согласился и не отказал, но сказал: «Тебе не нужно спрашивать нас об этом. Спроси Но Но, согласится ли она».

Янь Сяо Цин, услышав эти слова, немедленно повернулась к Но Но. Но Но уткнулась лицом в объятия Тан Тан и не хотела даже смотреть на Янь Сяо Цин.

Свет в глазах Янь Сяо Цин постепенно погас. Она открыла рот и хотела что-то сказать, но в конце концов разочарованно закрыла его. Она посмотрела на Но Но в объятиях Тан Тан, прежде чем повернуться и выйти из палаты, сдерживая слезы. Покинув палату, она не смогла сдержать слёз и горько заплакала.

Прощай, дочь моя. Твоя мама может сделать для тебя лишь это. Возможно, мы больше никогда не увидимся в этой жизни. Я надеюсь, что у тебя всё будет хорошо.





Глава 72




Янь Сяо Цин ушла в спешке, её сын всё ещё ждал её в больнице, она должна была позаботиться о нём. Она не могла оставаться здесь дольше.

Той же ночью Янь Сяо Цин улетела из города. Взяв деньги, полученные от Цзи Яна, от неё не осталось и следа, словно всё это было лишь сном.

Тан Тан сильно боялась, что Но Но будет расстроена, но она не ожидала, что характер маленькой девочки окажется не таким мягким, как кажется на первый взгляд. Малышка прижалась к ней и тихо сказала: «Она не хочет быть с Но Но, значит и Но Но она тоже не нужна. Но Но нравятся только те, кому нравится Но Но: старший брат Сяо Чжо, тетя, дядя и прадедушка».

Тан Тан была одновременно рада и огорчена. Она опустила голову и поцеловала малышку: «Но Но права, мы не должны любить тех, кто не любит нас».

Цзи Ян улыбнулся, обнял их обоих и отдал девочке все вещи, которые семья Лю передала ей в качестве компенсации. Хотя девочка могла и не понимать, он сказал: «Но Но, это компенсация от семьи твоей мачехи. В качестве извинения они отдали тебе эту виллу, и в будущем ты станешь её владельцем; это первоклассный магазин в торговом центре. Раньше он принадлежал семье Лю, а в будущем он будет принадлежать тебе. Ты можешь использовать его так, как захочешь. Его можно продать или оставить. Кроме того, на этой карте два миллиона, которые временно будут храниться в банке. Если тебе нужны деньги, можешь снять их».

После того как Цзи Ян всё объяснил, он погладил Но Но по голове и сказал ей: «Ты ещё слишком мала, чтобы хранить эти вещи, поэтому твой дядя поможет тебе и положит всё это в банковскую ячейку, хорошо? Когда тебе исполнится 18 лет, ты сможешь распоряжаться ими сама».

Но Но прищурилась и внимательно прислушалась. Спустя долгое время она, казалось, обдумывала его слова, а затем покачала головой и отложил все эти вещи в сторону: «Но Но не хочет этого. Но Но дарит это дяде и тете».

Тан Тан и Цзи Ян подозревали, что девочка не понимает, что это такое. Скорее всего, она думала, что это конфеты. Тан Тан спросила её: «Но Но, ты знаешь, что это такое?»

Но Но серьёзно кивнула: «Я знаю, это много денег. На них можно купить много всего. Я дарю их своему дяде и тёте. Я маленькая и мне не нужны деньги».

Ответ Но Но был правильным. Она действительно всё понимала, но всё равно дарила им такие ценные вещи, и это очень тронуло их сердца.

Тан Тан поцеловала Но Но в макушку: «Дяде и тёте не нужно, чтобы ты дарила нам деньги. Но Но должна оставить деньги себе. Ты сможешь использовать их, когда пойдешь школу, так что Но Но не нужно будет просить денег у других».

Но Но на мгновение растерялась, а потом вдруг спросила: «Может ли Но Но поступить в университет с этими деньгами?»

Цзи Ян ответил ей: «Да, Но Но, ты сможешь поступить не только в университет, но и отучиться в магистратуре, и получить докторскую степень. Ты даже сможешь учиться за границей».

Но Но всё ещё не совсем понимала, что такое магистратура и обучение за границей, но её ограниченный опыт подсказывал ей, что на эти деньги она сможет поступить в университет. А если она получит хорошее образование, то у неё будет хороший доход, и она сможет зарабатывать деньги. Она сможет купить что-нибудь для тети, дяди, прадедушки и старшего брата. Но Но решила согласиться и взять все эти деньги и вещи, и сказала Цзи Яну и Тан Тан: «Дядя, тогда я потрачу эти деньги на поступление в университет. Подождите немного, я дам вам денег, когда заработаю, а в будущем я заработаю много денег».

Всех присутствующих взрослых позабавили слова ребенка. Цзи Ян улыбнулся и кивнул: «Хорошо, тогда дядя сохранит их для Но Но, а потом отправит Но Но в университет».

Девочка была счастлива.

Радостная Тан Тан тихонько толкнула Цзи Яна в бок: «Муженек, ты ничего не заметил? Предложения, которые произносит Но Но, становятся всё длиннее и длиннее».

Цзи Ян согласился: «Этого следовало ожидать, после того, как Но Но провела столько времени с Сяо Чжо».

Тан Тан почувствовала, что он прав, и их Бао Бао обладал способностью притягивать к себе других.

Вся семья Цзи выглядела счастливой и гармоничной, а вот ситуация в семье Вэнь Чжан И была прямо противоположной.

Лю Цзы Кай была просто в ярости. Она и представить себе не могла, что женщина из прошлого посмеет привести к ней свою дочь Вэнь Но и унизить её. Она оказалась настолько дерзкой! Как она посмела!

Лю Цзы Кай крушила всё вокруг, хотя в доме было полно людей, но ни у кого не хватало сил её остановить.

Мать Лю Цзы Кай тоже злилась до боли в печени, подумав о том, что их влиятельной семье угрожала женщина, которая ничего собой не представляла, но им пришлось терпеть угрозы, и они отдали столько денег Вэнь Но. Это просто позор!

Мать Лю Цзы Кай возненавидела Вэнь Чжан И и пожаловалась Лю Цзы Кай: «Мы с самого начала предупреждали тебя, что ваши с Вэнь Чжан И отношения принесут одни беды, но ты не смогла его отпустить. Он был женат, но ты всё равно искала с ним встречи, снова и снова. Что ты получила теперь? У посторонних людей теперь есть доказательства того, что вы с ним встречались наедине, пока он был женат! Нашей семье угрожали! Теперь наша семья Лю понесла такую большую потерю!»

Лю Цзы Кай была так зла, что уронила ещё одну вазу: «Ты винишь меня? Если бы вы с папой не помешали мне быть с Чжан И, этого бы не произошло?»

Мать Лю Цзы Кай взволнованно встала: «Теперь ты обвиняешь нас? Для кого мы стараемся? Вэнь Чжан И ничего из себя не представлял, он был бедным солдатом. Если бы ты вышла замуж за такого человека, чтобы ты делала? Если бы не я и не твой отец, который тебе помогает, думаешь, ты бы до сих пор жила так же хорошо? У тебя совсем нет совести!»

Обе женщины так разозлились, что отец Лю Цзы Кай, который сидел с угрюмым видом, тут же закричал: «Хватит! Прекратите спорить!»

Обе женщины не осмеливались больше ничего говорить.

Отец Лю Цзы Кай почесал нос, чтобы снять напряжение, и сказал: «Что сделано, то сделано. Какой смысл сейчас ссориться! Лучше подумать о том, как это произошло. Когда та женщина уходила, она даже не осмелилась издать ни звука. Но раз она решилась вернуться, значит, за ней кто-то стоит».

Мать Лю Цзы Кай сказала: «Кто ещё это может быть, кроме Цзи Яна, чья семья поддерживает девочку? Я уже говорила, этот Цзи Ян не уважает нашу семью Лю, а теперь видишь, что случилось? Это просто провокация!»

Лицо отца Лю Цзы Кай становилось всё более мрачным. В душе он был сыт по горло поведением Цзи Яна. Тот был всего лишь небольшим командиром батальона, так что даже не знал какими высокими могут быть небеса. Семья Лю больше не будет такой снисходительной, он сам в этом виноват. Неужели он надеется, что добьётся успеха своими силами, скрываясь за справедливостью и праведностью?

Отец Лю Цзы Кай встал и вышел за дверь, наступая на разбитые осколки.

* * *

Проблема Но Но была решена, но Лю Цзы Кай не хотела относиться к ней лучше. Это подтверждалось тем, что Но Но жила с семьей Цзи уже довольно долго, но никто не захотел вернуть её. Но это только радовало семью Тан Тан. Они были хорошими людьми, и если бы они могли, то с радостью оставили бы Но Но в своем доме, защищая её от несправедливости.

Теперь Но Но для них была как дочь. Даже дедушка Цзи очень любил её. Он любил её так же сильно, как Цзи Сяо Чжо. Когда он дарил малышам подарки, то покупал сразу два. Люди могли подумать, что у Цзи Яна и Тан Тан родились близнецы. Эти двое редко объяснялись, позволяя другим думать, что Но Но действительно их дочь.

Рядом с Цзи Яном были сын, дочь, дедушка и нежная жена, заботящиеся о нём. На этот раз, полученная травма позволила Цзи Яну пережить самое счастливое время в его жизни. Впервые он почувствовал, что быть госпитализированным тоже очень хорошо. Он редко так ладил со своей семьёй. Это время было бесценно.

Однако хорошие времена всегда недолговечны, и в жизни Цзи Яна появились самые нежеланные гости.

Цзи Вэй Фэн впервые переступил порог палаты Цзи Яна, а за ним следовала хорошо одетая Линь Бяо, а за Линь Бяо — молодая женщина, с которой Тан Тан тоже была знакома — это её сестра Тан Ми.

Отношения между этими тремя людьми и Цзи Яном были натянутыми, поэтому Тан Тан не стала предлагать им напитки, как положено, а просто тихо сидела рядом с Цзи Яном.

Цзи Ян даже не попытался их поприветствовать.

Атмосфера в палате стала очень неловкой.

Дедушка Цзи увидел всех троих и очень разозлился. Трость в его руке заскрипела по полу: «Почему вы пришли только сейчас?! Цзи Ян пробыл здесь так долго, но ты пришел только, когда его раны почти восстановились. Ты пришёл показаться передо мной?!»

Цзи Вэй Фэн с досадой объяснил: «Папа, не надо так говорить. Ты не знаешь, как занят я был всё это время? Если бы у меня было свободное время, разве я не пришел бы?

Дедушка Цзи фыркнул: «Ты не мог выкроить и потратить пару часов на то, чтобы повидаться со своим сыном, который чуть не умер. Если бы в постели лежал Ши Юэ, ты бы приходил по триста раз в день».

Лица троих гостей внезапно изменились. Цзи Вэй Фэн был очень недоволен тем, что сказал старик: «Папа, что ты делаешь, зачем говоришь такие вещи? Ты что, хочешь, чтобы Ши Юэ получил травму? Он ведь тоже твой внук».

«Почему я не могу так говорить? Тебе больно даже слышать о том, что я говорю об одном сыне, но не хочешь ничего знать и беспокоиться о другом сыне. Твоя предвзятость также широка как Тихий океан! Все они твои сыновья. Так почему же ты так поступаешь? Если у тебя хватает наглости так поступать, то не рожал бы ребёнка с самого начала, чтобы у него в жизни не было такого отца, как ты!»

Цзи Вэй Фэн тяжело вздохнул и нахмурил брови: «Папа, я тоже хочу относиться к своим детям одинаково, но ты же видишь, как он ко мне относится. Он меня не признаёт, как я могу относиться к ним одинаково?»

«Разве это его вина? Ты не знаешь, почему он тебя не признаёт? Если ты сам так к нему относишься, тебя и не признают!»

От слов старика Цзи Вэй Фэн вдруг потерял дар речи. В произошедшем действительно была его вина. Хотя он и не чувствовал сожаления, он не мог ничего возразить.

Тан Тан посмотрела на троих гостей, которые даже не спросили о самочувствии Цзи Яна, а просто затеяли ссору, она очень разозлилась. Тан Тан переживала за Цзи Яна, и не смогла удержаться, она холодно сказала: «Если вы пришли в гости, то, пожалуйста, уходите, часы приема уже закончились. Цзи Яну нужно обработать полученную рану, и его нельзя тревожить».

Трое гостей были очень смущены словами Тан Тан. Только тогда они поняли, что затеяли спор, не сказав ни слова Цзи Яну.

Линь Бяо тут же положила вещи, принесенные с собой, на прикроватный столик и с улыбкой сказала: «Мы принесли немного питательных продуктов для Цзи Яна, это поможет выздоровлению. Мы купим для вас ещё, когда всё закончится».

Тан Тан немного понимала, какими были отношения между Линь Бяо и Цзи Яном. Эта женщина ей тоже не нравилась, поэтому Тан Тан не хотела проявлять к ней уважение: «Мы сами можем купить то, что хотим, не беспокойтесь. Заберите это».

Линь Бяо делала вид, что проявляет заботу, но замерла, не зная, что сказать.

Цзи Вэй Фэн был очень недоволен Тан Тан и сердито упрекнул её: «И это твоё гостеприимство? Где твои манеры?»

Не успел он договорить, как Цзи Ян, не глядя, схватил чашку и швырнул её в стену позади Цзи Вэй Фэна. Раздался звук бьющегося стекла, и чашка мгновенно разбилась, но никто не пострадал. Однако все были шокированы, включая Цзи Вэй Фэна.

Цзи Ян открыл глаза, и взгляд его был холоден: «Не тебе учить мою жену. Есть у неё манеры или нет, судить не тебе? А что насчёт гостеприимства? Шутки в сторону, вы всё ещё считаете себя гостями? Если тебе это не нравится, тогда уходи, никто тебя не остановит!»

«Ты! Ты неблагодарный ребенок!» — Цзи Вэй Фэн задрожал от гнева, и Линь Бяо быстро подошла, чтобы успокоить его.

Цзи Ян не обращал на его слова внимания и указал пальцем на дверь, чтобы тот уходил: «Будь осторожен на обратном пути, не буду провожать».

Цзи Вэй Фэн был так зол, что хотел избить этого слепца, но ничего не мог с собой поделать. В конце концов ему пришлось развернуться и уйти, не поднимая глаз.

Линь Бяо бросилась догонять Цзи Вэй Фэна, оставив Тан Ми одну стоять на месте. Видимо она не собиралась уходить.

Тан Тан нахмурилась и посмотрела на неё: «Почему ты не уходишь?»

Тан Ми сжала кулаки: «Тан Тан, я пришла специально к тебе. Можем поговорить?»

Казалось, каждый раз, когда Тан Тан встречалась с Тан Ми, та хотела ей что-то сказать. Тан Тан не знала, что ей нужно, и не хотела знать. Она не имела никакого отношения к семье Тан, не говоря уже об отношении настоящей Тан Тан и её семьи. Учитывая их отношения, ей не нужно было с ними взаимодействовать. Поэтому Тан Тан снова отказала ей: «У меня нет времени на разговоры, тебе следует уйти».

Лицо Тан Ми побледнело, она прикусила нижнюю губу до крови. Она посмотрела на Тан Тан с мольбой в глазах: «Тан Тан, я умоляю тебя, у меня действительно нет выбора. Посмотри? Мама и папа подарили тебе жизнь, ты должна спасти маму? Мама умирает, и теперь только ты можешь её спасти. Можешь ли ты помочь нашей матери? После этого я дам тебе всё, что ты захочешь, даже если это разрушит семью Тан».

Тан Тан, услышав её слова, в некоторых чертах поняла, что происходит. Оказалось, что мать настоящей Тан Тан была больна. Теперь ей нужна помощь, но она не врач. Какой от неё толк?

«Я не врач, я не могу вылечить её болезнь. Тебе лучше обратиться к хорошему врачу».

Тан Ми тут же расплакалась, а в следующую секунду с грохотом рухнула на землю: «Тан Тан, умоляю тебя, я готова встать перед тобой на колени, видишь? Только ты можешь стать донором и отдать почку маме, только тогда маме станет лучше. Пойдем со мной, посмотрим, подходишь ли ты. На тебя вся надежда».

Отдать почку? Можно ли отдать мою почку другому человеку? Разве это не приведёт к моей смерти?

Тан Тан не могла понять этого, но она не могла вынести вида человека, который так смущался перед ней, стоя на коленях. Она собиралась помочь Тан Ми подняться, но Цзи Ян не дал ей этого сделать. Его тон был резок: «Госпожа Тан Ми, моя жена не имеет никакого отношения к вашей семье. Она никуда не пойдет и не будет в этом участвовать, так что больше не беспокойте её, или не вините меня!»

«Тан Тан, ты что, действительно хочешь увидеть, как умирает твоя биологическая мать? Ты правда не переживаешь?» — Тан Ми была на грани обморока, но заставляла себя продолжать сидеть на коленях, не желая упускать ни единого шанса.

Когда Цзи Ян увидел, что она не собирается уходить, он сразу же достал телефон и позвонил в службу безопасности, чтобы они пришли и увели её.

Тан Ми увидела это и была сильно смущена. Ей пришлось встать и уйти, но перед уходом она сказала Тан Тан: «Тан Тан, пожалуйста, подумай об этом. Если ты поможешь, я сделаю всё, что ты захочешь».

Тан Тан помассировала виски, и у неё возникло предчувствие, что это дело не закончится так просто.

* * *

Предчувствие Тан Тан не обмануло. На следующий день, Тан Ми пришла снова, когда они с Цзи Яном вышли погреться на солнышке. Тан Ми снова встала на колени и долго уговаривала Тан Тан, прежде чем приняла отказ, а затем снова ушла, разочарованная.

Глядя на её печальную спину, Тан Тан застыла на месте. Она вдруг засомневалась, правильно ли поступила, отказавшись спасать биологическую мать настоящей Тан Тан? А что, если настоящая Тан Тан хотела бы спасти свою мать?

«О чём ты думаешь?» — Цзи Ян прищурился.

«Я задумалась, о сожалениях настоящей Тан Тан», — Тан Тан не обратила внимания на настроение Цзи Яна и честно сказала ему. — «Муженек, можно умереть, если отдать свою почку другому?»

Кто бы мог подумать, что лицо Цзи Яна внезапно потемнеет. Он взял её за подбородок и заставил её посмотреть ему в глаза. Он впервые заговорил с ней таким холодным тоном: «Тан Тан, слушай меня внимательно, единственное, что тебе нужно сделать, это отказаться. Твоя доброта не должна использоваться в этом деле?»

Тан Тан впервые увидела Цзи Яна таким жестоким. Хотя она не понимала, почему он вдруг разозлился, она не хотела его провоцировать. Она нервно обняла его за руку и извинилась: «Муженек, прости, я была не права. Я больше не буду об этом думать. Ты же больше не будешь на меня злиться?»

Гнев в сердце Цзи Яна постепенно угас, когда он понял, что слишком остро отреагировал. Он нахмурился, почувствовав головную боль, обнял её и поцеловал: «Тан Тан, ты не должна переживать о сожалениях прежней Тан Тан. Всё, что тебе нужно делать, — это хорошо заботиться обо мне и Сяо Чжо. Ты никому ничего не должна, в том числе прежней Тан Тан и её семье».

Тан Тан кивнула, находясь в его объятиях: «Я знаю, муженек. Я больше не буду об этом думать».

Цзи Ян коснулся её длинных волос и сказал: «Тан Тан, даже настоящая Тан Тан не стала бы спасать свою мать, и тебе не нужно её спасать».

Тан Тан с сомнением посмотрела на него.

Цзи Ян с самого начала не хотел, чтобы она связывалась с семьёй Тан, но теперь ему пришлось ей всё объяснить: «Настоящую Тан Тан изгнали из семьи Тан. Её биологические родители разорвали с ней отношения. Семья Тан не признавала её. И она тоже ненавидела свою семью». Вот почему она так поступила с ним. Должно быть, это была её последняя отчаянная попытка мести.

Тан Тан была ошеломлена: «Изгнали? Зачем им прогонять собственную дочь?»





Глава 73




В семье Тан всё очень сложно, но в то же время очень драматично, и нормальный человек даже представить себе такое на смог бы.

Тан Тан — единственная биологическая дочь семьи Тан. Тан Ми на самом деле не является членом семьи Тан, и у неё нет кровного родства с матерью Тан Тан.

Причина, по которой всё так сложилось, заключается в том, что более двадцати лет назад, когда мать Тан Тан была беременна, она внезапно захотела поехать в провинцию Юньнань. Отец Тан Тан согласился и отвёз её в провинцию Юньнань. Кто бы мог подумать, что там произойдёт нечто непредвиденное. Ребёнку внезапно пришлось родиться раньше срока. Малышка появилась на свет в небольшой местной больнице. В то же время в той же палате, что и мать Тан Тан, рожала женщина — биологическая мать Тан Ми.

Две девочки родились в одно время в одном и том же месте по чистой случайности.

Мать Тан Ми увидела, что отец и мать Тан Тан богаты, в то время как семья Тан Ми жила бедно и скромно. В тот момент у неё зародились коварные замыслы. Она тайно поменяла детей местами и отправила свою дочь к богатым родителям, чтобы та жила в достатке, а сама забрала настоящую Тан Тан и вернулась в свой бедный дом.

Таким образом, настоящая дочь семьи Тан жила в нищете, голодая и преодолевая тяготы жизни, а другая девочка жила в роскоши, как принцесса.

Так продолжалось до тех пор, пока Тан Тан не исполнилось двадцать лет. Она поступила в престижный университет, находящийся в том же городе, где жила семья Тан. Это заставило биологических родителей Тан Ми запаниковать. Они боялись, что это разрушит счастье их собственного ребенка. Поэтому они вместе обсудили план действий и решили не пускать Тан Тан в университет. Так получилось, что Тан Тан случайно проснулась и пошла в ванную, тогда она отчётливо услышала разговор родителей. После этого потрясения всё её существо наполнилось гневом, и на следующий день она тайком ушла из дома и отправилась на поиски своих настоящих родителей.

Естественно, правда о том, что детей подменили, была раскрыта.

Но всё было не так просто. Тан Ми двадцать лет жила в достатке благодаря любви отца и матери в семье Тан. Отец и мать Тан Тан считали Тан Ми своим сокровищем. Чувства между ними тремя не шли ни в какое сравнение с чувствами к внезапно появившейся Тан Тан. Хотя они и знали, что Тан Тан их биологическая дочь, но не испытывали к ней особой привязанности, и она тоже относится к ним очень вежливо и отстраненно.

Что касается Тан Ми, то отец и мать Тан Тан не хотели отправлять её обратно, и заставлять страдать. В конце концов они решили растить двух дочерей вместе. Чтобы защитить Тан Ми от насмешек, они заявили, что Тан Тан была удочерена.

Можно представить, как несправедливо это было по отношению к Тан Тан. Едва повзрослевший ребёнок так сильно искал любви родителей, но не получил ничего кроме неловкости и отчуждения. Она каждый день наблюдала за тем, как её родители балуют и радуют, как настоящую принцессу, девочку, которая заняла её место. Сердце Тан Тан разрывалось от боли. Поэтому она становилась всё более молчаливой и одинокой, а из-за грубого поведения, вызванного отсутствием воспитания с самого детства, отец и мать Тан Тан стали относиться к ней ещё хуже.

Но на этом всё не закончилось. Более того, обе девушки одновременно влюбились в одного и того же мужчину — Цзи Ши Юэ. Но этому мужчине нравилась только Тан Ми, а к Тан Тан он относился пренебрежительно. Это стало последней каплей. Соломинка переломила хребет верблюду, и Тан Тан, которая с самого начала была эмоционально нестабильна, полностью сломалась. С тех пор Тан Тан пыталась всячески разрушить отношения между Ши Юэ и Тан Ми, но сделала это недостаточно скрытно. Когда правда о её интригах была раскрыта, отец и мать Тан Тан очень разозлились, но все их предупреждения были бесполезны.

В ночь перед тем, как Тан Ми должна была обручиться с Ши Юэ, Тан Тан предприняла отчаянную попытку и тайно напоила мужчину наркотиками. Они вот-вот должны были вступить в половую связь, но Тан Ми в конце концов вмешалась и остановила их. Тан Ми очень расстроилась из-за этого. В какой-то момент она захотела уйти из семьи Тан. Этот инцидент вызвал у отца и матери Тан Тан полное отвращение к своей биологической дочери, и они решили выгнать её из дома. Они больше никогда не хотели знать её.

Тан Тан покинула семью Тан с чувством ненависти.

Тан Тан, выслушав всю историю от Цзи Яна, на какое-то время потеряла дар речи, и невольно вытерла холодный пот со лба: «Эта история чем-то напоминает сериал, который я смотрела. Оказывается, в жизни бывает и такое?»

Цзи Ян улыбнулся и поцеловал её в лоб: «Да, как и в том сериале, всё было драматично, но это действительно произошло».

Тан Тан вспомнила того мужчину и спросила Цзи Яна: «Ты сказал, что его зовут Цзи Ши Юэ? Я много раз слышала это имя».

Цзи Ян слабо улыбнулся: «Хм, он мой сводный брат».

Тан Тан знала, что Цзи Ян не очень любит свою семью. Трое пришедших гостей в тот день должно быть напомнили ему о каких-то неприятных событиях.

Ей не хотелось, чтобы он расстраивался, поэтому она нервно огляделась, убедилась, что их никто не увидит, а затем быстро подняла голову и поцеловала его в щёку, чтобы успокоить: «Муженек, не расстраивайся, в будущем я всегда буду с тобой и Сяо Чжо. Остальные не так важны, верно?»

Поцелуй Тан Тан заставил Цзи Яна рассмеяться. Боль прошлого теперь совершенно его не трогала, потому что у него появился по-настоящему важный человек, а все остальные теперь для него не имели значения.

Поскольку они редко говорили о прошлом, Цзи Ян открылся для Тан Тан, в том числе и в отношении своего прошлого: «Тебе не интересно, что произошло между мной и моим дедушкой? На самом деле всё из-за Цзи Ши Юэ и его матери Линь Бяо. Моя биологическая мать — дочь дедушкиного старого товарища. Этот старый товарищ спас дедушке жизнь. Позже старый товарищ умер, и дедушка удочерил мою мать. Он решил, позволить Цзи Вэй Фэну жениться на моей матери и заботиться о ней всю жизнь. В то время Цзи Вэй Фэну нравилась мать Ши Юэ — Линь Бяо. Он тайно встречался с ней, но дедушка был против и заставил Цзи Вэй Фэна жениться на моей матери. В противном случае он порвал бы с ним все отношения и выгнал бы из дома. Цзи Вэй Фэну пришлось пойти на компромисс, и он женился на моей матери».

«Моей матери на самом деле нравился Цзи Вэй Фэн, но с самого начала и до конца она не знала, что Цзи Вэй Фэн любил кого-то ещё, поэтому она вышла за него замуж с лёгким сердцем», — Цзи Ян замолчал и посмотрел вдаль. Через некоторое время он продолжил. — «Но после свадьбы она обнаружила, что Цзи Вэй Фэн женился на ней не потому, что она ему нравилась. Цзи Вэй Фэн был очень холоден с моей матерью, и это очень огорчало её. Однако больше всего её возмутило то, что она случайно узнала об отношениях Цзи Вэй Фэна и Линь Бяо. Когда она спросила его об этом, он признался, что в его сердце была только Линь Бяо, и что он женился на ней только из-за дедушки. Моя мать не смогла пережить этот удар, и позже у неё началась депрессия. Но что было забавно, Цзи Вэй Фэн не замечал этого до тех пор, пока моя мать не покончила с собой в ванной».

Тан Тан почувствовала, как сжимается её сердце, но ей трудно было это принять. Она не знала, как утешить Цзи Яна. Она могла лишь крепко обнять его, чтобы согреть.

Цзи Ян поцеловал её в макушку. Он впервые рассказывал кому-то об этом. Теперь ему уже не было так неловко и горько, как в самом начале: «В то время я был ещё ребенком и ни о чём не знал. Позже дедушка забрал меня к себе и начал заботиться обо мне. Наши отношения с дедушкой были очень хорошими».

«А потом?»

«Позже, когда мне исполнилось пятнадцать, Линь Бяо пришла к нам вместе с Цзи Вэй Фэном, они на коленях умоляли у ворот дома семьи Цзи, чтобы дедушка принял Ши Юэ в семью, пока ему ещё не исполнилось четырнадцать. Они больше не могли прятать его. На самом деле они не могли внести Ши Юэ в семейный реестр, как законного ребенка. Только после брака он мог быть принят обществом, и не считаться внебрачным ребёнком», — Цзи Ян рассмеялся. — «В тот момент я понял, что у моего отца, который не интересовался мной, была другая любимая женщина и внебрачный сын всего на год младше меня. Я также узнал правду о том, что случилось с моей матерью».

Тан Тан взяла Цзи Яна за руку, очень расстроившись: «Муженек, ты, должно быть, очень злился в тот момент».

Цзи Ян слабо произнёс: «Хм. В тот момент я был очень зол, мне не терпелось убить Цзи Вэй Фэна и Линь Бяо. Если бы дедушка на связал меня, я бы действительно убил их».

Цзи Ян сказал это в шутку, но Тан Тан могла представить, как злился и грустил маленький подросток.

«Я думал, что дедушка не согласится на их уговоры. Чего я не ожидал, так это того, что дедушка в конце концов согласится. Он впустил эту женщину в семью Цзи и позволил ей стать второй женой отца, а Ши Юэ вторым молодым господином».

«Я не мог смириться с этим фактом и разорвал отношения с семьей Цзи и с дедушкой. Я ушёл из семьи и начал работать, чтобы прокормить себя. Я больше никогда не связывался с дедушкой. С тех пор прошло восемнадцать лет».

«Муженек, должно быть, в то время тебе пришлось нелегко», — из глаз Тан Тан потекли слёзы. Она была очень расстроена. Она не могла представить, как трудно было подростку жить одному, полагаясь только на себя. Должно быть, он страдал от голода и холода, он беспокоился об оплате за обучение, и может быть, окружающие даже смеялись над ним.

Увидев слезы Тан Тан, Цзи Ян улыбнулся и поцеловал её веки: «Ну, не плачь, всё не так плохо, как ты думаешь. Ты забыла о старшем брате Чжо Цзи и Чжан Ане? С ними рядом, как я мог жить плохо? Время от времени они забирали меня к себе домой, чтобы накормить вкусной едой. Если бы я не отказался, они бы оплатили все мои расходы».

Тан Тан вытерла свои слезы, и вдруг поняла, что представляла его себе слишком несчастным.

Цзи Ян обнял свою очаровательную жену, и продолжил: «В то время я действительно ненавидела дедушку. Дедушка несколько раз приходил ко мне, но я был слишком вспыльчив и не только отказывался слушать его объяснения, но и наговорил ему грубостей. Я снова решительно оборвал все отношения с дедушкой, разбив ему сердце».

«Позже я постепенно повзрослел, и моё сердце осознало, что дедушка в то время оказался в затруднительном положении. В конце концов, Цзи Ши Юэ был невиновен. Дедушка просто не мог смириться с тем, что он — невинный ребёнок должен был терпеть обиды из-за своих родителей. Он мог всю жизнь прожить незаконнорождённым ребёнком. Если бы он не был зарегистрирован в семейном реестре, то не смог бы получить хорошее образование. Вот почему дедушка в конце концов согласился».

Тан Тан кивнула, дедушка Цзи, должно быть, думал так же: «Но почему ты до сих пор не помирился с дедушкой?»

Цзи Ян горько улыбнулся: «Наверное, из-за своего упрямства. Хоть я и знал об этом, я всё равно не мог переступить через себя, поэтому я не мог вернуться, чтобы повидаться с дедушкой. Я не вспоминал об этом до самого последнего момента. На грани жизни и смерти я боялся, что уйду с сожалением, не увидев дедушку в последний раз. Я сожалел, что мы с дедушкой так и не помирились, и решил, что хочу спокойно жить с ним и со свой семьёй. Я почувствовал, что буду сожалеть всю жизнь, не сделав этого».

Тан Тан уткнулась лицом в руки Цзи Яна и поцеловала их. Она снова вытерла свои слёзы: «Муженек, теперь ты помирился со своим дедушкой. Давай вместе проявим уважение к старику, но ты должен вести себя хорошо. Ты должен заботиться о себе, ведь мы с Сяо Чжо всё ещё зависим от тебя. Ты должен быть рядом и не должен позволять другим издевается над своей женой и сыном».

«Что ж, в будущем я останусь рядом и буду защищать вас, оставаясь сильным и здоровым», — в прошлом Цзи Ян не задумывался о жизни и смерти и был готов умереть в любой момент, потому что ему было всё равно. Единственный человек о ком Цзи Ян заботился — это его дедушка, но о нём было кому позаботиться. Но теперь всё было по-другому, у него были жена и ребёнок, которые нуждались в его заботе. Как он мог спокойно покинуть этот мир, зная, что они ждут его? Что с ними будет без него?

Проблемы, с которыми столкнулась Тан Тан, наконец-то получили чёткое объяснение. Тан Тан всё поняла, и больше не чувствовала себя виноватой за то, что отказала Тан Ми. Честно говоря, с точки зрения сторонних наблюдателей, настоящая Тан Тан действительно совершила много ошибок. Но она многое пережила, она всё ещё была бедной девушкой, которую намеренно лишили любви и комфорта, поменяв местами с кем-то другим. Она прожила более двадцати лет, терпя лишения, в то время, когда дочь человека, причинившего ей вред, жила как принцесса. Но после того, как правда была раскрыта, родные отец и мать Тан Тан поступили слишком жестоко. При таком несправедливом обращении было бы странно, если бы настоящая Тан Тан не испытывала обиды.

Отец и мать Тан Тан не проявляли к настоящей дочери ни капли родительской любви. В конце концов, ради дочери врага они выгнали из дома собственную дочь. Теперь матери Тан Тан требовалась пересадка почки, и они снова пришли к ней. Это действительно бесстыдно.

Тан Тан не знала об этом раньше. Теперь, когда она узнала правду, она была твёрдо намерена не соглашаться. Даже если она отдаст почку и не умрёт, она всё равно уже не будет здоровым человеком. К тому же она была слишком эгоистична, чтобы тратить своё здоровье, помогая чужим людям. Тан Тан хотела жить долго и счастливо, оставаясь рядом со своим мужем и сыном. В этом мире они для неё были важнее всего, и она готова была отдать за них жизнь и здоровье. Её не заботили другие люди.

После этого, когда Тан Ми приходила, Тан Тан без колебаний отказывала ей снова и снова, не оставляя места для переговоров.

Вероятно, её отказ был слишком решительным, и Тан Ми поняла, что бесполезно просить ещё раз. Больше Тан Ми не приходила.

Без её вмешательств дни Тан Тан снова стали спокойными. Она думала только о том, что вкусненькое ей приготовить для семьи, желая, чтобы они могли наесться до отвала.

Теперь Цзи Ян тоже следил за тем, как ела Тан Тан. Каждый день он наблюдал за тем, как она съедает рыбу, мясо или сытный суп. Помимо трёхразового питания Тан Тан выпивала — питательный суп для красоты. Кроме того, пока у неё была возможность перекусить, она продолжала баловать себя, съедая шоколадку или банан. Короче говоря, она целый день что-то ела.

Всю еду, что приносили Цзи Яну другие люди съедали Тан Тан и малыши. Большая часть оказывалась в животе Тан Тан. Дело в том, что детям казалось, что Тан Тан слишком худая и ей нужно набрать вес. Они вели себя благоразумно и позволяли ей есть побольше, что приводило Тан Тан в замешательство. Она не знала, смеяться ей или плакать.

Тан Тан чувствовала, что сама она больше похожа на пациента больницы, чем Цзи Ян.

Цзи Ян практически откармливал её, как свинью.

Не говоря уже о том, что его способ откорма свиньи был весьма полезен. Она действительно набирала вес со скоростью света. Когда Цзи Ян смог свободно встать с кровати, её вес увеличился почти на семь килограммов. Она мгновенно поправилась, черты её лица стали намного лучше, она сильно изменилась, и никто больше не называл её некрасивой.

Даже дедушка Цзи удовлетворенно кивнул: «На тебя приятно смотреть. Раньше твоя фигура, похожая на палку, действительно колола глаза».

Тан Тан: «…». Дедушка, тебе знакомо выражение «колит глаза»?

Цзи Ян улыбнулся и поцеловал Тан Тан в щеку, чувствуя себя очень довольным: «Теперь на ощупь ты стала чувствоваться более комфортно, но тебе нужно ещё набрать немного веса».

«Моего веса недостаточно? Я уже набрала 45 килограммов», — Тан Тан задумалась о том, как быстро набирает вес, и не могла не забеспокоиться. — «Если продолжу в том же духе, не стану ли я толстой?»

«До «толстой» тебе ещё сто тысяч миль. При твоём росте здоровый вес должен соответствовать около 55 килограммам. Тебе нужно набрать ещё 10 килограммов», — Цзи Ян сравнил рост и вес Тан Тан с помощью мобильного приложения и показал ей, чтобы убедить в своих словах.

Дедушка Цзи с радостью его поддержал: «Да, верно, ты должна набрать как минимум 10 килограммов. Женщина должна быть округлой и гладкой, поэтому я правда не понимаю, чем сейчас занимаются молодые девушки, сидя на диетах. Одна за другой, устраивают шум из-за глупостей!»

Третий мужчина в семье Цзи — Цзи Сяо Чжо тоже выпрямился, упираясь своими пухлыми руками в талию: «Да, полнота — это красиво. Видишь, я толстый и такой красивый».

Но Но по-прежнему кивала позади Цзи Сяо Чжо.

Тан Тан потеряла дар речи и могла лишь продолжать свой путь к полноте. Каждый день, просыпаясь, она продолжала придерживаться метода «по откорму свиней» и позволяла своему весу расти с постоянной скоростью.

Говорят, что похудение равносильно пластической операции. Для Тан Тан полнота ничем не отличалась от пластической операции. Когда Тан Тан, находясь в больнице, набрала 50 килограммов, она изменилась до неузнаваемости. Для людей, которые видели её каждый день, она выглядела нормально, но для тех, кто давно её не видел, она изменилась очень сильно.

Когда Цзи Юэ снова пришла в больницу, навестить Цзи Яна, она встретила Тан Тан в коридоре у входа в палату. В результате Цзи Юэ отвела взгляд и направилась прямиком в палату. Приветствие Тан Тан очень неловко повисло без ответа, и она не понимала, почему Цзи Юэ проигнорировала её.





Глава 74




Тан Тан последовала за Цзи Юэ и Гу Чжан Анем в палату. Как только она вошла, то услышала, как Цзи Юэ спрашивает: «Где Тан Тан? Почему её нигде не видно?»

Тан Тан, с которой они только что разминулись, подумала: «Мы только что с тобой виделись? Как ты могла забыть?»

Тан Тан подошла к Цзи Юэ со спины, коснулась её плеча и позвала: «Я здесь, Цзи Юэ. Ты меня не заметила? Почему ты проигнорировала меня в коридоре?»

«Тан Тан? Ты стояла прямо у двери?!» — Цзи Юэ совсем растерялась. Она лишь увидела, что кто-то стоит у двери, но в тот момент не узнала её. Это была Тан Тан, но Цзи Юэ подумала, что это незнакомка.

Цзи Юэ всё ещё не могла поверить своим глазам. Она ущипнула Тан Тан за щеки и спросила: «Тан Тан, ты что, сделала пластическую операцию? Я тебя совсем не узнала!»

«Как я могла сделать пластическую операцию, если я всё время была в больнице?»

«Тогда почему ты так сильно поправилась? Кажется, что теперь ты совсем другой человек. Боже мой, ты что, всё это время откармливалась свиным кормом?»

«...Я не ела свиной корм», — Тан Тан смущённо покосилась на Цзи Яна и пожаловалась Цзи Юэ. — «Это Цзи Ян каждый день кормил меня так, словно считал меня свиньёй. Я ела так, что могло возникнуть сомнение, кто из нас здесь пациент. Все его тонизирующие средства оказывались у меня в желудке. Как тут не поправиться, если столько есть два месяца подряд».

Цзи Юэ поняла, что происходит, и повернулась, посмотреть на Цзи Яна: «Как хорошо! Цзи Ян должен был откормить тебя раньше. Посмотри, какая ты теперь красивая».

«Правда?» — хоть Тан Тан и говорили, что её раскормили, как свинью, но в тоже время её хвалили за красоту, поэтому Тан Тан радостно заулыбалась. — «Ты мне не врёшь, я правда стала красивой?»

«Конечно! Я не могла поверить своим глазам?» — Цзи Юэ оглядела Тан Тан с головы до ног и сказала. — «Ты похорошела, просто ты слишком плохо одета, и из-за этого твоя внешность воспринимается хуже».

Тан Тан посмотрела на себя и решила, что с её одеждой всё в порядке. Всё было не так плохо, как говорила Цзи Юэ.

Увидев, что Тан Тан всё ещё сомневается в её словах, Цзи Юэ тут же потащила её к выходу, сказав Цзи Яну: «Цзи Ян, позволь мне одолжить твою жену на время. Позже, когда она вернётся, то превратиться в невероятную красотку».

Гу Чжан Ань уже привык к выходкам Цзи Юэ и лишь с сочувствием посмотрел на Цзи Яна.

Цзи Ян улыбнулся и пригласил Гу Чжан Аня присесть: «Пусть они оба идут веселиться. Тан Тан не выходила из палаты уже два месяца. Она проводить со мной весь день, и мне редко удается уговорить её выйти, чтобы отвлечься».

Гу Чжан Ань разочаровано вздохнул: «Они с невесткой так не похожи. Цзи Юэ слишком энергичная, в то время как Тан Тан слишком тихая. Иногда у меня голова болит из-за выходок Цзи Юэ. Думаю, что было бы неплохо, если бы Цзи Юэ была хотя бы в половину такой же тихой как Тан Тан. Не знаю, сможет ли она повлиять на Цзи Юэ, чтобы та тоже была спокойнее».

Цзи Ян нашел слова друга забавными, и по-дружески ударил Гу Чжан Аня в грудь кулаком: «А я хочу, чтобы Цзи Юэ повлияла на Тан Тан. Она ещё слишком молода, чтобы оставаться такой тихой. Разве современные девушки не любят веселиться. Моя Тан Тан ни разу не ходила по магазинам за покупками и не тратила деньги на себя, даже если у меня есть деньги».

«Тогда тебя никто не принуждает зарабатывать деньги?» — Гу Чжан Ань с беспокойством потрогал свой кошелёк. — «Я каждый день стараюсь заработать денег, потому что боюсь, что не смогу обеспечить свою жену. В конце концов, она тратит слишком много, и я нервничаю из-за этого».

Оба друга рассмеялись.

Сунь И, одинокий волк, лежавший на соседней кровати, молча закатил глаза. Эти две хвастались своими роскошными ослепительными женами и сводили его с ума. Он снова молча завернулся в одеяло и выругался про себя. Он поклялся, что точно пойдет на свидание вслепую!

С другой стороны, Цзи Юэ вышла из здания больницы вместе с Тан Тан. В её машине был набор профессиональных средств для макияжа. Она планировала сегодня сделать Тан Тан макияж.

Когда Тан Тан поняла, зачем Цзи Юэ вытащила её, то быстро отказалась: «Я не пользуюсь косметикой. Мне нужно заботиться о Цзи Яне в больнице — это неудобно».

Цзи Юэ закатила глаза: «Не двигайся! Чем твой макияж помешает заботе о Цзи Яне? Женщины всегда хотят выглядеть красиво, понимаешь? Посмотри на себя, ты целый день занята и ходишь без макияжа, так как же в таком случае ты сможешь привлечь внимание мужчины?»

Тан Тан подумала глубоко в душе: даже если она такая некрасивая и худая, она смогла привлечь внимание Цзи Яна. Он тайно обнимает её каждую ночь и хочет сделать с ней «это». Разве это не доказывает, что она привлекла его?

При мысли о том, как Цзи Ян тайно прикасался к ней, лицо Тан Тан слегка покраснело, но, к счастью, Цзи Юэ была занята косметикой и не обратила на это внимание.

«Говорю тебе, красота женщины наполовину зависит от природы, а наполовину — от того, как она себя преподносит. Ты и так достаточно красива от природы. Значит, тебе нужно поработать над тем, как ты выглядишь. Сейчас я покажу тебе разницу между тем, как ты выглядишь, и тем, как ты должна выглядеть».

После того как Цзи Юэ закончила свою лекцию, она сразу же начала делать макияж для Тан Тан. Тан Тан ничего не оставалось, кроме как сесть и позволить ей это сделать.

Цзи Юэ наносила макияж, всё ещё прибывая в шоке: «Ты действительно стала красивее, после того как набрала вес, словно сделала пластическую операцию. На самом деле твои черты лица слишком сильно изменились. Я и раньше знала, что ты не могла быть уродливой. Теперь я с уверенностью могу сказать, что ты не уродливая — ты очень красивая. Неудивительно, что Сяо Чжо такой красивый, с такими генами как у вас с Цзи Яном. Ты заметила, что черты лица Сяо Чжо очень схожи с твоими чертами и твоей нынешней внешностью».

«Неужели?» — Тан Тан действительно не обращала на это внимания. Цзи Ян и дедушка Цзи тоже ничего не заметили. Вероятно, из-за того, что они проводили вместе каждый день, какие-то незначительные изменения были им незаметны.

Цзи Юэ очень уверено ответила: «Я говорю правду, если не веришь, тогда посмотри в зеркало и всё поймёшь».

Тан Тан коснулась своего лица и решила после возвращения посмотреть, есть ли у неё с Сяо Чжо сходство во внешности.

Цзи Юэ научила Тан Тан базовым приёмам ухода за кожей и обнаружила, что состояние её кожи очень хорошее. Оно сильно отличалось от того, что было раньше. Она не могла не спросить: «Как твоя кожа смогла стала лучше за это время? Она была довольно грубой и тусклой, а теперь нежная, и цвет кожи очень светлый».

Тан Тан, естественно, догадалась почему это произошло, и честно ответила: «Я каждый день провожу в больнице, естественно моя кожа посветлела. Кроме того, каждый день я пью травяной суп, он особенно полезен для женской кожи и здоровья. Я пью его уже полгода, и пока что прогресс очень медленный». Если бы настоящая Тан Тан не довела свой организм до истощения, суп подействовал бы быстрее. Всё из-за дефицита питательных веществ, вызванного нерегулярным образом жизни настоящей Тан Тан, а также длительным курением, употреблением алкоголя и недосыпами. Сейчас Тан Тан избавилась от всех вредных привычек. Напротив, она вела очень дисциплинированный образ жизни, и достаточно высыпалась. Со временем её состояние естественным образом улучшилось.

Цзи Юэ заинтересовалась: «У тебя есть такой суп? Можно мне его попробовать? Я тоже хочу насытить своё тело питательными веществами и улучшить здоровье».

«Да, я позже напишу тебе рецепт. Он очень простой, но тебе нужно будет проявить настойчивость и пить его каждый день. Эффект проявится только в том случае, если ты будешь пить его в течение полумесяца».

Цзи Юэ была так рада, что у неё есть такая невестка. Она поднесла свои красные губы к её губам и поцеловала её в знак благодарности. Тан Тан позабавил её милый взгляд, и она не смогла сдержаться, чтобы быстро ткнуть её пальчиком: «Ну же, не дразни меня. Мне хочется рассмеяться. Что ты будешь делать, если макияж испортится? Это будет твоя вина!»

«Хорошо, больше не буду! Я уже начала, так что просто подожди», — Цзи Юэ была очень хороша в нанесении макияжа, поэтому она была уверена, что сможет помочь Тан Тан пройти через ещё одну «пластическую операцию». Но когда она снова приступила к делу, то почувствовала, что что-то было не так, и слегка нахмурилась.

Тан Тан не поняла: «Что не так?»

Цзи Юэ внимательно посмотрела на её лицо, сравнивая его до и после макияжа, и чем дольше она смотрела, тем больше удивлялась: «Тан Тан, я не могла заметить этого раньше, когда ты была без макияжа, но после нанесения макияжа, всё стало очевидным. Твоя внешность и характер слишком сильно отличаются».

«А? Что ты имеешь в виду?»

Цзи Юэ коснулась уголков глаз Тан Тан, придавая ей естественный образ, и вздохнула: «Твой характер такой привлекательный и мягкий, но выглядишь ты слишком роскошно. Твоя внешность такая очаровывающая, что больше подходит легендарной роковой красавице».

Тан Тан: «…» Она действительно хотела ударить Цзи Юэ.

«У-у-у-у» — Цзи Юэ с завистью коснулась пухлых губ Тан Тан. — «Мне нравится твой очаровывающий образ. Он такой женственный. Ты с легкостью можешь завоевать сердце мужчины, такая чистая и невинная. Тебе не досадно?»

«...» — Тан Тан коснулась своего лица и спросила. — «У меня на самом деле такая внешность?»

«Что значит «такая»? Ты так великолепна, что можешь привлечь любого мужчину?» — Цзи Юэ продолжала наносить макияж. — «Эх, Цзи Ян счастливчик. У него нежная и добродетельная жена, а внешность у неё — это мечта любого мужчины! Сколько лет ему потребовалось, чтобы это понять? Я так завидую. К счастью, он сейчас ранен, иначе я боюсь, что ты бы легла с ним в постель уже сегодня вечером».

Тан Тан покраснела, ей не терпелось закрыть рот Цзи Юэ. Почему она такая раскованная? Почему она говорит то, что хочет?

Цзи Юэ ущипнула её покрасневшее личико: «Почему ты такая стеснительная? В чём дело? Любовь между мужчиной и женщиной — это нормально, и ты должна гордиться тем, что твой муж интересуется тобой».

Тан Тан не знала, как разговаривать с Цзи Юэ, и просто решила промолчать.

Цзи Юэ больше не дразнила её, и сосредоточилась на макияже. Через полчаса, когда основная часть работы была завершена, она удовлетворённо кивнула. После этого она распустила длинные волосы Тан Тан, высушила их феном и расчесала, придавая им подобающий вид.

«Ну вот, готово!» — Цзи Юэ поставила перед Тан Тан большое зеркало для макияжа. — «Эй, посмотри на себя, красавица! Если бы у меня уже не было любимого человека, я бы влюбилась в тебя. Ты слишком прекрасна».

«Не стоит преувеличивать», — Тан Тан по-настоящему рассмеялась над её преувеличенной манерой поведения. Она подняла глаза и посмотрела на себя в зеркало, а затем сильно удивилась.

Кто эта женщина в зеркале?

Увидев, что Тан Тан не может прийти в себя, Цзи Юэ почувствовала себя очень довольной: «Ну как? Теперь веришь моим словам. Ты выглядишь вот так. Небольшой макияж способен стать грозным оружием, способным покорить мужчину. Конечно, при условии, что ты не будешь говорить, в противном случае ты будешь выглядеть слишком невинной девушкой».

«Это я?» — Тан Тан чуть не подумала, что в зеркале отражается кто-то другой. — «Когда я успела стать такой красивой?»

«Ты и не была уродиной, твой сын такой симпатичный, как ты можешь быть уродиной? К тому же с моим безупречным макияжем, ты не можешь быть некрасивой. Знаешь, как важно для женщины хорошо выглядеть». — Цзи Юэ сказала это, вытаскивая Тан Тан из машины. — «Быстрее, давай вернёмся и покажем тебя твоей семье, чтобы Цзи Ян не смог отвести от тебя взгляд».

Тан Тан улыбнулась, и в её сердце зародилось предвкушение. Она не знала, понравится ли она Цзи Яну такой, какая она сейчас. Если понравится, она научится краситься и наряжаться для него каждый день.

Цзи Юэ сначала спрятала Тан Тан за дверью, а сама забежала в палату и громко объявила присутствующим: «Друзья, пожалуйста, протрите глаза, а затем встречайте нашу невероятную красотку — Госпожу Тан Тан!»

Тан Тан смутилась, когда Цзи Юэ позвала её, и хотела сбежать. Однако Цзи Юэ просто взяла её за руку и затащила внутрь. Смущенная Тан Тан встала перед всеми, и её лицо покраснело. Этот румянец придал ей ещё более привлекательный вид.

Все, кто увидел Тан Тан, замерли и замолчали. Они не могли поверить, что эта красавица — та самая Тан Тан, которая каждый день ухаживала за своим мужем и детьми в палате.

Цзи Сяо Чжо и Но Но тоже глупо уставились на Тан Тан.

От такой сцены Тан Тан сильно смутилась. Она не знала, куда деть руки, и подсознательно искала защиты у Цзи Яна, но от его взгляда у неё по спине побежали мурашки.

Почему ей кажется, что его глаза сияют?

«Муженек», — тихо окликнула его Тан Тан. От этого оклика Цзи Ян моргнул, и выражение его лица мгновенно стало нормальным, как будто его предыдущий взгляд был просто иллюзией. В следующую секунду он протянул ей руку: «Иди сюда».

Тан Тан поспешно схватила его за руку и, успокоившись, прошептала: «Муженек, я хорошо выгляжу?»

Взгляд Цзи Яна был таким глубоким и непостижимым, что он не сразу смог ответить: «Да, хорошо выглядишь».

Тан Тан тут же радостно рассмеялась, как ученица начальной школы, которую похвалил учитель.

Увидев её в таком виде, все убедились, что это Тан Тан, хотя внешность у неё изменилась, но характер остался прежним.

Цзи Юэ с гордостью посмотрела на Цзи Яна: «Как тебе Цзи Ян, я хорошо присмотрела за твоей женой? Я же говорила, что если она сменит свой образ, то точно станет богиней».

Цзи Ян улыбнулся и пошутил: «Не делай больше мою жену такой красивой, я боюсь, что кто-нибудь начнет засматриваться на неё…»

Все радостно рассмеялись, но Тан Тан так сильно покраснела, что не осмеливалась поднять голову.

Цзи Юэ рассмеялась ещё громче: «Цзи Ян, ты не можешь так себя вести. Это прекрасное лицо не сочетается с её одеждой. Я отведу Тан Тан за покупками. Ты не против?»

Цзи Ян погладил Тан Тан по руке и спросил её: «Ты хочешь пойти? Если хочешь иди, со мной здесь всё будет в порядке, тебе не нужно беспокоиться».

Тан Тан засомневалась, но всё же кивнула. Она хотела купить пуховики для малышей, потому что они уже выросли из прежней одежды.

«Хорошо, иди», — Цзи Ян достал из ящика кошелёк, вынул карту и протянул ей. — «Используй эти деньги, не экономь, покупай всё, что хочешь».

«Хорошо», — Тан Тан взяла карточку и положила её в свою сумку, а затем извиняющимся тоном сказала. — «Тогда на обед позвони и закажи что-нибудь в ближайшем ресторане. Ты должен хорошо поесть. Я вернусь вечером и приготовлю что-нибудь вкусное».

Цзи Юэ поспешно потащила её к выходу: «Он взрослый мужчина. Думаешь, он умрет с голоду без тебя? Можешь не беспокоиться о нём, нам женщинам, нужно немного пожить для себя».

Цзи Юэ увлекла за собой Тан Тан, и они поехали прямиком в большой торговый центр. Хотя Тан Тан и не собиралась ничего покупать для себя, но, как и у любой женщины, у неё была тяга к покупкам. Не прошло и десяти минут, как она уже с радостью выбирала товары.

Тан Тан поправилась, и её фигура стала выглядеть намного лучше. Помимо того, что её грудь была не такой большой, как у Цзи Юэ, в остальном она была действительно хороша, плюс её рост — метр шестьдесят восемь. В целом, сейчас она выглядела как богиня.

Красивая одежда хорошо смотрелась на ней. И не было ничего более соблазнительней, чем женщина, которая делает покупки. Несмотря на то, что Тан Тан изо дня в день усердно занималась домашними делами, в итоге она купила для себя три-четыре комплекта одежды и несколько пар обуви. Глядя на большую сумку в своей руке, Тан Тан почувствовала боль в душе.

Цзи Юэ позабавил её страдальческий вид, и она повела её дальше: «Почему ты так мучаешься, Цзи Ян же сказал, чтобы ты тратила его деньги. Даже если ты будешь проводить так каждый день, он всё ещё сможет тебя обеспечить».

Слишком расточительно было проводить так дни. Тан Тан не осмелилась бы так часто тратить деньги мужа в магазинах, одного раза ей хватило, чтобы мучиться от угрызений совести много дней подряд. Она больше ничего не хотела покупать для себя, и настойчиво потянула Цзи Юэ в отдел детской одежды, где купила два пуховика и пару маленьких ботинок. Проходя мимо отдела мужской одежды, Тан Тан не удержалась и купила комплект термобелья и зимнее пальто, а затем купила дедушке Цзи хлопковую одежду. Она правда не могла больше здесь оставаться, ей нужно было возвращаться домой.

Машина Цзи Юэ была припаркована на стоянке напротив торгового центра. Они вдвоем несли большие сумки, и им нужно было перейти дорогу, чтобы сесть в машину. Когда они были уже на середине пешеходного перехода, раздался резкий звук тормозов. Тан Тан и Цзи Юэ были в шоке. Обернувшись, они увидели, что прямо на них несётся чёрная машина. Поскольку всё произошло слишком быстро и машина пролетела мимо, они не смогли увернуться и их отбросило на землю. Цзи Юэ поручила много ссадин на руках и ногах, а Тан Тан ударилась головой о камень при падении, и тут же потеряла сознание.

Прохожие были напуганы этой жуткой сценой. Кто-то сразу вызвал полицию. Кто-то вызвал машину скорой помощи. Машина скорой помощи приехала очень быстро и доставила Тан Тан, Цзи Юэ, а также раненого и потерявшего сознание водителя в больницу.

Цзи Юэ всё ещё была в сознании и с болью в голосе позвонила Гу Чжан Аню. Оба мужчины чуть не умерли от страха, услышав её голос, и быстро помчались в больницу.





Глава 75




Когда Гу Чжан Ань и Цзи Ян приехали в больницу, обследование Тан Тан и Цзи Юэ уже было завершено. Тан Тан к тому времени пришла в сознание, и ей вводили капельницу.

«Как вы?» — Гу Чжан Ань обливался потом, глядя на Тан Тан и Цзи Юэ. Он не смог сдержать эмоций, когда увидел синяки на их телах.

Цзи Ян выглядел не лучше. Вся его одежда промокла от пота. Увидев марлевую повязку на лбу Тан Тан, его рука задрожала. Он бережно коснулся лица Тан Тан и погладил её.

Цзи Юэ увидела двух мужчин не в лучшем состоянии, и поняла, что это их напугало. Она быстро объяснила ситуацию: «Ничего серьёзного, врач осмотрел нас, просто несколько небольших ушибов. Они пройдут через несколько дней. Всё в порядке, не волнуйтесь».

Тан Тан тоже попыталась улыбнуться и успокоить Цзи Яна: «Муженек, Цзи Юэ права, со мней ничего страшного не произошло, просто головой ударилась о дорожный камень и оцарапала кожу. Через пару дней даже шрама не останется. Не бойся».

«Хорошо», — ответил Цзи Ян тихим голосом, но повязка у неё на лбу заставила его взгляд потемнеть.

Убедившись, что у двух женщин действительно нет серьёзных травм, Гу Чжан Ань оставил Цзи Яна с ними, а сам вышел, чтобы разобраться с происшествием.

После того как капельница Тан Тан закончилась, Цзи Ян отвёл их в военную больницу. Дедушка Цзи и двое малышей с нетерпением ждали их. Увидев, что они вернулись, малыши бросились к ногам Тан Тан и осторожно обняли её за ноги, с тревогой смотря на неё.

Цзи Сяо Чжо расплакался ещё сильнее: «Мамочка, как ты себя чувствуешь? Тебе больно?»

Тан Тан наклонилась, взяла на руки двух малышей и стала их успокаивать: «Мамочке не больно. Мамочка просто немного поранилась. Через пару дней всё пройдёт. Я поранилась также, как ты, когда играл в мяч. Ссадина быстро заживет».

Выслушав объяснение Тан Тан, двое малышей заметно успокоились, и их глаза наконец перестали наполняться слезами.

Дедушка Цзи вздохнул и прикрикнул на Тан Тан и Цзи Юэ: «Вы двое слишком беспечны. Переходя дорогу, нужно быть осторожными и внимательными, чтобы не попасть в беду».

Цзи Юэ тоже очень расстроилась из-за этого: «Дедушка, мы не знаем, откуда вдруг взялась эта машина. Нам повезло, что мы быстро отошли, когда она появилась. В противном случае мы бы не отделались синяками».

Тан Тан тоже почувствовала, что сегодня им повезло.

Дедушка Цзи махнул рукой: «К счастью, ничего серьёзного не произошло, не говори так, не говори! И будьте осторожны, чтобы это не повторилось».

Тан Тан и Цзи Юэ усердно кивали в ответ. В следующий раз они точно убедятся в своей безопасности, прежде чем перейти дорогу, иначе их сердца не выдержат ещё одного испуга.

Никто не обратил внимание на то, как Цзи Ян подал знак Гу Чжан Аню, и они оба вышли в коридор. Цзи Ян спросил Гу Чжан Аня: «Что случилось?»

Гу Чжан Ань достал из кармана сигарету и сунул её в рот. В то же время он передал вторую сигарету Цзи Яну. Он достал зажигалку и поджёг обе сигареты. Глубоко вдохнув, он заговорил: «Скажу прямо, это был несчастный случай, усталый водитель заснул за рулем. Во время движения зелёный свет ещё не загорелся, а он уже нажал на педаль газа, а потом, когда понял, что попадет в аварию, запаниковал. Он хотел нажать на тормоз, но нажал на педаль газа. Он остановился, только когда врезался в зелёный бордюр. Травмы у него незначительные».

Кажется, Гу Чжан Ань знал, о чём хотел спросить Цзи Ян, и продолжил: «Водитель был допрошен, с ним нет никаких проблем. В этот раз произошел простой несчастный случай».

Цзи Ян затянулся сигаретой ещё раз и кивнул.

Двое мужчин больше ни о чём не разговаривали. После того, как они спокойно выкурили по сигарете, они глубоко погрузились в свои мысли.

К счастью, с ними всё в порядке.

Из-за этого события Цзи Ян не захотел больше оставаться в больнице. В любом случае, теперь он мог встать с постели, а значит, мог восстановиться после травмы дома.

Лечащий врач согласился выписать его из больницы, назначив некоторые меры предосторожности и лекарства. Он выписал Цзи Яна в тот же день.

Дедушка Цзи хотел, чтобы они поехали с ним в его дом, чтобы ему было удобнее о них позаботиться. Но Цзи Ян решил, что им лучше вернуться домой. Там он мог чувствовать себя комфортно. Дедушка Цзи сильно разозлился, напугав Тан Тан и двух детей.

Однако после того, как старик взял себя в руки, он собрал свои вещи, и отправился за ними. По его словам, двое взрослых в семье были ранены и двум детям требовалось его внимание.

Тан Тан на мгновение потеряла дар речи и не смогла сдержать улыбку. Было очевидно, что дедушка не хотел их покидать и хотел жить с ними.

Старик вел себя слишком неловко.

Семья Цзи вернулась в военный городок, и в их сердцах вновь зародилось давно забытое чувство тепла. Двое малышей с восторгом носились по дому.

Всё-таки дома лучше.

Тан Тан поставила багаж дедушки Цзи во второй спальне и посмотрела на две спальные комнаты в доме. В глубине души она начала сомневаться. Теперь, когда дедушка Цзи приехал к ним, как им теперь спать по ночам? Бао Бао хотел спать с ней, значит дедушка должен был спать с Цзи Яном, а она — с двумя детьми. Вот только она не знала, согласится ли дедушка.

Кто же знал, что, когда настанет время ложиться спать, ничего не говоря, дедушка Цзи отвёл двух малышей во вторую спальню, готовиться ко сну, и закрыл за собой дверь. Так что Тан Тан и Цзи Ян были предоставлены сами себе.

Тан Тан немного растерялась и вопросительно посмотрела на Цзи Яна.

Цзи Ян улыбнулся и медленно подошёл к ней, а затем подхватил на руки Тан Тан, смотрящую на него непонимающим взглядом, и унёс в главную комнату, не дав ей опомниться. Он положил её на мягкую большую кровать, и окинул взглядом её с головы до ног. Встретившись с ней лицом к лицу, атмосфера в спальне стала крайне неловкой.

Лицо Тан Тан покраснело от смущения, и она осторожно ткнула его в грудь: «Твоя травма ещё не зажила, не стоит так напрягаться».

Цзи Ян улыбнулся и шепнул ей на ухо: «Напрягаться? Мне даже силу не нужно применять, чтобы поднять эту худышку».

Тан Тан недовольно пробормотала: «Я не худышка. Сейчас во мне пятьдесят килограммов. Почему ты говоришь, что не напрягаешься?»

«Да? Почему я этого не заметил? Где спрятаны твои килограммы?» — Цзи Ян говорил серьёзно, но его поведение не соответствовало его серьёзности. Пока они разговаривали, его большие руки уже задрали её одежду и ласкали её нежную грудь. Его указательный палец коснулся верхней части её бутона, от чего Тан Тан задрожала, а её голос зазвучал неуверенно: «Муженек...»

Не говоря больше ни слова, Цзи Ян страстно поцеловал её в губы. Отдаваясь сильному возбуждению, он вел себя так, словно хочет поглотить её язык. Тан Тан не могла произнести ни слова, он целовал её и срывал с неё одежду, не останавливаясь ни на секунду. Он накрыл её своим телом, желая овладеть ею.

Цзи Ян в постели вел себя активно, и сильно отличался от себя обычного, спокойного и умиротворенного, особенно в этот момент. Его глаза покраснели и стали ещё более проникновенными.

Тан Тан почувствовала, что её вот-вот проглотит чудовище.

«Муженек, не надо, ты всё ещё ранен», — Тан Тан задрожала и уткнулась ему в плечо. Вспомнив о его ране, она попыталась оттолкнуть его.

Цзи Ян прервался, и выпрямился. Тан Тан подумала, что он собирается остановиться, но он просто снял с себя одежду. В следующую секунду его рука скользнула по её талии, и он поменялся с ней местами. Изменив позу, обнаженная Тан Тан оказалась сверху на нём.

Цзи Ян произнес своим хриплым голосом: «Тогда двигайся сама, чтобы рана не раскрылась».

«...!!!» — Тан Тан внезапно застыла, её пальцы на ногах задрожали и сжались, а всё её тело стало бледно-розовым. Кто бы мог подумать, что от этого Цзи Ян ещё больше возбудится. Кровь прилила ему в голову, и ему не терпелось проглотить её. Раньше, даже когда она выглядела не очень красиво, он всё равно не мог сдерживаться перед ней. Теперь, когда она стала такой красивой, если он сможет сдержаться, то станет святым.

«Малышка, я так давно тебя не касался, я скучаю по тебе», — по непонятной причине, Тан Тан услышала в его словах глубокую обиду.

Тан Тан совсем не хотела, чтобы он обижался. Подумав об этом, она поняла, что они не были вместе с того самого первого раза. Прошло почти три месяца. Она слышала, что мужчины не умеют сдерживаться. Цзи Ян сдерживался три месяца. Это и правда было по-настоящему несправедливо, по отношению к нему.

Когда Тан Тан задумалась, у неё в животе всё сжалось. Её сердце смягчилось, и она не смогла найти сил ему отказать.

Улыбка промелькнула в глазах Цзи Яна. Эта глупенькая девушка всегда была слишком мягкосердечной. Он мог заставить её сочувствовать себе одним простым предложением. Какая же она глупая, но она заставила его влюбиться в неё до глубины души.

Подумав об этом, Цзи Ян больше не мог сдерживаться. Он обхватил её за талию и осторожно приподнял. Под испуганным взглядом Тан Тан, он попытался принять удобное положение и медленно опустил её, наполняя собой.

В момент соединения они оба не смогли сдержать стонов. Им казалось, словно ток пробежался по ним до самых конечностей, неся с собой возбуждение.

Цзи Ян был похож на голодного волка, который уже давно ничего не ел. В его глазах сверкнул зеленый огонек, когда он поймал свою бедную маленькую добычу, и начал поглощать её. Он не давал ей возможности убежать. Маленькая добыча лишь жалобно сжималась в его руках.

Этой ночью им не суждено было уснуть.

В то же время в другой комнате Цзи Сяо Чжо, которого насильно забрал с собой его прадедушка, выглядел очень несчастно. Он сидел на кровати и дулся, а Но Но продолжала гладить его по спине, успокаивая. Но это не унимало его гнев.

Видно было, что он сильно нервничает.

Дедушка Цзи уже знал о его маленькой цели — удержать свою мать рядом с собой. Он не мог удержаться от смеха, глядя на обиженного малыша. Старик просто отложил книгу в своих руках и заговорил с ним: «Скажи мне, почему ты не хочешь маленького братика или сестру?»

Цзи Сяо Чжо схватился за грудь и недовольно пробормотал: «Младший брат или сестра очень раздражают, мне не нужны неприятности».

Дедушка Цзи рассмеялся и потрепал малыша по голове: «Понимаю, ты боишься, что, когда у тебя появятся младший брат или младшая сестра, твои мама и папа тебя разлюбят?»

Цзи Сяо Чжо смутился и растерянно посмотрел на прадедушку.

Дедушка Цзи внезапно сменил тему и спросил его: «Сяо Чжо, прадедушка хочет спросить тебя, кем ты хочешь стать, когда вырастешь?»

Цзи Сяо Чжо без колебаний ответил: «Я хочу стать солдатом, как папа!»

Этот ответ обрадовал дедушку Цзи, и морщины на его лбу стали глубже: «Тогда, как думаешь, солдаты всегда заняты?»

Цзи Сяо Чжо кивнул. Солдаты всегда очень заняты, им приходится каждый день тренироваться, а потом отправляться на задание и очень редко возвращаться домой.

«Что ж, если в будущем ты станешь солдатом, ты не сможешь каждый день приходить домой. Твой отец тоже очень занят. Значит, в вашей семье останется только мама. Ей придется всё делать самой. Ведь она будет дома одна. Никто не останется с ней, как думаешь, тебе её не жалко?»

Когда Цзи Сяо Чжо услышал слова прадедушки, его маленькие бровки тревожно нахмурились, а пухлые ручки сжались: «Я не хочу, чтобы она была такой жалкой».

Дедушка Цзи остался доволен его реакцией и продолжил: «Ты мужчина, и тебе суждено пойти работать вместе с твоим отцом, чтобы содержать семью. Когда тебя не будет рядом с твоей матерью, если у вас родится второй ребёнок, то твоя мать будет не одна. Так она уже не будет жалкой, не так ли?»

Цзи Сяо Чжо почесал затылок, как будто ему стало неловко. Если бы у его матери родилась такая же послушная и воспитанная дочь, как Но Но, она могла бы оставаться дома с матерью и помогать ей по хозяйству. Тогда он с отцом мог бы зарабатывать деньги и помогать матери воспитывать младшую сестру.

Цзи Сяо Чжо представил, что у него появилась младшая сестра, которая называет его старшим братом. Если его отец и мать будут любить такую его младшую сестрёнку, то, кажется, он был бы не так уж и против. В конце концов, он же мужчина и должен быть хорошим старшим братом для своей сестры.

Цзи Сяо Чжо хорошенько подумал и взвесил все «за» и «против». В конце концов, он решил, что наличие младшей сестры — это лучшее, что может произойти, особенно для его матери. Поэтому он готов был смириться с тем, что отец и мать не будут любит его так же сильно как сейчас. Он решил, что у него должна быть младшая сестра.

Младший брат не входил в его планы.

Поэтому Цзи Сяо Чжо, сжав кулачок и придумав пару отговорок, сказал: «Прадедушка, ты прав, я решил, что хочу младшую сестру!»

«Младшую сестру?» — прадедушка попытался спросить. — «А что, если это будет младший брат?»

Цзи Сяо Чжо тут же возразил: «Младший брат не подойдёт, младшие братья слишком надоедливые. Если это младшая сестра, я позволю своей матери родить её».

Дедушка Цзи: «…».

Этот ребёнок говорит так, словно его мать могла контролировать, кого она родит ему младшего брата или сестру.

* * *

На следующий день, в десять часов утра Тан Тан проснулась от боли в спине. Она поднялась, покраснев, и как вор, выбралась из спальни. Она тут же наткнулась на маленькую бомбу, которая тут же обняла её за ноги. Малыш широко раскрыл глаза и спросил: «Мамочка, ты подаришь мне сестрёнку?»

Тан Тан не смогла сдержаться, и её лицо стало таким красным, что на нём можно было жарить яичницу. Особенно из-за того, что малыш заставил всех присутствующих в комнате посмотреть на неё. Тан Тан, которая не могла заснуть всю ночью, утром не находила себе места, жалея, что не может провалиться сквозь землю.

Так неловко, во всём виноват Цзи Ян!

Тан Тан обиженно посмотрела на виновника, который сидел на диване и улыбался. Виновник увидел происходящее и подошёл, чтобы увести Цзи Сяо Чжо и позволить Тан Тан избежать неловкости. Цзи Ян сказал Сяо Чжо: «Мама не будет дарить тебе сестренку».

Цзи Сяо Чжо выглядел недовольным: «Значит, у мамы родится младший брат?»

Цзи Ян похлопал малыша по попке: «У тебя не будет младшего брата. Просто будешь только ты».

Этот ответ заставил Цзи Сяо Чжо расплыться в улыбке, но в следующую секунду он слегка нахмурился: «Но я всё понял прошлой ночью. Я решил, что хочу, чтобы мамочка подарила мне младшую сестру. Папочка, посади её в мамочку. Только, помни, младшую сестру, а не младшего брата».

Посади? Посадить как растение?

«Пф-кх…» — Тан Тан подавилась, услышав слова малыша. Она не могла перестать кашлять.

Цзи Ян быстро подбежал к ней и похлопал её по спине. Он продолжал хлопать, пока она наконец не перестала кашлять. Затем Цзи Ян ухмыльнулся и удивленно спросил: «Где ты это услышал?»

Цзи Сяо Чжо невинно посмотрел на него: «Наш одногруппник в детском саду так сказал. Он сказал, что его отец посадил младшего брата в живот его матери, а потом он пустил корни и пророс. Он родился, когда созрел».

Присутствующие взрослые: «…».

Тан Тан выбежала на кухню с красным лицом и захлопнула за собой дверь.

Цзи Ян щёлкнул сына по лбу и посадил маленького толстяка к себе на колени. Двое мужчин разговаривали с глазу на глаз: «Разве ты не отказывался от младшего брата или сестры? Почему ты поменял своё мнение?»

Цзи Сяо Чжо вздрогнул и ответил: «Хотя мне и не нравятся младшие брат или сестра, но я хочу стать таким же как мой отец, и стать человеком, который защищает страну. В таком случае, мама останется дома одна. Ей будет не так одиноко, если родится маленькая сестренка. Она может оставаться вместе с мамой и помогать ей по дому, чтобы та не уставала».

Цзи Ян хотел отшлепать малыша, но услышав этого маленького толстячка, его сердце внезапно смягчилось. Он опустил голову и поцеловал маленького парня в лоб, прежде чем всё ему объяснить: «Младшие братья и сестры так просто не появляются. И многие семена, даже если их посадить могут не прорости и не вырасти, это не зависит от нашего желания. Это зависит от удачи. И у твоей мамы может и не появиться младшая сестренка прямо сейчас. На это может уйти много времени». Конечно, эти слова были сказаны только для Цзи Сяо Чжо, ведь они с Тан Тан давно решили не рожать второго ребенка.

Цзи Сяо Чжо всё понял, поэтому осторожно сказал своему отцу: «Папочка, ты должен усердно трудиться и сажать. Не ленись».

Цзи Ян: «Что ж, хорошо».

Дедушка Цзи, читающий газету на диване, уже покраснел, сдерживая смех.

Цзи Ян ещё не знал, что после этого разговора на протяжении бесчисленных лет Цзи Сяо Чжо будет спрашивать его снова и снова, почему его семена так бесполезны. Почему его младшая сестра ещё не посажена. Он очень пожалеет о том, что объяснил малышу сегодня всё таким образом.





Глава 76




Услышав, что Тан Тан вернулась, жена командира полка поспешила к ним после обеда. У неё было плохое предчувствие, и она хотела поговорить с Тан Тан.

Однако, в тот момент, когда Тан Тан приоткрыла дверь, жена командира полка вдруг забыла, что хотела сказать, и глупо уставилась на хозяйку дома.

Тан Тан махнула рукой у неё перед глазами: «Что с тобой? Заходи».

«Тан Тан?» — жена командира полка закричала во весь голос.

Снова! Тан Тан неохотно вздохнула про себя. Она притянула за руку жену командира полка, и пошутила: «Что случилось, старшая сестра? Меня не было всего два месяца, а ты уже меня не узнаешь!»

Убедившись, что это Тан Тан потянула её за руку, жена командира полка вдохнула холодный воздух и некоторое время внимательно изучала лицо и фигуру Тан Тан. Она хлопнула себя по бедру и сказала: «Боже мой, это правда ты, Тан Тан. Почему ты так изменилась за эти два месяца, ты сделала пластическую операцию?»

Тан Тан улыбнулась. Ещё один человек сказал ей, что она сделала пластическую операцию, неужели она так сильно изменилась?

«Старшая сестра, я просто немного набрала вес. Почему ты меня не узнаешь?»

«Как бы я тебя узнала?» — жена командира полка погладила её по руке и ущипнула за щеки, а затем дважды фыркнула. — «Ты не просто немного поправилась, ты довольно много набрала. Ты же была в больнице и ухаживала за Цзи Яном, как так получилось, что ты набрала в весе? Я беспокоилась о тебе. Переживала, как бы ты не похудела ещё сильнее. Я не ожидала, что ты наберешь вес».

После слов жены командира полка Тан Тан слегка покраснела. Честно говоря, люди, которые ухаживают за больными, теряют вес из-за напряжения и усталости, но с ней всё было наоборот. Она не только не похудела, но и набрала больше 20 килограммов. Это было просто невероятно.

Тан Тан смущенно прищурилась и объяснила: «Цзи Ян сказал, что я слишком худая. Он заставлял меня есть каждый день. В больнице мне нечем было занять себя, и я ела три-четыре раза в день, в том числе перекусывала чем-нибудь в течение дня. Как тут можно было не растолстеть?»

Выслушав Тан Тан, жена командира полка рассмеялась и пошутила: «Цзи Ян и правда откормил тебя, как свинью»

Тан Тан смущённо почесала затылок, он и правда кормил её, как свинью, иначе она не смогла бы поправиться так быстро.

«Но хорошее питание пошло тебе на пользу. Ты сейчас такая красивая. Я тебя почти не узнала. Ты словно помолодела. Я не ожидала, что ты так сильно изменишься, набрав вес», — жена командира полка была очень рада за Тан Тан. Раньше она в глубине души переживала за Тан Тан, ведь у неё не было ни надежной семьи, ни красивой внешности и даже не было достойной работы. Она боялась, что после повышения Цзи Ян решит бросить Тан Тан. Увидев то, какая она стала красивая, и зная, что она открыла свой магазин и могла зарабатывать деньги, беспокойство жены командира полка улетучилось.

Тан Тан была очень счастлива от похвалы и застенчиво улыбнулась. Она взяла жену командира полка за руку и усадила на диван, а затем представила ей дедушку Цзи, прежде чем спросить её о делах: «Старшая сестра, меня давно не было. Как шли дела в магазине в это время?»

«Сегодня я пришла, рассказать тебе об этом», — жена командира полка протянула Тан Тан лист бумаги, который держала в руке. — «За это время заказы в нашем магазине значительно возросли. До того, как ты уехала, было всего два заказа. Люди, сделавшие заказ, были очень довольны сшитой тобой одеждой, они похвалили нас и поделились фотографиями в отзывах. Фотографии, сделанные двумя покупательницами, действительно были хороши, вероятно, поэтому позже ещё несколько человек сделали заказы в нашем магазине, но я рассказала им о твоей ситуации и сказала, что временно мы не можем отправить им товар и им нужно будет подождать. Хотя несколько человек отменили заказы, но другие выразили готовность подождать.

Тан Тан взяла данные, просмотрела их и приятно удивилась: «Теперь три человека хотят, чтобы я сшила им одежду?»

«Да, эти трое готовы подождать, так что можешь не торопиться».

«Отлично», — Тан Тан была очень рада. Она не ожидала, что три человека будут так долго ждать доставки. Это означало, что им действительно понравилась сшитая ею одежда, и она решила сделать для этих трёх девушек хорошие наряды.

«Старшая сестра, я вернулась, и в ближайшие дни у меня ничего не запланировано. Я смогу сшить эти три комплекта одежды очень быстро. Я сошью их где-то за три дня. Можешь ответить заказчикам, что мы скоро отправим им товар».

«Хорошо, без проблем», — жена командира полка тоже была рада. Она боялась, что эти трое отменят заказы. К счастью, Тан Тан вернулась, и теперь дела в магазине пойдут как прежде.

Прежде чем жена командира полка пришла, Тан Тан заказала много тканей в онлайн магазине. В этот раз она планировала усердно заняться управлением своего магазина. Поскольку со дня открытия на полках у неё было выставлено всего два комплекта одежды, это было слишком мало. Тан Тан планировала сшить и выставить на витрину ещё несколько комплектов. Прежде чем приступить к работе, она быстро завершила три заказа. После этого она планировала изготовить два комплекта детской одежды, чтобы привлечь покупателей.

«Что вы делаете?» — дедушка Цзи услышал их разговор. Пожилой мужчина, который никогда не делал покупок в интернете, не совсем понял, о чём они говорят.

Тан Тан тут же объяснила старику: «Дедушка, дело вот в чём. У меня нет работы и мне немного скучно дома. Старшей сестре тоже было скучно, и мы оба подумали об одной идее и открыли интернет-магазин. Мы шьем и продаем традиционные костюмы на заказ».

«Открыли интернет-магазин? Традиционные костюмы на заказ?» — хоть дедушка Цзи и не покупал вещи онлайн, но об интернет-магазинах он знал. Однако услышать такое было немного неожиданно.

«Да, дедушка, я каждый день занимаюсь домашними делами, а в свободное время занимаюсь рукоделием. Я решила, что, открыв онлайн магазин, могу продолжать заниматься рукоделием как обычно, и мне не нужно беспокоиться, что у меня не останется времени на заботу о Цзи Яне и Сяо Чжо, поэтому я открыла этот магазин. Старшая сестра взяла на себя работу отдела по обслуживанию клиентов, так что теперь нам обоим есть чем заняться!» — Тан Тан сказала это с улыбкой во взгляде.

Дедушка Цзи заметил, как счастлива была Тан Тан. Казалось, она вся сияет, говоря о магазине. Такое её выражение лица не могло не радовать дедушку Цзи. Он считал, что девушке не обязательно работать. Главное, чтобы её мысли не были бесплодными, и чтобы её жизнь имела смысл. Если открытие магазина делало её счастливой, то в этом был смысл. Поэтому старик кивнул и выразил свою поддержку: «Да, но нужно делать всё хорошо, нельзя бросать дело на полпути. Если тебе нужна финансовая поддержка, скажи дедушке».

Услышав, что дедушка так поддерживает её, Тан Тан очень обрадовалась: «Дедушка, я обязательно сделаю всё хорошо, но деньги мне не нужны, мне хватает».

Дедушка Цзи кивнул, в глубине души его недовольство Тан Тан уже сошло на нет. Только он один знал, как сильно ему нравилась эта юная девушка.

Его внук наконец-то обрел счастье. Хорошо, что они не развелись раньше, иначе всё было бы обречено.

После того как жена командира полка и Тан Тан закончили работу в магазине, женщина использовала вышивку в качестве оправдания и потащила Тан Тан в комнату. Убедившись, что их никто не слышит, она прошептал на ухо Тан Тан: «Тан Тан, я пришла сегодня не только для того, чтобы рассказать тебе о магазине. Есть ещё кое-что важное, и я думаю, что должна сказать тебе об этом заранее».

Сказав это, жена командира полка сделала паузу и заговорила ещё тише: «Я слышала это от командира полка. Кандидат на повышение уже назначен. Ты об этом слышала?»

Услышав это, Тан Тан занервничала и покачала головой: «Старшая сестра, мы недавно вернулись. Я об этом не слышала. Решение уже принято?»

Жена командира полка не могла не проверить эту информацию: «Наш командир полка заранее спросил об этом. Официальный документ ещё не пришёл, но результаты будут озвучены всего через пару дней. Я хотела сказать, что это повышение получит Вэнь Чжан И. Он не только стал командиром батальона с помощью связей своей семьи, но и получил это повышение».

Сердце Тан Тан ёкнуло, и она невольно прикусила губу. Она не знала, был ли результат таким с самого начала или кто-то что-то сделал для этого, но её подсознание склонялось ко второму варианту, потому что, по её мнению, Цзи Ян был намного лучше, чем Вэнь Чжан И.

Более того, она не могла не думать об угрозе, которую представляла для них семья Лю. В прошлый раз они заставили семью Лю понести такие большие потери. Хотя они не встречались с ними напрямую, семья Лю, должно быть, затаила на них обиду. Тан Тан не могла сказать точно, но они могли повлиять на такое решение. Кандидат на повышение был утвержден, а значит, результаты предрешены. Как можно было сомневаться в очевидном? Даже если семья Лю повлияла на результат, они этого не признают.

Тан Тан не удержалась и впилась пальцами в ладони, но совсем не почувствовала боли: «Старшая сестра, они пошли на какую-то хитрость?»

Жена командира полка покачала головой и тихо вздохнула: «Я этого не знаю. Нам только озвучат решение. Никто не будет разглашать процесс выбора, это не то, что мы можем узнать. Но командир полка сказал, что Цзи Ян с точки зрения личных и военных качеств определенно лучше, чем Вэнь Чжан И. Более того…»

Жена командира полка засомневалась, но через некоторое время она наклонилась к уху Тан Тан и сказала: «Задание, на которое был отправлен Цзи Ян, было очень важным. Причина, по которой Цзи Ян был так сильно ранен, заключалась в том, что один из участников задания чуть не был разоблачён. Именно Цзи Ян заслонил этого человека собой от пули, и дотерпел до самого конца миссии. В противном случае, они не смогли бы успешно выполнить задание, и последствия могли быть немыслимыми. Не говоря уже о его предыдущих заданиях, заслуги Цзи Яна неоценимы».

Тан Тан не знала, почему Цзи Ян был так сильно ранен. Он не рассказал ей об этом. Если всё было так, как сказала жена командира полка, то это значит, что принятое решение о повышении было совсем не справедливым.

* * *

Из-за этих новостей, мысли Тан Тан были в беспорядке, и у неё всё валилось из рук. Даже когда она шила одежду, то несколько раз случайно уколола себя. Такого раньше не случалось.

Даже Цзи Сяо Чжо и Но Но заметили, что с ней что-то не так. Цзи Сяо Чжо подумал, что это из-за того, что он хочет младшую сестру, и это оказывает слишком сильное давление на его маму. Поэтому малыш сильно смутился и обнял Тан Тан: «Мамочка, не волнуйся, я хочу сестренку, но не так сильно. Я знаю, что сестренку не так-то просто родить. Я подожду. Тебе просто нужно родить её до того, как я вырасту и начну работать. До тех пор всё будет в порядке, так что не переживай».

Тан Тан не смогла сдержать удивления и молча посмотрела в сторону Цзи Яна. Что он сказал малышу?

Цзи Ян посмотрел на Цзи Сяо Чжо и с усилием выдавил из себя: «С мамой всё в порядке. Мама просто устала из-за того, что плохо спала. Это не из-за твоей младшей сестры, не волнуйся. Кстати, Сяо Чжо, твой прадедушка уже давно вышел, он плохо знаком с нашим жилым комплексом. Возьми с собой Но Но, и сходите за ним. Найдите его, и приведите домой, чтобы прадедушка не замёрз и не заболел».

Дедушка Цзи не стал оставаться дома весь день. Поев, он ненадолго вышел на улицу, чтобы размяться. Хотя старик не был знаком с территорией, он был разведчиком, и заблудиться для него было невозможно. Цзи Ян сказал так просто потому, что хотел занять двух малышей. Поскольку даже Цзи Сяо Чжо увидел, что Тан Тан о чём-то беспокоится, естественно, Цзи Ян тоже это понимал.

Цзи Сяо Чжо забеспокоился, что его прадедушка замёрзнет и заболеет, поэтому он тут же отвлёкся и потянул Но Но за собой из дома.

Когда дети вышли Цзи Ян отложил рукоделие из рук Тан Тан, обнял её и тихо спросил: «Что-то случилось? Расскажи мне, что произошло?»

Тан Тан не собиралась скрывать это от него. Она поджала губы, обняла его за шею, уткнулась лицом ему в грудь и угрюмо сказала: «Жена командира полка рассказала мне новости. Она сказала, что повышение получит Вэнь Чжан И, муженек».

Тан Тан сказала это, едва сдерживая слёзы.

Цзи Ян поцеловал её в макушку и забавно улыбнулся. «И это всё? Я думал, произошло что-то серьёзное».

«А?» — Тан Тан подняла голову и удивлённо посмотрела на него. — «Муженек, ты уже знаешь?»

Цзи Яну уже было всё известно, он узнал об этом от командира полка сегодня утром. Цзи Ян не хотел, чтобы Тан Тан и дедушка Цзи беспокоились. Он ничего им не сказал, но догадывался, что жена командира полка всё ей расскажет.

Тан Тан угрюмо поджала губы: «Ты знал, но почему не сказал мне. Я до смерти переживала. Из-за того, что я помогла Но Но, теперь ты пострадал от рук семьи Лю?»

Цзи Ян мягко прижал указательный палец к её губам, чтобы она замолчала: «Сейчас уже никто не может доказать, что это дело рук семьи Лю. Может быть, кандидатом на повышение с самого начала был Вэнь Чжан И».

Тан Тан тоже это понимала, но на самом деле она в это не верила. Она действительно не могла это принять. Дело не в том, что она была предвзята. Просто основываясь на своих наблюдениях, она считала, что Вэнь Чжан И не был таким ответственным, как Цзи Ян. Разве это не важнее? Разве повышение не должно достаться тому, кто более ответственный? Поэтому Тан Тан не могла не сказать: «Муженек, ты такой хороший, и я верю, что ты намного лучше Вэнь Чжан И. Давай поговорим с дедушкой. Возможно, у дедушки есть способ что-нибудь выяснить. Возможно, нам удастся проверить, не повлиял ли кто-нибудь на принятие решения, хорошо? Если результат не изменится, то мы смиримся».

Его жена была так уверена в его способностях, от чего Цзи Ян не мог не почувствовать радость. Он обнял свою маленькую женушку и поцеловал её. Если бы время было подходящее, то он действительно бы увел Тан Тан в спальню и занялся бы с ней любовью.

Тан Тан чуть не разозлилась. Они обсуждали такое важное дело, а этот мужчина продолжал плохо себя вести. Она стукнула его по плечу, тяжело дыша. Сила в её ударе была такой слабой, что скорее напоминало Цзи Яну массаж.

Цзи Ян не осмелился провоцировать маленькую женушку, он схватил её за кулачок и поцеловал: «Ладно, я был не прав, не волнуйся. Теперь поговорим серьезно. Я не собираюсь рассказывать об этом дедушке, я сам всё решу. Кроме того, дедушка уже стар, не стоит беспокоить его. Мне уже за тридцать, как я могу просить о помощи своего дедушку в такой мелочи?»

Тан Тан посчитала слова Цзи Яна правильными. Старику не пойдут на пользу новые переживания, поэтому она кивнула: «Хорошо, давай найдем другой способ провести расследование».

Эти двое планировали ничего не говорить дедушке Цзи, но они упустили из виду положение Цзи Яна в сердце старика. С тех пор как Тан Тан рассказала ему о том, что семья Лю угрожала будущему Цзи Яна, старик запомнил это. И отправил своего человека следить за этим делом. Сам он не предпринимал никаких действий, но ему постоянно докладывали обо всём что происходило.

* * *

Когда старик вышел на улицу, ему позвонили по этому поводу. Он уже был готов разозлиться, стукнув тростью о землю, а затем спокойно сказал: «Это решение нужно проверить! Я ничего не скажу, если всесторонние качества Вэнь Чжан И будут лучше, чем у Цзи Яна и остальных. Но если я пойму, что кто-то повлиял на результаты, я не пощажу его! Я разберусь с этим мусором ради народной армии!»

Человек на другом конце провода покрылся холодным потом. Он вдруг подумал, что скоро произойдет что-то очень масштабное. Похоже, если кто-то действительно вмешался в это дело, этого человека не спасут даже небеса.

Кто бы мог подумать, что Цзи Ян окажется внуком старого генерала Цзи? Если бы старик сам не сказал об этом, никто бы в армии этого не узнал. Цзи Ян вел себя слишком скромно. К счастью, старый генерал не узнал о том, что в прошлом с продвижением Цзи Яна по службе тоже что-то случилось, иначе он пронзил бы небеса.

Хотя Цзи Ан Шань рано вышел на пенсию, и больше не занимался военными делами, каждый год он продолжал получать личные приглашения от лидеров страны на крупные военные конференции. Крупные деятели страны старались вести себя очень вежливо по отношению к старому генералу Цзи. Не говоря уже о статусе старика, восемьдесят процентов всех нынешних военных лидеров страны раньше находились в его подчинении. Во время службы он лично шаг за шагом воспитывал из них солдат. Их уважение к старому генералу было больше, чем к своим родителям. По его приказу они даже готовы были пожертвовать своими жизнями.

Тот, кто осмелился спровоцировать старого генерала Цзи, должно быть, решил, что жизнь слишком длинная. Можно лишь представить себе, насколько ужасным будет это событие.

После того как дедушка Цзи повесил трубку, он хоть и был очень зол, но всё же сдержался. Он не планировал предпринимать никаких действий до получения окончательных результатов. Поэтому, вернувшись домой, он вёл себя как ни в чём небывало, и никто не заметил, что недавно он получил важные новости. Вот почему Тан Тан и Цзи Ян не знали, что дедушка Цзи уже был в курсе дела.

Прошло два дня, и вот старик ответил на звонок, сидя на диване. Услышав новости, безмолвный вулкан окончательно извергся, и старый генерал чуть не перевернул с ног на голову весь особый военный округ.

Тан Тан впервые увидела, на что способен дедушка Цзи, и именно в этот момент она поняла, что вышла замуж за человека из очень влиятельной семьи.





Глава 77




Дедушка Цзи, ни говоря ни слова, обратился непосредственно в военный штаб, и направился прямиком к главнокомандующему военным округом.

То, что старик ходил туда, не было известно Тан Тан и Цзи Яну. Он лишь сказал им, что у него появились дела, и решительно запретил кому-либо следовать за ним. После этого он вышел один, не взяв ни свою спецмашину, ни охрану. Со стороны, хоть он и выглядел внушительно, но всё ещё вызывал впечатление обычного пожилого человека.

Солдаты, стоявшие на страже, не знали старика. Они услышали, что он искал главнокомандующего, но, естественно без формальностей они никого не могли впускать. Старику не составило бы труда договориться о встрече с ним, но он просто стоял у входа в штаб главнокомандующего, несмотря на холодный ветер. Он стоял, выпряв спину, и от его внушительной осанки, люди, которые выезжали и въезжали на территорию штаба, невольно обращали внимание на этого необычного старика. Конечно, они просто смотрели на него, и никто не выходил из своих транспортных средств, чтобы спросить у старика, что происходит.

Старик простоял на холодном ветру три часа, пока ко входу в штаб не подъехала военная машина с номерным знаком VA. В тот момент, когда она уже собиралась въехать на территорию. Раздался крик, и в следующую секунду из остановившейся машины быстро вышел мужчина средних лет в военной форме с тремя звёздами на погонах. Он выглядел удивлённым и с тревогой поприветствовал старика. Он встал перед пожилым мужчиной и с серьёзным видом отдал воинский салют.

Старик поднял руку и с безучастным выражением на лице ответил на воинское приветствие.

Главнокомандующий опустил руку и поспешил на помощь старику: «Старый генерал Цзи, как вы здесь оказались? Почему вы здесь один?»

Дедушка Цзи серьёзно сказал: «Я пришёл увидеться с тобой, мне нужно тебе кое-что сказать».

В глазах главнокомандующего мелькнул огонёк. Он не знал, что могло быть настолько важным, что заставило генерала-ветерана прийти сюда, но хотя он и был озадачен, он сразу же уважительно обратился к дедушке Цзи и лично проводил его в свой кабинет. Он шёл медленно, соответствуя темпу старика, даже немного отставая, чтобы выразить своё почтение.

Люди, которые видели эту сцену, были очень удивлены. Они гадали, что могло заставить главнокомандующего так почтительно относиться к этому старику. Большинство военных не были знакомы с ним. Они быстро отправили своих людей тайно разузнать о нём, опасаясь, что в военный округ приедут какие-нибудь важные персоны для проверки.

Хотя главнокомандующий не был солдатом под командованием дедушки Цзи, это не мешало ему проявлять уважение к старому генералу. Старик был одним из основателей страны и лидером, благодаря которому китайская нация процветает, а также одним из создателей китайской военной системы. Он многое сделал ради китайской нации и его вклад был достоин уважения. Хотя он и не знал, как старик оказался здесь, он понял, что случилось что-то важное, раз он приехал лично. Несмотря ни на что, он должен решить всё должным образом.

Главнокомандующий сначала пригласил дедушку Цзи присесть и налил ему чашку чая. Затем он сел напротив старика и спросил: «Старый генерал Цзи, по какому поводу вы пришли сегодня? Чтобы это ни было, просто скажите мне, я обязательно отнесусь к этому со всей серьезностью».

Дедушка Цзи отхлебнул чаю и сказал: «Я не стану ходить вокруг да около. Я пришёл сюда сегодня, чтобы обсудить вопрос о том, что кто-то влияет продвижение по службе в военном штабе. Я всегда думал, что подобные злоупотребления невозможны в народной армии. Кто же знал, что реальность окажется слишком разочаровывающей!»

Главнокомандующий был потрясён словами дедушки Цзи: «Как же так? Старый генерал Цзи, может произошло какое-то недоразумение?»

«Недоразумение? О!» — дедушка Цзи внезапно хлопнул ладонью по столу, и вскрикнул. Его жест был особенно пугающим. — «Если бы у меня не было доказательств, я бы к тебе не обратился! Я хочу знать, знаком ли ты с людьми, которые стоят за этим. Пренебрегаешь ли ты управлением или просто закрываешь на это глаза!»

Когда старик был молод, он был вспыльчивым. Он был страшен в гневе. Солдаты под его командованием были обучены беспрекословно подчиняться его приказам. Даже сейчас некоторые из них приходили в ужас, когда видели, что он о чём-то беспокоится. Теперь, когда старый генерал стал старше, он редко выходил из себя, но иногда мог вспылить так, что всем становилось неловко.

Главнокомандующий прижал руку к сердцу и сказал: «Старый генерал Цзи, как я могу просто закрывать глаза на такое? Я никогда не позволю войскам под моим командованием злоупотреблять властью! Армия — это важная линия обороны, обеспечивающая безопасность народа. Всё должно зависеть от способностей. Если продвижение по службе в армии зависит от связей, как можно гарантировать безопасность людей и государства?»

Главнокомандующий наконец заставил старика умерить свой пыл. На самом деле он знал, что главнокомандующий не будет участвовать во взяточничестве. Однако человек, занимающийся подобными вещами, не может занимать незначительную должность, поэтому это дело на 80% зависит высокопоставленных лиц. Этим занимались люди в его подчинении, и в конечном счёте просто сообщали ему о результатах. Старик холодно сказал: «Ты всё ещё осознаёшь важность этого дела. Я был прав, решив поговорит с тобой. Хоть ты этого и не знал, но ты тоже несёшь ответственность за те глупости, которые совершают твои подчиненные. Ты должен тщательно всё расследовать. Наказание не должно быть мягким! Пусть все увидят, что армия абсолютно справедлива, что всё здесь решается в зависимости от способностей!»

«Да, старый генерал Цзи, можете вздохнуть с облегчением. Я никому не позволю заниматься подобными вещами», — главнокомандующий понял, что кто-то в армии вмешался в предстоящее продвижение по службе. Он задумался об этом и вспомнил, что ближайшее продвижение было запланировано только в спецназе.

Подумав об этом, главнокомандующий немедленно позвонил, быстро объяснил ситуацию своим людям, и приказал провести тщательное расследование и повторную проверку всех результатов предстоящего перевода. Он приказал не давать никому поблажек, и строго наказать виновных.

Его приказ прозвучал слишком сурово, и подчинённые сразу поняли всю серьёзность ситуации. Они внезапно перевернули всё с ног на голову и не осмелились схалтурить. Они взялись за дело с энтузиазмом и серьёзно его изучили. Работая сверхурочно, они строго рассмотрели каждый приказ о переводе, никого не упуская.

После того как главнокомандующий объяснил подчиненным, что произошло, он пообещал старику: «Старый генерал Цзи, я обязательно тщательно изучу этот вопрос. Кто бы это ни был, я его не отпущу. Дайте мне два дня, и я дам вам удовлетворительный ответ, а также дам удовлетворительные объяснения стране, народу и всем солдатам».

Дедушка Цзи был человеком, который трезво оценивал ситуацию. Увидев, что главнокомандующий обязательно позаботиться обо всём, чтобы не стыдиться перед другими людьми, старик встал, опираясь на трость, и вышел за дверь. Он не выглядел неуклюжим, и его манера держаться чисто и честно была присуща генералам. Однако главнокомандующий не осмелился действовать небрежно и лично занялся этим вопросом.

Естественно, такое строгое расследование, никого не оставило в стороне. Независимо от отношений и статуса вовлечённых лиц, все приказы проверялись дважды, и приказ Вэнь Чжан И, естественно, входил в их число.

На этот раз, даже если бы семье Лю повезло, они не смогли бы ничего сделать. Так что вскоре решение о повышении Вэнь Чжан И было поставлено под сомнение. Для этого не было никаких оснований. Среди всех кандидатов Вэнь Чжан И не был лучшим. По крайней мере, с точки зрения личных качеств и военных навыков он сильно уступал Цзи Яну.

Приказ о повышении Вэнь Чжан И был немедленно отменён, а руководство, причастное к его принятию, подверглось расследованию, в том числе и глава семьи Лю. Хотя руководство, которое могло отдавать приказы, не состояло из обычных людей, разумно было предположить, что ничего бы не произошло, но на этот раз главнокомандующий лично проводил проверку. Если бы только у них были связи прочнее, чем у главнокомандующего, им не пришлось бы подвергаться допросам и расследованиям.

Помимо непосредственного руководства и семьи Лю, этот инцидент затронул многих. Они понимали всю серьёзность ситуации. Взвесив все «за» и «против», они, естественно, не стаи снова принимать сторону семьи Лю и не осмелились ничего скрывать. Что касается семьи Лю, то они ничего не могли сделать с тем, что их сдали.

В конце концов, факт о том, что место Цзи Яна в качестве кандидата на повышение занял Вэнь Чжан И было раскрыто. То, что в этом была замешена семья Лю было обнародовано перед общественностью. В первую очередь главу семьи Лю взяли под стражу, и Вэнь Чжан И, естественно, не мог избежать той же участи. Их строго охраняли, ограничивая личную свободу, а остальным членам семьи не разрешали их навещать.

Всё члены семьи Лю были до ужаса напуганы этой серией жестоких действий, и переживали о главе семьи Лю и Вэнь Чжан И, которые находились под стражей. Мать Лю Цзы Кай была напугана до смерти.

«Как такое могло произойти? Почему решение снова пересмотрели?» — мать Лю Цзы Кай пробормотала что-то себе под нос. Она не понимала в чём была причина. Не то чтобы такого не случалось раньше, но до этого никогда не было никаких проблем. Не говоря уже о том, что решение уже было принято. Почему же его решили пересмотреть? Неужели кто-то нацелился на их семью Лю?

Лю Цзы Кай выглядела не лучше матери и была даже более растеряна, чем она. Она как безголовая муха, бесцельно жужжала, и даже не обращала внимание на своего ребенка. Она тоже не могла понять, почему так происходит. Судя по статусу и связям её отца, расследование не должно было произойти. Вышестоящие люди не всегда смотрят на процесс, им важен результат!

«Должно быть, кто-то намеренно хочет навредить нашей семье Лю, иначе штаб не стал бы так поступать».

Мать Лю Цзы Кай тоже считала, что кто-то намеренно пытается им насолить. У этих людей были личные связи с главнокомандующим, отдавшим приказ. Главнокомандующий не из тех, кого можно так легко сдвинуть с места. Даже семья Лю не могла спокойно говорить в присутствии главнокомандующего.

«Кто мог так сильно встревожить главнокомандующего? Среди тех, у кого плохие отношения с нашей семьёй Лю, не должно быть таких выдающихся связей».

Лю Цзы Кай прикусила нижнюю губу и вдруг вспомнила о семье Цзи Яна, с которой они конфликтовали в последнее время. Она сказала: «Мама, может, это сделал Цзи Ян? Их семья ненавидит нас, так что это возможно».

Мать Лю Цзы Кай покачала головой: «Невозможно, этот Цзи Ян — обычный человек. Как бы ему удалось повлиять на главнокомандующего? Как ты думаешь, сможет ли обычный человек с улицы увидеться с главнокомандующим?»

Лю Цзы Кай тоже задумалась об этом, внезапно дав выход своему гневу и раздражительности: «Кто это? Кто мог подставить нашу семью Лю?!»

Мать Лю Цзы Кай внезапно вскочила с дивана: «Нет, я должна вернуться и найти твоего дедушку, чтобы всё проверить. В любом случае, мы должны выяснить, что происходит, чтобы у нас был шанс спасти твоего отца и Чжан И».

Лю Цзы Кай, кажется, внезапно обрела надежду: «Да, мой дедушка ушёл на пенсию, но его связи всё ещё работают. Он должен всё разузнать, воспользовавшись своими связями. Ты должна попросить дедушку узнать, кто хочет подставить нашу семью».

Дедушка Лю Цзы Кай по материнской линии был ветераном революционной армии. Большинство людей шли ему навстречу. Он легко мог попросить о чём-угодно. Поэтому после долгих уговоров, хотя дедушка Лю был очень зол из-за того, что они искали личной выгоды, но в конце концов ради своей дочери, он смог воспользоваться своими старыми связями и всё выяснить.

В результате полученная информация оказалась слишком невероятной. Он узнал о связи между Цзи Яном и старым генералом Цзи. Что ещё тут было не понятно? Семья Лю использовала нечестные методы, украв продвижение по службе внука семьи Цзи. Другой стороне даже не нужно было ничего делать. Им ещё повезло, что было просто проведено тщательное расследование!

Лю Вай Гун немедленно вернулся домой, чтобы расправиться с матерью Лю Цзы Кай.

Когда мать и дочь семьи Лю узнали от дедушки Лю, кто такой Цзи Ян, они так и сели на диван, не в силах поверить своим ушам.

«Папа, ты не врешь? Цзи Ян действительно внук старого генерала Цзи Ан Шаня? Как такое возможно?» — мать Лю Цзы Кай надеялась, что её отец что-то неправильно понял.

Лю Вай Гун убрал руку, скрывающую лицо, и громко стукнул кулаком по столу: «Почему это невозможно?! Ты целыми днями только и делаешь, что злоупотребляешь властью! Тебе дано это право, чтобы приносить пользу людям, а не для того, чтобы искать выгоду для собственного благополучия. Если бы я раньше знал, чем ты занимаешься, то переломал бы тебе ноги!»

Мать Лю Цзы Кай испугалась и вжала голову в плечи. Такой старый революционер, как её отец, ненавидел стремление к власти. Поэтому, всё это они делали в тайне от старика. Откуда им было знать, что настанет день, когда они больше не смогут помочь себе сами?

Мать Лю Цзы Кай сказала: «Папа, мы правда не знали, что Цзи Ян внук старого генерала Цзи. Если бы мы знали, то никогда бы так не поступили с ним».

Лю Вай Гун не мог удержаться от того, чтобы не дать дочери пощёчину: «Ты бы не сделала этого, если бы знала? А если бы у него не было поддержки такой влиятельной семьи, ты могла бы спокойно присвоить чужие заслуги! Посмотри на Цзи Яна, у него такая влиятельная семья, в отличии от тебя. Тогда почему на протяжении многих лет никто ничего не знал об этом? Он полагался только на себя, а ты пользуешься своим правом, чтобы извлечь выгоду. Ничего удивительного в том, что ты попала в беду!»

Мать и дочь Лю не осмелились возразить Лю Вай Гуну, слушая его ругань. Когда старик немного остыл, мать Лю Цзы Кай взмолилась: «Папа, мы поступили неправильно, но что сделано, то сделано. Ты просто должен найти способ спасти нас, мы обещаем, что в следующий раз такого не повторится».

Лю Вай Гун вздохнул и устало махнул рукой: «Я ничем не могу помочь. Я не могу сказать ни слова. На этот раз вам суждено усвоить урок».

Мать и дочь Лю внезапно побледнели, и их охватила слабость.





Глава 78




После этого инцидента одобренный список кандидатов на повышение был отменён, а новые кандидаты на продвижение по службе были распределены в соответствии с принципом честности и справедливости. На этот раз никто не осмелился даже пошевелить пальцем, замышляя что-то коварное.

Наконец, повышение вернулось к Цзи Яну, и вскоре был издан официальный документ.

К этому времени все узнали, что Цзи Ян связан с дедушкой Цзи. Все в военном городке были ошеломлены и поражены скромностью Цзи Яна.

Тан Тан тоже была потрясена, но не из-за отношений между Цзи Яном и дедушкой Цзи, а из-за влиятельности дедушки Цзи. Старик легко решил такую серьёзную проблему, ничего им не сказав. Она услышала, что весь военный округ перевернулся с ног на голову из-за пары слов старика. Дедушка Цзи был слишком влиятельным.

Сначала она знала только то, что у дедушки Цзи были определенные связи и полномочия. Кто же знал, что статус этого старика окажется настолько велик. В своё время старик был настоящим генералом. Число людей, подчинявшихся ему одному, превышало десятки тысяч человек.

Тан Тан внезапно почувствовала, что все члены её семьи подобны великим богам, даже Цзи Сяо Чжо и Но Но. Двух маленьких малышей, которые ещё ходили в детский сад, не следовало недооценивать. Нынешнее будущее было слишком необыкновенным, и люди здесь достигли уровня богов.

Конечно, сама она, естественно, не включала себя в ряды богов. Казалось, она тянула всю семью вниз.

Тан Тан смущённо опустила глаза. Единственное, за что она была благодарна, — это за то, что теперь она стала красивой. В противном случае она действительно снизила бы ценность семьи до уровня ниже среднего.

Подумав об этом, она, казалось, была единственной, кто тянет семью вниз. Единственное в чём она была не хуже — это внешность. Похоже, в будущем ей не удастся расслабиться. Она должна стать такой же красивой, как говорила Цзи Юэ. Даже если у тебя есть талант, его всё равно нужно поддерживать.

Поэтому Тан Тан каждый день ухаживала за собой, а её вес находится под контролем и составлял ровно пятьдесят два с половиной килограмма. Именно такой вес позволял ей оставаться стройной, не теряя при этом привлекательности, а её лицо выглядело пухлым и красивым.

Кроме того, Тан Тан тайком пряталась в ванной после душа, и наносила крем на свою грудь. Она надеялась, что её тело будет выглядеть ещё привлекательнее. Ведь когда её грудь становится больше, взгляд Цзи Яна кажется более горячими.

Короче говоря, Тан Тан совсем не была похожа на себя прежнюю. Незнающие люди, посмотрев на Цзи Яна, подумали бы, что он развелся со своей уродливой женой и женился на красивой.

Цзи Ян, естественно, заметил, что в последнее время Тан Тан стала больше интересоваться красотой. Когда он понял, о чём думает его милая маленькая женушка, то с радостью рассмеялся и обнял эту милую глупышку, а затем поцеловал её. Её новое увлечение нашло поддержку с его стороны. В конце концов, его жене нравилось быть красивой, но в итоге она старалась для него, и он наслаждался этим.

Очень быстро прошло полмесяца. К этому времени появились результаты по делу Вэнь Чжан И. Все, кто был причастен к замене кандидатов на повышение понесли определённое политическое наказание. Глава семьи Лю и Вэнь Чжан И были с позором уволены из армии. В этой жизни они не смогут вернуться на службу в войсках и все их военные заслуги были потеряны.

Когда Тан Тан услышала эту новость, её настроение не изменилось. Такое наказание они заслужили. Единственное, что её волновало — это Но Но. Вэнь Чжан И хотел уехать из военного городка и, естественно, хотел забрать Но Но. Значит ли это, что их семья не сможет быть вместе с Но Но?

Каждый раз, когда она думала о том, что не сможет видеться с малышкой Но Но, Тан Тан хотелось плакать. Ведь Но Но для неё стала почти как родная дочь. Как она могла отпустить её?

Семья Цзи задумалась о том, что Но Но вот-вот уедет, и настроение у всех стало подавленным. Они смотрели на Но Но и в их взгляде читалось разочарование. Цзи Сяо Чжо узнал об этом и испугался, поэтому по ночам он держал её, не отпуская. Как только кто-то стучал в дверь их квартиры, он первым выбегал спросить, кто там, опасаясь, что это кто-то из семьи Лю пришел за Но Но.

Все выглядели неважно, поэтому позволяли Сяо Чжо делать то, что он хотел.

В конце концов, день отъезда должен был наступить. В тот день, когда Вэнь Чжан И окончательно уволился, в дверь семьи Цзи позвонили.

Словно по наитию Но Но бросилась к Тан Тан на руки, а Цзи Сяо Чжо, повинуясь условному рефлексу, побежал к двери. Он осторожно и нервничая спросил: «Кто там?»

Человек за дверью на мгновение замер и ответил: «Сяо Чжо, это дядя Вэнь, отец Вэнь Но».

Тело Цзи Сяо Чжо мгновенно напряглось, и его маленькие кулачки сжались. Нужно было действовать быстро: «Зачем вы пришли? Уходите, наша семья вам не рада».

Человек за дверью внезапно онемел. Через некоторое время он снова постучал в дверь. «Малыш, открой дверь, мне нужно кое-что сказать Вэнь Но, и я уйду, когда закончу».

Цзи Сяо Чжо по-прежнему отказывался открывать дверь и громко закричал: «Если вам что-то нужно, говорите снаружи. Вам не разрешено входить!»

Человек за дверью снова потерял дар речи.

Увидев это, Цзи Ян вздохнул. Он подошёл и взял на руки малыша, выражающего свою неприязнь: «Сяо Чжо, успокойся! Бесполезно так себя вести».

Цзи Сяо Чжо вдруг надул губы, и в его глазах блеснули слёзы. Он уткнулся головой в плечо отца и прошептал так, чтобы его слышал только он: «Папочка, я не хочу, чтобы Но Но уходила. Папочка, умоляю тебя. Пусть она останется».

Отец закрыл глаза и похлопал малыша по спине. Затем он протянул руку и открыл дверь. Он пригласил войти Вэнь Чжан И, одетого в гражданскую одежду.

Вэнь Чжан И был очень смущён. Он слегка улыбнулся Цзи Яну и медленно вошёл. Затем он задержал взгляд на Но Но. В его глазах появилось сложное выражение, которого никто не понимал.

Спустя долгое время Вэнь Чжан И обратился к Цзи Яну: «Удобно ли тебе будет выйти и поговорить?»

Цзи Ян обдумал его предложение и кивнул. Он опустил Цзи Сяо Чжо, повернулся и последовал за Вэнь Чжан И. Они направились прямиком на тренировочную площадку у дома и свободно расположились на красной беговой дорожке, но никто из них не решался заговорить первым.

Казалось, прошла целая вечность. Солнце клонилось к западу и вот-вот должно было сесть. Вэнь Чжан И с улыбкой произнёс первое предложение: «Неужели я действительно заставляю людей смотреть на себя свысока?»

Цзи Ян взглянул на него, но ничего не сказал.

Вэнь Чжан И было всё равно, и он рассмеялся, что выглядело ещё более нелепо, чем слезы, текущие по его щекам: «Когда-то моей мечтой было стать солдатом, защищающим страну. В моём сердце было глубоко отпечатано бремя справедливости и честности. Я не знаю, когда я потерял всё это. С годами я сильно изменился. Я был ослеплен властью и силой. Я хотел сделать рывок, чтобы все, кто смотрел на меня свысока, признали меня. Я хотел показать тот великолепный путь, который принадлежал только мне, но, к сожалению, я решил положиться на помощь других. По сравнению с тобой я действительно потерпел неудачу. Я заслуживаю, чтобы ты смотрел на меня свысока».

Цзи Ян смотрел вдаль и тихо слушал.

«Сейчас я чувствую себя намного спокойнее. Я сам во всем виноват. Этот результат я заслужил. Мне нечего сказать. Я хочу решить проблему Вэнь Но до того, как уйду. Она — та, кого я подвел больше всего в своей жизни. Я плохой отец. Я не дал ей любви и того счастья, которых она заслуживает. Честно говоря, в глубине души я не очень-то её люблю. На самом деле она с детства была милой и красивой. Но я не обращал на это внимания. Я помню только, что она с детства любила разбирать вещи в доме, поэтому я был очень недоволен ею и много раз ругал. Теперь я понял, что не ко всем детям относишься одинаково. Например, мой сын тоже любит крушить дома всё вокруг, но я никогда его не ругал. Я действительно самый предвзятый отец в мире».

Цзи Ян кивнул в знак согласия: «Да, ты придурок. Ты отец Но Но, но по её поведению никогда бы не догадался, что у неё такой талант. Ты видел лишь то, что она разбирает вещи, но не наблюдал за ней. После того, как она разбирала их, она собирала их заново».

Вэнь Чжан И был ошеломлен: «Что ты имеешь в виду?»

Цзи Ян ответил вопросом на вопрос: «Но Но может собрать настоящий пистолет за одну минуту, совершенно не разбираясь в строении оружия. Ты знал?»

Вэнь Чжан И вдруг широко раскрыл глаза и недоверчиво посмотрел на Цзи Яна.

Цзи Ян был слишком ленив, чтобы смотреть на него, и в его тоне не было и намёка на насмешку: «Знаешь ли ты, насколько силён талант Но Но? Знаешь, как много она сможет достичь, если её обучить? Но когда ей понадобился отец, чтобы раскрыть её талант и поддержать, вместо этого ты начал упрекать её и ненавидеть».

Вэнь Чжан И долго не мог вымолвить ни слова, он был потрясён до глубины души. Ему потребовалось много времени, чтобы переварить эту новость. Он сразу же улыбнулся, но улыбка была такой же уродливой, как и его слёзы. Он схватился за лицо и всхлипнул: «Мне жаль её. Я не заслуживаю быть её отцом. К счастью, она встретила вашу семью, спасибо вам за то, что вы так добры к моей дочери».

«Тебе не нужно благодарить нас. Мы хорошо относимся к Но Но, потому что она нам нравится».

Вэнь Чжан И кивнул: «Да, я знаю, она тебе действительно нравится. На самом деле я пришёл сюда, чтобы кое о чём тебя попросить. Я вижу, что Но Но не хочет уходить со мной. Ты ей очень нравишься, поэтому я не хочу забирать её с собой. Если можешь, пожалуйста, продолжай заботиться о Но Но».

Для Цзи Яна эти слова были неожиданностью, и он не ожидал, что Вэнь Чжан И скажет их.

Вэнь Чжан И беспомощно закрыл глаза: «На этот раз с семьёй Лю покончено. Семья Лю тоже меня ненавидит. Я готов жить с Лю Цзы Кай, но она не примет Вэнь Но. Последствия того, что ребенок последует за мной, будут серьёзнее, чем раньше. Мне очень жаль малышку, и я не хочу и дальше жалеть её. Поэтому я прошу тебя помочь мне позаботиться о ней».

«Ты уверен?»

Вэнь Чжан И решительно кивнул: «Это то, что я могу сделать для Вэнь Но».

Цзи Ян показал редкую улыбку, ведь эта новость обрадовала его. В конце концов, Вэнь Чжан И сделал что-то хорошее перед отъездом.

Поэтому он согласился без колебаний.

Вэнь Чжан И улыбнулся. Он знал, что семья Цзи Яна определенно согласится на это. Все в их семье обладали справедливым и храбрым характером солдата.

Цзи Ян радостно вернулся домой. Под пристальными взглядами всех членов семьи он рассказал хорошую новость. Внезапно все, включая дедушку Цзи, заулыбались, а Цзи Сяо Чжо был так счастлив, что чуть не продырявил пол, радостно прыгая вокруг.

Но Но поняла, что ей не нужно уезжать. Она могла остаться и жить здесь дальше. Спустя три минуты маленькая девочка, которая редко выражала эмоции, присоединилась к Цзи Сяо Чжо и запрыгала рядом с ним.

Глядя на двух счастливых детей, вся семья Цзи наконец-то воспрянула духом, и настроение у всех стало очень хорошим.

Увидев это, Цзи Ян вдруг предложил: «Тан Тан, давай отведем детей на прогулку».

Тан Тан и двое детей одновременно уставились на него сияющими глазами.

Цзи Ян вдруг подумал, что никогда ещё не водил семью на прогулку, и ему стало очень неловко: «Моя травма скоро заживет. Я не смогу оставаться с вами, когда окончательно выздоровею. Поскольку у меня есть свободное время, я могу отвезти вас в парк развлечений. Поехали».

Глаза Цзи Сяо Чжо тут же загорелись. Он как пуля, бросился к Цзи Яну и обнял его за ноги: «Папочка, а где мы будем играть? Ты можешь отвезти нас в Диснейленд?»

«Что думают остальные? Вы тоже хотите поехать в Диснейленд?» — Цзи Ян посмотрел на Тан Тан и Но Но.

Одна большая, а другая маленькая, но обе женщины кивнули.

Мы тоже хотим!

Цзи Ян рассмеялся и сразу же принял решение: «Хорошо, давайте поедем в Диснейленд».

«Да», — Цзи Сяо Чжо сегодня был очень счастлив, Но Но не только сможет остаться с ними, но и он поедет в долгожданный Диснейленд. Он был слишком счастлив.

Остальные члены семьи Цзи заразились восторгом от Цзи Сяо Чжо. Даже дедушка Цзи с нетерпением ждал этого события, но он не хотел играть, он просто предвкушал время семейного путешествия.

Цзи Ян сразу же забронировал билеты онлайн и составил маршрут поездки, а Тан Тан отвечала за сбор необходимого багажа для всей семьи. Двое детей отвечали за сбор своих маленьких рюкзачков.

Вся семья два дня с энтузиазмом готовилась к поездке, и всё было готово.

Однако всего за день до отъезда у Тан Тан зазвонил телефон. Ей позвонили с охранного поста и сказали, что к ней приехали три человека по фамилии Тан.

Тан Тан тут же изменилась в лице. Первой реакцией было то, что это Тан Ми. В конце концов, Тан Ми уже приходила к ней. Почему она здесь, она всё ещё не сдалась?

Лицо Тан Тан было не таким, как обычно. Цзи Ян обеспокоенно коснулся её лба: «Что случилось? Кто звонил?»

Тан Тан сжала губы: «Мне сказали, что ко мне приехали три человека с фамилией Тан, я думаю — это Тан Ми».

Цзи Ян тут же нахмурился и проводил Тан Тан за дверь: «Ничего, я пойду с тобой».

Тан Тан почувствовала облегчение, когда Цзи Ян решил сопроводить её. Она чувствовала себя более непринужденно. Подойдя к воротам, она увидела Тан Ми. Тан Ми крепко держала за руку высокого и красивого мужчину с холодным взглядом. Тан Тан знала его, это был тот самый парень, который ей раньше нравился, и сейчас она почувствовала себя неловко. Однако теперь она ничего к нему не чувствовала. Она лишь мельком взглянула на него и перевела взгляд на третьего человека.

Мужчина был средних лет со стройной фигурой, утончённой элегантностью и мягким характером. Он был похож на добродушного профессора. Однако Тан Тан привлекал не его характер, а черты лица мужчины. Его внешность была похожа на её нынешнюю внешность. Даже не спрашивая, Тан Тан могла легко определить кем был этот мужчина. Этот мужчина должно быть биологический отец настоящей Тан Тан.

Но что он хочет сделать, придя сюда лично? Тоже хочет попросить меня о пересадке почки?

Сердце Тан Тан сжалось. Цзи Ян почувствовал, что ей не по себе. Он сжал её руку, показывая, что с ней всё будет в порядке.

Цзи Ян заговорил от имени Тан Тан и спросил у трех гостей: «По какому делу вы приехали?»

Взгляд отца Тан Тан лишь на секунду задержался на лице Цзи Яна. Когда он увидел лицо Тан Тан, в его глазах промелькнуло легкое удивление. Женщина, которая стояла перед ним, выглядела не так как он помнил. Это была не та его вульгарная и некрасивая дочь — это был вообще другой человек.

Девушка перед его глазами выглядела здоровой и ласковой, нежной и тихой. Она была очень красивой. Слова, которые использовались для описания Тан Тан оставшейся в его памяти, были не применимы к этой женщине. Это заставило его засомневаться, действительно ли эта девушка его дочь Тан Тан? Но в глубине души он не мог этого отрицать, потому что она была очень похожа на него.

Когда Тан Тан стала такой?

Тан Ми и Цзи Ши Юэ, стоявшие позади отца Тан Тан, были удивлены, увидев Тан Тан в этот момент. Они думали так же, как отец Тан Тан.

Увидев, что ему никто не отвечает, голос Цзи Яна внезапно стал холодным: «Если вам нечего сказать, пожалуйста, уходите. У нас ещё есть дела, и нет времени развлекать вас».

Отец Тан Тан был недоволен тем, как Цзи Ян говорил с ними, но он перевел взгляд на Тан Тан и сказал: «Тан Тан, думаю, ты знаешь зачем твой отец пришёл сюда. Твоя мать очень больна, у неё проблемы с почками. Это может быть опасно для жизни. Можешь ли ты помочь своей матери?»

Если бы настоящая Тан Тан была сейчас здесь, она бы определенно не согласилась. Уголок губ Тан Тан дернулся, и она ответила на слова отца без тени симпатии: «Я уже говорила много раз. Я не имею к вам никакого отношения, а значит ваши дела не имеют ко мне никакого отношения».

Отец Тан Тан глубоко вздохнул: «Тан Тан, я знаю, ты винишь нас, и нам нечего сказать в ответ, но я лишь прошу тебя спасти свою мать. Не важно, чего ты хочешь, и как сильно, я сделаю это!»

Тан Тан вдруг стало грустно за настоящую Тан Тан. Какое место она занимала в сердцах своих отца и матери? Неужели они считают её человеком, готовым пожертвовать собой ради денег? Они до сих пор думают, что могут распоряжаться её жизнью, используя своё положение в обществе? К счастью, она уже не та Тан Тан, которая была изначально, и не будет грустить из-за этого.

«Мистер Тан, мне не нужны деньги. Если я попрошу, мой муж даст их мне. Мне не нужно, чтобы кто-то другой давал их мне. Более того, мне вообще ничего не нужно. Моя жизнь прекрасна, и я надеюсь, что вы перестанете меня беспокоить».

Лица трёх гостей вытянулись, глядя в глаза Тан Тан с глубоким разочарованием и отвращением. Отец Тан Тан собрался что-то сказать, но Тан Ми опередила его и обратилась к Тан Тан: «Как ты можешь так поступать? Послушай, это же твоя родная мать! Ты единственная, кто может ей помочь, но ты слишком жестока и отказываешься её спасать. Разве тебя не будет мучать совесть?»

Тан Тан уже готова была ответить, но Цзи Ян взял её за руку и с невозмутимым видом сказал: «Госпожа Тан, почка моей жены, возможно, и не подойдёт тёте Тан. Всё это лишь ваши догадки. Пожалуйста, будьте осторожны в своих словах».

Тан Ми не могла опровергнуть первое утверждение Цзи Яна, но могла опровергнуть второе. Она сразу же сказала: «Почка Тан Тан и почка моей матери полностью совместимы, их можно пересадить с вероятностью в 100 %!»

Мужчина прищурился и посмотрел на Тан Ми: «Госпожа Тан, моя жена не обращалась в больницу, чтобы узнать подходит ли она в качестве донора. Почему вы так уверены?»

Тан Ми уже не могла думать ни о чём другом и быстро достала из сумки медицинское заключение, а затем показала его мужчине: «Это результаты осмотра Тан Тан. Они показывают, что её почка идеально подходит моей матери. Она может стать донором».

На белом листе была указана информация о Тан Тан, и это действительно было медицинское заключение об осмотре Тан Тан.

Тан Тан была поражена. Она не ходила в больницу на подобный осмотр. Где они взяли эти результаты?

Цзи Ян уставился на документ в руке Тан Ми, и его взгляд, казалось, пылал огнём. Он спросил, проговаривая каждое слово: «Где ты взяла это заключение?»

Тан Ми была потрясена взглядом Цзи Яна. Она держала заключение в руке и нервно ответила: «Я не знаю, откуда оно взялось. Сегодня утром его положили прямо в наш почтовый ящик у двери».

Тан Ми сказала правду: она не знала, кто положил его в почтовый ящик, но для них это было не важно. Важно было то, что семье Тан нужно было его содержание. Это медицинское заключение для семьи Тан, было необходимо, как своевременный дождь, поэтому они поспешили найти Тан Тан.

Тан Тан в панике посмотрела на Цзи Яна: «Муженек, я не ходила в больницу, чтобы пройти это обследование, откуда взялись эти результаты?»

Цзи Ян тоже этого не понимал, но он заметил, что медицинское заключение в руках Тан Ми, не содержало информацию о больнице, то есть оно было сделано тайно. Этому было только два объяснения. Первое — это заключение ложное. Второе — заключение соответствует действительности, но его провели без ведома Тан Тан.

Интуитивно Цзи Ян склонялся ко второму варианту. Если бы это был первый вариант, его можно было бы легко опровергнуть, проведя настоящую проверку. Это не стоило бы всех усилий тех, кто за этим стоит.

Но если это медицинское заключение правдивое, то кто обследовал Тан Тан, да так, что никто об этом не узнал?





Глава 79




Цзи Яну не приходило на ум, кто бы мог это сделать, но независимо от того, правда это или нет, Тан Тан не станет помогать этим людям.

Тан Тан не является членом семьи Тан. Она — человек из семьи Цзи. Она — неотъемлемая часть этой семьи.

Эти мысли пронеслись в голове Цзи Яна в мгновение ока, он обнял Тан Тан за талию, и на его лице не отразилось никаких эмоций: «Неважно, откуда пришли эти результаты, неважно, насколько они правдивы, но раз Тан Тан была изгнана из вашей семьи, то теперь она просто член семьи Цзи. У неё нет ни обязательств, ни ответственности перед вами. Пожалуйста, не вмешивайся в нашу жизнь».

Трое гостей напротив теряли самообладание.

«Тан Тан!» — Тан Ми вскрикнула от разочарования, и задрожала от волнения. — «Тебе правда не жаль? Даже если ты говоришь, что человек, которому нужно спасти жизнь, не твоя биологическая мать, а просто обычная незнакомка. Я думаю, для обычного незнакомца ты не сразу, но решилась бы спасти жизнь. Но, когда дело касается твоей биологической матери, ты без колебаний откажешься? Ты не можешь дать ей даже проблеск надежды! Ты мстишь так?»

Тан Тан спокойно выслушала её и не спешила возражать. Тан Ми была права: если бы в этот момент спасения ждал обычный незнакомец, она бы задумалась, стоит ли спасать ему жизнь. В глубине души Тан Тан считала, мать Тан Тан обычной незнакомкой. Она раздумывала, стоит ли помогать ей, и втайне взвешивала риски операции по пересадке почки и возможные осложнения после неё. Она узнала, что многим людям делали такую операцию, но после операции возникают проблемы с работой мочевыделительной системы, а также часто случаются послеоперационные инфекции. Короче говоря, трансплантация почки не на 100 % безопасна, и вероятность возникновения проблем высока.

Если во время операции что-то пойдёт не так или что-то случится после неё, кто позаботится о её муже и детях? Она не хотела их бросать, они — её жизнь, поэтому она не хотела этого делать.

Не причиняя вреда себе, Тан Тан готова сделать всё возможное, чтобы помочь другим, но если что-то навредит ей, то она не сможет этого сделать. Она была самым обычным эгоистичным человеком.

Тан Тан вздохнула и попыталась рассуждать логически: «Тан Ми, думаю, ты должна понимать это лучше меня, каковы риски операции по пересадке почки и проблемы после операции. Так что, ты подумала о моей безопасности? Ты заботишься только о себе. Я могу понять, ведь это твои близкие, но у меня тоже есть возлюбленный и родные. Мой муж и дети очень нуждаются во мне и не могут без меня обойтись. Если у меня возникнут проблемы или я буду болеть всю оставшуюся жизнь, что будет с моими близкими? Вы подумали обо мне?»

Тан Ми не знала, что ответить и прикусила нижнюю губу. Конечно, она знала об операции и проблемах после неё. Врач уже очень ясно сказал им об этом, но они всё равно не хотели терять ни малейшей надежды, потому что не могли смириться с тем, что мать Тан Тан оставит их. В любом случае, им предстояла операция, но они не думали об этом с точки зрения Тан Тан, и они никогда не думали о безопасности Тан Тан, потому что Тан Тан в их сердцах — просто посторонний человек.

Эта мысль заставила Тан Ми почувствовать себя немного смущенной.

Молчание Тан Ми заставило Тан Тан рассмеяться: «Вы заботитесь только о безопасности своих близких, но никогда не думали обо мне, потому что в ваших сердцах я ничего не значу, я — просто посторонний, верно?»

Тан Тан удалось повлиять на мысли трех гостей, и никто не смог открыто ничего опровергнуть.

Тан Тан продолжила: «Однако, такова человеческая природа, люди эгоистичны, никто не может нас винить за это. Но я такая же, я тоже эгоистка, и в глубине души вы тоже посторонние для меня. Мой муж и дети — мои любимые люди, так почему я должна идти на такой серьезный риск ради постороннего человека?»

«Но … но…» — Тан Ми не могла опровергнуть слова Тан Тан, но, если она не будет возражать, у её матери не останется надежды. Взволнованная, Тан Ми сказала. — «Но она не посторонний человек, она твоя родная мать, которая вынашивала тебя девять месяцев, верно?»

Тан Тан не злилась, она была очень спокойна и спросила: «Так ли это? Тан Ми, относишься ли ты к своей биологической матери из провинции Юньнань также, как к нынешней матери?»

Эта тема была запретной для Тан Ми, её лицо внезапно изменилось, и она неосознанно отступила назад. К счастью, Ши Юэ вовремя помог ей и поддержал. Увидев свою жену в таком состоянии, Цзи Ши Юэ почувствовал досаду и угрожающе посмотрел на Тан Тан.

Тан Тан не испугалась его взгляда и продолжила безжалостно нападать: «Послушай, ты не относишься к своей биологической матери также, как к настоящей матери. Если твоей биологической матери понадобится, чтобы ты стала для неё донором почки, ты согласишься? Что? А твой возлюбленный и близкие согласятся?»

Тан Тан говорила мягко и тихо, без какой-либо агрессии, но при этом легко могла загнать человека в тупик. Три гостя напротив неё сейчас чувствовали именно это.

Им нечего было сказать.

В воздухе повисла странная тишина.

В такой обстановке Цзи Ян почувствовал себя лучше. Он не удержался, протянул руку и погладил Тан Тан по волосам. Он впервые обнаружил, что у его маленькой женушки есть такая агрессивная сторона. Она была довольно впечатляющей. Похоже, ему не стоило слишком беспокоиться о том, что в будущем её будут обижать.

Волосы Тан Тан были растрёпаны. Она поспешно бросила на Цзи Яна взгляд, который не предвещал ничего хорошего. Она медленно привела себя в порядок и посмотрела на трёх человек, стоявших напротив, чтобы подвести итог: «Я уже всё сказала. Не ищите в моих словах другого смысла, просто говорю вам правду: больше не поступайте так. Не пытайтесь использовать кровные узы, чтобы требовать от меня чего-то. Не приходите и не беспокойте меня снова и снова. Я не хочу иметь с вами ничего общего, просто хочу спокойно жить своей жизнью».

Тан Тан почувствовала, что уже сказала всё, что могла. Наконец она вздохнула, взяла Цзи Яна за руку и отвернулась.

Она сделала всего три шага, уходя, и вдруг услышала горестный и решительный крик отца: «Тан Тан...»

Тан Тан не хотела обращать на него внимание, но тут до неё донёсся приглушённый звук удара коленей о землю, а затем услышала удивлённые возгласы Тан Ми и Цзи Ши Юэ.

Тан Тан вдруг почувствовала боль в сердце, обернулась и увидела, что элегантный мужчина средних лет стоит на коленях и умоляюще смотрит на неё.

Цвет лица Тан Тан изменился. Неважно, что она не была настоящей Тан Тан, но он был отцом её тела. Как она могла позволить своему родному отцу стоять перед собой на коленях? Как она могла спокойно на это смотреть?

«Что ты делаешь?»

Глаза отца Тан Тан покраснели, из них потекли слёзы, а голос задрожал: «Тан Тан, я знаю, что ты нас ненавидишь, мы сожалеем о том, что сделали тебе. Во всём виноваты мы, но можешь ненавидеть только меня? Я лишь прошу тебя спасти свою мать. Я умоляю тебя, Тан Тан».

Закончив, отец Тан Тан не стал дожидаться реакции окружающих и тут же ударился головой о землю, издав громкий хлопок.

«Папа...» — Тан Ми была потрясена и протянула руку, чтобы помочь отцу. — «Папа, не надо так, вставай. Если кто и должен встать на колени, так это я, это всё из-за меня».

Отец Тан Тан разжал её ладонь: «Уходи, это не твоё дело. Мне жаль Тан Тан».

Тан Ми была так взволнована, что у неё покраснели глаза, и, проглотив комок гордости, она тоже присоединилась к отцу.

Ши Юэ ничего не сказал, потому что знал, что это тоже было своего рода убеждением. Он продолжал стоять рядом, не произнося ни слова. Его глаза были полны спокойствия.

Тан Тан была совершенно ошеломлена. В этой ситуации она какое-то время не знала, что делать.

Все трое сверлили Тан Тан и Цзи Яна взглядами. Эта сцена была слишком напряжённой. Вокруг собралось много людей, чтобы посмотреть на происходящее. Услышав слова отца Тан Тан, они посмотрели ему в глаза. Толпа зашепталась, и многие из них начали снимать происходящее на мобильные телефоны.

Это был скрытый способ угрозы!

Цзи Ян разозлился, и его зубы заскрипели от сдерживаемого гнева. Лицо его стало мрачным и пугающим, но он боялся напугать Тан Тан, поэтому погладил её по голове и сказал: «Иди домой, я сам разберусь».

Тан Тан покачала головой и обеспокоенно взяла его за руку: «Муженек, давай найдём место, где можно поговорить спокойно. Так не пойдёт».

Цзи Ян улыбнулся, погладил её волосы и сказал: «Я всё сделаю, не волнуйся. Иди домой, будь послушной».

Тан Тан на мгновение засомневалась, но в конце концов кивнула. На глазах у всех присутствующих она медленно вернулась домой, и шум позади неё постепенно стих.

* * *

Тан Тан с тревогой ждала Цзи Яна дома. Она ждала до середины ночи. Ночная тишина наконец нарушилась и раздался щелчок дверного замка. Тан Тан тут же вскочила с дивана и побежала к двери. Человек за дверью открыл её и вошел в дом.

«Муженек, ты наконец-то вернулся!» — увидев Цзи Яна, Тан Тан не удержалась и бросилась к нему в объятия.

«Что случилось? Эй, дай мужу пройти», — Цзи Ян улыбнулся, подхватил её на руки и занёс в дом, закрыв дверь ногой, а затем сразу отнёс её в спальню.

«Почему ты так поздно не спишь?» — Цзи Ян уложил в постель Тан Тан одетую в пижаму, он взял её холодные ноги и стал быстро их растирать.

У Тан Тан потеплело на сердце, и она спросила: «Почему ты так долго? Что случилось?»

Выражение лица Цзи Яна выглядело расслабленным: «Ничего, я со всем справился. Люди из семьи Тан больше не придут к тебе. Не волнуйся».

Он сказал это так легко, но Тан Тан не очень-то в это верила. Семья Тан такая настойчивая, они даже преклонили перед ней колени, как они могли так легко сдаться? Тогда Тан Тан не удержалась и спросила: «Как ты это сделал? Они правда сдались?»

Цзи Ян ухмыльнулся и ущипнул её за щёку: «Глупышка, твой муж всё уладит, не волнуйся».

Тан Тан поняла, что он не хотел ничего говорить ей. Она поджала губы и у неё не было другого выбора, кроме как прекратить расспросы и кивнуть.

«Хорошо», — Цзи Ян поцеловал её в лоб и со вздохом обнял. — «Тан Тан, нам придётся отложить наше путешествие на некоторое время, прости».

Тан Тан знала, что Цзи Ян собирается разобраться с этим делом, и, подняв голову, поцеловала его в подбородок: «Муженек, делай то, что нужно. Мы отправимся в поездку, когда закончишь со всеми делами. У нас ещё есть время. Я, наши дети и дедушка всё понимаем».

Цзи Ян улыбнулся, и вдруг взял Тан Тан на руки и пошел в ванную: «Почему моя жена так послушная? Мм? Твой муж сегодня хорошо позаботится о тебе».

Тан Тан было стыдно смотреть в глаза Цзи Яну, и мысли о проблемах семьи Тан улетучились из её головы, там остался лишь образ этого мужчины.

* * *

Час спустя Цзи Ян вышел из ванной с уставшей и заснувшей Тан Тан. Он аккуратно уложил её в постель, поцеловал в лоб, убедился, что она крепко спит, а затем оделся. Он вышел на балкон и закурил сигарету. Пламя зажигалки замаячило в темноте.

Он молча посмотрел на ночное небо, размышляя о том, что произошло сегодня вечером. Его переполнял гнев.

Его женщина — эта малышка, которую он полюбил всем сердцем, как они могли так с ней обращаться! Как они посмели!

После того как Цзи Ян прогнал семью Тан, он позвонил тому, кто мог бы разузнать о болезни матери Тан Тан. У этой женщины была поздняя стадия болезни — почечная недостаточность, её физическое состояние было очень тяжёлым, и физиотерапия уже не могла поддерживать её жизнь. Последней надеждой была трансплантация почки. Это могло ей помочь.

Изначально, учитывая финансовые возможности семьи Тан, найти донора почки было не так уж сложно, но у матери Тан Тан была особая группа крови, и подходящего донора было трудно найти. К несчастью, группа крови Тан Тан совпадала, поэтому семья Тан была так одержима Тан Тан.

Но это не та причина, по которой Цзи Ян так разозлился. Он злился из-за новостей, которые услышал недавно.

Состояние матери Тан Тан было очень тяжёлым, помимо проблемы с почками, у неё было множество других проблем со здоровьем. Поэтому, даже если удастся избежать риска после хирургического вмешательства, вероятность её выздоровления составит всего 50 %, а из-за других проблем со здоровьем у матери Тан Тан, даже если трансплантация пройдёт успешно, она проживёт не больше трёх лет.

Иными словами, в идеальной ситуации, гарантирующей отсутствие проблем во всех аспектах, матери Тан Тан осталось жить всего три года. Зная об этом, семья Тан всё равно хотела использовать здоровую почку Тан Тан и подорвать её здоровье ради этих трёх лет жизни. Они не отставали от Тан Тан в надежде на эти три года. Они пренебрегали её безопасностью, и даже встали на глазах у толпы на колени, унижаясь, лишь бы заставить Тан Тан согласиться.

В их глазах три года жизнь матери Тан Тан бесценны, а здоровье Тан Тан ничего не стоит. Цзи Ян подумал: если бы вместо Тан Тан, донором почки могла стать Тан Ми, стали бы они так решительно добиваться пересадки почки?

Не говоря уже о том, что Тан Тан — не настоящая Тан Тан, но даже если бы это была настоящая Тан Тан, это было бы крайне несправедливо. Какое право они имеют так с ней обращаться?

Ладно, хорошо.

Раз они не воспринимают Тан Тан всерьёз и продолжают давить на неё, не стоит его винить.

Цзи Ян сделал глубокий вдох и в мыслях начал просчитывать свои дальнейшие действия. Он смог успокоиться только после того, как на востоке взошло солнце. Цзи Ян достал телефон, нашёл номер Сунь И и набрал его.

Он вспомнил, что мать Сунь И — заместитель начальника налогового управления.

* * *

После того, как он повесил трубку, в комнате послышалось какое-то движение, и изнутри донесся сонный голос Тан Тан: «Муженек...»

Цзи Ян потер лицо и повернулся, чтобы войти в комнату. Он увидел, что Тан Тан сморщилась и потянулась к месту рядом с собой. Она, вероятно, не могла его найти, поэтому позвала его.

Цзи Ян улыбнулся и подошел к кровати. Он нырнул под одеяло и обнял её: «Твой муженек здесь, ещё рано, поспи ещё немного».

Тан Тан нашла того, кого искала и успокоилась. Она закрыла глаза и подняла голову, чтобы поцеловать его: «Поцелуй, муженек».

Днём Тан Тан была сдержанной и скромной, но во сне становилась как ребёнок, особенно перед Цзи Яном. Она неосознанно вела себя как избалованная маленькая девочка рядом с ним, но ему очень нравилось, когда она такая.

Он послушно поцеловал её в лоб, потом в нос и, наконец, в губы. Тан Тан осталась довольна. Она закрыла глаза и уснула.

Глядя на прекрасное лицо своей маленькой женушки, лежащей у него на руках, Цзи Ян почувствовал, что одной любви недостаточно. Он хотел дать этой малышке из другого мира всё самое лучшее, чтобы она не испытывала потрясений, не страдала и не смогла уйти от него. Поэтому он никогда не позволит, чтобы ей причинили какой-либо вред, в том числе из-за неизвестного медицинского заключения.

Кто же провел это обследование в тайне от Тан Тан?

Цзи Ян тщательно проанализировал последние дни. Он задумался, когда у Тан Тан была возможность столкнуться с медицинским оборудованием. Внезапно в его голове пронеслась картина, и зрачки сузились. На мгновение у него появилась догадка.

Это произошло в тот раз...





Глава 80




На следующий день Цзи Ян отвёз Тан Тан в больницу для комплексного обследования, и результаты обследования совпали с тем, что сообщила Тан Ми. Заключение было точно таким же, как и заключение, которое было у Тан Ми. Оно было верным.

Тан Тан посмотрела на медицинское заключение о своём обследовании и не смогла сдержать панику. Она нервно схватила Цзи Яна за рукав: «Муженек, похоже, что документы Тан Ми оказались настоящими, но как это возможно. Я никогда не ходила в больницу на обследование. Как ей удалось получить данные о здоровье человека без его ведома?»

«Не бойся, я здесь», — Цзи Ян погладил Тан Тан по голове и тихо сказал. — «Ты не ходила в больницу на это обследование, но, возможно, ты проходила другое обследование».

«Ну? Но я не проходила никаких других обследований. Я не чувствовала дискомфорта или проблем со здоровьем, за исключением того случая...» — Тан Тан сказала это, и внезапно застыла на месте, вспомнив, что некоторое время назад попала в автомобильную аварию. Это был единственный раз, когда она обратилась в больницу для медицинского обследования. Может ли это быть ...

Выражение на лице Тан Тан изменилось: «Муженек, я вспомнила. В прошлый раз я попала в больницу после автомобильной аварии. Я прошла медицинское обследование, пока была без сознания. К тому времени, когда я проснулась, осмотр уже закончился. Я не знаю, какие тесты проводил доктор. Как думаешь, это произошло в то время?»

Цзи Ян не был удивлен словами Тан Тан, потому что он пришел к этому выводу раньше неё. Он прижал её голову к своему плечу, чтобы она не видела его мрачного выражения на лице: «Ничего страшного, я всё проверю. Не беспокойся об этом. С этим заключением или без него, тебе всё равно ничего не нужно будет делать. Я обещаю».

Тан Тан знала, что ничем не сможет ему помочь, и кивнула, едва сдерживая волнение.

После этого Цзи Ян больше не отдыхал дома весь день, а начал заниматься делами. Каждый день, когда становилось светло, он уходил и возвращался, когда темнело, поэтому дети постоянно спрашивали Тан Тан, куда он пошел.

Тан Тан пришлось сказать, что он пошел на работу. На самом деле, она знала, что он расследует дело о медицинском обследовании и разбирается с семьей Тан.

Цзи Ян действительно был занят расследованием дела с тайным обследованием. Он начал поиск информации с врачей и медсестёр, которые осматривали Тан Тан в тот день, и тайно провёл расследование в отношении всего медицинского персонала больницы, который имел отношение к лечению Тан Тан, но ничего не обнаружил. Все они были невиновны. У них не было ни связей, ни мотива для совершения преступления. Но Цзи Ян не верил в такой исход. Он считал, что ответ определённо был где-то рядом. Должно быть он что-то упустил.

Не имея другого выбора, Цзи Ян решил обратиться к своему брату, который раньше был военным, а потом перешёл на службу в органы общественной безопасности. Этот человек лучше всех разбирался в расследованиях и слежке. Он также отлично владел хакерскими способностями. Все говорили, что даже если он не будет военным, то, став частным детективом, мог бы разбогатеть, вылавливая любовниц мужей богатых дамах. Конечно, это была всего лишь шутка, но его методы расследования были действительно очень эффективны. В этом не было никаких сомнений.

Добрый брат Цзи Яна без лишних слов согласился помочь, так что Цзи Яну оставалось лишь ждать от него новостей.

Цзи Ян верил в его способности, и знал, что рано или поздно его расследование принесёт результат, а ему самому останется решить лишь одну проблему.

Цзи Ян был с Гу Чжан Анем и Чжо Цзи. Они втроём сидели в отдельной комнате бара и выпивали.

Гу Чжан Ань сделал глоток и посмотрел на безумный танцпол этажом ниже. Внезапно он сказал с чувством горечи: «Мы столько лет не выпивали вместе. И вот кажется, что мы внезапно вернулись в студенческие годы».

Чжо Цзи улыбнулся ему и кивнул: «Разве это не твоя вина? С тех пор как ты начал преследовать Цзи Юэ в старшей школе, мы не сидели в мужской компании. Когда ты в последний раз развлекался без Цзи Юэ? С того момента на наших встречах постоянно присутствовали женщины».

Гу Чжан Ань рассмеялся и нисколько не смутился. Напротив, он был очень самоуверен: «Что я могу поделать? Одиночки не поймут моих чувств».

«Исчезни», — одинокий старший брат Чжо Цзи улыбнулся и слегка ударил его кулаком.

Гу Чжан Ань указал на молча пьющего Цзи Яна: «Разве Цзи Ян сейчас не такой же? Посмотри, как он старается для малышки Тан Тан. После работы, он сразу бежит домой, не интересуясь ничем другим».

Цзи Ян сделал глоток вина: «Потому что я хороший муж».

«Правда, ты ещё более бесстыжий, чем я! Потрясающе!» — Гу Чжан Ань поднял бокал с вином и выпил за Цзи Яна, выражая своё восхищение.

Все трое весело выпивали, пока не напились вдоволь, а затем заговорили о делах.

Гу Чжан Ань взял инициативу в свои руки и спросил: «Брат Цзи, по какому поводу ты собрал нас сегодня? Что-то случилось? Говори прямо».

Цзи Ян не стал с ними церемониться. Он достал свой мобильный телефон и открыл почтовый ящик. Там было электронное письмо с информацией, которую Сунь И отправил ему недавно. Это был отчёт о налогах семьи Тан, так как Цзи Ян попросил его проверить финансовые и налоговые дела корпорации Тан.

Корпорация Тан была огромной, там работают десятки тысяч человек. Для такого крупного предприятия финансовые проблемы, естественно, являются серьёзным вызовом. Цепочка капиталовложений была огромной и сложной, и для её управления требовалась целая команда. Не может быть, чтобы у такой огромной корпорации вообще не было проблем. Напротив, проблемы должны быть, и серьёзные. Чем глубже водоем, тем больше проблем, а вода в корпорации Тан была не мелкой. Всё зависело только от того, есть ли у человека возможность провести расследование и обнаружить что-то.

Гу Чжан Ань и Чжо Цзи посмотрели на данные и перевели взгляд на Цзи Яна. Гу Чжан Ань взял за плечо друга и спросил: «Ты смог сделать даже это? Как ты это нашел? Скажи, как ты можешь быть таким удивительным? К счастью, у нас хорошие отношения, иначе ты и нас проверил бы».

Чжо Цзи сделал глоток вина и указал на Цзи Яна, смеясь: «Если говорить о том, кто любит плести интриги, Цзи Ян и Юань Лань определенно занимают в этом первое место. Они обычно выглядят суровыми и праведными в своей военной форме, но, когда они хотят с кем-то разобраться, никто не может сбежать от них».

Гу Чжан Ань весело согласился: «Точно! Эти двое просто звери. Ты ещё помнишь, когда мы ходили в школу и они устраивали беспорядок, то взрослые и учителя выставляли виноватым меня. Мой старик постоянно гонялся за мной. На самом деле эти двое: Цзи Ян и Юань Лань, намного хуже меня, ведь так? Я даже не помню, сколько раз я брал на себя вину за них!»

Цзи Ян тоже вспомнил юные годы, и не смог сдержать смех. В то время у них с Юань Ланем были хорошие оценки, и они выглядели как прилежные ученики. Учителя и подумать не могли, что они дерутся и нарушают правила. Гу Чжан Ань действительно брал на себя их вину.

«Давай, извинюсь перед тобой, за то, что ты брал на себя нашу вину», — Цзи Ян коснулся бокалом бокала Чжан Аня.

Гу Чжан Ань сделал глоток и, улыбнувшись, сказал: «Расскажи нам, почему ты хочешь доставить проблем семье Тан? Чем они тебя обидели?»

Цзи Ян не стал скрывать ничего, и рассказал о том, как семья Тан постоянно приходила к Тан Тан. Гу Чжан Ань и Чжо Цзи уже были в курсе прошлого Тан Тан и, выслушав всю историю, нахмурились.

Гу Чжан Ань был возмущён: «Хотя Тан Тан раньше вела себя плохо, должен признать, что она действительно несчастна. После двадцати лет лишений она наконец нашла своих биологических родителей, но семья Тан так к ней отнеслась. Они не только не дали ей ни цента, но и выгнали из дома и никогда не вспоминали о ней. Теперь, когда она им нужна, они ищут с ней встречи, но искренне ли это? Они такие толстокожие. Если бы что-то подобное случилось с Цзи Юэ, я был бы в ярости».

«То, что они хотят спасти своих близких и стремятся к цели, это можно понять», — Чжо Цзи понимал, что семья Тан стремится спасти близкого человека, но всё же остался на стороне Цзи Яна. — «Хотя с одной почкой можно жить, в будущем нагрузка на организм будет очень большой, и вероятность возникновения проблем со здоровьем значительно возрастёт. Никто не может гарантировать 100%-ное здоровье. Плохая физическая форма также влияет на продолжительность жизни, особенно у женщин. Если женщина потеряют почку, то больше не сможет забеременеть, иначе риск будет слишком велик. Отношение семьи Тан к Тан Тан не стоит того, чтобы она так рисковала».

Гу Чжан Ань стиснул зубы: «Главное, что вероятность успеха операции составляет 50%. Если всё получится, она сможет прожить ещё три года. Стоит ли для этого рисковать здоровьем дочери? Разве это не жестоко с их стороны? При таком заболевании она не сможет прожить больше трех лет после операции. Если они откажутся от операции, она всё равно сможете прожить какое-то время с помощью лекарств. Зачем им жертвовать здоровым человеком? Эта семья не заслуживает помощи Тан Тан».

Цзи Ян закурил сигарету и молча выпустил кольцо дыма.

И Гу Чжан Ань, и Чжо Цзи понимали, почему Цзи Ян выступил против семьи Тан. Если бы они оказались на его месте, и их жену обидели, то они тоже захотели бы расправиться с семьёй Тан.

Чжо Цзи понимал истинную цель Цзи Яна: «Значит, ты хочешь использовать то, что у тебя есть, чтобы создать проблемы для семьи Тан и заставить их выбирать между корпорацией Тан и своим близким?»

«Да», — ответил Цзи Ян. — «Я хочу посмотреть, действительно ли они дорожат друг другом. Я не знаю, выберут ли они своего любимого человека или корпорацию Тан. Если они сделают правильный выбор, и продолжат настаивать на своём, то я решу для них вопрос с почкой бесплатно».

Гу Чжан Ань и Чжо Цзи посмотрели друг на друга, ощущая холодок по ногам, ведь Цзи Ян был действительно безжалостен, и сделать выбор было действительно трудно.

Однако братья безоговорочно протянули ему руку помощи, и поддержали его. Гу Чжан Ань и Чжо Цзи сказали: «Допустим, что мы можем для тебя сделать?»

Цзи Ян не был вежлив с ними и ответил: «Мне нужно, чтобы вы подлили масла в огонь, когда в корпорации Тан начнётся смута, чтобы им стало ещё тяжелее».

Они без колебаний согласились: «Хорошо, мы сделаем так, чтобы ты остался доволен».

Цзи Ян открыл ещё одну бутылку вина и налил каждому по бокалу. И поднял тост: «Братья, спасибо».

Гу Чжан Ань обрадовался и ударил себя по бедру: «Эй, ты так редко называешь нас братьями, за это нужно выпить! Давайте напьемся сегодня!»

Чжо Цзи спросил: «Если ты напьёшься, не боишься, что Цзи Юэ тебя накажет?»

«Я из тех, кто не боится!» — Гу Чжан Ань не стал утруждать себя переживаниями и сделал глоток. — «Меня так много раз наказывали, что я уже не боюсь».

Цзи Ян и Чжо Цзи усмехнулись.

«А как насчет тебя? Ты в деле? Только не говори мне, что ты боишься своей жены?» — Гу Чжан Ань намеренно провоцировал Цзи Яна.

Цзи Ян рассмеялся: «Как думаешь, если я напьюсь, накажет ли меня Тан Тан?»

Гу Чжан Ань подумал о Тан Тан и его настроение тут же испортилось. Если Цзи Ян напьется, скорее всего, Тан Тан не накажет его. Он был в полном отчаянии. Почему его жена не может быть с ним такой же нежной, как Тан Тан? Он завидовал.

Гу Чжан Ань был слишком расстроен и просто заказал дюжину бутылок вина: «Пейте, пейте. Так как никто не боится, давайте пить, пока не опьянеем».

Цзи Ян и Чжо Цзи тоже были не в духе, так что они подняли бокалы с вином и осушили их.

* * *

Через два часа трое мужчин напились в приватной комнате так, что не смогли сами сесть за руль. Менеджеру бара пришлось связаться с их родственниками, чтобы те забрали их.

Пьяный Гу Чжан Ань обратился к менеджеру, пуская слюни: «Не связывайся с кем попало, мне нужна моя жена. Я хочу, чтобы моя жена забрала меня».

Менеджер взял себя в руки и помог ему набрать номер Цзи Юэ на мобильном телефоне. Увидев, что Чжан Ань не может связать слов, он объяснил Цзи Юэ ситуацию по телефону, и на несколько секунд в трубке повисла тишина. В следующий момент, разъярённая львица внезапно зарычала: «Гу Чжан Ань, просто умри! Ты знаешь, как далеко ты сейчас от меня? Ты знаешь, что если я сейчас выеду, то прибуду туда на рассвете? Просто спи там, прямо на дороге!»

После этого Цзи Юэ повесила трубку.

Гу Чжан Ань был ошеломлен и в следующую секунду шмыгнул носом. Он с несчастным видом повесил трубку, молча подошёл к Чжо Цзи и прислонился к нему: «Старший брат, я женился на тигрице. Я не могу вернуться сегодня вечером. Ты не можешь меня бросить».

Едва придя в себя, Чжо Цзи погладил несчастного пса по голове: «Мы находимся недалеко от дома Цзи Яна. Меня тоже никто не заберет. Нам придётся положиться на Цзи Яна».

Услышав это, Гу Чжан Ань тут же подошел к Цзи Яну и прижался к нему, не отпуская ни на секунду: «Цзи Ян, два брата, зависят от тебя сегодня вечером».

Даже несмотря на то, что у Цзи Яна кружилась голова, ему было противно от действий Гу Чжан Аня. Отстранившись от него, Цзи Ян достал свой мобильный телефон и с трудом нашел номер Тан Тан, чтобы позвонить ей.

Тан Тан с нетерпением ждала его возвращения домой. Услышав звонок, она тут же взяла трубку: «Муженек, почему ты до сих пор не вернулся? Ты поужинал? Где ты?»

Цзи Ян рассмеялся, и его голос звучал очень тихо: «Тан Тан, я слишком много выпил. Ты не могла бы приехать и забрать меня?»

Услышав, что Цзи Ян выпил лишнего, Тан Тан забеспокоилась ещё больше: «Как ты себя чувствуешь, муженек? Тебе плохо? Не бойся, я приеду за тобой, скажи мне, где ты».

«Ну, тогда пусть Дун Ли отвезёт тебя, нельзя ехать одной, береги себя. Не волнуйся».

Менеджер бара стоял совсем рядом, и разговор Тан Тан с Цзи Яном был ему хорошо слышен. Внезапно он позавидовал.

О, как хороша жена у этого мужчины! Её голос был обеспокоенным и нежным. Она боялась за пьяного мужчину, вот как сильно она любила своего мужа. Сможет ли он найти себе такую же женщину?

* * *

Трое мужчин сидели в приватной комнате и ждали, когда кто-нибудь заберёт их. От скуки они выпили ещё несколько бутылок вина. Поэтому, когда Тан Тан пришла в комнату, то увидела троих мужчин, которые были так пьяны, что не могли пошевелиться.

Тан Тан переживала за Цзи Яна. К счастью, она позвала с собой не только Дун Ли, но и Чжан Чэна, иначе ей пришлось бы справляться с тремя мужчинами в одиночку.

После оплаты счёта, Дун Ли повел к выходу Чжан Аня, поддерживая, Чжан Чэн взял на себя Чжо Цзи, а Тан Тан помогла Цзи Яну, и всех троих пьяниц погрузили в машину.

Цзи Ян всё ещё узнавал Тан Тан. Он смеялся и притягивал её к себе, постоянно целуя в щёки и лоб, бормоча: «Женушка, моя жена, малышка»

На глазах у стольких людей в машине Тан Тан чуть не лишилась чувств от смущения. Она прикрыла Цзи Яну рот рукой и сказала: «Я здесь, не называй меня так, давай вернёмся домой и ты поспишь немного. Хорошо?»

Цзи Яну закрыли рот, но он не проявлял недовольства. Вместо этого он высунул язык и лизнул ладонь Тан Тан, от чего она потеряла дар речи, и убрала руку.

Рот Цзи Яна был освобождён, и он снова прижался к Тан Тан. Он уткнулся лицом ей в шею, и его дыхание обжигало ей кожу, от чего всё тело Тан Тан напряглось.

Тан Тан наконец-то поняла, каков Цзи Ян, когда напьется. Раньше она думала, что он был хорошим пьяницей, но теперь она поняла, что тогда он был недостаточно пьян.

Они вернулись домой, но трех пьяных мужчин ей трудно было втиснуть в их квартире, поэтому Тан Тан пришлось отвезти их в гостевой дом, и снять для Гу Чжан Аня и Чжо Цзи стандартный номер. Тан Тан боялась, что с ними что-нибудь случится, и попросила Дун Ли присмотреть за ними. Дун Ли без лишних слов согласился.

Чжан Чэн помог Тан Тан отвести Цзи Яна домой, и благополучно уложить в пастель.

Тан Тан проводила Чжан Чэна за дверь, а затем направилась в ванную и набрала в таз тёплой воды, чтобы умыть Цзи Яна. Цзи Яну было жарко. Пока Тан Тан умывала его, он снял с себя одежду, и позволил её тщательно себя обтереть. Тан Тан покраснела, глядя на его обнаженное тело, особенно его верхнюю часть, она не знала, с чего начать.

Пьяного Цзи Яна было трудно отмыть. Тан Тан не успела привести его в порядок, как Цзи Ян затащил её в постель, и она оказалась в его объятиях.

«Что ты делаешь, муженек? Ты смущаешь меня, отпусти, хорошо? Я ещё не закончила». — Тан Тан осторожно оттолкнула его, но она была не так сильна, как Цзи Ян, и не смогла его сдвинуть с места. Она изо всех сил старалась, но это не сработало.

Цзи Ян начал нежно целовать её в шею и тихо шептать во время поцелуев: «Тан Тан, женушка, можешь не сомневаться, никто не посмеет тебя обидеть, я тебя защищу. В глазах других ты можешь быть никем, но для меня ты — сокровище, бесценное сокровище!»

Тан Тан внезапно замерла, и от этих слов её сердце растаяло, как мёд в горшочке. Это был первый раз, когда она услышала, как кто-то говорит ей такие слова. Даже её няня так не говорила. Хотя ей было очень тяжело, она была не из тех, кто любит показывать свои чувства. Такого ей ещё никто не говорил.

Она — его сокровище, бесценное сокровище.

Глаза Тан Тан наполнились слезами.

«Малышка, не плачь», — Цзи Ян поцеловал её веки. — «Не бойся, семья Тан не причинит тебе вреда. Никто не причинит тебе вреда, я всё улажу».

Тан Тан кивнула: «Хорошо! Муженек, я знаю, что ты меня защитишь, я не боюсь».

Цзи Ян рассмеялся и поцеловал её в лоб, после чего расслабился и уснул.

Тан Тан тоже целовала его в лоб и прошептала ему на ухо: «Муженек, ты и наш ребёнок — бесценные сокровища в моём сердце».





Глава 81




На следующий день Цзи Ян анонимно передал все имеющиеся у него доказательства незаконных действий корпорации Тан, и соответствующие ведомства быстро отреагировали, направив людей в корпорацию Тан для проверки. После действий Цзи Яна акции корпорации Тан начали падать, как и предсказывалось.

В это время Гу Чжан Ань и Чжо Цзи, два «хороших» брата, начали открыто вставлять корпорации Тан палки в колёса. Они не только атаковали корпорацию Тан, но и воспользовались возможностью приобрести их акции, чтобы пошатнуть положение семьи Тан. Хуже того, они также атаковали важных акционеров корпорации Тан.

Какое-то время корпорация Тан находилась в смятении.

Получив плохие новости, отец Тан Тан и Тан Ми, находясь в больнице, были потрясены и ошеломлены. Они поспешно вернулись в компанию, чтобы взять ситуацию под контроль. Ситуация, вызванная Цзи Яном, вышла из-под контроля и уже не могла быть решена парой слов. Даже отец Тан Тан, опытный бизнесмен, с трудом справлялся с ситуацией. Однако он всё же смог догадаться, что это был преднамеренный акт, направленный против корпорации Тан, но он не мог понять, кто за этим стоит.

По мере развития ситуации положение корпорации Тан становилось всё более серьёзным. Отец Тан Тан и Тан Ми хотели решить проблему как можно скорее, поэтому они обратились за помощью к семье Цзи. Корпорация Цзи в настоящее время находилась под управлением Цзи Ши Юэ и Линь Бяо. Естественно, они не могли остаться в стороне, но, когда они уже собирались помочь корпорации Тан, дедушка Цзи внезапно позвонил им и отдал прямой приказ: не помогать корпорации Тан, а тот, кто поможет, будет изгнан из корпорации Цзи.

Корпорация Цзи была основана бабушкой Цзи Яна. Она жизнь положила на её создание. Когда бабушка Цзи умерла, она передала компанию дедушке Цзи, и завещала ему передать управление и руководство способным детям или продать.

Цзи Вэй Фэн строил карьеру на государственной службе. В настоящее время он возглавлял департамент национальной безопасности. Естественно, он не мог занять управляющее место в корпорации Цзи. Цзи Ян тоже пошел по стопам своего деда. В этой жизни он планировал продвигаться по службе в армии и не мог взять под контроль корпорацию Цзи. Поэтому, когда Цзи Вэй Фэн в отчаянии предложил передать Цзи Ши Юэ и Линь Бяо заботу о компании, дедушка решил закрыть на это глаза и согласиться с ним. После этого многие годы о корпорации Цзи заботились мать и сын, и старик нечего не говорил против.

Но это не значило, что корпорация Цзи принадлежала Цзи Ши Юэ и Линь Бяо. Настоящим владельцем корпорации Цзи по-прежнему являлся дедушка Цзи, и старик имел полное право решать, кто может уйти. Поэтому, когда дедушка отдал приказ, Линь Бяо и Цзи Ши Юэ, хоть и нехотя, вынуждены были подчиниться. В конце концов, эти люди не были членами их семьи.

Корпорация Цзи отказалась помогать семье Тан, и это ещё больше встревожило их. Семья Тан обнаружила улики, указывающие на причастность людей семьи Цзи к этому делу, и внезапно вспомнили о Цзи Яне.

Тан Ми побледнела и, рассердившись, посмотрела на отца Тан Тан: «Папа, это должно быть дело рук Цзи Яна. В противном случае дедушка Цзи не приказал бы не помогать нам. Дедушка Цзи всегда был на стороне Цзи Яна».

Отец Тан Тан думал так же, но всё же решил подтвердить свою точку зрения, обратившись к Цзи Ши Юэ: «Как это случилось? Это сделал твой брат?»

На лице Ши Юэ не отразилось никаких эмоций, и в его тоне не было никаких чувств: «Не нужно гадать, это он. Другие люди не такие влиятельные, и вы им не интересны». Его старший брат, хоть и не работал в сфере бизнеса, но всё равно имел связи и был весьма способным. Даже сам отец Тан Тан не осмелился бы назвать себя ему равным.

Отец Тан Тан сильно разозлился: «Что он задумал! Он делает это только потому, что мы хотим, чтобы Тан Тан пожертвовала почку своей матери? В конце концов, в нём нет ни капли человечности!»

Тан Ми была так зла, что не могла встать со стула: «Это уже слишком! Они отказываются спасти маму, и теперь вредят нашей семье. Они что, не боятся, что их осудят?»

«Эта скорпионша! Не надо было её рожать!» — отец Тан Тан был расстроен и взволнован, и Тан Ми поспешила успокоить его. — «Папа, не волнуйся, я пойду и разберусь с ними прямо сейчас».

Чтобы успокоить отца Тан Тан, Тан Ми взяла с собой Ши Юэ и отправилась на поиски Тан Тан. По дороге Ши Юэ не проронил ни слова и, казалось, становился всё более молчаливым.

Тан Ми заметила его странное поведение, потянула его за рукав и спросила: «Что с тобой? Ты выглядишь несчастным, это из-за того, что дедушка Цзи так предвзято относится к твоему старшему брату?»

В какой-то момент Ши Юэ повернул голову и посмотрел на неё. Затем он снова отвернулся и продолжил вести машину. Проехав полмили, он спросил Тан Ми: «Дорогая, как ты думаешь, почему дедушка Цзи не разрешает корпорации Цзи помогать твоей семье?»

Тан Ми задумалась и вопросительно посмотрела на него: «В чём причина? Разве это не значит, что твой старший брат не хочет, чтобы Тан Тан спасала мою мать».

Тан Ми так нахмурила брови, что её было не узнать, и Ши Юэ спросил: «Как ты думаешь, дедушка хороший человек или плохой? Думаешь, мой старший брат действительно так ужасен, что преследует твою семью?»

«Ты...» — лицо Тан Ми изменилось. — «Что ты хочешь этим сказать? В последнее время ты сам не свой. Что случилось?»

«Дорогая, тебе не кажется, что вы слишком сильно давите на Тан Тан, чтобы получить от неё согласие на пересадку почки?»

«Что! Ты только что сказал, что мы слишком сильно давим!» — Тан Ми недоверчиво посмотрела на Ши Юэ. — «Ты сказал, что мы слишком сильно давим? Что ты имеешь в виду! Мы хотим спасти мою мать, что в этом неправильного? Моя мать — это и твоя мать. Разве ты не хочешь её спасти?»

«Почему это я не хочу её спасти? Если бы я не хотел спасать её, я бы так не старался найти донора почки для неё!» — Рука Ши Юэ, сжимающая руль, постепенно побелела. — «Донором можно стать только по собственному желанию. Если человек не хочет, правильно ли принуждать его? Правильно ли публично стоять на коленях, требуя от неё согласия? Можно ли так поступать?»

«Но, если она не захочет спасать мою мать, то что мне делать? Мне смотреть, как моя мать умирает? А она и мать Тан Тан тоже, как она может смотреть на страдания своей собственной матери? Тебе не кажется, что это она перегибает палку?»

Увидев, как взволнована Тан Ми, Ши Юэ глубоко вздохнул и попытался поговорить с ней спокойно: «Но твои родители относятся к ней совсем не так, как к тебе. Всё в семье Тан должно было принадлежать ей, но на самом деле всё принадлежит тебе. В конце концов, твои родители выгнали её из семьи Тан ради тебя. Ты — настоящая дочь семьи Тан. Она никогда не пользовалась теми благами, которые заслуживала в семье Тан, но должна нести ответственность как дочь семьи Тан? Ты считаешь, что это справедливо? Что вы собираетесь с этим делать?»

Тан Ми почувствовала себя виноватой. Она прикусила нижнюю губу и отвернулась, не желая смотреть на Ши Юэ. Спустя долгое время она сказала: «Она сама виновата. Если бы она не разрушала наши чувства снова и снова, прогнали бы родители её тогда?»

«Тан Ми, если ты сделаешь что-то не так, разве твои родители выгонят тебя из дома?» — Цзи Ши Юэ действительно не мог этого больше выносить, она обманывала саму себя. — «Когда ты в последний раз сделала что-то не так, родители тебя наказали? Эй, они обошлись всего лишь парой слов, их отношение к тебе совсем другое. Если бы ты была на месте Тан Тан, разве ты не была бы такой же жадной?»

Тан Ми была загнана в угол и не знала, что ответить. Она злилась всё больше и больше: «Даже если это так, неужели она действительно позволит маме умереть? Неужели это лучше, чем проявить человечность?»

«Врач сказал, что шансы на успешную операцию составляют всего 50 %. Даже если нам повезёт и всё пройдёт успешно, твоя мать проживёт не больше трех лет. Неужели это так необходимо? В конце концов, донор тоже будет подвергаться воздействию негативных последствий операции и больше не сможет восстановить своё здоровье полностью. После этого она не сможет больше иметь детей».

«Тогда что ты предлагаешь делать? Предлагаешь смотреть, как умирает моя мать?» — Тан Ми забеспокоилась и вспылила. — «Что ты имеешь в виду? Тебе её жалко? Ты жалеешь, что не выбрал её? Тогда иди к ней!»

«Тан Ми!» — во время разговора Ши Юэ ударил по рулю и остановил машину на обочине дороги. Его глаза горели от гнева. — «Лучше не устраивай ссору!»

Увидев, что Ши Юэ действительно разозлился, Тан Ми посмотрела на него и взяла его за руку: «Прости, не злись на меня. Я просто сильно переволновалась. Я так не думаю. Я знаю, что я эгоистична, но я действительно не могу смириться с тем, что мама нас покинет, даже если это всего три года, я хочу сделать всё возможное ради неё. Я знаю, что это несправедливо по отношению к Тан Тан, но я могу компенсировать ей это, я могу дать ей много денег».

Ши Юэ вздохнул про себя. Тан Тан замужем за Цзи Яном. Финансовое состояние Цзи Яна было не меньше, чем у семьи Тан. А теперь у семьи Тан из-за проблем в компании денег было не так много. Но он не стал говорить этого, зная, что Тан Ми сейчас его не послушает.

Казалось, всё, о чём она могла думать, — это как получить объяснения от Тан Тан о действиях Цзи Яна.

В тот момент он почувствовал сильную усталость и молча завел машину, чтобы продолжить свой путь.

Двое людей подъехали к району Тан Тан, но охрана их не впустила. Они ждали до полудня, и в конце концов Тан Ми не выдержала, и они вернулись домой.

С каждым днём состояние корпорации Тан становилось всё более тяжёлым. Многие руководители коллективно подавали в отставку. Тан Ми и отец Тан Тан не смогли этого выдержать. Акции корпорации Тан упали ещё больше. Если ситуация не изменится, корпорации Тан грозила опасность.

Отец Тан Тан, казалось, постарел на десять лет. Он устало сказал: «Тан Ми, из-за ситуации с Тан Тан Цзи Ян пытается разорить нашу семью».

За несколько дней Тан Ми похудела на несколько килограммов, и она была крайне возмущена: «Папа, что нам теперь делать?»

Отец Тан Тан глубоко вздохнул: «Ты должна найти способ поговорить с Цзи Яном. Мы больше не будем принуждать Тан Тан, становиться донором. Просто попроси его отпустить корпорацию Тан».

«Папа!» — замялась Тан Ми. — «В таком случае, как мы спасём маму?»

Отец Тан Тан беспомощно спросил: «Если я не сделаю этого, компания не выстоит. В будущем корпорация Тан будет принадлежать тебе, мне всё равно, но ты готова пожертвовать корпораций?»

Тан Ми склонила голову и закусила губу почти до крови, но не могла заставить себя произнести следующие слова.

Отец Тан Тан горько улыбнулся и произнёс: «Я думал, что смогу помочь твоей матери прожить ещё год или два, но похоже, это невозможно. Мы не хотим, чтобы эта девушка продолжала создавать проблемы».

Тан Ми помолчала, а затем кивнула: «Хорошо, я сообщу об этом Цзи Яну».

«Дорогая, сообщи ему наше решение, и попроси Тан Тан не держать на нас обиду». Чтобы заставить Тан Тан стать донором, они без колебаний воспользовались давлением общественного мнения. И теперь большинство людей в интернете были не прочь поиздеваться над Тан Тан.

Тан Ми сжала кулаки, встала и вышла. Она не осмелилась задерживаться ни на секунду.

После того как Тан Ми ушла, отец Тан Тан открыл ящик и достал старую фотографию, сделанную более двадцати лет назад. На ней были изображены он и его жена. В то время у матери Тан Тан уже был большой живот, а в нём росла Тан Тан.

В то время они оба хотели отдать всё самое лучшее в мире ещё не родившемуся ребёнку в утробе матери, но в итоге они отдали всё самое лучшее в мире другому ребёнку. На самом деле, он знал, что они оба были предвзяты. Они ничего не могли с этим поделать, их сердца принадлежали только Тан Ми, ради которой они приложили столько усилий, и они действительно не могли полюбить Тан Тан.

Это их вина, всё из-за них, может быть, это их возмездие.

Узнав об их решении, Цзи Ян иронично улыбнулся. Вот оно как? Перед корпорацией Тан мать Тан Тан должна была отойти на второй план.

Цзи Ян позвонил Чжо Цзи и Гу Чжан Аню, чтобы договориться с ними о дальнейших действиях.

Тан Тан тоже услышала слова Тан Ми и не удержалась, чтобы не спросить у Цзи Яна: «Муженек, семья Тан больше не побеспокоит меня?»

«Да», — Цзи Ян притянул её к себе и обнял. — «Они выбрали спасение корпорации Тан, и больше никогда не посмеют тебя потревожить».

Тан Тан совсем не обрадовалась. Она почувствовала, что это не то, чего она хотела: «Прошло всего пять дней. Они даже месяца не продержались. Я думала, они действительно любят маму. Неужели корпорация Тан им важнее?»

Цзи Ян погладил её по голове и сказал жестокую правду: «Если они потеряют корпорацию Тан, то потеряют свой статус и богатство, а большинство людей не готовы отказаться от этого».

Тан Тан была очень уверена в себе, говоря: «Я верю, что если заболеет кто-то из нас, наш ребёнок сможет спасти нас, даже если ему придётся всё потерять!»

Цзи Ян рассмеялся, но всё равно согласился: «Цзи Сяо Чжо обязательно так и сделает». Потому что он — ребёнок, которого они так старательно воспитывали.

Тан Тан не удержалась и обняла его, уткнувшись лицом ему в плечо: «Муженек, раз они больше не придут ко мне, то и мы не будем их беспокоить».

«Разве ты не злишься? Сколько людей сейчас ругают тебя в интернете?»

Тан Тан сказала: «Я злюсь, но что я могу поделать? Конечно, я буду злиться на них, но мама так больна. Если мой любимый человек заболеет, я сделаю всё, чтобы вылечить его, любой ценой. Так что не обращай на них внимания».

Цзи Ян поцеловал её в макушку: «Тан Тан, ты такая добрая».

Но он вовсе не добрый.

После того как Тан Тан уснула, Цзи Ян нашел на своем мобильном телефоне профиль с информацией об одном человеке и отправил его Чжо Цзи.

Чжо Цзи просто просмотрел эту информацию и сразу же перезвонил Цзи Яну: «Брат Цзи, ты сделал это! Ты нашёл человека, который может стать донором матери Тан Тан, я восхищаюсь тобой!»

Цзи Ян поделился с Чжо Цзи информацией о человеке, который был приговорен к 30 годам лишения свободы, и через несколько лет его должны были освободить. Он готов был пожертвовать почку за денежное вознаграждение, чтобы помочь своей семье. Семья Тан не ожидала, что в тюрьме найдется подходящий человек, и никак не могла этого предвидеть.

Чжо Цзи продолжил расспросы, улыбнувшись: «Ты не должен был искать этого человека, и помогать семье Тан. Скажи мне, что ты собираешься делать дальше?»

Цзи Ян ответил: «Старший брат, ты поможешь мне привести этого человека в семью Тан. За это потребуй с них 20% акций корпорации Тан. Владельцем акций пропиши Тан Тан».

«После этого акции, принадлежащие Тан Ми и отцу Тан Тан, будут составляют около 40%. Им придётся пойти на компромисс. Семье Тан придётся сделать очередной выбор».

Цзи Ян улыбнулся: «Я уже сделал за них выбор, у них нет другого выхода, просто присмотри за ними».

И эти 20% акций должны были принадлежать не нынешней Тан Тан, а настоящей. Так Цзи Ян благодарил её за то, что она родила ему Цзи Сяо Чжо, и за то, что она позволила ему встретить любовь всей его жизни. Когда всё решится, они не будут вмешиваться в управление компанией, ежегодные дивиденды будут направляться непосредственно в благотворительный проект «Надежда».

Чжо Цзи уже был готов дать обещание всё сделать, но вдруг вспомнил, что Цзи Ян сейчас находится в отпуске, и спросил: «Почему бы тебе самому не сходить к семье Тан?»

Цзи Ян погладил Тан Тан, которая спала у него на руке, улыбнулся и ответил: «Потому что я хочу отправиться в путешествие с женой и детьми».

Чжо Цзи смутился, а затем улыбнулся и согласился: «Ты такой проказник! Оставь всё на меня, и веселись».

«Спасибо, старший брат».

Повесив трубку, Цзи Ян не стал ложиться спать, а открыл последнее электронное письмо в своем почтовом ящике. Это был отчёт о проверке, которую он попросил провести своего брата по делу Тан Тан.

Он просматривал его бесчисленное количество раз с тех пор, как получил письмо. На этот раз он долго вглядывался в его содержимое. Наконец он закрыл глаза и решил отправить письмо Гу Чжан Аню.

На этот раз пришло время решить проблему окончательно, пусть он займется этим.





Глава 82. Конец




На следующий день Гу Чжан Ань изменился в лице, когда увидел это письмо, и быстро позвонил Цзи Яну. В тот момент Цзи Ян ехал с семьёй по дороге. Он увидел входящий звонок от Гу Чжан Аня, и его взгляд помрачнел. Он взял наушники и надел их, а затем ответил на звонок.

«Цзи Ян, это правда?»

«Брат», — голос Цзи Яна прозвучал серьёзно. — «Я не знаю, как смотреть тебе в лицо. Я оставлю всё на тебя».

Гу Чжан Ань долго молчал в трубку, прежде чем наконец произнести: «Хорошо». Вес его слов был очевиден для обоих.

Повесив трубку, Гу Чжан Ань закурил сигарету из пачки и придался воспоминаниям из детства. В то время Гу Янь Ран росла вместе с ним и его братьями, окруженная любовью. Каждый раз, когда кто-то получал травму, она перевязывала его марлевой повязкой, предварительно нанеся лекарство и осторожно подув на рану.

В то время он очень гордился тем, что у него такая красивая и милая сестра. У остальных его братьев не было сестер, а у него была!

Однако, когда же эта милая и добрая девочка превратилась в ту, кто специально нашел человека, готового намеренно сбить Тан Тан и Цзи Юэ, чтобы получить возможность провести в больнице тайное обследование и проверить может ли Тан Тан стать донором почек, пока та будет находиться без сознания, а затем тайно передать результаты обследования семье Тан, чтобы они донимали Тан Тан?

Этот тщательно продуманный план обманул даже их.

Гу Чжан Ань весь день провел один и выкурил пачку сигарет. Наконец он взял себя в руки и позвонил родителям. На этот раз он действительно не мог больше её покрывать.

Тан Тан ничего не знала о том, чем занимался Чжан Ань. Сейчас вся семья Цзи спокойно пребывала в сказочном королевстве.

Двое детей впервые пришедшие в Диснейленд, не говоря уже о Тан Тан, счастливо вбежали внутрь, заливаясь смехом. Дедушка Цзи взял их за руки и улыбнулся, а Цзи Ян делал снимки на зеркальную камеру, чтобы запечатлеть этот прекрасный момент.

Цзи Сяо Чжо выглядел самодовольным. Он не стеснялся камеры и принимал самые разные позы: то присядет, то наклонится. Он вел себя как профессиональная модель, и позже, чтобы выглядеть лучше, он даже выпросил у Цзи Яна в подарок солнцезащитные очки, которые смотрелись на нём очень круто.

По сравнению с Цзи Сяо Чжо Тан Тан и Но Но выглядели не так хорошо. Их выражения лиц были напряженными, и они никак не реагировали на камеру, а их улыбки были уродливее слез. Цзи Ян хотел, чтобы они расслабились, и попытался их рассмешить, но это не сработало. Последние сделанные им фотографии получились невыносимо неловкими.

Цзи Сяо Чжо неохотно вывел их вперед и сказал: «Фотографироваться нужно естественно, не бойтесь, делайте как я». С этими словами Цзи Сяо Чжо принял несколько поз перед объективом.

Тан Тан и Но Но отказались.

«Нет, мне слишком не комфортно».

«Нет, нет, я правда очень нервничаю, и не могу расслабиться», — Тан Тан думала, что сможет, как и её ребёнок, вести себя естественно, но, увидев камеру, она занервничала и не смогла улыбнуться.

Но Но думала, что у неё маленькая голова, и сильно нервничала.

«Уф», — снова вздохнул Цзи Сяо Чжо и сказал Цзи Яну, что ничего не может с ними поделать.

Цзи Ян улыбнулся, потёр лоб и просто закрыл зеркальную камеру: «Ладно, мы не будем снимать, пойдём повеселимся здесь и хорошо развлечемся».

Тан Тан и Но Но почувствовали огромное облегчение, а Цзи Сяо Чжо был ещё более увлечён предстоящими приключениями, так что вся семья с радостью отправилась в путь. Первым делом они пошли на карусель. Дедушка Цзи не пошёл кататься, да и Цзи Яну это было неинтересно. В конце концов, Тан Тан взяла на себя заботу о двух малышах. Они веселились, улыбаясь во весь рот, и Цзи Ян воспользовался зеркальной камерой, чтобы запечатлеть счастливое времяпрепровождение матери и детей. В этот момент Тан Тан и Но Но больше не нервничали, а выражения их лиц были счастливыми и естественными.

День прошел очень хорошо. Цзи Ян взял на себя роль профессионального фотографа и сделал очень много снимков. Мать и дети были ответственны за развлечение, а дедушка Цзи следил за безопасностью и наблюдал за ними.

Помимо Диснейленда, семья отправилась на курорт с горячими источниками, чтобы понежиться в них, а потом сходили на пляж, полюбоваться морем. Они посетили исторические места и познакомились с местными достопримечательностями. После этого они сходили на улицу с местными закусочными, чтобы попробовать фирменные закуски. Они каждый день ели и пили вкусную еду, счастливо проводя время всей семьёй. Они делились фотографиями этих радостных моментов в своих «Историях» в WeChat, делая свои «Истории» яркими каждый день.

Тан Тан никогда не чувствовала себя такой счастливой: рядом были её муж, дети, и любящий родитель, которые с радостью сопровождали её. Не было никаких проблем, только безграничное счастье. Несомненно, это было самое запоминающееся событие в её жизни. Это воспоминание она будет бережно хранить в своём сердце всю жизнь.

Семья Цзи просто гуляла и веселилась. Прошло уже полмесяца с тех пор, как они отправились в поездку и пришло время вернуться домой. Хотя проводить время вместе было очень весело, нужно было признать, что поездка была очень утомительной. После увлекательного путешествия, вернувшись домой, Тан Тан так устала, что готова была умереть в постели.

После того как два малыша и дедушка Цзи поели, они легли спать, и спали до утра. Цзи Ян и Тан Тан наконец-то могли отдохнуть. Цзи Ян чувствовал себя хорошо. Как солдат он должен был быть сильным и выносливым, он не чувствовал усталости, а вот Тан Тан — другое дело, она ленилась и не хотела вставать с постели.

Цзи Ян редко видел её такой ленивой. Он улыбнулся и подошел, чтобы поцеловать её в губы: «Не хочешь двигаться?»

«Да, муженек, я так устала, что готова проспать три дня и три ночи!»

«Что ж, тогда спи три дня и три ночи, но сначала тебе нужно принять ванну, чтобы было удобнее спать», — с этими словами он поднял её с кровати и понес в ванную. — «Я знаю, что ты устала и не хочешь двигаться... Пойдем, я тебя вымою».

Тан Тан покраснела, опустила голову и уткнулась в его плечо, а затем позволила себя раздеть и погрузить в ванну с душистой водой. Она не смогла сдержаться и нежно поцеловала его: «Спасибо, муженек».

Цзи Ян улыбнулся и щёлкнул её по носу: «Ты так смущаешь меня, говоря это в слух. Отдохни сегодня ночью. Когда восстановишь силы, твой муж тебя как следует отблагодарит».

Тан Тан прикусила нижнюю губу и прикрыла лицо, застенчиво отвечая: «Хм». Они не делали этого последние два месяца. Ей было неловко обсуждать это с ним. Но, чтобы у неё хватило сил повеселиться с ним следующим вечером, он готов был подождать, и в некотором смысле она тоже этого хотела.

Цзи Ян получил желанный ответ. Он улыбнулся и поцеловал её в затылок. Он взял мочалку и принялся усердно помогать жене мыться. Закончив, он отнес её обратно в постель и укрыл: «Засыпай, отдохни как следует, завтра утром не готовь завтрак, я сам схожу за продуктами».

Тан Тан снова зевнула, кивнула и закрыла глаза. Она уже собралась заснуть и не ожидала, что мобильный телефон Цзи Яна внезапно зазвонит, и это разбудило её.

Цзи Ян, успокаивающе, похлопал её по плечу и посмотрел на экран телефона. Увидев, кто звонит, он сжал губы. На пятом гудке Цзи Ян ответил на звонок. Он вообще ничего не сказал, только дважды произнес «хм», а затем повесил трубку.

Тан Тан с любопытством приблизилась и увидела, что звонил Гу Чжан Ань. Она спросила: «Почему старший брат Чжан Ань звонил?»

Цзи Ян ответил: «Он рассказал мне о Гу Янь Ран. Семья Гу Чжан Аня отправила Гу Янь Ран работать за границу, и она не вернётся в страну, по крайней мере, в ближайшие десять лет». Это было своего рода скрытое изгнание.

Тан Тан была потрясена: «Что случилось? Почему они так поступили?»

Цзи Ян планировал рассказать ей всё позже, но ответил на вопрос Тан Тан: «Тан Тан, ты ещё помнишь о том медицинском заключении, которое появилось у Тан Ми?»

Услышав слова Цзи Яна, Тан Тан поняла, что что-то было не так. Она задумалась, а затем спросила: «То заключение написала Гу Янь Ран?»

«Да, это она. Она подстроила автомобильную аварию, но она не собиралась лишать тебя жизни, просто хотела, чтобы ты попала в больницу на обследование, а врач, который тебя осматривал, оказался её однокурсником. Они не общались много лет, но он поддался её уговорам и тайно провел обследование, так как она пообещала передать ему чек на соответствующую сумму».

«Так вот что произошло, неудивительно», — пробормотала Тан Тан. Гу Янь Ран вела себя высокомерно, но теперь получила заслуженное наказание и больше не будет никому вредить. Позже, когда она уедет, всё вернется в норму.

Однако Тан Тан всё же вспомнила кое-что, посмотрела на Цзи Яна и осторожно спросила: «Муженек, что случилось с семьёй Тан? Моя мать, она…»

Цзи Ян знал, что Тан Тан не забудет об этом деле, и будет следить за своей матерью: «Не волнуйся, я нашёл подходящего донора почек для семьи Тан. Твоей матери уже провели операцию, и она прошла успешно. К счастью, она сможет прожить ещё от одного до трёх лет».

«Нашёл?» — Тан Тан сначала была шокирована этой новостью, а потом засомневалась. — «Но тебе не нравилась семья Тан, ты же не хотел их прощать? Почему ты помог им найти донора почки?»

«Я им не помогал», — Цзи Ян серьёзно посмотрел в глаза Тан Тан. — «Я просто не хотел, чтобы в твоём сердце поселились сомнения. В конце концов, ты — дочь семьи Тан. Я боялся, что после смерти твоей матери ты будешь терзаться переживаниями. Подумай сама, ты же такая добрая».

Сердце Тан Тан внезапно наполнилось непостижимыми чувствами, оказывается он сделал это для неё. По правде говоря, хотя она и не должна была помогать семье Тан, даже если они чужие, Тан Тан всё равно думала о них в глубине души. Но теперь, когда она узнала, что её мать уже перенесла операцию, это заставило её испытать настоящее облегчение. Теперь она могла наконец-то забыть об этом.

«Мой муженек такой хороший, я так тебя люблю», — Тан Тан невольно обняла своего мужа за шею и дважды поцеловала.

Цзи Ян ответил ей долгим поцелуем, а потом сказал: «Я помог им не просто так. Я попросил у семьи Тан 20% акций их корпорации, зарегистрированные на имя Тан Тан».

Тан Тан сразу поняла, что он имел в виду настоящую Тан Тан. «Муженек, ты помогаешь настоящей Тан Тан?»

«Что ж, семья Тан задолжала ей долю наследства, так что теперь она получит своё. Это моя благодарность ей за то, что она родила Цзи Сяо Чжо, и за то, что она позволила мне встретиться с тобой. Надеюсь, она будет довольна».

Тан Тан вздохнула. Он действительно всё продумал и не оставил настоящей Тан Тан места для сожалений или тревог.

Ты ведь этого хотела?

Этой ночью Тан Тан увидела странный сон. Во сне она встретила маленькую девочку, её внешность была ей знакома.

У этой маленькой девочки с низко собранным хвостом была темная и грубая кожа, и худощавое телосложение. На ней была поношенная и свободная одежда, а сама она была такой худой, что её могло унести порывом ветра. Несмотря на это такая худенькая маленькая девочка несла большое ведро с едой для свиней. Она кормила их, присаживаясь на корточки у свинарника, закатав рукава, а после кормежки взваливала на спину носилки и шла в горы за хворостом. Нагрузив спину до предела, худенькая девочка, возвращалась обратно, и казалось, ещё немного и она не выдержит. По дороге домой из-за неподъемного груза она случайно упала на горной тропе, и её колени были изодраны до крови, но она не стала обращать на это внимание и продолжила свой путь.

Женщина средних лет увидела, что она возвращается, и выглянула из-за угла: «Ты уже давно поднялась на гору и до сих пор не спускалась. Ты что, ленишься? Как ты можешь лениться, когда ешь бесплатную еду? Только зря переводишь деньги!»

Девушка сжала губы и молча слушала женщину, пока та её отчитывает. Закончив, женщина пошла на кухню готовить. Однако, когда она вернулась и подала обед, в миске девушки был только коричневый рис и овощи. Всё мясо оказалось в тарелке брата девочки.

Тан Тан была словно невидимкой, она стала свидетелем этой сцены. Она следила за каждым движением девочки, но саму её никто не замечал. Она наблюдала за девочкой с самого утра до ночи. Она увидела, как девочка дождалась глубокой ночи, тихонько достала свечу и тайком читала книгу в комнате.

Тан Тан не понимала, зачем она сюда пришла. Она хотела уйти, но не могла сдвинуться с места. Она могла лишь оставаться с девушкой и наблюдать за ней день за днём. Она наблюдала как девушка ведёт тяжёлую и изнурительную жизнь. И вот однажды на лице девушки, которое много лет не выражало никаких эмоций, впервые появилась счастливая улыбка. Её приняли в престижный университет А, и скоро она могла покинуть этот бесплодный и мучительный дом!

Девушка не могла уснуть от волнения. Она пошла в ванную комнату посреди ночи. Проходя мимо комнаты родителей, она заметила, что там ещё горит свет. Из комнаты доносился голос женщины. Девочка подошла ближе, чтобы спросить у родителей, что случилось, но услышала их разговор, подойдя к двери. Она была потрясена леденящим душу известием: она не родная дочь этой семьи. Её намеренно подменили с другой девочкой. Изначально она была дочерью богатой семьи, и её дом находился в городе А, где и проживала сейчас та девочка. Фамилия её отца Тан, и он был президентом корпорация Тан.

Эта супружеская пара, эгоистично украла её жизнь. Они боялись, что она разрушит счастье их собственной дочери, и планировали не дать ей поступить в университет. Они хотели выдать её замуж за кого-то, кто даст им хороший выкуп за невесту.

В этот момент сердце девушки внезапно наполнилось гневом и нежеланием мириться с происходящим. Почему они так с ней поступили! Почему? В итоге девушка тайно собрала вещи и на следующий день отправилась в город А. Она нашла корпорацию Тан и через несколько дней наконец встретилась со своими биологическими родителями.

Девушка думала, что её трагическая жизнь наконец-то закончится. Но где бы она ни была, её ждала новая пропасть.

Отчуждение и непринятие в глазах её биологических родителей не позволяли ей сблизиться с ними. На роскошной вилле она боялась даже дышать. Уважительное отношение слуг было ещё более разрушительным для неё. А девушка, которая отняла у неё жизнь, была похожа на настоящую принцессу, окружённую вниманием. По сравнению с ней, эта девушка была больше похожа на дочь семьи Тан.

Больше всего её расстраивало то, что биологические родители отказывались признавать её, говоря, что она приёмная дочь, а та девочка — их биологическая дочь.

Девочка тайком плакала по ночам, ночь за ночью.

Увидев, как девочка плачет, Тан Тан поняла, кто она. Это была настоящая Тан Тан.

«Я так устала», — в этот момент позади неё раздался слабый и отчаянный голос. Тан Тан была потрясена, она обернулась и увидела пустое белое пространство, а в этом открытом пространстве на коленях сидела девушка и спокойно смотрела на неё.

Тан Тан была потрясена: «Ты — настоящая Тан Тан?»

Настоящая Тан Тан выглядела спокойной и опустошённой, она посмотрела на неё и ответила: «Да. Но я не хочу носить фамилию Тан. Я сожалею что являюсь частью их семьи. Я не должна была приезжать и искать своих биологических родителей. Если бы я не поехала, моя жизнь не была бы такой безнадежной».

Тан Тан сделал два шага вперед: «Где мы? Почему ты здесь? Ты всё ещё жива?»

Настоящая Тан Тан покачала головой: «Я уже мертва. Сейчас ты видишь всего лишь проблеск сознания в своём теле. Я привела тебя сюда. Я просто хочу поговорить с тобой перед тем, как исчезнуть. Не бойся».

Тан Тан не могла понять, что происходит, но интуиция подсказывала ей, что девушка не причинит ей вреда, поэтому Тан Тан тоже села и приготовилась внимательно слушать.

Настоящая Тан Тан улыбнулась: «Ты лучше меня. Ты девушка, достойная любви».

Тан Тан не знала, что сказать.

«Я скоро исчезну. Ты и Цзи Ян избавили меня от всех сожалений. Я не испытываю ностальгии по этому миру и наконец-то могу уйти с уверенностью», — настоящая Тан Тан улыбнулась с облегчением. — «Но, прежде чем я уйду, я хочу сказать тебе «спасибо». Спасибо, что любишь Сяо Чжо и Цзи Яна. Спасибо, что помогла мне обеспечить им хорошую жизнь. Я не была хорошей матерью или женой. Мне жаль их, но я правда не хотела этого, я не могла себя контролировать. Я просто заглушала боль с помощью алкоголя. В противном случае я бы действительно покончила с собой, но в итоге я решила положить этому конец, потому что хотела быть свободной».

Тан Тан была удивлена. Вот как всё было?

«Тан Тан, я рада, что ты заменила меня и помогла мне жить так, как я хотела. Большое тебе спасибо. Если можешь, не могла бы ты помочь мне и поблагодарить Цзи Яна? Я хочу поблагодарить его и тебя, за то, что ты отказалась от предложения семьи Тан стать донором почки и за то, что он получил для меня 20% акций корпорации Тан. Теперь я могу полностью очистить свой разум и уйти из этого мира. Спасибо».

Тан Тан кивнула со слезами на глазах: «Хорошо, я помогу тебе. Я всё ему передам».

Настоящая Тан Тан улыбнулась: «Надеюсь, ты обретёшь счастье, прощай». Сказав это, девушка медленно растворилась в воздухе, а затем и вовсе исчезла. Настоящая Тан Тан превратилась в дымку и навсегда ушла из этого мира.

«Тан Тан!» — Тан Тан внезапно открыла глаза и увидела белый потолок. Она лежала на большой кровати у себя дома.

Она проснулась.

Услышав пение птиц, Тан Тан обернулась и посмотрела в окно. Солнечные лучи проникали в комнату, наполняя её светом, а за дверью раздавался весёлый смех Цзи Сяо Чжо и Но Но.

Это и есть счастливая жизнь.

Тан Тан медленно улыбнулась и тихо прошептала: «Я буду счастлива, мы все будем счастливы».

- Конец –





Глава 83. Дополнительная, часть 1




Цзи Сяо Чжо и Но Но посещали детский сад смешанного возраста, где были группы от самых маленьких до самых больших детей. Когда им исполнилось по семь лет, они наконец-то были готовы пойти в начальную школу.

Начальная школа отличалась от детского сада. Учитель предъявлял строгие требования к ученикам. Классный руководитель первого класса заставляла детей внимательно слушать уроки и не допускать лишних разговоров. Такие требования были настоящей пыткой для детей, которые только что перешли в начальную школу, конечно, всех за исключением Но Но.

Но Но всегда была очень послушным ребёнком. Малышка могла просидеть, не двигаясь, до самой ночи, не говоря уже о том, чтобы смирно сидеть на уроках и внимательно слушать учителя.

Невинное и наивное поведение Но Но резко контрастировало с группой ленивых и шумных детей, поэтому она быстро привлекла внимание учителей. Учителя бросали на неё взгляды, а затем обращались к другим детям, ставя её в пример.

Поэтому, когда учителю нужно было вызвать кого-то к доске, чтобы ответить на вопросы, первой вызвали Но Но.

Но Но со сверкающими глазами встала со своего места. Весь класс тут же перевел на неё своё внимание. Дети с острым зрением заметили, что у Но Но на ухе была какая-то странная штука, и не могли удержаться от того, чтобы не обсудить это между собой. После обсуждения всем стало очень любопытно, и они попытались угадать, что это такое.

Во время перерыва между уроками к парте Но Но подбежал маленький толстячок. Чжу Си указал на слуховой аппарат в ухе Вэнь Но и спросил её: «Вэнь Но, что у тебя с ухом?»

Но Но потрогала своё ухо, задумалась и честно ответила: «Это слуховой аппарат».

Откуда ребёнку такого возраста было знать, что такое слуховой аппарат, поэтому толстячок с любопытством спросил: «Что такое слуховой аппарат? Зачем он тебе?»

Но Но не хотела говорить о своих проблемах со слухом, но задумавшись о том, как ей наладить отношения с одноклассниками в школе, поняла, что, если она не объяснится, то это не принесёт ей радости, поэтому она сказала: «Когда я надеваю слуховой аппарат, я всё чётко слышу. Я ношу его, потому что ничего не слышу одним ухом».

Толстячок отреагировал не сразу, но вдруг его глаза расширились, он отступил на два шага и указал на Но Но, крича: «Ты глухая!»

«Ого, оказывается, она глухая, тогда мы будем держаться от неё подальше».

«Да, а вдруг мы тоже станем глухими?»

«Может попросить учителя пересадить меня? Я не осмелюсь сесть рядом с ней. Я боюсь стать глухим».

Дети в ужасе или в изумлении начали переговариваться, и все они стали держаться подальше от Но Но, словно она была кем-то ужасным.

Глаза Но Но потемнели, она сжала губы и уставилась в свою книгу, не произнеся ни слова. Ей было наплевать на окружающих людей.

Я привыкла к подобному за столько лет.

В этот момент толстячок, который только что кричал и указывал на Но Но пальцем, вдруг вскрикнул: «А-а-а!»

Но Но посмотрела на него и увидела, что тот присел на пол и потирает лоб, а рядом с ним спокойно лежит мел для доски.

В него прилетел кусок мела для доски.

Толстячок повернул голову: «Кто осмелился ударить меня, я преподам ему урок!»

«Это я», — Цзи Сяо Чжо сошёл с трибуны и на ходу стряхнул с руки меловую пыль.

«Зачем ты меня ударил?» — толстячок был немного смущён откровенностью Цзи Сяо Чжо. Не каждый, кто случайно задевал его, вел себя так смело. О чём думает этот парень? Почему так себя ведет?

Однако, увидев, что Цзи Сяо Чжо невысокий и слабый, толстый мальчишка холодно фыркнул. Он сжал кулак и преградил ему путь: «Ты что, ищешь смерти?»

Цзи Сяо Чжо совершенно не воспринимал этого мальчишку всерьёз: «Я вижу, что это ты хочешь умереть. Если в следующий раз ты скажешь, что Вэнь Но — глухая, я тебя прикончу!»

Толстяк почувствовал себя очень уязвлённым из-за угроз со стороны какого-то слабого парня и громко крикнул: «Она глухая, или слышит только с аппаратом, почему я не могу так говорить?»

«Ты действительно ищешь смерти!» — сказал Цзи Сяо Чжо, нанося удар кулаком в лицо толстяку. Толстяк отлетел на два шага назад и упал на пол, подняв тучу пыли.

Толстяк сидел на полу и не мог поверить, что его ударили, особенно на глазах у стольких людей. Толстяк, который всегда был задирой дома и в детском саду, не мог этого так оставить. Поднявшись, он поднял кулак и бросился в сторону Сяо Чжо: «Ты посмел меня ударить, я тебя убью».

Двое парней мгновенно вступили в схватку.

Хотя в детстве Цзи Сяо Чжо был немного толстоват, с возрастом он постепенно подтянулся. Повзрослев, он постепенно стал выше и стройнее, теперь у него была высокая, стройная фигура, он стал больше походить на Цзи Яна. Маленький толстяк был другим. Он был на голову выше Цзи Сяо Чжо, а его телосложение было в два раза крупнее. В такой ситуации, когда разница в телосложении была очевидна, ученики, наблюдавшие за происходящим, подумали, что Цзи Сяо Чжо не поздоровится. Они закрыли глаза.

Однако то, что произошло дальше, потрясло детей.

Цзи Сяо Чжо одержал сокрушительную победу над толстяком. Маленький толстяк кричал и плакал, не в силах сопротивляться. Наконец подошла классный руководитель и остановила драку. Она спасла бедного толстяка от Цзи Сяо Чжо.

Но к этому моменту грозный толстяк превратился в жалкого толстячка, и она не знала, чем это закончится, если об этом узнают его родители.

В первый учебный день они подрались и вели себя отвратительно. Такое, конечно, не могло не обеспокоить родителей. Классному руководителю пришлось позвонить и сообщить родителям обеих семей.

Родители Чжу Си думали, что это их ребёнок кого-то избил. Они, как обычно, собирались прийти и извиниться за его поведение. Откуда им было знать, что это лицо их ребёнка распухло, как свиная голова? Так и было.

Мама толстяка взволнованно закричала: «Кто ударил моего ребёнка?»

Классный руководитель побоялась, что родители слишком разволнуются и навредят другому ребёнку. Она вышла в перед и начала успокаивать их: «Не волнуйтесь, мама Чжу Си. У детей возникли небольшие разногласия. Давайте сядем и всё обсудим?»

Отец Чжу Си огляделся и увидел присутствующих детей. Помимо его собственного сына толстячка, там были только одна девочка и один мальчик, но он решил, что тихая и нежная девочка совсем не подходит на роль той, кто мог так избить его сына. Оставался лишь один маленький мальчик, но выглядел он, как ребенок с утончённым и изысканным характером.

Отец Чжу Си указал на Цзи Сяо Чжо и спросил учителя: «Этот ребенок сделал это с моим сыном?»

Отец Чжу Си тоже был высоким и сильным, и выглядел немного пугающе. На первый взгляд, Чжу Си был похож на своего отца. Учитель испугалась, что тот ударит ребёнка, если разозлится. Она подсознательно спрятала Цзи Сяо Чжо за своей спиной и попыталась успокоить мужчину: «Не сердись, отец Чжу Си. Между Цзи Сяо Чжо и Чжу Си действительно возник конфликт, но причиной этому стало то, что Чжу Си сказал, что Вэнь Но — глухая. Цзи Сяо Чжо разозлился, но он ещё маленький. Будьте благоразумны, успокойтесь и подождите, давайте поговорим, когда приедут родители Цзи Сяо Чжо, хорошо?»

«Ничего не нужно говорить!» — отец Чжу Си прервал учителя, похлопав её по плечу, и прямо сказал. — «Учитель, пожалуйста, переведите Чжу Си в класс, где учится Цзи Сяо Чжо».

«А?» — классный руководитель подумала, что ослышалась. — «Что вы сказали, отец Чжу Си?»

Отец Чжу Си терпеливо повторил и заставил классного руководителя удивиться.

Мама Чжу Си извинилась перед Но Но, погладила её по головке и сказала: «Малышка, прости, наш Чжу Си слишком непослушный. Тётя накажет его, когда мы вернемся домой. Я обещаю, в следующий раз он не посмеет так разговаривать с тобой».

После этого мама Чжу Си подошла к Цзи Сяо Чжо и сказала ему: «Малыш, в будущем наш Чжу Си будет сидеть перед тобой. Можешь помочь дяде и тёте присмотреть за ним? Если он будет вести себя непослушно, накажи его. Он такой непослушный, можешь помочь своим дяде и тёте?»

Цзи Сяо Чжо впервые столкнулся с такой странной ситуацией. Он думал, что родители толстяка пришли к нему, чтобы свести счёты. Он хотел найти решение, но откуда ему было знать, что всё обернется таким волшебным образом?

Маленький толстячок, который на самом деле был жертвой, первым отреагировал на слова родителей: «Мама, папа, вы зашли слишком далеко! Я расскажу дедушке и бабушке, они вас отругают!»

Отец Чжу Си замахнулся и шлёпнул сына по заднице: «Замолчи, твои бабушка и дедушка уехали за границу, и не смогут защитить тебя. Не жди, что они тебя спасут. Лучше веди себя хорошо. Если не будешь вести себя послушно, я тебя прибью!»

Чжу Си вдруг разрыдался от горя.

Классный руководитель наконец поняла, что происходит, и обрадовалась. Ей нравились такие разумные родители. Больше всего она боялась родителей, которые слепо баловали своих детей.

Это просто замечательно.

Поэтому, когда Тан Тан в спешке примчалась в школу, отец и мать Чжу Си уже забрали Чжу Си домой, и дело было успешно улажено.

Узнав причину ссоры Цзи Сяо Чжо с другим ребенком, Тан Тан и Цзи Ян не стали его критиковать. Они лишь хотели, чтобы он не был таким импульсивным в будущем и не совершал подобных поступков, а если и придётся, то он должен был научиться контролировать себя, изучая боевые приемы для самозащиты.

Однако именно потому, что Цзи Сяо Чжо продемонстрировал свою абсолютную силу, с тех пор дети вокруг больше не осмеливались говорить, что Но Но — глухая, а толстяк Чжу Си был переведен в класс Цзи Сяо Чжо. Если он не слушался, Цзи Сяо Чжо кормил его тумаками, до тех пор, пока тот не стал послушным. Позже Чжу Си уже не осмеливался поднимать шум и проказничать в классе. Из-за этого отец и мать Чжу Си были очень благодарны Цзи Сяо Чжо. Они всегда покупали ему и Но Но вкусную еду.

Из-за этого Чжу Си и Сяо Чжо очень сблизились. Их семьи часто ужинали вместе. После нескольких таких ужинов они поняли, что у них хорошие отношения, и они стали хорошими друзьями. Трое детей стали верными товарищами. Если кто-то говорил, что Но Но — глухая, позже, узнав об этом, Цзи Сяо Чжо и Чжу Си вступались за неё.

Можно было сказать, что школьная жизнь Цзи Сяо Чжо заключалась в исправлении поведения непослушных детей. Все в начальной школе высмеивали и притесняли Но Но, а он в одиночку боролся с этим, пока не убедил всех в своей правоте. Поэтому Цзи Сяо Чжо стал признанным лидером во всей школе. К пятому классу его знали все.

Конечно, Цзи Сяо Чжо был знаменит не только тем, что у него крепкий кулак, но и тем, что он был красив и хорошо учился.

Такой парень, который умел драться, а также был красив и умен, очень привлекал к себе внимание. Уже к пятому классу многие девочки краснели при виде него, а на столе Цзи Сяо Чжо одно за другим появлялись любовные письма.

Многие девушки думали, что Но Но — сестра Цзи Сяо Чжо, и просили её передать ему любовные письма. Но Но каждый раз едва заметно качала головой и опускала взгляд, не обращая внимания на таких девушек. Со временем эти девушки перестали к ней обращаться, но все они говорили, что у Цзи Сяо Чжо плохая сестра.

Цзи Сяо Чжо не обращал особого внимания на любовные письма. Он даже не читал их, а просто выбрасывал в мусорное ведро. Он считал, что лучше пойти на баскетбольную площадку и поиграть.

Цзи Сяо Чжо любил спорт, особенно баскетбол. Помимо уроков физкультуры, он каждый день после школы ходил на площадку, а Но Но ждала его рядом с полотенцем и водой, делая уроки. На оживлённой баскетбольной площадке Цзи Сяо Чжо чувствовал себя как рыба в воде. Однако многие мальчики, которые играли в баскетбол с Цзи Сяо Чжо, завидовали ему и говорили, что если бы у них была такая же хорошая сестра, то они были бы счастливы.

Каждый раз Цзи Сяо Чжо с гордостью говорил: «Вам не стоит завидовать. Моя сестра слишком стеснительная».

Все хотели его ударить за это.

Первые пять лет в начальной школе были спокойными и приятными, но позже всё изменилось.

На небольшой баскетбольной площадке внезапно появилась примечательная фигура — красивая девушка с хвостиком и красивым светлым лицом. Она присоединилась к группе парней, и начала тренироваться вместе с ними на площадке.





Глава 84. Дополнительная, часть 2




Движения девушки были очень красивыми. Даже непрофессионал мог заметить, что она отлично играла в баскетбол, даже лучше, чем многие парни.

Такая девушка, хорошо играющая в баскетбол, естественно, привлекала к себе внимание публики. В результате каждый раз, когда она играла с группой ребят, на баскетбольной площадке собиралось много зрителей.

Девочка по имени Вэй Цзя, недавно переведенная из Императорской школы выглядела, как настоящая пекинская кинозвезда и умела хорошо говорить на английском языке. Она была высокой и стройной, с белоснежной сияющей кожей и с двумя ямочками на щеках. Её одежда от известных брендов подчеркивала её красоту. И даже в таком юном возрасте можно было предсказать, каким удивительным будет её будущее.

Двенадцать — тринадцать лет прекрасный возраст. Многие дети втайне начинали влюбляться и это было нормально. Поэтому такие девочки, как Вэй Цзя, естественно, привлекали внимание большинства мальчиков. На следующий день после появления в школе Вэй Цзя на её столе стали появляться любовные письма, и всего за один день она стала первой красавицей школы, а Цзи Сяо Чжо занимал первое место среди школьных красавчиков.

Но Вэй Цзя отличалась от обычных школьных красавиц. Она не была слабой леди. Она любила спорт и занятия на улице. Ей нравились спортивные игры, и у неё это отлично получалось. Она хорошо играла в баскетбол, и её навыки игры были на достойном уровне. Как правило, мальчики, были ей не соперники, только Цзи Сяо Чжо мог дать ей отпор.

Помимо своего отца, Цзи Сяо Чжо крайне редко встречал соперника, подходящего ему по возрасту. Сначала он не был в восторге. Раньше он не интересовался девушками, и общался только с Но Но, но после нескольких раундов в баскетбол, которые дались ему с трудом, он не стал исключать Вэй Цзя из круга своего общения. Со временем он и сам начал звать её в команду, а после тренировок, естественно, они ходили ужинать, и с её присутствием их компания стала больше. Вэй Цзя была девушкой, но она была не похожая на Но Но.

Но Но — медлительная девушка. Она не любила разговаривать, вела себя скромно и тихо сидела в сторонке, поэтому её легко можно было не заметить. По сравнению с Но Но, Вэй Цзя была совершенно другой. Она была щедрой и великодушной. Где бы она ни была, она сияла, как маленькое солнце, поэтому все ребята в группе, естественно, любили общаться с Вэй Цзя. Не то чтобы им не нравилась Но Но. Просто у неё был такой характер, что они не знали, как с ней поладить. Таким образом, Вэй Цзя стала всеобщим любимцем команды.

Из-за способностей Вэй Цзя к мощным и взрывным броскам она была немного похожа на Цзи Сяо Чжо. Долгое время все называли Цзи Сяо Чжо братом, а Вэй Цзя — сестрой, и относились к ним как к паре.

Однако ни один из них не воспринимал это всерьёз.

Прошёл год, и вскоре шесть лет начальной школы закончились. После выпускных экзаменов в одной из школ был организован общешкольный баскетбольный матч. Класс Цзи Сяо Чжо был особенным. Во всей школе была только одна девушка-баскетболистка, и эта девушка до сих пор считалась королевой школы. Поэтому баскетбольная команда первого класса привлекала наибольшее внимание. Конечно, они были и самыми сильными, потому что их лидером был Цзи Сяо Чжо. Следующим шагом был финальный матч за звание чемпиона начальной школы.

В ночь после победы в чемпионате все решили отпраздновать. Помимо команды, игравшей в баскетбол, единственными посторонними были Но Но и толстяк Чжу Си.

Естественно, капитан баскетбольной команды отвечал за организацию мероприятий. Он выбрал известный ресторан и повёл всех туда.

Все ребята в этой компании собирались пойти в старшую школу. Все они уже считались настоящими взрослыми. Некоторые даже предложили выпить алкоголь этим вечером. Это предложение было единогласно поддержано всеми членами команды. Их старший товарищ, ничего не говоря, подошел к пивной стойке и заказал для всех пиво.

Все закричали от восторга и получили каждый по бутылке. Один из них сказал: «Сегодня отличный день, давайте выпьем, никто не сможет отказаться!»

Он поставил бутылку перед Но Но и подмигнул ей: «Отличного вечера, сестра Но Но, ты тоже немного выпей. Не волнуйся, пиво не сильно крепкое».

Но Но никогда не притрагивалась к алкоголю и не собиралась этого делать. Она уже собралась махнуть рукой и отказаться, но Цзи Сяо Чжо, сидевший рядом с ней, протянул руку и забрал бутылку у Но Но: «Уйди, уйди, Но Но ещё маленькая. Вы можете пить алкоголь, а девочки — нет».

Из-за слов Цзи Сяо Чжо, естественно, парни больше не осмеливались угощать Но Но алкоголем. Когда настала очередь Вэй Цзя, они собрались пропустить её. Но Вэй Цзя схватила бутылку, улыбнулась и сказала: «Я не такая уж слабая. Я могу пить, не надо относиться ко мне как к девочке».

Услышав это, все зааплодировали и выпили вместе с ней.

«Ну, это же наша сестра! Она умеет пить!»

«О боже, сестрёнка, похоже, ты очень хорошо умеешь пить».

«Отлично, сегодня вечером я должен выпить с тобой ещё несколько бокалов, сестрёнка».

Вэй Цзя напустила на себя важный вид, и в зале стало так оживлённо, что Цзи Сяо Чжо пришлось к ним присоединиться. Всем пришлось взять ещё по одному бокалу. Но Но увидела это и потянула Сяо Чжо за штанину под столом. Когда он наклонился к ней, она покачала головой и тихо сказала: «Старший брат, ты ещё недостаточно взрослый, не пей алкоголь, это вредно».

Цзи Сяо Чжо улыбнулся и успокаивающе похлопал её по плечу: «Всё в порядке, в пиве немного алкоголя. Я немного выпью, от такого количества я не напьюсь».

Остальные подхватили: «Точно, точно, пиво тебя не опьянит, всё в порядке!»

«Сестрёнка Но Но, мы уже не маленькие, не нужно так беспокоиться!»

«Сестрёнка Но Но такая послушная, ох, пока мы пьем перекуси. Я куплю тебе вкусной еды!»

Вэй Цзя тоже улыбнулась и сказала Но Но: «Не разочаровывай нас, Но Но. Я хочу сегодня выпить с Цзи Цзы Чжо. Я хочу проверить, кто из нас выпьет больше он, или я».

После этого Вэй Цзя похлопала Цзи Сяо Чжо по плечу. «Ну что, осмелишься посоревноваться со мной? Я не верю, что ты пьешь лучше меня».

Цзи Сяо Чжо закатил глаза: «Ну же, ну же, хватит болтать ерунду, давай выпьем».

«Хорошо, я жду тебя», — Вэй Цзя тут же налила себе бокал.

Цзи Сяо Чжо тоже налил себе пива.

«Хорошо! Король выпивки, брат Цзы Чжо скоро вернется». Окружающие их люди оживились и подошли к Вэй Цзя и Цзи Сяо Чжо, чтобы налить им ещё пива. Вэй Цзя снова и снова выпивала и смотрела на Цзи Сяо Чжо.

Цзи Сяо Чжо указал на неё пальцем и спросил: «Ты что, не в своём уме сегодня?»

Вэй Цзя бросила на него вызывающий взгляд: «Если ты не хочешь пить, то признай своё поражение, и не будет никаких проблем».

Цзи Сяо Чжо улыбнулся, поднял свой бокал и сделал глоток.

Поведение этих двоих накаляло обстановку, и все, кто был в зале, последовали их примеру и выпили. Пришло время поднять бокалы за хорошее времяпрепровождение. Только Но Но и Чжу Си, которые боялись, что их напоят, тихо сидели и не пили.

Но Но смотрела, как Цзи Сяо Чжо выпивает бокал за бокалом, она поджала губы, склонив голову, и обеспокоено сжала свою штанину.

Чжу Си сидел по другую сторону от Но Но и наблюдал за ней. Он потянул её за рукав и тихо утешил: «Но Но, не волнуйся, они счастливы, к тому же скоро они покинут школу. Они хотят как следует повеселиться, наслаждайся едой».

Но Но опустила голову и взяла палочки, чтобы поесть, и больше не поднимала головы.

Они просидели с пяти до девяти вечера, и компания уже была навеселе, но никто не хотел идти домой. Все хотели пойти в караоке-бар, петь и танцевать. Но Но, взглянув на часы, подумала о Тан Тан. Вся семья ждала их возвращения. Но Но захотела пойти домой, поэтому она обратилась к опьяневшему Сяо Чжо, и сказала: «Старший брат, давай вернёмся, нас дома ждут».

Цзи Сяо Чжо задумался и хотел согласиться, но Вэй Цзя подбежала к ним и в пьяном угаре повисла у него на руке. Она сказала, высунув язык: «Не уходи, ты обещал, что останешься до конца, кто берет свои слова назад, тот собака!»

Цзи Сяо Чжо небрежно сказал, что останется до конца. Он даже не подумал, что сказал что-то не то. Он посмотрел на Но Но и сказал: «Но Но, пойдём повеселимся ещё немного, а через час вернёмся домой?»

Но Но нахмурилась, она не хотела идти в караоке-бар, ей там не нравилось.

Увидев, что Цзи Сяо Чжо не уходит, Вэй Цзя взяла его за руку и повела в другую сторону: «Ну же, дружище, что ты делаешь?»

Но Но уставилась на их переплетенные руки, и её взгляд помрачнел. Она посмотрела на Цзи Сяо Чжо и прошептала: «Старший брат, я пойду домой, мне нужно отдохнуть».

Цзи Сяо Чжо был вынужден уступить просьбам Вэй Цзя и остальных. Но Но пришлось вернуться домой. Когда Сяо Чжо оказалась в затруднительном положении, то увидел Чжу Си, стоящего рядом с Но Но. Вспышка света озарила его сознание, и он сказал: «Толстяк, проводи Но Но домой. Обеспечить её безопасность, если хоть волос упадет с её головы, я тебя не прощу!»

Чжу Си посмотрел на Но Но и, согласившись, кивнул.

Вэй Цзя тащила Цзи Сяо Чжо за собой, а он повернулся к Но Но и помахал ей на прощание: «Но Но, ты возвращайся первой, я вернусь позже».

Но Но кивнула еле качнув головой, но не ответила, а спокойно осталась стоять на месте, наблюдая, как они уходят все дальше и дальше, пока совсем не скрылись из виду.

Чжу Си почесал затылок и забрал сумку у Но Но: «Но Но, пойдём домой».

Но Но ничего не ответила. Спустя долгое время она тихо произнесла «угу», развернулась и пошла в противоположную сторону.

Когда Цзи Сяо Чжо вернулся домой той ночью, то не увидел Но Но. Он посмотрел на дверь в её комнату и заметил, что в комнате было темно. Он прошептал: «Спит так рано, даже на дождалась, когда я вернусь. Ну, ничего страшного, не буду её беспокоить».

На следующий день официально начались летние каникулы и не нужно было идти в школу. Цзи Сяо Чжо проспал до обеда, пока солнце не поднялось в наивысшую точку. Тан Тан заглянула к нему и отчитала: «Не засиживайся допоздна, когда идешь гулять, нужно соблюдать регулярный режим сна. Нельзя возвращаться так поздно ночью».

Цзи Сяо Чжо радостно улыбнулся Тан Тан: «Я знаю, моя прекрасная мама, в будущем я больше так не буду. Вчерашний вечер — исключение».

Тан Тан знала, что скорее всего он выпил лишнее прошлым вечером, и подала ему суп.

Но Но наклонилась и молча ела. Цзи Сяо Чжо решил спросить её: «Но Но, ты так рано уснула прошлой ночью?»

Но Но: «Хмм».

«О, давай отправимся гулять во второй половине дня. Вчера ребята сказали, что собираются пройти покататься на коньках. Я возьму тебя с собой».

Но Но подняла голову и спросила: «Кто там будет?»

«Только Да Вэй, Обезьяна и Вэй Цзя».

Но Но опустила голову и сказала: «Я не пойду, я хочу остаться дома и почитать».

«Перестань, сейчас ведь летние каникулы, сходи куда-нибудь и отдохни. Тебе слишком скучно сидеть дома целыми днями».

Но Но всё равно покачала головой: «Я не очень люблю кататься на коньках. Читать дома не скучно».

Тан Тан заметила, что Но Но действительно не хочет выходить, и сказала: «Но Но любит тишину. Если она не хочет выходить, пусть побудет дома».

Цзи Сяо Чжо вздохнул и погладил Но Но по голове: «Что ж, мне пора идти».





Глава 85. Дополнительная, часть 3




Летние каникулы только начались. Цзи Сяо Чжо продолжал ходить на прогулки каждый день, как обычно. Он был лидером небольшой компании, поэтому он рано вставал, и собирал у себя дома друзей. Они уходили только тогда, когда наедались.

Дом Вэй Цзя находился недалеко от того места, где сейчас жила семья Цзи, поэтому она приходила к ним каждый день и подолгу оставалась там. Она стала хорошей знакомой семьи Цзи и иногда оставалась на ужин.

С приходом большого количества подростков дом семьи Цзи внезапно оживлялся, но после того, как они наедались и уходили, дома оставались только Тан Тан и Но Но. После полудня Но Но снова не пошла веселиться с ребятами. Она осталась дома с Тан Тан. Иногда она читала книги или помогала Тан Тан шить одежду. Она была тихой и не разговорчивой.

Тан Тан погладила её по голове: «Почему ты в последнее время не гуляешь со своим старшим братом? Что-то не так?»

«Нет», — Но Но прищурилась. — «Я не играю в баскетбол, не участвую в играх, и в том, чем они занимаются».

Тан Тан увидела, что Но Но немного расстроена, но девочка не хотела говорить ей в чем дело. Тан Тан не стала настаивать, и лишь спросила: «Правда, тебе не скучно дома в такие дни? Сейчас летние каникулы, а тебе редко удается выбраться куда-нибудь и повеселиться. Тебе не обязательно идти играть с ребятами, ты можешь найти себе занятие по душе».

Но Но через некоторое время согласно хмыкнула.

Как раз в это время, Чжу Си планировал похудеть, его мать записала его в летний спортивный-лагерь, который должен был помочь ему улучшить свою физическую форму и одновременно сбросить вес. Это очень его смущало, и он пришел пожаловаться Но Но, говоря, что не желает туда ехать.

Выслушав его, Но Но тихо сказала ему: «Тебе нужно похудеть».

Чжу Си вдруг расплакался, потеряв самообладание, и жалобно спросил: «Но Но, ты думаешь, я толстый?»

Но Но честно кивнула: «Ты толстый».

Чжу Си опустил голову. На самом деле он тоже знал, что быть толстым — это некрасиво. Девушкам нравились худые и высокие парни, как брат Цзы Чжо: «На самом деле я тоже хочу похудеть, но не могу заставить себя это сделать».

Но Но похлопала его по плечу и вдруг сказала: «Я поеду с тобой».

«А?» — Чжу Си вдруг поднял голову. — «Что ты сказала? Ты хочешь поехать со мной, чтобы худеть?»

Но Но кивнула: «Я поеду вместе с тобой, но мне не нужно худеть, я и так в хорошей форме. Я буду следить за тем, чтобы ты похудел».

«Правда? Ты мне не врёшь?»

«Нет, мне всё равно нечего делать дома».

Чжу Си моргнул и вдруг улыбнулся. Он решительно кивнул: «Хорошо! Но Но, если ты будешь следить за мной, я точно смогу похудеть!»

Но Но посмотрела не него и улыбнулась.

Тан Тан узнала, что Но Но тоже хочет поехать в летний лагерь и очень обрадовалась этому. Скучать дома целый день — это не так уж и хорошо. Лучше заняться спортом, а Но Но с её слабым здоровьем были необходимы различные спортивные упражнения. Это будет ей только на пользу. Поэтому Тан Тан дала Но Но своё разрешение. На следующий день Но Но отправилась с Чжу Си в лагерь.

Весь вечер Цзи Сяо Чжо и Вэй Цзя играли в одну игру. После этого они пошли есть барбекю. Поев, он отправил Вэй Цзя домой, и вернулся очень поздно. Он быстро уснул и проснулся, когда почти наступило время обеда.

Он огляделся и, не увидев Но Но, спросил у Тан Тан: «Мам, а где Но Но?»

Тан Тан сердито посмотрела на него: «Ты ещё спрашиваешь о Но Но. Ты уже столько дней безумно пропадаешь целыми днями. Ты не обращал на Но Но никакого внимания, только злил меня!»

«Ох, мам, Но Но сама не захотела идти со мной. Она не хочет делать то, что делаю я», — пожал плечами Цзи Сяо Чжо и снова спросил Тан Тан. — «Мам, ты ещё не ответила мне, где Но Но?»

«Но Но поехала в летний лагерь».

«Летний лагерь?» — Цзи Сяо Чжо внезапно потерял дар речи и занервничал. — «Она мне ничего не сказала?»

«Как она могла тебе что-то сказать, ты же целыми днями пропадаешь. Она уехала рано утром. И зачем ей тебе что-то говорить, ты же можешь встречаться с другими ребятами, так почему Но Но не может?»

Цзи Сяо Чжо раздражённо почесал затылок и взял телефон, чтобы позвонить Но Но, но обнаружил, что тот выключен.

Тан Тан сказала: «Но Но не взяла с собой мобильный телефон, когда уезжала».

«Что!» — лицо Цзи Сяо Чжо помрачнело, и после долгой паузы он спросил: «Куда она поехала?»

Тан Тан было смешно; этот сорванец был таким равнодушным всё это время, и только сейчас осознал всю серьезность происходящего. «Там нет определённого места, она может быть, где угодно».

Цзи Сяо Чжо почувствовал, как у него сжалось сердце, и ему стало трудно дышать. Он не понимал, что происходит. Ему оставалось только выплеснуть это удушающее чувство на спортивной площадке и обрушиться с критикой на всех присутствующих.

«Брат Цзы Чжо, ты с ума сошел, что за лекарство ты сегодня принял?» — Вэй Цзя вся взмокла, пот стекал по её и без того рельефному телу. Её красота, присуща девушкам её возраста, привлекала противоположный пол.

Но Цзи Сяо Чжо было всё равно. Он стер пот со лба, всё ещё чувствуя себя не по себе. Он просто взял и выпил воды, чтобы немного успокоиться.

Вэй Цзя взяла полотенце и попыталась вытереть его, но тот отдёрнул руку и сам вытер себе лицо.

Все переглянулись: «Что сегодня случилось с боссом? Съел что-то не то?»

«Не знаю, выглядит очень плохо».

«Я чувствую, что босс очень раздражён, но точно не знаю, что произошло».

Вэй Цзя посмотрела ему вслед и прикусила губу. Она быстро догнала его и схватила за руку: «Что с тобой сегодня случилось? Что ты делаешь?»

Цзи Сяо Чжо быстро высвободил свою руку: «Ничего, я просто не хочу больше играть. Я пойду домой, не ходи за мной».

После того как он дважды отверг её, Вэй Цзя потеряла самообладание. Она разозлилась и отстала от него. Сяо Чжо вернулся домой.

Цзи Сяо Чжо с самого детства ни разу не расставался с Но Но так надолго. Он чувствовал себя ужасно, он был очень зол и хотел сделать что-нибудь, чтобы выплеснуть свои эмоции, но не мог себе этого позволить.

Но Но исчезла, и он к этому не привык. Ему оставалось лишь ждать, пока Но Но не вернётся.

Цзи Сяо Чжо каждый день с нетерпением ждал возвращения Но Но. Он надеялся, что она вернётся в середине летних каникул, но она вернулась за три дня до начала учёбы в старшей школе.

Когда Цзи Сяо Чжо услышал, что Но Но приехала домой, он бросил всех и побежал домой. Он бежал, обливаясь потом и тяжело дыша. Сяо Чжо заключил Но Но в свои объятия. Несмотря на то, что в его сердце поселилось недовольство, он сказал: «Плохая девчонка, наконец-то ты вернулась, кто позволит тебе исчезнуть без мобильного телефона! В следующий раз я сломаю тебе ногу!»

«Если ты посмеешь сломать ногу Но Но, я первым сломаю тебе обе ноги», — сказал Цзи Ян, глядя на Цзи Сяо Чжо. Но Но воспользовалась возможностью вырваться из объятий парня, а затем улыбнулась ему и сказала: «Иди сюда».

Цзи Сяо Чжо внимательно посмотрел на неё. За время летних каникул её волосы отросли. Она стала выше, а детский жирок на её лице бесследно исчез. Казалось, что она стала взрослее.

Цзи Сяо Чжо очнулся от оцепенения.

Но Но достала из сумки маленькую коробочку и протянула ему: «Это подарок».

Цзи Сяо Чжо пришел в себя после внезапного преображения Но Но во взрослую девушку. Он взял коробку и открыл её. Там был брелок в виде злодея, и этот злодей был мультяшной версией Цзи Сяо Чжо.

«Но Но, это от тебя?»

Но Но кивнула.

Цзи Сяо Чжо улыбнулся и сразу же повесил брелок себе на ключ. Он хотел погладить её по голове, как раньше, но она отстранилась от него. Он фыркнул, подумав, что Но Но была занята чем-то другим.

Цзи Сяо Чжо почувствовал, что что-то было не так, но не мог сказать, что именно. Подумав про себя, он понял, что ему определённо хочется большего.

Через пару дней в первой городской старшей школе официально начались занятия, и Цзи Сяо Чжо и Но Но получили свои итоговые оценки. И их, естественно, распределили в один класс. Чжу Си тоже хорошо учился, поэтому они по-прежнему учились в одном классе. Так как и Вэй Цзя была очень умной, её тоже распределили в их класс.

Четверо друзей оказались в одном классе, перейдя старшую школу, а остальные попали в другие классы.

Вэй Цзя улыбнулась и сказала: «Раз мы все четверо учимся в одном классе, давайте сядем вместе. Я не против сесть с Но Но. Вы двое, мальчики, садитесь вместе».

Цзи Сяо Чжо сначала возразил: «Я не буду сидеть с этим толстяком».

Чжу Си тут же вскочил и возразил: «Не называй меня толстяком, я больше не толстяк».

После летних каникул Чжу Си, конечно же, похудел под строгим присмотром Но Но. Эффект был поразительным. За два месяца он сбросил 13 килограммов. Теперь он был не толстяком, а обычным парнем. Чжу Си выглядел высоким и неожиданно очень привлекательным.

Цзи Сяо Чжо не обращал на него внимания: «Даже если ты не толстяк, я не буду с тобой сидеть. Я всегда сижу с Но Но».

Вэй Цзя услышала это, и выражение её лица стало не очень приятным. Она прикусила губу и немного заупрямилась: «Тогда мне придётся сидеть с Чжу Си, но мы с ним не знакомы».

Чжу Си услышал её слова и сказал: «Думаешь, я хочу сидеть с тобой? Я тебя не знаю».

Вэй Цзя и Цзи Сяо Чжо развели руками.

Цзи Сяо Чжо собирался разрешить ситуацию, но кто бы мог подумать, что Но Но сядет рядом с Чжу Си. Положив рядом с ним свой рюкзак, она сказала: «Я посижу с тобой».

Вэй Цзя тут же улыбнулась, но Цзи Сяо Чжо помрачнел, и по его телу пробежала неприятная дрожь. Он собирался вернуть Но Но, но Вэй Цзя перехватила его взгляд и остановила его: «Хорошо. Ну, что мы можем сделать? В любом случае, Но Но хочет сидеть с Чжу Си, и мы не можем заставлять её. Это ведь решение Но Но, так?»

Но Но, конечно же, проигнорировала её слова и не обратила внимания на Сяо Чжо.

Из-за поведения Но Но Цзи Сяо Чжо чувствовал себя очень неловко. Теперь, даже если ему хотелось вернуть её обратно и сесть с ней, он не мог этого сделать. Он не улыбался и не разговаривал весь день. Короче говоря, он чувствовал себя очень скованно.

Когда они вышли из школы, друзья позвали Цзи Сяо Чжо и Вэй Цзя поиграть. Вэй Цзя согласилась, а Цзи Сяо Чжо ничего не сказал, он посмотрел на Но Но и предложил ей: «Но Но, идем со мной на площадку». Он хотел, чтобы Но Но, как обычно, подождала его и дала ему полотенце.

Но она посмотрела на Вэй Цзя и покачала головой: «Нет, я пойду домой делать уроки. А ты иди играй».

После этого Но Но взяла свою сумку и ушла. Чжу Си поспешил собрать свои вещи и догнать её.

Другие ребята ничего не сказали, но были очень удивлены тем, как сейчас выглядел Чжу Си. Они обсуждали между собой: «Этот парень тот самый Чжу Си? Как ему удалось так похудеть? Он стал таким красивым. Ему нравится эта девочка?»

Цзи Сяо Чжо взял свою сумку со стола и ушёл: «Я не хочу сегодня играть, идите без меня». Он сказал, что уходит, и оставил остальных наедине друг с другом.

Когда Сяо Чжо добежал до школьных ворот, было уже поздно. Он увидел только, как Но Но удаляется, сидя на велосипеде Чжу Си.

«Чёрт!» — Цзи Сяо Чжо не смог сдержать ругательство, и раздражённо почесал затылок. Чувство, что что-то было не так, усилилось. Но Но отказалась иди с ним на площадку, но последовала за Чжу Си. Неужели Чжу Си стал таким привлекательным, похудев?

Как только эта мысль пришла в голову Сяо Чжо, он тут же покачал головой и отверг её. Невозможно, даже если Чжу Си стал стройнее и привлекательнее, разве может он стать красивее него? Но Но говорила, что он самый красивый.





Глава 86. Дополнительная, часть 4




Цзи Сяо Чжо поехал на велосипеде домой. Вернувшись, он обнаружил, что Но Но ещё не пришла. Он спросил у матери, где она, и та сказала, что Но Но пошла к Чжу Си. Мать Чжу Си хотела поблагодарить и угостить ужином Но Но за заботу о Чжу Си, иначе этот ребёнок так и остался бы немного полноватым.

Цзи Сяо Чжо глубоко вздохнул, развернулся и вышел за дверь.

Тан Тан ничего не поняла, поэтому крикнула ему вдогонку: «Куда ты идёшь? Скоро ужин!»

Цзи Сяо Чжо выбежал за велосипедом, ответив: «Я поехал за Но Но, провожу её домой».

Тан Тан нахмурилась. Но Но поехала туда не так давно. Она скорее всего даже не успела притронуться к еде. Зачем тебе забирать её так рано? Какой странный ребёнок.

Цзи Сяо Чжо остановился у дома Чжу Си, но не стал подниматься. Приглашена была только Но Но, у него не было причин подниматься, поэтому он ждал внизу. В такую погоду всё ещё было много комаров, и вскоре он весь покрылся укусами. Он всё ещё был очень чувствителен к щекотке, и если бы речь шла не о Но Но, он наверняка не стал бы сидеть весь вечер на клумбе, и ждать её в оцепенении.

К девяти часам Но Но наконец спустилась вниз, с ней был Чжу Си, который собирался проводить её обратно домой.

Цзи Сяо Чжо встал и подошел к Но Но, крепко взяв её за руку: «Но Но, я тебя подвезу».

Но Но удивлённо моргнула, и через некоторое время перевела взгляд на Чжу Си, а затем она кивнула и помахала ему рукой: «Тогда я пойду домой, спасибо тебе, еда была очень вкусной».

Чжу Си был очень рад и, почесав затылок, сказал: «Хорошо, я скажу маме, что тебе понравилось. В следующий раз можешь снова приходить к нам».

Но Но кивнула.

«Идем домой, иначе меня здесь комары закусают до смерти!» — Цзи Сяо Чжо сделал шаг вперёд и направился к велосипеду. Подойдя ближе, он обнял Но Но за талию и посадил на переднюю перекладину велосипеда, а затем перекинул свою длинную ногу через его заднюю часть.

Таким образом, казалось, что Но Но сидит у него на руках, и Цзи Сяо Чжо почувствовал, что на душе у него стало немного спокойнее.

Но Но неловко пошевелилась и прошептала: «Я хочу сесть сзади».

«Почему ты хочешь сесть сзади? Там сидеть не очень удобно», — Цзи Сяо Чжо почувствовал разочарование.

Но Но сжала губы, похлопала его по руке и посмотрела на него: «Мне так больно».

Цзи Сяо Чжо выругался и остановился. Он неохотно отпустил Но Но, чувствуя пустоту в сердце.

На обратном пути Цзи Сяо Чжо замялся и наконец спросил Но Но, сидевшую на заднем сиденье: «Но Но, почему ты в последнее время не хочешь ходить со мной на игровую площадку? В команде кто-то тебя раздражает?»

Но Но крепче сжала ткань его футболки, но её голос не изменился. «Я не буду ходить на площадку, я всё равно не участковую в играх, поэтому следовать за тобой бесполезно».

«Кто сказал, что это бесполезно?» — Цзи Сяо Чжо неосознанно возразил, и в его тоне прозвучала обида. — «Ты можешь меня подбодрить. Когда я испытываю жажду, никто не даёт мне воды, никто не вытирает мне пот».

Но Но задрожала и прошептала: «И без меня кто-нибудь даст тебе и то, и другое».

«Разве это одно и то же?» — Цзи Сяо Чжо, не задумываясь, ответил. — «Мне не нужны вещи других девушек, только не пойми меня неправильно».

«Неправильно? Думаешь, я поняла тебя неправильно?»

«Конечно! Ты моя сестра! Разве не понятно?»

«...Оу», — Но Но потеряла дар речи, а затем внезапно она сказала. — «Но я тебе не сестра. Если мы будем слишком близки, твоей девушке это не понравится, да и моему парню тоже».

Цзи Сяо Чжо автоматически проигнорировал слова про девушку, потому что никогда не думал, что у него будет девушка. Его волновали только последние слова Но Но, из-за которых он резко остановил велосипед. Он повернул голову, сердито посмотрел на Но Но и спросил: «Ты влюблена? У тебя есть парень? Кто он?»

«...» Хотя Но Но была добродушным человеком и никогда не выходила из себя, она тоже умела злиться. Она спрыгнула с велосипеда и ушла, не желая разговаривать с этим человеком.

Цзи Сяо Чжо был занят тем, что толкал велосипед, пытаясь догнать её: «Что с тобой случилось? Куда ты идешь? Ты не сказала мне о своём парне?»

Но Но проигнорировала его и пошла дальше.

«Я же тебе говорил, что мы ещё молоды и должны сосредоточиться на учёбе. Не стоит так себя вести. Можешь мне сказать? Прошу тебя, скажи мне, кто твой парень».

Но Но не хотела его слушать. По дороге она не ответила ни на один из его вопросов. Когда она пришла домой, то поприветствовала Тан Тан, а затем вошла в свою комнату и закрыла дверь. Цзи Сяо Чжо не стал входить в её комнату.

Тан Тан была в ярости: «Что ты сделал?»

«... Ничего», — Цзи Сяо Чжо заскрипел зубами, и посмотрел на закрытую дверь Но Но. Он не стал стучать в дверь, а повернулся и пошел в свою комнату, планируя завтра утром снова расспросить её.

Тан Тан не смогла ничего понять и спросила Цзи Яна: «Муженек, у меня такое чувство, что в нашей семье что-то не так».

Цзи Ян окинул глубоким взглядом дверь в комнату Но Но и погладил Тан Тан по голове: «Не волнуйся за них, в подростковом возрасте возникает много проблем, они сами справятся. Давай спать».

«О, хорошо».

На следующий день Сяо Чжо пришёл за Но Но в её комнату. Он узнал, что она уже ушла в школу. Он был так зол, что пошёл в школу, не позавтракав. Но когда он пришёл в школу, Но Но даже не взглянула на него и не объяснила, почему не дождалась его. Вместо этого она болтала с Чжу Си, они сидели очень близко друг к другу, и их руки лежали рядом на столе.

Напряжение Цзи Сяо Чжо мгновенно подскочило.

Вэй Цзя многозначительно улыбнулась и сказала Цзи Сяо Чжо тоном сплетницы: «Я заметила, что в последнее время у Но Но очень хорошие отношения с Чжу Си. Это потому, что Чжу Си стал таким красавчиком? Они же не ...»

Когда она сказала это, Цзи Сяо Чжо холодно посмотрел на неё: «Лучше молчи, если ничего не знаешь».

Вэй Цзя напряглась, ей стало очень неловко от слов Сяо Чжо. Она не смогла удержаться и возразила: «Я ничего такого не говорила. Кроме того, она никак не связана с тобой, кому какое дело до того, кто нравится Но Но. Она свободна выбирать кого захочет. Ты не настоящий брат Но Но. Она просто живёт в твоём доме. Даже у твоих родителей нет прав контролировать её, не говоря уже о тебе?»

«Заткнись! Убирайся отсюда!» — Цзи Сяо Чжо закричал так громко, что весь класс, включая Но Но и Чжу Си, вздрогнули.

Вэй Цзя никогда раньше не сталкивалась с таким обращением, тем более перед таким огромным количеством людей. Она чувствовала себя так, словно её заковали в кандалы, не говоря уже о том, что человек который смутил её, нравился ей и её самооценка не выдержала такого. Она могла лишь быстро выбежать из класса, пока не расплакалась и окончательно не потеряла лицо.

Цзи Сяо Чжо не потрудился побеспокоиться о Вэй Цзя. Он слегка поджал губы, и в следующую секунду резко отодвинул стул. Сяо Чжо перетащил Но Но на место рядом с собой. Он забрал её школьную сумку и канцелярские принадлежности, а затем выбросил вещи Вэй Цзя на другой стол. Но Но села на место Вэй Цзя.

«Что ты делаешь?» — Но Но попыталась защититься, но её остановили. Она хотела встать, но не смогла пошевелиться.

«Сиди со мной», — Цзи Сяо Чжо засунул сумку Но Но под стол и разложил для неё канцелярские принадлежности.

Но Но отказалась: «Это место Вэй Цзя, я не буду сидеть здесь».

То, что Но Но не захотела сидеть с ним, как раньше, не очень понравилось Цзи Сяо Чжо: «Ты не хочешь сидеть со мной? Хочешь сидеть с Чжу Си?»

Но Но поджала губы: «Хм, места уже зафиксированы, что скажет учитель на это?»

Цзи Сяо Чжо посмотрел на Чжу Си и увидел, что тот с беспокойством смотрит на Но Но. Похоже, Сяо Чжо стал злодеем в их глазах. На душе у него стало ещё тяжелее, и он сказал: «Я пойду к учителю и всё ему объясню, не волнуйся».

Как раз в этот момент прозвенел звонок на урок, и учитель должен был войти в класс. Но Но не хотела поднимать шум. Она больше ничего не сказала, лишь молча склонила голову и стала читать книгу. Она не обращала внимания на Сяо Чжо.

Цзи Сяо Чжо почувствовал себя очень неловко. Но Но никогда раньше не играла с другими детьми. Она всегда была одна. Позже в её мире появился ещё один человек — это был он. Он стал её единственным другом. Они всё делали вместе. Когда он что-то делал, она молча его поддерживала.

Но теперь она не хотела оставаться с ним, ей лучше было с другими людьми. Сяо Чжо было трудно это принять. Хоть он и не хотел в этом признаваться, на самом деле он был наивно несчастен. Ему не нравилось, что Но Но встречается с другими, особенно с парнями, даже когда он просто слышал об этом от Но Но. Его сердце тревожилось, и он не знал, что делать.

Неужели он — такой взрослый, вел себя как ребёнок из детского сада, испытывая собственнические чувства к своему лучшему другу?

Цзи Сяо Чжо не хотел признавать, что ведёт себя как маленький ребёнок, но не мог не думать о том, что в последнее время Но Но ведёт себя странно. Неужели ей кто-то нравится? Неужели это действительно Чжу Си?

Чем больше он думал об этом, тем сильнее его это раздражало. Цзи Сяо Чжо посмотрел на Но Но, которая даже не взглянула на него. Поразмыслив, он написал что-то на листке, незаметно пододвинул его к Но Но и по-детски ткнул в неё пальцем, чтобы она посмотрела.

Но Но не хотела смотреть на записку в классе, но Сяо Чжо постоянно тыкал в неё, так что ей пришлось беспомощно взять листок и открыть его. Перед её глазами возникли жирные слова: «Но Но, тебе правда кто-то нравится? Кто? Скажи своему брату, я помогу тебе разобраться?»

Но Но опустила ресницы. Спустя долгое время она подняла ручку и написала ответ в конце его записки.

«Да».

Цзи Сяо Чжо не сводил с неё глаз, увидев её ответ. У него перехватило дыхание, и на мгновение в голове стало пусто, он сжал губы и спросил пересохшим голосом: «Он тебе нравится? Этот парень, откуда он взялся? Ха-ха, немного неожиданно».

Но Но снова опустила веки и ничего не ответила.

Цзи Сяо Чжо сжал кулак и попытался прошептать спокойным тоном: «Можешь сказать мне, кто это? Мне любопытно».

Но Но покачала головой, не желая ничего ему рассказывать.

«О», — Цзи Сяо Чжо стиснул зубы и через некоторое время не смог удержаться от вопроса: «Это же не Чжу Си?»

Но Но снова покачала головой, опасаясь, что он нападет на Чжу Си без всякой на то причины. Она добавила, написав на бумаге: «Не он, а кое-кто другой, не спрашивай».

Цзи Сяо Чжо уставился на это предложение и задумался. Он ничего не сказал, потому что не знал, что сказать. Он впервые оказался в таком положении перед Но Но.

После школы ребята из команды пришли позвать Цзи Сяо Чжо поиграть, но Цзи Сяо Чжо покачал головой и отказался: «Я не хочу идти, идите без меня».

Он просто не мог себе этого позволить.

Члены команды несколько раз с недоумением посмотрели на вялое выражение лица Цзи Сяо Чжо.

«Вы тоже думаете, что наш брат в последнее время ведёт себя вызывающе?»

«Да, так и есть, но я не знаю, в чём дело».

«Глядя на него, можно подумать, что у него разбито сердце. Такое бывало, когда мой старший брат был безответно влюблён, он был по-настоящему увлечён».

«Разбитое сердце? Это невозможно, у него нет девушки, как он мог потерять любовь».

«Кто сказал, что у него нет девушки, а как же сестра Вэй Цзя? Может быть, это из-за ссоры с сестрой Вэй Цзя».

«Такое действительно возможно. Разве ребята не рассказывали, что сестра Вэй Цзя сегодня выбежала из класса, и кажется, после этого она пересела на другое место. Может быть, они поссорились и теперь чувствуют себя неловко?»

Цзи Сяо Чжо сегодня пришел домой очень рано. Тан Тан была удивлена, увидев, что он вернулся так рано: «Ты что, не пошел сегодня играть на площадку?»

«Нет, я не захотел сегодня туда идти», — Цзи Сяо Чжо поставил свою сумку и перевел взгляд на комнату Но Но.

Тан Тан сказала: «Но Но делает домашнее задание. Она только что вернулась. Ты же обычно долго занимаешься баскетболом, ты не пошел туда сегодня из-за Но Но? Думаешь, что девочке небезопасно ходить одной в старшей школе? Летние каникулы уже закончились, и погода становится всё лучше и лучше. Разве ты не слишком её опекаешь?»

Цзи Сяо Чжо тихо ответил «угу», взял сумку и пошёл в свою комнату. Он задержался на несколько секунд, проходя мимо комнаты Но Но. К сожалению, никто не вышел и не открыл ему дверь.

В тот вечер Сяо Чжо страдал от бессонницы и не мог уснуть в своей постели. Раньше он хорошо высыпался и впервые в жизни столкнулся с такой ситуацией.





Глава 87. Дополнительная, часть 5




Цзи Сяо Чжо ворочался с боку на бок больше двух часов, он так и не заснул. Сяо Чжо сдался, он поднялся, открыл дверь и побежал к комнате Но Но, чтобы спросить, кто ей на самом деле нравится. В тот момент, когда он уже был готов постучать, его снова одолели сомнения. Ему не хотелось её будить, поэтому он опустил руку, раздражённо почесал затылок и вернулся в комнату.

Включив телефон, он нашел номер Обезьяны и позвонил ему. Когда он ответил, Сяо Чжо сказал: «Я не могу уснуть, заставь меня отключиться».

Обезьяна, разбуженный внезапным звонком, резко проснулся: «Брат, ты что, не можешь уснуть?»

«…Да».

Обезьяна вдруг застонал от досады. Он немного пришел в себя и взволнованно вскочил: «Брат, твой маленький друг не дает тебе уснуть?»

Лицо Цзи Сяо Чжо стало чёрным: «Видимо я сошел с ума, думая, что ты окажешься мне полезным».

Обезьяна крикнул в телефон: «Просто признай это. Мы ведь оба мужчины, я всё понимаю. Не нужно этого стыдиться. Эх, похоже, мне придётся взять инициативу в свои руки и спасти этого страдающего бессонницей молодого человека».

Через пару минут Цзи Сяо Чжо, не желающий засыпать, получил от Обезьяны видеофайл. Название файла: «Исцеление от бессонницы».

Цзи Сяо Чжо не хотел спать. Увидев название, он подумал, что Обезьяна прислал ему видео с гипнозом или что-то в этом роде. Он вздохнул, нашёл наушники и открыл видео.

Десять минут спустя при виде главных героев — мужчины и женщины — под женские стоны Цзи Сяо Чжо почувствовал себя обманутым. Впервые в жизни он столкнулся с легендарным порнографическим фильмом; его полностью обманули.

Цзи Сяо Чжо стиснул зубы: «Мёртвая Обезьяна, я убью тебя завтра».

В их возрасте было нормально проявлять интерес к сексу. Особенно мальчики в этом плане взрослели раньше девочек, многие из них смотрели такие фильмы. Цзи Сяо Чжо знал об этом, но его это не интересовало. Другие ребята приглашали его посмотреть что-то подобное, но он отказывался. Он считал, что лучше поиграть в мяч, чем смотреть эти нездоровые вещи.

Так что он посмотрел это, сам того не желая. Он тут же выключил видео, зарылся лицом в одеяло, закрыл глаза и начал гипнотизировать себя на сон.

Но Но сидела за столом и делала домашнее задание. Её спина была прямой, и она изящно покусывала ручку в своей руке. Её лоб слегка морщился, и казалось, что она не может решить какую-то задачку.

Должно быть, она столкнулась с вопросом, на который не могла ответить.

Цзи Сяо Чжо увидел эту картину, улыбнулся и подошел, чтобы забрать у неё изо рта ручку: «Сколько раз я тебе говорил, что нельзя кусать ручку. Ты можешь испачкаться».

Но Но улыбнулась, её влажные глаза смотрели прямо на него, безмолвно обещая, что она больше никогда не станет кусать ручки.

Он никогда не мог воспринимать её взрослой, пока она так ему улыбалась.

Неохотно вздохнув, он сел рядом с ней: «Где проблема? Я тебе объясню».

Но Но поспешно указала своим милым пальчиком на вопрос, вызывающий у неё сложность.

Взгляд Сяо Чжо на пару секунд задержался на её тонких белых пальцах, в его горле пересохло, но он заставил себя отвести взгляд и медленно начал объяснять.

Но Но так воодушевилась его объяснением, что снова мило улыбнулась ему: «Старший брат, ты потрясающий».

На душе Сяо Чжо стало так спокойно, что он наклонился к ней и спросил: «Как ты меня отблагодаришь?»

Но Но застенчиво улыбнулась и медленно приблизилась к нему, как в детском саду, чтобы поцеловать его в щёку, а затем быстро отстранилась, с красными от смущения щеками.

Сяо Чжо лукаво посмотрел на неё и вдруг понял, что его малышка Но Но незаметно выросла и превратилась из маленькой девочки в красивую девушку, очень-очень красивую, особенно когда она смотрела на него своими большими влажными глазками, от которых замирало сердце.

Он почувствовал, как его сердце бешено заколотилось, и её тело словно притягивало его, неосознанно заставляя придвинуться ближе.

«Старший брат, что ты делаешь?» — Но Но посмотрела на него, задав вопрос.

Он даже не услышал, что она говорила. Он видел только её красные, манящие губы. Он вдруг почувствовал жажду, и захотел почувствовать вкус её губ.

Поддавшись желанию и жажде, он приблизился к ней, приоткрыв рот. Он накрыл её красные губы своими губами, отчаянно посасывая их.

Сладкие, очень сладкие, такие сладкие, что он не хотел их отпускать. Он хотел узнать о ней больше, хотел не только целовать её, но и прикасаться к ней. Он запустил руку под её одежду, и его пальцы коснулись её гладкой кожи, от чего он весь задрожал.

«Малышка Но Но ...»

В самый ответственный момент Цзи Сяо Чжо вскрикнул, оторвав взгляд от соблазнительной сцены, и его взгляд «встретился» с белым потолком. Он лежал на кровати в своей комнате.

Его сердце бешено колотилось, но это был всего лишь сон...

Он пошевелился, и липкое ощущение внизу дало ему понять, что произошло.

Лицо Цзи Сяо Чжо в одно мгновение стало очень мрачным, он не мог поверить в то, что ему только что приснилось. Ему приснился постыдный сон, и объектом этого сна была Но Но.

Но Но — его сестра. Как она могла присниться ему в таком сне, ведь они выросли вместе?

Цзи Сяо Чжо никогда не позволял себе так расклеиваться. Он даже подумал, не повредился ли у него мозг, раз ему приснился такой сон.

Как раз в тот момент, когда мысли Цзи Сяо Чжо стали путаться ещё сильнее, Тан Тан постучала в его дверь: «Ты скоро встанешь? Если задержишься, то опоздаешь».

Цзи Сяо Чжо пришлось подавить беспорядочные мысли и встать с кровати, завернувшись в одеяло: «Мам, я знаю, я встал».

Тан Тан услышала его ответ, успокоилась и пошла готовить завтрак.

Цзи Сяо Чжо пошёл в ванную и сменил нижнее бельё. Хотя внешне ничего необычного не было видно, в глубине души он всё понимал. Особенно после того, как он увидел Но Но, его взгляд невольно стремился к ней. Из-за этого он чувствовал себя диким зверем.

Даже на следующий день в школе Сяо Чжо неудержимо вспоминал сон прошлой ночи. Он четко понимал, что ему не следует думать об этом, но не мог контролировать себя. Он действительно не понимал, как дошёл до такого состояния. Такого рода вопросы он не мог задать знакомым, поэтому, отчаявшись, он достал мобильный телефон и опубликовал вопрос на анонимном форуме.

«Почему снится сон об интимной близости с девушкой? Я всегда относился к ней как к сестре, неужели у меня совсем мозги набекрень?»

Многие откликнулись в тот же момент.

«Господин, всё у тебя в порядке с мозгами, просто у тебя есть чувства к этой девушке».

«Насколько умен мозг этого господина? Как ты можешь быть таким невинным? Задавать такие вопросы — определённо пустая трата времени. Каждый мужчина может это понять».

«Ты хочешь обмануть сам себя? Младшая сестра — это всего лишь отговорка. Ты не должен относиться к ней как к сестре, если только с тобой что-то не так».

«Согласен с комментарием выше. Она тебе просто нравится. Не обманывай себя образом «сестры»».

«Если господин хочет узнать, что у него на уме, просто посмотри на фотографию этой девушки и представь, как целуешь её. Если тебе не противно, значит, у тебя есть к ней чувства».

Увидев последний совет, Цзи Сяо Чжо сжал кулак, повернул голову и посмотрел на лицо Но Но.

Он задумался, что бы почувствовал, если бы захотел поцеловать её прямо сейчас. И с ужасом обнаружил, что на самом деле совсем не против этого, и не только не против, но и хотел бы поцеловать её так нежно, как только мог.

Неужели ему действительно нравится Но Но?

Цзи Сяо Чжо был человеком хладнокровным. Все его предыдущие эмоциональные колебания были вызваны Но Но. В этот момент он заставил себя успокоиться и взглянуть на ситуацию со стороны, чтобы понять своё отношение к Но Но. Внезапно он понял, что что-то было не так.

Ему не нравится, что Но Но общается с другими парнями. Ему не нравится, что Но Но его игнорирует. Он даже не может согласиться с тем, чтобы Но Но нашла себе парня. Раньше он думал, что это из-за того, что ранняя любовь не самая хорошая вещь, но теперь ему казалось, причина не в этом. Он просто не мог смириться с тем, что Но Но нравятся другие мальчики.

Если бы он нравился Но Но, кажется... он совсем не возражал бы.

Глаза Цзи Сяо Чжо расширились, а ответ, который он получил в глубине души, заставил его испытать самые разные чувства: удивление, шок, смущение и даже радость, которую он не мог скрыть.

Оказалось, что он не воспринимал Но Но как свою сестру. Его чувства к ней были не привязанностью, а любовью.

Цзи Сяо Чжо некоторое время сидел неподвижно, переваривая этот факт, а затем он не удержался, постучал себя по голове и рассмеялся.

Но Но услышала рядом тихий смех и в замешательстве повернулась к нему, беззвучно спрашивая, что случилось.

Цзи Сяо Чжо посмотрел на неё и ничего не ответил. Улыбка на его губах стала шире. Но Но улыбнулась ему в ответ, кивнула и отвела от него взгляд.

После школы Обезьяна привел к Цзи Сяо Чжо группу ребят из команды, чтобы забрать его на площадку: «Брат, давай поиграем сегодня вечером, вторая школа хочет с нами посоревноваться. Мы не должны им проиграть!»

Цзи Сяо Чжо посмотрел на Но Но и Чжу Си, которые собирались уйти, он развел руками и помахал на прощание: «У меня сегодня действительно нет времени, я должен проводить Но Но домой».

Те, кого снова бросили: «…».

«Вы заметили, что наш брат в последнее время крутится вокруг своей сестры Но Но? Происходит что-то, чего мы не знаем?»

«Да, брат, почему он вдруг решил лично проводить свою сестру Но Но домой? Пусть Чжу Си проводит её, им всё равно идти в одну сторону».

Обезьяна почесал подбородок и посмотрел на Но Но, которая стояла неподалёку. Он сказал: «Думаю, всё понятно. Его сестра Но Но такая красивая. В старшей школе уже не так безопасно, как в начальной. Тут столько волков. Посмотрите на неё, если бы у меня была такая красивая и добрая сестра, я бы каждый день за ней присматривал».

Остальные вдруг почувствовали, что в его словах есть доля правды, и наконец поняли, почему Цзи Сяо Чжо решил проводить свою сестру домой, а не играть с ними.

Наш брат действительно хороший человек.

Добрый братец Цзи Сяо Чжо в этот момент подъехал к Но Но: «Но Но садись на велосипед, я отвезу тебя домой».

Но Но посмотрела на Чжу Си и уже собралась отказаться. Чжу Си первый остановил её, взяв за руку: «Но Но, езжай, я просто пойду пешком, позволь себя отвезти».

Но Но кивнула и забралась на заднее сиденье к Цзи Сяо Чжо.

Цзи Сяо Чжо удовлетворенно посмотрел на Чжу Си и быстро уехал прочь.

Чжу Си вытер пот со лба и с облегчением вздохнул. Если бы он не был таким проницательным, то уже давно бы был избит до смерти. Он не понимал почему, но в последнее время брат Цзы Чжо смотрел на него так свирепо, словно он волк, пытающийся воспользоваться Но Но, хотя он явно относился к Но Но как к сестре и не смел думать о большем.

Цзи Сяо Чжо быстро ехал на велосипеде с Но Но, но не стал везти её домой, а сразу отвёз к набережной у реки. Он сел на берегу против ветра и стал любоваться рекой.

Но Но не понимала: «Зачем ты привёз меня сюда? Разве мы не собирались поехать домой? Нас будут ждать».

Цзи Сяо Чжо посмотрел вдаль: «Я предупредил маму, что мы вернемся домой позже».

«О», — Но Но перестала расспрашивать и села рядом с ним.

Цзи Сяо Чжо глубоко вздохнул, и в этот момент хаос в его голове рассеялся. Теперь он был в ясном уме; если ему кто-то нравится, значит, нравится, нет нужды это скрывать. Взрослый мужчина должен быть проще. Если тот, кто ему нравится, ответит ему взаимностью, то пусть так и будет. В конце концов, Но Но ему не родная сестра. Строго говоря, они были друзьями с детства.

Однако они ещё слишком молоды. Сяо Чжо считал, что Но Но ещё не открыла ему своё сердце. Это действительно сводило его с ума, особенно когда он представлял кого-то, к кому Но Но испытывала чувства. Он не мог отступить, если он не признается, кто-то другой опередит его. Но как это сделать? Он не мог больше спокойно смотреть на Но Но.

Но Но принадлежала ему, и другие не имели права забирать её. Поэтому, чтобы избежать такой ситуации, Сяо Чжо должен был действовать решительно.

Поэтому он привел её сюда.

Цзи Сяо Чжо сказал: «Но Но, сегодня я привёл тебя сюда, чтобы кое-что тебе сказать».

Но Но посмотрела на него, тихо произнесла — «А?» — и стала молча ждать, что тот скажет.

Цзи Сяо Чжо сжал кулак и смущенно поднёс его к губам: «Но Но, тебе действительно кто-то нравится?»

Но Но кивнула.

Цзи Сяо Чжо мельком взглянул на неё, но продолжил: «Если бы появился другой парень, которому ты нравишься, и который вырос вместе с тобой и был очень добр к тебе, ты бы согласилась принять его чувства?»

Но Но вздрогнула и медленно подняла взгляд: «... Кто это?»

Цзи Сяо Чжо стиснул зубы: «Как ты думаешь, кто этот парень, который вырос вместе с тобой и был добр к тебе?»

Но Но моргнула, её рот слегка приоткрылся от удивления.

Цзи Сяо Чжо не удержался и ущипнул её за щеку, глядя на её глупое лицо, а затем неловко спросил: «Скажи, ты согласна принять мои чувства?»

Лицо Но Но сморщилось, как будто она съела белую булочку на пару, но ему было всё равно. Она некоторое время смотрела на Цзи Сяо Чжо, а затем медленно кивнула, опустив голову.

В этот момент Сяо Чжо остолбенел.

Она так легко кивнула? Он был готов к тому, что она отвергнет его, и даже в глубине души у него были наготове всевозможные контрмеры этому. Теперь ничего из этого не понадобилось?

«Но Но, ты понимаешь, что значит твой кивок?»

Но Но снова кивнула, сверкнув своими ясными глазами.

Цзи Сяо Чжо внезапно улыбнулся, заключил Но Но в свои объятия и громко закричал: «Ты кивнула и согласилась. Теперь ты не сможешь забрать своё обещание назад, а если посмеешь, я буду бороться за тебя. Ты поняла, малышка?!»

Но Но снова кивнула.

Цзи Сяо Чжо стало стыдно за то, что добился её согласия запугиванием, и немного устыдился своего поведения. Но переведя взгляд с реки, он почувствовал удовлетворение, и в следующую секунду оторвал Но Но от земли и закружил в воздухе, заставив её обнять себя. Цзи Сяо Чжо кружил её до тех пор, пока у Но Но не закружилась голова.

Цзи Сяо Чжо приподнял подбородок Но Но и посмотрела на неё, как задира, запугивающий малышку: «Но Но, с этого момента ты моя девушка, ты понимаешь?»

Но Но кивнула.

«Неважно, кто тебе нравился раньше, теперь это останется в прошлом?»

Но Но снова кивнула.

«В будущем ты можешь любить только меня, понимаешь?»

Но Но продолжала кивать.

«Очень хорошо», — несмотря на то, что Цзи Сяо Чжо был ошеломлен происходящим, он всё равно был вне себя от радости. Он не удержался, наклонился и поцеловал её в лоб: «Но Но, это искренне».

Но Но опустила голову, и на её губах заиграла лёгкая улыбка. Он думал, что силой заставил её согласиться. Он и не подозревал, что именно он был тем человеком, которого она так долго ждала.

Она никогда не хотела быть сестрой Цзи Сяо Чжо, она любила его и хотела прожить с его семьей всю жизнь.

С того момента, как он привел её домой из детского сада, её сердце подсказывало ей, что в этой жизни они никогда не расстанутся с ним.

К счастью, она вложила в это дело всю свою душу и не разочаровала его.

Они всё ещё были вместе.





Глава 88. Дополнительная, часть 6




Теперь, когда их отношения были подтверждены, даже зная, что после возвращения ничего хорошего не будет, Цзи Сяо Чжо всё равно не обращал внимания на возражения Но Но и решительно взял её за руку, приведя домой. Он не хотел держать всё в тайне. Ему это не нравилось, он хотел показать, что любит её. Пока его не убьют, всё будет в порядке.

Но Но не могла его остановить, и могла лишь плыть по течению.

«Но Но, ты же помнишь, что я тебе говорил? Придя домой, если мама спросит, не принуждал ли я тебя, ты должна ответить, что нет, иначе я тебя отшлепаю».

Он не забыл пригрозить ей... Но Но молча кивнула.

«Если мои родители спросят, влюблена ли ты в меня, ты должна только кивать, не смей качать головой, поняла?»

Но Но кивнула.

«И ещё, если родители спросят, о ком ты думаешь в глубине души, ты не можешь сказать, что это кто-то другой? Просто скажи, что тебе нравлюсь я, хорошо?»

Но Но продолжала кивать.

Закончив свою речь, Цзи Сяо Чжо смущённо почесал затылок. Он понимал, что ведёт себя немного бесстыдно, и неловко сказал Но Но: «Я больше не буду так делать, в будущем я буду лучше к тебе относиться».

Но Но: «Хмм».

Она поджала губы, слегка прикрыв рот, и никто не мог догадаться, как она наслаждалась этим моментом.

Глупый братец, ты меня не принуждал. В моём сердце нет места для кого-то другого. В этой жизни мне нравился только ты, но я не хочу говорить тебе это. Ты сам виноват. Кто заставлял тебя выглядеть таким счастливым рядом с Вэй Цзя, позволяя ей прикасаться к себе. Ты приглашал её домой и выпивал с ней, я ревную, поэтому должна тебя наказать.

Но Но молча опустила голову. Цзи Сяо Чжо почувствовал себя ещё более виноватым. Он погладил её по руке и сухо спросил: «Но Но, тебе нечего мне сказать?»

Но Но подняла на него взгляд и после долгой паузы кивнула: «Да. В будущем ты не сможешь развлекаться с другими девочками. Пить и дурачиться — это нормально, но ты должен держаться от них на расстоянии, иначе можешь забыть о том, чтобы быть со мной». Последняя фраза прозвучала почти беззвучно.

Цзи Сяо моргнул: «Когда это я был с другими девочками? Не наговаривай на меня».

Но Но надула губы и тихо сказала: «Ты... когда играл с Вэй Цзя, ты обнимал её за плечи, ты пил с ней, и ты позволил ей потянуть себя за собой в караоке-бар».

Цзи Сяо Чжо внезапно наклонился, притянул Но Но к себе и охватил её лицо руками, чтобы внимательно посмотреть на неё: «Ты злилась из-за таких вещей? Значит, поэтому ты не ходила со мной на площадку, и не проводила со мной время?»

Но Но хранила молчание, выражая своё согласие.

Цзи Сяо Чжо застонал, он мог лишь посмеяться над ней: «Я вообще не воспринимаю Вэй Цзя как женщину. В моём сердце она такого же пола, как Обезьяна, поэтому я вел себя так с ней. Караоке и выпивка — для меня это ничего не значило! Как ты можешь говорить, что недовольна? Разве это не бесполезная трата эмоций?!»

Но Но опустила взгляд, и её густые ресницы затрепетали.

Увидев это, Цзи Сяо Чжо не смог сдержать гнев. Он нахмурил брови и тихо заговорил: «Хорошо, прости, она мне не нравится. Я виноват за то, что не обратил на это внимание. Если бы я знал, что ты расстроишься, то точно не связался бы с ней. Я тебе обещаю. С этого момента я никогда не буду общаться с другими девушками. Даже если они будут с парнями, я не буду подходить к ним, ясно?»

Но Но неловко пошевелила пальцами, на сердце у неё потеплело, а на лице наконец-то появилась улыбка.

Знакомый образ Но Но вернулся. Цзи Сяо Чжо наконец-то вздохнул с облегчением и наклонился, чтобы прикусить её маленькое белое ушко: «Ты плохая девочка, ты вела себя так со мной по такой неразумной причине. Почему небеса заставляют меня страдать, какой грех я совершил?»

Но Но покраснела, прикусила губу и посмотрела на него с легкой улыбкой. Её глаза были полны нежной привязанности.

Цзи Сяо Чжо растаял от её улыбки, но внешне выглядел очень серьезно: «Не думай, что, улыбнувшись мне, сможешь заставить меня простить тебя. Ты должна получить своё наказание!»

Но Но вежливо кивнула.

«Хорошо, я накажу тебя. Ты должна пойти на площадку вместе со мной и смотреть как я играю. Ты можешь стать моей командой поддержки?»

Но Но улыбнулась, встала и отдала ему честь.

Цзи Сяо Чжо остался доволен, и новоиспеченная пара с радостью отправилась домой.

Увидев вернувшихся детей, Тан Тан отложила рукоделие и помахала им: «Ну же, проходите, вы ведь голодные?»

Но Но хотела высвободить руку из крепкой хватки Цзи Сяо Чжо, но тот сжал её ещё сильнее. Он подвел Но Но к Тан Тан и почтительно встал перед ней: «Мама, я хочу тебя кое с кем познакомить».

«А?» — не поняла Тан Тан, её взгляд скользнул по ним двоим, а затем за их спины, но больше она никого не увидела. — «Ты привел друзей? Кто это?»

Глядя на нежную и милую внешность своей любимой матери, Цзи Сяо Чжо совсем не нервничал. С его матерью проблем не должно возникнуть. Настоящая проблема — это его отец, поэтому Сяо Чжо улыбнулся и сказал Тан Тан: «Я хочу познакомить тебя с этой девушкой. Она — моя девушка и твоя будущая невестка, Вэнь Но».

Вэнь Но покраснела и опустила голову, боясь встретиться взглядом с Тан Тан.

Тан Тан удивлённо уставилась на них, не в силах вымолвить ни слова.

Цзи Сяо Чжо серьёзно объяснил: «Мам, мне нравится Но Но, это не шутка и не мимолетное влечение. Я очень серьёзен, я люблю Но Но. Я буду заботиться о ней всю жизнь, и надеюсь, что вы с отцом поддержите нас».

После его слов Тан Тан потеряла дар речи. Она удивленно открыла рот и сказала: «Ну… давайте подождем, пока твой отец вернется». На самом деле в её время было принято, чтобы дети вступали в брак в тринадцать или четырнадцать лет. Она удивилась, но подумала, что нет ничего плохого в том, что двое детей полюбили друг друга, но в современном мире всё было иначе. Она предполагала, что Цзи Ян будет очень недоволен, и её семью, скорее всего, ждет скандал.

Тан Тан встала и потянула Но Но за собой на кухню: «Но Но пойдем на кухню, поможешь мне?»

Но Но поняла, что Тан Тан хотела что-то сказать, и сразу же пошла за ней, а Цзи Сяо Чжо не стал их догонять.

На кухне Тан Тан спросила Но Но: «Но Но, скажи мне правду. Сяо Чжо тебя принуждает? Что за обиды и печали у тебя на сердце? Скажи мне, не бойся своего брата».

Но Но покачала головой и потянула Тан Тан за руку: «Мама, старший брат Сяо Чжо меня не принуждал. Он мне тоже нравится. Он мне всегда нравился».

Тан Тан опешила и удивлённо посмотрела на девушку.

Но Но бросилась к ней в объятия и поделился тайной, которая была у неё на сердце: «Мама, с того момента, как старший брат забрал меня и привёл к вам домой, мой мир полностью изменился, и всё благодаря ему. Без него я бы не выжила. Я знаю, что значит жить в этом мире. Мама, я думала, что однажды мне придётся смотреть, как старший брат женится и заведет детей, как они все вместе будут жить счастливо, но мне повезло, не так ли?»

Тан Тан никогда не слышала, чтобы Но Но говорила так много, и она даже не подозревала о её чувствах. Она думала, что у них с Сяо Чжо просто крепкая дружба. Она всегда думала, что Но Но всё ещё ребенок, который не понимает, что такое любовь, но теперь она всё поняла. На самом деле, Но Но намного взрослее, чем Сяо Чжо. Она всё знала, просто никогда не говорила об этом.

Но Но выглядела наивной, но при этом понимала слишком много.

Поначалу Тан Тан переживала, что Но Но поддалась на уловки Цзи Сяо Чжо, не понимая своих чувств. Она боялась, что, когда Но Но придёт в себя, та пожалеет об этом, но теперь она могла быть спокойна.

«Молодец, если ты готова на это, надеюсь, вы оба будете счастливы».

Глаза Но Но покраснели: «Спасибо, мама, это самое счастливое событие в моей жизни. Кажется, я спасла галактику в прошлой жизни».

Тан Тан поддразнила её: «Глупый ребёнок».

Тан Тан не умела красиво говорить, но Цзи Ян был совсем другим. Узнав новости, он немедленно вернулся домой из армии. Первым делом он попросил Тан Тан взять с собой Но Но, и прогуляться часок.

После того как обе женщины ушли, Цзи Ян ничего не говоря, указал Сяо Чжо опуститься на пол и расстегнул ремень.

Цзи Сяо Чжо громко кричал. Вся одежда на нём была разорвана, а спина покрыта красными кровавыми пятнами, что было ужасно.

Цзи Ян никогда прежде не обращался с Цзи Сяо Чжо так жестоко. Хотя он не был сильно против, но должен был дать отпор. Он уже давно считал Но Но своей дочерью, и никогда бы не позволил мальчикам играть с его дочерью, в том числе и Цзи Сяо Чжо. Теперь этот парень захотел похитить Но Но в таком юном возрасте. Он должен был не только преподать урок этому парню, но и показать, что к чему.

Наказание продолжалось полчаса, после чего Цзи Сяо Чжо, весь в поту опустился на пол, тяжело дыша.

Цзи Ян поднял глаза, медленно застегнул ремень на поясе и задал свой первый вопрос: «Тебе правда нравится Но Но?»

«Да, она мне нравится».

«Ты можешь гарантировать это своей жизнью?»

«Могу! Я гарантирую, что никогда не подведу её и буду добр к ней вечно».

Цзи Ян сел на диван и достал сигарету. Он бросил пачку Цзи Сяо Чжо. Сяо Чжо взял её, и понял, что та пуста. Он медленно поднялся с пола, поднёс зажигалку и поджёг отцу сигарету.

Цзи Ян затянулся, а затем выдохнул кольцо дыма: «Я не стану тебя останавливать, но ты должен понимать, что следует делать, а чего не следует. Тебе нужно проявлять сдержанность, пока Но Но не достигнет совершеннолетия».

Цзи Сяо Чжо кивнул: «Отец, я понимаю, можешь не волноваться, если я буду издеваться над Но Но, просто убей меня».

Цзи Ян был доволен, этот сорванец действительно силён, но никто его этому не учил. Этот мальчишка действительно был лучше него в том, что касается поиска жены. Ему самому было за тридцать, когда он встретил Тан Тан, а этому сорванцу всего двенадцать. Он даже знал, как удовлетворить взрослых, и всё уладить. Однако Цзи Ян должен был признать, что у его сына действительно хороший вкус. По сравнению с другими девушками, он был очень доволен будущей невесткой Но Но. Сяо Чжо не стал приводить домой плохую жену.

Их отношения с Но Но были одобрены. Когда Цзи Сяо Чжо представил Но Но остальным, она была уже не его сестрой, а невестой.

Такие перемены просто поразили всех, кто был с ними близок. Они понимали, что Цзи Сяо Чжо не стал бы напрасно что-то обещать Но Но, не уладив формальности, и эта новость накрыла их как мощная волна.

Тем не менее, несмотря на перемены в их отношениях, они продолжали вести себя так же, как и раньше. Цзи Сяо Чжо всегда следовал правилам приличия. Он ограничивался лишь лёгкими прикосновениями и редкими поцелуями, никогда не позволяя себе ничего неподобающего по отношению к Но Но. Это, казалось, ещё более странным, конечно, при условии, что она не знала, что во сне он делал с ней всё, что только можно было себе представить.

Они начали встречаться ещё в старшей школе. Почти все учителя и ученики знали об их отношениях, но все учителя, включая директора, предпочитали закрывать на это глаза. Причина в том, что... прилежные ученики всегда получали привилегии. Учителя поддерживали Цзи Сяо Чжо и Но Но за хорошую успеваемость. Даже директор ничего не говорил против.

После вступительных экзаменов в университет Цзи Сяо Чжо и Но Но заняли первое и второе места, соответственно, по всей провинции с небольшим отрывом. Когда оба гения добились такого успеха, это чуть не заставило директора плакать от счастья.

После объявления результатов им нужно было заполнить анкету на профориентацию. Цзи Сяо Чжо вырос в военной семье и, естественно, подал документы в Национальный университет обороны. Вот только выбор Но Но поразил всех. Все думали, что она выберет лучший в стране университет. Она могла бы поступить на самую популярную специальность в Императорском университете, но она не захотела, и в итоге она выбрала Императорский технологический университет. На самом деле она выбрала непопулярную специальность, находящуюся на грани исчезновения «Наука и технологии в области вооружения».

Этот университет являлся первым учебным заведением, напрямую подчиняющимся Национальному департаменту вооружений. Эта специальность идеально подходила для военной промышленности. Как могла такая девушка, как Но Но выбрать такую специальность? Это вызывало недоумение. Даже классный руководитель пыталась убедить Но Но изменить своё решение.

Но Но выбрала именно эту специальность и не стала ничего менять. Это было её призвание и способ защитить любимого человека. Её старший брат будет охранять страну, а она будет охранять его. Она будет защищать страну вместе с ним.

После подачи документов, начали проводиться большие и малые собрания, и их класс не стал исключением. В день их классного собрания Цзи Сяо Чжо и Но Но, самая популярная пара, естественно, оказались в центре внимания. Выпивка была неизбежна.

Однако ребята, естественно, не осмеливались подойти к Но Но, так что вся выпивка досталось Цзи Сяо Чжо. Он не отказывался, и не только выпил свою долю, но и долю Но Но. Она тоже выпила алкоголь, но всего один бокал.

После ужина весь класс решил пойти в караоке. Все перешли из ресторана в караоке-клуб. Цзи Сяо Чжо не пошёл. Он взял Но Но за руку и направился с ней к набережной. Он сел на берегу реки и притянул Но Но к себе, и они сидели там, прижавшись друг к другу, и смотрели на воду. Спустя долгое время Сяо Чжо заговорил, и голос его был напряженным и хриплым: «Но Но, помнишь это место?»

Но Но, находясь в его объятиях, подняла взгляд, и её глаза сияли от радости: «Здесь мы определили наши отношения».

Цзи Сяо Чжо тоже рассмеялся: «В тот момент я узнал о твоих чувствах. Я боялся, что тебя уведут у меня, поэтому решил действовать жёстко. Я заставил тебя пообещать, что ты будешь моей девушкой, и запретил тебе рассказывать родителям, что я тебя принуждаю. Я грозился отшлёпать тебя, если ты не послушаешься».

Но Но обняла его, уткнулся лицом ему в шею и захихикала. В тот момент её старший брат был таким глупым.

«Что? Всё ещё смеёшься? Маленькая лгунья!» — Цзи Сяо Чжо похлопал её по маленьким ягодицам. — «Очевидно же, что я тебе нравился, но тогда я ошибочно подумал, что тебе нравится кто-то другой, и это меня пугало до смерти. Как ты могла так меня напугать?»

Но Но поняла, что проиграла, и, подняв голову, извинилась, поцеловав Сяо Чжо в подбородок.

«Ты поцеловала меня? Кто так целует?» — Цзи Сяо Чжо нежно взял Но Но за подбородок и прильнул своими губами к её красным губам. Он посасывал её язык, в страстном поцелуе. У них перехватило дыхание, но он не отпускал её. Чем больше он целовал её, тем безумнее становился, и тем сильнее пытался обнять её, словно невольно хотел поместить её в своё сердце.

Но Но не сопротивлялась, и поглаживала его по спине.

Она знала, что он глубоко обеспокоен. С тех пор, как он получил письмо о зачислении, он испытывал тревогу. Через два дня он уезжал на учебу. Военная школа отличалась от обычной, и оттуда было не так просто уйти. Впереди их ждало множество трудностей, а это означало, что им предстоит первая разлука за восемнадцать лет, и никто не знал, как долго эта разлука продлится.

Просто Цзи Сяо Чжо не хотел расставаться, и она тоже не хотела. При мысли о расставании её охватывала паника, и, если бы она могла, она бы предпочла стать с ним единым целым, чтобы отправиться с ним куда угодно.

Почувствовав вкус губ Но Но, Цзи Сяо Чжо наконец отпустил её. Он уткнулся лицом ей в плечо, не говоря ни слова. Успокоившись, он взял Но Но на руку, и они молча пошли домой.

Но Но прижалась к его щеке и утешительно прошептала на ухо: «Старший брат... Я навещу тебя, как только у меня будет время. Хорошо? Не грусти».

«Ммм», — Цзи Сяо Чжо поцеловал её в лоб, чувствуя одновременно разочарование и грусть. — «Я не смогу отвезти тебя в университет. Если найдётся тот, кто захочет, взять у тебя номер в WeChat, или проводить тебя до комнаты в общежитии, ты должна отказать, помнишь?»

Но Но улыбнулась и кивнула.

«В твоём университете больше мужчин, чем женщин. Все мужчины — волки. Не забудь сказать им, что у тебя есть парень? Знай, что мужчины могут наброситься на тебя, как голодные волки».

Но Но знала, что в глубине души он ей доверял, но боялся, что её уведут. Это развеселило её. Он выглядел бесконечно милым в её глазах. Она подняла голову и поцеловала его, пообещав: «Я расскажу всем, что у меня есть парень, что мой парень очень высокий и красивый. Да, и то, что он очень сильно любит меня. Самое главное, что я очень сильно люблю его и в этой жизни буду любить только его».

Цзи Сяо Чжо был очарован милыми словами Но Но и не мог не поцеловать маленькую лисичку в своих объятиях. Он поцеловал её, и беспомощно вздохнул, пытаясь укротить дикое животное внутри себя, продолжив путь.

Но Но ясно видела любовь в его глазах, и знала, что он хочет её, и мечтает о ней годами.

Стыдливо прикусив губу, Но Но окинула взглядом гостевой отель неподалёку. Несмотря на сильное смущение, она всё же набралась смелости и тихо сказала: «Старший брат, я не хочу возвращаться домой сегодня вечером. Давай пойдем в тот отель на ночь, хорошо?»

Цзи Сяо Чжо замер, как громом поражённый: «Но Но, ты понимаешь, о чём говоришь?»

Но Но уткнулась лицом ему в шею: «В прошлом месяце мне исполнилось восемнадцать, я взрослая. Теперь я могу стать женщиной».

Взрослая... смысл слов человека в объятиях Цзи Сяо Чжо был очевиден. Его сердце бешено заколотилось, а глаза его вспыхнули ярким светом. Он тут же развернулся в другую сторону: «Малышка, ты сама это сказала. Не пожалей об этом потом, потому что я не смогу остановиться».

Но Но покраснела и тихо рассмеялась, обнимая его.

Глупый братец, как я могу пожалеть об этом, я уже готова стать твоей женщиной.

— Конец —

Эта статья знаменует моё официальное прощание. Спасибо всем, кто был со мной на этом пути. Я очень ценю, что вы смогли пройти его со мной до конца. Я прощаюсь с вами.





Примечания





1




Комментарии переводчика: «Гёдза» — это популярные японские пельмени, отличающиеся очень тонким тестом и сочной начинкой из свиного фарша, капусты, чеснока и имбиря.




(<< back)





2




Нормальные трёхлетние дети должны весить около 13,5 кг, так что можете себе представить, насколько тяжелый наш малыш.




(<< back)





3




Комментарии переводчика: пиньинь — это официальная система записи звуков китайского языка.




(<< back)





FB2 document info


Document ID: 5d98aa9f-f8ba-4e18-bb18-b47707c98cf4

Document version: 1

Document creation date: 18 June 2026

Created using: FictionBook Editor Release 2.7.8 software





Document authors :


Яманеко





Document history:


OCR, fb2, V 1.0 — создание файла — Яманеко





About


This file was generated by Lord KiRon's FB2EPUB converter version 1.1.7.0.

(This book might contain copyrighted material, author of the converter bears no responsibility for it's usage)

Этот файл создан при помощи конвертера FB2EPUB версии 1.1.7.0 написанного Lord KiRon.

(Эта книга может содержать материал который защищен авторским правом, автор конвертера не несет ответственности за его использование)





