Пролог. Часть 1.


В просторном кабинете ректора душно из-за жара камина. Мои щёки пылают, ворот платья липнет к влажной коже. Но сильнее всего меня жжёт взгляд того, кого я меньше всего ожидала здесь увидеть.

Я помню его нечеловеческие глаза в мельчайших подробностях, настолько часто видела их в кошмарах. Они такие же, как и год назад – серые с вкраплениями багрового цвета. Эти вкрапления напоминают мне стылую кровь.

Кайден Флейм.

Драконий бог с огненными крыльями.

Монстр, благодаря которому моя сестра сейчас в доме для душевнобольных. Он и его высокородные дружки изнасиловали её – простую человечку.

Они её даже за живое существо не посчитали.

Впрочем, такое отношение у всех дракорианцев к нам – людям и полукровкам, которые лишены крыльев и магии.

Дракорианцы считают себя выше нас по праву рождения, по праву драконьей крови, что течёт в их венах. Поэтому они так поступили с сестрой.

Внутри вскипает ненависть.

Я сама в тот день едва смогла сбежать, но напоследок показала, что я не просто расходный материал для их игр. Что даже неприкасаемый чистокровный Кайден не сможет дотронуться до меня безнаказанно.

И вот теперь мы снова встретились.

Пару минут назад он вошёл в кабинет, и встал у стены, безэмоционально ответив на подобострастные приветствия моего отца и ректора, которые сидели за столом друг напротив друга.

Даже когда меня представили Кайдену, он ничего не сказал и едва взглянул, будто я была лишь пылью.

Но стоило мне произнести слова приветствия, всё его жадное, опасное внимание сосредоточилось на мне, что испугало до дрожи в груди.

В тот роковой день он не видел моего лица полностью, но сейчас мог бы узнать голос.

– Как зовут девчонку? – низко, слегка хрипло спрашивает он, и свет падает на его лицо.





Пролог. Часть 2.


С пьяняще тошнотворным восхищением отмечаю, что он по-прежнему красив.

Так не должно быть.

Монстр не должен быть настолько притягателен.

Кайден одет во всё тёмное. Высокий, широкоплечий. Его иссиня-чёрные волосы коротко стрижены и лишь слегка прикрывают уши, хотя обычно чистокровные дракорианцы предпочитают причёску куда длиннее. От него разит вседозволенностью, развращённой властью и ледяным равнодушием хищника, привыкшего получать всё, не спрашивая разрешения.

Ненавижу его. Как бы я хотела отомстить.

– Её зовут Деви, – заискивающе отвечает отец за меня.

– Странное имя, – взгляд Кайдена скользит по мне, лениво изучая.

– Придумала мать – человечка, – спешит оправдаться отец. – А я не стал противиться.

Ложь.

Ему просто было наплевать. Но мое имя мне нравится. В частности тем, что оно не похоже на драконье.

– Моя дочь не доставит вам хлопот. Деви два года училась в пансионе для кровомесов, где была старостой. У неё высший балл по всем предметам. Она скромная, исполнительная и знает своё место, – отец улыбается, глядя то на ректора, то на Кайдена Флейма.

Не удивительно, что все заглядывают Кайдену в рот, хотя ему двадцать четыре.

Он – старший в императорском роду. Тот, кто носит в себе божественное начало. Прямой потомок Майрока Флейма – первого смертного императора, сумевшего покорить богов.

Отец продолжает разливаться певчей птичкой, поглядывая на Кайдена, в надежде увидеть одобрение на его ледяном лице:

– Но что важнее всего – у Деви крайней высокий уровень магии. Она идеально подойдёт для обучения.

– Вы же понимаете, что пансион для кровомесов не сравнится с лучшей академии Андраксии, – поджимает губы ректор, бросая на меня взгляд, в котором сквозит настороженность и презрение. – Она росла с вами или в трущобах?

– С матерью, – откликается отец, едва заметно напрягаясь. – Но я помогал им, обеспечивал, даже гувернантка была. Девчонка хорошо воспитана.

Меня оценивают, как дрессированную собачку.

Ярость поднимается в груди волной, я делаю глубокий рваный вдох, лишь бы не задохнуться от наглой отцовской лжи.

Гувернантка?! Смешно.

Всю жизнь он делал вид, будто меня не существует. Считал меня – полукровку, рождённую от человеческой женщины – уродливым пятном на своей безупречной репутации чистокровного дракорианца, аристократа и главы сильного рода.

Он не помогал нам, а в тот единственный раз, когда я пришла к нему и осмелилась попросить пару монет на еду младшим сёстрам, он велел вышвырнуть меня из своего богатого дома, будто я была прокажённой нищенкой.

Ректор одобрительно кивает на слова отца, ещё раз осматривая меня с головы до ног, как какую-то скотину. Кайден всё также холоден и безэмоционален.

– Мисс Морр, вы должно быть счастливы, что не только будете учиться в Кристальных Пиках, но и получите должность старосты? Мы пришли к выводу, что из всех полукровок, вы самая надёжная. Цените это, – холодная улыбка появляется на тонких ректорских губах.

Я до сих пор не уверена, что происходящее мне по нраву, тем более после того, как здесь появился высокомерный ублюдок Флейм.

Но шанс на лучшую жизнь упустить не могу. Хотя бы ради младших сестричек и брата. Поэтому произношу с вялым энтузиазмом:

– Очень вам благодарна, мистер Крон.

Ректор одобрительно кивает, но я не смотрю на него. Краем глаза кошусь на Кайдена, пытаясь понять, узнал ли он меня или просто интересуется полукровкой, как какой-то забавной зверушкой?

Кайден смотрит на меня, слегка склонив голову на бок. Отблески камина играют на его красивом лице.

Что он вообще делает в академии?! Почему он присутствует при разговоре?

Я вдруг понимаю, что Кайден здесь учится. Это логично, ведь даже будущий император должен получать образование. И где ему это делать, как не в самой лучшей академии Андраксии?

Ключица почему-то зудит всё сильнее.

После того дня из-за перенесённого стресса весь последний год меня мучает аллергия, которая проявляется таким неприятным образом. Но сейчас просто невыносимо. Хочется просунуть руку в ворот платья и почесать, но я держусь, соблюдая приличия.

– Рад был повидаться, Грэм, – ректор протягивает моему отцу ладонь для рукопожатия. – Я попрошу своего секретаря ознакомить твою дочь с правилами и показать, где она будет жить.

Отец прощается сначала с Кайденом, потом с ректором, а затем мы вместе идём к двери. Каждый шаг отдаёт ударом прямо в грудную клетку.

Я жду, что Кайден остановит меня, схватит и… я даже не знаю, что он со мной сделает. Убьёт за то, что я осмелилась тогда навредить ему? Это в его власти.

Но ничего не происходит.

Мы просто выходим.

«Не узнал! Не узнал! Не узнал!».

Моё сердце сладко бьётся в такт этим словам. Напряжение спадает.

Я хочу направиться к секретарю ректора, но отец останавливает меня, до боли сжимая предплечье.

Неделю назад он просто поставил меня перед фактом – я буду учиться в лучшей академии империи.

Я была удивлена, потому что по закону, которому уже больше пары тысяч лет, полукровкам вроде меня запечатывают магию на всю жизнь. И об учёбе в академии отбросам вроде меня можно лишь мечтать.

Отец ничего толком не объяснил, лишь ограничился скупой фразой – «времена меняются, радуйся, дура».

Вот и теперь явно хочет дать мне пару «ласковых» указаний.

– Смотри не опозорь моё имя, поняла? Веди себя, как подобает. Будь вежлива и услужлива с чистокровными, радуйся, что до тебя, убогой, снизошли. Поняла? – произносит он негромко, но угрожающе.

– Поняла, – откликаюсь я, не сумев сдержать раздражения в голосе.

– Свой нрав будешь показывать в другом месте. Я тебя – паршивку – пристроил в хорошую академию. Сделал старостой. Цени это, иначе твою магию снова запечатают, и пойдёшь в публичный дом. Станешь шлюхой, как твоя мать.

Его слова словно пощёчина. Я вздрагиваю, чувствуя, как меня обдаёт изнутри едкой кислотой.

– Хоть она и шлюха, ты всё равно спал с ней. Не побрезговал. Иначе я бы не родилась на этот свет, – сквозь зубы произношу, вырываясь из его хватки.

У моего отца большая семья, есть законная жена – чистокровная дракорианка, они в браке почти двадцать пять лет. Но это не помешало ему в своё время обрюхатить мою мать – простую человечку из самых низов.

Так и появилась я.

Глаза отца багровеют от лютой злости. Надо бы испугаться, но я внезапно будто чувствую чей-то взгляд. Ощущаю чужое опасное присутствие на уровне инстинктов.

Смотрю через плечо отца и вижу Кайдена Флейма в дверях кабинета ректора.

Он наблюдает за нами своими жуткими серыми безэмоциональными глазами. Готова поспорить, он слышал каждое слово.

– Мне нужно идти, – я подаюсь назад, поспешно отводя взгляд.

– Деви! – отец повышает голос, уже не заботясь, что его услышат. – К секретарю зайди, идиотка безголовая!

Но я уже спешу прочь по коридору академии. Каждый шаг отдаляет меня от монстра. Я всё ещё надеюсь, что он не узнал меня. Надеюсь, что его просто привлекла наша ссора с отцом. К секретарю я зайду через полчаса, когда Кайдена не будет поблизости.

– Ах! – выдыхаю я рвано, когда две сильные руки без усилий разворачивают и прижимают меня к стене.

Я дышу через раз, медленно поднимая взгляд на лицо Кайдена.

Даже не решаюсь вырваться, потому что понимаю – бессмысленно. Он огромный, я по сравнению с ним букашка. Кайден смотрит на меня сверху вниз всё тем же ледяным ничего не выражающим взглядом. Я с ужасом замечаю тонкий шрам на его скуле – это сделала я в тот самый день.

Меня обдаёт горько-сладким запахом вишни, когда он произносит:

– Ты кое-что украла у меня год назад. Настало время вернуть.

***

Девочки, рада приветствовать вас в моей новинке)) Будет супер эмоционально и на грани. Вы готовы приручить этого большого хищника вместе с Деви?))) Как думаете, что она у него украла? Точно не сердечко :DDD По крайней мере пока.



Большое вам спасибо, что читаете мои книги и остаётесь со мной.❤️ ❤️❤️





Глава 1. Первая встреча


Год назад, тот самый день



Крик семилетнего брата вспарывает тишину.

– Не трогай её! Не трогай!

Сердце тревожно сжимается, я срываюсь с места и бегу. Первые капли дождя падают на голову. Скользя по грязным лужам, врываюсь в знакомый до боли переулок – всё такой же вонючий, узкий, с ветхими покосившимися домами.

Дверь моего дома – старая, с давно сломанной ручкой – даже не заперта. Я распахиваю её и влетаю внутрь. Запах подгнивших досок, плесени и прогорклого масла ударяет в нос.

А ещё запах алкоголя.

Я вижу мать, полусидящую у стены. Она небрежно одета, рядом пустая бутылка. Мама не двигается, только хрипло дышит. Тараканы ползают по её ноге.

Я зажмуриваюсь буквально на секунду. Пансион, где тоже было несладко, позади.

Добро пожаловать домой, Деви.

– Теон! Теон! – мой голос срывается, когда я зову брата.

– Девиииии! – срывается на визг брат.

Я бросаюсь вперёд, тяну за ручку двери, но открыть не успеваю. Она отворяется перед самым моим носом. На меня смотрит Рыжий Ларс – начальник матери. Она работает посудомойкой в одном заведении в нескольких кварталах отсюда.

– Куколка, – расплывается в щербатой улыбке он, в упор разглядывая моё лицо. – Вернулась, значит. Вовремя.

Сердце стучит в горле. Мне хочется провалиться сквозь землю от страха. Рыжий Ларс – конченный мудила и последний урод. Такой же полукровка с запечатанной магией, как и я. Он уже давно пускает на меня слюни.

Но сейчас бояться не время, я делаю шаг вперёд.

– Отойди, – говорю хрипло. – Где мой брат? Что тебе нужно?

Он не двигается. Стоит в дверном проёме, перегородив путь. Я чувствую, как от него пахнет потом, дорогим табаком и чем-то сладко-тухлым одновременно.

Ларс лыбиться, разглядывая меня. Мне приходиться протиснуться между ним и дверью, чтобы войти.

Позволяю себе толкнуть его в бок. Урод лишь хмыкает.

В комнате тесно и душно. Запах бедности и страха висит в воздухе.

Теон стоит, раскинув руки в стороны, защищая Аэллу – нашу старшую сестру. Её глаз начинает заплывать – кто-то ударил её. Она дрожит, но держится. Рядом с ней жмутся друг к другу трое младших: Тина, Миа и малышка Йо – вся в слезах, с ладошками, закрывающими уши. Её пухлый детский ротик открыт в беззвучном крике.

Моё сердце разрывается на части.

Я вижу, как у Теона дрожит подбородок. Он пытается быть героем и защитить сестёр. Но он лишь семилетний мальчишка.

– Что здесь произошло?! – срываюсь я, оборачиваясь к Ларсу, который уже в дверях, не спеша заходит внутрь, оглядывая нас, как скотину на ярмарке. – Ты ударил мою сестру, грязный ублюдок?

– Я воспитывал её, куколка, – тянет он лениво. – Твоя мамаша не вышла на смену, я приехал, а она на ногах не стоит. Я больше не буду терпеть её выходки, хоть она и лучшая из моих работниц.

– При чём здесь мы?! – я встаю на пути Рыжего Ларса, дрожа от ужаса.

Он сошёл с ума?! Мать порой пропускает работу из-за выпивки, её уже увольняли со многих мест. Но у Ларса она вроде бы прижилась.

– С того… – Ларс наклоняется, обдавая меня запахом табака и гнилых зубов. – Что работать сегодня некому. А твоя паршивая сестрица отказывается заменить мать.

– Пусть выйдет кто-то другой, или уволь её в конце концов, но пугать малышей и бить сестру не позволю.

Рыжий Ларс усмехается, насмешливо качая головой. Мы оба понимаем, что это лишь пустое бахвальство. Я ничего не могу ему сделать.

Дверь открывается и на пороге появляются два бугая – прихвостни Рыжего. Из коридора слышится приглушённый храп матери.

Она очень красивая женщина, даже сейчас после того, как жизнь потрепала её. Но судьба с ней не церемонилась. Красота не спасла маму – лишь сделала уязвимее.

Мать когда-то пела в доме для знати, так она познакомилась с моим отцом – чистокровным дракорианцем. Говорили, её голос был великолепен. А теперь она храпит на полу среди тараканов и бутылок, пока её дети дрожат от страха.

Прихвостни Ларса становятся по обе стороны от него. Их взгляды ничего не выражают.

– Сделаем так, куколка, – моё «прозвище» он произносит особенно мерзким голосом. – Вы обе пойдёте со мной и отработаете за мать. И тогда ваша хибара простоит ещё какое-то время, я не стану её сжигать.

Я чувствую, как меня начинает трясти.

– Хорошо, – выдыхаю я хрипло. – Мы всё сделаем, только отвали.

Когда мать придёт в себя, нужно убедить её свалить от этого психа.

Аэлла шепчет:

– Деви… не надо… – но я поднимаю руку, чтобы она замолчала.

Ларс не шутит. Я не дам ему лишить нас крыши над головой, мы и так едва сводим концы с концами.

Ларс криво усмехается, делает шаг ближе,

– Моя умница. Я всегда знал, что уж ты-то меня не разочаруешь, когда подрастёшь.

– Я работала на кухне в пансионе, проблем не будет.

– Деви, он имеет в виду не кухонную работу! – голос старшей сестры срывается. – Я не всё рассказывала тебе, прости.

Рыжий Ларс облизывает мясистые губы, глядя на меня с явным похабным интересом. И внезапно до меня доходит, что скрывали от меня мать и сестра в последние годы, пока я была в пансионе для полукровок.





Глава 1.2


– Готова отработать за мать, куколка?

Мерзкая формулировка, мерзкий смысл.

Я будто захлёбываюсь грязью, которая просачивается из его слов не только в стены, но и в сам воздух вокруг.

– Мы с Аэллой никуда не пойдём, – делаю шаг назад.

– Отстань от нас! – Теон хватает мою руку своей маленькой крошечной ладошкой.

Ларс щёлкает пальцами, и один из бугаёв делает шаг вперёд. Сердце бьётся так громко, что кажется, его слышат все. Теон начинает тихонько поскуливать и подвывать от страха.

– Я пойду, – говорю, глядя Ларсу в глаза. – Только я. Сестра останется здесь.

Помогите мне Легенды, я же девственница.

Ларс прищуривается. Молчит. Потом хмыкает.

– Щедро. Я почти был готов согласиться. Но нет. Или вы обе идёте за мной своими красивыми стройными ножками, или я потащу вас силой. Уяснила, Деви?

От моего имени на его губах меня едва не выворачивает. Я смотрю на прихвостней Ларса и хочется рыдать. Нас некому защитить, мужчина в нашем доме – семилетний брат. Мою магию давно запечатали, потому что она была слишком сильной для полукровки. Я не могла с ней совладать.

– Мне нужно успокоить детей…

Рыжий Ларс протягивает руку и хватает меня за волосы, резко натягивая. Я кричу и пытаюсь отбиваться, но он куда крупнее меня. Малыши плачут, Теон бросается в атаку, но его останавливает один из мужчин – просто удерживает за шкирку, как котёнка.

– Мне кажется, ты не поняла, Деви?

– Поняла, – хриплю я, глотая слёзы.

Спустя пару минут нас с Аэллой просто вытаскивают наружу. Протаскивают мимо матери, которая тихонько похрапывает, ничего не замечая.

Я могла бы волноваться, что дети остались без присмотра, но знаю, что Теон позаботиться о сёстрах. Ему не привыкать.

В соседнем проулке стоит искра – самодвижущаяся карета, приводимая в движение зачарованным артефактом. Искра выглядит роскошно на фоне трущоб нашего квартала.

Корпус сделан из тёмного лакированного дерева с вкраплениями из чёрного обсидиана. Поверхность покрыта тонкой, чуть светящейся вязью рун – это связывающие глифы, питающие артефакт и направляющие движение. Колёса, массивные, но тихие, они обтянуты специальным материалом, скрывающим железо. Каждый их оборот сопровождается лёгким магическим поскрипыванием, напоминающим шелест бумаги.

Вместо извозчика – врезанная в переднюю панель круглая пластина с вставленным внутрь камнем направления.

Окна затонированы специальным зачарованным стеклом, способным менять прозрачность. За стеклом угадываются красные бархатные сиденья.

Именно на эти сиденья нас и бросают, как скот.

Я глухо ударяюсь плечом о стенку, а сестра стукается лбом о подлокотник. Аэлла вскрикивает, но почти сразу стискивает зубы, не позволяя себе расплакаться. Мы с ней инстинктивно тянемся друг к другу, забиваясь в один угол.

Рыжий Ларс забирается внутрь следом. Садится напротив, разваливаясь на сиденье, как будто сам император. За ним молча вползают оба бугая. Один садится рядом с ним, другой рядом с нами.

Теснота становится удушающей.

– Поехали, – лениво бросает Ларс в сторону панели.

Руна вспыхивает мягким светом. Искра вздрагивает и плавно трогается с места.

В любой другой день я бы радовалась тому, что мне довелось прокатиться в самодвижущейся карете. Я просто обожаю артефакты. Уже все библиотечные журналы о них истёрла до дыр. Но сейчас на душе совсем паршиво.

Я и подумать не могла, что моё возвращение домой обернётся таким кошмаром.

За окном мелькают жалкие постройки нашего квартала: покосившиеся дома, окна с грязными занавесками, дети, играющие в лужах, старики с пустыми глазами.

Всё это наша реальность.

А теперь меня хотят сделать шлюхой. Я тихонько всхлипываю, сестра вторит мне.

– Иди-ка сюда, – Ларс внезапно тянет меня ближе и усаживает себе на колени.

Моя борьба и вопли ничего не дают, он просто даёт мне смачный подзатыльник.

– Не по лицу, потому что оно красивое. Красота хорошо продаётся, – цедит он. – Скажи, Деви. Как насчёт того, чтобы не раздвигать ноги перед несколькими клиентами?

Чувствую подвох.

– Что… что ты хочешь от меня? – я замираю с прямой спиной.

– Ты ведь ещё целка, да? Как и твоя сестра? – Ларс дышит мне в ухо.

Я бросаю на Аээлию короткий взгляд. Она глядит на нас с ужасом, её губы дрожат, сестру всю колотит.

– Деви… – шепчет она с сочувствием.

– Я… – сглатываю. – Да, у меня не было мужчины.

– Отлично. Значит просто повертишь жопой, чтобы я тебя рассмотрел, как следует, а потом повеселимся. Другим тебя отдавать не буду.

Я не понимаю, что значит «повертеть жопой». И не понимаю, если Ларс сказал, что не отдаст меня другим, и мы будем «веселиться»… значит он собрался сам..?

Отчаянно пытаюсь придумать хоть что-то. Но как спастись, если при малейшем неповиновении Рыжий Ларс вернётся и сожжет наш дом?

Ларс отпускает меня обратно к сестре, напоследок смачно ударив по заднице.

– Намажь рожу, – Рыжий бросает Аэлии какой-то флакон. – Уродина мне не нужна.

Флакон падает на пол, звякнув. Но не разбирается.

– Криворукая сука, ловить надо было, – рычит Ларс. – Подними и намажь рожу, я сказал.

Сестра тянется к флакону и хватает его дрожащими пальцами. Затем принимается наносить прозрачную жидкость на лицо. В искре начинает пахнуть чем-то мятным.

Вижу, что начинающий назревать синяк почти сразу исчезает. Я прекрасно понимаю, что Ларс дал ей дорогое зелье не по доброте душевной.

Я вжимаюсь в сиденье, стиснув пальцы в кулаки. За окном уже не наш квартал.

Здесь всё иначе.

Чище. Тише.

Камни на мостовой ровные, дома выкрашены в светлые цвета, окна украшены цветами. Люди одеты опрятно. Конечно, это место не сравнится с кварталами, где живут дракорианцы, но всё равно куда лучше, чем то место, где живём мы.

Мы едем, пока искра не начинает плавно замедляться. Сворачиваем за угол, и я замечаю его.

Бордель.

Хоть я и вижу это место впервые, уверена, что это он.

Большой, яркий, будто нарочно выставленный напоказ. Фасад из камня, выкрашенного в красный и золотой, в окнах мерцает приглушённый свет. Над входом магически подсвеченная вывеска в форме розы, распускающей лепестки.

Моё тело становится ватным. Грудь сжимается. Я задыхаюсь.

– Выходите, куколки, – сладко протягивает Ларс. – Мы и так задержались из-за вашей мамаши. Но теперь я ей даже благодарен. Покажу вам настоящую жизнь.





Глава 1.3


Я не двигаюсь. Аэлла тоже. Мы обе сидим, вцепившись друг в друга.

– Шевелитесь, тупые шлюхи, – цедит один из прихвостней, открывая дверь искры.

Я вылезаю первой. Ноги подкашиваются. Всё внутри кричит: беги!

Не могу поверить, что моя мать проститутка. Она частенько выпивала, её образ жизни оставлял желать лучшего. Но я не думала, что она пойдёт на такое.

Неужели это моя мама, которая рассказывала мне сказки про Легенд и варила лучший в мире суп из горького корня?

Меня трясёт.

Нас заводят внутрь.

Тёплый, сладковатый, томный воздух сразу окутывает меня, будто кожу уже оглаживают чужие руки.

Здесь пахнет развратом.

Везде ярко и красиво. Музыка и смех.

Женщины в полупрозрачных одеждах проходят мимо, одаривая нас ленивыми, усталыми взглядами.

Я больше не чувствую ног. Только пульс в ушах и голос Ларса, звучащий за спиной:

– У меня для вас приготовлено кое-что особенное.

Пока нас ведут по залу куда-то в подсобные комнаты, я вижу, что здесь не только люди, но и дракорианцы. Я не знала, что они бывают в подобных местах, хотя чему удивляться? Они приходят сюда поразвлечься с такими, как мы. Мы для них не более, чем скот.

В мозгу по-прежнему пульсирует мысль: так ведь не должно было быть. Я мечтала, что стану художницей, а выходит, что из меня сделают шлюху.

Что если попросить у кого-то помощи? Сказать, что я здесь против воли?

Растерянно оглядываюсь, но меня толкают в спину.

– Шевелись! – рычит Ларс, а затем склоняется к моему уху. – И учти – вздумаешь что-то пикнуть кому-нибудь, своего мелкого братца больше не увидишь. Поняла?

Нас заводят в полутёмное помещение с тусклым светом, от которого стены кажутся обитыми бархатом. В углу деревянные шкафы, зеркала в золочёных рамах и вешалки с яркой странной одеждой. Здесь пахнет пудрой, духами и косметикой.

Несколько женщин уже в комнате. Они полураздеты, лениво перекидываются фразами, кто-то поправляет подвязку, кто-то макает кисточку в тёмно-красную помаду и подкрашивает губы. Их лица идеально прекрасны, но глаза пустые.

Ларс хлопает в ладоши.

– Вот одежда, одевайтесь, куколки. Сегодня вы – новенькие украшения на моей витрине. Большой босс будет мной доволен. Как раз у нас особые гости.

Мы с Аэллой переглядываемся, я вижу, что сестра уже на грани.

Одна из женщин протягивает мне вешалку. На ней висит… не одежда.

Топ, едва способный закрыть грудь, переливается всеми цветами радуги. Юбчонка такая короткая, что вряд ли сможет прикрыть зад. И пара ниток, которые я с трудом могу назвать трусами.

Я не могу поверить, что сейчас, прямо здесь, мне придётся не только раздеться, но и надеть это.

Мой взгляд цепляется за зеркало, я вижу своё отражение: испуганная девчонка с горящими от стыда щеками, растрепанными светлыми волосами, и с глазами, полными ужаса.

– Мне нужно кое-что перетереть с большим боссом, а вы с них глаз не спускайте. Зелье дать не забудьте, – командует Ларс.

Едва за ним закрывается дверь, один из амбалов командует:

– У вас две минуты, чтобы одеться. Если не успеете, я буду вас бить. Я знаю, как сделать так, чтобы не осталось синяков.

По спокойному лицу мужлана я понимаю, что он не шутит. Даже гордится своими умениями. Для него происходящее – норма.

Мы с сестрой переглядываемся и быстро стягиваем одежду.

Я стою в своём простом хлопковом белье, и кажется, будто воздух режет кожу. Тяну руку к топу и юбчонке. Понимаю, что нужно полностью раздеться, чтобы надеть это, но я изо всех сил оттягиваю момент.

Тоненько всхлипнув, раздеваюсь и быстро-быстро прикрываю срамные места тряпками. Аэлла делает так же. Образ завершают маски из перьев.

Радует, что помощники Ларса почти не смотрят на нас. Думаю, они часто видят голых женщин.

– Пейте, – один из мужиков протягивает мне и сестре по флакону с розовой жидкостью.

Я беру, но сестра противится.

– Нет! Нет! Нет! – её накрывает истерикой, она пытается бежать в сторону двери, оба бугая бросаются к ней, пытаясь утихомирить.

Я глубоко дышу, пытаясь прийти в себя. Нужно что-то придумать! Истерика делу не поможет, просто так отсюда не сбежать.

Пока на меня никто не смотрит, я быстро делаю вид, что пью, но лишь смачиваю губы и язык, а само зелье выливаю за диван. Сестру хватают, но она кидает флакон. Половина её зелья выливается.

– Вот дура! – цедит один из приспешников Ларса. – За новым идти на третий этаж, а время поджимает.

– Вольём половину, и так сойдёт, – откликается другой.

Так они и поступают, пока я с ужасом смотрю на происходящее, не в силах помочь Аэлле.

Нас выводят из комнаты.

– Деви, разве ты не поняла? Ларс хочет тебя, – голос Аэллы слегка заторможенный, но в нём сквозит страх.

– Поняла, – произношу отрывисто. – Нам бы сбежать отсюда. Может быть, забрать малышей и пойти к тёте Ирен, чтобы этот псих не достал нас?

Ирен – мамина подруга, она живёт в соседнем квартале. Не уверена, что она будет рада ораве детей, но не выгонит же нас. А так, я вернулась домой, значит смогу найти работу. Аэлла уже работает, вдвоём мы потянем сестёр и брата. Может быть, выйдет снять комнату?

– Сюда их, – Ларс появляется перед нами и кивает направо. – Здесь у нас особые клиенты, большой босс велел порадовать их.

Нас заводят в неприметную дверь, я мельком успеваю увидеть другой зал – он куда меньше размером, обставлен богаче, и там одни дракорианцы.

Бросаю короткий взгляд на сестру. Она больше не выглядит испуганной, скорее равнодушной. Неужели зелье так подействовало? Я пытаюсь принять такой же вид, чтобы не выдать себя.

– Сейчас сделаешь, что я скажу, – Ларс наклоняется к Аэлле и тихонько что-то ей говорит.

Аэлла согласно кивает, глупо улыбаясь. Ларс надевает её на шею какой-то медальон, а затем указывает куда идти. Она послушно семенит в том направлении, куда ей сказали.

Мне страшно расставаться с сестрой. Как мы сбежим, если нас разделяют?

– Куууколка, – Рыжий берёт меня за подбородок и глядит прямо в глаза. – Сегодня я покажу тебе, что такое настоящий мужчина.

Меня начинает тошнить, я лишь усилием воли сохраняю тоже отупевшее лицо, что и у Аэллы.

– Пошли поглядим на твою сестрёнку, – щерится в улыбке он.

Мы выходим в тот самый маленький зал. Воздух здесь пропитан духами и дорогим алкоголем. Всё вокруг блестит: стены, столы, даже глаза гостей.

Меня усаживают в угол, к неприметной барной стойке. Ларс по-хозяйски устраивается рядом, кивает бармену, который тут же протягивает ему бокал с чем-то искрящимся.

Я оглядываюсь и снова вижу дракорианцев.

Чистокровные. Богатые. В каждом их движении сквозит превосходство и сила. Они разговаривают вполголоса, едят фрукты, отпивают из бокалов. С кем-то рядом сидят девушки лёгкого поведения, но большинство смотрят в одном направлении.

А там…

– Аэлла, – шепчу я с горечью, не веря своим глазам.





Глава 1.4


Сестра танцует на небольшой, круглой сцене, в том самом наряде из перьев и в маске экзотической птички. Двигается плавно, грациозно. Изгибается так, чтобы продемонстрировать себя с самых откровенных ракурсов.

Мне до безумия жалко сестру. До слёз на глазах. Она всю жизнь была скромницей. За что нам это?

Мужчины откровенно и похотливо разглядывают её, едва не облизываясь.

Аэлла никогда не умела танцевать. Обычно она неловко топталась на месте, краснея, путаясь в собственных ногах.

– Видишь? – Ларс хрустит виноградиной, раскусывая её, и кивает на сцену. – Это всё кулон.

Я вопросительно смотрю на Рыжего.

– Кулон, куколка. Тот, что я надел ей на шею. Он убирает страх, стыд и прочую дрянь, которая мешает веселиться. Настраивает на нужную волну. Я дам тебе такой же, но мы с тобой будем заниматься кое чем другим.

Меня ошпаривает ужасом, а Рыжий ухмыляясь смотрит на меня, облизывая губы.

– Сегодня она станет женщиной с кем-то из гостей. С тем, кто предложит больше. А может сразу с несколькими, и такое бывает. А ты… станцуешь, но только для меня. Поняла? Тебе повезло, что давно мне в душу запала.

Я вцепляюсь в край стойки так сильно, что ногти впиваются в дерево. Сердце колотится в груди.

– Ты напряжённая. Сядь прямее… вот так, – Ларс стучит по моей спине. – А теперь вытяни ногу. Ну же!

Я делаю, как он говорит, притворяясь послушной. Делаю вид, что я тоже под зельем.

Ларс одобрительно цокает языком, уставившись на мои голые ноги, которые юбчонка закрыть не в состоянии. У меня такое ощущение, что я полностью голая. Обычно я даже сплю в ночной рубашке ниже колен, а это наряд… просто какое-то безумие.

Вот бы это был дурной сон. Я хочу проснуться!

Пока Рыжий присасывается к выпивке, вливая в себя уже второй стакан за минуту, я торопливо оглядываюсь, пытаясь понять, есть ли здесь ещё выход? По возможности я старалась запоминать дорогу, но всё, что уяснила – тем же путём не пройти. Нас поймают.

Но мы на первом этаже. Найти бы комнату, где есть окна, которые можно открыть, чтобы сбежать. И Аэлла… как мне её вытащить? Все смотрят на неё, она на виду.

Вдруг натыкаюсь взглядом на компанию молодых людей. Дракорианцы не старше двадцати пяти. Большинство увлечены происходящим на сцене, кроме одного из них.

Парень выглядит внушительнее остальных, и я подмечаю: у него короткие чёрные волосы, в то время как остальные носят длинные.

Один взгляд на него, и меня будто в ледяную воду опускают. Настолько у него пугающая и одновременно завораживающая аура.

Парень выглядит скучающим, его не интересуют ни шлюхи, снующие вокруг, ни моя сестра, на которую пялятся буквально все.

Я с негодованием отмечаю, что один из дружков этого парня подзывает к себе кого-то из работников и указывает на Аэллу. Они перекидываются парой фраз, а затем урод передаёт деньги.

Нет. Нет!

– Ларс, большой босс тебя ищет, – негромко говорит один из его приспешников, подходя к нам.

– Вот же проклятье, ни минуты покоя, – шипит Рыжий, но встаёт на ноги, а затем смотрит на меня. – Не дали нам с тобой посмотреть на твою сестричку, но не бойся. Она лакомый кусок, за неё уже кто-то отвалил кучу денег. Видела? Я и вам подкину немного деньжат после, не обижу. А сейчас пошли со мной, нечего тебе оставаться без присмотра.

Ларс тащит меня прочь, отчаяние накатывает волнами, я захлёбываюсь в нём. Бросаю последний взгляд на Аэллу. Вижу, что она уже не танцует, один из работников заведения ведёт её прямо к тем парням.

– Аэлла… – мой полный боли тихий писк тонет в гуле голосов и музыке.

Вдруг вижу, что тот парень, который сразу привлёк моё внимание, поднимается на ноги.

Какой же он огромный.

Он не сводит глаз с меня и Ларса, наблюдая, как меня тащат прочь. Мне даже кажется, что он пойдёт за нами.

Но дверь закрывается, и я в какой-то момент даже испытываю облегчение. Дракорианцы пугают меня едва ли не больше озабоченного Ларса.

– Тут жди, скоро вернусь, – Ларс заводит меня в какую-то комнату и усаживает на большой диван.

Он останавливается, похабно ухмыляясь, проводит противно пахнущими алкоголем пальцами по моим губам:

– Ты станцуешь персонально для меня, куколка, а потом…

Он замолкает, облизывая меня взглядом.

Я слабо улыбаюсь и киваю, хотя на самом деле моё единственное желание оттолкнуть его руки и закричать, надрывая горло. Его «куколка» самое отвратное, что я слышала в жизни.

– Ларс, большой босс уже рвёт и мечет! – раздаётся из-за двери.

Рыжий морщится и торопливо идёт к выходу из комнаты.

Я вся замираю в ожидании. Жду, что он закроет дверь на ключ, но ничего не происходит.

Абсолютно ничего.

Замок не щёлкает, лишь слышу, как за стенами приглушённо играет музыка.

Ларс думает, что я под зельем, поэтому бросил без присмотра? Или он оставил охранника у двери?

Это мой единственный шанс. Я его не упущу. Да, меня могут поймать, но куда страшнее покорно ждать, пока тобой воспользуются.

В углу комнаты я замечаю накидку алого цвета – тонкую, почти прозрачную, но всё же способную прикрыть моё практически голое тело. Пальцы дрожат, когда я хватаю ткань, накидываю её на плечи, кутаюсь скорее, а затем спешу к двери.

Сердце грохочет, будто молотом бьёт по рёбрам. Даже больно.

Касаюсь холодной ручки и тяну на себя.

Охранника нет. Никого.

Из меня вырывается облегчённый выдох. Но медлить некогда, я уверена, Ларс скоро вернётся и, когда не найдёт меня, будет рвать и метать.

Бегу прямо по коридору. Воздух со свистом входит в лёгкие, в глазах стоят слёзы, меня мутит от страха, но я не останавливаюсь.

Врываюсь в тот зал, где сидели дракорианцы. Но Аэллы уже нет. Сцена пуста. Музыка играет, официанты разносят напитки. Но ни сестры, ни той компании я не замечаю.

Они уже…

– Где она?! – не помня себя от ужаса, хватаю ближайшую девушку в чёрной форме, с подносом в руках. – Где та, что танцевала?

– Эй, полегче, – поджав губы, официантка стряхивает мою руку. – Тебе ли не знать, где комнаты, в которых обслуживают гостей?

В её голосе брезгливость, она принимает меня за шлюху, что не удивительно, но сейчас мне плевать.

– Где? – почти рычу я.

Официантка закатывает глаза, но всё-таки указывает на дверь, полускрытую бархатной занавеской.

Я спешу туда, уже нисколько не боясь привлечь внимание. Меня всю колотит, когда я представляю сестру, над которой надругаются дракорианцы. Если они к ней притронулись…

Я всхлипываю, толкая дверь. Может быть даже хорошо, что она под зельем, иначе Аэлла бы не пережила.

Едва я вхожу, как передо мной предстаёт длинный коридор с дверьми по бокам. И воздух вибрирует от отчаянного, полного ужаса женского крика.

Аэлла.

– Отпусти! Не трогай! – раздаётся её вопль из ближайшей двери.

Аэлла выпила лишь половину зелья. Оно перестало действовать именно сейчас, когда с ней собрались поразвлечься.

Сестра почему-то резко замолкает, и я обмираю, прекрасно понимая, что это произошло вовсе не из-за того, что она внезапно передумала сопротивляться.

Недолго думая, я бросаюсь к той двери, откуда слышала крик сестры и толкаю её.





Глава 1.5


В груди тупой, давящий страх, а в голове только один образ: Аэлла, изломанная, беспомощная, под ними. Нужно просто объяснить, что сестра была под зельем. На самом деле мы не шлюхи.

Если они… если они к ней прикоснулись… Я всхлипываю, почти захлёбываясь.

В дверях я натыкаюсь на того самого парня, который платил деньги за сестру. Он выглядит помятым. Рубашка расстёгнута, ремень тоже. Его кожа гладкая, блестит от пота, губы приподняты в самодовольной усмешке.

Теперь я вижу его вблизи и понимаю, что он по-аристократически красив. И сильно напоминает второго – высокого, который пялился на меня. Они будто родственники.

– Какая красотка, – тянет он, разглядывая меня. – Я бы не отказался и от тебя.

– Отойди с дороги. Сейчас же. – мой голос срывается. – Вы должны отпустить её, она не хочет.

– Я заплатил, так что мне плевать. Весело же.

Из-за его спины доносится сдавленное всхлипывание. Аэлла. Я не вижу её, но слышу.

– Отойди! – уже визжу.

Меня накрывает волна ужаса и бешенства. Всё тело горит, в голове белый шум.

– Хочешь так же? – ухмыляется он, делая шаг ко мне. – Ты возбуждена. Просто ломаешься, да?

– Вы насилуете её! – кричу я, отшатываясь. – Ты… ты… что ты творишь?! У тебя вообще есть какие-то моральные рамки?

– Ты что, перепила, дура? – фыркает он. – Мы заплатили. Всё по правилам.

– Мы не шлюхи, нас притащили сюда силой. Нас похитили! – с отчаянием объясняю я.

– Мне всё равно. Пошли. Одной нам всё равно маловато.

Он тянется ко мне, я пячусь, но парень хватает меня за руку.

– Отвали! – я брыкаюсь, бью его локтем в живот, ногой по колену. Он грязно ругается, отпускает на миг, и я вырываюсь. – Я… я сейчас вызову кого-нибудь! Обращусь к патрульным, побегу к газетчикам! Я скажу, что вы тут женщин насилуете, что это притон!

Сама слышу, как нелепо звучит. Просто бред. Но внутри меня клокочет паника, я не знаю, как помочь сестре.

Парень резко отступает, глаза расширяются.

– Ты что несёшь, овца?! Мне сказали, здесь всё конфиденциально! Знаешь, кто там за дверью?!

– Нет… мне всё равно, – шепчу я. – Просто отпустите её. Пожалуйста.

Парень смеётся, уже не весело, а злобно.

– Ты грязь. Жалкая человечка. А я – брат будущего императора, слышишь? Твоя сестра стонет, потому что Кай трахает её. Так что она запомнит эту ночь на всю жизнь. Такая честь. Поэтому вздумаешь пикнуть хоть кому-то, что мы были в заведении… тебе не поздоровится.

Где-то здесь будущий император? Этот придурок бредит? Или… поэтому возле них все так плясали? Поэтому Ларсу сказали, что у них важные гости.

Я только теперь присматриваюсь и понимаю – передо мной Зейл. Он действительно кузен будущего императора. Все в Андраксии знают их. Я видела его портрет, просто на нём он был младше и выглядел куда презентабельнее.

Он тянет ко мне руку, намереваясь снова схватить и затащить в комнату.

Я не даю этого сделать. Пячусь назад.

Слышу только собственный пульс и тяжёлое дыхание.

А затем бегу.

Разворачиваюсь и бегу, что есть сил, прочь из коридора.

Я должна найти помощь. Хоть кого-нибудь.

Я несусь со всех ног.

Угол. Коридор. Очередная развилка. Свет кажется слишком ярким, воздух слишком душным. И вдруг...

Я вижу Ларса и едва не захлёбываюсь ужасом.

Он идёт прямо по направлению ко мне, вытягивает шею, словно ищет кого-то. За его спиной двое его прихвостней. Они заметили, что я исчезла.

Меня окатывает ледяным страхом. Всё внутри сжимается.

Я отскакиваю в сторону и, не раздумывая, ныряю за тяжёлую, тёмную портьеру, висящую неподалёку. Здесь темно, пахнет пылью и духами.

Сердце грохочет в горле, руки сдавливают ткань, но я ничего не чувствую – пальцы онемели от страха.

Они проходят мимо. Совсем рядом. Я слышу, как Ларс рычит сквозь зубы:

– Проклятая дрянь… я из неё всю дурь вытрахаю.

Я кусаю губу до крови, чтобы не издать ни звука.

Уроды уходят. Но страх остаётся.

Я сжимаюсь под портьерой, дрожу и представляю, что они делают с Аэллой прямо сейчас. Как она, бессильная, сломанная, лежит под ними. А я прячусь, как жалкая трусиха. Я не спасла её.

Я была дурой, когда думала, что они отпустят её, когда поймут, что мы не шлюхи.

Проходит какое-то время. Сколько – я не знаю.

Музыка всё так же гремит, мужчины и женщины проходят мимо.

Я с опаской выбираюсь наружу. Но Ларса нет, как и его прихвостней. Не сомневаюсь, меня ищут уже и другие охранники. Как выбраться?

Прохожу по узкому переходу, ныряю за угол и попадаю в огромный зал. Яркий свет бьёт в глаза. Пахнет вином и магическими благовониями. А ещё эфиром, я знаю, что этой штукой вредно дышать.

Тут полно народу, но дракорианцев почти нет. В основном полукровки, как и я. Зал для богачей остался позади, здесь народ попроще.

Нужно выйти и отыскать патрульных. Я буду требовать, чтобы они вытащили мою сестру отсюда. Буду кричать, истерить, но добьюсь своего.

Быстрым шагом иду, стараясь не оглядываться, как затравленный зверёк.

Уже собираясь затеряться в толпе, и вдруг чья-то рука хватает меня за запястье. Прикосновение горячее, сильное и уверенное.

Я резко оборачиваюсь.

И вижу его.

Того, кто самого парня, который пялился на меня.

Свет от ламп играет на его лице, отбрасывая отблески в серые глаза с багровыми вкраплениями.

Они слишком глубокие. Слишком нечеловеческие.

Он слегка прищуривается, глядя на меня сверху вниз. Почему-то руку начинает жечь в том самом месте, где он держит меня.

– Ты Кайден Флейм, – шепчу я одними губами. – Будущий император.

Каким-то образом Кай слышит меня, хотя вокруг шумно, а может быть он просто читает по губам. Он медленно кивает.

Я прекрасно осознаю – этот монстр только что насиловал мою сестру, а теперь пришёл за мной. Он думает, что я собралась распускать про них сплетни газетчикам и хочет убить меня?





Глава 1.6


– Кто ты такая? – Кайден наклоняется и протягивает руку, желая снять с меня маску птицы, про которую я совсем забыла. – Ты дракорианка?

Подаюсь назад, почти не слыша его слов. Сбежать не выходит, он держит меня. Внутри я уже горю в агонии. Они прикончат нас с Аэллой. Точно убьют. Чего высокородным стоит избавиться от таких, как мы?

Перед глазами темнеет от страха, я нащупываю первое, что попадается под руку – бутылку, стоящую на барной стойке. Жмурюсь и просто ударяю монстра, который от неожиданности выпускает меня.

В этот момент меня будто пронзает разряд, будто вспышка молнии проносится под кожей. Всё внутри вспыхивает жаром, от пальцев на ногах до самой макушки.

Это чувство мне знакомо, хоть и полузабыто. Магия.

Но это невозможно. Меня же давно запечатали. Во мне не может быть даже крупицы.

Но сейчас мне некогда размышлять о том, что это было. Я просто бегу прочь, пока есть такая возможность. Пока монстр отпустил меня.

Лица, руки, танцующие тела – всё сливается в один жуткий, вязкий поток. Я проталкиваюсь сквозь толпу наощупь, работая плечами и локтями. Кто-то ругается, но я не останавливаюсь.

Мозг лихорадочно ищет спасение.

И вдруг на стене, между парчовыми занавесями и светильниками вижу надпись, которая светится золотыми буквами: «Выход». Стрелка указывает направо.

Спасение!

Дверь открывается с глухим скрипом, и я влетаю в коридор, освещённый всего парой магических ламп.

Здесь тихо. Слишком тихо после шумного веселья зала.

Я бегу по скользкому полу. Сердце бьётся как безумное. Я вообще удивлена, что ещё не получила минимум сердечный приступ после пережитого.

Ключица и часть плеча начинают зудеть. Настолько нестерпимо, что сил нет. И в этот момент я внезапно ощущаю чужой, слишком яркий интерес. Меня одолевают странные эмоции несвойственные мне.

Внутри пульсирует азарт. Будто я хищник, который почувствовал добычу, пахнущую самым сладким, манящим запахом в мире. Жар поднимается от живота к груди.

Я на мгновение останавливаюсь, встряхивая головой. Откуда это во мне? Будто внутри меня кто-то другой, и это его эмоции.

У меня едет крыша.

Точно едет.

Что неудивительно после всего, что я перенесла. Но совершенно некстати, потому что сейчас мне нужно бежать.

Я оборачиваюсь и вижу Кайдена, стоящего в метрах пяти от меня.

Как?! Как он меня нашёл, мать его?

Почему он выглядит настолько ужасающе, что у меня трясутся поджилки? Кайден заполняет собой весь проход, из которого я выскочила секунд десять назад. Он смотрит на меня своими ледяными глазами, и я вдруг замечаю порез на его левой скуле. Рваная царапина, из которой медленно стекает вниз к подбородку кровь.

Я ранила его… ранила наследника императорской династии.

Меня окатывает волна ужаса.

– Стой на месте, – его голос грубый, низкий и отрывисто злой. – Сейчас же. Иначе будет хуже.

Меня ошпаривает изнутри злостью, будто под кожу влили кипящее масло. Почему реальность такова? Они насиловали мою сестру, хотели сделать тоже самое со мной. а я… вынуждена спасаться бегством без возможности хоть как-то себя защитить. Но я тоже живое существо. Чем я хуже? Почему мир именно такой?

– Пошёл ты! Чтобы вы все… сдохли. Уроды! Вы за всё ответите! – я бросаюсь прочь, стуча каблуками.

Всё тело горит – от страха, от ярости, от невыносимой несправедливости.

Я вылетаю на улицу, жадно глотая прохладный ночной воздух. Свет фонарей тусклый, туман клубится по булыжной мостовой.

Бежать! Бежать!

Я ныряю в ближайший проулок. Он не такой красивый, как здешние улицы. Узкий, вонючий, облитый помоями.

Вскоре я вылетаю на дорогу, где тянется ряд редких экипажей. Искры спешат куда-то, неся их владельцев.

Я оборачиваюсь, но никого не вижу. Кайдена нигде нет.

Вдруг одна из искр останавливается.

Окно слегка опускается, и оттуда выглядывает женщина средних лет. Её лицо ухоженное, благородное, но слегка уставшее.

– Милая, что с тобой случилось? – в её мягком голосе удивление. – Сколько тебе лет? Ты же совсем юная.

Я знаю, что выгляжу немного младше из-за худобы и мягких черт лица.

Хватаюсь за край искры:

– Пожалуйста... помогите. Меня хотели изнасиловать. Моя сестра… она ещё там.

– Забирайся внутрь. Быстро.

Тогда я чудом спаслась от Кайдена Флейма благодаря Алише – моей новой знакомой. Она отвезла меня к патрульным, но пока мы добились того, чтобы кто-то помог сестре, было уже поздно.

Аэллу нашли в паре кварталов от того борделя, куда нас привёз Ларс. Она была абсолютно невменяема. Сначала она постоянно плакала, а потом ушла в себя и перестала разговаривать. Мать долго винила себя, но пить не бросила. Даже начала ещё сильнее.

Я долгое время боялась. Думала, что Кайден Флейм или его озабоченный кузен найдут меня, но этого так и не произошло.

Никто не стал нам мстить.

Я связывала произошедшее с тем, что мама наотрез отказалась обращаться к властям, и я понимала почему. До таких отбросов как мы никому нет дела, скорее виноватыми выставили бы нас. Я не оставляла своих контактов, не подписывала бумаги, не называла фамилии, только имя.

И Рыжего Ларса я больше не видела, потому что мы сразу уехали, и мать нашла другое место работы.

Но я не могла предположить, что Кайден Флейм всё ещё помнит меня. И считает, будто я украла у него что-то.





Глава 2. Воровка


Настоящее время

– Ах! – выдыхаю я рвано, когда две сильные руки без усилий разворачивают и прижимают меня к стене.

Я дышу через раз, медленно поднимая взгляд на лицо Кайдена.

Даже не решаюсь вырваться, потому что понимаю – бессмысленно. Он огромный, я по сравнению с ним букашка. Кайден смотрит на меня сверху вниз всё тем же ледяным, ничего не выражающим взглядом. Я с ужасом замечаю тонкий шрам на его скуле – это сделала я в тот самый день.

Меня обдаёт горько-сладким запахом вишни, когда он произносит:

– Ты кое-что украла у меня год назад. Настало время вернуть.

Уверена, на моём лице проступает растерянность.

– Я ничего не брала, – мой голос похож на писк. – Отпусти меня. Сейчас же!

Кайден ничего не отвечает, но в его взгляде на секунду мелькает что-то звериное. Я вспоминаю, что в нём есть кровь Легенд, и мне становится дурно от страха.

– Ты даже не дракорианка, – его красивые губы слегка кривятся, когда он смотрит на меня, как на нечто отвратительное.

Первый шок проходит.

Хоть меня и колотит от страха, я задираю подбородок повыше. Я привыкла к пренебрежению со стороны чистокровных. Мы для них – мусор, ничтожества. Они даже к вещам относятся с большим уважением, чем к нам.

Но теперь мы – ученики академии. А значит, всем придётся с этим считаться. Даже несравненному Кайдену Флейму.

– Во мне есть драконья кровь и магия, но я не считаю это поводом для гордости, – язвлю я. – Пока всё, что я видела от тебе подобных – грязь, насилие и самомнение, раздутые до размеров вселенной. Если это то, что отличает дракорианцев от других, мне и даром не надо, спасибо.

Кайден чуть склоняет голову, как хищник, заметивший, что добыча решила огрызнуться.

– Какая ты дерзкая, – он произносит это медленно, тихо и с расстановкой, но так, что каждое его слово отзывается в груди тяжёлым ударом.

В следующий миг он просто берёт меня за шкирку и тащит прочь.

– Пусти! – мой писк разносится по коридору.

Нам навстречу идут адепты, даже попадается пара преподавателей. Но все старательно отводят взгляд, будто боятся этого проклятого ублюдка.

– Мне нужно к секретарю! Меня будут искать! – паника в груди достигает чудовищных размеров.

– Много твоего времени я не займу, – в ледяном голосе проскальзывает что-то мрачно-насмешливое.

Что он собрался делать? Что ему нужно?

Кайден затаскивает меня в какую-то аудиторию, где сидят два высоких адепта – пятикурсники. Явно богатенькие зазнавшиеся аристократы.

– Пошли вон, – бросает Кай коротко, даже не удостаивая их взглядом.

Пятикурсники застывают на миг, а потом я вижу, как их лица бледнеют. Один быстро опускает глаза, второй неловко вскакивает, роняя книгу, которую даже не поднимает. Они просто торопятся уйти.

Ни единого слова. Ни попытки спросить, что происходит.

Просто быстрые, торопливые шаги к выходу.

Мы остаёмся вдвоём.

Монстр и я.

Тишина давит так, что я слышу собственное учащённое дыхание. В ушах стоит вязкий гул.

Кайден отпускает меня, даёт отойти на пару шагов. Так и делаю, глотая ртом воздух.

Он не спешит, просто смотрит на меня – изучающе, как будто смакуя сам факт, что я в ловушке. В его руках.

– Послушай, я ничего не брала, клянусь. Я не воровка, – вырывается у меня.

Кайден делает шаг, и его глаза темнеют, багровые вкрапления разгораются ярче. А затем склоняется чуть ближе, так, что я вся сжимаюсь от его слишком плотного, давящего присутствия.

– Раздевайся, или я сделаю это сам, – чеканит он.

Всё внутри обрывается.





Глава 2.2


Я делаю шаг назад. Затем ещё один.

Пячусь, пока не упираюсь спиной в стену кабинета.

– Я не стану снимать одежду, – вырывается у меня необдуманное.

понимаю сразу едва замечаю на губах Кайдена ленивую ухмылку – Надо было молчать.

Это первая эмоция, которую я вижу на его лице. И она пугает меня до дрожи в коленях.

Всё в нём пугает меня.

– Слушай меня внимательно, – он идёт ко мне.

Кайден всё ближе, его шаги сжирают расстояние между нами с безумно пугающей скоростью.

– Ты будешь делать то, что я говорю, – продолжает он, впечатывает руку в стену справа от меня. – Скажу прыгнуть – прыгнешь, скажу заткнуться – закрой свой рот. Поняла? – припечатывает руку слева от меня.

Я не вижу смысла спорить, находясь в настолько уязвимом положении.

– Поняла, – шепчу я. – Я ничего не брала, можно мне уйти?

Рука Кайдена ложится на моё горло, я в страхе замираю, касание жжёт кожу, выворачивает наизнанку. От него по телу распространяется странная теплота. Я дёргаюсь, пытаясь вырваться.

Он хочет меня задушить! Убьёт!

Но вместо того, чтобы сжать пальцы, Кай одним резким движением рвёт ткань.

Просто тянет вниз и пуговицы блузки отлетают в стороны, со звоном ударяясь о пол.

Холодный воздух касается обнажённой кожи, и я понимаю – он не собирался душить меня, просто приступил к тому, о чём говорил – раздел.

Правая рука Кайдена теперь лежит прямо на моей груди, большой палец касается старенького бюстгалтера, который виднеется из-под разорванной ткани.

Я чувствую, как кровь приливает к лицу, заливая щеки жгучим румянцем.

Моя грудь всегда была слишком большая для хрупкого телосложения. О чём мне постоянно сообщали парни в пансионе. На ней часто кто-то задерживал взгляд или отпускал двусмысленную шутку.

Внимание к этой части тела всегда смущало, заставляло неловко сутулиться или складывать руки, будто это помогло бы спрятаться.

Но так, как смотрит сейчас Кайден, не смотрел никогда и никто.

Его взгляд хищный, слишком внимательный.

– Больной извращенец! – я вдыхаю его запах горькой вишни и едва не зажмуриваюсь от противоестественной близости.

– Я сказал – закрой рот, – голос Кая низкий, хриплый и грубый.

Он левой рукой оттягивает ткань и проводит по ключице пальцем, с силой надавливая на кожу.

Кладу свою маленькую ладонь на его огромную руку.

– Пожалуйста, не нужно меня насиловать, – вырывается у меня.

Сильные пальцы внезапно сдавливают подбородок, вынуждая смотреть в глаза Кая. На его губах жёсткая насмешливая улыбка.

– Насиловать тебя? Правда, думаешь, что меня заинтересует подобное? Ты ещё глупее, чем я думал. Ты не просто кровомеска. Ты – шлюха, которую перетрахал каждый второй в трущобах, – произносит он тихо, но с таким презрением, что у меня внутри всё сжимается.

Хочется возразить, но какой смысл? Пусть думает, что угодно. Лишь бы отстал.

– Тогда что тебе нужно? – осторожно уточняю я.

– Ничего.

Что?! Ничегооо?! Сердце делает счастливый кульбит.

Кайден делает шаг назад, не сводя с меня пристального взгляда.

– Убирайся, кровомеска, – чеканит он.

Он даст мне уйти? Вот так просто?

Делаю шажок по направлению к двери. Затем ещё один.

Руками стягиваю порванную ткань в попытке прикрыть грудь. Взгляд хищника следует за мной неотрывно.

Я быстро выскальзываю за дверь. Почти бегу по коридору. Ловлю себя на том, что впервые за последние минуты могу вдохнуть без комка в горле.

Но меня не оставляет мысль.

Что это было?!

Нужно пойти к смотрителю инвентаря и попросить у неё нитку и иголку. А ещё пуговицы…

Пришью, и блузка будет как новая.

Я иду быстрым шагом, прижимая ткань к груди, в голове перебираю причины дикого поведения Кайдена, но в голову ничего толкового не приходит.

На полпути останавливаюсь и, убедившись, что коридор пуст, осторожно отвожу края разорванной блузки.

На коже прямо на моих глазах проступают странные чёрные линии, но рассмотреть я их толком не успеваю, потому что за спиной раздаётся короткое, резкое:

– Что ты там рассматриваешь, никчёмная?





Глава 2.3


Поспешно стягиваю края блузку и разворачиваюсь.

Передо мной три дракорианки. Брюнетка стоит посередине, слева от неё блондинка, а справа рыжая. Их изумрудно-зелёная форма совсем не похожа на мою простенькую синюю. Ткань плотнее, с изящной тонкой золотой окантовкой по краю рукавов. Юбки чуть короче, на ногах высокие сапоги из мягкой кожи, у меня же простенькие туфельки.

На каждой блестят украшения: серьги, браслеты, цепочки с подвесками, а волосы уложены так, будто над ними час работал их личный парикмахер.

– Чего молчишь? – спрашивает блондинка, откидывая идеально уложенную прядь.

– Она вообще говорить умеет? Эй ты, животное, подай голос, – рыжеволосая принимается тихонько хихикать противным писклявым голосом.

– Что вам нужно? – плотнее складываю руки на груди, чтобы не было видно порванной ткани.

– Оно разговаривает, надо же, – фыркает блондинка.

Я ожидала чего-то подобного, была морально готова к презрению со стороны дракорианцев, но всё равно теряешься, когда тебя оскорбляют прямо в лицо.

Не желая влипать в неприятности, я обхожу девушек и пытаюсь уйти прочь.

– Стоять, грязь! – брюнетка, которая молчала до этого, встаёт у меня на пути. – Ты староста кровомесов?

Взгляды троих девушек упираются в значок старосты, который мне дал ректор.

– Да, – отвечаю коротко.

От тяжёлой энергетики брюнетки у меня по коже пробегает неприятный липкий холодок. Она выше меня почти на голову и гораздо крупнее. С моим ростом в метр шестьдесят я достаю ей только до плеча.

– Первое, что ты и тебе подобные должны усвоить – здесь вам не трущобы, – чеканит она.

– Правда? А я даже не заметила, – бурчу я, не удержавшись от шпильки.

И глазом моргнуть не успеваю, как мне прилетает звонкая оплеуха.

Перед глазами мелькает белая вспышка, щека горит, будто по ней прошлись раскалённым железом. Я машинально прижимаю ладонь к лицу, чувствуя, как под пальцами кожа пульсирует от боли.

– Второе, что ты и тебе подобные должны усвоить – разговаривать с теми, кто выше вас по статусу, следует с почтением и уважением, – ледяным тоном заканчивает брюнетка.

В груди поднимается злой, обжигающий жар.

– Не смей прикасаться ко мне, – выдыхаю сквозь стиснутые зубы.

В голове одна мысль: двинуть в ответ. Так, чтобы эта самодовольная дракорианка запомнила меня надолго. Я уже дралась в пансионе, поэтому не тушуюсь даже перед теми, кто сильнее и крупнее.

Бросаюсь вперёд, пытаясь постоять за себя.

Но не успеваю даже поднять руку. Рыжая и блондинка действуют синхронно. Они поднимают руки, и липкая теневая магия обвивает запястья, прижимая мои руки к холодному камню.

У дракорианок есть магия. Их учат владеть ею с четырнадцати лет.

А нам, полукровкам, даже ограничение ещё не сняли. Сказали, что это сделают только на первом занятии, под присмотром наставников. Нам просто не доверяют.

И вот теперь я дёргаюсь, но чужая магия держит меня так, будто я в наручниках.

– Ты посмотри, она же оборванка! Молли, ты видишь? – рыжая принимается смеяться, указывая на мою разорванную блузку.

Мне до жути обидно. Ощущение беспомощности душит. Каждая секунда под их насмешливыми глумливыми взглядами обжигает сильнее, чем оплеуха, которую я только что получила.

***

Дорогие читатели! Эта книга выходит в армках литмоба "Любовь с жестоким драконом". Если перейти по ссылке, можно найти ещё 4 классных и эмоциональных истории

ЛИТМОБ "ЛЮБОВЬ С ЖЕСТОКИМ ДРАКОНОМ"





Глава 2.4


– Отпустите меня сейчас же! Я буду жаловаться ректору! – я вся извиваюсь, но без толку.

Мои слова оставляют без внимания. Если блондинка и рыжая явно потешаются над моим внешним видом, брюнетка Молли, которая у них явно за главную, лишь брезгливо поджимает губы.

– Грязь… проучить бы тебя как следует, но у меня дел по горло. – кривится она, а затем добавляет громче: – Каждый новый адепт Кристальных Пик должен пройти посвящение в академию. Иначе… он будет наказан. Таковы негласные правила. А значит, даже вы, кровомесы, не получите поблажек. Хотите вы этого или нет – будете участвовать.

– Отвалите от меня! Я не хочу проходить никакие посвящения. И вообще ничего общего с вами иметь не хочу.

– Идиотка, – Молли подходит ближе и смотрит на меня как на противное насекомое. – Ты староста, а значит донеси до всех кровомесов – они должны ответить на приглашение. Вы примите участие в посвящении, иначе… вам лучше не знать, что мы заставим вас делать.

– Молли, а как они пройдут посвящение, если у них пока нет крыльев, как у дракорианцев? – тянет рыжая, приподнимая брови.

– А разве нас это должно волновать?

– Ты права. Повеселимся, – довольно улыбается блондинка. – Вы представляете, что с ними сделают охотники?

Какие ещё охотники?!

В этот момент по коридору проходят двое парней дракорианцев в такой же изумрудно-зелёной форме, что и у девушек.

– Эй! – я дёргаюсь, всё ещё прижатая теневой магией, и в отчаянии бросаю: – Помогите, пожалуйста! Они напали на меня!

Парни останавливаются, лениво переводят взгляды с Молли и её свиты на меня. Один криво ухмыляется, другой медленно скользит взглядом вниз, задерживаясь на разорванной блузке.

– Сиськи зачётные, – усмехается один из них, явно нарочно громко. – Дашь потрогать, если освобожу?

– Она кровомеска, форма синяя, – с отвращением бросает второй, будто само слово обжигает ему язык. – Трогать такую – себя не уважать.

Его губы кривятся в презрительной усмешке. Парни переглядываются, фыркают и уходят, даже не обернувшись.

– Ты правда надеялась на помощь? – в голосе Молли холодное презрение. – Ты же хуже животного. Даже помойную крысу будут жалеть больше, чем тебя.

Она подходит вплотную, так близко, что я чувствую запах её цитрусовых духов.

– Запомни, кровомеска, на посвящении должны быть все до одного из вашей грязной шайки. Ты за это в ответе. Иначе будешь на коленях ползать и лизать наши сапоги, умоляя о прощении. Поняла? Пойдём, девочки.

Магия отпускает мои руки, и я с трудом удерживаюсь, чтобы не рухнуть на пол. Поспешно стягиваю края разорванной блузки, лицо пылает от унижения.

Мои обидчицы-старшекурсницы разворачиваются и уходят, громко смеясь.

Мимо проходят ещё какие-то девчонки и парни. Они поглядывают на меня либо равнодушно, либо с презрением и насмешкой. Помогать мне никто не собирается.

Вот тебе и значок старосты. Я ещё даже своих однокурсников не видела, а уже должна уговорить их поучаствовать в каком-то посвящении. Судя по той скупой информации, что у меня есть, это нечто неприятное и даже опасное.

Имею ли я право ради своей шкуры подставлять других полукровок? Точно нет. Но пока как выкрутиться непонятно.

Настолько обидно, что хочется сесть прямо здесь, на холодный каменный пол, спрятать лицо в ладонях и выплакать всё, что накопилось – страх, унижение, злость, усталость.

Но я не могу.

Не имею права.

Не могу же я сломаться в самом начале пути. Дракорианки только этого и ждут, чтобы я сдалась, а они начали топтать меня ещё сильнее. Для них это развлечение.

Путь к хорошей жизни всегда тернист и вымощен болью. И если я хочу выбраться из той ямы, в которой родилась, и помочь сестрам и брату, то должна держаться, пока не смогу дать отпор.

В этот момент я клянусь себе, что сделаю всё, чтобы выжать себя максимум. Освою магию, и не просто на уровне выживания – стану лучшей. Сильнейшей.

Я не позволю никому больше поднимать на меня руку. Никому не позволю унижать меня или смотреть сверху вниз.

Вздёрнув подбородок молча разворачиваюсь и иду к смотрителю инвентаря. Блузка всё ещё разорвана, и я прижимаю края ткани, стараясь не встречаться ни с кем взглядом.

Смотрительница инвентаря, пухлая дракорианка с волосами, стянутыми в тугой пучок, осматривает меня с головы до ног и тяжело вздыхает:

– Неужели вы все такие неаккуратные? Так и знала, что от кровомесов будут одни проблемы, – ворчит она, но всё же достаёт из ящика иголку, нитки и запасные пуговицы. – Шей сама, времени на тебя у меня нет.

Я молча принимаюсь за дело. Пришиваю каждую пуговичку, и через десять минут блузка выглядит как новая. В процессе шитья замечаю, что больше никаких странных линий на моей ключице нет. Но ведь я готова поклясться, что видела их.

Произошедшее вызывает смутную тревогу.

***

Дорогие читатели!

У Александры Лисовцевой вышла БЕСПЛАТНАЯ новинка



Светлая хозяйка замка злодея





Князь Тьмы женится!

Да не на ком-то, а на первой красавице королевства, наследнице Дома Искусства, Эвелине Барклоу. И это не я.

Мне же, одной из известнейших светлых волшебниц королевства, поручили преобразить мрачное жилище темного властелина и сделать его пригодным к прибытию аристократичной невесты.

И только я начала, как возникла целая куча проблем!

Во-первых, жилище оказалось огромным жутким замком, совершенно не желающим преображаться.

Во-вторых, невеста приехала раньше времени и оказалась той еще ревнивицей.

А в-третьих… Князь Тьмы оказался весьма привлекательным молодым мужчиной. Но это вовсе не проблема. Это целая КАТАСТРОФА!



ЧИТАТЬ





Глава 3.


Немного подумав, я решаю, что сейчас и так проблем хватает. Если линии на ключице появятся снова, схожу в лекарский блок. А пока есть дела поважнее.

Дальше направляюсь к секретарю академии – женщине в строгом костюме, с золотыми очками на кончике носа. При виде меня, она, почти не отрываясь от бумаг, сухо бормочет:

– Кровомесы будут жить в отдельном Пике. Вы, мисс Морр, как староста, обязаны приглядывать за ними. Следить, чтобы соблюдали режим: отбой по расписанию, никаких поздних гулянок, никакой магии вне стен учебных кабинетов, когда ограничения снимут. И… – она поднимает взгляд поверх очков, – никакого секса с дракорианцами на территории академии. Понятно?

– Никакого секса? – переспрашиваю я, не веря, что услышала это всерьёз.

Почему я должна следить за личной жизнью адептов?!

– Именно, – секретарь щёлкает пером по бумаге, как будто подчеркивая каждое слово. – Вдруг кому-то из адептов, особенно из старшекурсников, придёт в голову попробовать «экзотику». Мы такого не потерпим. Понятно? Держитесь от них подальше. Сами понимаете, кто будет виноват в случае чего.

Перед глазами встаёт тот жуткий день, который отпечатался в моей памяти навсегда. Зейл – кузен Кайдена. Крики сестры. И я беспомощная, вынужденная бежать.

Я резко моргаю, прогоняя воспоминание, но сердце всё ещё колотится так, будто я снова в прошлом.

– Но как я смогу следить за личной жизнью других? – возмущаюсь я. – Что мне теперь за всеми хвостом ходить и под одеяла заглядывать?

Секретарь, которая уже снова уткнулась в бумаги, медленно поднимает на меня глаза.

– Именно, мисс Морр. Ходите, заглядывайте, спрашивайте, проверяйте. Это ваша обязанность. И если кто-то из ваших «подопечных» нарушит правила, отвечать будете вы.

Папа подкинул мне «подарочек».

– Понятно, – бурчу я и разворачиваюсь, чтобы уйти.

– И ещё, мисс Морр.

– Да?

Секретарь слегка приподнимает брови:

– Староста у академии всегда был один – кто-то из пятикурсников. Но в нашем с вами… э-м… особом случае… ректор решил назначить вас. Вам придётся взаимодействовать с другим старостой в случае любых вопросов или конфликтов. Это обязательное требование. И, как и у него, у вас будет отдельное жильё. Две комнаты, ванная и гостиная. Ректор распорядился.

Отдельные комнаты? Целых две?! А ещё ванная и гостиная?! Я едва сдерживаю радостную улыбку, представляя, как совью себе гнёздышко. Наверняка там найдётся место для мольберта и рисования. Я с детства обожаю живопись, но у меня своего угла толком не было. Хранить принадлежности было особо негде. А теперь… как же я счастлива! Все издевательства и лишения стоят того.

– А кто второй староста? – уточняю я.

Лишь бы не противная Молли. Правда, я уверена, что значка старосты у неё не было.

– Кайден Флейм. Пятикурсник.

Нет.

В висках стучит отбойным молотком. Выстукивает каждое слово: только не он… только не он. Только не он!





Глава 3.2


Кайден – мой персональный кошмар. Лучше бы уж Молли, от неё хоть понятно, чего ожидать.

Попрощавшись с секретарём, я первым делом спешу познакомиться с однокурсниками, а не иду к себе радоваться свалившемуся на меня счастью в виде отдельных комнат.

Я ведь староста, а значит, должна знать каждого.

В пансионе я уже проходила через это – сначала на меня косились, потому что я малявка и куда мне строить парней, которые старше меня, но со временем привыкли.

Я старалась помогать всем, разрешала конфликты, добывала лишние одеяла или лекарства, когда было нужно. Договаривалась с директрисой пансиона. В итоге я добилась уважения, со многими подружилась.

Про меня тогда часто шутили, что я «слишком позитивная для места, где нас держат». Мол, умудряюсь даже в полной заднице находить что-то хорошее.

Кто-то смеялся, кто-то крутил пальцем у виска, а кто-то, наоборот, говорил, что именно это и нужно, чтобы хоть какой-то лучик света был в пансионе, где жилось далеко не сладко.

Я всегда старалась выслушать, поддержать, помочь хоть чем-то, даже если сама едва держалась на ногах. И теперь планирую поступать так же. Думаю, вместе с другими ребятами мы сможем постоять за себя даже перед дракорианцами. Главное, сплотиться.

Я иду по коридору, настраиваясь на встречу с однокурсниками, но мысли то и дело возвращаются к Каю.

Зачем вообще ему вообще быть старостой? Это ведь лишняя возня, ответственность, разборки…

И вдруг до меня доходит. В отличие от меня, с него ничего спрашивать не будут. Я сама видела, что даже ректор ему слова сказать не может. Он – будущий император.

И будущему императору нужны отдельные комнаты, личная гостиная и ванная. Разве Кайден стал бы ютиться в тесной комнате и соседствовать с кем-то? Наверняка ему влепили должность старосты просто номинально.

С этими мыслями я вхожу в Пик, где разместили моих однокурсников. Без труда отыскиваю зал для общих собраний и захожу внутрь.

В нос бьёт запах полированного дерева и книжных страниц.

Передо мной светлая комната с широкими окнами. В ней несколько больших диванов и кресла В углу уютно потрескивает большой камин.

И шкафы с книгами… они всюду. Как и письменные столы, на которых лежат новенькие тетради с гербом академии, принадлежности для письма и прочие атрибуты, необходимые любому адепту.

В пансионе у нас был один старый, продавленный диван, за который вечно дрались, кому сидеть, а тут их несколько! О белой красивой бумаге мы могли только мечтать – это я как художница говорю.

Как и большинство полукровок, я выросла в нищете, привыкла обходиться самым простым и дешёвым. А здесь любая мелочь от блеска ручек на дверцах шкафов до мягких ковров кричит о роскоши.

Однокурсницы сидят на диванах, щупают подушки, перебирают страницы книг, восторженно шепчутся, будто боятся, что всё это может исчезнуть.

Они сияют – счастливые, что оказались здесь в Кристальных Пиках, и, кажется, уже начинают верить в новую жизнь. Глядя на их довольные лица, на моём лице тоже появляется улыбка.

Я замечаю знакомое лицо – темноволосая Лиан, с которой мы учились в одном пансионе. Она тоже замечает и меня, бодро подскакивая с дивана.

– Деви! – она машет мне рукой. – И ты здесь, какая радость!

Я уже хочу подойти к Лиан, но вдруг замечаю странную вещь.

Медленно оглядываю комнату ещё раз… и понимаю.

Здесь только девушки. Ни одного парня.

Почему? Где они? Да, мы должны жить отдельно, но ведь зал общий.

– Лиан, привет, – я обнимаю давнюю знакомую подходя к ней. – Больше года не виделись. Скажи, а где же парни?

– Привет, – Лиан заливисто смеётся, стискивая меня в объятиях, а когда выпускает, поясняет. – Я, как и остальные, тоже удивлена. Но почему-то в Кристальные Пики приняли только девушек. Странно, да?

***

Девочки, завтра будет выходной, а потом полетим с вами дальше)) Большое спасибо за ваши лайки и комментарии, мне очень приятно))





Глава 4.


Кайден



В комнате дымно и пахнет крепким дорогим пойлом.

Воздух мерцает лёгкими искрами, кто-то наложил заклинание «атмосферы».

Я сижу в кресле, наблюдая, как Зейл швыряет кости. Выпадает восемнадцать. Четыре девушки, хихикая и притворно ругаясь, стягивают с себя очередной предмет одежды.

Зейл мухлюет, желая раздеть их поскорее, они догадываются, но только рады подыграть.

Кира – миниатюрная блондинка-пятикурсница, поглядывает на меня с вызовом, расстёгивая форменную блузку академии. Она облизывает губы, когда остаётся в одном полупрозрачном лифчике, сквозь который проступают розовые соски.

Мой взгляд задерживается на её груди, и я смаргиваю, внезапно осознавая, что именно мне это напоминает. Точнее кого.

Наивные голубые глаза, миниатюрная фигурка и большие сиськи. Я на секунду закрываю глаза и кровомеска будто оказывается прямо передо мной. Смотрит снизу вверх испуганно, но непокорно. Даже дракорианки не позволяют себе смотреть на меня так.

Я был уверен, что именно у неё появилась метка истинности в тот вечер.

Рука непроизвольно тянется к плечу, сжимает его через ткань. До сих пор помню, как заискрила магия, стоило мне приблизиться к девчонке.

Я потратил на поиски год – целый, проклятый год – а она внезапно оказалась прямо передо мной в академии. Я узнал её по голосу и фигуре.

И тогда понял, что метка проявилась не просто у шлюхи из борделя, а у кровомески.

Сначала я не понял, как такое могло случиться?

Они же сродни животным. Просто бездушные твари.

Злость берёт, когда представляю, что целый год искал маленькую сучку просто так. Думал, что она дракорианка.

Но теперь нужно выбросить девчонку из головы. Это была ошибка.

Метка проявилась, но точно у кого-то другого. Иначе моя магия не стала бы настолько нестабильной.

– Кай, ты что-то не в настроении. Присоединишься? – Зейл стягивает с себя рубашку, подмигивая девчонкам.

– Нет, – произношу я холодно.

Зейл сразу тушуется, замечая, что я не в настроении. Отводит взгляд и натянуто улыбается, чтобы скрыть неловкость.

Я знаю, что он боится меня. Они все боятся.

Во мне течёт кровь Легенд – огненного и теневого, двух из семи древних богов-драконов, что четыреста лет назад покинули наш мир. Они правили Андраксией с незапамятных времён, и даже теперь, когда никто не знает, где боги, их имена произносят с благоговением и страхом.

Как и моё имя. У большинства оно вызывает страх, но есть и исключения.

Снова замечаю полный ожидания взгляд блондинки Киры. Она явно жаждет познакомиться поближе. У неё я вызываю ещё одно чувство помимо страха. Желание.

Уверен, скоро она захочет засунуть мой член себе в рот, думая, что так сможет заинтересовать меня. Всё это знакомо и не вызывает былого возбуждения и азарта.

Что-то вроде заезженного сценария, исход которого давно ясен. Но ты всё равно следуешь ему.

Рядом, в глубоком кожаном кресле сидит Ксандр – мой второй кузен, родной брат Зейла. Он, как всегда безмолвный, смотрит на происходящее с ленцой хищника.

Вряд ли он хочет присоединиться к Зейлу.

Я знаю, чем заняты его мысли. Предстоящим посвящением и охотой. Он предпочитает более жестокие игры.

В Ксандре инстинкты зверя развиты сильнее, чем у большинства. И он один из немногих, кто слышит своё нутро – и слушается его.

Кузен протягивает мне сигарету, не спрашивая. Её кончик светится слабым, синим чар-огнём.

Я молча беру и затягиваюсь, глядя в потолок.

Дым ложится на язык терпкой вишнёвой горечью, а потом расползается теплом по груди. В голове становится чуть тише. Делаю глоток виски и затягиваюсь снова.

С каждой тягой дыхание становится ровнее, и раздражение из-за досадной ошибки с кровомеской понемногу отступает. Замирает, как волк, свернувшийся в углу клетки.

– Можно? – Кира садится на подлокотник кресла.

После игры на ней почти ничего не осталось. Только кружевное полупрозрачное бельё, чёрные чулки и туфли на каблуке.

Я ничего не отвечаю, но кладу руку на её ногу. Кира победно улыбается, а затем тянется ко мне ближе, берёт бокал, делает глоток – и нарочно-небрежно проливает немного себе на грудь. Янтарная жидкость стекает по её ключице ещё ниже, оставляя влажный след на кружеве.

– Я такая неловкая, – говорит она с притворным смущением и сразу же улыбается.

Проводит пальцем по каплям, а затем медленно-медленно облизывает его, не отводя от меня взгляда.

Я усмехаюсь, глядя на её потуги соблазнить меня. Она принимает усмешку за одобрение и приникает ближе, обвивая руками мою шею. Кладу руки на талию девчонке и слегка сжимаю.

Интересно, у кровомески такая же тонкая талия? Готов поспорить, что меньше. Она совсем малявка. Кира куда выше.

– Кайф иметь отдельные комнаты, да, брат? – Зейл шлёпает по заднице брюнетку, которая только что проиграла и сняла юбку. – Я тоже хочу! Почему этот ректоришка не соглашается выделить и мне отдельное жильё? Я, в конце концов, брат будущего императора. Должно же быть ко мне хоть какое-то уважение! Кай, может ты поговоришь с ним?

– Заткнись уже, – бросает Ксандр. – Ты пьян.

Они с Зейлом абсолютно разные. Ксандр всего на год младше, но куда умнее своего братца.

– Тебе надо – ты и говори, Зейл, – я поднимаюсь на ноги, Кира подскакивает следом.

– Ты куда? – с плохо скрываемым волнением спрашивает она.

Думает, хочу её отшить.

– К себе, хочешь со мной, Кира? – останавливаю на девчонке взгляд, и она вся млеет.

– Я… да, хочу, – сглатывает она.





Глава 4.2


Мы идём к моей спальне, я открываю дверь, впуская её первой. Кира проходит внутрь и окидывает взглядом обстановку – полумрак, тёплый свет зачарованных ламп, широкая кровать с тёмным изголовьем.

– Ух ты… У тебя тут очень атмосферно, – мурлычет она, оглядываясь. – Мне нравится. Кровать выглядит возбуждающе.

Вряд ли она нам сегодня понадобится.

Кира поворачивается ко мне и, глядя прямо в глаза, снимает лифчик. Её соски торчат, а грудь тяжело вздымается и опускается. Я уверен, она уже течёт при мысли, что я буду трахать её.

Только у меня другие планы. На трах настроения нет.

– Только меня зовут не Кира, – шепчет она, вставая на цыпочки и оставляя поцелуй на моей щеке. – Я – Киара.

В целом плевать. Пусть будет Киара.

– Ты пришла сюда поболтать, Киара? – я провожу рукой по шее девушки, а затем опускаю ладонь ниже, грубо сжимая её грудь и прихватывая пальцами сосок.

Из её горла вырывается глубокий, низкий стон, полный откровенного, пошлого наслаждения. Кира выгибается назад, её голова запрокидывается, а глаза прикрываются. Я чувствую, как её сосок ещё сильнее твердеет и набухает под моими пальцами. Девушка чуть дрожит, словно от сильного озноба.

Не отрывая от меня взгляда, Кира медленно опускается на колени передо мной. Её движения плавные и отточенные, в них чувствуется опыт и полное осознание того, что она делает. Её глаза полны покорности и желания угодить.

Я одобрительно провожу рукой по её голове, пальцы путаются в прядях.

Таких же золотых, как у кровомески.

На мгновение представляю, как она могла бы стоять на коленях передо мной. Как она бы тянула руки к моим брюкам, расстёгивая их. В паху простреливает диким неконтролируем возбуждением. Я делаю судорожный вздох, отгоняя непрошенные фантазии.

Какого хрена я думаю о ней?

– Ты… такой большой, – раздаётся полный вожделения шёпотом.

– Не отвлекайся, Кира.

Она медленно, дразняще опускает голову. Я чувствую тёплое дыхание на своём члене прежде, чем она берёт его в рот.

Её язык ласкает меня, двигаясь вверх и вниз. Резко выдыхаю, ощущая прилив наслаждения, которое постепенно разливается по всему телу.

Время идёт, Кира искусно двигает головой, я чувствую, что напряжение скопилось, пульсируя в паху, но, к моему раздражению, разрядки никак не наступает. Я толкаюсь в неё сильнее, пытаясь ускорить процесс. Обхватываю её голову, почти рыча.

В какой-то момент опускаю взгляд.

Лица девчонки не видно. Вижу только золотые волосы и слышу похабные звуки, которые издаёт её горло. Образ кровомески снова встаёт передо мной.

Она ведь шлюха, наверняка умеет сосать даже лучше Киры.

Как бы она делала это?

Нежно или так же дерзко, как тогда смотрела на меня?

Её зовут Деви, я запомнил имя.

Я представляю Деви заглатывающую мой член, и в этот же миг волна оргазма обрушивается на меня. Неистовая, всепоглощающая, какой никогда раньше не было. Мои руки цепляются за волосы Киры, сжимая их, а из горла вырывается тихий рык. Каждая клеточка моего тела опустошается, наполняясь наслаждением и необъяснимым облегчением.

Кира поднимается на ноги, облизываясь, её глаза горят от похоти. Она тянет меня за руку к кровати, её голос становится хриплым от желания.

– Я уже вся влажная…

– Тебе пора, Кира, – высвобождаю руку.

Мне не нравится, когда они трогают меня и позволяют себе лишнее.

Её улыбка меркнет. Её взгляд скользит по моему телу, лицо становится растерянным.

– Я – Киара, – машинально поправляет она. – И я думала…

Точно. Киара. Постараюсь запомнить, или нет?

Мой голос ледяной, не терпящий возражений:

– Убирайся, Киара.

Она покорно, хотя и с явным разочарованием, одевает лифчик. Я подхожу к двери и открываю её, ожидая, пока девушка выйдет. Она медленно проходит мимо меня, бросая последний, жаждущий взгляд.

– Ты ведь ещё пригласишь меня, да? Можем увидеться завтра, Кай?

Я собираюсь отказаться, но вдруг слышу стук в дверь.

Кому придёт в голову приходить в мои комнаты почти в полночь? Точно не ректору, он знает, что ему сюда лезть себе дороже.

Зейл открывает, глухо матерясь на тех, кто посмел побеспокоить.

За дверью показываются комендант академии – Освальд Крейл, а за ним…

Наши взгляды встречаются, воздух сразу становится на пару градусов горячее.

Деви.

Что она здесь делает?





Глава 4.3


Кровомеска смотрит прямо на меня. И, несмотря на недавнюю разрядку, меня простреливает возбуждением.

Я сглатываю мерзкое чувство и пытаюсь прийти в себя. Такое нельзя испытывать к животному. Кровомесы такие и есть. Жалкие создания без души.

– Что надо? – мой голос грубый и резкий.

– Прошу прощения, – комендант сглатывает. – Дело в том, что девчонка и её покои… то есть Пик, где её поселили… он… ну того! Понимаете?

Ни хрена не понимаю.

– Меня поселили в отдельном Пике, как старосту. Но сегодня – в первую же ночёвку – кто-то подлил едкое зелье прямо мне под дверь. Все комнаты быстро заволокло густым ядовитым паром. Я едва успела выскочить, дверь и пол уже начали шипеть, их разъело. Пришлось бежать прямо к ректору. Выяснилось, что пары зелья проникли в стены, и теперь в Пике нельзя жить ни одному живому существу.

– Даже кровомесам нельзя? – невинно хлопая глазками, спрашивает одна из «подружек» Зейла.

– Да, представь себе, мы тоже живые, – Деви бросает на обидчицу равнодушный взгляд, а затем переводит глаза на меня. – Ректор отправил меня сюда на пару ночей, пока последствия не устранят. Сказал мест в академии больше нет.

Какой же он кретин.

– Мне плевать, что мест нет. Спи в коридоре, – я перевожу взгляд на коменданта, ожидая, что он уведёт кровомеску, я выпровожу Киру, посижу ещё немного и просто лягу спать.

Но комендант Крейл мнётся, переступает с ноги на ногу, не решаясь ответить. И почему-то не уводит кровомеску прочь.

Зато Деви закатывает глаза и снисходительно улыбается.

– Я бы рада поспать даже в коридоре, твоё общество мне не по вкусу. Да и ты устроил здесь притон, – она слегка морщит свой изящный носик, бросая взгляд на полуголых дракорианок. – Но запрещено. Я не могу спать в коридоре, и даже не могу спать со своими однокурсниками. Это нарушает устав Кристальных Пик. Как староста, ты должен это знать.

Точно. Ректор при мне принимал этот проклятый, мать его, устав.

Кровомеска победно смотрит на меня. Хочется сбить с неё спесь.

– Эта шлюха много болтает, – язык Зейла заплетается, он слишком пьян. – Я бы занял её рот чем-нибудь.

– Заткнись, Зейл. – внутри поднимается неконтролируемая ярость. – И ты заткнись, зверушка.

– Ха! Точно! Зверушка! – Зейл пьяно хихикает, делая глоток виски прямо с горла.

Ксандр встаёт и молча хватает брата за шкирку, таща его к двери.

Кровомеска шарахается от них. Она смотрит прямо на Зейла. Я успеваю заметить на её лице не только отвращение, но и ненависть. Кузен не подарок, но точно не ей – вчерашней бордельной шлюхе – так на него смотреть. Откуда в ней столько высокомерия?

– Проспись, – коротко бросает Ксандр брату, вышвыривая его, а затем поворачивается к девушкам-дракорианкам, которые уже слегка прикрылись при виде незваных гостей. – Вы тоже идите отсюда, вечер закончен.

Девушки явно расстроены, они ожидали продолжения.

Кира бросает на меня прощальный взгляд. Слегка задерживается, приоткрывая губы. Ждёт поцелуя.





Глава 4.4


Но я уже едва обращаю на Киру внимание, поэтому дракорианка просто отворачивается, с досадой поджав губы, и гордо дефилирует к своим шмоткам, брошенным на диване. Она принимается сначала медленно одеваться, но под моим ледяным взглядом съёживается, быстро натягивает одежду и выбегает из комнаты.

Комендант Крейл проходит в гостиную, косясь на меня. В руке он тащит нечто напоминающее чемодан. Вещь дряхлая, с облупившимися краями и потёртой кожей. Посредине чемодан туго перетянут какой-то серой верёвкой, видимо, чтобы не расползся по дороге.

Вещи девчонки? Ну и хлам.

– Мне жаль, – бормочет комендант. – Я могу лишиться работы, если ослушаюсь приказа ректора.

Деви входит внутрь следом и снова морщит свой носик.

– Воняет. Как же здесь воняет… я будто в баре, а не в комнате адептов одной из лучших академий Андраксии, – бормочет кровомеска, а затем подходит к окну, подпрыгивает, чтобы достать до задвижки, распахивает створки и принимается с явным наслаждением вдыхать свежий воздух. – Так-то лучше.

Она слишком наглая.

Я могу выкинуть отсюда её и коменданта в считанные секунды. Но от чего-то не делаю этого, продолжая пялиться на задницу кровомески, прикрытую юбкой до колен. Она слегка наклонилась, чтобы подышать, и юбка опасно приподнялась, оголяя ноги.

Деви внезапно разворачивается и смотрит прямо на меня с явной неприязнью:

– В какой комнате я могу переночевать?

Следующие пару дней могут стать… любопытными. Я не собираюсь трахать девчонку, это отвратительно. Но вот сбить с неё спесь не помешало бы. Мне всегда казалось, что кровомесы более услужливы и покорны.

– Дверь налево, – медленно произношу я, не отрывая от неё взгляда.

Во второй комнате нет моих вещей, в ней иногда остаётся Зейл с подружками, или изредка Ксандр.

Деви подходит к коменданту, берёт у него свой старый потрепанный чемодан, не без усилий поднимая его.

– Спокойной ночи, комендант Крейл. И благодарю вас за помощь, – улыбается она вежливо.

А затем разворачивается и семенит к двери.

Зверушка прокалывается, когда в последний момент бросает на меня полный паники взгляд.

Девчонка всё-таки боится меня. Она просто в ужасе, но не показывает этого. Неужели у таких, как она, есть гордость?

– Спокойной ночи, Кайден и… – она смотрит на Ксандра, хмурится и добавляет. – И его друг.

Когда за ней и комендантом закрываются двери, я делаю глубокий вдох. Запах Деви всё ещё витает в воздухе.

– Я выбрал жертву, на которую буду охотиться на посвящении первогодок, – произносит Ксандр хрипло. – На эту кровомеску.

Я перевожу на брата взгляд и замечаю едва заметную усмешку и тот блеск в глазах, который хорошо знаю. Ксандр предвкушает дикое и жестокое развлечение.

– Отличный выбор, – произношу я слегка помедлив, а затем разворачиваюсь и иду к себе.





Глава 5


Деви

Не могу поверить, что всё обернулась именно так!

Закрываю за собой дверь, бросаю чемодан под ноги, и сама оседаю следом за ним.

Сердечко стучит быстро-быстро, кажется, сейчас остановится, и я умру прямо здесь – на полу, в той комнате, где от проклятого Кайдена Флейма меня отделяет лишь стена.

Ещё днём жизнь казалась не просто сносной, а очень даже приятной: отдельные комнаты, старые знакомые, с которыми мы дружны с пансиона, предстоящее обучение, распечатывание и осваивание магии. Что может быть лучше?

Даже косые взгляды и издевки дракорианцев не могли испортить мне настроение.

Но кто же знал, что кому-то придёт в голову сделать мне такую пакость? Готова поспорить, я слышала отдаляющийся женский смех за дверью в тот самый момент, когда увидела, что мне подлили то вонючее зелье.

Может быть это Молли? Она могла так поступить. Какие же даркорианки подлые и гадкие.

Я же даже вещи не успела разобрать. Но теперь понимаю, что в этом есть плюс. Они могли испортиться из-за зелья, а денег покупать что-то новое у меня нет.

Ректор ясно дал понять, что не потерпит нарушения устава.

Моя единственная надежда, что прямо сейчас или завтра утром монстр пойдёт к ректору и прикажет ему выселить меня. Будущий император может приказывать кому угодно.

Кайден так смотрел на меня… будто шею свернуть хочет. Я уверена, он будет рад от меня избавиться.

Эти мысли успокаивают. Значит, совсем скоро я буду как можно дальше от него.

Поднимаюсь на ноги и аккуратно прикладываю ухо к двери. Даже дышать перестаю, пытаясь уловить хоть что-то.

Тишина.

Монстр ушёл, чтобы устроить ректору головомойку?

Подожду, пока придут выселять меня. Даже вещи разбирать не буду, какой смысл?

Отхожу от двери, разглядывая комнату, которую освещает только лунный свет, льющийся из огромных окон.

Она просторная. Почти такая же, как в Пике, куда меня заселили днём. Только вот если там всё сияло чистотой, то здесь… совсем другое дело.

На полу валяются пустые бутылки из-под выпивки, пара даже закатились под кресло. Стол у стены заляпан пятнами и пылью, словно его не вытирали целую вечность. На книжной полке книги кое-где просто свалены в кучу. Думаю, они упали, и кто-то, чтобы не заморачиваться, просто кинул их обратно вот так.

И мусор… повсюду мусор. Настоящий свинарник. Или берлога.

И всё же среди этого хаоса я вижу то, от чего замирает дыхание. Кровать. Не узкая и маленькая, как в том Пике, куда меня хотели поселить, а огромная, двухспальная, с резным изголовьем и мягким покрывалом.

Я зеваю, прикрывая рот ладошкой. Глаза начинают слипаться, но нужно подождать, пока монстр с ректором придут меня выселять.

А пока я могу просто немного посидеть в ожидании. Я устраиваюсь в кресле, подтягиваю колени к груди и обнимаю их руками. Как же мягко и удобно… Тело предательски расслабляется.

Интересно, куда меня поместят на те пару ночей, что мои комнаты будут приводить в порядок?

А вдруг найдут тех, кто подлил зелье? Может, ректор разберётся? Вот бы их заставили целый месяц драить полы… или вообще исключили к исчадьям в бездну. Это было бы справедливо.

Мысли путаются, усталость накатывает всё сильнее. Стол и дверь превращаются в расплывчатое пятно.

Сама не замечаю, как сон принимает меня в свои объятия.





Глава 5.2


Просыпаюсь от того, что луч света бьёт прямо в глаза.

Я моргаю, пытаясь понять, где нахожусь. Несколько секунд в голове пустота, а потом я всё вспоминаю.

Резко выпрямляюсь в кресле, сердце ухает вниз.

Уже утро, но меня не выселили. Никто не пришёл.

Самое ужасное, я случайно уснула и… поворачиваю голову, холодок прокатывается по спине: дверь была не заперта всю ночь.

Я спала здесь, в нескольких шагах от Кайдена Флейма, будто беззащитная идиотка.

Подскакиваю на ноги, руками приглаживая форменную юбку, которая помялась.

Но почему меня не выгнали? Кайден не из тех, кто постесняется тревожить ректора среди ночи. Он бы самих Легенд потревожил, если бы ему было нужно, я уверена!

Я могла бы предположить, что он хотел развлечься с той девицей, которая вешалась на него, но её выгнали.

Вспоминаю полуголых дракорианок и становится противно. Самое интересное, одна из них – та самая блондинка, что вешалась на монстра – подружка Молли. Это они задирали меня в коридоре академии.

Я понимаю, что стала свидетельницей частной вечеринки, но почему-то именно девушки, а не парни, были раздеты почти догола. И девушкам нравилось происходящее.

И самое интересное, коменданта это вообще не заинтересовало и не возмутило, он даже внимания не обратил.

Ну да…

Дракорианцам можно всё. Тем более Кайдену и Зейлу. Когда я вчера увидела этого урода – братца Кая, я испугалась, что он вспомнит меня, но он не столь наблюдателен, как монстр. Даже странно, выходит, они не обсуждали меня между собой? Не обсуждали тот вечер?

Хотя чему удивляться? Наверняка они постоянно мучают, насилуют и убивают. Дракорианцы в принципе склонны к подобным вещам, они у них в крови. Стоит в очередной раз порадоваться, что я взяла от отца совсем немного.

Я понимаю, что нужно собираться на учёбу. Сегодня первый день занятий. И именно сегодня мне, как и остальным полукровкам, должны распечатать магию.

Как же волнительно! Я не позволю монстру испортить мне настроение. Поэтому нужно выкинуть Кайдена из головы. Какая разница, почему он меня вчера не выгнал? У меня есть дела поважнее, чем думать о мотивах его поступка.

Для начала надо бы привести себя в порядок. Бросаюсь к своему чемодану, быстро нахожу зубную щётку и иду к двери в ванную. Планировка здесь немного другая. Вход в ванную прямо из комнаты, а не из гостиной.

Я подхожу к двери, уже тянусь к ручке… и вдруг слышу сильный шум воды. Неужели кран сорвало?! Или что-то произошло?

Меня будто молнией ударяет. Сердце уходит в пятки. Ещё не хватало, чтобы сказали, будто я здесь что-то испортила. Ректор и так не сразу поверил, что я не сама пролила зелье у себя в комнате. Если ещё в этом жилище случится какая-то беда, мне точно несдобровать.

Паника толкает вперёд, я поспешно распахиваю дверь.

И замираю.

Передо мной Кайден. И он абсолютно голый, что естественно, ведь он моется.

Я вижу сильную, широкую спину, рельеф плеч. Капли текут по этим самым мускулистым плечам вниз. И мой взгляд по инерции следует за водой.

Я одёргиваю себя слишком поздно, когда успеваю увидеть слишком много.





Глава 5.3


Жар заливает лицо, будто меня окатили кипятком. Я хватаюсь за дверной косяк и сдавленно выдыхаю, отворачиваясь.

– О, Легенды… – шепчу одними губами.

Подаюсь назад и тихо, почти неслышно, прикрываю дверь.

Сердце таранит рёбра. В ушах грохочет кровь, ладони вспотели, колени дрожат.

Я видела голого монстра. Его жутко огромную спину и задницу! Будь проклята его задница! В пансионе я случайно пару раз видела полуголых парней. Но они тщедушные, тощие и совсем не похожи на Кайдена Флейма.

Я зажмуриваюсь, будто пытаясь стереть из памяти увиденное, но оно лишь ярче врезается в сознание.

Внезапно мне становится ещё хуже.

Мир переворачивается, тошнота подкатывает к горлу.

Потому что приходит ужасное понимание: ванная здесь общая.

Он вошёл оттуда из своей комнаты. Значит, планировка отличается сильнее, чем я думала. Не будь я в таком раздрае, могла бы и догадаться.

Кай не видел меня, потому что стоял спиной, но вдруг услышал?

Бежать!

Я хватаю приготовленную для занятий сумку, зубную щётку кидаю в неё же и бросаюсь прочь. Выбегаю в общую гостиную, преодолеваю её буквально в несколько прыжков, а затем выхожу внутрь.

Забудь. Забудь. Забудь!

Ты ничего не видела, Деви.

Комнаты Кайдена на самой вершине Пика, мне приходится спускаться вниз довольно долго. За это время я успеваю привести мысли в порядок и настроиться на новый день. Быстро забегаю в туалетную комнату, которую встречаю по пути, чтобы умыться и почистить зубы хотя бы здесь.

Спустя несколько минут я уже тороплюсь к Пику, где разместили полукровок. Мы с Лиан договорились встретиться утром, чтобы вместе пойти на занятия. Не хочу опаздывать.

Я подхожу вовремя, моя старая знакомая выходит и сразу же приветливо улыбается:

– Доброе утро! Как я сегодня чудесно спала, матрас такой мягкий, а подушки… просто сказка! В жизни так не высыпалась. Интересно, что дают на завтрак? Готова поспорить кормят лучше, чем в пансионе, и точно лучше, чем готовит моя бабка. Разогретая прокисшая каша – её коронное блюдо. А как тебе спалось, Деви? Наверное, ещё лучше, чем мне. В отдельных-то комнатах.

Лиан, закончив тараторить, толкает меня в бок и весело смеётся. Я улыбаюсь в ответ, чувствуя, что лёгкость подруги передаётся и мне. Моя нервозность потихоньку отступает.

Думаю, все полукровки сегодня необычайно счастливы. Да и я тоже. Лучше сосредоточиться на приятных вещах.

– Мне не повезло, кто-то подлил в комнату зелье, всё заволокло едким туманом, он пропитал жилище, так что пришлось временно ютиться в другом месте, – вздыхаю я. – Но ничего, скоро всё наладится.

Вспоминать вслух, где именно мне довелось переночевать я не спешу. В первую очередь, потому что мне самой от этого не по себе.

– Ты не пострадала? – Лиан от волнения немного заикается, у неё это с детства.

– Эй, неполноценные!

Поворачиваюсь и снова вижу знакомую мне троицу дракорианок. Молли буравит меня нечитаемым взглядом, а рыжая – туповатыми нас назвала именно она – смотрит с показным превосходством.

Что с ними не так, раз им нравится унижать тех, кто не может защититься?!

Мы почти подошли ко входу в столовую, а дракорианки стояли неподалёку, будто поджидая кого-то.

– Ну и что вы вылупились, дуры? – рыжая усмехается, проходясь по нам презрительным взглядом.

– Хватит, Амелия, – обрывает подругу Молли, а затем приближается к нам. – Смотрю, ты в добром здравии, кровомеска. Получила вчера привет?

– Это ты подлила зелье? – я начинаю закипать от злости и бессилия. – Что с тобой не так? Я ничего тебе не сделала.

– Деви, кто это? – Лиан придвигается ко мне ближе, хмуро глядя на дракорианок, а затем обращается к ним: – Что вам нужно?

– Нам нужно, чтобы вы – кровомесы – пришли на посвящение, – Молли смотрит прямо на меня. – И вчерашний подарок был предупреждением.





Глава 5.4


– Вообще не понимаю, как можно выделить кровомеске отдельные комнаты, а нас – дракорианок – селить по двое? – возмущается рыжая Амелия.

Кто бы сомневался…

Дракорианки обсудили между собой, что для меня – хоть и старосты, но жалкой кровомески – отдельные комнаты слишком шикарно. И в их головах сразу созрел план.

Они придумали, как показать мне, что могут подгадить, если я не послушаюсь их касательно посвящения. И заодно лишили того, чего мне, по их мнению, не полагалось.

– Деви вчера нам рассказала про посвящение, – произносит моя подруга Лиан. – Никто толком не понял, что это.

– Поэтому уходите. Мы не будем участвовать в посвящении, – добавляю я. – Почему вы просто не можете пройти мимо?

– Каждый адепт проходит посвящение, этой традиции уже лет двести, – Молли сужает глаза. – И в этом году мне впервые доверили организацию. И не позволю вам – вшивым кровомесам – испортить всё, выставив меня дурой и слабачкой. Я не войду в историю академии, как организатор, который не смог приструнить полукровок.

Я решаю, что нужно спрятать подальше неприязнь и действовать рационально. Молли явно беспокоится о своей репутации, значит, нужно её успокоить. Тогда есть шанс, что она отстанет.

– Но ведь посвящение наверняка только для дракорианцев. Разве кто-то осудит тебя за то, что ты избавила всех от нашего участия? – я пытаюсь воззвать к голову разума. – Все и так понимают, что мы другие. Разве кто-то сочтёт наше отсутствие твоей слабостью? Скорее наоборот – похвалят, что ты проявила благоразумие и не тратила силы на тех, кто не достоин.

Молли прищуривается, раздумывая.

Я делаю вид, что говорю совершенно искренне. Смотрю прямо в глаза, чуть склоняя голову, будто признаю её превосходство.

– Не выйдет, кровомеска, – произносит она наконец. – Не знаю, будет ли участвовать Кайден в качестве охотника, но его братья точно будут. Я не предстану в дурном свете. Тем более сегодня утром Ксандр спрашивал о том, будут ли кровомесы на посвящении.

Ксандр? Неужели так зовут того беловолосого парня, который вчера выкинул придурка Зейла из комнаты? У него пугающий, странный взгляд. Теперь я ещё сильнее не хочу участвовать в этом непонятном посвящении.

– Почему все так хотят угодить этому Кайдену? – бурчу я раздражённо.

Вопрос риторический. Он ведь будущий император, благодаря которому магия в принципе есть у всех нас.

– В смысле почему? – тянет рыжая Амелия, а затем хихикает. – Молли влюблена в Кая с первого курса. Она сделает всё, чтобы доставить вас на посвящение и угодить ему. Так что не выделывайтесь. Всё равно придёте.

– Заткнись, Амелия, – шипит Молли, выходя из себя.

М-да…

Рыжая явно умом не блещет. Выдала подружку с головой. Я впервые вижу, как Молли немного смущается, её щёки становятся розовыми, а глаза растерянными. В этот момент напускное высокомерие слетает с её лица.

Я вдруг вспоминаю, что видела вчера в комнате Кайдена.

Бросаю взгляд на блондинку Киару, которая всё это время стоит рядом, молчит в тряпочку и даже не смотрит на меня.

Ведь она вчера явно была в близких отношениях с Каем. И она знает, что я видела её.

Интересно, Молли в курсе, что, пока она сохнет по монстру, её подружка с ним спит?

– Насколько я знаю, Киара – новая девушка Кайдена, не так ли? – я широко улыбаюсь, наивно хлопая глазами. – Я вчера видела, что она выходила почти голая из его комнаты. Уверена, она замолвит за тебя словечко перед ним, Молли. Всё будет хорошо и без кровомесов на посвящении, вот увидишь!

Молли, выпучив глаза, поворачивается к Киаре. В стане врага назревает конфликт.





Глава 5.5.


– Кровомеска говорит правду? Ты была с Кайденом?

– Чтоооо? – блондинка делает круглые глаза и отрицательно мотает головой, в её глазах мелькает страх. – Она всё врёт, Молли. Что за глупость? Мы же подруги, как я могла?

– Ты вчера одела красивое бельё. Я спросила зачем? Ты сказала, что идёшь на свидание, – встревает рыжая Амелия. – Свидание было с Кайденом?

– А мне сказала, что не пойдёшь помогать нам с Амелией подливать зелье кровомеске, потому что будешь делать доклад по трансмутации… – Молли наступает на блондинку. – Ты соврала.

Мы с Лиан переглядываемся и быстро ретируемся, пока дракорианки выясняют отношения.

Последнее, что мы видим, Молли теряет самообладание и толкает блондинку.

Почти бегом мы с Лиан влетаем в столовую и облегчённо выдыхаем, когда шум ссоры остаётся за дверью.

– Будем надеяться, они друг другу волосы повыдирают, – фыркает Лиан. – Слышала? Молли подлила тебе зелье под дверь. Может, пожалуемся ректору?

Я неопределённо пожимаю плечами.

Какой смысл жаловаться, если я уже поняла, что всем на нас плевать. Вчера кто-то из полукровок рассказал, что по академии ходят слухи, будто нас приняли в академию в качестве эксперимента. Просто потому что у дракорианцев проблемы с магией.

С тех пор, как боги – жестокие драконы, которых зовут Легендами – покинули наш мир, магия понемногу начала угасать в каждом новом поколении дракорианцев.

Но как им поможет наше присутствие в академии? Загадка.

Отец на мои вопросы отвечать отказался, как обычно отмахнувшись, зато обещал светлое будущее.

Всё это очень подозрительно, но пока что, кроме мелких пакостей дракорианок, ничего страшного не произошло.

Мы с Лиан садимся за стол, и я бросаю короткий взгляд на счастливые лица полукровок. Девчонки уплетают свой завтрак, и вряд ли они когда-то чувствовали большую надежду на будущее, чем сейчас.

– Нам распечатают магию уже сегодня, – Лиан едва не подпрыгивает на месте от нетерпения.

– Жду не дождусь, – отвечаю ей в тон я.

Передо мной на белоснежных тарелках дымятся блюда, о которых раньше мы могли только мечтать.

Тёплый хрустящий хлеб с золотистой корочкой, мягкое сливочное масло, варенье из вишни и айвы. Запечённые яйца с ароматными травами, нежная овсянка с мёдом и орехами, кусочки запечённой тыквы, политые сладким сиропом. В больших кувшинах густой ягодный морс и молоко.

Я беру кусочек хлеба и намазываю на него масло. Оно тает от тепла, пропитывая мякиш.

Позволяю себе есть не торопясь. Сливочный вкус масла буквально растекается на языке, оставляя ощущение домашнего уюта, которого мне всегда так не хватало.

Лиан счастливо мурлычет, пробуя тыкву:

– О, Легенды, это просто волшебство. Вот, какая она настоящая магия!

Оторвавшись от еды, я бросаю взгляд на те столы, где сидят дракорианцы.

Кая не видно, зато его брат – мерзкий Зейл – ловит мой взгляд и игриво подмигивает. Меня будто кипятком ошпаривает.

– Деви, тот дракорианец флиртует с тобой? – восторженно шепчет Лиан. – Или это он мне подмигнул?

– Не смотри на него. Он чудовище, – бормочу я, переводя взгляд на тарелку.

– А выглядит милым.

– Внешность обманчива.

Мы с Лиан доедаем завтрак и встаём из-за стола. Выйдя в коридор, я приглаживаю юбку, поправляю ремешок на сумке и уже думаю о предстоящем занятии, когда вдруг за спиной раздаётся насмешливый голос:

– Привет, девчонки. Вы ведь первогодки. Может, вам тут всё показать? Или чем-то помочь?

Я оборачиваюсь и вижу Зейла. Его ухмылка наглая и слишком самоуверенная. У меня внутри всё сжимается от страха и отвращения.

– Убирайся отсюда, – выпаливаю я резко.

Он лишь шире ухмыляется в ответ, а Лиан дёргает меня за рукав и виновато улыбается, обращаясь к Зейлу:

– Прости мою подругу. Она просто нервничает… ведь сегодня нам должны распечатать магию.

– А, понимаю, – Зейл склоняет голову набок, рассматривая нас с ленивым интересом. – Волнительный день, ничего не скажешь.

Вряд ли он действительно понимает, что мы чувствуем.

Полукровкам запечатывают магию, едва она проявляет себя. Потому что считается, что наша сила нестабильна и опасна для окружающих.

Дракорианцы же получают магию и крылья в четырнадцать. Их учат пользоваться своими способностями. Годы тренировок, наставники, древние практики – это всё помогает чистокровным.

– Лиан, пойдём, – я тяну Лиан за руку, но подруга шепчет почти неслышно, слегка краснея:

– Подожди…

– Кстати, вы ведь придёте на посвящение? – голос Зейла вздрагивает от любопытства. – Говорят, оно будет незабываемым.

– Честно говоря, мы толком не знаем, что такое посвящение, – смущённо улыбается Лиан, незаметно отпихивая мою руку.

– Так я вам сейчас всё объясню, – Зейл делает шаг ближе к нам.





Глава 5.6


– Посвящение будет сегодня ночью. Это весело. Оно проходит в лесу неподалёку, – Зейл указывает в окно, за которым вдалеке и правда виднеется лес.

Деревья там высокие, кроны переплетаются так густо, что сквозь них почти не пробивается свет.

– Первокурсники должны преодолеть лес, а старшекурсники поймать первогодок, вот и всё, – заканчивает Зейл.

– А что будет, если нас поймают? – робко спрашивает Лиан.

Зейл переводит на неё хищный взгляд:

– Тогда первокурсник станет рабом старшекурсника-охотника на месяц.

– Рабом?! Что это за ерунда? – возмущённо шиплю я. – Я слышала, что говорила Молли. Нам не пройти посвящение, потому что у нас нет крыльев. Хватит пытаться втянуть нас в неприятности. Как староста – я против подобных неофициальных мероприятий.

Зейл смотрит на Лиан, нисколько не обращая внимание на мои возражения.

– Вам сегодня распечатают магию, – произносит гад.

Лиан не отводит глаз, принимая его поведение за интерес красивого парня:

– Нужно время, чтобы научиться летать и освоить магию. Вы – дракорианцы – учитесь этому почти всю жизнь, а мы пока не готовы.

– Значит, струсила? – подначивает он мою подругу. – Если боишься, я могу помочь. Учти, некоторые увлекаются ролью «охотника», и порой жертва может пострадать.

– Убирайся, иначе я буду жаловаться, – выпаливаю я, вставая между Лиан и Зейлом.

Я чувствую острое болезненное желание защитить подругу. Крики Аэллы звенят у меня в ушах, я не могу допустить, чтобы подобное повторилось.

Зейл фыркает:

– Какая же ты… зануда. Если передумаешь, обращайся, красотка, – он подмигивает Лиан, а затем разворачивается и идёт прочь.

Зейл хотел назвать меня жалкой кровомеской, или кем-то вроде этого, но сдержался. Видимо, пытался произвести впечатление на мою подругу. Не нравится мне всё это. Его повышенный интерес неспроста.

Лиан резко разворачивается ко мне, её лицо пылает от досады.

– Зачем ты так, Деви?! Я ему понравилась! Ты всё испортила!

– Он чудовище, Лиан. Он изнасиловал девушку. Я это точно знаю.

Лиан сглатывает, её плечи резко опускаются, а в глазах отражается смесь шока и растерянности. Она будто не знает, куда себя деть. Её взгляд то цепляется за удаляющуюся спину Зейла, то падает на меня. Словно Лиан стыдно за то, что секунду назад она вообще могла видеть в Зейле что-то милое.

– Я… я и предположить не могла, – выдыхает она почти неслышно, а затем добавляет несмело: – Ты уверена?

– Конечно. Иначе не стала бы так говорить. Обещай держаться от него подальше, Зейл тот ещё урод.

– Да, Деви. Проклятье…

Мы продолжаем путь в неловком молчании.

Как хорошо, что удалось отделаться от Молли и её требований. Зейл сказал, что посвящение сегодня ночью… оно точно пройдёт без полукровок. Как староста в этом клянусь.

Если даже этот придурок Зейл сказал, что нас могут покалечить, страшно представить, что там творится на самом деле.

Ещё и можно стать чьи-то рабом, если тебя поймают. Жуть какая…

У дракорианцев извращённые традиции. Их жестокость постоянно ищет выходы и в итоге выливается вот в такие неприглядные вещи.

Я тяжело вздыхаю, вспоминая сестру.

Аэлла в больнице для душевнобольных почти десять месяцев. После того случая, она будто погрузилась в себя. Перестала сама есть, пить и разговаривать. Мир перестал для неё существовать.

Иногда она бессмысленно улыбается, но в основном просто смотрит в одну точку.

Я сглатываю комок слёз, вставший в горле.

Моя учёба в Пиках – возможность в будущем помочь сестре. Я смогу устроиться на нормальную работу и подыскать ей хорошего лекаря. Ждать долго – целых пять лет учёбы, но хоть какой-то шанс. Если буду жить дальше с матерью, работать за небольшую плату и содержать сестёр с братом, накопить не выйдет.

Мы с Лиан входим в кабинет – просторное светлое помещение с рядами аккуратных парт и высоким сводчатым потолком. Едва заметно пахнет свежей бумагой.

Почти все места уже заняты девушками-полукровками, и их лица светятся радостью и любопытством. Они перешёптываются, кто-то тихо смеётся.

Мы находим свободные места рядом друг с другом и садимся. Моё сердце сжимается с волнением и предвкушением одновременно.

Скоро нам распечатают магию.

Я невольно вспоминаю, как Молли и её подружки издевались надо мной. Как она влепила мне пощёчину…

Будь у меня магия, я бы не позволила так с собой обращаться. Ответила бы.

В этот момент дверь открывается, и в комнату заходит женщина лет сорока пяти. Она красивая, ухоженная, с короткими чёрными волосами и сияющей улыбкой.

– Меня зовут Селеста Эйвери. Я ваш куратор. И как же я рада видеть вас всех здесь, – произносит она тёплым ласковым голосом. – Надеюсь, вы уже успели устроиться и вам всё понравилось.

– Да! – разом отзываются девчонки почти хором.

По залу пробегают радостные перешептывания.

– Вот и прекрасно, мои милые, – женщина смотрит на нас так, словно обнимает всех взглядом. – Наверное, у вас много вопросов. К примеру, почему в Кристальные Пики были приглашены только девушки? Всё просто. Вы станете невестами дракорианцев-аристоркратов.

Селеста широко улыбается.

Девчонки сначала застывают, переваривая услышанное, а потом начинаются тихонько шептаться.

У кого-то глаза загораются восторгом. Пара девушек переглядывается, смущённо хихикая.

Некоторые стараются сохранять серьёзное выражение лица, но в уголках губ всё равно проступают робкие, едва заметные улыбки.

У меня складывается ощущение, что только я чувствую подвох.

– Невестами? – переспрашиваю я с подозрением. – Но ведь дракорианцы нас ненавидят и презирают.

Селеста переводит на меня внимательный острый взгляд.





Глава 6


– Как тебя зовут, милая? – мягко интересуется мисс Эйвери, склонив голову набок.

– Деви Морр, – отвечаю я, чувствуя, некоторую неловкость от того, что привлекла к себе внимание.

– О, я слышала о тебе, Деви Морр, – женщина чуть шире улыбается. – Ты дочь Грэма Морра, не так ли?

– Да.

– Я помню, что у тебя очень высокий уровень магии. Ты большая молодец.

– Эээ… спасибо, – отвечаю я, чувствуя, как румянец трогает щёки.

На самом деле, не думаю, что уровнем магии можно гордиться. Он не зависит от моих усилий, мои заслуги тут ни при чём. Это врождённое.

– Дракорианцы просто плохо вас знают. Их с детства учат избегать полукровок. – продолжает Селеста всё тем же ласковым голосом. – Нам всем нужно узнать друг друга получше. Вы согласны?

– Да!

– Согласны!

Когда наш куратор отворачивается к другим девушкам, я склоняюсь к Лиан и шепчу:

– Какое-то всеобщее помешательство. И эта Селеста Эйвери немного странная. Дракорианцы же нас считают зверьём, а она говорит, будто это просто какое-то недоразумение, которое легко разрешить.

– Ты очень подозрительна ко всему, Деви. – шепчет в ответ подруга. – Давай просто послушаем мисс Эйвери, ладно? Ей виднее.

Я отстраняюсь, слегка уязвленная.

Разве я действительно слишком подозрительная?

Может быть, да. Но ведь я хорошо знаю, на что способны дракорианцы. Отец всю жизнь презирал меня, над моей сестрой надругались. Но разве у других полукровок не было похожих историй?

У каждой девушки в этом зале незавидная судьба.

Отчасти, наверное, поэтому обещания красивой жизни застилают девчонкам глаза. Они достаточно натерпелись и теперь предпочитают смотреть только на ту радужную картинку, что им рисуют, не замечая грязи под ногами.

А ещё эта Селеста Эйвери… она слишком располагает к себе для дракорианки.

Её голос тёплый, улыбка мягкая, а взгляд как у матери, готовой обнять и защитить. Невольно хочется поверить ей. Остаться в иллюзии тепла и безопасности, которые она предлагает.

Но я слишком хорошо знаю цену таким словам.

Делаю глубокий вдох.

Ну почему, когда другие наслаждаются, я ищу во всём что-то дурное?

Нужно просто расспросить Селесту подробнее и успокоиться.

– Мисс Эйвери, – я решительно поднимаю руку.

– Спрашивай, Деви. Я уже вижу, что не зря ректор сделал тебя старостой, а я одобрила. Ты очень умная и любознательная девочка.

Снова комплимент. Она щедра на них.

– Много сотен лет полукровки считались опасными. Нашу магию запечатывали из-за нестабильности. Что теперь изменилось?

– Всё просто. Грядут перемены. Не секрет, что четыреста лет назад Легенды покинули наш мир. С тех пор наши арканы… – мисс Эйвери с печалью в голосе касается груди. – Наши арканы слабнут, вместе с магией. Мы – дракорианцы – вырождаемся, говоря простым языком.

– Но ведь теперь магия всех дракорианцев, и даже запечатанная магия полукровок зависит от императора, – какая-то незнакомая мне девушка встревает в разговор. – С императором что-то не так?

Девушка, которая осмелилась вступить в разговор, высокая и широкоплечая брюнетка. Её чёлка длинная и падает на лоб, придавая лицу упрямый вид. Сами черты лица грубоваты – резкий подбородок, высокие скулы, но при этом она красивая по-своему, какой-то дикой, неотёсанной привлекательностью.

В отличие от других, она не источает восторг и надежду. Наоборот, смотрит прямо и с холодной настороженностью.

– Как вас зовут? – вежливо спрашивает мисс Эйвери.

– Дария Торн, – представляется девушка, глядя на куратора исподлобья.

– Мисс Торн, будьте осторожны, – улыбается Селеста. – Нельзя сомневаться в будущем императоре. Он – наш бог и единственный, благодаря кому мы существуем.

Она говорит о Кае. У меня в голове не укладывается, что такой монстр может быть тем, кому мы должны поклоняться. Он – воплощение порока и зла.

– Благодаря Кайдену Флейму существуют дракорианцы, – бурчит Дария, складывая руки на груди. – Я хоть и полукровка, но была бы не прочь стать человеком. Мне лишь не нравится, что людей угнетают, в то время, как дракорианцы пользуются всеми благами. Чем они лучше? Тем, что сильнее? Почему людей считают плохими?

– О, дитя моё, – мисс Эйвери мягко качает головой. – Люди не плохи… они просто слабы. Их век короток, силы ограниченны, и без нас они бы по-прежнему копались в грязи, болели и умирали от простейших недугов.

Селеста смотрит на всех нас пронизывающим до самых костей взглядом.

– Дракорианцы – высшие хищники этого мира. Дети Богов-Легенд. Мы – те, кто поддерживает равновесие. Наши предки подарили этому миру прогресс, излечили болезни, дали надежду и будущее, которого иначе не было бы. А люди… – мисс Эйвери вздыхает с печалью. – Они словно хрупкие растения, способные сломаться от малейшего дуновения ветерка. У них нет той великой души, что дана дракорианцам. Нет той силы, что нам дали Легенды – наши прародители. Люди словно наше бледное отражение.

Я бросаю быстрый взгляд на девчонок, но моего негодования никто не разделяет.

В семье я одна полукровка. Аэлла и остальные малыши обычные люди без примести магической крови. И я никогда не замечала, чтобы мы чем-то отличались, исключая магию.

– Вы сказали, что дракорианцы вырождаются. Но чем поможем мы? При чём тут невесты? – вырывается у меня.

– О, милая, ваша магия потому и запечатывалась веками – зачастую она слишком необузданная и сильная. Её сложно контролировать. Но мы провели тщательный отбор. Вы – самые стабильные из многих полукровок, что мы отсмотрели.

Звучит так, словно мы скот. Мой взгляд невольно падает на Дарию Торн, и она в ответ дёргает уголком губы мрачно усмехаясь. Кажется, она единственная разделяет мои опасения.

– Мы особенные, ясно же сразу! – выпаливает какая-то блондинка, ёрзая на стуле. – Мисс Эйвери, расскажите про невест? Давайте лучше обсудим самое интересное.

Мне тоже любопытно, что это значит, но кажется совсем в другом смысле. Я подозреваю нечто неприятное.

Селеста улыбается, разводя в стороны руки. Её лицо лучится искренней радостью:

– Вы – наше спасение. Юные красавицы, которые станут невестами будущих выпускников Кристальных Пик и подарят им наследников. Ведь многие дракорианки, увы, бесплодны. Легенды оставили нас, но мы пытаемся найти выход.

Она делает паузу прежде чем продолжить. Даёт нам переварить услышанное.

– Но есть условия. Строгие условия. – продолжает наконец Селеста, обводя нас взглядом. – Вам уже говорили: никаких связей с дракорианцами. Никакой близости, пока это не будет дозволено. Помните?

– Но разве дети не рождаются после… близости? – раздаётся чей-то робкий голос.

За ним следует хихиканье других девушек. А у меня просто волосы на голове дыбом встают от того, что мы обсуждаем.

– Ваши пары будут отобраны особым образом, – произносит Селеста, её голос всё так же ласков и певуч. – Это не прихоть, а необходимость. Своего рода… селекция. Чтобы союз был безупречен, чтобы арканы новорождённых были сильными, чтобы мир получил самых сильных наследников дракорианцев. Понимаете, о чём я?

– То есть я должна буду раздвинуть ноги перед тем, на кого вы мне укажете? – Дария вскакивает из-за стола, с неприязнью глядя на мисс Эйвери. – Я на такое не подписывалась, понятно вам?!

Селеста прищуривается. Её прежде добрый взгляд становится суровым.





Глава 6.2


Я замечаю секундное изменение лица мисс Эйвери, но оно быстро становится прежним – доброжелательным и участливым.

Она делает пару шагов вперёд и замирает возле Дарии.

– О, дитя моё, никто не собирается заставлять тебя делать то, к чему ты не готова. У каждой из вас будет выбор. Мы лишь направим, но решение всегда за вами.

По большому залу ползёт одобрительный ропот. Но Дария явно потеряла последние крохи доверия к мисс Эйвери и академии.

– Я на такое не подписывалась, – повторяет она. – Не для меня подобные выкрутасы, ясно?

– Вы все подписали договор с академией, – улыбается мисс Эйвери. – В нём говорилось, что вы обязуетесь участвовать во всех программах обучения, которые необходимы полукровкам.

– Это не слишком похоже на программу обучения, – встреваю я.

– Но называется именно так. И потом… сейчас ещё рано говорить о деторождении. Ваш приём в Академию экспериментальный. Для начала мы распечатаем вашу магию, вы научитесь владеть ею. А уж потом… потом придёт время для других разговоров.

– А если кто-то захочет уйти? – Дария всё ещё стоит, уперевшись руками в стол.

– Боюсь, это возможно лишь после окончания учебного года. Я взяла ответственность за каждую из вас, милые.

– Дерьмо, – грубо ругается Дария и плюхается на своё место.

Я вижу, что многие девушки не одобряют её вызывающего поведения. Я знаю о чём они думают.

Для большинства построить отношения с дракорианцем – это мечта. Даже если он не аристократ, у него почти наверняка есть хорошая работа, дом, средства, статус. Многие полукровки, привыкшие к тяжёлому труду, готовы согласиться хотя бы на роль любовницы, лишь бы облегчить своё существование.

Так поступила и моя мать – завела отношения с Грэмом Морром, моим отцом. Она родила меня, возможно, надеясь, что он будет помогать. Возьмёт нас под своё крыло. Вышло иначе, как оно частенько бывает.

А слова мисс Эйвери звучат почти как чудо. Нам прямым текстом предлагают стать невестами кого-то из учеников Кристальных Пик – элиту среди дракорианцев.

– Предлагаю начать процедуру распечатывания магии, – мисс Эйвери делает приглашающий жест – Мисс Морр, не поможете мне, как староста?

– Конечно, – я встаю с места.

Как бы там ни было, уйти мы пока что не можем, а магия пригодится. С ней мы все будем чувствовать себя увереннее.

Я подхожу к преподавательскому столу. На нём стоит странное устройство, похожее на изящную шкатулку с кристаллом в центре. Из него с тихим щелчком выскальзывает игла, стоит нажать на кнопку сбоку.

Мисс Эйвери вызывает девушек по очереди.

Я беру шкатулку в руку, и каждый раз, когда очередная адептка протягивает ладонь, делаю небольшой укол. Капля крови падает на кристалл, тот вспыхивает коротким сиянием, и мисс Эйвери что-то быстро записывает в толстый журнал.

Наконец, когда последняя из полукровок садится, и мисс Эйвери поднимает взгляд.

– Теперь вы, мисс Морр. – она делает приглашающий жест в мою сторону, и сама лично берёт шкатулку.

Я глубоко вздыхаю и протягиваю ладонь. Игла легко прокалывает кожу, и почему-то кристалл вспыхивает ярче, чем у всех остальных.

У меня на пару мгновений слепит глаза, по залу проносится ропот девушек. Они не понимают, что происходит.

– Хм, – произносит Селеста. – Очень интересно… и очень необычно.

Она смотрит прямо на меня, словно пытается залезть мне под кожу. Мисс Эйвери больше не похожа на добрую милую учительницу. Скорее на цепкую гончую.

– С вашей магией что-то не так. Как и с вами, мисс Морр, – произносит она.

– Простите? – вырывается у меня обеспокоенное.

– Оставьте-ка нас все, – обращается Селеста к остальным девушкам. – У вас есть расписание, следуйте ему. Ваша магия распечатана и проявит себя в ближайшие сутки. Мы наложили небольшое ограничение, чтобы избежать типичных для полукровок срывов. Оно будет снято в ближайший месяц, как только я смогу убедиться, что вы в состоянии контролировать себя и проблем не будет. И ещё… милые… – голос мисс Эйвери становится особенно сладким. – Ваше примерное поведение и уважение к окружающим – залог вашего блестящего будущего. Помните об этом. Не встревайте в конфликты. Отнеситесь с понимаем к тому, что вам могут быть не все рады. Я жду от вас благоразумия. Потому что, если будут проблемы – придётся решать их радикальным способом.

Выходит, мы должны терпеть издевки дракорианцев. В случае чего виноваты будем мы. Впрочем, я так и думала, что нас никто не защитит, всё вполне логично.

Зато мои однокурсницы нисколько не смущены словами Селесты. Наоборот, они явно довольны. У многих такие лица, будто они выиграли приз.

– Да, мисс Эйвери.

– Мы не подведём, мисс Эйвери.

– Спасибо вам!

Девушки благодарят куратора, вставая с мест и направляясь к выходу.

Когда дверь закрывается за последней девушкой, в помещении становится слишком тихо.

Я слышу только собственное дыхание и мягкий скрип пера – мисс Эйвери делает последнюю пометку в журнале.

Она поднимает голову, её взгляд снова задерживается на мне.

– Любопытно, – слегка прищуривается она. – Подойдите ближе, мисс Морр.

Делаю шаг вперёд, замирая на месте.

Духи Селесты сладкие и тягучие, они отдают жасмином и чем-то дорогим, терпким. Я стою возле неё уже долго, и от этого запаха у меня слегка кружится голова.

– Ваш отец сказал, что вы особенная, – произносит Селеста задумчиво. – Лучшая в пансионе. Ответственная. Заботитесь о других. Но возможно в вас есть ещё кое-что.

– Спасибо, мисс Эйвери. Но я не понимаю о чём вы.

Она откидывается на спинку кресла, её улыбка становится шире, а мне от происходящего лишь тревожнее.





Глава 6.3


– Знаете, мы ведь присмотрели вас ещё в пятнадцатилетнем возрасте, мисс Морр. Ваша магия была сильной с момента пробуждения.

– Вы… так давно следили за нами? Или только за мной? – в моём голосе сквозит подозрение и волнение, я просто не в силах их скрыть.

– О, милая. – смех мисс Эйвери тихий. – Этот проект длится годы. Конечно, мы подбирали кандидаток много лет. А чего нам стоило создать ограничитель, который стабилизирует вас сейчас… – Селеста делает паузу и наклоняется вперёд, я начинаю чувствовать аромат её духов ещё сильнее, желудок сжимается в протестующем спазме. – Но дело не в этом. Хоть ваша магия и была всегда сильной, но всё же сейчас она стала ещё более выдающейся. Это нетипично. Скажите, на вашем теле не появлялись странные знаки?

Моё сердце пропускает удар. Перед глазами встаёт воспоминание: едва заметные линии, что недавно проступили на ключице. Откуда она знает?!

Я чувствую, как кровь приливает к щекам, но быстро качаю головой.

– Нет.

Сладкие речи Селесты не вызывают доверия. Не хочу быть с ней откровенной.

– Отлично. Это могла быть метка истинности. Она создала бы проблемы. А я не люблю проблемы.

Охотно верю. И даже не хочу знать, как она их решает.

Но метка истинности… грудь сдавливает. Неужели я видела именно её? Я стала чьей-то истинной парой?

– У полукровок не может быть истинности, – вырывается у меня. – Это слишком редкое явление даже у дракорианцев после исчезновения Богов.

– С чего вы взяли, что не может быть? – мисс Эйвери задумчиво буравит взглядом стену над моей головой. – Без Легенд мы словно слепые котята. Идём куда-то наощупь, пытаясь хоть немного понять сущность бытия.

Селеста внезапно отмирает, её взгляд становится более осмысленным.

– Вы интересный экземпляр, мисс Морр. Не переживайте, будете у меня на особом контроле. Я наложу дополнительные ограничения. Мы будем внимательно наблюдать, чтобы вы справлялись с магией.

Почему её слова не успокаивают, а пугают. Я не хочу быть на особом контроле.

– Благодарю, – выдавливаю из себя вежливую улыбку.

Не хочу, чтобы она заподозрила неладное.

– Раз с вами мы всё прояснили, хочу попросить вас ещё кое о чём, Деви, – моё имя она произносит особым, доверительным тоном.

– Слушаю, госпожа куратор.

– Вы будете моими глазами и ушами, – мягко, почти шепотом произносит Селеста. – И тогда я не останусь в долгу.

Её взгляд становится липким, обволакивающим.

– У вас уже есть отдельные комнаты, особое положение. Вы ведь чувствуете себя особенной не так ли?

– Чувствую, – откликаюсь я.

Правда имею в виду немного другой смысл.

– И… я знаю о вашей ситуации в семье. Если будете лояльной, я помогу вашим младшим сёстрам и брату. Устрою их в хорошую школу, помогу с жильём в хорошем квартале. Ваш отец – Грэм – не сильно помогает, правда ведь? Он суровый, я уверена, вам с ним несладко.

Я замираю, не веря собственным ушам. Селеста Эйвери и правда так хорошо изучила каждую из нас?

Следующая фраза обрушивается, словно ледяной шквал. Грудь покрывается изморозью.

– Ваша старшая сестра… она чем-то больна, не так ли?

– Да, Аэлла нездорова. Психически куда больше, чем телесно, – хриплым голосом отвечаю я.

– Какой ужас, – выдыхает Селеста с показным сочувствием, чуть склоняя голову набок. – Я искренне вам сочувствую. Но я могу помочь и ей. Если вы будете хорошей старостой. Будете следить за всем. Понимаете, о чём я, Деви?

– Хотите, чтобы я следила за однокурсниками?

Я проглатываю слово «шпионила», хотя оно вертится на кончике языка.

– Именно так. Должен быть порядок. Адептки должны быть послушны. И они должны выказывать почтение и быть довольными тем, что им дают. Я не потерплю неуважения. Понимаете, о чём я?

– Понимаю, мисс Эйвери, – отвечаю я ровно, но внутри всё протестует.

Каждое слово её будто всё сильнее затягивает на шее невидимую удавку. Я не стукачка. Просто не могу быть такой.

Но… что, если она действительно может помочь Аэлле?

И вдруг меня пронзает догадка.

Они выбрали меня старостой в том числе потому, что знали, на что давить. Знали, чем шантажировать.

Для дракорианцев это так же естественно, как дышать. Они сжирают слабых, бьют по больным местам, давят на страхи.

Я чувствую, как сердце в груди сжимается всё сильнее.

– Вы мне нравитесь, Деви, – улыбается Селеста. – Люблю разумных девушек. Мы поладим, я уверена.

– Я могу идти? – мой голос почти срывается от эмоций, бушующих внутри.

Мне плевать как это выглядит.

Не могу больше притворяться.

Меня физически тошнит не только от духов Селесты, но и от неё самой.

– Конечно, милая. Удачного дня, – мисс Эйвери уже склонилась к своим бумагам, едва обращая на меня внимание.

– И вам, мисс Эйвери.

Я выхожу в коридор академии, затворяя за собой дверь. Глубоко вдыхаю, и невидимая удавка на шее наконец ослабевает.

В голове пульсирует безумная мысль: что если Кайден Флейм искал метку истинности? Это объяснило бы его странное поведение. Но он не нашёл её и успокоился.

Быть истинной самого бога-императора… колючие мурашки ужаса ползут по коже. Судьба не может быть столь жестока со мной.

Нет. Не нужно забивать этим голову.

Для собственного спокойствия я просто должна узнать, что у Кая нет никакой метки. Так и сделаю, если будет возможность.

***

Девочки, вдруг кто-то не видел, у меня сейчас выходит ещё одна книга



Скандальная история старой жены





Двенадцать лет брака закончились скандальным разбирательством и разводом. Меня обвиняют в связи с восемнадцатилетним воспитанником – племянником мужа, которого я растила.



Я опозорена, моё имя полощут на каждом углу столицы, а за душой ни гроша.



Жестокий супруг – Верховный Маршал Империи Драконов – готовится к разводу, а подросшие воспитанники, отворачиваются от меня, очерняя.



Я возвращаюсь в родные края, надеясь найти способ выяснить, зачем близкие предали меня. Но вместо некогда богатых угодий меня встречают больной отец, разруха и враги на пороге, жаждущие отнять земли, много поколений принадлежащие нашей семье.



И супруг, с которым мы всё ещё в процессе развода, внезапно появляется неподалёку, подозревая меня в интригах и заговоре.



Чтобы выжить и сохранить самое дорогое, я готова бороться хоть со всем миром, чего бы мне это ни стоило.



❤️ властный герой



❤️ деятельная и импульсивная героиня



❤️ истинная пара



❤️ от ненависти до любви, очень эмоционально



❤️ борьба с предрассудками



❤️ семейные драмы



ЧИТАТЬ





Глава 7


Я поворачиваю голову и вижу Лиан, стоящую неподалёку. Она оживлённо жестикулирует, смеётся, а вокруг неё уже собрались несколько девчонок.

Они щебечут о том, что теперь у них есть магия, что они почти как настоящие дракорианки. В их голосах столько восторга, будто сам факт обладания силой уже делает их особенными.

Наверное, так и есть. Мы особенные. Но хорошо ли это?

Чуть в стороне стоит Дария. Хмурая, отрешённая, она словно чужая даже среди полукровок. Девушка не вмешивается в разговоры, не радуется, лишь наблюдает.

Наши взгляды встречаются. Я киваю ей с лёгкой улыбкой.

Дария молчит, её глаза буравят меня, будто пытаются проверить на прочность. Несколько секунд она просто сверлит меня взглядом, и я уже готова отвести глаза, думая, что она настроена недружелюбно, но вдруг она коротко кивает в ответ.

Я чувствую маленькую победу. Мне нравится Дария. Она простая и прямолинейная. А ещё сильная – она сказала Селесте Эйвери то, что я не смогла, будучи слишком осторожной.

Я думаю, что стоит попробовать подружиться с ней. Возможно, именно такая подруга мне сейчас нужнее всего. Но позже… сейчас она слишком закрыта. Думаю, лучше на неё не давить.

Делаю несколько шагов по направлению к Лиан и девчонкам, нацепляя такую же счастливую маску.

– Ну что, пойдём на занятия? – спрашиваю я.

Мы обмениваемся парой фраз, я убеждаю других полукровок, что ничего с моей магией такого страшного не случилось, а затем мы весёлой гурьбой спешим учиться. Познавать новый и такой волнительный мир.

В разговорах несколько раз проскальзывает посвящение. Я лишний раз убеждаюсь, что все девушки против того, чтобы присутствовать на нём.

Занятия проходят невероятно интересно. Особенно меня увлекают высшие аспекты стихий магии. Сейчас нам доступны лишь два аспекта – огонь и тень, но четыреста лет назад всё было иначе.

В те времена, когда Семеро Легенд правили Андраксией, дракорианцы принадлежали доменам.

Огненный, ледяной, кристальный, грозовой, теневой, песчаный и ядовитый.

Когда самый жестокий из Легенд – Моргалис Велдракар Ноксиум – прародитель теневого домена, решил уничтожить собратьев, его смогли остановить двое. Медея Найт и Майрок Флейм – предки ненавистного мне Кайдена.

Они, будучи смертными, объединились с последними выжившими Легендами и спасли Андраксию от зла.

С тех пор мы потеряли большую часть магии. Осталась лишь теневая и огненная. Домены были распущены.

И мне теперь предстоит научиться пользоваться огненным и теневым аспектами магии.

И крылья…

Не могу поверить, что смогу обрести и их.

После занятий, в обед мы приходим в столовую. Лиан тараторит, едва не захлёбываясь от переполняющих её эмоций.

– Видела, Деви? Ты видела? Я смогла сотворить простой огненный шар. Пока маленький, но что дальше-то будет!

– Видела, ты молодец, – улыбаюсь я.

– У тебя тоже скоро получится, я уверена, – подбадривает меня подруга, плюхаясь на стул рядом со мной.

У меня и правда вышла лишь тусклая искра, но я не расстроилась. Думаю, виноваты ограничения, которые наложила мисс Эйвери. Со временем всё устаканится. Главное, решить один вопрос, который терзает меня с самого утра…

Мой взгляд снова скользит по залу. Я ищу Кая, чувствуя, как волнение всё сильнее сдавливает горло.

Его нет.

Сама не понимаю, что чувствую – облегчение или разочарование?

Зато в огромном обеденном зале сидят мерзкий Зейл и Ксандр. Девчонки уже рассказали, что он тоже кузен Кая.

– Зейл смотрит, – бормочет Лиан смущённо.

Я вижу, что несмотря на наш разговор о том, какой Зейл мерзавец, он всё ещё волнует мою подругу.

– Не пялься на него, может отстанет, – откликаюсь я.

– Ты права, – Лиан встаёт с места. – Пойду принесу чаю. Будешь?

– Нет, спасибо.

Я ем, наслаждаясь густым грибным супом, тарелка пустеет, время идёт. Вдруг понимаю, что Лиан долго не возвращается. Поворачиваю голову и вижу, что Зейл снова разговаривает с ней. На этот раз без меня.

Хочу встать и броситься к подруге. Он опять донимает её?!

Но вижу, что Лиан справляется сама. Она убирает руку Зейла, который пытается приобнять её за плечи, говорит ему что-то с крайне решительным выражением лица, а затем разворачивается и идёт обратно, держа кружку с чаем в руке.

Меня съедает тревога, поэтому едва подруга опускается на стул, я сразу же спрашиваю:

– Что ему было нужно, Лиан? Он приставал?

Она делает глоток чая. Её взгляд упрямый, но сама она выглядит, как хорохорящейся птенец, который едва спасся из лап хищника.

– Снова завёл разговор про посвящение. Я его послала подальше, – фыркает подруга.

– Ты молодец. А дракорианцы… пристали с этим посвящением. Сказали же, что не придём, – закатываю глаза я.

– Зейл почему-то уверен, что придём.

Уж не задумали ли они что-то? Молли к нам больше не подходила. Да и на обеде её нет.

Как и Кайдена…

Мысли снова возвращаются к нему.

Почему ректор до сих пор не выселил меня из его комнат?!

Чего тянуть… нужно самой сходить и спросить, как же мне быть.

– Мне нужно в ректорат, – встаю я места и беру сумку.

– Деви, ты хоть доешь, – Лиан поднимает на меня удивлённый взгляд.

– Не могу. Я тебе кое-что не рассказала. Меня поселили в комнаты к Кайдену Флейму.

– Чтооо? – ошарашенные глаза подруги блестят от неверия. – Когда ты сказала, что переночевала где-то, я думала тебе выделили комнату в преподавательском крыле.

– Сказали, что временно поживу у Кайдена, – закусываю от досады губу. – Но мне там не нравится. Да и сам Кайден не рад мне. Думаю, он уже сказал ректору всё, что думает об этом. Нужно лишь уточнить, где я буду ночевать.

– Э-мм, ладно, – Лиан ставит кружку на стол. – Сходить с тобой?

– Я сама. Встретимся позже, хорошо? Я загляну к вам в гостиную. Сделаем вместе домашнее задание?

Договорившись с подругой о встрече, я иду в кабинет к ректору. На удивление после пары вопросов, секретарь пропускает меня к мистеру Остмарку.

Я захожу в кабинет. Ректор сидит в массивном кресле, задумчиво перебирая бумаги. Его взгляд поднимается на меня, холодный и чуть усталый.

– Что вы хотели, мисс Морр?

Я сглатываю и стараюсь говорить спокойно:

– Наверное, Кайден уже сказал вам, что он недоволен тем, что я живу в его комнатах. Поэтому я просто хотела уточнить… куда же меня поселят? Где мне ночевать, пока моё жилище не придёт в норму?

Ректор поднимает брови, и в его голосе слышится недовольство:

– Никто мне ничего не говорил. Согласно уставу, вы можете жить только в комнатах для старост. Не отвлекайте меня глупостями, мисс Морр. – Он резко кладёт перо, и я чувствую, как в кабинете становится на пару градусов холоднее. – Надеюсь, впредь вы не будете приходить по таким пустякам. Иначе я прикажу секретарю не пускать вас, несмотря на то, что вы староста.

Щёки вспыхивают от несправедливого выговора. Я опускаю глаза, но нахожу в себе силы возразить:

– Но, мистер Остмарк, я девушка, а он парень… Разве это нормально, что мы живём одни? – Последние слова срываются тише, и я почти шепчу: – Даже ванная у нас одна на двоих.

– Так составьте расписание посещения ванной комнаты. Это всего на пару недель, – раздражённо отвечает ректор.

– Пару недель? Но вы же раньше говорили, что пару дней!

В первое мгновение меня окутывает растерянностью, но она быстро трансформируется в самый настоящий ужас.

Пара недель с Кайденом Флеймом под боком? Я и пару ночей-то думала не протяну.

– Это было сказано навскидку. Сейчас комнату проверили и вердикт именно таков. – отмахивается Остмарк, а потом голос ректора становится ещё строже. – Вы предлагаете мне не доверять вам и Кайдену? Старостам, которых я одобрил лично? Или… хотите намекнуть, что Флейм покусится на вашу честь?

В его голосе слышна насмешка. Становится до мерзости неприятно. Я чувствую себя униженной.

Взрослый мужчина, облечённый властью, смеётся над простой девчонкой, которая явно чувствует себя уязвимой и теряется, не зная, как вести себя. Для меня здесь всё в новинку, ректор прекрасно это понимает.

– Нет… я не думаю, что он тронет меня, – выдавливаю я, чувствуя, как внутри всё холодеет. – Простите.

– Вот и хорошо. Идите, мисс Морр. Я понимаю, вы волнуетесь и всё такое, но впредь не будьте такой назойливой. Ректор не обязан решать любые ваши проблемы.

Я киваю и выхожу из кабинета, внутренне пылая от негодования. Мистер Остмарк чем-то напоминает мне отца. Недаром они дружны. Такой же невыносимый тип.

Ладно… может быть, Кай просто чем-то занят и зайдёт к ректору позже? Подожду. До вечера ещё много времени.

Я задерживаюсь, чтобы проверить с секретарём расписание нашего курса – одна из обязанностей старосты. А позже иду в гостиную, где уже собрались многие из девушек-полукровок.

Вокруг стоит оживлённое жужжание десятков голосов. Девушки сидят группками, на столах перед ними бумажки, книги, листки, исписанные домашним заданием, и стаканы с водой.

Но главное у каждой в руках по кексу ярко-малинового цвета. Почти все уже заканчивают их есть.

Должно быть, раздавали в столовой после обеда? А я даже не заметила. Или ушла слишком рано.

– Деви! – машет мне рукой Лиан. – Иди к нам, делать домашнее задание. Я и тебе взяла кекс. Сегодня всем раздали, смотри, какой вкусный!

Она протягивает мне небольшой кекс, щедро посыпанный шоколадной крошкой. Я осторожно подношу его к лицу и вдыхаю аромат. Сладкий запах шоколада и малины бьёт в нос, и у меня сразу предательски текут слюнки.

– Правда аппетитный… – шепчу я, не выдерживаю и откусываю. Тесто мягкое, нежное, сладость тает на языке.

– Вкусно? – улыбается Лиан. – Честно скажу, еле удержалась и не слопала твой!

– Божественно, – киваю я, откусывая ещё один кусочек.

Сама не замечаю, как съедаю весь. Мелькает мысль, что кекс прямо-таки магически притягателен. Не помню, чтобы хоть раз в жизни настолько хотела съесть что-либо.

Но меня отвлекает Лиан, спрашивая что-то про учёбу.

Мы раскладываем тетради и учебники, усаживаемся на диван, и погружаемся в задания. До самого вечера пишем, считаем, проверяем друг друга. Гул голосов постепенно стихает, и гостиную наполняет только скрип перьев и редкие вздохи.

Постепенно все начинают расходится, солнце клонится к горизонту. Я понимаю, что и мне пора идти. Внутри скребёт тревога.

Возвращаться в комнаты Кая не хочется, но какой у меня выбор? Нужно узнать, решил ли он наконец вопрос с тем, чтобы выселить меня. А ещё я должна забрать чемодан с вещами.

В коридорах тихо, пока я иду почти никого не встречаю, что странно. Вхожу в гостиную, внутренне напрягаясь, но меня встречает лишь темнота. Зачарованные светильники не горят, никого нет.

Лёгкий запах вишнёвых сигарет витает в воздухе. Он едва заметный, но сразу забивается в нос.

Я делаю судорожный вдох, чувствуя, как внутри расползается странное липкое тепло.

Кая нет. Но его фантомное присутствие будоражит все мои внутренние рецепторы.

Он сам переехал? Глупая мысль мелькает на задворках сознания, но я сразу её отметаю. Какая чушь. Кайден никогда бы не поступил так ради моего удобства.

Я иду к себе, запираюсь в комнате и зажигаю магический светильник. Сажусь за стол, беру книгу – строки плывут, но я заставляю себя читать, чтобы скоротать время.

Снова и снова ловлю себя на том, что прислушиваюсь к звукам в гостиной. Но звуков открываемой двери и шагов Кая так и не слышно.

То и дело поглядываю на время. Вспоминаю, что сегодня ведь это треклятое посвящение! Интересно, оно уже началось?

Часы на стене тикают невыносимо громко. Стрелка приближается к десяти вечера.

И ровно в тот миг, когда она становится на отметку двадцать два ноль-ноль, мир вокруг резко схлопывается до одной чёрной точки перед глазами.

Голова тяжелеет, сердце будто ухает вниз. Я заваливаюсь со стула на бок, падаю на ковёр, книга летит следом за мной.

Что со мной?

Мысль обрывается, и я падаю в темноту.

Сознание возвращается ко мне в одно мгновение, будто меня выдернули из глубокой воды. Первым делом я ощущаю сырость и запах хвои. Темнота вокруг густая, только редкие огоньки светлячков мерцают вдалеке.

Я точно не в своей комнате.

– О, очнулась, – раздаётся рядом ленивый голос. – Я уж думала этого не случится до начала посвящения.

***

Дорогие читатели!

У Анны Флор вышла новинка

Рыжая проблема для дракона





Мой брат перешёл дорогу дракону - королю академии и теперь нам грозит исключение. Проклятый дракон предложил спор брату. Выиграем мы - остаёмся в академии, выиграет дракон - получит меня. Но я с этим не согласна! И хочу избежать участи стать игрушкой дракона. Главное, чтобы сердце перестало трепетать в присутствии этого дракона. Ведь злодея нельзя перевоспитать! Или можно?..



В книге есть:

✔️ Гордая и справедливая героиня

✔️ Проблемный брат

✔️ Король академии - злодей, но мы его исправим. Исправим же?

✔️ Ещё несколько красавчиков, чтоб всем хватило)

✔️ Интриги, противостояния и очень плохие драконы!

✔️ ХЭ для всех!❤️



ЧИТАТЬ





Глава 7.2


Я поворачиваю голову. На поваленном огромном стволе дерева сидит девушка. У неё ровная осанка, волосы светлого цвета заплетены в косу и перекинуты через плечо. Она одета в плотный черный свитер и обтягивающие брюки.

Её глаза насмешливо блестят в темноте, она не скрывает, что её забавляет мой вид.

Быстро встаю, поправляя юбку, которая задралась. Выбираю из волос травинки.

– Неужели правда вы, полукровки, такие идиоты, что вас пришлось тащить на посвящение силой? – фыркает незнакомка.

Мир качается, желудок подступает к горлу, но до меня наконец-то доходит:

– Посвящение? Где мы?..

– В лесу, а где же ещё? – усмехается моя не слишком дружелюбная собеседница.

Глаза привыкают к полутьме, и теперь я узнаю девушку – дракорианка, первокурсница. Я видела её в академии мельком.

– Всё-таки нашли способ затащить нас сюда, – выдыхаю я зло.

Думаю, все полукровки сейчас где-то в лесу.

Растерянно оглядываюсь.

Неподалёку замечаю парней-дракорианцев и одну из девушек… я её знаю, она полукровка!

В голове настоящий рой мыслей.

Но главная – нужно действовать. Сделать хоть что-то.

Усмиряю эмоции и поворачиваюсь к дракорианке. Сначала нужно получить информацию.

– Как отсюда выбраться?

– Никак, пока не закончится посвящение. Видишь наверху магический купол? – дракорианка поднимает голову к небу. – Он не позволит сбежать.

– Проклятье… – бормочу я, потому что правда вижу мерцающий бледной желтизной купол.

Чтоб он провалился!

– Мы… – судорожно сглатываю. – Станем рабынями, если нас поймают охотники-старшекурсники? Так?

На лицо первокурсницы ложится тень. Кажется, её тоже подобная перспектива не радует. Мы ведь в одной лодке.

– Именно так, кровомеска. Только у меня есть шанс этого избежать, – хорохорится она. – Я не стану добычей, не опозорю себя и свой род. А ты… у кровомесов нет крыльев. Вы обречены.

Сегодня нам вернули магию. Уверена, хотя бы кто-то из полукровок сможет воспользоваться крыльями.

– Зачем нужны крылья? Нужно куда-то лететь?

– Увидишь, – мрачно усмехается дракорианка, вставая с поваленного дерева. – Скоро начнётся. На твоём месте я бы готовилась.

Паника накатывает волнами. Душит в своих объятиях.

Возьми себя в руки, Деви! Соберись.

Ты – староста, на тебе ответственность за всех девчонок.

Где-то здесь Лиан… но я должна помочь не только ей.

Срываюсь с места, бросаюсь в ту сторону, где видела девушку-полукровку. Она уже скрылась из виду.

Сердце грохочет в ушах, перекрывая шум ветра, что свистит в ветвях. Лес полон теней, и каждая из них кажется чем-то зловещим. Я спотыкаюсь о камни, но не останавливаюсь.

Нахожу девушку неподалёку. Она прижалась к стволу дерева и дрожит.

– Иди со мной! – шепчу я, хватая её за руку. – Мы должны держаться вместе.

– Деви? – она признаёт старосту, и на её лице появляется слабое подобие надежды.

Я тяну девушку за собой, и мы мчимся дальше сквозь кусты. Ветки хлещут по лицу, цепляются за волосы, но я не обращаю внимания. Вскоре замечаю ещё двух полукровок – они мечутся в лесу, как напуганные крольчата, затерявшиеся в чаще.

– Быстрее! – зову их. – Если хотите повысить шансы на то, что мы не станем рабами старшекурсников, идите с нами.

Они присоединяются к нам, уговаривать никого не надо.

Мы спешим дальше, на тропе нам попадаются дракорианки-первокурсницы. Тоже участницы посвящения, только они себя добычей не считают.

Они поигрывают огненной магией, которая мерцает в тусклом лунном свете. Одна из них усмехается, бросая нам:

– Собрались в кучку, чтобы охотникам было удобнее вас ловить? Жалкие.

– Интересно, а старшекурсники могут иметь несколько рабынь сразу? – интересуется вторая дракорианка.

– Раз они здесь, нам точно нечего бояться, – смеётся третья. – Охотники поймают их, а на нас времени не останется.

Я стискиваю зубы, но не позволяю себе сорваться.

Через пару минут мы находим Дарию. Она держит в руке острую палку.

– Дария, это я – Деви! – машу девушке рукой, потому что в полутьме нас едва можно разглядеть.

– Вот же… бездново отродье, – бормочет она, опуская импровизированное оружие. – Я думала охотники.

– Мы собираемся вместе, – я останавливаюсь, пытаясь выровнять тяжёлое дыхание, другие полукровки замирают позади. – Нужно помогать друг другу. Скорее всего посвящение еще не началось.

Неожиданно протяжный, низкий звук гонга заглушает всё вокруг. Лес содрогается.

Я и сама вздрагиваю, сердце сжимается.

– Дорогие первокурсники, добро пожаловать на посвящение, – раздаётся магически усиленный голос Молли. – Правила всё те же, что и в предыдущие годы. Вы должны добраться до самого высокого Пика горы Острие Богов.

Я поворачиваю голову, потому что в этот момент вдалеке что-то вспыхивает.

– Вот Острие Богов, – указываю на огонёк, горящий на горе вдалеке. – Теперь мы хотя бы знаем, куда идти.

– …Помните, – тон Молли становится приторно-сладким. – Те, кого поймают охотники, станут рабами. Им придётся месяц носить ошейник и подчиняться любому приказу своего хозяина.

Ошейник – это уже совсем за гранью. Это продолжается много лет. Куда смотрят преподаватели?

– А вот те, кто сумеет добраться до вершины горы, докажут, что они достойные дракорианцы. И для них откроются двери… – Молли выдерживает театральную паузу, её голос становится тягучим и многозначительным. – На закрытые вечеринки со старшекурсниками. Да-да, я говорю о тех самых вечеринках, – продолжает Молли. – О которых все слышали. О которых все мечтают.

Я оглядываюсь, смотря на девчонок-полукровок. На их лицах лишь тревога и непонимание.

Никто из них не мечтал ни о каких вечеринках со старшекурсниками. Они, как и я, впервые слышат об этом всём.

– У вас есть фора десять минут, зайчатки, – хищно произносит Молли. – А потом настанет время охотников. И помните: в ночь посвящения нет никаких правил и законов.

Голос Молли стихает.

Теперь нас окружает гулкая тишина, которая прерывается лишь далёким криком какой-то птицы.

У нас есть лишь десять минут.





Глава 7.3


– Вот и началось, – мрачно говорит Дария, сжимая свою палку ещё крепче. – Готова поспорить, они специально будут выискивать нас. Полукровки без магии – лёгкая добыча. Сегодня слышала в коридоре, о чём сплетничали дракорианцы: охотников очень много. Прознали, что мы участвуем, и поняли, что смогут легко поймать себе рабов, чтобы вволю поглумиться.

Мои спутницы переглядываются, в глазах паника. Кто-то из девочек всхлипывает, прикрывая рот ладонью.

– А если нас покалечат? – дрожащим голосом спрашивает другая. – Были такие случаи… я слышала.

Мне самой страшно. Вдруг меня поймает кто-нибудь вроде Молли? Страшно представить, как она на мне оторвётся. Или её блондинистая подружка. Уверена, она точит на меня свои острые дракорианские зубки. Ведь я рассорила её с подругами.

А Зейл…

Я так и не нашла Лиан. Вдруг он поймает её или меня?

Но сейчас нельзя показывать страх. Полукровки рассчитывают на меня.

– Слушайте меня! – произношу твёрдо, обводя их взглядом. – Паника только погубит нас. Да, охотников много, но мы не беспомощные. Если будем держаться вместе, у них не получится сломить нас. Сегодня мы практиковали магию на занятиях, и я видела, что некоторые из вас тренировались в гостиной.

– Да, у меня вышло неплохо, – робко замечает одна из полукровок.

– Отлично. Попытайся применить магию, если почувствуешь в этом необходимость. Мы будем прикрывать друг другу спины. Если кто-то нападёт – отбиваемся всей группой. Так мы сможем устоять.

Я вижу, как девушки немного выпрямляют плечи. Дария хмурится, но кивает, подтверждая мои слова.

Внезапно гремит гром, я вздрагиваю от перенапряжения. В небе над лесом сгущаются тучи, такие тяжёлые, что свет луны почти исчезает.

В воздухе чувствуется сырость – она предвестник дождя.

Даже погода не на нашей стороне.

– Десять минут, – напоминаю я. – Потратим их с пользой. Вперёд. Дария иди впереди, я буду замыкать процессию. Прослежу, чтобы никто не отбился, не упал и не потерялся.

Мы срываемся с места. Бежим к горе, стараясь держась вместе. Вдалеке снова гремит гром. Как и договорились, Дария впереди, я позади. Когда одна из девчонок падает и принимается плакать, не от боли, а скорее от страха, я успокаиваю её и возвращаю в строй.

Мы снова бежим. Сердце колотится в груди, дыхание сбивается. Нас подстёгивает древний инстинкт, мы действительно словно добыча, которая до жути боится быть настигнутой хищниками.

Каждый шорох в кустах звучит, как шаг охотника, каждая тень между деревьев кажется притаившимся врагом.

Проходит около пяти минут форы, когда я начинаю чувствовать, что воздух меняется.

– Что-то не так! – голос Дарии звенит от напряжения.

По земле стелется густой туман, холодный, липкий, обволакивающий ноги. В нём словно шевелятся призрачные тени.

И вдруг раздаётся женский смех – звонкий и пронзительный. У меня по коже бегут мурашки.

Чьи-то руки резко хватают меня сзади, одна ладонь грубо закрывает рот. Я дергаюсь, брыкаюсь, пытаюсь вырваться, но хватка железная. Сердце сжимается от ужаса.

Охотники?! Но слишком рано… ещё не прошло обещанных десяти минут!

– Привет от Молли, кровомеска, – шипит прямо в ухо женский голос, чужой и злорадный. – Сегодня ты станешь её добычей. Именно она наденет на тебя ошейник.

Меня тащат назад, прочь от остальных. Я чувствую, как магия, липкая, словно паутина, оплетает тело. Руки и ноги становятся ватными, двигаться не получается. Я пытаюсь закричать, но рот всё ещё зажат ладонью.

Сквозь молочный туман едва различаю силуэты – две дракорианки. Их глаза блестят, на лицах злорадные ухмылки.

Должно быть, Молли подговорила их, чтобы отомстить.

Туман поднимается выше, отрезая меня от остальных. Поскольку я шла замыкающей, меня могут хватиться не сразу. От осознания этого пронзает холодом.

В какой-то момент понимаю, что одна из моих похитительниц та самая первокурсница, с которой я разговаривала, едва пробудившись. Недаром она была рядом, Молли всё продумала.

Меня волокут, грубо тянут за руки, ноги волочатся по влажной земле. Я захлёбываюсь отчаянием и злостью.

В голове пульсирует одна мысль: Молли нацепит на меня ошейник.

Она будет помыкать мной, как псиной, позорить меня. Я стану её рабыней.

В груди поднимается крик, но он глохнет в зажатом рту. Я рвусь, вены пульсируют, но магические путы не дают ни малейшего шанса.

И вдруг… что-то происходит.

Заклятье, стянувшее мои руки и ноги, исчезает так резко, будто его срезали ножом. Тело становится лёгким, я падаю на землю и, кашляя, пытаюсь вдохнуть.

– Нападаете вдвоём на одну. А ведь у неё даже нет магии, – слышу вкрадчивый мужской голос позади. – Я предпочитаю честную охоту.

Грудь будто изнутри кипятком ошпаривает, все внутренности сворачиваются в тугой узел. Я не настолько идиотка, чтобы думать, будто меня спасут.

Я поворачиваю голову и вижу пособниц Молли. Их лица искажены паническим ужасом. Они смотрят куда-то в сторону.

– Провались я в бездну к исчадьям, это он, – бормочет одна из них.

Их «он» звучит поистине зловеще.

– Бежим, – коротко бросит вторая.

Они бросаются прочь, не разбирая дороги, спотыкаясь в тумане.

Моё бедное сердечко бьётся где-то в горле. Я ощущаю себя практически в предсмертном ужасе. Кое как поднимаясь на ноги, поворачиваюсь туда, куда смотрели дракорианки.

Из тумана выступает беловолосый мужчина, высокий и с отрешённым выражением лица.

Он одет во всё чёрное, ткань его плаща будто поглощает свет. В руке он держит длинный хлыст, и кончик того медленно скользит по земле, оставляя глубокую борозду. Этот кончик светится ярко-алым светом и слегка потрескивает.

Его глаза цепляются меня, жадные, прожигающие насквозь, но в них нет ни тени вожделения или сексуального подтекста. Его интерес иного толка. Он смотрит, как хищник на дичь.

– Ксандр, – выдыхаю я, узнавая его.

– Я выбрал тебя, дерзкая кровомеска. Жаль, что они нам всё испортили, – он чуть качает головой в сторону сбежавших дракорианок, а затем лениво хлёстко щёлкает хлыстом в воздухе. – Но я дам тебе фору. Чтобы было интереснее.

Делаю шаг назад, не сводя с него взгляда. Ужас уже пропитал каждую мою клетку. Ладони в холодном поту. Сердце готово разорвать грудь.

– Беги, зверушка, беги, – скалится он, обнажая зубы в хищной улыбке. Голос низкий, обманчиво мягкий. – Твоё время пошло.

Я срываюсь с места.





Глава 8.


У меня нет шансов.

Я не тешу себя надеждой, что смогу что-то противопоставить Ксандру.

Он не такой, как остальные. Есть в нём что-то дикое и хищное. В этом они с Каем похожи. Два зверя. Два брата.

Истинные дракорианцы. Те, кем они должны быть по своей природе: жестокими хищниками, созданными, чтобы подчинять и властвовать. В них нет полутонов, нет слабостей.

Что я могу против него?

И чем я могла привлечь его? Неужели своим поведением? Он назвал меня дерзкой.

Ноги сами несут меня вперёд.

Дождь начинается резко, холодные тяжёлые капли хлещут по лицу, затекают за шиворот, промачивают одежду до нитки. Юбка липнет к ногам и мешает бежать, туфли скользят на мокрой земле, но я не останавливаюсь.

Дракорианки подготовились к посвящению, оделись и обулись так, чтобы им было удобно. Мы же оказались в лесу в чём были.

Вдалеке доносятся голоса. Крики, мольбы о помощи, всхлипы. Кто это кричит: полукровки или дракорианцы?

Я сглатываю, чувствуя, как страх обвивает сердце подобно ядовитому плющу.

Это посвящение? Оно больше похоже на бойню, где дракорианцы выпускают свои самые тёмные инстинкты на волю.

Что они прямо сейчас делают с пойманными ими будущими рабами? Где сейчас полукровки?

Я не могу помочь никому, потому что сама нуждаюсь в помощи.

Я бегу почти полчаса. Каждый раз кажется, что кто-то идёт за мной. То я слышу тихие шаги, то ветка ломается там, где не должно быть никого. Но стоит обернуться, вижу лишь клубящийся под ногами туман и стену дождя.

Наконец, выхожу к реке. Мост через неё выглядит ненадёжным. Доски явно гнилые, многие провалились, на их местах зияют дыры. Вода бурлит, спеша вперёд нескончаемым потоком.

Перейти будет сложно, но я сжимаю зубы: смогу.

На горе мерцает огонёк. Он стал немного ближе, что вызывает смутную радость. Я цепляюсь за это чувство, как за последнюю надежду.

Может, Ксандр потерял мой след? Может, у меня есть шанс?

Нельзя терять драгоценное время. Если не Ксандр, так другой охотник может настигнуть меня.

Я осторожно ступаю на доску. Сердце ухает вниз, когда она прогибается под моим небольшим весом и скрипит.

Но выдерживает же!

Делаю ещё шаг.

И вдруг замечаю движение в воде.

Тёмные извивающиеся тела. Десятки. Нет – буквально сотни тел. Вся река кишит змеями. Их чёрные спины блестят в тусклом свете, зелёные глаза сверкают.

– Нет, – пищу я сдавленно.

В детстве меня укусила змея, с тех пор я боюсь их до паники, до помутнения рассудка. Падение для меня будет равноценно смерти, даже если они не ядовиты.

Страх сразу сдавливает грудь. Делаю глубокий вдох и собираюсь с силами.

Прости иди, Деви. Не торопись. Спешить некуда.

Внезапно позади раздаётся шуршащий звук. Я оборачиваюсь, со всей силы вцепляясь в поручни, и вижу парня – дракорианца-первокурсника.

Даже странно, что он ещё здесь. Я думала, меня давно обогнали практически все, учитывая, что подружки Молли волокли меня в обратную от горы сторону.

Глаза первокурсника лихорадочно блестят от страха.

– Не повезло тебе, кровомеска, – бросает он деланно насмешливо.

Крылья, горящие слабым огнём, появляются у него из-за спины. Вспыхивают в полутьме, освещая берег.

Я поджимаю губы.

Ну да. Он перелетит, а я должна буду перебраться на своих двоих. У меня такой роскоши, как крылья, нет.

Смотрю, как дракорианец пытается взлететь, но что-то будто не даёт ему это сделать. Магия окутывает крылья, вынуждая его спрятать их.

– Вот же бездново отродье, – ругается он сквозь зубы.

Интересно… выходит, некая магия не даёт даже дракорианцам пройти путь легко. Это логично.

Значит, крылья понадобятся позже. Где-то дальше на пути к горе их можно будет использовать.

Дракорианец бросает на меня, стоящую на мосту, полный ненависти взгляд:

– Шевелись, кровомеска.

Он пойдёт прямо за мной. От этого по спине ползёт неприятный холодок.

Я разворачиваюсь, снова смотря на путь, который мне предстоит. Я могу пройти нормально ещё два шага, но затем меня ждёт огромная дырка.

Её нужно перепрыгнуть.

А если я упаду?

Паника снова нарастает.

В этот момент парень подходит и рявкает:

– Шевелись, идиотка! Охотники скоро будут здесь!

Закусываю губу, перебарываю свой детский страх, и быстро делаю два шага вперёд. Пальцы судорожно сжимают канаты, которые служат перилами.

Ну вот, Деви, ничего страшного. Ты справляешься.

Впереди зияет дыра, змеи всё так же копошатся в воде, их глаза недобро сверкают. Я давлю всхлип, который встаёт в горле.

Зажмуриваюсь на мгновение, а затем прыгаю. Лечу вперёд, широко раскрыв глаза, боясь даже моргнуть.

У меня из горла выскальзывает облегчённый выдох, когда ноги касаются твёрдой поверхности, а руки снова вцепляются в спасительные канаты, пусть и до острой боли в пальцах.

Но в этот момент, когда я почти ликую, туфли скользят по мокрому дереву.

– Ааа! – мой вопль приглушённый и сдавленный.

Я удерживаюсь. Сердце колошматит грудную клетку в переизбытке адреналина. Змеи в воде начинают двигаться ещё быстрее, будто в предвкушении добычи.

– Кровомеска, я теряю терпение, – раздаётся злой вопль позади меня.

Глотая слёзы страха, я оборачиваюсь, чтобы огрызнуться:

– Замолчи ты уже, дай сосредоточиться!

– Так будет быстрее, – шипит дракорианец, хватаясь за канаты.

В ту же секунду мост начинает дико раскачиваться.

Доски скрипят, канаты натягиваются, дерево стонет под моим весом. Я вцепляюсь в верёвочные перила так, что пальцы немеют.

Он хочет меня сбросить. Осознание этого растекается по озябшему телу горячим едким ужасом.

Я бросаюсь вперёд, уже борясь за жизнь. Ноги скользят, но я успеваю перепрыгнуть ещё один проём, чудом приземляясь на трухлявую доску.

– Нет-нет-нет! – шепчу я, чувствуя, как каждая клеточка тела вибрирует от паники, затем уже выкрикиваю. – Что ты творишь?

Мост снова трясётся. Всё сильнее и сильнее. И в какой-то миг я теряю равновесие. Падаю вперёд, едва успев вцепиться руками в одну из досок.

Древесина трухлявая, она крошится под пальцами, но не ломается. Я повисаю, а ноги в туфлях соскальзывают вниз – прямо в ледяную воду.

И тут же я чувствую движение. Сотни змеиных тел скользят вокруг моих щиколоток. Холодные, мокрые, скользкие, они извиваются, будто ласкают мою кожу, готовясь к укусу.

Я уже не плачу, я практически вою. Все мои детские страхи вырываются наружу.

– Ааа… – сиплый всхлип дерёт горло. Я захлёбываюсь в панике.

В ушах грохочет кровь, во рту пересыхает.

– Сама напросилась, – долетают до меня слова дракорианца. – Падай уже!

– Помогите… – срывается с моих губ, хотя рядом никого нет, кроме него.

Я поворачиваю голову.

Ксандр стоит всего в нескольких шагах позади дракорианца.

Плащ его колышется от ветра, в руках всё тот же хлыст. Он не двигается, лишь наблюдает со свойственным ему спокойствием.

И когда наши взгляды встречаются, он улыбается широко, обнажая зубы.

Я не слышу его слов сквозь дождь и шум воды. Но по губам читаю ясно:

– Борись.





Глава 8.2


Ксандр – больной ублюдок. Абсолютно ненормальный псих.

Но он прав.

Магия есть внутри меня, нужно просто почувствовать. Я сильная, так говорила даже мисс Эйвери.

Я зажмуриваюсь и вцепляюсь в трухлявую доску так, что ногти впиваются в дерево. Мне больно.

Но в этот момент я чувствую, как что-то просыпается глубоко во мне, бурлит в самой крови. Оно обжигает, будто расплавленный металл разливается по венам. Аркан пульсирует, наливаясь мощью.

Я никогда не звала свою магию по-настоящему. Будто боялась чего-то. Будто считала, что с ней во мне проснётся нечто, от чего я не смогу избавиться.

Но теперь выбора нет.

С каждой секундой жар становится сильнее, невыносимее – и вот он прорывается наружу.

Из моей спины что-то вырывается. Это так больно, что я издаю громкий вопль.

Пламя разрастается, собирается в два огромных драконьих крыла – одно чёрное, окутанное тенью, а второе огненное, сверкающее ярким пламенем.

Крылья бьют о доски моста. И я понимаю, что смогу… у меня получится!

Резко отталкиваюсь от доски. Взлетаю. Воздух обжигает лицо, волосы треплет ветром. Я не понимаю, как управляю этим чудом, но тело само знает, что делать.

Заклятье, наложенное на всех первокурсников, чтобы сдерживать их силу, рассыпается о мою магию. Оно не выдерживает. Я взлетаю над рекой подальше от змей, сбрасывая оковы.

Как же так? Первокурсник – чистокровный дракорианец – не смог, а я смогла?

Через миг я оказываюсь на другом берегу. Колени подгибаются, я тяжело падаю на землю. Дыхание сбивается, сердце грохочет.

Что это было?!

Откуда такое во мне?!

Мост всё ещё качается. Дракорианец, что пытался сбросить меня, яростно ругается и торопливо перебирается через проломленные доски, даже не заметив стоящего позади Ксандра. Лицо первокурсника перекошено злостью, он явно намерен догнать меня.

Я чувствую некоторое злорадство.

У него ничего не вышло. Магия смогла остановить его. А меня нет…

А я… я впервые ощущаю силу в каждой клеточке. Силу, которую никто и ничто больше не сможет у меня отнять. Не позволю.

Как же она пьянит, как же она будоражит.

Я встаю с колен, всё ещё дрожа от боли и адреналина. Крылья за моей спиной исчезают. Я чувствую себя до жути уставшей. К моему ужасу, ключица снова начинает жечь.

Я понимаю, что это значит. Проклятая метка снова проявилась… хватит обманывать себя.

У меня есть метка истинности. Нужно признать этот факт.

Поэтому с моей магией произошли такие метаморфозы, мисс Эйвери права. Поэтому я сейчас смогла спастись.

Дракорианец почти добрался до середины моста. Он ругается, прыгает через проломы, отчаянно цепляется за канатные перила. Его глаза горят яростью.

И вдруг позади него вспыхивает ярко-красный свет.

Я вижу, как Ксандр медленно поднимает руку. В его пальцах вибрирует огненный сгусток. Он пускает его в канаты моста, и те вспыхивают, мгновенно разрываясь.

– Нет… – вырывается у меня шёпот.

Раздаётся треск дерева и отчаянный вопль дракорианца. Хилый мост рушится.

Парень падает в реку. Вода вздымается фонтаном, и тут же поверхность начинает бурлить. Чёрные тела змей устремляются к нему со всех сторон. Его крик пронзает ночь, потом превращается в хрип… и я не могу оторвать взгляда от того, как змеи обвиваются вокруг тела, как блестят их клыки в тусклом свете.

Он выживет?! Меня охватывает холодный, липкий ужас.

Я рывком поворачиваю голову к Ксандру. Он стоит всё так же спокойно, ему нет дела до того, что он сотворил. Чужая возможная смерть его не волнует. Словно это была мелочь, не стоящая его внимания.

Наши взгляды встречаются. Он улыбается.

И беззвучно, отчётливо шевелит губами, повторяя уже знакомые мне слова:

– Беги, зверушка. Беги. Я рядом.

Всё повторяется, я снова срываюсь с места.





Глава 9. Ты наденешь ошейник сама


Кайден



Магия внутри меня пульсирует, концентрируясь где-то в груди. Тоже самое было, когда встретил кровомеску в том борделе год назад.

Странное ощущение. Будто сила утекает сквозь пальцы.

Встряхиваю головой, отгоняя неприятное ощущение. Оно связано с истинностью, уверен.

Я стою на окраине леса, где уже началось посвящение. Здесь почти никого не осталось, только несколько третьекурсников и две пятикурсницы. Они так и не решились начать охоту, потому что не уверены в своих силах.

Молли Эмбер остановилась рядом со мной и теперь с гордостью демонстрирует магическую сферу, на которой едва заметно мерцают десятки маленьких точек.

– Первогодки… – хмыкает она с долей превосходства. – Мне удалось даже кровомесов заставить участвовать. Пришлось повозиться, даже подкупить кое кого на кухне, чтобы подсунуть им зачарованные кексы, но получилось же!

Молли заглядывает мне в глаза, пытаясь отыскать одобрение своим действиям.

Я ничего не говорю, просто перевожу взгляд на медленно двигающиеся точки, светящиеся в полутьме. Одна из них кровомеска Деви.

Интересно, она сможет пройти хотя бы половину пути, прежде чем Ксандр её поймает? Всё будет зависеть от того, позволит ли он.

– Все уже приступили к охоте, но, я уверена, тебе не составит труда нагнать, Кай. Ты пришёл потому что хочешь себе раба? – спрашивает Молли, а затем добавляет, не сумев скрыть ревности: – Или рабыню?

Кажется, у нас с Эмбер что-то было на втором или третьем курсе. Одна или две ночи. Сейчас уже сложно вспомнить.

– Рабыню, – против воли на губах появляется предвкушающая ухмылка.

Представляю, как надеваю на наглую суку ошейник собственными руками, и внутри поднимает голову нечто тёмное. Оно обволакивает, заполняет, растекается по венам будоражащим ощущением. С каждой секундой это нечто становится всё сильнее, требовательнее.

Противоестественное желание обладать девчонкой во всех смыслах не отпускает.

Но я не забываю, что она лишь зверушка, не более. Обычная шлюха из злачного борделя, чудом попавшая в академию.

Но это должна быть моя зверушка. Чем больше я думаю о том, что кузен дотронется до неё, тем яростнее вибрирует в груди.

– Зачем тебе рабыня? Там одни слабачки! Можно взять кого-то из первокурсников-дракорианцев. Ты играючи поймал бы любого, – голос Молли слегка надтреснутый, она продолжает уже немного бодрее: – Посоветовать тебе кого-нибудь? Могу выбрать с сильной магией, будет интересно.

– Мне нет дела до самой охоты, – мой взгляд скользит по вершинам деревьев. – Я поймаю ту девчонку, которую подселили ко мне.

– Подселили к тебе? – ошарашенно шепчет Молли. – Ты живёшь с какой-то первокурсницей?

– Со старостой кровомесов.

– Что за нелепость? Она же ничтожество!

Я не обращаю внимания на возгласы Молли. Лишь перевожу на неё ледяной взгляд и спрашиваю:

– Где сейчас Деви Морр?

– Это её подселили к тебе? – Эмбер вся пылает от негодования. – Быть того не может! Кай, ты ведь можешь просто сказать ректору, чтобы…

– Замолчи, – я морщусь, потому что от её воплей начинает гудеть голова. – Я спросил: где кровомеска, которая мне нужна?

Молли расстроено поджимает губы, но сразу же отвечает, указывая на сферу:

– Вот она… о… я думала, она должна быть неподалёку. А кровомеска уже перешла мост и реку со змеями. Как так вышло?!

Значит, у моста.

Делаю пару шагов в сторону, крылья вырываются из меня резко, с влажным треском, будто рвётся плоть. Одно чёрное, отдающее теневой магией, а другое огненное, они расправляются за спиной, и воздух дрожит от жара.

В отличие от моих предков, во мне поровну от обоих Легенд, так уж распорядилась судьба.

– Кай, послушай, хотела кое-что спросить… – Молли пытается удержать меня.

– Не сейчас, я занят.

Размах – и я уже в небе. Ветер ударяет в лицо, резкий, хлёсткий, но я лишь сильнее сжимаю челюсти, набирая высоту. Внизу мелькает лес, лысые верхушки сосен тянутся к небу, как острые когти.

Ищу глазами реку, внутренне всё больше предвкушая, что сделаю с кровомеской.

Деви.

Глупое, человеческое имя. Но я пробую его на вкус, смакую, чувствуя, как оно пульсирует внутри меня раздирающим нутро возбуждением.

Гроза разыгралась всерьёз – дождь хлещет по крыльям, молнии разрывают небо, освещая лес и горы мертвенно-белым светом. Одежда намокает, липнет к телу, но я не обращаю внимания.

Где кровомеска может быть? Слишком много мест, где добыча могла бы затеряться. Но у меня есть преимущество.

Я знаю, что Ксандр никогда не упустит своего, а мы с ним связаны кровью по мужской линии. Младший брат моего отца был женат на матери Ксандра и Зейла. Общая кровь – общее наследие. И эта связь делает его эмоции для меня почти осязаемыми. Если сильно захотеть.

Я сосредотачиваюсь, закрываю глаза на миг. Сквозь дождь и рев стихии пытаюсь уловить вибрацию аркана, что тянется ко мне как к будущему императору, уже принявшему на себя то бремя, что когда-то носили Легенды.

И нахожу её – густую, тёмную, липкую волну, насыщенную азартом хищника.

Ксандр.

Резко распахиваю глаза и устремляюсь туда.

Проходит пару минут, и я вижу скалистый уступ у подножия горы. На нём тонкая крошечная фигурка девчонки. Мокрая, дрожащая, но она всё ещё держится. Даже забавно.

Как она вообще сюда добралась без магии и без крыльев?

Внутри растёт подозрение, что Ксандр просто дал ей это сделать.

Я складываю крылья и пикирую вниз. Камни вздрагивают под моими ногами, когда я приземляюсь, воздух дрожит от жара.

Деви смотрит прямо на меня расширенными от ужаса зрачками. Провожу взглядом по стройной фигурке, подмечая насколько сильно мокрая одежда облепила её тело.

Член в штанах болезненно дёргается, а я сжимаю зубы. От одного её взгляда уже почти стояк, что за дерьмо?

Снова опускаю взгляд на её соски, проступившие через мокрую ткань. Наверняка розовые, хочется проверить чтобы убедиться.



Она такая нежная, хрупкая.

Всё эти дикие мысли проносятся в голове за несколько секунд. Ловлю себя на них и злость вспыхивает, обжигая внутренности.

Нужно показать бордельной шлюхе её место. Тогда наваждение пройдёт.

– Я решил тоже поучаствовать, брат, – произношу я, переводя на Ксандра немигающий взгляд.

Он поворачивает голову, нисколько не удивлённый тому, что видит меня. Голубые глаза Ксандар холодны, как сама смерть.

– Это моя добыча, – оскаливается он.





Глава 9.2


Деви

Я надрывно дышу, глядя, как Кай пристально смотрит на своего брата. Он будто не чувствует угрозы, которая исходит от Ксандра.

Я так долго бежала, что ноги уже не держат. Приваливаюсь к мокрому камню скалы и просто отупело наблюдаю за происходящим. Сил бороться уже почти не осталось. Ксандр гнал меня, как дичь. И сейчас уже собирался добраться до меня.

Если бы не появление Кая…

Но что он вообще здесь делает?!

Кайден небрежно усмехается. Он медленно достаёт из внутреннего кармана сигарету. Щёлк – вспышка огня в его ладони, и тлеющий кончик озаряет резкие черты его лица. Он делает глубокую затяжку, и воздух наполняется терпким горьким запахом вишни.

Я судорожно втягиваю воздух, этот запах мгновенно ассоциируется с ним. С Каем.

Он смотрит прямо на меня. Выпускает дым медленно, лениво, словно у него нет ни малейшего повода спешить. Затем переводит взгляд на брата.

– Она моя, – говорит он наконец.

Ксандр медлит с ответом, облизывает губы, почти скалясь.

– Так забери, – роняет он. – Останови меня.

Я моргаю, и в этот момент, Кай срывается с места.

– Этого ты добивался? – рычит он, ударяя Ксандра в грудь.

Они сталкиваются, как два монстра, выбравшихся из бездны.

Удар Кая выбивает из Ксандра хриплый выдох, тот тут же отвечает – хлыст взмывает в воздух и с треском бьёт в миллиметре от лица Кая, оставляя глубокую рваную борозду на стволе дерева позади.

Их удары усиливаются магией: вспышки пламени, разрывы воздуха, тёмные всполохи, от которых дрожит земля. Камни осыпаются с уступа, дождь превращается в пар при столкновении с раскалёнными потоками.

Я стою, глядя на происходящее с ужасом. Просто пячусь в сторону, пытаясь понять, как мне скорее смыться отсюда, но, как назло, единственный проход с уступа загораживают два дракорианца.

Ксандр снова заносит хлыст, и в следующее мгновение он почти обвивается вокруг горла Кая. Я рвано выдыхаю.

Но Кай поднимает руку и пальцами перехватывает хлыст. Тот врезается в его ладонь, оставляя рваную рану.

Кровь течёт по руке парня. Ему должно быть жутко больно.Но лицо Кая спокойно. Спокойно и яростно одновременно. Огонь в его глазах пугает меня до дрожи.

Я не могу отвести взгляд.

Они не люди.

И самое жуткое, что именно в этот момент я понимаю, что и я такая же. Во мне гораздо больше от дракорианки, чем я всю жизнь считала. Этот день изменил многое.

Хотела бы я призвать свои крылья, но у меня слишком мало опыта. Я выдохлась. Тянусь к силе, но она непокорно встаёт на дыбы, не даваясь мне.

В следующее мгновение Ксандр отпускает хлыст и резко толкает Кая, пользуясь тем, что тот потерял на мгновение равновесие.

Кай с грохотом врезается в скалу – прямо рядом со мной. Я взвизгиваю и отскакиваю в сторону, прижимаясь к мокрому камню, сердце готово вырваться из груди.

Не понимаю, как они ещё не вышибли друг из друга жизнь?

И тогда я вижу крылья Ксандра. Он выпускает их наружу одномоментно. Они не теневые и не огненные, как у других. Голубые – холодные и ледяные.

От них исходит морозный пар, влага на земле моментально кристаллизуется. Я застываю в ужасе: магия Ледяного Легенды исчезла столетия назад… как у него могут быть такие крылья?

Они венчаются острыми шипами, и Ксандр вонзает их в скалу по обе стороны от головы Кая, будто прибивая его к месту.

Я слежу за ними, как завороженная.

– Раньше ты мог уложить меня за минуту, – скалится Ксандр зверем. – Метка делает тебя слабым, брат. Тебе нужно завершить её.

Он наклоняется ближе, голос становится тише, но даже сквозь шум дождя я слышу каждое слово:

– Иначе твою слабость заметит кто-то ещё. Кроме меня. И этой кровомески.

Меня прошибает осознанием – у Кая есть метка истинности. Я узнала то, что хотела.

Но что значит завершить? И почему он слабый из-за метки? Разве что…

Я не хочу знать откуда мои внезапно проснувшиеся невероятные силы. В глазах копятся слёзы.

Нет. Это невозможно.

Должно быть другое объяснение.

Кайдену не нравятся слова брата. Его почти всегда безэмоциональное лицо становится угрожающим.

– Заткнись, – его рука, сильная и безжалостная, хватает Ксандра за горло. Одним рывком он опрокидывает его на землю так, что камни под ними с грохотом разлетаются в стороны.

Они едва не попадают в меня.

Крылья Кая распахиваются и яростным ударом вдавливают тело Ксандра в землю. Морозный пар сталкивается с пламенем, воздух между ними трещит.

Его крылья такие же, как и мои. Теневое и огненное. Я уже понимаю, что это значит. Просто принимаю действительность.

Наша с Кайденом связь дала мне силы.

Кай опускается сверху и начинает бить Ксандра. Его кулаки обрушиваются на лицо брата снова и снова, с каждым ударом его ярость становится всё ощутимее. Кровь стекает по разбитому лицу Ксандра, капает на камни, смешиваясь с дождём.

Он убьёт его?

Монстр убьёт монстра.

Сейчас я могу сбежать, пока они заняты. Проход с уступа свободен. Но…

– Хватит! – кричу я, и голос срывается на хрип. – Остановитесь! Что с вами такое?! Вы больные психи!

Кай застывает. Он тяжело дышит, плечи вздымаются в такт, он поднимает голову, глядя прямо на меня. Его глаза горят диким огнём. Но он медленно выпрямляется. Я слышу глухой булькающий смех Ксандра. Его нос разбит, бровь рассечена. Кровь залила половину лица дракорианца.

Несколько секунд Кай просто стоит и смотрит на меня.

Мурашки горячим потоком ползут по рукам, плечам, груди, животу и даже ногам. Мне тяжело дышать от его пристального удушающего внимания.

А потом, к моему ужасу и изумлению, Кай протягивает лежащему на земле брату руку.

Тот кашляет, кровь течёт из разбитого носа, но руку принимает и с видимым усилием поднимается.

– Зверушка не убежала, – усмехается Ксандр, слизывая с нижней губы кровь. – Какая смелая. Ей стало меня жалко, Кай, представляешь?

– Закрой рот, – обрывает его Кайден. – Вали отсюда. Ты добился того, чего хотел.

Ксандр усмехается, хотя видно, что это причиняет ему боль, а затем поднимает с земли свой хлыст и взмывает в небо на своих ледяных крыльях.

Мы остаёмся вдвоём с Каем.





Глава 9.3


Я бросаю затравленный взгляд за спину Кайдена, коря себя за то, что не убежала.

– Всё равно бы не вышло, – он угадывает мои мысли с ходу.

– Знаю, – бурчу я раздражённо.

Замечаю, что у Кая тоже рассечена бровь. Это у дракорианцев нормальное положение вещей? Драка вместо разговора? Так им легче понимать друг с друга?

Против воли взгляд опускается на ворот рубашки Кайдена. Где-то там есть метка истинности. Поняв куда я смотрю, Кай неосознанно проводит рукой по ключице. Его движение отдаёт дрожью во всём теле.

Я уверена, что мы связаны. Но как хорошо, что он пока этого не понял.

Что мне делать? Как быть? Я не понимаю, мне страшно.

Возможно, он убьёт меня, если узнает. Так ему будет проще.

Кайден делает пару медленных шагов вперёд, и каждый его шаг отзывается ударом в солнечное сплетение. Я жадно глотаю ртом воздух.

Невольно подаюсь в сторону. Мы обходим друг друга по кругу – охотник и добыча, всё как было задумано посвящением.

Он смотрит на меня неотрывно, с лёгкой усмешкой. Понимаю – ему нравится наблюдать за мной.

Потом вдруг в два широких шага Кай преодолевает расстояние, за которое я боролась. Сантиметр за сантиметром отвоевывала, но всё зря.

Мужской огромный силуэт закрывает свет, Кай нависает надо мной, и я вынуждена прижаться к холодному стволу полусухого дерева, которое оказывается позади.

Дождь почти стих, но вдали всё ещё гремит гром, и в этом грохоте есть что-то зловещее.

– Зачем тебе это? – мой голос дрожит, но я всё же задаю вопрос. – Зачем тебе я?

В глазах Флейма пляшут огненные искры.

– Просто потому что хочу, – произносит он с ленивой уверенностью. – Я всегда получаю то, что хочу.

Взгляд Кая скользит по мне. Мне кажется, что я физически чувствую прикосновение к своей коже.

Он достаёт из внутреннего кармана что-то тёмное. Я узнаю ошейник. Он простой на вид, но по его контуру мерцает тонкая, едва заметная магическая вязь.

– Нет, – яростно цежу я.

Кай протягивает его мне, его голос звучит жёстко, без права на возражение:

– Хочу, чтобы ты надела сама.

Меня бросает в дрожь. Кровь стынет в жилах, дыхание сбивается. Внутри всё горит в агонии. Почему именно он? За что мне всё это?

С самого начала у меня не было даже шанса. Самый жестокий хищник выбрал меня.

– Я никогда не сделаю это, Кайден.

В его глазах что-то вспыхивает, едва я произношу его имя. Флейм втягивает носом воздух, склоняясь ко мне ближе.

– Ты вся мокрая, зверушка.

Меня бросает в дрожь от похабного тона, которым он это произносит, и от двусмысленности фразы.

Кай замечает, усмехается ещё шире. На такую реакцию он и рассчитывал.

– Дождь же идёт. Замёрзла? – заканчивает он.

В его голосе откровенный тяжёлый интерес.





– Не трогай меня, – торопливо предупреждаю я, хотя он даже не пытается.

На красивом жестоком лице мелькает отвращение.

– К такой я бы никогда не притронулся.

Ага. Зато пялится на мою грудь ему это не мешает. Я прекрасно вижу, куда Кай смотрит.

До чего же жутко.

– Ты наденешь ошейник сама, – повторяет он с уверенностью, глядя на меня в упор.

– С чего бы? – фыркаю я нарочито небрежно.

Пытаюсь показать, что не боюсь, но Кай не верит.

Он поигрывает ошейником в руке, глядя на меня сверху вниз. До чего же он огромный и высокий.

– Ты в курсе, что охотник может поймать сколько угодно дичи?

Я обхватываю себя за плечи. Адреналин постепенно сходит на нет. Мне становится холодно.

– Не в курсе, – бурчу я.

– Я дам тебе выбор, кровомеска. Я могу не просто отпустить тебя, а даже подкинуть до самого верха – к Пику. Ты пройдёшь посвящение.

– И в чём подвох?

– Умная зверушка, – уголки губ монстра едва заметно ползут вверх. – Как только я подкину тебя до Пика, я вернусь и найду каждого кровомеса в этом лесу. Мне плевать поймал его кто-то или нет. Я заберу их всех. И заставлю страдать.

Я уверена, что Кайден не шутит.

– Ты сумасшедший? Они же живые существа, ты вообще это понимаешь? Тебе знакомо сострадание? – в порыве злости я толкаю Кая в грудь, но он будто и не замечает.

Наши лица настолько близко, что запах горькой вишни вползает в нос. Заполняет меня саму. Каждую клетку тела.

– Есть второй вариант, – понижает голос Кай. – Ты наденешь ошейник и будешь послушной. Тогда никто не пострадает.

Ему просто интересно, как я поступлю. Он изучает меня. Я для монстра словно живая игрушка.

– Так что выберет примерная староста? Себя или тех, за кого она в ответе, а?

***



Девочки, арт к сегодняшней проде есть у меня в Телеграмм канале, только в формате видео, сюда не могу подгрузить гифку, слишком много весит.

Ссылка на мой профиль - АНАСТАСИЯ МИЛОСЛАВСКАЯ



Нужно кликнуть на значок телеграма, как показано на картинке)





Глава 10


Я прекрасно осознаю, что Кай манипулирует мной.

А он прекрасно осознаёт, что у меня нет выбора.

Я бы никогда не пожертвовала другими ради себя.

– Допустим, ты не причинишь им вреда. Но есть и другие дракорианцы.

– Есть, – соглашается Кай, рассматривая меня со всевозрастающем любопытством.

– В твоих силах сделать так, чтобы никто из полукровок не попал в рабство.

– Хочешь что-то предложить, говори прямо.

– Я надену ошейник, а ты спасёшь каждую девчонку-полукровку, которую поймают этой ночью.

Я задерживаю дыхание. Он не согласиться. Ни за что не пойдёт на такое.

– Идёт, – голос Кая почти добродушный, но в глазах дрожит полная предвкушения тьма.

Молча, глядя Кайдену в глаза, протягиваю руку и грубо вырываю ошейник из его рук. Мои пальцы вздрагивают, когда магия проходит через них разрядом молнии.

– Хорошая зверушка, – ухмыляется Кай.

Сволочь.

Сотни дракорианцев до меня выдержали это испытание, значит и я справлюсь.

Судорожный выдох вырывается из меня, когда ошейник касается шеи. Замок защёлкивается, и в глазах Кая мелькает удовлетворение.

– Доволен? – вырывается у меня гневное.

– Более чем, зверушка.

– У меня есть имя. Хватит называть меня так.

– Урок номер один, зверушка. Ставить условия и приказывать могу только я.

Словно в подтверждение его словам, ошейник начинает слегка вибрировать, магия будто предостерегающе кусает нежную кожу шеи.

– Ты сошёл с ума, если думаешь, что, надев эту рабскую вещь, я стану тебя слушать, – я делаю несколько шагов в сторону, увеличивая расстояние между нами.

Кайден снова запускает руку в карман и вытаскивает маленькую чёрную руну. Она светится той же магией что и ошейник.

– Расстегни блузку, – приказывает он.

– Что? Правда думаешь, что я это сделаю? – нервно смеюсь, не веря своим ушам. – Ни за что.

Руна в руке Кая едва заметно вспыхивает, и в этот самый момент я чувствую, как моя рука тянется к вороту блузки и принимается вытаскивать пуговицы.

Всё ещё хуже, чем я думала.

Ошейник светился не просто так. Магия заставляет меня поступать так, как желает владелец привязанной к ошейнику руны.

Едва я понимаю, что не могу контролировать себя, меня целиком и полностью охватывает паника.

– Хватит! Прекрати это!

Кай, улыбаясь уголком губы, медленно подходит ко мне ближе.

– Можешь перестать расстёгивать, – приказывает он.

Пальцы замирают. Ещё одна пуговица и будет видно нижнее бельё. Я дышу, как загнанный зверь, ярость переполняет меня.

– Монстр! – бросаю ему в лицо.

– Ты не усвоила урок. Продолжай расстёгивать, – взгляд Кайдена становится плотоядным.

Думаю, ему нравится происходящее.

Ещё одна пуговица…

И ещё…

Теперь моя грудь в лифчике выставлена напоказ. Что будет дальше? Он прикажет раздеться полностью?

– Я поняла всё и буду послушной. Прекрати это! Слышишь меня? Прекрати! – не выдерживаю я.

– Остановись, – Кайден наклоняется ко мне ближе и цепляет край блузки пальцами, слегка отводя в сторону. – Какого цвета у тебя соски?

Не могу поверить, что он задаёт этот вопрос. И не могу поверить, что радуюсь тому, что он просто спрашивает, а не хочет проверить лично.

– Р-розовые, – через силу выплёвываю я яростно.

– Я так и думал. Хорошая девочка, – хвалит он почти ласково, а затем добавляет уже насмехаясь. – И главное – послушная.

Я проглатываю обиду и гневные слова. Просто смотрю в огненные глаза, надеясь, что он без слов поймёт, что я думаю обо всём этом. Принимаюсь скорее застёгивать блузку.

Рука Кайдена ложится на мою шею, он касается пальцами ошейника и мимолётно проводит по моей коже кончиками пальцев.

Дыхание моментально сбивается, мурашки ползут по всему телу. Я вся цепенею. Видимо, от злости и ненависти, которые буквально душат меня.

– Ты холодная, – бесцветно говорит он.

Молчу, с ненавистью глядя на своего мучителя. Неожиданно он снимает с себя верхнюю одежду. Огромное пальто ложится мне на плечи, моментально становится так тепло и уютно, что хочется зажмуриться от удовольствия. Я так сильно замёрзла.

– Будет грустно, если ты заболеешь, не так ли? У нас столько всего впереди.

Его слова сразу приводят меня в чувство. О чём он вообще?

– Я не позволю тебе прикасаться к себе, скорее умру, понял? – выплёвываю я.

Пальцы Кая неожиданно неприятно сдавливают мои щёки. Он поворачивает мою голову вправо, а затем влево. Осматривает меня с явным интересом.

– Тебя можно было бы назвать красивой, будь ты дракорианкой, – делает вывод он, а затем подаётся ещё ближе и добавляет прямо мне на ухо. – Некоторые трахают кровомесок. Как думаешь, есть разница между тобой и чистокровной дракорианкой?

– Отпусти! Я тебе не дамся!

– Я уже говорил, зверушка. Меня подобное не интересует.

Он проверяет меня на прочность. Ему нравится моя реакция на его похабные действия и слова.

Кай так близко, что между нами остаётся всего несколько сантиметров. Я задерживаю дыхание, хочу отстранится, но Кайден не даёт.

Он жаждет сопротивления, чтобы потом сломать меня.

Я не должна давать ему то, что он хочет. Тогда монстр отстанет.

Приняв решение, покорно замираю, перестав вырваться. Смотрю в его глаза.

Вдруг до меня доходит смысл его слов. Он против каких-либо контактов с полукровками, но а как же моя сестра и то, что было в борделе год назад?





Глава 10.2


Весь последний год я ненавидела Кайдена, но ведь я не видела, как он насиловал Аэллу. Я знаю о том, что он был в той комнате лишь со слов Зейла.

Мог ли Зейл попытаться прикрыться именем будущем императора? Ведь он испугался, когда я начала угрожать ему.

Мысли улетучиваются, потому что в это же мгновение меня вдруг подхватывает магический вихрь. Я инстинктивно вцепляюсь пальцами в рубашку Кая, не понимая, что происходит.

Через миг мы выныриваем в гостиной. В нашей гостиной.

Здесь тепло, уютно – тихо потрескивает камин, мягкий свет светильников освещает комнату. Лишь открытое окно слегка стучит о стену из-за ветра.

Только теперь я понимаю, что от страха почти прижалась к Каю.

Его тело горячее и твёрдое. Я чувствую, как бесчувственное сердце Кая бьётся прямо под моими пальцами. И оно совсем не такое спокойное, как лицо дракорианца.

В ужасе я отпускаю ткань его рубашки и подаюсь назад. Меня жаром будто насквозь прожигает.

Кайден проходит вперёд и расслаблено опускается в кресло. Всё вокруг – его территория. Я здесь гостья, хоть и тоже живу с недавних пор.

Глаза Кая лениво скользят по мне, задерживаются на лице.

– Ты должен сказать ректору, что мне нужно съехать, – произношу я, уже зная ответ.

– Нет, – огненные глаза вспыхивают в полумраке.

Моя слабая надежда разбивается о жестокую реальность. Но я должна была попытаться.

Хочется уйти, но Кай явно просто так не отпустит.

– Открой шкаф и подай пузырёк с зельем, – приказывает он.

– Э-м… хорошо, – отвечаю растерянно.

Подхожу к шкафу, на который он указал, и приоткрываю створку. Там несколько видов зелий, не слишком понимаю, какое мне нужно.

– Синяя мутная жидкость, – летит мне в спину подсказка.

Сжимаю в руке прохладное стекло и разворачиваюсь. Ловлю взгляд Кайдена, и у меня внутри что-то вздрагивает. Медленным шагом подхожу к нему и протягиваю зелье.

Он берёт его, открывает и опрокидывает синюю жидкость на резаную рану, пересекающую его ладонь. Кровь уже запеклась, но рана выглядит жутко.

Он мог лишиться руки? Кому в здравом уме придёт в голову хватать острый кончик хлыста ладонью? Только такому, как Кай. Он ничего не боится.

Я вспоминаю, как они дрались с Ксандром. Два зверя в обличии мужчин.

Кай сражался, чтобы получить меня. Кого-то вроде Молли это бы обрадовало, но меня пугает. Его тяга ко мне ввергает меня в ужас. Он ведь явился на посвящение именно за мной.

Вдруг понимаю, что Кайден смотрит на меня изучающе пристально. Радует, что он не умеет читать мысли.

Меня буквально магнитит к нему. Я делаю шаг назад, сглатывая вставший в горле ком.

– Мне нужно уйти. Полукровки в опасности, я должна найти их и убедиться, что никто не пострадал. Я в ответе за каждую девушку.

Кай слегка прищуривается, сжимая и разжимая пальцы на пострадавшей руке. Кажется, рана выглядит получше после зелья.

– У нас с тобой есть дела поинтереснее. – отвечает он лениво.

– О чём ты?

Кайден указывает мне на открытую створку окна:

– Ты не закрыла окно, теперь на полу мокро из-за дождя. Вытри.

И это для него «поинтереснее»?

Я делаю глубокий вдох, гася раздражение. Я ведь боялась даже выйти в гостиную, чтобы случайно не натолкнуться на своего соседа.

Но ладно…

Вытереть пол от воды – не самый худший вариант. Уборка для меня привычное дело.

Я бы и сама вытерла, если бы увидела первой.

– Так вы используете своих рабов? Разве это не унизительно для дракорианцев – прислуживать другим? – хмыкаю я, представляя, что на моём месте мог бы быть какой-нибудь первокурсник.

– Унизительно – быть пойманным, – голос Кая становится жёстким. – Слабость не то качество, которым стоит гордиться.

Дракорианцы уважают силу. Мой отец такой же.

– Мне нужна тряпка, а ещё ведро… – оглядываюсь в поисках необходимого.

Один щелчок пальцев Кайдена и необходимое появляется передо мной.

– Ты можешь убрать воду магией, – догадываюсь я, не скрывая возмущения.

– Могу, но не хочу. Приступай, кровомеска.

Я сбрасываю верхнюю одежду Кая на диван, остаюсь только в форме академии:

– Мне нужно переодеться, потом вернусь и всё уберу.

– Нет, ты будешь убираться в этой одежде прямо сейчас, – Кай откидывает голову и выжидающе смотрит на меня, сидя в кресле.

Я сонно зеваю – тепло разморило меня. Бросаю взгляд на часы. Почти четыре часа утра.

Где остальные девчонки? Удалось ли кому-то добраться до Пика и пройти посвящение?

Чем скорее сделаю то, что хочет Кайден, тем быстрее освобожусь и смогу узнать новости.

Я беру тряпку, сжимаю её пальцами до хруста суставов, бросаю на парня едкий взгляд.

Кай невозмутим. Он смотрит прямо на меня и, нет сомнений, собирается наблюдать.

Я сначала закрываю окно, а потом опускаюсь на колени и начинаю вытирать пол.

Тряпка быстро намокает, скользит по каменным плитам, впитывая холодную воду. Я стараюсь сосредоточиться на ритме движений: вперед-назад, снова вперед.

Продолжаю чувствовать на себе внимательный взгляд. Меня так и подмывает повернуть голову.

Так и делаю.

Глаза Кайдена тёмные, они жгут огнём. Он, абсолютно не скрываясь, скользит взглядом по всей моей фигуре.

Он специально запретил мне переодеваться. Представляю, какой у меня сейчас вид в мокрой одежде.

– Не отвлекайся, кровомеска, – произносит Кай низко, и от этого тона внутри всё переворачивается.

Закончив с полом, я поднимаюсь и выжимаю тряпку в ведро.

– Всё, – говорю твёрдо.

– Под столом ещё, – лениво кивает Кай на место прямо рядом с собой.

Под низким столиком действительно мерцает тёмная лужица воды, отражающая блики от светильников.

– Как туда могла попасть вода? – срываются с моих губ раздражённые слова.

Замираю, снова вскипая от негодования, и произношу обвиняющим тоном:

– Ты разлил. До окна отсюда метра три. Вода никак не могла попасть под стол естественным образом.



– Приступай, – с улыбкой хищника приказывает он.

Пока без руны, но кто помешает ему применить её? Насколько далеко Кай способен зайти в своих играх?

Я подхожу к Кайдену и останавливаюсь около кресла. Чтобы пролезть под стол мне придётся коснуться его.

– Убери ноги, – бурчу я.

– Ты забыла сказать пожалуйста.

– Пожалуйста, – в моих словах тонна яда и злости.

– Ну, раз ты так просишь, – он слегка отодвигается, не сводя с меня глаз.

Снова повторяю про себя, пытаясь успокоиться: чем скорее сделаю, тем быстрее он отстанет.

Осторожно опускаюсь на колени, медленно двигаясь ближе к столу. Взгляд Кая следует за мной.

– Какая ты покорная, зверушка, – его голос по-издевательски ласков.

Случайно касаюсь его колена, меня ошпаривает ужасом. Сразу подаюсь назад, ударяясь плечом о столик. Железный подсвечник на нём звонко дребезжит, играя на моих расшатанных нервах.

– Не бойся, я же тебя не съем, – Кай склоняется ближе и одним уверенным движением притягивает меня к столику, а значит и к себе.

Чтобы не упасть, мне приходится схватиться за его колени. Я хочу сразу же податься назад, едва обретаю равновесие, но Кай не даёт, удерживая.

Мы совсем рядом. Настолько близко, что сердце замирает.





Глава 10.3


– Ведешь себя, как испуганная девственница, а не бордельная шлюха. Тебе ведь не привыкать стоять на коленях перед мужчинами, не так ли?

Я улавливаю в его голосе раздражение. Точно, мы же впервые увиделись в борделе.

– Пошёл ты! – вырываюсь из его рук.

Забив на всё, лезу под стол, чтобы скорее уже вытереть этот проклятый пол.

Отчаянно орудую тряпкой, в ушах стучит пульс.

Внутри нарастает какой-то жар. Странное томление растекается по всему телу. Оно оседает внизу живота жгучей сладостью.

У меня сбивается дыхание уже ни сколько от усилий, которые я прикладываю, чтобы вытереть пол, сколько от этого чувства.

Внезапно слышу, что Кай встаёт с места. Испуганно вылезаю из-под стола, успеваю заметить его глаза – невероятно расширенный зрачок в обрамлении огненной радужки.

Кайден молча уходит, поднимается по небольшим ступенькам и захлопывает за собой дверь.

Я всё так же сижу на полу, тяжело дыша. Что на него нашло?

Вдруг понимаю, что эмоции, которые я испытываю, не мои. Они принадлежат ему.

Всё ещё хуже, чем я думала. Мы связаны ещё и на уровне чувств.

Неужели он возбудился, глядя, как я мою пол?

Точно. Он пялился на мои ноги. Пока я тут ползала, юбка могла задраться, хоть я и старалась, чтобы этого не произошло.

Какой же он озабоченный, просто жуть. Как я с ним выдержу ближайшие недели, не представляю.

И что дальше делать с этой недоистинностью тоже не знаю.

Как бы мне не претило, завтра следует поговорить с мисс Эйвери о посвящении. Не уверена, что она меня послушает, но как староста я должна поставить её в известность об опасности подобных мероприятий.

А пока…

Я быстро убираю ведро и тряпку, жду ещё пару минут, ожидая, что Кайден вернётся. Но его всё нет.

Он обещал полукровкам безопасность, надо уточнить у него, когда он её обеспечит.

Ответственность побеждает страх перед монстром.

Я подхожу к двери Кайдена на негнущихся ногах и тихонько стучу.

Ответа нет.

Стучу уже громче.

Снова нет ответа.

Я собираю всю храбрость и громко говорю, глядя на закрытую дверь:

– Кайден, я боюсь за девочек. Вдруг им что-то угрожает? Ты обещал.

– Ничего с ними за ночь не случится, потерпят до утра. Убирайся, кровомеска. Ещё раз произнесёшь моё имя своим грязным ртом, я найду чем занять его.

Я отшатываюсь от двери.

Тон Кая злой и напряжённый. Слишком контрастный с теми чувствами, которые я пропустила через себя из-за нашей связи пару минут назад.

Меня буквально окутывает его злоба. Она дрожит внутри, заставляет магию внутри меня непроизвольно течь по венам.

Да что я ему такого сделала?! Чего он так разозлился?

Сказал убирайся? Хорошо.

Значит, я могу делать что захочу.

Скорее бегу в свою комнату и достаю из чемодана чистую одежду. С сожалением вспоминаю, что буду жить здесь в ближайшее время. Завтра разберу чемоданы и постараюсь устроиться поуютнее. Я мечтала о своём пространстве и даже Кайден Флейм и его безумные эмоции не помешают мне наслаждаться жизнью.

Спустя пару минут на мне длинная шерстяная юбка чуть ниже колен и старенькая кофта бежевого цвета.

Всё ещё мокрые волосы стягиваю в узел на затылке.

Смотрю на себя в зеркало и не могу поверить глазам. Ошейник всё ещё на моей шее, я чувствую его, но я не вижу. Он стал невидимым!

И в этот момент слышу, как начинает литься вода.

Кай в ванной.

Его чувств я больше не ощущаю.

Меня пробирает дрожью. Тело всё ещё помнит, каково это быть в его шкуре. Чувствовать то, что ощущает он. Я уверена, что его эмоции куда ярче, меня коснулись лишь отголоски.

Значит ли это, что Кай тоже будет чувствовать меня? Или уже чувствовал?

Как скоро он поймёт, что его истинная пара не высокородная дракорианка, как он начал думать, не обнаружив на мне метку, а я – кровомеска, на которую он нацепил ошейник и которую считает зверушкой?

Сглатываю, отгоняя жуткие мысли о будущем.

Выкручусь. Придумаю что-нибудь.

А сейчас нужно пойти к полукровкам, я за них в ответе.

Раз Кайден в ванной, в гостиной никого. Я выскакиваю из комнаты и торопливо преодолеваю расстояние до двери. Скорее покидаю Пик старост и спешу к комнатам, где живут полукровки.

К моей радости, большая часть девушек уже в гостиной, которую выделили нашему курсу. Они делятся впечатлениями с явным волнением. Но как только замечают меня, сразу бросаются навстречу.

– Деви! Ты цела!

– Как хорошо, что ты не пострадала!

Мы принимаемся обнимать друг друга, не веря, что все уцелели.

К сожалению, на всех надели ошейники. Шансов у полукровок было немного. Но, исходя из слов девчонок, ничего плохого пока не случилось.

– Меня поймала какая-то дракорианка с четвёртого курса, – рассказывает одна из полукровок. – Так она мне сразу лист с требованиями выкатила. Представляете, она его заранее подготовила! Я должна буду за неё посуду в столовой убирать, заправлять её кровать, делать уборку в комнате, а ещё писать рефераты.

– А меня поймал какой-то парень. Сказал, что я должна буду ему делать чай и тоже уборку. А ещё прислуживать на вечеринках.

– Девочки, никому не предлагали ничего… – я делаю секундную паузу, оглядывая лица девчонок. – В плане личных отношений? Никто не приставал?

– Нет, а ты думаешь, они могут?

– Страшно… я бы не хотела.

– А я бы хотела! – заявляет одна из девушек, обиженно надув губы. – Устроила бы свою жизнь. А меня поймала пятикурсница. Ну почему такая несправедливости. Я бы хотела парня.

Я смотрю на неё с укором:

– Линда, помни, что никаких сексуальных связей. Ты же не хочешь вылететь из академии?

Затем разворачиваюсь ко всем:

– Никто ведь не хочет покинуть академию ради призрачного счастья стать любовницей богатого дракорианца, не так ли? Помните о словах мисс Эйвери, девочки. С нами никто церемониться не будет. В любой спорной ситуации обвинят нас. Если будут какие-то проблемы, и вас будут принуждать к чему-то, говорите мне.

Девочки соглашаются со мной. По крайнйе мере большая часть. Но залезть в голову каждой я не могу.

– Есть вероятность, что ошейники снимут утром, – произношу я.

Есть во мне толика недоверия к Кайдену. Особенно после его странного ухода и той злости, что я ощутила. Кто знает, что придёт ему в голову утром. Лишь бы он сдержал слово!

Девчонки радуются, хотя вижу, что не все верят моим словам. Они расходятся – пора отдыхать, учёбу никто не отменял.

Я рада, что никто не пострадал. Лишь пара девчонок ушибли руки и колени, потому что упали в лесу.

Большая часть даже не дошли до моста со змеями, их поймали ещё до этого.

Меня съедает тревога от того, что всё ещё нет Лиан и Дарии. Что с ними? Вдруг им досталось?

Я сажусь в кресло напротив двери гостиной и жду. Постепенно подтягиваются оставшиеся полукровки.

Когда наступает шесть утра, дверь распахивается и на пороге появляются Лиан и Дария.

– Девчонки! Почему так долго? Что случилось? – я поднимаюсь на ноги, сонливость и усталость как рукой снимает, им на смену приходят острое облегчение и радость.

– Мы прошли испытание, – Лиан радостно хлопает в ладоши. – Представляешь, Деви! У нас получилось! Ты бы видела рожу этой дуры Молли, когда она увидела нас на вершине горы. Даже среди дракорианцев справились немногие.

Подруга просто в восторге, и я её прекрасно понимаю.

– Но как у вас получилось? Рассказывайте! – я машу девочкам, указывая им на места рядом с собой.

Лиан с размаху плюхается в кресло. Она всё ещё улыбается, словно ей не верится, что у неё получилось на самом деле. Я тоже невольно радуюсь вместе с ней, счастье подруги заразительно. Я безумно довольна, что она прошла, пусть у меня и не вышло.

Дария садится слева от меня, она хмурая и собранная. Она вытягивает ноги, в её взгляде – тяжёлая усталость и раздражение, но в голосе слышна гордость, когда она отвечает:

– К сожалению, из-за тумана я отделилась от группы. Тогда поняла, что надо спасаться самой. У меня проявились крылья, и я просто наваляла тому парню, который пытался меня схватить. Я ему голову булыжником расшибла, представляете?

– Обалдеть, – шепчет Лиан. – Я бы так не смогла, они же дракорианцы.

Дария кривится:

– Они такие же смертные, как и мы. Жаль, урод не сдох. Дышал, когда я убегала от него. Они нас за животных считают, а мы должны терпеть… Ну… сбежав, я встретила ещё одного. Ему дала по яйцам. А потом ещё одну девчонку приложила магией.

– Ты и правда молодец, такая очень сильная, – искренне восхищаюсь я.

Вот у кого действительно отличный потенциал. Дария невероятно быстро учится, и у неё сила воли такая, что дракорианцы позавидуют.

– А ты, Лиан? – Дария переводит на девушку тяжёлый и почему-то подозрительный взгляд. – Как ты смогла добраться?

– Тоже крылья проявились? – улыбаюсь я подруге.

Внезапно я замечаю, что если одежда Дарии грязная, помятая, её волосы в ужасном состоянии, то у Лиан наоборот. Она выглядит будто только что отгладила свою форму и сделала причёску.

Я вернулась к себе в таком же жутком состоянии, как и Дария. Но вот Лиан…

– Мне… – Лиан внезапно запинается. – Мне помогли…

– Помогли? Но кто? – улыбка медленно сходит с моего лица, внутри начинает свербеть плохое предчувствие.





Глава 10.4


– Зейл, – Лиан опускает глаза, и начинает тараторить: – Знаю, Деви, ты против того, чтобы мы общались. Но он спас меня! Мог ведь сделать рабыней, но вместо этого помог пройти посвящение. Благодаря ему я сейчас свободна.

Вот же ублюдок… я ни за что не поверю, что он помог Лиан по доброте душевной.

– Я же тебе говорила, он – насильник! – напоминаю я горько. – Зло может носить какие угодно маски, но оно всё равно будет злом. Зейл просто дурит тебе голову.

– Согласна, – неожиданно поддерживает меня Дария, устало откидываясь в кресле. – У него взгляд урода без морали и принципов. Повадки такие же. Я таких достаточно повидала. К тому же он сын этой сучки Эйвери.

– Серьёзно? Он сын мисс Эйвери? – переспрашиваю я.

Дария кивает, её лицо становится ещё более хмурым:

– Мерзкая семейка.

– Хватит, – Лиан неожиданно возмущённо вскакивает на ноги. – Почему вы так относитесь к ним? Зейл помог мне этой ночью. А мисс Эйвери хорошая, она пытается нам помочь и направить. Она обещала нам хорошую жизнь и защиту. А ты так плохо говоришь о ней, Дария. Ещё и называешь сучкой! Ты просто неблагодарная!

Дария лишь пожимает плечами, не желая спорить и в чём-то убеждать:

– Хочешь быть дурой, которую водят за нос? Хорошо. Не мои проблемы.

Лиан обиженно поджимает губы в ответ, но спорить не решается. Дария уже зарекомендовала себя жёсткой. Конфликтовать с ней – себе дороже.

– А ты, Деви… – Лиан бросает на меня обиженный взгляд. – Говоришь загадками, что Зейл кого-то изнасиловал. Но не рассказываешь, что именно произошло.

Воспоминания о той ночи всплывают в голове едким, тошнотворным кошмаром. Я хотела бы забыть. А лучше хотела бы, чтобы той ночи не было.

– Я расскажу, – безэмоционально говорю, стискивая пальцами подлокотники кресла. – Дело касается моей сестры – Аэллы. Поэтому я не хотела касаться этой темы. Но если информация тебя убережёт, расскажу.

– Твоей сестры? – Лиан слегка теряется, садясь обратно в кресло.

Дария, которая уже начала клевать носом, поднимает голову, внимательно глядя на меня.

Я коротко описываю произошедшее год назад, хотя вспоминать неприятно. Рассказываю всё, что важно для понимая ситуации.

Только вот Лиан мой рассказ не убеждает.

– Но ты сама сказала, ты не видела, чтобы Зейл трогал твою сестру. Там с ней был его брат – Кай.

– Не думаю, что это был Кайден, –произношу я.

Поверить не могу, что отчасти защищаю монстра. Он та ещё сволочина, но, судя по всему, его правда не интересуют человечки и полукровки.

Мне кажется причина его плохого отношения и брезгливости к нам глубже, чем обычная неприязнь.

– Почему не думаешь, ты ведь слышала, как Аэлла кричала и звала на помощь. Её насиловали, когда Зейл говорил с тобой. Значит, это был не он.

– Послушай, я думаю, что их было несколько. Зейл изнасиловал её, а потом вышел ко мне. Он был почти раздет…

– Я думаю, он просто был вместе с друзьями. Да, его это не красит. Но он не насильник Аэллы. Слишком он добрый. Я чувствую, он не способен на то, что ты рассказываешь.

– Лиан… ты не представляешь, что я пережила, – поражённо шепчу я. – Мы говорим о моей сестре, а не просто какой-то девушке. Я там была и знаю, что Зейл её насиловал. Она сама, пока ещё была в шоке, говорила про парня с тёмными волосами, который был особенно жесток.

– Это был Кайден. – Лиан понижает голос. – Пока у него нет истиной, божественная кровь дурно влияет на него. У них это в императорском роду. Все знают о жестокости Флеймов.

– Это лишь слухи. Кайден… – делаю глубокий вдох, подбирая слова. – Он невыносим и ужасно бесит, но он не стал бы насиловать или бить Аэллу. Я думаю, он осознаёт свою силу и не будет пользоваться ею, принуждая. Меня он не тронул, хотя бы мог. А вот точно Зейл стал бы.

Снова выгораживаю монстра. Но по сравнению с Зейлом он и правда выглядит куда лучше.

– Но Кайден Флейм надел на тебя ошейник. Он шантажировал тебя! – возмущается Лиан. – А Зейл помог и не стал так жестоко со мной поступать.

– Он сделал это, чтобы завоевать твоё доверие. Он манипулятор.

– Ты слишком мудришь, Деви, а на самом деле всё на поверхности – я просто нравлюсь ему, – отвечает Лиан, а затем обращается к Дарии. – А ты что думаешь?

– Не знаю, – бурчит она мрачно. – Не хочу разбираться в сортах дерьма. Как по мне оба те ещё ублюдки. Ненавижу дракорианцев.

– Пойду посплю хотя бы час, – Лиан встаёт с места, не глядя на меня. – Скоро начнётся учёба.

Я смотрю, как она удаляется и меня едва не разрывает от негодования. Сколько знаю её, Лиан всегда была упёртой. И теперь она вляпалась.

– Забей, – Дария тоже встаёт на ноги, устало зевая. – Это её жизнь. Хочет – пусть будет жертвой этого конченного урода.

– Она моя подруга, я не могу смотреть, как она сама себя губит.

Дария на миг теряется:

– У меня не был подруг, я не знаю, как это – заботиться о ком-то.

– Быть другом – это пытаться помочь, даже если друг не прав. И не отворачиваться, – устало улыбаюсь я. – Она поймёт. Просто ей нужно немного времени.

– Надеюсь, что поймёт не слишком поздно. Дракорианцы – настоящие чудовища. Зейл сломает её, – бросает девушка и идёт прочь.

– Дария, – зову я её вслед.

– Да?

– Ненавидя дракорианцев, ты ненавидишь и себя. Не нужно уподобляться им. Разве ты не почувствовала себя сегодня другой, когда магия откликнулась?

– Почувствовала. И стала ненавидеть их ещё сильнее. Я не просила такой судьбы.

– Не все такие, как Зейл.

– Ты идеалистка, – фыркает Дария.

Она уходит к себе, и я также возвращаюсь обратно. Осторожно открываю дверь в гостиную и сразу же натыкаюсь взглядом на Кая.

– Разве я разрешал тебе уходить, зверушка?





Глава 11


Захожу внутрь. Дверь захлопывается за мной с глухим стуком. Я прислоняюсь к ней спиной.

Кайден уже не выглядит злым, скорее расслабленным. Его волосы – мокрые после душа –тяжёлыми прядями ложатся на лоб и виски. Он в светлой рубашке, расстёгнутой на несколько пуговиц.

Если бы пришлось его оценивать, как мужчину, я бы сказала, что он выглядит мощным.

Свет от зачарованных светильников мягко падает на его тело, и я вижу, насколько он мускулистый. Под тонкой светлой рубашкой играют мышцы груди, широкие плечи тянут ткань. Каждое движение – ленивое и уверенное – подчёркивает силу, которая скрыта в нём, словно в звере.

Но при этом он выглядит сейчас настолько непривычно домашним, я даже немного теряюсь.

Кай не делает ничего особенного, просто стоит, лениво скрестив руки на груди, но от него невозможно оторвать глаз. В нём столько силы, уверенности и какой-то тёмной, хищной красоты, что внутри всё сжимается, и сердце бьётся быстрее.

Его тьма необъяснимо завораживает. Я не понимаю, это действие проклятой метки, или моё любопытство.

Ведь я изучаю его так же, как и он меня.

– Ты сказал – убирайся, – напоминаю я. – Вот я и ушла.

– От моей двери, а не из комнаты.

– Неужели ты волновался? Искал меня? – уточняю я ехидно.

– Представлял, как наказываю тебя за непослушание.

Не хочу знать, какие у него наказания. Мне хватило того, что было раньше.

– Ты обещал помочь полукровкам, – буравлю взглядом переносицу Кая, лишь бы не смотреть в его огненные глаза.

Хочу отойти от двери, но парень стоит слишком близко, загораживая проход в комнату.

– Обещал, – ухмыляется он. – А ещё сказал – подождут до утра.

– Утро почти наступило. Если обманешь, я просто так это не оставлю.

– А что ты сделаешь? – он склоняется ко мне ближе. – Что будет, зверушка? Ошейник тебе уже не снять раньше положенного срока. Будешь плакать? Встанешь на колени и будешь умолять? Я бы посмотрел на это с удовольствием.

Сглатываю, оставляя его вопросы без ответа. Сама не знаю, что я сделаю. Быть в чьей-то власти, значит быть слишком уязвимой. Скорее бы пролетел месяц. Мне уже невыносимо, а это лишь начало.

– Что на тебе надето? – Кай смеривает мою простую одежду скептическим взглядом.

– Юбка и кофта, я всегда так хожу. Тебе какое дело?

– Ты их нашла на помойке? Такое ощущение, что их грызли крысы.

Звучит обидно. Вещи старые, но чистые и вполне годные для того, чтобы их носить.

– Отвали от меня, а! Придираться к шмотью уже перебор, – пыхчу я, бросаясь вперёд и всё-таки находя в себе смелость отстранить Кайдена.

Неожиданно легко он делает шаг в сторону, давая мне пройти в гостиную к дивану.

– Ночью пойдёшь со мной, оденься поприличнее, – роняет он.

Внутри всё неприятно сжимается. Я не думала, что нужно будет куда-то с ним ходить.

– Куда? – вырывается у меня. – Я не хочу.

– Вечеринка для старшекурсников. Хочешь или нет, не столько важно.

Видимо, о таких мероприятиях говорила Молли. Якобы все мечтают туда попасть.

И в качестве кого я туда пойду. Как игрушка Кая?

– Хотелось бы поспать хотя бы одну ночь, – бурчу недовольно. – Я сюда учиться приехала, а не…

– Избавь меня от своего нытья. Я сказал – приличнее оденься, поняла? Чтобы мне понравилось.

– У меня нет другой одежды.

– Дай угадаю. Решила выглядеть так специально? За монашку у тебя не получится сойти. Я помню, во что ты была одета в борделе.

– Я не работала в борделе, – вскипаю я. – И я не шлюха. И вообще оказалась там случайно, нас туда приволокли силой. Ту одежду я не выбирала, меня заставили так одеться.

На лице Кайдена проступает скептицизм. Он делает едва уловимое движение рукой.

Я не успеваю как-то среагировать. В следующую секунду моя шерстяная юбка становится неприлично короткой. Я уверена, что она едва прикрывает зад!

– Ты что творишь? – возмущённо кричу я, пытаясь натянуть ткань пониже.

Ничего не выходит.

– Ты испортил мою любимую юбку.

– Отлично. А теперь сними трусики, – спокойно приказывает Кай.

– Что?! – от возмущения я просто стою и хватаю ртом воздух, как несчастная рыба, выброшенная на берег.





Глава 11.2


– Хочу, чтобы всегда, когда ты приходила в наш Пик, снимала трусики. Поняла, кровомеска?

Я-то поняла, но все мои внутренние ориентиры вопят о том, что это перебор. Настолько перебор, что я готова взорваться.

– Я буду жаловаться. Это домогательство.

– Жалуйся, – равнодушно бросает Кай. – А теперь выполняй, что сказал. Снимай.

Он не использует руну, контролирующую меня. Просто смотрит на меня изучающе-пристально. Ждёт моей реакции, жаждет моих эмоций.

Интерес в его взгляде буквально окутывает меня. Воздух становится жарким и плотным. У меня будто вся кожа горит.

Я ведь обещала себе – не кормить Кая теми эмоциями, которых он так желает. Он проделывает со мной это всё ради них. Ему нужно увидеть, как я сломаюсь.

Но зачем?

Он подсознательно чувствует, что его влечёт ко мне из-за метки и противится этому, издеваясь надо мной?

– Хорошо, – безэмоционально отвечаю я, принимая решение.

Внутри всё дрожит от стыда и гнева, но я стараюсь оставаться внешне спокойной.

Закусываю губу до боли, наклоняясь и стаскивая с себя сначала обувь, а затем и нижнее бельё. Зло пыхчу, когда поднимаю голову, держа в руке свои трусы.

На губе выступает кровь, настолько сильно я её прикусила.

– Краснеешь, как девственница, – Кайден оскаливается в усмешке, возвышаясь надо мной.

Так и хочется завопить, что я она и есть. У меня не было мужчины. Но я молчу, буравя его взглядом исподлобья.

Внутри всё натянуто до предела. Вдруг он захочет, чтобы я оголилась полностью? Вдруг будет трогать меня? Некстати вспоминаются слова Лиан – неизвестно, как далеко зайдёт Кай.

– Хитрая-хитрая зверушка, – почти шепчет Кай, склоняясь ко мне. – Я же вижу, как ты меня ненавидишь. Можешь не строить из себя ледяную статую.

Он пальцем стирает кровь с моей нижней губы, а затем слизывает её, пробуя на вкус. Я вижу, как он делает судорожный вздох, сглатывая.

Хищник. Монстр во плоти.

Я подаюсь назад и цежу сквозь зубы:

– Ненависть слишком громкое слово. Ты мне отвратитетелен. Но я переживу.

Я правда думаю, что переживу. Всё, чтобы он не задумал. Выдержу. Он меня не сломает.

– Можешь идти к себе и поспать, – великодушно позволяет Кай.

Пошёл ты!

Я буквально кричу эти слова в своей голове, но внешне по-прежнему сохраняю невозмутимый вид. Разворачиваюсь и иду к себе, отчаянно желая одёрнуть укороченную парнем юбку. Рука, которой держу трусики, напряжена до предела, до дикой дрожи.

Я знаю, что Кай пялится на меня. И он знает, что я в курсе.

Но терплю и даже не ускоряю шага.

Надеюсь, ему скоро станет со мной скучно.

И о каком сне говорит Кайден? Когда мне спать? Уже скоро нужно на учёбу. Прогулы пугают меня даже сильнее, чем временное отсутствие трусов.

Меня радует, что Кай не прикасается ко мне в сексуальном плане. Только пытается задеть словами и делом. Но не считая мимолётных, зачастую случайных прикосновений, он держится на расстоянии.

Закрыв за собой дверь, я с облегчением выдыхаю, падая на кресло. Спать больше не хочется, я взвинчена до предела.

К моей радости, Кай уходит буквально через десять минут. Я слышу, как хлопает дверь.

Жду какое-то время, а потом нахожу в себе смелость пробраться в ванную комнату.

Я приоткрываю дверь и осторожно заглядываю внутрь.

Теперь я могу разглядеть комнату в спокойной обстановке.

Ванная просторная, намного больше, чем была в тех комнатах, куда поселили меня, и оформлена она с каким-то аристократическим вкусом.

Справа огромная полукруглая ванна из белого камня. Я такую красоту в жизни не видела.

Слева душ с высоким полукруглым стеклянным ограждением. Именно в нём я прошлый раз и видела Кая. При воспоминании об этом кожу начинает слегка покалывать. Как хорошо, что он меня не заметил.

У стены тянется длинная столешница из белого мрамора, на ней встроена серебристая раковина. Над раковиной – зеркало в резной раме, в котором колышется отражение светильников. Всё так идеально, что это больше похоже на апартаменты в замке, чем на комнату в академии.

Самое ужасно – вокруг пахнет монстром. Запах почти неуловимый, но он есть. От него у меня внутри всё переворачивается.

Кажется, будто я пробралась на чужую территорию, туда, где мне не место.И от этого ощущение странное: то ли трепет, то ли тревога.

К моей безумной радости, я вижу, что на двери, которая ведёт в комнату Кая есть щеколда. Я быстро закрываю её. На всякий случай.

Если Кай захочет, он войдёт. Но щеколда предупредит его, что здесь занято, если он объявится.

Не станет же он врываться? Я хочу на это надеяться.

Быстро сбрасываю одежду и наконец-то принимаю душ с огромнейшим наслаждением. Я всё ещё грязная после ночных приключений в лесу. Вместо волос будто солома.

Быстро привожу себя в порядок и выхожу из ванной, не забыв открыть щеколду в комнату Кая. Не хватало ещё, чтобы он не смог попасть в ванную. Точно я буду виноватой.

У меня остаётся какое-то время, и я трачу его на то, чтобы разложить свои немногочисленные вещи. Спать не хочется, поэтому я быстро собираю раскладной мольберт.

Я ставлю его у окна, за которым сереет раннее утро. Пальцы дрожат, когда я достаю уголь и старые краски. Рисование всегда было моим убежищем. С самого детства я уходила в свой маленький мир, где я была хозяйкой и повелительницей всего. Так я спасалась от жестокой реальности.

И сейчас это чувство накатывает снова – сильное, неодолимое. Вдохновение рвётся наружу лавиной, и я не в силах его остановить. Я двигаю рукой быстро, будто кто-то ведёт её вместо меня.

Мазок за мазком, линия за линией.

Я не понимаю, что рисую. Всё это скорее похоже на поток, на безумие. Но чем больше штрихов ложится на холст, тем сильнее бьётся сердце.

Когда же я наконец останавливаюсь, пальцы измазаны углём и красками, дыхание сбито, а передо мной картина.

Тёмно-синее небо, тяжёлое, грозовое. Оно давит, будто даже угрожает. В центре этого мрака – два глаза. Огненные. Яркие, как пламя, но при этом холодные, как сталь.



И эти глаза смотрят прямо вглубь меня. Будто знают каждую мысль, каждый страх, каждую слабость.

Я отшатываюсь назад. В груди возникает противная дрожь.

Глаза монстра.

Я смотрю в них несколько мгновений, а затем поспешно и стыдливо сворачиваю холст.

Прекрасно понимаю, что думаю о нём не просто так. Внутри меня поселилось нечто отвратительное. Метка истинности уничтожает меня. Я будто запятнана чем-то, и больше не отмыться.

Засовываю холст под кровать. Подальше от себя.

Лучше занять голову учёбой. Так и поступаю, одеваю форму, беру учебники и спешу на завтрак.





Глава 12


Меня теперь ненавидят половина старшекурсников. Кай выполнил своё обещание и избавил полукровок от рабства. Дракорианцы подчинились ему, но теперь все знают, что я заключила с Флеймом договор, добровольно надев ошейник.

Да, в глазах сокурсниц-полукровок я стала спасительницей, но многие дракорианцы решили, что я таким образом хочу стать ближе к Каю и фактически предложила ему себя.

После занятий я узнаю у секретаря местоположение кабинета мисс Эйвери. Стучусь, а затем вхожу внутрь, услышав приглушённое «войдите».

Кабинет мисс Эйвери именно такой, как я и представляла. Строгий, роскошный и обезличенный.

Высокие окна с тяжёлыми бордовыми шторами, массивный письменный стол из тёмного дерева, на котором аккуратно разложены папки, книги и несколько магических сфер, мерцающих слабым светом. На стенах строгие картины с пейзажами. Пол устлан ковром.

Мисс Эйвери стоит у своего стола. На ней деловой костюм – тёмный жакет и узкая юбка чуть ниже колена, подчёркивающая стройность её фигуры. На шее тонкая золотая цепочка, на запястье часы с кожаным ремешком. Её короткие тёмные волосы уложены безупречно.

На лице алым пятном выделяется красная помада, она придаёт лаконичному образу слегка хищный вид. Ногти у неё такого же цвета.

Она поднимает ледяной взгляд и смотрит на меня. Спустя мгновение её лицо становится приторно-дружелюбным.

– Деви… милая. Как хорошо, что ты зашла, – улыбается она. – Проходи же, не стой. Садись, поболтаем.

Я и правда замерла, пока изучала её.

– Спасибо, – натянуто улыбаюсь я.

Селеста Эйвери – мать Зейла и Ксандра. Сейчас я действительно подмечаю некие схожие черты. Выходит она тётка Кайдена.

Она ему не кровная родственница. Была замужем за дядей Кая, но сейчас в разводе. Это всё я выяснила сегодня у Дарии.

Иду вперёд по мягкому ковру. Опускаюсь в кожаное кресло для посетителей. Мисс Эйвери садится напротив. Её ледяные глаза впиваются в меня с любопытством.

– На тебе ошейник, – её губ касается лёгкая улыбка.

Инстинктивно касаюсь его и у меня вырывается:

– Как вы заметили? Он же невидимый.

– Конечно вижу, – Селеста поднимает руку и указывает на неприметное золотое колечко на указательном пальце. – Я способна распознать практически любую магию в стенах академии. Ради безопасности адептов.

– О безопасности я и хотела поговорить.

– Слушаю, Деви, – мисс Эйвери становится преувеличенно серьёзной.

– Раз видите ошейник, вы понимаете откуда он?

– Конечно. Вы были на посвящении. Понравилось?

Её вопрос вгоняет в ступор.

– Я… не уверена, что такое может понравиться, мисс Эйвери. Точнее я даже не уверена, что такое должно нравиться.

– О… – она скругляет свои красные хищные губы, а затем снова улыбается. Приклеивает улыбку к своему лицу, глядя прямо мне в глаза. – Ты считаешь подобные игры жестокими?

Это не игры… но стоит быть осторожнее при разговоре с Селестой и правильно подбирать слова.

– Я могу говорить лишь за полукровок. Им явно небезопасны подобные вещи. Как староста, я категорически против и прошу вас пойти нам на встречу. Если есть ещё подобные мероприятия, сделайте так, чтобы мы не участвовали в них. На посвящение нас затащили силой, буквально скормив нам магические кексы.

– Деви… я понимаю твои опасения, – мисс Эйвери всё также улыбается. – Но помнишь, о чём мы с тобой говорили? Нужно приспосабливаться. Хотя… вашему поколению полукровок будет сложно. Вы воспитаны… к-хм… в иных традициях.

Нашему поколению? Что она имеет в виду?

– По сути, полукровки и дракорианцы физически почти ничем не отличаются друг от друга, за некоторым исключением. Всё здесь, – тонкий палец мисс Эйвери с красным ноготком касается её виска. – Всё в нашей голове. Я не требую от вас идеального соблюдения наших обычаев и даже не требую стопроцентного понимания. Потому что прекрасно осознаю – вас уже не перекроить, твой приход ко мне, твоя просьба лишнее тому доказательство. Но я хочу, чтобы вы подчинялись уже установленному порядку и правилам. Чтобы выполняли то, что вам говорят, даже если вы не понимаете сути. Все мы проходили посвящение. Даже я, когда училась в Пиках. Этой традиции более двухсот лет.

Я тяжело вздыхаю, ёрзая на стуле. Знала же, что так и будет. Но попёрлась сюда слушать её сладкоголосые речи.

– Вы, полукровки, сейчас в непривычной обстановке. Но чтобы выжить – нужно адаптироваться. Нужно понять, что здесь всё решают сильнейшие. Вам же дан шанс… шанс невероятный. Используйте его правильно, Деви. Надеюсь, ты меня поняла?

– Поняла, – откликаюсь я, порываясь встать.

– Подожди.

Замираю, снова опускаясь обратно.

– Я навела кое какие справки. Есть один госпиталь… там великолепные лекари, которые занимаются лечением психических недугов. Напомни, что случилось с твоей сестрой?

Сердце вздрагивает, рикошетит о рёбра глухим ударом. Я делаю судорожный вздох, прежде чем ответить:

– Её изнасиловали.

Изнасиловал сын женщины, которая сидит передо мной. Какая ирония.

Я ищу в глазах мисс Эйвери хоть какую-то эмоцию, но там пустота. Она лишь убирает с лица улыбку. Просто потому что после таких слов улыбаться не принято, но вовсе не потому что её правда ужаснули мои слова.

Я понимаю, что Селеста вряд ли знает что-то о судьбе Аэллы, и о том, что её сын в чём-то виноват.

Сколько таких девушек могло пострадать от дракорианцев? Сотни.

Кого это волнует? Никого.

Мы лишь мясо.

Зверушки.

Голос Кая вползает в уши, и я вздрагиваю.

– Мне так жаль, дорогая, – мисс Эйвери подаётся вперёд и накрывает мою руку своей.

Её кожа ледяная. Как и глаза.

Ноль эмоций, лишь в глубине затаился едва заметный интерес.

– Спасибо за сочувствие, – отвечаю, внутренне молясь, чтобы она скорее убрала свою ладонь.

Мне неприятно прикосновение её холёной руки.

– Так вот… – к моей радости, она отпускает мою руку. – Лекари в том госпитале могли бы принять твою сестру на следующей неделе. Я напишу время и адрес. Сможешь привезти её?

– У нас нет денег на дорогих лекарей, иначе я бы давно отвела сестру к ним.

Сейчас мне двадцать один. Между поступлением в академию и моим окончанием пансиона прошёл год. И весь год я работала на благо семьи. Мне удалось скопить сумму, которой хватило на приём у дорогостоящего именитого лекаря. Он осмотрел сестру и выписал нам счёт, который нужно было бы оплатить, начни мы лечение.

Тогда я поняла, что шансов нет… сумма была неподъёмной.

– Об оплате не стоит беспокоиться, – мисс Эйвери смотрит на меня. – Моя семья спонсировала этот госпиталь долгие годы. Они будут рады помочь моим друзьям.

Надежда разгорается внутри меня. Вспыхивает ярким пламенем. Я просто не могу поверить, что у сестры появился шанс. Я до сих пор чувствую свою вину за то, что не смогла помочь ей. Не смогла уберечь. За то, что просто убежала, спасая себя.

Умом я понимаю, что всё равно ничего бы не сделала. Но сердце… он истекает кровью за любимую сестричку.

И вот сейчас есть шанс всё исправить.





Глава 12.2


– Вы правда поможете сестре? – мой голос недоверчиво-надтреснутый, сломанный.

– Правда.

Принимать помощь от такой женщины – всё равно что засунуть голову в пасть дракону. Рано или поздно он сомкнёт челюсти.

Она что-то захочет взамен. Однажды она попросить плату, я уверена.

Но разве у меня есть выбор?

– Спасибо, – шепчу я, закусывая дрожащую губу.

– О, милая… ты так расчувствовалась. Представляю как тебе тяжело. Я лишь рада облегчить твою участь. Но и ты помни о договоре. Я на тебя надеюсь.

– Я слежу за девочками, – бормочу я.

Так и есть. Только вот не в том смысле, котором хочет мисс Эйвери. Но благо, пока и рассказывать нечего. Никто не делал ничего, что можно было бы трактовать, как угроза или неповиновение.

– Особенно меня беспокоит мисс Торн.

– Дария?

– Она тяжело поддаётся контролю. У неё уже были проблемы с законом раньше. И сейчас я бы не хотела неприятностей. Мы взяли её в программу лишь из-за очень высокого уровня магии.

– Дария просто резкая и немного грубая, но она не опасна, – произношу я, испытывая желание защитить девушку, но тут же добавляю: – Но я буду с ней особо внимательна. Даже постараюсь подружиться, чтобы держать поближе к себе.

– Умница, – одобряет Селеста, в её глазах вспыхивает удовлетворение.

Я немного схитрила. Ведь я собиралась дружить с Дарией, потому что она мне нравится, а не из-за Эйвери. Но так проще умаслить нашу кураторшу.

Мне кажется, словно я хожу по лезвию ножа. Играть с мисс Эйвери опасно, я это чувствую.

Лёгкий укол стыда пронзает грудь. Лиан права, я плохо отношусь к мисс Эйвери. Ведь в её руках спасение сестры. Она помогает Аэлле.

Но тут же прогоняю чувство прочь. Селеста делает это чтобы держать меня в руках и манипулировать. Не из добрых побуждений. И именно её сын виновен в том, что случилось с Аэллой, в этом я убеждена.

– Я пойду?

Мисс Эйвери кивает.

Я снова благодарю Селесту за помощь сестре и ухожу. Уже обхватываю ладонью прохладную ручку двери, когда мне вслед летит:

– Деви. Кто поймал тебя на посвящении? Чей ошейник?

Не хочу, чтобы она знала. Не знаю почему. Просто не хочу. Это будто бы что-то личное.

– Ошейник надел Кайден Флейм – наследник.

Удивление мелькает на идеальном лице, но затем Селеста снова надевает непроницаемую маску.

– Поняла. Иди, Деви.

Что её удивило? Думаю, у Кая каждый год были рабы. Ему ведь проще простого поймать себе игрушку.

После общения с мисс Эйвери каждый раз такое ощущение, будто не хватает воздуха. Настроение не очень весёлое, хоть она и обещала помочь сестре. Меня съедает неясная тревога. Будто должно случиться что-то плохое.

Ладно… главное, чтобы Аэлла поправилась.

Не успеваю я дойти до своей комнаты, как меня окликает какая-то девушка. Я поворачиваюсь и вижу блондинку Киару – подружку Молли. Возможно уже бывшую подружку, ведь я намеренно столкнула их лбами совсем недавно.

– Эй, кровомеска, – она спешит ко мне, стуча каблучками по мраморному полу коридора. – Стой же!

– Чего тебе? – я складываю руки на груди, уже нащупываю в себе магию, готовясь дать отпор.

Но Киара удивляет.

– У нас с тобой дело. Пойдём по магазинам.

– Чегооо?

Она сошла с ума и с кем-то перепутала меня?





Глава 12.3


Киара обиженно надувает накрашенные розовой помадой губы:

– Кайден сказал. Думаешь я сама что ли в восторге? Я собиралась на маникюр.

– Так иди на свой маникюр, – оторопело отвечаю я, делая пару шагов назад.

– Эй! Стой! – голос Киары противно звенит, она подаётся ко мне ближе, стремясь преградить путь. – Кай предупреждал, что ты станешь противиться. И сказал, что это приказ.

– Что конкретно Флейм тебе сказал?

– Дал деньги и сказал, что у тебя нет одежды. Я посмотрела твой шкаф… это точно твоя одежда, а не какой-то старушки?

– Эй! – возмущённо шиплю я. – Ты заходила в мою комнату? Рылась в моих вещах? Как ты посмела?

Киара лишь пожимает плечами:

– Кай разрешил. И, кстати, велел купить платье для вечеринки.

Нужно будет найти ключ от двери, чтобы запирать её. Немыслимо! Она просто вломилась ко мне и не видит в этом ничего плохого.

– Мне не нужно платье. Мне вообще ничего не нужно!

Возмущаюсь, но прекрасно понимаю, Киара лишь выполняет приказ Кая. Он прислал её в качестве своего лакея, даже не удосужившись поговорить со мной лично.

– Послушай, Кайден сказал, что ты пойдёшь на вечеринку голой, если не послушаешься. Мне в целом пофиг, выбирай сама.

От её слов меня будто кипятком ошпаривает. Он снова ставит меня перед выбором. И снова ждёт моей реакции, чтобы насладиться ею.

Бунту не бывать. Настроение из возмущённого становится флегматичным. Я принимаю, что выбора у меня особо и нет. Голой никуда идти я точно идти не собираюсь.

– Ладно, пошли, – бурчу я. – Куда нам?

Кажется, Киара не слишком довольна моим согласием. Наверное, уже представляла, как пойдёт на маникюр, когда я сольюсь.

– В Рунвиль. Это небольшой городок неподалёку от академии.

Я бы предпочла поспать после бессонной ночи, а не бегать по магазинам с…

Я бросаю короткой взгляд на Киару.

Кто она вообще Каю? Я помню, что видела их вместе, но судя по его отношению к девушке, вряд ли у них что-то серьёзное.

Киара выглядит сногсшибательно.

Лицо, будто вылепленное искусным скульптором: ровный нос, капризные пухлые губки, холёная кожа, длинные ресницы. Про неё точно можно сказать, что ноги от ушей. Если во мне роста от силы метр шестьдесят, она сантиметров на двадцать выше и при этом фигура загляденье.

Я не понимаю, почему она позволяет Каю использовать себя? Мало того, что она с ним спит. Так он ещё и отправляет её со мной, будто девочку на побегушках.

Мы молча выходим из академии, дорога до Рунвиля занимает около получаса. По пути Киара задаёт вопросы о моей жизни. У меня складывается впечатление, что она действительно считает полукровок кем-то вроде говорящих животных. Её удивляет даже то, что обычные люди ходят на учёбу в школу, а полукровок с запечатанными даром – таких, как я – отправляют учиться в пансионы.

В её голове мы будто животные, которые существуют, чтобы есть, спать и плодиться.

Киара – дочь богатых аристократов. Она никогда не бывала в кварталах для бедных, даже с людьми или полукровками разговаривала редко. Я только теперь начинаю понимать, насколько многие из дракорианцев оторваны от реальности.

Несмотря на то, что я прекрасно помню, как Киара издевалась надо мной вместе с Молли, сейчас она кажется неожиданно добродушной в личном общении. Этакая дурочка, которая ляпает, прежде чем подумать.

– Ты красивая, – заявляет Киара мне в лоб, когда мы заходим в городок. – Вы с Каем уже сблизились?

Сблизились?

– Мм… спасибо, что значит «сблизились»?

– Ты с ним трахалась или ещё нет?

– Чтооо? – я поворачиваю голову, всматриваясь в лицо Киары.

Она улыбается, ожидая ответа. Явно не считает, что спросила что-то вопиюще дикое.

– Великие Легенды… – выдыхаю я. – Нет, Киара. И не будем.

Она искренне удивлена:

– Странно, а зачем тогда Кай тебя выбрал? Ты красивая, значит подходишь.

Я даже не знаю, как реагировать на её слова. Кажется, она искренне поражена тому факту, что я не хочу переспать с монстром.

– То есть, ты считаешь полукровок кем-то вроде зверьков, но допускаешь близкие отношения между мной и Каем? – хмыкаю я.

– Многие так делают.

Мы идём какое-то время молча. Я с интересом осматриваюсь вокруг. Город пахнет свежим хлебом и жареными каштанами. Вдалеке звенят колокольчики.

Каменные дома в Рунвиле невысокие с крутыми крышами. Они будто прижимают город к земле.

По улочкам, которые покрыты булыжником, неспешно прогуливаются жители. Дети бегают, весело смеясь.

Я не вижу здесь искр. И дороги такие, что вряд ли они могли бы ездить. Значит, жители предпочитают жить по старинному укладу.

– Значит ты и Кайден… вы вроде как просто спите вместе? – спрашиваю я.

Вопрос зудел под кожей, и раз уж Киара не прочь обсудить такие вещи, почему бы не полюбопытствовать.

– Уже нет, сегодня он явно дал понять, что больше мной больше не интересуется. Я думала из-за тебя, – Киара лучезарно улыбается.

– И ты не ревнуешь?

– Нет, я знала, что так будет, – хмыкает дракорианка. – Наверное, нашёл ещё кого-то. Так что мы с тобой в пролёте.

Я не видела, чтобы Кай приводил девушек с того момента, как я заселилась. Но прошло всего два дня, видимо, всё впереди.

У меня волосы дыбом встают, едва я представляю, что он будет сношать какую-нибудь девушку прямо за стенкой.

С другой стороны… пусть занимается чем угодно, лишь бы меня не доставал.

– О, нам сюда! – Киара хватает меня под руку и тащит к высокой арке из светлого камня.

Над входом выведено – «Магистрия». Шрифт серебристый и очень изящный.

Стоит переступить порог, и я сразу понимаю: это не просто магазинчик или лавка с одеждой. Это настоящий храм моды.

Внутри всё утопает в свете. Потолки высокие, а под сводами плавают магические шары – неяркие, тёплые, они озаряют всё вокруг золотистым светом. В воздухе стоит аромат дорогих масел и пудры, запах тонкий, изысканный, почти околдовывающий.

На серебряных манекенах развешана одежда, от которой захватывает дух. Платья, блузы, юбки, жакеты, пальто. На вешалках рядом висят изящные перчатки, шелковые чулки, пояски, нижнее бельё.

На отдельной стойке наряды для балов и приёмов.

К нам почти сразу подходят две продавщицы – высокие, грациозные дракорианки, одетые в белые шёлковые блузы, длинные чёрные юбки. У них на ногах туфельки на высоченных шпильках. Девушки даже накрашены одинаково – чёрная подводка, алые губы, длинные завитые ресницы.

– Госпожа Киара, рады видеть вас снова!

– Добро пожаловать!

Я немного робею, но стараюсь не показывать этого. И не глазеть по сторонам, чтобы не выглядеть совсем уж деревенщиной.

– Прошло уже больше месяца, как вы заглядывали последний раз, – улыбается одна из продавщиц, и её алые губы блестят в свете магических сфер. – Как удачно, что вы заглянули, госпожа Киара. У нас появились новые коллекции от дома Лорвен.

– Правда? – Киара восторженно хлопает в ладоши, её глаза загораются, она коротко бросает мне: – Развлекайся, Деви, бери, всё, что нужно, а я тоже пойду захвачу пару нужных мне вещиц.

Она ускользает, теряется между серебряных манекенов, оставляя за собой лёгкий аромат дорогих духов, а я остаюсь на месте.

– Подсказать вам что-то, госпожа? – улыбается одна из продавщиц, которая осталась со мной.

– Я… – прочищаю горло, чувствуя неловкость. –… посмотрю сама. Пока что.

Она сдержанно кивает, продолжая улыбаться.

Я медленно иду вдоль рядов, любуясь одеждой. Здесь каждая вещь словно произведение искусства. А какие ткани, какие цвета…

Как художница я особенно чувствую всё это – игру света на материи, гармонию оттенков, плавные линии кроя.

Двигаюсь между рядов, пальцы скользят по мягким, почти невесомым тканям. Внутри дрожит чувство непринятия ситуации. Брать что-то у Кайдена не лучшая идея. Мне вообще не место в таком дорогом магазине.

Но выбора у меня нет. Лучше не провоцировать монстра, голой я идти никуда не хочу.

Значит… почему бы не воспользоваться ситуацией?

Я выберу платье без зазрения совести. Дорогое. Красивое. Пусть будет хоть какая-то компенсация за все мои мучения. Кай ведь всё равно не обеднеет, у него столько денег, что, я уверена, он может скупить весь магазин.

Я медленно перебираю вешалки. Одно платье слишком откровенное, глубокий вырез и разрез почти до бедра. Второе вычурное, с пышной юбкой, будто предназначено для приёмов и балов. Третье, хоть и идеально сшито, имеет странный зелёновато-золотистый оттенок, который точно не пойдёт такой блондинке, как я.

Я уже почти теряю надежду, когда взгляд падает на него – длинное, слегка приталенное платье, нежно-розового, пастельного оттенка. Оно простое и утончённое. Без излишеств. Скроет мою большую грудь, которой я всегда немного смущаюсь и острые коленки. Идеально.

– Прекрасный выбор, госпожа, – тут же подходит ко мне продавщица. Она добавляет: – Позвольте, я принесу к нему туфли на выбор. Можете пока примерить.

Через пару минут она возвращается с коробками.

Я примеряю несколько штук, пока не нахожу подходящие.

Не проходит и пяти минут, как появляется Киара. За ней идёт продавщица с таким количеством свёртков, что она едва может их удержать.

– Ну что? Выбрала? – глаза Киары светятся. – Я почти всю коллекцию скупила.

Я показываю платье, поясняя свой выбор:

– Ткань будет мягко струится по фигуре, но ничего не выставит напоказ.

Киара замирает, её немигающий взгляд скользит от меня к платью, затем снова ко мне.

– Ну и жуть! – выносит вердикт дракорианка. – Бабкин халат почти до пят.

– Киара! – возмущённо шиплю я, чувствуя, как краска стыда заливает щёки.

– И всё? Больше ничего не выбрала? – девушка растерянно смотрит по сторонам, нисколько не обращая внимание на мои возмущения. – А остальное? У тебя же ничего нет! Совсем ничего!

– Мне хватит одного платья, – бурчу я. – Я не собираюсь устраивать показ мод.

– Нет, – качает головой Киара. – Кай сказал, что я должна помочь тебе купить всё, что нужно. А ещё сказал, чтобы я выбрала нормальную одежду, а не бабкины шмотки. А вдруг он решит, что я во всём виновата, если мы купим только платье, которое ты выбрала? Нет, так дело не пойдёт. Его лучше не злить.

Следующие два часа проходят как в тумане. Сначала я примеряю наряды с интересом, пытаюсь спорить с Киарой, отстаивая свой вкус в одежде. Но вскоре устаю и просто остаюсь сидеть на мягком пуфе и ждать.

Киара, кажется, впадает в священный экстаз. Она порхает между стойками, словно хищная птица, почуявшая добычу.

– Вот это! И это! И это тоже! – её голос звенит, а продавщицы, как по команде, несут всё, на что она укажет.

Некоторые вещи мы покупаем даже без примерки, Киара говорит, что уже и так видит, что мне пойдёт.

Выбирая платье для вечеринки, мы устраиваем битву не на жизнь, а на смерть.

Но в итоге я проигрываю, принимая предложение Киары взять сиреневое кружевное платье на бретельках. Оно длиной до колен и у него, о ужас, достаточно нескромный вырез.

– Будь у меня такая грудь, я бы ею гордилась, а не прятала за балахонами, – отчитывает меня Киара с нескрываемой завистью. – Представляю, как парни будут пялиться. Особенно, когда будем на озере купаться.

– На озере? Я думала вечеринка будет немного другой.

Честно говоря, я вообще ни разу не была на подобных мероприятиях. Уж тем более мне сложно представить, как выглядят те знаменитые вечеринки для старшекурсников, о которых с придыханием говорила Молли.

– Конечно мы будем купаться в озере, – глаза Киары мечтательно закатываются. – Так что не забудь захватить купальник, я выбрала тебе парочку.

– Нет, – поспешно выдавливаю, представляя, что придётся ходить полуголой перед Кайденом. – Я… точно нет!

– О, любишь купаться голышом? Я тоже, подружка, – подмигивает мне Киара. – Парни так пялятся, меня это заводит. Понимаешь о чём я, да?

Проклятье! Я отворачиваюсь, закрывая лицо руками. Чувствую, пережить это «радостное» событие будет непросто.

К моменту, когда продавщицы начинают упаковывать гору свёртков, я уже сижу, уткнувшись лбом в ладони.

Сколько же денег нужно, чтобы оплатить подобное роскошество? Наверняка больше, чем я когда-либо смогу заработать. Развлечения Кайдена стоят дорого. И меня пугает, что я стала одним из них.





Глава 13


Кайден





Свет от окон отражается в отполированном обсидиане, из которого сделан стол в Зале Совета. Кажется, будто драконы, высеченные на поверхности, шевелятся. Но это лишь игра теней.

Я поворачиваю голову. Мой взгляд замирает на лице мужчины, который стоит на коленях. Его губы едва заметно дрожат, в глазах страх и мольба.

– Половина приграничного поселения стёрто с лица земли, – канцлер Лазар Эшмор бьёт кулаком по столу от возмущения.

Я немного подаюсь ближе, вглядываясь в испуганное лицо дракорианца:

– Когда тебе доверяли пограничный пост, был уговор – ты покажешь себя, и тогда тебя переведут в столицу, Дерек. Место спокойное, исчадья появляются редко, но ты не справился даже с самой простой задачей. Оставил поселение без защиты, и вот результат.

– Был праздник… и мы… – он заикается, захлёбывается воздухом. – Мы просто подумали, что ничего не произойдёт! Почти месяц была тишина.

– Исчадья хитры! – канцлер вскакивает с места, обращаясь уже и к остальным главам родов. – Каждый из нас это знает.

– Мы не можем себе позволить подобных ошибок! Не в наше опасное время.

Так и есть. После того, как Легенды покинули наш мир, исчадья постепенно стали выбираться из Бездны всё чаще. Возможно, раньше магия Богов сдерживала их, а теперь её не стало. А может быть причина была другая. Но факт остаётся фактом – за последнюю сотню лет нам пришлось значительно укрепить рубежи.

– Погибли только люди, – произносит глава рода Мериволт. – Дракорианцы не пострадали, их просто не было в поселении.

– Да, – Дерек воодушевляется, выпрямляя спину. – Ни один из дракорианцев не пострадал, это правда.

Внутри меня начинает зарождаться злость. Она выползает из самых глубин моего существа, оседает в грудной клетке, подбивая покончить с Дереком прямо сейчас.

Свернуть ему шею или просто сдавить горло, пока не начнёт хрипеть?

Подобные порывы в последнее время появляются всё чаще.

Дерек видит мою реакцию, и вздрагивает.

Я прекрасно понимаю, чего он боится. Сотни дракорианцев до него стояли на коленях в этом древнем зале, который помнит каждого из Легенд.

Кто-то умолял о снисхождении, кто-то молчал, смирившись со своей участью. Но вне зависимости от этого чаще всего исход один – смерть.

– Люди – рабочая сила, – медленно говорю я Дереку, а затем обвожу взглядом остальных глав родов. – Люди строили укрепления, работали на близлежащих шахтах, возделывали землю. Кто теперь будет выполнять их работу?

– Но стоит ли лишать жизни Дерека из-за них? Он может понести наказание иным образом, – осторожно встревает ещё кто-то.

– Он впустую потратил ресурсы. Его небрежность и недальновидность дорого нам обойдутся, – цедит канцлер, поддерживая меня.

Перевожу взгляд на окно. Я будто впервые за много лет замечаю небо. Оно такое же голубое, как…

Я будто наяву вижу перед собой широко распахнутые глаза кровомески. Голубые и такие наивные. Даже не верится, что девчонка прожжённая шлюха в свои двадцать один.

Совет гудит вокруг, главы родов спорят. Я слышу голоса, но не слушаю их.

Деви Морр.

Её имя оседает внутри предвкушением, от которого закипает кровь.

Я вспоминаю, как приказал ей снять трусики. Я был уверен, что она откажется.

Её щеки стали пунцовыми, когда она стягивала бельё.

На долю секунды представляю, что мог бы прижать кровомеску к стене и войти в неё одним рывком. Член в штанах болезненно дёргается.

Я сглатываю, понимая, что сейчас совсем не время думать о зверушке. Но при воспоминании о ней, злость внутри меня утихает. Такого не было давно.

Впервые хочется, чтобы совет скорее закончился, и я мог вернуться в академию.

Раньше меня раздражало, что нужно тратить время на учёбу, когда очевидно, что моё место в Дракенхейме – крепости-обиталище богов. Но такова уж традиция. Каждый бог-император занимал трон в двадцать пять после окончания обучения.

Когда вернусь, проверю, сняла зверушка она трусики.

Если нет, накажу её.

В голове всплывают способы того, как я мог бы это сделать. Все они за гранью того, что можно позволять себе с такими, как она.

– Мой император!

Я поворачиваю голову, понимая, что от меня ожидают решения.

– Избавься от него, – коротко бросаю я канцлеру.

Споры замолкают. Все понимают – решение принято.

Дерек орёт, хрипит, размазывая слёзы и сопли по лицу – жалкое зрелище, недостойное дракорианца.

Лишнее подтверждение тому, что он должен умереть.

Дерек опозорил свой род. Теперь косые взгляды будут преследовать его отца – некогда уважаемого члена Совета, который сейчас отошёл от дел и надеялся, что сын займёт его место. Но он даже с пограничным постом не справился.

Мысли о кровомеске вытеснили собой желание убить Дерека за его оплошность собственноручно. Кто бы мог подумать, что интерес к ней настолько захватит меня.

Канцлер Лазар не колеблется, он едва заметным движением подзывает двух мужчин, стоящих в тени, указывая им на хрипящего Дерека.

Когда дверь за ним закрывается, мы возвращаемся к рутине. Ровно до того момента, пока массивная дверь зала не отворяется с глухим скрипом.

– Опаздываете, мисс Эйвери? – сразу же реагирует канцлер. – Это проявление неуважения. Не только к нам, но и к будущему императору.

– Дела в академии. Вы же знаете, я теперь там работаю.

Поворачиваю голову и вижу, что Селеста как обычно улыбается.

Она бывшая жена моего дяди. После смерти родителей их семья – единственные, кто остался у меня из родни.

Хоть Селеста мне не родственница по крови, и с дядей уже развелась, я всё ещё считаю её тёткой.

Но это не значит, что она может наглеть.

– Ничто не может быть важнее того факта, что тебя вызвал император, Селеста, – продолжает отчитывать её канцлер. – Совет не может ждать, пока ты подкрасишь губы и сделаешь причёску.

– Лазар… – цедит она, раздражённо прищурившись.

– Достаточно, – сухо обрываю я. – Лазар прав. Сядь и не отвлекай нас. Следующий раз опоздаешь – больше войти не сможешь. Будешь присылать отчёт, его будут зачитывать за тебя.

Неудовольствие мелькает на лице тёти, но она быстро произносит:

– Прошу прощения. Мне есть чем загладить свою вину. Мой проект, связанный с полукровками, превзошёл все мои ожидания. Я готова поделиться результатами.





