Сюзи регулярно попадала в психушки с двенадцати лет, но считала: и здесь можно жить нормально. Особенно когда за тебя бабло кидают. А у нее хороший спонсор имелся. И персоналу заносил, и дополнительные процедуры оплачивал.
Электросон – забава на четверочку, хотя интересные видения иногда тоже приходят. Зато экспериментальная «майнд-машина» – полная круть. Очки как в компьютерной игре и наушники топовые, с полным отключением от реальности. Перед глазами – картинки-узоры, словно в калейдоскопе; в ушах – то писк, то вой, то рокот волн. Отлетать можно капитально, будто шампусиком хорошо закинулась. Хотя официально – полный кринж – считалось, будто устройство с зависимостями бороться помогает. Провоцирует выработку какого-то там полезного нейромедиатора.
Спонсор у Сюзи – удобнее не придумаешь. Родной братик. Сашка. Старше на восемь лет.
Дома и на районе он считался стремным типом, отсидел за кражу. Их пафосная мать тогда на суде заявила: «Не имею дела с ворами».
Санек с ней с тех пор и не контачил. Зато за Сюзи, любимую сестренку, всегда вписывался и проблемы ее разруливал.
Посещений в детской дурке нет: типа, нельзя нежную психику травмировать воспоминаниями о доме. Но брат, когда в Москву наезжал, правильным людям всегда башлял и в больничку просачивался.
Сегодня совсем внаглую смог – до обеда, даже врачи не разошлись.
Санитар после «майнд-машины» Сюзи подкараулил, втолкнул в пустую надзорную палату, дверь ключом-гранкой запер снаружи. Она привычно прикололась – башкой пару раз стукнула в обитую мягким стену. В целом не больно, и шум в мозгу потом приятный. А дальше Саня подтянулся. В белом халате – типа доктор.
Братик ее диагноз отрицал начисто, хотя сама Сюзи не была настолько уверена. Но что он ей сочувствовал – всегда умело использовала. Передачки с него качала, процедурки, опять же, платные. А когда совсем задерет в дурке сидеть – Саня всегда ее лечащему за ремиссию готов задонатить.
Сейчас приближалось полнолуние, и ей очень хотелось ночь, когда с неба будет улыбаться огромный яркий диск, провести не в душной палате, а в ночном парке под шелест ветра.
Поэтому, когда Сашка спросил, за что на этот раз замели, привычно перевела стрелки на мать:
– Она с новым кентом сейчас мутит, ну и запхала меня сюда, чтобы не напрягала их.
Саня мгновенных решений сроду не принимал – сначала в голове крутил долго. Сейчас тоже – прилег на надзорную койку, прикрыл глаза, сделал коммент вроде как не по делу:
– Жесткая. Матраса словно нет.
– А, неадекватам сойдет. В палатах нормальные. Я высыпаюсь.
– Выглядишь, кстати, годно. – Взглянул оценивающе.
Сюзи кокетливо улыбнулась. Она (на его же монеты) давно себе завела целую коллекцию стильных халатов для больнички.
Брат сказал:
– Я недавно подкаст слушал. У вас, зумеров, что ли, мода теперь такая – «дуркинг»? Специально в психушку, чтобы никаких проблем. Правда?
Сюзи хмыкнула:
– В целом да. Удобно, когда за тебя все решают. И школа здесь чепуховая. И мать мозг не компостирует.
Но не забыла обиженным тоном добавить:
– Только я не психическая ни разу. Мамашке просто хата чистая нужна, сам, что ли, не знаешь?
– Лан. Я пока в городе, заскочу к вам на квартиру. Наеду на нее. Чтоб поскромнее была. Иди собирай манатки. Сейчас отчалим. С доктором перетру.
К двадцать седьмому заказу за день у Кречета конкретно мутилось в глазах. Хотя никто не заставлял хватать все возможные – по своей инициативе набрал. И не потому, что много денег нужно. Круговерть и работа под давлением давали возможность не думать, выключиться из реальности и тупо наслаждаться полетом: птица кречет, в честь которой кличка, пикировала на скорости до двухсот девяти, а свою ямаху XJR1300 он до двухсот шестидесяти разгонял. На три километра в час быстрее, чем официально признанная максималка. Поэтому и любил, в отличие от прочих курьеров, брать загородные заказы: областные гаишники не чета московским, поймать его даже не пробовали.
И вот наконец двадцать седьмой. Последний за день. В пакетах, похоже, что-то скучное: бутылки не звенят, испанский окорок ароматом не исходит. Хотя заказ из дорогущего супермаркета и домик у заказчика совсем не бедный. Обычно в таких прислуга встречает, но когда он позвонил в домофон, мужской голос попросил виновато:
– Можете в дом занести? А то у меня нога травмирована.
– Не вопрос, – отозвался Кречет.
Ямаху бросил под забором, предупредил:
– Не скучай. Скоро буду.
На работе посмеивались, что он с железкой беседы ведет, но Кречет отмахивался:
– Да девочка моя поумней, чем вы все!
Почему-то, едва купил, сразу решил: пусть выглядит мотоцикл навороченным хищником, но душа у него женская. Тонкая.
Прошел по аккуратной аллейке к особняку. Хозяин – мужик лет сорока – ждал в коридоре, опирался на костыли.
– Вас не затруднит отнести на кухню?
– Не вопрос. Могу и разгрузить, если надо.
– Пожалуйста. Буду очень благодарен.
Молодец дядька. Вежливый. Хотя Кречет давно не обижался, что курьера не считают за человека. В целом правильно. Профессии вымирать пора: на улицах, в магазинах все больше появляется роботов.
Раскрыл пакеты, йогурты расставил в холодильнике, макарошки, рис положил, куда показали, – в шкафчик.
– Может, чаю попьем? – предложил неожиданно хозяин.
– Так не с чем, – хмыкнул Кречет.
– У меня пирожные имеются. Домашние.
– Сами испекли?
– Нет. Домработница.
Когда заказчицы – девчонки, его часто зазывали на чашку чаю. А мужики – предлагали по рюмочке. Кречет всегда отказывался. И сейчас попробовал. Но хозяин взглянул проницательно:
– Вы ведь устали сегодня. Да и мне хорошо: компания.
– Поговорить с кем-то надо?
– Нет. Отвлечься. А то весь мозг сломал. – Кивнул на шахматный столик, где были фигурки расставлены. Статусные, как и весь домик. Из слоновой кости.
Кречет заинтересовался, стал разглядывать партию. Шестеренки, с его нынешней жизнью, изрядно заржавели. Однако из памяти выплыло:
– Белые ставят мат в один ход?
Хозяин заинтересованно спросил:
– И решение знаете?
– Конечно. Конь на d5.
Хозяин посмотрел на доску, сказал растерянно:
– Вот черт!
И смел решительно фигуры, заулыбался:
– Теперь точно не отпущу. Пока партию не сыграем.
– Я с любителями не бьюсь, – отказался решительно Кречет. Неохотно добавил: – Мастер ФИДЕ. До гроссмейстера чутка недотянул.
– Да иди ты! – обалдел собеседник. И с искренним любопытством спросил: – А с образованием у тебя как?
В анкете, когда на работу устраивался, Кречет указал среднее. Но этого отчего-то захотелось поразить, поэтому ответил правду:
– Высшее. Мехмат МГУ.
– Вот это удачно я йогурты заказал! – потер руки его собеседник. – Мы как раз такого, как ты, и ищем.
– Зачем? В оргпреступности ходы некому просчитывать?
Хозяин расхохотался. Заливисто. А дальше деловито велел:
– Ямаху свою загони во двор. Разговор долгим будет.