Глава 4

Осень продолжала радовать последними теплыми днями, но по вечерам начал накрапывать дождь. Северные ветра приносили тучи, которые проливались слезами по уходящему лету и уносились на юг. Днем земля прогревалась, но ночью температура резко падала, и все вокруг окутывал промозглый туман.

Ермидан проводил время в построенном воинами шалаше недалеко от полянки, на которой появился странный пришелец, не говорящий на общем языке. Он что-то лопотал, но его не понимали. Утром он занимал позицию за деревом у полянки, где появлялись незнакомцы, и укрытый шерстяной попоной ждал.

Ермидан был уверен, что за этим странным человеком появятся другие, и приготовил встречу. Теперь вместе с ним дежурил десяток самых опытных воинов. Они были разбиты на пары и прятались в оврагах недалеко от места, где захватили пришельца.

План у разведчика был простым: сначала посмотреть, кто появится, а потом уже действовать. Пару дней ничего не происходило, но вот сегодня появились странные люди в черной одежде. Их было двое, они были в черных шлемах, лица закрыты тряпичными масками. Ермидан сразу понял, что это не простые парни, это воины. И хотя в их руках не было луков, мечей или топоров, но они держали странные предметы перед собой и водили ими в сторону. Затем один из них, пригибаясь, пошел быстрым шагом в сторону дерева, за которым прятался Ермидан. Ермидан напрягся, вытащил стилет и приготовился ко встрече, но тут незнакомец остановился, посмотрел вверх и навел свой предмет на ветви дерева. Затем громко лающе что-то проговорил и показал предметом какой-то жест. Наверху прятался дух, и, видимо, этот незнакомец его заметил. Дух не шевелился, как ему было приказано, тогда предмет в руках незнакомца задергался, и громкий треск разорвал тишину леса. С дерева посыпались ветки и листья, следом упал дух, он покатился, вскочил и прыснул в сторону. Бежал, как учили, петляя, а ему вслед дергался предмет незнакомца. Рядом с духом поднимались фонтанчики пыли.

Ермидан понял, что пора действовать. Он поднял лук и выстрелил в незащищенную шею. Незнакомец выронил свое странное оружие (а что это было именно неизвестное оружие, разведчик понял сразу). Незнакомец ухватил рукоять стилета и упал на колени. Ермидан пригнулся и бросился прочь, ему вслед раздались громкие хлопки, слившиеся в одну трещотку. Густо посыпались листья. Ермидан заранее выбрал маршрут отступления и сейчас уходил в низину. Там он спрятался за кустами и стал ждать. Вскоре его окликнули:

– Дядька Ермидан, ты жив?.. Тут тихо. Один колдун исчез, а другой лежит, истекая кровью. Дядька Ермидан, отзовись!.. – Это был голос разведчика Ердара.

Ермидан откликнулся:

– Жив я. Как дух?

– Его ранило в ногу, но рана небольшая, сейчас оказываем помощь, – криком ответил Ердар.

Ермидан вышел на полянку и первым делом подошел к незнакомцу. Он сразу понял, что тот умер. Разведчик снял с его головы шлем, маску и вытащил из шеи убитого свою стрелу, обтер ее об одежку мертвеца и убрал в чехол. Затем подобрал оброненное чужаком оружие, повертел в руках, осматривая, и положил рядом с телом.

– Забираем этого, – приказал он, – и возвращаемся в замок. Оставаться тут опасно.

Подвели коня. На него взвалили тело. Ермидан подобрал оружие чужака и, хмуря седые брови, направился вниз. По дороге нашел в земле странные маленькие стрелки, тоже подобрал.

В замке он позвал Торвала, Эрзая и Флапия.

– Что, еще одного колдуна привез? – спросил Флапий, недовольно кривясь.

– Нет, это не колдун, это воин, он молодого духа ранил.

– А его кто? – спросил подошедший Эрзай.

– Известно кто. Не видишь, рана какая, – все так же скривившись, ответил Флапий. – Разденьте его, – приказал Флапий двум дружинникам. – Все его вещи в оружейку его милости снесите, да ничего не потеряйте, а тело в ледник. Ох, горе нам, горе, – простонал он.

– Что за горе, Флапий? – спросил подошедший Шер.

– Горе оно и есть горе, Торвал. Вон видишь, колдуны повадились к нам, дело тут нечистое. Эх, милорд, какой же он глупый, стал бы рассветным сейчас, одним своим светом врагов поубивал бы…

– Не ворчи, старый пень, – осадил его Шер. – И не надо так говорить о сэре Антее. Он поумнее тебя и меня будет. Лучше скажи, в чем ты видишь нечистое? – рассматривая мертвеца, спросил Шер. Но Флапий заюлил глазами и не ответил.

Вокруг уже собрались слуги и с удивлением, смешанным со страхом, смотрели на незнакомца.

– Одет чудно, во все черное, – Торвал нагнулся над телом, – и броня есть, – он пальцами ощупал защитный жилет. – На руках перчатки без пальцев, как у мечников. Вот кинжал еще, – он вытащил нож, покрутил, потрогал пальцами лезвие, – металл отменный, и ковка знатная. Что еще с ним было?

– Вот, – Ермидан подал странный предмет из железа и дерева. – Это оружие. Громко звучит и бьет невидимыми стрелками – вернее, стрелки видимые, но как летят, не видно. Вот насобирал пяток, – он показал на ладони медные головки с конусами. – И вот еще что из оружия вылетало, – он подал Шеру латунные гильзы. Тот понюхал и пробормотал:

– Это запах сгоревшего пороха, мы его используем для проходческих работ. – Он взял в руки предмет незнакомца и повращал, заглянул в дырку трубки и произнес: – Тоже воняет порохом, значит, эти стрелки отсюда вылетали?

– Наверное, – пожал плечами Ермидан, – тебе виднее. Стрекочет громко, та-та-та, – повторил звук Ермидан. – Как стрелка летит, не видно, только дерево бьет насквозь. В меня стреляли, но не попали. А вот молодого бойца ранили в ногу, я потом стрелки в земле нашел.

В это время дух поднял отложенный Торвалом предмет, заглянул в дырку и произнес: «Ничего не видно». Пошарил руками по предмету, и неожиданно для всех раздался громкий звук «бух». Из головы духа выметнулась кровавая клякса. Сам он рухнул под ноги Торвала. Тот быстро ухватил выпавший из рук парня предмет и крикнул:

– Никому это не трогать!

Ермидан бросился к лежащему в крови парню. Бабы заголосили.

Один Флапий остался невозмутимым. Он поджал губы и произнес:

– Я же говорю, горе. Что ты с ним возишься, Ермидан, парень уже скончался – видишь, полголовы нет.

Ермидан вздохнул, поднялся на ноги.

– Чужаки странные и опасные, – произнес он. – Надо поставить там разведку. Но прежде всего нужно выкопать волчьи ямы. А приближаться к чужакам не стоит. Непонятно, чем они убивают.

– Вот то ж, – согласился с ним Флапий и стал быстро раздавать команды. – Бабы, духа омыть и в ледник, потом отдадим его тело горцам. Чужака раздеть, и тоже в ледник, все его имущество в бочку и в оружейку, я прослежу. И не надо ничего вертеть и трогать – взяли, положили, унесли. Все поняли?

* * *

Шузмарал проснулся словно от толчка, открыл глаза и недоуменно заозирался. Только окончательно придя в себя от глубокого сна, он понял, что на болоте появились новые действующие лица. Среди них были одаренные. Голод вампира взыграл с новой силой. Ему нужна была кровь и магическая подпитка.

Но колдун был опытным и умел подстраиваться под разные ситуации. Во время опасности его ум работал быстро и продуктивно. Одаренные силой были светлыми, а остальные – просто мясо. Чтобы противостоять светлым, ему нужны были силы, а их он мог получить, сожрав одного из тех, кого просто считал мясом. Он уже знал, как можно спрятаться от вездесущих глаз колдунов. Лезь под воду, жди. Он не торопился и видел, как четыре точки, сияющие белым светом, медленно, петляя, приближались к нему. Впереди них и позади двигались простые смертные, их было по паре спереди и позади колдунов. Шузмарал задрожал от охватившего его возбуждения, но сумел справиться с собой и не ринулся очертя голову атаковать эту группу. Он ждал и терпел, жизнь среди заносчивых истинных вампиров научила его терпеть и ждать своего часа.

Он понял, что смертные шли в его сторону. Это не было случайным совпадением. В такие совпадения Шузмарал не верил. В этой глуши они искали его. Вполне возможно, что местные колдуны сумели проследить за ним после бегства из города, но их появление его не сильно волновало. Он осознавал свою силу и понимал, что надо делать. Он также считал, что знает, как будут действовать короткоживущие одаренные. Они жили мало и ничему не учились. Так было в его мире. Вполне вероятно, что и тут существуют такие же глупцы.

Когда до охотников на него, как он мысленно обозвал приближающуюся группу смертных, осталось триста локтей, он вошел в воду. Скрывшись под водой, он лег, сложил руки на груди и стал ждать. Приближение врагов он почувствовал кожей.

Ему передавалась вибрация воды, с приближением смертных вибрация усиливалась. Она приближалась, затем, пройдя над ним, стала удаляться. Вскоре все замерло, и Шузмарал понял, что пришло его время. Враги не нашли его. Он исчез из их поля зрения. Теперь они стояли и совещались, как быть.

Он вынырнул из воды, показав уши и глаза. Нашел перед собой воина, стоявшего к нему спиной, буквально в трех шагах. Воин устало опирался на шест. Обрадованный колдун применил магию ментального подчинения. Воин вздрогнул и замер.

«Иди и тихо убей своего напарника», – мысленно приказал Шузмарал. Воин подчинился. Он зашел за спину ничего не подозревающего воина и, вытащив кинжал, напал на него со спины. Зажал ему рот и быстро вонзил кинжал под подбородок. Воин дернулся и тихо погрузился в воду, прямо в дрожащие от вожделения руки подплывшего вампира.

Шузмарал жадно приник к шее убитого и стал вместе с мутной водой болота глотать теплую кровь.

Огнеборец Фирташ первым почувствовал неладное. Он остановился недалеко от острова, на котором увидел темного, и поднял руку.

– Что? – Озаряющий Чаг остановился и стал с опаской озираться. Вместе с ним остановился призыватель Дансир и озаряющий Рудольф. Они заметно напряглись и искали причину опасности.

– Темный пропал. Я не вижу его ауры.

– Куда он мог пропасть? – остановившись рядом, спросил Рудольф.

– Не знаю… Вот только что была его аура на том острове, – Фирташ указал рукой на темную полоску суши. – И она исчезла.

Рудольф недовольно поморщился.

– Ты уверен? – спросил он.

– Уверен.

– Может, темный прикрыл свою ауру?

– Чем? – невесело усмехнулся огнеборец. – Руками или лопухом? Пошли туда пару воинов, пусть осмотрят там все.

Рудольф кивнул и приказал паре наемников, что шли впереди, идти к острову и все там осмотреть. Недолгое время воины молча опаляли озаряющего злым взглядом, но не осмелились ослушаться. Медленно передвигая ноги, они направились к острову.

– Не нравится мне эта поездка, – буркнул один из них, молодой крепкий северянин с рыжей бородой.

– А тут нет такого: нравится – не нравится. Капитан подписал с рассветными контракт. Платят хорошо и регулярно, так что иди и не ворчи, Гунар, – ответил полноватый немолодой наемник из южан с сединой в черной бороде. – Посмотрим на острове и вернемся, наше дело маленькое.

– А если там темный? – с опаской спросил северянин.

– И что? У нас амулеты Рассвета, убежим, – уверенно произнес южанин. – Убежим, не бойся, не впервой. Иди правее в трех шагах от меня.

– Не пойду, там воды по пояс, – ответил северянин. – Сам иди.

– Ну ты и дурень, – беззлобно сказал Гунар. – Так безопасно.

– Безопасно идти рядом, – не согласился спутник.

Так, тихо препираясь, они дошли до острова и стали его исследовать.

– Смотри, Гунар, тут кто-то лежал, видишь, трава пожухлая примята.

Южанин присел, принюхался и ответил:

– Странно, что он лежал на сырой земле, ничего под себя не подстелил. Ему что, все равно где спать?

– А кто знает этих темных, но, видишь, на острове никого нет. Ушел, стало быть. Пошли доложим.

Они повернули обратно и направились в сторону озаряющих.

Они подошли к озаряющим.

– На острове кто-то был. Спал прямо на сырой земле, но теперь там никого нет, – доложил Гунар.

– Когда он исчез? – спросил Рудольф.

– Только что, – ответил тот.

– Что значит «только что»? – недовольно спросил Чаг. – Сколько прошло времени с его исчезновения?

– Минут пять, шесть, может десять, не засекал время.

– Тогда он должен быть где-то рядом, ты можешь провести ритуал поиска?

– А что нам это даст? Его ауру можно увидеть и без ритуала. Если его нет, значит, он ушел телепортом.

– Вот об этом я и говорю, – перебил его Чаг. – Идем на остров и ищи его своим ритуалом, – хмуро приказал он.

Озаряющий Рудольф молчал и осматривался. Он обернулся, постоял в задумчивости и крикнул:

– Эй, воин, где твой напарник? – крикнул он, посмотрев назад. Воин стоял и не отвечал.

– Ты чего молчишь? – снова крикнул Рудольф, но воин продолжал изображать из себя немого. – Что-то тут не так, – скривился Рудольф. – Спросите его, что случилось, а то стоит камнем и молчит, – приказал он первым двум воинам.

Южанин посмотрел на молодого северянина и, поняв, что тот делает вид, будто не слышит приказа, вздохнул и сам пошел к одиноко стоявшему воину.

– Магур, где Вирест? – подходя ближе, спросил он воина. Тот посмотрел на южанина, оскалился и стал вытаскивать меч. Южанин остановился. – Магур, не балуй, – озабоченно проговорил он и, увидев, что воин направился к нему, стал пятиться. – Эй, Магур, стой…

Озаряющий Рудольф предусмотрительно поднял руку, заливая окрестности белым светом. Воин остановился и выронил меч. После этого потер глаза и спросил:

– Что происходит?

– Это я тебя хотел спросить, что происходит? – гневно закричал Гунар. – Где твой напарник?

– Не знаю, я словно потерял память…

– Не трогай его, – остановил возмущенного воина Чаг. – Это колдовство темного, он взял его под свой контроль, а напарника надо искать. Видимо, утонул. Ага, вон из воды нога торчит, – оглядываясь, добавил Чаг. – Осторожно вытащите его на сушу. Пошли, братья, на островок, подумаем, что нам делать, – предложил он рассветным.

Они направились на остров, где до этого прятался темный, а воины вытащили утопленника и принесли тело на островок суши, положили рядом со стоящими рассветными.

– Ваша милость, посмотрите, что с ним стало, – указал южанин на высохшее, похожее на мумию тело. Рядом с телом присел призыватель.

– У него две раны, – проговорил он, рассматривая убитого воина. – Одна под подбородком. Ее нанесли кинжалом. Вторая – две маленькие дырочки на шее. – Выпрямившись, он приказал воину, которого звали Магуром: – Подойди!

Тот безропотно подошел.

– Покажи свой кинжал, – приказал Дансир. Воин вытащил кинжал, и на его лезвии была видна запекшаяся кровь. – Это ты его убил? – прямо спросил призыватель.

Воин сначала недоуменно посмотрел на лезвие своего кинжала, потом на призывателя. Он замотал головой и стал бормотать:

– Я не убивал… Я не помню… Я…

– Отдай оружие, – приказал Дансир и стал отбирать у воина его кинжал. Тот не сопротивлялся. Он отдал кинжал и вытащил из ножен оброненный и подобранный меч. – Теперь садись и жди своей участи. Гунар, посторожи Магура, – распорядился он.

Озаряющий Рудольф покачал головой.

– Он не виноват. Его околдовал темный. Скорее всего, он прятался в воде, через нее ауру не видно. Брат Фирташ, ты можешь с помощью ритуала выяснить, где прячется этот темный? Я уверен, он не мог далеко отойти.

– Но ему надо дышать! – воскликнул Фирташ. – Если он под водой…

– Ты это точно знаешь? – приподняв брови, спросил озаряющий.

Огнеборец подумал и нерешительно покачал головой.

– Нет… Но…

– Вот в том-то и дело, что мы мало знаем о возможностях темных, – произнес озаряющий. – Думай, как нам его найти.

– Надо кикимору вызвать, она в воде все видит.

– Хорошо. Брат призывающий, вызывай тварь, пусть найдет этого темного под водой.

Призыватель мрачно посмотрел на озаряющего:

– Если вызвать кикимору, то ее потом будет трудно изгнать. Она расплодится тут. А мы хотели получить этот домен… И тут скоро будет наш брат озаренный.

– Вот пусть он с этой тварью и разбирается. Робарт уже изгонял призванных тварей, и этот справится, – прервал его озаряющий Рудольф.

Призыватель Дансир задумчиво смотрел на болото.

– Ты чего замер? – толкнул его в бок Фирташ.

– Думаю, – ответил тот. – Если вызовем кикимору, то потом я не смогу вызвать более сильное существо, сил не хватит. А если темный сможет захватить кикимору?..

– Как? – тут же спросил Чаг.

– Не знаю, но они оба темные, вдруг смогут договориться.

– Что ты предлагаешь?

– Предлагаю… – Дансир замялся. – Не знаю, что предложить. Если прикажете, то призову кикимору.

– Нам нужно знать, где прячется темный, – вступил в разговор озаряющий Рудольф. – Кто может его найти в болоте?

– Только кикимора. Для нее болото – дом родной, – ответил призыватель. – Но темный имеет артефакт и пользуется им, он может прогнать кикимору, и тогда сутки мы не сможем призвать еще кого-нибудь.

– Ты говоришь о возможных проблемах, – перебил его Чаг. – А я хочу знать, как решить проблему. Темный здесь и уйти отсюда невидимым не сможет, так что вызывай свою кикимору.

– Хорошо, – ответил Дансир и, скрестив ноги, сел на землю, закрыл глаза и стал делать пассы руками. Вокруг него сгустился воздух, и неожиданно из образовавшейся воронки из ветра выпала мерзкая тварь.

– Болото, детки, – хрипло проговорила она. – Люди – корм для деток.

– Заткнись, тварь, и подчинись, – приказал открывший глаза призыватель.

– Слушаюсь, мой господин, – страшная образина тут же сменила тон. – Что прикажешь?

– Ищи в воде темного колдуна…

– А что его искать, вон он за вашими спинами в воде.

– Где?! – одновременно воскликнули Чаг и Фирташ.

Шузмарал блаженствовал, лежа в воде. У него после сытной трапезы случилась эйфория. Но неожиданно благостное настроение сменилось тревогой. Невидимый укол, как чужой, проникающий под слой воды взгляд, болезненно пронзил чувства Шузмарала. И, еще не осознавая, что случилось, он быстро поплыл под водой подальше от острова. Но прилипчивый взгляд, который колол его, словно иголки, не отпускал колдуна. А следом он почувствовал усиливающуюся вибрацию воды. К нему шли смертные. Они знали, где он, и прятаться под водой не имело смысла. Шузмарал словно пробка выскочил из воды и, применив свою магию, помчался прочь. Он слышал истошные крики за своей спиной:

– Темный! Вон он! Держи его!..

Шузмарал не обращал внимания на эти крики, он мчался над водой, почти не касаясь ее поверхности, но тратил при этом свои магические силы. Однако другого выхода у него не было. Он по дуге обогнул группу преследователей, которые не могли двигаться по прямой, как он, и петляли по местам бродов. Затем, отдалившись, он скрылся от их глаз.

Шузмарал направился к месту, где пряталась Изараэль. Тусклый огонек ее души он видел, и он стал его путеводной звездой. Вдвоем с матерью-королевой они смогут подчинить себе светлых, превратив их в сильных слуг.

– Ушел, скотина, – яростно и расстроенно выкрикнул Чаг. – Как близко была эта тварь! Фирташ, ищи его… Он не мог далеко уйти… И как быстро он бежал! Я такого еще не видел…

– Ты прав, – задумчиво произнес Рудольф, – если этот темный проводник может так быстро бегать по воде, то мы за ним будем бегать до скончания века. Нужно что-то придумать.

– А что тут думать, – с жаром воскликнул Чаг, – найдем его, дождемся следующего дня, и наш брат-призыватель призовет черного воина-драконида. Он-то точно поймает темного. Что скажешь, брат? – Озаряющий с надеждой посмотрел на бледного призывателя. Тот молча кивнул и, улыбнувшись, произнес:

– Если только завтра будут силы. Кикимора тоже их поглощает, она требует контроля. Ищи колдуна, кикимора, – приказал он. – Найдешь – держи его в поле зрения.

– Слушаюсь, мой господин, – ответила тварь и понеслась над водой так же быстро, как и колдун.

– До чего же она страшная, – пробормотал Чаг. – А еще говорили, что сын Робарта переспал с такой же тварью. Ужас! Он что, не видел, какая она?

– Да брехня это, – ответил Дансир. – Если бы это случилось, то он был бы уже мертв.

– А Орлик не мог его излечить? – спросил Рудольф, который с досадой прислушивался к их разговору.

– Нет, мы не можем излечить зараженного. Это не лечится, – поджав губы в усмешке, ответил Дансир.

Шузмарал не бежал сломя голову. Удалившись от светлых колдунов на значительное расстояние, он сбросил темп и снова погрузился в воду. Ему казалось, что он запутал следы, и чувствовал, что надо перестать тратить магическую энергию. В этом мире ее было ничтожно мало.

«Что за убогий мир», – с досадой думал он, погружаясь в мутную воду болота. Но долго лежать ему не дали, рядом появилась страшная морда, и она, взбаламутив воду, прокаркала:

– Дорогой, давай заделаем детишек.

В какой-то момент морда твари преобразилась и стала похожа на прекрасное лицо Изараэль. Шузмарал понял, что это наваждение. Сильное, не поддающееся, способное свести с ума любого. Он не мешкал и не думал. Он сам ментально атаковал и парализовал неведомое уродливое существо. И, схватив за тонкую шею рукой, потянул к себе, вылез наполовину из воды и, ощерившись, впился зубами в ее плоть. Существо закатило глаза и застонало.

Колдун испытывал отвращение к этому существу, но его кровь, бурлящая магией, ему была нужна. Он выпил ее до дна, и когда отбросил иссохшее тело, то увидел, как оно стало расползаться лоскутами и с дымом исчезать. Но ему не было дела до этой твари, он вновь обрел силы и поднялся во весь рост. Ему, впавшему в эйфорию, казалось, что он стал высок и могуч, как дуб. Ему казалось, что он может горы передвигать. Шузмарал от охватившего его воодушевления зарычал. И снова устремился, летя над водой, к манящему огоньку.

До цели осталось не более двухсот локтей, когда тонкий свист заставил его уши встать торчком. Пребывая в полупьяном состоянии, Шузмарал не успел среагировать, и стрела, так больно ранившая его в прошлую ночь, вонзилась ему в плечо. Он задымился. Боль, словно яростный зверь, ухватила место ранения своей пастью и терзала его. Она была невыносимой, и Шузмарал, не выдержав, завыл. Эхо его вопля пронеслось над водой, отдалилось, размножилось и улетело вдаль.

* * *

Антон не знал, что происходит на краю болота, примыкавшего к берегу и лесу на западе, но понимал, что там теперь находятся и рассветные, и колдун. Если колдун не спешит сюда, значит, не все так у него гладко, и план Антона стравить рассветных и вампира начал срабатывать. Это давало ему надежду, что он сможет обмануть и колдуна, и рассветных.

Он ждал и дождался. На сканере появилась стремительно приближающаяся точка, и она летела прямо на него. Он достал стрелу, наложил на тетиву и, применив амулет с магией воздуха, пустил в полет. До цели было велико, и стрела, пролетев некоторое расстояние в пустом пространстве, все же встретила сопротивление воздуха на полпути. Антон услышал короткий резкий свист, а затем крик, полный боли.

«Вновь попал», – радостно подумал он и достал вторую стрелу, но красная точка стала удаляться и скрылась из пределов действия его сканера.

– Я его ранил? – спросил он Просветителя, и тот подтвердил его мысли.

– Да, он ушел залечивать раны. За ним охотятся рассветные, они призвали кикимору.

– Вот сволочи, – выругался Антон. – Снова здорова…

– Колдун ее убил, и призванное существо вернулось к себе, – сообщил Просветитель. – Но рассветные приближаются к этому месту. Часа через два они сюда доберутся.

Антон машинально спросил:

– Какие будут предложения?

– Уходить и оставить им мать-королеву.

– Вот еще, подумай лучше и помоги мне.

– Носитель исчерпал варианты помощи артефактов, – ответил равнодушный голос и замолчал.

– Ты, как всегда, краток и невыносим, – отреагировал Антон. – Твои создатели хоть были умны, но, видимо, не знали, что такое честь и верность. А жаль. – Он не надеялся получить ответ, но Просветитель ответил:

– Задача носителя – борьба с монгридами. Я предложил самый перспективный вариант действий для носителя. Носитель останется вне внимания рассветных, а вампиры будут вынуждены сбежать из болота.

– А что, Шузмарал не поймает потом королеву? – спросил Антон.

– Вероятность того, что колдун-вампир захватит королеву-мать, приближается к ста процентам.

– И как я могу ему это позволить?..

Просветитель вновь ответил:

– Шузмарал захватит Изараэль и с ней возвратится в свой мир.

– Но я обещал ей защиту! – воскликнул Антон.

– Мне нет дела до вампиров, – равнодушным тоном ответил Просветитель. – Моя задача – помогать носителю в борьбе с монгридами. Я предлагаю наилучший вариант, как выйти из сложившейся ситуации. Носитель проявил новые способности и сумел навести рассветных на ложный след. Это поощряется новыми возможностями. Но они все ничтожны, чтобы в открытую вступить в борьбу с расой паразитов. В данной ситуации все складывается так, что вампиры вернутся в свой мир, а рассветные подумают, что темные скрылись с артефактом. Ты отвел от себя все подозрения. Дальнейшее пребывание на болоте может привести к непредсказуемым последствиям.

– Ты стал очень разговорчивым, Просветитель, но не убедил меня. Здесь еще и Франси. Я ее бросить и отдать рассветным не могу, – не скрывая раздражения и язвительности, ответил Антон. – У меня другие планы, и если ты не хочешь мне помогать, то не мешай.

– Принято, – ответил Просветитель и замолчал.

Антон остался наедине со своими мыслями. Он начал себя уговаривать: «Думай, Антон, думай. Безвыходных положений не бывает. Что мы имеем на данный момент: на болоте королева, и еще за ней охотится сильный колдун. За колдуном охотятся рассветные. Пока они не видят ни меня, ни Франси, что сторожит королеву. Колдун кружит вокруг нас, и за ним идут рассветные. Он их приведет к нам, а этого допустить нельзя. Надо как-то отогнать колдуна от этого места… Но как? – спросил он себя и постучал кулаком по лбу. – Гоняться за колдуном и отгонять его? М-м-м… нет… не выход. Только потрачу впустую время. Надо уводить королеву и Франси… Но тогда они выйдут из-под защиты креста, и их ауры увидят рассветные… Думай, Антон, думай, у тебя голова, а не задница на плечах».

Неожиданно он вспомнил шахматы. Он посредственно в них играл, но любил смотреть в интернете разные обучающие ролики. И неожиданно на болоте перед ним предстала шахматная доска. Он должен устроить ловушку. Подставить своего ферзя под бой и напасть на вражеского ферзя. Нанести удар такой силы, что колдун должен был бежать отсюда сломя голову.