Моё сознание болезненно озаряется яркими вспышками, высвечивающими последние воспоминания моего существования в этом мире…
Багтасар пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти мою жизнь: он закрыл моё тело от смертоносного удара своей широкой грудью! Король Триединого Королевства умирал на моих руках, я держала его могучую голову на своих дрожащих коленях… В нём было столь много энергии, что даже после получения хромового кинжала в своё хромовое сердце ему удалось произнести последние слова для меня: “Моя любовь к тебе была истинной… Ты невероятна…” – он не договорил. Испустил последний вздох и замер…
Не в силах более сдерживать непонятные для себя слёзы, я неожиданно, тихо расплакалась – вода из моих глаз бурным потоком стала падать на застывшее лицо гиганта, любви которого я так и не поняла, любви которого, как мне стало казаться в эту горькую минуту, я не была достойна… Ведь я говорила, что никогда не испытывала и никогда не испытаю к нему нежных чувств. Но что это за водопад из моих глаз, если не нежность? Я не полюбила его даже за его жертву: кажется, нет. Но я окончательно и бесповоротно поверила в силу его любви, в этот момент умершую вместе с ним ради моей жизни. Но… Почему умерла я? Ведь он спас меня… Я помню, как плакала над ним и… После этого – ничего. Очевидно, я не заметила своей смерти. Должно быть, на меня напали сзади или же всё случилось настолько внезапно, что я совершенно ничего не успела осознать и даже почувствовать. Вероятно, меня, как Джодока, расплавила своей энергией Дикая… Иначе откуда этот яркий, слепящий свет?.. Почему так… Тесно… Нечем… Дышать…
…Я задыхаюсь…
Я ЗАДЫХАЮСЬ!!!
Резкий хрип вырывается из моего горла… Я открываю глаза и понимаю, что нахожусь не в кромешной темноте… Серость… Кругом нити… Они окутывают меня глухой стеной… Давят… Сжимают… Они пульсируют, и своим сжатием толкают меня… Я словно внутри тугого клубка… Нет, не так… Нити влажные – не мокрые, только влажные, – и холодные – моё голое тело дрожит от их прохлады! Или же по другой причине… Моё тело отзывается дрожью на их пульсацию?.. Почему я обнажена?.. Где моя одежда?.. Дышать! Воздуха не хватает… Дышать!..
Инстинкт толкает меня вперёд: я вытягиваю руки, рву нити – они разрываются легко, но их много и они настолько тугие, что кажется, будто стену с первого раза не взять силой… Воздуха… Не хватает… Не хватает… Не хватает силы!.. Руки слабые… Я будто не пользовалась ими сто лет, а может и вообще… Воздух!.. Воздух!.. Один глоток воздуха!..
В момент, когда я уже решила, будто окончательно задохнулась, мои пальцы наткнулись не на нити – на волокно… Я словно семя внутри кукурузного початка! Да, точно, это самая точная аллегория!.. Я рванула… Ногтями рванула плотную стенку… Резко… И захрипела: воздух! Лёгкие наполнились кислородом!.. Больно! Как же больно… Дышать!..
Вперёд!.. Вперёд!.. Вперёд!..
Я рву в клочья ближайшие тугие нити, дорываю лоскутки стенки, громко дышу… Я замурована в каком-то растении?.. Что за… Что это?!
Резкий рывок вперёд и я… Я вываливаюсь – выпадаю всем телом! – вниз… Ужасно холодно! Влажные волосы застилают глаза… Я врезалась телом в каменный пол!.. Удар болезненный… Темно… Где-то впереди из потолка бьёт холодный – лунный! – свет… Я думаю встать, но ноги меня не слушаются – они слабы, они ужасно дрожат… Руки, удерживающие моё туловище от соприкосновения с камнями, дрожат особенно заметно: я едва держусь, чтобы не обрушиться грудью на этот ужасно холодный пол!
Рядом раздаются странные – страшные! – стоны… Я одна из тех, кто стонет подобным образом…
Я слышу голос, который кажется мне знакомым… Тофа?!..
– Все одновременно… В одну луну…
Найдя в себе силы поднять взгляд, я вижу… Я вижу привидений! Йорун – она ведь жива, значит, она не привидение! – и Багтасар… А вот он не может быть среди живых, как и… Я?..
Старуха словно сдерживает Райхенвальда от порыва броситься в моём направлении – с каким же пугающим волнением он смотрит на меня! – она оттесняет его, упираясь в его грудь своей старческой рукой…
Она – Йорун – обеспокоенным тоном говорит не мне – Райхенвальду:
– Условие непреложно: рождающийся сам должен прорваться! Одна её нога всё ещё в коконе!
Я не понимаю, что она говорит обо мне… Я не чувствую своих ног… Вернее, не до конца… Всё тело судорожно дрожит, и я не понимаю, что чувствую, а что только начинаю…
Резкий грохот слева привлекает моё внимание: из “кукурузного початка” на пол вывалилось страшно бледное, почти белоснежное мужское тело – Джодок?! Но я ведь видела… Видела, как его тело обратилось в расплавившуюся родиевую лужу!..
– Он застрял! – вдруг вскрикнул кто-то с голосом, очень похожим на голос Тофы, которую я всё ещё не замечаю, и в эту же секунду я вижу, что за коконом, из которого вывалился Джодок, есть ещё один… Из него торчат огромные ноги – до поясницы… Они застыли… Голый по пояс мужчина… Большой, волосатый – он не двигается… Он застрял в коконе верхней частью туловища?! Задохнулся?! Кто это?!..
– Диандра! – голос Багтасара, такой правдоподобный, словно раскат грома, заставляет меня вздрогнуть всем телом. – Тебе осталось немного, ну же! Один рывок вперёд! Твоя нога!
Я не понимаю, о чём он говорит и обращается ли вообще ко мне, но бросаю взгляд за свою спину и наконец замечаю, что моя правая нога действительно по самую ступню всё ещё находится в страшном, словно распоротом моим весом растении… Резко дёрнув ногу на себя, я окончательно освобождаюсь от пут, и в следующую же секунду… Кто-то властно хватает моё тело… Багтасар! Сначала он обрушивается рядом, затем быстро окутывает моё голое тело огромным белым полотном… У меня нет сил на сопротивления – я едва шевелю пальцами!
– Багтасар… – первое слово, произнесённое моим языком… Во рту металлический привкус от собственной циркониевой крови. – Холодно! Холодно…
– Всё будет хорошо! Скоро станет теплее, – укутав моё обнажённое тело по самую шею, он подхватывает меня на руки, словно мой вес не превышает веса лебединого пера, и спешит куда-то уходить… – Всё будет хорошо… Всё будет хорошо… – он прижимает меня к себе и, к своему удивлению, я ловлю себя на том, что сама жмусь к его груди – она настолько горячая, что едва ли не ошпаривает моё заледеневшее плечо, мою отчего-то щиплющую левую щеку…
Он поднимается по каменной лестнице… В последние несколько секунд перед потерей сознания я вижу диковатую сцену… В подземельном зале – том самом, в котором Тристан казнил Розалию! – происходит страшный ритуал: Металлы выпадают из пугающе бледных коконов… Отталия своим тучным телом проломила каменный пол… Аурелия… Это Аурелия?! Две Аурелии?!
Тофа вскрикнула, остановившись возле одной из Аурелий:
– Это ещё кто?! Почему их две?! – крича, она набрасывает белоснежный халат на дрожащую голую спину непонятного существа…
Это бред. Сон – кошмар! – не имеющий ничего общего с… С чем?..
Я потеряла сознание в руках Багтасара до того, как он вынес меня из этого страшного места.