Бегу, перепрыгивая через ветки и пеньки, стараясь затеряться между деревьями, наплевав на то, что уже начинает темнеть и я могу просто заблудиться в лесу. Мои лёгкие горят, каждый вдох режет грудь, в боку невыносимо колет, но я не сбавляю темп. Ни за что не позволю себя унижать.
Деревья мелькают перед глазами. За спиной слышу шорох кустов и тяжёлые шаги.
— От меня не убежишь, — кричит Аид, и его голос звучит где-то поблизости.
Выбегаю на просёлок, поскальзываюсь, но мне удаётся удержать равновесие. Мои белые кеды вязнут в грязи. Вчерашний дождь превратил накатанные колеи в месиво из грязи и глины.
Я оглядываюсь, судорожно соображая, в какую сторону мне бежать.
Я точно заблужусь.
Внезапно из леса в десяти метрах от меня вылетает Аид. Злой как чёрт.
У меня остаётся только один вариант. Я разворачиваюсь и бегу вперёд, утопая в лужах. Холодная вода заливается в кеды, но мне плевать, сейчас я хочу убежать подальше от этого придурка.
— Стой, дура! — летит мне в спину.
Я оглядываюсь через плечо и вижу, как Аид срывается с места и бежит за мной. Он меня точно утопит в луже.
Только собираюсь свернуть вправо, чтобы снова затеряться за деревьями, как меня хватают за локоть и дёргают назад, разворачивая.
Инстинктивно выставляю руки перед собой, упираюсь ладонями в грудь Аида. Теперь я чувствую, как тяжело и учащённо бьётся его сердце. И в этот самый момент его нога скользит вперёд, и он заваливается назад, утягивая меня за собой.
— Чёрт! — сдавленно кричит он, приземляясь на спину. Я шлёпаюсь прямо на него, и это смягчает моё падение. Аид морщится, из его груди вырывается глухой стон, но мне его ни капли не жалко. Так ему и надо. Получай, гад.
Пока из его глаз сыплются искры, а мозги встают на место, хотя они вряд ли у него есть, я резко приподнимаюсь, собираясь вскочить и снова бежать.
Но не тут-то было.
— Куда собралась? — одним резким движением его рука обхватывает мою талию. Я не успеваю даже вздохнуть, как он меняет нас местами.
Я с силой зажмуриваюсь, чувствуя, как холодная каша забирается под ворот пиджака, а моя спина и волосы вязнут в грязи.
— Отпусти меня, придурок! — яростно луплю его кулаками по груди. Мои удары даже не заставляют его вздрогнуть.
— Не хотела по-хорошему, — его голос переходит в низкое рычание, — значит, будет по-плохому. — Он нависает сверху, и я чувствую его дыхание на своём лице.
Я открываю глаза, встречаясь с его серо-зеленым взглядом с золотистыми крапинками. А я думала, у него тёмный цвет глаз, это, наверное, из-за его мрачного вида мне так казалось. Боже, о чём я вообще сейчас думаю?
В реальность меня возвращает хлёсткий шлепок по щеке. Аид зачерпывает грязь ладонью и размазывает её по моему лицу.
— Совсем больной? — выкрикиваю я, но в долгу не остаюсь. Загребаю полную горсть густой, тяжёлой грязи и со всей силы впечатываю её ему прямо в лицо. Капли летят на его волосы, на шею, на плечи. От неожиданности он ослабляет хватку, и я всем телом толкаю его в сторону. Не удержав равновесия на скользкой поверхности, он заваливается на бок, а я отползаю, пытаясь подняться на ноги.
— Сука, — цедит сквозь зубы, однако не теряя времени, хватает меня за лодыжку, и я снова падаю в грязь.
И тут начинается настоящая бойня. Я брыкаюсь, пинаю его, а когда он пытается навалиться на меня всем корпусом, кусаю его за предплечье. Аид рычит, ругается, пытается скрутить мои руки, но скользкая масса не даёт ему этой возможности, я постоянно выскальзываю из его рук.
— Да отвали ты от меня! — уже со смешком выдаю я, пиная его ногой в бок. Силы на исходе, и уже нет никакого желания бороться. Вся злость куда-то ушла, осталось только веселье и истерика от усталости.
— Ненормальная, — бросает он в меня комок грязи. Я успеваю увернуться. Но ответку ему не приходится долго ждать, она прилетает ему прямо в лоб.
— Прямо в яблочко, — хохочу я, сидя в луже.
К моему огромному изумлению, Аид не взрывается. Он просто спокойно, даже как-то устало, поднимается на ноги. Одним резким движением стягивает с себя грязную футболку. Скомкав её, вытирает лицо, насколько это вообще возможно, учитывая, что сама футболка сплошное месиво из грязи.
Он стоит передо мной полуголый, в одних джинсах, демонстрируя рельеф своей атлетической фигуры, перепачканный с ног до головы. Но даже в таком виде он слишком хорош, засранец.
Я тоже поднимаюсь на ноги, не сводя с него взгляда, боясь, что его спокойствие напускное и он может напасть в любую секунду. Найдя равновесие на скользкой поверхности, стягиваю пиджак и с ужасом рассматриваю его .
— Это моя единственная форма! Как я пойду завтра на занятия?
— Не мои проблемы!
— Не твои? Ты виноват во всём этом!
— Не нужно было убегать!
— И позволить тебе отходить меня по заднице?
— Тогда бы твоя форма была чистой.
Я оглядываюсь по сторонам. Уже стемнело.
— В какой стороне дорога?
— Там, — он коротко кивает себе за спину. И, обойдя меня, направляется в другую сторону.
— А ты куда? Ты же не оставишь меня здесь одну?
— Именно это я и делаю, — отвечает не оборачиваясь.
— АИД! — кричу я, топая ногой по грязи, и она брызжет во все стороны. — Не будь сволочью хоть раз в жизни!
Он резко останавливается. Медленно поворачивает голову и бросает через плечо:
— Иди за мной.
Что? Так просто? Ого! Надо запомнить. Быстро семеню за ним, стараясь не отстать.
Мы добираемся до припаркованных машин, которые освещают друг друга фарами. Парни, прислонившись к капоту своих машин, зависают, увидев нас.
— Ого, она что, тебя уделала? — ржёт Филл.
— Заткнись!
— Где девочки? — спрашиваю я, осматриваясь, не видя их.
— В багажнике, — Филл небрежно кивает на внедорожник, на котором меня сюда привезли. — Плачут, просят прощения, хотят на волю. Ну, мы решили, пусть посидят, подумают о своём грязном поведении, — строит плаксивую рожу.
— Придурки, — цежу сквозь зубы.
— Что ты сказала? — наступает на меня этот клоун.
— Филл, — останавливает его Аид.
— Не попадайся мне на глаза, убогая! — тычет в меня пальцем и уходит к своей машине. — Мне теперь придётся химчистку делать из-за этих грязных куриц.
— Ты со мной едешь, — внезапно говорит Аид.
Пока я соображаю, с чего вдруг такая привилегия, парни прыгают в свои тачки и уезжают.
— Ладно, — растерянно произношу я, направляясь к двери его чёрного танка.
— В таком виде ты не сядешь в мой Хаммер, — Аид сбрасывает с ног кроссовки и стягивает джинсы. — Раздевайся.