Глава 1


- Свет, вот ты мне скажи, почему все мужики такие козлы, а? – моя подруга, Таня, уже знатно налакалась и теперь ей хотелось ответов на сакральные вопросы.

- Понятия не имею, Тань, - сообщила я, ощутив как от энергичного кивка слегка бродит в моем организме выпитое. – Понятия не имею, где ты их таких талантливых находишь. Ик.

- Что значит, находишь? Они сами ко мне лезут. Вон как тот, смотри, - Таня стрельнула густо накрашенными глазами в сторону сидевшего за барной стойкой паренька.

Я только вздохнула. Нам обеим уже было за сорок. За плечами по разводу. У Тани удачному, у меня – не очень. Только я ударилась в работу и карьеру. А подруга – в поиски нового спутника жизни, по пути профыркивая доставшиеся ей от первого мужа щедрые отступные.

Я уже знала, что будет дальше. Сейчас этот паренек оценит бренды на моей подруге и, посчитав, что тут есть чем поживиться, причалит. А через пару месяцев, когда станет ясно, что у Тани бюджет ограничен, паренек исчезнет, улетев на поиски более щедрой дамы.

Так и вышло. Я только глоток успела сделать из своего стакана, когда за нашими спинами раздалось:

- Такие прекрасные леди и без защитников, это опасно.

Ну и дальше все пошло по накатанной схеме. Таня кокетничала, паренек отвечал, попутно обшаривая глазами кольца на руках подруги и сумку от известного модельера. Закончилось тоже стандартно:

- Свет, мы поехали. Увидимся.

- Тань, ты бы подумала еще разочек, - попыталась я вразумить подругу, хоть и знала, что это не даст толку.

- Думать будем на пенсии, а сейчас жить надо, Светулик, - радостно скалясь на все тридцать два винира сообщила мне подруга свой заезженный девиз.

Мне оставалось только махнуть рукой, благословив Танюху на очередную глупость, и оплатить наш сегодняшний заказ. Все, как всегда.

Думала вызвать такси, а потом в окно увидела новогодние гирлянды, развешанные на улице. И мне как-то внезапно захотелось немного прогуляться, проветрить пузырьки шампанского в голове.

Ну и пошла гулять. Лучше б домой поехала. Потому что стали мысли глупые в голову лезть, как всегда перед Новым Годом. О том, что семьи нет, детей. Мужика тоже хотелось бы хорошего, чего скрывать. Но сильнее тоска была о ребенке. О маленькой ладошке в моей руке. О вредном, но таком любимом подростке. Сморгнула слезы и остановилась.

Сто лет жила в этом городе, центральные улицы знала как свои пять пальцев, но в какой-то странный момент вышла куда-то, где никогда не бывала. Удивилась, но приписала сей феномен пузырькам. Поэтому вместо того, чтобы развернуться и поехать домой, потопала дальше. Вот есть у меня такая печаль: как выпью – на приключения тянет. Знаю за собой грешок, потому и хожу трезвая круглый год. А потом мы встречаемся с Танюхой и….

И шла я, любовалась фонариками, даже не обратив внимания, что они какие-то странные, необычные для нашей местности. А потом увидела небольшое замерзшее озеро. И одинокую детскую фигуру на льду. Девочка отрабатывала какие-то хитрые фокусы из фигурного катания. Красиво очень было. Снежок мелкой крупой пролетал, лед сиял от света полной луны, тоненькая фигурка девочки буквально взлетала над озером, а потом мягко, как пушинка приземлялась.

А потом мне внезапно пришла страшная мысль. Мороз ведь неделю только. Да и какой мороз-то… минус три, минус пять? Такое катание может быть опасно.

И только подумала, как детская фигура взлетела особенно красиво и высоко, а потом резко опала вниз и раздался треск. А затем полузадушенный вскрик.

Завопив от ужаса, кинулась к ребенку. Еще какие-то секунды, пока я бежала к озеру, я видела, как девочка стояла, глядя огромными глазами то на трещины во льду, то на меня. А в следующее мгновение озеро ее поглотило.

Не веря своим глазам, на волне адреналина, кинулась к ребенку. Кровь билась в висках, тело обдало жаром. Сорвала с себя шарф, упала на живот и поползла, возблагодарив своего тренера по спортзалу, который спасу мне не давал, требуя по миллион подходов к тренажеру и уверяя, что я все смогу.

И захлопала глазами, потому что никакого ребенка нигде не было. Шампанское, что ли, прокисшее оказалось? Хруст льда подо мной дал понять, что сейчас у меня будет срочное отрезвление.

Так и получилось. Секунда – и я уже в ледяной воде. Гребла руками, пытаясь вылезти, а снизу словно кто-то тянул на глубину. Удалось набрать полные легкие воздуха, прежде чем погрузиться в холод по самую макушку.

Перед глазами замелькали какие-то образы. Детское лицо с ямочками на щеках, черные мужские глаза, полные огня и еще какого-то чувства, гораздо большего за обычную страсть, наряженная елка со странной игрушкой в виде бородатой женщины. А дальше – только холод и темнота.

- Ох! Что ж так холодно-то? Отопление отключили что ли?

И одеяло какое-то тяжелое. Ы-ы-ы… поднатужившись, скинула с себя одеяло и сразу стало легче дышать. Память возвращалась медленно. Сначала вспомнились наши с Танькой посиделки. Потом – озеро. Запоздало пришла мысль, откуда у меня такое тяжелое одеяло? Я всегда укрываюсь тоненьким, на искусственном пуху.

И тут раздался грохот, яркий свет ударил по глазам, а потом громкий женский крик – по ушам.

- Брат! Брат, что она с тобой сделала?! Брат! Гадина! Ты убила его!



Ну что же, мои дорогие), добро пожаловать. Только для вас - снежная сказка о проклятом герцоге, уже не верящем в любовь, и попаданке, еще не знавшей настоящих чувств). Будет весело, иногда шумно, часто романтично. И все это - в атмосфере приближающихся новогодних праздников. Все только для хорошего настроения.





Глава 2


Глаза еще плохо привыкли к свету, но все равно, при взгляде на кровать, почти сразу стало понятно, что это было за тяжелое одеяло.

- Ты убила его, мерзавка!

С другой стороны двуспальной кровати на коленях ползала дородная дама среднего возраста, показательно вырывая из головы пряди волос и размазывая тушь по лицу.

А на кровати лежал мужчина. Лет шестидесяти. Крупный, судя по телу и лицу – любивший вкусно поесть и много выпить. Резко заболела голова. И тут же в нее пришло стопятьсот воспоминаний. Я была не готова к такому потоку информации. Видимо, какие-то проводки в голове закоротили, случилось короткое замыкание, и я отрубилась.

Но полежать спокойно и выдохнуть мне не дали. Информация продолжала поступать. Какая-то скупо, двумя-тремя предложениями, а какая-то – картинками и даже минутными роликами, типа тик-тока.

Оказалось, что я – молодец. За отзывчивость и любовь к детям была премирована на новую, возможно даже долгую и безбедную жизнь, если повезет. Тот переулок, куда я свернула – портал в другой мир. И через озеро я умудрилась его пройти.

И в награду мне – жизнь юной графини Иветты по мужу Бауфман, которую тетка продала за сущие копейки богатому сластолюбцу. А тот, быстренько совершив брачный ритуал, тут же вознамерился исполнить и супружеский долг. Да силы не рассчитал. Исполнялка его отказывалась работать, дедуля бахнул укрепляющий напиток, зашвырнув пузырек куда-то в дальний угол.

Молодая жена, вместо того чтобы скорбно лежать бревном, активно сопротивлялась, а немолодой муж настаивал. И, кажется, получил сердечный приступ вместо удовлетворения. Впрочем, Иветта, то есть я, наоборот была более чем удовлетворена.

И на самом интересном месте в супружескую спальню ворвалась сестра уже покойного графа Баумана, завывая не хуже пожарной машины.

Только что вы просмотрели краткое содержание первых эпизодов сериала «Порочная жизнь богатых и знаменитых».

По крайней мере, именно такая фраза пришла мне в голову, когда я очнулась во второй раз в той же самой постели. К счастью, уже без «одеяла».

Все тело у меня заледенело. Села на кровати. И поняла почему замерзла. Я так и лежала в одной тонкой, едва прикрывающей середину бедра ночной рубашке. Никто не догадался укрыть бедную вдову. В смысле, надеюсь, что богатую вдову.

В комнате темно. И тихо. Встав с постели, переждала легкое головокружение и попыталась нащупать выключатель. Что-то такое нашла. Нажала. И ничего. Ладно. Возле кровати на тумбе стояла лампа, мне потребовалось время, чтобы понять, что по ней нужно стукнуть. Легонько.

Загорелся неяркий, желтоватый свет. Не свечки – уже хорошо. Из приоткрытой дверцы гардероба торчала пола халата. Подошла и вскрикнула от неожиданности, когда увидела в зеркало свое новое лицо.

Молоденькая блондинка. Худощавая, хорошенькая. С таким… невинным выражением лица. Ясно на что позарился старый кобель граф Бауман. Фу, поганка. Надеюсь, ему в Аду весело!

Надела халат. Теплый, из плотной махры с какой-то странной ниткой, будто пушистой. Согрелась моментально. Обула туфли на каблуке, потому что ничего лучше не нашла. И, сначала высунув голову, потом вышла в коридор вся. Никого. Тишина.

Прошла по коридору. На стук моих лабутенов никто не вышел. А где вообще все? В дальней комнате услышала какой-то тихий звук. Всхлип? Подошла на носочках, чтобы не выдать свое присутствие. Дверь была приоткрыта и в щель я увидела маленькую девочку. С забавными буклями, аккуратно уложенными вокруг лица. Малышка сидела на кровати и, закрыв ладошками рот, плакала.

Прежде чем подумать, зашла в комнату. Ребенок испуганно вздрогнул и тут же поспешил вытереть слезы и улыбнуться. Это выглядело почти пугающе.

- Привет, - поздоровалась. – Можно я тут с тобой немного посижу?

Девочка кивнула, но села подальше от меня, почти что на подушку. Я примостилась ближе к изножью, чтобы лишний раз не напрягать ребенка. В голове мелькнула и исчезла информация. Алиса Бауман, четыре года. Ребенок графа от предыдущей жены. Тихая, никому не нужная девочка. С рождения на попечении нянек, которые увольняются из-за приставаний престарелого донжуана, не проработав и пары месяцев. Чудесный был мужик. Земля ему бетоном!

- Тяжелый сегодня день, да? – сказала.

- Да, - подтвердила девочка. Бедняжка. Это для меня тот упитанный субъект был поганым мужем, а для малышки он – отец.

- Мне очень жаль, что все так произошло, - сказала.

- Мне тоже, - всхлипнула кроха.

- Хочешь обняться? – спросила я, в общем-то не имевшая даже представления, как успокаивать детей.

- Нет, спасибо, - меня вежливо послали.

Но я не расстроилась. В моей жизни всякое бывало. И посылали меня нередко, некоторые значительно грубее, чем эта крошечка.

- Ну и ладно, - улыбнулась. – Просто мне немного грустно. И в такие моменты объятия меня очень успокаивают. Подумала, что и у тебя так. Я бы, например, не отказалась, чтобы меня сейчас кто-нибудь обнял.

Выжидательно посмотрела на девочку. Алиса похлопала глазами. Но с места не двинулась.

- А вообще, я очень есть хочу. Не знаешь, где все? И что сегодня на ужин?

- Ты проспала ужин. Мы поели. Было невкусное мясо… опять. И овощи. Но знаешь… если ты никому не скажешь…

- Обещаю, что буду молчать.

- Я тут немного хлеба тайком взяла. Вот он как раз вкусный.

И Алиса полезла под подушку, а потом вытащила два куска хлеба и один дала мне. На какое-то время воцарилась тишина. Мы, сидя на разных полюсах кровати, ели хлеб.

- Ты сказала ели. В доме еще кто-то есть из взрослых?

- Конечно. Сегодня ведь был похорон, - Алиса замолчала, быстро-быстро заморгав глазами. – Приехала тетя и ее дети. Были еще какие-то родственники. Сейчас они все в библиотеке. Что-то важное слушают, приехал поверенный отца. А меня отправили спать.

Поверенный? Ми-и-инуточку! А это они, случайно, не завещание слушают? Хорошенькое дельце! А вдову не пригласили!

- Алиса, извини, если ты не против, но мы потом поговорим. А сейчас мне надо срочно идти.

Девочка кивнула, и я сразу же рванула на выход. По коридору неслась с таким грохотом, что сама оглохла. Перед лестницей на мгновение остановилась. Каблуки высокие, халат длинный. Ступени мелкие и их о-о-о-чень много. Велик риск, что я вниз доберусь по частям.

Из своей спальни вышла Алиса, с любопытством на меня посмотрев. Первая мысль – снять туфли. Но… потом я посмотрела на широкие полированные перила. И передумала. Озорно подмигнула ошарашенному ребенку и, перекинув ногу через перила, съехала вниз на животе, в конце лестницы уперевшись ягодицами в украшение, знаменующее, что я прибыла по назначению.

Помахав выбежавшей посмотреть на меня Алисе, поправила халат и поцокала в библиотеку. Резко распахнула дверь, сходу оценив серпентарий. И зашла.

- Иветта, зачем ты здесь? – прошипела сестра моего мужа. – Это семейное дело.

- Вот и замечательно, потому что я тоже часть семьи. Спасибо, что дали мне выспаться, дорогие родственнички.

Прошла в комнату и села на свободный стул, а потом обратилась к мужчине, сидящему за столом:

- Прошу вас, продолжайте.

- Какая наглость! – возмутилась незнакомая мне бабка. Я в ее сторону даже не посмотрела.

- Уинстон, а нам обязательно терпеть ее присутствие на оглашении? – спросила сестра покойного мужа у поверенного.

- Увы, она часть семьи, - пожал плечами мужчина. И продолжил. – Фридрих Бауфман был предельно краток. Все свои банковские счета он оставил матери.

Та самая бабка, которая кривила моську при моем появлении, радостно заулыбалась.

- А все движимое и недвижимое имущество он оставил сестре. Луизе Вонк, вдове графа Вонк. На этом все, - и поверенный демонстративно захлопнул папку с документом.

- Минуточку, - вмешалась я. – Я еще могу допустить тот факт, что он мне ничего не оставил. Но у него есть дочь! Алиса.

- Он никогда не любил эту пакостницу, - фыркнула довольная наследница состояния. – Ему нужен был сын, а родилась эта…

- Ее зовут Алиса, - подсказала ледяным тоном.

- Все равно как ее зовут. Я завтра же отправлю девчонку в приют и забуду о ее существовании. А ты, - графиня поднялась во весь своей мелкопузатый рост, - сейчас же собери свой один чемодан, с которым ты пришла, и вон из моего дома!

Н-да… похоже с богатой вдовой у меня не срослось. Но ничего. Молодая, красивая, руки и ноги на месте. Что-нибудь придумаю. И Алису с собой заберу, ибо нечего ей тут делать, среди этих кобр очковых!





Глава 3


Графиня возвышалась надо мной, злорадно скалясь во весь рот. Надеялась, что я разрыдаюсь? Вот еще!

- Ладно, - встала со стула, сразу став выше наследницы на целую голову, во многом благодаря высоким каблукам, - спасибо этому дому, пойдем к другому.

Успела поймать взгляд, которым обменялись между собой наследница и поверенный. Ох, филейной частью чувствую, где-то есть подвох с этим завещанием. Значит, пункт один – найти жилье и работу. Пункт два – проконсультироваться с адвокатом. Пункт три – вернуть родовой дом Алисе!

А пока… вернулась в комнату к ребенку. Девочка все так же сидела на кровати, но хотя бы больше не плакала.

- Слушай, - решила не тянуть кота за хвост, - тут не очень хорошая ситуация получилась. Каким-то образом тебя и меня нет в завещании.

- Папа забыл, да? Он постоянно обо мне забывал.

- Не думаю, что это твой папа забыл. Уверена, есть другие причины. Но мы в них разбираться будем позже, а сейчас нам нужно покинуть этот дом. Я тебя ни к чему не принуждаю. Просто спрошу. Пойдешь со мной? Но сразу скажу – легко не будет. Денег у нас мало, жилья нет. Скорее всего, мне придется работать. Но я обещаю, что позабочусь о тебе.

- А если не пойду?

- Имеешь полное право. Но, к сожалению, из того, что я слышала, тетка твоя планирует сдать тебя в приют. Причем, завтра же. Выбор за тобой.

- Можно я возьму с собой Арнольда?

- Э-э… Шварценеггера? Было бы отлично, - усмехнулась.

- Не неггера… а зайца. Вот, - Алиса сунула мне в лицо белого, уже порядком потрепанного зайца с надорванным ухом.

- Ну… - покрутила в руках игрушку, - он у тебя, судя по всему, тоже парень не промах. Думаю, нам пригодится такой бравый защитник.

- Тогда я пойду с тобой, - сказала девочка. И я облегченно выдохнула.

- Давай собирать вещи.

Через час мы были готовы на выход. У меня – большой чемодан на колесах. У Алисы – большая сумка и чемоданчик поменьше.

- Уважаемый! – высунув голову из комнаты, я увидела пробегающего мимо слугу. – Да, вы! Подойдите.

Сделав кислую физиономию, прислуга подошла. Крепкий, здоровый мужик. Берём! Распахнула перед желающим нам помочь двери пошире и громко объявила:

- Берите наши вещи и спускайте на первый этаж. Еще, побеспокойтесь, пожалуйста, чтобы нас кто-то подвез.

- Я не носильщик!

Надвигаюсь на наглого слугу. Я уже переоделась в платье, которое мне худо-бедно помогла надеть Алиса, и обула сапожки на огромных каблуках. Видимо, у прежней хозяйки тела был какой-то комплекс по поводу роста. Так что ростом я почти со слугу. Припечатала его взглядом, этот навык утратить нельзя.

- Берите вещи, уважаемый. Не заставляйте меня повторять.

Вниз мне пришлось спускаться традиционным способом, хотя надо заметить – это очень сложно, учитывая обувь. На выходе пожилой слуга вынес наши пальто. Аккуратно придержал, помогая одеть. К Алисе относился очень бережно, с любовью.

- Куда вы теперь? – спросил, посмотрев на меня добрым взглядом теперь выцветших, но когда-то голубых глаз.

- Поедем к моей тетке, - ответила.

- Она не будет рада.

- А мне все равно, какое у нее настроение. Одна комната там принадлежит мне, и я ее хочу.

Слуга внимательно на меня посмотрел и слегка улыбнулся:

- Алисе повезло, что вы ее берете с собой.

- Спасибо. Нам бы экипаж, не пешком же идти.

- Я скажу кучеру, пусть седлает.

- У вас будут неприятности с новой хозяйкой поместья из-за того, что поможете нам?

- Ну покричит немного. Я давно на это не обращаю внимания, - пожал плечами.

- Спасибо.

Это слово, конечно, не выражает всего того, что я сейчас почувствовала к этому человеку, но увы, иногда так бывает. Словами не всегда получается выразить то, о чем говорит сердце.

- Как вас хоть зовут?

- Анри, к вашим услугам, леди. Анри Руво.

- Приятно познакомиться, Анри.

Карета нас ждала уже через пять минут. Но все же мы слишком долго колупались на выходе, потому что к нам присоединилась сестра покойного и ее дебелый сынок.

- Что тут за шум? А… это ты, - все презрение дамочка вложила в это «ты». – Наконец-то в доме перестанет вонять.

- Ой, вот в этом сильно сомневаюсь, - ответила со смешком.

- Не смей! Даже рот открывать не смей, ты… грязь под моими ногами!

- Смотрите, не поскользнитесь. А то еще ненароком упадете в эту грязь, да наедитесь от души.

- Рупель! – сказала она тому самому слуге, с недовольной физиономией. – А ну-ка выверни их чемоданы! Там наверняка полно украденного! Столовое серебро проверяли?

- Только попробуй, - принялась я вопить, сделав шаг к двери и взявшись за ручку. – Я сейчас открою дверь этого склепа и так начну орать и причитать так громко, что меня услышат во всех домах! Я буду рыдать и рассказывать, как меня, бедную вдову, не дав погоревать о муже, вышвырнула благородная графиня. Ночью! Зимой! В снег! Голодных и холодных! Даже племянницу маленькую не пожалела! На верную смерть вышвырнула нас!

- Прекрати! Хватит орать. Идите уже отсюда, утомили.

- Вот и хорошо, - кивнула, сразу же понизив голос. – Скажите, чтобы вон тот слуга, - показала на кривомордого, - отнес наши вещи к карете. Я не прощаюсь.

И мы, кивнув на прощание только Анри, вышли на улицу. Похрустели снежком по ступеням и сели в холодную карету. Все вещи я приказала занести к нам, а то этот слуга вполне может плохо привязать чемодан к специальным крючкам позади экипажа, и тот при езде упадет. Мелкие люди часто любят вот такие мелочные акты мести.

Ехали недолго. Три квартала и два поворота. Остановились перед небольшим двухэтажным домом.

Кучер помог вытащить чемоданы и быстро уехал. Волновался, что надо будет еще куда-то везти?

Хорошая новость – свт в окнах горел. Плохая – на стук никто не открывал.

Наконец, когда я уже, повернувшись задом, просто била в дверь каблуком сапог, нам открыли.

- Ты чего шумишь? Зачем пришла? Да еще и ребенка притащила?

На пороге стояла худая, с тонкими губами женщина. Ее волосы были стянуты в тугую гульку, на накрахмаленном платье ни одной складочки. Воротничок – белее окружающего нас снега.

- Жить пришла, - ответила, припихиваясь с чемоданами мимо тетки.

- Как это? К мужу иди!

- Вот еще. Ему сейчас в преисподней окорока жарят, нам с ним не по пути. Алиса, заходи, не стой на пороге.

- Уходи сейчас же! Я стражу позову!

- Зови, - легко согласилась. – Насколько я помню, одна комната в этом доме принадлежит мне. И ты не имеешь никакого права меня из нее выселять.

- Да как ты… Что ты… Мерзавка!

- Дом, милый дом, - улыбнулась во всю ширину челюсти и повернулась к дрожащей Алисе. – Заходи, малышка. Будем ночевать тут.

- О! Смотри, кто вернулся, - из комнаты вышел высокий худой мужчина, судя по схожим чертам лица, сыночек тетки. Насколько помню, от первого брака, не от моего родного покойного дяди.

Мужик плотоядно осклабился, и я поняла, что и тут мне отдохнуть не дадут.





Глава 4


- Ужинать мы не будем, даже не уговаривайте, - сказала я двум вытянувшимся от моей наглости рожам. – Устали, спать пойдем.

В моей малюсенькой девичьей спальне ничего не изменилось. Хорошо хоть вещи мои не убрали. Хотя, возможно, просто не успели. Замуж-то меня собрали за неделю, а побыла я замужней вообще от силы пять часов. Так что я теперь пусть и не богатая, зато веселая вдовушка.

- С чего загрустила? – спросила притихшую Алису, так и стоящую на входе в комнату.

- Тут все такое… маленькое.

- Ничего. В тесноте, да не в обиде, - заявила преувеличено радостным тоном.

- А где же мы елку поставим? Как же без нее Самую черную ночь встречать?

Из памяти Иветты я выудила, что местные, как и у нас, Новый Год встречают ночью. Только называется он у них – Самая черная ночь. Название получил этот праздник от одного события шесть веков назад. Тогда еще маленькое королевство вело войну за свою независимость с королевством демонов. Двенадцать месяцев длилась эта изматывающая война. И окончилась, совершенно неожиданно, победой маленького королевства.

И когда, согласно легендам, подписали мирный договор, король вышел на балкон и был поражен тем, какая тихая, спокойная ночь царила повсюду. И тогда он сказал: «Пусть отныне это будет самая черная ночь в нашей истории».

С тех пор и повелось отмечать Новый Год в эту ночь, а до того – буйно праздновать двенадцать дней, в память о тех месяцах, когда была война.

- А мы поставим маленькую елочку, - сказала Алисе, взяла ее за руку и усадила на кровать. Ни стола, ни стула в комнате не было. Их просто некуда было поставить. – Зато она будет только наша. И если захотим, то и убирать ее не будем, пока аж не засохнет.

- Ух ты! До самого лета будет стоять? – Алиса захлопала в ладоши.

- Э-э… нет. Давай хотя бы до весны, ладно?

- Ладно, - легко согласилась малышка. – У меня раньше вообще елки дома не было. Я ее только в гостях видела, - и ребенок хитро улыбнулся.

Вот так вот! Уделала меня, хитрюга!

За что тут же получила порцию щекотки. Мы так громко хохотали, что нам в стену громко и явно раздраженно постучали. На что я ответила тем же. Пусть сюда придут. Я постучу, как следует. И вряд ли это будет стена.

Перед сном мы перекусили бутербродами с сыром. Алиса удивленно вытаращила на меня глаза, когда я достала их из сумки.

- Ты что, - девочка понизила голос до шепота, - украла их из дома?

- Почему украла? Я взяла на кухне. Спросила у поварихи. Так она к этим бутербродам мне еще и пирог выдала.

- С грушевым вареньем? – глаза Алисы загорелись.

- Угадала! Откуда ты знала? – засмеялась.

- Это мое любимое. Шанти мне иногда приносила, если отец забывал распорядиться на счет моего завтрака.

Я мысленно заскрипела зубами. Про свой завтрак этот давно захиревший кобель наверняка не забывал! Хорошо, что есть и добрые люди, как эта повариха.

С этими мыслями я вытащила из сумки большую, тяжелую поварешку.

- О! А это зачем? – Алиса даже рот открыла от удивления. – Тоже Шанти дала?

- Да, - улыбнулась, вспомнив, как ко мне подошла повариха и, тайком, чтобы не видели остальные работники кухни, протянула эту поварешку.

«Для самообороны». Так и сказала. А я поблагодарила и взяла. Потому как насмотрелась уже на местную публику и поняла, что тут и тесак пригодится. Нет зрелища более успокаивающего, чем хрупкая девушка с огромным ножом и кровожадной улыбкой.

В дверь тихонько заскребли.

- А вот сейчас и увидим, зачем мне половник, - подмигнула Алисе, взяла кухонный инструмент в правую, рабочую руку и распахнула дверь.

- Ой! – Почти кузен слегка взбледнул и дернулся. Видимо, не ожидал такого быстрого ответа. – Не спишь еще? Я поговорить хотел.

- Говори.

- Эм… может, выйдешь в коридор?

Я оглянулась на Алису. Девочка жевала бутерброд и горящими глазами наблюдала за нами. Ждала появление половника. Но я подумала, и решила, что ребенку еще рано смотреть на такое зрелище. Поэтому подмигнула малышке и, проигнорировав ее недовольное выражение лица, выпихнула кузена в коридор. Вышла сама. И закрыла дверь.

- Ну и?

- Иветта, - почти кузен осмелел, придвинулся поближе. Зря это он. От ядовитой змеи нужно держаться на расстоянии броска. – У нас ведь с тобой хорошие отношения… Раньше ты была девушка, я держал себя в руках. Но ведь теперь можно.

- Что можно? – расчехлила половник.

- Ну как же… - на морде кузена расплылась мерзкая похотливая улыбка, - то самое… интимное. Я могу подержаться за тебя. А ты – за меня.

- Тоже мне честь – подержать тебя за интимное, - фыркнула.

- А чем не честь? – обиделся мужичонка-корнишонка. – И вообще, что ты такая… грубая? Я к тебе со всей душой… - И ручонки свои потянул к моей груди. Видимо, чтобы душу пощупать.

- Значит так, - вытащила половник и ка-а-ак врезала ним хорошенько кузену по лбу. Звук, как по пустой бочке саданула. – Если ты еще раз принесешь ко мне свое жиденькое тельце и тощую душонку, я так тебе врежу, что одно останется лежать на полу, а другое – отправится в одно очень темное и поганое место. Я ясно выражаюсь?

Кузен активно закивал головой, на лбу вырастал фиолетово-черный рог.

- Тогда доброй ночи, - мило улыбнулась и, не пряча орудие возмездия, вернулась в комнату.

- Ну что? Проверила поварешку? – с порога задала правильный вопрос Алиса.

- Проверила. Работает на отлично. А теперь – спать. Завтра пойдем работу искать.

- Что? И я буду работать? – у малышки отвисла челюсть.

- Конечно, - ответила, спрятав улыбку. – Будешь поднимать мне настроение весь день. Справишься?

- Буду стараться, - ответила Алиса.

И мне опять захотелось ее обнять. Но пока рано. Я долго не могла уснуть, придумывала сотню разных вариантов, чтобы заработать денег. Но ни в одном из них не было того, что произошло.





Глава 5


День не задался с самого утра. Едва мы проснулись, как в дверь затарабанили. Тут и к гадалке ходить не надо – тетушка прискакала сыпать проклятиями. Как раз к завтраку.

- Доброе утро, - сказала, открыв дверь.

- Как ты могла? – не сочла нужным поздороваться тетя. – У Мудкиса сотрясения мозга!

Ага, значит, кузена Мудкисом зовут? Ну имечко прямо идеально подходит. Мудкис и есть.

- Какого мозга, тетя? Нет в той черепной коробке ничего, кроме резиночки, чтобы уши держались.

- Ах ты мерзость…

- Тебя тоже угостить из моего половника? – прервала вопли женщины. – У меня еще осталось. Всем хватит.

- Ты смеешь мне угрожать?!

- Нет, тетя. Я напоминаю тебе о хороших манерах. И гостеприимстве. И об элементарной вежливости. Или это слишком сложно для твоего понимания?

- Ты… как ты смеешь так со мной разговаривать? Мы с мужем забрали тебя к себе после смерти родителей. Относились как к родной дочери!

- Ой, вот этого не надо. Дядя – да, относился. Но не ты. Так что давай без вранья. Если бы у меня был другой вариант, где жить, я бы сюда не вернулась. Мы можем продолжить войну, но учти, я не собираюсь сдаваться, за мной – пропасть. Или можем заключить мировую. Нам не обязательно распивать чаи с улыбками на все зубы, но и яд в чашку тоже не обязательно бросать. Что скажешь?

- Я… ты какая-то не такая, как обычно. Наглая…

- Тетя?

- Мне нужно подумать.

Тетка развернулась и пронеслась по коридору, громко топоча каблуками туфель. Я пожала плечами и закрыла дверь, решив, что нам, пожалуй, нужно купить замОк и засов, дабы избежать ненужных гостей днем, когда нас нет, и ночью, когда мы спим.

К счастью, нам дали спокойно доесть. Также на выходе из дома нам никто не попался. Я хитрым узлом привязала ручку двери комнаты к тяжелому серванту в коридоре. Теперь, чтобы войти ко нам, моей любимой семейке нужно было либо двигать дубовую мебель, либо резать веревку со стальной нитью особыми ножницами. Понадеялась, что их в этом доме нет.

Узел распутать могла только я, спасибо моему отчиму – моряку. Научил. И рыбачить, и узлы вязать.

В общем, на улицу мы вышли в довольно добродушном расположении духа. Вышли и остановились. Куда теперь? Из ступора меня вывела Алиса.

- Нам, наверное, нужно идти на улицу с магазинами?

- Да. Это было бы хорошо. Сейчас только пойму, в какую это сторону.

Поскребла в голове и поняла, что не могу понять, где мы находимся. Еще разочек напряглась. И тут меня осенило! Видимо, Иветта плохо ориентировалась по карте и вообще в улицах. Бывает такое. Ничего страшного, но иногда, вот как сейчас, может сильно осложнять жизнь. Ладно! Пойдем по приборам.

- Леди! Леди, извините, - окликнула первую же попавшуюся даму преклонного возраста, - подскажите, пожалуйста, в какую сторону магазины?

- Какие магазины? Ты дурочка? Тут кругом магазины!

- Нам нужна центральная площадь, - помогла мне Алиса. – Пожалуйста.

Девочка так умильно сложила ручки и так чудесно улыбнулась, явив чудесные ямочки на щеках, что дама растаяла.

- Идите прямо два квартала, держитесь справа, повернете на перекрестке и еще три квартала. А там сориентируетесь по башне ратуши.

Дама уже ушла, а я все еще смотрела на Алису, пытаясь припомнить, почему мне кажутся эти ее ямочки такими знакомыми?

- Вета?

Дернулась от неожиданности.

- Как ты меня назвала?

- Вета. Это ласковое от Иветта. Я подумала, тебе такое больше подойдет. Но если не хочешь, я могу…

- Нет-нет. Мне нравится, - улыбнулась пошире. И получила в ответ такую же улыбку с ямочками, от которых недавно зависла. Ладно. С этим потом разберусь. А сейчас пора делом заняться. День не бесконечный.

Идти к площади оказалось проще, чем я думала. Дороги были тщательно вычищены, чем-то присыпаны, так что идти было не скользко, несмотря на обилие свежевыпавшего снега.

Народ вокруг часто улыбался, то тут, то там слышались смешки. Где-то даже пели. Сегодня первый день праздника. Впереди еще одиннадцать. Но многие, как я погляжу, уже начали отмечать. Перед нами пошатываясь шел дяденька. Потом его занесло на виражах, и он встрял задним местом в сугроб.

- Лю-юди добры-ы-ые! Помогите!

Но добрые люди проходили мимо. Кто-то брезгливо отворачивался, кто-то смеялся, а некоторые делали вид, что дяденька – часть новогодней инсталляции.

- Ты куда? – спросила меня Алиса.

- Давай поможем тому лорду встать.

- Но он же… - девочка сморщила носик.

- И поэтому мы откажем ему в помощи? – посмотрела на ребенка.

Алиса задумалась. И через мгновение решительно пошла к упавшему. Пришлось ее догонять и просить, чтобы держалась чуть позади меня.

Общими усилиями нам удалось вытащить из снежного сугроба любителя праздновать с размахом.

- Ой, спасибо вам, леди. И тебе, милая… ик… девочка.

Мужчина посмотрел на нас слегка окосевшими, водянистыми глазами и усмехнулся пьяной улыбкой.

- Две маленькие посланницы верховной богини. Значит, скоро уже увижусь с дочкой. Скоро…

- С вами все порядке? – я проигнорировала странные слова мужчины. – Еще помощь нужна? Проводить домой?

- Нет, благодарю вас. Мне уже лучше. Простите, что задержал вас. Вы, наверное, куда-то спешили…

- Мы работу ищем, - заявила Алиса раньше, чем я успела ее одернуть.

- Правда? А сходите на площадь, там есть небольшая таверна «Смело ешь», ее держит моя сестра. Спросите Жанну. Быть может, у нее есть место.

Мы поблагодарили мужчину и распрощались. Я немного запуталась, куда идти. Алиса подсказала.

Таверну мы нашли легко. Народу в ней было – не протолкнуться. Владелицу пришлось ждать больше получаса, хорошо, что нам дали два стула, а то Алиса измучилась стоять на одном месте. А так сидела – глазела на завсегдатаев заведения.

Особый восторг у ребенка вызвал бородатый рыжий мужик, который хватал ручищей огромный кубок, делал выдох, а потом за один вдох выпивал все содержимое посудины. С грохотом ставил пустой кубок на стол и громко храпел, как конь. Потом подхватывал ножом кусок селедки. И опять пил. И так по кругу.

Но Алиса каждый раз смотрела на бесконечно повторяющееся зрелище с одинаковым восторгом.

Владелица таверны подошла к нам ненадолго. Я быстро рассказала, зачем мы пришли. Она выслушала, а потом покачала головой и ответила с сожалением:

- Спасибо, что рассказали о моем брате. Бедный Юстас, с тех пор как умерли его жена и дочь, он сам не свой. Десять лет с тех пор прошло, а он все мучает себя. И в праздники больше всего. Я благодарна вам, что вы ему помогли, но к сожалению, я вам ничем помочь не могу. Осмотритесь вокруг. Местная публика не из лордов. А теперь гляньте на моих слуг. Подают еду только мужчины, я специально не выпускаю моих девушек в зал. Вы слишком красивая и молодая, чтобы здесь работать. Это принесет неприятности и вам, и мне.

- Но я могу быть все время на кухне. Готовить. Мыть посуду. Овощи чистить. Что угодно. Какая угодно грязная работа.

- А ребенок ваш? Ее куда?

- Ну… она пока со мной, но как только…

- Нет. Простите меня, но нет. Позволю себе дать вам совет. Чуть дальше есть несколько небольших лавок, где требуются продавцы на время праздников. А по центру расположен огромный магазин. Там продают все. От ножей и вилок до духов и меховых накидок. Вот вы, со своей внешностью и благородным воспитанием там сможете найти достойную работу. Но не здесь, простите. Если не побрезгуете, в благодарность я буду вас кормить обедами до Самой черной ночи. Но с работой нет, не помогу.

Я уже открыла рот, чтобы поблагодарить Жанну, но тут на всю таверну разнесся хриплый, до дрожи пугающий мужской голос:

- Чей ребенок?

Я медленно повернулась. Так и есть. Тот бородатый мужик, ростом метра два, не меньше, стоял и держал за шкирку мою Алису. Как нашкодившего котенка.

- Последний раз спрашиваю – чей это ребенок?

Вот же, блин! А я половник дома забыла. Незаметно схватила с ближайшего стола перечницу.

- Ну мой ребенок, - вышла вперед. – И что?





Глава 6


- А то! – Великан поставил Алису на стол. Кстати, сделал это аккуратно. – Если привела сюда ребенка, следи за ним, пигалица!

- Девочка вам досаждала? Я прошу…

- Не надо меня просить! – гаркнул мужик, выпятив нижнюю губу. – Не люблю попрошаек. Ребенок мог пострадать, пока ты там лясы точила. Не умеешь управляться с детьми – не берись, разиня.

Да уж. С одной стороны, мужик прошелся по мне катком. С другой – вроде как наезжает по делу. Надо бы узнать, что произошло, пока я разговаривала с хозяйкой таверны.

Медленно подошла к столу бородача, все еще держа в руке перечницу, мало ли… Алиса все это время хлопала на меня ресницами, при этом бросала на великана такие влюбленные взгляды, что мне даже неловко стало.

- Вы бы вместо того, чтобы ругаться, объяснили, что произошло, - сказала.

Великан нахмурил косматые брови и уже открыл рот, чтобы, наверняка, в очередной раз пропесочить меня, как следует, но тут в поле его зрения появилась хозяйка таверны. Которая мило улыбнулась бородачу и поставила на его стол еще две кружки напитка и широкую миску с селедкой.

- Это от девушки. В качестве извинений, - промурлыкала Жанна, подмигнула мне и ушла, покачивая бедрами.

Я даже слегка окосела. Мужик проследил за бедрами хозяйки таверны до самой кухни, причмокнул и уже в более умиротворенном настроении сказал:

- Садись. И держи дите при себе.

И усадил Алису ко мне на колени, едва я успела сесть на стул.

А следующие несколько минут мы лицезрели все тот же ритуал – выпил всю кружку, заел селедкой, порычал-пофыркал.

- А можно? Можно я? – умоляющим голосом спросила Алиса, сложив ладошки перед грудью.

Мужик посмотрел на меня, приподнял бровь.

- Теперь понятно? – спросил.

- Пока не очень, - ответила честно.

- Можно, - ответил бородач Алисе.

Та восторженно взвизгнула, схватила огромный нож, я успела испугаться, что она сейчас порежет себе руки, но девочка удивительно аккуратно и старательно, высунув язык, подняла холодное оружие, вонзила его в селедку, едва не опрокинув миску и подала великану.

Тот с видом, словно ничего не произошло, забрал зубами кусок селедки, долго и задумчиво жевал. Алиса не сводила с него глаз. Потом бородач шумно глотнул и поднял вверх большой палец.

И тут моя воспитанная падчерица завизжала и принялась хохотать, приговаривать:

- Еще! Я еще хочу! Можно? Можно?

- Можно, но потом, - легко согласился великан. Хотя мне казалось, что такой брутальный мужик ни за что не захочет видеть рядом с собой мелюзгу, вроде нас с Алисой. – А щас мы с твоей сестрой погутарим.

- Она мне не сестра. Вета – моя мачеха. А мой отец умер. Его похоронили вчера, - девочка вывалила все подробности незнакомцу.

- Да? Ну ты тогда прими мои эти… как их… болезнования. Короче, не вешай нос, лады?

- Лады, - просиял ребенок. Боже! Еще несколько минут и мое воспитанное дитя заговорит на блатном и матерном. Пора уходить. Как бы так вежливо откланяться?

- Так ты мачеха? Такая молодая? Ну молодец, что не бросила мелкую.

Кивнула, вроде как в благодарность.

- Но на счет того, чтобы следила за ребенком, так я серьезно. Пока ты там трещала с Жанной, к ребенку уже извращенец приставал.

У меня внутри все похолодело. Я же все время держала Алису в поле зрения. Только на минутку отвернулась.

- С детьми иногда и минуты хватает, - поучительно подняв палец, сообщил мне бородач, словно услышав мои мысли. – Понятное дело, ты молодая, детей своих нет, не знаешь каково это. Но теперь наука будет и тебе, и ей. И этому козлу безрогому.

- Козлу безрогому! – завопила Алиса, радостно взмахивая ножом в опасной близости от моего носа.

- Золотце, воспитанным девочкам такие слова нельзя произносить, - бородач мастерски выхватил у притихшей Алисы нож, - на людях нельзя. А вот дома – будь здоров. – И подмигнул девочке.

- Я прошу прощения, а это плохо пахнущее животное, это кто? Тот, что лежит под столом и хлюпает носом в луже… фу какой луже? Или вон тот, что застрял головой в спинке стула и вырубился? – специально спросила. Маньяков надо знать в лицо!

- Нет. Вон тот, который залил тут все кровякой из разбитого носа и переломанных ушей.

- Кхм… который лежит на лавке без штанов с красной… пятой точкой?

- Угу. Это уже его парни отходили поясами. Таких поганцев у нас тут не любят.

- Поганец.

- Алиса, ты помнишь, что говорил о нехороших словах добрый великан… простите, как ваше имя?

- Великан. Гы. Мне нравится. Грум Гурбертсон я. Можете звать меня просто Гур.

- Благодарю вас. Это Алиса, а я – Иветта Бауфман, - представилась бородачу.

- Рад знакомству с приличными ледями.

- Гы, - ответила падчерица.

- Алиса! – это уже мы хором с Гуром.





Глава 7


Мне осталось только удивляться скорости местных жителей, охочих до расправы над криминальными личностями. Но еще больше меня поразило то, с каким обожанием Алиса все время смотрела на Гура.

Мне пришлось ее буквально отдирать от доброго великана, когда мы поели и, поблагодарив хозяйку таверны, собрались на выход.

- А Гур может пойти с нами? – спросила Алиса, вцепившись крохотными пальчика в огромную пятерню бывшего матроса.

- Нет, золотце, - великан хмыкнул. – С такой мордой лица, как у меня, в приличные магазины не пускают. Нервничают они, думают я их грабить пришел. Но я тут завсегдатай. Так что ты приходи – в таверне и встретимся.

- Придем. Да, Вета? Мы ведь придем?

- Конечно, - ответила. И удивленно поняла, что не соврала. Мне тоже пришелся по душе этот человек-гора с удивительно добрым сердцем. А ведь по внешности и не скажешь. Типичный головорез.

- А можно и мне будет сделать вот такие рисунки?

Алиса с горящими глазами показала на якоря у Гура на предплечьях и перстни на пальцах. Татуировки.

- Нет! – снова одновременно ответили мы с бывшим моряком.

- Почему? – расстроилась девочка. – Это же так красиво.

- Это… гы… мужские рисунки. Девушкам такие нельзя, - сказал Гур.

- А какие можно? – не отставала Алиса.

- Никаких нельзя, - отрезал великан. – Я бы и свои, если бы мог, удалил. Это глупость, а не красота. Понимаешь?

- Может, и глупость. Но мне очень нравится, - Алиса вздохнула.

И мы в очередной раз попрощались с Гуром, а потом наконец-то вышли из таверны.

Время было уже далеко за полдень. Но часы на ратуше показывали два часа дня. Удивилась. Думала – гораздо больше. Первый магазин, куда мы зашли – небольшая цветочная лавка. Но продавщица – высокомерная, красивая дама посмотрела на меня, как на грязь под ногами, и отказала.

Дальше была продуктовая лавка. Овощи и фрукты. Тут меня уже почти взяли, но приперся муж хозяйки магазинчика и принялся на меня облизываться. И мне указали на дверь.

В следующей лавке со мной даже разговаривать не захотели. Так, не пропуская ни один магазин, мы и дошли до огромного, четырехэтажного здания из сплошь стеклянных стен.

- Скажи, красиво? – восхищенно произнесла Алиса.

Я же только посмеялась. Была бы она в Дубае с его высотками, это строение у нее не вызвало бы столько восторга. Внутри все в мраморе. Скользком. Из-за этого мои сапожки на высоченных каблуках разъезжаются. А вместе с ними и ноги.

Сложно идти красиво из позиции полушпагата. Но я старалась. Правда. Доползла до ближайшей стойки и остановилась осмотреться и передохнуть. Мои глаза тут же встретили холодный мужской взгляд. Ух ты!

Судя по всему, мужик только что из холодильной камеры. Весь такой высокомерный. На голову выше большинства покупателей. И в прямом и переносном смысле. Все оплывают его, как разноцветные рыбки один большой черный камень. А он стоит монолитно и бровью не ведет.

Что он вообще забыл в отделе детских игрушек? Не верится, что у подобного типа могут быть дети. Такие мужчины обычно не заводят семей, предпочитая одиночное плаванье парному катанию.

Впрочем, я быстро забываю о лорде Черное пальто, когда рядом со мной останавливается девушка и спрашивает, интересует ли меня что-то? Я тут же радостно сообщаю, что да, интересует. Работа!

Ко мне выходит импозантная дама, управляющая цветочным отдел. Поинтересовавшись, имею ли я понятие о том, как составляются букеты, и получив утвердительный ответ, сходу предложила мне создать композицию до дня рождения пожилой графини.

Проверка делом. И это правильно. Экономит время и дает понимание, чего в реальности стоит работник. Бросила на управляющую уважительный взгляд. Работать с такой дамой будет только на пользу.

Вспомнив свою оплошность в таверне, бросила очередной взгляд на Алису и, убедившись, что она как загипнотизированная стоит перед витриной с большой, почти в ее рост куклой, быстро принимаюсь за работу.

Управительница цветочного отдела дала мне подсказку. Клиентка – леди в возрасте, графиня. Значит, букет должен быть ближе к классическому. Выдержанный, элегантный, но не безликий.

Выбрала тюльпаны и пионы. Видимо, тут используется какая-то магия (да, я знаю о магии из воспоминаний Иветты, но сама лично еще не разу не видела, чтобы кто-то ее использовал), потому что цветы стояли без воды, но при этом выглядели так, словно их только что срезали. Тюльпаны кремового цвета, а пионы – бордо. Добавляю мелких беленьких цветочков с зеленью. Но совсем чуточку. Как акцент. И, бросив еще один взгляд на Алису, отдала букет управляющей.

- Вы приняты, - только и сказала она. – Приходите завтра в десять утра. Форму вам выдадут. Завтрак за наш счет, остальное питание – сами. Расчет раз в неделю – ставка и проценты от прибыли. Ставка – две монеты серебра. Сейчас сезон, придется много трудится и не ошибаться. Ваши ошибки будут вычтены из жалования. Все понятно?

- Да, - только и ответила, не поверив, что вот так запросто получила работу.

- Тогда до завтра, - и ушла.

Девушка, которой я сказала, что ищу работу, пожала плечами и тоже сбежала. Ну что ж… я в подруги и не набивалась.

Довольная, поползла полушпагатом назад к Алисе, проигнорировав приподнятую бровь того самого лорда в черном. Почему он все еще стоит на одном месте? Забыл зачем пришел? Ошибся магазин? А вообще, какая мне разница?

- Меня взяли! – радостно похлопав ладоши, сообщила Алисе.

- Это же чудесно! Мы теперь домой?

- Да. Возвращаемся. Очень результативный день получился. Я довольна.

- Хорошо. Пошли уже?

Алиса схватила меня за руку и потащила на выход. Если бы у меня не было такого восторга по поводу работы, я бы, наверное, обратила внимание на странное поведение падчерицы. Хотя… не факт.

В общем, я снова облажалась. Мы не успели сделать даже пару шагов на выход, как дорогу нам перегородил мужчина в форме и громко, на весь магазин, сообщил:

- Леди, ваша сестра украла игрушку. Рекомендую вам ее вернуть и оплатить штраф.

- Что? Ерунда какая! – начала злиться. – Алиса бы никогда не взяла…

И замолкла, заметив какими виноватыми глазами смотрит на меня девочка. И прячет руку в кармане пальто.

- Алиса?

- Или вы сейчас же отдаете игрушку и платите штраф, или я вызываю стражей и дальше будете разговаривать с судьей!

И где, спрашивается, я возьму деньги на штраф?





Глава 8


- Послушайте, уважаемый, зачем сразу штраф? Мы сейчас все уладим. Пожалуйста, давайте без шума.

Покупатели все равно начали обращать на нас внимание, в том числе, блин, и управляющая цветочным отделом!

- Алиса, миленькая, что там у тебя? Покажи, пожалуйста.

Протянула руку, чтобы девочка отдала мне игрушку. В глазах ребенка заблестели слезы.

- Вета, я ничего не украла, он говорит неправду, - громким шепотом, который слышно на весь магазин, говорит Алиса. – Игрушка валялась на полу под той елкой. Я ее подобрала.

- Я смотрю, в вашей семье вообще понятия не имеют о воспитании. Девочка еще такая маленькая, а уже не только воровка, но и лгунья, - полным презрения голосом сказал мужчина в форме.

И тут он меня завел. Я и так сдерживалась, как могла. И когда очнулась под дохлым мужем, и когда выяснила, что он деньги зажабил не только мне, но и своему собственному ребенку. И когда нас выгнали ночью на мороз, и на секунду не усомнившись в правильности происходящего. Даже, когда тетка пыталась меня не пустить в родной дом. Но это! Вот эти морализаторства! От вообще левого чувака, работающего простым охранником в магазине! Заколебали!

Я прямо физически почувствовала, как во мне поднялось тепло. Со стоп, по ногам и к лицу. Жар опалил щеки, я уже открыла рот, чтобы осадить охранника. Скорее всего, это бы закончилось печально. В лучшем случае – штрафом. Но вмешался счастливый случай. Или вернее он. Мужик в черном.

За моей спиной раздался мужской голос, полный ледяного высокомерия:

- Кто дал вам право разговаривать в таком тоне с леди?

Каюсь, я не даже не сразу поняла, что это он обо мне. Ну какая с меня леди? Оглянулась, в поисках дамы из высшего общества и наткнулась на ледяной взгляд. Таки это обо мне.

Охранник сглотнул, побледнел. Прям как в тех мультиках, когда показывают, как героя заливает белым цветом с головы до ног.

- Простите, Ваша Светлость, но девчонка украла…

- Разве?

Вопрос задан таким тоном, что я бы и в имени своем усомнилась, не то что в факте воровства. Только теперь я опустила глаза на свою ладонь, где лежала та игрушка, из-за которой разгорелся весь сыр-бор. Маленький тканевый медвежонок в ночном колпаке. К колпаку была пришита веревка, на которой он, видимо, висел на елке. Только веревка оторвалась, оставив нитки, так игрушка и попала на пол. А судя по следу ботинка на тканевой спинке, на полу медвежонок лежал долго, на него даже наступить ногами успели.

То есть то, что игрушка упала, охранник не видел. А вот то, что ее с пола взял ребенок – заметил. Причем! Он точно видел, что Алиса подняла медвежонка, а не взяла его с полок. То есть, наехал специально. В расчете на что? На штраф? На премию перед праздниками?

- Наверное… подняла… да… наверное.

- Наверное или точно? – настаивал ледяной голос.

- Точно подняла.

К нам подбежал пузатый, импозантный мужчина с напомаженными усами и денежными знаками в глазах.

- Я прошу прощения, за недоразумение, - сходу принялся лебезить перед лордом в черном. Интересно, что он за тип такой, этот Ваша Светлость?

- Это не передо мной вам нужно извиняться, - перебил его наш нежданный защитник.

- Леди, я прошу прощения, - напомаженный повернулся ко мне, но в тоне его уже не было того раболепства, чисто формальность. – Подобное больше не повторится.

- Как вы планируете компенсировать леди ее нервы и ваши необоснованные обвинения? – продолжать черным айсбергом напирать лорд.

- Ну вот пусть забирают игрушку, а мы…

- Вы находите эту шутку смешной?

Напомаженный засучил ножками, явно не понимая, как исправить положение.

- Что вы, Ваша Светлость, я просто еще не договорил. Мы также подарим леди наши напитки и…

- И вон ту куклу с витрины, - совершенно будничным тоном закончил за напомаженного наш защитник.

- Бель? Но Ваша Светлость?! Она в единственном экземпляре и стоит…

- Репутации вашей и вашего магазина? – чуть приподняв бровь спросил айсберг.

Мне даже с расстояния полутора метров было слышно скрип зубов напомаженного. Бедняга, похоже, ему придется в скором времени наведаться к стоматологу.

- Нет, конечно. Вы правы, Ваша Светлость, репутация стоит дороже.

- Рад, что мы сошлись во мнении. Вы же не заставите долго ждать леди и ее дочь?

- Нет, мы сей же час все организуем.

По одному только жесту напомаженного две хорошенькие девушки-продавщицы аккуратно, как великое сокровище, сняли с витрины куклу и через пару минут принесли ее нам в большой, белой коробке, пахнущей какими-то безумно дорогими духами.

Девушка с учтивой улыбкой протянула коробку мне. Я отрицательно покачала головой и показала на Алису, которая все это время стояла, не шелохнувшись и вытаращив глаза.

- Это мне? – шепотом спросила меня. Я кивнула. И только после этого ребенок взял коробку.

Ей явно было неудобно, я планировала помочь, но тут опять вмешался черный айсберг:

- Разве с крупными покупками не идет доставка?

- Так ведь это не покуп…- начал напомаженный и сник, стоило Его Светлости бросить на него всего один колючий взгляд. – Да, конечно, сейчас прикажу подать экипаж.

Толпа возле нас потихоньку разбежалась. Мы остались втроем. Я, айсберг и Алиса, не сводившая сияющих глаз с коробки. Я бросила быстрый взгляд на лорда и слегка зависла. На-а-адо же… и на айсберге есть жизнь. Мужчина смотрел на Алису с какой-то странной для него и меня симпатией. С почти отцовской лаской. Мне даже захотелось протереть глаза – может показалось. Но тут айсберг заметил мой любопытный взгляд и закаменел, как ему и положено.

- Благодарю вас, - решила проявить учтивость, все-таки лорд так вовремя вмешался и очень нам помог.

- Не стоит. Впредь потрудитесь внимательнее следить за ребенком, - процедил сквозь зубы и, развернувшись ко мне спиной, вернулся к витринам магазина игрушек.

Ха! Что-то вроде этого я и ожидала от подобного мороженного хека с кодовым именем Ваша Светлость. Даже посмеялась.

И мы с Алисой поехали домой. Как раз прибыл экипаж, обещанный напомаженным.





Глава 9


Герцог Северин Вэлтор

- Ваша Светлость, документы готовы, я положил их сверху сегодняшней корреспонденции, - отчитался Торин, мой секретарь. – Вас сегодня ждут на ужин в доме баронессы Кассиан, вашей кузины.

- Да, я помню. Сегодня же первый день праздников, я имел глупость согласится. О подарках для племянников я тебе ничего не говорил?

- Говорили, Ваша Светлость. Сказали, что хотите купить их сами.

- Правда? У меня, видимо, было временное помутнение разума.

- Не могу знать, Ваша Светлость, - усмехнулся секретарь. – Внешне вы выглядели как обычно.

- Дерзишь, Торин? – спросил секретаря.

- Я бы не решился на такую откровенную глупость, Ваша Светлость.

- Ну что ж, тогда на сегодня все. Впрочем, увидимся уже в новом году.

- Как? – секретарь удивлен. – Еще же целая рабочая неделя!

- Я решил отправить тебя в отпуск на эти дни. И сам отдохну.

- Отдых – это правильно, Ваша Светлость. Давно пора. Тогда я не против и уже бегу собираться.

- Подожди. Вот. Это тебе и твоей семье к празднику, - положил на стол чек.

Торин взял, уже собирался положить его в карман и замер.

- Ваша Светлость, тут, видимо, какая-то ошибка. Сумма слишком большая.

- Никакой ошибки, Торин. Все правильно. С наступающими праздниками.

- И вас, Ваша Светлость. Желаю вам в следующем году обязательно встретить ту самую, которая похитит ваше сердце.

Секретарь ушел, я остался один. Встал, посмотрел в окно. Двенадцать дней. Осталось всего двенадцать дней. Сколько бы я не гнал эту мысль, она всегда возвращается.

Ладно, раз уж я собирался купить подарки, пожалуй, пора отправится в магазин. Тогда я еще не знал, что визит в отдел игрушек навсегда изменит мою жизнь.

Я долго стоял перед витринами, совершенно не имея представления, что же купить племянникам. Мечи? Книги? Я рассматривал окружавших меня детей и их родителей, быть может, их покупки натолкнут меня на мысль?

И тут все мое внимание сосредоточилось на очень странной девушке и ее… дочери, наверное. Или младшей сестре. Девушка – кукольная блондинка того типажа, у которых за идеальной внешность скрыто полное отсутствие ума и внутреннего наполнения. Но вела она себя нетипично.

Одна ее походка к цветочному отделу чего стоила. Последний раз я нечто похожее видел, когда в детстве на каток пошел. И в первый раз надел коньки. Вот такой же гордой походкой я уползал с катка через полчаса ёрзаний на льду, потому что мои хромые ковыляния катанием язык не повернется назвать.

И вот эта блондинка гордо проковыляла мимо меня, а я посмотрел на девочку. Она стояла возле витрины и с таким… благоговением смотрела на куклу. Словно это не игрушка, а кусочек счастья в длинном кружевном платье.

В магазин зашли покупатели, и немного пихнули девочку, вынудив ее отойти от входа к елке. Там она немного побродила и, наклонившись, что-то подобрала с пола.

Потом я отвлекся, решив взять племянникам драконов на магическом управлении. И не сразу стал свидетелем неприятного разговора между охранником и матерью той девочки.

А когда услышал нелепые обвинения, и увидел, насколько испуган ребенок, сам не понял зачем, но вмешался. За что и получил.

- Благодарю вас, - пропищала блондинка.

- Не стоит. Впредь потрудитесь внимательнее следить за ребенком, - ответил ей и вернулся в отдел игрушек, чтобы забрать коробки.

А когда вернулся к выходу, ни женщины, ни ее дочки не было. Почему-то стало жаль, что не познакомился с ними. Почему? Глупости какие-то. Правду говорят, перед праздниками многие становятся излишне сентиментальными. Похоже, и я тоже.

К ужину я приехал ровно по времени. Зашел в дом с боем часов. Кузина вышла в коридор, как всегда приветливо меня встретила. Я тоже очень постарался выжать из себя улыбку, судя по слегка окаменевшему лицу хозяйки дома мне это не очень удалось.

Чтобы побыстрее выполнить все формальности, тут же выдал подарки племянникам. Те сразу же уселись в коридоре на пол, разорвали упаковку и… Ну не знаю, чего я ждал. Возможно, что им понравится. Или что хотя бы проявят элементарную вежливость.

- Драконы? А разве магического набора не было?

Зачем-то вспомнилась маленькая девочка, которую я видел сегодня в магазине. Как она бережно держала того грязного медвежонка и как потом сияли счастьем ее глаза, когда принесли куклу. А ведь эти драконы стоят дороже куклы.

- Дядя? Ты не мог купить что-то более стоящее? – спросил один из мелких засранцев.

- Нет. Не мог, - ответил.

Снял свое пальто с вешалки и пошел сказать кузине, что ухожу, срочные дела появились. И стал свидетелем ее разговора с мужем:

- Зачем ты его пригласила? Чтобы испортить всем настроение.

- Просто потерпи. Двенадцать дней осталось. Это даже меньше двух недель. И потом все будет хорошо.

Я передумал прощаться, просто вышел из дома и поехал к своему поверенному. Кажется, пришло время что-то кардинально менять в своей жизни.





Глава 10


Прямо скажем – ситуация стала патовой. Домой мы вернулись в приподнятом настроении, поели бутерброды, допили сок. Конечно, это не самая нормальная еда, но зато завтра на обед мы пойдем в таверну, и эта мысль грела, как ничто другое.

Алиса вообще ела механически, не отрывая глаз от куклы.

- Ее зовут Бель, - сказала девочка. – Это самое красивое имя в мире. И кукла такая… прекрасная.

От меня требовалось только поддакивать, что я и делала, походу накидывая варианты на завтра. Оставлять Алису одну в комнате на целый день – не вариант. Придется брать ее с собой, но как сделать так, чтобы она не вляпалась в новые неприятности – я понятия не имела.

Честно говоря, все мое общение с детьми ограничивалось подарками для крестника на день рождения и Новый год. Я не имела понятия даже приблизительно чем он живет, и о чем мечтает. Если уже быть до конца откровенной – меня это мало интересовало. В прошлой жизни круг моих интересов ограничивался тем, как заработать денег и куда их вложить. Точка. Для кого я их зарабатывала и что собиралась с ними потом делать – я не задумывалась. Нет, не так. Не хотела задумываться.

Тетка со своим сыночком ни вечером, ни утром не появлялись. Я слышала, как они ходят по дому, разговаривают, но когда мы вышли – они в срочном порядке попрятались по комнатам. Явно что-то затевают.

Вчерашнюю веревку, которую я нашла у себя в комнате, к сожалению, воспоминания о том, зачем она была мне нужна, в памяти не обнаружились, родственнички пытались-таки развязать. Но безуспешно. Хотя, по всему, старались очень – сервант был сдвинут на добрый метр со своего первоначального места.

В общем, было принято волевое решение тащить Алису с собой на работу. В этот раз я взяла ее зайчика, чтобы девочке не было скучно, и несколько листов бумаги с карандашами.

К магазину мы пошли пешком. За ночь выпала еще несколько сантиметров снега. И хоть дорожки чистили исправно, по обочинам снежные горы становились все выше. И опять я, как вчера долго не могла сосредоточиться на том, в какую сторону нам идти. Спасибо Алисе, подсказала.

Что-то у меня, похоже, не просто неумение ориентироваться на местности, а вообще целый топографический кретинизм. Мне, как человеку ранее никогда не терявшемуся, это сложно принять, но выбора мне никто не дал. Так что работаем с тем, что есть.

А есть у меня немало. Например, совершенно ангельская внешность. Так что, наверное, нужно пореже показывать зубы. Хорошеньким и глупеньким в жизни везет намного больше, чем остальным. Ха! А это звучит как план.

В магазин я заходила уверенной походкой от бедра и максимально милой улыбкой. Но едва дошла до цветочного отдела, как мне указали на дверь.

- Но я же вчера прошла собеседование, и меня утвердили, - пыталась возражать против подобной несправедливости.

- Это было ДО того, как по вашей вине магазин понес убытки, - отчеканила управляющая.

- По МОЕЙ вине? А, может, из-за того, что охранник слишком грубо себя вел?

- Он был на работе! И просто выполнял свои обязанности. А теперь его уволили! Накануне праздников, из-за вас. Так что нет, в нашем магазине вам работы нет. До свидания.

И управляющая удалилась. А к нам подошел новый охранник и предложил проследовать на выход, иначе он будет вынужден нас вывести силой.

- Получается, что ты из-за меня осталась без работы? – спросила Алиса, когда мы вышли на улицу.

- Что? Нет, это не из-за тебя, - я присела перед девочкой. – В том смысле что да… ты вчера поступила не очень хорошо, и мы об этом поговорили и договорились, что ты больше так не поступишь, но дело не в тебе. Просто в этом магазине слишком строгие правила. Думаю, нам лучше поискать что-то попроще. Или…

Тут я увидела огромный открытый елочный базар. Но не это привлекло мое внимание. А то, как продавец пушистых праздничных деревьев обрезал ветки и бросал их за территорию базара. И там уже образовалась большущая гора.

А что если… если мне не искать работу у кого-то, а самой организовать бизнес? Например, продавать новогодние венки! Я нигде не видела этого украшения, значит, никто еще до этого не додумался. И если все правильно сделать, то… то мы сможем заработать приличные деньги!

- Вета, у тебя так странно горят глаза, - Алиса вывела меня из транса индивидуального предпринимателя. – И еще ноздри так смешно раздуваются.

- Это они почуяли запах денег, - усмехнулась я, и оглянулась вокруг, в поисках ломбарда или чего-то вроде него.

Операция под кодовым названием «Заложи сережки, получи бизнес» началась!

Но уйти далеко у меня не вышло, потому что дорогу мне перегородил уже знакомый черный айсберг.

- Здрасьте и до свидания, - сказала я, обходя лорда по широкой дуге.

- Подождите минутку, у меня к вам деловое предложение, - заявил мужик, чиркнув взглядом по моему не самому дорогому пальто и куцей шляпке.

Ха! Это он еще не видел моих перчаток, настолько изъеденных молью, что им пора присуждать почетное звание митенок.

- Извините, я не занимаюсь делами до обеда, - ответила в тон лорду, продолжив идти… хм… неизвестно куда.

- Ну так давайте пообедаем, - внес очень разумное предложение черный айсберг. Ты смотри… одно из двух: либо ему что-то очень от меня надо, либо… что-то очень-очень надо. Даже интересно, что?

- А давайте! – согласилась я. – Мы с Алисой не против вкусно поесть в хорошем ресторане.

Жаль, сложно понять хоть какие-то эмоции по тому монолиту, который заменяет лицо данному лорду.





Глава 11


Нас действительно привели в очень дорогой ресторан.

- Добрый вечер, Ваша Светлость. Ваш обычный столик?

- Нет, нам нужно место на троих, где-нибудь в укромном уголке.

Серебряная монетка перекочевала из руки айсберга в ладонь управляющего.

- Следуйте за мной, пожалуйста.

Нас проводили по винтовой лестнице на второй этаж. Тут посетителей не было. Зато был круглый, накрытый белой скатертью стол и чудесные кожаные диванчики, куда Алиса с превеликой радостью умостилась вместе с ногами.

Айсбер чинно снял черное пальто и под ним оказался… черный костюм. Какая неожиданность.

- Позвольте ваши вещи, - сказал.

И нам с Алисой пришлось вставать и снимать наши куцые пальтишки. По идее, с вещами нам должен был помочь кто-то из официантов, но герцог не стал ждать. Меню лежали на столе, и когда я взяла одно из них, то чуть не уронила. Тяжелый кожаный переплет, множество страниц, цветные иллюстрации.

А какие названия! А состав блюд! Я пока читала, думала захлебнусь слюной.

В итоге, когда к нам подошел официант, я заказала два салата, один суп, брускетты с лососем, плов с морепродуктами…

- И еще…

- Еще? Простите, я думал, уже весь заказ, - у официанта дрогнула рука.

Айсберг сидел молча и лицо его было так же спокойно, как гладь моря в солнечный день. Видимо, все его дамы любят поесть, не только я.

- Как же весь? А десерт? Мы будем мороженое.

- После рыбы? Кхм… возможно…

- Нет, мы будем мороженое, - и мило улыбнулась, но официант почему-то сделал шаг назад. Ну чего это он? Я не ем на обед тощих конопатых пареньков. Уж точно не после брускетт с лососем.

Ели мы с Алисой слаженно и быстро. Герцог еще только хлебал свой суп, когда мы уже закусывали мороженым.

- Вы всегда так едите? – задал герцог некорректный вопрос.

- Обед – это самый важный прием пищи, - назидательным тоном ответила собеседнику.

- Ну раз вы уже поели, то, пожалуй, перейдем к сути нашей встречи.

- Да, думаю, самое время, - согласилась.

- Вот, - герцог вываливает передо мной непонятно откуда взявшуюся папку, – ознакомьтесь.

Раскрываю документ. Там три листа мелкого текста. Пытаюсь читать и понимаю, что с грамотой у Иветты тоже не очень хорошо. Названия блюд в меню я прочитать смогла, а вот более сложные конструкции слов будто не хотят складываться в общий пазл.

- А можно коротко, в чем состоит ваше деловое предложение?

- Можно, - герцог набирает в ложку суп, медленно подносит его ко рту, глотает… издевается что ли?

- И?

- Я предлагаю вам стать моей женой на срок до первого числа нового года.

- Что?!

Мне, наверное, показалось. Он там что-то жевал и…

- Вы все правильно услышали. Да, женой. Фиктивной. Вы мне будете нужны для двух-трех выходов в свет и финального бала во дворце в Самую черную ночь. Что вы будете делать остальное время – меня не интересует. Единственное но – с другими мужчинами вы встречаться не можете.

- До первого числа нового года, - закончила мысль айсберга.

Герцог поднял на меня вымораживающий взгляд. Выдержала его спокойно. И подарила ему точно такой же.

- Интересная вы девушка. Вот смотришь на вас – сущая наивность, взгляд с поволокой, нежный румянец, тонкие пальчики. И этот образ категорически не вяжется с тем, что и как вы говорите. Подобные циничные речи ввергли бы большинство леди в полуобморочное состояние.

- Я не большинство. И, кроме того, падать в обморок в обществе мало знакомого мужчины может быть чревато неприятностями. А на счет вашего предложения – спасибо, конечно, но мне, как вдове, полагается какой-то траур и все такое, так что увы, но вынуждена отказаться. Алиса, доедай мороженое, и пойдем. Спасибо, Ваша Светлость на обед, рада…

- В первый день нового года вы получите половину моего многомиллионного состояния и любую недвижимость, какую захотите.

Ага, зашел с козырей. Недвижимость – это уже интересно.

- А можно еще раз прочитать договор? – спросила я.





Глава 12


За следующие полчаса я все-таки прочитала бумажки, с трудом. Алиса съела еще одну порцию мороженого, а айсберг доел свой обед и спокойно попивал кофе, не выразив ни капли раздражения моими долгими чтениями.

Вдохнув аромат напитка, хотела было попросить и себе, но передумала. Последние дни я на таком взводе, что уже крыша дымится. Если на мою взвинченную нервную систему добавить кофеин, я взорвусь. Не стоит лишний раз провоцировать.

Я, конечно, старалась, во многом ради Алисы, не раскисать и почаще улыбаться. Но чувствовалось, что меня вот-вот накроет. Если предложение герцога не какая-то афера, то он нас очень выручит. Но звучит это все как-то уж слишком сказочно. Такого не бывает в реальной жизни.

- Зачем вам это? – спросила прямо.

- Что ЭТО? – ответил в своей обычной невозмутимой манере лорд северных морей.

- Зачем вам семья. В договоре прописана не только я, но и Алиса. Зачем вам это нужно? В чем ваша выгода?

- К чему подобный вопрос? – герцог высокомерно приподнял бровь.

- Я хочу знать.

- И что вы станете делать с этим знанием? Откажитесь от денег и возможности обеспечить Алисе достойное будущее, которого отец ее лишил?

- Видите, вы подготовились. Навели справки. Просчитали риски. Меня же этого лишаете.

- Вы не рискуете такой крупной суммой как я, - сказал айсберг.

- Не все измеряется в деньгах. Я рискую бОльшим. Алиса может к вам привыкнуть, может решить, что мы действительно семья. А когда после праздников мы расстанемся, это разобьет ей сердце. И данный урон никакие суммы не покроют.

- Дети относятся ко всему проще, - отмахнулся герцог. – Через неделю после нашего расставания она уже и не вспомнит обо мне, занятая играми с новыми куклами.

- Не вижу смысла вас переубеждать. Но не думайте, что я не заметила, как вы ушли от ответа.

- Вы очень въедливая, вы знаете это?

- Благодарю за комплемент. Итак. В чем ваша выгода? – продолжила наседать с вопросами.

- Я поспорил. На родовое поместье, - выдавил из себя герцог.

- Суть спора? – уточнила.

- Что я женюсь до Самой черной ночи. На женщине с ребенком.

Вот, вроде, и похоже на правду, но не верится ни на грамм. Айсберг слишком холоден, чтобы ввязаться в спор. Да еще и такой опрометчивый.

- В договоре написано, что мы должны будем выйти с вами в свет. Для чего?

- Для демонстрации, конечно. Вы обязуетесь играть роль ласковой и влюбленной в меня женщины.

- Это будет сложно, - не сдержалась.

- Уверен, вы справитесь, - герцог все так же холоден и спокоен. Интересно, его хоть что-то способно вывести на эмоции?

- Хорошо. Я согласна.

- Отлично, можете подписать договор, оба экземпляра, и мы поедем на ритуал.

- Как у вас все быстро.

- А зачем тянуть?

Айсберг действительно не понимает, зачем ждать.

- Только у меня есть условие, - сказала.

- Какое? – вроде бы спросил спокойно, но чувствуется некое напряжение.

- После ритуала мы заберем вещи и будем жить в вашем доме до окончания действия договора.

- Исключено!

- Если вы хотите, чтобы в наш союз поверили, проживание в одном доме – это не мое глупое желание, а вполне здравая идея. Вы же хотите выиграть спор?

- Спор? Да. Хочу.

- Тогда соглашайтесь. Можете нас с Алисой поселить в самом дальнем от вас крыле. Обещаю, мы не будем вам мешать, вы нас вообще не заметите.

Замолчала, позволив айсбергу принять решение. Он думает не долго.

- Хорошо. Согласен. Пожалуй, вы правы. Нам лучше жить в одном доме, чтобы потом не возникли всякие споры… с юридической стороны.

- Отлично, - сказала я. И размашисто подписала оба экземпляра. К счастью, написать имя я в состоянии.

- Раз с делами мы покончили, - герцог отдал один экземпляр договора мне, второй – положил в свой карман. – Тогда едем проводить ритуал.

- А нельзя просто поставить подписи в мэрии и все? -уточнила на всякий случай.

- Нельзя! – последовал вполне закономерный ответ.

Дело в том, что в этом мире существовало два вида союзов. Чисто административный – как у нас в Загсе, пришли, поставили подписи, взяли бумажки. Именно так взял меня в жены граф Бауфман, чтоб его черти таскали на вилах по всей преисподней.

Второй союз - ритуал в храме, это как у нас венчание… ну вроде как. И совершенно не понятно, почему герцог настаивает именно на этом виде брака, если с расторжением первого все намного проще. Впрочем, эти знания я тоже почерпнула из собственной головы, второй союз тоже можно расторгнуть, если не было консумации.

Но вопрос, зачем столько мороки герцогу – остается открытым.

И теперь, мои дорогие, позвольте представить вам герцога)





Глава 13


Интересно… а герцог знает, что я хоть и вдова, но… есть у меня кое-что, чего у вдовы быть не должно? Справки-то он наводил. Но вряд ли о таком ему могли рассказать. Или могли? Ладно, значит, и я пока помолчу, а то вдруг айсберг передумает разводиться, или еще что-то захочет, помимо договора. Козырь пусть пока полежит в рукаве. Вытащу, если понадобится.

После того, как я спрятала свою часть договора, герцог щедро расплатился за обед, и мы погрузились в экипаж. Ехать в замкнутом и тесном пространстве с кем-то, кто источает вокруг себя леденящий холод, то еще удовольствие. Ни слова друг другу не сказали за всю дорогу.

Вышли возле храма. Причем, ехали не к центральному, позолоченному и расфуфыренному храму, а куда-то на отшиб города. Здание выглядело старым и, мягко говоря, неухоженным. Каменные стены, холод и сквозняки.

Натянув на маленькие ручки Алисы варежки и замотав ее получше шарфом, строго наказала не снимать их. Но стоило зайти в храм, как то ощущение запустения и холода мгновенно прошло.

Внутри сияли десятки свечей. В этом мире есть магические светильники, которые загораются от касания. Работают будто от аккумуляторов, а когда разряжаются, их нужно возить в специальные лавки, где светильники заряжают, или меняют на другие. Но в храме по старинке горели свечи, испуская не только свет, но и тепло.

Только позже я заметила, что свечи горят, но воск не плавится. Вечные свечи – очень удобно и экономически выгодно, надо сказать.

К нам навстречу вышел служитель храма – высокий, худой мужчина в длинной хламиде роскошного, совершенно белого цвета. Интересно, магическая стирка, или обычная? У меня из стиральной машинки не всегда белье вылезало такое белоснежное. А тут – просто глаза слепит.

- Мы для ритуала, я договаривался.

О, как! Он договаривался. То есть, шанс, что я откажусь, герцог не рассматривал? Рассчитывал на обычную человеческую жадность? Ну, я не в обиде. Да, деньги правят всеми мирами. А у меня ребенок, и быть бедной, но гордой – это только для холостых и героев индийских фильмов.

- Ждите, сейчас позову Верховного, - ответил служитель удивительно низким как для такого чахлого субъекта голосом.

Верховный оказался пожилым мужчиной. Высоким, благородной внешности. С орлиным носом, пронзительным взглядом и длиннющей белой бородой. Седые волосы завязаны в косу, на руках перстни и браслеты.

Под звон этих браслетов Верховный подходит к нам и до-о-олго смотрит на герцога. Потом так же пристально изучает меня. Тяжело выдержать его взгляд. Словно рентгеном просвечивает. Чувствую себя неуютно, но глаза не опускаю.

- Ты уверен в своем выборе? – спросил Верховный у герцога.

- Абсолютно, - ответил тот без паузы.

- Хорошо. Тогда приступим.

Верховный стал возле каменного круглого стола, служитель принес кубок, в который что-то налили из темной бутылочки. Рядом поставили небольшую пиалу с несколькими кусочками какого-то фрукта. Зажгли еще свечи.

Я вздрогнула, потому что откуда ни возьмись, в углу внезапно образовался бойзбенд из троих храмовников в длинных хламидах и запел акапельно какую-то заунывную песню о любви.

Зато Алисе все ужасно нравилось. Она сидела на стульчике, куда ее посадил служитель, едва мы вошли, и широко открытыми глазами восторженно рассматривала все, что могла. И нас с герцогом, и свадебное трио, и Верховного с его длинной бородой, очень похожего на Дамблдора.

Тем временем к церемонии подключились. Служители. Пока голосистое трио напоминало нам, что любовь – это великая сила, служители принялись монотонно читать какие-то тексты. К сожалению, мне трудно понятные. А потом почти басом заговорил Верховный. Красиво, ёлки!

Я вот прям впечатлилась. Глянула на герцога, а тот стоит, как соляной столб и смотрит перед собой. Да что с ним такое? С чего он такой по пояс деревянный по грудь заледеневший? Так и хочется растормошить.

- Примите напиток этот, как дар богов. Это жизнь и силы ваши. Отныне вы единое целое.

Верховный протянул кубок герцогу. Тот слегка намочил губы и отдал посуду мне. Я тоже лишь только немного отпила. Во рту тут же ощутился чуть сладковатый, фруктовый вкус.

- Разделите еду друг с другом, сегодня и навсегда.

Герцог взял кусочек из пиалы и посмотрел на меня. Я не сразу поняла, что мне нужно повторить за ним. Но стоило мне взять фрукт, как в ту же секунду у моего рта оказались пальцы айсберга, держащие кусок чего-то, пахнущего, вроде бы яблоком.

- Разделите еду, - повторил Верховный, посмотрев на меня, как на тупицу.

И я наконец-то догадалась подставить свой кусок ко рту герцога. А того просить два раза не надо. Я еще ничего не успела понять, а он ка-а-ак грызнет! Едва пальцы мне не откусил! Дернулась и тоже откусила нормально так. Только герцог был не так быстр, как я. Не успел отреагировать на мою ответную зубастую атаку.

В общем… неловко получилось. Потому что мои губы уж очень интимно захватили кончики его пальцев. На мгновение я почувствовала прохладу его кожи. Мои испуганно расширившиеся глаза встретили его взгляд. И я увидела то, что и не думала никогда увидеть у айсберга. В ответ на касание моих губ его зрачки резко и очень сильно расширились, почти закрывая прозрачный лед радужной оболочки.

- А теперь соедините дыхание, именем богов, - заявил Верховный.

- Что сделать? – переспросила я, не жуя, глотнула фрукт и отодвинулась от герцога.

- Поцелуйтесь!





Глава 14


- Это обязательно? – уточнила на всякий случай, мало ли.

- Я бы сказал, что это просто необходимо, - ответил герцог.

- Кому необходимо? – да, я сегодня почемучка.

- Нам с вами, чтобы закончить церемонию. Это такая себе точка. После нее мы сможем отсюда уйти. Или вы желаете простоять тут весь день?

Нет, подобного желания у меня нет. Похоже, придется-таки целоваться!

- Ладно, только давайте по-быстрому, - сказала и закрыла глаза, сделав губы уточкой.

Ждала. И еще ждала. И еще. Так, я не поняла, а где поцелуй?

Приоткрыла один глаз. Герцог на меня смотрел с какой-то смесью любопытства и недоумения.

- Если вы не знаете, как это делается, моргните правым глазом, я помогу, чем смогу, - не сдержалась, съязвила.

И вот я еще не успела закрыть рот, когда айсберг оттаял и поцеловал меня. Ну что тут скажешь? Как для такого замороженного индивидуума, целовался он удивительно горячо. Казалось бы – просто губы. Но если уметь ими пользоваться, а герцог явно умел, то обычный поцелуй становится чем-то гораздо большим.

- Я знаю, как это делается, - сказал, когда отодвинулся.

- Да, я только что имела честь в этом убедиться, - хмыкнула.

- Волей, данной мне богами, объявляю вас мужем и женой. Да не разрушат людские законы то, что соединили божественные.

Герцог еще что-то обговаривал с Верховным, я же присела рядом с Алисой.

- Здесь так красиво, - сказала девочка. – И вы красивые. Вдвоем.

- Спасибо, моя хорошая.

К нам подошел мой муж… да уж… странно это произносить и даже думать так странно.

- Готовы ехать в имение?

- Нет, - ответила, вызвав проблеск недовольства в льдистых глазах герцога. – Я бы хотела забрать вещи от тети и заехать еще в одно место. И…

- Хорошо. Берите карету, кучер отвезет вас куда скажете и поможет с погрузкой вещей. Я тоже еще не домой. Ужин в семь часов. Успеете?

- Да, ужин мы с Алисой ни за что не пропустим, - пошутила.

- Прекрасно. Тогда на нем и увидимся.

И ушел. Идеальный муж, так если задуматься. Не навязчивый, хорошо целуется, не орет без причины и вообще очень спокоен. Как там было у Штирлица? «Характер нордический, выдержанный».

Ладно, отдохнули, а теперь к тетке. Будем надеяться, там обойдется без проблем. К дому тетки мы подъехали с тем же боевым настроем, с каким Наполеон когда-то шел на Москву. Правда, его поход закончился не очень удачно, надеюсь, мой будет успешнее.

Кучер - крепкий мужик лет пятидесяти с добродушным лицом - помог нам выбраться из кареты и спросил, не нужна ли помощь. Я отказалась, попросив его подождать. Взяла Алису за руку и пошла к двери.

Стучать не стала. Дверь была не заперта, что уже насторожило. Обычно тетка запиралась на все засовы, как в крепости. Толкнула створку и замерла.

В коридоре валялись наши вещи. Вернее, то, что от них осталось. Платья разорваны. Чулки в дырах. Белье... ну, оно вообще превратилось в какие-то тряпки для пола.

Алиса схватила меня за руку сильнее. Я почувствовала, как девочка дрожит.

- Всё хорошо, - сказала ей, хотя сама не верила в эти слова. - Сейчас разберемся.

Зашла внутрь. Из гостиной донесся смех. Противный, злорадный.

Прошла туда. В гостиной сидела тетка. Рядом с ней - кузен Мудкис с перевязанной головой. Оба смотрели на меня с таким триумфом, будто выиграли в лотерею.

- А вот и она! - радостно заявила тетка. - Наша воровка вернулась!

- Воровка? - переспросила я, чувствуя, как внутри поднимается знакомое тепло. То самое, которое недавно чуть не взорвалось в магазине. - Что я украла?

- Веревку! - тетка ткнула пальцем в мою сторону. - Ты украла веревку из моей комнаты! Специальную, дорогую! С магической нитью!

Я посмотрела на нее. Потом на кузена. Потом снова на тетку. Видимо, та веревка, которой я перевязывала комнату не совсем со стальной нитью была. Ла-адно...

- Вы серьезно? - спросила. - Из-за веревки вы изорвали все наши вещи?

- Из-за веревки?! - взвизгнула тетка. - Ты еще и дерзишь?! Эта веревка стоила три серебряных монеты! Три!

- И вы испортили вещей на... - я прикинула примерно, - на десять серебряных монет минимум. Отличная арифметика.

- Да как ты смеешь! - тетка вскочила со стула. - Я тебя приютила! Кормила! А ты!..

- Вы меня никогда не кормили, - перебила я спокойно. - Дядя кормил. Вы только и делали, что гадости мне подстраивали. И, между прочим, та веревка лежала в моей комнате. В ящике комода. Еще с тех времен, когда я здесь жила. Это мой дядя мне ее дал.

- Врешь! - рявкнула тетка.

- Не вру. И если хотите, можем пойти к судье. Пусть разбирается, кто врет, а кто нет.

Тетка побледнела. Кузен тоже. Можно было бы учинить скандал, но мне сейчас вообще некогда, да и желания особого нет. Понятное дело, что я этого так не оставлю, но не сегодня. Развернулась и вышла в коридор. Присела перед разорванными вещами. Алиса села рядом.

- Мы заберем это? - спросила девочка тихо.

- Нет, - ответила. - Это уже не наше. Это - мусор.

Порылась в куче тряпок. Нашла то, что искала - маленького зайца Арнольда. Его, к счастью, не тронули. Видимо, не заметили. А куклу, сидящую в кресле, наверное, просто побоялись портить, оценив ее стоимость.

Отдала зайца и куклу Алисе. Девочка прижала игрушки к груди.

- А больше ничего не возьмем? - спросила она.

- А больше нечего брать, - сказала честно.

Встала. Отряхнула юбку. Взяла Алису за руку.

- Пойдем отсюда. Тут все провоняло.

Мы вышли на улицу. Кучер ждал у кареты.

- Вещи погрузить? - спросил он.

- Нет, не надо, - ответила. - Вещей не оказалось. Давайте просто заедем в еще одно место и можно будет ехать в имение.

Мы вернулись на рынок, где я видела еловые ветки. Оставив Алису сидеть в карете и играть с куклой, вспомнила, что для веток мне надо бы какой-то мешок, не в руках же их нести, чай не букет новобрачной?

И тут мне на помощь пришел кучер, жестом фокусника вытащив откуда-то отличный и очень вместительный мешок из какой-то плотной, крепкой ткани.

Я рысью припустилась к тому месту, где видела «сокровища». К счастью, их еще не успели выбросить. Поэтому я, поминутно оглядываясь, быстро запихала все ветки, какие могла, в мешок и потащила его к карете.

Брови кучера взлетели и застряли где-то в шапке, когда он меня увидел:

- Я прошу прощения, а это…

- Те самые вещи, которые надо было забрать, - сообщила, радостно улыбаясь. Деньги герцога – это, конечно, хорошо. Но и синица в руках не помешает, пока журавль долетит. Свой бизнес лишним не будет.

Мы снова погрузились в карету и на этот раз поехали в имение. Подъехали прямо к главному входу. Красиво горели желтым огнем фонарики на двери. В проеме гордо распрямив спину стоял импозантный мужчина с красивыми усами и седой шевелюрой а-ля Бетховен.

Кучер помог нам вылезти и поставил рядом со мной мешок.

- Добро пожаловать домой, Ваша Светлость, - обратился ко мне седой.

Я даже дернулась с непривычки и оглянулась. Там где-то герцог за спиной спрятался? Нет. Это ко мне обратились. Смешно получается. Герцогиня с мешком.

- Спасибо эм…

- Баховен, к вашим услугам. Я служу экономом в доме герцога. Позволите взять ваши…вещи, - почти Бетховен бросил взгляд на мой не самый чистый мешок, весь в снегу из-за того, что я его тащила.

- Да, благодарю.

Мы с Алисой зашли в открытую дверь. Следом за нами ввалился эконом, волоча увесистый мешок. И как раз в нужный момент часы пробили семь часов, а с первой ступени лестницы отозвался знакомый мужской голос:

- Позвольте поинтересоваться, что у вас в этом мешке?

- Как что? – я улыбнулась самой своей радостной улыбкой. – Приданое.

И сегодня у нас арты Иветты и Алисы)

Сначала неугомонная Света)





А теперь чудесная Алиса)





Глава 15


- Похвально, но это было не обязательно, - ответил герцог и прошел мимо меня куда-то по коридору. Потом остановился и не оборачиваясь добавил. – Ужин уже сервирован, не опаздывайте.

И пошел дальше. И никаких тебе истерик, что затащили грязный мешок на чистый пол, возможно слегка поцарапали паркет и уже точно – залили водой от растаявшего снега. Кажется, я влюбилась. Прелесть, а не мужчина.

- Баховен, прошу вас, отнесите наши вещи в комнату, которую нам выделил герцог.

- Кхм… Ваша Светлость, у вас с девочкой…

- Меня Алиса зовут, - вмешалась девочка.

- Очень приятно, юная леди, - эконом улыбнулся ребенку. – Так вот, у вас с Алисой разные комнаты. Конечно, они соединены дверью через гостиную, но…

- Ясно. Хорошо. Отнесите ко мне в комнаты. Благодарю вас. И еще… где можно быстренько помыть руки?

Баховен открыл нам какую-то дверку, и мы с Алисой очутились в туалете. Просторненько, однако. Интересно, какие тут комнаты, если уборные размером больше моей прежней спальни у тетки. Быстро помыли руки, сгрузили на бедного эконома еще и свою верхнюю одежду и пошли в малую столовую.

Эконом, вроде все доходчиво объяснил, но мы почему-то заблудились.

- Куда он сказал повернуть? – переспросила я у Алисы.

- Направо, наверное, - пожала плечами девочка, больше внимания уделяя кукле, чем мне.

Выдохнула. Этот мой топографический кретинизм, кажется, вышел на новый уровень. Вот как теперь… Мимо нас пыталась прошмыгнуть молоденькая служаночка. Хорошенькая, с родинкой на щеке.

- Постой! – окликнула ее.

- Да, леди? – девушка сделала книксен и уставилась на меня во все глаза.

- Подскажи, пожалуйста, где тут малая столовая? А лучше проводи.

- Да… конечно.

Девушка тут же рванула вперед. Оказалось, что мы вообще не в ту сторону пошли. Осталось только поражаться своему неумению ориентироваться в пространстве. Наверное, нужно будет обзавестись мелом.

- Сюда, пожалуйста, - служанка открыла дверь.

- Как тебя зовут? – спросила я.

Девушка залилась краской, словно я спросила что-то ужасное, но ответила.

- Зулана, госпожа.

- Спасибо, Зулана, за твою помощь.

Девушка еще больше покраснела, и я поспешила зайти в столовую, опасаясь, что она сейчас в обморок упадет.

Герцог уже принимал пищу. Неторопливо, чинно. По его лицу нельзя было определить, нравится ли ему то, что он есть. Но по тому, как долго он жевал, хотелось надеяться, что ужин был вкусным.

- Вы не спешили, - сказал гостеприимный хозяин имения.

- Да, - ответила, решив не оправдываться.

Айсберг едва заметно приподнял бровь. Вот прям на миллиметр. Если бы я не смотрела на него, даже не заметила бы. Видимо, так у герцога выражается удивление.

Он думал, я начну извиняться и оправдываться, тем самым поставив себя в уязвимое положение? Ну уж нет. Мы и так тут на птичьих правах, не вижу смысла еще больше это подчеркивать.

Мы с Алисой подошли к столу, слуга тут же подвинул нам стулья и помог сесть напротив герцога. В следующую минуту перед нами поставили тарелки с малю-ю-юсенькой закуской. И как ее брать прикажете? Пинцетом?

Взяла первую попавшуюся вилку, наколола закуску-крошечку из кусочка какого-то мяса и листочков, положила в рот. На языке разлилась легкая терпкость и приятная кислинка. Интересно, что это было вообще? Разобрать не удалось, закуска уплыла в желудок, прежде чем я вообще поняла, из чего она состоит. Но вкусно.

Вездесущий слуга быстро убрал одну тарелку и заменил ее другой. Теперь передо мной расцвел цветок из тонких слайсов мяса, каких-то листовых салатов и изысканных узоров соуса. Ох и повар у герцога. Просто художник! Надо будет поблагодарить его за ужин.

Аккуратненько перехватила один из «лепестков» и положила в рот. М-м-м… на вкус это даже лучше, чем на вид. Зажмурилась от удовольствия и поймала ледяной взгляд герцога. Пришлось срочно пить воду, чтобы пропихнуть застрявший в горле кусок.

- Завтра к вам на обед приедет несколько леди. Для знакомства.

Откашлялась. Смотрины, значит, будут. Всем интересно, что за девицу притащил герцог к себе в дом?

- Надеюсь, вы покажете себя достойно.

- Будьте уверены, - кивнула я.

А сама уже быстренько набросала бизнес-план. Осталось – успеть все сделать до того, как явятся леди.

- Ох уж эта ваша улыбка, - проронил герцог.

- Что? – переспросила я, была не уверена, что правильно услышала, слишком уж увлеклась мыслями о завтрашнем дне.

- Когда вы так улыбаетесь, у меня складывается ощущение, что нужно срочно пополнить аптечку.

- Правда? – перестав улыбаться, добавила. – Думаю, вам стОит доверять своим ощущениям.

Но не стала уточнять о каком пополнении он говорит. Бинты? Вата? Жгут на горло? Хлороформ на лицо? Настой валерианы внутривенно? Если спросить мое мнение – все вышеназванное может пригодиться.





Глава 16


Дальше мы поглощали пищу молча, каждый в своих мыслях. Герцог ушел куда-то в зиму, оставив в столовой только свое тело, механически жевавшее еду. Я же погрузилась в обдумывание бизнес-плана. Мне слишком много всего нужно было успеть до завтра и как это сделать – я не знала.

После десерта мы пожелали друг другу спокойной ночи, мне на долю секунды показалось, что в тоне айсберга послышалась ирония, но, скорее всего, показалось. Мой мозг, утомленный большим количеством событий уже просто отказывался нормально обрабатывать информацию. И когда я поняла, что мы опять заблудились и не можем найти дорогу в свои комнаты, решила – как только приду в спальню, сразу лягу спать!

Но сначала пришлось выкупать Алису, потом долго уговаривать ее заснуть и только после всего этого, завалиться полутрупом в кровать и вырубиться, свесившись на одну сторону в платье, расстегнутом только до половины и в одном сапоге.

И мне даже успело что-то присниться. Такое белое, мягкое, пушистое. Мне было та-а-ак хорошо. Но та-а-ак недолго. Потому что проснулась я от ощущения, что по моему бедру что-то ползет!

Спросонок я почему-то решила, что ползет это что-то внутри юбки. И вот-вот заползет на самые интимные места. В общем, мыслей у меня не было. Зато эмоций – через край. Поэтому я резко дернулась, соскочила с кровати, с громким грохотом что-то завалив по пути, и заорала, хлопая себя по бедрам, попе, ляшкам. В общем, по всему, куда это что-то могло заползти.

Проделывала это все я громко, с азартом, на девятибалльной волне адреналина. Поэтому даже не сразу услышала, когда дверь в мою спальню распахнулась, ударившись об стену так, что с потолка посыпалась штукатурка, и посреди комнаты воссиял белым снегом, вернее накрахмаленной рубашкой, айсберг.

А я скакала по комнате, махала юбками, аки цыганка Аза, потом перешла к канкану, выбрасывая вперед ноги и неприлично задирая юбки. Как это ни парадоксально, но остановил меня ледяной голос герцога:

- Я как-то по-иному представлял себе спокойную ночь.

Я застыла, как вкопанная, попытавшись рассмотреть лицо герцога сквозь джунгли собственных, вставших дыбом волос. Одернула подол, подумав, что лучше поздно, чем никогда, хотя мой фиктивный муж уже успел рассмотреть все, что можно и нельзя.

- Кхм…

- Часто вы так готовитесь ко сну?

- Вообще-то, я спала. И тут по мне что-то поползло и я… - отвлеклась, потому что герцог смотрел не на меня, когда я говорила, а куда-то вбок.

Подняла руки вверх и ахнула. Упс! Повернулась к мужчине спиной и подтянула сползшее декольте до самых ушей. Боже, позорище какое!

- Вета? – плаксивый голос Алисы почему-то раздался откуда-то из-за кровати.

- Ты где? – спросила, удивившись.

Девочка вылезла с другой стороны и посмотрела на меня с опаской.

- Алиса, что ты здесь делаешь? – спросила.

- Я не могла заснуть у себя в спальне и пришла к тебе. Ты спала. Я тебя позвала. Но ты не отвечала, - девочка захныкала, - и я подумала… ну… и дотронулась до тебя несколько раз. А ты все равно спала. И я сильнее… А потом ты как вскочишь и… ты меня испугала!

Кинулась к ребенку, но остановилась, вспомнив, что Алиса не очень любит обниматься.

- Прости, мне что-то приснилось, и я не поняла, что это можешь быть ты. Я не привыкла к детям, понимаешь? И тоже испугалась. Боже…Ну и ситуация.

- А уж как я испугался, - раздалось от двери.

Мы с Алисой повернулись к герцогу. В своей расстегнутой до пупа белой рубашке он не выглядел испуганным. Скорее на редкость горячим. Ну… как для айсберга. Лед ведь тоже обжигает.

- Уже собрался спать. И тут этот ужасный вой. И грохот.

- Я не выла! – выразила возмущение откровенной ложью.

- Да вы орали, как банши! У меня в спальне зеркала потрескались.

- Они потрескались раньше, когда отражали ваше самоуверенное лицо!

- Может, какао?

- Что? – переспросили мы с падчерицей.

- Думаю, нам с Алисой надо снять стресс от ваших диких плясок. Какао в этом поможет. Вас тоже возьмем. Быть может, оно подействует на вас расслабляюще, и в этом доме все-таки наступит спокойная ночь.

- Вы всегда такой любезный, или только в брачную ночь?

Глаза герцога внезапно так ярко полыхнули, что я машинально сделала шаг назад. Ой, Светка, заткнись уже от греха подальше! Адреналин адреналином, но язык прикуси!





Глава 17


- Желаете проверить?

- Э-э… нет, спасибо. Я переоденусь?

Герцог просто кивнул, продолжив стоят в дверном проеме.

Я быстро схватила халат и забежала в ванную, там со скрипом, но все-таки умудрилась скинуть с себя платье, предварительно распилив шнуровку корсета пилочкой для ногтей, которая лежала на полочке.

Вернулась в спальню еще более патлатая, красная, но хотя бы одетая. Ну… больше, чем была. Герцог на мой внешний вид никак не отреагировал, а я заметила, что он застегнул рубашку до самой шеи. Жаль… Кхм… В смысле, вечно он такой зажатый. Мог бы дать себе немного свободы. И мне посмотреть… Да ёлки! Светка! Ну ты мозги-то включи! А гормоны – выключи!

Герцог шел впереди, гордо и величественно, словно вел нас не на кухню, а на королевский прием. Я плелась сзади, кутаясь в халат, который оказался слегка велик и волочился по полу. Алиса топала рядом со мной, крепко сжимая в руках зайца Арнольда.

Кухня оказалась огромной. Нет, серьезно. Моя прежняя квартира в прошлой жизни была раза в два меньше. Медные кастрюли висели на стенах, блестя в свете магических светильников. Огромная печь занимала почти всю дальнюю стену. Посередине - массивный деревянный стол, за которым могло бы уместиться человек двадцать.

- Садитесь, - велел герцог, указывая на стулья.

Мы послушно уселись. Алиса положила зайца рядом и уставилась на айсберга во все глаза. Я тоже смотрела. Потому что зрелище было редкостное.

Герцог Северин Вэлтор, наследник древнего рода, владелец огромного состояния и айсберг во плоти, стоял у плиты и грел молоко. В белой рубашке с закатанными рукавами, слегка взлохмаченный и какой-то домашний что ли.

Если бы мне вчера кто-то сказал, что я буду наблюдать подобное, я бы посоветовала этому человеку срочно проверить содержимое стакана, из которого он пил.

- Вы часто так готовите? - не удержалась от вопроса.

- Нет, - ответил герцог, не оборачиваясь. - Только когда меня будят среди ночи воплями банши.

Промолчала в ответ. Ну а что? Я и правда, орала, как ненормальная. Герцог достал из шкафа какао-порошок, насыпал в молоко, добавил что-то еще. Помешал, довел до кипения. Разлил по трем чашкам и поставил перед нами.

- Осторожно, горячее.

Я взяла чашку обеими руками. Вдохнула аромат. Боже, как же вкусно пахло! Шоколад, ваниль, что-то еще... корица? Сделала маленький глоток. Чуть не застонала от удовольствия.

- Это же... это просто божественно! - выдохнула. – Как у вас так получилось?

Герцог сел напротив, взял свою чашку.

- Это бабушкин рецепт. Она меня научила, когда я был ребенком.

Я посмотрела на айсберга. Попыталась представить его ребенком. Не получилось. Интересно, у него такой характер от рождения, или что-то так сильно повлияло? Впрочем, какое мне дело? Пройдет десять дней, и мы разойдемся, как в море корабли. Надеюсь, я не стану «Титаником».

- А что вы добавили? Кроме какао?

- Ваниль. Корицу. Немного меда. И секретный ингредиент.

- Какой?

- Если скажу, он перестанет быть секретным.

Алиса тем временем осторожно дула на свою чашку. Потом сделала крохотный глоточек. Глаза ее округлились.

- Вкусно! - заявила она торжественно. - Очень-очень вкусно!

- Рад, что понравилось, - герцог почти улыбнулся. Почти. То есть, я внезапно заметила золотые искорки в его всегда холодных голубых глазах.

Мы пили какао молча. Было тихо, тепло, уютно. За окном падал снег. Светильники мягко освещали кухню. Где-то в углу тикали часы. Я почувствовала, как напряжение постепенно уходит. Плечи расслабились. Дыхание выровнялось.

- Спасибо, - сказала негромко. - За какао. И за... вообще за все. Вы даже не представляете, как вовремя сделали свое предложение.

- Почему же не представляю? Конечно, я знал обо всем, что у вас произошло. Я никогда не предлагаю сотрудничество, если есть вероятность отказа.

Вот так вот. А ведь я почти поверила, что он человек, а не айсберг. Впрочем, какие бы мотивы герцогом ни руководили, нас он очень выручил. Отсюда и пляшем.

Если честно, то было неожиданно приятно вот так сидеть. В тишине, на пустой кухне, наслаждаясь вкусным напитком. Я даже поймала себя на мысли, что мне начинает нравится этот мир. И люди в нем. Понятное дело, не все, но многие.

А потом приятное закончилось. Так же внезапно, как и началось. Герцог проводил нас до покоев и ушел, всего лишь кивнув на прощание. Алиса попросилась спать со мной. Я согласилась. Уж лучше так, чем опять просыпаться от ощущения, будто по мне что-то ползает.

А утром меня разбудил крик.





Глава 18


- Да что же ты так орешь? – с усилием открыв глаза, спросила у служанки, той самой, молоденькой девочки, которую мы встретили вчера, когда искали дорогу.

- Простите, госпожа, но вам уже пора вставать, скоро прибудут портные.

- Кхм… - я правда пыталась понять, о чем она говорит, - какие портные?

- Ну как же, Ваша Светлость? Те, которых пригласил господин. Самые лучшие в столице.

И тут сон меня резко покинул. Я села, поморгала в сторону Зуланы.

- Герцог пригласил портных? – переспросила.

- Да. А еще учительницу по этикету и танцам.

Надо ли говорить, что меня тут же обуяла неудержимая жажда к буйной деятельности? Ведь во всей этой вакханалии подготовки к приему, надо еще найти часок для претворения в жизнь моего бизнес-плана, ибо подобной возможности позже может и не представиться.

Поэтому я тут же откинула одеяло и вскочила на ноги, испугав служанку.

- Спокойно! Это я так радуюсь… портным.

И бегом в ванную. Едва успела намылиться, как в дверь заскреблась Алиса.

- Вета? А у меня будет новое платье?

- Конечно, - крикнула ей. – Мы ведь с тобой идем комплектом.

Скорее всего, падчерица не поняла, что я имела в виду, но переспрашивать не решилась, удовлетворившись тем, что я сказала «конечно».

Служанка очень быстро и умело помогла мне натянуть положенные чулки с подвязками, коротенькие шортики со смешными рюшами сзади, выполняющие функцию трусов, и короткую, едва доходящую до талии майку из хлопка. Поверх всего этого на меня натянули корсет. В прямом смысле – натянули. Я едва дышать могла. На все уговоры сделать утяжку не такую тугую, Зулана причитала, что у меня тогда талия будет, как у многодетной бабки из деревни. И это даст повод моим гостьям дополнительно злословить на мой счет.

- Они могут подумать, что вы в тяжести! – с ужасом сказала служанка.

Вот после этих слов я и рискнула пожертвовать полноценным дыханием в пользу сиплого собачьего хеканья. Нет, разговоры о беременность от герцога мне совсем не кстати. Хватит скандала с первым мужем, помершим во время брачной ночи.

Портными оказались три дамы и один усатый господин. Пока швеи меня измеряли, лорд скрупулезно все записывал в толстую тетрадь.

- Берем кремовый, розовый и сирень…

- Эм…

Все дружно уставились на меня, посмевшую вмешаться в разговор профессионалов.

- Давайте без розового и сиреневого. Думаю, будет красиво в голубом оттенке, синем, бордо тоже можно, я ведь хоть и молодая девушка, но все же замужняя дама. А белый и прочий оставим для тех, кто выходит в свет первый раз.

Думала, что меня сейчас пошлют… шить наряды самой. Но нет. Швеи дружно перевели взгляды на единственного мужчину в гостиной. Тот покрутил усы и профессорским тоном изрек:

- Думаю, Ее Светлость права. Блондинка в розовом – это пресно. Сиреневый, скорее всего, сделает изысканную красоту леди блеклой и невыразительной. Решено! Делаем синее! И бордо. И зеленое, цвета мха на северной стороне ствола огромного дерева и…

Дальше я уже не слушала, Остапа, то есть портного, понесло в какие-то уж слишком глубокие дебри швейного мастерства.

Когда меня оставили в покое, взявшись за Алису, я быстро перекусила чаем и бутербродами, а потом пристала к Зулане с просьбой принести мне красные и золотые ленты, а у портных «одолжила» кружево, тесьму и нитки.

А потом, прямо на моих глазах стало происходить чудо. Швеи разложили просто на полу ткани и принялись резать материал. А потом портной брал куски наряда и… я даже придвинулась поближе, думала, что показалось, клеил! детали в одно целое. Меня даже не просили еще раз померять платья. Сделали быстро и с первого раза.

Когда портные закончили, мы очень тепло попрощались. Я была под огромным впечатлением от их мастерства и скорости исполнения. И теперь у меня в гардеробной висели три великолепнейших наряда. А Алиса получила два новых платья и чудесную шляпку.

Воспользовавшись моментом, пока меня никто не трогал, принялась мастерить новогодние венки. Даже Зулану усадила мне помогать, хотя служанка делала круглые глаза и говорила, что не понимает, зачем я трачу время на подобное странное занятие.

А потом в комнату вплыла высокая, прямая как палка леди с надменным выражением лица. И я вот как-то сразу догадалась, что это моя учительница этикета и манер. Повезло мне.

Ну что ж… пора отложить нитки с ножницами, и взять в руки нож с вилкой!





Глава 19


Дама, которую звали, как я узнала чуть позже, леди Бланш, окинула меня взглядом с ног до головы. Медленно. Очень медленно. Так медленно, что я успела мысленно три раза покаяться во всех грехах.

- Кхм, - наконец произнесла она, после того, как представилась. - Работы предстоит… много.

Спасибо, мадам Очевидность. Я и сама догадалась.

- Начнем с осанки, - объявила она и подошла ко мне так близко, что я почувствовала запах лаванды. – Ибо именно осанка говорит о том, что перед нами леди. Встаньте прямо.

Я выпрямилась. Насколько это вообще возможно в корсете, который сжимал меня, как удав свою жертву.

- Плечи назад. Подбородок выше. Живот втянут.

Живот? Какой живот? У меня там уже и так все органы в одну кучу смялись!

- Вот так, - леди Бланш показала. И надо сказать, выглядела она при этом так, будто проглотила кочергу. Очень ровную кочергу.

Я попыталась повторить. Получилось… ну, скажем так, я старалась.

- Нет-нет-нет! - всплеснула руками учительница. - Вы держитесь, как… как…

- Как крестьянка? - подсказала я.

- Именно. Благодарю. И прошу прощения за нелестное сравнение.

- Ничего, - отмахнулась, - меня и похуже называли.

- А вот это никому больше не говорите. Подобная откровенность леди не пристала.

- Да, я знаю, просто...

- И оправдываться вам не за что, - прервала меня леди Бланш. – Чувство собственного достоинства и осанка неотделимы друг от друга. Кажется, я поняла, в чем ваша сложность. И мы это исправим.

А дальше последовал сеанс психотерапии. После которого у меня осталось странное и одновременно страшное ощущение, что мне вспушили все мозги. Очень тщательно и аккуратно. Сапкой.

Но осанка моя явно улучшилась, как и искусство делать книксен. Потом у нас был урок управления веером.

- Это очень просто, - сказала леди Бланш.

Но спустя каких-то полчаса ее мнение кардинально изменилось. Ну разве же я виновата, что моя кисть просто не выгибается таким изящным образом, как требуется?

- Боги! Это не рука! – леди Бланш обессиленно села на диван. – Это куриная лапка!

Я не обиделась. Только усмехнулась. Ну да, чем-то похоже. Чувство юмора у моей учительницы этикета присутствует.

- Ладно, с веером мы разберемся позже. Все-таки зимой это не самый необходимый аксессуар. Присаживайтесь к столу.

Мы переместились к маленькому столику у окна. Там уже стояла тарелка, разложены приборы - штук десять, не меньше.

- Вилка слева, нож справа, - начала мадам Бланш. - Но это вы, надеюсь, знаете.

- Да, это я как-то усвоила.

- Отлично. Теперь суповая ложка. Её держат вот так. - Она показала. - Не зачерпываете к себе, а от себя. Понятно?

- От себя, - повторила я послушно.

- А теперь попробуйте.

Я взяла ложку. Попыталась зачерпнуть воображаемый суп. От себя. Получилось… я так думала.

- Нет! - мадам Бланш выхватила у меня ложку. - Вы держите её, как лопату! Это ложка, а не инструмент для копания огорода!

Кхм. Лопату я, кстати, тоже неплохо держу. Годы работы в огороде у бабушки не прошли даром. Правда, это было в другой жизни, но руки помнят.

- Извините. Попробую еще раз.

Взяла ложку. Держала, как тонкую и хрустальную. Аккуратно. Нежно. Зачерпнула воздух от себя.

- Лучше, - кивнула учительница. - Намного лучше. Но что у вас с головой?

- А что с ней, - пощупала свою голову, - вроде бы, все в порядке.

- Нет, не в порядке. Где вы видели, чтобы во время еды леди наклонялась к ложке?

Кхм... можно я не буду отвечать, где я это видела? Дома у себя! И у подруг. И в дорогих ресторанах! Но, понятное дело, ледей там не было. Так... простолюдинки, как я.

Леди Бланш издала протяжный вздох. Он полон какой-то безнадежной грусти и почти отчаяния. Не-е-е… ну я же не настолько плоха… или да?

- Попробуйте еще раз, но не дергайте головой. Вы поднимаете руку с ложкой, а не опускаете голову, это понятно?

- Вполне, - кивнула, зачерпнув от себя несуществующий суп.

- И прошу вас, леди Иветта, не вытягивайте губы в трубочку за полметра от ложки.

- Я так не делаю!

И поймала себя на том, что именно в этот момент мой рот как раз и собрался то ли свистеть, то ли тянуть в себя «суп». Мысленно чертыхнулась. Боже, никогда не думала, что у меня все так плохо с манерами. А оказывается… тут впору впасть в отчаяние. Но… как-нибудь в другой раз. По вторникам я больше в оптимистичном настроении!

- Чудесно! У вас получается, - похвалила леди Бланш. - Теперь вилка и нож. Вилка в левой руке, нож в правой. Разрезаете мясо небольшими кусочками. Не пилите! Режете легко, изящно.

Я взяла приборы. Попыталась изобразить изящное разрезание.

- Вы давите на нож так, будто разделываете кабана, - вздохнула мадам Бланш.

- А вдруг мне подадут кабана? - не удержалась от подкола.

Учительница посмотрела на меня долгим взглядом.

- Герцог, - медленно произнесла она, - заплатил мне очень большую сумму. Очень. Иначе я бы уже ушла.

Ясно. Подумала и продолжила расчленять «кабана» на своей тарелке более нежно, почти хирургически точно.

- Неплохо. Вы способная ученица, - выдавила из себя леди Бланш, спустя несколько минут. – Теперь давайте освежим память относительно приборов.

Освежим? Да я знаю только одну вилку и ложку. А тут… обалдевшим взглядом окинула десяток столовых приборов.

- Давайте, - крякнула я натужно. И опять всмотрелась в стройные ряды вилок-ложек, словно они, при надобности, могли мне подсказать, кого из них брать в руки.

Надо отдать должное леди Бланш. Она долго ждала, пока я что-то из себя выдавлю. И не дождавшись, начала сама, ровным, учительским тоном:

- Вилки кладутся слева от тарелки. Столовая вилка, самая большая, используется для основного блюда. Похожая на нее, но размером поменьше - для салата или закуски. Вилки раскладываются в зависимости от того, когда они вам понадобятся, в порядке снаружи внутрь. То есть, если вы не уверены, какую вилку брать, берите ту, что ближе всего к тарелке. То же касается и ножа. Столовый – рядом с тарелкой. Далее. Вилка с тремя зубцами предназначена для употребления десертов, таких как торты и пирожные, а также для морепродуктов. Конструкция может отличаться в зависимости от назначения: десертные вилки часто имеют один более крупный зубец для нарезания, а вилки для морепродуктов могут иметь другую форму зубцов, адаптированную для конкретного продукта. А теперь вопрос, посмотрите внимательно на вашу вилку и скажите мне, она для десерта или морепродуктов?

Кхм… и тут я заметила, что вилка с более крупным зубцом лежит над тарелкой. А значит рядом…

- Для морепродуктов, - ответила.

- Отлично, - выдохнула леди Бланш. – А теперь приступим к «еде».

Следующий час прошел в попытках научиться держать приборы, правильно пить из бокала, изящно промокать губы салфеткой. К концу урока у меня болели руки, спина и голова. А мадам Бланш выглядела так, будто постарела лет на десять.

- На сегодня всё, - объявила она наконец.

- На сегодня? – воскликнула я.

- Да, - подтвердила мои худшие опасения учительница этикета, - завтра утром будет еще один урок. У нас еще столько тем. Вы пока отдыхайте, а я к завтрашнему дню запасусь... укрепляющим напитком.

И, выпрямив спину, леди ушла, оставив меня разбитой и дико уставшей. Кошмар! Мне же еще венки делать и серпентарий встречать, а я себя чувствую так, словно меня асфальтоукладочный каток переехал.

- Госпожа, а что с этим делать? – привел меня в тонус вопрос Зуланы, заглянувшей в мешок с еловыми ветками.

- А это, моя дорогая, то, чем мы будем заняты следующий час, - ответила я и, заскрипев прямой, как положено леди спиной, поспешила к мешку. Поныть потом успею, а сейчас – дела!





Глава 20


Венки получились на удивление хорошо. Даже я, человек весьма критичный к собственным творениям, осталась довольна результатом. Еловые ветки, перевитые красными и золотыми лентами, украшенные кружевом - выглядело празднично и изящно. На двух были шишки, еще на двух – банты. Четыре штуки. По золотой монете за каждый. Если все пройдет по плану, конечно.

- Зулана, отнеси венки в малую гостиную, - попросила я. – Повесь два на стены, один на каминную полку, а последний... на дверь, пожалуй.

- Да, госпожа, - служанка осторожно взяла венки, будто они были сделаны из хрусталя, а не из веток и упорхнула за дверь, а я осталась среди обрезков лент и веток, разбросанных по полу моей спальни.

Алиса сидела в углу и что-то шептала своей кукле Бель. Судя по выражению лица, они обсуждали что-то очень серьезное.

- Алиса, моя хорошая, тебе нужно переодеться. Скоро гости приедут.

- А я должна буду с ними сидеть? - девочка посмотрела на меня с тревогой.

- Нет, солнышко. Ты можешь остаться в своей комнате, - ответила, сжалившись над девочкой. И подумала, что надо попросить герцога найти ребенку няню. Ни он, ни я об этом, конечно же, не догадались.

Алиса облегченно выдохнула. Я же поднялась с пола, отряхнула юбки от мелкого мусора и направилась к двери. Нужно было проверить, как Зулана справилась с венками, а заодно убедиться, что в гостиной все готово к приему.

Вышла в коридор и... замерла. Направо или налево? Прямо? Господи, да этот дом - настоящий лабиринт! Вчера я запомнила дорогу в столовую. Но малая гостиная - это совсем другое направление. Или то же самое? Нет, кажется, другое.

Пошла наугад. Направо, потом налево, потом еще раз налево... или это было направо? Коридоры сменяли друг друга, все одинаковые, с одинаковыми картинами на стенах и одинаковыми дверями.

- Отлично, Света, - пробормотала я сама себе. - Заблудилась. И мелки не взяла, чтобы рисовать крестики там, где уже была!

Остановилась перед очередной дверью. А что, если зайти и спросить дорогу? Если там кто-то есть, конечно. Толкнула дверь и вошла. И застыла на пороге.

В комнате у окна стоял герцог. Полубоком ко мне. Неподвижный, как скала. Он смотрел на падающий за окном снег, и в его позе было что-то такое... не знаю…отрешенное. Словно он не просто смотрел в окно, а пытался сквозь него разглядеть что-то очень далекое. Или очень нужное.

Я хотела было тихонько выскользнуть обратно, но пол предательски скрипнул под моей ногой.

Герцог обернулся. И я увидела его лицо. На долю секунды. Всего на долю секунды, но этого хватило, чтобы заметить то, чего там быть не должно. Боль. Такая глубокая и острая, что у меня сжалось сердце.

Но в следующее мгновение его лицо снова стало безупречной ледяной маской.

- Заблудились? - спросил он ровным тоном.

- Да, - призналась честно. - Искала малую гостиную.

- Понятно. Пойдемте, я провожу.

Он направился к двери, я посторонилась, пропуская его вперед. Мы вышли в коридор. Герцог двинулся вперед размеренным шагом, я пристроилась рядом.

- Простите, что вторглась, - сказала тихо. - Не хотела мешать.

- Вы не помешали, - ответил он, не глядя на меня. - Я просто... думал.

- О чем? - спросила, прежде чем успела прикусить язык. Господи, Светка, какое тебе дело?

Герцог бросил на меня быстрый взгляд.

- О сроках действия нашего контракта.

Ясно. То есть не ясно. Он соврал. Я это почувствовала. Но настаивать не стала. Мы остановились перед дверью малой гостиной. Герцог протянул мне руку.

- Позволите?

Я положила свою ладонь на его локоть. Он толкнул дверь, и мы вошли.

В гостиной было все готово. Четыре дамы в роскошных платьях сидели на диванах, потягивая чай из тонких фарфоровых чашек. Все четверо обернулись, когда мы появились.

И я увидела, как их глаза расширились. Как они обменялись быстрыми взглядами. Как одна из них - высокая брюнетка с хищным лицом - слегка приоткрыла рот.

Герцог проводил меня к дивану, усадил, а сам сел рядом. Очень близко. Так близко, что наши бедра почти соприкасались. И продолжал держать мою руку в своей.

- Леди, позвольте официально представить, - произнес он спокойным голосом. - Моя жена, герцогиня Иветта Вэлтор.





Глава 21


Четыре пары глаз уставились на меня. Оценивающе. Придирчиво.

- Очень приятно, - пропела я самым сладким голосом, на который только была способна. - Рада знакомству, леди.

Высокая брюнетка первой пришла в себя.

- Леди Иветта, - она натянуто улыбнулась. - Какая неожиданность. Мы слышали, что герцог женился, но думали - это просто сплетни. Ведь Его Светлость не из тех, кто совершает столько поспешные поступки.

И быстрый, пристальный взгляд на МОЕГО мужа. Интересненько. Бывшая пассия? Судя по всему, еще не остывшая, в отличие от айсберга.

- Когда встречаешь свою судьбу, не стоит медлить, - ответил за меня герцог. И его пальцы сжали мою руку чуть сильнее. Почти нежно.

Я бросила на него взгляд. Он смотрел на меня. И в его глазах плясали те самые золотые искорки, которые я недавно уже заметила на кухне за какао. Боже. Он играет свою роль идеально. Влюбленный муж, который не может оторвать взгляд от жены. Я была удивлена. Не ожидала подобный актерских талантов у герцога.

Две другие дамы наконец подали голос. Одна - полная блондинка с тройным подбородком - представилась как баронесса Кларисса. Вторая - худощавая рыжая с острым носом-клювом - как маркиза Долорес. Но мое внимание приковала к себе пожилая леди – очень красивая, с шикарной прической на седых кудрях и чудесным, крупным прямым носом. Как на римских монетах. Она пока что молчала, ее представил герцог.

- Моя дорогая, - это он мне сказал, - позволь порекомендовать тебе самую влиятельную леди высшего света – герцогиню Розанну Блекмур.

- Так уж и самую влиятельную, Северин - ты льстец, - леди позволила себе скупую улыбку в отношении герцога.

- Льстить вам? Я бы лишился вашего уважения, герцогиня, - айсберг метнул в даму свой знаменитый золотистый взгляд, и Розанна поплыла, улыбка ее стала шире, а в глазах загорелся лукавый огонек.

- Ох, герцог, - протянула она.

- Леди, - мой временный муж встал, не отпустив мою руку и вынуждая встать вместе с ним, - к сожалению, я вынужден вас покинуть. Оставляю Иветту в ваших дружественных руках и надеюсь, вы окажете ей то же уважение, что и мне. Потому что отныне она хозяйка моего дома и именно она будет решать, кого приглашать в гости на ближайшие праздники, а кого – нет.

Я удивленно посмотрела на герцога. Надо же! Это он сейчас таким образом дал понять этим великосветским дамам, что им не поздоровится, если будут слишком меня задирать? Защитил?

И тут айсберг сделал еще кое-что, отчего глаза у меня едва не вывалились на ковер. Он потянул меня за собой к двери, и уже на выходе приобнял рукой за талию и нежно поцеловал куда-то в волосы, заставив задеревенеть всем телом. Одновременно с этим сказал:

- Постарайтесь найти общий язык с этими дамами, они ядро высшего общества. Если они примут вас, то никто не посмеет посмотреть на вас криво, даже если вы станете чудить. Особенный упор делайте на герцогиню. Не лгите ей – она это ненавидит. И еще… если кто-то из них станет переходить черту дозволенного, я одобряю, если вы вытолкаете эту даму за дверь. Помните – это ваш дом и вы – хозяйка. А они – просто гости, хоть и высокого звания.

И вышел. А я какое-то время стояла, разинув рот и смотрела на уже закрытую дверь.

- Иветта, дорогая, мы вас ждем! – окликнула меня баронесса, заставив отвиснуть и вернутся на диван.

Следующие полчаса прошли в натянутой атмосфере. Герцогиня ко мне присматривалась, не участвуя в разговоре. Основную беседу вела баронесса, но мне было откровенно скучно.

Высокая брюнетка, бросавшая на герцога зазывные взгляды, оказалась графиней Кларой Дель Монте. И вот все это время она сидела и бросала всякие реплики на грани дозволенного. То на тему моей прически: «Ах, у вас такие волосы, видимо, сложно сделать из них что-то стоящее», то о наших отношениях с герцогом: «Северин был сегодня как-то странно холоден, не такой, как обычно». Мой наряд, а я надела чудесное синее платье, великолепно отшитое приглашенными портными, графиня не комментировала, видимо, не к чему было придраться.

Я игнорировала ее выпады. Была слишком занята, пока демонстрировала хорошие манеры за столом, аккуратно пила чай и колупала нужной вилкой десерт. Но вот, когда застолье завершилось…

- Леди Иветта, - обратилась ко мне графиня, выдергивая из размышлений. - А правда ли, что вы были замужем за графом Баумфаном?

Вот оно! Началось.





Глава 22


Четыре пары глаз уставились на меня в ожидании ответа. Графиня смотрела с каким-то особенным блеском в глазах - явно надеялась, что я сейчас споткнусь и упаду с социального Олимпа прямо в грязь.

Не дождетесь.

- Да правда, – спокойно подтвердила я, отпивая чай. – Граф Баумфан был моим покойным мужем.

- Ох, - графиня прикрыла рот веером, изобразив сочувствие. - Как же вам пришлось нелегко. Говорят, граф был… э-э… весьма специфической личностью.

Специфической? Это она про старого извращенца, который любил покупать молоденьких девушек? Мило.

- Граф был уже в почтенном возрасте и крайне невоздержан в привычках, - ответила я невозмутимо. – Я ничего не знаю о его специфической личности, поскольку была с ним знакома всего несколько часов. А вот вы, графиня, кажется, знали его лучше.

Баронесса Кларисса хихикнула, прикрыв рот салфеткой. Маркиза Долорес выглядела заинтригованной. А вот герцогиня Розанна продолжала молчать и наблюдать. Словно кошка, которая пока не решила - съесть мышку или отпустить поиграть.

- Но все же, - не унималась графиня, - вы вышли замуж за герцога так быстро после смерти первого мужа. Траурный период…

- Закончился, - перебила я. - Как раз вовремя.

- Но люди говорят…

- Люди вообще много чего говорят, - улыбнулась я. - Например, что графиня Дель Монте носит шиньон, чтобы скрыть раннюю седину. Но у меня хватает ума не верить всему подряд, что говорят.

Графиня стала цвета томатного сока. Баронесса захлебнулась чаем. Маркиза прыснула. А герцогиня Розанна улыбнулась. Едва заметно, но все же.

Леди Клара выпрямилась, явно готовясь к новой атаке. Но я ее опередила:

- А вы, графиня, часто бываете в нашем доме? Или это ваш первый визит после свадьбы герцога?

- Я… - она замялась. - Я была хорошей подругой семьи Вэлтор.

- Была? - переспросила я невинно. - Почему в прошедшем времени?

- То есть… я остаюсь подругой…

- Это прекрасно, - перебила я снова. - Потому что друзья семьи всегда рады, когда нам хорошо. Вы ведь рады, что герцог наконец нашел свою любовь?

Что, графиньюшка, думала ты одна умеешь задавать каверзные вопросы? Если скажет «нет» - покажет себя с плохой стороны. Если скажет «да» - придется признать мою победу.

Графиня открыла рот. Закрыла. Открыла снова.

- Конечно, рада, - выдавила она наконец.

- А уж я как рада! Давно хотела иметь (иметь и иметь, ага) такую чудесную подружку! - я лучезарно улыбнулась. - Уверена, мы с вами непременно подружимся. Я так люблю людей, которые искренне желают добра моему мужу.

Герцогиня Розанна откровенно ухмылялась. Баронесса смотрела на меня с плохо скрываемым восхищением. Маркиза жевала пирожное и наблюдала за происходящим, как за театральным представлением.

А графиня выглядела так, будто проглотила лимон. Целиком.

- Леди Иветта, - подала голос герцогиня Розанна, - а расскажите нам о ваших планах на зимние праздники. Раньше герцогиня, бабушка Северина и моя лучшая подруга, устраивала грандиозные вечеринки в поместье. Попасть на них было величайшей честью. Надеюсь, вы возобновите эту долгую и прекрасную традицию?

О. Вот оно. Настоящая проверка.





Глава 22-1


На секунду задумалась. Грандиозные вечеринки? Традиции? Боже, как я умудрилась во все это вляпаться?

- Учитывая, что мы с герцогом вот только поженились, то нам бы хотелось больше времени проводить наедине, но я, чтя традиции, возможно устрою небольшой прием, - ответила, импровизируя на ходу. - Ничего помпезного. Семейная атмосфера, близкие друзья. Хочу, чтобы праздники были уютными и...

- Скучными? - подсказала графиня ядовито.

- Я хотела сказать "душевными", - поправила со сладкой улыбкой. - Но ваш вариант тоже интересен, графиня. Видимо, вы часто бываете на скучных приемах?

Бедная графиня. Яду в ней, безусловно, много, но вот сцедить его эффектно она не умеет. Так... прыскает на все подряд гомеопатическую дозу.

- Семейная атмосфера? - переспросила маркиза. - В доме герцога Вэлтора? Это… необычно.

- Я люблю все необычное, - ответила и, поймав напряженный взгляд графини, не отказала себе в удовольствии добавить. – Герцог находит эту мою черту характера восхитительной.

Графиня скривилась так, что ее красивое лицо стало похоже на очень заношенный башмак. Ха! Учись, студент, как надо яд цедить!

- И что же будет на этом приеме? - поинтересовалась баронесса. - Бал? Карточные игры?

- Я планирую ввести некоторые новые традиции, - начала я осторожно. - Видите ли, недавно я познакомилась с одним купцом из Нортландии (название у меня само всплыло в голове, будем надеяться, такая страна действительно существует). Он рассказывал о зимних обычаях своей страны. Там принято украшать дома венками из еловых веток. Это символизирует бесконечность времени и нашего жизненного пути...

- Венками? - графиня вложила максимум презрения в свою реплику. – Какая вульгарщина.

- Вовсе нет, - возразила я. - В Нортландии это считается высшим шиком. Только самые знатные семьи могут себе позволить нанять мастера для создания таких венков. Говорят, сама королева заказывает их ко двору.

Я нагло врала. Понятия не имела, что там делает королева Нортландии. И точно ли есть такая страна, как Нортландия. Но звучало убедительно. Герцогиня Розанна внимательно посмотрела на меня. Потом перевела взгляд на венки, украшающие гостиную.

- А эти венки... - начала она медленно.

- Привезены как раз из Нортландии, - подхватила я. - Герцог заказал их специально. Правда, они обошлись в кругленькую сумму, но результат того стоит, не правда ли?

Дамы повернулись к венкам. Рассматривали их с новым интересом. Еловые ветки, красные и золотые ленты, кружево, шишки... Ничего вульгарного. Изящно. Празднично.

- Надо признать, - протянула баронесса, - выглядит это действительно... красиво.

- А где можно заказать такие? - оживилась маркиза. - Я бы хотела украсить свой дом к празднику.

Вот оно. Крючок заброшен, рыбка клюет.

- Боюсь, это проблематично, - вздохнула я. - Купец уже уехал обратно в Нортландию. Сказал, что вернется только к весне.

- Какая досада, - искренне расстроилась маркиза.

- Хотя... - я сделала паузу, как будто раздумывая. - У меня осталось несколько венков, которые герцог заказал впрок. Если хотите, могу уступить их вам. Правда, не бесплатно - все же это товар из-за границы.

- И сколько? - баронесса уже доставала кошелек.

- По золотому за венок, - назвала я цену. - Именно столько брал купец.

- Я возьму четыре, - немедленно заявила баронесса.

- А я – восемь, у меня большой дом, - подхватила маркиза.

Даже графиня, которая еще минуту назад морщилась от слова "венки", заколебалась.

- А... цвета можно выбрать? - спросила она неуверенно.

- Боюсь, только то, что есть, - развела я руками. - Красные и золотые ленты. Традиционные нортландские цвета.

- Тогда... и мне четыре венка, - сдалась графиня. Видимо, перспектива отстать от моды оказалась сильнее гордости.

Я мысленно ликовала. Шестнадцать золотых монет! За венки, сделанные из веток, которые выбросили в мусор! Неплохая прибыль для начала.

- Прекрасно, - я старалась улыбаться не слишком широко. - Завтра утром прикажу слугам доставить венки к вам домой. Вместе со счетом, разумеется.

- А у вас их точно хватит? - забеспокоилась баронесса. - Вы сказали "несколько"...

- О, вполне, - заверила я и поймала проницательный взгляд герцогини, но продолжила. - Герцог заказал слишком много, как по мне. Он так хотел, чтобы весь дом был украшен к празднику, но мне кажется, во всем должна быть мера.

- Кстати, леди Иветта, - герцогиня Розанна махнула рукой служанке. - Мы ведь пришли не только на чай. Мы пришли познакомиться и поздравить вас с замужеством. Надеюсь, вы примете наши скромные подарки?

Подарки? Я совсем забыла об этой традиции. Конечно, светские дамы не могли просто так явиться в гости к новобрачным. Зулана принесла поднос с несколькими коробками, обернутыми в дорогую бумагу и поставила его на столик рядом с нами.

- Я начну, - баронесса Кларисса вручила мне коробку побольше. - Ничего особенного, но надеюсь, пригодится.

Внутри оказался набор изящных носовых платочков с вышивкой. Тонкая работа, дорогие нитки.

- Прелестно, - поблагодарила я. - Спасибо, баронесса.

- А я принесла вот это, - маркиза Долорес протянула плоскую коробку. - Думаю, вам понравится.

Набор гребней для волос. Перламутр и серебро. Красиво.

- Очень мило, - кивнула я. - Благодарю.

И, конечно, графиня Дель Монте. Она медлила, явно наслаждаясь моментом.

- А вот мой подарок, - наконец произнесла она, протягивая небольшую коробочку. - Специально для вас подобрала.

Графиня протянула свою коробку с таким видом, будто оказывала мне невероятную честь. Коробка была плоской, обернутой в черно-серебристую бумагу. Что-то в этом сочетании цветов заставило меня насторожиться.

Я развернула бумагу и открыла подарок. Внутри лежал веер. Черный веер. С серебряной отделкой и изящной резьбой на пластинах. Красивый. Дорогой. И абсолютно неуместный для молодой невесты.

Черный веер носили вдовы. Во всяком случае, именно так было принято в большинстве аристократических семей, если память бывшей владелицы тела мне не изменяет. Повисла тишина. Баронесса рвано выдохнула. Маркиза уставилась на графиню с плохо скрываемой неприязнью. Даже герцогиня подняла бровь.

- Графиня, - протянула я медленно, рассматривая веер. - Какой... необычный выбор.

- Я подумала, что черный цвет вам к лицу, - ответила графиня с невинной улыбкой. - Вы должно быть так элегантно выглядите в темных тонах. И веер такой изящный. Антикварный, между прочим. Принадлежал моей прабабушке.

Ага. То есть твоей прабабушке-вдове, хотела бы я добавить.

- Как щедро с вашей стороны расстаться с семейной реликвией, - я улыбнулась так же сладко. - Вы так добры, и знаете, я недавно читала о старинных традициях. Говорят, дарить черный веер незамужней женщине или молодой жене - к долгой и счастливой семейной жизни. Символизирует защиту от сглаза и недоброжелателей. - Я выдержала паузу. - Вы ведь именно это имели в виду, не так ли?

Графиня открыла рот, но не нашлась, что ответить. Герцогиня Розанна едва заметно улыбнулась в свою чашку.

- Разумеется, - процедила графиня. - Именно это.

- Тогда я буду носить его с большим удовольствием, - я положила веер обратно в коробку. - Каждый раз, глядя на него, буду вспоминать вашу... доброту.

Графиня выглядела так, будто проглотила лягушку.

Наконец, герцогиня Розанна дала мне небольшую коробочку, обтянутую темно-синим бархатом.

- А это от меня, леди Иветта, - сказала она спокойно. - Думаю, вам пригодится.

Я открыла коробку и замерла. Внутри лежал воротник-пелерина - нежнейшее кружево цвета слоновой кости, невесомое, как паутинка. Но это было не просто кружево. Даже я, при всем моем невежестве, чувствовала, что от него исходит какое-то едва уловимое... тепло? Свечение?

- Это кружево плетут особым способом, - пояснила герцогиня. - В каждую нить жрицы храма великой Богини-Матери вплетают защитные чары. Носящий подобное изделие защищен от дурного глаза, сплетен и недоброжелателей. - Она выдержала многозначительную паузу, бросив красноречивый взгляд на графиню. - Особенно полезная вещь, если вы замужем за одним из самых достойных лордов королевства и вызываете множество противоречивых эмоций уже самим фактом своего существования.

Я подняла взгляд на нее. Герцогиня смотрела на меня с легкой улыбкой, словно мать на ребенка.

- Это... невероятно ценный подарок, - сказала я тихо, почувствовав, как непрошенные слезы готовы вот-вот сорваться с ресниц.

- Жрицы-искусницы дарят его только тем, кого считают достойными, - кивнула герцогиня. - У меня было два воротничка. Один я носила сама многие годы, когда только вышла замуж и оказалась в водовороте придворных интриг. Второй я берегла... для особого случая или особого человека.

Я осторожно коснулась кружева пальцами. Оно было теплым на ощупь, и от него исходило едва уловимое ощущение покоя и защищенности.

- Благодарю вас, - я посмотрела герцогине в глаза. - Благодарю от всего сердца. Это действительно неоценимый дар.

- Носите с удовольствием, дитя мое, - улыбнулась герцогиня. - И помните – у вас теперь есть друзья. И еще… я буду рада видеть вас с Северином на моем приеме в пятницу. Это встреча только для самых близких, - еще один взгляд в сторону графини (о, кажется, кого-то не пригласят). Приглашение пришлю завтра.

Графиня выглядела так, будто готова была провалиться сквозь землю. Ее черный веер-"подарок" на фоне зачарованного кружева и прочих подарков смотрелся жалкой колкостью злобной старой девы.

- Что ж, леди, - герцогиня Розанна поднялась. – Думаю, нам пора откланяться. Мы и так что-то засиделись. Не хотелось бы злоупотреблять гостеприимством леди Иветты.

- Вы не… - хотела я возразить, но герцогиня положила сухонькую ладонь на мою руку, дав понять, что теперь мне лучше помолчать. Я улыбнулась и согласно кивнула.

Слуга проводил леди. А я осталась сидеть, рассматривая пелерину и, впервые за все время в этом мире, ощущая какое-то внутреннее тепло в районе сердца.





Глава 23


Дамы уехали, оставив после себя легкий шлейф дорогих духов и ощущение, будто я только что пережила светскую войну. Победила, но каким-то чудом и жутко устала.

Сидела в гостиной, разглядывая кружевную пелерину. Тепло от нее шло такое живое, успокаивающее. Интересно, а можно ли как-нибудь научиться такому плетению? Или это исключительно монополия жриц? Ха! И снова у меня в голове крутится очередной бизнес-план. Ох, Светуля, ты не исправима!

- Леди Иветта? - в дверях появилась Зулана. - Я убрала посуду. Вам что-нибудь принести?

- Нет, спасибо. Все отлично, - я встала, потянулась. - А где Алиса?

- В детской. Пообедала и играет. Одна.

Одна. Конечно, одна. Потому что взрослые дяди и тети заняты своими важными делами, пьют чай и продают венки. А четырехлетний ребенок сидит взаперти в предпраздничные дни.

Подошла к окну. За стеклом кружился снег. Крупными хлопьями, красиво так, по-зимнему сказочно. Город за окном выглядел празднично и очень привлекательно. Фонари горели ярче обычного, на домах висели гирлянды из веток с алыми, серебряными, золотыми лентами, на площади, судя по доносящемуся шуму, происходило что-то веселое и интересное.

А мы что? Сидим по своим углам в этом громадном особняке? Нет уж. Хватит!

Вышла из гостиной и чуть не столкнулась в коридоре с герцогом. Он шел откуда-то со стороны, где, видимо, располагались его покои или кабинет. Я толком еще не разобралась в планировке этого огромного дома. И, судя по моей проблеме с ориентацией в пространстве – вряд ли разберусь.

- Леди Иветта, - он остановился. - Как прошла встреча?

- Неплохо, - ответила я осторожно. - Почему спрашиваете? Что-то не так?

- Если честно – все не так, с тех пор, как в доме появились вы и Алиса. И я пока не уверен мне нравятся эти перемены, или нет. А еще, герцогиня Розанна перед отъездом шепнула мне на ухо, что мне следует держать вас покрепче, иначе – цитирую: «такой алмаз украдут», - в его глазах промелькнуло что-то похожее на любопытство. - А остальные дамы, кроме графини Дель Монте, пели хвалебные оды вашему остроумию и хорошим манерам.

Я едва сдержала улыбку.

- Правда?

- Сам удивился, - Северин чуть наклонил голову. - Это действительно были вы? И что вы сделали, чтобы так расположить к себе этих весьма критично настроенных леди?

- А вам интересно? - я невинно захлопала ресницами.

- Признаться, да. Герцогиня Розанна редко кого одобряет. А уж чтобы так открыто и горячо...

- Могу поделиться секретом, - я сделала паузу, — но при одном условии.

- Каком?

- Если вы пойдете с нами гулять. Я собиралась взять Алису на площадь. Снег идет, праздник. Ребенку нужно проветриться.

Северин помолчал, и я увидела, как его лицо снова приобрело ту самую холодную отстраненность.

- К сожалению, это исключено. Дела...

- Понятно, - я кивнула, не показывая разочарования. - Что ж, тогда секретом поделюсь как-нибудь в другой раз. Приятного вам дня, Ваша Светлость.

Я развернулась и направилась к лестнице. Ну что ж. Попытка не пытка. Значит, будем гулять вдвоем с малышкой. Поднялась на второй этаж, заглянула в детскую. Алиса сидела на полу, возила игрушечную лошадку по ковру и тихонько что-то ей рассказывала. Увидев меня, подняла голову, глаза загорелись.

- Иветта!

- Я уже закончила свои очень важные дела и теперь, - присела рядом и продолжила тоном заговорщицы. – Если хочешь… мы можем пойти погулять. Снег идет. Пушистый такой, красивый.

- Гулять? - девочка вскочила на ноги. - Да! Да! Хочу-хочу!

- Значит, давай одеваться, - засмеялась.

Я помогла ей надеть теплое платьице, шерстяные чулки. Алиса терпеливо стояла, подставляя то одну ногу, то другую. Натянула на нее ботиночки, накинула сверху пальтишко с меховым воротником.

- Не крутись, пожалуйста, - попросила, завязывая шарф.

- А герцог пойдет? - спросила Алиса.

- Нет, малышка. У него дела.

Алиса расстроенно надулась, но ничего не сказать не успела, потому что в дверях показался герцог, собственной персоной. Уже одетый в темное пальто. На мой вопросительный взгляд ответил:

- Я подумал, что дела могут и подождать.

Алиса радостно вскрикнула и захлопала в ладоши.

- Герцог пойдет! Ура! Нас будет трое! Как настоящая семья!

Северин посмотрел на меня.

- Если леди Иветта не против.

- Почему я должна быть против? - я встала, отряхивая юбки. - Более того, я рада. Чем больше народу, тем веселее.

- И секретом поделитесь? - в его голосе прозвучали почти насмешливые нотки.

- Посмотрим, - я улыбнулась. – Будет зависеть от вашего поведения.





Глава 24


Через десять минут мы втроем стояли в прихожей. Дверь распахнулась, и нас встретил зимний воздух. Морозный, свежий, со снежинками размером с пятикопеечную монету. Алиса взвизгнула от восторга и высунула язык, ловя хлопья.

Город был прекрасен. Фонари отбрасывали теплый янтарный свет на белый снег. На каждом доме висели гирлянды из еловых веток, перевитых красными лентами. Где-то играла музыка. Пахло жареными каштанами, апельсинами и чем-то пряным.

- Красиво, - выдохнула я.

- Самая черная ночь, - произнес герцог. - Двенадцать дней до главного праздника. Люди радуются, прогоняют тьму светом и весельем.

- Прогоняют тьму весельем, - повторила я задумчиво. - Мне нравится эта традиция.

Мы пошли по улице. Алиса бежала впереди, оставляя на снегу маленькие следы. Иногда останавливалась, ловила снежинки, смеялась. Я шла рядом с герцогом, стараясь не поскользнуться на заледеневших участках.

На площади кипела жизнь. Торговцы продавали горячую еду и напитки. Дети бегали, играя в снежки. Кто-то строил снежную крепость. Музыканты играли на скрипках, а несколько пар кружились в импровизированном танце.

- Ух ты, - восхитилась. - Вот это размах.

- Обычно я не хожу сюда во время праздников, - негромко сказал Его Светлость.

- Почему?

Он пожал плечами.

- Слишком людно.

Алиса обернулась, глаза сияли.

- Иветта! Смотри!

Она указала на группу детей, которые лепили огромного снеговика. Точнее, пытались лепить. Получалось криво.

- Хочешь тоже слепить? - спросила я.

- Да! Но... можно?

- Конечно. Пойдем.

Мы нашли свободное место чуть в стороне от толпы. Я присела на корточки, зачерпнула снег.

- Значит так, Алиса. Снеговик должен быть правильный. С тремя шарами. Нижний - самый большой, - начала я, но девочка меня, ясное дело, не слушала.

Алиса уже катала снежок, сопя от усердия. Я помогла ей, потом принялась за средний шар. Герцог стоял в стороне, наблюдая. Руки в карманах, лицо непроницаемое.

- Ваша Светлость, - позвала я, поднимая голову. - Не желаете присоединиться?

- Я... - он помолчал, - давно не лепил снеговиков.

- Но раньше лепили? - уточнила я.

- В детстве. Очень давно. Забыл уже.

- Ну вот и отлично, - я улыбнулась. - Значит, умеете. А навык, как говорится, не пропьешь. Забыли – вспомните.

Герцог вздохнул, снял перчатки и присел рядом с нами. Начал катать третий, самый маленький шар. Сначала он это делал словно нехотя, но потом увлекся и сделал «голову» одного размера с «туловищем» снеговика.

Алиса подкатила свой ком к моему. Я водрузила средний на нижний, потом герцог осторожно добавил голову сверху.

- Получилось! - Алиса захлопала в ладоши. – Какой красивый! И, сразу видно – очень умный!

Мы с герцогом переглянулись, и я рассмеялась, лорд же отделался золотистыми искрами в ледяных глазах.

- Не хватает деталей, - заметила я. - Глаза, нос, рот...

- Я знаю! - девочка метнулась к ближайшему дереву, принесла веточки и камушки.

Я воткнула веточки в снег вместо рук. А камушки пошли для лица снеговика. Большие – глаза, поменьше – полукругом рот.

- Нос нужен, - Алиса задумалась. – Морковку бы...

- Морковки у нас, к сожалению, нет, - я оглянулась по сторонам, пытаясь придумать что-то подходящее.

- Шишка подойдет? - спросил герцог, подняв с земли небольшую еловую шишку.

- Лучше бы морковку, - завредничала Алиса.

- Отлично подойдет! – сказала я и воткнула шишку снеговику вместо носа. Получилось забавно и даже мило.

- Наш снеговик самый красивый, - внезапно объявила Алиса.

- Пожалуй, да, - согласилась я.

Герцог промолчал, но смотрел на снеговика почти так же умилительно, как мы с Алисой. Мы еще долго стояли, любуясь творением, когда мимо пробежала группа детей. Один из них задел меня, я пошатнулась, и герцог инстинктивно поддержал за локоть.

- Спасибо, - я подняла голову.

Он стоял близко. Очень близко. Настолько, что я видела снежинки, застрявшие в его темных волосах и золотые лучики в глазах.

- Знаете… - начал лорд.

Но его прервали. Самым наглым образом. Кто-то из детей швырнул снежок, и он попал мне в спину.

- Эй! - возмутилась я.

Дети захихикали и умчались. Я наклонилась, слепила снежок и запустила вслед. Промахнулась. Дети были уже далеко.

- Неудачный бросок, - заметил герцог.

- Они слишком быстро бегают, - оправдалась я.

И тут меня осенило. Я развернулась к герцогу, слепила еще один снежок. И запустила. Прямо в него. В грудь. Повисла тишина. Его Светлость смотрел на свое идеально чистое черное пальто, на котором теперь четко расплылось белое пятно. Потом медленно поднял взгляд на меня.

Ой.

- Простите, Ваша Светлость, - начала я, сделав шаг назад. - Я... это было непреднамеренно... Случайно… почти!

Алиса хихикнула. Потом захохотала во весь голос. Герцог демонстративно наклонился, зачерпнул снег. Неторопливо слепил снежок. Взгляд, брошенный на меня, не предвещал ничего хорошего. Уж слишком хищный блеск в глазах у рафинированного лорда.

- Советую бежать, леди Иветта, - произнес он негромко.

А что я? Меня дважды просить не надо. Понеслась с низкого старта. Надеялась, что как газель, но учитывая сугробы и мои прыжки – скорее, как кенгуру.

Снежок настиг меня через три секунды. Прямо между лопаток. Я взвизгнула, развернулась, слепила новый снежок на ходу и запустила обратно. Промахнулась. В этот раз герцог легко увернулся.

- Алиса! - позвала я. - Помогай мне!

Девочка тут же включилась в игру. Мы с ней лепили снежки и обстреливали герцога со всех сторон. Он отбивался, уворачивался, отстреливался в ответ. Причем метко. Народ на площади останавливался, смотрел на нас, кто-то улыбался, кто-то показывал пальцем.

Я смеялась, бегала, швырялась снежками, и это было прекрасно. Алиса хохотала так, что сбивалась с ног и шлепалась в снег. Герцог играл. Да, не хохотал, даже не улыбался, но словно сбросил с себя холодную маску и отогрелся. Ледяные глаза потеплели и стали синими-синими, как теплое море.

В какой-то момент я поскользнулась и плюхнулась в сугроб. Герцог тут же оказался рядом, протягивая руку.

- Не ушиблись?

- Нет, все хорошо, - схватилась за его руку, он потянул меня вверх.

А я дернула его вниз. Угу. Гадкая я.

Герцог упал в снег рядом со мной с таким удивленным выражением лица, что я снова расхохоталась. Алиса тут же кинулась к нам, плюхнулась сверху. Мы лежали втроем в сугробе, похожие на снеговиков и смеялись. Почти все. Двое так точно.

- Вы на редкость коварная женщина, леди Иветта, - произнес Северин, глядя в небо, откуда продолжали сыпаться снежинки. Но в его голосе не было ни капли осуждения. Только легкое удивление и что-то похожее на веселье.

- Признаю, - согласилась я, отдышавшись. – Но так, как мне кажется, веселее.

Он повернул голову, посмотрел на меня. Наши лица были слишком близко друг к другу. Его взгляд соскользнул на мои губы, а потом вернулся к глазам, словно герцог провел на мне невидимую ватерлинию, ниже которой спускаться даже взглядом нельзя.

- Я забыл, каково это, - тихо сказал он.

- Каково что?

- Веселиться. Просто так. Без причины.

Что-то сжалось в моей груди. Какая-то дурацкая, из-под старого матраса пружина, наверное. Другого объяснения нет.

- Мне холодно! - объявила Алиса. - Хочу какао!

- Справедливое желание, - я поднялась, отряхивая снег. - Ваша светлость, вы не подскажете, где здесь можно найти горячее какао?

- Знаю одно место, - герцог тоже встал, помог подняться Алисе.

А потом скинул с моего плеча горсть снега, прилипшего к ткани, словно погоны. Я тоже счищала пальто, наши пальцы соприкоснулись. На секунду всего. И меня обдало жаром. Такой густой волной, что я даже выдохнула, выпучив глаза.

- У вас ледяные руки, - буднично сообщил герцог. И тут же вытащил из своих карманов перчатки. – Не возражайте, пожалуйста.

Взял мою холодную ладонь в свои руки, молча надел перчатки. Сначала одну, потом другую. Деловито, будто ребенка на прогулку собирает. Я бы поверила. Да только лорд исподтишка бросил на меня быстрый взгляд, который я успела перехватить. И, не будь я Света, но в этих черных углях вместо глаз не было и намека на родительскую заботу.

Герцог привел нас к маленькому кафе на углу площади. Уютное, с теплым светом в окнах и запахом выпечки. Как мы туда дошли – не запомнила. Во-первых, из-за своей супер-способности теряться в пространстве, которая меня ужасно бесит, а во-вторых, из-за того, что все еще оставалась под впечатлением от герцогского взгляда и никак не могла выключить это тепло в теле.

Внутри было людно, но нам быстро нашли столик у окна. Официантка, увидев герцога, присела в реверансе.

- Три какао, пожалуйста, - попросил Северин. - И что-нибудь сладкое для ребенка.

- Сейчас, Ваша Светлость.

Мы сидели, и я смотрела в окно, на площадь, на падающий снег, на людей. Алиса устроилась рядом со мной, прижавшись боком. Теплая, довольная.

- Так что насчет секрета? - негромко спросил герцог.

Я повернулась к нему.

- Секрета?

- Вы обещали рассказать, как расположили к себе светских дам.

- А, это, - я улыбнулась. - Все просто. Я продала им венки, которые сделала из выброшенных еловых веток. По золотому за штуку. Сказала, что это эксклюзивный товар из Нортландии, который вы специально заказывали.

Герцог приподнял бровь.

- Вы продали выброшенные ветки за золотые монеты?

- Не просто ветки. Красиво украшенные венки с лентами, кружевом и шишками, - поправила я. – На завтра у меня крупный заказ, так что придется потрудиться.

Он смотрел на меня несколько секунд. Потом хмыкнул.

- Как только я перестаю чему-то удивляться, вы тут же преподносите новый сюрприз, леди Иветта. Покоя с вами не жди.

- Покой – он для мертвых, Ваша Светлость, - ответила с улыбкой. – А живым нужно движение.

Отметила задумчивый и немного нахмуренный вид герцога после моих слов, но не придала значения.

Официантка принесла какао в больших керамических чашках и тарелку с пирожными. Мы принялись за какао. Оно было божественным - густое, горячее, с пенкой. Прекрасное, но у герцога тогда получилось вкуснее. Эх! Надо было менять свой секрет на его. Какой бы бизнес можно было организова-а-ать! Размечталась я.

- А мне понравилось гулять, - сказала Алиса, чинно вытерев салфеткой пенку с губ. - Можно еще? Завтра?

Я посмотрела на герцога. Он посмотрел на меня. И кивнул.

- Можно, - ответила я падчерице. - Если Его Светлость не будет занят.

- Не будет, - тихо сказал Северин.

Эх! Все-таки есть в этих зимних праздниках какое-то волшебство!

Иииии небольшой арт в тему))





Глава 25


На приподнятом и каком-то, словно хмельном настроении, я легко сделала пятнадцать венков до полуночи. Шестнадцатый для заказа возьму из тех четырех, что работали презентацией. Конечно, придется сплести еще, ведь я только начала, но сначала нужно запастись материалами, ветки закончились. Надо бы сходить на тот рыночек, где торгуют елками.

С такими мыслями и заснула, уставшая до коматозного состояния. Но снились мне не венки и еловые ветки, как можно было подумать, а голубые глаза герцога и золотые солнечные искры в них.

Проснулась рано утром. Бодрая, словно всю ночь пролежала на подзарядке. На свежую голову сразу пришла мысль, что мне нужен помощник, хотя бы один. Если бизнес наладится, одна я все не успею. Пока принимала водные процедуры, в спальню пришла Зулана, прибрала постель, раскрыла шторы, явив мне чудесный солнечный день – редкость зимой в этих краях.

Пока девушка помогала мне с одеванием и прической, я рассматривала ее в зеркало. Стало ясно, что она не так юна и худа, как мне показалось сразу из-за ее постоянной манеры испуганно таращить глаза и норовить сжаться до состояния точки. Скорее всего, она даже старше меня. Ну, в смысле нынешней меня.

- Зулана, - обратилась к горничной, та моментально скукожилась и посмотрела на меня виновато, хотя все прекрасно делала и нареканий у меня к ней не было, да и позвала я ее тихо, нормальным голосом, - а сколько тебе лет? Извини за любопытство.

- Двадцать пять, госпожа, - выдохнула девушка с облегчением.

- Оу… а у тебя есть семья? Муж, дети?

- Нет, госпожа. Я уже вышла из брачного возраста, - ровно, без эмоций ответила Зулана. – Молодые мужчины на меня уже не смотрят, впрочем, и раньше не особо уделяли внимание. А вдовцы…

- Да какие вдовцы? Это наверняка уже мужики за сорок, с кучей детей! – возмутилась я.

- Иногда и за пятьдесят, - добавила горничная.

Я передернула плечами. Фу! С меня хватило неравных браков. Хоть мой муженек и оказался так любезен, что помер, но все же… перспектива мерзкая. Молодые должны быть с молодыми, а зрелые со зрелыми. А покупать себе молоденьких девочек без их на то желания – это прям за пределами моей толерантности.

Еще раз присмотрелась к Зулане. Хорошенькая же! И эта ее родинка на щеке – просто няшечка. И что тем мужикам надо?

- Венки уже отправили? – спросила, вспомнив, что мы с горничной договаривались о том, что она утром сделает рассылку.

- Да, госпожа. Все расписала, инструктаж провела, посыльные надежные, - отчиталась Зулана.

И мне пришла в голову мысль. А почему бы ее не сделать моей помощницей? Девочка умная, сноровистая. Уверена, и деньги ей лишние не помешают. Надо будет поговорить с ней на этот счет. А пока…

- Два венка, которыми вчера украшали гостиную, сняли, запаковали?

- Да, ждут вас внизу, в холле на столе.

- Отлично. Зулана, ты мне очень помогла, спасибо.

Девушка сначала недоуменно заморгала глазами, потом покраснела и просто кивнула, видимо, растеряв все слова. Я же отправилась к Алисе, где мы быстренько позавтракали и, забрав венки, попросили выделить нам карету, чтобы съездить в таверну «Смело ешь».

Как оказалось, ехать тут совсем немного, но пешком идти я не рискнула, так и заблудиться недолго. Таверна нас встретила разноцветными огоньками явно магического происхождения, ароматом сдобы и корицы.

Жанна приветственно махнула рукой, но подойти сразу не смогла, была занята. Алиса тут же уселась в уголке, высматривая уже известную нам фигуру бородатого завсегдатая данного заведения. И разочаровано сникла, когда не нашла.

Когда хозяйка таверны смогла к нам подойти, я вкратце обрисовала ей свой бизнес-план. Заключался он том, что Жанна вывешивает на самое видное место два оставшихся у меня венка. И если кто-то интересуется, где такую красоту найти – называет цену и отправляет ко мне посыльного с заказом. Расчет у меня не на завсегдатаев таверны, им кроме вкусной еды и выпивки ничего не нужно, а на владельцев магазинчиков по соседству, которые тоже забегали сюда быстро перекусить. Если повезет их привлечь, то заказы потекут рекой, успевай только делать!

Жанна легко согласилась, но, конечно же, под определенный процент с покупок. Мы ударили по рукам, взаимно довольные начавшимся сотрудничеством. Уже на выходе из таверны я спросила о рыжем бородаче, на что получила не самый веселый ответ:

- Гур два дня уже не приходит. Кто-то из посетителей говорил, что у него проблемы с жильем, вроде как его выселили. Но это не точно. Кто-то, вроде видел его в парке на скамейке.

Я ужаснулась. Сейчас же зима! Он же замерзнет. Попрощавшись с Жанной и узнав у нее адрес Гура, мы с Алисой поспешили сесть в карету и отправиться к дому рыжего великана.

Здание встретило нас темными окнами и большим амбарным замком на двери. Судя по всему, хозяев нет. Походив кругами, мы уже думали уезжать, но тут умничка Алиса увидела отпечатки огромных ног, которые вели через забор и куда-то на задний двор.

Мы, нарушая все законы и молясь, чтобы нас тут не поймала стража и не отвела в ратушу, как тех, кто совершает противоправные действия, крадучись пролезаем в дырку в заборе, и быстренько идем по следам.

Оказавшись перед сараем, заглядываем туда и зовем.

- Гур? Вы здесь?

Тишина. Ладно. Зашли в сарай, вроде никого нет. Но мое внимание привлекла огромная гора какого-то тряпья у задней, дальней стены помещения.

- Гур? – позвала опять.

- Что? Кого там нелегкая принесла? – отозвался хриплый бас из того тряпья.

- Это я, Иветта. Со мной Алиса. Помните нас? У меня к вам огромная просьба.

- Что за дела? Как вы тут оказались?

Тряпье зашевелилось и показалась рыжая мохнатая голова великана.

- Вас искали, - улыбнулась максимально жалобно. – Мне помощь нужна. Надежный человек. Кто-то, кто будет охранять нас с Алисой.

- Вас кто-то хочет убить? – великан тут же вскочил, распространяя вокруг себя запах несвежей одежды и старой браги.

- Кхе… Нет. Но навредить хотят.

Да, слегка приврала. Но совсем немножко. Уверена, после праздника у герцогини, желающих меня прибить будет гораздо больше, чем одна графинька.

- Так это… я, конечно, могу помочь. Что нужно делать?

- Для начала, жить в нашем доме.

- Ну ты чо, цыпа? Это… я ж мужчина. Ты – женщина. Неприличное предлагаешь, - в голосе бородача неприкрытое возмущение, мне даже стало смешно.

- Мы живем в герцогском имении. Там, кроме нас, еще с десяток слуг. Это тех, кого я видела. Но уверена, еще столько же я просто не заметила. Вы будете тайным телохранителем. Всем скажем, что вы…

- Мой папа! – тут же завопила Алиса, подбежав к запашистому Гуру и обхватив руками его ножищу.

- Кхе… нет, твой… дядя, например. Дальний. По отцу.

- Дядя? – переспросила падчерица. – Тоже неплохо. Согласна. Ой, фу… - сморщила носик, отошла от великана, - но сначала дяде надо вымыться.

- Вот у нас дома и искупается. Ну так что? Согласны? Скажите да, нам очень нужна помощь.

И сделала глазки такие жалобные-жалобные.

- Ну это… тысяча дохлых кошек! Я согласен! – громыхнул великан.

- Тысяча дохлых кошек! – подхватила Алиса.

- И поаккуратнее со словами, - засмеялась я.

Долго тянуть мы не стали. Погрузились в карету и поехали домой. Еловые ветки подождут, надо сначала рабочую силу обмыть, в смысле выкупать. В имении по-прежнему было тихо. Герцог еще с утра куда-то отбыл и до сих пор не возвращался.

Зулана помогла нам с комнатой для Гура. Пока мы с Алисой ждали, рыжий великан выкупался, а потом на нас троих накрыли стол в малой гостиной.

Мы как раз беседовали о ловле раков, когда дверь в гостиную резко распахнулась и явила нам герцога. Хмурого, как грозовая туча.

- Могу я узнать, что за мужчин вы принимаете в мое отсутствие?

И тон такой… замороженный. Словно и не было вчерашнего потепления в наших отношениях. Интересно, какая гадина исказила для герцога информацию про Гура? Найду – четвертую!





