Глава 3

Осень – это волшебное время года, когда природа преображается, словно художник, создающий шедевр. Деревья, как верные стражи леса, облачаются в свои роскошные наряды. Листья, будто драгоценные камни, переливаются всеми оттенками золотого, красного, оранжевого и коричневого. Багрянец и пурпур создают захватывающие композиции, словно природа сама по себе является картиной великого мастера.

Трава, некогда зеленая и сочная, теперь стала желтоватой, словно золото, которое под лучами солнца начинает блестеть. Кусты, потеряв свою листву, обнажили ветви, и ветер, словно заботливый садовник, нежно гнал их по тропинкам и полянам. Воздух стал прохладным, но все еще был наполнен теплом уходящего лета.

Осень – это время, когда природа готовится к зимнему покою. Это период, когда каждый лист, каждая травинка, каждый цветок и дерево находят свое место в этом удивительном танце жизни. Осень напоминает о цикличности всего сущего, о том, что за каждым концом всегда следует начало. И хотя зима может показаться холодной и темной, но за ней обязательно придет весна, и природа вновь оживет, радуя своим великолепием.

Младший брат Ермидана, Ердар, разведчик в остроге, который поставил Антон за Медным поселком и разместил там двадцать воинов из крестьянских сынов, был старшим секрета. Три воина следили за перевалом, откуда приходили горцы. Милорд предупредил, что зимой могут прийти те, кто прогнал племя Боудики, и надо вовремя засечь их разведчиков. Потому разведсекреты несли тут службу каждый день.

Гарнизон в небольшой деревянной крепости на скале менялся каждые семь дней. Это нужно было, чтобы воины службу несли исправно, глаз не замыливался, и бойцы не расхолаживались от долгого бесцельного сидения. Ермидан, инструктор по боевой подготовке, проверял их регулярно, и если ему удавалось поймать уснувшего часового или выследить секрет разведчиков, то страдал весь гарнизон, и такому оплошавшему бойцу приходилось несладко.

Зная все это, никто от службы не отлынивал, и бойцы больше боялись гнева товарищей, чем наказания Ермидана. Но сейчас Ермидан отсутствовал, отправленный его милостью по делам.

Пока погода радовала. В Алуринских горах не было нудных дождей, от которых приходилось прятаться в домике на дереве. Там сидел тот, кого называли «Глаз». Не успел Ердар придавить большого муравья, который забрался ему за шиворот, как Глаз слез с дерева и подобрался к Ердару.

– Командир, на поляне прямо из воздуха появился человек, одет странно, стоит оглядывается и что-то колдует. Ребята сказывали, он и вчера появлялся так же из воздуха. Постоял, оглядываясь, и исчез. Что делать будем?

– Далеко он?

– Сто локтей отсюда в низине, прямо за кустарником. Отсюда не видно.

Ердар долго не думал:

– Лезь обратно на дерево и смотри… И посчитай, сколько он будет там находиться, пока не исчезнет. Не к добру это…

Глаз молча скрылся и забрался на дерево. Спустился он не сразу. Ердар сам успел досчитать до трехсот.

– Исчез, словно его не было, – сообщил разведчик.

– Если завтра появится, будем захватывать его. Готовь лежку рядом с поляной. Брать колдуна будем живым.

– Лучше за кустами лежку сделать, – предложил разведчик. – Там кусты подходят к дереву, и в ветвях можно сделать схрон разведчика.

– Пошли посмотрим. – Ердар поднялся и приказал третьему бойцу: – Муссар, на дерево, смотри за местностью. – Воин беспрекословно подчинился. – Еще надо Ермидана позвать, – по ходу движения произнес Ердар. – Мы можем колдуна не взять, а он точно возьмет. Сейчас он в остроге, сегодня прибыл. Сбегаешь, доложишь ему. Мы будем караулить тут. Понял?

– Так точно, господин сержант, – ответил паренек и быстро-ловко отодвинул кусты. – Вон полянка, смотрите. Трава примята. Что он тут ищет? – Он хотел двинуться дальше, но Ердар его остановил.

– Стой, – резко скомандовал он. – Там что-то стоит, видишь? Видимо, колдовское. – Он указал на небольшой предмет, возвышающийся над травой. – Не подходи, обойдем по кругу. Где, говоришь, дерево?

– Да вон оно, господин сержант, – указал рукой направление воин. – Пять локтей от полянки. – Колдун глуповат, голову не поднимает, стоит как дурень, вертится по сторонам. – Ердар, не отвечая, кивком головы с ним согласился.

Они обошли полянку и, не приближаясь к ней, вышли к дереву. Действительно, ствол дерева зарос кустарником, и за ним ничего не было видно. Пожелтевшая листва еще кое-где держалась. Ердар посмотрел на дерево и ловко на него забрался. Посидел и спустился.

– Берем маскировочную сетку и прячемся. Один на дереве, другой в кустах страхует. Бьем по голове тупой стрелой. Если я промахнусь, ты выстрелишь.

– А Ермидан? – спросил воин.

– Вот когда он придет, то и решит, что надо делать. Мы должны делать свое дело. Понял, дух?

– Понял, господин сержант.

Духами в дружине называли тех, кто не отслужил полгода. Но этот воин был из горцев. Очень сильный и ловкий, хотя не очень умный.

На следующий день «дух» сидел на дереве, укрытый рыболовной сетью с навязанной на нее травой и ветками. Ермидан лежал за кустами у дерева в пяти локтях от поляны, где появлялся колдун, а Ердар прятался с другой стороны, за кустарником. Ердар должен был отвлекать колдуна. Его одели в крестьянскую одежду.

Заранее заняли свои места. Время шло медленно и тягуче. Дух и Ердар волновались. А Ермидан, как наиболее опытный, был спокоен. Он лежал на хвойных ветках, укрытый шерстяной попоной, и дремал.

От мыслей Ермидана отвлек звук за кустами. Он открыл глаза и в прореху между ветками увидел колдуна. Как тот появился, было непонятно. Еще секунду назад его не было, и вот он стоит, что-то непонятное лопочет. Ермидан приготовился, натянул тетиву лука и стал ждать. Вскоре, как условились, появился Ердар. Увидел колдуна, сделал удивленный вид. Колдун тоже удивился, замер, но, рассмотрев бедно одетого босого мужика, помахал ему рукой, что-то стал кричать и показывать. Ердар вроде как в нерешительности постоял и направился к колдуну. Тот совсем не смотрел по сторонам. Ермидан встал во весь рост и выстрелил тупой стрелой из лука. Она попала колдуну в затылок. Тот, даже не поняв, что случилось, рухнул на траву. К нему рванул Ердар, коленом наступил на спину и ловко связал руки за спиной. Подошел Ермидан и приказал:

– Рот забей кляпом, ноги тоже свяжи. Дух, слезай и гони сюда лошадей.

Колдуна подняли. Беспамятного пленника погрузили на лошадь, и Ермидан повез его в замок.

– Что делать с ним будешь, дядька Ермидан? – спросил молодой воин.

– Зарежу и зажарю, – спокойно ответил Ермидан. – Я так с колдунами поступаю, потом ем и получаю их силу. Хочешь, тоже тебе выделю?

– Не, – отстал воин и перестал донимать его вопросами.

В замке собралась толпа посмотреть на колдуна. Он уже пришел в себя и мычал. Флапий подошел ближе и стал рассматривать незнакомца.

– Ишь как зырками зыркает – видать, темный. Повесить его, и дело с концом.

– Не говори чепухи, Флапий. Никакой он не темный и не колдун. В нем дара нет, – оборвал его Ермидан.

– И что с того, что нет. Люди говорят, что он из воздуха появлялся и исчезал. Это ли не колдовство. Ты его осмотрел?

– Осмотрел. Вот что с ним было, – и он продемонстрировал странный предмет и две части к нему. – Еще вот эта штучка непонятная. – Он показал на маленький блестящий предмет. – Это было в кожаном чехле под мышкой. А вот это он держал в руках, – Ермидан передал Флапию изъятые у пленника предметы.

– Так это такое же оружие, как у нашего милорда, – удивленно проговорил Флапий. – Тогда он из него наемников убил. Вот так сделал, пух-пух, – и показал знак, которым удивил ее Антон. – При этом произнес слова: «Хрен тебе через плечо».

Услышав эти слова, пленник замычал еще громче.

– Беднота, – махнул рукой Флапий. – Точно. Вишь, штаны синие, тоже рваные, только этот обувши, и ботильоны странные. Где такие носят? У сармитов, что ли? Может, он из родичей нашего милорда? Эрзай, давай тащи его в тюрьму к пленному лорду. Только посади в отдельную камеру. Посади да развяжи, Торвал, закуй колдуна в кандалы.

– Да как можно, – удивился шер. – А если это родич милорда?

– И что? Придет милорд и разберется. А если этот родич бед наделает, что тогда? – спросил Флапий. – Нет, Торвал, так его оставлять нельзя. В железо его и в темницу, потом разберемся, колдун он или вражий разведчик.

Эрзай приказал двум воинам поднять пленника и оттащить в темницу, в подвал под казармой. Торвал нерешительно посмотрел на разведчика.

– Делай, что Флапий сказал, – ответил тот на его взгляд. – Придет милорд, разберемся, кто он, а пока будем осторожничать. Я в горах подежурю. Вполне может быть, еще кто придет. – Он посмотрел на Эрдара и приказал: – Пошли, брат. Духа прихвати, а то другим еще объяснять надо, что и как, а этот уже знает, что делать.

* * *

Повозка, в которой всю дорогу проспал Шузмарал, остановилась на дороге. Возница заглянул внутрь, где сидела у гроба Мразь, как обозвал девушку Шузмарал, и, сонно поеживаясь, спросил:

– Госпожа, теперь куда?

Тарси выглянула и, вспоминая дорогу, сказала:

– Поворачивай налево, два льга по дороге, и там остановись.

– Понял, госпожа, – ответил слабый трэлл-слуга и подстегнул измученных лошадей.

Ему не было дела до животных, но Тарси внимательно смотрела, чтобы он останавливался на отдых и давал коням овес, затем давала ему отдохнуть и дежурила сама. Днем прятались по оврагам и зарослям и отдыхали. Ехали ночью, когда им прибавлялось сил. По дороге Тарси ловила редких проезжающих и пила их кровь, тела прятала по кустам, давала пищу и слуге, без него им бы трудно пришлось. И так они добрались до земель молодого господина матери-королевы. Тарси не знала, в чем его сила, и не говорила о нем колдуну. При всей своей блудливой натуре она узнала цену отношения королевы. Хотя та была с ней периодически жестока, но она ее не бросила, когда та лежала покалеченной на дороге, и давала ей пищу. А колдун был не просто жесток, но и безразличен к ее нуждам. Для него она была как малоценная вещь, как мусор, и это злило ее. Она боялась колдуна и ненавидела его одновременно. Он был опасен, но слаб. Постоянно спал, чтобы не тратить силы, жил не так, как ее госпожа. Та могла и днем, и ночью передвигаться. Для сна ей было достаточно пары часов.

Последние льга им дались трудно, и лошади, и слуга, и сама Тарси устали. Они двое суток не ели и чувствовали муки голода, а как назло, вокруг ни единой живой души. Местность, кишевшая ранее степняками и крестьянами, словно вымерла.

Остановившись через пару льга, слуга снова спросил:

– Госпожа, приехали, теперь куда?

– Сворачивай к лесу, что видишь вон там, – она указала на темную полоску леса. – За кромкой леса – болота, прибудем и раздобудем господина. – Отдав приказ, она села на гроб, закрыла глаза и стала отдыхать.

Повозка покачивалась на кочках и однажды наехала на большой бугор. Повозка накренилась, и от толчка Тарси слетела с гроба. Гроб тоже повалился набок, и из него выпал колдун. Он проснулся сразу, ухватил Тарси за горло и зарычал:

– Что случилось, Мразь? – прошипел он ей в лицо.

– Не знаю, господин. Едем к болоту, как вы и приказали.

Колдун отпустил Тарси и прикрыл глаза.

– Точно, там она, моя голубка, – он оскалился в довольной ухмылке. Его клыки подросли и снова спрятались. – Хорошо, Мразь, я тобой доволен, будешь жить. – И сел на гроб. – Иди к этому олуху, и не гоните коней, пусть едут осторожно.

Тарси угодливо склонила голову и поползла на козлы к вознице. Она видела, что трэллу все равно, куда ехать. Он не объезжал кочки и бугры, правил прямо. Ударив его по голове, Тарси прошипела:

– Смотри, куда правишь, тварь, объезжай, объезжай бугор…

Так они добрались до леса, и колдун крикнул:

– Стойте. – Возница натянул поводья, и лошади встали. – Помоги, Мразь, сойти, – крикнул колдун, и Тарси поспешила ему на помощь, помогла сойти с повозки. – Пусть этот урод спрячет повозку в кустах и даст лошадям отдохнуть, мы с тобой пойдем к болоту. Я вижу огоньки ауры королевы-матери, далеко забралась… Дурочка, от меня ей не уйти, – и он противно захихикал. Тарси отвернулась, сдерживая брезгливость и ненависть. – Иди за мной, – приказал Шузмарал и первым двинулся вглубь чащи.

Антон сидел в кустах на небольшом холме примерно в ста локтях от кромки леса, подходившего к болоту. Дорога к болоту была одна, и он понимал, что колдун не будет продираться сквозь чащу, а воспользуется протоптанной кабанами и дикими животными тропкой. Он бы так и сам сделал.

С места, где он сидел, берег был виден хорошо, кроме того, работал сканер. Он сидел на пне и ждал. Слуга королевы словно столб стоял рядом и не обращал на Антона внимания. Он был напряжен. Антон это почувствовал и спросил:

– Ты что-то чувствуешь?

– Да, колдун приближается.

– Очень хорошо. Когда примерно покажется?

– Не знаю, – не раздумывая, ответил трэлл. Потом, помолчав, произнес: – Скоро.

– Тогда вызывай своего лешего, – приказал Антон.

Трэлл отошел на пару шагов и стал творить заклятье призыва. Дважды оно у него срывалось, об этом сообщил Просветитель. Еще он сказал, что трэлл теряет свои способности призывателя.

На третий раз у него получилось, рядом с ним появился недовольно оглядывающийся мужичок в соломенной шляпе.

– Чтоб вас разорвало, – проворчал он. – Что надо?

– Скоро узнаешь, – ответил за трэлла Антон. – Сядь и жди.

– Ты кто такой? – возмущенно спросил мужичок.

– Кто надо. Прикажи ему, – Антон дал указание трэллу.

– Сядь, – равнодушно бросил тот, и леший подчинился.

– Раскомандовались тут, – проворчал он и сел на корточки.

– Ты тоже садись, не высовывайся из кустов, – приказал Антон трэллу, и трэлл сел на корточки рядом с лешим.

Леший оглядел Антона, не нашел ничего интересного и обратил взгляд на трэлла.

– Странный ты призыватель, темный, как и я. Кто такой? – спросил он.

– Он вампир, – пояснил скучающий Антон, разговор с лешим его забавлял.

– Вампир? Батюшки!.. За что мне это? Я вроде добра не делал, жил по правилам – заведи, утопи, как все… А кто тут еще есть?

– Еще есть колдун-вампир, вот его ты и будешь водить по болоту, – пояснил Антон.

– Ты, человек, не мешай, ты сдохнешь тут, я не тебя спрашиваю, а господина.

– Я господин твоего господина, – рассердился Антон, – так что закрой пасть.

– Ты мне не командуй тут, червяк, – неожиданно вспылил леший.

– Утихомирь лешего, – приказал Антон, и трэлл приложил мужичка рукой по голове. От удара тот упал на землю и остался лежать. – Ты его не убил? – забеспокоился Антон.

– Нет, только пришиб, сейчас встанет, – равнодушно поглядев на лежащего лешего, ответил трэлл.

– Ну тогда ладно, подождем, – ответил Антон и замер, на сканере появились две красные метки. – Враги близко, – тихо сообщил он, – буди своего лешего, он не должен дать колдуну до нас добраться.

Трэлл пнул ногой лешего и приказал:

– Встань, урод, – и леший поднялся, почесал затылок и снова обиженно произнес:

– И зачем бить? Я что, слов не понимаю? Понимаю. – Он с опаской глянул на Антона. – Что делать-то?

– Сейчас покажутся два вампира, – ответил за трэлла Антон, – ты их будешь уводить от нас, а они будут стараться нас догнать.

– Пусть попробуют, – обрадованно произнес леший, – наконец-то настоящая работа.

Мужичок лихо заломил соломенную шляпу на затылок, шагнул в мутную воду болота и исчез. Антон посмотрел на круги на воде и перевел взгляд на берег. Там стоял колдун, ухмылялся и смотрел в сторону Антона. Антону показалось, что колдун видит его через заросли кустов, и его липкий, неприятный взгляд проникал ему прямо в душу.

«Магическая атака, – прозвучал голос Просветителя. – Блокирую».

Антон замер на секунду, затем охватившее его оцепенение спало, и он тряхнул головой. Но вот трэлл стал раскачиваться из стороны в сторону и застонал. Антон недолго думая, по появившейся у него привычке решать проблемы с магией или проклятиями с помощью своего молота, слегка приложил им по затылку трэлла, и тот упал как подкошенный.

«Я что, его убил?» – немного испуганно и удивленно подумал он.

«Нет, только лишил чувств и защитил от зова колдуна, – ответил Просветитель, затем с нотками удивления, которые Антон услышал от него впервые, добавил: – Но должен был убить».

После этого он замолчал, предоставив Антону додумывать самому, что же произошло на самом деле. Но Антон не был склонен к длительным рассуждениям, он по характеру был человеком действия, поэтому, уходя с острова, отринув ненужные, как ему казалось, мысли, взвалил трэлла на плечо и понес на себе. Но перед уходом успел увидеть, как колдун пораженно замер. Его длинные уши даже стали торчком, и открылся рот в немом удивлении. Но рассматривать колдуна Антон не собирался. Он понимал, что ему надо быстро уходить, еще неизвестно, как себя покажет леший. Вполне могло быть, что вампир подчинит себе это мерзкое создание.

Антон брел по болоту по колено в воде, на одном плече кулем висел трэлл, и он поддерживал его левой рукой. В правой руке он держал шест, которым ощупывал дорогу. Антон брел по пути, проложенному сканером. Перед глазами была тонкая зеленая нить, змеей извивающаяся на воде. Тропка была узкой, и один неверный шаг мог привести к тому, что Антон с тяжестью рухнет в глубину топи и уже не выберется из нее. Он это хорошо понимал, и несмотря на страх, который грыз его изнутри, не спешил. Шагал медленно, с расстановкой, точно следуя маркеру сканера. Наконец, петляя, он выбрался на островок, скинул тело трэлла и устало сел рядом.

Антон мысленно переключил сканер на вампира и увидел другую картинку. Колдун шел на юг, за ним брела вампирша Тарси, бывшая служанка королевы-матери. Они уходили в сторону, хотя вроде бы шли за ним, только их путь был настолько запутанным, что проложенный Просветителем их маршрут вызвал у него удивление и одновременно уважение к способностям лешего. Тот тонко уводил вампиров в сторону от них, и при этом понять, что это именно так, было невозможно. Антон видел, что он и беспамятный трэлл были в поле видимости колдуна. Отдыхая, Антон стал смотреть, как две красные точки петляют по болоту, не приближаясь и не удаляясь. Он только сильно был удивлен тому, что твари не тонут. Как они идут по болоту, не проваливаясь? Только он об этом подумал, как одна красная точка исчезла и, что странно, не появилась на поверхности.

– Один вампир утонул? – спросил он.

«Скрылся в воде, – ответил Просветитель. – Это трэлл, бывшая служанка матери-королевы. Вполне возможно, она это сделала специально. Попробуй ее схватить, ты усилишь королеву-мать».

– Как? – не сдержавшись, спросил Антон.

«Оставь трэлла тут и дождись, когда колдун отойдет на расстояние двухсот локтей, тогда иди к вампирше и вытащи ее».

Антон задумался. С одной стороны, предложение Просветителя граничило с большим риском и сражением с колдуном. При этом, вероятнее всего, колдуна придется убить, тогда появятся еще более крупные проблемы в лице рассветных. С другой стороны, Тарси, как помнил имя девушки Антон, усилила бы королеву и дала им шанс противостоять колдуну и оставить его живым.

– Ладно, – неохотно согласился Антон и стал ждать. Колдуну, как понял Антон, не было дела до его спутницы, он пер вперед, не обращая внимания ни на что, и кружил, петлял по болоту. Антон понял: колдун упертый и заряженный на то, чтобы их поймать. Вон как рассекает воду, словно линкор, весь мокрый, в тине, но идет, не останавливаясь.

Но он также понял, что колдун не всесильный. Не смог понять, что его путает леший. Значит, его разум подвержен внушению, и может быть, Франси сможет его контролировать. Ее сила однажды переломила силу лешего, когда они шли по болоту охотиться на призывателя Орлика. Эта надежда придала Антону сил. Он дождался, когда леший увел колдуна подальше, и сам направился к месту, где утонула вампирша.

Она не умерла от удушья. Этим тварям не нужен был воздух, эти уродливые создания могли жить погребенными под землей и поглощенными водой.

«Живучие омерзительные твари, – с долей изрядной брезгливости и злости подумал он, – как природа создает таких?» По его пониманию, в природе есть некое равновесие, мухи летают, опыляют, их жрут птицы, птиц жрут хищные птицы. Траву едят травоядные, их едят хищники, так поддерживается баланс. Система стабильна. Но зачем природе понадобились вампиры? Или слишком много стало людей, и их некуда было девать? А войн и эпидемий нет в мире, откуда пришли вампиры? Надо спросить у нового вассала, баронета. Тот должен знать больше.

Так размышляя, Антон дошел до места, где скрылась вампирша. Он сунул руку в воду и, ухватив девушку за волосы, тряхнул и вытащил извивающийся грязный комок. Тарси оскалила зубы, но Антон держал в левой руке свой молот и погрозил им трэллу.

– Убью, тварь, – прошептал он. – Молчи, пошли со мной, ты нужна матери-королеве. – Тарси мгновенно успокоилась.

– Пошли, – отплевываясь, ответила она, – надо от колдуна уйти, он силен.

– Его уводит леший, – усмехнулся Антон, – мы будем его водить по болоту, пока не появятся Рассветные, потом он сбежит…

– Но он вернется! – воскликнула испуганная девушка-вампир.

– Вернется, обязательно вернется, – ответил Антон, – вот тогда мы его убьем вот этим, – и он потряс молотом.

Тарси знала силу этого оружия и сразу же примолкла, оттерла от грязи и ряски лицо и широко улыбнулась.

– Даже не думай, – Антон снова погрозил ей молотом, – твои магические штучки на меня не действуют, я полностью инертен к магии.

– Это как? – не поняла его трэлл.

– А так, магия на меня не действует, я иномирец.

– А-а-а, – понимающе протянула Тарси и сразу же успокоилась. – А там кто? – спросила она, указывая на остров.

– Слуга королевы из бывших рассветных. Имени у него нет, я его зову Духом.

– Понятно, – ответила Тарси и предложила: – Пошли, что ли?

– Пошли, – согласился Антон.

Трэлла они застали почти пробудившимся. Он мутными глазами смотрел на них и силился понять, кто перед ним.

– Пришел в себя? – спросил Антон и толкнул вперед Тарси. – Бери ее в команду, ты старший, она младшая.

Тарси зло оскалилась:

– Я сильнее этого куска мяса, я должна быть старшей.

– Ты пока не заслужила это право. Дух призвал лешего, и тот уводит колдуна. Твоя сила мне не нужна, а его нужна. Поэтому он старший, будешь спорить – прибью. – Он произнес это спокойным уверенным тоном, и девушка не осмелилась с ним спорить, явно уже зная, какой силой он обладал. Она покорно потупилась.

Трэлл уже полностью пришел в себя. Пошатываясь, встал и произнес хриплым голосом:

– Надо уходить, колдун ходит рядом.

– Ходит, – согласился Антон, – но нас не находит. Твой леший его уводит все время в сторону. А нам нужно дождаться вечера. Вы можете залезть в воду и там спрятаться. Как я понял, колдун не может заглянуть под воду.

– Не может, – подтвердила Тарси.

– Тогда пошли в воду и сидите там, пока я вас не вытащу, – приказал Антон, и два трэлла послушно зашли в воду. Нашли глубокое место и скрылись под мутной, грязной водой. А он подождал, когда круги на воде успокоятся, и пошел дальше один.

Теперь идти ему было легко. Он направился обратно на остров у берега, откуда наблюдал за колдуном. Но, к его удивлению, колдун потерял к нему интерес. Вампир стремился найти путь к матери-королеве, и Антону скрепя сердце пришлось возвращаться. Шли часы, а колдун блуждал по болоту, не подозревая, что его водит леший. Он упорно шел к светящемуся огоньку королевы-матери и не мог дойти. Физически колдун не устал, а магию не использовал.

– Почему он не использует магию? – бредя следом за колдуном, спросил Антон Просветителя. Он шел по его пути, блуждая и петляя, как брел Шузмарал.

«Он бережет силы для сражения с королевой, – ответил Просветитель, – если он сейчас начнет использовать свою магию, тот быстро ее истратит. Тогда королева сама начнет охотиться за ним. Он это понимает, просто идет, как ему кажется, к ней».

– И когда он поймет, что его водят за нос? – спросил Антон.

«Трудно сказать, но однажды он это поймет».

«Чем дольше он будет бродить, тем лучше», – подумал Антон, выбрался на островок и стал отдыхать. Красный маркер то приближался, то удалялся, а неутомимый колдун кружил, петлял и не мог дойти до огонька.

Антон, сидя на замшелом стволе поваленного дерева, смотрел на красный огонек на сканере и думал, как можно быть таким тупым?..

Шузмарал был одержим одной мыслью – дойти до своей цели. Огонек ауры Изараэль манил его, как свет манит мотылька. Он стремился к нему и не обращал внимания ни на что. Хотя поначалу он хотел поймать человека и трэлла, что сидели в ста локтях от берега в кустах. Он понял, что это разведчики, которых послала королева-мать наблюдать за ним. Но был неприятно удивлен, что его магия на них не действует. Мало того что они не подчинились, так еще и поспешили удрать.

«Ну нет, – возмутился оскорбленный до глубины души Шузмарал. – Со мной такие шутки не пройдут». И устремился за пищей и новым слугой. Мразь следовала за ним неотступно, но колдуну не было дела до этой твари. Он жаждал мести и заслуженного наказания для непокорных его воле беглецов.

Шли часы, а он все не мог поймать слуг королевы. Пропала Мразь, но и это не остановило его. Он шел, не зная усталости. Лишь голод стал донимать колдуна. И тогда он решил бросить попытки догнать пищу и слугу. Он направится прямо к месту, где пряталась его мечта – поднять свой статус до правителя народа вампиров. Он докажет всем этим выскочкам, что вытирали об него ноги, что он самый умный и сильный среди них. Они еще пожалеют, что отвергли его. Но для осуществления целей ему нужна была Королева-мать.

Все эти мысли и желания захватили Шузмарала и не отпускали. Цель была рядом, почти на расстоянии протянутой руки. Уверенный в своей силе и колдовских умениях, он шел, шел и шел, пока не стало смеркаться. Стал невыносимо мучить голод, который Шузмарал не хотел терпеть. Он вышел на островок и уставился вдаль. До него стало доходить, что тут дело нечисто. Он должен был давно уже прийти к месту, где спряталась беглая мать-королева, но он был все так же далеко от нее, как и утром, хотя проблуждал по болоту целый день. Он вспомнил о Мрази, которая должна была ему служить, и не увидел ее. Не было ауры и трэлла, слуги Изараэль. Колдун не был глупцом и понял, что Изараэль или человек применили колдовство. Но как ему могли внушить чужие мысли? Кто запутал его путь?

Шузмарал сел и задумался. Применить сейчас колдовство – значит потратить силы. Не применить – означало, что он будет блуждать по болоту, пока не ослабеет от голода. Ему нужна была пища, а пища была недалеко, локтях в пятистах, и пряталась на островке. Колдун мысленно провел путь к островку, наметил ориентиры и двинулся в сторону огонька души своей пищи. По дороге он заметил, что у него возникло сильное желание убраться с выбранного пути. Он остановился, борясь с наваждением, превозмог желание и двинулся дальше. Вскоре его мысли стали путаться, они скакали с пути на остров с пищей на Изараэль, и Шузмарал не заметил, как сбился с пути и оказался далеко от острова, где сидела пища. Поблуждав, он заставил себя остановиться. Зло оскалился, чужое наваждение снова увело его в сторону. Придется применить свои умения, решил он и поставил магический барьер для защиты сознания.

Постояв и утвердившись в том, что понимает, куда идти, он двинулся к острову. Но и пища не сидела на месте. Она словно понимала, что он хочет, и видела направление его движения. Как только он перестал петлять и пошел целеустремленно к острову с человеком, пища тоже стала уходить, и как ни спешил Шузмарал, не мог догнать человека. Тот ловко уходил в сторону и шел вдоль берега, заставляя Шузмарала удаляться от королевы-матери. Шузмарал рассвирепел, его унизили. И кто? Смертный! Пусть смертный и является местным колдуном, но он всего лишь мясо, корм для вампира, и этот корм осмелился бросить ему вызов.

Шузмарал потерял над собой контроль и раскрыл свои возможности, он ушел в невидимость и буквально полетел над водой, догоняя наглеца. А тот раз – и исчез. Вот только что был, и не стало. Шузмарал пролетел над местом, где последний раз видел огонек души смертного, покрутился вокруг и в бессильной ярости перестал использовать магию. В припадке гнева он потратил почти треть своих сил. Шузмарал постарался успокоиться. Да, его унизили, но он не проиграл. Он отдохнет и двинется к своей цели.

Шузмарал выбрал один из островков и лег спать, он хотел набраться сил, а это можно было делать во сне. Ночь – спутница вампира, она давала ему силы и покой. Шузмарал отключился и уснул. За свою жизнь он не беспокоился.

Антон чуть не прозевал момент, когда колдун-вампир, водимый лешим, перестал бродить и направился прямо к нему, при этом он умопомрачительно быстро приближался. Времени на раздумья у Антона не было, и он поступил так, как сделали трэллы: нырнул в темную топь с головой. А перед этим сунул в рот конец своего шеста, который был сделан из растения, похожего на бамбук.

Палка в его руках была полой. Он погрузился глубоко вниз, молот, как якорь, тянул его глубже, но вскоре под ногами стала ощущаться твердая почва. Он по колено погрузился в ил и замер. Дышал с перерывами, надрывая легкие, вдыхая и выдыхая в импровизированную трубку. Сканер показывал, как над ним кружит красный огонек, затем огонек стал удаляться. Подождав, пока огонек не скроется за пределами видимости сканера, Антон стал осторожно выбираться, подгребая руками, чтобы всплыть. Топь неохотно отдавала его, но все же он вырвался. Выплыл и сделал глубокий вдох. Голова от недостатка кислорода кружилась, но он был жив и сумел обмануть колдуна.

Антон положил шест поперек воды и стал отдыхать, нужно было понять, что делать дальше. Колдун оказался весьма проворным, и если бы Антон немного замешкался, то ему пришлось бы с ним сражаться, что не входило в планы владельца замка Грозовые ворота.

«И где же вы, рассветные? Когда вы нужны, то вас не дождешься, а когда не надо, вы тут как тут…» – с досадой подумал Антон, но затем, отбросив ненужные мысли, он подплыл к острову. Выбрался на сушу и наметил новый путь. Нужно было уходить к месту, где он спрятал амулеты, освященные светлой магией молота, но перед этим нужно было отправить трэллов к королеве.

Он потратил почти час, пробираясь сквозь густую завесу мрака, чтобы добраться до убежища слуг вампирши. Каждый из них был вытащен за волосы, словно добыча из норы, и ему не нужны были слова, чтобы объяснить, что их ждет. С холодной решимостью он приказал им быстро уходить и защищать королеву-мать. Оба трэлла, не колеблясь, бросились в указанном направлении.

Антон же, оставшись один, молча посмотрел им вслед. Его сердце билось в такт с каплями дождя, что барабанили по одежде. Он понимал, что его путь будет долгим и непростым, но и выбора у него не было. Усталость и холод пробирались в его тело, но он не позволял себе остановиться. Крест, освященный госпожой Заката, горел на его груди, как путеводная звезда, придавая ему силы и решимости.

Он шел вперед, зная, что каждый шаг приближает его к последнему рубежу обороны. В его голове звучали слова Просветителя, что колдун нашел противоядие к обману лешего, и Антон уже не надеялся, что сможет измотать колдуна, гоняя его по болотам. Он понимал, что теперь колдун не будет тратить силы на погоню за ним. Ему нужна была Изараэль, а не он.

Колдун неожиданно для Антона сумел понять, что его обманули, и установил защиту от внушения. Леший больше не мог помочь, путать путь вампира. Теперь время играло против Антона, и каждая минута могла стать решающей. Он должен был успеть добраться до острова с амулетами первым.

До острова он добрался с рассветом. Дрожащими руками откопал амулеты, нацепил на древки стрел из осины наконечники, изготовленные маленькой шеркой, и, сев прямо на мокрый мох, прислонился к кривому стволу дерева спиной. Закрыв глаза и отдыхая, стал ждать.

Но и вампир не спешил, он не появлялся, хотя его путь должен был проходить мимо Антона.

Прошло утро, Антон подкрепился сухарями и куском копченого сала, запил все это водой из фляжки и снова приготовился ждать. К обеду выглянуло местное солнышко, стало разгонять ползучий туман. Он теперь плыл над водой рваными клубами, как облака плывут по небу. Антон осмотрелся, сравнивая видимую картинку с облаками, и пропустил момент, когда на сером покрывале болота яркой красной точкой появился колдун. Он двигался в сторону Антона. Видимо, увидев его ауру, решил напасть и постараться выпить его кровь.

«Ну давай, мертвый кровосос, приближайся», – злорадно подумал Антон и вытащил стрелу. Он подождал, когда вампир приблизится на расстояние ста локтей, натянул тетиву лука и выстрелил в направлении красной точки. Он не сомневался, что попадет. Он даже убрал воздух с пути полета стрелы, и сразу же, как только отпустил тетиву, недалеко в тумане раздался отчаянный вой. «Попал», – ухмыльнулся Артем и увидел, как красная точка стала удаляться.

Антон спрятал лук за спину, взял в руку шест и направился следом за колдуном. «Интересно, что ты будешь делать?» – мысленно Антон обратился к вампиру и получил от него посыл, полный боли, страха и ненависти:

«Тебя выпью, сделаю упырем, колдун».

«Ага, ты можешь слышать мои мысли, – ответил Антон. – Приходи вновь, я тебя угощу стрелой». В ответ был только дикий вой, который разогнал тишину болота и пробрал Антона до мурашек. «Однако, – подумал он, – как страшно воет эта тварь».

Вампир кружил и старался обойти Антона, чтобы добраться до королевы, но Антон был к этому готов. Он преграждал колдуну путь, и тот в страхе тут же уходил в сторону. Это кружение продолжалось до вечера. Наконец колдун сдался и ушел из поля видимости сканера. Антон не спеша, осторожно направился в сторону, где в поле его зрения мелькнула красная искорка.

Он шел петляя, стараясь не дать себя обмануть, и нашел колдуна. Тот не уходил далеко. Шузмарал расположился на островке. Что там происходило, Антон не знал и не горел желанием увидеть. Он контролировал движение вампира, и это было для него главным. Найдя нужный уголок суши, он устроился на нем. Сел и стал отдыхать. Затем поднялся, заставив распрямиться уставшие конечности, и стал рубить деревья для костра. Выкопав ямку, разложил дрова и разжег огонь. На кольях развесил сапоги для просушки. Одежду снимать не стал. На палке поджарил сало, просушил размокшие сухари, поел. После этого в котелке заварил взвар с медом. Сразу стало легче. Сытость и тепло придавали силы и успокаивали. Бессонная ночь и долгие блуждания по болоту давали о себе знать, и Антон непроизвольно стал дремать. Несколько раз встряхивал голову, заставляя себя не спать, но через пару минут снова клевал носом.

Разбудил его возглас Просветителя:

«Опасность! Колдун рядом!»

Антон встрепенулся, схватил молот и увидел, как из воды появилась голова колдуна с длинными вислоухими ушами. Рот был оскален, в глазах горел злой огонек голода и ненависти. Антон неожиданно для себя не стал суетиться. Он отложил молот и, не вставая, стал расстегивать куртку на груди. Он понял, что колдун использовал его прием. Он догадался подобраться к нему под водой.

«Не такой уж он дурень», – мысленно отметил Антон. А колдун, думая, что жертва впала в оцепенение, наслаждался своей властью над ней. Он вышел на берег, не спеша отряхнул ряску с лица и произнес:

– Вот кто, значит, мне все время мешал. В тебе нет силы, смертный. Кто ты?

Рядом с Шузмаралом неожиданно появился леший.

– Это смертный, что управляет вашими слугами, господин, – подобострастно произнес мужичок.

Антон бросил лишь одно слово: «Предатель», – и расстегнул рубаху. Из его груди ударил ослепительный белый свет. Он мгновенно разросся на весь островок, и вампир вспыхнул. С диким воплем он бросился в воду и исчез. А леший замер, прикрыв глаза. Антон, недолго думая, подхватил молот и швырнул его в лешего. Тот вспыхнул и стал таять. Серый дым потянулся в небо, и леший исчез.

«Призванное существо вернулось в свой мир, – сообщил Просветитель. – К болоту прибыли рассветные. Тебе надо уходить. Ты снова применил артефакт, и они засекли место, где это произошло».

– Понял, – ответил Антон и стал быстро собираться. Залил костер водой и засыпал землей, чтобы осталось меньше следов его пребывания. Теперь он не сомневался, что рассветные найдут колдуна. Он довольно улыбнулся и, подхватив молот, направился к острову, где прятались королева-мать и Франси.

Он остановился на острове в ста локтях от места, где ждали его Иза и Франси. Им пока не угрожала опасность, но крест на острове защищал их от рассветных. Темная и светлая ауры не могли проникнуть через завесу, созданную крестом. Как колдун мог видеть королеву-мать, Антон не знал. О способностях вампиров он знал немного, но был уверен, что рассветные засекли вампира. Видел ли сам колдун рассветных, скоро предстояло выяснить. Антон не покидал остров с амулетами света, ожидая появления колдуна. Каким бы путем он ни пришел, Антон успевал заметить его раньше, чем тот мог атаковать королеву и Франси. Их противостояние вступило в конечную фазу.

* * *

Отряд служителей Рассвета во главе с озаряющим братом Рудольфом стремительно направлялся к землям рыцаря Антея Алуринского. Лошади сменялись на каждом привале, а обоз остался позади, его заменили вьючные животные, несущие все необходимое. Вместе с Рудольфом в пути были озаряющий Чага, призыватель Дансир и огнеборец Фирташ. Десяток наемников, возглавляемый десятником Уленшиллером, охранял служителей.

Несмотря на постоянное ворчание Уленшиллера о том, что лошади могут не выдержать такого темпа, служители Рассвета не знали жалости ни к себе, ни к наемникам. Время играло против них, и они не могли позволить себе ни минуты промедления. Их цель – найти артефакт и его владельца – была слишком важна. Чем быстрее они доберутся до земель рыцаря, тем выше будут их шансы на успех.

Три дня спустя отряд достиг земель Антея Алуринского. Они остановились в придорожном постоялом дворе на землях барона Газана Рейдеранского, чтобы отдохнуть и набраться сил. С первыми лучами рассвета они вновь отправились в путь. Но уже через два льга путешествия по землям Антея Алуринского огнеборец Фирташ внезапно поднял руку и замер.

– Что случилось? – озабоченно спросил брат Рудольф, остановив лошадь.

Фирташ медленно повернул голову, его взгляд был напряжен и сосредоточен. Он указал вправо, туда, где маячила граница леса.

– Там темный, – сообщил он.

Брат Рудольф сверился с картой, что нарисовал для себя в качестве помощи в поисках артефакта, и кивнул.

– Все верно, наша цель там, сворачиваем. Господин десятник, в лесу справа от нас темный. Усильте охрану и не допустите до нас упырей, если они там будут. Мы вас прикроем своей силой.

Десятник кивнул.

– Все сделаю, господин озаряющий, – и стал отдавать приказы. – Мирд и ты, Савром, идите влево. Прикрывайте нас сбоку. Шалм и Кива – справа. Мы двинемся впереди отряда. Господин озаряющий, трогайтесь за нами на расстоянии десяти локтей. – Раздав указания, пришпорил коня и двинулся вперед.

Они дошли до леса, и огнеборец скривился.

– Темный или нас не видит, или уснул, может, это просто тупой упырь?

Ответить Рудольф не успел, из кустов выметнулась размытая тень и, высоко подпрыгнув, навалилась на впереди идущего всадника. С рычанием стащила его с коня и тут же скрылась в кустах. Все произошло столь стремительно, что никто ничего не успел предпринять.

– Это все же упырь, – озадаченно произнес огнеборец.

Озаряющий поднял руку, и от его руки в стороны стал разливаться яркий, ослепляющий белый свет. Он охватил кусты, и оттуда раздался дикий вой. Из кустов выметнулся человек и стал стремительно убегать. Два воина выхватили луки и открыли стрельбу. Стрелы попадали в темного, но не причиняли ему какого-либо вреда. Он быстро уносил ноги.

– Не стреляйте, тупицы, – крикнул озаряющий Чаг. – Для упыря ваше оружие как укус комара. Пусть бежит, он нам не нужен. – Затем он обратился к огнеборцу: – Брат Фирташ, есть тут еще кто-нибудь?

– Рядом поблизости никого. Что дальше в лесу – не знаю. Надо провести ритуал поиска, брат Чаг, – степенно ответил огнеборец.

– Дальше болото, и там сидит один из темных проводников, – ответил брат Рудольф.

К ним подъехал командир наемников:

– Господа, дальше за кустами повозка с гробом. Моего воина лишили чувств и разума… и, по-моему, у него пили кровь. На шее укусы и подтеки крови. Он не умирает, дрожит и улыбается, как дурень. На мои вопросы не отвечает. Что с ним может быть такое?

Озаряющий Рудольф недоуменно посмотрел на десятника.

– Как ты говоришь, укусы на шее? И он улыбается?

– Да…

– Интересно. Пошли посмотрим. Тут больше никого рядом нет, поэтому не стоит опасаться нападения. – Он пятками подстегнул лошадь и двинулся дальше в лес.

За кустами стояла повозка, в которой действительно находился гроб. Лошади паслись рядом и прядали ушами, их кожа дрожала, когда на нее садились последние осенние мухи.

– Странно, – проронил Фирташ.

– Нет, все правильно, – ответил Рудольф. – Упырь охранял повозку, а сам проводник ушел в болото. Непонятно, что он там ищет? Хотя догадаться можно: может быть, он хочет создать здесь темный ковен. Только… – Озаряющий на несколько мгновений задумался. – Тут далеко от поселений людей. Но кто знает, что на уме у этих темных…

Командир наемников не слушал рассуждения озаряющего, он остановился рядом с лежащим воином.

– Пришел в себя? – спросил он, и воин ощерился в довольной ухмылке.

– Да, – ответил он.

– Тогда вставай и занимайся обустройством лагеря. Лошадей расседлай и стреножь. Потом займись приготовлением обеда, – он отвернулся.

Командира спасла реакция мечника и опыт бывалого наемника. Он услышал тихий рык, и тут же вбитые годами тренировок рефлексы увели его в сторону. Он развернулся к воину, и в его руке уже был меч. Воин рычал и тянул к нему свои руки, он ухватился за ворот десятника и потянул к себе, глаза алчно блеснули. Взмах меча и удар плашмя отбил руку воина.

– Имран, ты что, с ума сошел? – воскликнул десятник, но воин его не слушал, он рычал и пытался схватить своего командира.

Озаряющий Чага оглянулся на шум и поднял руку. Свет, вырвавшийся из руки озаряющего, обрушился на воина, и тот истошно закричал, прижал руки к глазам и стал пятиться.

– Убей его, – приказал Чага, – он стал темным.

Десятник не торопился.

– Имран, остановись, – приказал он, но воин рычал и пятился. Тогда командир взмахнул мечом и одним ударом снес воину голову. Тело обмякло и стало падать.

Десятник огорченно вздохнул и оттолкнул ногой голову от тела. Ему показалось, что голова воина была еще жива и смотрела на него с укоризной. Озаряющий убрал свет и приказал:

– Приберитесь тут. – Затем обратился к огнеборцу: – Брат Фирташ, начинайте свой ритуал поиска. Вас больше никто не потревожит. А вы, десятник, – он повернулся к задумчиво стоящему десятнику, – выставите охрану, я не хочу, чтобы упырь вернулся. – Десятник стряхнул с себя оцепенение и стал раздавать приказы.

Настроение в отряде резко сникло. Никто не разговаривал. Наемники с мрачными лицами готовили лагерь, разжигали костер, часовые несли службу по двое. Даже озаряющие уединились.

– Что скажешь, Чаг? – тихо спросил напарника Рудольф.

– Ты о чем? – в ответ спросил Чага.

– О том, что первый темный, что убежал, был очень ловким и быстрым. При этом очень походил на человека, но упыри становятся голодными и безумными.

– Этот тоже был безумным и голодным, – ответил Чага. – Напал на воина, сожрать не успел, но укусил – видимо, заразил наемника.

– Чаг, ты знаешь, что укус упыря не заражает человека.

– Тогда ты скажи, кто это, – ответил Чага.

– Не знаю, Чаг, но прошу тебя, будь осторожен. Мне тут один брат рассказал, что одна группа уже следовала по следам артефакта.

– И что? – понизив голос, спросил Чага.

– Все они пропали.

– Как пропали?

– Не знаю, но корабль вернулся без них и без наемников…

– Ты думаешь, что это работа наемников?

– Нет, думаю, что тут очень сильный темный. У него не смогли отобрать артефакт.

– Понимаю, – подумав, ответил Чага. – Предлагаю призвать тварей из других вселенных.

– Каких? Гидру?

– Нет, может, черных воинов?

– Черные воины требуют плату за свою службу. У тебя есть что им отдать?

Чага приблизился и прошептал:

– Отдай им пару наемников.

– Ха, и как ты думаешь, что тогда сделает десятник?

– Не знаю, но у меня нет других предложений, – Чага отстранился.

К ним подошел потный огнеборец.

– Есть контакт, – устало произнес он. – Темный в болоте. Несколько льга отсюда, и он один.