Этим утром Айрис не хотела выстаивать долгую очередь в кафетерии: десерт все равно вряд ли ее дождется. Поэтому она решила пройтись до ближайшей кофейни – через дорогу от «Альтерната».
Еще издали она заметила там толпу, как и в заведениях рядом. Да и улицы были полны людей. Неестественно для такого района утром… Ах да, точно. Спросонья Айрис не успела осознать: «Альтернат» теперь в центре внимания ньюйоркцев, и отныне каждый второй жаждет заглянуть сюда в надежде хотя бы краем глаза увидеть что-то необычное.
Но десерта все равно хотелось.
Айрис втиснулась в кофейню с украшенным цветами розовым фасадом. Судя по милому внутреннему оформлению в эстетике Hello Kitty, едва ли это место было рассчитано на толпу. В таких заведениях обычно красивенько сидят за столиком с хлопковым тортиком, делают стильные фото для соцсетей и попивают кофе с изображением котенка из пенки. Но любопытные горожане быстро превратили эту кофейню в отталкивающую столовую: все места были забиты до отказа, многие посетители пристроились у окон, стен и колонн и ели из контейнеров, а кто-то, если ему удавалось перекричать стоявший здесь гомон, просил еду с собой.
Айрис закатила глаза, но в очередь все-таки встала. Стоило похвалить работниц: они обслуживали быстро, и спустя пару минут Айрис уже оказалась у витрины, куда на ее глазах ставили новую партию десертов и выпечки.
– Здравствуйте. – Она улыбнулась девушке за кассой и вооружилась банковской карточкой. – Мне, пожалуйста, хлопковый торт с клубникой, два кусочка макового торта с голубикой, шоколадный кекс и один мильфей.
«А Азаруэль обойдется», – решила с усмешкой.
После оплаты она встала у стойки ожидания для заказов навынос. Ей хотелось поесть в самом кафе, но стоило какому-нибудь столику освободиться, как его тут же занимала компания. Айрис могла представить, с какой ненавистью на нее посмотрят, если сядет за целый столик одна.
Наконец ей выдали бумажный пакет, доверху набитый десертами в картонных коробочках. Осталось только пробиться через людей к выходу.
– Может, все-таки присядешь?
Айрис машинально обернулась на голос. Мгновение она думала, что ей показалось. Не мог же этот мерзавец вот так просто прийти сюда?
– Я успел занять стол, – продолжал он как ни в чем не бывало. – Конечно, на меня посмотрели, словно я что-то украл…
– Например, артефакты? – буквально выдавила из себя Айрис, борясь с желанием убить Хантера прямо на месте.
Перед глазами замаячили заплаканные лица выживших в терактах, в ушах эхом пронеслись крики о помощи. И вот виновник стоит перед ней в серой толстовке с капюшоном, нахально улыбаясь и посматривая в сторону, словно приглашая пойти за ним.
– Нам надо поговорить.
– Я сейчас вызову полицию, поганый ты урод, – процедила Айрис сквозь зубы. – Или сама тебе шею сверну. И не посмотрю, что тут люди.
– Да, именно поэтому для разговора я выбрал тебя. – Он опустил плечи, смотря на девушку с каким-то снисхождением. – Может, мы все-таки сядем, а после разговора ты снова задашься вопросом, стоит ли убивать меня сейчас?
Айрис прикусила нижнюю губу изнутри и нахмурилась, стараясь не выдавать любопытство.
Возможно, он будет промывать мозги. Или начнет переманивать на свою сторону? Как-то все это слишком жалко для ублюдка вроде него. Тут что-то другое.
Айрис не стала соглашаться вслух, для нее это было бы все равно что признать поражение. Она лишь посмотрела в сторону и поджала губы, давая понять, что готова выслушать. Хантер, к ее радости, не стал стрелять очередной насмешливой улыбкой и просто прошел к столу в углу за барной стойкой – там сидела девушка в медицинской маске, очках и винтажном синем платье.
Айрис прыснула. Да это же Розалин.
– Может, с другой стороны бара я найду Курта?
– Думаешь, мы целыми днями сидим на базе и не ходим в заведения? – Розалин встала, освобождая место для Хантера. – Впрочем, из-за тебя я действительно потеряла такую возможность.
– Ой, бедненькая. – Айрис развела руками. – Не может теперь ходить по кафе и есть пирожные перед другими людьми.
– Ты изуродовала меня, – чуть повысила Розалин голос, хватаясь за спинку стула. Мужчины рядом обернулись на нее и шагнули назад. – Но я с тобой еще поквитаюсь. Лицо твое с черепа сниму.
– Попробуй. – Угрозы только позабавили Айрис. Ни капли жалости страдания Розалин у нее не вызвали. Даже грустно. – Только заранее подскажи, с чем ты готова попрощаться в следующий раз. Может, я тебе тоже что-нибудь с костей сниму.
– Девушки, оставьте анатомические подробности. Мы же в кафе. – Хантер сел в углу на место Розалин. – Еще испортите кому-нибудь аппетит.
Действительно, их маленькая перепалка мгновенно приковала внимание всех, кто стоял и сидел за баром. Розалин натянула маску на подбородок, поправила очки и молча прошла мимо Айрис, задев ее плечо.
Айрис поставила пакет с десертами с краю стола у стены, чтобы видеть лицо Хантера. Наверное, было бы лучше самой сесть в углу лицом к залу, но она чувствовала, что с ней просто хотят поговорить и вреда ожидать не стоит.
– Полагаю, хлопковый торт для Тени, – начал Хантер, осматривая пакет с неподдельным интересом. – Те, с голубикой, для Эймери и Иван, кекс для Калипсо, себе ты выбрала мильфей… – Он поднял на девушку насмешливый взгляд. – А как же Азаруэль?
Айрис раскрыла рот, пытаясь понять, что поразило ее больше: то, что он так легко понял, для кого какой десерт она выбрала, то, что давно за ней следил, или то, с какой легкостью этот преступник разговаривал с ней посреди людной кофейни через дорогу от центра, где дежурила полиция, мечтающая его арестовать.
– Ты совсем обнаглел? – только и выдохнула она. – Чего ты хочешь?
– Хватит этой игры, Айрис. – Хантер сложил руки на столе. – Давай поговорим серьезно, как взрослые люди, коими мы и являемся. Тебе не нужно пытаться подстраиваться под современную молодежь. Не думаю, что с твоим возрастом и после всего пережитого ты можешь относить себя к поколению Z.
Всего пережитого?
Айрис стиснула зубы до боли в деснах и вцепилась в края сидушки стула. Даже если этот убийца что-то узнал из архивных данных, как он смеет давить на нее, напоминая о прошлом? А он, казалось, пытался смотреть куда угодно, но только не на девушку. Чтобы не смущать? Втереться в доверие? Или он просто боялся ее спровоцировать?
– Хорошо, – сказала она твердым глухим голосом и выдала как на духу: – Я знаю, тебе доставляет удовольствие разговаривать с врагом в толпе свидетелей, еще и под носом полиции. Чувствуешь свое превосходство даже в такой обстановке. Ты подослал к нам эту шпионку Тару. Устроил два теракта. Хочешь натравить мирное население и власти на Тень. Украл архивы, или кто-то их тебе слил. Держишь рядом с собой детишек Зотиса и капаешь на мозги Курту, чтобы тот убил Тень. Хочешь уничтожить чудищ, считаешь аномалиями долгожителей, которые борются с ними, и вредишь гражданским. Ты даже представить себе не можешь, как сильно я сейчас хочу тебя задушить. Я бы методично содрала с тебя кожу и разбросала твои останки по городу, чтобы накормить бездомных собак. Поверь мне, я все это могу. И единственная причина, по которой я этого еще не сделала, – мое желание узнать, как ты прокомментируешь свои преступления.
Все то время, что она говорила, Хантер смотрел на девушку с каким-то нездоровым интересом. Без улыбок, ни разу не моргнув и, казалось, не дыша. Он отнял кулак от подбородка, выпрямился и спросил совершенно спокойно:
– Айрис, а сколько людей убили те, на кого ты работаешь и кто тебе платит?
Она сразу поняла, о чем он говорит. И это было справедливое замечание.
– Я не убил и тысячной доли тех, кого убили они. Но ты работаешь на них, живешь у них, получаешь от них деньги. – Уголок его рта поднялся в улыбке. Хантер уперся локтями в стол и чуть ссутулился, продолжая смотреть на нее пристально, в зловещем ожидании, когда Айрис сдастся и отведет взгляд. – А сколько терактов, на которых ты так акцентируешь внимание, они устроили? Сколько стран уничтожили, и не для собственного спасения, а ради обогащения? И сколько мирного населения положили? Речь ведь не о сотне человек, а о миллионах, только где-то далеко. Неужели ты ни разу об этом не задумывалась?
Айрис не могла даже сглотнуть. Ей нечего было ответить.
– Я не отрицаю, что совершаю зло. – Он откинулся на спинку стула и сложил руки на груди, говоря: – Я просто не понимаю, почему ты, да и все остальные в «Альтернате» выставляете меня абсолютным монстром, тогда как сами работаете на тех, кто вырезает людей тысячами ради их ресурсов. И когда я утверждаю, что вы – аномалии, почему вас это так обижает? Ты родилась простым человеком, но стала долгожительницей и сама же от этого страдаешь. Я прав? – Он скрестил ноги и, положив руку на стол, начал постукивать по нему пальцем. – То же самое с Калипсо. То, что вы обладаете такими силами, – неестественно. И то, что вы живете на Земле, может быть опасным для нас. И этим чудовищам, как и вам, не место в наших городах, лесах, странах. У вас есть свой дом, и вы должны жить там ради нашей же безопасности.
– Мы помогаем простым людям, спасая их от чудовищ, – вставила Айрис хрипло. За это слабенькое возражение ей самой стало стыдно.
– Люди, на которых вы работаете, убивают больше и чаще, чем вы спасаете. Вы не повлияли ни на одну из мировых войн. Более того – сотрудничаете с теми, кто эти войны прямо сейчас устраивает. А целые сети по продаже детей, взрослых?.. Есть огромный ворох проблем, которые вы игнорируете. Наверное, все-таки подсознательно понимаете, что это чужие края, и не хотите лезть в наши дела?
Как же Айрис хотелось огрызнуться, да посильнее.
– Чем мы тебе мешаем, в конце концов? – процедила она. – Тень – самый безобидный среди нас. За что ты так нас, и особенно его, ненавидишь? Мы не трогаем мирное население. Мы спасаем его и боремся с аномалиями.
Хантер отвернулся, глубоко вздохнул и сказал словно в пустоту:
– А ты не задумывалась, что все это происходит именно из-за вас?
В который раз Айрис не нашлась с ответом.
– Это пока что теория, и я ищу ей подтверждения. Но как только найду – а мне, возможно, осталось недолго, – мои действия станут более решительными. Поэтому я советую вам самим убраться отсюда домой. А с «Альтернатом» я сам разберусь.
– Вся деятельность «Альтерната» построена вокруг борьбы с аномалиями.
– О, разве же вся? – Он вскинул брови. – Отец вряд ли стал бы вовлекаться в эту компанию только ради помощи людям. А ЦРУ не стали бы ее создавать только ради этого.
– Что ты знаешь про них? – Айрис чуть подалась вперед. – Мы знаем в основном то, что они нам говорят. От тебя мы версий не слышали.
– А разве вы у меня спрашивали?
– Ты и не пытался с нами связаться.
– Потому что вы работаете на них и если не обо всем, то о многом докладываете, что просто рискованно для меня?
Айрис покачала головой и сжала кулаки.
– Не пытайся выставить себя как жертву и недопонятого героя. На что ты намекаешь? Скажи прямо.
Хантер встал и бросил напоследок:
– Вернитесь к себе домой, и все закончится. Это все, что я пока хочу сказать прямо.