Чжэн Сунлинь молча сидел на скамейке, время от времени поглядывая на ЖК-экран у входа в кабинет. Рядом с ним сидели еще с десяток пациентов и сопровождающих их родственников. Пациенты в основном были молодыми, все в темных очках или с повязкой на одном глазу. В коридоре стоял шум, повсюду слышались громкие разговоры и смех. Чжэн Сунлинь, сидевший один в молчании, чувствовал себя не в своей тарелке. Он смотрел на оживленную обстановку вокруг и думал о том, что заплатил сто юаней спекулянту, чтобы попасть на прием к главному врачу Цзиню. По крайней мере, Бао Шанъи не обманул его в этом: заведующий офтальмологическим отделением городской Четвертой больницы Цзинь Сюэин и вправду оказался востребованным специалистом.
Наконец на ЖК-экране появились иероглифы: «Номер на утро 35». Чжэн Сунлинь поднялся, слегка размял затекшие ноги и толкнул дверь кабинета.
Цзинь Сюэин сидел в кабинете, лицо его выражало усталость. Увидев входящего Чжэн Сунлиня, он махнул рукой, предлагая сесть.
– Что вас беспокоит?
Чжэн Сунлинь закрыл дверь, сел напротив и несколько секунд молча смотрел на него. Затем произнес:
– Главный врач Цзинь, я пришел не лечиться.
Цзинь Сюэин поднял голову, удивленно разглядывая его:
– В каком смысле?
– Несколько месяцев назад вы делали операцию по пересадке роговицы в больнице «Баньшань». – Чжэн Сунлинь подался вперед. – Пациента звали Чжэн Кай, вирусный кератит.
– Не помню… – Цзинь Сюэин настороженно откинулся на спинку стула. – Какие-то проблемы?
– Нет. – Чжэн Сунлинь выдавил улыбку. – Парень хорошо восстановился.
Цзинь Сюэин не пошевелился.
– Тогда вы…
– Дело в том, что ему спасли один глаз… – Чжэн Сунлинь тщательно подбирал слова. – Мы не можем забыть эту милость. Поэтому я хочу найти донора органов и выразить ему благодарность.
Цзинь Сюэин выдохнул и расслабился:
– Вам не стоит спрашивать об этом меня, спросите директора Бао.
– Я не могу связаться с директором Бао – на звонки не отвечает, на сообщения тоже… – Чжэн Сунлинь развел руками. – В больнице сказали, что он уехал за границу.
– Тогда подождите, пока он вернется, – отмахнулся Цзинь Сюэин. – Не к спеху же.
– Получив чью-то милость, ощущаешь непокой в душе… – Чжэн Сунлинь постарался звучать искренне. – У вас нет информации о доноре?
Цзинь Сюэин покачал головой:
– Извините, нет.
– Совсем никакой? – Чжэн Сунлинь все еще не сдавался. – Директор Бао хоть что-то вам говорил?
– Такой способ сотрудничества с директором Бао в нашей профессии называют «летающим ножом»[9]. – Цзинь Сюэин начал терять терпение. – Больница «Баньшань» – частная коммерческая клиника, у нее есть пациенты, но нет ведущего хирурга. Что делать? Приходится приглашать нас, врачей из государственных больниц…
– Я это понимаю.
– Поэтому я лишь предоставляю себя и свои навыки. Другая информация, не имеющая ко мне отношения, меня не касается, и мне незачем ею интересоваться.
Помолчав, Чжэн Сунлинь произнес:
– Если есть какие-то требования конфиденциальности, я могу заплатить, вы…
– Это не вопрос денег, я действительно не в курсе! – Цзинь Сюэин повысил голос. – Я правда не могу вам помочь. У меня еще много пациентов. На этом всё.
Чжэн Сунлинь сконфуженно поднялся, поблагодарил доктора и вышел из кабинета. Пошатываясь, дошел до парковки, сел в черный «Ауди», открыл окно и закурил.
В последние дни он почти не спал. Не потому, что не хотел, – просто не мог. Без сигарет и кофе не то что водить машину – даже ходить было трудно.
Сын умер жуткой смертью, еще при жизни у него вырезали один глаз. Причем именно тот, что ему «не принадлежал». Это не могло не заставить Чжэн Сунлиня связать все воедино, от причины к следствию…
Год назад Чжэн Кай обратился в больницу с жалобами на нечеткое зрение. Ему поставили диагноз – конъюнктивит, вызванный вирусом простого герпеса. В то время Чжэн Сунлинь был занят работой и, поскольку после лечения симптомы у Чжэн Кая значительно ослабли, не придал этому большого значения. Однако позже конъюнктивит у Чжэн Кая возобновлялся снова и снова, пока не вызвал иридоциклит. Врач серьезно предупредил его, что, если болезнь будет прогрессировать, Чжэн Кай может полностью ослепнуть на правый глаз. Тут Чжэн Сунлинь запаниковал. К тому же Чжэн Кай был не из простых – во время лечения самовольно прекратил прием лекарств, вопреки указаниям врача, и не отрывался ни днем ни ночью от телефона и компьютера. Видя, что лекарства уже не могут контролировать кератит у сына, Чжэн Сунлинь понял, что у него остался лишь один выбор – операция по пересадке роговицы.
Это обычная операция в офтальмологии. Для Чжэн Сунлиня сложность была не в деньгах, а в источнике роговицы. Он заранее записался на операцию в городскую государственную больницу, после чего началось долгое «ожидание в очереди». Ежегодно по всей стране проводится лишь от восьми до десяти тысяч операций по пересадке роговицы, а пациентов, ожидающих донора, в пять раз больше. Чжэн Сунлиню пришлось искать другие пути. По рекомендации знакомого он познакомился с директором больницы «Баньшань» Бао Шанъи. Хотя эта частная клиника на первый взгляд специализировалась на гинекологии и пластической хирургии, втайне она также вела некоторые другие медицинские проекты. Среди них была и пересадка органов. В то время Бао Шанъи тоже сказал, что источники органов в дефиците, и попросил набраться терпения. Однако два месяца спустя, глубокой ночью, он неожиданно позвонил Чжэн Сунлиню и, сообщив, что достал роговицу, спросил, готов ли тот сделать сыну пересадку.
Это была поистине неожиданная и радостная весть. Хотя требуемая сумма в несколько раз превышала расходы в государственной больнице, Чжэн Сунлинь был готов на все, чтобы сын вновь обрел зрение. Хотя Бао Шанъи умалчивал об источнике роговицы, торопящийся с операцией Чжэн Сунлинь не стал вдаваться в подробности. Операция прошла успешно, восстановление после нее тоже было легким. Но как раз когда Чжэн Сунлинь подумал, что этот небольшой жизненный шторм окончательно миновал, Чжэн Кай погиб и только что вылеченный глаз бесследно исчез.
Намерения преступника были очевидны: «То, что тебе не принадлежит, до́лжно вернуть». Поэтому у Чжэн Сунлиня была лишь одна цель – донор роговицы.
Частная больница «Баньшань» располагалась на склоне горы, ее площадь составляла примерно четырнадцать тысяч квадратных метров. В нее входили здание поликлиники, стационар и реабилитационный центр. Среди частных больниц города «Баньшань» не считалась крупной, но ее эффективность всегда была высокой. Во время госпитализации сына Чжэн Сунлинь видел, как сюда въезжали и выезжали роскошные автомобили всех мастей. По слухам, «Баньшань» была известна тем, что «все умеет» – от мини-пластики и абортов до пересадки органов; здесь выполняли многие медицинские процедуры, которые невозможно было осуществить в государственных больницах. Разумеется, легально или нет, оставалось неизвестным.
Чжэн Сунлинь подъехал к железным воротам больницы и увидел, как женщина лет сорока с чем-то лается с охранником у входа, крича что-то вроде «ищу человека». Чжэн Сунлиню было не до этого, он направился прямо к парковке рядом с клиникой. К его удивлению, на первом этаже у стойки регистрации никого не было. На столе в беспорядке валялись буклеты. Бутылка с гелем для дезинфекции рук опрокинулась, лужица жидкости уже застыла и высохла. Из окон регистрации было открыто лишь одно, но и там никто не дежурил. Чжэн Сунлинь обошел холл по кругу, не встретив ни единой души, и не удержался, крикнув:
– Есть кто?
Спустя мгновение к нему поспешила молодая женщина, на ходу снимая резиновые перчатки.
– Здравствуйте. – Она остановилась перед Чжэн Сунлинем, поправила волосы и натянула на лицо подобающую улыбку. – Чем могу помочь?
Чжэн Сунлинь, узнав в ней менеджера по работе с клиентами, принимавшую его в прошлый раз, кивнул в знак приветствия:
– Я к директору Бао.
– Директора Бао нет. – Женщина напряглась. – Он уехал путешествовать за границу.
– Да? – Чжэн Сунлинь сделал вид, что удивлен. – В какую страну?
– Это неизвестно.
– Когда вернется?
– Тоже неизвестно… – Женщина горько усмехнулась, добавив: – Директор Бао отправил одно сообщение в нашей рабочей группе в «Вичате»[10], после чего больше не проявлялся.
– Как давно он уехал?
– Уже почти три месяца… – Сотрудница покачала головой. – Мы тоже не можем с ним связаться.
Чжэн Сунлинь нахмурился:
– Больница сейчас не работает?
– О, конечно, работает. Однако осуществление некоторых видов услуг, требующих одобрения директора Бао, пришлось временно отложить… Вы господин Чжэн, верно? Мы уже виделись.
– Да, – кивнул Чжэн Сунлинь. – Моему сыну делали здесь операцию.
Женщина бросила вопросительный взгляд:
– Так чем я могу помочь вам сегодня?
– Дело в том, что операция прошла успешно, а у одного моего старого друга тоже ребенок с вирусным кератитом. – Лицо Чжэн Сунлиня было спокойным. – Поэтому он поручил мне проконсультироваться, можно ли в ближайшее время сделать пересадку роговицы.
– Вы принесли данные пациента и историю болезни?
– Нет, нет, я просто пришел проконсультироваться.
– Хотите, я сначала помогу вам сделать предварительную запись? – оживилась женщина. – Если появится подходящий донор, мы уведомим вас.
Немного подумав, Чжэн Сунлинь спросил:
– Можно ли заранее разузнать о доноре?
Женщина широко раскрыла глаза:
– В каком смысле?
– Например, пациент должен знать, есть ли у донора наследственные заболевания, инфекционные болезни и тому подобное… – Лицо Чжэн Сунлиня посерьезнело. – Ну и потом, после операции нам все равно нужно поблагодарить человека, верно?
– Прошу прощения, господин Чжэн. – В тоне женщины не оставалось места для возражений. – Во-первых, мы строго отбираем органы, пригодные для пересадки; те, что не соответствуют условиям, точно не используются. Во-вторых, личность донора абсолютно конфиденциальна, и разглашать ее нельзя, в том числе реципиенту… – Она сделала паузу. – Мы очень профессиональны в этом вопросе. И вы же знаете, что сюда обращаются за медицинскими услугами только высокопоставленные лица. Если б были ошибки, больница не выжила бы.
– Да. – Чжэн Сунлинь с трудом выдавил улыбку. – Логично.
– Тогда, – женщина посмотрела на него, – записать вас сегодня на предварительную регистрацию?
Чжэн Сунлинь кивнул:
– Хорошо.
Женщина провела его в VIP-переговорную, налила ему стакан горячей воды и на время вышла. Через мгновение она вернулась с лэптопом. Чжэн Сунлинь залпом выпил больше половины стакана, снова встал, чтобы долить воды, а затем пересел к ней со своего места напротив.