Посвящается N.
“Дворец будет оплотом жизни, но не той её формы, какую знает человечество. Здесь начнётся и не закончится великая династия правителей. Утвердится Истинный Король и будет править нечеловеческой силой, и от Него пойдут великие правители, но прежде освободится Он от Красной Жажды во время горения Красных Лун в Красных Звёздах. И не падёт Его власть до тех пор, пока не падут с металлических плеч бальные одежды”.
ЧАСТЬ 1
КОРОЛЕВА СИНИХ ШИПОВ
(КОРОЛЕВА НАСТОЯЩЕГО)
Глава 1
Конец ноября 2158-го года
Багтасар Райхенвальд
Сквозь спадающую чёрную пелену небытия я начинаю различать знакомые голоса. Первый принадлежит Йорун:
– Твоё предложение Тринидад остаться было опасным блефом. Что бы мы делали, если бы она согласилась?
Тофа отвечает:
– Согласна, это было глупо…
Моей кожи касаются прохладные лоскуты влажной ткани…
Голос Йорун продолжает звучать эхом воспоминания в моей голове: “Красная птица, режущая металлическими крыльями свод купола… С этого момента начнётся множественное освобождение… И да вернутся первые дети Великого Дома в лоно семьи, породившей их…”.
Голос Тофы звучит отчётливо:
– Их Король настолько силён, что ни один дар его не взял.
– Сила Беорегарда Диеса равна силе Багтасара Райхенвальда. Он – щит.
– Но силу щита можно впитать… Багтасар мог бы…
– Невозможно. И ты это знаешь. Ведь даже твой дар не смог пробиться сквозь его оборону.
Я резко распахиваю глаза и в эту же секунду неистовым рывком поднимаю своё тело. Кругом темно, как и полагается усыпальницам: только яркий луч лунного света бьёт одиноким столбом в центр зала – проникает сквозь мутное потолочное окно…
Галлий и Рубидий стоят перед каменным столом, на котором я сижу в ошарашенном состоянии. Смиренно сложив руки на животах, смотрят в пол, словно опасаясь встречаться со мной взглядом. Я знаю, где я умер, и знаю, где вернулся: расстояние в две мили, с уходом под землю – этим двум непросто пришлось с перемещением моего тела.
Тело затекло. И онемело до состояния металлизации…
Спрыгиваю с высокого, пробирающего холодом стола – сколько на этом камне до меня полежало трупов? Каждый второй Металл, живший благодаря моей руке и умерший от неё же…
Смотря мутным взглядом вглубь усыпальницы, только благодаря яркому лунному свету я различаю коконы, корнями уходящие глубоко под бетонные плиты потрескавшегося от древности пола…
– Свершилось? – первое слово царапает моё горло, словно наждак металл.
Йорун и Тофа приближаются. Отвечает старшая:
– Всё получилось, мой Король. Чужаки ушли на закате прошлого дня.
– Что наши умершие?
– Коконы принялись. Будут взращены и возвращены.
– Хорошо… Джодок также?
Взгляд Тофы забегал в растерянности:
– Мы думали, что Вы не захотите его возвращения.
Я обращаюсь к Йорун:
– Верни. За предательство казню собственноручно.
Взгляд Йорун теряется, но она находит в себе силы для ответа:
– Как прикажете…
Не сдвигаясь с места, я осматриваю коконы, но не досчитываюсь нескольких:
– В каком Диандра?
– Диандра, Борей, Кайя, а также Кейара и Рат ушли с чужаками… – Тофа не успевает договорить.
Словно раненый зверь, от силы боли, вызванной внезапным ранением, ничего не слыша и не видя от застелившей все чувства восприятия ярости, я рванул к докладывающей и уже в следующую секунду ощущал своими твёрдыми пальцами её вязко-горячую, металлическую кровь… Я промахнулся: целился в сердце, но рука вошла ниже, под рёбра – очевидно, меня всё ещё штормит…
Вырвав руку из плоти Рубидия, не смотря на её потрясённое лицо и падение на пол, я хватаю левой рукой за хрупкую шею стоящую рядом, поражённую ужасом Йорун:
– Ты обманула меня, старуха! – в эту секунду я больше чем просто рву и мечу – я напрочь потерял рассудок, что в текущей ситуации абсолютно устраивает меня… – Ты говорила, что Диандра останется в моей ладони необратимым в прах семенем! Это твои слова, треклятая гадалка! И где Диандра?! Где она?! ДИАНДРА СМОГЛА УЙТИ!!! Ты и твоя девка имеете смелость говорить мне о вашем крахе!!!
– Багтасар… – она не имеет возможности ответить, лишь судорожно хватается за мои руки, в тщетной надежде высвободиться из стальной хватки…
Я поднял её вверх, словно сухую тростинку, резко оторвав её трясущиеся ноги от каменного пола и уже зная, что её тощая шея не останется несломленной…
– Слушай внимательно, сука! За Диандрой отправятся все: и живые, и мёртвые, и ты с Рубидием будешь в первых рядах! СДОХНИТЕ ВСЕ, НО ДИАНДРУ МНЕ ВЕРНЁТЕ!!!
За секунду до перелома шеи Йорун истекающая кровью девчонка – Тофа – нашла в себе силы заговорить голосом, захлёбывающимся от поступающей в рот собственной крови:
– Йорун не обманула тебя!.. Она… Не обманула…
Глава 2
Рея Роул Рений
Декабрь 2158-го года
Мокрая доска под моим животом опротивела: лежа на ней, я работаю руками в воде уже третьи сутки – добраться от берега Тасмании до противоположной части австралийского континента, пусть и бо́льшую часть пути преодолеть сушей, оказалось совсем не так быстро, как я себе это представляла.
Я не одна. Ближе всех ко мне, как всегда, Адэйр – он плывёт по мою правую руку, подбадривая меня периодическими касаниями пальцев и лёгкими улыбками. Большой, могучий парень, на две головы выше меня, в три раза шире меня – могу спрятаться за ним целиком, никто даже не заподозрит меня в тени его мышц. Теплокровный по своей тропической природе, он никогда не был ценителем рубашек – даже в момент нашей первой встречи он был до пояса обнажён. Что меня в нём привлекло? Груда мышц – да; дреды погуще моих в сочетании с выбритыми висками – приятный бонус, как и татуировки… Нет, всё же всё не то. С красотой можно переспать, но не выбрать провести с ней совместную вечность. Адэйр покорил меня своим заразительным смехом и сложным чувством юмора – он умел меня смешить ещё до того, как решился совратить. Хотя, кто кого в итоге совратил – вопрос весьма риторический.
По правую руку Адэйра плывёт Эспен – его младший брат. Не могла же я обратить в Металл одного без другого: они слишком дружны, что, конечно, связано с их детством – осиротели в возрасте четырнадцати и двенадцати лет, после чего сцепились друг с другом мертвенной хваткой, словно крабы-отшельники клешнями. Эспен ниже Адэйра на голову, в плечах уже на сантиметров десять, и всё равно тот ещё крепыш: мускулы пусть и не чётко прорисованные, будто слегка заплывшие жирком, всё же внушительные. Кареглазый, как и Адэйр, борода короткая – Адэйр отрастил до груди, с двумя косичками… У Адэйра волосы тёмные, почти чёрные, у Эспена заметно светлее, почти каштановые, и вместо дредов густота не коротко стриженных волос блестит шёлком.
Эспен более чистоплотный, интересующийся скорее искусствами и чтением, нежели спортом и экстримом – Адэйр его противоположность: грубоватый, драйвовый, громко хохочущий во все свои идеально ровные белые зубы – то, что нужно той, что полжизни проторчала в библиотечной пыли, изнемогая от жажды адреналина. То, как мы с Адэйром прыгали со скал в океан, часами не слезали с досок на волнах, а после не выныривали из-под волн, ели странные фрукты в заброшенной лачуге рыбака, ночи напролёт занимались сексом под усыпанными звёздной крошкой небесами – лучшие мои воспоминания за последнее десятилетие моей жизни, проведённой в Диких Просторах. Да и вообще за всю мою жизнь, если уж зрить в корень…
По левую мою руку плывут ещё двое: Тиара Джумарейо и её мать собственной персоной – Катерина Капканова. Внешне Тиара – точная копия своей сестры-близняшки Кейары, но внутренне она совсем иное существо… Бойкая, бурная, страстная – старшая Джумарейо совсем не похожа на свою смиренную, милую младшую сестричку. Что же касается Катерины, в смерть которой я, как и её дети, до недавних пор искренне верила… Она никогда не была простой. Эффектная блондинка – волосы длинными густыми волнами стелятся по пышной груди, – с истинно русским темпераментом, внешне она похожа скорее на вымышленную секс-нимфу, нежели на человека и даже Металла… Дело в её давно минувшей человеческой жизни: до обращения в Металл она была женщиной, “сделавшей” свою внешность – силикон в губах; импланты в ягодицах и в груди то ли пятого, то ли шестого размера; вишенка на торте – воистину осиная фигура, как результат операции по удалению пары рёбер. Однако время прошло, волей случая или самой Судьбы Катерина прожила долгую жизнь, часть из которой является металлической, и теперь она не просто секс-кукла – она секс-кукла с мозгами = опасное оружие, в частности, против мужчин. Более Катерина не может изменить в своей внешности ничего, как бы она ни хотела вернуться к своему “изначальному” образу: импланты в буквальном смысле стали частью её тела – режь не режь, вырезай не вырезай, металлическая регенерация всё вернёт на место, – так что свою “глупость молодости” она ныне мудро обращает в “силу зрелости”. Впрочем, долго за ней наблюдать мне не пришлось, а первое мнение, как известно, может быть обманчивым… Да, она явно помудрела с нашей последней встречи, но при этом её природная “ветренность” никуда не выветрилась. Если бы меня попросили обозначить Катерину коротким понятием, я бы назвала её “гремучей смесью”. Смесь из чего с чем и что из всего этого гремит – сами разберётесь, когда столкнётесь с ней, то есть ровно в тот момент, в который будет слишком поздно для спасительных разбирательств…
Ночь уже час как сгустилась, и всё же подплывать к родной земле даже в темноте оказалось волнительным… Я знаю эти деревья… Этот берег… Очертания башни вдали – наивысшая точка Дворца… Что с ними стало?.. Мне страшно, потому что дар Тиары ограничен: она может видеть уже свершившееся, но её видения обрывчаты, открывают не всё и не до конца. Я не знаю, кто жив, а кого больше нет. Не знаю, завершилась ли битва. Не знаю, опоздали ли мы или же всё ещё не потеряно – мы успели, пришли в решающий час, а значит, битва с чужаками неизбежна?..
Спрыгнув с доски, я оказываюсь в воде по колено и спешу выйти на сушу – желание переодеться в сухое перерастает в жажду! – но, вовремя вспомнив о куполе – глухой стук лба Эспена о невидимый барьер напоминает, – останавливаюсь и протягиваю руку Адэйру. Остальные, взяв свои доски, также касаются меня руками… Я провожу под купол всех: плюс пять Металлов Триединого Королевства против неизвестного количества Металлов Рудника. Моя уверенность – или же самоуверенность? – в том, что я одна могу размотать всех, подпитывает мой боевой настрой. Да, я уничтожу любого, кто пошёл против моей семьи! Только если… Мы не опоздали…
***
Идти по коридорам, из которых всего каких-то десять лет назад днями и ночами напролёт мечтала сбежать – странно и страшно… А вдруг я опоздала? Вдруг все мертвы? Тиара говорила, что в её видениях свершившегося текли “реки металлической крови”. Или… Вдруг всё не так плохо? Вдруг все живы, и тогда… Не загнала ли я себя, а заодно и остальных, в ловушку без выхода? Адэйр не отпустил бы меня одну, Эспен не отпустил бы Адэйра без себя, что же касается Катерины и Тиары – они не могли не прийти, ведь речь идёт о жизнях Банджи и Кейары… Все зашли под купол добровольно, и всё же… Вдруг поздно? Вдруг зря? Вдруг это страшная ошибка?
Взмахом руки я говорю всем остаться в коридоре: мы подошли к главному залу, в котором стоит начинать поиски Багтасара – ночами он ходит здесь чаще, чем бывает в своих покоях… По крайней мере, так было прежде – десять лет с тех пор миновало…
…Мой металлический слух различает тяжёлый шаг… Очень похож.
Взглядом приказав всем замереть и убедившись в том, что не слышу сердцебиений своих спутников, я одна, забыв дышать, направляюсь навстречу тяжёлому эху.