Чтобы не смущать коллег, я тихонечко вышел из кабинета и взял трубку в приемной.
– Слушаю.
– Евгений Семенович? – Сивый пытался звучать по-деловому, но даже в голосе чувствовалось, что ему это чуждо. – Есть разговор. Срочный.
– Это о том, что я думаю?
– Да. Жду вас в качалке.
– Буду в ближайшее время.
Я ответил и положил трубку. Мелькнула привычная мысль попросить Валечку организовать мне машину, вот только я вовремя себя одернул. Черную представительскую «Волгу» сразу срисуют, и не только чекисты, которые за мной присматривают. Нет, я лучше на такси. Тем более что у меня там есть хороший знакомый.
Вызвав «шашечки» с Петром, который, к счастью, как раз оказался свободен, я на минуту заглянул к себе в кабинет, где Зоя продолжала планерку. Кажется, все хорошо, напряжения нет, даже сейчас посмеялись над чем-то.
– Коллеги, прошу прощения, срочное дело, – сказал я. – Заканчивайте без меня, Зоя Дмитриевна.
В глазах девушки мелькнул было испуг, но тут же пропал. Все правильно, подумал я, ты теперь сама руководишь отдельной газетой, и постоянное присутствие наставника в моем лице не требуется. Вот и коллеги, похоже, это оценили – вновь повернулись к Зое и спокойно продолжили обсуждение нового номера. Кстати, любопытный момент: не все наши журналисты относились к «Вечернему Андроповску», но коллектив внимал девушке в полном составе. Интересно будет, когда вернусь, глянуть, что они придумают. С Зоей мы договаривались лишь о полосах наших колумнистах, а все остальное было уже на ее усмотрение. Вот и оценю, как она справится с задачей собрать интересный выпуск, максимально не пересекаясь с основным изданием.
Петя приехал быстро – я как раз спустился под пушистый снежок, и его «двадцатьчетверка» с выключенным зеленым огоньком остановилась у бордюра. Зима в этом году щедрая на снег, в марте, похоже, поплывем.
– Добрый день! – поприветствовал я огромного таксиста с улыбкой плакатного сталевара.
– Здравствуйте, Евгений Семенович! – он протянул широченную ладонь. – Куда едем?
Я назвал адрес, и Петя, кивнув, развернул машину. «Волга» взревела и покатила по улице, обогнав яркий оранжевый «Запорожец». Девятьсот шестьдесят шестая модель, он же «мыльница» или «ушастый». В моем будущем они исчезли с улиц Андроповска примерно в десятых годах, а до этого отдельные лихие пенсионеры еще раскатывали на них по городу. И содержали их дедушки так, что владельцы новеньких иномарок порой завидовали. Кстати, «Запорожец» ведь оказался копией западногерманской модели Prinz. Помню, когда я об этом узнал и посмотрел фотографии, получил настоящий разрыв шаблона. Я-то думал, что только «горбатого» скопировали с «Фиата-600». А тут на тебе – для следующей модели ЗАЗовцы тоже использовали машину от капиталистов. Еще и довольно симпатичную, между прочим. Даже странно, что в позднем СССР и после его развала «Запорожцы» считали чем-то позорным… Хотя у нас всегда так – сначала про те же «Жигули» говорят «тазики» и «ведра с болтами», а потом выкладывают миллионы за восстановленную «копейку». Вот и ЗАЗ-овскую продукцию после забвения начнут восстанавливать и даже делать стильные кабриолеты. Впрочем, все это уже дело будущего.
– Как дела, Петя? – я повернулся к водителю. – В милицию приходил уже? Когда уже погоны нацепишь?
– О, так вы не знаете? – таксист оживился. – После того случая, когда детей искали, меня ведь благодаря вам грамотой отметили! Да и вообще как-то присмотрелись, что ли… В комсомольской ячейке я теперь на хорошем счету, мне обещали хорошую характеристику выдать. И осенью, если все сложится, поеду учиться в школу милиции.
– Да ты что? – я вскинул брови в искреннем удивлении. – Поздравляю!
– Спасибо, Евгений Семенович! – Петя прямо-таки лучился улыбкой. – Во многом это и ваша заслуга.
– Рад, что сумел помочь, – я кивнул.
Приятно все-таки, что парень вплотную подобрался к мечте. И я действительно, выходит, в этом поучаствовал. Петя же у меня тогда был координатором среди таксистов. И странное дело… Вроде бы не думали о выгоде, просто искали детей, делали что могли, но это зачлось. Приятно, очень приятно, когда в государстве такое ценится. А в милицию-то сейчас и вправду не так просто попасть, как это станет потом, после развала СССР. Но сейчас, в восьмидесятые, абы кого не берут, и даже такому парню, как Петя, недостаточно отслужить в армии. Нужна еще и та самая характеристика, доказательство, что человек достоин носить форменный мундир и представлять советские органы правопорядка. Только перед этим еще, конечно же, обучение в школе милиции – в Калинин, наверное, Петя поедет.
А пока он крутит баранку, не исключаю, что в таксопарке ему уже повышение предложили – кем-нибудь вроде бригадира или старшего смены. Честно, не знаю, как это было устроено у советских таксистов. Кстати, я ведь давно хотел об этом написать. Даже статью запланировал, только двигать ее уже несколько раз пришлось. Поручу, наверное, Бульбашу, он у нас любит кататься. Заодно парню еще репутацию расширим, а строчка в характеристике «герой газетной статьи» – это дорогого стоит.
– Петя, дождешься меня? – спросил я, когда мы остановились у торца дома с подвальной качалкой Сивого. – По счетчику, как полагаете.
– А у меня сейчас обед, – подмигнул таксист. – Так что я сейчас мигом до кафетерия домчу, потом за вами приеду. Вы через сколько освободитесь?
– Думаю, минут тридцать-сорок, – я прикинул, что Сивый не должен на этот раз тянуть резину, и мы обо всем быстро договоримся.
Едва я вышел из «Волги», меня тут же встретил один из «младших», который и проводил меня в качалку. Да уж, здесь нравы заметно пожестче, нежели у Загораева. Настоящий клуб «не для всех». Парнишка из команды Сивого был одет в двухцветную куртку из какого-то химволокна, такая же примерно и у меня была в детстве. Темно-коричневая и кремовая, странноватое сочетание, но тогда она мне казалась красивой. А сейчас вот посмотрел на мальчишку и понял – к стране потихоньку подбирается тлен. Впрочем, как говорится, еще не вечер, а у меня еще не все ленинские планы исполнены!
– Привет, – Сивый пожал мне руку и жестом пригласил в знакомую каморку. Чай уже вскипел, и по обыкновению мрачный Мортэн заботливо разлил коньячного цвета напиток по кружкам.
Я вспомнил, что в небольшом «музее» Сивого за занавеской лежит мой подарок с подслушивающим устройством, и в душе что-то неприятно шевельнулось. Вот вроде бы обсудили мы все с Аглаей, когда она мне приводила аргументы в пользу прослушки… И все равно как-то не по себе. Очень надеюсь, что Сивый, он же в обычной жизни Леонид Набоко, все-таки встанет на прямую дорогу. Надо только помочь ему с настоящим музеем. А уже от него самого будет зависеть выбор.
– Сразу к делу, – обрадовал меня Сивый. – На меня опять вышел Пэл… Ну, помнишь, про которого я говорил?
– Помню, – кивнул я. – Предложил встретить меня в темной подворотне?
– А вот и нет, – усмехнулся лидер «хулиганов». – То ли его хозяин что-то заподозрил, то ли я для него слишком принципиальный оказался… В общем, предложил он мне мелочевку.
– Так…
– Газеты твои на городских стендах аккуратно сорвать, чтобы их не читали.
Я задумался, отхлебнул чаю. Похоже, мои конкуренты и вправду поняли, что погорячились с покушением, и решили действовать проще. Не скажу, что это эффективный ход, но эффектный – точно. Вот только у меня уже есть ответ.
– А возьми и сорви, – улыбнулся я, и Сивый удивленно поднял брови. – Больше того, я тебе еще денег дам, чтобы твои бойцы весь тираж в городе скупили.
– Зачем тебе это? – не понял крепыш, нахмурившись, и на его лице застыл мыслительный процесс.
– Понимаешь… – я заговорщицки понизил голос. – Хочу это себе на пользу пустить. А потому, когда твои орлы будут мою газету со стендов рвать, очень прошу, не трогайте «Молнию».
– Это где про аптечки написано? – понимающе закивал Сивый. – Мы тут с пацанами уже озадачились поисками…
– Даже не думай! – видимо, я сказал это слишком резко, потому что в зале вдруг притих скрип спортснарядов и пыхтение качков. А Мортэн в мгновение ока снова выскочил из-за занавески. Так что я добавил уже спокойно. – Не лезьте на рожон, там нет никакого чудодейственного лекарства. Обычный тетрациклин, который в любом аптечном пункте можно купить. Вот нашу газету, когда будете раскупать, не поленитесь, почитайте. Там все по полочкам разложено.
– Понятно, – медленно кивнул Сивый, и в зале вновь возобновилось пыхтение, а Мортэн скрылся в каморке за занавеской. – Искусственный дефицит создаешь, редактор?
Бугай поиграл мускулами и улыбнулся, а я снова подметил, что он далеко не такой тугодум, каким все время пытается показаться.
– Все правильно понимаешь, товарищ Набоко, – я протянул руку, и Сивый крепко ее пожал.
Я оказался прав, и уже через полчаса стоял во дворе дома, ожидая свое такси. Петя приехал, как и обещал, довольный и сытый. Даже пирожком меня угостил с капустой. А потом, когда я уже было направился к зданию редакции, махнув рукой отъезжающему такси, к парковке мягко подкатила еще одна «Волга». Серая и смутно знакомая.
– Здравствуйте, товарищ Кашеваров, – Евсей Анварович пребывал в хорошем настроении. – Извините, я не задержу вас надолго. Прокатимся, чтобы внимание не привлекать?
– Понимаю, служба, – улыбнулся я, поудобнее устраиваясь на заднем сиденье рядом с чекистом. – Прокатимся, только потом вы меня, пожалуйста, обратно довезите. А то работа стынет, не привык я так.
– Поехали, – коротко скомандовал Поликарпов водителю, и серая «Волга» тронулась. – Я по-прежнему рад, Евгений Семенович, что у нас в городе такие преданные делу журналисты. Я же правильно понимаю, что вы решили подразнить «Молнию» с «Правдорубом»?
– Вы про скупку тиража и управляемый вандализм? – уточнил я. – Да, решил обратить их оружие против них же самих. Народ ведь у нас не слепой, сразу увидит, что остались одни боевые листки, а официальной газеты в киосках нет.
– Управляемый вандализм, – Поликарпов медленно повторил мои слова, словно распробовал вкусное ресторанное блюдо. – Интересная формулировка. Согласен, ловко вы товарища Набоко используете.
– Я бы так не стал говорить, – я покачал головой. – Он знает, для чего мне это нужно. И вы, Евсей Анварович, тоже в курсе нашего разговора.
Чекист едва слышно хмыкнул себе под нос, понимая, на что я неприкрыто намекаю.
– Как я уже говорил, Набоко не безнадежный парень, – неожиданно сказал Поликарпов. – Можете не волноваться, этот, как вы изволили выразиться, управляемый вандализм станет частью нашей спецоперации. И Леонид со своими парнями – ее участники. Подтягивать за хулиганство милиция их не будет. Я прослежу.
– Спасибо, – кивнул я. – Но чтобы вы понимали, я не потакаю хулиганству и уголовщине. Напротив, терпеть их не могу. Однако ради доброго дела иногда можно и снять белые перчатки.
– Все верно, – улыбнулся Поликарпов, затем полез в карман и достал пачку купюр, стянутых зеленой резинкой. – Возьмите, это на расходы.
– Оставьте, Евсей Анварович, я не продаюсь, – я попытался перевести разговор в шутку, хоть и, возможно, не слишком удачную. – А еще и сам зарабатываю.
– Евгений Семенович, не кокетничайте, – Поликарпов по-прежнему говорил с улыбкой, но в голосе начали проскальзывать знакомые железные нотки. – Это деньги для дела. Нашего с вами общего.
– А есть подвижки? – я не мог не прощупать обстановку.
– Есть, – кивнул Поликарпов. – Через того самого Пэла мы вышли на организатора… Точнее, не совсем – на посредника, просто более высокого уровня. Его пока не задерживаем, ждем, когда он наведет нас на мозговой центр.
– Это вы о покушении? – я внезапно почувствовал сухость во рту, и сглотнул.
– Хочу успокоить вас, Евгений Семенович, – сказал чекист. – Судя по всему, вас действительно хотели просто запугать. Но все равно не теряйте бдительности. И мы, разумеется, тоже продолжим вас охранять.
– От грузовика? – натянуто улыбнулся я.
– Да хоть от катера, – покачал головой Поликарпов. – От чего угодно.
– А «Правдоруб» и «Молния»? – водитель уже развернул серую «Волгу» в сторону редакции, но я не отступал. – Мы же не дети, Евсей Анварович, наверняка вы уже вышли на них…
– Давно, – чекист сегодня оказался неожиданно откровенен. – Но опять же – на рядовых исполнителей. А крупная рыба пока в глубине. Ее мы и ожидаем, затаившись около лунки.
– Понял, – кивнул я. – Значит, игра продолжается.
– Продолжается, – подтвердил Поликарпов.