Annotation


СверхъестественноеПриключенияРомантикаФэнтезиБоевые Искусства

Не указан

Ifreedom

Не указан

337К просмотров

Не указан

534 записей

The Beginning After The End | Начало после конца

Бывший Король материального мира брошен сквозь время и вселенную в неизвестное государство. Найдет ли он силы вырасти в другом мире начиная с младенческого возраста?





* * *



Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 14.5

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Глава 66

Глава 67

Глава 68

Глава 69

Глава 70

Глава 71

Глава 72

Глава 73

Глава 74

Глава 75

Глава 76

Глава 77

Глава 78

Глава 79

Глава 80

Глава 81

Глава 82

Глава 83

Глава 84

Глава 85

Глава 86

Глава 87

Глава 88

Глава 89

Глава 90

Глава 91

Глава 92

Глава 93

Глава 94

Глава 95

Глава 96

Глава 97

Глава 98

Глава 99

Глава 100

Глава 101

Глава 102

Глава 103

Глава 104

Глава 105

Глава 106

Глава 107

Глава 108

Глава 109

Глава 110

Глава 111

Глава 112

Глава 113

Глава 114

Глава 115

Глава 116

Глава 117

Глава 118

Глава 119

Глава 120

Глава 121

Глава 122

Глава 123

Глава 124

Глава 125

Глава 126

Глава 127.

Глава 128.

Глава 129.

Глава 130.

Глава 131.

Глава 132.

Глава 133.

Глава 134: Его Возвращение

Глава 135: Невинное Сердце Воина

Глава 136: Так Же Быстро Как Он Появился

Глава 137: Прибытие

Глава 138: Исправить Мои Ошибки

Глава 139: Предчувствие Войны

Глава 140: Ультиматум

Глава 141: Что Война Значит Для Каждого Из Нас

Глава: 142 Неожиданность

Глава 143: Числа За Возрастом

Глава 144: Бесценные союзники

Глава 145: Балкон

Глава 146: Речь и Заявление

Глава 147: Роль

Глава 148: Первое Задание

Глава 149: Просто Повар

Глава 150: Размышление

Глава 151: На Следующее Утро

Глава 152

Глава 153: Обыкновенный Солдат

Глава 154.

Глава 155.

Глава 156.

Глава 157.

Глава 158.

Глава 159.

Глава 160.

Глава 161. Почему Ты Плачешь?

Глава 162. Перерыв

Глава 163. От Копья до Брата

Глава 164. Старое Лицо

Глава 165. Центр внимания

Глава 166. Смысл

Глава 167. Уверенность В Себе…

Глава 168. Вид с небес

Глава 169. Гномья Ночь

Глава 170. Старые Корни

Глава 171. В Таверне

Глава 172. Управление Бизнесом

Глава 173. Объятия Матери-Земли

Глава 174. Появление

Глава 175. Первая Коса

Глава 176. Быстрый взгляд на Грея

Глава 177. Стратегическое Поведение

Глава 178. Сухопутный Корабль

Глава 179. Алакрийский Проблеск

Глава 180. Устройства и Магия

Глава 181. Оценка Старейшин

Глава 182. Измерение Магии

Глава 183. Аспект непредсказуемости

Глава 184. Приглашенный Учитель

Глава 185. Красота в Магии

Глава 186. Наступательное Мышление

Глава 187. Шаги Дракона

Глава 188. Внутри Хранилища

Глава 189. Склад Ума Одиночки

Глава 190. Магический Процентиль

Глава 191. Ешь, Пей, Веселись

Глава 192. Сломанная Печать

Глава 193. Человек за завесой

Глава 194. Следующий Этап

Глава 195. Допрос

Глава 196. Разорванный

Глава 197. Внутри Города

Глава 198. Возвращение

Глава 199. Обязанность

Глава 200. Распределение

Глава 201. Просьба Предателя

Глава 202. Поэма

Глава 203. Потерянные Слова

Глава 204. ВРАЖЕСКАЯ ТЕРРИТОРИЯ

Глава 205. СОГЛАСИЕ БРАТА

Глава 206. КООРДИНАЦИЯ

Глава 207. ВРАЖЕСКАЯ ТЕРРИТОРИЯ ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 208. РАЗМЕЩЕНИЕ

Глава 209. В ОЖИДАНИИ ОРДЫ

Глава 210. ОБЕЩАНИЕ

Глава 211. ВРАЖЕСКАЯ ТЕРРИТОРИЯ ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Глава 212. ПРИВЕТСТВЕННЫЙ ПОДАРОК

Глава 213. ДВОЕ ПРОТИВ АРМИИ

Глава 214

Глава 215

Глава 216

Глава 217

Глава 218

Глава 219

Глава 220

Глава 221

Глава 222

Глава 223

Глава 224

Глава 225

Глава 226

Глава 227

Глава 228

Глава 229

Глава 230. Память

Глава 231. Пошатнувшийся столп

Глава 232. Тьма Грея

Глава 233. Просроченная договоренность

Глава 234. Скрытый в песке

Глава 235. Течение времени

Глава 236. Примирение

Глава 237. Надежда и доверие

Глава 238. Две любви

Глава 239. На поверхности

Глава 240. День возрождения

Глава 241. Ходячая катастрофа

Глава 242. Дорогой старый друг

Глава 243. Уход

Глава 244. Здравствуй, тьма

Глава 245. Следующее сообщение

Глава 246. Решение

Глава 247. Здоровый аппетит

Глава 248. Второй Раунд

Глава 249. ПОБЕДА

Глава 250. Ядро

Глава 251. Запретный плод

Глава 252. Закон дикой природы

Глава 253. Золотая жила

Глава 254. Чистка

Глава 255. Мост

Глава 256. Платформа

Глава 257. Загнанный в угол

Глава 258. Ветвь разрушения

Глава 259. Первое Восхождение

Глава 260. На Страже

Глава 261. Оправдание

Глава 262. Торговля сведениями

Глава 263. Больше, чем просто оружие

Глава 264. Спуск

Глава 265. Возвращение к основам

Глава 266. Твое Имя

Глава 267. Время Эфира

Глава 268

Глава 269

Глава 270

Глава 271

Глава 272. День Посвящения

Глава 273

Глава 274

Глава 275

Глава 276

Глава 277. Взаимовыгодное партнерство

Глава 278. Смешаться с толпой

Глава 279: Восхождение 101

Глава 280: Как выживать? (или Руководство восхожденца со второго этажа том 2)

Глава 281: Семейное Восхождение

Глава 282: Замкнутый Круг (ориг. Полный Круг)

Глава 283: Знакомое лицо

Глава 284: Комната зеркал

Глава 285: Поведанные Истории

Глава 286: Недостающие кусочки

Глава 287: Сделка С Дьяволом

Глава 288: Последняя Надежда

Глава 289: Божественная Руна

Глава 290: Сняв маску

Глава 291: Убить или не убить, вот в чем вопрос?

Глава 292: Следы

Глава 293: Перья в Снегах

Глава 294: Четыре Клана

Глава 295: Сомнительная Правда

Глава 296. Божественный Шаг. (часть 1)

Глава 296: Божественный Шаг (часть 2)

Глава 296: Божественный Шаг (часть 3)

Глава 297. Гора (часть 1)

Глава 297. Гора (часть 2)

Глава 297. Гора (часть 3)

Глава 298: Обмен Воспоминаниями

Глава 299: Прощание

Глава 300: Дикие Твари

Глава 301: Не к месту

Глава 302: Праздничный накал

Глава 303: Заблуждение

Глава 304. От лица Элли. Оставленные позади

Глава 305. От лица Элли. Сила духа

Глава 306. От лица Элли. Кровь древних

Глава 307. От лица Элли — Глава 4: Погибель лука.

Глава 308. От лица Элли Глава 5: Цена

Глава 309. От лица Элли — Глава 6: Дать отпор

Глава 310. От лица Элли — Глава 7: Больше задач

Глава 311. От лица Элли — Глава 8: По его стопам

Глава 312. От лица Элли — Глава 9: Победа

Глава 313. От лица Элли. Глава 10: Цена раскрыта

Глава 314. От лица Элли Глава 11: Точка невозврата

Глава 315-321.

Глава 322: Отголоски обвинений

Глава 323: Дезориентация

Глава 324: Кровные Узы

Глава 325: Не чувствующий боли

Глава 326: Ответная реакция

Глава 327: Пока достаточно

Глава 328: Лицом к лицу

Глава 329 Мольба о помощи

Глава 330: Высокий зал

Глава 331: Судебный процесс

Глава 332: Разорванные цепи

Глава 333: Особое внимание

Глава 334: Последний акт милосердия

Глава 335: Навязчивый покой

Глава 336: Защита

Глава 337: Слои

Глава 338: Оружие против него

Глава 339: Центральный доминион

Глава 340:Трудности и ставки

Глава 341: Прах и пепел

Глава 342: Двойственность

Глава 343: Профессор принцеска

Глава 344: Закрывая глаза

Глава 345: Светский лев

Глава 346: Тусклая искра

Глава 347: Прогулка с богами

Глава 348: Тактика ближнего боя

Глава 349: Надежда и ложь

Глава 350: Коллеги

Глава 351: Наименее катастрофично

Глава 352: Реликвия, возродись

Глава 353: Сдвиг парадигмы

Глава 354: Немного преподавания

Глава 355: Всего лишь его имя

Глава 356: Довести до конца

Глава 357: Реликвия крови

Глава 358: Реликвия крови II

Глава 359: Потенциальные возможности

Глава 360: Реликвия крови III

Глава 361: Вторые Руины

Глава 362: Связаны Судьбой

Глава 363: Результаты и Особое Внимание

Глава 364: Заложение Основ

Глава 365: Старые Обиды

Глава 366: Безжалостное Обещание

Глава 367: Викториада

Глава 368: Викториада II

Глава 369: Викториада III

Глава 370: Короткая Передышка

Глава 371: Викториада IV

Глава 372: Несанкционированный

Глава 373: Конец Викториады

Глава 374: Впоследствии

Глава 375: Голоса

Глава 376: Выбор

Глава 377 — Пора Уходить

Глава 378 — Последний Бой

Глава 379 — Нужное Место, Нужное Время

Глава 380 — Пустота за Пределами

Эпилог 9-го Тома

Пролог 10-го Тома

Глава 381 — Бремя Спасителя

Глава 382 — Вне Досягаемости

Глава 383 — Движение Вперёд

Глава 384. Ветер Перемен

Глава 385. Чистота

Глава 386 — Всплыла Вражда

Глава 387 — Давно Изношенные Оковы

Глава 388. Оборона Вилдориала От лица Варай Аурей.

Глава 389. Свет и Тьма. От лица Артура Лейвина.

Глава 390. Апатия и Экстаз. От лица Артура Лейвина.

Глава 391. Оборона Вилдориала II 11 От лица Байрона Уайкса.

Глава 392. Ссора Правителей. От лица Каэры Денуар.

Глава 393.Под Тэгрин Келумом. От лица Нико Сэвера.

Глава 394 — Что Такое Дом

Глава 395 — Приготовления

Глава 396 — Без Ограничений

Глава 397 — Пути Расходятся

Глава 398. Нисхождение

Глава 399. Слабейший из Кос

Глава 400. Выбор Сделан

Глава 401. Высококровные Среди Низших

Глава 402. Бескровный Обмен

Глава 403. Подстать Моим Талантам

Глава 404. Битва Слов

Глава 405. Скажи Ему

Глава 406. Перерыв

Глава 407. Следующий Шаг

Глава 408. Лучший Выбор

Глава 409 — Вкус Магии

Глава 410. Хороший Юмор

Глава 411 — Семейные Похождения

Глава 412 — Ложь, в Которую Ты Веришь

Глава 413 — Ложные Воспоминания

Глава 414 — Обучение в Процессе

Глава 415 — Сквозь Туман и Выпивку

Глава 416 — Третьи Руины

Глава 417 — Один из Моих

Глава 418 — Оковы

Глава 419 — Чёрные Двери

Глава 420 — Чёрные Двери II

Глава 421 — Последние Руины

Глава 422 — Глазами Джинна

Глава 423 — Неожиданный Гость

Глава 424 — Изменение Повествования

Глава 425 — Компенсация

Глава 426 — Надежда

Глава 427 — Мечта, Которой Предстоит Сбыться

Глава 428 — Противостояние

Глава 429 — Время

Глава 430 — Задержка

Глава 431 — Уважение и Учтивость

Глава 432 — Налаженное Товарищество

Глава 433 — Антураж

Глава 434 — Неизвестное

Глава 435 — Масштабы Понимания

Глава 436 — Разбитый Путь

Глава 437 — Удержание Позиций

Глава 438 — Нестандартная Идея

Глава 439 — Послание

Глава 440 — Оборванная Нить

Глава 441 — Рога Экзегеза

Глава 442 — Поражённый Мечом

Глава 443 — Истина о Силе

Глава 444 — Шрам

Глава 445 — Определенное Состояние Во Времени

Глава 446 — Открытая Клетка

Глава 447 — Временны́е Колебания

Глава 448 — Тихий, но Безудержный Конфликт

Глава 449 — Невозможное Зрелище

Глава 450 — Перемены

Глава 451 — Перемены II

Глава 452 — Среди Павших

Глава 453 — Среди Павших II

Глава 454 — Среди Павших III

Глава 455 — Равноценный Обмен

Глава 456 — Поминовение

Глава 457 — Столкновение

Глава 458 — Дитя Леди Доун

Глава 459 — Королевский Гамбит

Глава 460 — Брошенный

Глава 461 — Не Без Потерь

Глава 462 — План из многих частей

Том 11. Глава 463 — Клетка из света

Глава 464 — Приказ

Глава 465 — Как Летняя Гроза

Глава 466 — Недосказанное

Глава 467 — Дивергенция

Глава 468 — Лишённые Маны

Глава 469 — Охота

Глава 470 — Пойманная

Глава 471 — Всё Идет по Плану

Глава 472 — Расплата

Глава 473 — Манящая Судьба

Глава 474 — Трещины во Льду

Глава 475 — Трансцендентность

Глава 476 — Джи-э

Глава 477 — Вознесение

Глава 478 — Грань Горизонта

Глава 479 — Последнее Слово

Глава 480 — Провидение

Глава 480.5 — Эпилог 11-го тома

Глава 480.2 — Ранняя Правда (Спешл)

Глава 480.3 — Короткая Передышка (Спешл)

Глава 481 — Что Было Утрачено

Глава 482 — Приземлённый

Глава 483 — Повторные Переговоры

Глава 484 — Чертовски Удачное Время

Глава 485 — Непредвиденные Обстоятельства

Глава 486 — Великое собрание

Том 12 Глава 487 — Ни даром

Том 12 Глава 488 — Обещание

Том 12 Глава 489 — Возвращение домой

Том 12 Глава 490 — Дилетанты

Том 12 Глава 491 — На грядущие дни

Том 12 Глава 492 — Ледяной кулак

Том 12 Глава 493 — Мы, низшие

Том 12 Глава 494 — Доверие

Том 12 Глава 495 — Готовность

Том 12 Глава 496 — Зов о помощи

Том 12 Глава 497 — Твёрдые и прочные союзы

Том 12, Глава 498 — Долгие традиции

Том 12 Глава 499 — Неспокойствие

Том 12, Глава 500 — Зелень среди серого

Том 12 Глава 501 — Последствия

Том 12 Глава 502 — Зов гончих

Том 12 Глава 503 — Эхо павших

Том 12 Глава 504 — Люди Алакрии

Том 12 Глава 505 — Преимущество

Том 12 Глава 506 — Мой Верховный Суверен

Том 12 Глава 507 — Падение занавеса

Том 12 Глава 508 — Раненый

Том 12 Глава 509 — Сложенное Пространство

Том 12 Глава 510 — Обеспечивая справедливость

Том 12 Глава 511 — Растущая тревога

Том 12 Глава 512 — На их костях

Том 12 Глава 513 – Кристаллическая Завеса

Том 12 Глава 514 – Его покорный слуга

Том 12. Глава 515 – Его покорный слуга. Часть 2

Глава 516 — На Краю Ничего

Глава 517 — На Краю Ничего II

Глава 518 — Солдат и Щит

Глава 519 — Игры

Глава 520 — Непоколебимый

Глава 521 — Обретённый Покой

Глава 522 — Необратимость

Глава 523 — Падение Эфеота

Глава 524 — Возвышение Реликтовых Гробниц

Глава 525 — Превратности Судьбы

Глава 526 — Беспрецедентные Времена

Глава 527 — Празднества и Откровения

Глава 528 — Клочок Эфира

Глава 529 — Начало После Конца





* * *





Пролог




Пролог

“Континент Дикатен состоит из трех главных королевств: Лесное королевство Эленор на севере, подземное королевство Дарв вблизи к южным границам и королевство Сапин, расположенное по направлению к восточным границам континента. Кроме того, существует и Звериные Поляны, но их местонахождение остается загадкой. Из-за большого количества агрессивных зверей, лишь малая часть Звериных Полян пройдена путниками. Однако, ежегодно проводится несчитанное число экспедиций, в надежде получить заветную награду……”

***

“…..Королевство Эленор – место зарождения эльфийской расы. Оно находится глубоко в Эльширском лесу, там, откуда проступает туман, отпугивающий всех, кроме эльфов, которые, с помощью своего тонких сенсоров, способны с легкостью передвигаться сквозь него…”

***

“……Королевство Дарв связывает подземные проходы с огромными пещерами, которые могут простираться на несколько километров. Именно здесь и обитает раса Дварвин.”

***

“….Королевство Сапин, бесспорно, одно из самых населенных регионов, и кроме того, является самым большим королевством на континенте. При том, что это королевство изначально было населено людьми, там так же много торговцев расы Дварвин, продающих товары….”

***

“Кроме несчитанного числа монстров и разных существ, населяющих Звериные Поляны, там так же находятся невиданные сокровища для тех, кто осмелится разыскать их. Существуют записи, привезенные путешественниками и солдатами о темницах и мощных факторах, которые способны превратить даже самого щедрого священника в алчного…”

***

“…. Между Эльширским лесом и королевством Сапин, находится цепь Великих Гор, которые простираются вдоль 90% континента, разделяя север и восток от запада и юга…”

***

“В то время, как королевство Дарв и Сапин пытаются сохранить символические отношения ради ресурсов, по большей части, Эльфы держатся удаленно и ведут себя агрессивно по отношению друг к другу…”

***

Захлопывая потертую обложку так называемой энциклопедии этого мира, Артур удрученно потер переносицу своими толстыми пальцами, в то время, как опускающийся мрак стал почти осязаемым. Он издал звук, напоминающий вздох, который мог возникнуть только из его беззубого рта….





Глава 1




Глава 1

Я никогда не верил про ерунду о “свете в конце тоннеля”, когда люди, побывав на грани жизни и смерти, просыпаются в холодном поту, восклицая “Я видел свет!”

И вот, я сейчас здесь, в так называемом “тоннеле”, лицом к этому яркому свету. Но последнее, что я помню, это то, что я спал в своей комнате (хотя все ее называют королевской комнатой.)

Меня кто-то убил?

Я не помню, что обидел кого-то. Но с другой стороны, когда ты влиятельная публичная персона, это может стать причиной чьего-то желания убить тебя.

В общем…

С учетом того, что я кажется не собираюсь просыпаться в ближайшее время и я медленно направляюсь к яркому свету, я, наверное, могу тоже согласиться с этим.

Дорога до света казалась бесконечностью, я ожидал детский хор, поющий ангельскую мелодию и подзывающий меня к раю.

Взамен, мое видение всего, что было вокруг, превратилось в ярко красное пятно и звук метнулся мне в уши. Но когда я попытался сказать что-то, единственное, что я смог, было похоже на звук плача.

Я слышал заглушенные звуки, которые становились все четче, и я услышал “Поздравляю Мадам, поздравляю, Сэр, у вас здоровенький малыш.”

…Стоп

Я думаю, по идее, я должен подумать сквозь строчки “Блин, я только что родился? Я теперь ребенок?

Но, на удивление, единственная мысль, которая возникла в моей голове была “Значит яркий свет в конце тоннеля — это свет из женского влаг….”

Хаха.. больше не будем об этом.

Оценивая мою ситуацию, как величественный король, я заметил, в первую очередь, что где бы я ни родился, я понимал язык. Это здорово.

Затем, медленно и болезненно открыв глаза, мою сетчатку атаковали разнообразные яркие образы. Врач, или кто-то похожий, напротив меня с не очень симпатичным лицом, с длинными седеющими волосами на голове и на подбородке. Я клянусь, линзы на его очках были такими толстыми, что и пуля бы их не пробила. Странным было то, что на нем не было белого халата, и мы находились не в палате. Казалось, что я родился в какой-то сатанинской комнате для обрядов, потому что в ней горели лишь пара свечей, а мы были на полу.

Я смотрю по сторонам и вижу женщину, которая выталкивает меня из тоннеля. Было бы справедливо называть ее мамой. Посмотрев, как она выглядит еще пару секунд, я должен признать, что она красавица. Но скорее, чем назвать ее привлекательной, я бы лучше описал ее, как милую, хрупкую, с ярко выраженными золотистыми прядями волос и карими глазами. Она пронизана материнскими чувствами. Вот значит, как детей привлекают их матери?

Я поворачиваю лицо вправо, чтобы хоть как-то разглядеть человека, очевидно, моего отца, с идиотской улыбкой и заплаканными глазами, как только он меня увидел. Он сразу же говорит: “Привет, малыш Арт, я твой папочка, можешь сказать Папа?” Я осматриваюсь, и вижу свою мать и домашнего врача (исходя из его сертификатов), закатывающих глаза и моя мать умудряется усмехнуться “Милый, он только родился.”

Я вглядываюсь в своего отца и понимаю, почему моя милая мама его полюбила. Кроме пары промахов, которые он совершил, попросив новорожденного сказать слово из двух слогов, (Здесь я дам ему презумпцию невиновности, так как, я думаю, он это сказал из-за радости отцовства), он очень харизматичный мужчина, с четко выбритыми широкими скулами. Его волосы, чрезвычайно пепельного цвета, казались короткими, в то время, как его брови были широкие и жесткие. Они торчали, словно острие ножа и сходились посередине. Но его глаза были добрыми, может оттого, что они опускались вниз или от их чисто голубого цвета. А зрачки его излучали сапфировый оттенок.

Ко времени, когда я закончил заселяться… я имею ввиду рассматривать своих родителей, так называемый врач извинился, сказав: «Пожалуйста полежите в кровати еще пару дней, Миссис Лейвин, и дайте мне знать, о состоянии Артура, Мистер Лейвин.”

Последующие пару недель после моего путешествия сквозь тоннель, для меня начались новые мучения. Я не мог контролировать свои конечности, мог только махать ими вокруг, но даже это меня быстро утомляло. Я понял, что дети почти не могут управлять своими пальцами. Я не знаю, как вам это донести, ребята, но, когда ты водишь пальцем по ладони ребенка, они хватают его не потому, что любят тебя, а потому что это рефлекс. Забудьте о моторике, я не могу даже справлять свою нужду по своему усмотрению, оно просто выходит само. Хаа..

Позитивным было только то, что меня кормила грудью моя мать.

Не поймите меня неправильно, ничего большего. Просто грудное молоко намного вкуснее, чем детское питание, и у него большая питательная ценность. Пожалуйста, поверьте мне.

Сатаническое демонское место оказалось комнатой моих родителей и из этого я догадываюсь, что место, где я застрял, это место из моей старой жизни, но до изобретения электричества.

Моя мать быстр опровергла мои надежды, когда однажды она лечила царапину на моей ноге, когда мой чокнутый отец ударил меня об полку.

Нет.. лечила не пластырем и поцелуем, а сильнейшей струей ветра, с небольшим шумом, который она создавала своими гребанными руками.

Где блин я.

Моя мать Элис Лейвин, и мой отец – Рейнолд Лейвин, кажутся хорошими людьми, если не лучшими. Мне кажется, моя мать — ангел, потому что я никогда не встречал таких добродушных людей. В переноске на ее спине мы с ней пошли в город. Этот город Эшбер больше похож на поселение, так как там нет дорог и зданий. Мы шли по грунтовой дороге, с палатками по сторонам, в которых торговцы продавали различные вещи, начиная стоваров первой необходимости, и заканчивая вещами, от которых я выпучивал глаза, типа оружие, доспехи и драгоценностями… блестящими драгоценностями.

Самое странное, к чему я, наверное, не смогу привыкнуть – это люди с оружием, как частью их наряда. Я увидел мужчину 170 см с огромным военным топором, больше, чем он сам! А мама продолжала говорить со мной, возможно, чтобы научить меня говорить быстрее, во время покупок пищи, обмениваясь любезностями с разными людьми, проходящими мимо либо работниками палаток. В это время, мое тело опять меня перестало слушаться, и я уснул… К черту это никчемное тело.

Сидя на коленях своей мамы, которая приласкала меня на своей груди, я был сосредоточен на своем отце, который напевал мелодию от радости, которая напоминала молитву земле. Я наклонялся ближе и ближе, почти падая со своей пятой точки пока ждал какого-то волшебного явления, типа землетрясения, расколовшего землю или появившегося каменного великана. Время длилось бесконечность (поверьте мне, младенцу устойчивость внимания, которого, подобна золотой рыбке.) Три огромных булыжника появились из земли и ударили дерево вблизи.

Как называется то, что произошло?

Я поднял руки вверх от злости и пожалел, но мой чокнутый отец объяснил это, как “Вау” и на его лице появилась широкая ухмылка, как бы говоря: “Твой папочка классный!”

Нет, мой отец был еще более шикарным воином. Когда он нацепил две железные перчатки, даже я заставил себя сбросить с себя свое нижнее белье (памперс) ради него. Оживленно двигаясь, что было удивительно для его конституции, его кулаки могли сломать звуковой барьер, но также достаточно плавными чтобы не оставить ни одного просвета. В моем мире его бы могли причислить к элите, лидером отряда из ста солдат, но для меня это был мой чокнутый отец.

Я понял, что этот мир кажется достаточно открытый мир волшебства и воинов, где сила и достаток определяют твое положение в обществе. В любом смысле, он не очень отличается от моего мира, кроме недостатка технологий и небольшой разницей между волшебством там и здесь.

В моем старом мире, войны стали почти устаревшей формой решения конфликтов между странами. Не поймите меня неправильно, конечно, там иногда бывали бои в мелких масштабах, и армия была нужна для защиты граждан. Однако, проблемы, касающиеся благополучия страны были основаны на не смертельном сражении между руководителями страны, ограниченными использованием Ki и оружием ближнего боя, либо тактическое учение между войсками, где ограниченное количество огнестрельного оружия было позволено, для незначительных конфликтов.

Таким образом, Короли не были типичными толстяками, сидящими на троне и невежественно отдающим приказы, но они должны были быть сильными, умными людьми для того, чтобы представлять свою страну.

Валюта этого нового мира была достаточно понятна, исходя из обменов, которые моя мать совершала с торговцами.

Медь – самая дешевая валюта, затем серебро, затем золото. Мне пока еще предстоит увидеть то, что стоит дороже золотой монеты, кажется обычным семьям хватает пары медных монет в день.

100 медных = 1 серебряная

100 серебряных = 1 золотая

Каждый день включал воспевание моего тела, работу над моторикой, находящейся глубоко во мне.

Но однажды все изменилось…





Глава 2




Глава 2 – Энциклопедия по манипуляции маны.

Я был королём. Я мог собрать всю армию у своих ног одним щелчком пальцев. Я сражался со своими конкурентами из разных стран, чтобы разрешать конфликты и поддерживать свою репутацию. В плане владения оружием и контролем Ки я был лучшим и из-за этого я стал правителем в моём прошлом мире. Королями не рождаются, а становятся. Тем не менее, сейчас я собой по-настоящему гордился.

Я научился ползать!

Раньше мне приходилось довольствоваться рассказами матери, когда она пыталась заставить меня заснуть. Я недовольно ворчал, когда она останавливала рассказ. Мой отец иногда усаживал меня на колени и лениво рассказывал о своих былых деньках и это меня натолкнуло мысли о том, в каком мире я оказался и чем он был наполнен.

Рейнольдс Лейвин, бывший искатель приключений, (видимо, в его мире этим все занимались) обладающий обширными познаниями в этой области. Он состоял в нескольких командах, отправляющихся на поиск сокровищ и выполнение заданий от Гильдии Авантюристов. В конце концов он познакомился с моей матерью, и они осели в городке Вальден, который расположен на границе королевства. Он с гордостью рассказал, как моя мать по уши влюбилась в него, когда он впервые посетил городскую гильдию авантюристов, где она работала. Но я думаю, что всё было наоборот, поскольку мама дала ему подзатыльник и сказала, чтобы он прекратил врать Арту.

Кстати, меня зовут Артур Лейвин. Арт, если покороче. Слишком милое имечко для бывшего короля, но, слушай, глядя в тот лист металла, который они используют в качестве зеркала в ванной, я действительно выглядел чертовски умилительным. Мне достались густые каштановые волосы от мамы и яркие лазурные глаза от папы. Я не знаю, как мои черты лица изменятся с возрастом, но покуда я не буду толстяком, то всё будет в порядке.

Берегитесь, дамочки в будущем! Готовьтесь к тому, что ваше сердце будет разбито!

Неделями я пытался научиться ползать, но лишь ворочался на месте, но когда мне удалось, то я пополз в семейную библиотеку в то время, как моя мать развешивала бельё на просушку. В тот день моя мама увидела меня и, вздохнув, сказала: «Да уж, с тобой будет также непросто сладить, как и с твоим отцом»

Я закрыл энциклопедию и устроился поудобнее, перевернувшись на живот, поскольку ползанье и сидение было довольно утомительно.

Обдумывая то, что только что прочёл, я пришёл к выводу, что этот мир оказался не так уж развит. Из чего я могу сделать вывод, что в нём не очень много технологий. Единственными источниками транспорта были лошади и корабли с парусами.

Оружие было разрешено и носить его можно было свободно, кроме тех случаев, когда вы в гостях у королевской семьи или авторитетных людей. Боже, я не перестаю изумляться каждый раз, когда я вижу вооружённых людей в магазине.

Конечно, в моём мире тоже были солдаты и стражники, которые имели скрытое оружие, но они использовали его не для убийства, а для предотвращения преступлений.

Но на днях я видел, как вора, который украл несколько вещиц из оружейной лавки, перерубил пополам огромный, лысый наёмник с копьём. И другие граждане ему даже аплодировали!

Но оба мира были похожи в системе монархии. На этом континенте – Дикатене – были королевства, в каждом из которых был король, который правил государством вместе со своей семьёй. В отличие от моего мира, тут король выбирался из родословной, идущей от сына короля, его сына и так далее.

При изучении энциклопедии я не заметил упоминаний о других континентах, кроме этого. Это странно, поскольку у местных людей были корабли, которые перевозили товары и пассажиров по рекам, но, возможно, здешние технологии ещё недостаточно развиты, чтобы позволять кораблям пересекать океаны.

Единственное, к чему будет сложно привыкнуть, так это к магии этого мира. Конечно, если говорить о сверхъестественных способностях, то на моей земле они тоже были.

В моем мире, практикующие магию научились конденсировать и использовать врождённую Ки, которая была в их теле. Она очень похожа на мышцы – ломая центр Ки и позволяя ей отдохнуть укрепляла Ки, увеличиваясь в объёме. Ки распространялась по телу и укрепляла организм.

В этом мире Ки называют Маной, и что более удивительно, она существовала в атмосфере этой планеты. Таким образом, практикующие и маги использовали окружающую ману и поглощали её в ядра маны в своих телах. В моей прежней жизни, Ки существовала только внутри тела. Была ли она в атмосфере Земли когда-либо или исчезла из-за загрязнения, никто не знал этого.

В то время, когда практика над врождённым Ки-центром была невероятно важна, ведь чем больше в тебе энергии, тем лучше, тут же ядро маны не имеет особого значения, потому что в атмосфере полно маны.

В своём старом мире, хотя и мой Ки-центр был не очень большим, я считался вундеркиндом в контроле и эффективном использовании своей Ки, чтобы компенсировать свой центр. То, как я использовал каждую частичку моего Ки, позволило стать самым сильным в элитном дивизионе Дуэлянтов, заслужив право стать королём.

Теперь, когда я всё ещё знаю, как практиковать и использовать Ки, могу ли я использовать врождённое ядро маны, чтобы усилить себя раза в два или три?

*Руководство для начинающих привилегированных магов*

«Пока контроль над маной передаётся преимущественно по генам, было много случаев, когда дети магов были не в состоянии почувствовать окружающую их ману. Последняя перепись показывает, что примерно один из ста детей может ощущать ману, но это может быть проверено только когда ядро маны полностью сформируется, т.е. в периоды позднего детства и ранней юности. Известно, что магия в телах просыпается тогда, когда ядро полностью сформируется. Это приводит к образованию полупрозрачного барьера вокруг пробуждающегося, который исчезает через несколько минут»

Листая страницы, я нахожу что-то, что привлекает моё внимание.

«… Ману можно использовать несколькими способами. Два из них наиболее распространены и используются в укреплении тела путём использования маны (Аугменторы) и выброса в окружающий мир (Заклинатели)…»

«… Аугментаторы – это самый распространённый вид воинов, которые собирают ману и направляют его вдоль своего тела, укрепляя его для атаки»

«… Заклинатели могут использовать ману для произношения заклинаний, которые распространяются на область или определённую цель»

Недостатки и ограничения

«Пока аугментатор обладает невероятной силой, защитой и ловкостью, их скорость оставляет желать лучшего…»

«Заклинатели обладают непостижимой силой и могут изменять поле боя под свои условия. Однако, даже у таких сил есть ограничения. В отличие от других магов, которые используют большую часть маны из своего ядра, заклинатели должны помимо собственных запасов добирать ману из окружающей среды, чтобы произносить заклинания»

«В то время, как оба вида магов, или Мана-манипуляторов, если по-научному, классифицируются по ядру маны, аугментаторы и заклинатели также имеют собственные различные способы оценки своих способностей»

*Перевернул*

«У аугментаторов мастерство измеряется мощностью каналов маны в организме, которые быстро и эффективно направляют ману от ядра в различные части тела…»

«… У заклинателей же талант измеряется силой протекания маны по их венам, которые показывают, с какой скоростью и эффективностью мана из окружающего мира может поглощаться»

*Перевернул*

«…Маги (мана-манипуляторы) обычно относятся к этим двум разделениям, ведь пытаться овладеть обоими видами невероятно трудно и неэффективно. Большинство людей рождаются с большой разницей среди своих каналов маны или вен маны»

«… Аугментаторам не нужны сильные вены маны, потому что они, в основном, используют ману своего ядра, в то время как заклинателям не очень нужны сильные каналы маны, потому что они не рассчитывают на ману в своём теле»

Хм… Так значит, что мой дурачок-отец больше подходит аугментаторам, нежели заклинателям.

Что за исцеляющий свет… это моя мама?

*Листает*

АГА!

«Есть несколько видов исключений. В мире есть ещё несколько магов, которые не исследованы, те, кто более высоко ценятся. Эмиттеры, более известные как целители. Целители обладают редкой способностью восстанавливать ману у других, излечивая травмы и раны»

Вау… моя мама самая лучшая.

Основы колдовства

«Начальными шагами в собирании маны для заклинателей будет захват маны из окружающей области, обращении её в своё ядро, с целью стабилизировать и очистить её, а потом направлении в соответствующий проводник (посох, жезл, кольцо и т.п.) с ментальным управлением и приказом изменения вашей маны в то заклинание, которое вы хотите…»

*Перевернул*

«… Чем мощнее заклинание, тем больше времени потребуется, чтобы собрать окружающую ману, помещение его в ядро и выпуска…»

*Перевернул*

«Так как заклинательство включает в себя фокусировку маны в заклинание, маги имеют специальную склонность к базовым элементам (воздух, вода, огонь, земля). Но при правильной подготовке, заклинатель может освоить все элементы.

*Листает*

Основы Аугментирования

«В отличие от заклинателей, аугментаторы тратят гораздо меньше времени на сбор окружающей маны. Эффективное использование аугментации требует скорости точности в использовании маны из своего ядра, не полагаясь на ману в атмосфере…»

В голове что-то щёлкнуло… Аугментирование было ближе к тому, как мы использовали Ки, кроме того, что ману можно достать из окружения. Причиной, почему в моём мире не было заклинателей, была в отсутствии маны в атмосфере планеты.

Мой взгляд напрягся, и я читал дальше.

«Аугментация требует правильного распределения маны в разных частях тела. Хотя это кажется простым, аугментация требует глубокого понимания в строении собственного тела. Умение эффективно использовать каналы маны требует множество лет как умственной, так и физической практики»

*Перевернул*

«Поскольку аугментация включает в себя ядро маны пользователя, эффективность чистой маны не так различна, как от обычной. Однако, аугментированные маги могут управлять своей маной так, как пожелают, в результате получая больше атакующих способностей»

*Перевернул*

«Это явление называется «Реакцией» и оно происходит в обоих типах магии. Для аугментации, это случается от истощения ядра маны, в результате чего возникают крайне болезненные телесные повреждения, в зависимости от того, насколько серьёзный урон понесло ядро маны. У заклинателей реакция происходит при переполнении ядра маны. Она возникает при вызове чрезмерно мощного заклинания, выходящего за рамки силы у вызывающего»

Закрыв книгу, я уселся на зад и начал переваривать информацию, которую я только что прочитал.

Из-за поразительной схожести между центром Ки из моего старого мира и ядром маны из этого, мне стало трудно поверить, что можно манипулировать маной будучи подростком. В моём старом мире, люди начинали медитировать и ощущать собственную Ки ещё с детства. Как только Ки будет сконцентрирована, она образуется в центр.

Проверяя свою гипотезу, я начал медитировать, пытаясь почувствовать ману в своём семимесячном теле, когда…

«Вот ты где! Арт, дорогуша, у тебя проблемы с ка-ка?»

Мама! Я собираюсь стать величайшим магом в этом мире, а ты выставляешь меня каким-то младенцем с запором!

Взяв меня на руки и аккуратно положив, она насильно унесла меня на смену подгузника, который, к моему удивлению, был полон.





Глава 3




Глава 3

От лица Элис Лейвин:

Артур – самый прелестный ребёнок на свете, и я это говорю не как заботливая мать.

Нет.

Он, со своим клочком ярких каштановых волос и игривыми глазами, почти что излучающими синий свет, порой, кажется почти что… умным.

Нет, это я говорю вам не как любящая мать. Я планирую быть строгой и обычной матерью. Я не могу полностью положиться на своего мужа, чтобы обучать Арта, благодаря здравому смыслу. Боже, он пытался научить своего ребёнка сражаться, когда он едва мог ползать.

Я знаю, что этот маленький негодяй, как и его отец, совершит пакость, как только я отвернусь. В тот момент, когда он начал ползать, я была так горда, буквально рыдая, но даже не представляю, как он сам за себя горд, когда стал передвигаться самостоятельно.

Клянусь, с того момента не было и дня, когда я едва отворачивалась, а он уже вползал в библиотеку. Это как-то странно. Мы купили ему много игрушечных зверей и других игрушек, но он всегда возвращался в библиотеку. Вот это уже точно досталось ему не от отца, ведь Рейнольдса буквально отталкивает неведомая сила от текстов длиннее еженедельной газеты.

Глядя на то, как он радуется, когда мы выходим в город, я решила ходить за покупками каждый день, вместо двух раз в неделю.

Нет нет, я же говорила, я не любящая мать. Это лишь для ознакомления его с внешним миром и появления свежей еды в доме. Да уж, ха-ха… вот так вот.

Моего сына, похоже, интересует почти всё. Его непропорционально большая голова поворачивается влево и вправо, пытаясь посмотреть всё, что происходит вокруг него. Кажется, его особенно заинтересовали практики отца.

Раньше, Рейнольдс был хорошим авантюристом. Получить класс В в его возрасте дано не каждому. Чтобы стать даже классом Е, самым низшим авантюристом, нужно пройти тест, дабы отсеять невежественных подростков, рвущихся на смерть. Что касается высокоранговых, то я видела парочку искателей приключений класса А, за всё время работы в гильдии и никогда не видела ни одного класса S, думая, что их даже не существует.

Работая в гильдии авантюристов, ну или просто гильдии, тогда, в Вальдене, я видела множество подростков, которым их эго просто затуманило головы.

По крайней мере, у них были амбиции.

Однажды, меня назначили смотрителем на основной практический экзамен, где испытуемый должен продемонстрировать основные навыки в манипуляции маной, но ещё до того, как испытание началось, парень рухнул прямо на спину, потому что меч, который он нес, был слишком тяжел для него.

Кстати говоря, Рейнольдс тогда выглядел точно также. Как только он меня увидел, его челюсть буквально отвисла, и он застыл на месте, пока парень позади него не пихнул его локтём. Он вытер слюни и пробормотал: «П… привет… я могу… получить… вещи для задания?» Я просто фыркнула, когда он покраснел от смущения как помидор.

Он смог собрать всё своё мужество, чтобы пригласить меня на ужин, и мы тут же убежали оттуда. Даже сейчас, я не могу не улыбаться, когда вижу его щенячий голубоглазый взгляд.

Арт взял себе черты от нас обоих, что сделало его ещё более милым. Нужно видеть его, когда мне приходиться менять его памперсы. Я не знаю почему, но его щёки краснеют, и он закрывает своё лицо крошечными пальчиками.

Может, всем детям его возраста также стыдно?

Следующей заметкой в моём детском журнале, который предназначен только для образовательных целей, потому что я не любящая мать, был момент, когда он впервые сказал «мама».

ОН СКАЗАЛ «МАМА»!

Я заставляла его говорить «мама» снова и снова, просто чтобы убедиться, что я не ослышалась. Рейнольдс дулся весь день, потому что Арт говорил «мама», а не «папа».

Ха-ха, я победила!

Остаток года прошёл спокойно. Сын всегда был со мной, куда бы я не пошла и иногда он смотрел в окно, глядя на то, как его отец практикуется после ужина. Я рада, что Рейнольдс отказался от мечты стать авантюристом и занял пост стражника нашего города. Авантюризм может принести больших денег, но для меня дороже знание о том, что мой муж жив и придёт домой.

К счастью, маленький Арт никогда не болел, но иногда я замечала, как он сидел с закрытыми глазами. Сначала я думала, что просто накручиваю себя, но такое случалось не единожды.

Это странно, и я не знаю, как это исправить. Я думала, что дети его возраста должны быть энергичными, но после своих побегов в библиотеку, он долго засиживался на одном месте, будто медитируя.

Сперва я была этим обеспокоена, но такие случаи бывали всего пару раз в день и длились несколько минут, а после них Арт, кажется, становился счастливее. То, как он смешно держит ручки и смотрит на меня, заставляет меня его покусать от счастья.

*Кхм* Я не заботливая мать.

От лица Артура Лейвина:

Прошло уже больше двух лет с тех пор, как я проделал свой сложный путь в библиотеку.

С тех пор я постоянно пытаюсь собрать кусочки маны и разложить его в своём теле, чтобы потом сосредоточить их и попробовать сформировать ядро маны. Должен сказать, это довольно медленная и трудная задача. Проще научиться ходить на руках и есть ногами, чем собрать ману в этом чёртовом теле.

Теперь я понимаю, почему в книге говорится, что человеку нужно дорасти как минимум до подросткового возраста, чтобы «пробудиться». Если я позволю частицам маны самостоятельно двигаться в моём теле, то это займёт не меньше десяти лет, чтобы они притянулись друг к другу и приняли очертание ядра маны.

Однако… у меня есть разум взрослого человека и значит, я могу сознательно соединить мои частицы маны вместе. Именно так я делал в детстве, в своей прошлой жизни, где молодёжь ещё в школах учили контролю над Ки. По сути, нужно уметь чувствовать Ки, или ману, в своём теле и заставлять её соединиться вместе возле солнечного сплетения. Если оставить их в покое, частицы в конечном итоге всё равно медленно приплывут навстречу друг другу, но я заставлю из ускориться, образно говоря конечно же.

Ежедневные ритуалы состояли в попытке потратить достаточно много моей энергии на сбор окружающей маны и избегания лишнего внимания со стороны матери и отца. Мой отец, кажется, думал, что если подбрасывать ребёнка в воздух, то это ему будет весьма приятным. Я понимаю, что это своего рода адреналиновый эффект, который может взбудоражить некоторых людей, но когда его руки укреплены маной и подбрасывают меня в воздух, я лечу словно снаряд, чувствуя тошноту и получая травматический страх высоты.

К счастью, моя мать держала отца в ежовых рукавицах, иногда даже пугая меня. Я часто ловлю её взгляд на мне, она пускает слюни, словно я какое-то мясо высшего сорта.

Я попытался приспособиться к моему телу и сказал несколько очень простых фраз. После того, как я впервые сказал «мама», чтобы дать ей знать, что я хочу поесть, она чуть не расплакалась от радости. С тех пор мне просто нужно было поговорить, чтобы получить немного внимания.

Хотя темп обучения был напряжённым и медленным, я получил довольно большую фору от остальных людей, так что не особо жаловался.

Я был примерно на середине пути сбора частиц маны. Эти последние два года не пропали зря, ибо я наконец-то собрал всю свою ману в солнечном сплетении и конденсировал её в ядро маны, когда… БУМ!





Глава 4




Глава 4

От лица Рейнольдса Лейвина:

Мой малыш!

Я был так счастлив, когда у нас родился сын. Когда же я смогу обучать его? Чёрт, мне так не терпится научить своего ребёнка основам магии. Надеюсь, он станет аугментатором, как и его старый папаша. Я знаю основы заклинательства, но ничего из этого я не смогу применить на практике.

Но Элис – одна из самых талантливых людей, которых я когда-либо видел. Даже среди Эмиттеров она особенная. Тогда, после того, как она согласилась на свидание со мной, мы объединились как одна команда и пошли выполнять задание. Её восстановительные способности были удивительны сами по себе, но меня потрясло то, как она использует заклинания, чтобы излечивать сразу нескольких союзников. И я стал её мужем!

Хехе… до сих пор не верится.

Ещё давно, до того, как Элис попросила прекратить авантюризм, мы ходили на Звериные Поляны и охотились на мана-зверей. Эти звери были уникальными существами, рождёнными со способностью поглощать ману и создавать ядро маны, которое зовётся звериным ядром.

Звериное ядро применяется почти везде, из-за чего они весьма полезны и высоко ценятся. Конечно, чем выше класс зверя, тем ценнее его ядро. Мана-звери начинают с класса Е (обычные быки, использующиеся на мясо и кожу) и до монстров класса SS. О них я ничего не могу сказать, поскольку лично их не видел и не слышал об их существовании.

Как правило, мана-звери сильнее, чем человек на таком же классе. Потому что даже обычные звери сильнее обычных людей.

Хоть звери на Полянах и были опасны, но пока вы осторожны, то не попадёте в неприятности. Более сильные животные живут в подземельях, поэтому если вы авантюрист класса С, то без проблем сможете пройти с десяток километров по полянам.

Раз в несколько месяцев появляются задания, на которые нужны несколько команд авантюристов. Обычно нужно было очистить подземелья и нанести на карту их проходы, ведь они ещё не изучены полностью. Если мана-зверь достаточно силён, чтобы создать себе логово и заставить других монстров прислуживать себе, то будьте уверены, что за его убийство вы получите хорошую награду.

Я рассказываю своему сыну Арту всё о своей жизни авантюриста, рассчитывая на то, что у него будет хоть какой-нибудь… опыт авантюризма, прежде чем он вырастет.

Я не знаю, что будет, если маленький Арт никогда не «пробудится». Боже, неважно, сколько времени это займёт – пока он может тренироваться, чтобы стать магом, я буду самым счастливым отцом на свете.

Довольно легко предсказать, каким типом мага станет пробуждающийся, поскольку аугментаторы и заклинатели имеют разные полупрозрачные барьеры, которые появляются во время пробуждения.

Аугменторы, во время пробуждения, образуют нечто вроде отталкивающего барьера, что обозначает доминирующие каналы маны в их теле. Заклинатели наоборот, буквально притягивают всё вокруг себя, а значит, что в их организме больше вен маны. Степень отталкивания и притягивания зависит же от таланта пробуждающегося.

Не хочу хвастаться, но я «пробудился» в двенадцать лет. Я тогда лежал на кровати, как вдруг неведомая сила оттолкнула меня от неё и держала в воздухе целых две минуты!

Блин, Элис должна быть благодарна за то, что я перестал быть авантюристом и остепенился, так и не использовав свой талант по полной… но не говори об этом маме.

В любом случае, как только он пробудится, я начну тренировать его. Если же он станет заклинателем, то я найму ему репетитора, ведь у меня не хватит опыта, чтобы обучить его…

… так я говорил, но…

БУМ!

Больше половины дома буквально исчезло…

Что случилось?

К счастью, я отдыхал с Элис во дворе, но Арт… Маленький Арт был в доме…

«АРТУР!»

Бледное лицо Элис всё в крови, и она идёт в дом, беспокоясь о сыне. Я набрасываю на жену временный щит, который будет защищать её хотя бы пару минут.

Я бросаюсь в сторону взрыва, прикрывая своё тело слоями маны. Обломки того, что осталось от моего дома постоянно падают, мешая мне пробраться к источнику взрыва. Продравшись через развалины, я увидел это.

Мой сын был жив, а вокруг него был заметный полупрозрачный барьер. Отталкивающая сила барьера от пробуждения была настолько велика, что вызвала взрыв. Он парил в центре кратера, на месте которого раньше стоял дом.

Ха-ха…

Мои ноги подкосились, и я упал на колени, но всё ещё продолжал глазеть на это зрелище. Моему сыну почти три года, а он уже пробудился. Всего лишь три…

«Не знаю, смеяться мне или плакать»

«Рейнольдс! Милый!»

Я посмотрел на жену, и моя челюсть всё ещё дрожала от шока. Она медленно прошла ко мне через развалы мусора.

Она уже была на полпути ко мне и закрывала лицо руками, чтобы защищаться от сильного отталкивания, которое исходило от Арта.

«Рейнольдс! Что случилось? Что происходит? Где Арт?»

Я всё ещё не пришёл в себя от шока и указал пальцем на нашего сына.

Она посмотрела туда, куда я указывал и медленно прошептала: «Боже мой…»

От лица Артура Лейвина:

Ого! Прекрасно себя чувствую!

Я закрыл глаза, чтобы вновь почувствовать моё новообразовавшееся ядро маны. Моё маленькое ядро маны!

«Арт! О, мой малыш! Ты в порядке?»

Я видел, как моя мать бросилась ко мне, в то время как мой отец стоял на коленях.

Что он сделал на этот раз, что заставило маму его наказать?

Мама подняла и обняла меня так, что мои рёбра едва не хрустнули.

«Мам, не плачь. Что случилось?» — смог пробурчать я.

Она не отвечала и продолжала рыдать, стискивая меня. Мой отец подошёл к нам, обнял её спину и погладил меня по голове, слабо улыбаясь.

После момента замешательства, я отдёрнул голову от груди матери и огляделся, чтобы увидеть, как мы стоим в центре гигантского кратера на месте нашего дома.

Какого хрена?

Кто сделал это? Кто посмел уничтожить дом короля?! Виновные будут сожалеть об этом дне! Я буду охотиться на них день и ночь и не успокоюсь, пока…

«Поздравляю, Арт. Ты – пробудился»

…

Это сделал я?

В моём старом мире подобное явление происходит, когда подросток пробуждается. Вокруг него появляется барьер, который отталкивает всё вокруг себя. Кажется, в этом мире отталкивающая сила в разы сильнее из-за атмосферной маны, которой не было на моей Земле.

Я решил извиниться за эту… ситуацию.

«Простите меня. Я виноват?»

Ха-ха… нет, Арт, ты не виноват. Мы просто беспокоились за тебя. Я рада, что ты в порядке» — моей матери удалось сказать это сквозь слёзы.

Однако, мой идиот-отец, кажется, был очень счастлив.

«Мой сын – гений! Пробудился почти в три года! Это беспрецендентный случай! Я думал, что это я пробудился раньше всех, но…боже!»

Но трогательный момент был нарушен, когда проходящий сосед крикнул: «Что, во имя всего, случилось?!»

«Ха-ха, нам лучше прибрать тут всё» — ухмыльнулся мой отец, потирая затылок.

Прошло пару недель после моего пробуждения. Мы решили оставить его в секрете. Мой отец связался с парой своих бывших друзей по авантюризму, чтобы они помогли восстановить наш дом, пока мы живём в соседнем отеле. Заклинатели поднимали грунт для фундамента, а аугментаторы делали всю тяжёлую работу. Такими темпами, восстановление дома не займёт много времени. Вот оно – волшебство! Удивительно, но никто из друзей отца даже не спросил, почему наш дом взорвали.

Это говорит о серьёзном прошлом моего идиота-отца.

Пока наш дом отстраивался, наступил мой день рождения. Мои родители разбудили меня рано утром и подарили коробку и… хлеб?

Ааа! Это был торт! Я бы сразу догадался, не будь он чёрным.

Открыв подарок, я нашёл внутри аккуратный деревянный меч. Я обнял своих родителей и поблагодарил их за подарок и торт.

Это сильно удивило меня, потому что мои родители не отмечали мои прошлые два дня рождения, так что я подумал, что в этом мире его совсем не празднуют. Позже я узнал, что по традиции дни рождения празднуют только с трёх лет, потому что давным-давно маленькие дети быстро гибли.

Ох уж это средневековье.

Меня заинтересовала одна вещь, которую я заметил совсем недавно.

Видя, как дети и подростки работают по хозяйству вместе со своей семьёй или куют железо в качестве подмастерья в кузницах натолкнуло меня на мысль, что в этом мире нет структурированной системы образования.

Какими-либо основами знаний их обеспечивала семья, в основном – чтению и письму.

Как только мне исполнилось три, мама сама начала учить меня читать и писать. Играя роль гениального сына, я притворился, что просто быстро обучался и поэтому я мог читать тяжёлые книги в библиотеке не привлекая внимания.

После пробуждения, мой отец начал учить меня основам магии и заставил тренироваться. Он попытался упростить всё как можно лучше, чтобы даже малыш смог понять, но, наверное, если бы не мои способности, даже будучи взрослым я бы его не совсем понимал.

Основы были таковы:

Простым способом узнать вашу силу – посмотреть на цвет вашего ядра маны. Сначала оно чёрное, из-за крови тела и других примесей, появляющихся при смешивании частиц маны. Когда мана внутри человека становится более чистой и примеси отфильтровываются, ядро меняет цвет на тёмно-красный. Поэтому, чем светлее ядро маны (от тёмно-красного до красного, а потом до светло-красного), тем сильнее владелец ядра.

Порядок цвета следующий: чёрный, красный, оранжевый, жёлтый, серебряный, а затем белый.

От красного ядра до жёлтого, цвет разделяется на три оттенка. Как правило, чем ярче оттенок, тем чище мана в ядре и тем сильнее становятся владельцы.

Уроки моего отца были полезными, и я послушно выслушивал его. Через несколько дней я попросил маму: «Мам, можешь купить мне книги по магии?»

Поскольку у моей матери всё ещё были связи в гильдии авантюристов, она умудрилась приобрести довольно хорошую коллекцию книг по основам манипуляции с маной, а также несколько обучающий пособий по оружиям. Некоторые книжки были с картинками и простыми словами. Информация в них была сокращённой, и я их игнорировал. Моя мать странно на меня смотрела, потому что книги, которые я изучал были довольно высокого уровня для начинающего. Она предположила, что я даже не смогу понять большую часть слов и пыталась предлагать более простые книги, сказав, что мне будет легче их понять, но всё же в конце концов, она отступилась.

Каждый день я учился читать и писать с матерью и дополнительно тренировался с отцом. После того, как он рассказал основные теории и практики Аугментации, мы начали настоящие тренировки. Глядя на моё маленькое слабое тело, не подходящее для спаррингов, мы начали тренировку тела. Думаю, что увидев, как трёхлетний малыш пытается отжиматься, отец рассмеётся, но тот переборол себя и сдержал смех.

Когда я свободен от уроков, то обычно запираюсь в библиотеке, читая и размышляя о том, как бы мне улучшить своё ядро маны.

Год прошёл в спрошной рутине и однажды за ужином мой отец сказал:

«Дорогая, кажется, нужно нанять хорошего наставника для нашего Арта»





Глава 5




Глава 5

Мама уронила вилку о тарелку и это *дзынь* заглушило наступившую тишину.

«Что?! Рейнольдс! Артуру нет ещё даже четырёх! Нет! Кроме того, ты же сказал, что наш сын – аугментор, так что я думала, что ты сам его обучишь!»

«Я не ожидал, что наш сын такой вундеркинд в манипуляции маной. Никогда не слышал о том, что можно пробудиться в три года!»

«Но это значит, что ему придётся покинуть дом! Ему же только четыре, Рейнольдс! Мы не можем отпустить нашего ребёнка из дома так рано!»

«Ты не понимаешь. Видя то, как он медитирует, мне кажется, что это пойдёт ему на пользу. Элис, дорогая, я просто хочу, чтобы он обучился тому, чего я не знаю»

Так мои родители поссорились.

Они ходили взад и вперёд, в основном болтая об одном и том же: мама говорила, что я ещё слишком молод, а отец сказал, что они должны позволить мне раскрыть свой потенциал.

А я в это время играл в войнушку со своей едой, где бобы нападали на Империю Матери, пока морковь Отцовской Нации отчаянно защищала свои границы.

Наконец, мои родители успокоились, и отец спросил:

«Арт, это тебя тоже касается, так что твоё слово тоже важно. Что ты думаешь о том, чтобы поехать в столицу и записаться к учителю?»

Невероятно…

Я ценю ваши попытки справедливо разрешить ваш спор, но ты хоть понимаешь, что ты заставляешь четырёхлетнего малыша принять решение, которое в конечном итоге изменит его жизнь?

Пытаясь завершить их ссору, я сказал: «Я могу попробовать встретиться с наставником, чтобы понять, нужно ли мне учиться или нет?»

*Тишина*

Я сделал что-то не так? Я не должен был озвучивать это предложение в таком возрасте? Или они злятся, потому что я не выбрал их сторону?

Я пытался сохранять самообладание и смотрел на них, ожидая ответа.

К счастью, они ни о чём таком не думали. «Ну, по крайней мере, у него есть ядро маны и его каналы проверены. Мы можем выяснить, что же делать»

Мой отец кивнул в знак согласия, и мы начали готовиться к завтрашней поездке. Когда я предлагал, то я думал, что мы доберёмся до соседнего города через день и меня проверит квалифицированный маг, но блин, как же я ошибался.

Мы готовились к трёхнедельному путешествию. Поездке на повозке, запряжённой парой лошадей, через чертовски величественные горы в город под названием Ксайрус.

Мне в голову пришла книга, которую я недавно читал. Я помню, что там был описан плавучий город, построенный элитной организацией Заклинателей с единственной целью – содержании Академии Магов. Город был построен вокруг нее и поэтому и он и академия носили имя лидера организации – Ксайруса.

Как возможно поднять кусок земли в сотню километров в воздух? Магнетизм? Но тогда земля под городом тоже будет затронута воздействием. У города есть собственное гравитационное поле?

Ну да ладно.

Это путешествие будет долгим. В такие времена я жалею, что они до сих пор не изобрели более современный транспорт. Для того, чтобы добраться до города, нам нужно пройти сквозь телепортационные врата в горах, иначе же путешествие могло длиться месяцами, чтобы добраться до города, который плавает неподалёку от границ королевств Сапин и Дарв.

Одной из причин, почему отец заставил нас немедленно выдвигаться в путешествие было то, что именно туда отправлялись его друзья-авантюристы. Так что в нашей команде сейчас было три аугментора, два заклинателя и моя мама, которая была очень редким эмиттером. Хотя на горных хребтах не водились сильные мана-звери, но всё равно была опасность встретиться с бандитами и дикими животными.

Пока мои мама и папа паковали всё необходимое, я собрал с собой в путешествие мой деревянный меч и две книги – «Энциклопедия Дикатена» и «Основы манипуляции с маной»

Утром, мы уже были готовы отправляться.

Повязав сумку с книгами и закуской за моей спиной и прикрепив меч к поясу, я держал маму за руку и следил за тем, как мои родители встречают своих бывших союзников.

Хотя отец время от времени о них рассказывал, я никогда не бывал на месте восстановления нашего дома, так что виделся с ними в первый раз.

Насколько я понял, в команду моего отца «Два Рога» входили:

Елена «Осколок»: Женщина-аугментатор, специализирующаяся на магической стрельбе.

Адам «Крэш»: Мужчина-аугментатор, который владел копьём.

Жасмин «Огненный-меч»: Женщина-аугментатор, специализирующаяся на скоростной атаке двумя кинжалами.

Анджела «Роза»: Женщина-заклинатель, специализирующаяся на воздушной магии.

Дердер «Странник»: Мужчина-заклинатель, специализирующийся на магии земли.

Мы добрались до гостиницы и увидели их в конюшне.

Мой отец, обнимая своих бывших членов команды, воскликнул: «Ребята, я хочу вас познакомить со своим сыном Артуром! Подойди, Арт, представься»

Я немного поклонился и представлся:

«Приветствую. Мой отец многое рассказывал мне о своих коллегах из «Двух Рогов». Благодарю вас за путешествие с нами до Ксайруса»

«ХАХАХА, что это? Такие манеры! Ты уверен, что это твой сын, Рей?»

Это смеялся копьеносец Адам. Глядя на него, он казался энергичным и разговорчивым типом. При довольно приятной внешности, с ярко-красными волосами, почти что пламенными, с чёлкой и галстуком, он напоминал обычного бродягу. Его глаза были яркими и казалось, что они буквально смеялись. Хотя первым делом я сразу же заметил шрам на его носу, тянущийся через обе щеки.

«Ооо, разве он не милашка? Ты должен быть рад, что он не похож на тебя, Рейнольдс!»

Внезапно я почувствовал, что меня схватили и пытаются задушить между двух гигантских грудей. Я посмотрел на женщину, пытающуюся меня убить. Чёрт, она была красива. Не так красива, как мама, но весьма похожа на «принцессу» со своими длинными светлыми волосами и ярко-зелёными глазами.

Когда моё тело почти обмякло, а лицо чуть ли не раздавлено меж двух холмов, сильная рука схватила меня за сумку и унесла подальше от этой ненасытной женщины.

«Анжела, ты делаешь ему больно»

Пока я висел, словно котёнок, пойманный за шиворот, повернул свой взор на гиганта.

Легко подняв меня на двухметровую высоту, он поставил меня обратно и пригладил одежду.

Заботливый гигант!

Могу ли я проехать весь путь на его плечах? Я посмотрел на него, и мои глаза буквально увеличивались и сверкали. С ним рядом я чувствовал себя безопаснее.

У него были очень узкие глаза и низко посаженные брови, под которыми было почти невинное лицо. Короткие неухоженные волосы на голове завершали его образ лохматой собаки.

Поправив одежду, я повернулся к женщине, которая выглядела слегка моложе остальных. Прямые чёрные волосы, перевязанные лентой, красные, полуоткрытые глаза и лёгкая улыбка, делающая её довольно дерзкой.

«Хм» — она слегка кивает, а затем отворачивается.

Ох… женщина-молчунья. Как это мило.

Глядя на то, как она уходит в сторону конюшен, я заметил два коротких кинжала, которые были привязаны чуть выше её бедер.

Последний член команды «Двух Рогов» была Елена «Осколок». Она погладила мою голову и одарила меня лёгкой очаровательной улыбкой. Елену можно было описать одним словом — «Острая». Острый взгляд, острый, вздёрнутый нос, тонкие красные губы и плоская, почти мальчишеская грудь. Её волосы доставали до плеч и были плотно связаны сзади. Я был очарован её харизмой. Кажется, она даже источала нечто «Мы можем сделать всё, во что мы верим» и почти светилась. Лёгкие кожаные доспехи покрывали её гр… бюст, и её лук и стрелы были привязаны к спине, поэтому я не мог не сравнить её с эльфом, хотя быстро отказался от этой мысли после того, как увидел её округлые уши.

Я усилил свои ноги при помощи маны и вскочил на тележку. В последнее время я научился укреплять своё тело маной. Хотя у меня не было возможности проверить на что я способен, чтобы не шокировать своих родителей, я старался подражать обычному ребёнку и перенаправлял ману из своего ядра в мои каналы.

После того, как наша команда загрузила всё необходимое в повозки, мы привязали к ним то, что я называл лошадьми. Оказывается, в этом мире одомашненных для транспортировки мана-зверей называют Скиттерами. Эти гигантские ящерицы с шипами на спинах и мощными когтями монстров класса D были намного эффективнее и дороже лошадей в поездках по горному рельефу.

Да начнётся путешествие!

К ночи, горный хребет вдали, казалось, вдвое увеличился в размере. Интересно, насколько большим он будет, когда мы достигнем подножия. Невероятно.

Мы разбили лагерь на небольшом скоплении валунов. Поблизости было много упавших веток, которые можно было использовать для костра.

Я ненавижу это тело за то, как много сна оно требует. Я спал большую часть пути и всё ещё чувствовал себя немного сонным.

После постройки палаток вокруг костра, отец и мать начали общаться с командой «Два Рога» о былых временах, когда Елена села рядом со мной и сказала: «Я слышала, как твой отец сказал, что ты какой-то гениальный маг… это правда, что ты уже пробудился?»

Не зная, как ей ответить, я просто сказал ей правду: «Да»

Она стала спрашивать меня о том, как я себя чувствовал после пробуждения и какого цвета у меня ядро маны. К этому времени, Адам услышал наш разговор и сказал: «Эй, Рейнольдс, не возражаешь, если я испытаю маленького Арта?»

Оба моих родителей, казалось, сначала колебались немного, но доверившись их старому товарищу, отец сказал: «Хорошо, но будь осторожен. Я не успел научить его сражаться. Пока что мы разучиваем световую растяжку и несколько упражнений с маной»

Адам встал со своего импровизированного сидения из пня, осмотрелся вокруг и нашёл короткую палку.

«Иди сюда, малыш. Хаха, давай-ка посмотрим, из чего ты сделан!»





Глава 6




Глава 6

Я не знаю, хотел ли он проучить малыша, у которого завысилось эго от признания его гением или же он искренне пытался проверить мои силы, но по его самодовольной ухмылке и то, как он смотрел на меня сверху вниз (даже если это было только из-за физических причин, это всё равно меня взбесило) я подумал, что это могло быть что-то личное.

Подобрав деревянный меч, подаренный мне родителями, я пошёл к краю лагеря, где меня уже ждал Адам.

«Ты ведь знаешь, как укрепить своё оружие, так ведь, гений?»

К этому времени мой отец уже почувствовал, что Адам хотел просто выпендриться перед малышом, но просто смотрел на всё это, зная, что тот не сделает его ребёнку слишком больно.

Большое спасибо тебе, папочка.

Моя мама всё ещё немного переживала за меня и продолжала посматривать на Адама, меня и отца, держась за его рукав.

Хорошо хоть мама сможет исцелить меня, если мне станет больно, верно?

Я сфокусировал взгляд на Адаме. В голове возникли образы из моей прошлой жизни – дуэли с другими королями из моей страны. Мои глаза сузились. Теперь он был моим противником.

Я набросил ману на ноги и бросился вперёд, обеими руками сжимая деревянный меч справа от меня…

Всё ещё самодовольно улыбаясь, Адам готовился заблокировать мой горизонтальный удар, когда я рванул вправо и провернул мой специальный финт ногами, который я изобрёл в своём прежнем мире и использовал его на дуэлях. Почти мгновенно, я мотнул ногой по диагонали вправо. Чёрт бы побрал это тело! Я не смог идеально выполнить выпад, потому что разница в весе и высоте была слишком высока. Я не привык к этому двадцатикилограммовому, 110-сантиметровому телу. К сожалению для Адама, он уже приготовился отражать мой наскок своей деревянной палкой и его правая сторона была открыта.

Его самодовольный вид почти исчез, и он удивлялся, поняв, что же сейчас произойдёт.

Размахивая деревянным мечом по его открытому торсу, я в последний момент укрепил меч маной, поскольку понимал, что сейчас я был в весьма невыгодном положении перед ветераном битв.

Удивление Адама длилось всего доли секунды, прежде чем он размахнулся своей правой ногой с почти нечеловеческой скоростью. Я присел на корточки, чтобы вовремя увернуться от удара и со всей силы атаковал по его лодыжке. Этот удар должен вывести его из равновесия.

Ну я так думал.

Он на самом деле сел на шпагат, но как только Адам оказался на земле, то тут же махнул ногами.

Это тело было не в состоянии принять такой удар, так что я подпрыгнул, чтобы увернуться от его ног и на окраине моего периферического зрения увидел летящую в меня деревянную палку.

У меня не было времени, чтобы использовать острие меча для блокирования и поэтому мне пришлось сунуть рукоятку меча под удар, который наверняка выбьет меч из моей руки.

Внезапно, на ум пришёл третий закон Ньютона:

«На каждое действие есть равное противодействие»

И чёрт возьми, это противодействие было весьма болезненным. В то время, как я успешно заблокировал удар, моё четырёхлетнее тело не выдержало силы и полетело по земле, словно галька по озеру.

К счастью, я усилил всё тело маной, иначе, серьёзных травм было бы не избежать.

Кряхтя, я уселся и потёр пульсирующую голову. Посмотрев в сторону лагеря, я увидел семь лиц, глупо смотревших на меня.

Быстрее всех в себя пришла моя мама. Она бросилась ко мне и сразу же пробормотала исцеляющее заклинание.

«Арт, милый, ты в порядке? Как ты себя чувствуешь?»

«Я в порядке, мам. Не волнуйся»

Тишину пронзил голос Адама: «Не научил его драться, ага, как же! Как, чёрт возьми, ты обучил этого маленького монстра?!»

«Этому я его не учил» — сумел пробормотать мой отец.

Он встряхнулся, вышел их ступора, подошёл ко мне и спросил, всё ли в порядке. Я же в ответ просто кивнул головой.

Он взял меня на руки и положил туда, где я раньше сидел. Присев на корточки рядом со мной так, чтобы наши глаза были на одном уровне, отец спросил:

«Арт, где ты научился так драться?»

Решив разыграть невежество, я сделал самое невинное лицо и сказал: «Я узнал это читая книги и наблюдая за тобой, папа»

Не думаю, что если бы я сказал «Эй папа, я был Королём-Дуэлянтом, представляющий свою страну от мира, где все дипломатические вопросы решались в боях. И внезапно, я перевоплотился в твоего сына… Сюрприз!» возымело бы на него больший успех.

«Извини за раны, малой. Я не ожидал, что мне придётся использовать столько силы, чтобы победить тебя»

Извинения Адама позволили мне настроить впечатления о нём получше. Теперь я думал, что он не совсем придурок.

С моей стороны раздался слабый голос: «Твой стиль боя… уникальный. Как ты провернул такой финт?»

Вау! Целых два предложения! Это самая длинная речь от Жасмин за всю нашу поездку.

Чувствую, что я это заслужил.

«Эм, спасибо?»

Приведя свои мысли в порядок, я попытался по шагам объяснить то, что я сделал.

«На самом деле, это довольно простая техника. Поскольку я совершил обманный манёвр мистера «Крэша», его правая сторона осталась незащищённой, так что я выставил правую ногу вперёд для начала финта. Потом я мгновенно сконцентрировал в ней ману, толкая себя назад и в то же время отставив левую ногу позади правой, направив её туда, куда я хочу повернуть. Сосредоточив ещё больше маны в левую ногу, я оттолкнулся и повернул её в сторону»

Это было невероятно.

Я посмотрел вокруг и увидел Адама, Елену и даже своего отца, пытающихся осознать то, что я сейчас сказал.

Когда я повернулся в сторону Жасмин, то она уже бежала на поляну, чтобы проверить это.

Мама сидела рядом со мной, поглаживая мою голову и нежно улыбаясь, будто говоря «ты молодец». Анжела подошла ко мне, буквально уткнувшись своей грудью в моё лицо и радостно воскликнула: «Такой милый и талантливый! Почему же ты не родился раньше?»

Краснея, я заставил себя отодвинуться по дальше от этих грудей, подозревая, что у них есть собственное гравитационное поле. Эти… оружия довольно опасны.

Мой ангел-хранитель, Дерден, был намного спокойнее остальных и просто показал мне большой палец. Он такой классный.

Всю ночь четверо придурков пытались освоить мой финт, в то время, как я спал в палатке с мамой.

Через пару дней мы, наконец, добрались до подножия Большой горы, которая в точности оправдывала своё название.

В пути, Елена успела укротить свою гордость и попросила разъяснить шаговый финт. Я медленно объяснял, какими должны быть расстояния между правой ногой и левой, как правильно сбалансировать вывод маны на обе ноги так, чтобы можно было перекатиться туда, куда вам нужно. Всё это время я видел, как тщательно вслушивались трое других идиотов, пытаясь впитать в себя информацию и делая заметки в уме.

Первых успехов добилась Жасмин. Она казалась холодной, но гениальной. Предполагаю, что это было правдой.

Однажды, когда я учился читать и писать в телеге, она подошла ко мне и, краснея, попросила меня посмотреть на неё.

Нам пришлось остановиться, так что телеги не уехали от нас. После успешной демонстрации шагового финта, я аплодировал и сказал: «Удивительно! Ты так быстро изучила его!»

Хотя это была одна из самых простых методик, разработанных мной, я не стал говорить ей об этом.

«Пустяки» — коротко ответила она. Но улыбка и лёгкое, гордое подёргивание носом доказывало обратное.

Ха-ха, она была счастлива.

Когда мы приехали к подножью Большой горы, все четыре недоумка сумели освоить технику, немного изменив её под собственный стиль борьбы.

Следующим шагом в нашем путешествие был подъём в горы. К счастью, существовал путь, по которому наши две широкие телеги, кружась вокруг горы, в конечном итоге могли добраться до ворот телепортации на вершине.

В передней телеге сидел Дерден и держал вожжи, а отец составлял ему компанию. Внутри телеги была большая часть наших вещей. Елена стояла на крыше второй повозки и следила за местностью. Анжела сидела рядом со мной и моей мамой, а Адам шёл позади, охраняя тыл. В то время как Жасмин рулила нашей повозкой, я заметил, как она изредка поглядывала на меня. Она ожидала, что я покажу ей другие приёмы или что? Каждый раз, когда я замечал её взгляд, она тут же отворачивалась обратно.

Кстати, мне стукнуло 4, когда мы брели по подножию Большой горы. Я не знаю, когда мама приготовила торт или где она его достала (а он был весьма съедобен!), но я не жаловался и с большой улыбкой поблагодарил её и всех остальных. В то время, как каждый обнял меня или похлопал по спине, Жасмин удивила меня, когда протянула мне кинжал и просто сказала: «Подарок»

Ой, она обо мне заботится! Я аж прослезился.

Наше путешествие по горе было довольно скучным. Я провёл много времени, читая мою книгу о манипуляции с маной, пытаясь найти какие-то расхождения между маной и Ки. До сих пор они казались очень похожими, разве что в редких случаях, когда мана Аугменторов может принимать свойства элементов. Читая дальше, я заметил, что у новичков это не так заметно, но у Заклинателей это явно выражается, когда они выбирают магию отдельного элемента.

Например, Аугментор, если у него есть врождённая совместимость с огнём, будет иметь ману со взрывными качествами. Вода же будет иметь более гладкие и гибкие качества. У земли будут твёрдые и жёсткие, а у ветра-острые, как лезвия.

Это странно. В моём старом мире, качества Ки не имели ничего общего с элементами, лишь то, как вы её используете. Формируя Ки с острыми краями, можно получить так называемый «воздушный элемент», а копя энергию в одной точки и лопая её в последний момент можно назвать «элементом огня» и так далее. Конечно же, практикующие могли изучить применение одного из элементов, но и это было редкостью. В основном, Ки применяют в укреплении своего тела и оружия.

Придётся проверить это с маной. Застряв в теле четырёхлетнего юнца и будучи под постоянным наблюдением довольно трудно практиковать.

Я продолжил читать и внезапно услышал голос Елены.

«БАНДИТЫ! ПРИГОТОВИТЬСЯ К АТАКЕ!» — крикнула она и шаги прогрохотали справа и сзади нашей телеги.

«Подумайте о ветре и слушайте меня. Я защищу вас. Воздушный барьер!» Внезапно, я почувствовал порыв ветра, который образовал торнадо вокруг меня, мамы и Анжелы. Затем, ветер образовался в виде сферы, окружившей нас.

Анжела держала свою палочку и концентрировалась на барьере, пока в него летели стрелы, которые не доставая нас, отлетали в разные стороны.

Моя мама притянула меня к себе, пытаясь прикрыть своим телом всё, что может пройти через него. Но спасибо Анжеле, барьер был довольно крепок.

В считанные секунды брезент, покрывавший повозку был порван в клочья и теперь я лучше видел происходящее. Мы были окружены.





Глава 7




Глава 7

На нас напали около 30 бандитов. Наша позиция оказалась весьма невыгодной, поскольку нас окружили бандиты, вооружённые мечами, копьями и другим разнообразным оружием ближнего боя. Справа, на склоне горы, целились лучники, а слева был лишь край тропы, за которым клубился туман.

Жасмин, Дерден и мой отец, кажется, были целы, но Елена сидела на земле с бледным лицом, поскольку из её правой голени торчала стрела.

Лысый мужик, лицо и тело которого деформировали многочисленные шрамы, напоминавший медведя, высказался:

«Посмотрите-ка, кого к нам занесло. Отлично сработано, ребята. Оставьте в живых только женщин и ребёнка. Постарайтесь бить их полегче. Повреждённые товары будет труднее продать»

Товары? Продать?

Я почувствовал, как моё тело наполняется кипящим гневом.

Я был готов броситься на этих грубиянов, почти забывая о том, что теперь я был четырёхлетним ребёнком, когда…

«Среди них только 4 мага и ни одного заклинателя! Остальные же – обычные громилы!» — крикнул мой отец.

Небольшие колебания маны вокруг тела человека делает магов почти неотличимыми от обычных людей, но только если не присматриваться. Неважно, аугментер или заклинатель ли он, если судить по их физической форме и об оружии, можно легко догадаться.

Вспомнив былые деньки авантюризма и руководства «Двумя Рогами», он надел рукавицы и заорал: «Принять защитное построение!»

Адам быстро подбежал к нам и, выставив копьё, прикрывал тыл, а Жасмин и Елена держали фронтальную сторону. Мой отец и Дерден переключили внимание на горную сторону, закрывая нас от лучников. Анжела продолжала держать барьер, но уже готовила ещё одно заклинание.

«Держаться вместе и защищайте мою семью. Не позволяйте врагам навредить им. Земляной Щит!»

Земля прогрохотала и перед Дерденом изогнулась четырёхметровая стена из песка, травы и земли.

В это же мгновение, мой отец рванул вперёд, прикрываясь рукавицами от стрел.

Спустя несколько мгновений, Анжела закончила читать заклинание и обрушила поток ветряных лезвий впереди и позади нас. Сразу же после заклинания, на врагов побежали Адам и Жасмин, атакуя дезориентировавшихся бандитов, пытающихся блокировать шквал клинковых атак. Елена осталась позади, но её лук и стрелы, наконечник которых светился голубоватым светом, были наготове.

Эта позиция идеально подходила для защиты ценных грузов и людей, а второй ряд защиты из заклинателей и лучника-мага был готов атаковать любого, кто мог избежать Адама, Жасмин и моего отца.

«Бойцы идут к тебе, Елена!» — уворачиваясь от булавы, крикнул Адам и упал на землю, чтобы перерубить ярёмную вену несчастного бандита. Его глаза расширились, и он отчаянно выбросил оружие, пытаясь закрыть рану руками, но кровь хлестала сквозь пальцы.

Между тем, бородатый, не молодой мужик, держащий в руках мачете, бросился к Анжеле, пытаясь прервать её заклинание. Хотя ветреные лезвия были не самым мощным заклинанием, но всё же служили отличным отвлекающим фактором.

Я пытался оттолкнуть маму, чтобы заблокировать атаку человека прежде, чем он нападёт на Анжелу, но уже было поздно.

Последовал пронзительный звук *Фух!* и стрела, пробив бронированный нагрудник бандита, отбросила его назад на пару метров.

Взять на заметку: Никогда не злить Елену.

Выпустив и достав ещё одну стрелу, Елена прищурила глаза. Я едва смог заметить, как она собрала ману в своём правом глазу, закрыв другой. После очередного *Фух!* усиленная стрела, игнорируя сопротивление воздуха, мелькнула и поразила ещё одного вражеского рубаку.

Этот человек напомнил мне уменьшенную копию Дердена, только с большими мышцами и зловещим лицом. Он нахмурил глаза и вытянул свой двуручный меч, который был почти равен ему в длине. Со звуком, который напоминал мне удар пули по металлу, стрела оттолкнула его на метр назад, но не сильно навредила ему, поскольку он вонзил меч в землю, дабы остаться на ногах. Но прежде чем у него появился хоть шанс сделать что-то, ещё одна стрела прилетела ему в лоб.

Между тем, Жасмин устроила поединок с довольно сильным аугментером, который использовал длинную цепь в качестве оружия. Жасмин была в невыгодном положении из-за малого радиуса атаки её кинжалов и уворачивалась от беспорядочных атак цепью. Враг, кажется, знал об этом и выпускал несколько провокационных шуточек: «Я хорошенько займусь тобой, прежде чем мы продадим тебя в рабство. Не волнуйся, к тому времени, когда я закончу, ты будешь умолять, чтобы остаться со мной» Ещё одна улыбка искривила его лицо.

Я вздрогнул и сжал кулаки от негодования. Против обычного бандита я бы смог выиграть бой, но против взрослого аугментера? В этом я не уверен.

Стена земли была крепка и ни одна стрела не могла пройти через неё. Левой рукой Дерден направлял в неё постоянный поток маны, чтобы сохранить её от разрушения. Затем, он создал небольшую щель в центре, чтобы взглянуть на моего отца и лучников, которые уже пытались сбежать с поля боя.

«О, мать-земля, услышь мой зов! Пронзи моих врагов. Пусть все они умрут. Разрывающие шипы!»

Почти мгновенно десяток шипов вырвались из-под земли под лучниками. Хотя парочке из них удалось увернуться от шипов, но многие были попросту насажены на них. Крики длились лишь пару мгновений, прежде чем их жизнь угасла.

Это заклинание, кажется, вымотало Дердена. Я мог видеть, как капли холодного пота катились по его лицу.

Моя мать вновь вернула меня на руки и стиснула ещё крепче. Ещё никого из наших авантюристов, кроме Елены, не ранили или убили. К счастью, стрела не глубоко впилась в тело, благодаря укреплению тела маной. Но всё это время мама, с бледным от волнения лицом, крутилась на месте, пытаясь увидеть то, что может причинить нам вред.

Это было немного странно, но я забыл об этом, мысленно заключив, что, поскольку она уже давно не была авантюристом, в отличие от моего отца, то, возможно, попросту отвыкла от подобных ситуаций и беспокоилась о нас.

Бой близился к своему апогею. Эта бандитская группа не подозревала, что каждый из нашей группы был боевым магом (кроме меня, конечно же). Все обычные бойцы были мертвы и остались лишь четверо магов и парочка убегающих лучников.

Жасмин всё ещё сражалась с тем любителем цепей, но тот уже не высказывал колкие комментарии, поскольку приобрёл несколько свежих, кровоточащих порезов.

Адам же сражался с аугментером с двуручным мечом. Боевой стиль Адама напоминал мне змею, с её гибким телом и резкими движениями. Укрепив свое копьё и тело для большей гибкости, его атаки буквально разделялись на несколько выпадов и взмахов. Казалось, он вскоре победит в битве, поскольку владелец меча уже истекал кровью от полученных ран, отчаянно отражая натиск.

Несколько громких ударов отвлекли меня от боя Адама. Мой отец валялся на обломках земляной стены и изо всех сил пытался встать, выплёвывая кровь изо рта.

«Папа!»

Я выбежал из ветряного барьера и встал на колени перед отцом.

«Милый!»

Моя мать подбежала ко мне и начала повторять исцеляющее заклинание.

«Стой! Элис, послушай меня. Не исцеляй меня сейчас. Если ты используешь восстанавливающее заклинание, то они узнают о тебе и попробуют убить, несмотря ни на что»

Моя мама не послушала его и продолжала повторять заклинание, отчаянно мотая головой. Хорошо, что она была упряма.

После попыток убедить свою жену, он повернулся ко мне.

«Арт, слушай внимательно. После того, как мама меня исцелит, бандиты будут пытаться поймать её любой ценой. Я попытаюсь отвлечь их лидера, чтобы выиграть время. Думаю, что смогу победить его, но только если не буду беспокоиться о вашей защите. Возьми свою мать и отправляйтесь вниз по дороге. И не останавливайтесь. Адам откроет путь для вас»

«Нет, папа! Я останусь с тобой. Я смогу сражаться! Ты видел меня в действии! Я могу помочь!» Чёрт, в этот момент я действительно вёл себя как четырёхлетний, но это меня не волновало. Я не собирался бросать свою семью и тех, с кем я подружился за последние полторы недели.

«АРТУР ЛЕЙВИН, ПОСЛУШАЙ МЕНЯ!» — закричал отец в агонии. Я впервые услышал от него такой голос. Голос, каким можно было кричать только в безвыходной ситуации.

«Я знаю, что ты можешь сражаться! Вот почему я прошу тебя помочь своей матери. Защищай Элис и ребёнка внутри неё. Я догоню вас, когда всё это закончится»

Бум…

Защищать Элис и ребёнка внутри неё…

Все кусочки пазла сложились в моей голове. Вот почему она вела себя словно параноик. Вот почему она сжимала меня. Вот почему Дерден и Анжела охраняли нас защитными заклинаниями и атаковали врагов более слабее.

Моя мама была беременна.

«Я собирался сказать тебе об этом, когда мы прибудем в Ксайрус, но…» — не закончив фразы, отец смущённо посмотрел на меня. Он был всё ещё бледен после удара топором от лысого главаря бандитов.

«Хорошо, я защищу маму»

«Молодец. Мой сынок»

Моя мама закончила произносить заклинание и в это время её и отца накрыл яркий золотисто-белый свет.

«Это целительница! Не дайте ей уйти!»

Я быстро схватил руку моей мамы и потянул её прочь, укрепляя себя маной.

Мы вышли к месту, где Адам сражался с бойцом с двуручником.

«Арт, торопись, я задержу его!»

Бандит был явно расстроен невозможностью достать ни меня, ни мою мать из-за Адама. Мы поспешили вниз по склону, когда я услышал слабый *Фух* слева. Действуя на инстинктах, я вскочил и укрепив всё своё тело и меч, попытался остановить летящую стрелу.

*Тук! *

Стрела врезалась в мой деревянный меч, и я отлетел назад. К счастью, стрела не была усилена маной, так что после броска, я сделал сальто и неуклюже приземлился на ноги, используя руки для торможения.

«Что… Бл»

… это всё, что сумел сказать нападавший, прежде чем его проткнула стрела Елены.

«БЕГИТЕ!» — крикнула она и выпустила стрелу в главаря бандитов, поддерживая атаки отца.

Странно.

Жасмин, Адам и мой отец сейчас сражались с боевыми магами

Но разве их было не четверо?

«Дэмиен! Забудь о плане, убей их!» — крикнул главарь.

«Кому он приказывает?»

«… ответь на мой зов и смой всех прочь! Водомёт!»

С горы, один из убегающих «лучников» вскинул руки и направил их на меня и мать. Нас обманули. Это был не лучник и даже не аугментер. Он был заклинателем!

Блять!

У меня не хватало времени, чтобы среагировать прежде, чем двухметровый шар из воды врежется в нас.

Что я могу сделать?

К сожалению, справа от меня была моя мама, а слева была битва между Адамом и его противником. Ну а сзади, конечно же, был край обрыва. Даже если я смогу уклониться от этого, то мама не сможет и её снесёт вниз с горы.

Что я должен сделать?

«Пропади всё пропадом!» — взревел я.

Собрав всю имеющуюся ману в этом проклятом теле, я прыгнул на мать, толкая нас обоих в сторону.

Я быстро понял, что мой сорокакилограммовый организм не сможет сделать достаточного импульса, чтобы оттолкнуть нас от водомёта.

Выбора нет!

Если я умру, то заберу этого ублюдка с собой!

Я сосредоточил ману в своих руках и оттолкнул мою мать подальше от радиуса поражения. В этот момент мне показалось, что всё было как в замедленной съемке, и моя мама смотрела на меня с паникой и недоумением. Она может получить довольно неплохой синяк от этого толчка. Но излечится, если я смогу избавиться от этого заклинателя.

Я вытащил нож, подаренный мне Жасмин и наполнил его маной. То, что я хочу сделать, я раньше проворачивал с Ки в моём старом мире и никогда не пробовал подобное с маной.

После того, как нож наполнился маной, я метнул его подобно бумерангу, целясь в заклинателя, атакующего водомётом. Изгибаясь по краям шара из воды, нож врезался в ногу мага.

Твою ж! Я не убил его. Значит, план Б.

План Б я придумал на тот случай, если мой бросок не сможет убить его. Мне удалось создать тонкую полоску маны, прикреплённую к рукоятке ножа и теперь проникающая в тело заклинателя через ногу.

«Что?!» — крикнул маг, почувствовав боль от ножа, воткнутого в ногу.

При потере концентрации, водомёт потерял форму, но, к сожалению, всё ещё был достаточно силён, чтобы столкнуть меня с обрыва.

Я потянул назад полоску с маной. Маг сконцентрировал водомёт на мне и отталкивал всё ближе к обрыву.

Вот и всё. Я осмотрелся, последний раз взглянув на кончающуюся битву. Отцу и Елене удалось убить лидера. Анжела помогла Жасмин утихомирить бандита с цепью, а Дерден мчался на помощь маме.

Спасибо, Дерден. Она будет в безопасности в его руках. Всё будет хорошо.

Единственное, о чём я сожалею, так это то, что не смог увидеть своего брата.

И всё померкло в черноте. Последнее, что я увидел, был момент, когда заклинатель отчаянно пытался вытащить нож из ноги, падая в пропасть вместе со мной.

Блин. Я всегда хотел быть старшим братом.





Глава 8




Глава 8

Я открыл глаза и моргнул пару раз, чтобы понять то, что я увидел. Я вернулся в своё старое тело. Встав с дивана, я открыл дверь и вышел из своей комнаты в замке. Служанка, которая меня ждала, сразу же поздоровалась.

«Доброе утро, Король Грей»

Даже не взглянув на неё, я продолжил идти, но она все преследовала меня.

Дойдя до двора, я увидел, как ученики выстроились в линию и держали мечи перед собой, а инструктора кричали на них из-за неправильной позиции и плохого контроля дыхания. Один из учителей заметил меня и уважительно поклонился, а все остальные последовали его примеру.

Я жестом приказал им продолжать занятия и пошёл дальше. Открыв двойные двери я встретил перед собой пожилого мужчину с жемчужно-белыми волосами, длинной бородой и изумрудными глазами, которые излучали мудрость и знания. Его звали Марлон, и он был главой Совета.

Хотя я и звался «королём», я всё же считал себя больше прославленным воином. На самом деле, страной, её политикой и экономикой управлял Совет.

Так чем же я занимался?

Титул короля скорее означает, что я этакий человек-армия. Из-за уменьшения числа рождаемости и ограниченности ресурсов, Советы всех стран решили заменить войну на иную форму противостояния. Избавление от войны означало два фактора: уменьшение смертей, что означает рост населения и меньшее разрушение пригодной для жизни земли, которая будет загрязнена в результате ядерных бомбардировок.

Заменой войн стали Дуэли. Всякий раз, когда происходил международный спор, случалась дуэль, и каждая страна отправляла на неё представителя, того, кого они считали самым сильнейшим.

Глядя вверх, Марлон улыбнулся стандартной лживой улыбкой, которая, похоже, была у всех политиков с рождения и воскликнул: «Царь Грей! Что привело тебя в моё скромное жилище?»

«Я ухожу»

Даже не дав ему ответить, я сорвал свой значок и вышел за дверь.

Где я жил все эти годы? Я был сиротой и воспитывался в лагере, где взращивались будущие короли. Мне было тридцать восемь, но я никогда не встречался с девушками, никогда не любил. Я потратил всю свою жизнь на то, чтобы быть сильнейшим.

И для чего?

Обожание? Деньги? Слава?

У меня было всё, но я хочу выбрать ту, другую жизнь в городе Эшбер.

Я скучаю по Элис. Я скучаю по Рейнольдсу. Я скучаю по Дердену. Я скучаю по Жасмин. Я скучаю по Елене. Я скучаю по Анжеле. Я скучаю даже по Адаму.

… Мама…

… Папа…

*Кха, кха!*

Я вновь открыл глаза, но в этот раз мучительная боль подсказала, что это не сон. Я лежу на земле и вижу перед собой листву деревьев и лозы.

Где я?

Почему я жив?

Я попытался встать, но тело меня не слушалось. Единственное, что удалось сделать, так это повернуть голову, вновь почувствовав пульсирующую боль в шее.

Посмотрев направо, я увидел свою сумку. Медленно поворачивая голову влево, скрипя зубами от боли я посмотрел и сразу же блеванул.

Слева от меня было то, что осталось от заклинателя, которого я утянул с собой. Лужа крови окружала его изломанный труп. Я видел рёбра, торчащие из его груди и внутренности, которые вывалились наружу. Конечности были повёрнуты под неестесственным углом, а череп проломлен так, что мозг просачивался через трещины. На лице у заклинателя осталось удивлённое и не верящее в происходящее выражение лица. Я не смог отвернуть голову достаточно быстро и снова блеванул. Вид разлагающегося трупа гораздо хуже, чем чисто убитого соперника. Этот едкий запах и кружащие насекомые вновь заставляли мой желудок выворачиваться.

Как я ещё жив?

Я не понимал, что же со мной случилось. Очевидно, что маг был в сознании всё время пока летел, но я…

Нет, это не важно.

Почему я отключился сейчас не важно. Главное, почему я сейчас не выгляжу как труп или даже хуже. Но я не только жив, но кажется, что даже ничего не сломал.

Я размышлял над возможными ответами, пока не был прерван сильным ворчанием своего живота.

Я вновь попытался встать, несмотря на протесты своего тела. Пока что, я могу двигать только правой рукой и головой. Влив в пальцы ману, я старательно подтащил тело к рюкзаку. Хотя до него ползти надо было лишь два метра, но мне казалось, что я потратил на это целый час. Подтянув его поближе, я нашёл то, что искал. Сушёные ягоды и орехи!

Я с удовольствием съел эти лакомства, которые взял только потому, что мама буквально всучила их мне. Запив еду водой и прокашлявшись, я доел сухой паёк. Закрыв глаза и заплакав, я не заметил, как снова уснул.

Я проснулся от холода и заметил, как из-за гор выплыли первые лучи солнца и наступил рассвет.

На этот раз мне удалось встать, но только использовав часть маны. Внимательно осмотрев своё тело и убедившись, что всё в порядке, я немного расслабился.

Так, первым делом, надо добыть оружие. Дойдя до мага и стараясь не смотреть на его тяжкие телесные повреждения, я нащупал нож в его ноге и быстро вырвал его.

Не знаю, насколько я задержусь здесь, так что оружие мне пригодится.

«О, ты не спишь»

Я мгновенно занял боевую позицию и, держа в руке нож, повернулся лицом к трупу.

Клянусь Богом, если этот труп — говорящий…

«Нет. Не волнуйся о том, что труп ожил»

Этот голос, который, казалось, пришёл из ниоткуда, был почти божественным. Он звучал мощно, но шелковисто и успокаивающе, буквально заставляя доверять ему.

Будучи по-прежнему напряжённым, я ответил ему почти что элегантно.

«Кто ты? Ты тот, кто спас меня?»

«Да. Это ответ на твой второй вопрос. О первом ты узнаешь, когда придёшь в мой дом»

Голос был уверен, что я попробую найти его.

Как будто читая мои мысли, он продолжил: «Я тот, кто сможет вернуть тебя домой, поэтому советую поторопиться»

Его слова имели смысл. Мне нужно вернуться домой! К маме! К отцу! К «двум рогам»! К моему младшему брату! С ними всё в порядке? Они добрались до Ксайруса?

Если голос действительно может вернуть меня домой, то у меня не было выбора.

*Кхм*

«Уважаемый, э-э… мистер голос. Могу ли я узнать ваше местоположение, чтобы почтить вас своим присутствием?»

*Ха-ха*

«Тебе не кажется, что немного грубо называть милую леди «мистером»? Ладно, я укажу тебе путь»

Аааа… так это была женщина.

Внезапно, моё зрение сместилось на высоту птичьего полёта. Что-то подсветило место, находящееся примерно в дне пешего похода на восток, прежде чем зрение вернулось в норму.

«Рекомендую отправляться прямо сейчас. Ночью путешествовать небезопасно» — мягко упрекнул голос.

«Да, мэм!» Я быстро взял свою котомку и пошёл к своей цели.

С каждым шагом я ощущал не сильную боль то в левой ноге, то в правой. То, что сделала та леди, было довольно мощной штукой. Я никогда не слышал и не читал о лечебном заклинании, которое могло был лечить с большой дистанции. Или, может быть, она нанесла заклинание на то место, куда я упал и ушла до моего падения? Тогда откуда она могла знать, куда я упаду и почему она спасла только меня? Чем больше я старался разгадать загадку, тем больше вопросов в ней появлялось.

Услышав слабый булькающий звук впереди, я подошёл поближе и увидел реку.

«Да!»

Я выглядел абсолютно отвратно. Моё лицо и шея всё ещё воняли желудочной кислотой, а на одежде красовались дыры и запечённая грязь. Почти бегом, я рухнул в поток и энергично оттирал своё лицо и тело. После, я постирал одежду и выложил на камень для просушки. Когда я полностью помылся и подошёл к одежде, то услышал…

«Хихихи… как мило»

Рефлекторно, я прикрыл обеими руками своё драгоценные места и прижался к земле, стараясь сделать своё тело как можно незаметнее.

*Ха-ха-ха*

«Не волнуйся, там особо не на что смотреть» — голос, кажется, даже подмигнул мне.

Как грубо! Моя уязвлённая гордость…

Ворча, я решил игнорировать голос и надеть свою одежду.

«Ну не дуйся. Я прошу прощения» *Хи-хи-хи*

АРРРР! Я не должен обращать на это внимание!

После одевания, я порылся в своей сумке и достал остатки сухпайка. Вода ещё осталась, поскольку я долил её в сюртюк из реки. Но еда мне вскоре понадобится и надеюсь, что голос подскажет, где мне её достать.

Оглядываясь вокруг, я начал гадать, где же я находился. Поскольку я упал с горы с восточной стороны, то должен был находиться во владении эльфов. Но не думаю, что сейчас я был в Элшире, поскольку не замечал тумана. Я был на звериных полянах? Нет. Тут нет никаких мана-зверей… только несколько кроликов и птиц. Но в этом месте было очень много маны. Похоже, в основном из-за этого я и оправился так быстро. Но всё же это не объясняет, как я выжил и голос должен был рассказать мне об этом.

Лучше поторапливаться.

Хотя нормальной тропинки и не было, само путешествие было довольно скучным. По мере продвижения к цели, плотность маны была всё гуще и гуще. Игнорируя искушение остановиться и впитать в себя окружающую ману, я решился пойти дальше. Сейчас важнее вернуться домой.

Наверное, они думают, что я мёртв. Я волнуюсь о маме и папе. Не столько о их физическом здоровье, сколько о их психике. Боюсь, что они не простят себе моей смерти. Единственная мысль, которая утешала меня, был тот факт, что мама была беременна. Хотя бы ради нерождённого брата или сестры они будут держаться.

Я достиг того места, куда отправил меня голос, но не видел ничего, кроме камней и деревьев.

«Я рада, что ты пришёл» — сказал голос.

«Приятно познакомиться, э-э… мэм. Миссис Камень?»

*ХА-ХА-ХА*

«Я не камень и не дерево. Между камнями есть проход. Я там»

Оглянувшись, я заметил небольшой провал между двумя камнями, шириной со взрослого человека. Как только я нашёл его, из щели прошёл лёгкий ветерок. Если бы не голос, направивший меня сюда, я бы даже не заметил этот проход.

«Дитя, пройди через проход, но сперва укрепи себя маной»

Наконец-то я встречусь с матерью и отцом!

Не раздумывая, я легко скользнул в щель, укрепив своё тело маной.

«ААААААААААААА» *БУМ*

Голос не предупредил меня, что тут большой обрыв. Теперь догадываюсь, почему она сказала, чтобы я укрепил себя маной.

Потерев свой зад и простонав, я медленно привёл себя в порядок.

«Наконец-то мы встретились, дитя»

Я почувствовал, как моё лицо начало бледнеть и стоял разинув рот и выпучив глаза. Чувствуя головокружение, мои ноги не выдержали, и я вновь упал на ноющую задницу, смотря на того, кто помогал мне всё это время.





Глава 9




Глава 9

«Ч-что ты такое?» — лишь это я смог вымолвить.

В то, что видели мои глаза, мозг просто отказывался верить. Десятиметровый монстр, а именно таким словом можно было назвать того, кто сидел, скрестив ноги, на грубо вырезанной платформе из камня, лениво поддерживая свою голову рукой. Горящие красные глаза смотрели на меня сверху вниз со странным спокойным видом. Два массивных рога огибали его череп, сплетаясь в подобие короны. Изо рта же выглядывали два клыка. Всё тело от шеи до ног покрывал гладкий чёрный доспех без украшений.

Хотя я когда-то был королём, но это существо даже меня сильно пугало. Нет. Тот, кто восседал на гигантской платформе мог склонить к покорности даже самого неверного еретика.

Поскольку раньше в пещере было довольно темно, от меня ускользнул тот факт, что во всём его чёрном доспехе была большая дыра в районе груди, откуда медленно сочилась кровь.

«Наконец-то мы встретились» — сказал монстр с ленивой полуулыбкой, ещё больше показывая свои острые зубы.

Я попытался встать, но всё равно упал, всё ещё находясь в шоке от увиденного.

«Рот закрой, а то мухи налетят»

Класс. По крайней мере у него есть чувство юмора.

*Вздох* «У меня уйдёт немало времени, чтобы открыть портал, который перенесёт тебя домой. Так что располагайся. Тут растут специальные корни, которые довольно съедобны. Живи здесь, пока я не закончу»

Точно. Вот зачем я здесь. Мне удалось восстановить хладнокровие и немного приблизиться к существу.

Глубоко поклонившись, я сказал: «Спасибо вам за всё, что вы сделали и сделаете для меня. Я сделаю всё, чтобы отблагодарить вас»

«ХАХАХА, какой манерный. Не волнуйся, я не хочу тебя использовать. Я делаю это просто потому, что так хочу. Давай же! Присядь рядом и составь мне компанию. Я давно ни с кем не говорила»

Укрепив ноги маной, я довольно неуклюже запрыгнул на платформу.

«Ухх… простите за грубость, но вы совсем не похожи на леди. Как я должен к вам обращаться?» — сказал я, глядя прямо в глаза существа.

*Смешок* «Ты прав. Я точно не выгляжу как леди. Удивительно, почему ты так решил. Хи-хи-хи, меня зовут Сильвия»

Этот гигантский монстр выглядел как угодно, но уж точно не как Сильвия.

«Старейшина Сильвия, не возражаете, если я задам вам пару вопросов?»

«Давай, юноша, хотя может быть, я не смогу на них ответить»

Я тут же выпалил все вопросы, которые вертелись у меня на уме с момента, когда я проснулся и до самой встречи с Сильвией. «Что это за место? Почему ты здесь совсем одна? Откуда ты родом? Почему у тебя такая огромная рана? … Зачем ты спасла меня?»

*Смешок*

«Да уж, у тебя много всего на уме. На первый вопрос легко ответить. Это место представляет собой границу между Звериными Полянами и Лесом Элшир. Никто здесь не бывал, потому что я прогоняла всех тех редких странников, которые забредали сюда. Ты, малыш, первый, кто смог попасть сюда»

«Пожалуйста, называйте меня Арт! Меня зовут Артур Лейвин, но все зовут меня Артом! Вы тоже можете!» Я резко прервался и прикрыл свой рот маленькой рукой. Почему я веду себя так возбуждённо? Надо держать себя в руках!

«Хи-хи-хи… хорошо, малыш, я буду называть тебя Артом!» Её красные глаза остекленели, глядя в даль, когда она отвечала на мой следующий вопрос.

«Насчёт твоего второго вопроса. Я здесь одна, потому что у меня никого не осталось. Не знаю, мудро ли будет обо всём тебе рассказывать, но я нажила себе много врагов, которые отчаянно желают моей смерти. После последней битвы с ними, я получила эту рану. А пришла я… из далёкого далёко, ха-ха!»

Немного задумавшись, Сильвия продолжила рассказ, пристально изучая меня глазами.

«Что касается того, почему я спасла тебя… то я даже не знаю точного ответа на этот вопрос. Возможно, я слишком долго жила в одиночестве и хотела бы с кем-нибудь поговорить. Я впервые заметила тебя, когда твоя команда вступила в бой с бандитами. И когда ты упал с обрыва, спасая свою мать, то я почувствовала, что должна спасти такого хорошего ребёнка. Ты очень храбр. Это редкость даже для взрослого»

Я покачал головой и ответил: «Мне было страшно, и я не знал, что делать. Я просто хотел спасти маму и брата внутри неё» Я не знаю, из-за чего, но в её глазах я был обычным ребёнком.

«Понятно… твоя мать беременна. Тебе, наверное, их очень не хватает. Будь уверен, твоя семья и команда в безопасности. Но они ушли уже очень далеко, и я не могу их почувствовать»

Я чувствовал, как по щекам невольно покатились слёзы. Понятно. Они в порядке. Эта жизнь дала мне почувствовать такие эмоции, о которых в прошлой жизни я не мог даже мечтать.

*Хлюп* «Слава Богу» *Хлюп* «О… они живы… они в порядке…» — промычал я, закрыв лицо руками.

Гигантская рука Сильвии протянулась ко мне, и она нежно потрепала меня по голове пальцем.

Весь день я провёл в разговорах с Сильвией и поедании корней, которые были похожи по вкусу на картофель, но более чёрного цвета.

Мы болтали о всевозможных вещах, чтобы скоротать время, пока она открывала портал. Она спросила меня, как я смог использовать ману в таком возрасте.

«Я была впечатлена тем, что среди людей появился такой маг как ты. Ведь маги просыпаются не ранее десятилетнего возраста и то, в таком возрасте ребёнок не мог понять, как эффективно использовать ману. Однако, ты не только сформировал ядро маны, но и научился пользоваться маной лучше, чем некоторые взрослые»

Я просто пожал плечами и возгордился её комплиментом. «Мои родители говорят, что я гений или что-то типа того. Я умею читать и понимаю, что указано в книгах»

Прошло ещё несколько дней в ожидании открытия портала.

Однажды она, с сожалеющим тоном, сказала мне: «На заклинание нужно ещё немного времени, чтобы безопасно доставить тебя домой. Я не хочу, чтобы портал зашвырнул тебя неизвестно куда. А то и вообще открылся в паре сотен метров над землёй. Пожалуйста, потерпи ещё немного»

Я кивнул и ответил, что пока я знаю, что они живы, то смогу ждать столько, сколько требуется.

За последние пару дней, пока я тренировал своё ядро маны и разговаривал с Сильвией, я заметил несколько вещей.

Сильвия действительно заставила меня задуматься над клише «не суди книгу по обложке». Не смотря на её недружелюбный вид, она была добрая, нежная и терпеливая. Она напоминала мне маму, когда отчитывала за то, что я сделал что-то неправильное. Я говорил о том, что тот маг, с которым я дрался и другие бандиты заслужили более ужасную смерть, и тогда она щёлкнула меня по лбу!

Хотя удар был нежным, но всё же это были пальцы десятиметрового монстра и способны щелчком отправить в нокаут. Я упал и гневно крикнул: «За что?!»

Она подняла меня и посадила на своё бронированное колено, а затем мягко сказала: «Арт. Возможно, ты не ошибаешься в том, что эти бандиты заслуживали смерти. Даже я по этой же причине решила сэкономить свои силы и спасти только тебя. Однако, не позволяй себе омрачать своё сердце мыслями о ненависти. Живи и с гордостью защищай своих близких от вреда. В жизни, ты будешь сталкиваться с разными ситуациями, которые могут быть даже хуже, чем ты можешь представить, но не позволяй горю и гневу разъедать своё сердце и всегда усваивай уроки прошлого, чтобы впредь избегать подобных ситуаций»

Я был ошеломлён тем, что мне читает лекции существо, которое выглядело истинным воплощением зла. Но я это запомнил и кивнул.

И ещё я заметил то, что её рана, казалось, становилась всё больше. Мне было странно видеть, что она была жива с такой зияющей дырой в груди, но быстро привык.

Заметив мой заинтересованный взгляд на рану, Сильвия слабо улыбнулась, мол «Не переживай, малыш, она меня почти не беспокоит»

Однажды, когда я медитировал и использовал различные упражнения, чтобы лучше контролировать свою ману, Сильвия внезапно сказала: «Арт, попробуй поглощать ману во время движения. В идеале, ты сможешь получить по крайней мере часть того количества маны, которое ты получаешь во время медитации, но даже в бою. Несмотря на то, что ты тратишь ману быстрее, чем поглощаешь, ты сможешь постепенно пополнять свои запасы»

Это верно! Я совсем забыл испробовать эту гипотезу. Я привык рассуждать, что поглощение маны и манипуляция с ней это два разных процесса и не переставал думать о моих возможностях в этом мире.

«Хорошо, я постараюсь!»

«Хи-хи, люди слишком прямолинейно мыслят в отношении маны и им труднее отклониться от всего, что они уже испробовали. Тренируйся сейчас, поскольку этот навык можно изучить только когда твоё тело и ядро ещё незрелое. Для мана-зверей это естественно, но люди пробуждаются слишком поздно и в большинстве случаев, их тела уже не смогут приспособиться. Учитывая то, насколько ты молод, то обучиться этому навыку не составит у тебя проблем»

Должен признать, что на первый взгляд это всё очень запутанно. Вы когда-нибудь пробовали сделать упражнения, где вам нужно попытаться превратить свои руки во что-нибудь другое? Вот только мои упражнения были в несколько раз сложнее. Нужно было драться, параллельно фокусируя разум на поглощение маны. Я ещё никогда раньше так много не спотыкался о свои ноги.

А для Сильвии, кажется, наблюдать за этим было своего рода развлечением.

Прошло два месяца, пока я составлял компанию Сильвии, рассказывая ей о своей семье и городе, в котором я родился. И благодаря её указаниям, я всё лучше и лучше справлялся с упражнениями.

Я гордо назвал эту технику Ротацией Маны.

За всё это время можно сказать, что я сблизился с Сильвией. Она относилась ко мне, как к родному внуку, а я привязался к этой демонической бабушке. Наша дружба крепла, и я уже не мог игнорировать то, что произойдёт.

Рана становилась всё больше, как и портал, через который я должен попасть домой.

«Старейшина Сильвия, что происходит с твоей раной? Почему она стала ещё хуже? Такого раньше не было! Ты говорила, что справишься с ней, и она скоро исчезнет! Почему она стала больше?» — сказал я, в один особенно неудачные вечер, когда она уже кашляла кровью.

Я замер на секунду…

Как же я глуп.

Почему я раньше этого не замечал?

Ей становится хуже по мере открывания портала. Она умирает для того, чтобы отправить меня домой. Она жертвует своей жизнью, чтобы я мог встретиться со своей семьёй.

Глаза Сильвии помутнели, когда она поняла, что я догадался. Состроив глуповатую улыбку, она прошептала: «Да, Арт, я умираю. Но не вини себя. Я умираю уже очень долго. Ты только сделаешь мне одолжение, позволив покинуть эту затерянную пещеру чуть быстрее»

Как только она закончила говорить, её тело излучило ярко-золотое сияние. Прикрывая глаза от света, я старался разглядеть то место, где сидела Сильвия. На месте десятиметрового монстра восседал огромный дракон. От рыла до конца хвоста, она была одета в чистые белые мерцающие одеяния. Вокруг её фиолетовых глаз сияли золотые отметины, словно татуировки, спускающиеся до шеи, петляющие вокруг тела до хвоста. Эти отметины напоминали мне очень элегантный, почти небесный, племенной узор, разросшийся во все стороны, как виноградные лозы. Крылья дракона были ярко-белые, украшенные острыми как лезвия мечей, сделанные мастером, перьями.

Золотой свет тускнел до тех пор, пока дракон полностью заменил некогда огромного существа.

«Теперь… я больше похожа на Сильвию?»

«Старейшина Сильвия??? Т… ты – дракон?» — сказал я.

«Теперь, когда я вернулась в эту форму, у нас осталось не так много времени. Да, я – дракон, одна из самых мощных существ. Я сражалась со многими противниками и сейчас погибаю. Они скоро придут за мной и поэтому я хочу, чтобы ты позаботился об этом»

Одно из её крыльев развернулось, и она показала камень, раскрашенный полупрозрачными цветами радуги. Эта красочная аура так резонировала, что заставила меня притормозить, прежде чем взять его, будто я не был достоин.

«Ты всё поймёшь, когда придёт время» — продолжила она, — «Так что не позволяй никому узнать о нём. Большинство никогда не поймёт, что же это такое, но аура их заинтересует»

Сильвия сорвала холодное перо от своего крыла и вручила его мне. «Заверни камень в это, чтобы скрыть ауру»

После этого, некогда божественный сияющий камень превратился в гладкий и обычный камешек.

Когда я изучал камень, завёрнутый в перо, то внезапно почувствовал, как морда Сильвии нежно коснулась моей груди в то место, где было моё ядро маны.

Удивляясь, я посмотрел вверх и увидел, что фиолетовые глаза и золотые отметины Сильвии светились ярче, чем во время превращения. Одним движением языка, она пробила ядро и выдохнула в него фиолетово-золотой дым.

«АААА!»

Недоумение и удивление настолько затуманило мой ум, что я просто стоял и смотрел на неё широко раскрыв рот, пока моя грудь слегка кровоточила.

Я не мог сформировать слова своим ртом, но мой разум разрывался от вопросов и мыслей.

Выражение лица Сильвии казалось ещё более болезненным и слабым, даже для такого могучего дракона. Но моё внимание привлекло то, что теперь её глаза были тускло-жёлтого цвета, а прекрасные татуировки, что некогда оплетали её лицо и тело, исчезли.

Прежде чем я успел спросить, что же случилось, оглушительный грохот прервал меня.

Я посмотрел вверх и увидел, что потолок пещеры был разрушен и из него выглядывала фигура, похожая на прежний облик Сильвии.

Одетый в гладкий чёрный доспех и кроваво-красный плащ, который соответствовал его глазам. Бледные фигуры имели серую кожу, которая отлично соответствовала облачному небу. Однако, рога у них были другие. Оба рога извивались вокруг ушей и вытягивались к подбородку.

«СИЛЬВИЯ! Советую тебе отдать камень и облегчить нам работу, прежде чем умереть! Ты уже доставила нам достаточно неприятностей, прежде чем скрылась!» — взревело существо.

Даже не глядя на фигуру в небе, Сильвия накрыла меня крылом, скрывая от взгляда незнакомца.

«Я открою портал прямо сейчас. У меня не было времени, чтобы отрегулировать его прямо на твой дом, но он доставит тебя в людное место. Не позволяй ему увидеть тебя и не оглядывайся назад» — прошептала она и её глаза торжествующе заблестели.

«Сильвия! А как же ты? Ты не пойдёшь со мной? *Чих* Что с тобой будет???»

Больше не контролируя себя, я заплакал и слёзы потекли по моему лицу.

«К сожалению, я не могу пойти с тобой. Даже если я попробую, то он найдёт меня. Нет. Мне нужно остаться здесь»

«Ты не должна! Нет! Я не позволю тебе умереть здесь. Пожалуйста! Пойдём со мной!»

Сильвия аккуратно вытерла слёзы с моих щёк и сама, тоже плача, сказала:

«Ты спросил меня однажды, почему я решила спасти тебя. Правда находится в моей жадности. Я хотела оставить тебя и воспитывать как собственного ребёнка. Я намеренно затягивала заклинание транспортировки, чтобы провести с тобой больше времени, но кажется, что его у меня больше нет. Мне жаль, Артур. Прости за мой эгоизм, но у меня есть к тебе просьба… ты можешь ещё раз назвать меня бабушкой?»

«НЕТ! Мне плевать на всё это! Я скажу это столько раз, сколько ты захочешь, лишь бы ты пошла со мной! Бабушка! Бабушка! Ты не можешь! Пожалуйста!»

И прежде чем я смог обнять Сильвию в последний раз, она толкнула меня в портал, который образовался рядом с ней.

Я едва смог разобрать то, что она говорит, прежде чем Сильвия исчезла из виду.

«Спасибо, дитя моё»





Глава 10




Глава 10

Путешествовать через портал было довольно странно. Будто бы мир вокруг меня ускорился.

Я приземлился на траву упав на колени, всё ещё сжимая голову руками и всхлипывая.

Её больше нет.

Я больше никогда не увижу её.

Эти две мысли спровоцировали очередную волну эмоций, и я снова начал плакать.

Я вспомнил, как я провёл почти 3 месяца вместе с ней. Как заботливо она обращалась со мной, будто с собственным сыном. Меня совсем не волновало то, что она задерживала открытие портала, чтобы подольше побыть со мной. За всё время, что я провёл с Сильвией, она многому обучила меня и дала то, чего я бы не смог найти сам.

От горя, я свернулся в позу эмбриона и закрыл глаза.

Внезапно, я ощутил, как в моей голове раздался голос из ядра маны.

«Кхе-кхе! Проверка, проверка… Отлично! Привет, Арт, это Сильвия»

Моё сердце трепыхнулось, и я моментально отреагировал на голос: «Сильвия! Я здесь! Ты слышишь…»

«Если ты это слышишь, значит я показала тебе то, кем я являюсь на самом деле…»

Ох. Это какая-то запись, которую она внедрила в меня, проколов небольшое отверстие в моём ядре маны.

«… Прямо сейчас ты не готов узнать всю правду. Зная тебя, если я скажу, что я дракон, парящий в небесах, ты убежишь от меня. Арт… тебе чуть больше четырёх. Но глядя на твоё тёмно-красное ядро, я понимаю, что у тебя есть редчайший талант. Но вот что я хочу сказать. Я волью в тебя свою уникальную волю. Этого не может сделать никто другой, кроме меня. Твой будущий прогресс как мага, зависит от того, насколько хорошо ты сможешь использовать мою волю, которую я внедрю в твоё ядро…»

Так вот почему перекрасились её фиолетовые глаза и исчезли золотые отметины!

«В тот момент, когда твоё ядро маны достигнет уровня выше белого, тогда ты снова услышишь мой голос. Тогда я объясню всё и тебе предстоит сделать свой выбор»

Есть что-то выше белого уровня?

«И напоследок, Арт… я знаю, что ты сейчас горюешь, но у тебя есть семья, которая позаботится о тебе и тот камень, который я тебе доверила. Я лишь хочу, чтобы ты не забывал о радостях детства, упорно тренировался и заставлял меня и своих родителей гордиться собой. Не поддавайся своей ярости. Убийство тех, кто убил меня не вернёт Сильвию к жизни и не сделает тебя счастливым. Для всего есть причины, и я не жалею о том, что произошло. На этом, я с тобой прощаюсь. Защищай свою семью и камень, изучай те приёмы, которым я обучила тебя и наслаждайся жизнью, Король Грей»

Это моё имя из старого мира. Она знала все это время! Она открыла что-то в моём ядре маны? Смогла заглянуть в мои воспоминания? Так много вопросов, но того единственного, кто мог ответить на них уже не было в живых.

Я молчал и не двигался какое-то время, глубоко задумавшись.

Сильвия была права. Она сказала всё это зная, какой была моя прошлая жизнь. Я не совершу прежней ошибки и не буду жить в тренировках. Я буду сильным, но проживу свою жизнь без сожалений. Так, что Сильвия будет мной гордиться. Мне нужно поторопиться и добраться до моей семьи. Но где же я?

Оглядываясь, я понял, что окружён деревьями, которые возвышались над моей головой. А густой туман стелился по земле.

Деревья и неестественно густой туман…

Я был в Элшире.

*Вздох*

Поднявшись с колен, я погрузился в мысли. Похоже, я ещё не скоро встречусь с семьёй. Прошло уже больше 3 месяцев в тех пор, как я упал с утёса. Моя семья, скорее всего, либо вернулась в Эшбер, либо решили остаться в Ксайрусе.

У меня не было ничего, кроме одежды и этого странного камня, завёрнутого в перо Сильвии. Проклятый туман ограничивал видимость, я едва мог рассмотреть ближайшие пару метров. Усиление своих глаз маной немного помогло, но я всё ещё не знал, в каком направлении мне нужно идти, чтобы выбраться из этого места. Я запустил Ротацию маны в своём теле, кажется, я к ней даже привык. Сейчас я могу поглощать только 20% от того количества, которое я могу получить при медитации, но это только начало.

Единственный недостаток ротации маны заключается в том, что он не помогает укреплять своё ядро маны. Для того, чтобы очистить ядро и перевести его на следующую стадию, я должен сосредоточиться исключительно на сборе маны из окружающего пространства, чтобы вывести примеси из своего тела. Я заметил, что после того, как ядро стало тёмно-красным, я смог хранить ещё больше маны. Так как ядро не увеличивалось, то я предположил, что чем чище ядро, тем больше маны я смогу собрать.

Я поднялся по дереву и уселся на ветке. Сконцентрировав ману в глазах, я осматривал окрестности. Я искал не выход отсюда, а какие-нибудь признаки людей. Сильвия сказала, что портал выведет меня в скопление людей, так что я надеялся встретить авантюристов, которые могут вывести меня из леса.

Через пару секунд я нашёл то, что искал. Похоже, я был прав. Тут были люди.

Я спрыгнул с ветки и направился к ним. Остановившись в паре метров от них, я спрятался за стволом дерева.

Что-то не так.

«НЕЕЕТ!!! ПОМОГИТЕ! КТО-НИБУДЬ, ПОЖАЛУЙСТА, ПОМОГИТЕ! МАМА! ПАПА! НЕЕЕЕТ, Я БОЮСЬ!!!»

«Кто-нибудь, заткните её! Она привлечёт внимание!»

*ТУК*

«Быстрее, положи её в телегу. Мы всего в паре дней езды до горного хребта. Там безопаснее. Не расслабляемся и идём дальше»

«Эй, босс! За сколько ты её хочешь продать? Эльфийки способны на многое, не так ли? Она ребёнок, значит, точно девственница! Не сомневаюсь, нам много за неё отвалят!»

Работорговцы!

Я внимательно осмотрелся и увидел небольшую повозку, способную перевезти пятерых взрослых. Обернувшись, я заметил, как мужчина несёт к телеге маленькую девочку. Она выглядела лет на 6-7 с серебряными светлыми волосами и длинными ушами, которыми известны эльфы.

Что мне делать? Откуда они знают, как выбраться отсюда? Магический туман в Элшире настолько плотен, что разглядеть что-либо в нём тяжело даже при усилении маной.

Но тут я увидел ответ на мой второй вопрос.

К повозке крепились поводья с мана-зверями, похожие на смесь оленя и собаки, с большими разветвляющимися рогами. Я читал об этих зверях в энциклопедии, которую взял с собой. Эти гончие отлично знают Элшир и перемещаются в нём даже лучше эльфов.

Как эти бандиты получили таких редких мана-зверей, я не знаю, но мне нужно придумать план.

Вариант первый: украсть одного из лесных гончих, который выведет меня из леса.

Вариант второй: Похитить похитителя эльфийки, чтобы она помогла мне.

Вариант третий: убить всех работорговцев и освободить эльфийку, забрать гончих и вернуться домой.

Задумавшись на пару минут, я столкнулся с дилеммой. Первый вариант был самым простым, но совесть мне не позволит бросить эльфийку на верную гибель.

Хотя кто знает, может, её купит старый добрый человек, который будет хорошо с ней обращаться и будет отпускать домой каждые пару месяцев!

… но это вряд ли…

Второй вариант имел очевидный недостаток. После того, как я спасу девчонку, она не выведет меня из леса, да и работорговцы наверняка мне этого не простят. Третий вариант был самым лучшим, но и самым трудным, учитывая, что их было четверо, а я один. Из-за тумана я не мог почувствовать, были ли они магами, но я предполагаю, что хотя бы один уж точно должен быть. А то, что они смогли поймать эльфа в лесу означало, что они не дилетанты.

Вот блять! Значит, вариант три.

Я дождался наступления ночи и начал исполнять задуманное. Работорговцы наверняка были настороже. Они не разводили огонь и выставили двух человек в патруль.

Я использовал шанс, когда один из двух охранников перешёл на другую сторону телеги, чтобы успокоить лесных гончих, которых я разбудил аккуратно брошенным камнем.

Один бандит сидел на поваленном бревне, вертя что-то в руках, а двое других спали в палатке. Осторожно прокравшись к повозке, я приготовился к атаке.

Я пошёл к тому, который успокаивал гончих.

Прокравшись к долговязому бандиту, я увидел, что он был вооружён лишь ножом. Услышав мягкие шаги, долговязый обернулся, ожидав увидеть хорька или крысу. Но увидев меня, четырёхлетнего мальчишку в разорванной одежде, его лицо исказила смесь удивления и смеха.

Прежде чем он успел что-либо сказать, я сделал выпад к его шее. Влив ману в свою руку, я сделал её острой, словно меч. Это был так называемый стиль меча в моём старом мире, но здесь его было бы точнее назвать ветряной техникой.

Он рефлекторно вздрогнул, пытаясь руками закрыть своё лицо от парня, напавшего на него.

Слишком поздно. Я быстро провёл пальцем по его ярёмной вене, заодно перерезав голосовые связки и другие крупные сосуды. С шеи тут же обильно потекла кровь, и я положил его на землю, бережно придерживая бездыханное тело, чтобы избежать шума. Как и ожидалось, гончие, почувствовав запах крови доходяги очнулись ото сна и начали лаять без умолку.

«Эй, Пинки! Что за идиот, даже гончих успокоить не может… Что за?!»

Я уже достал нож Пинки и ожидал его возле угла телеги.

В то время, пока охранник пялился на труп Пинки, которого уже обгладывали гончие, я вышел из-за спины и проткнул ножом его шею.

Гончие успокоились и начали жрать два трупа. Отойдя в сторону палатки, чтобы убить оставшихся двух бандитов во сне, произошло то, что я не рассчитал в своих планах.

«ПОМОГИТЕ!!! МАМА! КТО-НИБУДЬ! ПОЖАЛУЙСТА!!!»

Господи Боже! Ну почему именно сейчас!

Как по команде, в палатке раздался шорох и их неё вышли два работорговца. Я услышал, как один из них проворчал: «Пинки! Дьюис! Мелкая проснулась! Какого чёрта вы двое…»

Пинки и Дьюис? Что за дурацкие имена!

Он не закончил свою фразу, поняв, что что-то случилось.

Я быстро спрятался за деревом рядом с повозкой и влил ману в нож Пинки.

Оба бандита обогнули повозку и выпучили глаза на своих бывших компаньонов, которых уже почти сожрали лесные гончие.

Используя этот шанс, я атаковал ближайшего противника, но тот заметил меня и чуть не порезал моё лицо своим клинком.

Быстро ныряя, я размахнулся, всё больше усиливая ману в ноже и перерезал его правую Ахиллесову пяту.

«БЛЯТЬ!!!»

Здоровой ногой он замахнулся на меня, пытаясь отогнать подальше, прежде чем я смог бы нанести ещё удары.

«Дантон, осторожнее! Я думаю, что он какой-то маг» — крикнул боец, которому я перерезал сухожилие.

Я увидел, как Дантон вытащил свой меч и встал в оборонительную стойку.

«Да уж, чего только в наше время не увидишь! Кажется, к нам только что сам прибежал мешок с золотом, так ведь, Джордж? Спорю, что за него отвалят столько же, как за эту эльфийку. Жаль, что он не девчонка»

Этих ублюдков даже не волновало то, что я убил их друзей.

Дантон укрепил своё тело маной и пошёл ко мне с уверенной ухмылкой, выгравированной на его щербатом лице.

У Джорджа повреждена нога, так что он – не боец, но этот Аугментер доставит мне проблем.

Аугментер по имени Дантон внезапно исчез из моего поля зрения и появился надо мной, готовясь нанести удар. Он, кажется, не хотел рубцевать меня мечом, поскольку так я буду стоить меньше денег. Что ж, так для меня даже легче.

Я вовремя отпрыгнул, чтобы избежать удара, который оставил небольшую яму в земле и бросил нож. Я использовал тот же трюк, который я провернул с заклинателем, стащив его с обрыва, но этот маг был более опытным. Он срезал полоску из маны мечом и поймал нож своей свободной рукой.

Чёрт!

Сейчас я в очень невыгодном положении. Дантон, кажется, был довольно низок для своего возраста, но компенсировал это шириной плеч. Также, у него был меч, так что запросто мог до меня дотянуться.

Дантон понёсся на меня и швырнул нож, который я кинул в него. Я увернулся, но не успел осознать, что это был обманный манёвр и он, взяв меня за ногу, перевернул вниз головой.

Это мой шанс! Хватаясь за руку, которая держит меня, я использовал технику огня и, сконцентрировав всю ману на кулаке, ударил по его запястью.

*ХРУСТ*

«ТВОЮ МАТЬ!!!»

Его рука была сломана, и он отпустил мою ногу. Быстро вскочив на ноги, я подобрал нож Пинки и рванул к Дантону. В это время, он всё ещё держался за раненное запястье и выкрикивал ругательства: «Теперь ты сдохнешь, урод! И меня не волнует, что я не получу за это деньги!»

Его запястье было брешью в обороне. Перебросив ману на свои ноги, я ударил его в бок, и Дантон взмахнул саблей вниз.

Он купился на это!

Быстро разворачиваясь на левой ноге, я переметнулся направо. Взмахнув саблей, бандит оставил свою правую часть совершенно не защищённой.

Работорговец сразу же попытался отпрыгнуть, но я подставил ему подножку, заставив Дантона потерять равновесие. Сделав быстрый удар, я вонзил свой нож прямо через щель между рёбрами в лёгкие.

После этого, его было довольно легко прикончить.

Теперь я остался один на один с Джорджем.

Я не мог использовать меч Дантона, потому что он был слишком тяжёл для моего тела, так что нож Пинки был моим единственным оружием. Которым я и перерезал Джорджу его ярёмную вену. Бедняга не мог ни сражаться, ни сбежать со своей раненной ногой и умер с удивлённым выражением лица. Таким же, какое было у тех двоих его товарищей, которых уже сожрали гончие.

Думаю, что девчонка эльф поняла, что рядом происходит бой, поэтому затихла.

Я поднялся к задней части телеги и заметил, как она прячется за тряпками. Она сомнительно посмотрела на меня, её глаза как будто говорили: «Ты тот, кто спас меня?»

Пока я развязывал её, она молчала, не отрывая глаз от моего лица.

Я устал и чувствовал себя отвратно. Но всё же помог ей встать и просто сказал: «Тебе нужно вернуться домой»

*Всхлип, всхлип*

Она не знала, был ли я другом или врагом, но как только я это сказал, волна облегчения захлестнула её напряжённое лицо, и она сломалась.

*Всхлип* «Мне было так страшно! Они собирались продать меня!» *Всхлип* «Я думала, что больше никогда не увижу свою семью!» *Всхлип* «УАААААА»





Глава 11




Глава 11

Прошёл почти час, прежде чем маленькая эльфийка успокоилась. Я не виню её. Похищение довольно сильно психологически влияет даже на взрослого, а тем более на ребёнка.

Я просто сидел и ждал, пока она успокоится, поглаживая её голову.

*Всхлип* *Всхлип*

«Что случилось с плохими людьми?» — удалось ей сказать.

Не зная, должен ли я рассказать семилетнему ребёнку об убийстве, я просто отмахнулся, сказав «Эм… я позаботился о них, так что с нами всё будет хорошо»

Она с недоверием посмотрела на меня. Глядя на неё, я думаю, что в будущем она будет очень красива.

У этой семилетней девчонки были длинные светящиеся серебром волосы, которые элегантно спускались к её плечам. Приглядевшись, можно было заметить, что волосы были не совсем серебряными, с небольшим оттенком бронзы. В сочетании с её уникальными бирюзовыми глазами миндалевидной формы, эта эльфийка вызывала загадочные чувства. Её задорный нос слегка покраснел от плача, а розовые губы дрожали, выделяясь на светлой коже.

«Те люди, которые пытались похитить тебя больше не будут преследовать нас. Как думаешь, ты сможешь сама вернуться домой?»

И тут же, её охватила паника и на глаза навернулись слёзы, а обе руки сжали мою рубашку.

Она ничего не сказала, но всё было понятно и так.

*Вздох* «Слушай, мне тоже нужно домой. Разве эльфам в лесу не безопаснее?»

Она яростно качнула головой в знак несогласия: «Звери боятся только взрослых… родители предупредили меня, что детей могут съесть собаки или деревянные големы»

Раньше я бы удивился этим деревянным големам, но вряд ли можно найти что-то удивительнее превращения демонического короля в дракона.

Почёсывая переносицу, я пытался придумать какое-нибудь решение.

«Далеко ли идти до того места, где ты живёшь?»

Всё ещё держась за мою рубашку, она посмотрела вниз и пробормотала: «Я не знаю…»

Отлично. Я вздохнул и сказал, что отведу её.

Королевство Эленор находится где-то на севере леса. Надеюсь, там есть телепортационные врата, которые могут отправить меня в Сапин.

Я сказал эльфийке, чтобы подождала меня в повозке, пока я соберу всё необходимое. К тому же, я не хотел, чтобы она видела изувеченные трупы работорговцев. Даже меня от вида на них подташнивало. Найдя рюкзак, явно слишком большой для четырёхлетнего, я аккуратно сложил и запихнул в него палатку, небольшой бурдюк воды и сухие пайки. Затем, я подобрал нож Пинки с места битвы между мной, Джорджем и Дантоном.

«Уходим»

«Ага!» — она кивнула и спрыгнула с телеги. Я убедился, чтобы она не смотрела на другую сторону, где лежали трупы, и мы выдвинулись.

Эльфийку звали Тессией Эралит и ей едва исполнилось 5 лет, значит, она всего лишь на год старше меня.

Из разговоров во время прогулки я сделал вывод, что она была довольно сдержанной и стеснительной девочкой. Она очень вежлива со мной, и в целом, была очень приятным попутчиком. Возможно, если мне не нужно было бы идти сейчас домой, вместо похода с ней, я был бы в прекрасном настроении.

Наступила ночь, и я предложил остановиться и поставить палатку.

У нас не было штанги, поддерживающей палатку, но вместо этого я привязал его между двумя деревьями, а концы придавил камнями. После того, как палатка была установлена, я подошёл к рюкзаку и достал два пайка, один из которых протянул девчонке.

«Большое спасибо…»

«Знаешь, ты не должна быть так вежлива со мной. Я же моложе тебя, к тому же мне будет намного комфортнее, если мы будем общаться на равных» — проговорил я с набитым сухой едой ртом.

«Ладно, я попробую!»

Подумав, я продолжил есть. Возможно, у неё очень строгие родители. Но может, это просто в природе эльфов.

Мы сели на дерево рядом с палаткой и продолжили общение.

«Ты можешь мне рассказать о людском королевстве?» — внезапно спросила она с блеском в глазах.

«Что ты хочешь узнать?»

«На что похожи людские города? Сколько в них людей? Правда ли то, что вы человеческие мужчины – извращенцы и имеете несколько жён?»

*ТЬФУ*

От неожиданности я выплюнул еду изо рта. Ох уж эта девчонка!

*Кашель*

«Нет, это незаконно. Только королевские семьи и прочая знать могут иметь несколько жён» — сказал я, вытирая рот.

«Теперь понятно!»

Да неужели?!

Я начал объяснять ей, какого мне было жить в Эшбере и о моей семьи, а потом спросил:

«На что похожа жизнь в Эленоре?»

«Эм…» — она немного задумалась, прежде чем ответить.

«Я не думаю, что тут слишком много различий, кроме того, что всем детям нужно ходить в школу, чтобы учиться писать и читать. Когда мы просыпаемся, то нас приписывают к учителям, и мы изучаем их дисциплины. С этого момента, почти всё время мы проводим в тренировках с мастерами»

«Понятно…»

Я встал с земли и подал руку, чтобы помочь ей подняться. Она слегка покраснела, но, может, это лишь показалось мне во тьме.

«Иди спать в палатку, я постою на страже»

Я увидел, как она подумала немного и посмотрела на меня с полными решимости глазами.

«Я не против разделить палатку с тобой…»

«Да нет, я не хочу сейчас спать» — оборвал я её.

Её уши слегка опустились?

«Ладно…»

Она ушла в палатку, а я присел рядом и начал медитировать.

Для начала, нужно было проверить моё мана-ядро. Сильвия отдала мне что-то под названием «воля», но как она повлияет на ядро? Присмотревшись по ближе, я заметил несколько отметин, как вдруг…

«А-Артур?» — Тессия высунула голову из палатки.

«Что-то не так?» — спросил я, повернув голову к ней.

«Ну, понимаешь… звери скорее всего почуют тебя и увидев, что ты ребёнок, наверняка нападут, так что я предлагаю тебе зайти в палатку» — в этот момент, Тессия выглядывала из палатки только одним глазом.

«Пфф… Тессия, ты боишься спать одна?»

«Нет-нет, что ты! Я просто предлагаю самый лучший вариант ради нашей безопасности!»

Я решил немного подразнить её и сказал: «Ну тогда я заберусь на дерево и буду сторожить оттуда… «ради нашей безопасности»

«Ууу…»

И тогда, она полностью спряталась в палатке и тихонько пробормотала:

«Я боюсь спать одна…»

Хах, ладно, хватит дразнить.

Открыв створку палатки, я вошёл внутрь.

«Ура!»

Она тут же легла, повернувшись ко мне спиной, и я ясно увидел, что её уши уже ярко покраснели. Нужно перестать дразнить её, иначе я к этому привыкну.

Спустя пару мгновений, она перевернулась и спросила:

«Можно я подержу тебя за рубашку?»

Я и забыл, что она всего лишь ребёнок. Похищение, разлука с семьёй и не знание того, увидит ли она своих родителей когда-нибудь ещё раз. Для неё всё это очень тяжело.

Прижавшись поближе, я мягко и добро погладил её по голове.

Она закрыла глаза и, взяв меня за рубашку, быстро заснула. Я тоже уже начал отключаться и уснул сидя.

Проснувшись, я открыл глаза и огляделся. Посмотрев вниз и увидел, как голова Тессии лежит у меня на коленях, а тело скрючилось рядом.

Осторожно встряхнув её, я сказал: «Тессия, вставай, нам нужно идти»

Она медленно проснулась, но поняв, в какой она позе, резко вскочила и выпалила: «Извини! Я не хотела… тяжело?»

«Хах, нет, не волнуйся об этом. Давай сложим палатку»

Её щёки порозовели, но она кивнула, и мы упаковали все вещи в рюкзак, прежде чем выйти в путь.

Ещё несколько дней прошли довольно буднично. Парочка лесных гончих попытались подойти к нам, но я бросил в них усиленный маной нож, и они разбежались в страхе. Ночи я проводил в палатке с Тессией и всё больше привыкал к ней. К счастью, на пути мы не встретили деревянных големов или других сильных зверей.

«Ты можешь сказать, как далеко мы сейчас от Эленора, Тессия?» — спросил я её на четвёртый день нашего путешествия.

«Совсем недалеко! Думаю, если нам ускорить шаг, то к вечеру мы уже дойдём!»

«Отлично» Чем быстрее я отведу её, тем быстрее я смогу попасть домой. Хотя, признаюсь, я буду скучать по ней.

«Артур? Ты сказал, что твоя семья и близкие называют тебя Артом. Не возражаешь, если и я буду звать тебя так?»

«Что? А, нет, не возражаю» — ответил я с широкой улыбкой.

«Хе-хе, ладно! Тогда, пожалуйста, зови меня Тесс, хорошо?» — проговорила она, стыдливо наклонив голову вниз.

Мы продолжили идти весь остаток дня, совершив только пару коротких остановок, чтобы отдохнуть и поесть. Я не слишком устал, поскольку был под воздействием ротации маны, но Тесс быстро утомлялась.

После маленькой остановки, мы продолжили идти вперёд, совершая последний рывок. Некогда застенчивая и скрытая эльфийка лучезарно улыбалась, заставляя моё сердце биться быстрее. Она дразнила меня, говоря, что я должен называть её старшей сестрой, поскольку она старше меня на пару лет. В ответ я подражал ей, когда она ревела «УАААА… МАМОЧКА, Я БОЮСЬ!» Она густо покраснела и ударила меня по руке, прежде чем надуться и скрестить руки. «Хм! Выскочка!»

Ах, тебе нужно её обнять, Артур!

Наступили сумерки и казалось, что туман вокруг нас становился всё толще и толще. Если бы не Тесс, то я бы тут наверняка заблудился и ходил кругами.

Внезапно она обернулась и со счастливым лицом сказала: «Мы пришли»

Оглядевшись, я увидел только деревья и туман. Смутившись, я уже хотел было спросить, не заблудились ли мы, но остановился, когда Тесс сложила ладони трубкой и тихо пропела.

Неожиданно, туман втянулся в то дерево, которое я увидел, и оно превратилось в деревянную дверь, стоящую сама по себе на земле.

Тесс потянула меня к ней. Когда она открыла её, то я увидел нечто похоже на портал, через который отправила меня Сильвия.

Испытав те же ощущения ускоренной перемотки, мы мягко приземлились на ноги, прибыв в пункт назначения. Увидев то, что открылось передо мной, я замер от благоговения.





Глава 12




Глава 12

Нетронутые

Именно это слово появилось у меня в голове после взгляда на город эльфов. Похоже, мы телепортировались прямо у входных ворот. Я увидел здания из нефрита, казалось, что они буквально вырезаны из огромного камня. В структурах не было абсолютно никаких трещин и временных дефектов.

Но ещё более впечатляющим это место делали деревья, которые переплетались со зданиями, придавая городу более великолепный, естественный вид. Некоторые ветви были даже толще самих зданий.

Землю же покрывала сочная трава, и только узкие тротуары и дороги были сделаны из гладкого камня. Хоть большая часть города была скрыта в тени деревьев, сами здания источали тёплую люминесценцию, а по улицам плавали небольшие светящиеся шары. Это было самое красивое, что я видел когда-либо за обе свои жизни.

Пока я стоял с открытым от изумления ртом, туман впереди меня немного колыхнулся, и я пришёл в себя.

Группа эльфов, кажется, охранников появилась буквально из ниоткуда. От этих воинов веяло величием, а их чёрные костюмы с золотой отделкой подчёркивали стиль. У стражей имелись рапиры, привязанные к их талии, но меня удивило, что у них не было ауры.

Аугментеры и Заклинатели неосознанно излучают слабую ауру из-за неконтролируемой утечки маны из их тел. Это была одна из тех причин, почему я, способный контролировать собственную ману, смог поймать врасплох и победить тех работорговцев.

Когда стражи приблизились, я понял, что они были Аугментерами и отлично контролировали ману, не допуская утечек, поэтому с ними были шутки плохи.

Внезапно, пятеро воинов преклонили колено, опустили лицо и приставили руку к груди.

«Добро пожаловать, принцесса»

Охуеть.

Тессия – принцесса этого королевства?

Хотя я старался отпустить руку Тессии, она сжала её ещё сильнее и проговорила холодным и апатичным голосом, от которого у меня пробежали муражки.

«Вы можете идти»

Они встали, но всё ещё держали руку возле груди. «Принцесса, мы прибыли сразу же, как увидели, что кто-то использовал королевские врата телепортации» — сказал рыцарь, — «Пожалуйста, расскажите нам, что произошло…»

Прежде чем он успел договорить, я услышал вопль.

«Мой ребёнок! Тессия, ты в порядке? О, моя малышка!»

К нам бежали мужчина средних лет и женщина. По короне на голове у мужчины и диадеме на лбу у женщины я понял, что они были королём и королевой.

Король был высок и хорошо сложен, но носил свободную и украшенную одежду. Его изумрудные глаза был и направлены вверх, а губы напряжены и соответствовали его короткой стрижке в стиле «милитари».

Хотя король имел отличный, хоть и несколько сдержанный внешний вид, королева была просто шикарной. Она была не молода, но возраст не мог скрыть её красоты. У неё были круглые глаза светло-голубого цвета, полные и розовые губы, длинные завитые серебряные волосы и фигура, по которой было почти невозможно сказать, что эта женщина была матерью.

Они оба бежали к нам. Слёзы катились по щекам женщины, а отец пытался сдерживать их, но у него не вышло.

Я повернулся и увидел, что Тессии явно полегчало, и она сама уже начинает рыдать. Я отпустил её руку и мягко подтолкнул навстречу родителям.

Тессия бросилась к своим родителям, которые упали на колени и зарыдала, уткнувшись в них лицом.

Позже всех пришёл старик, который наверняка был бывшим королем. Его черты лица были настолько острые, что казалось, будто он мог убить кого-то лишь своим взглядом. Его волосы были ослепительно белыми, а лицо чисто выбрито. Дедушка ничего не сказал, но при виде Тессии у него потеплели глаза.

Потребовалось пара минут, чтобы Тессия и её родители немного успокоились, а в то время охранники пристально наблюдали за мной.

Король встал и даже его красные глаза не могли испортить веющее от него благородство.

«Как король Эленора и отец Тессии, я извиняюсь за мой внешний вид и, что более важно, благодарю тебя за помощь в возвращении моей дочери домой» — сказал он, — «Пожалуйста, пойдём с нами к дворцу, чтобы мы могли услышать, что же произошло»

Я просто кивнул в знак согласия и собрался пойти за ними, но Тесс подошла ком не и снова взяла меня за руку, из-за чего окружающие странно и удивлённо посмотрели на нас. Мне стало неловко, и я хихикнул и почесал висок, не зная, что сказать в такой ситуации.

Подойдя ближе к дворцу, я увидел то, что было вместо него – гигантское дерево. Чтобы его окружить, потребуется пара сотня людей. Кора была белая, словно мрамор, и я предположил, что она окаменела.

Войдя внутрь дерева, я был приятно удивлён великолепным интерьером. Две изогнутые лестницы окружали гигантскую люстру в середине потолка. Она была похожа на те светящиеся шары, разбросанные по всему городу.

Спокойно и размеренно, приветливые слуги сервировали большой прямоугольный обеденный стол на первом этаже. Отец Тессии сидел во главе стола, а я был напротив него. Королева и Тесс заняли места рядом с королём, а дедушка был по другую от них сторону.

Положив руки обоими локтями на стол и переплетя пальцы, король сказал:

«Так как тебя зовут, ребёнок?»

«Простите меня за то, что поздно представился. Меня зовут Артур Лейвин, я из отдалённого городка в королевстве Сапин. Приятно познакомиться с вами, король, королева и старейшина» Я встал и слегка поклонился каждому из них перед тем, как сесть обратно.

Нормального разговора не получится, если они будут обращаться со мной как с ребёнком.

И король, и королева, и даже стражники за их спинами, были в шоке от моего зрелого поведения, в то время, как на лице старика пробежала лишь удивлённая ухмылка. Тессия застенчиво мне улыбнулась.

Вернув себе самообладание, король продолжил.

«Кажется, ты гораздо умнее своей внешности. Прости меня за моё предубеждение. Меня зовут Алдуин Эралих, а это моя жена – Мериал и мой отец – Вирион. Расскажи нам то, что произошло. Мы бы хотели услышать твою версию»

Отмахнувшись от извинений, я начал рассказывать свою историю. Постаравшись более смутно описать моё прибытие в Элшир, я упомянул, что оторвался от своей семьи, когда мы нарвались на бандитов и выжил только благодаря удаче.

Также, я им сказал, что был магом. После этого последовала очередная волна донельзя удивлённых взглядов даже от Тессии. Из-за того, что на нашем пути не встретились серьёзные опасности, я не упоминал ей о своём владении маной.

Меня удивило то, что дедушка внезапно проявил интерес к разговору и начал смотреть на меня, сложив руки.

Я продолжил свой рассказ о том, как заметил повозку работорговцев, которые несли связанного ребёнка и собирались уезжать.

При этом король ударил обеими руками по столу и сказал с грозным взглядом:

«Так и знал, что это люди…»

Эй, полегче! Что за расизм!

Я поправил его, сказав, что «поскольку они были работорговцами, то их жертвой могли стать не только эльфы, но и люди»

Это успокоило короля и он, закашлявшись, сел обратно.

«Я не спросил Тесс… *кхм* Принцессу об этом, но мне любопытно, как группка работорговцев смогли выкрасть принцессу этого королевства?» — спросил я, почти выдав тайное прозвище Тессии. Навряд ли её так называли в кругу семьи.

Король слегка смутился, прежде чем сказал: «У меня и моей жены были небольшие разногласия с Тессией и она решила немного взбунтоваться и убежать. Мы посчитали, что лучше дать ей время, чтобы остыть немного, прежде чем вернуть её, потому что мы знали, куда она обычно убегает, когда дуется на нас, но, к сожалению, по дороге её встретили лю… работорговцы»

Ах… сбежавшая принцесса. Я выпустил небольшую ухмылку в сторону Тесс и она ответила мне высунутым языком.

Я решил немного опустить борьбу с работорговцами и сказал:

«К счастью, мне удалось поймать бандитов врасплох и сумел с ними разобраться, а затем развязал принцессу и сопроводил её до дома»

«Четырёхлетнему ребёнку удалось «удачливо» убить четырёх взрослых аугментеров и ты об этом говоришь, как будто это было сущим пустяком» — крякнул старик, откинувшись на стуле так, что только две ножки касались пола.

«Да. Половина из них спали, а остальные даже не сторожили, так что избавиться от них было не сложно»

Старик лишь лениво пожал плечами.

После рассказа, я прочистил горло и решил спросить то, зачем и пришёл.

*Кхм* «Как я уже говорил, прошло уже много месяцев с тех пор, как я расстался со своими родителями. Я не планирую оставаться в вашем королевстве надолго, поэтому мне интересно, есть ли у вас телепортационные врата, которые могли бы меня отправить в город Ксайрус или же в Сапин»

«Что?!»

«Ты уже уходишь, Арт?» — Тессия в панике взметнулась со своего места.

Её мать и отец были в шоке, а дед выдал ехидный оскал и захихикал.

«Не думаю, что людям стоит оставаться надолго в этом королевстве. Кроме того, я хочу убедиться, что моя семья в безопасности и передать, что со мной всё хорошо» — ответил я с глуповатой улыбкой.

*Кашель*

«Люди не бывали в нашем королевстве вот уже двести лет и ты, Артур, первый человек, который попал в столицу нашего королевства – город Зестер. Однако, спасение нашей дочери и сопровождение её до дома заслуживает награды…»

Я быстро взглянул на Тессию, как её серебристые волосы покрывали лицо.

«… к сожалению, врата телепортации, связанные с королевством Сапин открываются только раз в 7 лет на совете между тремя расами. С момента последнего совета прошло лишь 2 года, так что только через пять лет врата заработают вновь» — продолжил король.

А счастье было так близко…

«Однако, мы готовы послать группу стражей, которые сопроводят тебя до дома. Ты прав, говоря о том, что людям лучше не оставаться в нашем королевстве. Хоть некоторые из нас терпивы к людям, многие всё ещё припоминают давнюю вражду между нами» — печально улыбнулся он.

Согласившись, я кивнул. По крайней мере, я смогу спокойно вернуться домой.

«А теперь, пожалуйста, чувствуй себя как дома. Мы всё подготовим к завтрашнему утру. Советую тебе не бродить по улицам по причинам, упомянутым ранее»

Король щёлкнул пальцами и красивая эльфийка-горничная выбежала и отвела меня в комнату.

Я многое не понимаю об этом городе. Вот взять хотя бы этот душ. Это был простой водопад, который, казалось, естественным образом стекал с крыши на пол. Однако, поток воды был постоянен, беззвучен и удивительно приятной температуры, достаточной, чтобы можно было расслабиться в нём.

Одев шелковые одежды и короткие штаны, я положил камень Сильвии нагрудный карман и вновь попытался изучить своё ядро маны.

Прошло тридцать минут и я, не добившись какого-либо результата, уже собирался лечь спать, когда вдруг услышал стук в свою дверь.

«Входите!»

Открыв дверь, я встретил дующуюся на меня Тессию, которая слегка толкнула меня в грудь.

«Дурак! Почему ты ведёшь себя так негостеприимно с моей семьёй?» — сказала она, пройдя мимо меня и сев на кровать.

«Ну, во-первых, ты не сказала мне, что ты принцесса этого королевства!» Покачав головой, я взял Тессию за руку и повёл из комнаты. Дети мы или нет, не думаю, что её родители обрадуются, увидев Тессию в комнате мальчика.

«Пойдём, покажешь мне замок! Ведь скорее всего я уже не вернусь сюда когда-либо»

Вот чёрт. Не нужно было ей это говорить.

*Всхлип* *Всхлип*

Тессия разрыдалась и пыталась говорить во время плача:

«Арт! Я не хочу, чтобы ты… *Всхлип* уходил…»

«… Ты первый… *Всхлип* человек, которого я считала своим лучшим другом…»

Я просто нежно погладил её по голове и вытер её слёзы свободной рукой.

Мы вышли во внутренний двор в задней части замка. Плавающие шары испускали неяркое, люминесцентное свечение, создавая в ухоженном саду тёплую атмосферу.

Блин… вот если бы мы были хотя бы на десять лет постарше…

Не успев закончить свою мысль, я почувствовал опасность. Через миллисекунду, слабый блеск выдал стрелу, направленную в Тессию. Я оттолкнул плачущую принцессу и поймал стрелу рукой, усиленной маной.

*Фьють!*

В этот момент я заметил фигуру в чёрном, атаковавшую нас. Схватив стрелу я быстро рванул к убийце.

*Дзынь*

Я столкнулся лицом к лицу со стариком, которого видел раньше!

Отпрыгнув от него, я гневно крикнул: «Какого чёрта?! Почему вы пытались убить нас?»

*Смешок*

«Парень, эта игрушка может немного ранить, но уж точно не убьёт»

Я посмотрел вниз на свою руку и увидел карандаш, размером со стрелу, с притупленными концами и покрытый слоем чего-то похожим на резину.

Он обманул меня!

«Хаха! Хорошая реакция, просто отличная! Я и не думал, что ты сможешь поймать мой маленький сюрприз и используешь его для блокировки моей следующей атаки! Действительно невероятно! Однако, твоё использование маны было довольно посредственно!»

Затем он бросил в меня деревянный меч, подходящий для моего роста и достал такой же, только немного больше.

«Атакую!» Даже не дав мне времени, чтобы встать в стойку, он бросился на меня.

Вот же старый проныра!

«ХХА!» Я немного опустился к земле и рванул к врагу, подгадывая скорость для удара. Целясь в пальцы, я сжал меч и ударил снизу-вверх, укрепив всё своё тело.

Прямо перед тем, как меч ударит по рукам старика, он буквально исчез из моего поля зрения и меч прошил лишь воздух.

Я оглянулся назад и увидел его, стоящего в паре метров от меня.

Какого хрена?

«А ты способный сопляк, не так ли? Похоже, придётся взяться за тебя по-серьёзному! – ухмыльнулся дедок.

Его скорость увеличилась. Используя опыт тренировок и боёв из моей прежней жизни и этой, я мог удерживать его в поле зрения, но вот возможность видеть его и быть в состоянии реагировать на его атаки-это две разные вещи.

Чёртово тело! Я чувствую себя как мешок с песком!

Я блокировал его удары, но каждый третий непременно попадал по мне.

Не взирая на техники, этот старикан атаковал меня используя лишь свою скорость. Я смог оставаться на ногах только потому, что использовал методики управления мечом и ногами.

Примерно через десять минут избиения деревянным мечом, я начал замечать некоторые закономерности в нападениях деда.

Когда он вновь промелькнул мимо меня, чтобы ударить горизонтальным выпадом по ногам, я вложил всю ману в свои ноги и отпрыгнул, целясь мечом в его голову.

*БУХ*

От удара раздался громкий звук, а старикан не удержался на ногах и споткнулся.

«ХАХАХАХА! Думаю, что я это заслужил!» — сказал он, потирая распухший лоб.

Тессия сперва была удивлена, но поняв, что это был обычный спарринг, успокоилась. Когда всё закончилась, она вскочила и подошла к старейшине.

«Дедушка! Ты слишком сильно ранил Арта! Нужно было с ним полегче!» — сказала она и ущипнула деда.

«Ай! Это больно, малышка. Хаха, боюсь, если бы я ослабил хватку, то Артур с лёгкостью избил бы меня»

Он мелькнул передо мной и положил свою руку мне на грудь.

«Как я и думал. Использование маны просто ужасное. Твоё тело – бардак!»

Я лишь попросту пялился на него. Не важно, ки или ману, я использовал её по полной. Хотя, у этого тела были временные ограничения, которые не позволяли мне полностью раскрыть свою силу, никто не мог говорить мне, что моё использование маны ужасно.

Дедуля, заметив мой сомнительный взгляд, взял мою руку и положил на свою грудь. Закрыв глаза, я сосредоточился на мане в его теле.

«Как… как я раньше никогда не задумывался о вот таком использовании маны?»

«Хаха! Вы, люди, имеете такой узкий взгляд на манипуляции с маной. Но твои техники управления мечом и боевой опыт просто невероятен. Как ты узнал обо всём этом?»

«Я просто читал книги и учился у своего отца» — сказал я, почёсывая щеку.

«Книги, да? Хм… Я решил. Сопляк! Ты станешь моим учеником!»





Глава 13




Глава 13

От его слов я остолбенел.

Что сказал этот старикан?

«Что? Серьёзно?!» — смог я ляпнуть.

Он просто наклонил голову и сказал: «Ну да»

«Н-ну, потому что я человек! Нам запрещено даже находиться в вашем королевстве. Кроме того, мне нужно убедиться, что моя семья в порядке и сказать им, что я ещё жив»

Дед немного подумал и заговорил:

«Ты без проблем сможешь жить здесь, если я замолвлю за тебя словечко. Что касается твоих родителей… малыш, тебе прямо необходимо встретиться с ними лично?»

На этот раз пришлось задуматься мне.

«Думаю, что личная встреча не обязательна. Хотя я и скучаю по ним, но самое главное – выяснить, как они поживают и дать им знать, что я в порядке»

«Тогда я жду тебя возле усадьбы завтра в 6 утра»

Прежде чем он ушёл, я попросил: «Подождите! Я не понимаю, почему вы хотите обучать меня. Кроме того, вы слишком спешите. Я не могу вернуться домой и провести немного времени с моими родителями, а потом вернуться сюда и тренироваться под вашим руководством?»

«Я хочу, чтобы ты был моим учеником потому, что я чувствую в тебе потенциал. Парень, бесчисленное множество людей и эльфов просили меня обучать их. Но ты знаешь, скольких я взял себе в ученики? Ни одного! Эти юные сорванцы слишком скучны для меня. Они думают, что только потому что они из богатых и знатных семей, то уже достаточно сильны, чтобы просить меня обучать их…»

Я насупил брови, не понимая, к чему ведёт старик.

«… но ты – другой. Я знаю, что у тебя исключительный талант в манипуляции маны и только Бог знает как, но ты владеешь ею лучше, чем я, но не по этой причине я решил учить тебя. Малыш… я хочу спросить, ты – Укротитель Зверей?» — после этих слов ухмылка исчезла с его лица, и он смотрел на меня с мертвенно-пристальным взглядом.

«Укротитель Зверей? О чём вы говорите?» — я был в замешательстве. Хотя уже было далеко за полночь, и старейшина отправил Тессию спать, но похоже, что этот разговор ещё не скоро закончится.

«Давай зайдём внутрь и поговорим» — сказал он, ведя меня в гостиную с креслами и камином.

Старейшина присел на кресло и продолжил: «Давай начнём с самого начала. Я полагаю, ты знаешь о том, что у мана-зверей тоже есть ядра маны, как у людей, эльфов и гномов, верно?»

Я кивнул в ответ.

«Каждая раса имеет свои ядра маны, которые различаются по качествам»

Он взял лист бумаги начал рисовать диаграмму.

Вода – лёд

Земля – растения, гравитация.

Огонь – магма, металл, молния.

Ветер – звук.

«Вот четыре основные элементы и их высшие формы. Формами могут управлять только маги, у которых есть прирождённая предрасположенность к «базовому элементу», т.е. девиантности. У каждых рас есть свои качества…»

Он написал краткое описание под каждой расой.

Люди

Человеческие маги обладают способностью манипулировать всеми 4 базовыми элементами и только у этой расы есть девианты, способные управлять высшими формами. Также, у них есть девианты, которые находятся вне 4 элементов и именуются целителями. Поэтому их мана-ядры самые разнообразные.

Эльфы

Маги эльфов могут управлять только водой, ветром и землёй, но гораздо сильнее остальных. У нашей расы также есть особая черта, которая позволяет чистокровным эльфам управлять растениями. Однако, у эльфов нет девиантов, которые могут управлять высшими формами воды, земли и воздуха.

Гномы

Карлики-маги могут манипулировать землёй и огнём, но, как и эльфы, способны управлять ими гораздо сильнее других. Их отличительная черта заключается в том, что абсолютно все гномы умеют управляться с металлом — формой земли, а также магмой – формой огня так, что даже людские девианты не сравнятся с ними, не говоря уж о эльфах. Однако, им подвластны только эти два элемента и большее им не доступно.

«Подождите, я не понимаю. Почему люди не могут управлять растениями и магмой?» — спросил я, переваривая информацию.

«Хороший вопрос. Только эльфы могут управлять растениями, которые являются высшей формой живой природы, потому что наши предки произошли из этого элемента, но это моё сугубо личное мнение. Дворфы же могут манипулировать металлом и магмой потому, что веками изучали и использовали эти элементы»

Я начал подсознательно тереть переносицу, пытаясь обработать новую, тяжёлую для меня информацию.

«Хорошо. Я понимаю разницу между тремя расами, но как это вообще связано со мной, Укротителем Зверей? Что это вообще значит?»

«Я всё к этому и клоню, сопляк!» — рыкнул старик.

«Звери маны отличаются от трёх гуманоидных рас тем, что каждый вид имеет свои особые характеристики. Перечислять их можно было бы до бесконечности, поэтому я приведу тебе простой пример. Маги, авантюристы они или нет, подразделяются на классы: E, D, C, B, A, AA и SS. Эта классификация подходит и для зверей. Взять хотя бы Звукового Ястреба. Он является зверем класса B и имеет способности ветра и звука. Те же способности присущи их ядрам маны. Если вытащить из животного его ядро и дать его эльфу или человеку, специализирующемуся на воздушном элементе, то их обучение пойдёт гораздо быстрее, чем обычная культивация маны из окружения»

Я с нетерпением ожидал, как старейшина Вирион выпил стакан воды и продолжил:

«Однако! Когда мана-зверь достигает класса А или выше, то они могут передать свою «волю», или, точнее говоря, способности, одному человеку. Я назвал теля укротителем, потому что в твоём ядре есть воля животного, по моим оценкам, не просто S класса, а SS. Я смог это почувствовать только потому, что сам являюсь укротителем, и я смог приручить Теневую Пантеру класса АА»

Так вот как ему удалось так чертовски быстро двигаться.

Заметив мой взгляд, старик Вирион хихикнул: «Да, юнец, в той драке я нападал на тебя используя волю пантеры. Но я дрался лишь вполсилы»

Он может двигаться ещё быстрее?

Всё начинает проясняться: странные, бледные отметины, которые появились на моём ядре маны после того, как Сильвия ударила по нему и сказала, что мой дальнейший прогресс будет зависеть от понимания своей силы.

Мои глаза наполнились слезами, я не смог сдержаться и заплакал.

«Должно быть, ты прошёл через многое, парень. Я не собираюсь выдавливать из тебя ответы, но одной из причин, почему я решил быть твоим наставником, это то, что у тебя не так много времени» — сказал дед тёплым, но строгим голосом.

*Шмыг* «Что вы имеете в виду?»

«Сила твоего ядра маны слишком велика для незрелого организма. Прошло не так много времени и поэтому ты это не ощущаешь, но если ты не научишься контролировать своё новое ядро маны, то оно уничтожит твоё тело» Его глаза смотрели прямо на меня, рассеивая все сомнения, которые у меня когда-то возникли.

«Я понимаю. Кажется, у меня нет выбора, кроме как стать вашим учеником. Однако, я всё же должен убедиться, что моя семья в порядке и дать им знать о себе. Вы что-то упоминали об этом ранее, да?» — сказал я, пытаясь обуздать свои эмоции.

«Ха-ха! Отныне, зови меня просто дедушкой. Мой первый ученик должен хотя бы уметь называть меня так. И кто знает, может, я на самом деле стану твоим дедушкой» — подмигнул он.

Тьфу! Втягивать Тессию в это просто неправильно!

Продолжая, он сказал: «Завтра мы навестим моего старого друга, который позаботится о твоих волнениях. Но мне нужно от тебя максимальное усердие. Даже я не знаю, как долго займёт твоё обучение основам звериной воли. За все двести лет своей жизни, я никогда не видел такого молодого мага, не говоря уж о том, что он – укротитель зверей. Ты изменишь этот мир, юнец. Это уж точно»

Я покраснел от смущения и почесал щёку.

«Ложись спать, малыш. Завтра будет трудный день. Тебе нужно отдохнуть»

Я встал и поклонился, чтобы пожелать ему спокойной ночи. «Доброй ночи… дедушка»

Он усмехнулся и махнул мне. Я пришёл к себе в комнату и плюхнулся на кровать.

Я проснулся и крякнул, почувствовав, как тяжесть разливается по моему телу.

Все заботы, бремя и надежды, которые возлагают на меня, тяготят даже во сне.

«Доброе утро, Арт! Просыпайся!»

Я открыл глаза и увидел, что тяжесть приняла форму молодой леди, очень похожей на мою подругу Тесс.

«Давай же, соня! Тебе скоро нужно встретиться с дедушкой! Эй! Не спи!» — она села на меня сверху и прыгала вверх и вниз.

Она знает, как неприлично это может выглядеть для других? Хах… истинная невинность.

«Я понял! Я встаю, Тесс! Пожалуйста, слезь с меня, чтобы я мог встать» — пролепетал я, всё ещё полусонным голосом.

«Хе-хе… Арт, твоя прическа такая смешная. Эй, это правда, что ты собираешься остаться здесь ненадолго? Мне об этом сказал дедушка сегодня утром! Я так счастлива! Ты действительно остаёшься? Верно?» — кричала Тесс с широкой улыбкой на её милом лице.

Откуда у неё столько энергии в такую рань?

Пытаясь причесаться, я ответил: «Я узнаю об этом наверняка после поездки со старейшиной Вирионом, но скорее всего, я останусь тут на какое-то время, принцесса»

Она пронзила меня взглядом: «Не принцесса! Тесс! Т.Е.С.С! И я расстроюсь, если ты не будешь называть меня так»

Чёрт, она выглядела ещё милее, когда дулась.

«Ладно! Я пошёл в душ и буду собираться. Так что, если ты не хочешь увидеть меня голым, то тебе лучше покинуть комнату, Тесс» — сказал я максимально развратно.

«Ууу! Я ухожу от тебя, извращенец!» Я успел заметить, как её уши порозовели, и она выбежала из комнаты.

Не думаю, что моё четырёхлетнее тело созрело «по мужской части».

Я просто пожал плечами и прыгнул в душ, убедившись, что камень, завёрнутый в перо всё ещё был в моём халате.

Дворецкий открыл дверь и я увидел дедушку Вириона и Тесс, сидящие в небольшой карете.

«Отец! Люди не имеют права жить в нашем королевстве!»

«Алдуин прав, старейшина Вирион. Несмотря на спасение Тессии, чему я очень благодарен, пребывание человека на нашей земле против всех традиций!»

Я слышал, как король и королева переругивались с дедушкой, лениво откинувшимся на спинку кресел в карете.

«Тьфу! Плевать на традиции! Мне понравился этот юнец, да и Тессии тоже, разве не так, малышка?» — сказал он.

«Дедушка! Это не так! Он просто…» — она замялась в конце, покрываясь краской.

«Хахаха! Так или иначе, отныне он будет под моим непосредственным руководством, поэтому убедитесь, чтобы все знали, что он – не чужак!»

«Но, отец…»

«Хватит! Это не обсуждается! О, малой! Ты пришёл! Иди сюда! Нам нужно спешить!» — выражение его лица сменилось на улыбку, когда он увидел меня.

Я кивнул и запрыгнул в карету, избегая хмурящихся взглядов короля и королевы.

Пока мы ехали, я спросил дедушку Вириона: «Дедушка, а куда мы едем? Ты сказал, что нам нужно встретиться с твоим давним другом»

«Ха-ха! Дедушка, да? Так то лучше! Что касается того, куда мы едем, пусть это будет сюрпризом»

Тессия заснула и положила свою голову мне на плечо. Должно быть, она устала просыпаться в такую рань.

«Позаботься о ней, Арт. Она росла почти в одиночестве» — вдруг сказал дед, глядя с состраданием на свою спящую внучку.

«Что ты имеешь в виду?»

«Жизнь принцессы всего королевства довольно трудна для ребёнка. А расти без друзей ещё тяжелее. Её очень часто предавали люди, которые дружили с ней только из-за личных выгод. Это сделало Тессию холодной к окружающим людям. Представь, как были мы удивлены, увидев вас, держащихся за руки»

«Да, я заметил это, когда она разговаривала с охранниками» — добавил я.

«Артур. Тессия стала более счастливой, улыбчивой, чем раньше. Рядом с тобой, она наконец-таки чувствует себя ребёнком. За это, я благодарю тебя» — он погладил меня по плечу.

Это был первый раз, когда дедушка Вирион поблагодарил меня, чем поймал врасплох.

Карета остановилась, и водитель открыл дверь, говоря, что мы уже приехали.

«Эй, Тесс, мы приехали» — я осторожно подтолкнул её.

«Ммм…» Она, наконец, проснулась и мы вышли из кареты к маленькой избушке.

«Эй ты, старая ведьма! Выходи!» — кричал дедушка Вирион, колотя в дверь.

Внезапно, дверь открылась и мы увидели сгорбленную пожилую женщину с седыми волосами и морщинистыми глазами, в которых, казалось, смешались все цвета разом. Одетая в простое коричневое платье, она осмотрела нас, пристально изучая взглядом.

«Вы слишком долго ехали сюда!» — пробурчала она.

«Хахаха! Артур! Позволь представить тебе Ринию Даркассан. Она очень особенный девиант среди эльфов» — объявил дедушка Вирион.

Она погладила Тесс по голове и сказала: «Рада видеть вас снова, Вирион и, очаровательная Тессия»

А глядя на меня, она улыбнулась: «Наконец-то мы встретились, Артур. Я Риния. Прорицательница»





Глава 14




Глава 14

За столом сидели дедушка Вирион, Тессия, прорицательница Риния и я.

«Эм… Старейшина Риния, вы сказали, что являетесь прорицательницей, да? Я немного не совсем понимаю, что это. Дедушка сказал, что при встрече с вами я смогу передать весточку своим родителям» — спросил я, с интересом вглядываясь в кувшин с водой.

«Хе-хе-хе! Дедушка, да? Никогда бы не поверила, что ты позволяешь каким-то соплякам называть тебя так, Вирион» — хихикнула старушка.

«Тьфу! Он – особенный! Исключение из правил! Если бы любой другой мальчишка посмел назвать меня «дедулей», то я бы подвесил его вниз головой и избил кактусом!»

Оу. Больно, наверное.

Глядя на меня, она пробурчала: «Юнец! Ты даже не знаешь, где твои родители, но собираешься обыскать весь Сапин, чтобы найти их, а затем жить как ни в чём не бывало? Да если бы ты решил уйти сегодня, то был бы уже мёртв»

Я удивлённо посмотрел на дедушку Вириона. Он всё ей рассказал? И будто прочтя мои мысли, он рассмеялся и сказал: «Я ничего не говорил Ринии. От неё очень сложно что-либо утаить, но она обычно не интересуется делами других людей. Что заинтересовало тебя, Риния?»

«Мы оба знаем, что он особенный. Настолько, что даже я не могу увидеть некоторые части его жизни. Артур, я не знаю, какой зверь дал тебе свою волю, но он явно был очень необычным. Я почти уверена, что он был класса SS» Старуха немного задумалась, а потом продолжила.

«Но хватит об этом. Артур, ты здесь, чтобы увидеть своих родителей, значит, вот что нужно сделать. Закрой свои глаза и представь своих родителей. Сосредоточься на их внешности и мане. Я позабочусь обо всём остальном»

Я закрыл глаза и представил последний раз, когда я был со своими родителями. Мой отец тяжело ранен, а мать его исцеляет.

«Хорошо, теперь ты можешь открыть глаза»

Я посмотрел на неё и увидел, как цвет её глаз постоянно изменялся, а вода в кувшине бурлилась, образуя спиральный диск. Внезапно, в отражении в воде я увидел своих родителей.

*Бух*

Я рванул поближе к столу и стул, на котором я сидел, с грохотом падает на пол. Я увидел своих родителей, мирно сидящих за обеденным столом. Похоже, они сейчас не в нашем доме в Эшбере. Лицо моей матери было бледным, и она что-то говорила отцу. Похоже, она слегка похудела, но в остальном вполне здорова. Её живот! Сейчас выпуклость на её животе была довольно заметна и все видели её беременность. А мой отец выглядит также, как и раньше. Хотя и отрастил бороду, да одел какую-то униформу.

Я не смог сдержать слёз и даже не пытался их вытереть, глядя на изображение моих родителей.

Они живы! И с ними всё в порядке! Всё хорошо.

*Шмыг* «С-спасибо, старейшина Риния. Спасибо вам за то, что показали мне это» — пролепетал я.

Кажется, её слегка смутила моя искренняя благодарность.

«Кхм! Давай-ка посмотрим, где они сейчас»

Изображение отъезжает, и я увидел дом, в котором они жили и это точно было не в Эшбере. Картинка уменьшилась ещё раз, и я увидел план города»

«Похоже, они обжились в Ксайрусе. Так даже проще» — сказала Риния, с довольным выражением лица.

Тесс переживала обо мне, когда я заплакал и погладила меня по спине, но тоже не отрывала взгляда от бурлящей воды.

«Родители Арта…» — услышал я её бормотание.

Дедушка Вирион хлопнул в ладоши и встал.

«Отлично! Артур, пусть твои родители знают, что ты жив!»

По рассказам дедули, коммуникации между королевствами Эленор и Сапин строго контролировались. Однако Риния, будучи прорицательницей, не входила под ограничения Сапина и это давало ей в некотором смысле безграничную свободу действий.

«Когда процесс будет запущен, я начну вливать в тебя свою природную ману, создавая временную связь. Когда я дам сигнал, начинай говорить, как будто бы разговариваешь со своими родителями. Они будут слышать твой голос внутри своей головы, так что могут сперва не поверить сказанному. Убеди их в том, что это действительно ты и они не сошли с ума. Помни, мы делаем это для того, чтобы дать им знать, что ты жив. Я собираюсь пустить твой голос в головы твоих родителей. Долго держать связь я не могу, поэтому тебе нужно уложиться в две минуты» — сказала она, глядя на меня со всей серьёзностью.

Я кивнул и приготовился.

«Иии… Давай!»

Всё её тело начало светиться тем же цветом, какой отражался в её глазах, и я заметил, что этот свет покрывает и меня.

Я глубоко вздохнул и начал:

«Привет мам, пап. Это я, ваш сын Артур. Вы, наверное, очень удивлены, услышав мой голос в вашей голове, да? На это есть причина. Но я хочу, чтобы вы знали, что я жив и невредим. Мне удалось пережить падение со скалы и сейчас я живу в королевстве Эленор вместе с эльфами. Пожалуйста, никому об этом не говорите. У меня не так много времени, поэтому я буду говорить только о самом главном. Мой друг – такой же девиант как и ты, мама, но она – прорицательница, поэтому я смог увидеть, что вы сейчас делаете и поговорить с вами. Я хочу вернуться к вам как можно скорее, но сейчас я этого не могу. Нет, я в безопасности и в порядке, но… у меня есть своего рода болезнь тела и от неё нужно избавиться, прежде чем я смогу вернуться. Не волнуйтесь, я пока останусь здесь и эльфы мне помогут в полном исцелении. Поэтому, пожалуйста, не волнуйтесь за меня. Я не знаю, когда ещё раз смогу поговорить с вами, но я очень рад видеть, что вы живы и целы. Помните, никому об этом не говорите. А ещё лучше, продолжайте говорить всем о том, что я мёртв, так даже лучше. Моё исцеление может занять несколько месяцев, а то и лет, но будьте уверены – я обязательно вернусь домой. Я люблю вас *шмыг* очень сильно и скучаю по вам. И папа, позаботься о том, что мамин ребёнок будет в безопасности. Мама, *шмыг* пожалуйста, позаботься о папе. Всего доброго, ваш сын, Арт»

Я не смог сдержать слёз и продолжал тереть глаза, тщательно вытирая их. Свечение тускнеет вокруг обоих нас, и старейшина Риния выглядит очень усталой. Она вспотела, а её лицо побледнело. «Госпожа Риния, я не знаю как благодарить вас за всё это» — удалось проговорить мне.

Слабо улыбнувшись, она сказала — «Хорошо тренируйся и продолжай заботиться о своих близких. Вот так ты меня и отблагодаришь. И ещё! Не забывай время от времени заглядывать ко мне. Старой бабушке иногда бывает одиноко, хе-хе-хе…»

Я так крепко обнял её на прощание, что она едва вырвалась. Пока мы выходили из домика, я заметил, что Тесс немного дуется на меня.

Она что, ревнует?

К тому времени, когда мы вернулись в замок, уже стемнело. Горничная поприветствовала нас по прибытии, но, не успев вернуться в свою комнату, я увидел короля и королеву.

Король подошёл ко мне и сказал: «Артур, я знаю, что ты слышал то, о чём мы говорили сегодня утром, и я извиняюсь за это. С годами царствования я стал немного старомодным и упрямым, и не хотел, чтобы ты тут находился»

Королева взяла за руку своего мужа и продолжила его речь:

«Теперь ты первый ученик старейшины Вириона. Это является достаточно уважительной причиной, чтобы принять тебя у нас. Да и даже не смотря на этот факт, мы благодарны за спасение нашей дочери. Отныне, пожалуйста, считай это место своим домом. Я знаю, что ты очень скучаешь по родителям и если это хоть как-то тебя утешит, то не стесняйся и обращайся со мной как с родной матерью» — сказала она с искренней улыбкой.

«Папа! Мама!» — сказала Тесс, прикрывая руками лицо, а затем подбежала к ним и крепко обняла.

Я улыбнулся и поблагодарил их. Они хорошие люди и просто заботились о своём королевстве.

Дедушка Вирион улыбнулся мне и воскликнул: «Юнец! Твоё обучение начинается с завтрашнего утра, так что ложись спать пораньше!»

Я проснулся от сильной боли, сковывающей моё тело. Вся кровать промокла от холодного пота, а внутри моего тела разливалось пламя.

«ААААА!» От боли я оцепенел и просто старался перетерпеть, но внезапно, передо мной появился дедушка Вирион.

«Не думал, что это случится так скоро…»

Он положил обе руки на мою грудь и начал вливать свою ману в моё ядро маны.

Через некоторое время боль стихла и я, задыхаясь, смог стянуть одежду.

«Спасибо»

Он кивнул и сказал: «Сейчас ещё рановато, но давай начнём обучение»

Выглянув в окно, я заметил, что солнце ещё не взошло, но я вряд ли смогу снова уснуть, так что, кивнув, вышел с дедушкой во двор.

Присев и скрестив ноги, он пристально осмотрел меня и объяснил: «До сих пор ты очищал своё ядро маны и манипулировал маной используя каналы маны. В то время, как для обычных магов такой метод достаточно эффективен, укротители зверей не могут полагаться на него. Вместо этого, мы делаем то, что называется «ассимиляцией»

Я сел рядом и вопрошающе посмотрел на него, подняв брови.

«Ха-ха! Не волнуйся, ты скоро поймёшь о чём я. Это, по сути, является интеграцией своего ядра маны прямо в кости и мышцы своего тела. Поэтому и называется – ассимиляцией. На протяжении всего процесса ассимиляции, твоё ядро не будет развиваться, но не волнуйся. Как только мана от твоего нового ядра прольётся по всему телу, тогда ты сможешь начать использовать всю мощь воли своего зверя»

Именно это и имела в виду Сильвия! Невероятно, но неужели Сильвия спланировала всё это путешествие через Элшир, встречу с королевской семьёй и обучение у дедушки Вириона? Нет, я качнул головой, отбрасывая эту мысль и перевёл всё внимание на деда.

«Заставь свою ману выйти из ядра и не используй каналы маны. Вместо этого, дай ей просочиться через свой организм и медленно впитай ману своими костями и мышцами. Это потребует времени и усилий, но после тренировок, ядро маны будет всё меньше и меньше отторгать твоё тело»

«Я мало чем смогу помочь на первых этапах тренировок, разве что прослежу за тем, как равномерно мана распределяется по твоему телу и помогу тебе справиться с дальнейшими приступами»

Я продолжил обучение, медитируя и разгоняя ману из ядра по всему телу. Через несколько дней я понял, что это весьма непросто и мне предстоит ещё многому научиться. Направляя свою ману на формирование ядра, когда я был младенцем, я добился успеха за пару лет, но теперь мне предстояло сделать всё наоборот, да ещё и усвоить выходящую ману костями и мышцами.

Я не покидал замок, поскольку знал, что меня может вновь пробить приступ. И был безмерно благодарен дедушке Вириону за помощь. К сожалению для Тесс, у меня почти не было времени на игры с ней. Когда я не медитировал, то отдыхал в своей комнате, где она ждала меня, и мы проводили остаток дня за болтовней.

Через пару недель тренировок по ассимиляции, моё тело всё реже поддавалось приступам и мне разрешили выходить в город. Так что пообещав Тесс о том, что я отправлюсь с ней на прогулку по городу Зестер, я отправился спать.

Утром, выйдя из комнаты, я увидел обворожительно одетую Тесс. На ней был белый сарафан, а под ним такой же белый прозрачный кардиган. На голову она надела солнцезащитную шляпку светло-розового цвета, которую украшал белый цветок, подчёркивающий её свежий и невинный вид.

«Я долго ждала тебя! Скорей, скорей!» Она взяла меня за руку и потащила меня вниз так, что я едва смог поддерживать её темп.

Пока мы ехали в центр Зестера, я был поражён видами из окна. Выйдя из кареты, мы начали прогуливаться по улицам, заглядывая в ларьки и магазины, которыми был усеян город. Многие эльфы удивлённо смотрели, как человеческий ребёнок гуляет за ручку с принцессой их королевства. Хотя некоторые выражали взглядами своё любопытство, были и такие, которые гневно смотрели на нас, буквально испепеляя ненавистью.

Выйдя из оружейного магазина, я столкнулся с ребёнком эльфом, которому, кажется, было примерно лет 7.

«Хм! Неужели это то человеческое отродье, которое взял к себе в ученики старейшина Вирион? Я многое слышал о тебе. Фу, гадость, на мою одежду упали твои человеческие микробы!» — ехидно сказал он с высокомерным выражением на лице.

Судя по его одежде и слугам, которые следовали за ним и его группкой друзей, было видно, что они родом из благородных семей.

Вау. За всё то время, что я провёл с Тесс, уже и позабыл о существовании таких испорченных детей.

Затем он расплылся в улыбке и подал руку принцессе.

«Принцесса, гулять с этим человеческим выродком ниже вашего достоинства. Позвольте мне сопровождать вас в прогулке» — уговаривал он, ожидая, что Тесс примет его руку.

Даже не глядя в его сторону, она прижала мою руку к своему сердцу и холодно сказала: «Пойдём, Арт. Кажется, тут где-то рядом навозная куча и я не хочу случайно наступить на неё»

Ау! Да уж, иногда, Тесс может быть очень жестока. Думаю, что её слова являются даже более эффективным оружием, чем мана.

Я обернулся и увидел, как лоб благородного мальчика покрывается венами, которые чуть не лопаются от бешенства.

«Я слышал, что ты довольно талантлив для человеческого мага. А я являюсь известным местным гением. Моё ядро маны уже достигло красного цвета, и я могу манипулировать и водой и маной! И даже начал показывать признаки манипуляции растений!»

Его эго просто безмерно, и я готов был поклясться, что после своих слов его нос стал длиннее.

Я сделал удивлённое выражение лица и простодушно воскликнул: «О, боже! Принцесса Тессия, похоже, мы встретили истинного гения! Я не достоин!»

Нет смысла злиться на семилетнего.

Тесс уловила мой сарказм и хихикнула, пытаясь скрыть лицо под шляпу.

«Моё уважение, господин эльфийский гений. А теперь извините меня…»

Я вывел Тесс обратно на главную улицу и услышал, как за спиной слуги и друзья пытаются удержаться от смеха, а сам господин гений ярко краснеет.

Я не собирался с ним драться. Да, я могу выиграть, но это не моё королевство и у меня нет права на подобные выходки. Я был лишь учеником дедушки Вириона.

В последующие дни я проводил с утренними тренировками Вириона, вечерними посиделками с Тесс и ночными подготовками. Я ещё несколько раз отправлял родителям сообщения о том, что я жив и мне очень их не хватает. Я пытался держаться подальше от других эльфов, и они делали тоже самое.

Так прошло три года.





Глава 14.5




Глава 14.5

От лица Рейнольдса Лейвина

Я не мог в это поверить.

Мой сын. Его больше нет.

«НЕЕЕЕЕТ! НЕТ, НЕТ, НЕТ, НЕТ, НЕТ!»

Дардену пришлось держать меня, чтобы я не спрыгнул с обрыва, пытаясь спасти своего сына.

Я знал, что уже было поздно. Уже ничего не изменить, но я не мог просто стоять и смотреть на это.

«Отпусти меня! Мой сын! Может, он ещё жив. Дай мне спасти своего сына! Пожалуйста!»

Дарден даже не шелохнулся, а Адам попытался убедить меня.

«Рей, успокойся. Ты должен взять себя в руки. После такого он просто не мог выжить» Вечно игривый и несерьёзный Адам сейчас был очень мрачен и пытался не смотреть мне в глаза.

«Адам прав. Возьми себя в руки. Твоя жена нуждается в тебе, Рей» — соглашался с ним Дарден.

Они правы. Они абсолютно правы. Но. Почему моё тело меня не слушается? Почему я не могу пойти и успокоить жену?

«АААААААА!» Я почувствовал зубодробительную боль и отрубился.

Проснувшись, я увидел, как Елена кладёт мне на голову холодное полотенце.

«Наконец-то ты очнулся» — сочувственно сказала она и улыбнулась.

Я встал и закрыл своё лицо руками.

«Это не сон, верно? Пожалуйста, скажите, что я сплю и когда я проснусь, то увижу, как мой сын играет с Адамом и Жасмин»

«Прости…» — это единственное, что она успела сказать, прежде чем заплакать.

Дарден зашёл в шатёр и сходу начал говорить:

«Рейнольдс. Я не могу себе представить, как тебе сейчас тяжело, но ты нужен своей жене. Она винит себя, Рей. Она думает, что ты ненавидишь её из-за потери сына» По его красным глазам было видно, что ему самому было очень нелегко.

*ШЛЁП*

«Рейнольдс! Она пыталась убить себя! Не время тебе распускать нюни. Поднимай свою чёртову задницу и позаботься о той, что помогла тебе выжить!» — рыкнул он.

Я впервые видел, чтобы Дарден так злился.

Немного ошеломлённый пощёчиной, я кивнул и пошёл в палатку к жене.

Я увидел Элис, свою жену, свёрнутую калачиком под одеялом рядом с Анжелой, нежно поглаживающей её по спине.

«Элис… Дорогая. Могу я увидеть прекрасное лицо своей жены?»

«… ребёнок» — я едва смог услышать её бормотание.

«Что?»

«Я убила нашего ребёнка!» — она прокричала это и повернулась ко мне лицом.

«Я убила нашего сына, Рейнольдс. Это всё моя вина! Если бы меня там не было, то этого бы не случилось. Он был бы жив. Он пожертвовал собой, чтобы спасти меня… *шмыг* Это я виновата»

Я схватил жену и крепко обнял её, целуя снова и снова. Элис продолжала плакать, уткнувшись лицом мне в грудь, а я изо всех сил пытался сдержать слёзы.

Её рыдания превратились во всхлипы, и она прошептала: «Ты ненавидишь меня?»

«Элис, как я могу тебя ненавидеть? Я люблю тебя и всегда буду любить»

*Хлюп* *Хлюп*

«Я очень сильно скучаю по нему, Рей» — вновь зарыдала она.

«Я знаю, дорогая. Я тоже скучаю по нему»

Оставшаяся часть путешествия была медленной и трудной. Не физически, нет. Думаю, что даже звери, чувствуя наши эмоциональные мучения, старались избегать людей. Вся группа шла в глубоком молчании и даже попытки Адама поднять нам настроение не возымели успеха. Даже жизнерадостная Анжела весь остаток пути была мрачнее тучи.

Прошлой ночью нам с Элис удалось уснуть в объятиях друг друга. Мне удалось утешить её, а ей меня. Я должен был извиниться. Ведь это я отправил Артура на помощь Элис. Я пытался винить себя, но тот, кто действительно виноват в произошедшем уже давно мёртв. Месть уже свершилась. Теперь у меня осталось чувство пустоты и сожаления. Наш не рождённый ребёнок был единственным, что заставляло меня жить. Я не буду совершать те же ошибки, что допускал с Артуром. Он был всего лишь ребёнком, но я отправил его сражаться с настоящим бандитом, да к тому же магом. Я никого не винил, кроме себя.

Мы прибыли в Ксайрус через врата телепортации без особых проблем, как будто бы Бог издевался над нами, говоря, что мы уже достаточно настрадались. Мы дошли до места, где мне и моей жене нужно было распрощаться с Двумя Рогами.

«Вы уверены, что всё будет хорошо?» — беспомощно спросил Адам.

«Мы бы остаться с вами ещё на пару дней. Знаю, что вы пришли в этот город из-за Артура, но…» — добавил Дерден, но не закончил предложение.

«Всё нормально. У вас, ребята, своих дел полно. У нас есть всё необходимое и денег на пару недель. Удачи вам в заданиях гильдии, ребята!»

«Постараемся. Берегите себя. Ещё увидимся» — ответили они, и мы распрощались.

Перед уходом, все девочки обняли Элис. Проводив команду взглядом, я серьёзно спросил жену:

«Элис, что ты думаешь о том, чтобы обжиться здесь?»

Она смутилась и ответила: «А что насчёт нашего дома в Эшбере? Мы же только что всё починили. Да и все вещи у нас там»

«Думаю, что нам лучше будет сменить обстановку. В нашем доме в Эшбере осталось слишком много воспоминаний о Арте. Не думаю, что мы сможем пережить это, если останемся там. Наймём перевозчиков, чтобы они доставили наши вещи сюда»

Она задумалась, а потом добавила: «А что насчёт работы, Рей? Как мы сможем позволить себе жить здесь? Это очень дорогой и престижный район, Рей»

Я улыбнулся, впервые за эти дни, и ответил: «У меня есть старый друг, который живёт здесь. Он попросил меня поохранять его пару раз на заданиях несколько лет назад, и мы до сих пор общаемся. Он довольно известный богатей и у него огромная усадьба. Уверен, у него найдётся для нас местечко. Они хорошие люди, Элис»

Она сперва сомневалась, но после того, как мы приехали в усадьбу и обнялись со старым другом, её неопределённость резко исчезла.

«Рей! Мой старый друг! Что привело тебя в этот городок?» — воскликнул худой очкарик в костюме.

Винсент Хелсти. Ростом примерно метр семьдесят и тонким телом, он был человеком ума, а не мышц. Винсент был обычным, но очень успешным человеком. Дом Хелсти правил торговым бизнесом уже несколько поколений, Винсент сколотил состояние, потратив часть семейных накоплений на первый Аукционный дом Хелсти в Ксайрусе, а затем смог построить несколько аукционных домов в соседних городках. Мы познакомились, когда он ехал в один отдалённый город, чтобы построить там аукцион и у него случились неприятности с бандитами. Я сопровождал его по заданию гильдии после спасения, мы сдружились.

Увидев, как Винсент обнимает нас, служанка пригласила нас войти внутрь. Вскоре, к нам подошли его жена и дочь, любопытствуя, что же происходит.

«Табита! Познакомься с моим другом Рейнольдсом и его женой Элис! Элис, это моя жена Табита и моя любимая дочь, Лилия» — воскликнул Винсент, подняв дочь на руки. Кажется, она примерно такого же возраста как Арт, с прекрасными карими глазами, которые напоминают мне котёнка, и длинными каштановыми волосами, заплетёнными в косы. Когда она вырастет, то станет красивой леди.

«Табита! Рад наконец-то с вами познакомиться» — поздоровался я, — «Винс рассказывал мне столько хорошего о вас за время нашей поездки в Экшир. Какая у вас милая дочка»

После того как моя жена представилась им и обменялась любезностями с Табитой, Винсент позвал нас в гостиную, чтобы отдохнуть.

«Итак, что привело тебя сюда, Рей. В прошлый раз ты прислал мне письмо, в котором говорил, что ты осел в Эшбере» — сказал он, вручив мне и Элис бокал вина.

Я сделал глубокий вдох и рассказал им всю историю.

*Дзинь*

«Я очень сожалею о вашей потере» — смог пробурчать Винсент. Его жена прикрыла рот руками. «Я не знаю, что бы я делал, если бы потерял Лилию. Что я могу для вас сделать?»

Я поскрёб щеку и спросил: «Ты просил меня пару раз обучить твоих охранников аукционного дома магии. Это предложение всё ещё в силе? Я не хочу быть нахлебником, но и не могу вернуться с женой жить в наш старый дом, где всё напоминает нам об Арте»

На лице Винсента появилась большая улыбка: «Знаешь, именно такой человек нам сейчас и нужен! Мы только что перестроили наш аукционный дом Хелсти, так что он сможет вместить в три раза больше людей. При этом, я нанял новобранцев-аугментеров, которым нужен руководитель. Думаю, ты идеально для этого подходишь. Сможешь с этим справиться?» — подмигнул он мне.

Я просто рассмеялся и пожал ему руку для закрепления сделки.

Я начал работать только через пару дней. Сначала, Элис и я обживались в комнате, расположенной в правом крыле поместья. Винсент был довольно снисходительным, говоря, что мы можем занять ещё несколько комнат для наших будущих детей. Элис и Табита довольно хорошо сдружились. Я сначала волновался, что ей будет одиноко, когда я уйду на работу, но у Табиты было полно свободного от забот с Лилией времени, так что они вместе проводили деньки. Как только началась работа, то я был полностью занят обучением новых рекрутов. Эти маги были не самыми талантливыми, но готовы усердно учиться. После прохождения основ, я почувствовал, что они станут очень сплочённой командой охранников. Конечно же, элитные маги, как заклинатели, так и аугментеры, после школы поступали в Академию Ксайруса. Так что те, которые не хотели быть авантюристами, в конечном итоге нанимались к богатым дворянам, таким как Винсент, охранниками, ведь это было гораздо безопаснее.

Прошло несколько месяцев с тех пор, как мы с Элис поселились в Ксайрусе. Мы привыкли к городской жизни. Живот Элис, кажется, растёт с каждым днём и, хотя ей всё ещё снятся кошмары о потере Артура, дружба с Табитой ей очень помогла. Однажды, возвращаясь домой, я почувствовал вкусный запах тушёной говядины. Винсент и Табита ушли на свидание, а Элис договорилась со служанками, чтобы те присмотрели за Лилией. Так что сегодня у нас был ужин вдвоём»

«Эта тушёная говядина пахнет потрясающе, Элис! Сегодня какой-то особенный день?» — усмехнулся я.

Она мягко улыбнулась и ответила: «Давно я её не готовила для тебя. Надеюсь, тебе понравится. Раньше это было любимым блюдом Арта»

Её лицо погрустнело, и я хотел утешить её…

Привет мам, пап. Это я, ваш сын Артур…

Я впал в ступор. Это был голос Арта. Нет. Мне послышалось. Я посмотрел на Элис, пока голос продолжал говорить в моей голове. Она была в смятении и оглядывалась по сторонам. Она тоже слышит этот голос?

…Но я хочу, чтобы вы знали, что я жив и невредим. Мне удалось пережить падение со скалы…

Что происходит? Мой сын жив? Королевство Эленор? Болен?

Моё исцеление может занять несколько месяцев, а то и лет, но будьте уверены – я обязательно вернусь домой. Я люблю вас *шмыг* очень сильно и скучаю по вам. И папа, позаботься о том, что мамин ребёнок будет в безопасности. Мама, *шмыг* пожалуйста, позаботься о папе. Всего доброго, ваш сын, Арт

Я вновь посмотрел на свою жену.

«Ты тоже слышал этот голос, Рей?» — сказала она, почти плача.

«Да. Я только что слышал голос Арта» — всё ещё ошеломлённо сказал я.

*БУМ*

«ОН ЖИВ! Дорогой! Наш ребёнок жив! О боже мой!» — Элис упала на колени и заплакала, но улыбка на её лице говорила о том, что это были слёзы радости.

Чёрт, я сейчас расплачусь. Мой сын жив. «Наш сын жив!!!» — безумно рассмеялся я.





Глава 15




Глава 15

«Арт, поспеши! Мы опоздаем!»

«ААААА! Тесс, хватит! Я встаю!» — крикнул я.

Тесс наконец-то отпустила мою ногу, и я смог встать.

«Нет ли какого-нибудь другого, менее жестокого способа, чтобы разбудить меня?» — проворчал я, потирая ногу.

«Тебя всё труднее и труднее разбудить по утру! Поэтому мне приходится идти на такие меры. Кроме того, ты должен быть благодарен, что тебя утром будит такая красивая леди» — подмигнула она.

«Горничные тоже неплохо выглядят, но спасибо тебе» — тихо пробурчал я.

Должно быть, она меня услышала, поэтому показала язык и выскользнула из комнаты.

И куда же делась та застенчивая Тесс, которая была слишком напугана, чтобы спать в одиночестве? Тесс, которая умоляла меня не уходить домой? Верните её! Раньше она мне больше нравилась!

Самое главное, что я понял за три года жизни в Эленоре, то, что эльфы пробуждаются гораздо раньше людей. Если нормой для людей принято считать возраст 13-14 лет, эльфы пробуждаются примерно в 10-11 лет.

Тесс пробудилась немного раньше, в начале прошлого года и, чёрт возьми, её сила была бесподобна. Она, конечно, была не так сильна, как моя, но ей удалось уничтожить свою комнату на верхнем этаже и даже оставить кратер на кухне снизу. С тех пор она присоединилась к нашим с Дедулей тренировкам. Могу сказать, что после пробуждения она стала маленьким воплощением дьявола. Зная, как сильно моё тело, она без колебаний использовала меня в качестве манекена для пробы новых заклинаний, которые она узнавала от дедушки Вириона и других учителей-заклинателей. Не похоже, чтобы она понимала, что мне, блин, чертовски больно!

Но сегодня был очень особенный день, потому что после трёх лет тренировок, я наконец-таки закончил усваивать ману в своём теле. Скоро будет мой день рождения и мне исполнится 8 лет, а вот Тесс уже исполнилось 9 пару месяцев назад. Всё это время мне не разрешалось впитывать окружающую ману, используя лишь ту, что вырабатывалась моим собственным ядром и вливать его в своё тело. Сегодня – я закончу обучение и стану Укротителем Зверя.

Я не стал умываться и просто переоделся в более презентабельный халат, спрятав камень в свой карман и пошёл во двор с Тесс.

«Наконец-то проснулся, Арт? Опять тебя разбудила твоя жена? Ха-ха!» — сказал дедушка Вирион, попивая чай за маленьким столиком во дворе.

«Жена? Уф… Я и не знал, что на ограх разрешено жениться. Ты превратил её в монстра, дедуль»

К счастью, Тесс этого не слышала, поскольку подошла чуть позднее.

«Ха-ха, она вырастет в прекрасную женщину, Арт. Лучше покорить её сердце сейчас, пока не стало слишком поздно»

Тесс покраснела и пнула меня по ноге.

«АУ!»

Что? Почему? За что?

«Хахаха! Арт! Ты готов? После сегодняшней церемонии, ты будешь официально считаться Укротителем Зверя» — сказал он, скрестив руки.

Я кивнул и Тесс села за стол рядом с дедом, чтобы понаблюдать.

Это была не церемония. На самом деле, дедушка будет вливать огромное количество маны в моё ядро, заставляя волю проснуться и распространиться по моему телу.

«Ты помнишь основные этапы Укрощения Зверя?»

Я вспомнил основы, которыми дедушка Вирион накачивал меня все эти годы: «Все укротители зверя имеют множество форм своего тела. Количество форм зависит от воли зверя, которая содержится в их ядре маны. Первый этап укрощения зверя является Овладение. В этом этапе укротитель обладает лишь малой силой воли зверя, которую он может использовать. Второй этап – это Интеграция, когда тело укротителя полностью наполняется звериной волей и позволяет лучше контролировать врождённые способности зверей»

«Правильно! Этапы, которые может достигнуть укротитель зверей показывают, насколько хорошо он может владеть его волей зверя. Чем сильнее зверь, чем сложнее управление им, но если укротитель не овладеет им, то не сможет пройти первый этап»

«Но существуют различия в том, как можно стать укротителем зверей. Если убить зверя и извлечь его ядро, то маг может поглотить его волю и попытаться овладеть ею. Этот маг будет считаться поддельным укротителем. Поддельным стать легче, но вот овладеть волей гораздо труднее. Именно поэтому мне потребовалось так много времени, чтобы перейти на второй этап. Я – поддельный укротитель. Я считаю, что мне повезло в том, что я вырвался во второй этап, но ты, Артур, ха-ха, один из редчайших укротителей. Зверь сам поделился с тобой своей волей»

Вздохнув, он продолжил: «Арт, на самом деле мой первый этап не сделал меня очень быстрым, я просто мог слегка исчезать во тьме. Ты хочешь увидеть мой второй этап, да? Ну тогда смотри. Чтобы добиться успеха и перейти на него, мне потребовалось больше десяти лет»

Почувствовав мощный прилив маны вокруг его тела, я невольно вздрогнул. Внезапно, мана вокруг тела извернулась, и я не поверил своим глазам.

Кожа Вириона стала чёрной как смоль. Даже белки глаз почернели, а зрачки стали вертикальными и светились жёлтым. Перевязанные белые волосы растрепались и тоже стали угольно-чёрными. Аура, окружившая его, заставила меня содрогнуться и отступить назад.

«Это этап интеграции. Я собираюсь прокрасться к тебе. Внимательнее» — рыкнул он.

Если он действительно хотел подкрасться, так зачем же он предупредил меня? Едва я об этом подумал, он резко исчез из моего поля зрения. Я не чувствовал его, но обернулся, поскольку он сказал мне об этом.

Его палец изогнулся к моей ярёмной вене, а сам он смотрел на меня своими светящимися жёлтыми глазами.

Пот потёк по моему лбу холодными бисеринками.

Это было быстро, словно телепортация. Это была скорость, за которой даже я не мог угнаться. Абсолютная скорость. Но это было ещё не самое страшное. Страшным было то, что я не ощущал его. Даже когда он стоял прямо позади меня, я не мог этого осознавать.

Он вернулся к нормальному облику и его лицо слегка зарумянилось.

«Фух! Использование этой формы всегда сказывается на мне. Даже после двух десятилетий тренировок, я могу быть в облике всего около часа. Теперь ты понял разницу между первой и второй фазой, Арт?»

Я энергично покивал головой.

«Отлично! Давайте начнём церемонию»

Мы встали лицом к лицу на расстоянии вытянутой руки. Тесс подалась вперёд от возбуждения, предчувствуя начало.

«Пусть твоя мана выйдет свободно. Не пытайся ничего контролировать. Важно, чтобы ты был полностью расслаблен» — объяснил Вирион.

Он начал влиять на ману в моём теле, и я ощутил, как она постепенно вытекает из меня.

В одно мгновение, я ощутил теплоту и горячий порыв маны резко вытек из моего тела.

*БУМ!*

Я открыл глаза и увидел, что неизвестная сила отбросила Тесс и Вириона на 20 метров от меня.

Внезапно, я почувствовал невыносимую боль, будто мой скелет старается просочиться сквозь кожу. У меня не было сил, чтобы закричать, и я упал в обморок. Тьма поприветствовала меня, спасая от всепоглощающей боли.

Очнувшись, я огляделся и понял, что лежу в своей постели, однако чувствовал себя странно отдохнувшим. Рядом со мной, положив голову мне на ноги, лежала Тесс. Глядя на неё, мне вспомнилось, как я сопровождал её домой после освобождения от работорговцев.

Скоро пришёл дедушка и сел на край кровати, даже не разбудив внучку.

«Как ты себя чувствуешь, юнец?» — улыбнулся он.

«Это я должен спросить у тебя, дедушка. Я видел, как тебя и Тесс сильно отбросило от меня» — сказал я максимально серьёзно.

Он немного усмехнулся, а потом сказал: «Должен признать, я не ожидал, что твоя сила будет настолько велика. Я понимаю, что наверняка есть причины, по которым ты не хотел говорить, что за зверь дал тебе свою волю, но может, ты скажешь сейчас?»

Я подумал немного и решил. Он имел право знать. Если бы не он, то я бы, наверное, уже был мёртв.

«Свою волю мне передал дракон…»

У дедушки Вириона от удивления отвисла челюсть. Его лицо слегка побледнело, но потом всё вернулось в норму.

«Д-дракон…» — смог прохрипеть он.

«О боже… Укротитель дракона! Никогда не подумал бы, что я смогу увидеть своими глазами зарождение Укротителя Дракона… и даже тренировать его! Хахаха! Укротитель Дракона!»

Тесс проснулась от смеха дедушки и вопросительно посмотрела на него.

Вирион вдруг схватил меня за плечи и пристально посмотрел в глаза. «Держи это в секрете. Никому не рассказывай. О твоей силе никто не должен знать, иначе могут пострадать те, кто дорог тебе»

«Да, я верю в это всё больше и больше, дед» — серьёзно кивнул я.

«Отлично. Хотя, мне бы хотелось узнать всю историю, но я доволен и обычным объяснением»

«Что случилось, дедушка? Что Арт сказал тебе? Ууу… не честно! Вы не рассказываете мне секреты» — надулась Тесс.

«Хахаха… придёт время и ты обо всём узнаешь, малыш. Артур! У меня хорошие новости. Телепортационные врата планируется открыть на пару лет пораньше. В городе Ксайрус через 4 месяца будет проводится турнир. Он довольно важен, так что и гномы и эльфы отправляют своих бойцов в качестве представителей для участия в турнире. А в это время мы можем тайно переправить тебя в Сапин» — воскликнул дедушка с широкой улыбкой на суровом лице.

«Правда, дедушка? Я смогу вернуться домой?» Я вскочил с кровати и обнял его.

Наконец-то я смогу снова увидеть своих родителей! Я раньше отправлял сообщения родителям через старейшину Ринию, но техника гадания на воде не позволяла нам увидеться.

«Ты скоро уезжаешь, Арт?» — удручённо сказала моя подруга.

Я попытался приободрить её: «Да. Я должен встретиться со своей семьёй. Не волнуйся, я ещё приеду к вам! И может быть, ты сможешь приехать ко мне в Сапин!»

«У нас осталось ещё 4 месяца, Артур! До тех пор, пока врата не откроются, ты должен тренироваться ещё усерднее, чем раньше! За все годы ассимиляции, твоё ядро маны не развивалось. Не ограничивайся только тренировками укротителя зверя. И используй волю зверя только на крайний случай, понял?»

Дедушка был довольно серьёзен, когда говорил это. Он прав. Я не должен показывать всем свою звериную волю.

Вирион хлопнул меня по спине и сказал: «А сейчас, иди прими ванну. От тебя несёт как от гнилой капусты. Дорогая, оставь Артура на время, дай ему отдохнуть»

Я видел, что Тесс всё ещё расстроена тем, что я уеду через несколько месяцев. Я рос с ней целых три года и у нас развилась родственная связь, как между братом и сестрой. Ей всего десять лет, но она уже становится красивой девушкой. Я наверняка пожалею, если уеду отсюда и оставлю её одну.

«Тесс! Не унывай, ладно? Я всё ещё здесь и даже если я скоро уеду, то это не навсегда! Я надеюсь, что ты когда-нибудь сможешь приехать ко мне и встретиться с моими родителями» — я попытался обнять её.

«Ууу! Что ты…» Я почти что видел, что она стала ярко-красной, словно помидор. Внезапно, она оттолкнула меня и убежала.

*Смешок*

«Ах! Молодёжь! Ха-ха… спи спокойно, юнец!» — дедушка покачал головой и закрыл дверь.

У Тесс уже половое созревание?

Я запрыгнул обратно в постель, ведь мне было слишком лень идти в душ.

«Я немного полежу, а потом помоюсь» — пробормотал я.

*Шорох*

Наверное, это ветер. Хотя это было не похоже на шелест листьев.

*Хруст*

Так… а вот это уже довольно необычно.

Я сел и осмотрелся, пытаясь определить, откуда исходит звук.

*Хруст*

Я посмотрел на свою одежду на стуле.

«Кю…» «Кю…»

Кю?

Неужели это говорит мой халат?

*Хруст* «Кю!»

Камень!





Глава 16




Глава 16

Я вскочил с кровати и быстро метнулся к халату, чтобы найти камень, данный мне Сильвией.

«Ха-ха-ха… Чёрт…» — я не смог устоять на ногах, глядя на то, что когда-то было разноцветным камнем.

«Кю!»

Это не камень. Это было яйцо…

И если раньше это было яйцом, то сейчас передо мной было то, что невозможно описать в двух словах.

Сначала я думал, что это дракон. Он был чем-то похож на него, но в тоже время и отличался. Он был чёрным и выглядел как котёнок, но с чешуёй. Существо сидело на четвереньках и, повернув голову на бок, изучало меня. Белки глаз у него были не белые, как у людей, а чёрные, как у дедушки Вириона, когда он обернулся во вторую форму, но зрачки же были ярко-красными, а не жёлтыми. Когти его были остры, но с его кошачьим телом они выглядели даже милыми. Наиболее заметным различием между ним и драконом, как Сильвия были два маленьких рога на голове. Они были похожи на те, что были у демонического образа, под которым была Сильвия до того, как показать мне свой настоящий облик. Рога выходили слегка за голову и изгибались, проходя вперёд.

Его голова была похожа на кошачью, но чуть острее. А вот хвост был похож на драконий, на его конце росли два красных шипа. Вдоль позвоночника детёныша тоже были эти маленькие шипы, которые соответствовали цвету его глаз. Хотя у него и не было крыльев, но на спине уже выросли два бугорка.

Монстрик зевнул, открывая пасть.

Почему у меня появилось внезапное желание обнять это чудовище?

«Кю?» Он посмотрел на меня своими умными глазами.

«Эм… привет, малыш, я Артур» — неуклюже помахал я.

«Кю!» — сказал он и спрыгнул со стула мне на колени.

Мои руки дёрнулись, желая обнять его. Чёрт! Я же мужик! Терпи! Это чудовище по-своему опасно.

Не сдержавшись, я погладил эту очаровательную угрозу. Его кожа была удивительно мягкой, а красные шипы чувствовались, как резиновые. Думаю, что и животные и люди в раннем возрасте очень мягкие. Дракончик начал мурлыкать, закрывая глаза.

Пиздец, как мило!

Он начал перекатываться, показывая своё мягкое пузико. Я взглянул на его когти и понял, что они почти кошачьи. Единственное, что было твёрдым в монстре, это его рога, которые были на удивление острыми.

«Разве ты не милашка?» — я улыбался, лаская новорождённого.

После этого, я начал задумываться, какое же имя дать ему, и это меня натолкнуло на мысль, что я даже не знаю пол этого животного.

«Кю…» Вдруг, зверёныш начал облизывать мою руку.

«Ау!» Я рефлекторно попытался убрать руку и увидел, что она светится странным чёрным светом.

Боль исчезла, и я просто ждал, пока монстр оближет мою руку. Когда он убрал голову, то я увидел чёрную маркировку, тянущуюся по всему предплечью.

Татуировка была очень похожа на те, что покрывали Сильвию, но она изображала крыло. Несколько острых и кривых чёрточек, выглядели очень сложно и загадочно.

Мне всего 8 лет, а у меня уже есть татуировки. Здорово.

«Мама?» Существо смотрело на меня.

Что? Я явно слышал голос.

«Мама?» В этот раз я чётко услышал голос, прозвучавший в моей голове.

Что за… телепатия?

Покачав головой я сказал: «Думаю, что да. Но я мальчик, поэтому ты должен называть меня папой»

«Папа!» — воскликнул он и лизнул мой нос.

Ха-ха… в восемь-то лет…

После общения с существом я понял пару вещей. После того, как татуировка появилась на моём предплечье, между нами создалась телепатическая связь. Голос был похож на девичий, поэтому я решил назвать её Сильви, в честь матери.

«Сиви?» — ответила она, повернув голову.

Взяв дракончика на руки и поднеся ближе к лицу, я улыбнулся и сказал: «Правильно! Тебя зовут Сильви»

Она уткнулась носом в меня и закрыла свои круглые глаза.

У Сильви был довольно высокий интеллект для новорождённого. Казалось, что её умственные способности на уровне ребёнка 2-3 лет. Пока мы общались телепатически, я понял, что она не разговаривает на моём языке, но я как-то её понимаю. Странное чувство – я не знал слова, которые она говорит, но понимал их смысл. Помимо простых слов типа «папа», большинство её мыслей были эмоциями.

«Ладно, Сильви. Мне нужно принять душ. Хочешь пойти со мной?» — сказал я, опуская её на землю.

«Кю?» — она вопросительно наклонила голову. Кажется, она не знает, что такое «мыться». Поэтому я рассмеялся и взял с собой.

Встав под душ, она как будто сказала «НЕЕЕЕЕЕЕТ!», пронзительно завыв «КЮЮЮ!»

«Ха-ха-ха, ты не любишь воду, Сильви?» — сказал я, вытаскивая из душа.

Сильвия вела себя как мокрая собака, катаясь по полу и виляя хвостом, в ожидании, пока я моюсь.

Её поведение похоже на собачье и кошачье. И предположить трудно, что скоро она будет могучим драконом.

Это заставило меня задуматься.

Сильви действительно дракон? Она выглядела как детёныш дракона…

Но почему она чёрная, если Сильвия была белоснежно белой? Но больше всего меня озадачило то, что её рога были похожи на рога короля демонов, чью форму сначала принимала Сильвия.

Я вышел из душа и, вытираясь, подумал, что сейчас это не имеет смысла. Как мне объяснить это дедуле и Тесс?

Когда я вышел из ванной, дракончик бежала за мной, завывая, будто прося, чтобы я не бросал её.

Я собрал кусочки скорлупы, из которой вылезла Сильвия и спрятал их. Затем, я обвязал свою руку пером дракона, чтобы скрыть татуировку.

Четыре месяца. Через четыре месяца я встречу своих родителей. Интересно, они узнают меня?

Сильвия, наверное, тоже чувствовала тоску в моих эмоциях, поэтому прильнула к моему лицу и лизнула по щеке.

«Спасибо, маленькая Сильвия» — я погладил её рогатую голову и заснул.

«КЮЮЮЮЮ!»

«Что? Что случилось? Кто там?» Я вскочил с кровати, держа подушку, словно меч.

«Обожечкимои! Что это? Такая МИЛАШКА! ВАУ!»

Я увидел, как Тесс обнимает Сильви.

«Кю!!!» — плакала она, — «Папа, помоги!»

*Вздох*

Я лёг в кровать. Блин, а такой сон был.

«Её зовут Сильви и она вчера вылупилась из яйца. Отпусти её. Похоже, ей не нравится, когда её душат» — пробурчал я сквозь подушку, которой я накрыл голову.

Ещё слишком рано.

Сильви наконец-то высвободилась от объятий Тессии и смотрела на неё, прячась за мной.

«Грррр» — зарычала она.

«Не волнуйся, Сильвия, она моя подруга» — сказал я, поглаживая дракончика по голове.

«Она очаровательна!» Тесс до сих пор пускала слюни по рычащему монстрику. Она была готова буквально заобнимать Сильви до смерти.

«Тесс, ты меня пугаешь. Выйди из комнаты, чтобы я смог одеться»

Я переоделся в свободный халат и брюки. Пока я надевал туфли, Сильвия прыгнула мне на голову и зацепилась лапками.

«Кю!» Кажется, теперь она была счастлива.

Я прошёл по лестнице и поздоровался с горничными, которые были в шоке, увидя существо, сидящее у меня на голове.

«Дедуля! Мы пришли!» — крикнул я дедушке Вириону, отрывая его от чаепития и чтения.

Повернув голову, он улыбнулся и сказал: «О, Арт, ты пришёл! Почему Тесс болтает о каком-то домашнем животном, которое ты…»

Он уронил чашку, уставившись на чёрное рогатое существо у меня на голове.

«Это… Дракон!» — наконец-то смог крикнуть он.

«Эээ… да, я думаю, что это дракон. Но я не совсем в этом уверен» — сказал я, почесав щёку.

Сильви склонила голову в замешательстве и сказала: «Кю?»

Тесс выбежала к нам во двор и подпрыгивала вверх и вниз.

«Это дракон? Она такая милая! Арт! Можно мне подержать её? Можно? Можно?» — сказала она с сияющими глазами.

Сильви снова начала шипеть, выпустив когти, колющие мою голову.

«Ой, ОЙ, ай, ай! Сильви, убери когти!» — я старался убрать её, но не получалось.

Дедушка Вирион наконец-то пришёл в себя и сказал:

«Откуда ты взял драконье яйцо? Как ты его высидел?»

«Дракон, который дал мне свою волю, доверил свой камень. Я думал, что это обычный драгоценный камень и даже не осознавал, что это яйцо, пока дракон не вылупился. А что ты имеешь в виду под «высидел»?» — теперь я тоже был в замешательстве.

«Драконьи яйца не вылупляются просто по прошествии времени, юнец! Дракон внутри него должен почувствовать того, кто способен защитить и полюбить его. Между ними должна быть очень сильная связь» — описал он.

Я попытался вспомнить, что могло привести к вылуплению яйца и понял.

«Это из-за активации воли! Дедуля, я думаю, что именно это заставило её вылупиться!» — воскликнул я.

Он почесал подбородок и кивнул. «Думаю, ты прав. Но я никогда не слышал, чтобы драконы вылуплялись вдалеке от своих родителей. Ну да ладно. Юнец, всегда держи этого дракона рядом с собой. Я узнал в нём дракона, потому что видел их раньше, но большинство людей понятия не имеют, как они выглядят, так что притворись, что это всего лишь редкий мана-зверь»

После этого я положил Сильви на землю рядом с собой и начал тренировку. Следующим этапом тренировок, который я хотел осилить за оставшиеся 4 месяца, было использование воли, которую дала мне Сильвия и сбор маны в моём ядре, для повышения его уровня.

«Достичь первой фазы в укрощении зверя довольно просто. Хотя твоё ядро маны сейчас тёмно-красное, организм уже подготовился к оранжевому уровню. После церемонии ты почувствуешь, как небольшой участок ядре маны заполняется волей зверя. Чем больше ты сможешь переместить воли из этого участка в само ядро, тем быстрее ты достигнешь следующей фазы. Юнец, попробуй переместить немножко воли в ядро» — давал инструктаж Вирион.

Я подчинился его приказам и почувствовал, как что-то более мощное, чем мана фонтанами просачивается из глубины души в моё тело.

«Хорошо! Давай сразимся!» — крикнул он и активировал свою первую фазу.

За тренировками, дни пролетали незаметно. Активация первой фазы для меня стало обычным делом и теперь я мог умело скрывать её, чтобы другие маги не смогли её заметить. После ассимиляции, скорость моей культивации маны многократно увеличилась.

За всё это время, Сильви, казалось, даже не изменилась, разве что стала чуточку умнее. Её словарный запас был всё ещё ограничен, но мы легко понимали друг друга. Я стал больше гулять с Тесс, она старалась вытаскивать меня в город каждый раз, когда у меня был выходной, стараясь сделать как можно больше воспоминаний, перед тем, как я уйду. Вот так прошли 4 месяца.

Я оделся в простую оливково-зелёную футболку и чёрные брюки, обернул пером татуировку на предплечье и вышел из комнаты.

«Артур! Не забывай заботиться о драконе! Мы будем связываться с тобой и рассказывать важные новости. Возьми это, он поможет тебе ориентироваться в Элшире, если ты захочешь снова заглянуть к нам. Ну или ты можешь найти ещё одну принцессу, которая приведёт тебя» — он подмигнул мне и вручил маленький серебряный компас.

«Дедушка!»

*Шлепок* «Ау! Малыш, это была шутка!» — рассмеялся дедушка Вирион, потирая бок.

«Алдуин и Мериал поедут в разных каретах, поскольку они король и королева. Я и Тесс не поедем. Так что мы видимся в последний раз. До свидания, Артур!» Он крепко обнял меня, чуть не скинув с моей головы Сильви.

*Плак* *Плак*

«Я буду скучать по тебе, Арт! Не забывай навещать нас! Ууу… и не ухлёстывай за человеческими девчонками, ладно? Пообещай мне» — чуть не рыдая сказала Тесс.

Я обнял свою подругу и погладил её по голове. «Мы скоро увидимся! И лучше тебе в следующий раз стать сильнее меня. Дедуля будет тебя учить!»

Она кивнула и вновь начала шмыгать носом.

Я попрощался с ними пошёл к Мериал и Алдуину. Я с ними проводил не так много времени, но мы хотя бы поладили. Надеюсь, в следующий раз я смогу узнать их получше.

Я сел в карету к представителям эльфов, а король и королева расселись по другим повозкам.

«Посмотрите, кто к нам пожаловал! Это же человеческое отродье! Неужели королевская семья наконец-то выгнала тебя из королевства?» — ухмыльнулся мальчик-эльф, одетый в шикарно украшенный наряд.

«Эээ… прости, но я тебя знаю?» — сказал я, почесав голову, а Сильви урчала, указывая рогами в сторону эльфа.

«Я – тот, кого ты посмел высмеять четыре года назад, когда вы гуляли с принцессой!» Он встал и обвинительно указал на меня пальцем.

А! Я вспомнил, кто он. «Ты – навозная куча!»

Упс!

«Как ты смеешь?!» Его лицо порозовело, а уши задёргались от злости. Его друзья начали хихикать.

«Ха-ха, прости, я не хотел тебя обидеть! Я просто не знаю твоё имя» — хохотнул я.

Он пытался сохранить своё достоинство и скрестил руки на груди, заявив с напыщенным тоном: «Меня зовут Фейрих Ивсаар Третий, потомок благородной семьи Ивсаар!»

Молодая эльфийка, которая выглядела на несколько лет старше Фейриха сказала: «Мы все зовём его Фейфей!»

«Н-не говори ему об этом!» — его лицо опять покраснело.

Ох, бедный Фейфей…

Мы заехали во врата телепортации и меня снова встретили знакомые ускоренные ощущения.

«Мы прибыли в Ксайрус!» — объявил водитель.

Быстро оглянувшись, я заметил, что нас окружает парад людей, которые болели за своих представителей. Этот турнир должен стать крупнейшим событием в королевстве Сапин, собирая на него всех потенциальных чемпионов. Естественно, все обрадовались, когда и эльфы и гномы согласились присоединиться к турниру.

Водитель отъехал от толпы и прошептал мне, что сейчас самое лучшее время, чтобы уйти незамеченным.

Я попрощался с Фейфей и остальными представителями, пожелав им удачи. Выпрыгнув из кареты с Сильви, я тайком пробежал через переулок и нашёл дорогу к дому, где жили мои родители.

Примерно через 30 минут, я, наконец, нашёл огромное поместье.

Вау… Наверное, без ребёнка они начали больше зарабатывать.

«Мы дома, Сильвия. Наконец-то мы дома»

«Кю?» — она наклонила голову, как будто говоря: «А я думала, что мы и раньше были дома»

Я поднялся по лестнице и, глубоко вздохнув, постучал по гигантским дверям.





Глава 17




Глава 17

Странно, но сейчас, перед встречей с семьёй, я нервничал сильнее, чем когда был самым могущественным королём в моём мире.

«Фух… давай сделаем это, Сильви»

«Кю» — ответила она с волнением.

*Тук, тук*

Я услышал слабые шаги и по-детски высокий голос: «Иду…»

Открыла дверь горничная, а за ней пряталась маленькая девочка.

Служанка с любопытством смотрела на меня, удивляясь, зачем восьмилетний ребёнок постучал в дверь усадьбы дворянина.

«Кхм, приятно познакомиться. Меня зовут Артур Лейвин. Мне сообщили, что моя семья сейчас проживает в этой усадьбе. Не возражаете, если я поговорю с ними?» — я поклонился, а Сильви чуть покачнулась, сидя на моей голове.

Прежде чем растерянная горничная смогла мне ответить, я услышал очень знакомый голос.

«Элеанора Лейвин! Вот ты где! Тебе нужно перестать подбегать к двери каждый раз, когда кто-нибудь…» — моя мама оборвала фразу на полуслове и уронила небольшую чашку с едой для… моей сестры?

Я посмотрел на девочку и увидел, как она смотрела на меня с любопытством своими ослепительными карими глазами. Её переливающиеся светлые пепельно-коричневые волосы достались от отца, но ей они подходили больше.

Я отвёл от неё взгляд и посмотрел на свою маму. Слёзы навернулись на глаза, а губы задрожали в подобии улыбки.

«П-привет, мам. Давно не виделись» — неловко сказал я, не зная что делать, если она не узнает меня.

К счастью, мои опасения не сбылись, и она кинулась ко мне быстрее, чем дедушка Вирион.

«О, МОЙ МАЛЫШ! Артур!!!» — она обняла меня так, словно боялась, что я снова могу исчезнуть.

«Ты жив! Голос… я знала, что это ты! *Шмыг* Ты вернулся! Артур, мой ребёнок!» — сказала она и зарыдала.

Мне же удалось сказать лишь: «Я вернулся, мама…» — и тоже зарыдал.

Вы можете быть всесильным, бессмертным тираном, но когда ваши родные плачут, вы не сможете контролировать свои эмоции.

Я всё время плакал и повторял, что я вернулся, что больше никогда не уйду от них. У моей матери же был шквал эмоций. Она была счастлива, что я жив и здоров, злилась за то, что я не мог вернуться раньше и грустила потому, что мне пришлось так сильно отдалиться от них и скучать по родителям.

Элеонора подошла к нам и погладила маму по щеке. «Мама, тише, тише. Не плачь» После неудачной попытки, она тоже начала плакать.

«СЫНОК!» Я повернул голову и увидел, как к нам бежит мой отец. Думаю, что это горничная сказала ему о моём возвращении.

Он упал перед нами на колени и обнял всех.

«Артур! Мой сын! Посмотрите-ка, ну ты и вырос! Боже мой! Ты вернулся, вернулся!» — мой отец взял меня за голову, чтобы получше разглядеть моё лицо.

Наше воссоединение продолжалось. Моя мать безудержно рыдая, обнимала меня. Маленькая сестра плакала вместе с ней, а мой отец и я просто смотрели друг на друга со слезами на глазах и радостью, что мы наконец-то вместе.

В конце концов, мы успокоились.

Мы с мамой уселись на диван, посадив Элеонору на колени. Отец сел в кресло передо мной, положив руки на подлокотники и слегка нагнувшись вперёд. Мама держала меня за руки и до сих пор всхлипывала каждый раз, когда бросала на меня взгляд.

«Ты в порядке? Ты питался как минимум три раза в день? Ты спал только в тёплых местах, верно? Ох, мой малыш. Посмотрите, как он вырос» — слёзы всё ещё бежали из её глаз. Матери всегда заботятся о детях.

Она погладила меня по голове и поцеловала в макушку. «Я так рада, что ты вернулся»

Элеонора и отец с любопытством смотрели на Сильви, а дракон же внимательно наблюдал за тремя незнакомыми людьми.

Наверное, отца сейчас терзали счастливые и грустные чувства увиденного, насколько его сын стал большим, но его не было рядом с ними.

«Элли, поздоровайся со старшим братом. Он от нас уезжал на некоторое время, но теперь он вернулся и будет жить вместе с нами. Давай, скажи «привет» — сказала мама моей сестре.

«Брат?» — она растерянно наклонила голову, напоминая Сильви.

Она сложила ладошки и что-то прошептала на ухо матери.

«Ха-ха-ха, да, тот самый старший брат. О нём я и рассказывала истории»

Глаза моей сестры загорелись, когда она вновь посмотрела на меня. Интересно, что рассказала ей мать.

«Привет, брат…» — махнула она обеими ручонками.

*Смешок*

«Здравствуйте, Элеонора. Приятно познакомиться… сестра» — я засмеялся и погладил её по голове.

«Артур, мы были в депрессии после того инцидента и едва поверили, когда ты начал общаться с нами через мысли. Скажи, как ты пережил падение?» — спросил отец.

Я начал объяснять им с самого начала. Пришлось скрыть кое-что, о чём пока им знать не стоило. Я рассказал, как подсознательно завернулся в защитный слой маны и врезался в кучу веток на скале перед тем, как упасть на землю. Затем, я перешёл к встрече с Тесс и о её похищении. После её спасения, она отвела меня в своё королевство, где я и остался»

«Ты сказал что-то о болезни, которая не позволяла тебе вернуться пораньше. Что всё это значит? Ты здоров?» — вмешалась мама с беспокойством на её лице.

Я качнул головой и объяснил: «Не беспокойся об этом. Думаю, моё ядро маны было слегка нестабильным и из-за этого меня периодически мучали боли. Сначала было очень плохо, но, к счастью, там был старейшина эльф, который знал, как меня вылечить. Процесс был медленным, но он уверил меня, что после лечения ухудшений не будет»

Облегчение сменило беспокойство, и она просто погладила меня по голове.

«Так а что за история приключилась с твоим маленьким питомцем?» — отец засмеялся и указал на Сильви.

«Ха-ха, пока я шёл через лес, то наткнулся на логово мана-зверя. Там жила только мать которая была тяжело ранена. Через некоторое время она умерла. Я осмотрелся и нашёл то, что она охраняла. Я взял камень, который показался мне довольно красивым, и я даже не знал, что это было яйцо. Она вылупилась только пару месяцев назад, так что это ещё детёныш. Поздоровайся, Сильви»

Я аккуратно взял Сильви за туловище, а её ножки болтались как будто у котёнка.

«Кю!» — пикнула она, как бы сказав «привет»

Я не соврал своей семье, ведь всю историю я расскажу, когда стану старше.

Затем я попросил, чтобы они рассказали, что же случилось, когда мы расстались. Ведь с помощью Ринии я узнал только то, что они стали жить в Ксайрусе.

После того, как отец рассказал, что они делали всё это время, моя мать добавила: «Верно! Семья Хелсти уехала в путешествие, но сегодня они уже должны вернуться. Они так будут удивлены, когда увидят тебя, Арт!»

Я посмотрел в лицо матери. Она не сильно изменилась с тех пор, когда я видел её в прошлый раз. Слегка похудела и побледнела. Моё сердце защемило, когда я понял, что это было из-за стресса и депрессии после нашего расставания. Отец же даже немного окреп и постриг бородку. Думаю, работая в качестве наставника охранников аукционного дома Хелсти пошла ему на пользу.

«Папа, какого цвета сейчас твоё ядро маны?» — спросил я.

Уверенная ухмылка появилась на его лице, и он с гордостью сказал: «Твой старик вырвался из красного уровня пару лет назад и теперь оно тёмно-оранжевое»

Я поднял брови, удивляясь. Даже в его возрасте он очень хорошо развивается. Обычный маг, который не посещает специальные учебные курсы, навсегда остаётся в красном этапе, ну, может, иногда на тёмно-оранжевом, если повезёт. Конечно, для разной элиты, которая имела доступ к лучшим ресурсам это не касается, но для стандартного мага, как мой отец, он был силён.

Потом он наклонился ближе и спросил на каком этапе сейчас я.

Почёсывая щёку, я пробормотал: «На тёмно-оранжевом…»

*БУМ*

Мой отец упал со стула. Даже мама ахнула от удивления.

«Ни хрена себе!» — воскликнул отец.

«Хрен!» — вторила ему Элеонора, смеясь над падением папы.

«Дорогой! Что я говорила про матершину при Элли?» — сказала мама, закрывая уши сестре.

«Ха-ха, извини. Извини! Элли, не слушай, что болтает твой отец»

Затем, отец обернулся ко мне: «Мой сын всё такой же гений. Давай немного разомнёмся?» Мой отец ухмыльнулся, при этом обхватив меня за плечи.

«Дорогой! Он же только что вернулся домой! Дай ему отдохнуть» — сказала мама.

«Всё в порядке, мама» — я осторожно взял её за руку, и она успокоилась.

«Мужчины! Всегда хотите сражаться! Правда, Элли?»

«Папа и брат – мужчины!» — сказала Элли.

Мы с отцом рассмеялись. Я рад, что наконец-то вернулся домой.

Мы встали, чтобы пойти на задний двор, когда я услышал, как открылась дверь и раздался голос:

«Рей! Я слышал, что ваш сын жив? Что, чёрт возьми, происходит?» Я увидел тонкого мужчину в очках и костюме, за которым бежали либо жена, либо дочь.

«Винсент! Я бы хотел познакомить тебя со своим сыном, Артуром! Он вернулся, Винс… Ха-ха!»

Мой отец положил руку на плечо мужчины.

«Артур, это Винсент, мой старый друг и человек, на которого я работаю. Это его дом, поэтому представься сначала, перед тем, как мы разнесём его» — он расплылся в широкой улыбке.

Поклонившись, я поздоровался. «Приятно встретиться с вами. Меня зовут Артур Лейвин. Я не знаю, что рассказывала вам обо мне моя семья, но я недавно с ними связывался и просил никому не рассказывать об этом, пока я не вернусь, поэтому прошу прощения за путаницу. Спасибо за то, что заботились о моей семье всё это время» Этот человек приютил мою семью в тёмное для них время. Я его должник, это уж точно.

«Д-да без проблем. Я рад, что ты жив и вернулся» Он почесал затылок, стоя всё ещё в замешательстве. «Знакомься, моя жена Табита и дочь Лилия» — сказал он и подтолкнул их вперёд.

«Приятно познакомиться, мадам и Лилия» — поклонился я им. Сильви тоже представилась, сказав «Кю!»

Табита тепло улыбнулась и сказала: «Как хорошо, что ты вернулся, Артур! Поздоровайся, Лилия! Артур твой ровесник, так что не стесняйся»

Девочка по имени Лилия спросила, указывая на существо у меня на голове: «Что это? Такая милашка!»

«Это детёныш мана-зверя и я его приручил. Её зовут Сильви. Сильви, спускайся и скажи «привет»

Сильви спрыгнула вниз и пискнула девочке.

«Обожечкимои!» — взвизгнула Лилия.

«Рей, что ты имел в виду, когда говорил о разносе дома?» — с любопытством спросил Винсент.

«Мы как раз собирались пойти на задний двор. Артур и я хотим немного побороться. Хочешь пойти с нами?»

Винсент недоверчиво пробормотал: «Что? Ты серьёзно? Твоему сыну едва 8 лет. И ты собираешься сражаться с ним?»

«Ха-ха! Не позволяй внешности моего сына обмануть тебя. Он – аугментер и его ядро уже на тёмно-оранжевом этапе!» — гордо сказал мой отец.

Винсент на это лишь покачал головой. «Не смеши меня, Рей. Твой восьмилетний сын уже в оранжевой стадии? Даже самый гениальный ребёнок поступал в Академию Ксайруса едва вступив в тёмно-красный этап в 11 лет!»

Мой отец рассмеялся ещё громче и вывел всех на задний двор.

«Я готов, отец!» — улыбнулся я, отложив Сильви в сторону рядом со зрителями в лице семьи Хелсти, моей матери и сестры.

«Будь осторожен, Арт! Твой старик стал лучше!»

Винс всё ещё в недоумении качал головой.

«Начали!» — объявил отец и занял позицию.

Давайте посмотрим, как покажет себя моё обучение с дедушкой Вирионом.

Я влил ману в свои ноги и бросился к нему.

«Что за…» — сказал Винсент, даже немного всхлипнув.

«Ха-ха!» Отец окружил своё тело маной и прищурил глаза.

После ассимиляции маны в своих костях и мышцах, моё тело может и выглядит как обычное, но сила и ловкость возросли многократно.

Мой удар справа был отбит рукой отца, которой он укрывал голову.

Используя силу удара, я изменил направление, крутанувшись в воздухе, чтобы увернуться от контрудара и приземлился рядом с его ногами.

Я вновь провернул финт ногами и благодаря моему усовершенствованному телу, смог с невероятной скоростью развернуть ноги, и используя импульс, ударить локтём.

В этот момент, он поднял ногу и мой локоть столкнулся с его коленом.

«Хорошо! Отлично! Теперь твой старик будет сражаться серьёзно! Осторожнее» — улыбнулся он.

Использование маны на ранних стадиях сильно различается между Аугментерами и Заклинателями.

Хотя оба типа магов могут быть проверены специальным прибором, вычисляющим предрасположенность их определённому элементу, заклинатели легко могут узнать это по тому, насколько быстрее произносятся те или иные заклинания.

Для аугментеров же это гораздо менее очевидно, поскольку их атаки основываются на использовании маны в укреплении собственного тела. Но это лишь основы.

После определённого этапа, ядро маны становится достаточно чистым, чтобы пользователь смог использовать все силы своего элемента. Зачарователи, например, могут отойти от обычных заклинаний и изучать те, к которым они имеют предрасположенность по элементу.

Аугментеры же могут использовать свою ману, придавая ей свойства элемента.

Например, достигнув нужного этапа, аугментер, используя элемент огня, может своими атаками совершать небольшие взрывы, в то время как элемент ветра позволит ему атаковать быстрее и острее.

Однако после оранжевого этапа, аугментеры могут использовать свой элемент для влияния на окружающую среду. Аугментеры Земли могут научиться облачать свои руки камнем или создавать небольшие сейсмические толчки, топая ногой. А аугментеры Ветра могут выпускать небольшие ветряные лезвия или создавать вакуум своими ударами. Всё это, по сути, является методом управления типом маны, заложенном в вашем канале.

Конечно, Заклинатели по-прежнему имели огромное преимущество в выборе атак. Но они были уязвимы, потому что в процессе чтения заклинаний, они были слабы и не защищены маной.

Из-за этих различий, оба вида магов могут добиться различных успехов, основываясь на своём таланте и будущих достижениях.

Я давно понял, что у моего отца есть предрасположенность к огненному элементу, но все эти годы он был занят воспитанием детей и только недавно смог достигнуть оранжевого этапа, и теперь мог официально считаться Элементным Аугментером. Или Элементалем, если кратко.

Его кулаки начинают сначала засветились, а потом и воспламенились красным пламенем. Всё его тело немного задымилось, поскольку элемент огня протекал в его мане.

Я усмехнулся.

«Постарайся быть не слишком удивлён, папа!»





Глава 18




Глава 18

В моём старом мире, Элементальные Аугментеры обычно подразделялись к разным Сектам. Секты Земли, Огня, Воды и Воздуха использовали различные техники, основанные на их элементе.

Я смог стать королём потому что знал, как сражаться, используя все техники четырёх сект. Проще говоря, я был Квадро-Элементалем. Конечно же, у меня были свои предпочтения. Хуже всего я использовал Землю и Ветер, элементы поддержки, а лучше мне давался Огонь и Вода, поскольку я всегда нападал.

Во время тренировок с дедулей, мне удалось проверить кучу разных теорий. Но одну вещь я понял очень быстро – у меня совершенно не было таланта заклинателя. Однажды, дедушка привел эльфа-заклинателя, чтобы тот обучил меня основам и в итоге я чуть не убил себя. Аугментирование и Заклинательство сильно различаются. И я пожалел о том, что решил попробовать изучить оба направления. Также я протестировал свои способности на девианта. Дедушка Вирион и Тесс были невероятно шокированы, узнав, что я могу манипулировать всеми четырьмя стихиями, но после 4 месяцев попыток управления высшими формами элементов, я получил неоднозначные результаты.

«Постарайся быть не слишком удивлён, папа!»

*Крак!* *Бзззз!*

Мои волосы встали дыбом, когда сквозь меня протёк электрический ток. Когда я приготовился к атаке, вокруг моего тела обвились жёлтые молнии.

«Что за…» Мой отец был в замешательстве и даже передумал атаковать. Прежде чем он успеет прийти в себя, я бросился к нему, оставляя за собой след из обуглившейся травы. Я пронёсся перед ним словно вспышка и выбросил молнию из своей руки.

*БУМ!*

Мой отец сумел заблокировать атаку своим горящим кулаком, но отдача оттолкнула его к дереву.

*Фух* Я пригладил свои волосы, всё ещё торчащие от статического электричества. За четыре месяца занятий после ассимиляций, я смог начать управлять молниями и льдом. Конечно, я ещё в этом новичок и могу поддерживать электричество вокруг меня на минуту или две, поэтому я и хотел, чтобы бой закончился побыстрее. Льдом же управлять было ещё сложнее.

Причиной, почему только очень способные маги могут преодолеть «базовые элементы» и использовать их высшие формы является то, что эти формы невероятно сложны в изучении. Даже весь опыт моей прошлой жизни не мог меня подготовить к девиантности.

Что же касается звука и гравитации, то я пока не достиг никаких благоприятных результатов. Для того, чтобы даже предпринять первый шаг в изучении, маг должен понимать связь между основными элементами и их высшими формами. После этого, он должен подготовить своё тело для перехода с базовых элементов на высшие.

Энергия из моего тела вытекла, и я упал на землю, чувствуя, как сильно я вспотел. Я заметил, что вокруг нависла мёртвая тишина и огляделся.

Мой отец уже оправился от удара и смотрел на меня с огромным недоумением. Единственная, кто, кажется, даже обрадовался представлению, была моя сестра, но это только потому, что она не понимала, что произошло. Она, наверное, привыкла видеть моего отца тренирующимся и поэтому не заметила ничего необычного. Винсент и Табита всё ещё пытались понять, что же произошло, их лица побледнели, а челюсти буквально отвисли до пола. Моя мама прикрыла рот руками от удивления, и даже Лилия поняла, что я сделал что-то необычное.

Это именно та реакция, которую я ожидал.

«Ха-ха… сюрприз!» — слабо рассмеялся я.

«Кю…» — Сильви подбежала ко мне и бросила мне заинтересованный взгляд, будто спрашивая: «Ты в порядке, папа?»

Винсент первым пришёл в себя и сказал:

«Д-девиант!»

«Боже мой…» — вздохнула Табита.

«Арт, ну ниху… Когда ты этому научился?» — качнул головой мой отец, подойдя поближе.

«Не так давно, папа. И я едва могу это контролировать» — смущённо пробормотал я.

Мы прошли обратно в гостиную и расположились у обеденного стола.

«Рей, твой сын… ты же понимаешь, какое у него будущее? Ему всего 8, а он уже сильнее ветерана-авантюриста класса В» — сказал Винсент, пытаясь сдержать своё волнение.

Мой отец почесал затылок и сказал: «Это безумие. Меня напугало то, что он пробудился в три года, но теперь, когда он девиант…»

«Что?! Он пробудился в трёхлетнем возрасте?!» — выкрикнула Табита.

Моя мама лишь кивнула на это и ответила: «Артур также в тот момент смог взорвать большую часть нашего дома»

И отец, и Винсент откинулись назад в креслах и вздохнули.

«Папа, ты в порядке?» — Элеонора тыкнула отца в щёку.

«Ха-ха, да, я в порядке, принцесса» — смеясь, сказал мой отец и посадил её на колени.

Винсент встал со стула и хлопнул по столу, серьёзно смотря на нас.

«Рей, как насчёт того, чтобы зачислить твоего сына в Академию Ксайруса?»

«Что? Ты серьёзно, Винс? Ему всего 8 лет!»

«Рей, я думаю, что твой ребёнок гениальнее всех детей в Ксайрусе» — сказала Табита.

«Я думал, что посещать Академию позволено только знатным людям» — озабоченно сказала Элис.

Захлёбываясь, Винсент проговорил: «Я всё устрою! Я проводил много сделок с директором академии, так что он будет снисходителен к нашему вопросу о зачислении»

«Но обучение слишком дорого для нас» — всё ещё отвергала мама.

«Элис. Это уже не ваши заботы. Мы будем рады заплатить за обучение. Талант Артура неизмерим. Кто знает, чего он добьётся. Даже если мы не сможем заплатить, я уверен, что многие лорды будут молить его, чтобы стать спонсорами Арта»

«Кхм! Вы не возражаете, если я добавлю пару слов?» Люди, кажется, даже не замечали то, что человек, о котором шла речь, стоял прямо перед ними.

«Я только сегодня приехал домой. Я могу провести немного времени со своей семьёй прежде чем я решу, идти мне учиться или нет?» — взглянул я на Винсента.

«Ох, конечно, прошу прощения. Ха-ха, думаю, я немного переволновался»

Он немного посмеялся и сел обратно.

Я повернулся к маме и спросил: «Мам, где я буду спать?»

«Ах, да! Чуть не забыла! У тебя будет своя комната рядом с комнатой Элеоноры в левом крыле. Пойдём, уже довольно поздно»

Сильви уже заснула на моей голове, а сестра клевала носом, пока мы обсуждали моё будущее.

Сегодня был длинный день.

Мама и папа отвели меня в комнату, в которой я буду жить. Она была намного больше, чем та, в Эшбере, но всё же не так хорошо оформлена. Но так даже лучше. Мне нужно много пространства для тренировок.

Как только я лёг в кровать, мать и отец подошли поближе.

«Завтра мы вместе пойдём по магазинам. Тебе нужно купить какую-нибудь одежду» — погладила меня по голове мама.

Отец присел на корточки передо мной и взял за руку: «Артур, гений ты или нет, ты всё равно мой сын и я горжусь тобой, независимо от обстоятельств»

Я спокойно кивнул. Думаю, что расскажу им о своих способностях в следующий раз.

Прежде чем встать и уйти, он погладил меня по щеке и улыбнулся: «Кроме того, ты поймал меня врасплох своей магией молний. Думаю, в следующий раз ты так легко не выиграешь!»

Мама посмотрела на меня своим тёплым взглядом: «Твой отец прав. Независимо от того, какой ты гений, ты всё равно мой малыш»

«Ха-ха. Ну теперь-то я подросток. Мне же уже восемь с половиной, мама!»

«Нет, ты всё ещё малыш!» — ответила она и они оба покинули комнату.

«Отдохни. Завтра пойдём по магазинам вместе с сестрой. У вас будет шанс, чтобы подружиться» — сказала мама перед тем, как закрыть дверь в комнату.

У меня не было сил даже на душ. Я просто лежал на кровати и смотрел, как дремлет Сильви, прежде чем тоже провалиться в сон.

Сегодня был длинный день. Хороший, длинный день.

Я проснулся от того, что мой дракончик лизнул меня в лицо.

«Ха-ха, Сильви, я уже встаю!»

«Кю!» Она возбуждённо прыгала вверх и вниз на мне.

Я подумал о Тесс. Я не ожидал, что соскучусь по её спартанским методам, чтобы разбудить меня. Интересно, что она сейчас делает?

Тесс стала моим лучшим другом и хотя она стала немного жестокой, но это была всё та же добрая Тесс, что переживала и заботилась обо мне, пока я жил в Эленоре.

Я быстро принял душ, затащив туда и немного пованивающую дракониху. Она плакала, терпя тёплый водяной душ, но я был непреклонен до тех пор, пока мы оба не были кристально чистыми.

«Кю…» — простонала она, лёжа на кровати.

«Не жалуйся. Мы оба были грязными и вчера не мылись»

*Тук, тук*

«Иду!» — сказал я, одевая рубашку.

Открыв дверь, я увидел, как Элеонора, застенчиво глядя вниз, тёрла ногой по земле.

«Ну привет, Элли» — я присел на корточки и улыбнулся ей.

«Д-доброе утро, брат. Мама сказала, чтобы я р-разбудила тебя» — пролопотала она, всё ещё глядя вниз.

«Ха-ха, понятно! Большое спасибо, сестрёнка» — сказал я и похлопал её по голове. Кажется, этот ответ её удовлетворил, и она захихикала.

Я протянул ей руку и спросил: «Ты можешь отвести меня на кухню?»

«Ага!» Она взволнованно кивнула, немного поколебалась перед тем, как взять меня за руку и потянула за собой.

Сильви быстро побежала за нами, осматривая всё, что её окружает.

Перед тем, как зайти на кухню, я уловил аромат чего-то приятного и похожего на бекон. Войдя, я увидел, как Табита и Элис готовили что-то и болтали. Лилия уже сидела за столом и качала ногами, ожидая свой завтрак.

«Доброе утро, мадам, мама, Лилия!» — объявил я.

«Доброе утро!» «Кю!» — тоже поприветствовали всех Элли и Сильви.

«Ах! Элли удалось разбудить тебя! Я помню, как тебя очень сложно разбудить, Арт. Клянусь, ты спишь богатырским сном!» — рассмеялась мама, пока клала яйца на большую тарелку.

«Ты хорошо спал?» — спросила Табита, смешивая зелень в миске.

«Я отлично выспался, мэм» — кивнул я.

«Привет, Элли! Доброе утро, Артур» Я увидел, как Лилия увернулась от моего взгляда.

Я улыбнулся в ответ на её приветствие.

Завтрак был отличным! Мама сказала, что обычно для них готовили горничные, но сегодня она хотела приготовить что-то для меня самостоятельно. Я передал немного мяса Сильви и она все слопала, едва не отхватив мне палец. Затем, Элли и Лили захотели сами покормить её, поэтому я передал её им. Излишне говорить о том, что Сильви полюбила их после того, как они её покормили.

«Экипаж ждёт снаружи, так что положите посуду в раковину и выходите» — объявила Табита.

Ксайрус был удивительным городом. Я глазел на достопримечательности, пока мы ехали по главной дороге. Я видел различные магические магазины, оружейные склады, библиотеки книг заклинаний и даже приюты мана-зверей! Там было всё, о чём маги могли мечтать. Мимо нас сновали элегантно одетые прохожие и роскошные кареты. Некоторые здания были многоэтажными, и казалось, что этот город был намного больше, чем Эшбер. Я также увидел несколько детей на пару лет старше меня, одетые в одинаковые мундиры, чёрные, серые и красные. Думаю, что они учились в академии Ксайруса. Форма одежды была традиционной для академии, чтобы не возникала дискриминация, основанная на том, как богата и благородна твоя семья.

Наконец, мы добрались до той части города, где продавали одежду.

Должен сказать, что покупка одежды в компании женщин выматывала сильнее, чем тренировки с дедушкой Вирионом, от чьих занятий меня бросало в холодный пот.

Меня использовали в качестве манекена для примерки каждого наряда на рынке. Моя мать хотела одеть меня в простую одежду, в то время как Табита хотела превратить меня в какого-то князя. Даже Лилия и Элли не остались в стороне и заставляли меня примерять ту или иную вещь.

«Ты должен выглядеть хорошо, потому что ты мой брат!» — объявила она.

Сильви чувствовала мою усталость и успокаивающе ворковала у меня на голове.

В конечном итоге, мы набрали 10 разных наборов одежды. Мама пыталась остановить Табиту от оплаты покупок, но та лишь игриво сказала: «Это инвестиции. Кроме того, я всегда хотела ещё и сына»

Мы оттащили мешки с одеждой в карету и огляделись. Я был очень рад, увидев оружейную. Давно хотел купить достойный меч, чтобы снова начать тренировки с оружием. Но девушки воспротивились и потащили меня в разные ювелирные магазины. Думаю, в следующий раз я отправлюсь на базар с отцом.

В конце концов, мы вернулись домой, и я почувствовал, как я устал за весь день.

Отец подошёл ко мне и, усмехнувшись, заметив моё состояние, спросил: «Как прошёл денёк, сынок?»

«Никогда бы не подумал, что шопинг может быть настолько утомительным»

«Ха-ха! Я слышал, что сегодня тебя победила кучка женщин?» — улыбнулся Винсент.

Я лишь слабо кивнул. Табита заметила это и ухмыльнулась матери: «Твой маленький вундеркинд не так уж и силён» Лили и Элли захихикали.

«Клянусь, никто не сможет сравниться в выносливости с женщиной, бегающей за покупками» — опроверг я.

Мой отец и Винсент рассмеялись ещё сильнее и кивнули в знак согласия.

*Дзынь*

Я услышал, как после звонка раздались пара ударов по двери.

«Ах, похоже, она уже здесь!» — встрепенулся Винсент.

Посмотрев на лица остальных людей я понял, что только Винсент знал, что происходит.

Он вернулся к нам в комнату, ведя пожилую женщину.

«Рей, Элис, Артур, я знаю, что вы хотите немного подождать с академией, но я просто не мог терпеть. Познакомьтесь с Синтией Гудскай! Она директриса академии Ксайруса»

Заметив небольшой признак досады на моём лице, Винсент сразу же сказал: «Не волнуйся, я её позвал не для того, чтобы заставить тебя пойти учиться прямо сейчас. Я просто хотел познакомить её с тобой»

Директриса странно улыбнулась мне и протянула руку: «Приятно наконец-то встретиться с вами, Артур»





Глава 19




Глава 19

Академия Ксайруса была самым лучшим учебным заведением для всех потенциальных магов, которые были достаточно талантливы и привилегированы, чтобы учиться в ней. Были ещё пара академий, разбросанные по Сапину, но излишне и говорить какова разница между академией Ксайруса и этими низкосортными школами.

Те, кто выпускался из академии Ксайруса гарантированно получали благоприятное будущее. Поговаривали, что лучшие выпускники могут стать даже заслуженными стражниками, инструкторами и военными офицерами на службе у королевской семьи, самого короля и всей расе людей. Конечно, некоторые решали пойти по более скромному пути и сосредотачивались на своих исследованиях, присоединившись к одной из гильдии магов. Однако, студенты академии всегда считались элитой, даже среди дворян.

И теперь я стою перед директором академии. Как правило, любой восьмилетний, да чёрт возьми, вообще любой человек будет в восторге от этого, но я же просто досадно чешу голову, глядя на неожиданного гостя.

Передо мной была довольно высокая дама, примерно метр семьдесят роста, стоящая прямо и благородно. Она была одета в простое, но элегантное платье тёмно-синего цвета с золотой шнуровкой. Она носила шляпку заклинателей, который выглядел как большой ведьминский колпак, усиливающий скорость поглощения окружающей маны. К её халату была привязана кристально белая палочка со светящимся драгоценным камнем. Даже мой несведущий глаз мог сказать, что эта палочка была чрезвычайно ценной. Удивительно, но её лицо имело очень мягкие черты, которые напоминали мне приветливую старушку, живущую по соседству, а не важную директрису. Но аура вокруг неё была просто сказочной. Даже морщины не могли скрыть её красивое лицо, а карие глаза усиливали привлекательность её улыбки, когда она представилась.

«Приятно наконец-то встретиться с вами, Артур» — сказала она, протягивая руку.

Что мне делать в этой ситуации? Просто пожать её, поцеловать или что-то ещё?

Я решил выбрать самый безопасный вариант и пожал её руку.

«Эээ… приятно познакомиться с вами, директор»

Она, казалось, немного удивилась моему поведению.

«Артур! Я извиняюсь за моего сына, директор Гудскай. Он просто совсем недавно вернулся домой и не знает местных обычаев» — моя мать толкнула меня вниз, и сама преклонила колено.

Видимо, перед знатным человеком обычно нужно становиться на одно колено и пожать ему руку, при этом кланяясь.

Как глупо.

«Ха-ха-ха, всё в порядке. Я не в обиде. И пожалуйста, Артур, зови меня Синтией» — она засмеялась, прикрывая рукой рот.

«Я сожалею, что побеспокоила вас в столь позднее время, но, к сожалению, только сейчас я смогла уделить вам время. Надеюсь, вы не возражаете» — сказала Синтия, глядя на моих родителей.

«Нет, мы благодарны вам за то, что вы смогли посетить нас»

Судя по количеству комплиментов, я начал задумываться, может ли эта бабуля сравниться с дедушкой Вирионом.

Директриса Синтия кивнула и ответила: «Я и правда очень нечасто посещаю потенциальных студентов. Ведь даже имея сто своих копий, я бы всё равно не успевала! Тем не менее, Винсент – мой хороший друг и надёжный деловой партнёр, которому я не могла отказать, взволнованно подошёл ко мне и рассказал о чуде, живущем в его доме. Должна сказать, что любопытство взяло верх надо мной. Не возражаете, если мы выйдем на открытое пространство? Я бы хотела увидеть демонстрацию ваших возможностей»

«Я могу хотя бы доесть свой уж… Ой!» Мама шлёпнула меня по заднице, прежде чем я смог закончить предложение.

Мой ужин… эх!

Сильви, которая всё время пряталась под столом, поспешила за нами, чем вызвала удивление директрисы.

«О боже… какой прекрасный мана-зверь! Ты его приютил, Артур?» — спросила она меня, стоя на коленях и с любопытством разглядывая Сильви.

«Да, она вылупилась пару месяцев назад. Её зовут Сильви» — ответил я. Мама всё ещё держала меня за рубашку, чтобы я не сбежал.

Синтия потянулась, чтобы погладить Сильви, но та увернулась и забралась ко мне на голову.

«К сожалению, она немного стесняется незнакомцев»

«Понятно. Ладно, хватит о ней. Давайте посмотрим, не преувеличивает ли Винсент. Он мало что мне рассказал. Лишь упомянул, что ты Аугментер и то, что будет какой-то сюрприз» — она покачала головой.

Мы пришли на задний двор, и зрители отсели от нас в паре метров. Сильви с трудом пыталась выбраться из хватки младшей сестры, которой я доверил дракончика.

«Вы не собираетесь использовать свою палочку?» — спросил я, вставая в стойку.

«Будет несправедливо использовать оружие, если вы сами будете сражаться голыми руками, верно?» — подмигнула она.

Думаю, она права.

Я топнул правой ногой по земле и кусок земли, размером с моё тело резко подлетел вверх. Всё ещё не доставая рук из карманов, я лениво пнул камень в сторону директрисы.

Стена из ветра, внезапно появившаяся перед ней, мгновенно откинула камень, который я пнул.

Вау. Впечатляет.

Думаю, она заслужила своё звание директрисы.

Я видел, как она была удивлена моей внезапной атакой. Синтия явно не ожидала элементной атаки от ребёнка, даже зная, что тот был Аугментером.

Интересно, кто из нас лучше контролирует ветер.

Я создал порыв ветра под ногами и понёсся к ней.

«Д-двойной элементаль…» Она не успела закончить фразу, когда я подпрыгнул на три метра вверх и с помощью ветряного элемента, сосредоточил мощный вихрь в моей правой руке, которая начала светиться серебристо-белым светом. Используя кусок земли, который я отправлял в директрису, в качестве опоры, я сделал выпад в её сторону.

*ФУШ!*

В результате столкновения вихря и ветряной стены, по всей импровизированной арене хаотически разнеслись ветряные потоки, заставляющие зрителей прикрывать лица.

Столкновение откинуло меня назад, да и Синтии тоже пришлось отступить на несколько шагов. Даже не дав мне перевести дыхание, она создала четыре торнадо размером с дерево и отправила их в мою сторону.

Собрав всю силу ветряного элемента вокруг своего тела, я создал своё торнадо, вращающееся в обратную сторону. Используя маховую силу циклона, я сам начал крутиться вместе с ним, используя руки в качестве ветряных лезвий.

Новое столкновение между четырьмя торнадо и моим циклоном создало небольшой кратер, но я не получил никакого вреда, разве что голова немного закружилась.

*БАМ*

Внезапно, что-то меня откинуло, в глазах потемнело, а в ушах раздался писк.

Элемент Звука! Она девиант!

Я взял себя в руки и посмотрел на своего противника. Она уставилась на меня с таким благоговейным лицом, как будто увидела достопримечательность в чужой стране. Рука Синтии всё ещё была поднята после последней атаки.

Я сидел на земле, сложа руки. Блин. Я не смог победить.

«Этого достаточно для демонстрации моих возможностей, директор?» — слабо улыбнулся я.

«Н-да… что ж, вполне достаточно» — её голос звучал так, как будто победа для неё была Пирровой.

Она выдохнула и пошла ко мне, когда я услышал голос отца:

«А-артур… Ты знаешь, как использовать и эти два элемента?»

«Что ты имеешь в виду, говоря «и эти»?» — спросила директриса Синтия, совсем запутавшись.

«О-он… мой сын… мы думали, что он Огненный Элементаль. Он также является девиантом и умеет пользоваться молниями!» — ответила мама.

Я услышал, как у директрисы перехватило дыхание. Гудскай явно не верила тому, что сказала мама.

«В-вы шутите… вы хотите сказать, что он способен контролировать три стихии…»

«На самом деле – четыре. Я могу контролировать все четыре стихии» — прервал я. Всё равно она бы узнала это. Да и я не особо хотел скрывать.

«Земля и ветер – в них я слаб. Намного более эффективен в борьбе с огнём и водой. Также я являюсь девиантом в обоих этих элементах, но пока что лишь учусь их контролю» Я встал с земли, наконец-то оправившись от предыдущего удара. Если бы я знал, что она управляет звуком, то надел бы затычки для ушей.

Над двориком повисла тишина.

Благородный вид спал с её лица, и она едва пробормотала:

«Артур, ты хочешь сказать, что являешься квадро-элементалем и способен контролировать два высших элемента?»

Ну я ещё и укротитель дракона, так, к слову. Интересно, как они на это отреагируют.

«Верно. Это, наверное, большой сюрприз для всех, потому что я никогда об этом не рассказывал» — сказал я, почёсывая затылок.

«Пожалуйста, продемонстрируйте» Глаза директрисы сейчас грозно пылали, и некогда дружественная бабушка превратилась в матёрого ветерана многих войн, когда она подняла руку и вокруг неё закружилась мана.

Внезапно, вакуум затянул меня к ней, а в другой её руке был шар из ветра.

Эта женщина…

Я создал воду в правой ладони и огненный шар в левой. Она хотела увидеть, как хорошо я ими владею. Что ж, пусть посмотрит.

Я объединил оба элемента и огромное облако пара скрыло нас от зрителей.

Шли минуты, и толпа за пределами завесы не понимала, что происходит, слыша лишь звуки борьбы, а затем, сильный поток ветра полностью сдул облако. Мне было плохо, хуже чем ей, но мне всё же удалось ранить её, может даже пролить кровь.

«Фух! Должна сказать, что я полностью убеждена! Вы приняты, Артур Лейвин» — она небрежно погладила меня по плечу.

Раны, которые мне удалось нанести ей уже исчезли, как и мои. Все зрители были сильно шокированы произошедшем и не могли сказать и слова.

«Простите, мама, папа. За то, что скрывал это от вас» Я немного волновался, что мои родители будут недовольны тем, что у меня так много секретов от них, но, к счастью, мой отец принял это довольно хорошо.

«ХА-ХА-ХА! Мой сын – первый в мире квадро-элементаль!» Он поднял меня за подмышки и крутил вокруг, как тогда в детстве.

Ууу, травмирующие воспоминания о том, как я обкакался вновь вернулись.

«Но пожалуйста, Арт, больше ничего от нас не скрывай» — моя мать криво улыбнулась, но на её лице всё ещё было беспокойство.

Я не мог ей этого обещать. Ведь это было для её блага.

«На этом континенте нет не то, что квадро-элементалей, даже тройных, но ты…» — она не окончила фразу, вновь покачав головой.

«Брат сильный?» — спросила сестра, всё ещё сжимая Сильви.

Погладив её по голове, директриса кивнула: «Твой брат очень сильный, малышка»

«Хе-хе-хе!» Она гордилась собой так, как будто это она получила комплимент.

Лицо Винсента всё ещё выражало крайнюю степень неверия, пока он пытался понять всё произошедшее. А Лилия смотрела на меня с удивлением и небольшой ноткой страха.

Я не виню её.

Мой отец поставил меня на землю и я обратился к директору, глядя на неё серьёзным взглядом, который совсем не подходил для восьмилетнего.

«Директор Гудскай. На самом деле у меня была причина, по которой я раскрыл сегодня свои секреты»

Чувствуя серьёзность в моём голосе, она кивнула: «У меня было такое предчувствие, что ты не просто наглец, демонстрирующий своё мастерство. Кажется, ты слишком крут для этого»

Соглашаясь с ней, я ответил: «Есть несколько преимуществ, которые я смогу получить, посещая вашу академию. Одно из них состоит в том, что я изучу, как контролировать элементы молнии и льда. Но это я и сам со временем могу узнать. Но главная причина заключается в том, что я хочу защиты. Сейчас я не достаточно силён, чтобы защитить всю мою семью. Но вы довольно влиятельны и можете обеспечить безопасность для меня и семьи, по крайней мере до тех пор, пока я обретаю силу, чтобы защищать их самому»

«Артур! Как ты смеешь грубить директрисе Синтии…»

«Ха-ха-ха! Нет, всё в порядке, Элис. Я полностью согласна с Артуром» — прерывает её директриса.

«Я не собираюсь выказывать свои способности, чтобы завоевать всеобщее внимание, но и терпеть не могу прятаться и преклоняться перед любым, кто не уважает мою семью. Я также стремлюсь к получению великой силы. И для этого мне нужна защита от тех, кто может причинить мне вред, пока я достигаю своей цели. Если вы сможете всё это обеспечить, то я более чем готов посещать вашу академию и признать вас своим учителем» — я закончил речь и забрал плачущую Сильви у сестры.

«Ха-ха-ха! Никогда бы не подумала, что за все годы, пока я была директрисой и Заклинателем на Серебряном этапе, кто-то может дерзко предложить такую одностороннюю сделку мне. Многие лорды умоляли, чтобы я выделила место для их детей в моей академии, а ты говоришь так, как будто делаешь мне одолжение. Ха-ха-ха, я принимаю твою сделку! На все 100%!» — смеясь, сказала она.

«Я прошу прощение за своё тщеславие, но этот вопрос имеет первостепенное значение для меня» — ответил я, почёсывая щеку.

Мои родители лишь качали головой, как будто говоря: «Что же будет с нашим ребёнком»

Искренне улыбаясь, я продолжил: «Конечно, этот вопрос мы отложим до тех пор, пока я не поступлю в вашу академию»

«Что? Ты не собираешься начать учиться в ближайшее время?» На этот раз директор, как и любой взрослый, уже тоже была в замешательстве.

«Я не планировал поступать в академию Ксайруса, пока не достигну нормального возраста для вступления. Я решил поступать на мой двенадцатый день рождения, как и все остальные студенты. Думаю, что с этим не будет никаких проблем?»

«Боже! Это же чуть больше трёх лет. Артур, у тебя есть какие-нибудь планы о том, что будешь делать всё это время?»

Я повернулся к своим родителям, чтобы понять, позволят ли они мне или нет.

Я посмотрел на ночное небо, на то, как светят звёзды. В отличие от моего старого мира, отсутствие освещения на улицах делает ночи действительно красивыми. Повернув свой взор на семью, я ответил.

«Я бы хотел стать искателем приключений»





Глава 20




Глава 20

«Нет! Ни за что! Артур! Да ты знаешь, насколько опасно быть искателем приключений? Ты только что вернулся домой после того, как мы все думали, что ты умер и теперь ты хочешь вновь пойти и умереть? Ни в коем случае!»

Говоря это, моя мама чуть ли не плакала. Ей никогда не удавалось контролировать свои эмоции. Элеонора цеплялась за её ноги и говорила:

«Мама, не сердись. Брат не плохой! Ууу… мама, не плачь»

После моего заявления, директриса Гудскай покинула поместье. Наверняка она всё ещё хотела задать мне множество вопросов, но нам с семьёй нужно серьёзно поговорить. Сейчас, мы сидели в комнате родителей, и мама стояла передо мной, запретив мне даже думать о авантюризме.

Отец же был немного более рациональным. Не могу сказать, нравилась ли ему моя идея, но он не видел в этом никаких препятствий для меня, кроме юного возраста.

Я не хочу спорить с матерью. Она так говорила только потому, что переживает за меня. Я ожидал нечто подобного и поэтому хотел постепенно проталкивать мою идею, но не вышло.

После того, когда она наконец-то успокоилась, мой отец сказал: «Дорогая, давай выслушаем Артура. Я хоть и не согласен на то, чтобы он стал авантюристом, но мы же должны узнать его точку зрения?»

*Всхлип*

Я взял маму за руки и сказал: «Мама. Я не планирую завтра же уезжать от вас. Сперва я бы хотел провести хотя бы пару месяцев со своей семьёй»

Её лицо потеплело, и она улыбнулась. Сильви поддержала меня и лизнула ей руку.

«Я бы хотел стать авантюристом, чтобы получить бесценный опыт. Пока я жил три года в эльфийском королевстве, я многое пропустил и хотел бы получше узнать мир. И авантюризм поможет мне в этом»

«Я понимаю тебя, Арт. Когда я был немногим старше тебя, то тоже хотел получить жизненный опыт сражений, когда только проснулся в качестве мага» — вспоминал отец, — «Но твоя мать права, это очень опасно»

Мама энергично кивает головой, подтверждая его слова.

Я задумался.

«А что, если со мной будет какой-нибудь охранник или напарник? Это немного смягчит вас?»

«Хм… знаешь, это довольно неплохая идея» — сказал отец, обдумав всё хорошенько.

«Но… мы всё равно не сможем увидеться несколько месяцев!» — снова начала протестовать мама.

Я покачал головой и сказал: «Мам, я не буду совершать дальние вылазки или отправляться на опасные задания. Я постараюсь навещать вас как можно чаще, может, даже слишком часто»

«Брат, ты уезжаешь?» Моя сестра смотрела на меня так, как будто ей сказали, что Деда Мороза не существует.

«Нет, нет, Элли, я остаюсь дома»

Видимо, мать и отец рассказывали Элеоноре множество историй про то, какой я был сильный и умный. Одним из её любимых рассказов перед сном был тот, в котором я спас маму от кучки плохих парней на вершине скалы и получил травму, так что мне потребуется время, чтобы вернуться домой. Так что я стал своего рода героем для сестры.

Я оглянулся и посмотрел на маму. После разговора ей стало заметно легче. Думаю, она напридумывала себе в уме то, что я хочу уничтожить зло во всём мире, в свои-то восемь лет.

«Почему ты хочешь стать искателем приключений до того, как пойти в академию, а не наоборот?» — она тихо пробормотала.

«Я хочу проверить свои навыки в реальных жизненных ситуациях. Кроме того, мам, я хочу пойти в академию наравне со всеми. Мне будет намного сложнее учиться, если я начну обучаться с восьми лет. Не думаю, что смогу быть наравне с остальными учениками с такой большой разницей в возрасте»

На этот раз мама бросила мне одобряющий взгляд. Самое ужасное для матери – это узнать, что твой ребёнок – одиночка.

Говоря это, я вспомнил предсмертное желание Сильвии. Она хотела, чтобы я наслаждался жизнью и не зацикливался только на тренировках. И я обещал ей выполнить это желание, несмотря ни на что.

«Кроме того, я хочу пожить с вами хотя бы пару месяцев. Кто знает, может, ты устанешь от меня за это время и будешь рада, когда я уйду» — подмигнул я маме.

И за это я получил подзатыльник, а она рассмеялась: «Временами, ты так похож на отца! Слава Богу, что у тебя хотя бы мой интеллект» — она тепло обняла меня.

«Эй! Ему достались мои способности в управлении огнём!» — запротестовал отец.

В ответ на его фразу, мама показала ему язык и сказала: «Мой сын получил девиантные способности от меня»

«Элли тоже! Бее!» — моя сестра копирует маму и тоже высунула язык отцу.

«Тьфу! Никто за меня не заступился» — притворно заплакал он и обнял дочь

Мы все радостно рассмеялись.

На следующий день, в воскресенье, у отца был выходной. Семьи Лейвин и Хелсти вместе завтракали.

«Так вы, ребята, решили, что будет делать Артур?» — спросил Винсент, жуя свой омлет.

Табита покачала головой и сказала: «Клянусь, иногда мне трудно поверить, что ты дворянин, когда ты разговариваешь с набитым ртом»

«Ха-ха-ха, не волнуйся. По крайней мере, твой муж лучше, чем мой. Помните, как однажды на званом ужине Рей выплюнул свою еду от смеха? Мне пришлось использовать Элли как предлог, чтобы покинуть стол из-за смущения» — вздохнула мама.

Отец слегка покраснел и поспешил сменить тему: «Кхе-кхе! Короче, да, мы поговорили вчера вечером и позволили стать ему авантюристом при определённых условиях»

«Да? И какие же условия?» — спросила Табита, пока резала омлет для Лилии.

«Он не станет авантюристом до своего дня рождения, который через три месяца. Мы же решили нанять ему охранника для помощи в заданиях. Кроме того, я думаю, что он достаточно умён, чтобы со всем справиться. Конечно, последним условием было то, что он будет как можно чаще посещать нас» — объяснил отец.

«У тебя есть кто-то на примете, кто будет охранять его? Чёрт, есть ли вообще какой-либо охранник, способный защищать его? Да и кто кого вообще будет охранять!» — хихикнул Винс, представив смехотворность ситуации, когда восьмилетний малыш защищает матёрого ветерана.

«Мы ещё не нашли человека, соответствующего критериям. Рей и я думали нанять одного из охранников аукциона Хелсти, но так и не определились, кого именно»

«Можно ещё омлета, пожалуйста?» — спросила сестра, подняв вилку вверх.

«Я ПОНЯЛ!» — отца посетило внезапное озарение, отчего я поперхнулся куском мяса.

«Два Рога скоро вернуться из экспедиции в подземелье. Я получил письмо от гильдии авантюристов, в котором говорится, что они должны вернуться в течении двух месяцев! Прекрасно! И почему я раньше не додумался до этого? Мы же можем попросить кого-нибудь из команды приглядывать за тобой, Артур! Ты же ещё помнишь их, да?» — его глаза блестели от возбуждения.

«Эй, а это неплохая идея!» — согласилась с ним моя мама.

Вручая небольшой кусок мяса Сильви, сидящей у меня на коленях, я тоже ответил: «Конечно я помню их. Это отличная идея, папа. Они знают, что я вернулся?»

«Нет, к сожалению, у меня не было возможности отправить им почту. Я как раз планировал сделать это сегодня» — сказал отец, почёсывая голову.

Винсент доел свой завтрак и сменил тему.

«Артур, ты вчера сказал директрисе Синтии, что не хотел показывать свои способности до тех пор, пока не поступишь в академию Ксайруса. Как ты собираешься скрывать их, будучи авантюристом?»

«Ах да, я собирался вам об этом рассказать» — сказал я, ковыряя клубнику вилкой, — «Я планирую скрыть свою личность, когда стану авантюристом. Я читал, что многие члены гильдии искателей приключений имеют псевдонимы, не раскрывая свои личности общественности» К сожалению, для Сильви у меня нет хорошей маскировки, так что мне придётся прятать её. Например, внутри плаща, если карман достаточно большой.

«Ааа… понятно» — кивнули Табита и Винсент.

После этого, завтрак закончился, и мы разошлись.

Отец пошёл в гильдию авантюристов, чтобы отправить письмо своей старой команде, а в это время мама и Табита пошли по магазинам, захватив с собой Элли и Лили. Они звали и меня, но я вежливо отклонил их предложение, чтобы не терпеть страдания, которые они называют приятным времяпрепровождением.

Я помылся и отправился в правое крыло поместья, где был кабинет Винсента.

*Тук, тук*

«Да?»

«Это я, Артур»

Дверь открывается, и я увидел любопытный взгляд на лице Винсента. «О, заходи! Что привело тебя сюда, Артур? Ты раньше никогда не заходил в мой кабинет»

«У меня есть определённый вопрос, о котором я бы хотел поговорить сегодня с вами, поэтому я и пришёл» — сказал я, оглядываясь в кабинете. Повсюду лежали груды документов.

ОТ ЛИЦА ВИНСЕНТА ХЕЛСТИ:

Этому ребёнку всего лишь восемь лет, да?

Дрожь пробежала по моей спине от его интонации. Почему я нервничаю при упоминании об «определённом вопросе», о котором он хочет поговорить со мной?

«О каком конкретно вопросе идёт речь?» — просто сказал я, стараясь сделать более серьёзное выражение лица.

«Я нуждаюсь в вашей помощи, чтобы достать несколько предметов, которые довольно трудно найти» — продолжил он, не сводя с меня глаз. «Мне нужен крепкий плащ с капюшоном или накидку и маску, которая может скрыть моё лицо. Очень важно, чтобы маска могла изменять голос носителя»

Нетрудно было понять, зачем ему нужны эти предметы. Для владельца знаменитого аукционного дома Хелсти, который заключал сделки даже с высшей знатью и самой королевской семьёй, добыть эти предметы не трудно. С маской, конечно, придётся постараться, но и это возможно.

Но… почему в комнате стало тяжелее дышать?

Мне даже пальцем пошевелить трудно…

Вот оно что!

Почему-то этот восьмилетний ребёнок излучает такую же ауру, какую я чувствовал, стоя рядом с самим королём Сапина?

Нет, атмосфера в комнате даже тяжелее, чем тогда.

Он явно просил меня об одолжении. Но это чувствовалось так, как будто он оценивает меня, чтобы записать в список тех людей, кого стоит оставить в живых.

Я никогда не чувствовал от него подобного, но возможно, это потому, что каждый раз я его видел вместе со своей семьей.

Я быстро ответил ему, желая покончить с этим разговором: «Конечно, достать эти вещи не будет проблемой. Маску добыть будет труднее, но я уверен, что смогу найти её, прежде чем ты станешь авантюристом»

Его лёгкий кивок наполнил меня облегчением. Многие знатные люди ждут, чтобы выслужиться передо мной, но этот парень…

«Есть ли что-нибудь, в чём потребуется моя помощь? Я не хочу просто выпрашивать эти вещи, без какой-либо отдачи»

Я почувствовал, как капельки пота собираются над моими бровями. «Н-нет, всё в порядке. Я во многом обязан твоему отцу. С тех пор, как он работает у меня, количество проблем, случающихся на аукционах многократно уменьшилось»

Это было правдой. Рей стал незаменимой частью аукционных домов Хелсти. Его лидерство и харизма выделялись среди охранников. Я и раньше задолжал ему, когда он спас мне жизнь и вот теперь всё ещё обязан ему. Даже щедро платя ему зарплату, которая выше средней по всему городу, я всё ещё в долгу перед ним. Табита и Лилия стали гораздо счастливее, с тех пор, как к нам переехали Рей, Элис и Элли. Я всегда винил себя за то, что не мог проводить больше времени с семьёй, но теперь всё стало гораздо лучше.

«Хм, у меня появилась одна идея» — сказал он, глядя вниз.

Я давно заметил, что, когда Артур начинает думать, его взгляд… он фокусируется вдаль, брови нахмуриваются, губы сжимаются в тонкие складки, а нос легко подёргивается, когда он думает о чём-то, неподвластном человеческому разуму. Это вид настоящего интеллектуала. *Вздох* Трудно поверить, что он такого же возраста, как и моя маленькая Лилия.

«Позвольте мне начать обучение вашей дочери, чтобы она смогла стать магом» — сказал он с таким выражением лица, как будто говорил о погоде.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

«Я давно хотел начать учить свою младшую сестру манипуляции маной. Будет не трудно включить в мои занятия и Лили. Я заметил, что вы и леди Табита не являетесь магами, так что может быть, она тоже не сможет пробудиться, но если мы начнём сейчас, то, я думаю, она сможет пробудиться в нормальном для магов возрасте» — сказал я.

Моё выступление закончилось молчанием. Я посмотрел вверх и увидел, как Винсент уронил стопку бумаг, а его палец нервно бьётся об стол. Его лицо застыло, и я услышал, как его сердце забилось быстрее.

«Что ты сказал? Ты можешь сделать мою дочь м-магом?» — прервал он долгое молчание.

«Конечно. Это будет довольно долгий процесс, но это определённо возможно. Эм… мне придётся попросить вас не распространяться о моих уроках. Я бы не хотел быть засыпанным просьбами разных родителей обучить их детей магии» — засмеялся я.

Он яростно закивал, не находя нужных слов, чтобы ответить.

«Не было бы большего счастья для меня, чем увидеть то, как моя дочь стала магом» — он умудрился сказать, вытирая слёзы.

«Отлично! Тогда обсудим детали позже. Теперь, позвольте мне оставить вас. Извините за то, что оторвал вас от работы»

Я ушёл, забрав спящую на моих коленях Сильви.

Я рад, что всё так удачно прошло.





Глава 21




Глава 21

ОТ ЛИЦА ЛИЛИИ ХЕЛСТИ:

Я пошла по магазинам вместе с мамой, леди Элис и Элли, которая, кажется, немного разочарована тем, что её брат не пошёл вместе с нами, так что я держала её за руку и пыталась успокоить.

«Эй, Элли. Ты сильно любишь своего братика?»

«Да! Но он не пошёл с нами за покупками. Я хотела подобрать ему одежду получше» — пробурчала она.

«А ты больше любишь меня или своего брата?»

Подумав, она ответила: «Хм… вы оба мне нравитесь!»

«Ха-ха-ха! Лили, о чём ты спрашиваешь Элли?» — спросила меня моя мама, — «Что ты думаешь об Артуре?»

«Эм… он немного страшный. Как думаешь, насколько он силён, мамочка? Я думала, что дети в нашем возрасте не могут быть магами» Это не справедливо. Я всегда мечтала стать магом, чтобы обрадовать своих родителей.

Моя мама посмотрела на леди Элис и сказала: «Думаю, это потому, что он очень одарённый ребёнок. Но Элис, ты действительно не против его идеи? Я не хочу вмешиваться в ваше воспитание, но разве всё это не странно? И насколько он стал сильнее за всё время, пока его не было с вами? Ты говорила, что он довольно хорошо сражался ещё до бандитского нападения»

Элис лишь покачала головой и ответила: «Конечно, я догадываюсь, что он многое от нас скрывает. Наверное, он даже не догадывается, как плохо он лжёт. Его взгляд устремляется в одну точку, а речь получается монотонной. Это довольно мило, видеть, как он пытается что-то скрыть. *Вздох* Табита, я знаю, что он не всё нам с Реем рассказывает, но мы решили подождать до тех пор, пока он всё же на это решится»

«Врать нехорошо!» — заявила малышка Элли.

«Верно, Элли. Врать плохо!» — согласилась я.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Я начал концентрироваться на своём мана-ядре. Так нетерпелив в обучении. Я хочу поскорее вернуться на прежний уровень сил, какой был у меня в прошлой жизни, но это не так быстро, как мне хочется.

В бою с директрисой Гудскай я усвоил несколько вещей. Я слишком неопытен и слаб. У меня совсем не было опыта сражений с Заклинателями, ведь их не существовало в моём мире.

Моя концентрация слабеет, когда я вспоминаю свою прошлую жизнь. Я вспомнил тот туманный вечер, когда руководительница моего детдома, самый близкий мне человек, был расстрелян. Я был тогда ещё слишком молод, но, вероятно, именно это и послужило причиной того, почему я стал усиленно тренироваться. Руководительница нашла меня на улице и подарила свежую плюшку. После этого, она заботилась обо мне, учила меня читать и писать, ругала меня и учила манерам.

Я не хотел стать королём. Мною двигала лишь месть. Я просто хотел стать достаточно сильным, чтобы убить виновных в смерти человека, который заботился обо мне… который любил меня. Но всё было не так просто. Выяснилось, что ответственный за убийство главы приюта, наряду с другими убийствами, был военным из другой страны.

Я понял, что неважно, насколько силён человек, он всего лишь один человек. Мне нужна была власть, соответствующая силе. Став королём, я достиг своей цели. Первым делом, я уничтожил страну того военного. Запятнав свои руки кровью сотен тысяч солдат и миллионов жителей. Это жестоко, но я был этому рад, несмотря на то, что это не вернуло бы её. Она всё равно была мертва.

Эту жизнь я проживу иначе. И я не буду об этом жалеть.

Сильви толкнула меня своим мокрым носом и заинтересованно посмотрела: «Я здесь. И мне уже лучше» — будто говорила она.

Поглаживая её по голове, я выбросил из головы те ужасные воспоминания.

Я смеялся над плачущей Сильвией, которая до сих пор ненавидела душ. Хорошо, что она со мной. Лучше быть с другом, чем в одиночестве.

Прошло время и девушки вернулись со своего похода по магазинам. Я сбежал по лестнице, чтобы поприветствовать их.

«Хм! Брат дурак!» — скрестив руки на груди, сказала сестра.

«Это потому, что я не пошёл с тобой по магазинам, Элли? Прости меня,» Я похлопал её по голове, и она улыбнулась.

«Что купила мама и леди Табита? Вы снова купили кучу вещей?»

«Мы сегодня купили лишь парочку новых нарядов для Элли и Лилии» — отреагировала моя мама.

В этот момент я услышал топот в нашу сторону. Винсент прибежал к нам, явно о чём-то волнуясь. Его глаза покраснели, а на лице было подобие улыбки.

«Наконец-то вы пришли!» — сказал он, обняв дочь и поцеловав её в щёку.

«Дорогой, почему ты так суетишься? Ты что, плакал? Что происходит?» — спрашивала Табита, с недоумением смотря на него. Винс сейчас выглядел в её глазах, как сумасшедший.

Он посмотрел на меня, всё ещё улыбаясь: «Ты им ещё не сказал, Артур?»

Покачав головой, я рассмеялся: «Нет, я только что проснулся. Ещё не успел им рассказать»

«Расскажи, что случилось, милый» — обеспокоенно сказала моя мама. Матери всегда не любят оставаться в неведении.

«Я обсудил с господином Винсентом о возможности обучения Элли и Лилии манипуляции маной, начиная с сегодняшнего дня. Конечно, если с этим согласна леди Табита»

Табита посмотрела на мужа и покачала головой: «Это что, какая-то шутка? Если это так, то она не смешная»

«Нет, мэм. Я знаю, что вы и сэр Винсент не владеете магией, но вполне возможно, что Лилия сможет стать магом» — я сурово посмотрел на неё, показывая, что не шучу.

«Невероятно. Я никогда не слышала, что кто-нибудь мог обучать других манипуляции маной. Мне говорили, что у ребёнка должен быть врождённый талант к этому, чтобы пробудиться. Почему я не слышала об этом раньше?»

Табите было намного сложнее поверить, что Лилия может стать магом, чем её мужу. Удивительно, но Винсент без всяких расспросов согласился со мной. Я уверен, что она беспокоилась за будущее своего ребёнка в обществе, где маги были элитой и даже несмотря на всё богатство семьи Хелсти, они были лишь обычными людьми.

«Да, я тоже не слышала ничего подобного. Как ты планируешь это сделать?» — сказала моя мама.

«Мама, ты же помнишь, что я пробудился три года? Я до сих пор помню, что произошло и почему это случилось. Я собираюсь сделать для них то, что делал для себя. Мне придётся сначала проверить их, прежде чем мы начнём, но я на 100% уверен, что Элли справится с этим, а у Лили шансы примерно 70%» — сказал я. На самом деле, у Лилии вероятность даже выше, но я не хотел их обнадёживать. Существовал шанс, что она так и не сможет пробудиться.

«О Боже. Дай мне сил. Мне нужно присесть и отдохнуть» — сказала Табита и на трясущихся ногах добралась до дивана.

«Конечно, обучение займёт некоторое время. Понадобится несколько месяцев или даже лет»

Родители Хелсти кивнули мне в ответ, и я обернулся к Лили и Элли.

«Элли, Лили, присядьте на пол возле камина» — сказал я, направляя их в гостиную.

«Я хочу, чтобы вы сели спина к спине. Оставьте немного места между вами, чтобы я туда сел»

Элли ещё не понимала, что происходит, но Лили сообразила и решительно посмотрела на меня. Элли села, вытянув вперёд ноги, а Лилия устроилась поудобнее, скрестив ноги под собой.

«Хорошо. Прежде чем я начну, я хочу, чтобы вы закрыли глаза и сосредоточились. Если очень постараться, то вы сможете увидеть небольшие пятна света. Видите их?» Я сел между ними и видел, как Табита, Винсент и мама пристально смотрели на происходящее.

«Нет… я ничего не вижу» — тихо сказала Лили. Я обернулся посмотреть на родителей и увидел панику на их лицах. Я ожидал такой реакции и просто проигнорировал их. Я задал этот же вопрос моей сестре. Вот за неё я действительно волнуюсь, сможет ли она увидеть это.

К счастью, она ответила: «Да, брат, я вижу небольшое свечение!»

Следующим шагом нужно было то, что могу сделать только я. Я должен влить ману всех четырёх элементов в их тела. При этом, они смогут более чётко увидеть пятна маны, которые разбросаны в их теле.

«Итак, я начинаю. Вас немного потрясёт, но я хочу, чтобы вы это вытерпели и сосредоточились на пятнышках света» — сказал я, активируя свои способности квадро-элементаля.

Мне нужно приложить усилия всех четырёх элементов, чтобы собрать и сформировать их чистое ядро маны и дать им способности к разным элементам.

*Фух*

«Ой!» — Элли и Лили взвизгнули от удивления.

«Я тоже вижу свет! Они такие красивые!» — воскликнула Лилия.

«Вау! Их так много» — ответила сестра.

«Отлично, я буду вам немного помогать, но ваша задача состоит в том, чтобы попытаться соединить все эти огоньки вместе, понятно? Представьте, что эти маленькие огоньки – друзья, которым нужно встретиться. Ты сможешь это сделать, Элли?» — это была самая сложная часть, и мне нужно убедиться, что они поняли меня.

«Хорошо, думаю, я справлюсь!» «Огоньки друзья? Ясно!» — откликнулись они.

Я поддерживал поток маны в их тела, чтобы они могли управлять ею и собирать.

Сделав глубокий вдох, я убрал руки от их спин, заставляя их собирать огоньки до тех пор, пока они не исчезнут.

«Ну что? Думаешь, что Лилия сможет стать магом?» — спросила Табита. Семья Хелсти с тревогой смотрела на меня. Я посмотрел на маму и даже у неё заметил беспокойство в глазах.

Я широко улыбнулся и сказал: «Не волнуйтесь, Лилия и моя младшая сестра смогут пробудиться через несколько лет. Я буду тренироваться с ними каждый день, пока не уйду. Через месяц или два, они будут способны самостоятельно обучаться и формировать ядро маны…»

Табита даже не позволила мне закончить и крепко обняла меня: «Спасибо, спасибо, спасибо! Моя малышка сможет изучать магию! О Боже мой, я так волновалась, что без магии, её будущее будет таким же скучным, как наше. *Всхлип* Спасибо, Артур!»

Я видел, как Винсент молча смотрел на свою дочь своими заплаканными глазами. Мама погладила мне голову, кидая гордую улыбку.

Для Элли тренировки были не так важны, потому что вся наша семья имеет способности к магии. Она точно способна пробудиться, даже если бы я ничего не делал. Я лишь ускоряю процесс. Думаю, чем быстрее она научится магии, тем скорее она сможет защищать себя.

Девушки продолжали собирать ману ещё пару часов после того, как я влил её в их тела. Удивительно, но Лилия продержалась дольше, чем Элли. У неё было больше воли, чем в моей четырёхлетней сестре.

Мой отец вернулся из гильдии и был рад услышать новости о том, что в семье Хелсти может появиться первый маг.

Подхватив Элеонору и целуя в щёку, отец сказал: «О, моя маленькая малышка станет сильной, как и её брат! Обещай мне, что ты не будешь сильнее, чем папка, ладно? Или я расплачусь»

Мама рассмеялась, а сестра захихикала и толкнула отца: «Папа! Твоя борода щекочет меня! Хва-атит, хе-хе!»

В тот вечер родители приготовили отличный ужин. Винсент и Табита потратились на деликатесы, которые вызвали обильное слюнопускание у меня и Сильви.

Следующие несколько дней я посвящал конденсации маны в своём ядре и оттачивая свои навыки управления элементами и драконьей волей. Это был невероятно медленный процесс, и я буквально помирал от скуки.

Несколько дней в неделю я проводил небольшие бои с отцом, но каждый раз сдерживал себя, боясь нанести ему серьёзные травмы.

Кроме обучения, я контролировал тренировки своей сестры и Лилии, когда они продолжали формировать свои ядра маны. Это был очень напряжённый процесс. Я видел, что моя сестра довольно нетерпелива в обучении и старался сделать из тренировок подобие игры.

За это время, я смог поговорить с матерью о её способностях Эмиттера. Я спросил, как ей удалось узнать и изучить их, если в природе так мало эмиттеров, на что она загадочно улыбнулась мне и сказала, что женщина должна иметь несколько своих собственных секретов.

Думаю, что спрошу её ещё раз когда-нибудь в следующий раз.

За две недели до моего дня рождения и начала карьеры в качестве авантюриста, я проснулся и услышал громкий и неприятный стук в дверь. Открыв дверь я увидел группу знакомых лиц, отчего на моём лице появилась улыбка.





Глава 22




Глава 22

ОТ ЛИЦА РЕЙНОЛЬДСА ЛЕЙВИНА:

Я отпил немного кофе из своей чашки и едва не обжёг язык. Мы с Винсом обсуждали некоторые бизнес-планы аукционного дома Хелсти и сейчас остановились на теме о реструктуризации охранников. Нам недавно удалось завербовать нескольких магов, которые очень мощно усилят нашу службу безопасности. Большинство аугменторов стараются сражаться в ближнем бою, так как это для них намного проще, но для защиты лучше всего подходят дальнобойные аугментеры, такие как лучники и арбалетчики. Винс спросил, не нужно ли нам нанять нескольких заклинателей.

«Хм… возможно, заклинатели были бы полезны, так как они могут ставить барьеры и оказывать поддержку аугменторам, но всё же, я против» — сказал я и сделал ещё глоток кофе.

«Я тебя не понимаю. Ты же только что сказал, что они могут быть полезны нам» — удивлённо взглянул на меня Винс.

Отложив чашку, я ответил:

«Если бы дело было только в силе, Винс, то я бы был согласен, но тут не всё так просто. Если в команде с аугменторами будут заклинатели, то сработает моральный фактор. Ты даже не представляешь, насколько горделивы эти заклинатели. Клянусь, они думают, что являются воплощениями ангелов, а аугменторы – обычные варвары, использующие для убийства свои руки. Даже если мы сумеем найти парочку нормальных заклинателей, то команда подумает, что мы нанимаем заклинателей потому, что мы им не доверяем»

Винс, задумавшись, пялился вниз. «Ты прав. Мы сделаем по-твоему, но мы должны быть уверены, что праздник 10-летия аукциона Хелсти пройдёт нормально. Туда придёт даже королевская семья. Мы не можем допустить каких-либо происшествий»

Я просто кивнул в знак согласия.

«Точно! Нужно взять твоего сына к нам на праздник. Он говорил, что ему нужен меч? Я и не знал, что ты научил его обращаться с мечом, поскольку думал, что ты знаешь только борьбу на своих боевых перчатках»

*Вздох* «Я никогда не учил его пользоваться мечом, Винс. Он уже знал, как сражаться на мечах ещё в четыре года»

«Ты серьёзно? Лилия в свои четыре года боялась самостоятельно спускаться по лестнице» — растерянно пробормотал Винс.

«Он, видимо, узнал это из книжек по фехтованию и наблюдению за моими тренировками. Но не об этом я беспокоюсь, Винс. Я помню наши спарринги. Его взгляд, реакция, боевой стиль. Я чувствую, что борюсь не со своим восьмилетним сыном, а с мастером меча, ветераном многих боёв. Я могу с ним справляться только потому, что сейчас его тело всё ещё не созрело, но то, как он реагирует на мои выпады… это может прийти только с многолетним боевым опытом»

«Хм… я не могу сказать, что понимаю тебя. Но я сам иногда задаюсь вопросом, на самом ли деле твоему сыну всего 8 лет. Ты боишься его, Рей?» — серьёзно спросил он меня.

«Нет. И в этом я уверен на все 100%. Несмотря ни на что, он всё ещё мой сын. Я знаю, что он очень сильно заботится о своей семье»

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Было очевидно, что за последние пару месяцев был достигнут определённый прогресс в манипуляции маной у моей сестры и Лилии. Я больше не вливаю в них свою ману, позволяя тренироваться самостоятельно. Конечно, формирование ядра может занять у них ещё пару лет, особенно для Элли из-за её рассеянного внимания, но заставил их пообещать никому не рассказывать о моих и их тренировках.

Родителям же не нужно было об этом напоминать, но обе семьи были в восторге от того, что Лилия и Элли могут вскоре пробудиться.

За два месяца Сильви почти всё время спокойно спала на кровати, но и с ней произошли некоторые изменения. Например, она заметно поумнела. Её мысли стали сложнее и содержали различные намёки и чувства. Прошло всего несколько месяцев с её дня вылупления, а её разум был на уровне взрослого ребёнка. Одно из главных изменений произошло совсем недавно.

Она научилась превращаться.

Ну, на самом деле это было не совсем превращение, но она всё же смогла немного изменить своё тело. Кажется, это произошло как-то внезапно. Однажды, я размышлял над тем, как мне спрятать её, когда она вырастет. Она стояла рядом со мной и вдруг мысленно сказала: «Папа, смотри» и втянула красные шипы, а её рога стали меньше. Это было невероятно. Теперь, большую часть времени, Сильви убирала свои шипы и рога, что делало её похожим на милого лисёнка.

Всё это время, Винсент и Табита задаривали меня подарками. Даже если бы мне не нужны были плащ и маска, я всё равно хотел тренировать Лилию. В конце концов, она часть семьи, которая так сильно помогла нашей семье. После многочисленных отказов, они, наконец, смогли найти вещь, которая переубедила меня.

Меч.

Моё тело, наконец-то, достаточно окрепло, чтобы я смог управляться с небольшим мечом. Меч был немногим больше кинжала, но всё же лучше, чем драться деревянной палкой. Мы решили сделать небольшой семейный праздник и посетить 10-летие аукциона Хелсти.

Сидя на первом этаже и ожидая моего отца и Винса, я услышал неприятный стук в дверь.

Я крикнул, что сам открою дверь, так как был рядом.

«Кто…»

Я почувствовал сильнейший прилив ностальгии, которая, буквально, душила меня.

«О боже мой! Ты живой! Посмотрите-ка, как ты вырос! Ууу… прости меня, Арт! Я не смогла защитить тебя! Я так рада!»

«Мммф! Мммфм!»

«Анжела, ты слишком сильно сдавила его…» — успокаивающе сказал другой голос.

«Ух! Прости!» — взвизгнула Анжела.

Потирая своё лицо, я улыбнулся: «Так рад снова видеть вас, ребята!»

Я начал плакать. Не поймите меня неправильно… это было из-за того, что я чуть не задохнулся от объятий.

Мой ангел-хранитель Дерден погладил меня по голове, и я увидел слезинку в его узких глазах.

Адам хлопнул меня по заднице и сказал: «Юнец! Ты хоть знаешь, как все грустили по тебе? Хорошо, что ты живой, хе-хе!»

«Ты похорошел, Артур» Ко мне подошла харизматичная Елена Шард с её фирменным бантом, привязанным к косичке. Она слегка потрепала меня за щёку и улыбнулась. Клянусь, что в этот момент на моём лице проскочил румянец.

И в этот момент я увидел то, что меня поразило.

*Всхлип*

Это была Жасмин. Холодная, отчуждённая Жасмин! Она молчала, лишь обняла меня и мягко сопела.

Я не смог устоять перед желанием погладить её по голове, но она, вдруг, отстранилась от меня с покрасневшим лицом. Она быстро отошла в сторону и отвернулась.

И в это время Сильви проснулась и потрусила ко мне.

«ВАУ! Что это?» — спросил Адам. Остальные члены команды также были удивлены и даже Жасмин вновь повернулась к нам, чтобы посмотреть на милого мана-зверя.

«Её зовут Сильвия и она моё прирученное животное» — сказал я, когда Сильви прыгнула мне на голову.

«Охренеть! У тебя уже есть прирученное животное?! Ты ведь знаешь, насколько круто иметь питомца? Ох, я пытался найти зверя, чтобы укротить его несколько лет, но всё безуспешно. А те, которых продают, стоят невероятно дорого! Блин! Повезло тебе, юнец!» — Адам практически рвал на себе волосы от ревности.

Питомцы, или прирученные животные, высоко ценятся в обоих типах магии. Для заклинателей они наиболее выгодны, поскольку могут защищать своего хозяина, пока он готовит заклинание, но для аугменторов они тоже полезны.

«Что за шум, а драки нет… Ого! Ребята, вы пришли!» Мой отец, одетый в свою военную форму, спрыгнул по лестнице и устремился в сторону его бывшей команды.

Он успел их всех обнять, прежде чем моя мать и сестра спустились к нам.

«Вы пришли! Ух… так приятно снова увидеться с вами, ребята!» — воскликнула мама. Все девчонки бросились к ней и начали пускать слюни на сестрёнку. Мои родители не виделись с «Двумя Рогами» почти столько же, сколько и я, и были взволнованы.

«О боже мой! Элис, Элли так похожа на тебя! Она вырастет такой красавицей!» «Милаха…» «У Рея такие милые детки! Можешь сказать, сколько тебе лет?» «Четыре!»

Девушки возбуждённо целовали и лапали Элли.

Вскоре, к нам спустились Винсент, Табита и Лилия. Муж и жена одели элегантные чёрные костюмы и платье, а Лилия была в цветочном платье под тёплым плащом. После того, как всех представили друг другу, было решено поехать на аукцион Хелсти вместе с «Двумя Рогами». По дороге туда, я рассказал им то, что произошло после падения. Хотя мой отец вкратце написал обо всём в письме, они горели желанием узнать подробности. И были весьма шокированы тем, что я четыре года прожил в Королевстве Эленор.

Ехать было совсем не далеко, поэтому я не успел закончить свой рассказ.

Да уж, Винсент вложил в своё дело немало труда. Аукционный дом Хелсти был захватывающим. Я посещал много национальных и исторических памятников, которые были созданы самыми известными архитекторами, но это был совсем другой уровень. Я подозревал, что без помощи заклинателей тут не обошлось, поскольку он был огромен. Аукционный дом выглядел как великолепный театр с замысловатыми узорами на стенах. Главные двери были больше четырех метров в высоту и сделаны из окаменелого дерева. По сравнению с натуралистическим и элегантным дизайном, который я видел в эльфийском королевстве, этот был сложнее и величественнее. Здание имело форму цилиндра, в опорах которого были подробные скульптуры разного оружия.

Мы приехали слишком рано, поэтому рабочие и охранники ещё только готовились к мероприятию. Внутри здания было не менее, если даже не более, ошеломляюще. За входной дверью был коридор, ведущий к сцене на другой стороне. Слева и справа стояли сидения из высококачественной фиолетовой кожи, поднимающиеся наверх. Это место легко могло вместить больше десяти тысяч человек. Посмотрев вверх, я заметил, что выше сидений были закрытые балконы, а ещё выше была остеклённая комната, прикреплённая к потолку и задней стене, с которой открывался отличный обзор на сцену. Думаю, что это были места для VIP.

Кстати говоря, именно в эту комнату мы и направлялись. Отец и «Два Рога» ушли, чтобы помочь охране в подавлении инцидентов. Винсент тоже ушёл, чтобы выкрикнуть какие-то приказы рабочим и встретить более важных гостей.

Табита отвела нас в комнату, которая была шикарно обставлена. Там был винный шкаф и несколько кресел, приставленных поближе к окну. Я с комфортом развалился на кресле.

Было уже довольно шумно, поскольку собрались толпы, без сомнения, влиятельных людей. Было несколько групп, которые отличались от остальных, потому что их охрана лично сопровождала до их мест. Полагаю, это была самая богатая знать всего Королевства.

Пока я наблюдал за гостями, Лилия развлекала Элли какой-то игрой с хлопками и обе заливались смехом, а потом вернулся Винсент, ведя за собой группу людей.

Первым за Винсентом шёл пожилой мужчина с длинными бордовыми волосами, в которых были и серые волоски. Его спина была прямой, словно ствол дерева, а широкие плечи заметно молодили его. Глаза у старика были суровы, а острые брови делали его внешний вид ещё жестче. Он был одет в красную мантию с белым меховым воротником и держал трость, сделанную из белого золота. Позади него шла женщина, которая была на несколько лет старше моей матери. Но у моей мамы был тёплый, приятный, милый дружественный взгляд, а черты лица этой дамы напоминали мне ледяную скульптуру – изысканную, элегантную, благородную, холодную и лишённую эмоций. Она была одета в мерцающее серебристо-белое платье, соответствующее её темно-синим волосам, которые лежали на плечах. Этот дуэт мужа и жены был похож на семью главы мафии.

За женой топали двое маленьких детей, и я предположил, что это были её дети. Старшему мальчику было около 13-14 лет. Он явно пошёл в отца, с его серьёзными карими глазами и прямыми бровями. Короткая причёска была так же элегантна, как и у отца. Несмотря на его яростный вид, в нём также было и некое очарование, как у дикого, мощного мана-зверя, страшного, но яркого. Девчушка выглядела примерно моего возраста, но точнее я сказать не мог.

Через пару лет она уже начнёт созревать, но уже можно сказать, что у неё большой потенциал. Я не могу её сравнивать с Тесс. Они обе вырастут очень удивительными девушками, но с разными качествами. Тесс была прекрасной девушкой, с её привлекательными миндалевидными глазами, которые немного светились. Лицо эльфийки имело нежный персиковый и кремовый цвет, а губы были красиво-розовыми. Тёмно-серебряные волосы, которые блестели на солнце заставляли её глаза светиться ещё больше, а от её ослепительной улыбки моё сердце замирало пару раз.

Но эта девушка была полной противоположностью. Её фарфоровая белая кожа имела безупречные черты лица. Проницательные глаза, которые казались слишком взрослыми для её возраста, имели тёмно-коричневый оттенок, который ещё больше проявлялся из-за длинных ресниц. Её волосы были ярко-чёрными, явно доставшиеся ей от матери. По сравнению с волосами и глазами, её губы были гораздо светлее и слегка блестели.

Но сейчас они были лишь детьми, и я хотел был посмотреть, какими они будут в будущем.

Я просто качнул головой и сфокусировал взгляд на охранниках, которые следовали за семьёй, представляя у себя в голове, какая из двух девушек вырастет более красивой.

«Я и не знал, что мы будем сидеть здесь вместе с гостями, Винсент. Хорошо, хорошо. Чем больше, тем лучше! По крайней мере, у меня будет компания поразговорчивее этих скучных охранников, правда, дорогая?»

Я поднял брови от удивления на этот резкий контраст в личности человека и его внешнего вида. Он оказался громким, дружелюбным парнем по сравнению с его устрашающей внешностью.

«Прошу прощения, Ваше Величество! Я предположил, что вы не будете возражать от компании других людей. Это семья моего ближайшего друга» — сказал Винс, махнув рукой в нашу сторону.

«Ребята, это король и королева Сапин. Представляю вам короля Блейна Глайдера и королеву Присциллу Глайдер, а также их детей Кёртиса и Кэйтилин»

«Хах! А ты хорошо знаешь меня, Винс» — улыбнулся король.

«Ой, да ладно! Тебя прочесть не сложнее, чем детскую книжку с картинками. Я бы больше удивилась тому, кто видел в тебе какую-то тайну» — качнула головой королева.

Вау… Король и Королева всей людской расы.

Мама и Табита преклонили колено перед ними. Мама свирепо посмотрела на меня, из-за чего я вздохнул и тоже присел на колено.

«Хватит! Пожалуйста! Давайте отбросим формальности. Мы все сегодня важные гости дома Хелсти»

Сильви выглянула из-под моего плаща, где она спала и осмотрела новых людей.

«Кю?» — щебетнула она, высунув мордочку.

«О боже! Какой милый мана-зверь!» — холодное лицо королевы Присциллы преобразилось на глазах, и она подошла ко мне.

Король и оба ребёнка также смотрели на меня.

«Она вылупилась несколько месяцев назад. Её зовут Сильви. Выйди и поздоровайся со всеми» — сказал я дракончику.

«Кю!» — сказала она. Сильви выскочила из-под плаща и забралась на голову, осматривая новое окружение.

Король подошёл поближе и, присев вниз, присмотрелся к Сильвии. «Предполагаю, что этот маленький мана-зверь – твой питомец?»

Я кивнул. Ведь, по сути, так оно и было. «Какое счастье, что у тебя есть мана-зверь. Даже детёныша не так уж легко приручить, но, похоже, она у тебя очень послушная»

«Ну, мы можем мысленно общаться, так что это больше похоже на взаимное согласие, а не на подчинение»

«Что? Ты хочешь сказать, что она остаётся у тебя добровольно?»

Мы все повернули головы на источник звука, коим оказался один из охранников, стоявший за детьми и чьё лицо скрывал капюшон.

«Эм… я не уверен, но похоже, что это так» — я кивнул плечами.

Разве это так важно?

«Я могу взглянуть на твоего питомца поближе?» — сказал охранник в капюшоне, подходя к нам поближе.

Прежде чем у меня был шанс отказаться, Король вмешался в наш разговор:

«Сейчас не время и не место для изучения чужого питомца. Ты забываешься, Себастьян» Его добрый взгляд резко исчезает, когда дело доходит до ругательств.

«Артур. Артур Лейвин» — представился я, пожав ему руку. Мы все заняли места, и я услышал чёткий голос, объявляющий о том, что аукцион начнётся в ближайшее время.

Я метнул взгляд и увидел, как охранник в капюшоне пристально глядит на Сильви, сидящую у меня на коленях.





Глава 23




Глава 23

Дамы и господа! Для меня величайшая честь, что вы все собрались сегодня здесь по одной важной причине. Чтобы купить на аукционе редчайшие и ценнейшие предметы!»

Я услышал аплодисменты, раздавшиеся после речи престарелого джентльмена-аукциониста.

«Сидящие в зале, будьте любезны посмотреть на верхнюю комнату. Сегодня нас посетили несколько очень важных особ. Во-первых, пожалуйста, позвольте мне представить вам и поприветствовать короля и королеву Сапин!»

Ряды людей снизу встали со своих мест и организованно поприветствовали нас аплодисментами.

Король и королева шагнули поближе к стеклу и начали махать руками им в ответ.

«Следующим, я представляю вам того, кто всё это организовал. Пожалуйста, поприветствуйте Винсента Хелсти и его семью!»

Фраза аукциониста создала ещё одну волну аплодисментов и Винсент подошёл к королю и поклонился людям снизу.

Я глядел вниз на толпы людей, которые гораздо выше меня по статусу, но я до сих пор, глядя на них, думаю, будто они…

Нет… Мне не нужно об этом думать. Я больше не король. Чёрт, да я всего лишь ребёнок.

Я пристально смотрел на короля и королеву, изучая их. Король явно не был властолюбив. Уверен, что он был харизматичным и сильным, за что его и любили большинство граждан Сапина. Но он не заслужил своего титула, он достался ему по наследству. Семья Глайдер правила Сапином со дня его основания. Я и не удивился, увидев, что мана-ядро короля было лишь на красной стадии.

Взглянув на королеву, мне бросилось в глаза то, что я раньше не замечал. К её плащу был привязан белый жезл. Я не смог почувствовать её ману, так что я думаю, что она является довольно искусным заклинателем.

Королева Присцилла заметила мой изучающий взгляд и легко улыбнулась, обнажив свои жемчужно белые зубы. Для её описание не хватит обычного слова «красивая». Она была прекрасной женщиной, радующей глаза, но я заметил, что не испытываю к ней сексуального влечения, хотя и она была одного со мной возраста, если приплюсовать к моей нынешней жизни года из прошлой. Сначала я думал, что это из-за нехватки необходимых гормонов, появляющиеся только в подростковом возрасте, но чем больше я задумываюсь об этом, тем чаще я вспоминаю факт, что моя мама по сути является моей ровесницей.

Я никогда не был заинтересован в человеческой психологии, но довольно странно, что женщины, находящиеся в одной возрастной группе с матерью сразу же делает их сексуально непривлекательными. Возможно, это только мои заморочки. Я не знаю.

Конечно, это не значит, что меня возбуждают дети, как Тесс, Лилия или вот эта белоснежная принцесса, стоящая рядом. Они могут быть воплощением красоты, но это не меняет того факта, что они всего лишь дети. Именно поэтому я не мог видеть в Тесс нечто большее, чем подругу или сестру, даже если она очень очевидно показывала своё влечение ко мне. Может быть, когда она станет старше, что я подумаю над этим.

*Вздох* У популярности есть свои проблемы.

«Кю…» — Сильвия посмотрела на меня взглядом, говорящим «Ты серьёзно?» и я клянусь, что она осуждает меня своими полуоткрытыми глазами.

«Ха-ха…» — смущённо засмеялся я и погладил Сильви, чтобы убрать этот обидный взгляд.

Винсент подтолкнул меня за плечо, заставив обратить на него внимание.

«Артур, сейчас на аукцион выставляется прекрасный меч. Скажи мне, если ты его хочешь и я сделаю за тебя ставку. Не беспокойся о цене! Для владельца этого места это не проблема!» — подмигнул он.

«Спасибо» — сказал я и устремил свой взгляд на предмет, выставленный на аукционе.

«Этот короткий меч был выкован кузнецом-мастером, который также владеет огненным магическим элементом, для обеспечения качества в процессе ковки оружия высшего класса. Ядро этого оружия состоит из мана-ядра Ястреба. Усилив этот меч с помощью маны, вы сможете наносить удары электричеством, что несомненно улучшит мощь аугменторов! Ставка начинается с 50 золотых!»

Вскоре после этого, многочисленные дворяне начали поднимать руки, чтобы перебить ставку. Я же не обращал на них внимания, оперевшись головой на руку. К счастью, в нашей комнате был экран, на котором показывалось оружие и мне не приходилось вглядываться на сцену за зрителями. Но даже глядя на оружие, сразу было ясно, насколько низкосортным оно было.

Винсент продолжал кидать на меня и оружие взгляды, надеясь, что я хотя бы заинтересуюсь мечом, на который большинство людей пускают слюни.

Я покачал головой, показав незаинтересованность.

«Не волнуйся! Это лишь начало! Дай мне знать, если тебе что-нибудь приглянется. О! Я чуть не забыл. Я достал те предметы, которые ты просил. Один из рабочих доставит их ко мне после праздника» — улыбнувшись, сказал он так тихо, чтобы только я мог его услышать.

Я навострил уши и тихо спросил: «Вам удалось найти маску, изменяющую голос?»

«Потребовалось немного больше времени, чем я ожидал, но мне, наконец, удалось её получить. Также я достал пальто, сделанное из Кошмарного Лиса, так что тебя в нём будет довольно трудно заметить. Я подумал, что это именно то, что тебе нужно»

«Я об этом даже мечтать не мог» Маска была мне необходима, чтобы стать авантюристом, но и пальто, несомненно, пригодится.

«Не беспокойся об этом и постарайся не попадать в неприятности. А то твоя семья мне задаст» — Винс хихикнул и подмигнул.

«Ха-ха» — криво улыбнулся я. Нет. Я не собираюсь дать своей семье ещё один повод скорбеть обо мне.

На аукционе выставляли несколько интересных вещей. Были несколько ядер зверей, большинство которых были класса В или ниже. Цены же на них были просто астрономические. Даже на ядро класса С запрашивали 50 золотых. Также выставляли много артефактов, полезных для заклинателей и аугменторов.

Сам король пару раз делал ставки, выиграв ядро зверя класса А. Но до тех пор, пока маг не поглотит ядро, было не ясно, есть ли в нём воля зверя или нет. Шансы найти нетронутое ядро с волей были невелики, но даже если в нем и была воля, то она должна быть совместима с человеком. Большинство зверей после смерти утрачивали волю, или же уже передали её своим детёнышам.

Думаю, что король надеялся на удачу. Королева же ставила на кольцо, которое поглощало ману и пару других предметов, полезных заклинателям.

Я вздрогнул, когда благородный мужчина вывел на торги молодых рабынь, которые, дабы показать свои достоинства, были совершенно нагими. Мне посчастливилось быть тем человеком, который не имел рабов, поэтому я не знал о тех ужасах, которые могут ожидать их в руках порочных стариков. Большинство рабов были военнопленными или детьми, насильно похищенными работорговцами. В моём мире не было рабов, так что к этому неприятному факту в этом мире я не мог привыкнуть.

Я увидел, что моя мама и Табита тоже отвернулись при виде рабов и сосредоточили внимание на Элли и Лилии. Они презирали работорговлю и предпочитали нанимать горничных и дворецких.

Повернувшись в другую сторону, я заметил, как принц что-то шепчет принцессе, но её лицо оставалось беспристрастным.

Скукота. Может, мне пока не стоит покупать меч и практиковаться со своим деревянным, пока моё тело не окрепнет.

Я встал, чтобы размяться и увидел, что охранник по имени Себасьян до сих пор смотрел на Сильви.

Его капюшон скрывал лицо, но глядя на его трость, я бы мог сказать, что он – заклинатель. И он явно был заинтересован Сильвией.

Через пару мгновений он заметил, что я смотрю на него. Поначалу, ему было немного неловко, но потом он распрямил спину и нагло посмотрел на меня, как будто он имел на это право.

Да как ты смеешь?

ОТ ЛИЦА ВИНСЕНТА:

Жаль, что Артур не смог выбрать меч, который он себе искал. Но неважно. У меня на складе есть много других мечей, которые могут ему понравиться.

«Король Глайдер, надеюсь, вы нашли стоящим посещение моего скромного аукциона?» — сказал я.

«Это место уж точно не скромное, Винсент, и да, это было невероятно. Я даже не знаю, как ты сумел добыть ядро зверя класса А, как у Сереброшкурого Медведя. У тебя довольно много связей, ха-ха! Надеюсь, что в нём осталась воля зверя» — он похлопал меня по плечу.

Я услышал, как его жена промямлила: «Не слишком уж надейся на это. Ты знаешь, насколько это редко случается»

Королева отвернулась, чтобы поговорить с Элис и моей женой. Кажется, они болтали о детях.

Я посмотрел на сцену и внезапно почувствовал холод, что аж мурашки пробежали по моей спине.

Что такое? Мы же были в самом безопасном месте в здании, и внутри комнаты была королевская охрана, а снаружи стояли мои охранники.

Моё дыхание прерывалось и странная тяжесть тянула вниз. Я почувствовал, как холодный пот бежит по спине и обернулся, чтобы увидеть, как король и королева ощущают то же самое.

Что происходит? Этот страх… как будто я не могу управлять собой.

ОТ ЛИЦА АРТУРА:

Упс.

Я быстро отвёл взгляд от бледного Себастьяна, которой потерял равновесие и упал на пол.

Я немного потерял контроль над собой. И лишь хотел немного припугнуть. Я не хотел, чтобы из меня вышло так много кровожадности.

Я быстро огляделся и был удивлён, что все и даже стражники либо были в испуге, либо валялись на полу.

Бля.

Я и не думал, что всё будет так плохо.

Я впервые потерял контроль над своими убийственными желаниями. Даже когда я сражался с работорговцами, то не хотел устраивать кровавую баню, предпочтя застать их врасплох.

Некоторые из королевских стражников-аугментеров обнажили оружие, чтобы защититься от неизвестного источника угрозы.

«Кто здесь?!» — заревел король, доставая свой меч. Я увидел, как королева Присцилла приготовила свой жезл, стоя перед детьми, а мама и Табита прижали к себе Элли и Лили.

Винсент позвал охрану и приказал им обыскать весь район в поисках любых убийц, которые могут быть поблизости.

Когда они нашли странного нарушителя на крыше, признав его за убийцу, все заметно успокоились.

Нашли козла отпущения! Надеюсь, твоя жертва не была напрасной, случайный человек.

Элис взяла меня на руки вместе с Элли, которая была немного смущена и напугана тем, что чувствовала. Король и королева сидели перед своими детьми, тоже заметно нервничая. У опасно выглядевшего мальчика на глазах выступили слёзы, когда он обнимал себя. Принцесса пыталась оставаться сильной, но у неё это не получалось из-за сильной дрожи.

Бля.

«Себастьян, как ты мог позволить королевским охранникам испугаться какого-то злоумышленника? Когда-нибудь это тебя погубит» — сказал аугментер с капюшоном и копьём в руке.

«Я просто подскользнулся. Что это было?» — спросил Себастьян, приняв руку одного из охранников и поднявшись.

Он сначала запуганно посмотрел на меня, но затем пошлёпал себя по щекам. Думаю, что так винил себя за то, что подумал, будто я в этом виновен.

«А теперь! На десерт мы приготовили вам этот…» — драматический голос аукционера эхом отозвался в зале, когда вынесли красную коробку.

Очень красивая женщина вынесла её на середину сцены и сделав паузу для драматического эффекта, она открыла коробку.

В ней была маленькая клетка, в которой ворочался маленький детёныш тёмно-коричневого цвета, размером с котёнка.

Аукционист воскликнул: «Детёныш Мирового Льва! Для тех, кто никогда не видел этого великолепного мана-зверя, скажу, что взрослые особи бывают как минимум класса В. Осмелюсь сказать, что если вы как следует позаботитесь о нём, то этот детёныш может стать даже классом А! Вы знаете, что это значит? Если вы будете заботиться о нём с самого раннего возраста, то лев может позволить своему хозяину стать легендарным укротителем зверя!»

Толпа словно сошла с ума и зрители начали кричать ставки ещё до того, как была объявлена стартовая цена. Я увидел блеск в глазах короля и королевы, а принц дёргал отца за мантию, практически умоляя его на покупку.

Я даже привстал со своего места, чтобы проявить немного интереса. Не каждый день можно увидеть детёныша мана-зверя, который мог стать классом А.

«Кю!» — пискнула Сильви, грызя меня за палец, говоря, что этот детёныш ничто по сравнению с ней.

«Да, я знаю, Сильви» — улыбнулся я.

Я заметил, как Себастьян опять выпрямился и внимательно присмотрелся к львёнку. Затем он вновь посмотрел в мою сторону, пялясь на Сильви.

Этот парень начинает меня бесить.

«Тише, тише! Я не могу начать торги, пока все не успокоятся!» — кричал аукционист.

Вскоре, толпа утихла и аукционист объявил о том, что стартовая цена на мана-зверя составляет 100 золотых.

10 серебряных было более чем достаточно, чтобы год кормить семью из четырёх человек. 1 золотая монета равнялась 100 серебряным и на неё можно было прокормить эту же семью целых десять лет.

Я покачал головой. И это ведь только стартовая цена. Ведь ставки резко подскочили вверх, сразу выше 500, и казалось, что они никогда не успокоятся.

«500!»

«550!»

«600!»

«700!»

«1000!» — крикнул король, подняв руку вверх.

Толпа затихла. Я даже слышал, что те, кто мог позволить себе поставить больше, обсуждали, стоит ли перебивать ставку своего короля. Хоть это было для него не очень честно, но, по крайней мере, королю хватило совести выставить высокую цену.

Ставка была установлена на уровне 1000 золотых монет, или же 1 монете из белого золота. Такие я видел только в книгах и фотографиях.

Я услышал, как Винсент поздравлял короля: «Кажется, никто не хочет делать ставки против вас, король Глайдер» — хихикнул он.

«Извини за то, что ты мог выручить с этой сделки ещё больше денег. Я у тебя в долгу». У короля был взволнованный вид, впрочем, у его семьи на лицах было то же самое.

«Похоже, что в королевском дворце будет новый питомец. Вы планируете подарить его принцу Кёртису?» — спросил Винсент.

«Ха-ха-ха! Возможно! Поживём, увидим» — подмигнул король.

«Папа!» Принц Кёртис, кажется, был шокирован этой новостью, а королева Присцилла засмеялась, говоря: «Кёртис, я помню, как ты бездельничал на тренировках по бою на мечах!»

«Мама! Это же был секрет!» — принц выглядел уже не так опасно, как раньше, ведь над ним сейчас посмеивались даже мама и Табита.

«Мама, а можно мне питомца?» — спросила Элли, указывая на Сильви в качестве примера.

«Ха-ха! Даже не знаю. Мана-звери хотят стать питомцами только у милых девушек» — подразнила её мама.

«Элли – милая! Верно, брат?» — сестра потянула меня за рукав.

Я просто хмыкнул и передал ей Сильви, чтобы отвлечь.

10-летний юбилей завершился без каких-либо происшествий и охранники проводили нас, чтобы мы забрали свои вещи.

Винсент протянул мне чёрный мешок, в котором, как я думал, были нужные мне предметы.

«Артур, пойдём за мной, на складе у нас есть несколько мечей. Ничего особенного, но я уверен, что ты сможешь найти себе прекрасный меч» — сказал Винсент, погладив меня по спине.

«О! Вы планируете начать тренироваться с мечом?» — спросил король.

Винсент хихикнул и ответил: «Просто пытаюсь его заинтересовать, король Глайдер»

Мальчишка… эм, вернее, принц Кёртис надменным голосом спросил: «Может быть, я смогу когда-нибудь обучить тебя бою на мечах»

Мой отец и «Два рога» вернулись к нам, давая мне повод проигнорировать принца.

«Ну и как вам? Понравился аукцион?» — спросил отец, поклонившись королевской семье и подняв на руки Элли.

Пока отец разговаривал с Винсентом, я заметил, как Себастьян что-то шептал на ухо королю Глайдеру.

Король раздражённо махнул рукой и, вздохнув, он подошёл ко мне.

«Тебя зовут Артур, правильно? Мой королевский стражник много раз помогал моей семье и теперь я у него в долгу и чувствую необходимость выполнить его маленькую просьбу. Видишь ли, кажется, ему очень понравился твой питомец. Я знаю, как сложно расставаться с любимыми, но я готов заплатить за неё большую сумму. Что скажешь? Можешь ли ты сделать одолжение старому королю?»

Я видел раздражение и неприязнь на их лицах. Остальные королевские гвардейцы были рядом и наблюдали за мной.

«А за сколько вы готовы продать своих детей, король Глайдер?» — сказал я, даже не моргнув глазом.

Король с удивлением посмотрел на меня, явно не ожидая такого вопроса. Я продолжал: «Я ненавижу грубить, но я считаю, что человек недостоин считаться человеком, когда он просит другого продать одного из членов его семьи. Хотя я знаю, что рабство считается нормой среди дворян, я считаю, что это ниже моего достоинства. Надеюсь, теперь ясно, что я не собираюсь продавать своего питомца»

«НАГЛЕЦ, КАК ТЫ СМЕЕШЬ ГОВОРИТЬ ТАКОЕ КОРОЛЮ?» — крикнул один из стражников и, обнажив свой клинок, приготовился к атаке.





Глава 24




Глава 24

Меч, готовый рассечь меня пополам, слабо светился магией. Улучшить свой меч, чтобы атаковать восьмилетнего… как это безжалостно. Когда аугментер понёсся на меня, его капюшон слетел с головы и я видел его глазах чистую ярость.

Также я видел ужас, застывший на лицах моей семьи и Хелсти. «Два рога» отчаянно пытались пробиться к стражнику, чтобы помешать ему располовинить меня. Даже король с удивлением глядел на собственного охранника, в то время, как его жена уже судорожно тянулась за своим жезлом.

Я вновь перевёл взгляд на стражника и лениво уклонился. Может, он был слишком зол или просто недооценивал меня, глядя на ребёнка, но его атака была весьма посредственна. Я даже не усиливал своё тело маной и просто шагнул вперёд, а затем, когда меч охранника уже начал движение вниз, ухватился за рукоятку.

Используя импульс удара, я отклонил его меч и ударил кулаком в подбородок. Раздался сильный щелчок и он успел только охнуть, прежде чем отключиться.

Я взглянул на того, кого называли Себастьяном и увидел, как он тихо бормочет заклинание.

ОТ ЛИЦА СЕБАСТЬЯНА:

Вот наглец! Он должен знать своё место! Когда король что-то просит, то это не просьба, а приказ! Как он посмел не только отказать, но ещё и сделать выговор нашему королю! Это отродье не заслуживает своего питомца! Я родом из семьи чистокровных заклинателей, элиты магов, способных подчинять природу своей воле. И всё же, почему у меня нет питомца, а у этого сопляка уже есть?! Это означает, что его животное как минимум класса А.

Я заслуживаю это великолепное создание, чтобы вырастить его и стать укротителем! Тем не менее, он отказал мне! Он отказал даже королю!

От досады, я заскрежетал зубами.

«НАГЛЕЦ, КАК ТЫ СМЕЕШЬ ГОВОРИТЬ ТАКОЕ КОРОЛЮ?!»

Стражник по имени Гарри крикнул и взмахнул мечом.

Да! Убей это отродье! Всё же, Аугментеры иногда бывают полезны. Когда этот сопляк умрёт, я по праву заберу этого чёрного мана-зверя.

Но прежде чем я смог ему поаплодировать, мальчишка вырубил его.

Какого чёрта?

Как этот бесполезный недоумок позволил выбить из себя всё дерьмо? Тьфу… нужно было это сделать самостоятельно.

Не успев вынуть жезл, я увидел, как ребёнок сам подходит ко мне.

Он хочет умереть? Меня это не волнует. Даже не смотря на то, что этот обычный человек Винсент является близким другом короля, я смогу просто убить этого мальчишку и отделаться выговором. Но это того стоит.

Я тихо шепчу заклинание, которое оторвёт ему голову. Он видел, как мои губы шевелились и всё равно шёл ко мне.

Хах! Так даже легче. И всё же, почему я чувствую, как этот мальчишка, почти в два раза ниже меня, всё же глядит на меня с превосходством?

Ты хочешь, чтобы я убил тебя, сопляк?

Он стоял передо мной, когда я закончил своё заклинание огненных искр.

*ХРЯСЬ*

*Бух!*

Странно. Почему я падаю?

Я взглянул вниз и увидел ногу, согнутую под странным углом и торчащими из неё кости и сухожилия.

Это же моя нога!

«ААААААА!»

«МОЯ НОГА! МОЯ НОГА!» Я никогда не испытывал такой мучительной боли. Почему мне никто не помогает? Я огляделся и понял, что все были шокированы произошедшим. Нет, они не просто удивляются, они на самом деле застыли на месте. Мои глаза меня подводят из-за боли? Всё вокруг изменило свои цвета.

«Это не продлится слишком долго, так что давай поторопимся. Я советую тебе прекратить безнадёжные попытки добыть моего питомца. Я не хочу иметь у себя во врагах короля, так что это твой последний шанс.

Мальчик говорил таким тоном, что я на мгновение забыл, что ему всего лишь 8 лет. В его речи звучала мощь и превосходство, которое давило на меня так, что по моей спине бежали мурашки.

Он отвернулся и ушёл, но, сделав пару шагов, вновь обернулся и посмотрел на меня таким взглядом, который, казалось, пронзал мою голову, словно горячими иглами, заставляя морщиться от боли.

Нет… нет, нет, нет. Я не могу дышать. Мне так страшно, что я даже боли не чувствую. Лишь что-то тёплое между ног, будто моё тело принимает свою судьбу, готовясь умереть.

Он присел на корточки и, прищурившись, посмотрел на меня, будто разглядывал какого-то жука.

«Знай своё место» — сказал он.

ОТ ЛИЦА КОРОЛЯ ГЛАЙДЕРА:

Этот восьмилетний ребёнок был смел и мудр не по годам.

Себастьян, мой верный стражник, который служил моей семье несколько десятилетий, попросил меня заставить мальчишку отказаться от своего питомца. Я такого ещё никогда не делал, но всё же кем бы я был, если бы отказался от своих обещаний?

Затем всё пошло наперекосяк. Неужели королевские гвардейцы способны только… на убийство восьмилетнего ребёнка?

Я не взял сегодня с собой своих Тамплиеров, понадеявшись, что с этими новобранцами не будет особых проблем. И всё же они случились.

Я взял себя в руки и стряхнул удивление со своего лица. Что сделано, то сделано. Если гвардеец убьёт ребёнка, то общественность будет жалеть его всего пару дней, а затем всё свалит на родителей, которые плохо воспитали ребёнка.

Жаль, что семья мальчика дружит с Винсентом. Рвать с ним отношения довольно не выгодно.

Я недоумённо поднял брови, увидев, как восьмилетний паренёк вырубил гвардейца.

Какой же дурак этот Гарри. По неопытности он даже забыл укрепить своё тело! Такие как он только очерняют имя Королевских Гвардейцев Сапина!

«АААААА!» Я услышал пронзительный крик и повернул голову.

Моя жена, с широко раскрытыми глазами, глядела на что-то позади меня.

Себастьян, который секунду назад был в полном порядке, сейчас валялся на земле, схватившись за левую ногу, из которой торчали кости, и гневно смотрел на мальчика.

Он подобрал свой жезл, валяющийся на земле, и, направив его на мальчика, стал бормотать заклинание.

«Достаточно! КАК ТЫ СМЕЕШЬ, СЕБАСТЬЯН!» Разве этот невежественный дурак не понимает, что всё произошло только из-за его жадности к питомцу ребёнка?

Я схватил его жезл и сломал напополам. Себастьян посмотрел на меня так, как будто я его предал.

Жадный, неблагодарный кусок…

«Хватит! С меня довольно» — грозно рыкнул я. Он должен подчиняться королю. Неважно, насколько он мне предан, лучше иногда напоминать ему, что я запросто могу лишить его жизни.

Мальчишка упал в обморок и к нему поспешили семья и друзья. Придётся постараться, чтобы урегулировать произошедший инцидент.

Семья и друзья мальчика явно хотели на меня наброситься. Но хорошо, что они знают своё место перед королём.

*Вздох* «Вам нужно подлечить ребёнка, так что, пожалуйста, простите нас. Мы обсудим этот вопрос в другой раз» — сказал я, подталкивая жену и детей, в то время, как другие королевские стражники подхватили двух клоунов и потащили прочь.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

УФФ как же болит голова!

Моё зрение проясняется и я огляделся.

Я в своей комнате.

«Кю!!!» — Сильви тут же проснулась и начала лизать моё лицо. «Ты очнулся!» — мысленно сказала она, виляя хвостом.

«Ох, наконец-то ты очнулся!» — сказала мама, присаживаясь на кровать.

«Врач сказал, что ты, вероятно, отключился из-за шока и скоро проснёшься. Но мы и не думали, что пройдёт целых 8 часов»

Я взглянул в её покрасневшие глаза, и понял, что она плакала.

Чёрт, я опять заставил её волноваться за меня.

Я сел на кровати и посадил Сильви на колени. «Что случилось после того, как я отключился?»

«После этого мы все разошлись. Никто не смел перечить королю, но тот извинился. Твой отец сейчас сидит внизу с представителем короля. Они в гостиной, обсуждают произошедшее»

Я кивнул и слез с кровати. Моё тело всё ещё ныло после использования первой фазы драконьей воли, так что мама проводила меня вниз после того, как проверила Элли, спящую у себя в комнате.

Когда мы спустились, я услышал голоса моего отца и пожилого человека.

Увидев меня, представитель встал поклонился и поинтересовался моим самочувствием.

«Сынок! Ты очнулся!» — сказал отец, усаживая меня на диван.

«Да, я в порядке, пап. О чём вы говорите?» — кивнул я.

«Представитель принёс несколько золотых монет в знак извинений от короля, чтобы загладить «небольшой инцидент» — сквозь зубы произнёс отец.

«Король также приказал мне сообщить семье Лейвин, что оба охранника, которые попытались напасть на Артура Лейвина были лишены своих титулов»

Отец аж покраснел от разочарования. «Они чуть не убили моего сына, а король лишь погрозил им пальчиком?»

«Пап, всё в порядке. Мне не больно. Давай просто забудем произошедшее» — сказал я, сжав отцовскую руку.

Мне казалось, что у короля был хороший характер, но в такие моменты, у него явно были другие приоритеты.

Представитель деловито смотрел на нас, считая, что если бы он был королём, то поступил бы точно так же.

Я слишком устал от всего этого дерьма.

Отбросив этот вопрос, спросил о Себастьяне: «Что случилось с заклинателем, которому сломали колено?»

«Мы не знаем. Эксперты полагают, что мана, которую использовал другой гвардеец для нападения на тебя, отрикошетила в его колено»

Похоже, вопрос был полностью улажен.

Старик откланялся моему отцу, который уже еле сдерживал свой гнев, улыбнулся мне и ушёл.

«Отлично ты вырубил этого аугментера. Молодец!» — он толкнул меня кулаком и я улыбнулся.

«А где сейчас «Два рога?» Я думал, что они пойдут с нами»

Моя мать хихикнула и ответила: «Мы должны были отвести их подальше, иначе бы они превратились в преступников»

Я тоже посмеялся и взглянул на лицо отца, в котором увидел искреннее беспокойство. «Два рога» будут ждать нас в трактире. Мой отец сказал мне, что завтра мы пойдём туда завтракать и обсуждать мою карьеру авантюриста. Я кивнул и вернулся в свою комнату. Мой день рождения будет через две недели. И тогда я смогу сделать свой первый след в этом мире.

Я лёг в постель и лениво рассматривал свою ладонь, думая о сегодняшних событиях. Это был первый раз, когда я использовал драконью волю. Годами изучая волю и ассимилируя её, а также 4 месяца практики, я понял, как была сильна Сильвия.

Я использовал лишь каплю силы из океана драконьих возможностей. В отличие от дедушки Вириона, который мог использовать только прирост скорости и камуфляж, укрощение дракона позволило использовать огромное количество способностей даже на первой фазе.

То, что я использовал на Себастьяне, называлось искажением. Я мог отделить себя и небольшой кусок пространства от времени. Я не мог изменить что-либо, но это давало мне времени, чтобы оглядеться и оценить ситуацию. Сегодня, используя искажение, я вышел за границы своих возможностей. Но это также позволило выйти из подозрения короля. Я пока что недостаточно силён, чтобы противостоять ему.

Без последствий для себя, использовать искажение я могу лишь раз в 2 секунды. Сегодня я использовал его не только на себе, но и на другом человеке, да ещё и на целых 7 секунд. Просто чтобы напугать Себастьяна, я растратил весь свой запас маны и отрубился на пол дня. Может, мне стоило просто убить его.

Нет. Лучше об этом не думать. Убивать лишь потому, что это было удобнее, не стоило. В этом мире я должен быть другим.

Я качнул головой. У меня много времени. И нужно быть терпеливым.

Развернув мешок, который Винсент оставил рядом с моей кроватью, я увидел жемчужно белую маску, которая полностью скрывала моё лицо. Это была простая маска с изогнутыми вверх прорезями для глаз, напоминающих лисий взгляд. На ней не было ни носа, ни рта, лишь большая выпуклость, тянущаяся через левый глаз левому нижнему краю маски.

Я надел маску, которая, почему-то, закрепилась на моём лице без ремней, и накинул тёмно-синий плащ, немного мне великоватый. После подпоясывания, пальто вдруг съёжилось, отлично вписываясь в моё тело.

Мне стало неловко от ощущения, что я подражал какому-то убийце или мстителю.

«Проверка, проверка» Тон моего голоса меня удивил. Он звучал совершенно иначе. Мой ещё неокрепший, пронзительный голос теперь имел более грубый тембр.

«Кю?» — с любопытством посмотрела на меня Сильви. Я засмеялся и снял наряд.

«Разве ты не рада, что скоро у нас будут приключения, Сильви?» — сказал я, погладив её по голове и ложась спать, мечтая о будущем.





Глава 25




Глава 25

«Так… и кто же пойдёт с тобой?» — сказал мой отец, попивая кофе.

Моя семья только что закончила завтракать с «Двумя рогами» в таверне, в которой они остановились и мама вытирала рот моей сестре.

«Кю!» — пискнула Сильви, гордо задрав голову вверх. И без ментальной связи было понятно, что она говорила «я сама смогу защитить папу».

«Сильви! Иди сюда!» Моя сестра заманивала питомца куском мяса и Сильви смотрела на него, пуская слюни, словно голодный щенок.

Эх… я засмеялся, представив у себя в голове, как бандит поймал её за хвост, выманив куском мяса. Защитница.

Бывшие партнёры моего отца недавно закончили свой рейд в подземелье вместе с другими командами, так что пока у них было немного свободного времени, чтобы обдумать, какое задание от гильдии нужно взять.

Адам полировал своё копьё и сказал: «Нянчиться с ребёнком – это не по мне, так что я пас. Кроме того, однажды, из-за моего характера, Артур меня просто прибьёт во сне»

Отец кивнул на это, поскольку знал темперамент Адама и понимал, что он явно не подходит.

«Я надеялся, что Дерден или Елена будут сопровождать Артура. Честно говоря, я не так много могу предложить вам за это, но я и Элис можем компенсировать ваши затраты»

«Не говори так, Рей, мы же все одна семья. Я в любом случае хотел бы помогать ему, чтобы видеть, как он растёт» — сказал гигант, глядя на меня.

«Ты прав, Дерден. Вы знаете, что мы помогаем вам не ради денег. Кроме того, мы нашли довольно много сокровищ в подземелье» — качнула головой Елена.

Внезапно, из толпы поднялась рука и все обернулись.

«Я хочу поучаствовать»

«Ж-жасмин? Ты хочешь пойти с Артуром?» — удивлённо сказала Анжела. Она настойчивее всех просилась ко мне в напарники.

Но я чувствовал, что Анжела будет опаснее для меня, чем все возможные угрозы для авантюриста. Я попытался слегка намекнуть, что она, возможно, не самый подходящий вариант. Но то, что Жасмин вызвалась сопровождать меня, удивило абсолютно всех.

«Хм… если рассуждать логически, Жасмин идеально подходит, чтобы защищать Артура. Дерден же больше полагается на атакующие заклинания. Я тоже хочу пойти с Артуром, но защита – не моя специальность» — сказала Хелен.

«Жасмин, ты точно хочешь сопровождать Артура?» — беспокойно спросила моя мама.

Та лишь уверенно на неё взглянула.

Адам засмеялся и откинулся на спинку стула: «Хах, она так говорит, что согласна на эту идею. Она является единственным аугментером среди нас, которая имеет элементные способности! В прошлом году её ядро вступило в тёмно-жёлтый этап, так что, дополнительно учитывая её способности к ветру, я думаю, что она подходит для этого лучше всех»

«Хм… ради безопасности Артура, я думаю, что мне стоит согласиться с этим. Жаль, что я не могу пойти с вами» — сказал Дерден, почесав затылок.

Отец сочувственно улыбнулся ему и сказал: «Прости, Дерден, я знаю, как сильно ты волнуешься за Артура»

«Может быть, в будущем я вступлю в вашу команду!» — воскликнул я.

Дерден хихикнул на это и погладил меня по голове. Остальная команда тоже засмеялась и мы разошлись.

Было решено, что через неделю, я и Жасмин пойдём в гильдию авантюристов и я зарегистрирую себя в качестве искателя приключений. После небольшого теста, мне автоматически присвоят класс Е и в зависимости от того, насколько хорошо я справлюсь на заданиях, мой класс будет расти.

Вернувшись домой, я заметил Лилию, которая медитировала, сидя на полу.

«Ууу… нечестно! Лилия начала тренироваться без меня!» — сказала сестра и торопливо уселась в удобное положение, чтобы тоже начать манипуляцию с маной.

Насколько я могу судить, формирование ядра произойдёт у них ещё не скоро, но Лилия скорее всего пробудится в обычном для детей-магов возрасте.

Элли не хватает терпения для нормального обучения. Ей становится скучно уже через час или два после начала, так что у неё уйдёт гораздо больше времени. Но это нормально. Я не хочу, чтобы она слишком рано становилась магом. Это привлечёт слишком много нежелательного внимания. Будет лучше, если она сможет сформировать ядро в 9 или 10 лет.

«Папа, можно снова сходить в аукционный дом, чтобы выбрать меч? Мы ведь так и не дошли до склада из-за инцидента, а я хочу начать практиковаться в бою на мечах»

«Да, конечно, я ещё немного поговорю с командой, а потом мы вызовем экипаж. Пока что иди и умойся»

Мы встретили семью Хелсти перед аукционным домом. Табита спросила, всё ли в порядке, на что я кивнул. Винсент же был взволнован тем, как я обращался к королю, но после инцидента, король полностью растерял всё моё уважение. Однако, он до сих пор думал, что я обычный ребёнок, что меня сейчас вполне устраивало.

Я рассказал Винсенту то, о чём нам поведал представитель короля, но тот лишь закатил глаза, сказав, что стражники лишь перепройдут подготовку и вновь займут свои посты. Я почувствовал, как от несправедливости отец сжал кулаки, но я знал, что так всё и будет.

Отец и Винсент ушли, чтобы встретиться с охранниками, а Табита вернулась домой, к Лилии, оставив меня одного искать свой собственный меч.

На складе аукционного дома Хелсти хранились множество товаров, которыми торговали авантюристы и торговцы из людского и гномьего королевства.

Эльфы не торговали с нами ещё со времён войны за нейтральные территории. На протяжении многих лет, отношения между двумя расами немного наладились, даже проводились совместные турниры, но пройдёт ещё много времени, прежде чем вражда утихнет насовсем. Жаль, потому что эльфийское оружие имело свои преимущества перед человеческим и гномьим.

Пока я жил в Эленоре, я узнал, что гномы были мастерами в создании оружия и брони, в то время как эльфы достигли превосходства в производстве луков и жезлов.

Большинство зачарованного оружия было продано ещё вчера, поэтому остатки будут выставлены в палатках, вместе с обычным оружием. Но я искал что-то надёжное…

Глядя на стеллажи и полки я морщился, видя, что все мечи были ужасного качества. Баланса между лезвием и рукояткой не было и оружие подходило только для нанесения обычных ударов.

Я был мастером боя на мечах, так что нуждался в очень хорошем клинке.

Сильви устроилась на моей голове и с любопытством осматривала мечи. Я прошёл дальше и попал в зал, где мечи лежали в больших бочках. Мысленно, я рассортировал их по нескольким категориям.

Там были большие и широкие клейморы, которые предпочитают большинство воинов, любящих идти в атаку, но остальные считают такие клинки дикими и грубыми.

Затем шли более сбалансированные палаши, которые наиболее часто использовали рыцари и искатели приключений.

Последняя категория – это одноручные мечи. Туда входили лёгкие сабли, катаны, рапиры, шпаги и кинжалы. Сабли и шпаги были ориентированы на скорость и точность владельца, в то время как кинжалы и короткие мечи использовались в качестве атаки с двух рук.

Мои поиски не дали результата, и я, разочарованно вздохнув, посмотрел на короткий меч, который я держал у себя в руке. Лучше, чем ничего.

Я продолжал идти по залам и наткнулся на общий склад. В нём я увидел различные уникальные виды оружия, которые были слишком уж вычурны или же просто плохого качества.

Я хихикнул вслух, найдя нечто похожее на нунчаки. На складе были даже моргенштерны, настолько тяжёлые, что даже при усилении своих рук, я едва мог их поднять.

«Тьфу! Похоже, мы остались ни с чем, Сильви» — сказал я и сел на землю, прислонившись к гигантскому щиту. Сильвия куда-то рванула, исследуя окрестности.

«Кю!» Я посмотрел наверх и увидел, как она копается в грудах оружия. «Я нашла кое-что!» Вставая, я посмотрел в сторону Сильви и увидел, как она держала в зубах чёрную… палку.

«Это не то, что я искал, Сильви» — сказал я, глядя на эту 60-сантиметровую трость. Но она продолжала настаивать и я решил проверить.

Я был удивлён тяжестью этой чёрной палки. Она была 5 сантиметров в ширину и 2 сантиметра в толщину.

Казалось, что она была сделана из какого-то твёрдого дерева, но весила гораздо больше, чем обычная трость.

Я приблизил её к лицу, пытаясь лучше рассмотреть вещь в этом тускло освещённом месте. Палка окрашена тёмным матовым цветом, и была гладкой на ощупь.

Приглядевшись, я обнаружил несколько сложных вмятин, но кроме них, на палке не было ничего особенного.

Сильви уставилась на меня так, как будто отыскала сокровища потерянной Атлантиды, задорно виляя хвостом.

*Вздох* Повинуясь ей, я махнул палкой.

«Ой…» Я аж присвистнул от восхищения.

Замах был на удивление ровным и сбалансированным. Гораздо лучше, чем у короткого меча, который я оставил в качестве запасного оружия. Я получше осмотрел трость. Весовое распределение позволяло использовать его как трость или посох. Затем я увидел его. Он был настолько мал, что я едва нашёл его, даже усилив свои глаза маной. Едва заметный разрез, позволявший отделить две части палки.

ЭТО БЫЛ МЕЧ!

Я попытался вытащить меч из ножен, но он не поддавался.

«Ух!» Усилив своё тело маной, я всё равно не мог достать меч.

И не говорите мне, что это был какой-то Экскалибур и я должен быть достоин…

Затем, я использовал элемент огня, направив его в меч, но и это не сработало.

«АГРХ!»

После 30 минут неудачных попыток со всеми элементами, я решил попробовать что-нибудь другое.

А что если…

Я активировал волю дракона и влил её в меч.

*Чок*





Глава 26




Глава 26

*ВЖИК*

Меч с лёгкостью вышел из ножен.

Я был потрясен, когда увидел этот шедевр собственными глазами. Лезвие меча не совсем походило на катану, поскольку было изогнуто и обоюдоострым. Я даже не мог понять, откуда начиналось остриё, поскольку меч был очень тонким и узким. Он идеально сидел в моих руках, но самым уникальным компонентом был его цвет.

Светлый, прозрачный сине-зелёный цвет, который почти что блестел. Матово-чёрные ножны сильно контрастировали с ним. Весь клинок был полупрозрачным, отчего я задавался вопросом, достаточно ли он прочный, чтобы я мог им пользоваться.

Даже в моём старом мире, я не нашёл меч, достойный меня. Невероятно, но я смог найти меч для укротителей зверей на этом складе.

Я посмотрел на Сильви и мысленно спросил, как она нашла такое сокровище.

«Я не знаю… эта вещь просто понравилась мне» — сказала она.

Более пристально оглядев клинок, я заметил небольшую гравировку.

«Рассветная баллада В.К. IV»

Пока я пробормотал название, моя правая рука, которая сжимала меч, буквально загорелась, заставив меня рефлекторно бросить меч.

Я посмотрел на руку и увидел порез на ладони, а на рукоятке меча остались пятна крови.

«Кю!» — «Ты в порядке, папа?» — беспокойно взглянула на меня Сильви.

Я вспомнил, что некоторые чрезвычайно вещи посохи и жезлы могли сливаться с пользователем, что позволяло лучше манипулировать маной между оружием и мастером, но про меч я никогда такого не слышал.

Подобрав меч, я задумался о человеке, который подписался «В.К. IV» и заметил, что лезвие немного сжалось. После пары выпадов я был в восторге, поняв, что он оптимизировался под моё тело.

Кто такой В.К. и как он смог выковать такой меч?

С улицы я услышал слабый голос своего отца и понял, что прошло уже немало времени. Быстро спрятав свой новый меч в ножны, я побежал к отцу. На обратном пути, я всё же захватил тот короткий меч, который я решил оставить на всякий случай.

«Ты нашёл то, что искал?» — спросил Винсент.

Я кивнул и показал ему короткий меч: «Я нашёл этот меч и после пары пробных взмахов, он мне понравился. Могу я его забрать?»

Винсент взял меч из моих рук и вытащив его из ножен, сказал: «М-да, этот меч не из лучших, но он хотя бы твёрдый и не сломается. Рей, что думаешь?»

Он передал меч отцу и тот сделал пару замахов. «Баланс не очень, но я думаю, что пока что сойдёт. А что это у тебя за палка?»

Я пожал плечами и постарался говорить о ней с пренебрежительностью: «Дядя Винсент, я нашёл эту довольно крепкую палку на обратном пути. Вы не возражаете, если я возьму её домой, чтобы практиковаться?»

«Это очень старая вещь! Я помню, как один из моих купцов рассказывал мне, что он купил это у какого-то подозрительного старика, бормочащего о поиске чьего-то хозяина. Я отправил пару своих оценщиков проверить, есть ли в ней что-то особенное, но это обычная крепкая палка. Она давно собирала здесь пыль, так что если ты хочешь её забрать, то я не буду против» — сказал Винсент, кладя руку мне на плечо.

Ура!

ОТ ЛИЦА ТЕССИИ ЭРАЛИХ:

*КОРОЛЕВСТВО ЭЛЕНОР*

«Ааааааа…» Я протяжно вздохнула, глядя в окно своей комнаты.

Я была раздражена. Как он посмел! Глупый Арт!

От отчаяния, я ударила по стене.

«Ой!» Глупый Арт! Это он виноват!

Я села на пол и обняла ноги, почувствовав, как слёзы наворачиваются на мои глаза.

Я только что вернулась от Старейшины Ринии. Мне пришлось надавить на её чувства, чтобы она пошпионила за Артом… просто для того, чтобы убедится, что он в порядке.

Думаю, я должна быть счастлива, что он объединился со своей семьёй, но разве он не скучает по мне? Он выглядит таким счастливым! И кто эта девушка? Почему Арт так добр к ней? Он даже обучает эту соблазнительницу как манипулировать маной! Он даже меня не хотел этому учить!

Этот Артур… Когда я доберусь до него, то я так ему… эх… кого я обманываю, я просто соскучилась по нему.

Прошло всего пару месяцев с тех пор, как он ушёл, но я так привыкла каждый день видеться с ним, что мне кажется, будто прошло несколько лет. Может быть, мне нужно было быть с ним немного поласковее.

Меня передёрнуло, когда я вспомнила, как издевалась над ним.

Но это не моя вина! Это всё он, тупоголовый идиот!

Мама и папа радовались за Фейриха, того богатого сосунка, который дерзил Артуру, поскольку он и его сестра заняли почётные места на пьедестале во время соревнования, но меня это не волновало. Это было просто шоу, в котором люди, эльфы и гномы показывали свои силы.

Дедушка сказал, что Континентальный Турнир (так его назвали люди) будет проходить каждые 5 лет. Это значит, что в следующий раз я встречусь с Артуром через целых пять лет?

«Ууу»… Печально. Обучение – единственное, что отвлекает меня от мыслей об Арте. Я хочу стать сильнее, чем он. При следующей нашей встрече его ждёт сюрприз. Может тогда он взглянет на меня в ином свете.

Глупый Артур… хотя он был младше меня, но всё равно обращался со мной, как с ребёнком.

Хоть я и старше…

Я подняла водяной шар, который мне подарила Старейшина Риния. Она сумела поймать часть событий и засунуть их в шар с водой, чтобы он постоянно показывал лицо Артура.

«Ууу… дурак» — я ткнула пальцем в изображение Арта.

*Хлоп* «Милая, у меня есть хорошие…»

«ДЕДУШКА! Что я говорила насчёт того, что нужно стучаться?!» Я попыталась быстро спрятать шар позади себя, но дедушка лукаво мне усмехнулся.

«Я вижу, тебе понравилась эта сфера, ха-ха-ха!»

«ДЕДУШКА!!!» — крикнула я, почувствовав, как мои щёки и уши заливаются краской.

«ХА-ХА-ХА! Я не против! Я бы рад иметь у себя во внуках Артура, но не слишком ли рановато для этого?» — дразнил он.

Я отвернулась от дедушки, пытаясь скрыть своё смущение, не зная, как ответить на его поддразнивание.

«Не дуйся! Я принёс тебе хорошие новости» На это я слегка повернула голову, показав, что слушаю его.

«Ха-ха-ха! Итак… что ты скажешь на то, что у тебя будет возможность посещать ту же академию, в которую пойдёт Артур?»

*Визг*

Я мгновенно обернулась к дедушке, прежде чем он договорил.

«ПРАВДА, ДЕДУШКА? Ууу… ты не врёшь мне?»

«Ха-ха-ха… Спроси у своего отца» Я увидела, как улыбающиеся мама и папа зашли ко мне в комнату.

«Мама! Папа! Это правда? Я могу пойти в академию с Артуром?»

«Ха-ха, успокойся, Тесс» — сказала мама, погладив меня по голове.

«У твоего дедушки есть связи с нынешнем директором академии Ксайруса. Он недавно познакомился с ней и она взахлёб рассказывала деду о том, как будущий гений и Квадро-элементный усилитель поступит в их академию через три года» — добавил мой отец.

«ХА-ХА-ХА!» — засмеялся дедушка, — «Кто ещё, кроме Артура может владеть всеми четырьмя элементами? Я сразу же понял, о ком она говорила, но, конечно, не сказал о том, кто его тренировал. Хе-хе, я думаю потом удивить её этой новостью»

«Почему он собирается ждать целых три года перед поступлением?» — спросила я, но моё волнение не позволяет мне спрятать улыбку.

«Она сказала что-то о его желании стать авантюристом»

Мама взяла меня за руку и улыбнулась: «Самое главное, что это даёт нам достаточно времени, чтобы договориться об интеграции молодого поколения эльфов и гномов в Ксайрусе. Король Сапина решил, что это лучший способ забыть старые обиды и закрепить отношения»

«Малыш, тебе нужно усерднее тренироваться. Артур решил стать авантюристом перед поступлением, чтобы получить настоящий боевой опыт сражений, а также, чтобы обучаться в обычном для детей возрасте, дабы не привлекать внимания. Он будет очень популярен, так что если ты не успеешь урвать его, то найдутся другие счастливицы» — подмигнул мне дедушка.

«Отец, я думаю, что не стоит сейчас дразнить Тесс. Смотри, она вот-вот заплачет» — качнул головой отец. Думаю, его сейчас распирали смешанные чувства о том, что его драгоценную дочь увезут от него.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, АРТУР!!!

Вся усадьба Хелсти была украшена к празднику, а сам Винсент и его семья, а также и «Два рога» поздравляли меня с девятилетием.

«Спасибо вам всем за то, что заботились обо мне!» — сказал я и низко им поклонился. Сильви, подражая мне, тоже склонила свою маленькую головку.

Мои родители отпустили на сегодня всех поваров и сами изготовили мои любимые блюда. Ужин был удивительным, а посиделки за столом – шумными. Адам громко шутил и высмеивал некоторых сокомандников из-за неловких моментов во время их рейда в подземелье.

«Адам, ты, кажется, забыл упомянуть о том моменте, когда на тебя напал рогатый крот, пока ты мочился. Насколько я помню, ты так испугался, что упал на землю и обоссал себя, словно фонтан» — спокойно сказала Жасмин, попивая свой чай, даже не взглянув на покрасневшего Адама.

«ПФФФ!» — я даже выплюнул еду от смеха. Мой отец смеялся над Адамом так, что чуть не упал со стула. Даже Винсент держался за живот, пытаясь унять смех.

«НЕЕЕЕЕТ! Как ты… Я думал, что все спали, когда это произошло!!!» Лицо Адама побелело и он приуныл, почувствовав полный разгром, в то время, как все смеялись над ним.

В целом, всё прошло хорошо. Элли рассказывала нам о том, как она учится читать и писать, а Лилия просто хихикала и кивала головой.

После ужина все перекочевали в гостиную, поближе к камину.

«С днём рождения, сын. Вот подарок от меня, твоей мамы и Элли» — сказал отец и вручил мне мешок, завёрнутый в ткань, пока мама держала Элли, которая намеревалась сама развернуть подарок.

Открыв мешок, я нашёл в нём перчатку без пальцев для моей левой руки. На вид она была простой, окрашенной в чёрный цвет, но на верхней части перчатки размещены 3 белых камня.

«Твой отец давно охотился за этим материалом для перчаток, а я зачаровала камни на исцеление. Каждый из камней несёт в себе один исцеляющий заряд. Уверена, что это тебе пригодится, когда ты будешь выполнять задания от гильдии» — с грустной улыбкой, сказала мама. Думаю, что она ещё не готова отпустить меня.

«Спасибо, мама, папа и Элли. Я люблю вас. Эта вещь действительно мне пригодится» — сказал я и обнял их. Надев перчатку, я понял, что такая качественная крепкая перчатка, уж не говоря трёх лечащих камнях, будет крайне полезна в любой ситуации.

Винсент вытащил маленькую коробочку и сказал: «Кхм! А теперь – наша очередь!» Он опустился на одно колено и открыл её. Внутри коробки было два серебрянных кольца, одно простое, а другое инкрустирован небольшой изумруд.

Ух… на что он намекает?

«Дорогой, перестань дразнить мальчика!» — засмеялась Табита и похлопала его по плечу.

«Ладно! Артур, на самом деле, это подарок для всей твоей семьи, но я уверен, что ты оценишь его»

«Это кольцо» — сказал Винсент, вытаскивая то, что простое, — «носить будешь ты, а вот это…» — он достал инкрустированное и отдал его маме, — «носить будет твоя мать»

«Элис, пока Артур будет носить это кольцо, ты будешь чувствовать, в порядке ли он или нет. Кольцо следит за циркуляцией маны в теле мага. Если поток прекратится, то кольцо с камнем будет светиться красным светом и издавать пронзительный звук»

«Мы долго думали над тем, что может понадобиться Артуру, когда он станет авантюристом, но Лилия подсказала нам этот подарок, который поможет всей его семье. К сожалению, у колец нет других функций, но я думаю, что это принесёт вам душевное спокойствие» — сказал Винс, пожав плечами.

Моя мама заплакала, прижав к себе кольцо. «Ах, Табита, Лилия, спасибо!» — она крепко обняла их обоих, — «Спасибо, Винсент!» Тот лишь развёл руками, как бы говоря «да пустяки».

Я не смог сдержать улыбки, глядя на свою мать. Если это кольцо сможет успокоить мою семью, тогда для меня это самый лучший подарок.

«Ну и как мы сможем переплюнуть такой подарок, ребята?» — воскликнул Адам. Мой ангел-хранитель Дерден подошёл ко мне и протянул свитки.

«Мы тоже подумали также, как и Хелсти. Сначала мы хотели подарить какого-нибудь маленького монстра, но потом нашли вот это»

«Это два свитка звуковой передачи! Я не буду вдаваться в подробности о том, насколько они дорогие, потому что они ОЧЕНЬ ДОРО… ОЙ!» Жасмин не дала Адаму закончить предложение и двинула ему по голове.

«Кхе! Короче! Теперь, ты сможешь общаться на расстоянии. Просто влей ману в свиток и ты сможешь послать сообщение на другой свиток. После того, как другой владелец, Элис, получит сообщение, то она может отправить ответ! Затем, когда ответ будет получен и владелец первого свитка прослушает его, оба пергамента обратятся в пепел! Та-да! Аплодисменты!» — Адам резко поклонился.

«Два рога» похлопали речи Адама и тепло улыбнулись моей семье.

Думаю, теперь папа и мама были спокойны за то, что отпустили своего сына не знамо куда, не знамо зачем.

Я обнял каждого из «Двух рогов» и семью Хелсти, поблагодарив за подарки. После объятий Лилия покраснела, а Табита смешно фыркнула.

Честно говоря, я уже получил на день рождения то, что хотел, но кольцо и свиток будут утешать мою семью, о которой я так беспокоюсь.

После окончания празднования, команда уехала в гостиницу, а семья Хелсти пошла в свои спальни, поскольку Лилия уже задремала, устав от долгого дня. Мы остались с родителями наедине. Элли уже спала, удобно устроившись рядом с Сильви. Я уже собрал все вещи, чтобы уехать завтра утром. Возле дома меня встретит Жасмин и проводит в гильдию. Так что сегодня у нас есть последний шанс по-настоящему поговорить.

«Завтра большой день, сын. Ты рад?» — сказал папа, обнимая меня за плечи. Судя по его покрасневшим глазам, он едва сдерживал слёзы. Мама же не скрывала эмоций и заплакала.

После разговора о опасной жизни авантюриста, родители проводили меня в свою комнату. Я упал на кровать и уставился в потолок, поглаживая спящую Сильви. У меня есть семья и люди, которые меня любят. Есть те, кто заботятся обо мне, не глядя на мой статус. Это приятное чувство и я не хочу отказываться от этого. Я буду бороться за него и постараюсь сберечь эти эмоции, которых я лишился в предыдущей жизни. Для этого мне придётся стать лучше. Лучше, чем тогда, когда я был Королём.





Глава 27




Глава 27

«Плач тебе не поможет, Сильви! Все должны мыться»

«Кююю…» — Сильви, наконец, вырывается из моих рук и выбежала из душа.

«Хах» — качнул головой я, закончив мыться.

Я надел футболку и штаны, а потом в последний раз оглядел комнату, в которой жил несколько месяцев. Затем я надел перчатку и кольцо, а пальто и маску бережно упаковал в сумку с другими вещами. Я привязал Рассветную Балладу и короткий меч к поясу, чтобы быстрее доставать их в неприятностях.

«Доверься Жасмин, если что-то пойдёт не так. Она хоть и кажется молодой, но она опытный авантюрист» — сказал отец, давая последние напутствия.

«Почему брат и Сильви уходят? Нет! Оставайтесь!» — моя сестра осознала, что я надолго ухожу из дома и крепко обняла меня.

«Милая, не волнуйся, твой брат скоро вернётся» — мама попыталась утешить её.

Но Элли не слушала её и заплакала: «НЕТ-НЕТ-НЕТ! Оставайтесь!!!»

Я сел на колени и крепко обнял её.

«Ты сможешь защитить маму и папу, пока я ненадолго уеду, Элли? Ты ведь уже большая девочка, верно?»

«Ууу… *всхлип* я смогу защитить их…» — сказала она и я вытер слёзы, стекающие по её лицу.

«Умница. Твой старший брат уедет ненадолго, но я ещё вернусь. Я рад, что моя сестрёнка сможет защищать нашу семью»

Её глаза всё ещё наполнены слезами, но во взгляде читалась решимость.

Погладив её по голове, я обнял маму и папу. «Мы будем скучать по тебе. Не снимай кольцо с пальца, хорошо?» — сказала мама.

Отец дал свой последний совет: «Будь осторожен и знай свои пределы возможностей»

Я знаю свои возможности.

Сойдя по лестнице, я увидел встречающую меня Жасмин. Последний раз махнув своей семье, я надел плащ и маску, а затем сказал: «Пойдём, Жасмин»

Она кивнула и мы отправились в центр города, в гильдию искателей приключений.

Гильдия была не такой, как я думал. У себя в голове я представлял место, кишащее отморозками, сидящими вокруг деревянных столов и пьющих пиво. Вместо этого, в гильдии стояли мраморные скульптуры и затейливо оформленный интерьер. За металлическими столами сидели авантюристы, мимолётно осматривающие посетителей. Весь дом напоминал роскошный отель, который явно не соответствовал моим первоначальным заниженным ожиданиям.

«Добро пожаловать! Чем я могу помочь вам?» — сказала леди за стойкой, кинув мне профессиональную улыбку.

Прежде чем я успел что-нибудь сказать, Жасмин наклонилась в сторону секретаря.

«Я бы хотела спонсировать его оценочный экзамен» — с невозмутимым видом сказала она.

«Х-хорошо, я поняла» Кивнув несколько раз, она поманила нас к двери за ней. «Пожалуйста, пройдите сюда»

*шёпот*

«Ох, там кто-то хочет пройти оценочный экзамен» — тихо сказал авантюрист за столиком в углу.

Я сделал вид, что не слышал этого и проследовал за секретаршей. Пройдя через дверь, мы оказались внутри небольшой комнаты с двумя диванами, расставленными друг напротив друга. На дальнем конце комнаты, лицом к двери, стоял стол, за которым, опустив голову, сидел худощавый человек.

«Хм?»

Мужчина посмотрел вверх, показав своё угловатое лицо. Его тёмные волосы с пробором по центру доставали до плеч. А тёмные и толстые очки делали его узкие глаза ещё острее.

Секретарь глубоко ему поклонилась и объяснила, что: «Авантюрист класса А, Жасмин Файрсворт просит о прохождении этого… джентльменом оценочного экзамена»

«Ах! Мисс Файрсворт! Как вы поживаете? Я недавно познакомился с вашим отцом…» — сказал худой человек и, встав из-за стола, подошёл к нам.

Я обернулся и взглянул на Жасмин, заметив, что она лишь кратко кивнула ему. Я удивился, увидев, как сжались её кулаки при упоминании отца.

«Кхм… так или иначе, приятно встретиться с вами! Меня зовут Каспиан Блэйдхарт и я руковожу этой гильдией. Вы, должно быть, друг мисс Файрсворт? У вас есть имя, чтобы я мог обращаться к вам?» — сказал мужчина, изучая взглядом мою фигуру в маске и небольшую рептилию, похожую на котёнка.

Я сказал Сильви, чтобы она не скрывала свой настоящий вид, когда я буду авантюристом, поэтому сейчас на её спине были заметные красные шипы.

«Пожалуйста, зовите меня просто «Меченым» Идея об этой личности пришла ко мне в голову, глядя на свою маску. Синяя линия, которая проходила через левый глаз напоминала метку одной из нот.

Каспиан быстро кивнул, даже не удивившись маленькому мана-зверю на моей голове. В конце концов, он работал с авантюристами и не видел в звере ничего необычного. «Хорошо! Ну… сэр Меченый, мы зарегистрируем тебя и мисс Файрсворт в качестве вашего спонсора. Вы знаете, как это работает?»

Покачав головой, я дал ему объяснить. «Авантюрист класса В или выше имеет право спонсировать экзамен новых авантюристов. В зависимости от того, насколько хорошо вы его пройдёте, этот экзамен обозначит вам соответствующий ранг. Экзамен состоит только из практической части. Теперь, судя по вашему оружию, я могу предположить, что вы – аугментер, да?» — спросил он, вопросительно глядя на чёрную палку, привязанную к моей талии ниже короткого меча.

«Верно»

«Хорошо! Как правило, перед началом экзамена нужно осмотреть ваше ядро маны, но поскольку мисс Файрсворт спонсирует вас, то мы пропустим эту часть. Мэри, отведите их в экзаменационный зал»

«Ладно, пожалуйста, господин и мисс Файрсворт, пройдёмте за мной»

Пока мы шли по коридору, я посмотрел на Жасмин. Вот почему она захотела пойти со мной? Всё дело из-за семьи?

Я прищурился, пытаясь приспособиться к изменению яркости после тёмного коридора. Мы стояли на ярко освещённой арене. Места, в основном, были пусты, лишь несколько человек сидели по углам комнаты. На самой сцене сражались двое аугментеров.

«Пожалуйста, следуйте за мной и займите свои места. Сегодня ещё пара человек сдаёт экзамен, поэтому, пожалуйста, сидите здесь и дождитесь, пока экзаменатор не выкрикнет ваше имя» — сказала секретарша, ведя нас к каменным сидениям.

Усадив Сильви между собой и Жасмин, я наклонился вперёд, глядя на бой. Жасмин же откинулась назад и скрестила руки.

«ХА!» Большой бритоголовый маг, размахивая своим молотом, был в невыгодном положении, поскольку его соперник, человек среднего телосложения, с короткими чёрными волосами и шрамом через щёку, легко уклонялся от его неуклюжих ударов.

Парень со шрамом откровенно скучал, поскольку даже не взмахивал своим палашом, зажатом в правой руке.

«Получай!» Объявляя свою следующую атаку означало, что лысый был либо слишком уверен, либо он был просто новичком. В данном случае, это был второй вариант.

На копье, который он держал высоко над головой, засветилась вспышка и жар окружил его оружие.

«Адский Удар!» — взревел он и понёсся на врага. Точно также, как заклинатели читают свои заклинания, некоторые аугментеры также выкрикивают названия ударов. Это было совершенно бесполезно.

Помотав головой, мужчина со шрамом поднял над головой палаш.

*Лязг*

Молот взлетел вверх и экзаменуемый шокированно посмотрел на свои пустые руки.

«У тебя совершенно нет навыков обращения с копьём, а общие боевые навыки вообще ни к чёрту… и это я ещё не старался! Ты слишком сильно зависишь от собственной физической силы, забывая про ману, что влияет на твою атаку. Мне сказали, что тебе 35 лет, а ты всего лишь на тёмно-оранжевом этапе. Я бы мог приписать тебе класс Е, но судя по тому, что ты владеешь огненным элементом, если это можно назвать огнём, то я дам тебе класс D… с натяжкой»

Я кивнул, соглашаясь с оценкой экзаменатора.

«Следующий! ДИАНА УАЙТХОЛЛ!» — крикнул человек со шрамом, пока лысый громила уныло плёлся к сидениям.

«Иду!» — прокричала женщина на другой стороне арены, поспешив вниз, чуть ли не спотыкаясь по пути.

С её веснушками, девушка выглядела словно подросток. У неё были вьющиеся каштановые волосы и стандартная мантия заклинателей. Она немного повозилась с палочкой, пытаясь вытащить её из кармана.

Я услышал, как по скудной аудитории прокатились смешки и хихикание.

«Пфф! Вот умора!» Я обернулся на голос и увидел смеющегося мальчишку, который указывал на девушку на сцене.

Меня удивило то, что на вид он был не старше меня. Его наряд выдавал в нём дворянина. Светлые волосы прикрывали лоб и уши, а глаза тускло светились зелёным. Должен признать, он был довольно симпатичным, если не замечать его скотское поведение. На его спине висел белый деревянный посох, который был даже выше владельца. На вершине посоха был инкрустирован большой драгоценный рубин.

Экзаменатор со шрамом сидел на сцене, пока женщина в типичной для заклинателей огромной остроконечной шляпе не заменила его. Меня не удивило, что для каждого типа мага были отдельные инструкторы.

Бледная инструкторша с маленькими узкими глазами, одетая в жёлтую робу заклинателя, соответствующую её шляпе, кашлянула, привлекая внимание всех зрителей.

«Кхм! Диана Уайтхолл, 18 лет, заклинатель на светло-оранжевом этапе, специализируется на водном элементе. Давайте начнём» Она бросила блокнот мужчине со шрамом и подняла свой серый жезл.

Как только заклинатель достигал оранжевой стадии, то предпочитал сосредоточиться исключительно на одном элементе, чтобы достичь в нём мастерства, вместо того, чтобы тратить время, пытаясь овладеть всеми четырьмя. Эта заклинательница специализировалась только на водном элементе. Если бы у неё была двойная специализация или лучше, то экзамен был более строгим, чтобы узнать, действительно ли она искусна в обоих элементах.

Веснушчатая девушка пробормотала заклинание и её окружил пузырь из воды.

Защитные заклинания являются основными для заклинателей, поскольку они не могут укреплять своё тело маной.

По крайней мере, она владеет основами.

Инструкторша же, решила пойти в наступление. «Песчаная Буря!» — крикнула она и вокруг пузыря воды закружил песок.

Вода смешалась с песком и превратилась в грязь, скрывая от зрителей испытуемую. «Отмена!» И тут же грязевой пузырь лопнул, когда она отменила свои чары. Отпрыгнув назад, девчонка пробормотала ещё одно заклинание и на конце её палочки образовался маленький шарик из воды.

«Водомёт!» — крикнула она и водяной мяч с молниеносной скоростью полетел в экзаменаторшу.

Инструкторша удивила меня, быстро увернувшись от шара, вместо того, чтобы заблокировать его с помощью заклинания. Сегодня я впервые видел бой двух заклинателей. Этот бой покажет, как сражаются заклинатели по сравнению с аугментерами.

«ВЗРЫВ!» — крикнула конопатая и ударила по земле своей палочкой.

*БУМ*

Мальчик-дворянин, который напоминал мне Фейфея из эльфийского королевства, наклонился вперёд, напряжённо следя за боем. Можно сказать, что он был немного удивлён навыками неуклюжей девушки.

«Она не плоха» — пробормотала Жасмин.

Арену покрыло небольшое облако пыли, скрыв из виду инструкторшу и экзаменуемую.

Внезапно, инструкторша вынырнула из-под земли позади Дианы и слегка стукнула её по голове жезлом.

«Ух!»

«Должна сказать… ваш контроль элементом весьма неплох, мисс Уайтхолл. Вы были немного самоуверенны, произнося последнее заклинание, не создав заранее никаких защитных элементов, но в целом, эффективность управления маной на лицо. Класс С!»

Диана с облегчением вздохнула. Получить класс С в её возрасте – это подвиг, которым она может гордиться.

«Следующий Элайджа Кнайт!» — объявила заклинательница.

«Я здесь…» — воскликнул сидящий неподалёку от меня мальчик, выглядящий даже моложе того дворянина. Его короткие иссиня-чёрные волосы, закрывающие половину лба придавали ему очень серьёзный вид. А его большие очки заставляли мальчика выглядеть старше своего настоящего возраста. Он носил простой бежевый свитер и чёрные брюки, будучи совершенно безоружным. Я ожидал, что он будет аугментером, но факт того, что инструктора не поменялись, указывало на другую специальность.

Вдруг секретарь подбежала к экзаменатору и что-то неразборчиво прошептала ей в ухо.

Узкие глаза инструкторши расширились на мгновенье, но она быстро восстановила самообладание.

«Элайджа Кнайт, 10 лет… кхм. Меня уведомили о твоём особом статусе. Сейчас, тебе присвоен класс В»

В его возрасте и класс В? Даже не проходя тестирование?

На лицах у всех зрителей было недоумённое выражение. Даже экзаменатор-аугментер был удивлён.

Серьёзный мальчик просто поклонился и сел обратно.

«Следующий! Лукас Уайкс!» — крикнула инструктоша.

«Наконец-то моя очередь!» — воскликнул он и неторопливо пошёл на арену.

Экзаменаторша взглянула в свои записи и удивлённо произнесла: «Лукас Уайкс, 11 лет. Заклинатель на… тёмно-жёлтой стадии! Специализируется на огне»

Что? Он уже на тёмно-жёлтой стадии? Как такое вообще возможно?

«К вашим услугам!» — поклонился Лукас.

«Да, давайте начнём»

С серьёзным лицом, Лукас мгновенно отскочил назад и пробормотал заклинание: «Вставай, Огненный Хранитель!»

Перед ним взмыл огненный столб, из которого вышел двухметровый гуманоид, созданный из пламени.

Я услышал, как инструктор со шрамом тихонько присвистнул.

Хранитель ещё бежал к экзаменаторше, а Лукас бормотал ещё одно заклинание.

Значит, его эго оправдывалось некоторыми навыками.

Инструкторша удивлённо подняла брови и прокричала заклинание:

«Земляная Гробница!»

*Бум*

Куб из земли мгновенно поймал в ловушку огненного стража.

Хороший план. Огненный хранитель, естественно, исчезнет в ловушке, поскольку внутри гробницы ему не хватит кислорода.

Лукас улыбнулся и рявкнул: «Слишком поздно! Угольки!»

Рубиновый камень на посохе засветился и выстрелил ослепительно оранжевыми искрами. Искры взрываются, как фейерверк, разделяясь на десятки небольших плавающих огонька, которые крутились вокруг них обоих.

«Мальчик не плох» — сказала Жасмин, редко выдававшая одобрения.

Я был немного обескуражен этими огоньками, но ответ на мой невысказанный вопрос пришёл через пару секунд.

«Изгнание!» Он поднял свой посох над головой, отходя назад.

Внезапно, десятки огоньков запылали и выстрелили в инструкторшу.

«Каменные Осколки!» — крикнула женщина и стукнула по земле. Участок вокруг неё засветился ярко-жёлтым светом, а затем несколько кусков земли поднялись в воздух. Камни выстроились особым образом, чтобы не только блокировать огни, но ещё и перенаправлять их в сторону Лукаса.

Лукас побледнел и крикнул: «Отмена!» Огоньки исчезли, но пламя от них всё ещё двигалось в его сторону.

Выставив в сторону пламени свой посох, он пробормотал: «Огненный Смерч!»

Под ним поднялось довольно мощное огненное торнадо, засосавшее пламя, летевшее во владельца.

«Пронзить» — пробубнила инструкторша. Осколки земли, которые перенаправляли пламя вылетели вперёд в сторону Лукаса. Крупные каменные осколки без труда прошили торнадо и растворялись прямо перед мальчиком, едва не превратив его в фарш.

Блондин в поражении упал на колени, вспотев от истощения и растраты всей маны.

«Ваш контроль и творчество комбинаций заклинаний великолепно. У вас большое будущее, мистер Уайкс. Ваш контроль над расходом маны требует больших усилий, но я с нетерпением жду, чтобы увидеть, кем вы станене. А пока, я присуждаю вам класс В!» — объявила женщина, улыбаясь Лукасу.

«ВАУ!» «Ещё один маленький монстр!» «Тьфу! Я завидую им!» — начали шептаться зрители.

«Я так и думал!» Лукас встал с земли и, пытаясь сохранить беспристрастный вид, уходит, но было довольно очевидно, что он очень взволнован.

Он вернулся на своё место и уставился на инструкторшу, которая даже не устала и менялась с аугментером.

Мужчина со шрамом встаёт, разминая своё тело. Я увидел, как он дал пять другой инструкторше и посмотрел в свои записи.

«Следующий экзаменуемый, Меченый! Пожалуйста, спускайся!» — рявкнул он.

Жасмин положила руку мне на плечо и пожелала удачи.

Я кивнул и оставил Сильви рядом с ней.

«Кажется. Тебя нужно испытывать на особых условиях, поскольку у нас нет никакой информации о тебе. Ладно! Давай-ка посмотрим, из чего ты сделан» — он с любопытством посмотрел на меня, пытаясь разглядеть мою сущность через прорези маски.

Не успев обнажить свой меч, его прервал голос с трибун:

«Я лично проверю этого экзаменуемого, Джордж»

Повернув голову, я увидел худого очкарика по имени Каспиан, шедшего к нам из коридора.

«Сэр? Вы будете лично проверять его? Прошу прощения, если это странно прозвучит, но действительно необходимо вам, классу АА, проверять других испытуемых?» — мужчину со шрамом явно смутил тот факт, что Каспиан хочет лично испытать меня.

Класс АА! Чем выше класс, тем выше разница в силе. Авантюрист класса АА должен быть как минимум сильнее десятерых искателей приключений класса А.

Должно быть, он был самым сильным среди людей. Даже дедушка Вирион считается классом АА, только будучи во второй звериной форме.

«Я хорошо знаком с его спонсором, поэтому я чувствую, что должен лично проверить его» — засмеялся Каспиан и вытащил тонкую рапиру.

«Начнём»





Глава 28




Глава 28

Я вытащил из ножен короткий меч выставил его перед собой. Заглушив все лишние звуки, я сосредоточился на противнике.

Он выкручивал восьмёрки своей рапирой, даже не доставая левую руку из кармана. И даже не скрывал своих убийственных намерений, невинно улыбаясь мне. Я мысленно вернулся к боям на арене из моего прошлого мира. Не ожидал так скоро столкнуться с настолько сильным противником, который поражал меня. Посмотрим, насколько этот бой будет отличаться от спаррингов с дедулей.

«Пожалуйста, приготовься. Я не хочу, чтобы тот, кого спонсирует мисс Флеймсворт слишком быстро проиграл мне»

Он моргнул и резко взмахнул рапирой, которая отрезала несколько волосков над моим левым ухом.

«Хорошее уклонение» — подмигнул он и поднял меч, готовясь к следующей атаке.

*Лязг*

Я заблокировал его атаку рукояткой меча и использовал импульс, чтобы развернуть своё тело.

Каспиан откинулся назад, уворачиваясь от моего замаха, но на его кончике носа остался небольшой порез.

На мгновение удивившись, он тут же взял себя в руки. Не давая ему возможностей контратаковать, я ударил ногой с разворота.

*Бум*

Его ножны остановили мой усиленный удар. Из-за удара поднялось облако пыли, которое Каспиан использовал, отпрыгнув подальше от меня на нужной ему дистанции.

«Я должен извиниться за то, что недооценил вас. Теперь я буду более серьёзен»

Его невинный взгляд поблёскивал убийственными намерениями, когда его рапира засветилась серебристым оттенком.

Он резанул воздух перед собой и каким-то образом сильно ударил меня по руке.

«Вам частично удалось увернуться. Похоже, мисс Флеймсворт нашла кого-то стоящего»

Я посмотрел вниз и увидел порез на левой руке.

Он целился в моё сердце! Я чисто инстинктивно успел увернуться. Он уж слишком усердно старается меня убить. Нарочно?

Я проклинаю своё тело. Каждый раз, когда я сражался, чувствовал себя слишком ограниченным по возможностям.

Он сделал ещё два выпада, но я уже предугадал его действия.

*Фух* *Фух*

Он создаёт ветряные копья. От них трудно уклониться, поскольку копья невидимы. Мне приходиться полагаться на звук и рефлексы, чтобы увернуться, но я двигался вперёд, стараясь уменьшить расстояние между нами.

У него было преимущества из-за большого расстояния и огромного запаса маны, гораздо большего, чем у меня. И я не могу с уверенностью сказать, что у меня есть превосходство в техники сражения. Потому что моё тело просто не слушается меня. Единственным преимуществом, которым обладало это тело, это то, что она станет гораздо крепче, благодаря ассимиляции с драконьей волей.

Я увернулся от очередного ветряного копья, которое слегка задело мою правую руку и приблизился к Каспиану.

Очевидно, что обе наши техники сражения на мечах состояли из скорости и манёвренности.

Я влил огонь в свой клинок и сделал выпад, выпустив пламенную дугу.

Ответным выпадом, его рапира создала порыв ветра, который потушил огонь, но именно этого я и ожидал.

Ускорение.

Эта техника фокусировала огненную ману на стопу ноги, позволяя резко ускориться.

Я пробежал вплотную к нему, пока его рапира всё ещё была в воздухе. Его брови поднялись в удивлении, а я, используя свою свободную руку, толкнул его вперёд, чтобы он не смог закончить удар.

Его ветер просто сдувает пламя, поэтому я нагрел свой меч до запредельных температур.

Перегрев.

«Воронка»

Внезапно, поток воздуха с силой прижимает меня к земле. Я отпрыгнул назад и увидел, как интенсивный поток воздуха буквально ломает землю под собой.

Он вновь увеличил дистанцию и взял рапиру двумя руками.

«Небесный дождь»

Его руки и оружие размылись из-за скорости его бесчисленных взмахов.

Это был экзамен, или же он на самом деле пытается убить меня?

Похуй.

«Громовой импульс»

Это была одна из немногих техник, которую мне удалось выучить во время обучения с дедушкой Вирионом. Техника заключалась в использовании электрического элемента, пускающего молнии по моим нервам, многократно усиливая мои рефлексы. Если среднестатистический человек получает сигналы в мозг со скоростью около 0.3 секунды, то подготовленные бойцы могут сокращать это время до 0.2 или даже 0.15 секунды.

С моей техникой, я сокращаю время своей реакции до 0.05 секунды, в течении короткого периода времени.

Из-за электричества, волоски на моей коже и голове поднялись дыбом.

Я услышал, как в мою сторону полетели ветряные копья и приготовился уклониться от них.

«Отмена!»

Его заклинания исчезли и ветер от копий лишь слегка растрепал мою причёску.

Я вопросительно посмотрел на него и прежде чем я успел что-либо сказать, ко мне подошла Жасмин, вытянув оба кинжала в сторону Каспиана.

«Возможно, я немного увлёкся» — сказал он, беспечно пожав плечами.

«Похоже, вы хотите скрывать большинство ваших способностей. Думаю, это означает, что вы сами хотите получить более низкий ранг. Меченый. Класс В»

Прежде чем уйти, он остановился и немного повернув голову, сказал мне: «Надеюсь, вы не против?»

Я кивнул в знак согласия и он исчез.

«На сегодня хватит! Пожалуйста, подойдите к стойке регистрации, чтобы получить свою карту авантюриста. Свободны» — крикнул экзаменатор и пошёл вслед за Каспианом.

ОТ ЛИЦА КАСПИАНА БЛЕЙДХАРТА:

Я подошёл к своему столу и как только присел, то два авантюриста, проводившие сегодняшние экзамены, буквально засыпали меня вопросами.

*Вздох* «Джордж, Эмили, присядьте и не говорите одновременно»

«Сэр! Что с сегодняшними испытуемыми? Три авантюриста класса В за один день? Это неслыханно. Не говоря уж о том, что двое из них были детьми! Темно-жёлтый класс в 11 лет… такое когда-либо существовало среди людей?» — кивнула Эмили.

«Вы помните, что произошло полгода назад здесь, в Ксайрусе?» — спросил я.

«Около 6 месяцев назад прошёл первый турнир, на котором участвовали все три расы»

«Правильно. Рабочие гильдии рано или поздно узнали бы об этом, так что не вижу смысла скрывать. Меня самого уведомили об этом только пару недель назад. Запрет на авантюризм среди гномов и эльфов был снят и сегодня среди испытуемых были представители этих рас»

«Сэр, вы хотите сказать, что все трое сильных новичков являются гномами или эльфами?» — сказал Джордж, у которого от новости отвисла челюсть.

Я достал небольшой лист бумаги из своего стола и прочёл вслух:

«Лукас Уайкс – полуэльф, живущий в королевстве Сапин. Информация о его рождении засекречена, но я догадываюсь, что он был зачат от эльфийки-рабыни. Семья Уайксов всегда имела плохую репутацию, порождая хороших магов мерзкими способами. Но Лукас необычен, поскольку владеет огненным элементом, несмотря на эльфийские корни. Он даже пробудился в восемь лет, что слишком рано даже по эльфийским меркам и был послан сюда для проверки своих сил. Семья Уайксов без сомнения потратила много денег на покупку ядер зверей и другие добавки для ускорения его развития» — сказал я, доставая другой листок.

«Элайджа Кнайт. Человек-загадка. По нашим данным, его происхождение неизвестно. Однако, он с младенчества рос среди гномов. Он является одним из первых представителей королевства Дарв, отправленный к нам, дабы ассимилироваться с людьми»

«Почему его не проверили, сэр? Секретарша сказала мне, чтобы я просто назначил ему класс В» — сказала Эмили, чуть наклонившись ко мне.

Я качнул головой и сказал: «Элайджа пробудился лишь пару месяцев назад и сейчас он едва добрался до тёмно-красной стадии. То, почему ему был назначен класс В, связано с человеком, который поддерживает его. Я ничего не могу рассказать про него, поэтому пусть будет так. Мне даже любопытно, какие у него будут способности»

«Что касается нашего аугментера в маске, то если честно, я понятия не имею, кто он. Его даже не внесли в списки. Мне просто было любопытно, что за человека была готова спонсировать мисс Флеймсворт»

«Флеймсворт… это тот самый дом Флеймсворт? Знаменитый своими сильнейшими магами, специализирующимися на огненном элементе?»

Я убрал листки и серьёзно посмотрел на них, поправив очки. «Я рассказал вам об этом потому что скоро всё равно все узнают. Однако, я надеюсь, что вы не станете рассказывать другим, пока эта новость не будет объявлена по всей стране»

Я получил от них подтверждение и отпустил.

Потерев переносицу, я задумался о сегодняшних событиях. Этот аугментер в маске. Его техники и методы были нестандартными, даже то, как он владел мечом поразило меня. Но почему-то мне кажется, что это не предел его способностей. Что-то сдерживало его. Его движения были слегка неловкими, будто он не привык к своему телу.

Я выбросил эти мысли из головы и занялся документами. Даже невольно усмехнулся. Этот континент меняется. Происходит так много интересного в последнее время.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Та же секретарша, которая проводила нас на арену, вручила мне карту искателя приключений бронзового цвета.

Классам от Е до В вручались медные карты, затем, на классе А карта менялась на серебряную и на золотую на классе АА. Для класса S существовала белая карта.

«У вас какие-то отношения с Каспианом, Жасмин?» — сказал я, убирая карту и поглаживая спящую Сильви на моей голове.

«Он просто знакомый моего отца» — ответила она, сохранив холодное выражение лица.

Я не стал дальше расспрашивать, удовлетворившись этим ответом. Очевидно, ей не особо нравилась эта тема.

Жасмин слегка задумалась. У нас был выбор. Мы могли взять задание на наш класс или же ниже. Эти задания включали в себя различные задачи, от охраны, до покупки конкретных товаров. Мы также могли пойти на звериные поляны и поохотиться на мана-зверей.

«Пойдём исследовать подземелья» — мягко улыбнувшись, сказала она.





Глава 29




Глава 29

Обрадовавшись идеи исследования подземелья, Сильви радостно сказала «Кю!», а я лишь промолчал, глядя на свои мечи.

Сегодняшняя битва с Каспианом многое прояснила для меня. Я потратил слишком много времени на обучение и настройку магии этого мира. На ассимиляцию с драконьей волей Сильвии и оттачивание элементов молнии и льда. Я был настолько погружён в физические проявления стихий, что даже пренебрёг тем, что знал лучше всего – своим телом. В моей прошлой жизни я использовал самые простые приёмы, дабы не растрачивать малый запас своей Ки, и свой меч. И именно так добрался до вершины. В этом мире у меня есть столько возможностей, но если я по-настоящему хочу преуспеть и стать лучшим, то мне придётся использовать не только свой разум, но и опыт из прошлой жизни.

В самый разгар моих мыслей, я почувствовал, как кто-то толкнул моё плечо. Посмотрев наверх, я увидел светловолосого мальчика по имени Лукас, проходящего мимо меня со своей свитой и охранниками.

«Ты не плох для аугментера, но не более того. Не выёбывайся тем, что мы оказались на одном ранге. Даже в рангах есть уровни, и ты – на дне списка. Тьфу! Знай своё место» — ухмыльнувшись, сказал блондин и приподнял голову, как будто бы смотря на меня свысока. Тот факт, что он был немного ниже меня, заставлял его выглядеть очень глупо.

Какой-то он клишированный персонаж.

Даже не удосужившись с ним спорить, я просто повернулся к Жасмин и сказал: «Пойдём к порталу»

Переход через телепортационные врата потряс меня. В Ксайрусе было огромное количество врат, поскольку только так можно было попасть в этот летающий город. Пройдя через одно из них, мы оказались в Звериных Полянах.

Щебет птиц, редкий рёв зверей и текущей воды создавал естественную симфонию. Высокие деревья и многочисленные холмы никак не подходили опасной репутации местности, где могут погибнуть даже сильнейшие маги. На окраинах полян обитали только низкоранговые звери, поскольку природные ресурсы были тут весьма скудны. Чем глубже вы заходите в лес, тем таинственнее становится пейзаж, открывая пещеры и скрытые тропки в неизведанные уголки континента.

Пройдя через врата, я перевёл дыхание. Внезапно, Сильви спрыгнула с моей головы и куда-то понеслась, будто гналась за кем-то.

«Стой, Сильви! Куда ты?» — крикнул я.

Она послала мне странный ответ, сказав, что тоже хочет потренироваться.

Мой питомец никогда не убегал от меня, но вдруг она хочет уйти? На миг мне стало неловко, но потом я понял, что могу почувствовать, где она сейчас.

«Думаю, с ней всё будет в порядке. У мана-зверей есть естественный инстинкт, который заставляет их окрепнуть. Должно быть, она чувствовала себя скованной, находясь в безопасной среде всю свою жизнь» — сказала Жасмин.

Положив свою руку на моё плечо, она повела меня по тропинке. «Есть одно местечко, которое я хочу посетить перед походом в подземелье. Но нам нужно поторопиться. Ночью здесь довольно опасно»

Влив ману в своё тело, и использовав воздушный элемент, Жасмин резко сорвалась с места.

Я последовал её примеру и, образовав два небольших порыва ветра под своими ногами, понёсся за ней. Поскольку мы с Сильви были мысленно связаны, то я за неё не беспокоился. Даже когда расстояние между нами росло, связь всё ещё была сильна и я был в состоянии ощутить, как она восторженно ловила мелкую добычу.

Мы шли уже два часа и уже смеркалось. Я успевал идти в ногу с Жасмин только потому, то всю дорогу использовал технику ротации своей маны. К этому навыку я привык настолько, что бессознательно использую его каждый раз, когда применяю ману.

К позднему вечеру, мы прошли через густой лес и попали на небольшую поляну. В окружении деревьев, росло небольшое поле травы, через который тек маленький ручеёк.

«Сегодня мы заночуем здесь и подождём несколько дней» — сказала она, поставив сумку и доставая вещи.

«Разве мы не пойдём в подземелье прямо сейчас?» — спросил я, но она лишь качнула головой в ответ и собрала хворост.

Я пошёл в лес, чтобы найти нормальные ветки для костра. Через некоторое время, костёр был разожжён. Устроившись поудобнее, я снял маску и глядел на огонь.

Пытаясь начать разговор, я спросил у Жасмин: «Почему ты стала авантюристкой?»

Она неотрывно смотрела на пламя костра и я подумал, что она не хочет отвечать мне.

Через минуту, она всё же сказала: «Я хотела уйти от своей семьи»

«Понятно… ты не в ладах со своей семьёй?»

*Хруст*

«Дом Флеймсворт внёс значительный вклад в войну против эльфов. Наш дом породил множество сильнейших огненных аугментеров и заклинателей. Мы очень гордимся этим, поскольку огонь считается самой мощной стихией»

Жасмин впервые так много говорила.

«Но Жасмин, ты же не…» — сказал я, наморщив брови.

*Кивок*

«Когда я только пробудилась и приступила к тренировкам, моя семья захотела проверить мою способность к огненной стихии. Я прошла через различные испытания, чтобы они увидели, как течёт моя мана по каналам. Когда стало ясно, что у меня нет способностей к огню, то моя семья стала избегать меня»

Я не знал, как мне реагировать на это. Впервые, отчуждённая и холодная Жасмин выглядела… беззащитной.

«Я сожалею о случившимся…» — это единственное, что я смог произнести.

Покачав головой, она слабо улыбнулась мне. «Два рога хорошо относились ко мне и я перестала ненавидеть себя»

Я увидел небольшое ветряное торнадо, крутящееся на её ладони и Жасмин неотрывно смотрела на него.

В этом мире было слишком много дискриминации и классификации. Иерархия, заложившая основу королевства, никогда не исчезнет. Нормальные люди считались второсортными и даже среди магов была дискриминация аугментеров заклинателями. Потом же были ранги и девианты. Родившись в семье могущественных огненных магов, она была забыта из-за своего воздушного элемента, о котором другие маги могли только мечтать. В свои 24 она достигла тёмно-жёлтой стадии и имела огромный опыт в боях и манипуляции маной. Многие считали её гением, но из-за претензий и стандартах, в которых она выросла, Жасмин считала себя ничем не примечательным магом.

Мы закинули ещё немного хвороста и разложили спальные мешки.

Засыпая, я почувствовал присутствие Сильвии. Она была довольно далеко, но я был уверен, что она в безопасности.

«Странно… Когда я разговариваю с тобой, то не чувствую, что ты ребёнок»

Я не стал отвечать, притворившись, что уже сплю и надеясь на то, что она не станет настаивать на ответе.

«Доброе утро» — сказала Жасмин, что-то готовя на костре, когда я проснулся.

Я посмотрел на костёр и увидел нанизанную на палку рыбу.

«Доброе утро! Ты должна была разбудить меня, Жасмин. Не нужно было всё делать самостоятельно»

«Я пыталась разбудить тебя… ты даже с места не сдвинулся» — сказала она, глядя на меня своими полузакрытыми апатичными глазами, словно на дикого зверя.

«Ха-ха… извини, я исправлюсь» Может быть, это потому, что я всё ещё расту?

Позавтракав жареной рыбой, мы затушили огонь и собрались. Жасмин спросила, хочу ли я помыться в ручье вместе с ней, но я отказался.

Эх… быть добрым королём с моральными ценностями, похоже, мне только мешало.

Умыв лицо, я надел маску и подобрав мечи, думая, что мы пойдём на охоту за мана-зверями, но Жасмин остановила меня.

«Твоим единственным противником на эти несколько дней буду я»

«Да?» — я был удивлён таки поворотом событий. Мы пришли сюда, чтобы тренироваться?

«Мы расположились не так далеко от нужного нам подземелья, но сперва я хочу, чтобы ты сосредоточился на сражении со мной. Я заметила, что твой стиль боя немного… неловкий. Будто ты знаешь, что нужно делать, то твоё тело не слушает приказов… или что-то подобное»

Обнажив оба кинжала, она указала мне в грудь и произнесла: «Во время спаррингов мы не будем пользоваться маной»

Я тоже вытащил из ножен свой короткий меч. «Хорошая идея»

Ману нужно использовать в дополнение к боевым навыкам, а не полностью заменять их.

«Нет, используй другой меч» — сказала Жасмин, глядя на Рассветную Балладу.

«Как ты узнала, что это меч?» Хоть я и не хотел прятать от неё своё оружие, но её догадка поразила меня.

«Зная тебя, я подумала, что эта чёрная палка должна быть нечто большим, чем просто палкой или тренировочной тростью»

Я кивнул и бросил короткий меч.

*Вжик*

Полупрозрачное лезвие засветилось светло-бирюзовым оттенком, когда меч плавно выскользнул из ножен.

Выставив его перед собой, я встал в стойку и сказал: «Приготовься»

«М-да…» Думаю, Жасмин была в восторге от моего меча. Наверное, у меня была точно такая же реакция, когда я впервые увидел этот меч.

«Ух!» Без усиления маной, я понял, насколько сильно я забросил своё тело. Мои руки отяжелели, а ноги чувствовались такими хилыми, что едва отрывались от земли. Какой же я дурак. Я каждый раз проклинал своё тело, когда сражался на грани возможного, но вместо того, чтобы решить проблему, я предпочёл её просто не замечать. «Чёрт!» — разозлился я на себя.

Я сделал резкий выпад в сторону Жасмин. Если бы мы оба не могли уклониться от ударов, то, конечно же, тут же использовали ману.

Жасмин скрестила свои кинжалы и с лёгкостью отбила мой клинок.

Мой меч воткнулся в землю, а она уже готовилась ударить кинжалами по голове.

Присев на корточки, понижая центр тяжести, я вытащил клинок из земли. Используя импульс, полученный от вытягивания меча, я крутанулся и ударил по её ногам.

Мой клинок встретился с воздухом. Жасмин подпрыгнула, чтобы избежать атаки. Она не сможет изменить направление прыжка в воздухе без помощи маны, так что я продолжил атаковать.

*Лязг*

Я удивился, насколько трудно было пробить блок, отчего мои руки онемели.

Жасмин быстро восстановилась от блока и сделала сальто, чтобы сосредоточиться.

Потерев руки и приводя их в чувство, я слабо улыбнулся:

«Эй, Жасмин… похоже, мне понадобится больше пары дней, чтобы натренироваться»

Её губы слегка искривились и она кивнула в знак согласия.

Уже через 3 года я поступлю в академию Ксайруса. Во время учёбы, я смогу сосредоточиться в изучении маны.

А пока, я знаю, что делать.

«2 года. Жасмин, не позволяй мне пользоваться маной без крайней необходимости по крайней мере 2 года. Будь то на заданиях или в подземелье, мне придётся натренировать своё тело» — сказал я, убирая меч в ножны.

И это только начало.





Глава 30




Глава 30

*Таверна Спина Дракона*

ОТ ЛИЦА НЕИЗВЕСТНОГО АВАНТЮРИСТА:

«Эй, ты слышал недавние слухи?» — сказал я, поставив на стол кружку пива.

Дородный мужчина, сидевший за тем же столом, допил своё пиво и хлопнул кружной по столу. «Если ты говоришь о том фехтовальщике в маске, то я скажу, что это всё херня!»

Судя по его покрасневшим щекам и остекленевшим глазам, мужчина был немного пьян.

Тощий парень, с завязанными в пучок волосами, подошёл к нашему столу и присоединился к сплетням: «Нет, это правда! Один мой знакомый якобы встречался с ним. Он путешествует с Жасмин Флеймсворт, так что его трудно не узнать»

«Ну и что же твой так называемый «знакомый» рассказал о нём?» — нетерпеливо воскликнул пьяница.

«Они собрались вместе исследовать мелкое подземелье, которое уже было очищено. И что он какой-то коротышка. Видимо, слухи о том, что он не маг были правдивы»

«Пф! Херня! Либо этот фехтовальщик в маске – аугментер, либо слухи слишком преувеличены! И ты слышал те нелепые истории, которые про него рассказывают? Будто бы он в одиночку зачистил подземелье! Да разве такое вообще возможно? Аугментеры класса В такого не могут, даже если бы подземелье было низкоуровневым и ты хочешь, чтобы я поверил в то, что обычный человек с мечом смог это сделать?» — сказал пьяница и отправил свою за добавкой.

«Да, но в некоторых слухах есть крупица истины. В одиночку зачистить подземелье… разве тот парень не говорил, что с ним была Жасмин Флеймсворт? Она, вероятно, ему и помогла, так ведь?» Я ещё немного отпил из кружки, чувствуя лёгкое головокружение.

«Да я говорю вам, болваны, что этот мечник даже на треть не так силён, как болтают. Да наверняка половина этих слухов, вероятно, не о нём, а о Флеймсворт! Да и как этот недоумок смеет называть себя авантюристом? Тащите его ко мне! Я его мизинцем размажу!»

Пьяный мужик кричал всё громче, становясь всё пьянее и пьянее.

Самой обсуждаемой темой среди искателей приключений был фехтовальщик в маске. Некоторые говорили, что он ученик Жасмин Флеймсворт, но это было слегка неправдоподобно. Стало известно, что на экзамене ему присудили ранг В, а этого редко кто добивался. Но ещё сильнее всех поразило, что теперь он был на классе А! Подняться на целый ранг за неполных два года?

Я покачал головой, жалея себя. Я был всего лишь низкоуровневым авантюристом класса С. Три раза завалил экзамен на повышение ранга за последние 3 года. Как только человек собирает достаточное количество опыта в подземельях и выполняя задания, то он допускается до экзамена на повышение его класса.

Данный экзамен отличается от каждого класса, но для того, чтобы получить ранг А и стать «элитой», то экзаменуемый должен был сражаться с двумя противниками одновременно и уложиться в 10 минут.

Странно, но некоторые слухи, которые распускали те, кто присутствовал на экзамене парня в маске говорили о том, что он аугментер. Но другие же говорили о том, что когда этот загадочный человек очищал подземелье, то совсем не пользовался маной.

Дородный мужчина немного протрезвел и был раздражён, что карлик-фехтовальщик был лучше его. Он был аугментером ранга В, ветераном боёв. И было понятно, почему он так возмущался.

*Скрип*

Скрипучая дверь в таверну отворилась и я от удивления уронил вилку, увидев того, кто прошёл через дверь.

«Лёгок на помине! К нам пришёл лилипут-мечник! Ну и где твой маленький хранитель?» — с ехидной улыбкой сказал пьяный мужчина, вставая с места и раздувая красные щёки.

Сам мечник в маске. Воплощение всех сумасшедших слухов.

Я увидел, как голубые глаза под маской странно посмотрели на здоровенного мужика. Он был одет в простое черное пальто, достигавшее до середины бедра и капюшоном, скрывающий голову там, где не доставала маска. Если бы я проходил мимо, то не заметил в нём ничего особенного, кроме, вероятно, маски и двух мечей. Но стоило приглядеться внимательнее, то это было и вправду странное зрелище. Человек в маске был почти полуметрового роста и имел довольно худую фигуру под своим плащом, из чего я сделал вывод, что он был либо обычным человеком, либо заклинателем. На его поясе висел обычный короткий меч, а за спиной выглядывал гладкий чёрный посох. Я не удивлюсь, если он действительно был заклинателем.

Бросив взгляд на пьяницу, человек в маске просто прошёл мимо него, будто не хотя тратить на него времени.

«Ты что, блять, меня игнорируешь? Просто потому что ты стал известным благодаря всяким дерьмовым слухам, ты думаешь, что стал лучше меня?!» — крикнул пьяница и выхватил свой двуручный меч из-за спины, готовясь опустить его на незнакомца.

«Успокойся! Ты же знаешь, что здесь нельзя никого убивать!» Я старался успокоить пьяного мужика, а мечник в маске лишь посмотрел на нас и пошёл к барной стойке.

Это выбесило пьяного ещё сильнее и он, усилив своё тело и меч маной так, что они засветились, оттолкнул меня и замахнулся мечом.

*БУМ*

Я открыл глаза, представляя перед собой окровавленный труп, который от такого удара наверняка был разрублен напополам. Однако, вопреки моим ожиданиям, меч воткнулся в стойку рядом с человеком в маске, едва не ранив его.

Уфф… ну хоть у пьяницы хватило мозгов, чтобы не убивать этого человека. Возможно, он просто хотел припугнуть его.

Я вновь подошёл к мужчине, чтобы успокоить его, но когда тот повернулся ко мне, то его лицо исказилось жутким негодованием.

«ГРРААА!» Он снова замахнулся своим мечом, вытащив его из стойки. Посетители, которые сидели в обеденном зале таверны, сейчас с удовольствием смотрели это представление, а некоторые даже болели за здоровяка.

Укрепив своё тело и меч маной, мужик был невероятно силён и быстр, даже не смотря на то, насколько он пьян. Он произвёл шквал атак, измолотив деревянные стулья и столы, но сколько бы он не атаковал, его меч всегда попадал мимо цели. Человек в маске даже не сходил с места, но каждый раз, когда меч был почти рядом с ним, то его образ буквально размазывался и лезвие меча проходило сквозь него.

Примерно через 5 минут безнадёжных атак мужик с двуручным мечом заметно вспотел, а его лицо выдавало разочарование.

«Убегать – это всё что ты можешь? Я думаю, что твоя опекунша сделала всю тяжёлую работу за тебя, пока ты трусливо бегал вокруг неё!» — бросил мужик, грозно улыбаясь и будучи по-прежнему уверенным в то, что он может победить человека в маске. Он взял рукоять двуручника обеими руками и снова замахнулся, на этот раз быстрее, чем раньше.

*Лязг*

Его меч, который, вероятно, весил больше человека в маске, был отправлен в полёт. Звук был похож на удар клинком о клинок, но я не заметил, что бы загадочный человек доставал своё оружие.

«Ты закончил?»

*БУУУУУУУМ*

«Аааааа…» — это был единственный звук, который я услышал от пьяного перед тем, как все посетители таверны упали на пол.

Я чувствовал себя как будто бы под водой. Я не мог дышать, а окружающая атмосфера хотела раздавить меня.

Я боюсь…

Страшно!

Я конечно слышал, что некоторые элитные бойцы способны мысленно пугать мана-зверей, но что за чертовщина происходила? Неужели кто-то мог мысленно запугивать людей до смерти?

Я медленно повернул голову и столкнулся с человеком в маске, который, очевидно, и был источником этой кровожадности. Когда я посмотрел на него, то почувствовал, как кровь отливает от моего лица.

Я не могу сказать, какое выражение лица было у него под маской, но это и не нужно. Всё было видно по его тёмной, мрачной ауре. Клянусь, эта чёрная аура бушевала вокруг него. Хоть и не я один попал под этот поток кровожадности, но я всё же должен сдержаться и не обделать штаны.

Повернувшись в другую сторону я увидел, в каком состоянии находился пьяница. Его глаза были широко раскрыты, а тело как будто окаменело. Он что-то бормотал, сильно рыдая и мочась в штаны.

Внезапно, вся кровожадность человека в маске исчезла и я снова мог дышать. Глубоко вдохнув свежий воздух, я слегка закашлялся. Оглядевшись, было понятно, что другие авантюристы и работники таверны были едва ли в лучшем состоянии, чем я.

Незнакомец повернулся к стойке и позвал официантку. Её лицо было на три тона светлее, чем раньше.

«Я знаю, что моя знакомая недавно оставляла вам мешок с припасами для «Меченого» — сказал человек, ясным и чётким тембром голоса.

«Да-да, я сейчас же принесу его для вас!»

Он слегка поклонился официантке, когда та протянула ему мешок с едой и ушёл. Вся таверна просто смотрела ему вслед, не решаясь издать ни звука.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

«Почему так долго?» — спросила Жасмин, деля припасы из мешка поровну.

Я почесал голову и запрыгнул на лошадь. «Ха-ха, я всего лишь немного повздорил с одним авантюристом в трактире!»

Наверняка Жасмин сейчас подозрительно разглядывала меня своими полуоткрытыми глазами.

«Не волнуйся! Я его даже не поцарапал!» — я махнул рукой, пытаясь убедить Жасмин не заходить в таверну.

Она качнула головой и запрыгнула на лошадь.

Я толкнул лошадь и мы поехали к нашей цели.

Вспоминая прошедшие два года, я запомнил, как Жасмин хотела, чтобы я скорее получил класс А, чтобы мы могли исследовать подземелье, к которому ехали сегодня. Пока я повышал свой класс, она тоже набрала достаточно опыта для АА класса. И хотя между ней и Каспианом всё же была небольшая разница в уровнях, Жасмин заметно улучшила свои навыки за 2 года. Когда мы не были на заданиях или исследованиях подземелий, то проводили совместные тренировки. Ночью же я медитировал как минимум пару часов перед сном. И за всё это время я достиг светло-оранжевого этапа, что я считаю своим личным успехом, учитывая то, как много времени я тратил на медитацию.

Но самым большим моим достижением за это время было укрепление собственного тела. Временный отказ от маны заставил меня вспомнить, как эффективно использовать своё тело и меч, так что теперь я стал ещё сильнее, даже без аугментирования. Конечно, я не на все 100% достиг задуманной силы, поскольку мои мышцы ещё не развились, как у взрослых, но я уже больше не чувствую себя скованным и неловким во время сражений. Также, я доработал несколько моих техник сражения на мечах, чтобы они лучше соответствовали нынешнему телу.

Должен сказать, что это было не так легко и на моём теле появилось несколько свежих шрамов, но они лишь доказывали, что оно того стоило. Сочетая драконью волю и ротацию маны, я мог наконец-то быть спокоен, зная, что движусь по правильному пути к светлому будущему.

Жасмин стала сильнее, чем когда-либо прежде. Однако, во время путешествий с ней, я заметил, что её слабой стороной является искусство фехтования. В детстве её учили только работе над огненным элементом, поэтому она самостоятельно изучала бои на мечах, чтобы соответствовать своему воздушному элементу.

Я сам не особо хорошо владел воздушным элементом, но это не значит, что я не мог обучить её. Она прошла экзамен на ранг АА, используя новые навыки, которым я научил её и свой собственный приём с двумя кинжалами, придуманный ею самой. Я тоже хотел сдать этот экзамен, но пока что не набрал достаточно опыта.

Мысли о Сильвии заставили меня послать ей ментальный сигнал. Она странно себя вела с тех пор, как мы пришли на Звериные Поляны. Мы всегда поддерживали связь, но по какой-то причине она не хотела встречаться со мной, даже когда я возвращался в Ксайрус, чтобы навестить семью. Каждый раз, когда я просил её вернуться, она говорила, что ей сперва надо закончить дела. Судя по её более сложным эмоциям и состоянию вести беседу, я могу сказать, что она уже повзрослела.

За первый год я пару раз навещал родителей, но теперь это было немного затруднительно из-за расстояния, разделявшего подземелья и Ксайрус. Вместо этого, мы переписывались, а мама или папа каждый раз встречали нас возле порталов. Глядя на отца, я понимал, что он усердно тренируется, достигнув середины оранжевой стадии, что является впечатляющим показателем для людей его возраста. Каждый раз при виде меня он улыбался, гордясь своим сыном.

Также родители рассказывали мне обо всём, что происходит с сестрой и семьёй Хелсти. Моя сестра всё ещё работала над формированием своего ядра маны, а Лилия, к моему удивлению, уже пробудилась пару недель назад. Её пробуждение перевернуло кровать, а это значит, что она стала средним магом. Её родители были в восторге и тут же отвели её в академию Ксайруса. После испытаний, выяснилось, что хотя мана-ядро было довольно обычным, её вены маны превосходны. Она могла быстро поглощать окружающую ману, как и все заклинатели. Думаю, она будет моим старостой, когда я поступлю в академию в следующем году.

Выводя меня из раздумий, Жасмин сказала: «Прибыли…» когда мы подъехали к поляне в лесу.

Вход в подземелье был обычной пещерой, перед которой стоял лагерь людей, готовящихся к зачистке подземелья. Думаю, они ждали нас, прежде чем начать.

«Тьфу… Повсюду эти аугментеры» — сказал знакомый, сопливый голос. Спрыгнув с коня, я подошёл к группе людей и увидел блондинистого заклинателя, неприятно смотревшего на меня. Жасмин прошла мимо него и пожала руку аугментеру в броне.

«Не обращайте внимания на Лукаса и позвольте мне познакомить вас с моей командой. Меня зовут Реджинальд Брукс и я аугментер класса А. Я специализируюсь на земном элементе, моё ядро сейчас на жёлтой стадии, а так же я владею молотом» — сказал аугментер, указывая на огромный молот, стоящий на земле рядом с его группой.

У Реджинальда были короткие, грязно-коричневые волосы, соответсвующие его глазам. Сам он был почти двухметрового роста с широкими плечами и квадратной головой, подчёркивающей его мужественность.

В команде были Реджинальд, Криол и Бральд – тоже аугментеры, как и мы. Криол специализировался на обороне и элементе воды, используя в качестве оружия гигантский щит. Он был довольно мал ростом, примерно метр семьдесят и толстоват. Однако, не смотря на живот, остальное его тело было крепким и в форме. Своим высоким ростом Бральд был похож на дворянина. Он был одет в белую металлическую броню, покрывавшую плечи и грудь. С его светлыми прилизанными волосами и острыми карими глазами он выглядел как заправский сердцеед. К моему удивлению, он также был настоящим джентльменом, пожав нам руки и улыбнувшись.

«Меня зовут Бральд и я совсем недавно перешёл на класс АА. Также я имею светло-желтое ядро и аугментерские способности. Я управляюсь с огненным элементом, а также палашом и щитом. Сегодня в подземелье поведу вас я» — сказал он.

После того, как аугментеры представились перед нами, настал черёд заклинателей. Помимо Лукаса, в команде состояли ещё 3 заклинателя. Один из них был очкастый черноволосый мальчик, которого мы видели на экзамене! Как там его зовут?

«Меня зовут Элайджа Кнайт. Класс А, тёмно-оранжевое ядро, заклинатель… специализируюсь на земном элементе» — просто сказал он.

Я пристально осмотрел на него. С ним не всё так просто. Ведь он смог получить класс В автоматически, не сдавая экзамена, уж точно не за то, что просто был земным заклинателем, не важно, насколько он был молод.

Затем подошёл пучеглазый долговязый мужчина, который неплохо сохранился для своих 30 лет. Его самодовольный взгляд отлично соответствовал непривлекательной внешности, кривому носу и каштановым волосам. «Кхм! Я – Оливер, тёмно-жёлтый заклинатель. Также, я эмиттер-деивант, специализирующийся на исцелении» — буркнул он, самодовольно скрестив руки.

Несмотря на его отношение, я рад, что с нами будет целитель.

«Привет! Меня зовут Саманта, но вы можете называть меня Сэмми! Тёмно-жёлтая стадия, класс А, заклинатель с водной специализацией к вашим услугам!» — подмигнула она мне. Саманта выглядела лет на 20 и была очень привлекательной девушкой. И я уверен, что она сама знала это. Её волнистые светлые волосы спускались до плеч, а светло-голубые большие глаза при взгляде выглядели почти серыми, отлично подходили её маленькому росту, делая девушку ещё привлекательнее. Можно было понять, что Оливер был влюблён в неё по тому, как он держался в стороне и смотрел на неё.

«Жасмин, светло-жёлтая стадия, аугментер класса АА. Воздушный элемент и два меча» — сказала моя партнёрша, не моргнув глазом.

Я же просто сказал: «Меченый, светло-оранжевая стадия, аугментер класса А. Специализируюсь на огне и владею мечом»

Бральд улыбнулся нам и воскликнул: «Приветствуем вас! Я очень рад увидеть ещё одного класса АА в нашей группе!» Два других аугментера кивнули в знак согласия, а Оливер и Лукас лишь пытались сделать вид, будто бы их это не волновало. Элайджа все ещё не показывал эмоций, а Саманта продолжала смотреть на меня, пытаясь рассмотреть моё лицо под маской.

«Я хочу спросить вас, господин Меченый. О вас ходят различные слухи, будто бы вы не являетесь магом, хотя вы только что заявили обратное» — сказал Реджинальд, поднимая свой гигантский молот, будто бы тот вообще ничего не весил.

«По некоторым личным причинам, в последнее время я не использовал магию. Скорее всего, именно из-за этого и пошли эти слухи»

Заметив, что я не хочу более подробно расписывать причину, он кашлянул и велел команде построиться.

Первым шёл Бральд, поскольку его щит и меч идеально подходили для прорыва. Рядом с ним шли Реджинальд и я, обеспечивая поддержку. Охранять тыл были назначен Криол с его гигантским щитом и Жасмин, готовую убить всех, кто проскочит мимо него. Середину колонны составляли заклинатели, с Оливером посередине, поскольку целителя нужно было оберегать любой ценой.

«Выдвигаемся немедленно!» — заявил Бральд. Он взял на себя лидерство, поскольку он шёл впереди колонны и был на классе АА. Жасмин же не подходила на эту роль из-за своей молчаливости.

Это подземелье было признано классом АА, поэтому в него допускались только маги не ниже ранга А. Бральд недавно узнал, что в подземелье есть секретный туннель, который ведёт в неизведанную часть подземелья и именно его мы сегодня будем изучать. Все обнажили оружие и вошли в подземелье «Мрачные Гробницы»





Глава 31




Глава 31

Войдя в подземелье и спустившись по склону, я почувствовал резкое похолодание. Впереди колонны шёл Бральд со своим щитом и мечом.

Перед походом, Жасмин и я кое-что разузнали о Мрачных Гробницах. Это место было уникальным, даже по меркам таинственных подземелий. В записях было указано, что вместо зверей здесь обитала нежить. Я никогда раньше не слышал, чтобы мана-звери могли восстать из мёртвых. Из-за этой особенности, зачистка подземелья от практически бесконечных монстров-нежити была очень затруднительна.

Желая копнуть глубже, мы расспросили некоторых авантюристов и магов, которые предполагали, будто бы в самом низу подземелья должен быть особенный артефакт, который мог воскрешать зверей из мёртвых, но никто не мог этого доказать.

Очистив подземелье, авантюристы говорили этим, что оно было полностью исследовано. Также, подземелье можно было захватить, что означает полное уничтожение мана-зверей и разграбление сокровищниц внутри.

Это подземелье считалось зачищенным, по крайней мере до тех пор, пока Бральд не обнаружил секретный проход, но его не могли захватить.

«Мы приближаемся к первому уровню подземелья. Будьте осторожны. Мана-звери здесь не так сильны, но их будет много. Не тратьте время зря, пытаясь собрать их ядра маны… у них их нет» — заявил Бральд.

Оливер что-то слабо пробормотал, жалуясь на отсутствие награды.

Хотя после очистки подземелья авантюристы могли забрать сокровища, которые собирали высокоуровневые мана-звери, основной доход с подземелий приходился на сбор ядер зверей по пути. В большинстве случаев, если команда не смогла захватить подземелье, или даже очистить его, то всё равно выручала кругленькую сумму за собранные ядра, которые продавались по высокой цене. Ещё одной причиной, почему это подземелье было не популярно, было то, что местные мана-звери не имели ядер. Это означало, что большого дохода с очистки мы не получим.

«ГРРРРР!»

Я прищурил глаза и сосредоточился. Мы прошли через проход и оказались в подземной пещере, диаметром в 50 метров. Оглядевшись, я увидел, что вся пещера светилась тусклым синим светом. Над нами висели сталактиты, угрожающие своими острыми блестящими кончиками. В пещере бегали около 20 мана-зверей, похожих на больших летучих мышей, разве что без крыльев, но вместо них были четыре конечности. Тело летучей мыши истлело так, что из него выглядывали рёбра, а на том месте, где должно быть ядро маны, висел треснувший камень.

Все слухи были правдой.

«Упыри! Они слабы, но нападают толпой. Старайтесь не тратить на них свою ману. В бой!» — заревел Бральд в ответ на крики упырей, которые уже приготовились к прыжку, оскалив зубы.

«Займите позиции и уничтожте их! Огненный смерч!» — крикнул кто-то позади меня, наверное – Лукас, который использовал заклинание.

Внезапно, четыре огненных торнадо высотой в 3 метра закружились вокруг нашей группы.

*ВИЗГ*

Многих упырей поглотил огонь. Те, которым посчастливилось избежать смерчей, пытались напасть на нас. Их же мы быстро уничтожили.

Я услышал, как Бральд выругался, будучи недовольным тем, что Лукас проигнорировал его приказ и призвал ненужное заклинание.

«В следующий раз, чётко выполняйте приказы и не тратьте ману на подобные выходки. Это заклинание было лишним»

Лукас просто закатил глаза и недовольно пробормотал: «Да ладно. Мы же их быстро убили, так что все остальные сохранили свою ману»

Покачав головой, Бральд повёл нас к другому концу пещеры. Прежде чем пойти в соседнюю комнату, я услышал хруст позади себя и обернувшись, заметил, как упырь, которого мы только что убили, поднялся из земли, целым и невредимым.

Мрачные гробницы… подходящее название для этого подземелья.

Мы прошли в тоннель, ведущий в другую пещеру и Элайджа закрыл проход каменной стеной, чтобы упыри нас не преследовали. Тоннель был шириной не больше 4 метров, из-за чего нам пришлось сменить строй.

После первой пещеры, я чувствовал себя каким-то расслабленным и никак не мог избавиться от этого неприятного ощущения.

*Фух*

*Лязг*

Быстро взмахнув клинком, я отбил снаряды, летящие в Саманту.

«Спасибо…» Даже при тусклом голубом освещении я видел, как её лицо побледнело, когда земляные шипы, чуть не убившие её, упали рядом на землю.

Бральд поднял один из заострённых камней, чтобы изучить его, но лишь смущённо сказал: «Что-то не так… раньше здесь не было ловушек»

Наличие ловушек означало, что на уровне есть сильный мана-зверь, способный колдовать особые активирующие заклинания.

«Будьте предельно осторожны» Жасмин уже сжимала свои кинжалы, Реджинальд и Криол подготовили своё оружие, а Саманта прижалась ко мне, одной рукой держа меня за рукав, а другой сжимала волшебную палочку.

К счастью, мы дошли до конца коридора и ловушки нам больше не встречались. Вторая пещера была схожа с той, из которой мы пришли, но была в 2 раза больше и имела подозрительные ямы, расставленные на полу.

«Не подходите к отверстиям. Это гейзеры, которые выстреливают горячими парами» — сказал Бральд, выискивая малейшие признаки мана-зверей.

*Рокот*

Как по команде, пещера задрожала, и из земли вылезло что-то, странно напоминающее гигантского червя, с красными светящимися глазами и длинной пастью с бесчисленными рядами зубов.

«Это было здесь в прошлый раз, Бральд?» — спросил Криол.

«Н-нет… я не понимаю, что происходит. В этом подземелье не могли появиться новые мана-звери» — дрожащим голосом сказал рыцарь, теряя самообладание.

Лукас поправил свои светлые волосы и сказал: «Тьфу. В сторону, Лукас со всем разберётся»

Однако, гигантский червь не стал атаковать нас, зарывшись вниз и создав ещё одну дыру.

«Кажется, он не за нами» — пробормотал Элайджа, пристально изучая червя.

Зверь прорывал новые дыры в полу и стенах пещеры, совершенно не обращая на нас внимания.

Оливер оттолкнул Бральда и уверенно прошагал к другому концу пещеры. «Мы будет стоять и смотреть, как червь ковыряется в земле или же пойдём дальше?»

Полагаю, он пытался выказать смелость перед Самантой.

«Вернись! Нам необходимо сперва оценить, что происходит!» — крикнул Бральд на наглого заклинателя и сделал шаг вперёд, чтобы пойти за ним.

Внезапно, вся пещера содрогнулась и мы услышали лёгкое шипение.

«Лукас! ТЕПЛОВОЙ БАРЬЕР! СЕЙЧАС ЖЕ!» — крикну я на блондина.

*ФУХ*

Ямы. Все ямы, проделанные червём в этой комнаты выстрелили горячим паром. Червь специально делал больше отверстий, пытаясь убить нас и мы даже не помешали ему.

Мне удалось затащить Бральда к нам, прежде чем барьер захлопнулся, но Оливер отошёл слишком далеко.

Извержение гейзеров длилось пару минут, прежде чем шипение исчезло.

Лукас убрал ослабевший барьер и мы молча смотрели на останки Оливера.

Единственное, что от него осталось, это камень, бывший навершием его жезла.

«Чёрт!» — крикнул Бральд, скрипнув зубами из-за потери члена команды.

Оливер не так много значил для нас как личность, но всё же он был нашим целителем. Этот идиот бросил нас, даже не поставив на себя защитное заклинание.

Лицо Саманты побледнело и она закрыла рот руками от шока.

Лукас подошёл к камню и подобрал его: «Его камень не такой уж и хороший…» После этого, он бросил обратно, но Саманта забрала камень и дрожащими руками заменила им свой, вставленный в палочку.

«Нам нужно двигаться дальше, чтобы не попасть под очередное извержение. Этот гигантский червь делает всё больше дыр. Не уверен, что барьер Лукаса выдержит следующую волну» — сказал наш лидер и пошёл вперёд.

Я посмотрел на Жасмин и она грустно кивнула мне. Мы все были разочарованы таким поворотом событий.

Мы были на полпути к следующей пещере, когда Элайджа спросил меня: «Откуда ты узнал, что тепловой барьер Лукаса будет эффективен против пара?» Оглядевшись, я увидел, как Лукас и Саманта тоже смотрели на меня, дожидаясь ответа.

«В прошлом, у меня был подобный опыт и оказалось, что тепловой барьер отлично выдерживает паровую атаку» — сказал я, пожав плечами.

Червь, круживший вокруг нас и создававший новые отверстия, остановился перед нами. И внезапно, он стукнул своей головой по нам.

Криол, стоявший позади нас, создал водяной барьер, смягчивший удар, а Элайджа воздвиг плоский земляной щит, чтобы предотвратить последующие атаки червя.

«Взрывной Удар!» — крикнул Реджинальд, когда его гигантский молот засветился ярко-жёлтым светом и ударил по червю.

*БУМ*

Всё тело червя задёргалось от удара Реджинальда, усиленного маной. Я тоже начал атаковать червя и, вытащив свой короткий меч, окружил его огнём и запустил ротацию маны.

«Огненный Клинок»

Одним ударом, я разорвал нижнюю часть червя, прожигая его плоть.

Червь издал пронзительный крик и рухнул перед нами, скукоживаясь в спираль.

«Червь большой, но такой слабый» — сказал Лукас, разочарованно качнув головой. Вдруг, мы услышали громкий гул.

Червь не пытался убить нас. Он хотел задержать команду до очередного извержения гейзеров.

«ФУХ»

Лукас не успевал воздвигнуть барьер и лишь удивлённо открыл рот.

«Плащ Феникса» Огненный всплеск окружил моё тело, защитив его от пара. Я оглянулся назад и с облегчённо вздохнул, увидев, что Жасмин возвела воздушное торнадо, рассеивающее пар.

«ААА!»

Пар рассеялся и мы увидели Бральда. Криолу удалось защитить Лукаса и Элайджу своим гигантским щитом, усиленным водным элементом, а Бральд, пытаясь защитить Саманту, накрыл её своим щитом, влив в него всю свою ману, из-за чего его рука, сжимавшая меч, полностью обгорела. У Реджинальда тоже было несколько ожогов, но не критичные. Наверное, он еле успел защитить себя земным элементом.

Меч нашего лидера упал на землю, а его сожжённая культя тлела чёрным дымом.

Стиснув зубы, он бросил свой щит, поднял меч и крикнул «ВПЕРЁД!»

Мы прошли по коридору в следующий зал, который был ещё шире, чем в прошлый раз.

Остановившись на отдых, группа решила перекусить, пока Саманта оторвала часть своей робы, чтобы создать импровизированную повязку для остатков правой руки Бральда.

Даже авантюристы класса АА, которые усиливали своё тело маной, не могли справиться с резкими атаками паровых гейзеров.

Оглядев всех, я заметил разочарование на их лицах. Мы не прошли даже половины пути, а уже потеряли одного человека, а наш лидер был тяжело ранен.

«Вот почему я сказал, что нужно оставаться начеку, Лукас! Если бы ты был осторожен и вовремя среагировал, то создал бы барьер, который защитил всех нас!» Благородный вид лица Бральда мгновенно исчез, когда он начал кричать на мальчика. Его карьера авантюриста, вероятно, подошла к концу. И может быть, гильдия, узнав о его травмах, даже понизит Бральда в классе.

«Не вини меня! Ты сам виноват, что не смог защитить себя!»

«Ты что, издеваешься? Криолу пришлось спасать твою задницу! И ты, говнюк, говоришь, что это не моя вина?» — закричал Бральд, замахнувшись мечом на мальчишку.

«Хватит!» — крикнул я. Вся команда затихла и обернулась на мой голос.

«Вот с чем нам нужно разобраться. Во первых, Реджинальд немного обгорел, но не очень сильно, то тебе, Бральд, нужно решить, хочешь ли ты продолжать поход или же нет. Мы совсем немного отошли от поверхности, так что ты, вероятно, сможешь самостоятельно добраться до выхода примерно за час» — сказал я, глядя на нашего лидера через прорези маски.

«Я буду продолжать. Возможно, это мой последний рейд в подземелье, так что я должен выложиться по полной» Бральд привстал и немного помахал правой культей.

Я перевёл свой взгляд на мальчика-дворянина, который всем своим видом показывал, будто бы не сделал ничего дурного. «Лукас. Ты – часть команды. Неважно, светло-жёлтая у тебя стадия или божественная. Ты должен быть ответственным. Если ты будешь продолжать действовать по-своему, то ты пойдёшь в одиночку»

Он посмотрел на меня, прикусив губу, не зная, как оправдаться.

«Саманта и Элайджа. Нам нужно, чтобы вы были готовы создавать барьеры в кратчайшие сроки. Отдохните пару часов и потом мы продолжим» Я присел рядом с Жасмин вытащил мешочек с водой из моей сумки.

Группа по-прежнему молчала, когда я подошёл до Бральда. Потеряв руку, он как будто бы потерял всю свою жизнь. Уверенное, харизматичное выражение лица исчезло, сменившись сумасшедшим взглядом. «Мне кажется, мне или Жасмин стоит взять лидерство. Ты сейчас не в состоянии»

Глаза Бральда, выражавшие уныние и усталость, изучали меня, прежде чем перейти на других участников команды, которые отворачивались от него.

«Тьфу. Ладно» Мне не нравилось то, в каком состоянии он сейчас находился. Его разум был нестабилен.

Через пару часов, мы восстановили свои силы и ману, чтобы продолжить путешествие. Эта пещера была меньше, чем прошлые, но в конце неё стояля большая двойная дверь с цепями и замком на них.

«Я не понимаю. Тут всё изменилось. Раньше эта дверь была не заперта и уж точно меньше размером» — качнул головой Бральд.

«Только упыри в первой пещере остались прежними» — продолжил он, изучая замок. Он попытался прикоснуться к ней, но забыл, что его правая рука обгорела и лишь помахал культей в воздухе. Поняв, что это бесполезно, он заворчал и отошёл к нам.

«Ну-с, сейчас проверим» — сказал Реджинальд, поднимая свой молот и замахиваясь на дверь.

*БУМ*

Реджинальд пришёл в ярость, увидев, что его удар даже не поцарапал дверь.

«Взрывной Удар!» Дверь вздрогнула, но всё ещё была цела.

«ВЗРЫВНОЙ УДАР!» На этот раз удар был сильнее и замок раскрошился. Шагнув вперёд, он взялся за ручку двери и открыл её.

«Какого…»





Глава 32




Глава 32

За дверью раскинулось поле, напоминающее творческий шедевр мастера. Оно было настолько большим, что я даже не видел другого конца пещеры.

«Дай-ка угадаю, в прошлый раз поля тоже не было?» — пробормотал Реджинальд, не веря своим глазам.

«Н-нет»

Реджинальд что-то промямлил себе под нос и шагнул за дверь, а мы последовали за ним.

Это место совсем не походило на пещеру, поскольку даже местное освещение было настолько ярким, что мы невольно прищуривались. Однако, ряды сталактитов на потолке комнаты всё же развеивали наши сомнения.

«Вау! Тут так красиво!» — восторженно сказала Саманта.

В поле росли кустарники и высокие деревья. Мне хотелось прилечь и отдохнуть, но с тех пор, как мы перешли через дверь, моё тело усиленно сигналило мне, предупреждая об опасности.

Я перехватил короткий меч правой рукой, а левой взялся за рукоятку Баллады. «Что-то не так. Будьте готовы, ребята»

«Ты уверен? Я не вижу ничего, кроме травы и деревьев» — с сомнением сказал Криол, но всё же поднял свой щит и укрепил его водным элементом.

Оглядываясь, я пытался понять, что же заставляло меня чувствовать такое напряжение. Свет, который, казалось, лился прямо из сталактитов, был гораздо ярче, чем в предыдущих пещерах. По всему полю пролегала небольшая, совсем незаметная дымка.

Но что я упускаю?

Я заметил, что туман вокруг нас постепенно сгущается, так что теперь я мог видеть лишь очертания своих партнёров по команде.

*Бух*

«Клара? Это ты? Ты жива?»

Повернувшись на голос, я увидел Криола, убравшего свой щит. Он протягивал руки, вглядываясь во что-то вдалеке.

«Я так и знал, что ты жива, Клара! Стой там! Я иду к тебе!»

«Стой! Это ловушка!» — крикнул я ему в след, но слишком поздно, и его фигура исчезает в тумане.

Жасмин схватила меня за руку и тихо сказала: «Я думаю, что туман – это иллюзия»

«Я тоже так думаю» — кивнул я,- «Команда, держитесь вместе! Этот туман воздействует на наш разум. Саманта, ставь барьер!»

Встав спина к спине и выставив вокруг нас шар из воды, мы решили обсудить дальнейшие действия.

«Кто такая Клара?» — спросила Саманта.

Реджинальд качнул головой и ответил: «Она была невестой Криола. Но она мертва. Я сам видел, как её убили в подземелье. Мы вместе её похоронили!»

Похоже, и Реджинальд, и Бральд были потрясены. Они уже не в первый раз ходили с Криолом в одной команде по заданиям и знали о Кларе.

«Что, чёрт возьми, происходит…» — пробубнил Лукас и сжал посох так крепко, как будто бы хотел сжечь всё поле.

Я посмотрел на свою напарницу, надеясь, что она сможет помочь мне. Кроме неё, у нас не было сильных заклинателей с воздушным элементом. «Жасмин. Ты сможешь создать достаточно сильный ветер, чтобы сдуть туман вокруг нас?»

Она посмотрела вниз и тихо ответила: «У меня хватит силы только, чтобы продуть вперёд, до конца пещеры»

Мы немного отошли от неё и аура Жасмин засветилась зелёным светом. Возле её рук образовались небольшие вихри, поднявшие с земли камешки и ветки. Её чёрные волосы развивались на ветру, когда мини-торнадо становились всё больше и больше, выходя за водную преграду.

Хотя у заклинателей есть большое преимущество перед аугментерами в использовании дальнобойных заклинаний, аугментер, достигнув определённого уровня, может использовать оба вида атак. Конечно же, эффективность и мощность дальнобойных атак аугментеров значительно уступала заклинателям.

Туман вокруг нас становился всё толще и некогда мирное поле сейчас навевало страх, грозя поглотить нас живьём.

«Штормовой Ветер»

Жасмин хлопнула в ладоши и два вихря, которые кружились вокруг её рук, слились в один. Воздействие торнадо разрывало туман, прокладывая нам путь вперёд.

Взглянув вперёд, команда ахнула, заметив то, что раньше от них скрывал туман.

С ветвей деревьев свисали щупальца лиан, медленно пробиравшиеся к нам.

«Сейчас я им!» — выкрикнул Лукас и, выставив посох в ближайшую лиану, начал бормотать заклинание.

Размахнувшись своим посохом, он вызвал большое полукруглое огненное лезвие.

*БУМ!!!*

Вьющиеся лианы и ветви деревьев дёрнулись назад от пламени, однако оно им совсем не навредило.

«Блять! Почему эти деревья не горят?» — стиснув зубы, прорычал Бральд, окружая свой палаш огненным торнадо, готовясь атакавать лианы, ползущие в нашу сторону.

«Саманта! Элайджа! Лукас! Поддержите нас!» — скомандовал я и влил ману в своё тело и меч.

Жасмин встала рядом со мной, обнажив кинжалы. Заклинание, которое она использовала, истратило много маны, однако туман уже заполнял тропу, проделанную вихрем.

Реджинальд встал позади нас, приготовившись защищать заклинателей, готовящих свои заклинания.

«РРРААА!» Бральд рычал, как зверь, разрывая лианы, тянущиеся со всей пещеры.

Лианы, кажется, регенерировали быстрее, чем Бральд их обрубал, пробираясь всё глубже и глубже.

Идиот. И он на самом деле получил класс АА? Он потерял хладнокровие и даже не обращал внимание на то, что происходило вокруг него.

Я окружил свой меч огнём и побежал помогать нашему однорукому товарищу.

«Пламенный Кнут» Огонь вокруг моего меча вытянулся и принял форму хлыста.

Я стегал своим оружием по лозам и уже через минуту всё пространство вокруг меня было усеяно лианами и ветками.

Я взглянул на Жасмин, чтобы убедиться, что она в порядке, и увидел, как она кружится в танце, рубя любые лианы, которые лезли к ней.

Бральду было нелегко и я заметил несколько ран на его лице и теле.

«Жидкий Огонь!» Лукас закончил заклинание и выстрелил огненной струёй красной жидкости из своего посоха.

Мы втроём отпрыгнули подальше, чтобы не попасть под заклинание. Что-ж, этот сопляк хотя-бы всё ещё соображает. Жидкий огонь не так хорош, как простое огненное заклинание, но он быстро распространяется, и если его не затушить, то он будет ещё долго распространяться.

Клубок лоз неумолимо лез к нам, но сталкиваясь с жидким огнём, они шипели и ползли обратно.

*ФСССС*

Огонь горел ещё пару секунд, а затем густой туман быстро затушил его.

Лицо Лукаса побледнело и с его шеи стекал пот. Думаю, что его маны хватит только на одно заклинание.

«Кратер»

Элайджа нахмурил брови и закончил бормотать заклинание. Земля волной прокатилась по лозам и под ними образовалась яма, примерно в пару метров глубиной.

«Иссушение!»

Саманта выпустила своё мощное заклинание и рухнула на колени.

Иссушение было очень страшным заклинанием, высасывающим всю воду из целей в зоне поражения. Единственным недостатком этого заклинания было невероятно огромное потребление маны заклинателя.

*КРАК*

Клубок лоз, которые уже выползали из кратера Элайджи быстро засохли, когда из них выкачали всю влагу.

Но прежде чем лозы успели полностью засохнуть, туман, окруживший всю пещеру, закружился и влился в лозы. Мёртвые, коричневые лианы снова наполнились энергией и начали сражаться ещё яростнее.

«Н-нет…» — лицо Саманты побледнело и она ослабела.

Туман полностьью влился в лозы, которые сплелись в одну огромную лиану и мы смогли увидеть то, с чем мы на самом деле сражались.

Перед нами предстал гигантский мана-зверь, возвышающийся почти на 20 метров над нашими головами. Внешне, зверь напоминал кентавра. Хотя, его тело было сделано из спутанных лиан и ветвей, в верхней половине узнавался человеческий вид. Два зелёных глаза, которые смотрели на нас, были наполнены гордостью и гневом. Его две гуманоидные руки держали гигантскую деревянную пику, похожую на дрель. Его нижняя часть была конской, но вместо конечностей, из неё тянулось бесчисленное количество лоз.

Весь прошедший час мы лишь копошились в ногах у этого монстра.

«Я читал про этого монстра… это мана-зверь класса S, по кличке Древний Хранитель!» — в ужасе пробормотала Саманта.

«Что здесь забыл зверь такого класса? Я никогда об этом не слышал…» Реджинальд был так удивлён видом хранителя, что чуть не выронил свой молот.

Мана-зверь класса S был равен по силе авантюристу класса SS, ну или же 10 класса S.

«Э-это не Криол?» — заикаясь, сказал Реджинальд, указывая на безжизненное туловище и ноги, торчащие из тела мана-зверя.

«Мы обречены…» У Бральда на лице снова появился сумасшедший взгляд, когда он улыбнулся при виде гигантского зверя. Он уже потерял руку и устал от боёв. Кажется, это было последней каплей для авантюриста.

Жасмин потянула меня за руку, пытаясь убедить меня бросить команду и сбежать.

«А как же они?» — пробормотал я, всё ещё удивлённо пялясь на Хранителя. Даже если я с ними не сдружился, тем более с Лукасом, к которому я уж точно не питал никаких тёплых чувств, я не мог предать их, будучи лидером команды.

Она не ответила и лишь сильнее толкала меня.

*БУУУМ!* Древнейший Хранитель занёс своё копьё и бросил в нас.

«Каменный Щит!»

Элайджа успел воздвигнуть каменную стену, поставив её под углом, чтобы копьё отрикошетило от него.

Подняв свой молот, Реджинальд крикнул: «Взрывной Удар. Десятикратный»

Огромный молот завибрирова его в руках и засветился жёлтой аурой.

*БУМ, БУМ, БУМ, БУМ!*

Молот с силой бил по копью, и от его ударов раздавался взрыв, разрывающий копьё на куски.

Как только Реджинальд прекратил атаку, лозы, которые раньше извивались по копью, охватили его и потащили наверх.

«АААА! ПОМОГИТЕ!!! НЕЕЕЕТ!» Лианы вновь сплелись в копьё, заточив Реджинальда внутри него.

*ХРУСТ*

Саманту вырвало от того, как тело Реджинальда перемололо на куски.

БЛЯТЬ.

Копьё вновь собралось в свою первоначальную форму и вернулось к Хранителю. У него не было рта, но в его глазах чувствовалось злорадство, будто мы для него – ничтожества.

Я подхватил Саманту, которая ещё не отошла от шока и взвалил её на плечо. «Жасмин! Бери Бральда и бегите! Лукас, Элайджа! Вы должны отражать его атаки, пока мы не выберемся отсюда!»

Жасмин подняла Бральда, который всё ещё барахтался на земле, истерически смеясь, а я оглянулся на Древнего Хранителя, пристально смотрящего на нас.

«Мы должны бежать!» Я влил ману в своё тело и…

«Огненные снаряды!» Струя огня ударила меня в грудь и мы с Самантой отлетели в сторону.

Моё тело было укреплено маной, так что я почти не пострадал, но заклинание, вызванное Лукасом, всё же выбило воздух из лёгких. Внезапное предательство выбесило меня и я поискал взглядом Жасмин. Заклинание откинуло её ещё дальше, но не убило, а лишь вырубило.

«Какого чёрта ты делаешь?» — кричал Элайджа, указывая на Лукаса, который уже бежал к выходу из пещеры.

«Ты думаешь, что я буду рисковать жизнью ради вас? Вы задержите монстра, пока я убегу от него. Но не волнуйтесь, я всем расскажу о вашем смелом поступке!» — оглянувшись, сказал он, бросая мне наглую ухмылку и выпустил дымовую завесу.

*БАХ*

Земля пошла трещинами от удара копья, вонзившегося туда, где стоял Лукас, но тот уже сбежал.

«Блять!» — ругнулся Элайджа, поправляя свои очки. Клубок лиан вылез из кратера от заклинания Элайджи и пополз к нам.

«ГРАААА!» От рёва мана-зверя содрогнулась вся пещера, а его глаза из зелёных превратились в ярко-красные.

Тело Хранителя распалось, создавая цунами из лоз, уничтожающее всё на своём пути.

«Ха-ха-ха!» — маниакально рассмеялся Бральд, перед тем, как волна поглотила его.

Лицо Элайджи побледнело, а его ноги задрожали. Жасмин всё ещё приходила в себя от заклинания Лукаса. Должно быть, он застал её в врасплох и выпустил заклинание прежде чем она успела усилить своё тело.

Я начал просчитывать оставшиеся варианты. Даже если бы я использовал первый этап воли зверя, мне бы не хватило времени, чтобы спасти всех.

БЛЯТЬ.

Я не знаю, как это на мне скажется в дальнейшем, но у меня просто не было выбора.

Я почувствовал прилив энергии, которая окружила моё тело, создавая разноцветную ауру.

«Второй этап. Пробуждение Дракона»





Глава 33




Глава 33

«Кю?»

Кажется, активация Пробуждения Дракона напугала Сильви, которая теперь спрашивала меня, что происходит и почему я активирую свою вторую фазу звериной воли.

«Всё в порядке, Сильви. Просто не подходи ко мне пока-что и если что-нибудь случится, то возвращайся в поместье Хелсти без меня»

“Нет! Я бегу к тебе, папа! Держись!” Я чувствовал, что Сильви бежала ко мне изо всех сил, но расстояние между нами было слишком велико.

“Не беги ко мне, Сильвия! Пожалуйста!” — отчаянно прокричал я.

Я не знаю, смогу ли я выйти живым из сложившейся ситуации и не хочу, чтобы моя семья волновалась, гадая, что же случилось и почему кольцо активировалось.

“Будь осторожен…”

“Спасибо, Сильви”

Одна из способностей моей первой фазы воли дракона позволяла отделяться от пространства и времени, которой Сильвия владела с рождения. Сила этой способности была для меня ограничена, поскольку я не дракон. Поэтому мне необходимо было научиться комбинировать способности.

Самой эффективной технике комбинации я научился во время тренировок с дедушкой Вирионом. Я скомбинировал первую фазу вместе с Молниеносным Импульсом. Активируя фазу в первые миллисекунды импульса, я получал невероятную молниеносную реакцию, позволявшую мне уклоняться от любых ударов. Это был лучший способ, в котором я мог применить первую фазу, поскольку в отрыве от времени я не мог воздействовать на другие объекты.

Я вспомнил тот момент, когда я впервые активировал первую фазу, захватив с собой кого-то другого. Тогда, в аукционном доме, Себастьян не мог общаться ни с кем, кроме меня. Поддерживать способность я мог только несколько секунд, прежде чем упасть без сознания.

Но вот сейчас был один из тех случаев, когда моя первая фаза была бесполезна. Неважно, как быстро я мог реагировать, убежать или увернуться от этого зелёного цунами я не мог.

Выбора не было.

*ФУХ*

Каждой клеточкой своего тела, я почувствовал, как через меня протекает мана.

Воздух вокруг меня начал густеть, а земля потрескалась от выходящей из меня маны.

Моё зрение сменилось на монохромное. Но так я смог увидеть частицы маны, плавающие вокруг меня.

Всплеск маны поглотил моё тело, переполнив его силой. Я чувствовал превосходство над всем живым и неживым во вселенной, сводя с ума. Я с усилием подавил желание уничтожить всё и всех вокруг себя.

«Ух!»

Мана в атмосфере, кажется, начала подчиняться моей воле и даже природа была мне подвластна.

«Второй этап. Пробуждение Дракона… Интеграция»

Татуировки на руках и спине, которые однажды мне нанесла Сильвия, засветились золотисто-жёлтым светом. Мои волосы удлинились, опускаясь до плеч и окрасились в белый цвет, покачиваясь от вихря энергии. При интеграции второй фазы я стал выглядеть как Сильвия.

Успокоив голоса у себя в голове, которые нашёптывали мне идти в атаку, я огляделся. Остались только Жасмин и Элайджа. Парень держал Жасмин под руку, потому что та задыхалась от боли после заклинания Лукаса. Он ошеломлённо смотрел на меня, его серьёзное лицо сейчас выглядело очень комично, поскольку его очки съехали на бок, а челюсть отвисла чуть ли не до пола.

«ГРРРААА!!!»

На цунами из лоз, в которое превратился Древнейший Хранитель, вырисовалось лицо, смотрящее на меня без малейшей капли страха.

«Давай поиграем» — ухмыльнулся я.

Мир вокруг меня замедлился, когда я выпрыгнул вверх, придав своим ногам силу элемента воздуха. Быстро сократив расстояние между собой и Хранителем, я ввинтился в него, создав кратер больше, чем созданный Элайджей.

«Молниеносный Импульс» Всплеск чёрной молнии окутал моё тело и я смог без особых усилий увернуться от тысяч лиан, выстреливших в меня.

Каждая лоза, проходящая мимо меня, поражалась молнией и мгновенно распадалась на атомы, но за каждую убитую лозу прилетало ещё десять. Используя лианы, как точку опоры, я оттолкнулся от них и прорвался вглубь цунами, прямо к ядру Древнего Хранителя.

Я уже чувствовал, что использование второй фазы почти истощило меня, поскольку тело дрожало и подкатывали рвотные кровавые позывы.

Настало время покончить с этим.

«Белый Огонь…» Обе мои руки загорелись белым пламенем, замораживая воздух вокруг себя. Это было моя самая мощная атака, но также и самая сложная в управлении. Поскольку мой элемент электричества больше подходил для атак один на один, то для ледяного элемента я решил изучать те техники, которые приносили наибольший ущерб и хаос, просто на всякий случай.

Белый огонь пылал на моих руках, поглощая частицы водного элемента из моего тела. Из последних сил, я использовал свой последний навык.

«Абсолютный Ноль…»

Древний Хранитель, который сейчас был в виде гигантской волны из спутанных лоз, быстро заледенел на атомарном уровне. Чёрная молния пробилась через замороженное цунами и раздробила его, оставив только ядро мана-зверя.

*Кашель*

Вторая фаза брала своё, поэтому я закашлялся кровью и упал на землю, покрытую мерцающими осколками того, что раньше было мана-зверем класса S.

Последним, что я услышал, было далёкий голос Сильвии в моей голове.

«АААА!» Сильная боль прокатилась по моему телу, из-за чего я проснулся. Меня рвало кровью и остатками еды, которую я съел ещё до входа в подземелье. Каждый мускул, каждую клеточку моего тела как будто рубили зазубренные лезвия.

БЛЯТЬ.

«Ты очнулся!» Моё тело всё ещё дрожало от боли и я не обращал внимания на встревоженный голос.

«Перчатка… моя перчатка…» — удалось прокашлять мне.

«При чём тут перчатка?» — сказал Элайджа, снимая с меня перчатку родителей.

«Вырви один камень с перчатки и отдай её… мне» Я чуть не упал в обморок, говоря это, но прежде чем я всё таки успел это сделать, Элайджа последовал моим инструкциям и вложил камень мне в руку.

Приятный успокаивающий всплеск прокатился по моему телу, снимая невыносимую боль. Я попытался встать, но моё тело отказывалось подчиняться мне. Мне вспомнилась очень похожая ситуация, когда я упал со скалы в 4 года.

Оглядевшись, я увидел, что мы сидели вокруг небольшого костра в тёмной и тесной пещере.

«Где же Жасмин?»

«Она там» Я немного приподнял голову и увидел Жасмин, лежащую у стены пещеры. Кажется, ей было хуже чем мне, поскольку я слышал, как она стонет, и капли пота текли по её лицу.

«Она была ранена заклинанием Лукаса, даже не успев усилить своё тело маной. У меня была аптечка и я смог вылечить ожог на животе, но кажется, этот ожог вызвал какие-то внутренние повреждения» — качнул голой Элайджа и поправил очки.

Он и сам был не в лучшей форме. Его чёрные волосы растрепались, как будто бы он только что проснулся, а на его лице были многочисленные синяки и порезы.

Моё лицо загорелось от обиды, когда я вспомнил этого подлеца, Лукаса.

«Используй камень в моей перчатке на Жасмин. Вырви камень и прижми к её ранам» — пробормотал я.

«Понял» Элайджа быстро подбежал к Жасмин и я услышал слабый гул света, который окружал Жасмин.

Её дыхание тут же восстановилось и я, немного восстановив силы, вновь приподнялся и посмотрел на неё.

«Думаю, она выживет. Ей нужно немного отдохнуть». На лице Элайджи появилась редкая улыбка.

“Папа! Ты проснулся! Ты в порядке? Я почти пришла!” – голос Сильви вновь пискнул в голове.

“Я в порядке. Ты говорила, что тебе нужно что-то закончить… ты закончила?” – спросил я своего дракончика.

“Нет… Но ещё совсем чуть-чуть! Я найду тебя после того, как всё сделаю! Я скучаю по тебе, папа…» Разочарованный голос Сильви почти уговорил меня, чтобы попросить её прийти сюда, но я сдержался. Я чувствовал какие-то изменения в теле Сильвии и понимал, что она переживает что-то важное для неё.

«Я и не думал, что легендарный фехтовальщик в маске будет примерно моего возраста» — сказал мой очкастый товарищ.

«Моя маска!» — выкрикнул я, поняв, что кто-то смог увидеть меня без маски, подаренной мне Винсентом.

«П-прости. Она сломалась во время падения. Я не поднял её, поскольку перетаскивал вас обоих в безопасное место»

Мои глаза немного привыкли к тусклому освещению. «А как насчёт моего меча? Ты видел чёрную палку, которую я нёс с собой?»

Элайджа немного подвинул спящую Жасмин и показал мне меч. «Да, я не знаю, насколько он был ценным, но я всё же сохранил его, на всякий случай»

*Вздох* «Спасибо… за всё. Вместо того, чтобы спасать нас, ты бы мог легко сбежать. Спасибо» У меня как будто гора с плеч свалилась.

«Хах… да если бы я оставил тебя, то стал бы не лучше предателя Лукаса» — ухмыльнулся Элайджа.

Он подсел немного ближе ко мне и спросил: «А почему ты не сбежал? Я видел, как Жасмин подталкивала тебя к бегству. Вы в вдвоём наверняка успели бы сбежать»

«Король никогда не предаст людей, которые ему доверяют!» — усмехнулся я, — « К тому же, я обещал кому-то очень важному стать лучше и ценить людей вокруг себя»

«Пфф. Ты говоришь, как старик. Мы ещё очень молоды… интересно, какая у тебя была жизнь до того, как ты дал обещание» Прежнее каменное лицо Элайджи теперь стало гораздо более естественным, живым.

Я предпочёл сменить тему: «Да я и сам удивляюсь, ха-ха. Как долго я был в отключке?»

«Трудно сказать, но наверняка больше дня. Жасмин просыпалась пару раз и я кормил её» — сказал Элайджа, откинувшись на стену.

Я тоже подвинул себя и присел у стены, заметив, что она была сделана из металла.

«Это не нормально. Где мы находимся?» Я почувствовал, что стена была также холодна, как и пол.

«Это я создал. Думаю, что тело Древнего Хранителя поддерживало весь уровень пещер, в которых мы были. После того, как ты победил его, потолок начал осыпаться и как только ты упал на землю, то я тут же создал убежище, чтобы камни не похоронили нас заживо» — вздохнул он. Раньше он не говорил, что является девиантом.

Я немного удивился, почему он так быстро раскрыл свою тайну передо мной. «Я думал, что только гномы могут манипулировать металлом… и только уже существующим, а не колдовать его»

«Хочешь, чтобы я сразу раскрыл все карты, да?» — усмехнулся он, устало улыбаясь.

Я тоже рассмеялся, но смех тут же отдался болью в теле: «Ха-ха, рассказывай, не стесняйся»

«Ладно… но и ты тоже расскажешь мне, что там произошло. Твои волосы поседели! И глаза… они светились фиолетовым цветом. На твоём теле появились светящиеся руны!»

Я кивнул в знак согласия и позволил ему начать рассказ.

«Я родом из королевства Дарв, но не совсем в этом уверен. Старейшина, который заботился обо мне, всегда избегал тему разговора о моих родителях, поэтому я никогда не получал вразумительного ответа. Около года назад, когда я пробудился, я создал такой большой взрыв, что вся моя комната просто исчезла. После тренировок, я узнал, что мог управлять земным элементом намного лучше, чем любой другой стихией… и даже сейчас я не смогу вызвать самые простые заклинания огня, воды или ветра…» — говорил Элайджа, уставившись в свои ладони.

«Когда я пробудился, моё мана-ядро само начало собирать ману. Мне даже не нужно было медитировать. Старейшина отправил меня в королевство Сапин в качестве представителя и сказал мне, чтобы я сделал себе имя и поладил с людьми, но, честно говоря, я сам не знаю, зачем мне это. После того, как я достиг тёмно-оранжевого этапа, в моём теле появилось странное пульсирующее чувство и вокруг меня выросли металлические шипы. К счастью, в этот момент я был один, так что никто не пострадал… но с тех пор я был напуган. Я боюсь своих сил. Даже сейчас я едва могу контролировать их. Знаешь… я подумал, что может быть я лишь наполовину гном, но… я даже не знаю, кто я такой»

Его руки задрожали и он сжал кулаки, чтобы успокоиться.

Я же молча лёг на спину. Я не собираюсь притворяться, что понимаю его состояние и любые слова прозвучат лишь пустыми утешениями.

«Иногда, у меня возникает чувство… что то, что я могу сделать сейчас, это ещё не предел. Знаю, это может прозвучать странно, но мне кажется, что когда я смогу контролировать эту силу, то я узнаю… кто же я такой на самом деле. Прости, ха-ха… кажется, пора заканчивать сеанс психотерапии» Очкастый мальчик пытался скрывать свою внутреннюю хрупкость внешней суровостью.

Я стиснул зубы, усаживаясь прямо напротив Элайджи. Глядя ему в глаза, я видел отчаяние, но также и гордость за себя, что меня успокоило. За годы будучи королём, представляя свою страну и встречая разных людей, я научился понимать тип людей и у меня сложилось впечатление, что Элайджа может стать моим очень верным другом.

«Я – квадро-аугментер и дважды девиант: Лёд и молния» — выпалил я, ничего не скрывая.

Даже не дав ему времени отреагировать, я продолжил: «Также, я укротитель зверя. То, что ты видел там – это активация моей звериной воли»

Рука, на которую Элайджа опирался, соскользнула по металлической стене и он ударился о холодный пол.

«Боже… *Бух* ой!»

Он встал, потёр голову и сказал: «Я думал, что это я ненормальный, но ты победил. Подожди-ка… а сколько тебе лет?»

«Пару месяцев назад мне исполнилось 11 лет»

«Да ладно! Через несколько месяцев мне будет 12! Я не знаю точную дату рождения, но старейшина сделал праздник в тот день, когда он нашёл меня – 10 января. Ты знаешь, что меня зовут Элайджа. А как твоё имя?» — сказал он, вытянув руку в знак дружбы.

Пожав его руку, я улыбнулся. «Артур. Артур Лейвин, но можешь просто звать меня Артом»

Следующие несколько часов мы обменивались историями. Детство Элайджи было не таким весёлым до его пробуждения. Большую часть времени он проводил со старейшиной, поскольку дети гномов не слишком любили общаться с человеком. Из-за этого, Элайджа увлёкся книгами. Слушая его рассказы, я понял, почему он казался намного старше своего возраста. Он общался только со взрослыми, в основном со старейшиной, который заботился о нём. Да и вся жизнь в обществе, где никто не хотел иметь с ним ничего общего заставила повзрослеть гораздо быстрее.

Я вырвал ещё один камень из перчатки, чтобы снова облегчить боль, когда Жасмин проснулась. Как только её глаза увидел, что я очнулся, то она тут же вскочила и обняла меня. Я почувствовал, как её слёзы упали на меня.

«Мне жаль, что я не смогла защитить тебя…» — это всё, что она успела сказать, прежде чем разрыдаться.

«Всё нормально, Жасмин. Я сам могу справиться. Мне жаль, что я втянул тебя в эту заваруху» Я погладил её по спине. Она всегда была такой маленькой?

Моё тело было всё таким же 11-летним, но я был всё же высоковат для своего возраста. Раньше я не замечал этого, но я догнал по росту Жасмин.

«Пойдёмте домой» — сказал я, а Жасмин и Элайджа согласились со мной.





Глава 34




Глава 34

Вместе с Жасмин и Элайджей, которые несли моё истощённое тело, нам удалось выбраться из убежища на поле, где мы сражались с Древним Хранителем. Поле, которое раньше было красочным, сейчас пожухло, а от деревьев остались лишь кратеры.

«Давайте потом поищем тех, кто мог выжить. А если нет, то хотя бы их тела, чтобы семьи могли похоронить их» — сказал я.

Элайджа качнул головой и тихо ответил: «Реджинальд и Бральд были убиты тем зверем, которого ты заморозил. Я не успел спасти Саманту, поскольку после удара Лукаса в вас, её откинуло слишком близко к Хранителю. Я наколдовал металлический навес, чтобы уберечь её от камней, но не уверен, что она смогла выжить»

Мне было немного стыдно за то, что я не подумал об остальных, пока заботился о себе. Я думал, что те, кого не было в нашем убежище – уже мертвы.

«Пульс Земли. Сканирование!» — крикнул Элайджа и положил обе руки на землю. После того, как пульс пробежал по всей пещере, я увидел на лице Элайджи радость, а это значит, что он кого-то нашёл.

«Саманта всё ещё жива!» Парень пробормотал заклинание и гладкий металлический тент открылся перед нами и мы увидели израненную Саманту.

Обе ноги были сломаны в нескольких местах, которые зацепили лозы Хранителя, а остальное тело покрыто синяками и порезами. По цвету ран можно было определить, что они загрязнены.

Жасмин бросилась к ней и упала на колени. «Саманта, ты меня слышишь? Всё закончилось. Мы заберём тебя домой. Ты только держись»

На протяжении всего нашего путешествия по подземелью, Саманта, будучи единственной девушкой, кроме Жасмин неоднократно предпринимала попытки разговорить её. Её разговорчивая личность была полной противоположностью Жасмин, но в конце концов, они всё же перебрасывались фразами и даже улыбались.

Лицо Саманты побледнело, а по лбу тёк пот. Я подумал, что я и Саманта будем лишь замедлять продвижение группы. И только я собирался предложить, чтобы Элайджа и Жасмин сначала отнесли Саманту, а потом уже вернулись за мной, страшный шум напугал меня так, что я аж подпрыгнул.

«РРРААААРР!»

«Что это?» — испуганно спросил Элайджа, тыча своим жезлом в сторону звука.

“Папа! Я пришла!”

«Стой! Элайджа, всё в порядке!» — я успокоил его, прежде чем он мог выстрелить заклинанием.

Хоть я и сказал, что всё в порядке, но при виде Сильвии, я едва смог взять себя в руки.

“С-сильвия… ты подросла… очень”

Сильвия, маленький дракончик размером с кошку, которая всегда сидела у меня на голове, сейчас выглядела как настоящий дракон, в честь которой я её назвал.

Её тело теперь было примерно метров восемь в длину. Теперь я могу с полной уверенностью сказать, что Сильви была драконом. Её обсидиановая чешуя отражала тусклое освещение подземелья. Два рога, растущие у неё на голове, стали острее и ещё более грозными. На спине выросли крылья, похожие на те, которые были у её матери, с чёрными острыми перьями. Красных шипов на спине и хвосте почему-то не было, но чешуя подчёркивала её ожесточённость. Конечности Сильви стали сильнее, крепче, обзавелись острыми шипами на локтях и коленях, а также острыми когтями, выступающими из её лап. Очаровательное лицо Сильвии теперь было наполнено элегантностью и уверенностью. Её глаза напоминали мне жёлтые звёзды посреди ночного неба. Она прыгнула перед нами и лизнула моё лицо.

*Лизь*

Сила облизывания оторвала меня от земли, полностью обслюнявленного.

«Ой! Сильви, осторожно… больно!» — слабо сказал я.

“Хе-хе, прости, папа”

«Д-д-д-дракон… это дракон!» — заикаясь, пробормотал Элайджа, постоянно протирая глаза, подумав, что у него начались галлюцинации. Даже Жасмин, которая уже раньше видела Сильви, тоже сидела на земле, широко раскрыв рот от удивления.

Я погладил по голове дракона, отчего та начала дёргать ногой по земле, воркуя от удовольствия. «Элайджа, это мой питомец, Сильви»

Хах… всё такая же Сильвия.

Я серьёзно посмотрел на него и сказал: «Жасмин уже знает об этом, но ты должен пообещать мне держать это в секрете. Ты ведь понимаешь, насколько редки драконы и что может с ней случиться, если все узнают о её существовании»

Элайджа судорожно кивнул и поправил слетевшие очки.

«Нужно поторопиться. Хорошо, что ты пришла, Сильви. Давайте положим Саманту ей на спину» Я хоть и мог встать самостоятельно, но боль не позволяла пройти даже несколько шагов.

Элайджа и Жасмин аккуратно положили Саманту, которая всё ещё была без сознания, на спину Сильвии, а затем помогли забраться туда же и мне.

Обратный путь наверх занял всего пару часов, вместо целого дня, когда мы только начинали свой рейд в подземелье.

“Сильви… ты всё ещё можешь трансформироваться?” — спросил я. В этой форме ей будет труднее спрятаться рядом со мной. К счастью, она всё ещё могла превращаться в свою миниатюрную копию.

Сидя на длинной шее у Сильвии, я вновь мысленно спросил её: “Так чем ты была занята всё это время? И как ты так быстро выросла?”

“Я много охотилась на монстров и съедала их ядра маны! Я очень скучала по тебе, папа, но чувствовал, что должна была вырасти, прежде чем вернуться” Её крылья ещё раз вспорхнулись и порыв ветра ускорил нас.

Кажется, её тело не могло расти без помощи ядер маны, что напомнило мне о ядре маны Древнего Хранителя.

Я выругался про себя. Даже если бы я не использовал его сам, то мог приберечь его на всякий случай.

Когда мы проезжали мимо пещеры с упырями, то я уже приготовился к бою, но каково же было моё удивление, когда упыри при виде Сильвии пугались и закапывались с головой под землю.

Когда мы пришли к выходу, тело Сильвии засветилось и сжалось до размера котёнка. Её внешний вид тоже изменился — красные шипы пропали, поэтому теперь она была чёрной, как смоль, помимо жёлтых глаз. Крылья после трансформации тоже исчезли и теперь она напоминала обычного чёрного котёнка.

«Кхе!» Саманта очнулась и попыталась пошевелиться, но тут же сморщилась от боли.

«Вы смогли победить» — она слабо улыбнулась потрескавшимися губами.

«Молчи. Тебе нужно беречь энергию. Мы отвезём тебя в госпиталь»

«Смотри, что я нашла…» Игнорируя мои причитания, она вытащила из своей робы мою маску и бледно-зелёный камень.

«Ядро зверя!» — взволнованно крикнул Элайджа, глядя на вещь, которая могла изменить судьбу любого человека. Саманта же просто отдала предметы мне.

«Спасибо» — улыбнулся я и Саманта вновь погрузилась в сон.

Надев маску, я обернулся к своим товарищам: «Жасмин, ты должна пойти вместе с Элайджей в гильдию и рассказать о случившемся, а также привести помощь. Я останусь здесь с Самантой и буду охранять её»

Оба кивнули головой, соглашаясь со мной. Им потребуется пара часов, чтобы дойти до гильдии и вернуться. За это время, я буду впитывать ядро Хранителя. Это, а также звериная воля Сильвии, поможет мне полностью восстановиться.

Перед началом медитации, я достал свиток, подаренный мне «Двумя Рогами» и написал сообщение родителям, сказав им, что я в порядке и скоро вернусь домой.

Я присел скрестив ноги и, глубоко вздохнув, начал поглощать ману из ядра Хранителя, между тем обдумывая, что же мне делать с Лукасом.

Мелочиться не хотелось. Я желал сделать нечто большее. Он был из очень влиятельной семьи магов, а также был в какой-то степени кровно связан с эльфами. Конечно, с моими знакомствами с королевской семьёй это не сравнится, но всё же дела могли усложниться.

Они прибыли раньше, чем я ожидал, потому что после пары часов медитации я услышал шаги людей, идущих к нам.

Жасмин и Элайджа привели с собой санитаров. Среди группы медиков был Каспиан, который раздавал приказы.

Я не успел закончить поглощение и спрятал ядро маны, наблюдая, как медики использовали смесь трав, чтобы сделать обезболивающее для Саманты, а затем вправить переломы. Медицина в этом мире была не такой продвинутой, поэтому я не был уверен, что они смогут полностью восстановить её ноги. Однако, я обрадовался, когда узнал, что среди группы людей есть Эмиттер.

Каспиан подошёл ко мне и сказал: «Добрый вечер, господин Меченый. Не ожидал, что мы встретимся при таких обстоятельствах. Миссис Флеймсворт описала мне ситуацию, в которой вы оказались и я знаю, что вы чувствуете»

«Ох, неужели? Тогда можете любезно сообщить мне текущее местоположение Лукаса, чтобы я смог правильно отреагировать на его действия против нашей команды?» — сказал я сквозь зубы. Мои кулаки сжались от того, с каким тоном говорил Каспиан, поскольку я знал, что он приехал сюда с целью предупредить меня держаться подальше от Лукаса.

Он покачал головой, подтверждая мои сомнения: «Я должен сказать вам, мистер Меченый, что вам не следует принимать меры против господина Уайкса… прямо сейчас»

«Почему не «прямо сейчас»? Моя личность покрыта тайной, поэтому я с лёгкостью могу расправиться с ним. Как вы думаете, сможете ли вы защитить его от меня?» Мои глаза с холодом смотрели прямо в душу этому худому человеку.

«Конечно, я не знаю, смогу ли я сражаться против вас, господин Меченый, когда вы начнёте драться в полную силу, но я могу уверить вас, что прямо сейчас могу представлять вам серьёзную угрозу» — сказал он, поправляя свои очки, — «Но даже если бы я смог, то считаю, что в этом нет необходимости. Обратите внимание, что я предупреждаю вас, верите или нет, потому что действительно забочусь о вас, поскольку вы связаны с миссис Флеймсворт, даже если семья изгнала её. Семья Уайксов предпочитает мстить самыми жестокими способами. Думаю, если вы убьёте Лукаса Уайкса, то наверняка не сможете справиться со всей его семьёй. Это также касается и мисс Флеймсворт, а также «Два Рога». А затем, семья Уайксов наверняка пойдёт мстить всем людям, которые связаны с командой «Два Рога», а это значит, что под удар попадёт Рейнольд Лейвин и его семья»

Я знал, что Каспиан, по крайней мере, догадался о том, кем я был. Не знаю, как ему это удалось, но по его взгляд выдавал какую-то тайну.

«Как я и сказал, господин Меченый, я на вашей стороне. Семья Уайксов не остановятся ни перед чем, чтобы уничтожить всё, что связано с вами. Поэтому, пока вы не наберётесь сил, то советую вам не предпринимать ничего против них. И на этом, я вас покидаю. Саманту нужно отвезти обратно в гильдию, чтобы о ней позаботились должным образом» Он коротко мне поклонился и отошёл к Саманте, оставив меня с горечью на душе.

Он был прав. Пока я не был достаточно силён, чтобы стереть всю семью Уайксов, то действовать против них было опасно для моей семьи и друзей. Не важно, какой сволочью он был, рисковать ради него своими близкими не стоило.

Стиснув кулаки, я поклялся себе, что Лукас ещё пожалеет об этом дне.

Элайджа и Жасмин сочувствующе положили руки мне на плечо, а я кивнул им в ответ.

Через пару часов, мы приехали в гильдию, находящуюся на окраине Звериных Полян. Саманта отдыхала в отдельной лечебной палате, а Жасмин, Элайджа и я расположились на диванчиках в задней комнате. Каспиан переехал сюда из своего офиса в Ксайрусе и сидел за своим столом, когда открылась дверь.

«Ребята, вы сумели выбраться оттуда!» Из-за группы охранников, выглядывал Лукас.

Каспиан буквально сделал себе «фейспалм» из-за наглости Лукаса и посмотрел на меня, заставляя вспомнить о том, что говорил мне ранее.

Элайджа и Жасмин вскочили со своих мест и обнажили оружие, пока я сохранял спокойствие. Он предал своих товарищей по команде, сбежал, спасая свою шкуру и был настолько глуп, чтобы прийти сюда и издеваться над нами.

Я не знаю, то ли из-за глупости, то ли из-за самоуверенности он решил показаться перед нами, но понял, что он очень боялся нас, поскольку прятался среди охранников.

«Я удивлён, как тебе удалось сбежать от зверя. Ты наверняка принёс в жертву кого-то другого, чтобы спасти себя? Саманта теперь калека, и я не вижу Бральда… и не говори, что ты не предал их…»

Пронзительным писком пронеслась молния, выстрелившая из моих указательного и среднего пальцев прямо в Лукаса.

Я придумал эту технику, основываясь на опыте из моего прошлого мира. С помощью электромагнетизма, я смог создать смертельный лазер, начисто стеревший мочку левого уха Лукаса. Моё тело ещё не было достаточно сильным, чтобы справиться с этим приёмом и моя рука онемела на пару минут.

Беря себя в руки после шока, я огляделся и нигде не увидел Лукаса. «Прежде чем я сделаю тебе дырку где-нибудь в важном месте, ты должен уйти и понять, что твоя семья не сможет долго защищать тебя»

Охранники, увидев ухо Лукаса, поняли, что я как-то напал на него и мгновенно обнажили своё оружие против меня, когда я встал и уставился на них.

Элитные охранники, защищавшие Лукаса, инстинктивно сделали шаг назад, а их руки начали трястись от страха. Ветераны, обученные убивать, понимали, что сейчас они были в огромной опасности.

«Тише, тише! Господин Лукас, было не разумно с вашей стороны показываться сегодня. Пожалуйста, покиньте комнату» После того, как группа вышла, Каспиан закрыл дверь и, глубоко вздохнув, посмотрел на меня.

«Ты держал себя в руках как мог, но я боюсь, что сегодня вы нажили себе врагов в лице одного из сильнейших домов в королевстве Сапин» — он качнул головой.

«Прекрасно. Он не будет мне мстить из-за того, что сейчас случилось. Несмотря на его самодовольный вид, Лукас очень осторожный. Он знает, что сейчас лучше меня не трогать»

Я встал, забрал спящую Сильви и вышел из комнаты. Пора идти домой.

Моё сегодняшнее молчание – это не проявление слабости. Это лишь начало моей мести.





Глава 35




Глава 35

ОТ ЛИЦА КАСПИАНА БЛЕЙДХАРТА:

После того, как я вернулся к себе, чтобы рассортировать документы, ко мне пришёл авантюрист в маске, Меченый. Закрыв за собой дверь, он тихо прошептал:

«Господин Блейдхарт… Помнится, вы говорили, что действительно хотите помочь мне?»

От слабого голоса, прозвучавшего через маску, меня пробивает озноб, как будто бы каждая клеточка моего тела кричит «опасность!».

Не обращая на это внимания, я поправил очки и ответил: «Да. Ваша тесная связь с миссис Флеймсворт и личные заслуги высоко ценятся в Гильдии»

«Понятно…»

Авантюрист, о личности или возрасте которого я даже не мог догадаться, размышлял, прежде чем снова посмотреть на меня. Я знаю, что он как-то связан с семьёй Лейвин, но все мои поиски оказались безрезультатными.

«Я планирую взять большой перерыв, Каспиан, поэтому хочу попросить вас об одолжении»

«Пожалуйста, продолжайте…» — с любопытством отвечаю я, после небольшой паузы.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Прежде чем покинуть здание Гильдии, нужно было уладить несколько дел. Например, необходимо было лишить Лукаса звания искателя приключений и всего его имущества. Его сегодняшнее поведение перед высокоранговыми авантюристами не достойно его ранга А.

«… Заключаю, что заклинатель-авантюрист Лукас Уайкс, лишён своего класса А за косвенное участие в причинении смерти и почти смертельной травмы своей команде в рейде в подземелье. За умышленное предательство товарищей по команде ему запрещено быть авантюристом, пока Гильдия не изменит решения. Теперь, сдайте свою карту» Суровый пожилой судья постучал молоточком, создавая громкое эхо по всему залу и нарушая долгую тишину.

Всё это время, дворянский сопляк сидел на процессе с таким видом, будто бы он проглотил лягушку, будучи в замешательстве, почему я притащил его на суд.

Могу сказать, что мой внезапный удар, на который он даже не смог отреагировать, его шокировал. Когда он услышал, что мы выжили, то предполагал, что мы каким-то образом сбежали от Древнего Хранителя, а не убили его. Теперь его самоуверенность разбилась и он был полон сомнений, очевидно, обдумывая, что же там действительно произошло.

Посадив в него зерно сомнения, я хотел, чтобы он был более осторожным. Мой навык «рельсотрон», который оторвал его мочку уха, заставит его в следующий раз подумать, сможет ли он победить меня в будущем.

На самом же деле, мой «рельсотрон» абсолютно безопасен и представляет из себя лишь направленный сгусток света. Чтобы создать по-настоящему смертельный луч, потребовалось бы гораздо больше времени и усилий, а отдача смогла бы вывихнуть мне руку. Я же просто бросил в его мочку уха острую металлическую кнопку, спрятав её за безобидным лучом света.

Надеюсь, что это светопреставление, с пронзительным звуком и красочной молнией в конце достаточно испугает его, заставив подумать о будущем.

«На суд вызывается аугментер-авантюрист, Меченый. За нападение на Лукаса Уайкса и, возможно, проявления акта агрессии против всей семьи Уайксов, я приговариваю его к изгнанию из города Ксайрус на всё время обучения Лукаса Уайкса в академии». Эхо молотка ещё раз ухнуло по небольшой комнате, а различные члены Гильдии кивали в знак согласия и бормотали между собой.

Приготовившись, я наклонился к подиуму и сердито сказал: «Сэр! Я возражаю против этого наказания! Почему меня изгнали за то, что Лукас предал нас в подземелье?» Для лучшего эффекта, я хлопнул кулаком по подиуму. Осторожно взглянув на Лукаса, я увидел его самодовольную ухмылку на лице, когда он услышал приказ судьи.

Я знал, что отзыв лицензии авантюриста для него не проблема и теперь, когда он «вне досягаемости», то ему не о чем больше беспокоиться.

«Достаточно! Мы знаем обстоятельства дела и поэтому не стали отзывать вашу лицензию, хотя, по правилам, за применение заклинаний внутри Гильдии, грозит куда более суровое наказание. Вы сможете и дальше продолжать быть авантюристом, но не приближаясь к мистеру Уайксу или его семье» Суровое лицо судьи становится ещё острее, пронизывая своим взглядом мою маску.

«Подождите! А что насчёт его личности, сэр? Он же сможет просто снять свою маску и легко проскользнуть в город, а затем нанести вред мне или моей семье!»

«Мы уже решили вопрос с его личностью, мистер Уайкс. Вам будет не дозволено узнать личность господина Меченого, по понятным причинам, но некоторые члены Гильдии смогут узнать его, в маске или без. Суд закончен» — заявляет судья и уходит до того, как у нас появится шанс опровергнуть приговоры.

«Тьфу!» Лукас вновь позвал охрану и вышел из зала, перед этим кинув на меня взгляд: «Надеюсь, теперь ты понимаешь, что тебе лучше держаться от меня подальше»

Я проигнорировал угрозу этого сосунка и несколько охранников отконвоировали меня к судье.

Как только за мной закрылась дверь, охранники тут же ослабили свою хватку, а суровый судья вздохнул:

«Надеюсь, этот фарс вас удовлетворил, мистер Меченый?»

«Спасибо вам за участие, судья» — сказал я, легко поклонившись.

Покачав головой, он беспомощно посмотрел на меня: «Да ничего. Я сделал это не ради вас. Но искренне надеюсь, что вы не станете вызывать никаких проблем после этого. Вряд ли мы сможем всегда скрывать эту тайну от семьи Уайксов, но пока вы не пойдёте против них, то они не будут беспокоиться»

«Я понимаю. Каспиан сказал, что здесь есть выход, за которым я могу безопасно открыть свою «личность», так?»

«Да, ваши знакомые уже ждут вас на выходе» Судья пошарил книги на полке и в полу открылся секретный проход.

«Я прощаюсь с вами, мистер Меченый, и надеюсь, что вы не доставите нам неприятностей» Спускаясь по лестнице, я отсалютовал ему и охранникам, а также другим работникам гильдии в комнате.

Открыв дверь в конце прохода, я встретил Сильвию:

«Кю!» “Как всё прошло, папа? Всё закончилось? Мы можем пойти домой?”

Также меня встретили Жасмин и Элайджа. «Всё закончилось. Пойдёмте домой, ребята» Как только я это сказал, Сильвия тут же запрыгнула ко мне на голову.

Пройдя пару шагов, Элайджа вспомнил и спросил: «Разве ты не хочешь посетить Саманту?»

«Думаю, будет лучше, если Меченый побыстрее исчезнет из города. Жасмин, может, в следующий раз ты зайдёшь к ней?» Жасмин, молчавшая всё это время, посмотрела на меня и кивнула.

Пока мы шли и обсуждали планы на будущее, Элайджа выглядел немного разочарованным. Мы уже подошли к границе Звериных Полян и стояли возле телепортационных врат в Ксайрус.

«Ну, думаю, пора расставаться?» — почёсывая неопрятные клочки волос, он посмотрел на Жасмин и меня, выдав слабую улыбку.

«Разве ты с нами не пойдёшь, Элайджа? У тебя какие-то важные дела?» Я предполагал, что он пойдёт с нами в Ксайрус, даже не подумав, что у него могут быть свои планы.

Он поправил очки и кашлянул, пытаясь скрыть своё смущённое лицо. «Ч-что? Ну, у меня нет ничего важного, но вы уверены, чтобы я пошёл с вами?»

«Вам с Жасмин, конечно, стоит пройти разными порталами, чтобы никто ничего не заподозрил, но было бы неплохо, если бы ты остался с нами и поступил в академию» — ухмыльнулся я.

«Я не понимаю. Я никогда не планировал поступать в академию» Он выглядел потерянным, так что пора переходить к делу.

Я положил руку на его плечо и сказал: «Я много думал после того, как мы выбрались из подземелья. Ты сказал, что твоя цель – сделать себе имя в этом королевстве… верно?»

Он молча кивнул, всё ещё обдумывая, что же я запланировал.

«Ну вот и отлично! Самый лучший способ стать известным – это закончить самую престижную академию в Сапине!» — воскликнул я.

Глаза Элайджи расширились и даже Жасмин была удивлена моей идеей. «Но… как мне попасть в академию? Я имею в виду… я мог бы пройти вступительные экзамены, но вряд ли меня возьмут. Даже тот факт, что я из Дарва, не даст мне никаких поблажек»

«К счастью для тебя, я могу всё устроить. Так что большой братец даст тебе возможность поступить в академию. Ну, что скажешь?»

«Пфф! Большой братец! Ты же понимаешь, что я старше тебя, верно? Но в любом случае… я всё ещё не уверен»

«Знаешь… Лукас тоже пойдёт в академию. Ты же не собираешься оставлять меня одного с ним?» — рассмеялся я.

«Я согласна с Ар… с Меченым. Ты всегда сможешь продолжить быть авантюристом позднее» Жасмин быстро оглянулась, не слышал ли кто-нибудь чуть не выскользнувшую от неё ошибку.

Серьёзное лицо Элайджи просветлело и он улыбнулся. «Ладно, ладно! Если ты сможешь устроить меня туда, то я согласен! Кроме того, кто-то же должен удержать тебя от убийства Лукаса в первый же день занятий!»

«Отлично! Жасмин, можешь отвести Элайджу к Хелсти? Мне ещё кое-что нужно доделать. Я догоню вас!» — я подтолкнул их к порталу и отошёл в сторону. Когда Жасмин и Элайджа отошли подальше, я тут же стал серьёзным и обернулся.

«Выйди» — спокойно сказал я.

С тихим свистом, передо мной появился Каспиан.

«Я рад, что ты принял меры предосторожности, отправив их вперёд»

«Спасибо, что подговорили судью разыграть этот спектакль. Я уверен, что пока-что Лукас не будет никому угрожать»

«Я рад, что нам удалось решить проблему без чьей-либо смерти» — сказал он, намекая на очевидное.

Я просто пожал плечами и развернулся. «Я советую вам не сбавлять осторожности, мистер Меченый. Хоть вам и кажется, что самое трудное позади, но лучше быть готовым ко всему»

Я решил не обращать на Каспиана внимания и пошёл к телепортационным вратам.

Элайджа может посещать школу, не привлекая слишком много подозрений. Жасмин была близка с семьёй Хелсти, так что если она поручится за Элайджу, то всё будет в порядке. Я же постарался не светить Рассветной Балладой в своих путешествиях и перед Лукасом. Единственной проблемой может стать Сильви.

Лукас видел маленькую Сильви в гильдии. И прежде чем я смог задать вопрос, тело Сильви начинает светиться.

Её кожа, чёрная как смоль, перекрасилась в белый, а рога исчезли. С ящероподобного хвоста опали все чешуйки. После того, как свечение утихло, я не мог поверить своим глазам. Ящероподобная кошачья форма исчезла и теперь она выглядела, как снежная лиса. Чешуи не было, а на коже вместо неё выросло некое подобие меха. Всё её тело было белоснежно-белым, кроме кончиков ушей, хвоста и лап, которые сохранили оригинальный чёрный цвет.

«Кю!» “Так лучше, папа?” Она запрыгнула ко мне на голову и легла спать.

“Превращение меня очень утомило. Я посплю”

“Да-да… конечно, Сильвия” Я давно уже должен был привыкнуть к таким вещам, но Сильвия продолжает меня удивлять. Все драконы могут полностью изменять свою форму? Я знаю, что её основная форма – драконья, но способность изменять цвет и размер просто поражала.

Ну… с этой проблемой разобрались.

Я выпустил импульс по земле, чтобы просканировать местность и убедиться, что я был один, прежде чем войти в город. Я снял маску и плащ, убрав их в свою сумку.

Поскольку мы уже несколько раз были на краю Звериных Полян и Великих Гор, то я заметил, что в это маленьком городке жили только авантюристы и купцы, пытающиеся выжить и заработать на жизнь. Так что я быстро продал свой короткий меч, оставшись только с моей чёрной палкой.

Последнюю остановку я решил сделать для отвода глаз. Открыв двойные двери, я увидел зал, наполненный различными артефактами.

«Добро пожаловать в Артефакты Эквиуса! Эм… чем я могу помочь вам?» Молодая бодрая женщина, встретившая меня, недоумённо взглянула на меня, думая, зачем сюда зашёл 11-летний ребёнок.

Я напялил невинную улыбу и сказал: «Привет! Я приехал сюда со своим отцом, он купец. Он попросил меня купить здесь для него кое-что»

«Как мило! А что это за лисичка у тебя на голове?» Она перепрыгнула через прилавок, чтобы поближе взглянуть на нас. Сильви всё ещё спала, поэтому я небрежно ответил ей, что это детёныш мана-зверя, которого купил мой отец.

«Понятно, понятно. Итак, чем я могу помочь тебе?» — сказала она, разводя руки.

«Я ищу небольшое пространственное хранилище» Глядя на неё, я могу сказать, что мои слова её сильно шокировали.

Читая различные книги, я узнал, что в этом мире есть специальный минерал, способный хранить себе вещи, многократно превышающее его размер. Ни в одной книге не было написано, как это получается, может, этого действительно никто не знал, и поэтому этот камень крайне редок и очень ценен.

Быстро беря себя в руки, она вновь дежурно улыбнулась и отвела меня в комнату за прилавком. «Здесь у нас хранятся самые ценные вещи. На этой полке выставлены все пространственные камни»

«Мне нужно только достаточно большое, чтобы сохранить вот это» — сказал я и ухватился за Рассветную Балладу, привязанную к моей талии.

Она просмотрела полку и сказала: «Хм… думаю, этого кольца будет достаточно» После этого, она показала мне маленькое экстравагантное золотое кольцо с инкрустированным бриллиантом и другими более мелкими камнями.

«Эм… а у вас есть что-нибудь менее яркое?» — ответил я, отдавая кольцо обратно.

«Большинство людей наоборот просят наиболее броские украшения» Почесав голову, она вновь начала пересматривать полки.

«Ага! Что насчёт вот этого?» Я открываю поданную мне маленькую коробочку, в которой оказался тусклое серебряное кольцо.

«Это кольцо гораздо более высокого качества, чем то золотое. Вероятно, тут достаточно места, чтобы спрятать твою палку и большой мешок багажа» — деловито подмигнув, сказала она.

Я не стал тратить время зря и тут же решил купить его.

После торгов с настойчивой женщиной, мне удалось купить его за пару ядер зверей и 200 золотых. Это всё, что у меня осталось. Теперь же мой багаж состоял из пары серебряных монет и ядра класса S от Хранителя, которое я частично использовал. Я вздохнул, вспоминая о тех временах, когда я мог счастливо жить на пару медных монет в Эшбере. 200 золотых дал мне Каспиан, чтобы я «предпринял меры предосторожности». Потрудившись, я напялил кольцо на большой палец правой руки, поскольку оно было слишком большим для моих пальцев. Затем, я влил немного маны в него и прислонил к мечу. Мгновение, и чёрный меч засветился, а затем тут же влетел в кольцо. Я сделал то же самое с моей маской и плащом, и направился в сторону телепортационных врат.





Глава 36




Глава 36

Я никогда не привыкну к телепортации. Ощущение потери контроля над собой и прохождения через многомерные пространства просто непередаваемо.

Вращая пространственное кольцо на своём пальце, я усердно размышлял о том, как же мне осторожно и не привлекая внимания учиться в академии. Я даже кольцо купил, чтобы не носить меч у всех на виду. Хотя я не так часто использовал свой меч, он всем запомнился. Даже Лукас с любопытством рассматривал мою чёрную палку, пока мы шли по подземелью.

Прибыв в Ксайрус, я глубоко вдохнул. Наконец-то я дома.

Поймав карету домой, я проезжал мимо академии, в которой буду учиться. Здание было действительно огромным, кто знает, сколько времени и ресурсов ушло на его постройку. Казалось, что внутри академии был собственный маленький мир, с различными структурами и пейзажами.

Водитель спустился на землю и открыл мне дверь. «Сэр, мы приехали в поместье Хелсти»

Вручив ему пару монет, я поднялся по лестнице к хорошо знакомой двери. Сильви всё ещё спала у меня на голове. Я уже начал волноваться, сколько же сил она потратила на превращение своего тела.

«БУМ!» Двойные входные двери распахнулись и на меня набросилась девушка.

«БРАТ, С ВОЗВРАЩЕНИЕМ!!!» Моя сестра, Элли, налетела на меня, чуть не сбив с ног и обняла так, как будто бы цеплялась за свою жизнь. На это, я лишь хихикнул и погладил её по голове.

«Ууу… ты же больше никогда не уйдёшь? Ты ведь останешься с нами, правда?» — её слезящиеся глаза миндалевидного цвета переливались в эмоциях.

Я присел перед ней на корточки и, улыбнувшись, сказал: «Да, я вернулся, Элли»

«УРА!» Она энергично кивнула головой, как бы подтверждая, что я дал правильный ответ. Ей уже должно быть почти 8 лет. А ведь у нас с ней разница всего в 3 года. Внимательно посмотрев на неё, я могу сказать, что она станет довольно милой леди. Маленькие доверчивые глаза стали ещё милее, а задорный нос сейчас покраснел от слёз.

Я начал уже мысленно паниковать, думая о том, когда она станет встречаться. Когда она приведёт мальчика домой, то я ему покажу, где раки зимуют.

«Артур!» Моя мать подбежала к нам вместе с отцом и у обоих на лицах было такое выражение, как будто бы они не знали, смеяться им или плакать.

Отец, который, казалось, стал ещё более мускулистым, быстро поднял меня на руки.

«Мой мальчик! Ха-ха! Как ты вырос!» Борода отца выросла ещё больше, а возле глаз и рта появились морщинки.

Мама молча положила руку мне на щеку, лишь иногда всхлипывая.

«Ты хоть знаешь, как я волновалась, когда моё кольцо активировалось? Я думала, что ты умер!» — сердито сказала она, но сквозь это сердитое лицо пробивалась улыбка.

«Твоя мать несколько дней не могла уснуть. Я ей говорил, что всё будет хорошо, просто что-то могло случиться с кольцом. Я же знаю, что моего сына так просто не убить!» Он пытался успокоить меня, но ему не удавалось перебить чувство вины.

Поставив меня вниз, он продолжил: «К счастью, в Гильдии сказали, что фехтовальщик в маске, или же Меченый, был замечен совсем недавно в филиале гильдии на Звериных Полянах»

«Простите меня, мама, папа и Элли. Мне кажется, что у меня от вас одни проблемы, ха-ха!»

Покачав головой, мама посмотрела на меня и сказала: «Родители всегда волнуются за своих детей. Кстати, твой друг Элайджа приехал сюда совсем недавно с Жасмин и Элли целый день просидела у окна в ожидании»

«Мама!!! Это же секрет!!!» — надулась Элли, отчего мы все рассмеялись.

«Артур!» «Арт!» Я взглянул в дом и увидел спускающихся с лестницы Элайджу, Винсента и Табиту. Друг из подземелья спустился первым и от души обнял меня. «Ты уж очень долго добирался сюда! Жасмин уже вернулась к «Двум Рогам». Ты что, решил отдохнуть от нас?» От его фразы мы оба усмехнулись. Элайджа разительно изменился за эти дни, отчего я почти забыл о его каменном лице, которое я видел на экзамене в Гильдии.

«Артур Лейвин! Блудный сын вернулся!» Винсент крепко, по-медвежьи, обнял меня, отчего я удивился, как он это смог сделать своим худым телом.

«Мы рады, что ты снова с нами, Артур» — сказала Табита и тоже обняла меня. Семья Хелсти совсем не изменилась и была такой же дружелюбной, как и раньше.

Я улыбнулся и вежливо поклонился им. «Спасибо за то, что заботились о моей семье, мистер и миссис Хелсти»

«Ну, ну! Не нужно лишней официальности!» — пробурчал Винсент и как будто бы сердито погрозил пальцем.

Табита ласково погладила меня по голове: «Он прав. Артур, твоя семья – это часть нашей семьи. Надеюсь, ты сможешь называть нас тётей и дядей»

Я кивнул и осмотрелся. Здесь не хватало ещё одного члена семьи Хелсти. Прежде чем я успел спросить, Винсент заметил мои поиски.

«Хе-хе. Если ты ищешь Лили, то её здесь нет!» — злобно сказал он, а Табита закатила глаза и объяснила:

«Благодаря тебе, Лили поступила в Академию Ксайруса. В прошлом семестре, после того, как ей исполнилось 12, она начала заниматься»

Я был удивлён этой хорошей новости и широко улыбнулся: «Вау! Мои родители упоминали об этом, но я всё ещё удивлён! Лили действительно смогла! Теперь она студентка!»

«Да. Она очень хотела встретить тебя, когда ты вернёшься, но, к сожалению, начался весенний семестр, поэтому она сейчас живёт в общежитии» — сказала Табита.

Усевшись в гостинной, мы обсуждали мои путешествия. Некоторые подробности я предпочёл не рассказывать и моргнул Элайдже, чтобы он тоже не болтал о предательстве Лукаса. Я не хочу, чтобы моя семья или Хелсти ввязывалась в это.

Моя сестра завороженно слушала все мои истории о авантюризме и подземельях. Она, наверное, думала, что я ей рассказываю сказку о монстрах и волшебстве. Зрители не могли поверить, когда Элайджа рассказал о том, как я победил Древнего Хранителя. Отец и Винсент с сомнением посмотрели на меня, на что я лишь усмехнулся и достал ядро.

«Кстати говоря. Папа, на какой ты сейчас стадии?» — спросил я.

Смущённо усмехнувшись, он почесал голову и сказал: «Я всё ещё застрял на тёмно-оранжевой стадии. Сколько бы я ни медитировал и очищал ману, всё никак не могу прорваться дальше»

«Отлично. Тогда ты должен использовать вот это. Мне пришлось немного выкачать оттуда силу для исцеления, но в ядре ещё должно остаться достаточно маны для повышения стадии» Не принимая его отказов, я кинул ему бледно-зелёный сердечник.

«Нет, Артур. Да ты за это чуть с жизнью не распрощался. Я не могу принять это от тебя» Отец попытался вернуть мне ядро, но Винсент остановил его.

«Рейнольдс, у мальчика наверняка есть свои причины. Ты же его отец, в конце концов! Стань сильнее!»

Табита только хмыкнула и сказала: «Элис, ваш сын принёс замечательный подарок!»

Мама беспомощно вздохнула, а Элли изучала бледно-зелёное ядро в руках отца.

«Папа, пожалуйста, возьми ядро и используй его. Тебе оно нужнее, чтобы догнать меня» После того, как я рассказал всем о том, что я уже на светло-оранжевой стадии, все снова удивились, но уже не так, как раньше. Думаю, они привыкли к моим ненормальным способностям.

Нехотя, отец принял подарок и спрятал в карман. Следующим рассказчиком стал Элайджа. Он рассказал о своём прошлом, а я пояснил, что он спас мне и Жасмин жизнь. Затем, я повернулся к Винсенту и спросил, можно ли устроить Элайджу в академию Ксайруса.

Задумавшись ненадолго, Винсент согласился проспонсировать Элайджу от имени дома Хелсти. Извинившись, он ушёл к себе в кабинет, сказав, что ему нужно написать письмо Синтии Гудскай, директрисе академии Ксайруса. Мой отец вышел во двор, чтобы немедленно начать использование ядра, так что в комнате остались только мама, Элли, Элайджа, Табита и я.

Мама и Табита по очереди расспрашивали о подробностях моих приключений и мама настояла на небольшой проверке, чтобы убедиться, что мои раны полностью зажили. Я же сказал, что всё в порядке, поскольку воспользовался подаренной ею перчаткой. Похоже, она была не слишком рада, что мне действительно она понадобилась, но всё же улыбнулась, радуясь, что я был в целости и сохранности.

Я немного поболтал с младшей сестрой – ей было любопытно, почему Сильви изменила свой внешний вид и до сих пор спала. Объяснив, что она устала от приключений, я сам осознал, насколько же я устал.

«Мама, тётя Табита, я уже почти засыпаю, так что пойду наверх. Путешествие было очень утомительным»

«Конечно! Не забывайте умыться перед сном!» — сказала мама мне и Элайдже.

«Спокойной ночи, брат! Спокойной ночи, Элайджа!» — крикнула сестра.

После того, как мы попрощались и поднялись наверх, я сказал: «Элайджа, иди в душ, а я пока подготовлю твои вещи»

Горничная принесла набор одежды для сна и я поставил его перед ванной комнатой для Элайджи.

Выйдя из душа, он оделся и начал вытирать волосы. «Твоя очередь»

Горячий душ – это блаженство. Я тщательно вытер Сильви мочалкой, но это совершенно не помешало ей продолжать спать.

«Думаешь, мы сможем многому научиться в академии Ксайруса?» — сказал Элайджа, когда мы сидели на кровати. Он изо всех сил старался сдержать улыбку. Было видно, как он счастлив из-за того, что пойдёт учиться.

Я лишь пожал плечами: «Кто знает? Я думаю, что будет немного скучно. Ведь мы оба гораздо сильнее других первогодок»

«Но там учатся люди из всех влиятельных домов. Думаешь, будет много людей, настолько же сильных, как мы? Жду не дождусь, как научиться контролировать свою силу. Рад, что в Ксайрусе живут так много известных магов»

«Да. Я тоже думаю, что будет полезно узнать побольше об электрическом и ледяном элементе» Я посмотрел вниз на свои руки. Они выросли гораздо быстрее, чем я предполагал. Всего несколько лет назад, мои руки были как у младенца, но теперь они стали больше и будут расти также, как и мои силы.

Элайджа прервал мои мысли и спросил: «Так что ты собираешься делать с Лукасом?»

«Лукас понятия не имеет о моей настоящей личности, и пока я не буду уверен, что смогу противостоять его дому, то буду тренироваться усерднее, чем раньше»

«Ну ты всегда можешь рассчитывать на меня. Лукас, вероятно, будет задевать меня, но ему со мной не справиться. Я не могу поверить, что этот идиот пытался пожертвовать нами, чтобы убежать» — от его слов, кулаки Элайджи побелели, а он сам задрожал от гнева.

Я лёг на правую сторону кровати, положив на пол свернувшуюся калачиком Сильви. «Я знаю. Он заплатит за всё, что сделал, но мы пока что не можем против него действовать»

Элайджа лёг на другую сторону кровати. После нескольких минут молчания, он повернулся ко мне.

«Эй, Арт. Как думаешь, я найду себе девушку в Ксайрусе?»

«Пфф! Вот что тебя сейчас больше всего беспокоит?» — рассмеялся я, а Элайджа покраснел и легко пнул меня. «Я серьёзно! Надеюсь, в Ксайрусе есть много симпатичных девушек» — вздохнул он.

«Я уверен, что беспокоиться не о чем. Не волнуйся. В академии будет множество благородных девиц на твой выбор. Просто заворожи их своей металлической магией, ха-ха!»

«Пошёл ты! Бьюсь об заклад, у тебя-то не будет проблем с популярностью из-за способностей… и ты знаешь, как трудно мне контролировать свою магию» — сказал он и отвернулся.

«Да брось, Элайджа. У нас ещё есть целых полгода перед началом учебного года. Я помогу тебе лучше контролировать свой контроль над маной»

После короткой паузы, он тихо пробормотал что-то благодарственное. Какой застенчивый мальчик.

«Спокойной ночи. И если ты будешь лапать меня, представляя во сне милых девиц, то получишь молнией» — рассмеялся я.

«Пфф, не волнуйся. Спокойной ночи»

Задумавшись над будущим, я не заметил, как уснул.





Глава 37




Глава 37

Тусклому лучу восходящего солнца удалось пробиться через занавески и попасть мне прямо в глаза. Обычно, меня будили Элайджа или Элли, но сейчас ещё было слишком рано, и поэтому вставать было немного неприятно.

После превращения, Сильви проспала 4 дня. Она объяснила, что изменение собственного тела занимает довольно много времени и сил, поэтому слишком часто повторять превращение она не сможет.

За окном только рассветало, поэтому в обычно шумном поместье сейчас было очень спокойно, за исключением нескольких поваров, готовящих еду на день. Не помывшись, я пошёл на задний двор и учуял колебания маны. Как и ожидалось, мой отец был занят тренировкой, поглощая ядро зверя класса S, которое я принёс ему из подземелья.

Не желая прерывать его, я присел рядом и начал изучать его ауру. Мой отец, Рейнольдс Лейви, бывший член команды «Два Рога», никак не мог преодолеть тёмно-оранжевую стадию. Я провёл много времени, контролируя циркуляцию маны в теле отца и Элайджи.

Мана-вены Элайджи, которые ответственны за поглощение маны из окружающей среды, были невероятно широки. Мой отец же, наоборот, как аугментер, имел гораздо более развитые каналы маны, позволяющие распределять ману по всему телу.

«Что-то ты сегодня рановато, сынок. Что скажешь?» — сказал мой отец, вставая с колен и вытирая пот с лица лежащим рядом полотенцем.

«Я не хотел мешать твоей тренировке, папа. Как у тебя дела?»

«Только что закончил поглощать остатки из ядра зверя, но оно почему-то не разрушилось» — воскликнул он, возвращая мне ядро. Обычно, после истощения маны, хранившейся внутри ядра, оно рассыпается в мелкую пыль.

Это было довольно любопытно, поэтому я положил его в карман, чтобы потом изучить более тщательнее. После моего возвращения, я всё время тренировался с отцом и Элайджей, а по ночам самостоятельно медитировал. До сих пор, мой отец был занят поглощением ядра зверя, но сейчас, я заметил серьёзные изменения.

Уловив мой пытливый взгляд, он ухмыльнулся и сказал: «Твой папаша наконец-то перешёл с тёмно-оранжевой стадии, на стабильную оранжевую»

Я рассмеялся, а отец начал поигрывать своими мышцами, демонстрируя свои достижения.

«Поздравляю, папа. Теперь, я думаю, что тебя нужно научить чему-то новенькому» Я повесил полотенце на стул и встал в стойку.

Сфокусировав немного маны в ладони правой руки, я создал небольшое пламя. «Это самый простой приём огненного элемента, Огонёк» С этими словами, я метнул небольшое пламя со своей ладони на полотенце.

Как и ожидалось, пламя, достигнув полотенца, почти потухло и оставило лишь крохотное пятно сажи на белой ткани.

«Если ты хочешь рассказать мне теорию, то я не увидел ничего нового, сын. Поскольку аугментеры производят ману в собственных телах, то чем дальше они её выпускают, тем слабее она становится»

«Я и не пытался рассказывать тебе теории. Этим мы займёмся в следующий раз» Я укоризненно махнул на него пальцем, за что заработал лёгкий подзатыльник.

Потерев голову, я снова влил небольшую порцию маны в ладонь. Огонь вновь разгорелся в моей руке, но на этот раз цвет пламени был мягко-оранжевым. «Теперь смотри, папа» Я бросил маленький огонёк, такого же размера, как и предыдущий, но на этот раз он прожёг в полотенце небольшое отверстие.

Отец же не стал бурно реагировать: «Ты ведь просто добавил побольше маны в пламя, чтобы сделать его сильнее?»

Покачав головой, я стал объяснять. «Если бы я добавил больше маны, то и пламя было бы больше. Ты обратил внимание на цвет пламени?»

«Да, цвет стал немного светлее, чем раньше»

«Именно! То, что я только что сделал, является высокоуровневым заклинанием, которое используют только заклинатели!» — возбуждённо объяснял я, — «Видишь ли, отец, температура пламени, или же более точнее, скорость горения зависит от различных вещей: количества кислорода в атмосфере, типа сжигаемого топлива, окисления топлива и так далее. Под топливом же используется огненный элемент. И во время изучения, я обнаружил, насколько универсально наше «топливо». Это оранжевое пламя жарче, чем обычное, что делает его намного сильнее» Я так быстро болтал, что аж запыхался.

Мой отец смотрел на меня с таким видом, будто бы я сейчас прочёл для него лекцию на иврите, однако, последнюю часть он понял. «Так ты говоришь, что используя то же количество маны, я смогу создавать более жаркое пламя?» — сказал он, почёсывая бороду.

«Точно! И этот приём можно сделать ещё сильнее!» Я снова создал пламя в руке, на этот раз жёлтого цвета, и бросил в несчастное полотенце, прожигая в нём огромную дыру.

Я на этом не останавливаюсь. Потребовалось пара минут на осторожную манипуляцию маной в своей ладони. Спустя время, я создаю тусклый синий огонёк, от которого отец сильно удивился. При метании синего огонька, полотенце мгновенно вспыхнуло, и огонь тут же сжёг его в пепел.

«Ты уверен, что ты мой сын?» Отец подозрительно взглянул на меня, прежде чем улыбнуться и рассмеяться. Я тоже улыбнулся и сказал: «Наверное, мозги мне достались от мамы?»

Элайджа вышел во двор, сонно поправляя съехавшие очки, и застал нас, обнимающими друг друга.

«Что вы тут делаете…» — это всё, что он смог сказать, выпучив глаза.

«Тренируемся» — хором ответили мы.

Я показал отцу несколько ключевых моментов в управлении маной в огненном элементе, чтобы он смог создавать более лучшее пламя. «Сын, почему я должен был узнать об этом не раньше оранжевой стадии?» Сейчас он занял позицию и повторял заклинание. Используя вокальное произношение заклинания, можно подготовить мозг для изменения структуры маны в атмосфере и создания заклинания.

«Чем выше твоя основная стадия, тем больший запас маны ты получаешь. А также, ты сможешь вытягивать из себя более качественную ману, позволяющую контролировать собой гораздо лучше» — уточнил я.

Мой отец понимающе кивнул и вернулся к тренировкам, вытянув правую ладонь вверх и вливая в неё ману.

Обучение Элайджи было гораздо медленнее. Я понял, что его контроль над земным элементом нестабилен, тем более над металлическим. Из-за того, что Элайджа практически не умел грамотно манипулировать маной, он не мог создавать более точные и скоординированные заклинания.

И всё же, я немного завидовал Элайдже. Земной элемент был очень мощным, но и аугментеры, и заклинатели могли использовать только окружающую их землю. Хотя это не такая уж и проблема, но у таких атак была некая предсказуемость.

Элайджа же, кажется, мог изменять структуру молекул, буквально создавая землю из других вещей. Это было похоже на алхимию. Он мог, например, вызывать земляные шипы из деревьев. Однако, магия Элайджи не позволяла ему вызывать земные заклинания из воды или воздуха, но сама способность легкого изменения структуры молекул меня пугала.

Я думаю, что его самым эффективным заклинанием может стать окаменение. При нормальной способности к земному элементу, когда заклинатель использовал окаменение, куски окружающей земли формировали вокруг него защитные барьеры, закрывая заклинателя в каменном бункере. Элайджа, достигнув определённых успехов в манипуляции маной, мог буквально превратить человека в камень.

Я покачал головой, прогоняя эти страшные мысли. Хорошо, что Элайджа –мне друг, а не враг. Тренировка Элайджи состояла в управлении маленьким шариком земли. Он проводил на нём множество приёмов: быстро вращал его, менял форму, расширяя его и сжимая, разделяя на мелкие части и так далее. Таким образом, он учится контролировать ману и оттачивает заклинания, изучая те самые теории о работе заклинаний.

Оставив друга и отца во дворе, я вернулся к себе в комнату. Посмотрев на кровать, я заметил, что Сильви всё ещё спала. Трансформация, кажется, все ещё действовал на неё. Теперь она больше и чаще спала. К счастью, по её словам, это не надолго, так что я надеюсь, что через несколько недель она вернётся в нормальное состояние.

Присев на кровать, я начал разглядывать ядро зверя класса S. Мана внутри него была исчерпана, так что мне стало интересно, почему же оно не развалилось, но после долгого прощупывания, я почувствовал острую боль в своей правой руке, отчего я отбросил ядро.

«Какого чёрта?» — сказал я, потирая татуировку, которую я всегда скрывал пером Сильвии. Осторожно подобрав ядро, я снова начал изучать его, будучи ещё более заинтригованным, чем ранее. Внезапно, внутри ядра я разглядел большое чёрное пятно, в котором появилась фигура Древнего Хранителя и, кажется, указала своей пикой прямо на меня.

«Воля Зверя!» Я задрожал от возбуждения, поняв, какой бесценный приз я достал из подземелья. Что будет, если я интегрирую две звериные воли? Это вообще возможно? И тогда у меня их будет две? Или же оно просто заменит мою волю Дракона?

Пока я раздумывал над этими вопросами, внезапное чувство перебило мои мысли. Это чувство было почти похоже на мою психическую связь с Сильвией, но более примитивным. Поняв, что этот сигнал исходил от Древнего Хранителя, я влил побольше маны в ядро, надеясь, что это как-то позволит мне улучшить связь.

«Понятно…» Я был немного разочарован тем, что рассказал мне Хранитель. Он пытался сказать, что если я попытаюсь поглотить эту волю зверя, то во мне останется лишь та, которая была сильнее. В этом был смысл, но я не понимаю, почему мой отец не смог поглотить звериную волю?

И я тут же узнал ответ, вспомнив то, чему меня научил дедушка Вирион. Он говорил о совместимости между элементом зверя и элементом мага.

Я немного улыбнулся, уже зная, кому я передам эту волю.

“Доброе утро, папа! Почему ты улыбаешься?” Сильви проснулась и прижалась ко мне, заурчав, когда я погладил её.

“Я просто думаю о том, как весело будет в академии”

«БРАТ, ВСТАВАЙ… ох!» — моя сестра на ходу залетела в дверь, но увидела меня, сидящим на кровати.

Я поднялся и погладил её по голове. «Пойдём завтракать!»





Глава 38




Глава 38

«Уфф» Вытерев пот со своего лица, я бросил полотенце рядом с курткой. Задний двор освещала полная луна. Сильви лежала неподалёку, свернувшись калачиком и мерно дыша.

Пока все спят, я могу спокойно потренироваться самостоятельно. За последние несколько дней, я немного забросил свои тренировки, следя за тренировками Элайджи и отца, а также давая указания по тренировкам для сестры.

Элли не слишком усердствовала, но темп развития всё же был приличный. Думаю, что она пробудится примерно в 11 лет, а если постарается, то возможно и даже в 10. Но она больше играла со своими подружками из Школы Леди, которую она посещала.

Это был простой маленький класс, в котором собирались молодые знатные девушки, чтобы учить правила этикета и элементарные бытовые навыки. Люди считали, что «правильные» и «утончённые» дамы должны иметь королевские манеры и грацию, а также уметь шить и готовить для своего мужа.

В мире, где я раньше жил, женщины работали наравне с мужчинами, и за высказывание «женщины должны сидеть дома» можно было навлечь на себя гнев многих женщин.

Сейчас Элли спала в своей комнате, после того, как устроила скандал, заявив, что не уснёт, если я не останусь с ней до тех пор, пока она не заснёт. Я же захихикал и спросил, куда исчезли её утончённые манеры леди, которыми она красовалась перед друзьями. Тогда я чуть не расхохотался, когда она обратилась ко мне со словами «уважаемый достопочтенный брат» перед своими подругами на чаепитии.

Скоро будет её день рождения, и я кажется знаю, что она хочет в подарок. Зная её, она полюбит всё, что я ей дам, так что я хотел подарить что-то, связанное со мной, но в то же время и полезное. Проблема была в деньгах. Это грёбанное пространственное кольцо стоило мне всех заработанных на авантюризме денег.

Подумав немного, я придумал то, на чём я смогу заработать денег. У меня было одно несомненное преимущество – мой разум, наполненный идеями и изобретениями, которые ещё не были разработаны в этом мире.

С довольной улыбкой на лице, я возвращаюсь к тренировкам. К началу обучения, которое уже начнётся этой осенью, я планировал развить своё мана-ядро до тёмно-жёлтой стадии. А также лучше развить свои навыки в управлении ледяным и молниеносным элементом, которые являются моими самыми сильными приёмами.

Я решил, что будет лучше, если я не буду пользоваться своими сильными элементами в академии, используя только огонь и воду. Думаю, что даже будучи двойным элементарным аугментером, я привлеку к себе слишком много лишнего внимания. Поскольку Лукас видел только мои огненные приёмы в подземелье и на арене, то мне придётся также воздержаться от магии земли и воздуха. Если я специально не буду тренировать свои навыки манипуляции земным и воздушным элементом, то без проблем и излишнего внимания поступлю в академию, выдав себя за талантливого гения.

В библиотеке мне удалось найти редкие книги о девиантных способностях молний и льда. Похоже, что у молниеносного элемента есть два пути развития, которые может выбрать аугментер. Один назывался внутренним, а другой внешним. Из-за уникальных свойств молнии, по сравнению с другими элементами и их девиантами, есть только несколько человек, практикующих внутреннее развитие, поскольку это гораздо сложнее.

Громовой импульс – это один из методов внутренней молнии, который я придумал, является лишь начальным уровням к гораздо более мощным навыкам. В книге говорилось, что большинство девиантов доходило до максимума их развития во внутренней молнии и переходили на внешние приёмы. Это означало, что навыки внутренней молнии не были достаточно изучены, чтобы люди могли найти преимущества.

Я тоже выбрал такой путь. И из своего опыта я знал, насколько навык внутренней молнии был мощнее, чем внешний. Конечно, она не давала такого же яркого эффекта, но моей целью было не ослепительное световое шоу, а абсолютная власть. Для развития потребуется много времени и терпения, но я уже знаю, что награда будет огромной.

Что касается моих навыков манипуляции ледяным элементом, я захотел сосредоточиться на атаках по области, с акцентом на борьбу против многочисленных противников. Сочетание навыков белого огня и абсолютного нуля – это моё секретное оружие, которое я могу использовать только при активации второго этапа драконьей воли.

Мне уже не терпится овладеть новыми навыками, но я ничего с этим не могу поделать, лишь продолжать тренировки. У меня и так есть множество преимуществ перед остальными, но я всё ещё не удовлетворён своим уровнем. Могу с уверенностью сказать, что, если бы мне пришлось драться против самого себя из бывшего мира, то я бы выиграл. В этом мире у меня был огромный запас маны, её ротация и драконья воля. Однако, этот же мир наполнен куда большими опасностями и угрозами, чем прежний, поэтому расслабляться здесь нельзя.

Закрыв книгу, я достал другую, о звериных волях. Я уже когда-то читал её, поэтому пропустил часть про начальное обучение. Кажется, лучшим способом научиться приёмам звериной воли можно было у того зверя, который её отдал. Также, был вариант о тщательном изучении черт и повадок зверя, по которым укротитель сможет обучиться.

Первый вариант сразу отпадал, поскольку Сильвия была мертва. Второй вариант тоже имел свои ограничения. Ведь поскольку она была драконом, я мог только догадываться, какими силами она обладала. Я хотел, чтобы она оставила мне несколько подсказок относительно того, как использовать её силу.

*Шлепок*

Я похлопал себя по щёкам. Размышления о том, чего у меня нет ничего не решат.

Помимо изучения своих навыков ледяного и молниеносного элемента, я также начал исследовать анти-магию.

Теория была такова, что каждый элемент маны, которым манипулируют проходит через используемые предметы, произносимые заклинания или само тело заклинателя. Т.е. частицы маны кодируются определённым образом, чтобы воздействовать на атмосферу или исполнять конкретные цели для получения определённого результата. И между тем, как маг произносит кодированное заклинание и тем, когда эти частицы приобретают силу и форму заклинания, есть очень небольшой промежуток времени.

В это время, анти-магические частицы маны способны нарушить и отменить указанное заклинание.

Хотя в теории это звучит замечательно, в применении есть несколько проблем. Для начала, чтобы это заклинание вообще сработало, я должен был знать, какое именно заклинание использует противник. Хотя заклинатели и аугментеры зачастую выкрикивали или долго проговаривали свои заклинания, я должен был отреагировать на них всего за долю секунды, прежде чем их частицы маны сформируют заклинание.

Также требовалось изучение огромного количества заклинаний, чтобы выяснить, какое из них можно более эффективно отменять. Даже мысли об этом отдавались головной болью. Большинство заклинаний можно выучить из теорий, но только на практике я смогу узнать наиболее эффективное и научиться реагировать практически мгновенно. Однако, я понимаю, что после освоения, навык станет для меня бесценным помощником. Особенно против кого-то как я, владеющего всеми четырьмя стихиями.

Обдумывая эту темя, я не заметил, как вошёл в фазу интегрирования. Зрение стало монохромным, и я смог увидеть колебания в мане вокруг себя. Если я всё же изучу антимагию, то это состояние будет очень полезным.

После тренировки, я подхватил одной рукой книги и полотенце, а другой подобрал Сильви, после чего вернулся к себе в комнату. Винсент предложил поселить Элайджу в другое крыло поместья, но я отказался, поскольку он был гостем семьи Лейвин, и поэтому должен жить в одной из наших комнат. В качестве компромисса, я предложил просто принести ещё одну кровать для Элайджи, поскольку моя комната была довольно просторна даже для двоих.

Вернувшись к себе в комнату, я застал спящего Элайджу, сложившего руки у себя на груди, будто бы он лежал в гробу.

Даже спящим он выглядел слишком правильно. Элайджа был хорошим другом и наши характеры дополняли друг друга. Несмотря на свой пуританский, строгий внешний вид (в основном из-за причёски и очков), он был довольно эмоционален. Также он придерживался установленных принципов, от которых никогда не отходил, что делало его очень честным и заслуживающим доверия, но когда дело касается других людей и отношений, то он становится довольно ранимым, особенно если люди им пользуются.

Могу только представить, когда у него начнётся период половой зрелости и он начнёт думать членом, а не головой, когда речь зайдёт о сексе.

Что касается меня, то было ли это потому, что я помню свою прежнюю жизнь или нет, то я видел себя аналитически логичным и немного коварным. Должен признать, что мне трудно полностью довериться людям и начать думать на несколько шагов вперёд. И даже немного завидую отсутствию детской невинности, по сравнению с другими 11-летними детьми, но когда дело доходит до близких отношений, то я стараюсь максимально вложиться в них, даже слишком. Это как-то связано с моей предыдущей жизнью сироты? Потому что единственным близким мне человеком была директриса приюта, которая меня подобрала, а позже была убита?

Даже тогда, когда я был королём, не могу с уверенностью сказать, что я был достаточно взрослым в душе. И во многом, я был даже сказал, что вёл себя не по-королевски. Но во мне всегда была одна вещь, которую я не мог изменить – это борьба за всё то, что мне дорого.

Приняв быстрый душ, я улёгся в кровать, немного потревожив Сильви. Она обняла меня и заурчала. Мерный ритм её дыхания убаюкал меня, погружая в сон.





Глава 39




Глава 39

«Брат, просыпайся!!!»

«УФФ!» Сестра прыгнула на меня и выбила воздух из лёгких. Потерев грудь я, задыхаясь, сказал: «Элли, ты же уже не маленький ребёнок, однажды, ты меня совсем раздавишь»

Элли тут же сделала вид, будто бы обиделась: «Ты назвал меня толстой, братец?!» Эта маленькая негодница ничему не учится в своей бесполезной школе для юных леди.

Я повернулся и увидел, что Элайджа уже принял душ и одевался, его очки всё ещё были запотевшими. «Клянусь, ты спишь богатырским сном, Арт. Твоей жене придётся будить тебя с помощью каких-нибудь заклинаний» — сказал он, качая головой.

«Заткнись». Я ещё не до конца проснулся, чтобы остроумно ответить ему.

После принятия душа и укладывания волос, чтобы выглядеть немного презентабельно, мы вчетвером, вместе с Сильвией спустились вниз и встретили отца.

“Интересно, что на завтрак. Надеюсь, что сегодня будет мяяяяяясо!” – подумала Сильви, задумчиво покачивая головой.

«Доброе утро! Вы как раз вовремя» — крикнула мама и позвала нас на кухню. Хотя в усадьбе часто работали повара, маме всегда хотелось готовить для нас хотя бы завтраки, так что пока Табита помогала ей в готовке, служанки накрывали на стол и потом прибирались. После моего возвращения домой, Винсент и Табита заметили очевидное изменение внешности Сильвии, на что я просто отмахнулся, ответив, что это из-за поглощения ядер зверей. Но после этого, мои родители и Хелсти относились к ней не как к обычному мана-зверю, а к умному домашнему питомцу, даже иногда немного разговаривая с ней.

«Доброе утро, мальчики и моя маленькая принцесса! Вы хорошо выспались?» Мой отец повернулся к нам и поцеловал сестру в щёку.

Она оттолкнула его и вытерла пятно, после поцелуя. «Фу, папа, от бороды щекотно!»

«Доброе утро, тётя Лейвин и тётя Табита. Здравствуйте, дядя Винсент и дядя Рейнольдс» — поздоровался Элайджа и сел рядом со мной. Он уже сблизился с нашей семьёй и теперь перестал называть «сэр» или «леди» моих родителей и семью Хелсти.

Тоже поприветствовав всех, я приступил к поеданию ветчины и овощного омлета.

Вдруг, мой отец тыкнул в нас ложкой и сказал с набитым ртом: «Я тут кое-что вспомнил. Дети, если у вас нет никаких планов, не хотите съездить с нами на городскую площадь? Сегодня обещают рассказать какую-то крупную новость и даже сделают прямую трансляцию через проекции от короля и королевы»

«Дорогой, пожалуйста, не разговаривай с набитым ртом» — мягко поругала его моя мать и вновь предалась сплетням с Табитой о последних дамских новостях. Кажется, она неплохо влилась в коллектив знатных дам Ксайруса, поскольку они часто ходили на прогулки после позднего завтрака и на послеобеденные шопинг-туры.

Я повернулся к своему другу, который уже уплетал свой второй омлет. «Почему бы и нет. Элайджа, у нас же ничего сегодня не запланировано, верно?» Он посмотрел на меня и показал большой палец, а я спросил Винсента:

«Дядя Винсент, помнится, вы упоминали что-то о том, как сегодня вы собирались посетить известного исследователя в его лаборатории. Вы не возражаете, если я пойду с вами, после сегодняшних новостей?»

«А, вы имеете в виду Гидеона? Он вас заинтересовал? Ведь он не просто исследователь, а величайший изобретатель и механик! Он проектирует наши корабли и другие вещи! У меня сегодня намечена с ним встреча, поэтому я не против взять тебя с собой. У тебя есть к нему какой-нибудь конкретный вопрос?» Умные глаза Винсента буквально сияли от любопытства.

Я дал ему расплывчатый ответ, ещё сильнее будоража его интерес: «Ну, скорее мне просто нужно кое-что обсудить с ним. Я думаю, ему самому будет это интересно»

«Конечно, он не очень любит знакомиться с новыми людьми, но я уверен, что смогу заставить его выйти из своей норы и представить тебя ему»

«Отлично! С нетерпением жду встречи с ним!» Я сосредоточился на поедании своего омлета, от которого уже Сильви откусила большой кусочек.

Городская площадь, обычно кипящая людьми сегодня была на удивление спокойна. Возле большой башни с часами плавали два больших шара, а под ними стояли двое рабочих и с явным неудовольствием возились с устройствами. Сильви, которая осмотрела округу и толпу людей, стала нетерпеливо ёрзать на моей голове. Я пришёл с Элайджей, моим отцом и Винсентом, а мама и Табита пошли к своим друзьям, отправив Элли в школу.

*БЗЗЗ*

«Три короля и королевы разных стран континента Дикатен собрались сегодня здесь в этот знаменательный день!»

Оглядевшись, я увидел причудливо одетого человека, выступающего перед сотней тысяч человек. Похоже, он прибыл издалека.

«Внимание, люди, эльфы и гномы, меня зовут Блейн Глайдер. Вы знаете меня, как короля Сапин, но сегодня я говорю не как от короля людей, а от одного из представителей континента Дикатен!»

При виде короля, сотни тысяч человек рухнули на колени. Размытые проекции прояснились и камера наехала на балкон замка. Я увидел короля Сапин и стоящую за ним королеву, Присциллу Глайдер, а также несколько других важных фигур. И каково же было моё удивление, когда я узнал среди них Алдуина и Мериал Эралих, короля и королеву Эленора, а также дедушку Вириона, стоящего позади них и скрестившего руки. Кроме них двух были ещё представители гномьего королевства, которые, я предполагаю, были тоже королём и королевой.

«Сегодня мы отмечаем начало новой эры на нашем родном континенте. Я предполагаю, что многие из вас знают о существовании проблем между людьми и эльфами. Даже гномов считали только как деловых партнёров. Однако, так дальше продолжаться не может. Представители всех трёх королевств, ваши лидеры, собирались много раз за последние несколько лет в попытке объединить наши расы. Два года назад мы договорились, что все расы без исключения могут стать авантюристами. Всё начиналось с одного или двух представителей, но теперь их множества. Я рад, видя как люди, эльфы и гномы работают сообща для достижения общей цели. В прошлом году отметилось ещё одно событие – академия Ксайруса поприветствовала в своих рядах студентов из королевства Эленор и Дарв, так что новое поколение лучших магов смогут дружить все вместе. Мы все понимаем, как трудно для некоторых из вас забыть постоянные вражды между расами, но мы призываем вас отбросить прошлое и забыть дискриминацию, если не ради себя, то хотя бы ради своих детей и будущего этого континента»

По толпе с грохотом прокатилась волна аплодисментов. Король Глайдер сел, а к краю балкона вышел Алдуин Эралих, король Эленора и отец Тессии. Он откашлялся, прежде чем начал говорить в то, что в этом мире было микрофоном.

«Для меня большая честь выступать от имени всех присутствующих здесь в этот незабываемый день. Я полностью согласен с королём Глайдером и меня тоже заботит будущее этого континента. Для некоторых людей это не особо интересно, но для тех многих, кто жаждет приключений, я искренне могу сказать, что континент наполнен неизвестностью. Очевидный пример – звериные поляны, находящиеся на этом континенте. Бесчисленное множество авантюристов отваживалось заходить в поляны, но даже сейчас они не изучены даже наполовину. Хотя мана-звери ещё ни разу не покидали звериных полян, кто может с уверенностью сказать, что этого не случиться в будущем? Даже на нашей родине Дикатен есть настолько опасные места, что их ещё никто не осмелился изучить, но что если я скажу вам о том, что существуют ещё больше загадок и тайн вне его?»

Король Эралих ненадолго прервался, а толпа в обоих королевствах начала шумно шептаться.

«Верно! Вы не ослышались, жители Дикатена. Мы хотим объявить вам, что сегодня, 10-ого февраля 1005-ого цикла, мы нашли доказательства существования другого континента»

Шёпот толпы превратился в шум и крики, некоторые злые, а некоторые любопытствующие. Даже мои руки задрожали от возбуждения, а папа и Винсент переглянулись в шоке.

«Пожалуйста, успокойтесь. Мы сами ещё ничего точно не знаем. Возможно, через пару лет мы сможем достичь другого континента и выяснить, враждебен ли он или нет. У нас есть доказательства того, что они тоже пытались добраться до нас, но их технологии не позволяют им путешествовать так далеко»

Толпа бушевала, пока король гномов не поднялся со стула и подошёл к микрофону.

«ТИХО!!!!»

*Тишина*

«Как сказал Алдуин, мы сами многого не знаем. Однако, в эти времена неопределённостей и возможных будущих угроз, разве вы все не согласитесь с тем, что объединение наших народов будет лучшим решением для всего континента? ВАШИ дети могут быть в опасности. И последние, что нам нужно – гражданская война. Наша внешность может различаться и наши культуры могут конфликтовать, но помните то… что мы все рождаемся на одном континенте – Дикатене. Я горжусь этим и надеюсь, что будущие поколения также будут гордиться. А что насчёт вас?»

Толпа молчала, но после пары неловких хлопков, взорвалась аплодисментами и выкрикивала «ура!» Король гномов был не так красноречив, как два других короля, но его слова оказывали огромное влияние. Даже Элайджа, стоящий рядом со мной, аплодировал, а Сильви с любопытством смотрела на экран.

«Конечно, для объединения трёх наших рас и королевств потребуется время и много усилий, но сегодня мы посвятим в рыцари 6-ых, тех, которые короли и королевы посчитали самыми мужественными, тактичными, умными и сильными.

Из задней части балкона вышли 6 существ, 2 человека, 2 гнома и 2 эльфа. Одетые в изысканную белую броню, незначительно различающуюся среди особей, они вышли вперёд и преклонили колено.

Три короля вышли перед ними и вынули из небольшой шкатулки 6 колец. Король Глайдер, представитель людей, одел кольца эльфийским рыцарям, а король гномов подарил кольца двум людям. Наконец, король Алдуин отдал кольца двум рыцарям гномам и все они поклонились толпе. Крики снова прошлись по толпе, и король Глайдер подошёл к микрофону и снова сказал:

«Этим шестерым отныне дарован титул Шестерых Копий. Каждое копьё символизирует узы, которыми они скрепляют не только своё королевство, но и весь континент. Это поистине исторический момент. Главной целью этих рыцарей станет повышение благосостояния континента, будь то изучение опасных и неизвестных подземелий в звериных полянах, или работа бок о бок с нами, правителями, чтобы убедиться, что наш дом будет защищён, когда наступит время и мы встретимся с представителями другого континента»

Толпа вновь заревела и многие подкинули в воздух цветы и даже одежду.

«Хотя звание одного из Шести Копий может быть престижно и даже ставит на один уровень с королём, это также возлагает и большую ответственность. Дети нового поколения, которым суждено стать защитниками этого континента, будут стремиться стать одним из Шести Копий!»

При этом, проекция поплыла и изображение померкло. Последнее, что мы услышали, были скандирования «Да здравствует Король, да здравствует Дикатен» Толпа на городской площади с волнением обсуждала последние новости.

Я услышал, как Элайджа бормотал себе под нос: «Ничего себе… Шесть Копий… круто» Дети в толпе уже начали пародировать посвящение в рыцарство со своими друзьями, представляя, как они тоже будут бороться со злом.

И чёрт возьми, я тоже был взволнован! Перспектива нового континента, знакомство с новыми людьми и, возможно, даже новыми расами безумно интриговала меня. Однако, часть меня была как всегда цинична. Конечно, это неправильно, выставлять новый континент как общего врага, чтобы все расы Дикатена смогли объединиться. Это был старый инструмент манипуляции толпой, используемый многими королями, но всё ещё очень эффективный.

Но всё равно… моё сердце воина и мага жаждало приключений и новых впечатлений.





Глава 40




Глава 40

Пока мы брели через толпу, я услышал различную болтовню о Копьях. Эти рыцари были не простой кучкой магов – они скоро станут символом этого континента. По двое членов команды из каждой расы, чтобы они могли беспристрастно судить людей, эльфов и гномов. Я не удивлюсь, если все талантливые маги будут стремиться стать одним из Копий. Хотя не все дети, которые пробуждаются и становятся магом, из-за финансовых ситуаций и нестабильности в манипуляции своей маной могут стать таким же рыцарем.

Могу сказать, что короли нарочно выставили новый континент в плохом свете, чтобы появилась причина объединить все три расы в борьбе с общим врагом. Логически, у объединения были большие преимущества, как торговля сырьём и обмен знаниями о магии и артефактах, а также развитие технологий, но по факту, это лишь создаст конкуренцию между эльфами, людьми и гномами, поскольку каждый из них попытается первым добраться до нового континента и присвоить ресурсы. И в этом случае, я согласен с преднамеренной пропагандой опасности континента.

Залезая в карету, ожидавшую нас на краю городской площади, мой отец попросил возничего сначала завезти его в аукционный дом Хелсти.

«Мне нужно ещё уладить пару вещей, так что вы не ждите меня, я вернусь домой поздно вечером. Не шали, сынок» Отец взъерошил мои волосы и саркастически улыбнулся.

«Пожалуйста, отвези нас к фабрике Гидеона» — сказал Винсент возничему. Примерно через тридцать минут езды, привычный пейзаж из высоток сменился маленькими магазинчиками. На многих из них висели вывески «артефакты»

Заметив мой любопытный взгляд, Винсент сказал: «Сейчас мы находимся в квартале ремесленников. Здесь собираются множество интересных инструментов и гаджетов для заклинателей»

Видимо, Элайджу это заинтересовало и он попросил возничего остановиться у ближайшего магазина артефактов. «Я немного поброжу здесь, посмотрю, что за интересности здесь продаются» — сказал он, выходя из кареты.

“Сильвия, погуляй с Элайджей, пока я и дядя Винсент будем беседовать с Гидеоном” – сказал я Сильвии, сидящей у меня на коленях. Она любопытно взглянула на меня, но всё же выпрыгнула из кареты вслед за Элайджей. Я не хочу, чтобы такой гений, как Гидеон, смог разгадать истинный облик Сильвии, так что лучше держать её подальше от него.

«У тебя есть деньги?!» — крикнул я вслед Элайдже.

«У меня остались деньги, заработанные после подземелья! Помнишь? Я же не такой транжира, как ты!» Он явно дразнил меня из-за того, что у меня не осталось денег.

«Тьфу. Очень по-взрослому» — проворчал я себе под нос, отчего вызвал усмешку Винсента.

Примерно через час, после того как мы заехали в самую густонаселённую часть города, карета остановилась у большого дома. Это широкое и длинное здание очень выделялось среди других домов в Ксайрусе.

«Приехали!» — объявил возничий, открывая для нас дверь.

Выпрыгнув из кареты, мы с Винсентом подошли ко входной двери. После стука, её открыл пожилой усатый мужчина, одетый как типичный дворецкий.

«Здравствуйте. Мастер Гидеон сейчас не принимает… ах, это вы, мистер Винсент, пожалуйста, входите» Он понял, что мы желанные гости и глубоко поклонился, прежде чем позволил нам войти внутрь.

Дворецкий, кажется, автоматически разворачивал других людей, пуская в дом лишь уважаемых гостей. Внутреннее убранство дома с трудом можно было назвать привлекательным. Кругом царил бардак, инструменты валялись на полу, а на полках лежали недоделанные заготовки. Из инструментов я узнал микроскопы и другие, которые мне были смутно знакомы из своего старого мира.

«Хаймс! Я же сказал тебе никого не пускать… Ах, Винсент! Вижу, ты снова пришёл надоедать мне» Из полутёмного угла другой комнаты вышел очень низкий, сгорбленный человек. Похоже, он на дух не переносил гостей.

Он выглядел как типичный изобретатель. Его вьющиеся волосы выглядели словно после удара молнии, глаза были выпучены, а под ними лежали тёмные мешки. Лицо было бледным, а на шее висели пара очков.

«Ха-ха! Всё такой же приветливый, а, Гидеон?» — Винсент качнул головой и пожал ему руку.

«Пф! Даже не начинай! В прошлом году королевская семья десять раз присылала гонцов, спрашивая, есть ли что-нибудь у меня, что позволит пересечь океан, дабы добраться до нового континента! Я не спал нормально целый месяц!»

Винсент снова решил полюбопытствовать, и я его в этом понимаю: «Это правда, что они нашли следы другой цивилизации на новом континенте, Гидеон?»

«Хо-хо! На этот раз, друг мой, это чистая правда. Я лично изучал доказательства! Всё, что я могу сказать, так это то, что на новом континенте есть ремесленники и, возможно, даже маги лучше, чем наши» — улыбнулся он, обнажая жёлтые зубы с застрявшими остатками последней трапезы.

«И что же ты выяснил?»

«Королевская семья забрала доказательства к себе на хранение, но я выяснил, что «доказательство» является артефактом. Даже я не смог до конца понять принцип его работы, но он был привязан к птицеподобному мана-зверю, которого ещё никто не видел на Дикатене. Этот мана-зверь обладал поразительной способностью сливаться с окружением. Нам удалось его поймать только потому, что авантюрист случайно попал в него, хотя целился в белку, на которую он охотился, чтобы поесть. Однако, я всё же выяснил, что артефакт способен записывать и хранить движущиеся изображения. Сама вещица была размером с мою ладонь и могла проецировать изображения лучше четырёх наших больших кристаллов! Скажи мне, зачем кому-либо с нашего континента могло понадобиться записывать видео сообщения?» Он склонился к Винсенту, чуть ли не упираясь лбом ко лбу.

Винсент вздохнул и потёр подбородок. «Интересно!»

«Так… а что это за маленький ребёнок с тобой? Сын твоей любовницы?»

«О боже… ты так не шути. Табита убьёт меня… и боюсь, что в прямом смысле. Нет… это Артур Лейвин, я считаю его своим племянником» — сказал Винсент, положив руку на моё плечо.

Глубоко поклонившись, я представился: «Здравствуйте, мастер Гидеон. Дядя Винсент многое рассказывал о вас и вашей работе»

«Хо-хо… невероятный этикет для ребёнка. Сколько тебе лет?» — спрашивает он, изучая меня своими глазами-бусинками.

«В мае мне стукнет 12»

«Понятно… так, и зачем ты его сюда привёл, Винсент? Ты же знаешь, что я не набираю себе учеников»

Винсент повернулся ко мне и, со вздохом, сказал: «На самом деле, я и сам хотел бы знать, почему он так рвался сюда»

«Мистер Гидеон, судя по тому, что королевская семья часто советуется с вами, я могу предположить, что вы и ваши работы довольно влиятельны, правильно?»

«Конечно! Они надоедливы, но предлагают за работу кучу денег!» Его подбородок вытянулся вперёд, и я почти что видел, как он гордится собой.

«Отлично» Ничего больше не сказав, я взял большой кусок бумаги, лежащий на полу и набросал план. Я давно обдумывал идею, способную совсем немного повлиять на этот мир и которую можно продать. Этот мир в значительной степени полагается на магию, избегая использование больших станков и машин. И это было одной из причин, почему они не смогли построить корабль, способный перемещаться на большие расстояния. Запасы маны у магов были ограничены, а строить достаточно большой корабль, чтобы вместить туда достаточное количество магов было невозможно.

Винсент и Гидеон были сбиты с толку моими действиями и шептались друг с другом, пытаясь догадаться, что же я делаю. Я не позволял им увидеть мои планы, поэтому они становились всё более нетерпеливыми.

Примерно через 15 минут, я закончил рисовать эскиз парового двигателя. Я специально не стал детальнее расписывать некоторые ключевые компоненты, чтобы Гидеон не смог попросту украсть мою идею до завершения переговоров.

«Это… это…» Его глаза-бусинки широко раскрылись от удивления, и он вырвал бумагу из моих рук, стараясь изучить чертёж как можно лучше.

«Конечно… почему я не подумал об этом? Это же идеальное решение!» Его руки дрожали, когда он с трудом изучал чертёж.

Вдруг его брови нахмурились и его взгляд пробежался по бумаге. «Я чувствую, что чего-то не хватает…»

Я аккуратно вытащил бумагу из его рук и свернул её. «Я не стал добавлять несколько ключевых деталей, о которых я рад буду рассказать, как только мы придём к выгодному соглашению» — сказал я с невинной улыбкой.

«Тебе точно 12 лет?» Его взгляд становится резким, но беспомощным, поскольку он сам знает, то, что я ему предлагаю, нельзя упускать. Даже Винсент был сбит с толку таким поворотом событий, однако, он быстро взял себя в руки, поскольку знал о моей необычности.

«Ага! А вы можете показать свои артефакты? Дядя Винсент говорил, что вы создаёте всё самое лучшее!»

«Хаймс! Принеси мои последние работы!» — крикнул Гидеон. Вскоре, усатый дворецкий принёс огромную коробку, запечатанную во что-то, которое даже я не узнаю.

Гидеон что-то прошептал в замок и повернул его. Через мгновение, замок засветился и самостоятельно открылся. Внутри коробки было различное зачарованное оружие. Гидеон показывал, на что способно каждое из оружий. Каждое из них было бесценно и несравнимо с теми, что продавались в магазинах. Я просмотрел все жезлы для Элайджи, но ни один ему не подходил.

Покачав головой, сумасшедший ученый пробурчал что-то паскудное.

Затем, Гидеон привёл нас в своё секретное хранилище, в котором лежали драгоценные камни и слитки. «Это синтетический алмаз, один из самых ценных камней, когда либо найденных на этом континенте. Он позволяет хранить в себе гигантское количество маны для чрезвычайных ситуаций» — гордо воскликнул Гидеон, но увидев моё недовольное лицо, он побеждённо вздохнул.

«Хаймс… принеси подвески»

«Но мастер, они же сделаны для…» «Я знаю! Просто принеси их!»

В конце концов, Хаймс ушёл и вернулся, держа небольшую коробку с ещё более сложным замком.

«Вот несколько артефактов, которые я создал для королевской семьи. Они просили сделать обереги, которые помогут им в опасной ситуации»

Подняв одну из двух одинаковых подвесок, я осмотрел её. Подвеска была очень мягкой, сияла розовым цветом и оформлена цепочкой из белого золота.

«Над ней поработали мои лучшие дизайнеры, чтобы сделать вещицу… достойной для королевской семьи» — уточнил Гидеон.

Я влил немного маны в кулон и смутно увидел в нём очертания мана-зверя, о котором я лишь читал. «Оно сделано из виверны…» — пробормотал я.

«Как ты узнал это?» Гидеон пристально изучал меня взглядом, пытаясь понять, на что я ещё был способен.

Вздохнув, он продолжил: «Хотя виверны не так редки, как обычные драконы, они всё же являются мощными мана-зверьми класса S. Они известны за уникальную способность спасать свою жизнь. При опасности вокруг виверны образуется кокон из твёрдой розовой чешуи»

Это меня заинтересовало.

«Впрочем, это ещё не всё. Когда виверну окутывает купол, она использует всю накопленную ману, чтобы телепортироваться в безопасное место. Уникальная способность, присущая только вивернам. Эти две подвески – самые ценные мои артефакты. Камни в них сделаны из мана-ядра виверны и её костей, чтобы сохранить способности» — вздохнул Гидеон, закончив рассказ.

Я ещё более пристально взглянул на кулон и спросил: «И сколько раз можно использовать эффект?»

«Честно… я не знаю. Королевская семья подарила мне 5 ядер зверя, поколениями хранящиеся в недрах замка. Однако, они не знали, что делают эти ядра. Они просто знали, что ядра невероятно ценны. Ядра уже изучены и стоят гораздо дороже, чем обычные ядра зверей класса S. Первое из пяти ядер почему-то сломалось. Второе и третье показало свои способности и превратились в пыль. Думаю, мана-ядра смогут телепортировать человека как минимум раза два, прежде чем их запас маны истощится и они рассыплются, как предыдущие»

«Эти подвески созданы для королевской семьи, верно? Ничего, если я заберу их себе?» — спросил я.

«Ну, как я уже сказал, они не знают, что именно эти ядра могли делать, поэтому я просто сделаю другие обереги на замену. Конечно, если ты решишь продать свой проект за что-либо другое, то будет даже лучше»

«Ха-ха! Я не настолько глуп, мистер Гидеон. Я забираю эти подвески» С этими словами, я дописал на чертеже ключевые компоненты.

*Вздох* «Ты ставишь меня в трудное положение, однако, эти чертежи того стоят. Думаю, с этим наши люди смогут добраться до нового континента прежде, чем они достигнут нашего» Он изучил чертёж и аккуратно убрал его на полку.

Затем, Гидеон обернулся ко мне и медленно изучил меня взглядом, не как ребёнка, а как равного. «И как же ты всё-таки это придумал? И что ты планируешь на самом деле, Артур? Ты хочешь поскорее добраться до нового континента?» Взгляд учёного буквально молил меня ответить на его вопросы.

Я лишь рассмеялся и подтолкнул к выходу молчаливого Винсента, который всё ещё был сбит с толку таким поворотом событий. «Я же говорил, что я не так глуп, как кажется, мистер Гидеон. Я лишь хочу, чтобы моя сестра на день рождения получила достойный подарок» — крикнул я, запрыгивая в карету.

Почти всю дорогу домой Винсент молчал, и лишь под конец заговорил: «Ты не только талантливый аугментер, но ещё и гениальный изобретатель? Что именно ты начертил Гидеону?»

Я решил объяснить ему простыми словами: «Я нарисовал чертежи парового двигателя, который способен выдавать огромную мощность с помощью пара, работая на ресурсах, которые есть на этом континенте. С небольшими изменениями, он сможет работать и на мане, так что пересекать большие расстояния не будет проблемой»

*Вздох* «И в кого ты родился таким гением?» — качнул головой Винсент.

Я скромно улыбнулся и разглядывал подвески: «Ха-ха, да бросьте, я лишь украл чью-то идею и немного подправил её. Не нужно делать из мухи слона, когда будете рассказывать об этом родителям»

«Ну, твои родители, вероятно, не удивятся ничему подобному, учитывая, насколько ты необычен» — усмехнулся он.

К счастью, дома никого не было, так что я тщательно спрятал обе подвески. День рождения моей сестры наступит на следующей неделе, а через пару месяцев и мне стукнет 12 лет, а затем я пойду в академию Ксайруса. Хотя я буду жить неподалёку от своей семьи и часто буду посещать их, но всё же моей главной целью было позаботиться о том, чтобы мои родители смогли справится, если что-то случится.

Наверное, я всё слишком усложняю, но всё же иногда не мешает перестраховаться, когда дело доходит до моей семьи. За это я готов отдать даже свою душу.





Глава 41




Глава 41

Бальный зал поместья Хелсти был щедро украшен разноцветными шёлковыми шторами и украшениями на столах и сцене. Светящиеся шары на люстре создавали атмосферу безмятежности для гостей, приходящих через большие двери.

Я нарядился в официальный костюм для дня рождения Элли, который мы решили устроить с моей и семьёй Винсента. Хотя в этом мире тоже были официальные смокинги, как в моём старом мире, тут совершенно не знали о галстуках. Вместо них использовались платочки, модно завёрнутые под воротник.

Поскольку зал был расположен в противоположном крыле, Элли сидела в своей комнате и понятия не имела о готовящийся вечеринке. Она думала, что мы собираемся в ресторан и собиралась вместе с мамой и Лилией, которая приехала на праздник.

Сильвия спала в моей комнате, поскольку её тело всё ещё привыкало после превращения. Я пообещал ей принести немного мяса после праздника.

«Добро пожаловать. Пожалуйста, проходите» — нацепив джентльменскую улыбку, я поприветствовал подруг моей младшей сестры, которых она встретила в школе. Мама назначила меня на эту должность, хотя я и сопротивлялся.

Поздоровавшись с застенчивым хихиканьем и румянцем на лицах, они прошли на свои места и я продолжал встречать с улыбкой других прибывающих людей.

На праздник к сестре пришли её подруги и их сопровождающие, состоящие из друзей моих родителей или друзей Винсента и Табиты. К восьми вечера прибыло большинство людей из списка и горничная сообщила матери, чтобы они спускались вниз.

«Неужели нужно было одеваться так аккуратно и элегантно?» Я обернулся к двери и увидел Гидеона, одетого в коричневый и, по крайней мере, чистый халат с очками, висящими на шее.

«Мистер Гидеон, какой приятный сюрприз» Моя улыбка, похоже, спугнула его, поэтому он что-то пробурчал себе под нос и ответил: «Вы ведь знали, что я снова захочу встретиться с вами, не так ли?»

Моя улыбка не дрогнула и я проводил его к столу с закусками. «Я признаю, было неожиданно увидеть вас на дне рождения моей сестры, чтобы поговорить со мной»

«Ха! Да, и нам нужно о многом поговорить! Не забывай, я не оставлю тебя, пока не буду доволен!» Он опять начинает что-то ворчать под нос и начал требовать у бармена алкогольные напитки.

Элайджа, которого я недавно видел возле девушки чуть старше меня, подошёл ко мне.

«Я в третий раз пытаюсь познакомиться с девушкой, но они каждый раз находят любезное оправдание, чтобы куда-нибудь отойти… эх…» — удручённо вздохнул он, отчего его очки немного покосились.

Прежде чем я начал насмеха… утешать его, громкий голос прервал все беседы:

«Будьте готовы, сюда идут леди Элис и Элеонора!» — прокричала горничная и погасила все огни.

«… мама, я думала, что мы пойдём на ужин. Где мы…»

СЮРПРИЗ!!!

Люстра заискрилась и из неё появились множества красочных огней, высветив на лице сестры сначала удивление, а потом радость. От удивления раскрыла рот, прикрыв его руками.

Но слишком долго удивляться ей не позволили подруги, налетев всей толпой и обнимая её.

«Хорошо поработал, приветствуя гостей, Арт» — сказала моя мама и погладила меня по голове. Затем, её друзья куда-то позвали её и я остался у стола один. Оглядевшись, я увидел своего отца, стоящего рядом с Винсентом и другими деловыми фигурами в шикарных костюмах, говорящих о работе и другие малоинтересные темы.

Официанты бродили по залу и раздавали различные закуски и напитки. Я жевал бутерброд и услышал, как отец прозвенел вилкой о бокал.

«Кхм! Перед тем, как праздник официально начнётся, я хотел бы поблагодарить вас всех от имени моей драгоценной дочери за то, что пришли сюда!» После слов отца, я заметил, как сестра смущённо покраснела, а её друзья хихикали и хлопали в ладоши.

«Музыку!» — крикнул отец, подавая сигнал для музыкантов, выходящих на сцену со своими инструментами. Удивительно, но инструменты выглядели также, как и в моём старом мире – две скрипки, альт, виолончель и пианино. Пианино было немного другим по форме и при игре звучало гораздо глубже и богаче, чем обычный рояль.

«Я бы очень хотел увидеть первый танец моего любимого сына и дочери!» Щеки моего отца немного покраснели, наверняка от алкоголя, потому что он только что сказал то, что потенциально может иметь катастрофические последствия. Мама поражённо и панически посмотрела на нас, потому что ни она, ни мой отец никогда не учили нас танцам.

Я заметил испуганное лицо сестры, когда она поняла, что может стать объектом насмешек на собственном дне рождения. Сохраняя спокойствие, я уверенно пошёл к своей сестре и её друзьям.

«Не окажешь ли ты мне честь потанцевать с тобой?» — сказал я, склоняя голову и выставив руку. От её друзей я слышал насмешки, но игнорировал их.

Элли по-прежнему не могла найти слов и поэтому просто кивнула, взяв меня за руку.

Как только она взяла меня за руку, толпа обступила нас вокруг и их аплодисменты затихли, давая мягкому потоку музыки заполнить комнату. Музыка, медленная и ритмичная, позволяла легко танцевать под неё. Элли, сперва паниковавшая, постепенно успокоилась, поняв, что нужно просто повторять за мной. Правой рукой я держал её руку, а левую нежно обхватил её за талию. Мы грациозно кружили по кругу в вальсе. Я танцевал спокойно и грациозно под музыку, как и полагалось королю на любых официальных мероприятиях. Раз я не мог опозориться перед своим народом раньше, и теперь не могу.

Сестра наконец-то успокоилась и начала получать удовольствие от танца. Её улыбка светилась, радуя толпу. Мы так кружились вокруг, что у всех сложилось впечатление, будто мы давно репетировали это грандиозное исполнение. Когда последний куплет мелодии подходил к концу, она последовала моим указаниям и красиво остановилась, синхронно с окончанием музыки.

Под аплодисменты и одобрительные возгласы зрителей, и даже под небольшой пьяный свист, мы оба взялись за руки и поклонились.

«Это замечательно!» «Поистине великолепно!» «Какой замечательный танец!» Отовсюду неслись комплименты, отчего улыбка моей сестры стала ещё шире.

«Брат!» Сестра не смогла удержать волнения и прыгнула на меня, обвив шею руками.

«Ничего себе! Это было здорово! Где ты так научился танцевать, Арт?» — сказал Элайджа, подбегая к нам. Его узкие глаза блестели от слёз под очками.

Я просто пожал плечами погладил сестру по голове. «Счастливого дня рождения» — игриво подмигнул я, прежде чем мой отец поднял её на руки.

«Ха-ха! Мои замечательные дети! Какой чудный танец!» Отец, похоже, выпил ещё больше, поскольку был ещё краснее, чем раньше.

«АУ-АУ-АУ-АУ!» Он выпустил сестру из рук, когда мать потащила его в сторону, схватив за мочку уха. «Ты хоть понимаешь масштабы всей катастрофы, если бы Арт не умел танцевать?» — прошептала она, поставив ударение на «если бы»

«Я научился у Жасмин, будучи авантюристом. И даже не предполагал, что это будет полезно!» — объяснил я, отводя от себя подозрения.

«Всё в порядке, в порядке!» — прохрипел он. Моя сестра пошла к своим друзьям, а мама, все ещё злясь на опьянённого отца, отвела туда, где взрослые.

ОТ ЛИЦА ЭЛЕАНОРЫ ЛЕЙВИН:

«Твой брат такой красавчик! Я так тебе завидую! Я хотела бы, чтобы мой брат был похож на него. Он такой милый» Мои друзья из школы всё время раздавали мне и брату комплименты после танца.

Я гордилась, что была его сестрой. «Хе-хе! Я же говорила вам, что он великолепный!»

«Да, он удивительный! Уверена, вы оба много тренировались для этого танца! Он наверняка ТАКОЙ ТЯЖЁЛЫЙ» — взволнованно сказала моя лучшая подруга Николь.

«Эм… Да! Но у нас был очень хороший учитель, поэтому мы быстро выучили его!» — соврала я. Думаю, они не должны знать о том, что только брат знал, как надо танцевать, а не наоборот.

Моё сердце всё ещё не успокоилось после танца. Это было действительно утомительно, но и очень весело, поскольку брат так хорошо вёл меня в танце, что я почувствовала себя профессиональным танцором.

«Ты слишком сильно улыбаешься, Элли» — ухмыльнулась Николь, толкнув меня в руку.

«Хе-хе! Давайте поедим!» Нужно чем-то заняться, чтобы другие ребята не пригласили меня на танец.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Я сидел в углу, держа в руке стакан яблочного сидра. Из-за танца ко мне подходили всё больше взрослых и сопровождающих, чтобы поприветствовать меня и намекнуть на ещё один танец. Надевать улыбку и говорить более высоким тоном, чем обычно, для уважения уже утомляло.

Оглядевшись, я заметил Элайджу, танцевавшего с девушкой, которая была примерно моего возраста, может, на год помладше. Наверное, одна из подруг моей сестры. Думаю, ему наконец-то удалось.

Светловолосый высокий мальчик опёрся на стену рядом со мной и сказал: «Эй, вы, должно быть, Артур, которого все хвалят»

«Ха-ха, да, наверное, это я» — слабо улыбнулся я, сделав ещё один глоток моего сидра.

«Все мои друзья завидуют тебе за то, что ты украл внимание всех здешних девочек» — сказал он, протянув руку, — «Меня зовут Джаррод Реднер. Я много о тебе слышал от Лили»

«Ах, так ты из Ксайруса. Как ты уже знаешь, я Артур Лейвин, приятно познакомиться» Я пожал ему руку и заметил Лили, приближающуюся к нам.

«Предполагаю, что ты с ней встречаешься или влюблён в неё и именно поэтому пришёл сюда?» — сказал я, понизив голос.

«Не в бровь, а в глаз, да? Верно, мы участники совета, но она секретарь, а я казначей. Я добиваюсь её и уже много раз пытался произвести на неё впечатление»

«Она хоть и выглядит немного простоватой, но Лили – хорошая девочка. Надеюсь, ты будешь ценить её» — сказал я.

На его лице пробежало разочарование и он ответил: «Ну а я надеюсь, что у меня будет шанс начать встречаться с ней, поскольку пока что она отвергала меня все три раза»

«Эй, Артур! Мне так жаль, что я не успела пораньше поздороваться с тобой! Я была так занята подготовкой!» Её лицо разрумянилось и она говорила так быстро и взволнованно, что я начинаю понимать, почему Джаррод подошёл ко мне.

«Я оставлю вас наедине» Джаррод ушёл от нас, а в его глазах пробежал намёк на ревность.

«Ты сегодня прекрасно выглядишь» — спокойно сказал я, ударив свой бокал с сидром о её бокал.

«Ох… то есть, спасибо!» Лили очень нервничала, то и дело поправляя своё светло-зелёное платье с тонкой украшенной оборкой. Я не видел её с тех пор, как она начала посещать академию Ксайруса. За эти полтора года Лили подросла и её лицо постепенно становится более изысканным.

Мы начали говорить на разные темы, в основном о её школьной жизни. «Должно быть, ты довольно популярна в академии» — начал я дразнить её, — «У тебя есть парень?» Даже моя сестра иногда рассказывала мне о мальчиках, которые влюблены в неё, злорадствуя о своей популярности.

«Н-нет, конечно нет! У меня нет никого на примете, ха-ха» Лили так отчаянно замахала руками, отчего я рассмеялся.

«Ты ещё молода и встретишь правильного парня. Но сперва лучше приведи его ко мне, чтобы я смог его одобрить для дальнейших отношений»

Лили печально отвела взгляд, но быстро взяла себя в руки, говоря: «Да, конечно! Но не будь слишком строгим судьёй!»

«Кхм, не возражаешь, если я позаимствую этого мальчика?» — сказал подошедший к нам Гидеон со свойственными ему манерами…





Глава 42




Глава 42

Его вопрос застал Лили врасплох, но она ответила:

«К-конечно! Увидимся позже, Арт!» Она махнула мне на прощание и убежала к Элли, оставив меня наедине с Гидеоном.

«Ты знаешь, что все девочки твоего возраста, присутствующие здесь, влюблены в тебя?» — сказал он, почесав щёку.

Я просто ответил: «знаю», но он всё продолжал расспрашивать: «Вы двое, кажется, созданы друг для друга, хотя, ты ничего не предпринимаешь»

«Она чувствует ко мне не любовь, а благодарность за изменение её жизни. Не знаю, как сейчас, но позже, в будущем, я уверен, что она сможет различать эти два чувства»

Он сделал небольшой глоток из своего бокала с вином и сказал: «Звучит как-то тщеславно»

«Для неё, я что-то вроде героя, спасшего её жизнь. У неё могут быть фантазии об отношениях между нами, как и у любой молодой девушки о своём кумире, но это не значит, что она влюблена в этого человека. Но так или иначе, я уверен, что вы пришли сюда не обучать меня любви. Что вы хотели обсудить?» — сказал я, чуть серьёзно.

Он сменил тему и присел на пол, прислонившись к стене: «Хах… почему-то мне кажется, что я разговариваю со своим ровесником. Но да, ты прав. Кстати, твоей сестре понравился подарок, который ты так любезно взял у меня?»

«Выкупил, а не взял. И я пока что его не подарил ей. Позже.»

«Ну ладно. После небольшой доработки чертежей и создания плана, я отправил их на Совет Дикатена. Они одобрили его и начали согласовывать строительно-монтажные работы» — серьёзно сказал он, избавившись от шутливых манер.

После создания Шести Копий, три короля и королевы Дикатена собрались вместе и объявили общественности, что нынешняя монархия каждого из трёх королевств меняется для создания единого Совета Дикатена. Это решение не обсуждалось и поэтому появились какие-то группы людей, которые противились решению.

«Поздравляю. Уверен, они щедро отблагодарили вас за это» — ответил я.

«Пфф. Деньги – лишь средство для достижения цели. Золото – это бесполезный товар, за который можно покупать действительно полезный материал. Но ты – ценен сам по себе. Что ты хочешь, паренёк? Денег? Власти? Знаний? Я могу дать тебе всё, если ты расскажешь мне обо всём, что знаешь» Его глаза-бусинки блестели от любопытства.

«Я не собираюсь изменять мир ради собственного блага. Этот континент справится и без моих знаний» — парировал я, чётко обозначая свои намерения.

«Так ты говоришь, что у тебя есть идеи, способные изменить этот мир? Невероятно…» Он услышал лишь то, что сам хотел.

Наполнив маной свой голос, я тихо рыкнул, чтобы только он смог меня услышать: «Мистер Гидеон, скажу прямо, я не собираюсь потакать вашему эгоистичному любопытству»

Мой тон немного испугал его.

«Знаешь, это меня немного отрезвило. Да, думаю, ты прав. Как насчёт взаимовыгодного обмена? Я не буду выпрашивать у тебя великие идеи, наподобие парового двигателя. Я просто хочу знать твои идеи. И буду твоим личным благодетелем – достану всё, что тебе нужно. Я и вправду в отчаянии, мальчишка, не заставляй старика умолять тебя» — на этот раз его голос звучал искренне.

Именно этого я и хотел, но всё же не стал так быстро сдаваться. «Я могу верить вашим словам?»

«Конечно! За кого ты меня принимаешь!? Я человек слова. Ты очень любишь семью и теперь я понимаю, почему ты так заинтересовался подвесками из виверны. Может быть, я не великий маг, но я знаю всё о артефактах и теории магии. Чёрт, тебе нужна помощь со школой? Да? Я всё сделаю» Его блестящие глаза и вздыбленные волосы придавали Гидеону ещё более жалкий вид.

Я по-деловому улыбнулся ему и пожал руку.

Праздник закончился после того, как прозвенел звонок, извещающий о наступлении полночи. После танцев, еды и напитков, гости потихоньку начали расходиться, пока горничные убирали зал.

Мои родители подарили сестре пару красивых бантов, украшенные декоративными серебряными колокольчиками. Они так понравились сестре, что она тут же попросила маму заплести ей косички, чтобы поскорее надеть банты.

Элли была очень расстроена тем, что «Два Рога» не смогли прийти на праздник, поскольку сейчас были в подземелье.

«С днём рождения, сестрёнка» — сказал я и вручил ей одну коробку, а другую передал своей матери.

«Вау! Красота!» Сестра была в восторге от драгоценного ожерелья. И ей лучше не знать, сколько оно стоит на самом деле.

«Э-это великолепно…» Реакция моей мамы была даже сильнее, чем у сестры, когда она увидела светло-розовый камень на цепочке из белого золота.

«Всегда носите их, ладно?» — сказал я им.

«Где ты это достал, сын?» Отец всё ещё был немного навеселе, но более-менее пришёл в себя.

«Ты же видел, что я недавно ходил к мистеру Гидеону, верно? Он берёт меня в ученики и дал мне это, в знак нашей плодотворной работы» Это была почти что правда.

«Ну, тогда мне придётся встретиться с ним ещё раз и поблагодарить его за заботу о тебе. Не могу поверить, что наш мальчик скоро пойдёт в академию Ксайруса! Надери им там всем задницу, ладно? АУ!» Мама вновь дёрнула его за ухо и обняла нас с сестрой.

«Спасибо тебе за этот подарок. Мы всегда будем их носить, да, Элли?»

«Да!» Она так счастлива. И в безопасности. Это то, что действительно было важно для меня.

После дня рождения сестры, моя повседневная жизнь была очень однообразной. Мой день рождения прошёл примерно так же, и хотя «Два Рога» опять не смогли прийти, поскольку их послали на разведку вглубь континента, мы получили сообщение в гильдии, что с ними всё в порядке. Мой день рождения отмечали не так шикарно, как у Элли, но я не возражал.

Пришли лишь несколько друзей моей и семьи Хелсти. Как и, конечно же, Гидеон. Он дал мне именно то, что я просил – блокиратор элементов.

«Этот браслет хоть и выглядит безвкусно, однако, он позволяет скрыть ваши элементы маны. Но будьте осторожны, поскольку это лишь прототип. Каждая из двух полосок позволяет скрыть нужный вам элемент маны так, что никто не сможет их прочувствовать. Боже… не верится, что ты квадро-элементный аугментер, но…»

За последние несколько месяцев я немного сблизился с Гидеоном, и, хотя он был довольно эксцентричным и причудливым, он проявлял себя хорошим и надёжным человеком. Я не стал ему обо всём рассказывать, ограничившись лишь знанием о моих магических способностях, которые он отказывался даже воспринимать.

Мой день рождения, в целом, прошёл тихо и скромно. Мы с Элайджей быстро вернулись к тренировкам, и хотя его способности стали гораздо менее мощнее, чем раньше, он теперь смог более искусно манипулировать маной и своими элементами земли и металла. Ему по-прежнему предстоит ещё многому научится, но у него ещё есть время, чтобы догнать меня.

Моё же обучение шло постепенно. Я планировал использовать только элементы земли и воздуха, которые составляют примерно лишь 20% всех моих сил, но это не значит, что я не собираюсь выделяться в академии среди заурядных студентов. Почему бы не воспользоваться преимуществами симпатичного двойного элементного аугментера? Моя семья должна ведь гордиться мной, верно?

Элайджа хотел поскорее пойти в академию сильнее, чем я, неоднократно болтая о какой-то «сексуальной» подруге, которую он там встретит. Я постоянно ему говорил, что нам только 12 лет и девушки в таком возрасте не «сексуальны», но он пропускал это мимо ушей, заявляя, что будет встречаться с девушками постарше.

Обучение моего отца шло гораздо медленнее, после того, как полностью исчерпал всё из ядра мана-зверя, но ему удалось улучшить свои огненные навыки и его пламя стало светло-оранжевым, а не красным, как у других огненных аугментеров.

Как я и ожидал, зверь никак не отреагировал на Элайджу, когда я дал ему ядро. Он даже ничего не почувствовал, удивляясь, зачем я до сих пор храню ядро.

Элли нравилась её школа и она часто гуляла со своими подругами. Мама и Табита наслаждались свободным временем домохозяек. Не знаю, как долго это продлится, но я готов отдать свою жизнь ради того, чтобы всё было в порядке.

Настал знаменательный день, который отмечал весь Дикатен, когда первый корабль с паровым двигателем под названием Дикатеус отправился в путешествие на другой континент, но этот день для меня и Элайджи запомнился ещё одним событием.

Это наш первый день в академии Ксайруса.





Глава 43




Глава 43

«ПРОСЫПАЙСЯ!»

«АЙ!» Элайджа с силой стукнул меня по груди руками так, будто бы воскрешал труп.

Спросонья, я бросил в него Сильви в надежде, что она защитит меня от агрессивного соседа.

«АААА! СИЛЬВИ, БОЛЬНО!!!» Как и ожидалось, напуганная Сильвия начала царапать лицо Элайджи до тех пор, пока не успокоилась и уселась рядом со мной.

«Тебе нужно было придумать более спокойный способ, чтобы разбудить меня» — проворчал я, потирая живот.

«Ты же сам знаешь, как трудно тебя разбудить и потом швыряешься Сильвией. Даже если она сейчас в миниатюрной форме дракона, ты хоть знаешь, как остры её когти?» Он поморщился, дотрагиваясь до мелких царапин, оставленных Сильви.

Элайджа столкнул меня ногой с кровати и начал одеваться: «Короче! Если ты не поспешишь сейчас, то мы опоздаем. Я уже вымылся, так что сейчас твоя очередь. Шевелись!»

«Пойдём мыться, Сильвия!» Я подхватил своего питомца и направился в ванную.

“Неееееет… папа, я не хочу в душ! Я чистаяяяя!” “Кюююю…” Отчаянные завывания Сильвии я старался пропускать мимо ушей, волоча её в душ. После превращения, её чешуйчатая кожа стала больше похожа на мех, притягивая грязь, словно магнит, поэтому её просто было необходимо мыть почаще.

«Брат… ты не спишь?» Элли заглянула в нашу комнату, когда мы переодевались. Элайджа хотя бы был полностью одет, а вот я стоял в одних трусах.

«Как тебе мои мышцы?» — сказал я, разминая своё тело, как профессиональный штангист.

«Фу… у тебя, братец, лишь кожа да кости» — ответила она, будто бы разочарованная тем, что у неё есть такой брат, как я.

Пфф… а вот когда мы танцевали, она думала иначе. Как же быстро она растёт.

«Скорее одевайтесь и спускайтесь на завтрак, ребята!»

Униформа, которую мы были обязаны носить в академии Ксайруса довольно непроста. Я надел белую рубашку, серую жилетку, бордовый галстук и отлично скроенные тёмные брюки. Также, ради придания благородного вида, к нагрудному карману жилета крепились золотые часы.

А вот униформа Элайджи, с другой стороны, выглядела очень элегантно. Чёрный пиджак с белой рубашкой отлично сочетался с чёрными брюками. Вместо платка, он носил что-то похожее на галстук. На чёрном галстуке выделялась одна белая полоса, показывающая, что он является студентом-первогодкой. На его рубашке был вышит значок с мечом и жезлом, придавая Элайдже лихой вид.

Вместо привычных инструментов заклинателей, Элайджа смастерил две перчатки, в которых указательный и безымянный пальцы были соединены тонкой чёрной цепочкой, придавая ему готический вид, особенно теперь, когда он прикупил новые модные очки. Он ясно дал понять, что совсем скоро он найдёт себе девушку, поэтому гордился своим прикидом, хотя всё же иногда ворчал под нос, что несмотря на все свои старания, он не так хорош, как я.

Что я могу сказать? Спасибо маме и папе за гены.

Взглянув на зеркало, я оценил, насколько я и Элайджа физически окрепли за последнее время. Некогда бывший ботаником Элайджа теперь приобрёл резкий и холодный взгляд, противоречащий его личности.

Что касается меня, то мои глаза насыщенно-сапфирового цвета, казалось, почти светились. Волосы приобрели огненно-рыжий цвет, хорошо контрастирующий моим глазам. Каковы шансы, что мои черты характера определялись двумя базовыми элементами, которые во мне преобладают? Мои черты лица были намного мягче, чем у Элайджи. Я был добрым и мягким, а он выглядел уравновешенным и элегантным.

Я внимательно рассматривал своё лицо, будто бы оно не было моим. Даже по прошествии 12 лет, я всё ещё не мог привыкнуть к новой внешности.

«Ты уверен, что сделал правильный выбор, Арт? Не могу поверить, что ты хочешь учиться на учёного мага. Я думал, что ты будешь учиться вместе со мной на боевого мага» — сказал Элайджа, укладывая свои короткие чёрные волосы.

«И я не могу поверить, что ты пошёл учиться в академию Ксайруса на боевого мага только потому, что там больше симпатичных девушек» — ответил я, крепко хлопнув его по спине.

«Заткнись… ещё посмотрим. Новый и улучшенный Элайджа точно заполучит такую удивительную девушку, что ты будешь пускать слюни от зависти!» Он ещё раз взглянул на себя в зеркале и поправил пиджак. Удовлетворившись своим внешним видом, мы пошли вниз. Сильви запрыгнула ко мне на голову, ухватившись своими коготками за кожу, отчего я слегка забеспокоился о преждевременном облысении.

«Вы что-то очень долго собирались! Собираетесь на кого-то произвести впечатление?» — погрозила нам пальцем мама, отчего она и Табита засмеялись.

«Доброе утро, мальчики. Скорее садитесь за стол. Лили сегодня будет выступать на сцене, поскольку состоит в студ-совете. Должно быть, она нервничает, поэтому подбодрите её» — сказала Табита.

Я набил полный рот овсянки и фруктов и, тщательно пережёвывая, сказал маме: «Вижу, ты всё ещё носишь то колье, которое я подарил тебе»

«Да, оно очень красивое. Жаль, что твой отец хотя бы наполовину не такой, как ты…» — вздохнула она, поглаживая подвеску из виверны.

Элли наклонилась вперёд и взволнованно сказала: «Все мои друзья завидуют мне! Надеюсь, ты ещё будешь дарить мне нечто подобное, правда, братик?»

«Надеюсь, в будущем ты будешь давать мне повод, чтобы я дарил тебе подарки»

«Эх… тётя Элис, можете немного подлечит моё лицо? Не хочу, чтобы эти царапины испортили мой дебют в академии» Он посмотрел на Сильви и показал ей язык.

«Пфф. Всё ещё боретесь с Сильви? Ладно, иди сюда, дай я на них взгляну» Мама вытянула руку перед лицом Элайджи и прошептала небольшое заклинание. Небольшое свечение вытекло из её пальцев и несколько мгновений спустя, небольшие царапинки на лице исчезли, отчего Элайджа расслабленно выдохнул.

«Спасибо, тётя Элис» — сказал он и продолжил завтракать.

Отец зашёл к нам на кухню и по его виду можно было понять, что он только что тренировался. «Извините, что опоздал на завтрак! Сегодня я почувствовал прорыв!» — сказал он, взволнованно посмотрев на нас с Элайджей, — «Вау… мальчики уже сегодня идут в академию. Не могу поверить. Похоже, мы хорошо воспитали Артура, верно, дорогая?»

«Что значит мы? Это я его так воспитала» — с гордостью ответила мама.

«Пфф… а когда он попадает в неприятности, то виновато моё воспитание» — сказал отец, отчего мы все засмеялись.

На завтраке не было Винсента и Лили. Она должна была уехать обратно в академию на несколько дней раньше нас, чтобы подготовиться, а Винсент всё реже появлялся дома, поскольку его включили в состав комитета по настройке корабля, Дикатеуса, который сегодня должен был отчалить.

«Я был немного удивлён, когда услышал, что ты хочешь учиться в академии Ксайруса на учёного мага, Арт» — произнёс папа, жуя омлет.

«Конечно, оба варианта хороши, но боевые маги, обычно, получают всё славу» — вздохнула Табита. Лилия училась на боевого мага, несмотря на несогласие Винсента и Табиты. Оба хотели, чтобы Лили стала учёным магом, поскольку это гораздо безопаснее, но она хотела сделать себе имя.

«Ха-ха, не волнуйся, я всё равно буду ходить на занятия по боевому манипулированию маной, хотя меня вряд ли многому там смогут научить, разве что некоторым тактикам боя» — улыбнулся я.

«Вряд ли многому там могут научить… если бы тебя услышали другие студенты, то наверняка бы побили… хотя погоди, они даже не смогут побить тебя» Элайджа засмеялся, представив драку в академии, если бы кто-нибудь осмелился драться со мной.

«Пожалуйста, постарайся не ввязываться в конфликты, Артур. Множество детей из очень влиятельных семей ходят в эту академию. Ты же не хочешь создавать проблемы для семьи Табиты» — упрекнула меня мама.

«Не волнуйся! Я постараюсь рассчитывать свои силы, когда буду бить других людей» — ответил я, поднеся ложку овсяной каши к мордочке Сильвии. Мама только покачала головой, а отец засмеялся.

«Мистер Артур, мистер Элайджа, возничий говорит, что нужно поторапливаться, если вы хотите успеть на церемонию посвящения» — сказала горничная, поклонившись нам.

«Ну, поехали!» Элайджа доел последние кусочки ветчины и накинул свой чёрный пиджак.

«Мама, Элли, прежде чем я уеду, мне нужно, чтобы вы подошли ко мне и выставили указательные пальцы» — сказал я.

«Зачем?» Мама вопросительно посмотрела на меня, но всё же дала мне палец, а сестра последовала её примеру. Я создал маленькое лезвие на кончике своего пальца и быстро ткнул в их пальцы, отчего на их кончиках появилась маленькая капелька крови.

«Коснитесь кровью колье» — мой серьёзный голос подчинил их, несмотря на первоначальное удивление. Обе помазали указательными пальцами по подвескам и кровь впиталась в камни.

«Теперь, эти ожерелья привязаны к вам и только вы сможете их носить. Оно защитит вас в случае, если меня или папы не будет рядом. Но всё равно будьте осторожны без меня, ладно?» Я крепко обнял свою семью на прощание и вышел.

«Будь хорошим мальчиком и не беспокойся о нас. Приезжай, когда сможешь и держи нас в курсе новостей!» — вслед крикнули родители.

«Ваш багаж уже в карете» — сказал водитель, открывая для нас двери.

Элайджа поднял палец вверх, будто бы делая заявление, и крикнул: «Едем в Академию Ксайруса!»

До академии Ксайруса мы доехали быстро, но кампус был настолько огромен, что мы через него ехали дольше, чем по городу.

По пути мы видели другие экстравагантно украшенные кареты, некоторые даже в два раза длиннее, чем наша, а в других запрягали низкоуровневых мана-зверей.

«Хм… одни понты» — проворчал Элайджа, глядя на выходящих из карет студентов, украшенных оружием, показывающих их класс.

Наша карета тоже была роскошной, но только по мнению простолюдинов. По сравнению с другими богато украшенными экипажами знатных людей, наша выглядела простой телегой.

«Мистер Артур, мистер Элайджа, мы прибыли» Возничий открыл нам двери, и мы глубоко вдохнули воздух студгородка.

«М-да… воздух здесь такой же, как и везде… а я думал, что он будет повкуснее» — причмокивая, сказал Элайджа.

«Не глупи» Я подтолкнул друга вперёд, и мы пошли вслед за толпой студентов по главной мраморной дорожке.

«Матерь божья…» Элайджа присвистнул, глядя на здание, возвышающееся перед нами. Огромное белое строение глубоко поразило меня.

«Пойдём внутрь» — сказал я и мы вошли в здание вместе с другими новенькими студентами, тоже впервые посещающие академию.

Зайдя внутрь, я поморщился от того, как громко здесь было. Тысячи студентов болтали со своими друзьями, знакомыми и только что встретившимися людьми.

«ДАВАЙ ГДЕ-НИБУДЬ ПРИСЯДЕМ!» Мне приходилось кричать, чтобы Элайджа, стоявший рядом, смог меня услышать. В конце концов, мы нашли удобные места в середине зала.

Осмотревшись повнимательнее, я удивился тому, как много гномов и эльфов поступили в академию и болтали с окружающими.

Элайджа взволнованно озирался по сторонам, разыскивая родственные души среди толпы. «Вау, я никогда ещё не видел эльфов вживую. Похоже, и вправду все три расы теперь смогут учиться в академии Ксайруса»

Скучно оглядывая толпу, я посмотрел на сцену, которая всё ещё пустовала. Внезапно, воздух перед трибуной на сцене резко размылся и вновь собрался, после чего на сцене появилась Директор Гудскай. На этот раз на ней не было той огромной шляпы, которую она носила 4 года назад. Теперь же, она надела элегантное белое платье. Её глаза были закрыты, но когда она их открыла, то от её взгляда по моей спине пробежали мурашки. Улыбаясь, Синтия медленно подняла руку, всё ещё глядя мне в глаза.

Когда директриса появилась на сцене, студенты загалдели ещё оживлённее, но как только рука Синтии поднялась на уровень головы, внезапно, возникла мёртвая тишина.

У всех студентов было неподдельное удивление на лицах, поскольку они всё ещё продолжали разговаривать, но из их губ не было слышно ни звука.

«Извините меня за такую грубость, но я не люблю перекрикивать» — сказала она мягким, приятным голосом так, что её было слышно даже на задних рядах.

«Приветствую всех собравшихся здесь будущих руководителей, учёных и воителей Дикатена в нашей скромной академии. Меня зовут Синтия Гудскай, но пожалуйста, зовите меня просто директрисой Гудскай и не бойтесь подходить поздороваться, когда заметите меня в кампусе. Я не умею произносить длинные речи, так что я просто представлю вам студенческий совет, который представляет нашу академию и принимает участие в важных решениях вместе со мной. Пожалуйста, поприветствуйте их» Она махнула рукой и к ней вышли члены совета.

Первым я увидел Джаррода, держащегося уверенно и смотрящего прямо перед собой. Его милая мордашка вызвала волну пронзительных девичьих криков из зала. Из-за его спины вышел весёлый, очень игривый паренёк и помахал аудитории, сияя яркой улыбкой.

«Смотри, смотри! Там Лили! Мы должны поддержать её!» Элайджа встал со своего кресла, и мы прокричали её имя. Ранее застенчивая Лили теперь уверенно и спокойно шла до центра сцены, поправляя свои банты. Хотя она никак не могла видеть или слышать нас, мы всё равно кричали, стараясь приободрить подругу.

За ней вышел высокий студент с длинной чёлкой. Его серьёзное лицо, атлетичное тело и острый, даже острее, чем у Элайджи, холодный взгляд вызвал ещё одну волну аплодисментов восхищённых девушек.

Наконец, последней вышла девушка, заставившая всю толпу замолчать от удивления. Запоминающиеся бронзово-серебряные волосы, отражающие свет, подчёркивали её персиково-кремовый цвет лица. Она повернулась лицом к публике так, что её круглые, бирюзовые глаза покорили сердца всех мальчиков в этом зале.

Ей сейчас было всего 13 лет… верно?

Мне трудно было поверить в то, что девушка, которую я запомнил лишь маленьким созревающим ребёнком, могла так удивить меня. Её всё ещё детское лицо никак не могло скрыть природную красоту, выделяющуюся в сравнении с остальными.

Она была чуть выше Лили, но короче рядом стоящего серьёзного парня. Она держалась увереннее и значительнее других на сцене. Сделав глубокий поклон, она заправила волосы за уши и, без эмоций на лице, сказала:

«Меня зовут Тессия Эралих и для меня большая честь стоять здесь, как президенту студенческого совета этой академии»





Глава 44




Глава 44

Абитуриенты всех трёх рас, болевшие за каждого члена студенческого совета, молча наблюдали за Тесс. Своими бронзово-серебряными волосами, колышущимися за спиной, и грациозной походкой, она в одиночку заставила замолчать весь зал.

После того, как она поклонилась и заправила волосы за уши, разразился гул аплодисментов. Женщины и мужчины ликовали от восторга. Когда Тесс начала говорить, все ребята, сидящие в зале, замолкли и старались заткнуть других, чтобы услышать её голос.

«Меня зовут Тессия Эралих и для меня большая честь стоять здесь, как президента студенческого совета этой академии»

Вновь раздались аплодисменты, толпа приветствовала нашего прекрасного президента. Сидящий рядом со мной человеческий мальчик прошептал своему другу:

«Это принцесса Эралих, о которой я говорил. Мой старший брат, который здесь учится, рассказал мне, что с прошлого года она была личным учеником директрисы и с сегодняшнего дня будет учиться вместе с нами!»

«З-значит, она первый не-человек, поступивший в академию. Погоди-ка… она только что поступила и уже является председателем студсовета? Как такое возможно?» — довольно громко сказал его друг, которого я не видел.

«Да, я тоже удивился этому! Вроде, говорят, что она якобы супер-гений…»

«Она чертовски красива и очень талантлива? Ну ничего себе…»

«Интересно, что мне нужно сделать, чтобы она хотя бы посмотрела на меня?»

Все в аудитории болтали о Тессии. Мужчины мечтали о ней, как о недосягаемой звезде, а женщины восхищались ей и завидовали. Сильвия разглядела Тесс на сцене и закрутилась на моей голове.

«Кюю…» “Папа! Это мама! Она там! Пойдём, поздороваемся!” Сильвия запрыгала на моей голове, так что я взял её на руки и обнял.

“Разве это твоя мама?!” Конечно, Тесс довольно сблизилась с Сильвией после её вылупления, так что я могу понять, почему она так её любит… но «мама»?

«Вау…» Элайджа, на которого я не обращал внимания, крепко вцепился в мою руку, как будто бы падая в обморок. Несмотря на его умный вид, сейчас он вёл себя, как идиот.

«Ты в порядке, Элайджа?» Я слегка толкнул его голову, но та отскочила, будто у болванчика.

«Арт… думаю, я влюбился» Его ладонь, державшая руку, теперь вцепилась в мою ладонь, как будто бы он представлял, что держит Тессию, вместо меня.

Так, ну это уже ни в какие рамки. Я попросил Сильвию, и она быстро укусила его за ухо. Элайджа начал кричать, больше от удивления, чем от боли.

«Ой, прости…» — сказал он и отцепил Сильви от уха. Затем, он отпустил мою руку и снова сфокусировался на сцене.

Вновь утихомирив толпу, чтобы дать Тессии начать речь, директриса Гудскай тихо исчезла.

Тессия на удивление говорила достаточно красноречиво. Ей было всего 13 лет, но она уже могла завладеть вниманием толпы парой слов. Она рассказала о принципах академии, о том, что эта святая земля и студенты могут свободно ходить по ней в полной безопасности. Тессия также подчеркнула, что будут проведены дисциплинирующие меры, если кто-то обидит студента вне разрешённой дуэли.

«Хотя я тоже как и вы впервые поступаю в академию, за прошедший проведённый здесь год я узнала о глубоко внедрённой дискриминации магов-учёных студентами, обучающимися на боевых магов. И я не допущу любого вида агрессии, основывающегося на этой дискриминации» — говорила с трибуны Тессия.

Толпа немного заволновалась, услышав заявление о трудностях, с которыми можно столкнуться, обучаясь на учёного мага.

«Начиная с этого года, два первых курса студенты будут получать общее образование, как учёные маги и как боевые. После этого, у вас будет возможность сменить свою специализацию, пройдя довольно сложный тест» Из-за этого заявления в толпе студентов образовались несколько недовольных групп. В то время, как Элайджа и я не проходили начальные экзамены для поступления, другие ученики, независимо от происхождения, сдавали проверочный тест на учёного или боевого мага.

Чтобы быть учёным магом, нужно было знать только базовые основы магии – её сбора. Абитуриентам на эту специальность приходилось выполнять письменный экзамен, дабы показать свои умственные способности и пройти очень простую практическую часть. У боевых магов практический экзамен был гораздо строже, основывающийся на стандартных заклинаниях в зависимости от того, был ли ученик аугментером или заклинателем. Для меня, Тесс или Элайджи это могло быть проще простого, но для тех, кто совсем недавно пробудился, эти экзамены становились большой проблемой.

Высокий парень вышел на сцену и взмахом руки заставил толпу замолчать.

«Меня зовут Клайв Грейвс и я вице-президент студенческого совета. В продолжение речи президента, я хочу рассказать о изменениях, вступающих в силу в этом году. Наряду с ассимиляцией и свободой выбора между специальностями, для студентов также не будет ограничений на то, как долго он хочет учиться в академии. Раньше, профессора заставляли студентов отучиться 4 года, дабы получить высшее образование, отчего немногие хотели тратить своё время на учёбу. Поэтому, директриса решила, что для того, чтобы стать выпускником академии Ксайруса, нужно выполнить список специальных требований и сдать выпускные экзамены. И из-за того, что требования ужесточились, срок обучения для студентов увеличен до 10 лет. Все мы искренне надеемся на то, что вы станете лучшими магами, как учёными, так и воинами. Мы приветствуем всех собравшихся здесь людей, эльфов и гномов в стенах нашей академии» Клайв откланялся и уступил место другому члену совета.

Последняя часть речи не удивляла нас, поскольку совсем недавно было объявлено про объединение рас. Неужели эту академию используют для производства высококлассных магов для будущего завоевания нового континента?

«Это первенец знаменитой семьи Грейвсов! Постарайся не переходить им дорогу» — снова шепнул рядом сидящий мальчик.

После окончания церемонии, все новички были размещены по общежитиям. Уходя из зала, я невольно посмотрел на Тесс, но нигде её не увидел. Выйдя наружу, я шёл по мраморной дорожке, укрытой осенними листьями. Ученики взволнованно общались со своими сверстниками и знакомились с новыми людьми. Идя вглубь кампуса, к общежитиям, мы с Элайджей заметили, как мимо проходящие студентки хихикнули нам вслед.

*Вздох* «Я чувствую себя таким незначительным рядом с тобой» Плечи Элайджи грустно опустились и Сильви жалостливо погладила его голову своим хвостом.

«Ну не волнуйся, я и с тобой немного поделюсь» — поддразнивая, сказал я.

«Пошёл ты» Он стукнул меня по животу, и мы рассмеялись.

*БУМ!*

Громкий взрыв удивил нас и других, гуляющих рядом, студентов. Мы бросились к переполоху в конце мраморной дорожки.

«Такой мелкий гном, как ты, никогда не станет хорошим аугментером. Почему бы тебе не пойти ковать оружия для настоящих воинов, как я?»

«Чёрт возьми, ты кем себя возомнил?»

Ещё не подойдя к ним, я уже понял, что это была обычная глупая драка между студентами. Взрыв случился, когда человек ударил усиленным маной кулаком по дереву.

«Похоже, что-то намечается» — сказал Элайджа, смотря на то, как некоторые студенты стараются отойти подальше от назревающей драки. Мы почти последними покинули зал и поэтому большинство студентов уже ушли вглубь кампуса или вернулись в свои комнаты, однако, если драка всё же начнётся, то всё равно невинные люди могут попасть под раздачу.

«Они же не посмеют устраивать драку в первый день на учёбе? Давай-ка просто уйдём отсюда» — ответил я, подталкивая друга в сторону, избегая двух спорящих студентов.

«Да ладно тебе, нам всё равно сейчас нечего делать. Давай лучше посмотрим, насколько они хороши. Смотри, человек-аугментер, кажется, уже перешёл на второй курс»

Осмотрев их обоих, я сам заметил, что у человека было две полоски на галстуке, а у гнома лишь одна.

«Меня зовут Николас Дрейл! Объявляй дуэль, коротышка, и я покажу тебе свою силу! Или ты струсил?» — ухмыльнулся человек, поправляя значок на груди.

«Тьфу! Ты пожалеешь об этом» Маленький гном, одетый в большую для него форму, достал гигантский топор и то, как ловко он с ним обращался, говорило нам гораздо больше, чем обычная полоска на галстуке.

Когда гном положил руку себе на грудь и начал говорить, оба значка, и у него, и у человека, ярко загорелись. «Я объявляю дуэль, между мной, Брознином Борром и Николасом Дрейлом!»

«Я принимаю дуэль!» Два значка ярко засветились и громко пискнули.

Значок боевого мага и карманные часы учёного мага являются артефактами для дуэли. Они создают барьер из маны вокруг пользователя. Когда барьер разрушается, дуэль считается оконченной и тот, чей барьер остался цел – побеждает. Также, артефакты должны перезаряжаться, поэтому проводить новую дуэль можно проводить только через 24 часа, после окончания предыдущей. Старшекурсникам-магам запрещалось начинать дуэли с младшими учениками и именно поэтому человек вынудил карлика самого начать поединок.

Человек достал два меча из пространственного кольца, отпрыгнул назад и встал в позицию.

«Вперёд, гном!» — крикнул Элайджа, болея за Брознина.

Изучив двух аугментеров, я заметил, что второкурсник уже перешёл на красный этап, а гном всё ещё был на чёрном. Интересная будет схватка.

«Х-ха!» Человек взмахнул своими палашами, и они засветились жёлтым пламенем, а земля под ним задрожала.

«Джа!» Гном подпрыгнул вперёд, оттолкнувшись от ближайшего дерева и ударил по земле топором, заряжая его элементом земли.

«Ох! Арт, они оба земные аугментеры!» — возбуждённо воскликнул Элайджа, наблюдая за развитием событий.

«Дрожь Земли!» — крикнул гном, положив руку на наконечник топора, который тускло засветился конденсирующейся маной.

*БУМ*

Сила удара вынудила человека отскочить ещё дальше, хотя он и смог заблокировать атаку мечами. Я увидел, как его лицо скривилось, а руки задрожали.

Парень опустил мечи и перебежками двинулся в сторону карлика, который уже занял оборонительную позицию. Двойные мечи скреблись по земле и в момент удара, за мечами последовал земляной след, создавая продолжение лезвий.

Неплохо. Меня удивил не карлик, который уже смог овладеть основами земного элемента, а человек, который будучи на красном этапе, улучшил владение своим элементом до такой степени. Талантливый.

«Разрушение!» Тело карлика засветилось жёлтым светом, и он топнул ногой по земле, создав небольшую рябь, которая разбила на осколки два земляных лезвия, летящих в него. Сам гном остановил мечи человека своей секирой, но всё равно получил небольшие царапины на руке.

«Земляной Столп!» Взмахнув пальцами, человек топнул по земле и перед ним возникла довольно хрупкая каменная колонна, ударившая карлика в живот.

«Ай!» От сокрушительного удара, тело гнома подкинуло в воздух и его щит лопнул, сигнализируя о том, что поединок закончился.

Люди, болевшие за человека, радовались, а те, кто переживал за гнома, недоумённо шептались.

Элайджа лишь вздохнул и развернулся, чтобы уйти. Но прежде чем пойти за ним, я увидел лёгкую ухмылку на лице человека, когда он вновь наполнял маной оба своих меча.

Этот дурак не планировал просто победить в дуэли. Он собирался сделать последний удар.

Если я использую свою дальнобойную технику, то это создаст кучу проблем, но если же я вмешаюсь напрямую, то все обо мне узнают.

Чёрт! И почему Элайджа не видел этого? Если бы он вмешался и произнёс заклинание, то это было бы естественно, поскольку он заклинатель.

Есть ещё один вариант. Прости, Тесс.

«К НАМ ИДЁТ ПРЕЗИДЕНТ СТУДЕНЧЕСКОГО СОВЕТА!» Я намеренно крикнул погромче, отчего человек, выигравший дуэль вздрогнул.

Как я и ожидал, он щёлкнул языком и вернул мечи в пространственное кольцо, оглядываясь, в поисках президента. Толпа, следящая за поединком, также начала искать Тессию.

«Ну и где президент?» — сказал Элайджа, вытягивая шею над толпой, чтобы лучше оглядеться.

«Упс! Наверное, я обознался!» Я пожал плечами и уже развернулся, чтобы уйти, когда рука крепко схватила моё плечо.

«Ты нарываешься на драку со мной, сопляк?» Меня схватил человек, выигравший дуэль, Ник или Николь, или как его там.

«Что, чёрт возьми, ты творишь? Обломщик!» Зрители были явно разочарованы моим вмешательством.

Я убрал его руку с плеча и подмигнул. «Я думал, что видел её. Ещё раз, прошу прощения»

«Да уж, проси» Он плюнул под ноги и развернулся, чтобы уйти.

«Знаешь, вот тебе хороший совет. Если хочешь получить диплом… то лучше не убивать безобидных гномов» — сказал я, а Сильвия плюнула ему в затылок.

Он мгновенно обернулся ко мне, держа оба меча наготове. Я почти видел, как его вены выпирали на лбу.

«Ха!» Упс. Я не должен был смеяться над ним. Оглянувшись, я заметил, как Элайджа покачал головой, осознавая, что сейчас будет.

«КАК ТЫ СМЕЕШЬ?!» Тринадцатилетний мальчишка с мечами, слишком большими для его незрелого тела, и ярко-красным от злости лицом был готов порубить меня на кусочки.

Я поднял бровь и приготовился остановить его удар, разрушив его мечи. Но как только я готов был произнести заклинание, голос остановил его. Это был голос, который многие студенты услышали совсем недавно, голос, в который, наверное, влюбился каждый мальчик. Также, это был голос моей давней подруги.

«Как ТЫ смеешь?!»





Глава 45




Глава 45

Лицо парня с двумя мечами заметно побледнело, когда он услышал знакомый голос. Я обернулся и увидел, что к месту дуэли собрался весь студенческий совет.

Спокойно, но торопливо, к нам подошла Тесс. За её спиной я заметил Лили, которая обеспокоенно взглянула на меня.

Мой соперник сразу же забросил оба меча в пространственное кольцо и почтительно поклонился, вытерев пот со лба.

«Что происходит, Артур?» — спросил Джаррод, удивлённо подняв брови.

«Похоже, у учёного мага есть знакомые в совете» «Неудивительно, что он так выёбывался» «Пфф. Вы видели, как он поднял руку, будто бы собирался остановить ею атаку?» Шёпоты из толпы заставили меня закатить глаза и приложить руку к лицу. Меня продолжает поражать уровень инфантильности некоторых здешних сопляков. 12-летних подростков из влиятельных семей не смогли обучить элементарным хорошим манерам.

«Да ничего особенного. Но вам стоит осмотреть вон того гнома, его кажется зовут Брознином» — я указал на гнома, который стоял возле дерева и держался за живот.

Элайджа быстро подскочил ко мне и постарался замять ситуацию: «Привет, Лили. К сожалению, у нас случился небольшой инцидент после дуэли, но все живы и здоровы!» Он старался разрядить обстановку, улыбнувшись Тессии, которая всё ещё стояла с безразличием на лице.

«Тем не менее, этот студент хотел напасть на вас, даже не объявляя дуэли. Это серьёзное нарушение» Лилия сделала шаг вперёд, и с серьёзным видом записала что-то в блокнот.

Пока Лили, Джаррод слушали рассказ Элайджи о произошедшем, я почувствовал на себе сильный взгляд Тессии, пронзающий меня насквозь, как будто она что-то ожидала от меня. Честно говоря, даже со своим жизненным опытом я не знал, что делать.

Она хотела, чтобы я относился к ней уважительно, как к президенту студенческого совета? Как к другу детства? Или же вообще хотела сохранить наши отношения в секрете?

“Это мама!” Сильвия пищала, крутясь на моей голове, так что мне пришлось снять её и твёрдо сказать «нет», чтобы не подходить к Тесс.

Между тем, толпа галдела всё сильнее. Парни пытались всеми способами завладеть вниманием Тессии.

«Ты. Кажется, я задала тебе вопрос. Как ты смеешь?» Она подошла поближе к второкурснику. Я думал, что студент был старше её на один курс, но приглядевшись, я заметил две полоски на ленте, аккуратно подвязанной под воротом у Тессии.

«Н-нет, что вы. Я бы никогда не решился нарушить правила. Пожалуйста, простите. Думаю, я был слишком вспыльчив» Он поклонился ещё ниже, чуть ли не касаясь лбом земли.

«Уйди» Она продолжала испепеляюще смотреть на него, пока он не развернулся и ушёл, а несколько парней из толпы пошли за ним. Шестёрки.

«И ты! Почему ты начал драку со старшекурсником в первый день учёбы? Ты должен знать своё место! Независимо от его характера, он по-прежнему является старшим, и он не нарушал правила при дуэли с другим студентом. Кроме того, он – боевой маг, а ты ещё даже не начал обучение. Разве ты не слышал моей речи о дискриминации между двумя специальностями студентов? И всё-таки решился вмешаться в драку в первый день на учёбе» Тесс скрестила руки и посмотрела прямо на меня. Её лицо немного покраснело от смущения, но она зашла слишком далеко.

«Чтоооо?» — удивился я на её возмущение.

Я шагнул вперёд и по глазам Элайджи понял, что я перешагнул точку невозврата.

«Ты только что подошла сюда и даже не зная причин конфликта и того, что он чуть ли не бросился на меня со своими мечами, начала читать мне лекции?» Я сделал ещё один шаг и увидел, как надменное лицо Тессии постепенно спадает.

«Он собирался серьёзно ранить или даже убить того карлика, который сейчас еле приходит в себя после дуэли. Если бы я не остановил этого высокомерного сопляка, то тебе бы пришлось разбираться с убийством, а не обычной дракой между двумя студентами» Я был от неё на расстоянии вытянутой руки. М-да, какое прекрасное воссоединение.

Я саркастически поклонился, отчего потряс всех, включая Тессию. «Я искренне извиняюсь за все причинённые неприятности. Хорошего дня!»

Она была всё ещё лишь тринадцатилетней девочкой. Чего я ещё мог от неё ожидать? Я качнул головой и повернулся в сторону своего общежития. Элайджа тоже откланялся студенческому совету, который был до сих пор ошарашен и тоже пошёл со мной.

«Погоди-ка, студент. Ты что, вырос в пещере? Или такие манеры привила тебе мать, пока растила тебя? Ты хоть знаешь, кто она?» Это говорил Клайв Грейвс, который кинулся ко мне и схватил за руку, пытаясь взять ситуацию под свой контроль.

Сдерживаясь, я остановился и обернулся к нему. Он меня взбесил с самого начала, и я сразу понял, что с ним у нас точно не заладится. Это я-то вырос в пещере? Он сейчас оскорбил Элис?

«Отпусти» Мой злобный голос напугал даже Элайджу, инстинктивно сделавшего шаг назад, а Клайв тут же отпустил мою руку и даже окружил себя защитной маной.

Я быстро взглянул на Тессию и увидел, как её колени подкосились. Затем, я просто пошёл в сторону общежития, не обращая ни на кого внимания.

«Ах! Президент Тессия, пожалуйста, вставайте!»

«Чёрт, кто это? Думаю, казначей Джаррод назвал его Артуром, верно?»

«Ох, чёрт, он так облажался. Он только что отчитал президента студсовета академии»

Элайджа торопливо подбежал ко мне и спросил: «Ты уверен, что сделал всё правильно? Блин, умеешь же ты находить неприятности. Сначала подземелье, а теперь это?» Он качнул головой, но продолжил идти со мной, как бы уверяя меня о том, что он был на моей стороне.

Пфф. Если бы они знали о моих отношениях с Тесс. Чёрт! Может, я слишком суров с ней? Она же просто ребёнок. Я не должен был злиться на то, что она неправильно себя повела. Наверное, я слишком много от неё ожидал.

Ну… теперь же я просто позволю идти всё своим чередом. Я не злюсь на неё, но тогда я был просто раздражён. Нужно с ней помириться, иначе станет слишком неловко.

Мне и Элайдже удалось дойти до общежития без лишних проблем. В кампусе были два объединённых общежития. Оба здания были разделены для студентов младших и старших курсов.

Общежитие первокурсников было довольно простое. Именно такое слово подходило к нему. Здание было чистым и ухоженным, но без модной мебели и украшений на стенах. Тёплый интерьер бежевого цвета и лестница, ведущая до верхнего этажа. На каждом этаже был коридор и несколько комнат.

«Комната 394. Пришли!» Элайджа открыл дверь, коснувшись круглого камня на ручке двери. Это был простой артефакт, считывающий ману владельца.

Комната была не такой красивой, как моя прежняя в поместье Хелсти, но всё равно здесь было очень уютно. В комнате стояло два шкафа и приличных размеров ванная комната с двумя раковинами, душем и отдельным туалетом, так что я мог умыться, не ожидая своей очереди.

Две кровати разделялись тумбочкой и длинным ящиком, на который можно было складывать одежду. Спальная зона была отделена стеной от рабочей зоны, где стояли столики и диваны, поставленные друг напротив друга. Дальняя стена комнаты была почти полностью стеклянной, открывая невероятный вид на кампус, окрасившийся в осенние цвета. Глядя отсюда, было сложно догадаться, что это была академия магов, а не роскошный парк.

Я присел на диван и задумался о предстоящих деньках, а Сильвия всё ещё завороженно смотрела в окно.

«Ах! Чур это моя!» Элайджа прыгнул на дальнюю кровать, которая стояла сразу за диваном, забрав её в свою собственность.

Я откинулся на диване, устроившись поудобнее и заметил наш багаж, который заранее принёс сюда наш возничий.

ОТ ЛИЦА ТЕССИИ ЭРАЛИХ:

ААААААРГХ! Я облажалась. Облажалась. Облажалась. Я невероятно облажалась! Уткнувшись в подушку, я закричала что есть сил:

«МММММФФФФФФФРРРРРР!!!» У нас должно было быть эмоциональное, романтическое воссоединение! Ну… эмоции были, но совершенно не те! Почему я вообще с ним заговорила? Почему я сорвалась на него? Я знаю, что Арт никогда не станет ссориться без причины, но я же просто пошла и высказала ему претензии по тому, что даже не видела! ЧЁРТ! Какая же я глупая!

Уверена, он теперь меня ненавидит…

Зачем я это сказала!!! Я даже зачитала ему лекцию! Ааааа! Наверное, это было так высокомерно! Но всё равно, мы же были в толпе, и он совершил проступок. Но…

Уверена, он точно теперь меня ненавидит…

Если бы Арт просто поприветствовал меня или даже заговорил, то я бы такого не сказала! Точно! Это всё Арт виноват! Он даже проигнорировал меня, когда я попыталась уладить неприятность, в которую он попал! И даже не сказал «привет»! Я конечно, не ожидала крепких объятий или поцелуя, но хоть что-то! Простое «давно не виделись, Тесс» тоже бы подошло. И кто тот черноволосый парень, напоминающий ворона? Он его друг? Лучший друг? Кажется, они уже давно знакомы с Лили и Джарродом! Я так расстроена!!!

Я снова кричу в подушку, надеясь избавиться от разочарования. «ММММФФФФ!!!»

*Стук*

«Это Клайв… я пришёл проведать тебя. Ты как?» — донёсся голос из-за двери.

Я прочистила горло и ответила: «Всё в порядке, спасибо» Я использую свой «официальный» голос, как я его называю, когда хочу звучать гораздо холоднее.

«Кто этот сопляк? Не могу поверить, что он посмел отчитать тебя, когда ты давала ему совет! Мне нужно поговорить об этом с директрисой? Мы могли бы наказать его и…»

«Всё в порядке. Не нужно идти к директору… Это приказ» Я специально говорю жёстче, чем обычно, чтобы поставить точку в разговоре. Как он смеет обзывать Арта. Только я могу ругать его.

Я упала на свою подушку и вспомнила слабый звук его удаляющихся шагов. Общежития были разделены по полу и классу, хотя раньше их делили только по типу студента. Но для совета были отдельные комнаты, рядом с кабинетом директрисы. Сперва было некомфортно жить с парнями в одном доме, но я быстро подружилась с ребятами и Лили, так что не сильно возражала.

Глупый Артур. Ты хоть знаешь, как сильно я хотела крикнуть твоё имя и подбежать к тебе, когда увидела тебя в зале? Даже если бы ты сел очень далеко, я бы с лёгкостью нашла тебя по огненно-рыжим волосам и лежащих на них мана-зверьком! Сильвия сегодня выглядела совершенно иначе, когда она только вылупилась из яйца. Тот факт, что она была драконом, наверное, должен был меня удивлять, но зная Арта…

«Хаааа» У меня не было сил даже, чтобы закричать от отчаяния. Я хотела обвинить во всём Арта, но знала, что он ни в чём не виноват. Наверное, он хотел сохранить наши отношения в тайне, поскольку я здесь довольно известна. Но всё-таки… Арт, тебе не понять наш женский ум. Дурачок…

Надеюсь, он не ненавидит меня…

У меня было так много вопросов к нему. Что он делал? Каково быть авантюристом? С ним всё в порядке? Он скучал по мне? Думал ли он обо мне все четыре года?

Я хотела похвастаться перед ним, насколько сильнее я стала… после обучения под руководством директрисы, мои навыки заклинателя совершенствовались не по дням, а по часам. Учиться у дедушки было не самой лучшей идеей, поскольку он был аугментером, и его знания в моей области были сильно ограничены. Хотя, он обучил меня основам манипуляции с маной и отправил меня к своей знакомой заклинательнице — директрисе. Она была знакома с различиями между эльфами и людьми, поэтому помогла мне с тренировками.

Дедушка знал, что у меня большой потенциал, потому что когда я пробудилась, то взорвала всю свою комнату и частично даже кухню внизу. Тогда с нами жил Арт. Это было время, когда я могла каждый день будить его по утрам.

*Шмыг*

О нет. Я не должна плакать. Арт не ненавидит меня. За что? Нужно прояснить ситуацию и извиниться. Он ведь не станет игнорировать меня?

Я боюсь…

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Сильвия спала на диване рядом со мной. Её крошечное тельце вздымалось вверх и вниз с каждым вдохом и выдохом.

«Арт, это на тебя не похоже. Ты не должен был так кричать на неё. Нужно же было просто проигнорировать и уйти, верно?» Элайджа всё ещё лежал на своей кровати и смотрел на меня.

«Да, верно, я не должен был кричать, но…»

*Стук*

Мы оба тут же повернули головы к двери.

«Странно, кто хочет с нами познакомиться? Может, соседи пришли поздороваться?» Элайджа встал с кровати и открыл дверь.

«Кто…» После непродолжительного молчания, я обернулся и заметил, как мой друг застыл на месте. Вставая с дивана, чтобы посмотреть на происходящее, я увидел стоящую у двери директрису Гудскай, улыбающуюся мне.

«Добрый вечер, Артур и Элайджа. Я могу войти?»





Глава 46




Глава 46

«Д-д-директриса Гудскай! Для меня честь лично встретиться с вами!» Элайджа низко поклонился, выглядя очень комично, по сравнению с элегантной Синтией Гудскай.

Он слишком быстро разогнулся, отчего его очки почти слетели с головы, а директриса вежливо улыбнулась ему. Морщинки вокруг глаз добавляли ей ещё больше шарма.

«Пожалуйста, проходите. Элайджа, пропусти мисс Гудскай» Я пересел на стул возле стола и кивнул директрисе, чтобы она присаживалась на диван.

«Я же просила тебя называть меня Синтией» — притворно обидевшись, сказала она и заняла место на диване. Дверь самостоятельно закрылась за ней. Её контроль над воздушным элементом продолжал удивлять меня: воздух вокруг неё подчинялся воле Синтии, даже без её команды.

«Не думаю, что будет культурно двенадцатилетнему мальчишке без должного уважения называть по имени директрису самой престижной академии на этом континенте» — рассмеялся я, устраиваясь поудобнее.

«Твой питомец сильно изменился с нашей последней встречи. Интригует» Синтия попробовала взять на руки Сильвию, но та отпрыгнула от неё и забралась ко мне на голову.

«Ха-ха, всё такая же застенчивая, как и прежде» — она бросила взгляд на Сильви, а затем начала пристально вглядываться в меня, — «Хм… как странно. Я чувствую в тебе только воздушный и земной элемент. Ты, случайно, не используешь печать?»

Я поднял левую руку, чтобы показать браслет с двумя амулетами, болтающимися на нём, в качестве ответа на её вопрос.

Она слабо усмехнулась и сказала: «Признаюсь, я разочарована. Я надеялась представить тебя всем, как моего протеже, хотя в наше время даже двойные элементные аугментеры очень редки. Но то, что ты станешь учёным магом я знала давным-давно»

«Я собирался зайти к вам в кабинет, чтобы рассказать вам о кое-чём, но вы пришли ко мне сами, чем здорово сэкономили время. Вероятно, будучи авантюристом, я стал врагом одной очень недружелюбной семейки, поэтому я не хочу навлекать на себя излишнее внимание. По крайней мере, не сейчас» Я откинулся на стуле и покрутил амулеты на браслете.

«Да, я читала отчёты о происшествии между авантюристом Меченым и Лукасом Уайксом. Умеешь ты выбирать врагов. Хотя у меня есть влияние на эту семью, поскольку они военные, однако, они скрытно проворачивают некие делишки, которые ускользают от нашего взора» — сказала Синтия, потирая подбородок.

«Спасибо, но это не срочное дело. Он просто кусок дерьма, которое когда-нибудь мне придётся убрать. Если я сейчас потороплюсь, и он ускользнёт от меня, вот ТОГДА у меня будут проблемы. Однако, мне нужна ваша помощь для решения одного вопроса»

«Продолжай» — любезно ответила она.

«Я хочу посещать занятия по теории маны для старшекурсников. Особенно для девиантов»

«Хм… это не так трудно устроить, но Артур, я думала, что ты хотел учиться в академии со своими сверстниками?» — сказала Синтия, изучая меня взглядом.

«Пусть это будут дополнительные занятия, которые я буду посещать после основных, со студентами моего возраста. Мне просто не терпится разузнать побольше о девиантном манипулировании маной, потому что сейчас я достиг своего предела» Я чуть было не ляпнул «потому что в моём старом мире не было никакой девиантной магии»

«Хорошо. Я могу это сделать. И даже могу достать тебе пропуск, чтобы ты смог наблюдать за учебными боями магов-старшекурсников, а также практиковаться самостоятельно» Она говорила довольно великодушно, но уж больно подозрительно.

«Так… и в чём подвох?» — сказал я, приподняв бровь.

«Артур! Ты разбиваешь мне сердце! Я лишь желаю тебе самого лучшего!» Она картинно положила обе руки на сердце, будто сражённая стрелой.

Элайджа немного запаниковал, увидев выражение лица Синтии: «Арт! Не груби директрисе!»

Я ничего не ответил, продолжая пристально смотреть на Синтию.

*Вздох* «Ладно… Конечно, мне бы хотелось получить какое-нибудь «вознаграждение» за все предоставленные мной тебе услуги» — сдалась она.

Я кивнул головой: «Надеюсь, вы говорите не про что-то несуразное, вроде вступления в студенческий совет» Обычно, нечто такое и просят в качестве «вознаграждения».

«Пфф! Я уже слышала о вашей недавней схватке с принцессой» Она засмеялась, а я немного покраснел от смущения.

«Я и не думала, что обычно спокойный и собранный Артур Лейвин будет так на кого-то кричать. Думаю, принцесса Эралих немного особенная?» Она всё ещё смеялась, издеваясь над моим смущением.

«Погоди, что она имеет в виду, Арт?» Элайджа подошёл к нам, но всё ещё остался стоять, выказывая уважение к Синтии.

Прежде чем директриса ответила, она обернулась на меня, и я кивнул, давая понять, что я не против. «Ваш лучший друг, оказывается, давно подружился с президентом студенческого совета, в которую, кажется, влюблён каждый ученик» Директриса хитро усмехнулась, будто бы была подростком, тайно рассказывающим сплетни.

Я немного волновался, что челюсть Элайджи может отвалиться от лица. Но на его лице я увидел смесь эмоций, от шока от предательства и зависти.

«Как? Когда? ЧТО?!» От шока, он всё ещё не мог произносить полные предложения, лишь вертя головой в попытках осознать ситуацию.

Игнорируя его, я повернулся к Синтии и любопытно спросил: «Как вы узнали? Я, конечно, не удивлён, но всё же мы тщательно это скрывали»

«Ха-ха… Вирион Эралих мой старый знакомый. Я только ему рассказала о том, что в нашу академию будет ходить одарённый квадра-элементный маг. Раньше мы с ним конкурировали из-за учеников, но теперь он воспринял новость на удивление спокойно. Однако, я уверилась в моих догадках, когда взяла его внучку на обучение. Знаешь, что первым делом она у меня спросила?» Она явно пыталась удержать в себе смех.

Я качнул головой и ещё больше покраснел.

«Когда Артур Лейвин будет посещать академию?» — сказала Синтия, нарочно изменив свой голос, подражая Тесс. Кажущаяся всем великой и таинственной, она сейчас смеялась, как десятилетний ребёнок, видя моё смущение.

«Что? Арт! Откуда ты её знаешь?!» Элайджа практически хотел выбить из меня ответы, но держался только потому, что рядом была директриса, хотя она явно не возражала бы.

«В конце концов, я сложила два и два и пришла к единой мысли. Но Артур, я чувствую себя немного преданной из-за того, что ты учился у Вириона» Она снова надулась, отчего я закатил глаза.

К этому времени, Элайджа уже лежал на кресле, чувствуя себя совершенно раздавленным.

«Я не хочу вмешиваться в твою личную жизнь, но она очень часто думает о тебе, Артур. Уверена, что она сейчас жалеет о своей претензии. Мой тренировочный режим жёсток и немногие смогли совладать с ним. Но она продолжала тренироваться, чтобы догнать тебя по силе. Но и ты тоже не по-взрослому повёл себя, накричав на неё» Её речь круто изменилась, с детской на материнскую.

«Да. Я знаю, что повёл себя очень глупо. Не нужно мне об этом напоминать» — сказал я, откинувшись в кресле.

«Ты должен с ней поговорить. Не люблю, когда мои ученики приходят на тренировки расстроенными» — она мягко улыбнулась и продолжила, — «Но на самом деле я хотела, чтобы вы вступили не в студенческий совет, а в новый комитет, открывающийся в этом году. Дисциплинарный комитет»

Я знал, что она хотела нечто подобное. «Забудьте об этом. Мне не нужны уроки старшекурсников. Лучше буду учиться по книгам из библиотеки»

«Книги девиантов недоступны для новичков и даже для старшекурсников, которые не могут подтвердить свою девиантность. Ты ведь тоже сейчас этого не можешь?» — ответила Синтия, спокойно разрушая мои планы.

«Дисциплинарный комитет… какой в этом смысл? Я же новичок, да ещё и учёный маг. Что об этом подумают другие студенты?»

Директриса Гудскай игриво подмигнула и решительно ответила: «Хотя они могут возникать против первого, но со временем, я уверена, что ты сможешь переменить их отношение к себе, даже со своими ограниченными способностями»

«Артур, в отличие от членов студенческого совета, которые выбираются по многим критериям, в дисциплинарный комитет набирают основываясь исключительно на силе. Твои обязанности будут поменьше, чем у совета, но ты сможешь учиться и практиковаться с другими студентами, даже с девиантами, самыми сильными в своих областях» Её аргументы были сильнее моих.

«Вы сказали, что в комитет берут тех, что посильнее…» Прежде чем я договорил, она меня перебивает.

«Нет, Лукас Уайкс не будет допущен в комитет, если тебя это интересует. Артур, это возможность, которую другие студенты воспримут как честь. Я настаиваю» Она наклонилась поближе ко мне, серьёзно буравя меня взглядом.

Я начал думать. Из-за своих регулярных и дополнительных занятий, с этим комитетом у меня совсем не останется свободного времени. К тому же, я понятия не имею, чем я буду заниматься в комитете.

Она как будто прочла мои мысли и предложила ещё одну идею: «Поскольку объём работы может быть слишком велик, я могу предложить тебе открыть собственный учебный центр, где ты можешь практиковаться, не беспокоясь о том, что кто-нибудь помешает» Последнюю фразу она сказала, указывая на мой браслет.

«Пожалуйста, Артур, соглашайся. Я чувствую, что эта сделка в долгосрочной перспективе будет очень выгодной для нас обоих» Её лицо смягчилось и излучало искренность.

Я подумал, что дисциплинарный комитет вполне впишется в мои планы и не найдя других минусов, согласился. «Хорошо, я согласен вступить в дисциплинарный комитет»

«Отлично! Поскольку занятия начинаются с завтрашнего дня, вот тебе твоё новое расписание. Также, в случае согласия, я уже подготовила для тебя форму. Нож является символом комитета, но он очень дорогой, так что не потеряй его» Она подмигнула мне и бросила на диван униформу, нож в ножнах и ремень. Она уже заранее знала мой ответ и всё подготовила.

До меня дошло, что даже с учётом моей прошлой жизни, дедушка Вирион и директриса Гудскай были старше меня. Мне даже никогда в голову не приходило, что ещё есть люди, старее меня. Конечно, у меня всё ещё было преимущество от здешних магов, потому что там, в моём старом мире, магия была гораздо более продвинута.

Но преимущество немного меркло, потому что здесь старые маги привыкли к мане, парящей атмосфере и в совершенстве освоили её.

Думаю, даже с двумя жизнями найдётся тот, кто мудрее тебя.

Я невольно качнул головой, отгоняя мысли, отчего вызвал любопытство у Гудскай.

«А теперь, когда все вопросы решены, мне пора уйти! Наслаждайтесь вашим первым ужином и поскорее помирись с Тессией. Мой драгоценный ученик не должен хандрить» — сказала она, выпорхнув прочь.

Как только директриса Гудскай ушла, я увидел тень, нависающую надо мной. Это Элайджа смотрел на меня сверху вниз, с демоническим выражением лица.

«Ты должен мне кое-что объяснить» Клянусь, что я увидел острые клыки в его зловещей ухмылке.





Глава 47




Глава 47

Я похлопал Элайджу по плечу и он снова грустно вздохнул. Сейчас он выглядел словно тень, глядя на меня своими безжизненными глазами.

«Тише…» Даже Сильви жалея его, спрыгнула с моей головы и поудобнее устроилась на его.

Он вновь повернулся и промямлил: «Не справедливо…»

«Что?» Я наклонился поближе к нему, чтобы услышать его шёпот.

«ЭТО НЕСПРАВЕДЛИВО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ!!!»

«ААА!» Я аж подпрыгнул от удивления. «Какого чёрта?! Не кричи мне в ухо!»

«Внешность, талант и даже женское внимание! Почему всё досталось тебе?» — сказал он, положив руку мне на грудь.

«Что ты делаешь?» — удивлённо спросил я.

«Пытаюсь поглотить частичку твоей «Артурности» — пробормотал он.

«Не глупи» Я качнул головой и скинул его руки.

Пока мы шли из общежития в столовую, я вкратце рассказывал Элайдже о том, как я встретил Тесс (его очень злило, когда я так её называл) в Элшире. С каждым моим словом о жизни в королевском замке Эленора с Тесс или об обучении манипуляции маной с её дедом, жизнь медленно покидала его.

Он наклонился поближе и шепнул мне: «Ты знаешь, насколько привлекательны гномы, Арт?»

«Насколько?»

«НИ НАСКОЛЬКО!» — заявил он, — «Чувство красоты у гномов совершенно противоположно человеческому, Арт! Меня, может быть, и вырастили гномы, но я никогда не смогу назвать их «привлекательными».

Я рассмеялся, представив себе привлекательную, по версии гномов, женщину. «Ха-ха! Представляю, как худо тебе было»

«Когда мне исполнилось 8 лет, мой дед, старейшина, который заботился обо мне, попытался меня свести с одной, которую представил мне как мою будущую жену. Всю неделю до этого, он рассказывал, как красива она и элегантна. Когда же я увидел её, то клянусь, мне показалось, что это был мужчина, Арт» Его передёрнуло от нахлынувших кошмарных воспоминаний.

«Её звали Хельга и я клянусь, при виде неё, я испугался за своё целомудрие. Её квадратная челюсть, жилистые крепкие конечности, длинные густые… под её носом была пышная щетина, Арт. Ей было 9, а на лице уже росли волосы, Арт!» Я никак не мог перестать смеяться, и Элайдже пришлось трясти меня, приводя в чувство.

«Ладно, ладно, я понял! Тебя многого лишили в раннем возрасте при половом созревании. Ты провёл своё детство среди мужеподобных женщин с крепкими мускулистыми руками и теперь оказался в мире нормальных девушек» Он качнул головой, бессильно вздохнув.

«Ну… сейчас ты учишься в самой престижной академии на боевого мага. И вероятно, ты обогнал остальных однокурсников хотя бы на один этап ядра маны. Так что тебе нужно просто показать своё мастерство» — оптимистично сказал я.

«Твоя жалость ранит меня» Он преувеличенно положил руки на сердце, отчего мы рассмеялись.

«Лично мне нравится твоя новая форма» — сказал Элайджа, изучая меня, — «Она заставляет тебя выглядеть более сильным, неприступным»

Новая форма, которую мне дала директриса Синтия, не слишком внешне отличалась от моей обычной униформы учёного мага. Она состояла из белой рубашки с одной чёрной полосой и светло-серого жилета. Новый жилет и тёмно-серые брюки были сделаны из разных материалов, но судя по специальным гравировкам, они имели специальные защитные свойства. Вместо карманных часов, я носил ножны с серебряным ножом возле своего сердца. Золотую повязку сменила красная полоска вокруг моего воротника, придавая наряду ещё более королевский вид.

Я оглядел себя и выдохнул. Должен признать, униформа выглядела неплохо, хоть я и не люблю такие яркие одежды. Также, скоро мне принесут верхнюю одежду, которую сейчас подгоняют под мои размеры.

«Ну и что ты собираешься делать в дисциплинарном комитете?» — серьёзно спросил Элайджа.

«Что ты имеешь в виду?»

Пожав плечами, он посмотрел вперёд, ища глазами столовую. «Я имею в виду то, что ты действительно будешь воспринимать такую работу всерьёз и всё такое? Ведь на такой должности наверняка будет много работы»

Верно. Директриса хотела, чтобы я стал частью нового комитета, но не уточнила, с чем мне придётся иметь дело. «Я буду стараться изо всех сил. Ведь, я же уже согласился, верно? Кроме того, Элли тоже через пару лет пойдёт в эту академию. Мне нужно сделать всё возможное, чтобы облегчить её учёбу» Я открываю двери и нас встретили галдёж студентов и аромат блюд столовой.

Когда мы зашли, в зале воцарилась тишина, и я чувствовал на себе изучающие взгляды учеников. Игнорируя их, мы прошли к очереди и получили свою еду.

«Похоже, ты уже популярен, Арт» — ухмыльнулся Элайджа, подцепляя вилкой жареный кусок мяса.

Я высокомерно взмахнул волосами и рассмеялся: «Наверное, они тоже хотят получить частичку «Артурности»

«Не забудь, что завтра с утра у нас начинаются занятия!»

Я вздохнул: «Ах да… завтра с утра мне нужно посетить аудиторию. Завтра официально объявят дисциплинарный комитет» Я покатал кусочки овощей и попытался угостить ими Сильви, которая их конечно же отвергла.

Директриса Синтия оставила мне записку с инструкциями вместе с моим новым костюмом.

«Значит, завтра ты встретишься с другими членами дисциплинарного комитета! Должно быть интересно. Разбуди меня, прежде чем уйдёшь»

«Окей» Я подцепил кусок мяса и Сильви украла его до того, как я успел донести его до своего рта.

Мы беседовали о том, в какой клуб вступит Элайджа и какие дисциплины у нас будут. Меня раздражало то, что комитет будет собираться на планёрки каждое утро. Кажется, выспаться мне не удастся.

Кроме того, в моём ежедневном графике были основы теории маны, практика манипуляции с маной и основы артефактов.

После обеда начнутся мои дополнительные занятия для старшекурсников. В них входили магическая теория для девиантов и командно-боевая механика и создание заклинаний.

В осенний семестр больше занятий было у боевых магов, а в весенний – у учёных.

Большинство студентов ходят лишь на 3-4 предмета в месяц, но у меня была двойная нагрузка и моя учёба заканчивалась в 7 часов вечера, так что у меня не оставалось времени на клубы. Что касается Элайджи, то у него со мной был один общий предмет – основы теоретической манипуляции, а другими его предметами были основы цепных заклинаний и сбор маны.

Клубы для старшекурсников собирались после обеда, а у младших курсов вечером после занятий. «Может, мне стоит вступить в клуб по рукопашному бою. Я слышал, всё больше заклинателей хотят тренироваться ближнему бою, на всякий случай» — размышлял Элайджа, подцепляя ещё один кусок мяса.

«Ммм, да, отец мне рассказывал об этом. Но он не был уверен, что это сработает» Мне стало интересно, почему я всё ещё был голоден, хотя моя тарелка была почти пустой. Но потом я понял, что благодаря Сильвии, я совсем не попробовал мясо, которая теперь сыто пищала, от удовольствия.

Пока мы ели, другие студенты обращали на нас внимание, но никто не решился подойти. До сих пор.

Группа студентов в униформе боевых магов подошла к нашему столику. Они совершенно не обращали на меня внимания. Лидер группы, высокий мужчина с волнистыми каштановыми волосами протянул руку Элайдже и представился:

«Меня зовут Чарльз Рэйвенпор. Второй сын знаменитой семьи Рэйвенпор. Я уверен, ты слышал о ней. Не мог не заметить, что ты проводишь время с каким-то учёным магом. Но сегодня я позволяю тебе стать частью моей группы» Его подбородок самоуверенно торчал. Он был уверен, что Элайджа сам жаждет его предложения.

«Ты должен быть благодарен за то, что получил предложение стать частью группы Рэйвенпор» — выкрикнул один из группы.

«Семья Дамблдор? Никогда о ней не слышал. А ты, Арт?» Элайджа так посмотрел на меня, что я невольно засмеялся.

«Т-ты… как ты смеешь издеваться над престижной семьёй Рэйвенпор?» Чарльз хлопнул кулаком по столу, отчего мы ещё сильнее засмеялись.

«Я студент второго курса и вы должны выказывать мне уважение! Я подошёл к тебе, новичок, чтобы избавить тебя от присутствия этого учёного студента, а вместо этого ты хамишь мне?» Его рука уже дёрнулась в сторону палочки, прикреплённой к правой ноге.

Элайджа посмотрел ему в глаза и ответил: «Во-первых, он учёный МАГ. Артур точно такой же маг, как и другие студенты. Во-вторых, зачем мне вступать в группу к тому, кто презирает моего лучшего друга и соседа? В-третьих, очевидно, что ты подошёл ко мне не из-за доброты, а из неприязни к Артуру, так что заканчивай валять дурака и проваливай»

Пришлось признать, что когда мой друг надевает серьёзное выражение лица, в сочетании с его естественными резкими чертами, он выглядел довольно страшно.

Устраивать дуэли в помещениях, не предназначенных для боя было запрещено, так что использование магии в столовой могло быть строго наказано, но это, кажется, не останавливало мистера Рэйвенпора.

Было видно, как Чарльз изо всех сил старался сдержать свой гнев. «Джек!» — заревел он, вызывая одного из приспешников.

Мальчик, выглядящий примерно на 13 лет, был весьма габаритен для своего возраста.

«Покажи этим соплякам, кто мы такие»

Джек немного колебался, но Чарльз крикнул, что он его вознаградит, так что бугай злобно оскалился и достал когтистую перчатку.

«Ща вы у меня получите» Он ухмыльнулся и ударом сломал стол пополам.

Студенты, которые ещё обедали, собрались вокруг нас, а некоторые даже встали на столы, для лучшего обзора.

Элайджа удивился при виде сломанного стола, а я оставался невозмутим и даже не глотнул воды из стакана.

«Ты сошёл с ума! Мы же в столовой!» — крикнул Элайджа Джеку, который разминал свои кулаки.

«Неважно. Босс обо всём позаботится. А я выбью тебе зубы» Он вновь ухмыльнулся и наполнил кулак маной.

Он был второкурсником, но его ядро было по-прежнему на тёмно-оранжевой стадии, которая для его возраста была чертовски хороша.

Правая рука Элайджи и оба его кольца засветились тусклым жёлтым светом, когда он готовил заклинание, но я уже заметил, что убийственный удар Джека был направлен на меня, а не на моего друга.

Я даже не успел среагировать, как лозы выстрелили из под земли и оплели Джека.





Глава 48




Глава 48

Всего за пару минут, лозы полностью окутали Джека. Как бы он не сопротивлялся, они скручивали его ещё сильнее.

Хотя большинство студентов растерянно смотрело на это, по бледному лицу Чарльза было видно, что он точно знал о происходящем. Элайджа тоже был удивлён и озирался по сторонам, ища того, кто использовал заклинание.

Взглянув наверх, я увидел задыхающегося Джека, который уже бросил попытки разорвать лозы. Атмосфера в зале напрягалась всё больше, студенты молчали, ожидая появления заклинателя. Заметив взгляд Элайджи, я поднял руку, выставив её в сторону лоз и выпустил заклинание.

Стремительный порыв.

Из небольшого пучка маны, собранного в ладони, вырвался резкий порыв ветра.

*ФУХ*

Группа Рэйвенпора, стоящая за Джеком, тоже попала под действия заклинания и свалилась на пол. Заклинание подействовало и Джеку удалось выбраться из лоз, но оплетая, они разорвали его одежду, так что мальчик вывалился на пол столовой в чём мать родила.

«КХЕ-КХЕ!» Джек упал на колени и сейчас выглядел раздавленным и маленьким, несмотря на его внешне большое тело. Без раздумий, я тут же повернулся к Чарльзу, который уже убегал из столовой и метнул в его сторону нож, усилив его воздушным элементом.

«АААА! Какого чёрта?» Нож пронзил его пиджак и пригвоздил к стене. Я подошёл поближе к нему и взглянул в глаза.

«Мне тошно видеть, как такие сопляки, родившиеся в богатых семьях как ты незаслуженно хвастаются. Прежде чем бить себя кулаком в грудь о том, как сильна и благородна твоя семья, сначала заслужи это, чтобы не позорить их» Я быстрым взмахом достал нож и, не оглядываясь, вышел из столовой.

Когда я закрыл дверь, свежий осенний воздух поприветствовал меня.

“Это мама!” – пискнула Сильви и уселась на моей макушке.

Я проигнорировал слова своего питомца и разглядывал ночное небо с бесчисленными звёздами. «Знаешь, если бы я не вмешался, ты могла бы убить его» — вслух сказал я.

«Я собиралась отменить его, когда тот отключится. Кроме того, я знала, что ты справишься» — ответил знакомый голос.

«Пфф. Теперь ты уверяешь, что я бы справился. Что помешало тебе сделать то же самое сегодня утром?»

Я подошёл к фигуре, которая стояла, прислонившись к стене дома. Её лицо и другие узнаваемые черты прятались в тени.

Я уже представлял её выражение лица. Хотя я и был близко, но мог видеть только серебристый металлик её переливающихся волос.

«Кхм…» — неловко кашлянул я, прерывая затянувшееся молчание. Наконец, она взглянула вверх, открывая лицо.

«Прости…»

*Тук*

«ОЙ!»

Мы стукнулись лбами и неловкость ситуации мгновенно улетучилась.

«Пфф… ХАХАХАХАХА! Думаю, мы оба хотели извиниться» — улыбнувшись, сказал я, потирая голову.

«Наверное…» Тесс тоже потирала ушибленный лоб.

*Шмыг*

Я присел на корточки, чтобы увидеть лицо моего друга детства. «Тесс. Ты плачешь?» — поддразнил я, вытирая её слёзы своим рукавом.

*Шмыг* «Только потому, что больно…» Из её глаз всё ещё лились слёзы, которые она позволяла мне вытирать.

«Разве это больно?»

«Да! Это очень больно!» Она чмокнула мою руку и крепко обняла, утыкаясь лицом в мою грудь.

Секунды растягивались в бесконечность, пока я обнимал её вздрагивающее от вздохов и иканий тело. Я улыбнулся и успокаивающе погладил Тесс по голове.

*Шмыг* «Я думала, ты ненавидишь меня» *Шмыг* Я едва мог разобрать её слова между всхлипами.

«Даже несмотря на те времена, когда я на тебя злился, я никогда не ненавидел тебя, Тесс» — ласково сказал я.

«Я не хочу»

«Не хочешь?»

«Я не хочу, чтобы ты злился на меня!» — пробормотала она, всё ещё утыкаясь лицом в мою грудь.

«Ну сегодня я был неправ. Я не должен был набрасываться на тебя» Я понял, что нужно относиться к Тесс по-особому. Кроме моей семьи и Элайджи, Тесс, вероятно, единственная, к которой я могу быть искренен, даже если иногда веду себя, как ребёнок.

«Нет! Я тоже была неправа! Я… мне не следовало тебя отчитывать перед людьми! Но я должна быть строгим президентом студенческого совета, понимаешь?» Она наконец-то подняла своё лицо и посмотрела на меня заплаканными красными глазами.

«АРТ! Ты бы видел лица остальных, после того, как ты… ой!» Элайджа, который сперва видел только мой силуэт в ночи, подошёл поближе и наконец-то разглядел того, кто был со мной.

Поняв, что Тесс всё ещё обнимает меня, я смущённо взглянул на неё.

«Увидимся в общежитии…» — пробормотал он и быстро побежал прочь, почти спотыкаясь о собственные ноги.

Я улыбнулся, поняв, как долго она обнимала меня. «Ха-ха. Тесс, думаю, тебе пора отпустить меня»

«Ох… точно» Она тут же отпустила меня и отошла. Её глаза всё ещё смотрели вниз, она была слишком смущена, чтобы взглянуть на меня.

«Хочешь немного прогуляться со мной?» — улыбнулся я. Сильви тут же спрыгнула с моей головы и забралась к ней на руку.

«Кю!» ”Давно не виделась с мамой!”

ОТ ЛИЦА ТЕССИИ ЭРАЛИХ:

Каждый его шаг был лёгким и уверенным, будто бы он всегда знал направление к своей цели. Он так всегда ходит?

Его глаза, спокойные и уравновешенные, но всё же немного шаловливые… У него всегда такой взгляд?

Он светился, даже в темноте ночи. Это его улыбка?

Почему меня так тянет к нему? Он обычный мальчик! Довольно талантливый, хорошо воспитанный и немного лучше выглядящий, чем другие, мальчик. Почему?

Что меня заставляет выглядеть дурочкой рядом с ним и почему я продолжаю позориться перед ним?

«Ха…»

«Что-то не так?» — с беспокойством посмотрел он. От его нежного голоса по моей спине побежали мурашки.

«Н-нет! Ничего, ха-ха!» Я почувствовала, что моё лицо вновь заливает краской и начала гладить Сильвию, чтобы отвлечься. ЧЁРТ ПОБЕРИ!

Я чувствовала, как его глаза изучали меня, пока мы шли по мраморной дорожке, залитую лунным светом, проглядывающим между деревьями и арками. В последний раз мы виделись сегодня утром и почти сразу же всё пошло наперекосяк. Я бы тоже его рассматривала, но как только я на него посмотрю, то опять засмущаюсь.

Интересно, он также смотрит на других девушек? Я хочу, чтобы его внимание доставалось только мне, как сейчас. И у меня еле получилось остановить себя, чтобы снова не вздохнуть вслух.

Мы начали болтать о том, чем мы оба занимались последнюю пару лет. Его рассказы о авантюризме были захватывающими, и я немного расстроилась, узнав, что он много времени проводил с девушкой по имени Жасмин.

«Хах!»

«Ч-что?» — спросила я.

«Просто я удивляюсь разными выражениями твоего лица, когда я рассказываю тебе истории» Я мельком заметила его глаза и снова покраснела. Ну это уже смешно.

Я бы давно замёрзла, если бы не тёплое дыхание Сильви у меня на руках, но кажется Арту совсем не холодно. Интересно, укротители зверей укрепляют своё тело для таких ситуаций? Мне стало неловко, когда я вспомнила, как долго обнимала его.

Хотя он был очень тёплым.

Мой рассказ был чуть короче. Я рассказала ему о моей подготовке с дедушкой, но в основном его заинтересовало моё обучение у бабушки Синтии.

«Ты называешь её своей бабушкой?» — наклонившись немного, любопытно спросил он.

Кивая, я ответила: «Она попросила меня так её называть, поскольку я была её единственным учеником и у неё не было детей»

«Понятно…»

Я продолжила свой рассказ о трудностях на тренировках моего растительного элемента из-за отсутствия нормальных учителей. Даже среди эльфов было очень мало одарённых учителей, способных многому обучить других. Многие ученики из благородных семей, сперва изучающие растительный элемент позже всё равно переключались на другой из-за трудностей в подчинении магических растений.

«Значит, ты решила взять двойную специализацию на растении и ветер, да? Вау, я знал, что ты талантливый маг» Его взгляд заставляет меня гордиться собой. Меня хвалили множество важных людей, но только его простой комплимент действительно меня осчастливил.

«Тогда хорошо, что директриса Гудскай взяла тебя на обучение»

Я не заметила, как мы дошли до общежитий. Почему они построены так близко к столовой? Почему не на другой стороне академии?

«Нам обоим нужно немного поспать. Уже поздно, а завтра важный день» — сказал он, гладя меня по голове. Он обращался со мной, как с ребёнком.

«Д-да, ты прав. Поздравляю со вступлением в дисциплинарный комитет, Арт» Я старалась улыбаться, но слишком много думала о том, как я выгляжу в этот момент.

К счастью, он только ухмыльнулся и посадил Сильви к себе на голову. «Спасибо» Я смотрела на его удаляющийся силуэт, как вдруг он обернулся назад.

«Чуть не забыл!» Он подошёл, взял мою руку и что-то положил в ладонь.

«Вот! Это поможет тебе» Отпустив руку, он игриво подмигнул и ушёл.

Я даже не успела поблагодарить его.

Поглядев на руку, я увидела бледно-зелёный шар. На вид он был довольно простым, но для меня он был особенным, поскольку его подарил мне Арт. Хотя, зная его, я думаю, что это не простое украшение.

«Интересно…» Я влила немного маны в шар и от неожиданности чуть его не уронила.

«Э-это…»

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

“Папа, ты счастлив. Это из-за того, что ты помирился с мамой?” – подразнила меня Сильвия, пока я поднимался к себе в комнату.

Я ущипнул её за ухо и подумал: “Может быть, Сильви. И может, ты перестанешь называть её мамой?”

«Номер 394! Наконец-то…» Пока мы шли и разговаривали, наступила глубокая ночь. Я осторожно открыл дверь, чтобы не разбудить Элайджу, и чуть не подскочил от удивления, увидев его сидящего на кресле перед дверью. Его глаза налились кровью из-за недосыпа.

«Эээ… вижу, ты ещё не спишь» — смущённо сказал я.

«Да, чёрт возьми, не сплю» Он скрестил руки на груди и мотнул головой в сторону кровати, показывая, чтобы я на неё сел.

Я беспомощно вздохнул и дал отмашку, чтобы мой друг засыпал меня вопросами. «Хах… Ну ладно, давай»

Когда мы закончили болтать, на часах уже было 4 часа. Мы вдвоём, уставшие физически и морально, растянулись на кроватях.

«Не могу поверить, что ты обнимал её» — сказал Элайджа, лёжа на кровати.

«Я же сказал тебе, что мы подружились, когда ей было 5 лет. Неудивительно, что мы так сблизились»

Он лишь качнул головой. «Когда ты ушёл, некоторые из студентов догадались, что заклинание лоз наслала президент, поскольку она единственная может использовать растительный элемент на таком уровне. Ты знаешь, как все студенты её называют?»

«Как?» — заинтересованно спросил я.

«Вот парочка кличек, которые я слышал» — он пододвинулся поближе, — «Первая. Неприкасаемая Принцесса»

«Неприкасаемая? Почему? Она гораздо сильнее, чем другие?»

Проигнорировав мои вопросы, он продолжил: «Второе. Лунная Богиня»

«Правда? Почему?» Эти клички меня даже рассмешили.

«Потому что она похожа на луну, Арт. Луна, кажется, так близка, что её можно схватить, но прикоснуться к ней никогда не получится. Но ты! Ты коснулся ЛУНЫ! ТЫ ОБНЯЛ ЛУНУ!!!»

«Ложись спать» — резюмировал я. Мы оба слишком устали, даже чтобы умыться. Моя голова уже болит от мысли о завтрашнем утре.

Мысли о произошедшем сегодня не давали мне заснуть. Я представлял себе, правильно ли я поступил в столовой. Эту привычку я приобрёл, будучи царём, привык обдумывать свои прошлые действия и планировать на будущее. Элайджа во сне что-то бормотал про луну.

«Просыпайся!» Я шлёпнул Элайджу по животу, когда закончил крепить ножны, являющиеся частью униформы дисциплинарного комитета.

«Ай!» Элайджа резко вскочил от удивления. «Теперь я понимаю, почему тебе не нравится, когда тебя так будят» — пробормотал он, потирая живот.

Ухмыльнувшись своему другу, я прошёл к выходу из комнаты. «Я уже ухожу, так что поторапливайся. Увидимся на занятиях!» Не оглядываясь, я махнул ему на прощания и отправился в актовый зал. Я должен был формально присутствовать на всех собраниях с членами комитета в небольшой комнате в актовом зале. И даже был немного взволнован, думая о моих напарниках.

Сильви, почувствовав моё волнение, лишь спокойно пискнула. Верно. После сегодняшнего дня все будут знать, что я — член дисциплинарного комитета. Я улыбнулся сам себе, представляя лица группы Рэйвенпора, когда они узнают о том, что значит моя униформа.

Зайдя в аудиторию, я поправил рубашку, жилет и ремень, а затем открыл дверь, ощущая усталость, сонливость и крайнее любопытство.





Глава 49




Глава 49

Как только я открыл дверь в аудиторию, меня неожиданно встретили.

«АРРРР!!!» Сильви так перепугалась, что едва не свалилась с моей головы. Мана зверь рёвом поприветствовал меня, заодно окатив слюнями, осыпавшимися на моё лицо и грудь.

«Тише, тише» Я вытер плевки и беспечно подошёл к мана-зверю. Этот зверь был выше 2 метров, даже стоя на четвереньках, покрыт густым тёмно-коричневым мехом с тёмно-красной гривой вокруг головы. Два клыка злобно выступали из верхней челюсти, делая животное ещё более угрожающим, хотя по сравнению с драконьей формой Сильвии, он был лишь котёнком-переростком.

«Вау… он не испугался…» Из-за мана-зверя выскочил студент, на вид лишь на пару лет старше меня. У него были довольно скучные светло-серые волосы, почти белые на чёлке. Его узкие глаза казались прорезями на лице, а улыбка более похожа на глумливую, чем на довольную. Тело же довольно сильно отличалось от моего – студент был худым и хилым. Он одет в тёмно-серый халат восточного стиля и широкие чёрные штаны, опоясанные золотым ремнём. На его халате был знак серебряного кинжала, как и у всех прочих членов дисциплинарного комитета. Что-то в нём меня насторожило. Он казался таинственным и выделяющимся.

«Должно быть, ты последний офицер ДК, которого мы ждали! Меня зовут Кай Крестлес, студент четвёртого курса! Но зови меня просто Кай!» Выражение его лица совсем не изменилось – глаза всё ещё прищурены, а губы по-прежнему улыбались, но он поднял руку в приветственном жесте. Его ладони перемотаны в бинтах, так что казалось, будто он был в перчатках.

«Приветствую. Меня зовут Артур Лейвин. Рад познакомиться с вами» — сказал я, пожав руку в повязке.

«Ба! Ещё один хилый красавчик! Почему в комитет не набрали НАСТОЯЩИХ мужчин?» Оглянувшись, я нашёл источник звука и сразу же вспомнил то, о чём мне рассказывал Элайджа перед ужином.

Женщина-гном, высотой примерно в полтора метра, с конечностями, толстыми, как стволы деревьев, спрыгнула с места и подошла ко мне. Я мог узнать в ней женщину только по длинным каштановым волосам и высокому голосу.

«Похоже, мы будем работать вместе, поэтому я представлюсь. Меня зовут Дорадрея Орегард, первокурсница. Будем напарниками, ага?» — сказала она, хлопнув меня по спине, отчего я чуть не упал. Какая сильная.

«Артур Лейвин. Приятно с вами познакомиться» — ответил я, потирая спину.

«Пойдём за мной. Мы с Каем ждали опоздавших у входа. Остальные офицеры ДК собрались в другой комнате. Директриса Гудскай не сказала, кто будет последним членом комитета, поэтому всем интересно» Она повела меня через холл, а Кай и его мана-зверь следовали за нами.

Когда мы зашли в комнату, Дорадрея звучно крикнула: «ЭЙ, НАРОД! ПОСЛЕДНИЙ ОФИЦЕР ПРИШЁЛ!»

Внутри гигантской комнаты, использующейся для проведения мероприятий, я увидел остальных 5-ых участников.

Недолго думая, я подошёл поближе и поприветствовал всех сразу. «Меня зовут Артур Лейвин, и я совсем недавно поступил в эту академию на учёного мага. Я двойной аугментер с элементами ветра и земли»

«Артур Лейвин?» Первый голос звучал удивлённо. Оглянувшись, я увидел мальчишку, примерно 17 лет. У него были пышные волосы цвета красного дерева, и он своим видом напоминал льва. Его свирепые мечеобразные брови и карие глаза поражали. Мне понадобилось пара секунд, чтобы понять, кто же он был.

«Если я правильно помню, то вы, наверное, принц Глайдер?» Чем дольше я на него смотрю, тем увереннее понимаю, что это был Кёртис Глайдер, сын короля Сапина.

«Вряд ли я могу теперь зваться принцем, с тех пор как 3 короля и королевы распустили прежний строй и назвали себя Советом. Зови меня просто Кёртисом» Его харизматичный голос нёс в себе определённую глубину. Он смутно посмотрел на меня, что было не удивительно, учитывая мои прошлые проблемы с его охраной.

«Приятно снова увидеть вас, Кёртис. Должно быть, ты сейчас уже на 5-ом курсе, да?» — весело ответил я, отчего немного умерил его беспокойный взгляд.

«Да! 5-ый курс, огненный аугментер, а также укротитель зверя. Приятно снова встретиться» — сказал он и пожал мне руку. В то время, как униформа Кая выглядела как халат, мундир Кёртиса был куда более сложнее. Его наряд напомнил мне о старомодной военной форме без фуражки. Чёрный военный пиджак был отделан тёмно-серыми линиями и золотыми пуговицами. На правом плече повязан военный ремень, прикреплённый к воротнику пиджака, придавая ему элегантный, но свирепый стиль.

«А, значит, того Мирового Льва, которого я встретил у входа, несколько лет назад на аукционе приобрёл твой отец»

«Ах… Неужели Кай заставил Грайдера испугать тебя?» Он бросил взгляд на Кая, который лишь отмахнулся. «Но да. Я помню, что ты был с нами, когда мы купили детёныша льва. В прошлом году, когда он вырос, я сделал его своим питомцем» Он старался быть скромнее, но я всё же понял, что он был чрезвычайно горд называть себя укротителем зверя. И я был не против, поскольку это действительно был великий подвиг, особенно наладить контакт со зверем так, чтобы тот признал себя питомцем. «Похоже, твой питомец немного изменился! Хотя, совсем и не вырос» Он тихонько погладил по голове спящую Сильви. Проанализировав внутреннюю циркуляцию маны Кёртиса, мне показалось, что его мировой лев не слишком уж и силён.

«Да, её темп роста кажется ужасно медленным» — равнодушно ответил я.

«Всё нормально! В академии есть множество студентов, которые имеют питомцев, даже не являясь укротителями зверей»

Присмотревшись, я понял, что Кёртис и его питомец странно похожи. Волосы Кёртиса и грива Грайдера одинаковы по цвету, и они оба имели свирепый взгляд.

«Ах да! Помнишь мою сестру Кейтилин?» — продолжил Кёртис. Маленькая черноволосая девочка, которую я всё же вспомнил, молчаливо поклонилась мне. Она была одета почти так же, как и брат, только вместо штанов носила юбку, как и все другие девушки в академии. Кроме Дорадреи, но будет лучше… для всех… если она останется в штанах.

«Приятно снова встретить вас» — я просто поклонился ей в ответ. Она уже выросла и стала больше похожа на свою мать. Разительный контраст между безупречной фарфоровой кожей и угольно-чёрными волосами, и тёмными глазами с длинными ресницами делали её похожей на куклу.

«Я тоже рада встретиться с тобой, Артур. Я, как и ты, тоже первокурсница и тоже учусь на учёного мага. Использую ледяную магию и являюсь заклинателем»

Ого… она девиант!

«Думаю, теперь моя очередь! Меня зовут Клэр! Клэр Блейдхарт! Учусь на шестом курсе на боевого мага с двойной специализацией огня и ветра, а также я лидер дисциплинарного комитета! Я аугментер, как и ты, так что можешь не стесняясь спрашивать меня, если будут затруднения!» Эта старшекурсница так и сочилась позитивом и страстью. Она была почти так же красива, как Тесс или Кейтилин, но имела своё собственное очарование в виде алых волос. Клэр носила военную униформу, но вместо золотого ремня, как у Глайдеров, на её плечах были золотые эполеты. Что наряду со светло-серой с золотой оборкой юбкой и сапогами до колен придавали ей королевский вид, по сравнению с моей простотой.

Я попытался представить себя в такой же униформе, как у Клэр, и содрогнулся от мысли. Чем больше я на неё смотрю, тем больше предпочитаю менее броскую форму.

Мне понадобилась пара секунд, чтобы вспомнить, почему мне знакома её фамилия. «Вы, наверное, знакомы с Каспианом Блэйдхартом?»

«А? Ты знаешь моего дядю?» — спросила она, наклонив голову.

«Нет, но я слышал множество рассказов от членов команды моего отца о том, как силён Каспиан» Я тепло улыбнулся ей, и она понимающе мне кивнула.

«Понятно. Ну, он обучал меня с тех пор, как только я пробудилась, так что мои методы похожи на его. Конечно, до него мне ещё далеко» — ответила она, положив ладонь на золотую рукоять своей рапиры.

«Неужели это тот самый Артур Лейвин. Давно не виделись!» Высокий светловолосый эльф, на пару лет старше меня, поднялся с места и, скрестив руки, посмотрел на меня сверху вниз.

«Прошу прощения… я вас знаю?» Я действительно понятия не имел, кто этот эльф, пока Сильви мысленно не передала мне воспоминание.

«Ах да! Ты же Фейфей!» Как он вырос! Раньше он был всего лишь на полголовы выше меня, а теперь он сильно преобразился и стал очень красивым мальчиком.

Фейфей мгновенно покраснел, и он взял меня за плечи. «Меня зовут ФейРИХ… Фейрих Ивсаар Третий. И хотя я тоже первокурсник, я всё же на пару-тройку лет старше тебя, поэтому не называй меня по кличке. Я заклинатель, специализирующийся на воде» Я видел, как вены вздулись на его лбу.

«Ха-ха! Давно не виделись!» — воскликнул я, пожав ему руку. Он был облачён в чёрный мундир с золотыми полосками на плечах. Однако, это ему подходило лучше, чем остальным.

«Последний член комитета, но не менее важный – Теодор Максвелл!» — крикнула Клэр, и мы с Фейфеем посмотрели на студента.

«Хм! Похоже, в комитет понабирали всяких хамов» Теодор встал со своего места, и я клянусь, что сначала подумал, будто бы он был медведем. Высотой примерно в 2 метра, он даже на Грайвера смотрел сверху вниз. Из его мундира на нём был только жилет, из-под которого выпирали мышцы. Но судя по отметинам, раньше это был пиджак.

Он встал передо мной и положил руку мне на плечо.

*ВУММММ*

Внезапно, я почувствовал, что вес моего тела увеличился в несколько раз и ноги начали подкашиваться. Теодор – девиант, способный манипулировать гравитацией.

Мой организм способен выдерживать его силу, благодаря ассимиляции с драконьей волей, но я всё равно почувствовал слабость. Влив ещё больше маны в своё тело, я посмотрел Теодору прямо в глаза.

Он хотел проверить меня?

«Хм» Ощутив мой холодный взгляд, он отпустил меня и отошёл, пробормотав «неплохо».

«Артур хорош. В прошлый раз, Фейрих почти сразу же упал на пол» — усмехнулся Кай.

«Я – заклинатель, а Артур аугментер! Пожалуйста, не сравнивай меня с вами» Фейфей уже почти взбесился, а его лицо покраснело от смущения.

«Тише, тише! Я в предвкушении того, что принесёт нам этот семестр! Отныне, ребята, мы одна команда!» Клэр снова жизнерадостно воскликнула и положила руку на стол.

«И я тоже с нетерпением жду этого!» Кай положил забинтованную руку поверх ладони Клэр, по-прежнему ухмыляясь.

«Похоже, наступают довольно интересные времена!» — сказала Дорадрея и положила свою мясистую руку на ладонь Кая.

«Ха-ха! Да! Давайте выложимся на полную!» Кёртис также положил руку, а Кейтилин молча последовала их примеру.

Я только со всеми познакомился, а уже устал. *Вздох* «Я уверен, что будет круто» Я и Фейфей тоже положили руки в стопку. Сильвия сбежала с моей головы по руке и положила свою лапку на мою ладонь.

Теодор подошёл поближе и накрыл все ладони своей. По его молчаливому кивку, Клэр уверенно улыбнулась и крикнула: «ДА ЗДРАВСТВУЕТ ДИСЦИПЛИНАРНЫЙ КОМИТЕТ!!!»

«УРА!»

«Перед тем, как начнётся клубная лихорадка, студенческий совет хотел бы официально представить студентов этой академии, чья группа, которая лично созвана директрисой в надежде разрешения и предотвращения споров среди студентов, а также исполнение наказаний для нарушителей. Этой группе позволительно использовать магию для поддержания мира и безопасности учащихся, как между студентами, так и посторонних. Пожалуйста, поприветствуйте дисциплинарный комитет!» — прозвенел голос Тессии.

Актовый зал наполнился аплодисментами и красный занавес поднялся. Мы, держась за руки, вышли на сцену. Пришлось признать, что с такими людьми как Кёртис и его Грайдер, Теодор, Клэр и даже Фейрих, мы выглядели довольно впечатляюще, в основном благодаря мундирам.

Я взглянул на Тессию и наши глаза встретились, отчего она быстро отвернулась. Пока мы стояли перед студентами Ксайруса на сцене бок о бок, вытащили ножи и выставили перед собой, показывая наш особый знак. После этого, мы провели небольшой хореографический номер и откланялись.

Клэр зачитала небольшую речь от имени комитета, прежде чем мы ушли со сцены, оставив толпу со смешанными чувствами.

Для некоторых студентов, дисциплинарный комитет мешал их испорченному поведению. Для других, он служил защитой от вреда.





Глава 50




Глава 50

«Эй, глянь на того офицера ДК. Вроде бы его зовут Артур, верно?»

«Как первокурсник смог попасть в дисциплинарный комитет? У него какие-то связи?»

«Вряд ли. Я слышал, что даже несмотря на связи или благородство, в комитет набирают только самых сильных»

«Он симпатичный» «Да, он определённо в моём вкусе»

«А эта белая лисичка на его голове так мила!»

Зайдя в класс, я сел за парту рядом с Элайджей. От постоянных шёпотов и разговоров, эхом раздающихся по классу, у меня уже заболела голова. Профессор по нашему первому предмету, основам теории магии, ещё не пришёл с утренней церемонии.

«Посмотрите-ка на этого господина офицера ДК!» Элайджа подтолкнул меня локтём и саркастически усмехнулся.

Прежде чем я успел ему ответить, в кабинет уверенными шагами зашёл профессор.

Стукнув папкой по подиуму, он начал говорить: «Итак… я понимаю, что вам многое хочется обсудить, но вот сплетничать – не хорошо. Особенно, если этот человек из сплетен сидит с вами в одной комнате» Он посмотрел в мою сторону и подмигнул мне.

Наш профессор казался довольно молодым, примерно лет 30. Каштановые волосы с пробором подчёркивали его аккуратный стиль. Лицо было свежевыбритым, показывая его узкую челюсть. Для заклинателя, судя по палочке, он держал себя в форме.

Болтовня студентов смущённо уменьшилась, а некоторые засмеялись.

«Меня зовут профессор Авиус и я очень рад встретиться с вами. Некоторые из вас думают, что этот предмет излишен и не нужен им, но я, напротив, считаю, что именно это заложит в вас основу для становления великими магами. Мы не будем применять заклинания, но в процессе обучения вас ждут множество опытов и интересных проектов!»

На последней фразе, весь класс синхронно вздохнул от того, что им придётся делать проекты. Я не знаю, что зададут нам, детям 12-14 лет, но это не должно быть таким уж сложным.

«Я думаю, что сегодня отличный день для лекции! Пока вы молоды, ваш мозг легче впитывает знания. Приготовьте свои тетради и ручки!»

Элайджа поправил очки и достал свой новый блокнот и ручку, записав название предмета и сегодняшнюю дату.

Я же наклонился поближе и, подперев рукой подбородок, приготовился слушать.

Преподаватель взял мел и неаккуратно нацарапал тему на доске. «Сегодняшняя тема будет посвящена сегрегации между аугментерами и заклинателями!»

«В отношении между аугментерами и заклинателями глубоко внедрена дискриминация, исходящая из того, что аугментеры по версии заклинателей – лишь «животные» и «дикари», которые сражаются, запачкав руки» В своей речи, он пальцами изображал кавычки на словах.

«И вы должны избавиться от этой дискриминации прямо сейчас» — сказал профессор, серьёзно оглядывая класс.

В толпе студентов пронесся ропот несогласия и подтверждения.

«С точки зрения заклинателей, глупо говорить, что мы превосходим аугментеров только потому, что лучше воздействуем маной на дистанции и имеем преимущество на низких уровнях» Профессор говорил, записывая на доске ключевые моменты.

«Когда мана-ядро, как у аугментеров, так и у заклинателей, достигает серебряной стадии, манипуляция маной становится гораздо более свободной. Между каналами и венами маны не будет различий, поскольку чистота маны из ядра позволит манипулировать маной на расстоянии и напрямую совершенно одинаково»

Я услышал, как Элайджа ахнул и что-то яростно записал в блокноте.

Мда… по крайней мере, этот профессор знал свой предмет. Во время своего обучения я понял, что чем выше стадия, которую достигнет маг, тем меньше различие между основами культивации маны.

«Так скажите мне, если, например, два мага – аугментер и заклинатель оба достигнут серебряной стадии, у кого будет преимущество? Я же говорю, либо они будут равны, либо, что даже вероятнее, аугментер будет иметь преимущество» Это заявление создало ещё больший резонанс со стороны студентов.

«Прежде чем вы выскажетесь, сперва подумайте над этим. До серебряной стадии, при должном таланте и доле удачи, аугментеры и заклинатели тренируются в манипулировании маной. Тем не менее, аугментеры, начиная с пробуждения в препубертатном возрасте, тренируются в рукопашном бою, укрепляя не только таланты, но и своё тело. Как только аугментер достигнет серебряной стадии, он будет продолжать развивать дальнобойные умения, хотя, возможно, сперва будет уступать в этом заклинателю. Однако, когда аугментер достигнет вершины своего развития, дальнобойные заклинания будут получаться у него всё лучше и лучше, а навыки ближнего боя останутся на прежнем высоком уровне. Так скажите мне… заклинатели действительно более благородны и доминирующие в магии?»

«Некоторые старомодные маги по-прежнему считают, что заклинатели преобладают в манипуляции маной, но директриса Синтия, наряду со многими другими влиятельными фигурами этого континента, пытаются дать вам правду. Я умоляю вас, молодёжь, запомните это. А вы, аугментеры, не зазнавайтесь, поскольку на данном этапе вы все ещё слабее заклинателей. Заклинатели – вам я советую не киснуть по этому поводу и начать тренироваться рукопашному бою. Хотя для вас это будет сложнее, из-за отсутствия способностей к укреплению тела маной, это не значит, что совершенно нет никаких способов и заклинаний для укрепления тела» Он положил мел на стол и замолчал, оставляя нас переваривать услышанное.

«Есть вопросы?» — мягко сказал он, искренне улыбаясь.

Рука Элайджи сразу же поднялась вверх, и профессор кивнул ему.

«Профессор, если вы говорите правду, то как лучше снизить разницу между двумя категориями магов, при достижении серебряной стадии и выше?» — спросил он серьёзно.

«Хороший вопрос… Элайджа Кнайт» — профессор посмотрел в свои записи и ответил, — «Лучше всего для двух магов будет обмен предпочтениями в стилях борьбы. Заклинатели на данном этапе будут изучать, как наполнять своё тело маной так, как это делают аугментеры, а те будут больше опираться на дальний бой, состоящий из различных заклинаний»

Элайджа понимающе кивнул и в точности записал слова профессора в свой блокнот.

Студенты задали ещё несколько незначительных вопросов, когда прозвенел звонок и мы собрались на следующий урок.

«Увидимся на обеде?» — спросил Элайджа, упаковывая свою сумку.

«Конечно. Тот, кто попадёт туда первым, займет место для другого» Я похлопал своего друга по спине и вышел из класса.

Когда я проходил по коридору, то чувствовал множество взглядов студентов, узнающих мою форму. На пути к своему классу я понял, что немногие студенты имеют питомцев. И большинство зверей не впечатляли – типа рогатой крысы, сидящей на плече у студента, но некоторые были довольно крупны и с гордостью демонстрировались учениками. Какой-то 15-летний мальчик проехал на гигантском ящере с гордо поднятым подбородком. Я не знаю, что это был за ящер, но судя по количеству маны в ядре зверя можно было сказать, что ящер был как минимум класса С.

Зайдя в другой класс, я отметил изменения в планировке. Комната была похожа на миниатюрную арену с платформой для сражений в центре, которую окружали барьеры и ряды сидений.

Я забрался повыше и сел. “Я голодна” – проворчала Сильви. “Да, я тоже. Но до обеда ещё далеко. Ты хочешь сама отправиться на охоту?” Сильвия кивнула и с поразительной скоростью рванула к выходу. Когда дело касалось еды, она была на удивление быстра.

Класс заполнялся людьми и через несколько минут все места были заняты. Большинство студентов были первокурсниками, но я заметил в толпе и учащихся на втором курсе.

«Могу я сесть рядом с тобой?» Я повернул голову и увидел Кейтилин в униформе дисциплинарного комитета.

«Конечно, присаживайся» Я подвинул свою сумку, чтобы освободить сидение рядом. Она легко поклонилась и, тщательно поправляя юбку как истинная леди, заняла место.

«Кого я вижу! Неужели это принцесса Кейтилин и мой соперник, Артур Лейвин» Фейфей увидел нас и уверенно пошагал в нашу сторону.

С каких пор я стал его соперником… и в чём именно?

«Сегодня прекрасное утро. Как вам сегодняшняя торжественная церемония?» — сказал он, усевшись рядом со мной с другой стороны.

Почему он сел рядом со мной? Я думал, он меня недолюбливает.

«Хоть сейчас уже почти обед, но всё же… с добрым утром!» Оптимистичный, толстый мужчина, носящий лёгкие доспехи, хлопнул в ладоши, привлекая внимание каждого сидящего. Он больше походил на начинающего авантюриста, чем на профессора, но приглядевшись, я был удивлён увидеть его светло-жёлтую стадию ядра маны.

«Сегодня собралось довольно много студентов. Я знаю, что мой предмет популярен и я горд этим! Меня зовут профессор Гейст. Добро пожаловать, дамы и господа, и офицеры ДК. Для меня большая честь принимать вас на моих занятиях» Я не знаю, говорил ли он это с сарказмом или нет, но не возражал против его личного приветствия.

«Итак, практические манипуляции с маной, или ПММ, как я люблю их называть. Это означает, что всё мы будем испытывать на практике! Практика, в моём определении, означает повторение по примеру, ведь лучше сначала увидеть то, что будешь тренировать, верно?» Его глубокий бас гремел по всему классу, будя всех, кто ещё был сонным, включая меня.

«Я понимаю, что большинство из вас первогодки и совсем недавно пробудились. Хотя, всё больше и больше родителей начинают обучать своих детей самостоятельно сразу же после пробуждения, прежде чем отправлять сюда. Однако, ради равенства, я буду считать, что вы все первокурсники и новички в манипуляции с маной. Конечно, с некоторыми исключениями, такими как трое сидящих здесь персон» Он указал на нас троих и подмигнул.

«Я уверен, что всем, включая меня, любопытно узнать уровень способностей нашего нового дисциплинарного комитета. Они ведь будут защищать студентов нашей академии» Несколько криков из зала подтвердили его слова.

Я внутренне вздохнул, поняв, что профессор станет настоящей занозой в заднице. Даже на лице безэмоциональной Кейтилин пронеслось досадное подёргивание бровью.

«Хм! Ну если профессор Гейст настаивает, то я стану добровольцем от имени ДК, и продемонстрирую способности нашей группы, набранной лично директрисой» Фейрих встал со своего места и гордо положил руку на сердце.

*Вздох*

«Ха-ха! Так держать! Ты ведь Фейрих, верно? Спускайся на сцену»

Фейрих изящно спрыгнул со своего места на сцену, стоящую в центре аудитории. Некоторые девушки аплодировали ему, а парни лишь обиженно фыркали.

«Хм, если я прав, то ты заклинатель на светло-оранжевой стадии с водной специализацией, верно? Очень хорошо для 15-летнего, даже для эльфа» — сказал профессор, изучая эльфа.

«Верно! И судя потому, что я не могу почуять ваш уровень маны, то вы сами более высокого уровня, чем я. Для меня большая честь учиться у вас» Фейрих был очень хорошо воспитан, но его лёгкий оттенок высокомерия как бы намекал, что даже несмотря на высокий уровень профессора, он бы с ним сразился.

«Ещё бы, я же на светло-жёлтой стадии! Но что бы сражение было справедливым, я буду использовать только дальнобойные атаки» Он достал двуручный меч из пространственной вещи где-то за спиной и запрыгнул на сцену.

Фейрих хотел было возразить, но профессор Гейст поднял руку: «Пожалуйста… если я проиграю, то у меня хотя бы будет оправдание» Гейст подмигнул эльфу, и другие студенты засмеялись.

Он говорил искренно, но я думаю, что он был уверен в победе против Фейриха, даже с таким ограничением.

«Фейрих проиграет» — тихо сказала Кейтилин.

«Неужели? И почему же?» Я же просто сделал догадку, но кажется, что Кейтилин увидела что-то, что я не заметил.

Она так и не отреагировала, и я вернулся к просмотру начинающегося поединка.

«Позвольте мне сперва создать барьер, чтобы снаряды маны не попали в аудиторию» Профессор пробормотал несколько заклинаний и пространство вокруг арены тускло засветилось.

«Начнём же!» Он ухмыльнулся, когда Фейрих достал свою палочку и приготовился к заклинанию.

«Водяной Змей!» Поток воды закружился вокруг Фейриха и вскоре принял форму гигантского змея. «Потоп!» Эльф мгновенно призвал ещё одно заклинание после создания водяного змея и наверху арены образовался водяной слой, в который влетел змей.

Заклинание довольно высокого уровня, которое использовали маги для создания более выгодных для них условий на поля боя.

«Огненный шар» Профессор Гейст просто выстрелил огненным шаром, но тем не менее сумел застать меня врасплох. Это заклинание было низкоуровневым, которое знали все аугментеры, но пламя в ладони профессора было синим.

Меня поразило то, что аугментер смог изменить свойства огня, когда даже самые умелые заклинатели могли это воспроизвести с трудом.

Ярко-синий огненный шар вылетел из руки профессора в сторону Фейриха, который понятия не имел, насколько сильно это заклинание было на самом деле.

«Я думал, что вы сделаете что-нибудь получше, профессор!» Фейрих уверенно поднял свою палочку и начертил в воздухе символ, на месте которого из земли поднялась плотная стена воды.

Как только огненный шар попал в водяную стену, через поднявшийся пар трудно было заметить, как пламя, уменьшившееся, но всё ещё горящее, всё-таки долетело до моего коллеги, члена ДК.

Фейрих в последний момент понял, что шар попадёт в него, но не успевал своевременно отреагировать и создать ещё один слой воды, чтобы минимизировать урон.

«Уфф!» Шар из огня, размером не больше ногтя, тем не менее прожёг дыру в специальном защитном костюме Фейриха и повалил его на спину.

Профессор Гейст широко улыбнулся и жонглировал двумя синими шарами. «Ты сдаёшься?»

«Д-да… я сдаюсь» Фейрих с низко опущенной головой и мокрой униформой, сгорая от стыда, добрался до своего места.

Студенты начали бубнить о том, что ДК не столь силён и что вряд ли мы сможем защищать их на самом деле.

«Ты неплохо выступил, Фейрих» — сказал я, погладив эльфа по спине. Он хорошо сражался, не зная, с кем имеет дело. Зачем профессор пытался выставить нас дураками? Или он лишь хочет повысить своё ЧСВ, отыгрываясь на учениках?

«Кто-нибудь ещё хочет стать добровольцем?» — заявил профессор, глядя на меня и Кейтилин. Я собирался поднять руку, но Кейтилин опередила меня, встав с места и говоря: «Пожалуйста, проверьте и меня» И после этого легко спрыгнула на арену.





Глава 51




Глава 51

«Кейтилин Глайдер. Должен сказать, что это честь для нас, ваше присутствие в моём скромном классе» — Профессор Гейст глубоко и преувеличенно поклонился, «Пожалуйста, не обижайтесь на возможные результаты после «демонстрации»

Она безэмоционально кивнула и достала жезл из пространственного кольца.

«Отлично. Давайте приступим!» Профессор хлопнул в ладоши и на них зажглись огни.

Не говоря ни слова, она подняла свой жезл. Прежде чем профессор Гейст успел создать огненный шар, два ледяных копья появились из воздуха возле Кейтилин.

«Вперёд» — прошептала моя коллега-офицер перед тем, как копья устремились к профессору.

Понятно. Она решила, что лучшая защита – это нападение.

На лице у профессора появилась слабая ухмылка, когда он поднял руки, всё ещё объятые пламенем, готовясь отразить ледяные копья.

Как только ледяные копья долетели до огня на ладонях, то тут же растаяли, но и пламя тоже начало исчезать.

«Ледяные копья» — снова пробормотала принцесса, но на этот раз возле неё возникло 5 копий, вместо двух.

«Вперёд» Она напоминала богиню льда, которая заморозит любого, кто окажется рядом с ней.

«Ха-ха! Впечатляет! Как и положено принцессе!» — ухмыльнулся профессор аудитории, которая безотрывно наблюдала за интенсивным боем. Поскольку большинство студентов были первокурсниками, то они не могли даже представить себе такие заклинания.

Наш профессор отразил все пять копий, нацеленных ему в голову.

«Пучок огней!» Заклинание профессора Гейста тут же материализовалось в множество маленьких летающих шаров голубого пламени.

Вроде бы такое же заклинание использовал Лукас на экзамене?

«Отражение» — сказала Кейтилин и 5 её ледяных копий разбились на бесчисленное множество мелких и острых осколков льда.

«Огонь!» На лице профессора уже не было самодовольства, когда он выпустил огненные шары в Кейтилин.

Кейтилин же была сосредоточена на создании своего последнего заклинания и игнорировала летящие к ней синие огненные шары.

«Ледяной Смерч!» В её голосе были едва заметные нотки паники, поскольку она поняла, что не сможет полностью отклонить атаку профессора.

ОТ ЛИЦА ПРОФЕССОРА ГЕЙСТА:

Вот идиотка! Почему она не защищается, а пытается закончить заклинание?

Когда вокруг меня начал кружиться смерч из ледяных осколков, то я занервничал. Мне было страшно, я боялся, что она сильно навредит себе этим заклинанием.

Ведь все нормальные заклинатели всегда пытаются защищаться. Я выстрелил довольно простым заклинанием, и поскольку она девиант, специализирующийся на ледяном элементе, для неё отразить его вообще проще простого. Неужели она так сильно хотела выиграть, что решила отказаться от защиты?

Я отменил свои заклинания, но исчез только пучок огней. Потоки голубого огня всё ещё летели в сторону глупой принцессы.

БЛЯТЬ. Я облажался.

Огненное поле. Я окружил себя тонким тёплым огненным слоем, который испарял осколки льда, крутящиеся возле меня. Получил несколько лёгких царапин, но это пустяки. Что случилось с принцессой? Вроде бы я не слышал никаких криков от других студентов. Может, с ней всё в порядке?

Блин… нужно было остановиться после глупого эльфа.

После того, как осколки льда растаяли, я сразу же попытался найти принцессу, но вместо этого увидел последнего члена дисциплинарного комитета, Артура Лейвина, стоящего перед Кейтилин, которая по-прежнему в панике закрывала лицо руками.

Его глаза… я невольно задрожал от его убийственного взгляда, пронзившего меня насквозь. Это ощущается даже острее тех ледяных копий.

«Думаю, эта игра немного затянулась, неправда ли?» Его лицо всё ещё было холодно и невинно, но властный взгляд смотрел на меня без угрызений совести. Это его нормальное лицо?

«Благодарю вас за заботу о принцессе, но у меня всё под контролем» Ни в коем случае нельзя терять лицо перед студентами, особенно перед первокурсниками.

«Под контролем?» Брови Артура слегка раздражённо дёрнулись. Только я чувствовал его давление? Это не нормально. Такого я не чувствовал даже от мана-зверей класса АА.

«Да. Думаете, профессор уважаемой академии мог навредить студенту?» — спокойно сказал я. У него не было никаких доказательств. Сегодня все немного ошиблись.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Этот неблагодарный хмырь планирует настаивать на то, что у него всё под контролем. После экзамена Лукаса я помнил, что даже при отмене пучка огней, пламя от них нельзя отменить. Но, поскольку я успел заблокировать удар, у меня не было никаких доказательств.

«Понятно… в таком случае, позвольте мне занять место моего коллеги для «демонстрации»

«Ха-ха… ну, если вы настаиваете. Кажется, я слишком сильно напугал принцессу своим последним заклинанием. Нужно было его раньше отменить, если бы я знал, что вы его заблокируете. Некоторые из учеников могут неправильно понять меня, как будто бы я пытался причинить ей боль»

Даже сейчас, это жалкое подобие инструктора пытался отстоять свою позицию. И по различным крикам из аудитории, можно было сказать, что ученики верили его словам.

Я обернулся к Кейтилин и спросил: «Ты в порядке? Как думаешь, ты сможешь сама дойти до своего места?»

«Д-да… мне очень жаль» Впервые я увидел изменение выражения лица Кейтилин. От смущения, её белая фарфоровая кожа вспыхнула светло-красными красками. Она отвернулась и вернулась на своё место.

«Тогда, начнём, пожалуй» Я обернулся к профессору Гейсту и достал Рассветную Балладу. Полупрозрачное бирюзовое лезвие легко вынырнуло из ножен и даже Гейст изумлённо присвистнул, удивлённо рассматривая меч.

«У тебя довольно хорошее оружие. Поскольку ты аугментер, то, я полагаю, было бы справедливо позволить вам выбрать метод борьбы» — сказал Гейст, пожав плечами.

«Без разницы» — ответил я.

Я увидел, что от раздражения у профессора вздулись вены.

«И всё же, я настаиваю»

«Тогда, пожалуйста, атакуйте тем, что больше предпочитаете» Я сделал пару шагов вперёд, изучая каждое его действие.

Сволочь он или нет, но всё же профессор был ветераном боёв на светло-жёлтой стадии. Сам факт того, что он мог использовать синий огонь доказывало его талантливость.

Я заметил, как ухмылка профессора сползла с лица. Он хотел произвести впечатление на студентов, и пока что, это ему удавалось.

«Хорошо. Тогда я постараюсь бить не сильно» Он снова попытался улыбнуться, но получилось довольно плохо.

Вытащив меч, он побежал ко мне, грациозно махая лезвием.

«ДЗЫНЬ!» Он ударил меня без предупреждения и с такой силой, что это с трудом подходило под «бить не сильно»

Его меч был покрыт смертоносным синим пламенем. После парирования его внезапного удара, я использовал воздушный элемент, чтобы сдуть его пламя.

Из-за того, что я мог использовать только два элемента – воздух и землю, мне пришлось всерьёз задуматься о том, как мне получше их использовать, чтобы победить более сильного соперника. Я бы тоже с лёгкостью швырялся синим огнём, но сейчас у меня не было такой возможности.

Его атаки продолжались и каждый удар был всё сильнее и быстрее, как будто он испытывал мой предел. И каждый раз я с лёгкостью парировал и уклонялся от его атак.

Я даже не использовал заклинания для отклонения его выпадов, лишь укрепление тела маной и превосходное владение мечом, отчего, казалось, профессор бесился ещё больше.

«Неужели в Дисциплинарном Комитете состоят только крысы, способные лишь уворачиваться и убегать?» — громко сказал Гейст.

«Неужели мне нужно атаковать профессора, который не может попасть даже по первокурснику?» — шутливо и с невинным лицом ответил я.

Он промолчал, лишь сильнее сжав губы. К этому времени, некоторые студенты уже шептались о том, что это была не просто демонстрация сил и они должны предупредить об этом директрису и совет.

Атаки профессора Гейста стали ещё ожесточённее, когда он начал комбинировать заклинания с простыми выпадами.

«Столб Пламени» Поток голубого пламени взмыл из-под земли подо мной, и я мгновенно уклонился от него, одновременно атакуя врага в шею.

Поймав его врасплох, я заставил Гейста отпрыгнуть подальше от моего клинка. На его лице появились капли пота.

«Даже крысы смертельно опасны, когда их загоняют в угол, профессор» — ехидно оскалился я и сразу же покрыл расстояние между нами.

Подойдя ближе, я влил воздушную ману в меч и приготовил заклинание. С каждым моим ударом, я прокладывал себе путь, сбивая с толку профессора Гейста, который всё ещё пытался блокировать атаки. Каждый взмах, каждый выпад и каждый удар имел полупрозрачную копию острого лезвия, которая атаковала вслед по той же траектории.

Гейст уже не пытался улыбаться, на его лице запечатлелась концентрация, когда он блокировал шквал моих атак.

Каждым ударом я загонял его к краю арены, пламя на его мече беспомощно мерцало при отражении моего меча.

Пора заканчивать.

Я сделал подсечку, чтобы тот потерял равновесие. Как и ожидалось, аугментер-ветеран споткнулся, но всего через долю секунды смог восстановить своё равновесие. Однако, именно эта доля секунды мне и нужна.

Буря.

Воздушные продолжения моего лезвия засветились и скорость моей атаки увеличилась настолько, что все сидящие в зале едва могли заметить клинок. Только что активированная буря только начиналась.

«АААА!» Не выдерживая огромного количества атак, которые он ни за что не смог бы все заблокировать, профессор упал на пол арены.

*БУМ БУМ БУМ БУМ…* Защитный барьер вокруг сцены трещал и мерцал, сдерживая напор бури.

*КРАК!* Издав резкий звук, барьер пал. Он был достаточно силён, чтобы отражать все мои атаки, кроме последнего. Большое ветряное лезвие разрубило его и даже задело шею профессора, выпустив струйку крови.

К счастью, укреплённое маной тело профессора Гейста было сильно, и рана на шее оказалась лишь царапиной, но он всё равно едва смог подняться на ноги, с бледным от страха лицом и дрожащими коленками.

Закинув свой меч обратно в пространственное кольцо, я посмотрел на профессора и сказал: «Благодарю вас за вашу проверку»

Как по команде, раздался звонок, и я вышел из класса, оставив всех студентов поражённо пялиться мне вслед.

«А-Артур…» Я услышал мягкий голос позади себя. Обернувшись, я увидел бегущих ко мне Кейтилин и Фейриха.

«Должен признать, ты впечатляюще сражался, Артур. Как и ожидалось от моего соперника» — сказал Фейрих, скрестив руки на груди, но на его лице читалось разочарование.

Положив руку на плечо эльфа, я сказал: «Ты тоже был хорош, Фейрих. Если бы ты знал, насколько сильно заклинание профессора, то ты бы предпринял меры»

«Конечно! Если бы я знал, какое именно заклинание он вызвал, то я бы победил его» На его лице появилась слабая улыбка, свидетельствующая о том, что он оценил мои слова.

Я обернулся к Кейтилин и легонько щёлкнул её по лбу. «Больше так не глупи»

Она шокированно посмотрела на меня и даже Фейрих немного запаниковал.

«Если бы ты подумала о своей защите, вместо того, чтобы сосредотачиваться на атаке профессора, то ты бы не попала в такую рисковую ситуацию. В следующий раз не упрямствуй и тщательно подумай. И знаешь… ты довольно эмоциональная для кого-то, чьё выражение лица никогда не меняется» Я игриво улыбнулся ей и отправился на своё следующее занятие, оставив принцессу в оцепенении, пока Фейрих пытался утешить её.

«Кююю!» “Ах… я наелась! Как прошло занятие, папа?” — сказала Сильви залезла ко мне на голову, снова испортив причёску.

”Ну, всё прошло неплохо” – ответил я и погладил своего драгоценного питомца.





Глава 52




Глава 52

Идя в другой класс, я немного разочаровался в себе. Я был слишком нетерпелив, желая побыстрее расправиться с профессором. И я мог бы справиться ещё быстрее, если бы не ограничил себя двумя элементами. Думаю, моя одарённость сделала меня слишком дерзким и нетерпеливым. Знаю, мне ещё далеко до вершины моих способностей, для того, чтобы править на этом континенте, но я всё же смогу до них дойти. И мне нужно перестать сравнивать себя со студентами моего возраста и думать глобальнее. Моей единственной надеждой было то, что на высших курсах меня обучат тому, чего я не могу достигнуть самостоятельно.

Меня весьма интересовало следующее занятие – основы артифицирования. Этого не было в моём старом мире. Наверняка у нас были технологии, позволяющие заменить эту специальность, но для меня манипуляция и кодирование маны в объектах для различных целей будет совершенно в новинку.

Войдя в класс, я приятно удивился, увидев внутри лабораторию. Колбы, контейнеры, различные руды и гаджеты были расставлены по всей комнате.

Я даже был немного рад тому, что не знал никого из своих одноклассников. Студенты рассаживались по местам вместе со своими знакомыми и друзьями, а одна девушка, примерно моего возраста, подошла к стулу рядом со мной.

«Я… тут занято? Если да, то я уйду!» Не знаю, почему она запаниковала, но я хихикнул.

«Пфф… нет, не занято. Присаживайся, если хочешь» — сказал я. Мягко говоря, девочка была обычной. Толстые круглые очки увеличивали её глаза и веснушки под ними. Вьющиеся волосы, похоже, жили своей жизнью, даже несмотря на то, что были завязаны в конский хвост.

По сравнению с такими девушками, как Тесс или Кейтилин, за которыми все бегали, такую девушку можно было назвать довольно простой. Но по какой-то причине, я почувствовал себя комфортно рядом с ней, и поэтому я рассмеялся на её вопрос о свободном месте.

«Спасибо…» — пробормотала она, опустив лицо вниз, — «… мили»

«Что?» Я наклонился поближе, не расслышав её последнюю фразу.

«Эмили! Меня зовут Эмили Уотскен! Пожалуйста, будь моим другом!»

Будучи совершенно сбитым с толку её неожиданным восторгом, я легко кивнул.

«Конечно. Меня зовут Артур Лейвин» Я пожал ей руку и удивился от того, насколько грубой была её ладонь.

«Ой! Прости! Наверное, это отвратительно, верно?» Она быстро спрятала руку и покраснела, отчего её веснушки на щеках засветились.

«Нет, всё в порядке. У меня тоже есть мозоли. Видишь?» — сказал я, показав свои затвердевшие мозоли на ладонях.

«Вау…Ты, наверное, много практиковался! Неудивительно, что ты попал в ДК. Я действительно восхищаюсь тобой! А я очень люблю артифицирование и возня с кучей гаджетов сделала мои руки грубыми» Она проглатывала окончание слов, говоря всё быстрее и быстрее.

«Правда? Я тоже восхищаюсь такими людьми, как ты. Завидую, что у тебя есть такая страсть к артифицированию. В сражениях можно научиться только тому, как лучше убивать и разрушать, а чем глубже изучаешь артифицирование, тем лучше вещи можешь создать»

«Вау… глубокая мысль» Эмили поправила очки с толстыми стёклами, обдумывая, что я только что сказал.

«Ха-ха, извини, если сказал что-то обидное. Прошу прощения» В классе становилось всё громче, по мере заполнения комнаты любопытными учениками, большинство из которых были учёными магами.

Она отчаянно затрясла руками в жесте, что всё было в порядке. «Нет, нет, нет! Совсем не обидно! Просто я не ожидала такое услышать от 12-летнего»

«Пфф. Как будто бы ты сейчас говоришь не как 12-летняя» — хихикнул я, глядя на неё.

Сгорбившись на своём стуле, она вздохнула: «Верно… это потому, что я, видимо, гений, в каком-то роде. Я действительно не понимаю, почему люди стали ко мне относиться не как к ребёнку после того, как я создала проекционный дисплей»

Я аж привстал со стула. «Погоди, что? Это ты изобрела экран, по которому короли и королевы делали объявления?»

«Эм, ну разве что частично… я возилась с некоторыми приборами в лаборатории своих родителей и пару лет назад создала небольшой прототип»

Откинувшись на стуле, я глубоко вздохнул. Срань Господня. Она построила нечто подобное в 10 лет!

«Должен сказать, для меня честь сидеть рядом с таким гением» — ухмыльнулся я и притворно поклонился.

«Ой, прекрати! И даже не начинай! Кроме того, ты и сам очень известный» Она тоже улыбнулась и из-за света, отражённого в её очках, на миг она показалась мне злым учёным.

«Правда? Я очень старался, чтобы на меня не обращали внимания. Кажется, это не сработало»

«Ну, вступление в дисциплинарный комитет сразу же после поступления уж точно не помогло бы»

«В комитете есть и другие первокурсники!» — опроверг я.

«Но не люди! Вы и принцесса Кейтилин единственные из них, и принцесса попала туда из-за своего благородства. И остаёшься только ты, таинственный человек, новичок, с лисоподобным питомцем на голове, который с лёгкостью победил ветерана-аугментера, профессора, чьё мана-ядро было на светло-жёлтой стадии» Говоря слова, она наклонялась ко мне всё ближе и ближе.

«Что? Как ты узнала о том, что случилось с профессором Гейстом? Не прошло и пятнадцати минут!» «Кю!» Сильви тоже пискнула в знак протеста из-за того, что её назвали лисоподобной.

«Не удивляйся! В конце концов, мы же в академии магии! Новости распространяются быстро, а слухи и сплетни ещё быстрее. Наверняка некоторые студенты в этом классе уже знают о произошедшем» — с ухмылкой сказала она, погрозив пальчиком.

Я заметил небольшие изменения в её личности. «Боже… знаешь, я заметил, что ты стала более разговорчивой по сравнению с тем, как ты заикалась, приветствуя меня»

«Мне трудно разговаривать с незнакомцами. Кроме того, я не особо лажу с другими. Но ты особенный! С тобой мне комфортнее, потому что мы очень похожи!» — сказала Эмили, скрестив руки на неокрепшей груди.

«И в чём же?»

Она широко улыбнулась и сказала: «Мы оба фрики!»

Я лишь закатил глаза, но вскоре понял, что из-за высокого интеллекта, ей было комфортнее со мной, чем с другими детьми моего возраста.

Я собирался отреагировать на её заключение, когда дверь аудитории распахнулась и я увидел знакомое лицо.

«Приветствую, плебеи! Пожалуйста, поприветствуйте меня, профессора Гидеона, поскольку я ваш преподаватель!» Сумасшедший учёный забрался на подиум, поправляя очки на носу.

Снисходительно озирая класс, он в итоге добрался взглядом до меня и Эмили.

«Ах! Неужели это Артур, я даже не думал, что… ты будешь учиться в моём классе!» Он явно притворно хлопнул в ладоши и я кивнул ему.

«И, господи, вместе с мисс Уотскен! Должен сказать, вы отличная команда! Хорошо, давайте начнём первое занятие знакомством со мной!» Он улыбнулся, выцарапывая мелом своё имя на доске.

Почти всю лекцию Гидеон болтал о том, какой он замечательный. Большинство студентов, включая меня, уже почти спали, но глаза Эмили сверкали, когда она впитывала каждую частичку информации, выходящую из губ Гидеона. Думаю, даже будучи гением в артифицировании, она уважала его.

Сильви, свернувшись калачиком, спала на столе передо мной, использовав мою руку как подушку. Внезапно, в окно влетела оливково-зелёная сова, приземляясь на моё плечо.

«Кю!» Сильвия вскочила и рыкнула, но сова продолжила спокойно чистить свои перья.

«Кажется, директриса Гудскай вызывает тебя» — сказал Гидеон, — «И ты не должен заставлять её ждать. Кыш! Пошёл!» Он шлёпнул меня по спине, провожая, и продолжил дальше говорить о своём величии.

Эмили наклонилась и прошептала: «Я же говорила тебе о том, как быстро распространяются новости!»

«Да да…» Я вышел из аудитории, и сразу после этого одноклассники начали обсуждать произошедшее.

Так… и где же офис Синтии? Как будто бы читая мои мысли, сова спрыгнула с плеча и полетела по коридору, показывая, чтобы мы следовали за ней.

«Кю!» “Папа, я защищу тебя от него!” – пискнула Сильви.

Сейчас в кампусе было довольно пусто, так как большинство студентов были на занятиях или же занимались самостоятельно в общежитиях. Залюбовавшись красивыми пейзажами студгородка, я немного поздно заметил, что сова приземлилась на статую напротив здания, в котором, я думаю, был кабинет директрисы.

Открыв дверь, я заглянул внутрь, а сыч снова сел ко мне на плечо, отчего Сильви зашипела, предупреждая его.

«Вижу, Авиэр лично привел тебя сюда. Странно… никогда не видела, чтобы он так прежде доверял незнакомцам» Директриса Гудскай, сидящая за столом, положила голову на руки и посмотрела на меня.

«Вам что-то нужно от меня, директриса?» Я сел перед её столом и Авиэр, зелёный сыч, слетел с моего плеча и приземлился на подоконник позади Синтии.

«Да. Я позвала тебя сюда из-за небольшой «демонстрации» в аудитории профессора Гейста» Когда она упомянула о случае, который должен был возмутить её, она всё ещё была спокойна.

«Ах, это… случилась определённая ситуация, в которой…» Прежде чем я закончил объяснять, Гудскай жестом руки остановила меня.

«Мы только что уволили профессора Гейста из нашей академии. Принцесса Кейтилин лично пришла ко мне и рассказала о произошедшем. Конечно, я позвала других, чтобы проверить её показания, но все согласились, что профессор подвергал студентов опасности» Она кивнула, указав на пару документов передо мной.

Вау, а она быстро работала. Прошло всего пару часов, а она уже выпнула профессора прочь.

Она как будто знала, о чём я думал, и, улыбнувшись, ответила: «Проблемы решаются быстрей, когда за тобой последнее слово»

«Должа сказать, что я никогда не видела принцессу такой эмоциональной, как сегодня. Когда она пришла, у неё было очень сердитое выражение на лице. Ты наверняка понимаешь, как я была удивлена! Хо-хо!» — директриса Гудскай тихо засмеялась, прикрыв рот рукой.

Я тоже улыбнулся. «Неужели? Я и не думал, что принцесса может проявлять эмоции»

«Ты, должно быть, произвёл на неё впечатление, потому что она так сильно защищала тебя, что у профессора Гейста не было даже и секунды на контраргументы!» — подмигнув, сказала она.

Я же лишь потряс головой, отчего Гудскай засмеялась, отвечая: «Артур, дамский ты угодник. Будут проблемы, если ты украдёшь сердца обеих принцесс! Кто знает, возможно это станет причиной для следующей гражданской войны! Ха-ха-ха!»

Кажется, её весьма позабавило то, что может разрушить тонкий баланс этого континента. Я и думать не хотел о том, что могу увидеть битву двух принцесс. И вряд ли у меня хватит сил, чтобы успокоить одну из них.

Синтия же дразнила меня ещё больше: «Знаешь, браки разрешены уже с 15 лет. Уверена, что Тессия уже давным-давно всё распланировала»

«Нет, спасибо. Я пока что не хочу никаких романтических отношений. Кроме того, они ещё просто дети. Может быть, я подумаю над этим, когда они станут более зрелыми»

Наклонившись вперёд, директриса изучала меня. «Хо-хо, ты говоришь так, как будто бы сам уже созрел, Артур»

«Ну вот, даже вы признаёте, что я, оказывается, намного более зрелый, чем люди моего возраста» — ответил я, откинувшись в кресле.

«Верно, но женщины, как правило, созревают быстрее, чем мужчины»

«И всё же, мне интересно, почему вы меня сюда вызвали. Я уверен, что вы привели меня не затем, чтобы рассказать о том, что всё уладили или давать советы о свадьбах» Сильви спрыгнула с моей головы и погналась за Авиэром, чистящим перья на подоконнике.

«Артур! Почему ты постоянно считаешь, что у меня есть какие-то тайные планы под рукой» — сказала Синтия, обиженно взглянув на меня.

«Ха-ха! Потому что мы в этом очень похожи, директриса» Я ей подмигнул, отчего она улыбнулась.

«Если это так, то я думаю, что ты примешь правильное решение»

«Что вы имеете в виду?»

«Артур, что ты думаешь о том, чтобы быть профессором и преподавать практические манипуляции с маной?» Она хлопнула в ладоши и стала следить за моим выражением лица.

И не зря. У меня даже челюсть отвисла от удивления. «Что? Вы ведь не серьёзно, да?»

«О, я говорю совершенно серьёзно, Артур» Она была непоколебима.

«Это вообще законно? Я же студент. Разве я могу быть студентом и профессором одновременно? А что насчёт других моих занятий?» — я начал закидывать её рассуждениями о том, почему это не сработает.

«Ты слишком много думаешь. Всё на самом деле довольно просто. Это разрешено? Да, если я так решила. Хотя именно такой ситуации никогда не было, но нередки случаи, когда талантливые старшекурсники начинали преподавать базовые курсы. Что касается других занятий, твоё расписание не поменяется. Ты будешь учить лишь один класс в семестр»

Я начал думать. Гудскай делала это не для своего блага. Поскольку наверняка получит много жалоб от родителей благородных студентов о том, что преподаватель – студент-первогодка. Мне же это не выгодно, потому что преподавание займёт уйму моего свободного времени.

«Я не понимаю. Зачем вы это делаете, директриса?»

«Что ж, ты победил прошлого профессора и у нас освободилось местечко. Разве ты недостаточно квалифицирован, чтобы стать преподавателем? Кроме того, у меня действительно нет никаких скрытых мотивов, Артур. Не нужно быть таким подозрительным. Это всё для твоего блага. Я не буду заставлять тебя, но я считаю, что это хорошая возможность построить себе светлое будущее. И если тебе понравится преподавать, то я дам тебе больше классов! Уверена, что у нас всё равно довольно мало предметов, в которых ты сможешь узнать что-то новое» — усмехнулась Синтия.

Она встала с места и нежно погладила меня по плечу. «Выбор за тобой»





Глава 53




Глава 53

Размышляя над словами директрисы, я сидел на кресле и смотрел вдаль. Мне казалось подозрительным то, что назначение меня профессором не приносило ей никакой дополнительной пользы. К таким людям, как она, стоит относиться с осторожностью. Думаю, из-за власти и авторитета в моей прошлой жизни, я стал очень подозрительным и не понимал, зачем она попросила меня занять профессорское кресло.

В предмет «Практические манипуляции маной» не входили никакие дополнительные работы, так что для меня обучение будет даже легче. А может быть, это даже поможет мне занять более лучшую позицию и сделать жизнь интереснее. Наверное, я всё равно не смогу избежать внимания со стороны студентов. Конечно, пока что не стоит снимать блокировку всех навыков, но и скрываться больше не имеет смысла.

«Артур?» Я оторвался от своих мыслей и увидел, как директриса Гудскай озабоченно смотрела на меня.

Я перевёл взгляд на документ, в котором указывались мои обязанности и сказал: «Ах да. Хотя я не уверен, хватит ли у меня должного опыта, я не против попробовать свои силы в качестве преподавателя»

«Я уверена, что ты отлично с этим справишься» — улыбнулась она.

«Профессор Гейст обучал другие классы, кроме моего?»

«К счастью, нет. Мы наняли его в этом году, после того, как он ушёл из авантюризма. Я и остальные преподаватели решили дать ему только один класс в качестве теста» Она качнула головой, вспомнив результат его работы.

Я прочёл бумагу и сказал: «Прежде чем я подпишу документ, у меня есть последний вопрос»

«Вперёд»

«Как я смогу проводить тренировочные поединки со студентами, если я состою в дисциплинарном комитете?»

«Ах, хороший вопрос. У комитета есть правило «не бить студентов». Однако, пока всё в пределах безопасности, вы можете применять силу на занятиях для обучения студентов. Что касается внеклассного времени, я доверяю вашему мнению на разбор конфликтов в качестве офицера ДК»

Я кивнул и подписал документ. «Я ожидаю от тебя великих свершений, Артур. И уверена, что не только я» Она похлопала меня по плечу и я пошёл на обед.

ОТ ЛИЦА СИНТИИ ГУДСКАЙ:

“Фух, разговаривать с этим ребёнком труднее, чем с королевской семьёй. Что с ним такое, Авиэр?” Мой питомец аккуратно приземлился на вытянутую руку и по его умным глазам я поняла, что он обдумывал, что сказать.

“Он… другой. Не воспринимайте Артура Лейвина как ребёнка. Несмотря на внешность, я чувствую его умственную и эмоциональную зрелость” Его чёткие слова проникали ко мне прямо в разум.

“Почему ты так в этом уверен?” – спросила я, откинувшись на спинку кресла.

“Его питомец. Скрывающийся под формой лисы дракон…”

Я аж привстала. “ЧТО?! Как это возможно? Как ты узнал?”

“Потому что мы одного вида. Может, я лишь частично дракон, но всё же Виверны в каком-то роде происходят от драконов” — нахохлился Авиэр.

“Значит, его питомец сильнее, чем ты?” Я была совершенно сбита с толку.

“Нет, детёныш ещё не созрел. Должно быть, она вылупилась несколько лет назад. Однако, когда она подрастёт, то мне с ней не сравниться” — утвердил он так, как само собой разумеющееся.

Я не могла себе представить никакого зверя, сильнее Авиэра. Он стал моим питомцем только потому, что, по его словам, он что-то заметил в глубине моей души и проявил симпатию. Он обычно занят своими делами, и я не смею обращаться с ним, как с животным. Тот факт, что питомец Артура на самом деле был драконом заставляет меня задаться вопросом, кто же этот паренёк на самом деле.

“Лучше не становись его врагом, Синтия. Если проявить к нему доверие и уважение, он станет твоим величайшим союзником, однако, если его предать, то он может быть причиной гибели всего континента” Предупредив меня, Авиэр улетел.

Я наклонилась к столу и, потирая пульсирующие виски, начала вспоминать то, что произошло пару часов назад.

_________________________________________________________________

*Бум*

«Директриса Гудскай, я требую, чтобы вы убрали мальчика по имени Артур Лейвин из моего класса!»

Такое внезапное вторжение застигло меня врасплох. «Профессор Гейст, что случилось?»

«Мальчик совершенно не уважает меня, своего преподавателя! Пожалуйста, не доверяйте всяким слухам, которые вы можете услышать. Меня подставили» Широкое лицо человека было наполнено отчаянием и гневом.

*Тук, тук*

«Пожалуйста, входите» — сказала я. По крайней мере, эта персона соизволила постучать.

«Я извиняюсь за вторжение, директриса» Маленькая Кейтилин слегка поклонилась мне, прежде чем прошла в кабинет, отчего профессор Гейст побледнел.

Я откинулась в кресле, глядя на них обоих. «В чём дело, Кейтилин?»

«Это слабое подобие профессора должно быть немедленно уволено» — бесстрастно сказала она.

Профессор Гейст схватил её за руку, притягивая поближе к себе. «КАК ТЫ СМЕЕШЬ?! Слабое подобие? Я?!»

«Как ты смеешь прикасаться ко мне своими грязными лапами?» Выражение лица принцессы не поменялось, но казалось, что она смотрит на профессора сверху вниз.

«Профессор, я приказываю вам немедленно убрать руку, иначе, в любом случае я встану на её сторону» Жаль, что пришлось применить своё положение для разрешения конфликта.

Он тут же отпустил руку Кейтилин и продолжил: «Кхм… как я уже говорил – не принимайте близко к сердцу слухи о том, что вы можете обо мне услышать. Я клянусь, что произошло недоразумение и меня подставили»

«Я ещё не слышала никаких слухов. Можете меня посвятить в произошедшее, Кейтилин?»

«Эта мразь смеет избивать студентов для самоудовлетворения. Даже не смотря на то, что он очень сильно унизил Фейриха, если бы Артур не вмешался, я бы…» Не закончив последнюю фразу, она посмотрела на профессора.

Я обернулась к Гейсту, который отчаянно отрицал это обвинение: «Я говорю вам, что это было недоразумение. Я просто хотел продемонстрировать перед классом, чем отличается дисциплинарный комитет от остальных студентов»

«Если бы это было так, то у вас не было бы никаких оснований вламываться ко мне в кабинет и настаивать, чтобы Артура убрали из вашего класса» Я вздохнула, при мыслях о решении этой дилеммы.

«Триша, пожалуйста, собери информацию со студентов из класса профессора Гейста относительно этого инцидента» Мой секретарь откланялась перед тем, как убежать.

«Теперь, пожалуйста, потерпите, пока мы не соберём сведения. Я сделаю всё возможное, чтобы разобраться с ситуацией» Прежде чем я выпроводила их двоих из своего кабинета, принцесса Кейтилин подошла ко мне и сказала:

«Я надеюсь, что вы разберётесь с этим, но знайте, что если бы не Артур, то вы бы сразу же уволили профессора по причине нанесения серьёзной травмы студенту, МНЕ» Она обернулась и полностью игнорируя Гейста, который был в шоке от её заявления, вышла в коридор.

Судя по свидетельствам, оказалось, что Артур с лёгкостью победил профессора Гейста. И хотя навыки профессора не сравнимы с моими, их было более чем достаточно для обучения начальных курсов манипуляции с маной. Даже будучи аугментером на светло-жёлтой стадии, он был побеждён двенадцатилеткой.

Я вздохнула, сожалея, что не измерила уровень мана-ядра мальчика, пока он был здесь.

Двенадцатилетний студент победил ветерана авантюриста, используя только элементы ветра и земли, которые, как я помню, наименее у него развиты, а также его питомец – дракон. Что ещё с ним не так? Если я у него спрошу, он ответит мне?

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

«Арт! Сюда!» Оглядевшись, я увидел Элайджу, машущего мне рукой.

Я заметил, что он сидел рядом с девочкой.

Он встал и представил нас обоих. «Это Шарлотта! Шарлотта, этой мой лучший друг и сосед по комнате, Артур Лейвин»

«Привет, Артур, я много слышала о тебе» Она кокетливо улыбнулась, теребя волосы.

«Эм… очень приятно» — резко ответил я и переключился на Элайджу.

«Как прошли твои занятия?» — спросил я своего друга, пытаясь накормить Сильви куском брокколи.

«Кююю!» “Нееееет!”

«Ой… у тебя есть маленький мана-зверь… это так мило! Не возражаешь, если я его поглажу?» Шарлотта подошла слишком близко ко мне, почти навалившись, и поднесла руку к моей голове.

И прежде чем она успела бы погладить рычащую Сильви, я ухватился за её запястье.

«К сожалению, она не любит чужих прикосновений» — сказал я, смотря ей в глаза, отчего та покраснела.

«О-о-о, прости!»

Элайджа, казалось, не замечал происходящего и спокойно ответил с набитым едой ртом: «Занятия были великолепные! Особенно мне понравились создание цепных заклинаний и утилизация маны. Хотя, мне показалось, что профессор, преподающий утилизацию маны говорил нам то же самое, чему ты учил меня. Кстати, я встретил Шарлотту на занятии по цепным заклинаниям! Она действительно хороша в этом!»

«Ха-ха, не говори так, а то я покраснею» Шарлотта притворно застыдилась и заёрзала на своём стуле.

«А как прошли твои занятия? Я слышал, что ты уже избил профессора! Что случилось?» Он ухмыльнулся и осуждающе погрозил мне вилкой.

«Да, пустяки, но теперь я стал профессором» — хладнокровно ответил я, подцепляя вилкой кусок мяса, избегая попыток Сильви украсть его.

«ПФФФФФ!»

Элайджа выплюнул всю еду изо рта в нашу сторону, и я инстинктивно уклонился, пытаясь уйти из зоны поражения.

«Фу, Элайда, это мерзко!» Я взял салфетку и вытер несколько частичек пищи, которые всё же попали мне на лицо.

«Прости, но… что? Ты станешь профессором?» Он вытер рот и попытался протереть лицо Шарлотты, но та отвергла его предложение.

«Эм… я заменю профессора, который преподавал ПММ. Так что теперь ты можешь называть меня Профессор Лейвин» — ухмыльнулся я.

«Да чёрта с два. Возможно, мне стоит как-нибудь прогулять мои занятия и заглянуть к тебе. Было бы интересно увидеть, как ты учишь студентов»

Пока мы болтали о разных вещах, меня раздражали постоянные попытки флирта от Шарлотты и ещё больше раздражало то, что Элайджа даже не понимал происходящего.

«О, кстати! Я и Шарлотта собирались пройтись по магазинам. Хочешь составить компанию?» — небрежно спросил Элайджа.

«Да! Артур, ты должен пойти с нами» — она снова наклонилась поближе, — «В дальнем конце академии построены модные рестораны, кафе и торговые павильоны. Академия невероятно огромна, не правда ли?»

«У меня ещё три занятия, если помнишь. Я хожу на дополнительные после обеда»

Элайджа на это лишь пожал плечами. «Ах да, я и забыл. Ну, ничего страшного! Значит, мы с Шарлоттой пойдём вдвоём»

Шарлотта неловко улыбнулась счастливому Элайдже и ответила: «Ой, мне так жаль. Я совсем забыла, что у меня другие планы. Извини! Мы обязательно сходим в следующий раз! Втроём! Пока!»

Подмигнув нам на прощание, она оставила нас одних за обеденным столом.

«Думаю, у неё важные дела» — немного разочарованно сказал Элайджа.

Ох, Элайджа…

Наклонившись, он с серьёзным тоном спросил меня: «Итак, что ты думаешь о Шарлотте? Она хорошенькая! Думаешь, у меня есть шансы?»

Ох, Элайджа…

«Думаю, ты сможешь найти кого-нибудь получше, приятель» Я погладил по спине моего невежественного друга, и мы вышли из столовой.

Элайджа решил, что зайдёт в библиотеку, поскольку его сегодняшние планы рухнули, так что я пошёл вместе с ним, так как нам было по пути.

В классе Боевой механики, или лучше сказать, на поле, на другой стороне Академии, проходили занятия всех старшекурсников.

На огромном поле хаотично располагались несколько препятствий, а само поле было окружено высокими стенами с выгравированными на них рунами. На верхушке одной из стен была маленькая стеклянная комната. Думаю, эта была смотровая площадка для других студентов.

Подойдя поближе, я заметил студентов, разговаривающих друг с другом, среди которых я увидел несколько знакомых фигур.

«Ах! Я и не знал, что ты посещаешь занятия старшекурсников, Артур» — поприветствовал меня Кёртис Глайдер. Грайдер, питомец Кёртиса, лежал возле его ног.

«А я не знал, что буду с тобой в одном классе» Я пожал его руку.

«Рада снова видеть тебя, Артур!» Клэр Блейдхарт обняла меня, ярко улыбнувшись. «Мы не должны посрамить дисциплинарный комитет, верно?»

«Ха-ха, я постараюсь. А кто ещё будет в классе?» — спросил я у Кёртиса. Я слышал, что это занятие посещает довольно много студентов и считается одним из самых популярных.

«Хм, должно прийти ещё несколько… А, вот они!» Оглянувшись назад, я увидел несколько студентов, и устало улыбнулся.

Я услышал, как один студент прошептал: «Принцесса Тессия прекрасна, не так ли?»

Среди небольшой группы студентов я заметил Тессию Эралих, мою подругу детства и Клайва Грейвза, вице-президента студенческого совета.

Она заметила меня, и я уверен, что она собиралась поздороваться со мной, но заметив, как меня обнимает девушка, Тессия стрельнула взглядом и встав в сторонку, надула губы.

Клайв, не обращая внимания на разозлённую принцессу, посмотрел на меня и его взгляд из узких глаз стал ещё острее.

«Добрый день, принцесса Тессия!» — воскликнула Клэр, даже не удосужившись убрать руку вокруг моей шеи, и улыбнулась Тессии.

«Добрый» — жёстко отреагировала Тесс.

Она прошла мимо нас и тайно ткнула меня в бок.

«Хм, интересно, почему она сегодня в плохом настроении» — подумала Клэр.

Это из-за тебя!

Убрав её руку со своей шеи, я повернулся, чтобы увидеть остаток группы студентов. И как только я увидел его, моё лицо загорелось в гневе и кулаки сжались до боли. Это был Лукас Уайкс.





Глава 54




Глава 54

Моё тело невольно задрожало от гнева при мыслях о том, что я буду учиться вместе с этим уродом Лукасом, особенно на боевых занятиях. Ирония в том, что мне нужно будет изучать сплочённость команды в бою вместе с этим предателем.

Наши взгляды встретились, но он посмотрел на меня слишком безразлично, словно я был обычной букашкой на земле.

«Отлично! Все в сборе!» — прогремел громкий голос над полем. Все студенты задрали головы в поисках источника звука, и я увидел вверху огромного хищного мана-зверя, парящего над полем.

Этот зверь был не меньше четырёх метров в длину, а размах крыльев – больше восьми. Вцепившись острыми когтями в землю, зверь медленно опустился, показав нам крепкую женщину с гигантским мечом, сидящую на спине этого ястреба.

«Добро пожаловать! Меня зовут профессор Глори и я буду учить вас, паршивцев! Этого Яркого Ястреба зовут Факел, он мой дорогой питомец»

Перво-наперво, я определил, на какой стадии мана-ядро нашего профессора, но при попытке, я неожиданно почувствовал острую боль в голове, и профессор Глори уставилась на меня. Проскакав на своём Ярком Ястребе, она обошла группу студентов по кругу. Изучив каждого пристальным взглядом, она подошла ко мне.

Обычно, маги не ставят барьеры вокруг своих ядер маны, особенно на высоких стадиях. И особенно труднее скрыть то, каким элементом они пользуются, поскольку частички маны элемента окружают их тела. Так что для меня стало сюрпризом увидеть, как сильна защита профессора Глори.

Я не мог узнать её стадию ядра и какими элементами она владеет. Я сам мог только скрывать своё ядро маны, но для маскировки элементов мне приходилось использовать печати. Не знаю, есть ли у неё тоже печати, но я уверен — она знала о том, что я пытался осмотреть её.

«Должна сказать, вы гораздо сильнее, чем другие классы» — сказала профессор после осмотра Лукаса. Она чуть дольше осматривала членов Дисциплинарного комитета и студенческого совета, кивая время от времени.

«Неужели это мой новый коллега, Артур Лейвин. Приятно познакомится с тобой» Профессор игриво улыбнулась мне, будто бы намеревалась подразнить.

Студенты тут же начали шептаться, услышав её приветствие.

Одна из старшекурсниц подняла руку и спросила: «Профессор Глори, что вы имеете в виду, говоря «Коллега?»

«Ах, вы не знаете! Большинство из вас, наверное, видели его сегодня утром, когда представляли сотрудников дисциплинарного комитета. Он настоящий вундеркинд. Также, его совсем недавно назначили преподавателем на практические занятия манипуляции с маной для младших курсов» — сказала она, похлопав меня по спине.

«ЧТО?!»

«Вы серьёзно, профессор?»

«Если этот сопляк-преподаватель, тогда я – Король этого континента!»

«Да что это за академия такая, если они набирают профессоров из новичков?»

Слушая различные протестующие выкрики, я лишь приложил руку к лицу и вздохнул. Неудивительно, что они ещё ничего не знали, учитывая то, что старшекурсники не особо общаются с младшими.

Сильви вздыбила шерсть на спине и предостерегающе зарычала на студентов. «ГРРР!» “Папа сильнее всех вас вместе взятых!”

Но все студенты, от мала до велика, совершенно не боялись Сильви, не зная, что маленький зверёк, сидящий на моей голове может превратиться в большого монстра, способного с лёгкостью перекусить их тела.

«Тише, тише! Вместо того, чтобы жаловаться, мы должны больше доверять мнению директрисы. Ведь этот мальчик смог победить предыдущего профессора!»

«Но профессор Глори! Бьюсь об заклад, что некоторые из старшекурсников запросто смогут быть более лучшим преподавателем, чем он!» Я уже устал от ещё одного наплыва жалоб.

«Ха-ха! Честно говоря, мне самой не терпится проверить, насколько ты силён, парень! К сожалению, директриса Гудскай убедила нас этого не делать. Значит, вместо меня это сделают вот эти студенты!» Она скрестила руки на груди, улыбаясь в предвкушении.

Я видел бешеный огонь в глазах парней-студентов, смотрящих на меня. И почти слышал их мысли и эмоции в этот момент.

“Я убью этого ублюдка”

”Кем себя возомнил этот сопляк?”

“Убью, убью, убью, убью…”

”Я завидую. И почему он ещё и красивее меня? Он должен умереть”

Студентки же смотрели на меня так, что я испугался ещё сильнее. Их взгляды напоминал мне гиен, увидевших свежее мясо, почти пускающих слюни на такой «кусок» каким стал я.

Взглянув на Тесс, я заметил, что она удивлённо смотрела на меня, и её губы слегка дрожали от гордости, но, когда она заметила мой взгляд, то тут же отвернулась, а её уши покраснели.

*Вздох* Знаешь… ничего страшного, если ты решишься заговорить со мной.

Клайв же нахмурил брови и с презрением пялился на меня, а Лукас изучал меня с повышенным интересом, будто бы он повысил меня из букашек до млекопитающих.

«Директриса Гудскай сказала мне, чтобы я не выделялся в первое время. Тем более, это мой первый учебный день» Я постарался ускользнуть от темы, поскольку борьба с половозрелыми подростками добром не кончится.

«Да ладно тебе! Разве это не весело? Знаешь, уважение нужно зарабатывать, проявляя свои навыки. И тебе всего лишь нужно показать, что ты умеешь перед старшекурсниками. Правильно я говорю, ребята?» — крикнула она.

«ДА!»

Я что, попал в какой-то военный лагерь? Почему мне постоянно приходится доказывать на что я способен?

*Вздох* «Что вы имеете в виду, профессор Глори?» — поражённо спросил я. Кажется, спорить с ними бесполезно.

«Не бойся меня! Я простая и честная женщина!»

Ну да, как же.

Она как будто читала мои мысли, потому что обхватила меня крепкими руками и обняла. В отличие от Анжелы, из Двух Рогов, её грудь была мускулистой и твёрдой, не сильно отличающейся от мужской.

«Мы начнём занятия в этом семестре с небольшой игры! Разве это не здорово?» По выражению лиц студентов стало ясно, что только преподавательница была рада этому предложению.

Продолжая, она сказала: «Итак! В какую игру мы сыграем… может, в командный бой? Войнушку?»

«Как насчёт того, чтобы поставить в одну команду трёх членов ДК, профессор? Думаю, мы покажем отличную совместную работу» — сказал Кёртис, а Клэр подтверждающе кивнула.

Глори потёрла подбородок и ответила: «Хм, а это неплохая идея!»

«Но профессор, Кёртис и Клэр являются одними из лучших студентов этой академии! Несправедливо ставить их обоих в одну команду»

«Это правда… Ага! Я придумала! Для команды ДК Артур будет играть роль Короля. И если его победят, то проиграет вся команда. Думаю, так будет справедливее. Теперь, кого взять в другую команду?» Она как будто бы разговаривала сама с собой, бормоча под нос возможных кандидатов.

«Профессор. Как насчёт того, чтобы поставить в другую команду весь студенческий совет?» — сказал Клайв своё предложение.

«Что?» Тессия обернулась на Клайва, но прежде чем ей удалось возразить, профессор Глори хлопнула в ладоши.

«ОГО! Так даже ещё интереснее! Но будет несправедливо, если вас всего двое против трёх. И думаю, президент совета будет выполнять ту же роль, что и Артур Лейвин» — серьёзно сказала она.

«Я бы хотел занять место в команде студенческого совета» — спокойно сказал Лукас Уайкс, опираясь на свой посох.

«М-да, мистер Уайкс, ещё один гениальный новичок… Хорошо! Буду рада увидеть твои способности в действии!» Думаю, её одолевали сомнения. Может быть, она слышала некоторые слухи о нём.

«Ох…» Некоторые студенты разочарованно вздохнули, из-за того, что не попали в команды, но всё же все были в нетерпении увидеть начинающийся матч.

«Игра проходит с ограничением по времени – 30 минут, в которые входит и разминка. Приготовьтесь!» При этих словах, куча одежды вылетела из пространственного кольца профессора на землю перед нами.

С серьёзным тоном, она начала объяснять: «Это специальное снаряжение, артефакты, способные измерять количество нанесённых повреждений. Если урон пройдёт определённый порог, снаряжение издаст пронзительный писк. Если кто-то предпочтёт игнорировать это предупреждение и продолжит бой, то он немедленно будет исключён из моего класса, и дальнейшее обучение в академии будет поставлено под вопрос. Это правило относится абсолютно ко всем студентам, так что вызубрите его наизусть. Вы все сейчас способны защитить своё тело маной, так что используйте это, и не полагайтесь на снаряжение, которое вряд ли вас защитит»

Прокашлявшись, профессор Глори прокричала: «Я ЯСНО ВЫРАЗИЛАСЬ?!»

«ДА!»

«Хорошо. Команды, приготовьтесь» Она вновь села на своего питомца, а другие студенты проследовали в смотровую площадку.

Кёртис подошёл ко мне и похлопал по спине: «Ну, кажется у нас намечается внеплановая разминка! Давайте сделаем всё возможное! Я всё ещё помню, как ты искал хороший меч для своих тренировок. Теперь и посмотрим, чему ты научился!»

«Мы не можем опозорить ДК! И я устрою сладкую жизнь тем, кто не соответствует нашим стандартам!» — злорадно усмехнулась Клэр, надевая снаряжение.

Клайв и Лукас прошли мимо, игнорируя меня, и я пошёл вслед за ними, чтобы подобрать снаряжение. В него входили плотная куртка и серые ремни, которые нужно было обернуть вокруг ног и рук.

Мне было немного неудобно оборачивать ремни вокруг рук, и Тессия молча встала и помогла мне закрепить бретельки на ремне.

«Неужели принцесса не против помогать мне?» — ухмыльнулся я.

Она стрельнула в меня взглядом и потуже затянула ремни. «Не против, мистер гений…. *Вздох* Я больше не могу притворяться, будто бы я тебя не знаю»

«Ты же понимаешь, что они всё равно узнали бы об этом. Почему ты так усердно пытаешься скрывать это?»

«Ты имеешь в виду, что… ты не против? Бабушка Синтия сказала, что ты хотел быть более незаметным, так что я подумала…» Она потеряла самообладание и начала заикаться.

«Пфф… да я и сам не очень хорошо с этим справился» — хихикнул я, отчего ещё больше запутал Тесс.

«Всё в порядке. Я не всё хочу выставлять напоказ, но до тех пор, пока мои таланты остаются в секрете, всё в порядке. Кроме того, ты ничего не заметила?» Я выпячил свою грудь, чтобы она смогла меня проанализировать.

«Я не понимаю, что…. Ах! Я не могу почувствовать твою… ух!» Она слишком громко крикнула и мне пришлось прикрыть ей рот. Наклонившись ближе к её лицу, я прошептал: «Ага. Это и истинную сущность Сильви. Я храню большинство своих талантов в секрете, и ты тоже должна хранить их. Но факт того, что я посещал ваше королевство скрывать не нужно, а тем более – игнорировать меня, Тесс» Я отпустил её и погладил по голове, отчего она оттолкнула меня.

«Т-ты с-слишком близко» — пробубнила Тессия себе под нос.

«Эй вы, закончили уже флиртовать?» Голос профессора Глори испугал нас обоих, и я быстро закончил подтягивать ремни.

«Ой, Артур, я советую тебе убрать питомца в более безопасное место, если она не сможет помочь тебе справиться с питомцем Кертиса»

«Кю!» — пискнула Сильви в знак протеста.

«Думаю, тебе всё же лучше пересесть, Сильви»

“Ой… ладно” Она вскочила с моей головы и убежала с поля боя.

Тесс надела своё снаряжение и подошла ко мне: «Давай оба выложимся на полную. Хочу посмотреть, насколько ты улучшил свои навыки»

Я уверенно улыбнулся, и она продолжила: «И тебе лучше приготовиться» После этого, мы разошлись в разные стороны поля.

Клэр делала растяжку, а Кёртис восседал на своём Мировом Льве, Грайдере.

«Даже с Грайдером, мы всё ещё в невыгодном положении, потому что в их команде двое заклинателей и Клайв – дальнобойный аугментер. И мы мгновенно проиграем, если твоё снаряжение выйдет из строя» — сказала Клэр.

Кёртис погладил Грайдера и ответил: «Ты права. Артур, Клэр и я не знаем ничего о твоём боевом стиле, так что мы будем подстраиваться под тебя. Будем защищать тебя до тех пор, пока не подойдём поближе к ним»

Я посмотрел на Тесс, Клайва и Лукаса, стоящих в нескольких десятках метров от нас. Похоже, мы будем для них как движущиеся мишени, пока не подойдём на расстояние атаки. Повезло так повезло.

Моя кровь вскипает. Думаю, мне станет легче, когда я хорошенько надаю Лукасу во время матча, хотя наверняка сейчас он думает так же.

Достав меч, Рассветную Балладу, я решил убедиться, что всё в порядке, пока Кёртис и Клэр проверяли своё оружие.

«Какой красивый у тебя меч, Артур» — сказала Клэр, уставившись на мой меч.

Должен признать, что Кертис потрясающе выглядел, размахивая двойным обоюдоострым лезвием, сидя на своём питомце.

Я повернулся вперёд и наполнил своё тело и меч маной воздуха и земли. Волосы и одежда затрепетали, а земля запульсировала под ногами.

Мощный голос профессора раздался по всему полю, подавая сигнал.

«ДА НАЧНЁТСЯ ИГРА!»





Глава 55




Глава 55

По команде профессора Глори, мы бросились вперёд. Кёртис, восседая на Грайдере бежал слева, а Клэр немного впереди и справа от меня.

Тессия, Клав и Лукас разошлись в стороны, как только мы кинулись к ним. Тесс заняла левый фланг, взяв на себя Кёртиса, Клайв решил противостоять Клэр, а прямо перед собой я увидел Лукаса, спокойно и с надменной усмешкой ждущего меня. Как и тогда, в Гробницах, высокомерию Лукаса не было предела. До сих пор помню его предательство, как он использовал нас в качестве отвлекающего манёвра, чтобы успеть сбежать. И тогда у него была такая же ухмылка, как сейчас.

Тесс, наверное, победит Кёртиса и я не был уверен, кто был сильнее – Клэр или Клайв, но сейчас не время о таком беспокоиться. Воздух и земля подчинялись моей воле, и я активировал ротацию маны, чтобы стать ещё сильнее. Лукас силён. Его запас маны больше чем мой, но это не значит, что он сильнее меня.

«Ты справишься с Лукасом?» — крикнул Кёртис, мчась к Тесс.

Клэр тоже беспокойно посмотрела на меня, но я лишь молчаливо кивнул. Она тоже ответила мне кивком и сфокусировалась на вице-президенте.

Лукас как-то ощутил мои намерения, которые шокировали его, мгновенно сбросив с небес на землю, и он начал быстро бормотать заклинание, чтобы рывком уйти назад, увеличив расстояние между нами.

Взглянув наверх, я уловил изучающий меня взгляд профессора Глори, когда я бежал к Лукасу. Я глубоко вздохнул и сосредоточился на бое. Схватка с моим врагом. Сузив глаза в достижении максимальной концентрации, я бежал к нему и с каждым моим мощным шагом на земле оставались маленькие кратеры.

Лукас фыркнул и выпустил своё заклинание: «Инфернальная Клетка!»

Это заклинание напомнило мне тлеющие угольки, которые использовал Лукас, будучи авантюристом, и экс-профессор Гейст, но теперь огоньки были намного больше. Шары разлетелись и создали вокруг нас огненный купол.

Только не это…

С уверенной ухмылкой, он щёлкнул пальцами и произнёс: «Активация»

Шары засветились в ответ и выстрелили градом огненных пуль. Если бы это были обычные тлеющие огоньки, то я запросто бы сократил разрыв между нами, укорачиваясь от шаров, но сейчас происходило полное безумие. Десятки взрывов не позволяли подойти ближе, будучи под обстрелом со всех сторон. Если бы я не натренировал своё тело во время авантюризма, то сомневаюсь, что смог ли я быстро увернуться от всего этого.

Инфернальная Клетка… тот, кто придумал это заклинание заслуживает того, чтобы ему засунули меч в задницу, дабы он прочувствовал всю боль того, кто попал в эту «клетку». Взрывающиеся огненные шары и невыносимая жара под куполом очень утомляла меня. Без своего огненного или водного элемента, я никак не мог противодействовать жаре и укрепить от неё тело.

«Продолжай вертеться, обезьянка. Ты думал, что обычный плебей может на самом деле сможет справиться с таким, как я? Я жду не дождусь, когда ты, офицер ДК и профессор, будешь молить меня о пощаде. Сперва я думал, что этот предмет – пустая трата времени, и смотри-ка как интересно получилось. Я сокрушу тебя» Его прелестная мордашка исказилась в уродливую глумящуюся морду.

“Ты в порядке, папа?” – обеспокоенный голос Сильви эхом разнёсся в моей голове, после того, как я на секунду расстроился.

”Всё в порядке, Сильвия. Не волнуйся обо мне. Как все остальные?”

“Мама побеждает Кёртиса, а Клэр уверенно бьёт серьёзного парня” — ответила она.

“Ладно, предупреди меня, если случится что-то необычное” – ответил я и мыслями вернулся к сражению. Уворачиваться от пуль и случайных потоков огня было непросто, и я не мог приблизиться к Лукасу. Я хотел выстрелить в него воздушными лезвиями или каменными шипами, но либо огненные шары из купола разрушат их, либо Лукас просто укроется от моих заклинаний своими.

Как справиться с его запасом маны? Как долго он мог поддерживать свои заклинания? Успокойся, Артур. Не нужно быть таким нетерпеливым. Думай. Как я могу использовать ветер? Ветер? Что такое ветер? Это движение воздуха, верно? А что такое воздух? Кислород? Азот? Значит, я в состоянии контролировать азот и кислород, так? И если да, то как?

Я сильно расстроился тому, что слишком мало изучал воздушный и земной элемент. Ведь сейчас наступил такой момент, когда мне бы пригодились все свои знания. Выстрелить воздушными пулями или ветряными лезвиями не получится, из-за огненных щитов вокруг Лукаса.

Нужно думать нестандартно. Но у меня не хватит маны, даже с ротацией, на формирование достаточно большого торнадо, чтобы поглотить весь купол, но даже если и хватит, то тогда я вряд ли смогу дальше сражаться. Что я упускаю?

«Крутись-вертись. Уверен, что когда-нибудь пара огненных шаров всё же попадёт в тебя и ты тут же выйдешь из строя, а затем в тебя влетит ещё пара шаров. Знаешь, я не могу отменить взрыв из этих шаров, после их создания» — сказал Лукас, беспечно пожимая плечами, будучи уверенным, что его щиты отразят любые мои заклинания.

Думай, Артур. Сосредоточься на огне. Что нужно огню для горения? Он нуждается в кислороде. Я смогу убрать кислород из огня? И что тогда случится со мной? Смогу ли я дышать?

ОТ ЛИЦА ПРОФЕССОРА ГЛОРИ:

Хм… Лукас… он лучше, чем то, что я о нём слышала. Инфернальная Клетка – это довольно сложное заклинание для освоения, и всё же он смог её призвать, отбегая назад. Серьёзно, ему всего 13, а он уже смог создать такое заклинание. Хах… мир действительно изменяется. Огненный полу-эльф, ледяная принцесса Кейтилин и даже Тессия были уж очень чудны. По моей спине пробежали мурашки по спине, когда я представила, какими сильными они станут, когда закончат обучение.

Но этот малец, Артур… Кто он такой? Лукас Уайкс смог пробудиться несколько лет назад из-за своей частично эльфийской крови, и я могу понять уровень его силы. Тессии Эралих чистокровная эльфийская родословная от королевской семьи гарантирует, что её навыки на несколько уровней выше, чем у любого другого в её возрасте. У Кейтилин Глайдер безумно огромный запас маны, что вкупе с ледяным элементом, делает её вундеркиндом, но её контроль элемента и чувство боя оставляет желать лучшего, поскольку она пробудилась не так давно. Но Артур?

Как только он понёсся по полю к Лукасу, я почувствовала холодный пот. Ветер и земля буквально были подвластны ему. Он не выкрикивал команды для управления элементами, как это делали типичные маги. Нет, он был в полной гармонии с окружающей его маной.

Похоже, что Лукас всерьёз взялся за Артура. Инфернальная Клетка большим огненным куполом окружала их. Я могу сказать, что Лукас немного устал, выдав такое заклинание и поддерживая его в активном состоянии, но не думаю, что у него скоро закончится мана. Купол состоял из крошечных огненных шаров и был похож на ловушку, которую накидывали заклинатели, чтобы получить преимущество против аугментеров или ловких мана-зверей.

Крошечные шары могли выстреливать лучами и пулями из огня в любую точку под куполом, останавливая аугментера и давая заклинателю время на произнесения заклинаний.

Я перевела взгляд на Кёртиса Глайдера и Тессии Эралих. Как и ожидалось, Кёртису приходилось несладко. Я однажды видела, как принцесса эльфов практиковалась вместе с нашей директрисой и должна сказать, что сражалась она достойно. Она была заклинателем, но её посох имел довольно острое лезвие и изготовлен из специальной закалённой древесины, что прочнее большинства металлов. Накидывая улучшающие заклинания на себя и синхронизируя движения, она танцевала вокруг лоз, колдуя быстрее даже некоторых аугментеров.

Она сражалась в смешанном стиле, сочетая заклинания и ближний бой. Я даже залюбовалась тому, как изящно и красиво она боролась.

Клэр Блейдхарт, с другой стороны, преобладала над нашим вице-президентом. Клайв – редкий дальнобойный аугментер, способный невероятно быстро стрелять из своего короткого лука. Как правило, таким образом он был в гораздо более выгодном положении перед другими аугментерами, но не перед Клэр. Стиль мисс Блейдхарт копировал её дядю, Каспиана. С помощью двух элементов, она разносила врага воздушными копьями и резала своей огненной рапирой. Она пока что не достигла своего предела, но я уверена, что после долгих тренировок, она сможет превзойти Каспиана.

Я вернулась назад к самой интенсивной битве, между Артурами и Лукасом. Я заметила, что большинство студентов тоже смотрят только на них, восхищаясь от их способностей.

«Хм?» От удивления я подняла бровь. Странно. В Артура попал огненный шар. И обычно, даже при укреплении тела маной, его снаряжение должно уже было активироваться.

Он так легко уклонялся от них всего минуту назад. Я сосредоточила ещё больше маны в свои глаза, чтобы получше его рассмотреть. Купол огня закрывал почти всё поле зрения, но я всё ещё могла рассмотреть бой. Похоже, Артур пытается что-то сделать. Почему он затаил дыхание? Что он пытается наколдовать?

«Факел! Спустись пониже!» Мой питомец послушно махнул крыльями и немного пролетел к земле.

Мы медленно кружились вокруг огромного огненного купола, занимавшего примерно треть поля, как вдруг я начала замечать изменения. Каждые три или четыре шара, летящие в Артура, гасли ещё на подлёте к нему.

«Нет…» улыбка закралась на моё лицо, когда я продолжила наблюдать.

«Неужели ты на самом деле пытаешься научиться манипулировать воздухом прямо сейчас…» — я прикрыла рот рукой, но продолжала улыбаться, — «Ты маленькое чудовище… должна признать, он не плох»

Манипуляция воздухом – это одна из разновидностей воздушной магии, хотя и гораздо сложнее. Разбитие на компоненты любого элемента и попытка напрямую управлять ими доступно только для самых чутких и чувствительных магов и только во время медитаций в спокойной и мирной обстановке. После нескольких лет практики и медитаций, маг может начать экспериментировать в реальных жизненных ситуациях.

Техника голубого пламени является прекрасным примером. Нужны годы медитации, чтобы достичь той стадии, когда маг сможет стабильно вызывать синее пламя и ещё дольше, чтобы достаточно быстро применять его в боях.

А этот маленький монстр пытается изучить совершенно новую технику в середине сражения? Мои руки задрожали от волнения при мысли о том, что я наблюдаю развитие мага, который, возможно, станет самым сильным в академии, а может быть, даже во всём континенте!

«АААААРРРР!» Я обратила своё внимание на источник рёва и увидела, как бой между принцессой Тессией и принцем Глайдером достигает своего апогея.

На униформе Кёртиса полно мелких ран и ссадин. Должна признать, что Кёртис довольно неплохо сражался против личного ученика директрисы Гудскай, но, наверное, он смог продержаться так долго только из-за своего питомца.

«Ты заставила меня сделать это, принцесса Эралих! Будь осторожна! ПЕРВАЯ ФАЗА! КОРОЛЕВСКИЙ ГНЕВ!» Принц Глайдер заревел и всё его тело воспламенилось.

Ого! Он активировал свою звериную волю. Кёртис редко использовал способности своего зверя, не считая их своей силой. Возможно, это из-за меня. Я сказала ему, что укротители зверя обычно используют только эту уникальную способность, вместо оттачивания своих собственных навыков. Поэтому укротители никогда не смогут стать по-настоящему сильными. Для того, чтобы использовать звериную волю, магу следует сперва укрепить собственные силы.

После активации первой фазы, он заметно преобразился. Обычно, укротители меняются лишь внутренне, изредка изменяя облик, но не принц. Его тёмно-красные колючие волосы и брови стали длиннее и грязнее, а ремни, обёрнутые вокруг рук, крепко сжали нарастающие мышцы. Большие клыки виднелись во рту, когда он взревел.

Такому я никогда не перестану удивляться.

Переведя взгляд на Тессию, которая стояла на вершине лозы, я заметила неестественную бледность её лица. Странно, ведь она не так уж сильно и пострадала.

Находясь над куполом, под которым сражались Лукас и Артур, я даже отсюда могла разглядеть капли пота, стекающие по лицу принцессы.

«Это моя самая мощная атака. Если ты хочешь сдаться, то сдавайся сейчас! Иначе, приготовься!» Голос принца Глайдера стал намного громче и крепче после активации звериной воли.

«МИРОВОЙ КРИК!» Серьёзное количество маны собралось во рту принца Глайдера, когда он использовал свою атаку. Использование воли Мирового Льва было последним средством против врагов, сильнее, чем он. Луч сконденсированной маны земного элемента, способный порвать в лоскуток кого угодно, создавался во рту принца.

Я взволнованно посмотрела на Тессию, и увидела, как та бормотала заклинание, готовясь с самому худшему.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Чёрт побери! Как же я устал от всего этого! Я могу только уворачиваться и продолжать пытаться манипулировать молекулами воздуха. До сих пор я почти ничего не добился, но я уверен, что цель близка. Лукас, заметив это, щёлкнул языком и снова повторил заклинания.

«Огненные стражи!» — крикнул он.

Я немного оскалился, поняв, что он достиг своего предела. Как и я, точнее, моё боевое снаряжение. Я не знаю, когда эта штука тревожно заверещит, поэтому я старался побыстрее закончить манипуляцию.

Когда огненный страж понёсся на меня, взволнованный голос Сильвии прогремел в голове: “Папа! Что-то случилось с мамой! Она попадёт под мощную атаку, но ничего не делает! Это очень плохо! Мне нужно ей помочь?”

ЧЁРТ!

“Нет! Ты ничего не сможешь сделать в этой форме!” – мысленно крикнул я.

Я почувствовал отчаяние Сильви, отчего мне стало ещё тревожнее.

«НЕЕЕЕТ!»

Я быстро взглянул туда, куда кричала профессор Глори и увидел, как она рванула в сторону битвы Кёртиса и Тесс.

“Папа! Она всё ещё ничего не делает” – вновь пискнула Сильви.

ЧЁРТ!!!

Драконья воля, первая фаза. Нулевое измерение.

Я почти рухнул на колени при активации первой фазы звериной воли Сильвии. Я смог перенести себя во вневременное пространство на ограниченное время. И я не могу повлиять на что-либо или подобрать.

«Нужно спешить» — сказал я себе.

Я пролез в зазор между шарами купола, Инфернальной клетки, и прошёл мимо замершей профессора Глори и её питомца Факела.

Немного впереди я увидел Тессию, которая уже упала в обморок на верхушке своей лозы, а луч Глайдера почти долетел до неё.

Сильви была права. Если бы я не вмешался, то Глори бы не успела. Я с ужасом отогнал мысли о том, что моя подруга могла умереть.

Я побежал и чуть не упал на землю. Я почти на пределе.

БЛЯТЬ! Держись, Артур. Ты сможешь.

Сделав последний рывок в сторону поля боя Кертиса и Тесс, я запрыгнул на лозу и закрыл эльфийку своим телом, укрепив себя остатками маны.

Хах… будет больно.

После окончания первой фазы, время вновь пошло, и я почувствовал огромную жгучую боль на спине. Прежде чем я вскрикнул, мой разум отключился и последнее, что я слышу, это пронзительный визг активировавшегося снаряжения.





Глава 56




Глава 56

ОТ ЛИЦА ПРОФЕССОРА ГЛОРИ:

Я не успеваю! БЛЯТЬ! Что с ней случилось? Почему она упала в обморок? Что с её мана-ядром? Почему именно сейчас?

Я могла только смотреть на то, как атака принца Кёртиса приближалась к принцессе Тессии. При отсутствии защиты, выживет ли она? И если да, то навсегда останется калекой!

Слёзы наворачивались на мои глаза, когда я поняла, что не успеваю. Каковы будут последствия? Я была бы счастлива, если меня просто уволят. Но скорее всего это приведёт к гражданской войне. Неужели я стану причиной раскола мира между тремя расами в это важное для всего континента время?

*БУУУУМ!!!*

«НЕЕЕЕТ!!!» — в страхе крикнула я, когда Мировой Крик Кёртиса охватил принцессу. Кажется, Глайдер сам был в шоке, осознав уже после вызова заклинания то, что Тессия упала без сознания. Но остановить атаку было невозможно.

Секунды тянулись часами, пока луч медленно рассеивался и то, что я увидела, потрясло меня даже больше, чем самый худший сценарий событий, которые я себе представляла.

«А-А-Артур Лейвин?!»

Как он туда попал? Несколько минут назад он был заперт в Инфернальной Клетке Лукаса. Телепортировался? Такое вообще возможно?

Нет… нет-нет-нет… это невозможно.

Я подлетела поближе, спрыгнула с Факела и бросилась в сторону Артура и Тессии. Лейвину крепко досталось. Почти всё его снаряжение расплавилось, кроме странной повязки вокруг его левой руки. Я увидела глубокие раны на его окровавленном теле, через которые можно даже было увидеть рёбра. Его тело обняло принцессу, и он наверняка усилил его остатками маны, чтобы защитить её. Благодаря этому, она была почти невредима.

Остальные студенты выбежали из смотровой площадки и двигались в нашу сторону. К счастью, принцесса была в порядке, но Артуру требуется незамедлительная помощь. Я подошла поближе и попыталась помочь ему, но его маленький питомец остановила меня.

«Гррр…» Обычно, маленькая белая лиса, которая сидела на макушке Артура была милой, но сейчас, при угрозе её хозяину, милота сразу куда-то исчезла. Угроза, исходящая от неё, была нешуточной. Казалось, что она защищала своего хозяина и принцессу Тессию.

«Всё в порядке, я просто хочу помочь» Я медленно подбиралась к ней, но рычание лисы стало только громче. Факел, который обычно без страха влетал в самую гущу битвы, сейчас держался клювом за мою рубашку.

«П-профессор, я не хотел. В смысле, я не думал, что принцесса Тессия вдруг ослабнет» — пробормотал Кёртис с бледным от испуга лицом.

«Успокойся, я понимаю. Не знаю как, но Артур спас принцессу. Но его питомец не позволяет мне подойти и помочь» — сказала я, сжимая кулаки от бессилия. Артуру необходима неотложная помощь. Почему его питомец рискует жизнью хозяина? Попытки Кёртиса подобраться к Тессии и Артуру так же не увенчались успехом, так что мы лишь стояли и смотрели на них.

Каждый, кто пытался подойти поближе к Артуру, был атакован его питомцем. «Кто-нибудь, позовите директрису Гудскай!» — выкрикнула я. Некоторые студенты смогли взять себя в руки и когда они уже собрались уходить выполнять мой приказ, в воздухе раздался громкий визг.

Зелёная сова приземлилась перед питомцем Артура.

«Кю!»

«Хуу…»

«Кю кю…»

«Хууу!»

Принц Глайдер замешкался и спросил: «Они… общаются?»

«Наверное» Могут ли мана-звери разных видов общаться?

Пока мы стояли и наблюдали за «разговором» белой лисы и зелёной совы, прибежала взволнованная директриса.

«О, боже» Она опустилась на колени перед двумя студентами, но в этот раз, лиса Артура не пыталась остановить её.

«Директриса Гудскай…» прежде чем я успела объясниться, она жестом остановила меня.

«Не сейчас. Ваш доклад я выслушаю позже. Сейчас нужно перенести этих двоих в лазарет. Я ими займусь. Бегите в гильдию и вызовите лучших целителей» — сказала она.

Я поклонилась ей и забралась на своего Факела.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

*Кашель* «АУ…»

Я проснулся от жгучей боли по всему телу, вызвавшей у меня приступ кашля. Кажется, я чувствовал все виды боли одновременно.

Даже кричать не было сил, поэтому оставалось лишь посильнее сжать зубы.

Учёным в этом мире действительно необходимо поскорее придумать анестезию.

Спустя несколько минут, я привык к этой агонии и даже смог с трудом повернуть голову и увидеть спящую рядом со мной Сильви.

«Как ты себя чувствуешь. Артур?» — раздался знакомый голос директрисы Гудскай с другой стороны кровати.

На то, чтобы повернуть голову в другую сторону, сил не было. «Просто замечательно» — уныло ответил я.

«Ха-ха… если ты уже отвечаешь с сарказмом, значит, что скоро ты поправишься»

Если бы у меня были силы, чтобы закатить глаза, то я бы это сделал.

«Что с Тессией» — спросил я охрипшим голосом.

«Ну, хорошая новость в том, что Тессия находится в гораздо лучшем состоянии, чем ты»

«Её тело не может справиться со звериной волей, так ведь?»

«О-откуда ты знаешь?» Директриса Гудскай быстро оббежала кровать и уставилась мне в глаза.

«Потому что я дал ей волю зверя» Я попытался сесть, но пронзающая боль сразу отмела эту идею.

Сжав зубы и терпя боль, я продолжил: «Пообещайте, что никто не узнает о том, что у Тессии есть воля зверя, по крайней мере не сейчас. Я бы помог ей с ассимиляцией самостоятельно, если бы мог, но лучше доверю это вам» Думаю, она хотела задать мне множество вопросов, но ради меня, сдержалась.

«Я перенесла вас обоих в лазарет и не пущу к вам никого, кроме целителей. И связалась с королевской семьёй и вашей. Я предположила, что она получила звериную волю от Вириона, но он подумал, что от тебя. Отдыхай, Артур. Хотя твоё тело необычайно сильно и вряд ли будут какие-нибудь осложнения, но лучше перестраховаться, чем потом сожалеть» — она направилась к двери, но обернулась, — «Спасибо тебе за спасение Тессии»

Я слабо ей улыбнулся и провалился в сон.

Меня разбудила Сильви, которая лизала мою щёку. “Папа, как ты себя чувствуешь?”

Должно быть, мне приснился кошмар, потому что я весь в поту.

«Дорогой! Артур проснулся!» — я услышал голос матери слева от кровати.

Игнорируя боль, я повернул к ней голову.

Я улыбнулся ей самой лучшей улыбкой, которую смог скривить. «Привет мама. Как вы сюда попали?»

«Ты в порядке? Директриса Гудскай не рассказала нам, что же произошло. Ты сильно пострадал в первый же учебный день!» Думаю, она хотела обнять меня, но боялась, что от этого мне станет ещё больнее.

Моя сестра бросилась к другой стороне кровати и наклонилась поближе. «Брат!!! Ты в порядке? Тебе не больно?» Я в ужасе раскрыл глаза, когда увидел, как она собралась пощупать меня, но мама вовремя её остановила.

«Ты уже успел подраться, сынок?» — ухмыльнулся отец.

«О, другому парню досталось ещё больше!» — усмехнулся я в ответ, отчего он рассмеялся.

Мама на это вздохнула и на самом деле начала расспрашивать о другом парне.

«Он шутит, миссис Лейвин» Обернувшись на входную дверь, я увидел директрису Гудскай со всей семьёй Эралих, в том числе и Тессией, которой было уже гораздо лучше.

«Э-это…» Мой отец отступил от удивления, а мама прикрыла рот ладонью.

«Рад наконец-то познакомиться с вами, мистер и миссис Лейвин» Алдуин Эралих, отец Тессии и бывший король Эленора взял руку моего ошеломлённого отца и пожал её.

Бывшая королева Эленора и мать Тессии, Мериал Эралих обняла мою маму и сказала: «Мы давно хотели познакомиться с родителями Артура. Так приятно наконец-то встретиться с вами лично»

Затем, Мериал подошла к Элли и нежно погладила её по голове. «Ты, должно быть, младшая сестра Артура. Ты так очаровательна!»

«Я видел вас по экрану пару месяцев назад…» К моему отцу, кажется вернулись разговорные навыки, и он резко опустился на колено, что удивило меня, ведь он не так сильно реагировал на короля и королеву Сапин.

«Приветствую вас. Меня зовут Вирион Эралих и я бывший учитель вашего сына» Он стрельнул в меня нахальной усмешкой и пожал отцу руку.

Я не мог возразить им и бессильно улыбнулся.

«З-з-здравствуйте! Меня зовут Тессия Эралих. Приятно встретиться с вами! Я подруга Артура, но не уверена, что он говорил обо мне вам, но это правда!» Тессия нервно дёргалась, а в её голосе была смесь уважения и паники. Она быстро отвернулась, закрывая покрасневшие лицо волосами.

И на это мои родители ещё больше удивились. Моя мама с улыбкой взглянула на меня и поклонилась принцессе.

«Понимаю. И вы самая красивая девушка, которую я когда-либо видела. Пожалуйста, позаботьтесь о моём сыне. Вы наверняка знаете, что он очень часто попадает в неприятности и мне будет спокойнее, если я буду знать, что рядом с ним будет кто-то вроде вас» — сказала мама и погладила Тессию по волосам.

Не уверен, что именно расслышала Тесс, но она определённо всё преувеличила. С ярко красным лицом, она с небольшим визгом громко ответила: «К-конечно!!!» Она вся засияла, энергично кивая.

Мой отец ещё не понимал, что происходит, отчего я внутренне застонал. Но всё же лучше доверить такое дело маме.

После того, как моя мать и королева начали смеяться, а сестра расстроилась из-за того, что мама сказала, что Тессия была самой красивой девочкой, Вирион присел на край кровати, погладил Сильви и спросил: «Как ты себя чувствуешь, малыш?»

«Хех… вряд ли я сейчас смогу победить тебя в бою, дедушка» Я попытался удержать в себе кашель, но не смог.

«Сожалею, Арт. Если бы не я, то ты бы…» Я остановил принцессу в середине предложения и ткнул пальцем между её бровями.

«Не хмурься, Тесс. Иначе появятся морщины»

Я глубоко вздохнул и спросил: «Дедушка, посмотри на мана-ядро Тесс. С ним всё в порядке?» Я беспокоился, зная, что с ней происходит.

Он мягко улыбнулся и шёпотом ответил: «К счастью, её тело, кажется, более совместимо с волей зверя, чем твоё, после первой интеграции. Кстати… как, чёрт возьми, тебе удалось получить ядро Древнего Хранителя?» Дедуля знал, что есть некоторые вещи, о которых я не хочу говорить родителям.

«Убив его, конечно же» — слабо усмехнулся я.

«Ты шутишь… нет… ты же шутишь, да? Ты говоришь, что смог убить мана-зверя класса S?» Обычно суровое лицо дедушки округлилось от изумления, и он наклонился ещё ближе.

«Ты слишком близко, дед. Я даже чую, что ты ел на завтрак… погоди-ка. Как долго я был в отключке?» Я не мог понять, сколько же прошло времени.

«Синтия сказала мне, что прошёл целый день с тех пор, как ты вырубился. Ты пропустил свой второй день занятий»

«Чёрт… теперь я не получу значок за идеальную посещаемость…» — сказал я и слабо подтолкнул его локтем, заставив его рассмеяться.

«Хе-хе» — хихикнула Тессия и тоже присела на кровать

Я услышал знакомый голос, эхом раздавшийся в отдалении, который рассмешил мою подругу. «Да я же тебе говорю! Я лучший друг Артура Лейвина! Мы с ним как братья! Если я не могу его навестить, то кто тогда вообще может? Это правда!!!»

Директриса Гудскай, услышав эту тираду, просигналила охране, чтобы та пропустила его.

«Артур! Ты в порядке?» Он бросился ко мне, совершенно не обращая внимания на других людей в комнате.

Наигранно вздохнув, я слегка качнул головой: «Ты опоздал. И даже не принёс с собой еды»

«Хах… если ты так говоришь, значит всё в порядке» Элайджа облегчённо вздохнул и начал озираться.

Я улыбнулся, увидев, как он узнал людей, сидящих в комнате. Лицо моего друга изменилось с облегчения до ужаса, когда он распознал мою семью, директрису академии и королевскую семью Эленора.

«Ах… ох…» С отвисшей челюстью он не мог сказать и слова.

«Пфф, ха-ха-ха… ой… ха-ха!» Боль импульсами отдавалась в моём животе, но я не мог перестать смеяться.

«Дедушка, мистер и миссис Эралих, хочу познакомить вас с моим лучшим другом, Элайджей»

«П-приятно познакомиться! Извините меня за такую грубость!» Элайджа низко поклонился, чуть не уронив очки.

После знакомства, мои родители продолжили общаться с родителями Тессии. Старик наконец-то оставил меня в покое, побежав догонять директрису Гудскай, после того, как вытянул из меня все подробности.

«Брат. Кто красивее, я или она?» Элли указала на Тесс и серьёзно на меня взглянула.

«Как по мне, вы обе не очень» — сказал я и тут же пожалел об этом.

«АУ! Сейчас мне ещё больнее!» Я застонал, когда сестра начала скручивать мне кожу на руке, а Тесс поколачивать мою ногу.

«Тесс, как я говорил, Элайджа – мой друг. Познакомься с ним» — сквозь зубы сказал я, потирая пострадавшие конечности.

Тесс пожала руку Элайдже, говоря: «Я – Тессия Эралих, ЛУЧШАЯ подруга Артура» Элайджа тоже ответил на рукопожатие: «Я – Элайджа, САМЫЙ лучший друг Артура» Конкуренция между ними буквально ощущалась в воздухе.

Я просто закатил глаза, а сестра хихикнула. Я очень устал и мои веки отяжелели.

Директриса Гудскай заметила это и объявила: «Думаю, Артуру нужно отдохнуть. Его жизни ничего не угрожает, но он наверняка очень устал»

Отец схватил меня за руку и нежно обнял. «Сын, приезжай домой, после того, как всё заживёт, ладно?»

«Побольше отдыхай, ладно?» — сказала мама, идя к выходу. Родители Тессии тоже кратко попрощались и последовали за моими родителями.

«Мы скоро вернёмся, малыш» Вирион погладил меня по голове и потащил за собой Элайджу и Тессию.

«Хах…» Я посмотрел на Сильви, которая всё ещё крепко спала и услышал, как дверь снова скрипнула.

«Ты что-то забыла, Тесс?» — спросил я, не поворачивая головы.

«Артур…»

«Хм?»

«Ты сказал, что не можешь двигаться, так?»

«Ну, я могу только немного повернуть голову и поднять руку. А что?» Я повернулся к ней и удивился, увидев, что лицо Тесс было совсем рядом. Её глаза пристально смотрели на меня с таким выражением, какое я никогда не видел в ней.

Мягкое, тёплое ощущение её губ на моих застигло меня врасплох, но моё тело не позволило никак отреагировать. Вместо этого, я заметил небольшую точку в углу её левого глаза, которую я никогда раньше не замечал.

Небольшая блестящая нитка слюны соединяла наши губы, после того, как она отстранилась, избегая смотреть мне в глаза. Тесс быстро отвернулась и выбежала из комнаты, оставив шокированного меня одного.





Глава 57




Глава 57

ОТ ЛИЦА ТЕССИИ ЭРАЛИХ:

Я поцеловала его… Я поцеловала его!

Я выбежала из комнаты, потому что почувствовала, как моё лицо быстро краснеет. Это был мой первый поцелуй! Интересно, ему понравилось? Я всё правильно сделала? И не выглядела ли я странно в момент поцелуя?

Остановившись в коридоре, я посмотрела на своё отражение в окне. Я решила притвориться, будто снова его целую, чтобы посмотреть на выражение лица.

«ФУ! НЕЕЕТ!!!» Стукнув головой по стеклу от стыда, я застонала при мысли о том, как странно, наверное, я выглядела в его глазах. Вновь посмотрев на окно, я прикоснулась к своим губам пальцем.

Его губы мягкие. Немного потрескавшиеся из-за травмы, но мне всё равно было приятно.

«Хе-хе»

О, боже, какая же у моего отражения извращённая ухмылка!

Интересно, а вдруг я слишком поторопилась? Что, если ему не понравилось? И он сейчас думает, что я какая-то извращенка?

Боль запульсировала в моей груди, а на глаза начали наворачиваться слёзы. Я не вынесу, если Арт будет игнорировать меня.

Может, нужно вернуться в его комнату и притвориться, что это была шутка? Представляю себе, как я врываюсь в комнату и смеюсь, указывая на него пальцем: «Ха-ха! Я разыграла тебя! А ты поверил!»

Я глупая. Ох.

Нет! Ты всё правильно сделала, Тесс! Артура нужно было подтолкнуть к действиям! Он всё ещё считал меня ребёнком, при каждой нашей встрече. Ты молодчина!

«Да!» Я уверенно сжала кулак и тут же вздохнула от мысли, что ему не понравилось.

«Пф! Да кого это волнует? Если Арт проигнорирует меня, то я найду себе кого-нибудь получше! Он всё равно не так хорош! Лишь чуть выше среднего. Да и в магии он так себе, верно?»

*Вздох* Да кого я обманываю? Я не могла представить себя с кем-то ещё, кроме Артура. Конечно, всю мою жизнь многие благородные дети пытались произвести на меня впечатление, но они не были такими, как Артур.

Глупый Арт! Такой невинный! «Не хмурься, Тесс. Иначе появятся морщины» — сказала я насмешливым тоном, подражая Арту.

Тьфу! Из-за мысли о нём моё сердце опять пропустило удар! Глупый Арт!

«Да кого волнует, если он тебя не любит, Тесс! Это уже его проблема! Я талантливый маг, очень умна и популярна, верно? Не хочу показаться высокомерной, но я ещё и очень красива. Артур потом будет кусать локти от своей потери!»

Интересно, какие поводы мне нужно придумать для разговора с Артуром. А поводов было много! Его мать попросила меня присмотреть за ним! А е-ещё нужно ассимилировать ядро зверя! Нужно попросить его помочь мне с этим, поскольку он сам дал мне его!

*Вздох*

Я последний раз взглянула на комнату, где лежал Артур и пошла в общежитие.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Я поцеловал Тесс…

Я поцеловал Тессию Эралих, тринадцатилетнюю девочку. Разве это не преступление? Я преступник? Нет, успокойся. Я же в теле двенадцатилетнего мальчика. Тогда почему я чувствую себя таким виноватым?

Но это она же поцеловала меня, в конце концов! Это я здесь жертва! Воспользовалась моим уязвимым состоянием. Да… Тесс умна. Я тупо уставился на дверь, через которую она ушла, трогая свои губы рукой и вспоминая её мягкое влажное прикосновение губ.

Это неправильно. Да, формально мне ещё только 12 лет, но с учётом моего умственного возраста из прошлой жизни, можно считать, что мне почти 50! Даже если предположить, что у меня были бы дети, то Тесс была бы примерно одного возраста с моей дочерью.

Чёрт побери! Это всё из-за моего тела! Проклятые гормоны! Я чувствую себя виноватым потому, что мне это понравилось. Мне было приятно, когда Тесс поцеловала меня. Хоть я и не должен, но я всё же насладился поцелуем от маленькой девочки.

Я застонал, от боли и мыслей, что будет происходить в дальнейшем с нами. Зная её, она наверняка сейчас накручивает себя и ей будет очень некомфортно рядом со мной.

От мысли о том, что люди могли подумать о наших отношениях, чуть не рассмеялся. Если бы кто-то не был в курсе об этом, то наверняка мог бы подумать, что она ненавидит меня из-за её холодного отношения при людях.

Что-то мне подсказывает, что если я вскоре не поговорю с ней, то будет только больше недоразумений.

И как я должен прояснить ситуацию? Она же не призналась в чём-либо. Нужно ли её пригласить на свидание? Нет, нет, нет. Разве дети нашего возраста ходят на свидания?

Я начал вспоминать о моей прошлой жизни, когда мне было двенадцать. Тогда вся моя жизнь была наполнена только обучением. Воспитанный в детском доме и отправленный в институт для дуэлянтов, я могу сказать, что у меня действительно не было никакого опыта свиданий.

И всё же, технически, мы были ещё слишком молоды, верно? Ведь мне всего двенадцать! Это тело даже не способно на репродуктивность, верно? О боже, теперь ты будешь заморачиваться и на эту тему, Артур.

Хах… но это не значит, что я ненавижу Тесс. На самом деле, я очень любил её. Но она ещё, в каком-то смысле, не созрела. Это сойдёт за оправдание?

«Что скажешь, Сильвия?» Я погладил своего спящего питомца и накрыл её одеялом. Удивлён, что она не проснулась, когда Тесс поцеловала меня.

Гладя питомца, я не заметил, как заснул.

За последние пару дней, меня довольно часто навещали. Кёртис приходил и спросил, в порядке ли я. Я лишь ухмыльнулся и сказал, что его атака была чертовски сильна, отчего он засмеялся. Клэр Блейдхарт тоже приходила убедиться, что я здоров. Она держала меня в курсе о заседаниях дисциплинарного комитета.

Я был удивлён, когда Кейтилин пришла сама, а не вместе с братом. Она спросила, как у меня дела, и клянусь, что у неё на лице была взволнованность. Это меня удивило больше всего. У них было множество вопросов. Кёртис выглядел так, будто хотел попросить меня о чём-то несколько раз, но сдерживался из-за моего состояния. Когда ко мне в гости заглянула профессор Глори, то принесла с собой фрукты.

«Должна сказать, что Лукас был очень взбешён. И я не могу винить его за это. Он чувствовал, что уже почти победил тебя, заточив в своём заклинании, но ты вдруг исчез и появился в нескольких сотнях метров» Она сделала небольшую паузу, прежде чем продолжить.

«Как ты это сделал? Я ещё никогда не видела ничего подобного. Даже директриса Гудскай не способна на такое. Мгновенная телепортация всегда была мифом. Но ты, двенадцатилетний гений, сделал это»

К этому времени я уже мог сидеть, поэтому приподнялся достаточно, чтобы быть на уровне глаз сидящей профессорши Глори.

«Рост не останавливается при отсутствии таланта или серии неудач. Он прекращается, когда человек ограничивает свою способность расти. С учётом сказанного, я считаю, что у каждого есть секрет или два, которые они не хотят рассказывать» Я опустился на кровать, оставив запутанную Глори разбираться в моих словах.

Директриса Гудскай тоже заходила. Я спросил у неё о том классе, который я должен был обучать, и она ответила, что профессор Глори вызвалась заменять меня, пока я не выздоровею. Перед уходом, она рассказала мне о том, как проходит обучение Тесс.

«Её ассимиляция продолжается и становится всё более стабильной»

«Спасибо за заботу о ней, директриса» — улыбнулся я.

«Не благодари меня, Артур. Она мой ученик. Ах, я вспомнила. Я отлучусь на пару дней из академии по делам. Поскольку Вирион вернулся в Эленор, мне нужен кто-то, кто проконтролирует ассимиляцию Тессии. Справишься?»

«Ух, конечно. Да, я справлюсь» — беспомощно сказал я. Не уверен, действительно ли у директрисы были срочные дела, но она определённо дала мне повод, чтобы встретиться с Тесс.

Благодаря моей ассимиляции с волей дракона, скорость восстановления моих мышц и костей была намного быстрее. Во время восстановления я медитировал и развивал своё мана-ядро. Я уже был на пороге перехода из тёмно-жёлтой стадии и вскоре достигну полноценной жёлтой. Слабость в теле иногда давала о себе знать, но я планировал покинуть лазарет и вернуться к нормальной школьной жизни, начиная с завтрашнего дня. От лежания в кровати я уже порядком устал.

*Стук*

«Входите» Я повернул голову, а Сильви спрыгнула с кровати и побежала к двери.

«Я пришёл к тебе в гости!» Отец заметил, что я выгляжу лучше, чем раньше, и широко улыбнулся.

«Привет, папа» — улыбнулся я в ответ. Сильви приветственно пискнула «Кю» и вернулась ко мне на кровать.

Присаживаясь, отец рассказал мне обо всём, что происходит дома. Мы поговорили совсем немного, но я понял, что мне очень понравилось поговорить с отцом. Мне нравилось, что у него не было от меня никаких секретов, никаких планов или скрытых мотивов. Он просто хотел для меня самого лучшего.

После короткого молчания, я решил спросить у него кое-что, беспокоящее меня. «Пап, а почему мама никогда не использует свою магию? В смысле, она исцеляла мои небольшие раны, когда я был маленьким, но это всё. Я помню, как ты рассказывал, что она была уникальным эмиттером»

Взглянув на отца, я удивился, как быстро его обычно светлое лицо погрустнело.

«Твоя мама… у неё на сердце лежит тяжёлый груз» Вздохнув, он продолжил:

«Знаю, что ты уже достаточно взрослый, чтобы знать, но всё же тебе нужно потерпеть. Она сама расскажет тебе, когда будет готова» Он слабо потрепал мои волосы и мы сменили тему.

«Что вы делаете дома?» Я хоть и совсем недавно уехал из дома, но уже по всем соскучился.

«Ох, твоя мама вечно занята посиделками с подругами. А твоя сестра становится сущим наказанием. Может быть, нам было слишком легко растить тебя, поэтому я иногда просто не знаю, что делать с Элли» Когда отец почесал голову, я заметил несколько морщинок, которых у него раньше не было.

«Просто оставь её ненадолго. Она справится» Я погладил руку отца и перевернулся на бок, чувствуя, как тело сводит судорогой.

«Тебе нужно отдохнуть, сынок» Он погладил меня по голове и вышел через дверь, оставив меня одного, размышляющего, что могло произойти с матерью и нанести ей такую травму.

«Кю?» Сильви спросила меня, о чём я думаю, и я просто качнул головой. «Пустяки, Сильви. Надеюсь»





Глава 58




Глава 58

«Тише… помедленнее. Вот так» С тех пор, как я получил травму, прошла неделя и Элайджа помогал мне пройтись. Даже укрепив своё тело маной, я всё ещё чувствовал слабость.

«Кю…» Сильви посмотрела на меня так взволнованно, насколько вообще возможно для выражения мордочки мана-зверя. Она шла рядом со мной, боясь, что я мог уронить её со своей головы.

Элайджа пришёл ко мне в палату, когда закончилась первая половина дня. Я пока не хочу начинать занятия в качестве профессора по практическим манипуляциям с маной, чтобы студенты видели меня в таком состоянии. Ноги подводили меня через каждые несколько шагов, спина почти горела и мне едва хватило сил, чтобы добраться до класса, не говоря уже о преподавании.

Потихоньку привыкая к ходьбе, я перестал опираться на Элайджу и использовал Рассветную Балладу вместо трости. Я невольно захихикал от этой иронии. Помню, сперва я воспринял этот бесценный меч обычной палкой. Эх, возможно, моё предположение тогда было предвестием нынешней ситуации.

Элайджа обмотал рукоятку и ножны белыми бинтами, как для комфорта, так и для маскировки. Да уж. Двенадцатилетний мальчик опирается на трость, чтобы не упасть.

«Ты справишься? Может, мне стоит помогать тебе хотя бы в перерывах между занятиями?» Элайджа беспокоился обо мне, готовый поймать, если я споткнусь.

«Я справлюсь» Хотя я не был уверен в своих словах, не хочу, чтобы Элайджа постоянно нянчился со мной.

Когда мы дошли до аудитории, Элайджа всё ещё колебался и хмурился, не хотя оставлять меня.

«Артур. Позволь мне помочь тебе»

Я обернулся и увидел принцессу Кейтилин, бегущую ко мне от своих друзей. Не дав мне ответить, она обняла меня за талию, положив мою руку к себе на пояс, чтобы я не держал свою пал… меч.

«Ух… Спасибо» Я кивнул Элайдже и вошёл в класс.

«Я слышал, что наш новый профессор сегодня наконец-то появится!»

«Да неужели? Мне нравилась профессор Глори»

«Кто угодно лучше, чем профессор Гейст»

«Кто знает, может новый будет ещё большим чудаком»

«Эй, разве это не тот офицер ДК, который побил Гейста?»

«Похоже, он ранен…»

Различные дискуссии студентов тут же сменились на моё обсуждение, когда я зашёл в класс.

«Всё в порядке, принцесса Кейтилин. Спасибо» Я убрал свою руку и вырвался из её обьятий.

«Тебе нужно помочь подняться по лестнице…» Её лицо ничего не выражало и не соответствовало озабоченности в голосе. Я просто качнул головой и пошёл вперёд.

Сильви шла со мной, когда я добирался до трибуны рядом с ареной.

«Уф…» — я издал глубокий вдох, облокотясь на трибуну, слишком высокую для моего роста.

Переведя взгляд на студентов, я увидел удивлённого Фейриха, сидящим за одним из столов. Когда Кейтилин дошла до своего места, то тоже начала оглядываться, пытаясь найти меня. И тоже удивилась, поняв, что я не пошёл на трибуны за ней, а вместо этого вышел в центр комнаты.

К этому времени разговоры среди студентов притихли, так как всем стало интересно, что же я делаю возле трибуны профессора.

«Я не уверен, что многие из вас знают моё имя, но большинство слышали о том, кто я. Меня зовут Артур Лейвин, я член дисциплинарного комитета, единственный сын двух замечательных магов, любящий брат и ваш новый профессор»

Я начал мысленно считать, когда класс будет возникать. И почти сразу же, благородные сопляки, которые сотавляли большинство студентов, вставали со своих мест в недоумении, а некоторые и в гневе, крича, чтобы я перестал придуриваться и вернулся на своё место.

«Ты думаешь, что мы поверим, будто какой-то малявка, как ты – наш новый профессор?» — сказал один из второкурсников, который либо остался на второй год, либо пришёл сюда впервые.

«Хватит выёбываться и возвращайся на место! Кем ты себя, блять, возомнил?»

Вау… такие вульгарности, да от двенадцатилетнего…

*Вздох* Если бы я мог преподавать лёжа, то честно говоря, я бы так и сделал. Я слишком устал от всего этого.

Было бы лучше, если бы директриса Гудскай или профессор Глори заранее предупредили студентов, что я буду их учить. Или хотя бы дали мне официальный документ, доказывающий, что я профессор. Интересно, Гудскай не сделала этого нарочно?

Да, это на неё похоже.

«Эм… вы поверите мне, если я скажу, что директриса Гудскай назначила меня быть профессором на оставшуюся часть семестра?»

«Хватит придуриваться!»

«Заткнись!»

Ещё одна волна протестов прокатилась по классу.

Глядя на Фейриха и Кейтилин, я заметил, что их лица были наполнены смесью недоверия, сомнения и лёгкого шока.

«Не выёбывайся тем, что ты победил прошлого профессора. Думаешь, ты бы смог победить, если бы он не ослаб от принцессы Кейтилин и Фейриха?» — воскликнул другой второгодник и спрыгнул на сцену.

Он был довольно крупного телосложения, и, судя по плохой циркуляции маны в его теле, он мог укрепить лишь часть своего туловища.

Быстро разбежавшись в мою сторону, он готовился снести меня со сцены. Фейрих тоже приготовился к прыжку на сцену, чтобы остановить парня, но я покачал ему головой.

«Ты качаешь на меня головой? Кем ты себя возомнил?» Похоже, этот толстяк думал, что я кивал ему, насмехаясь над ним.

Половина студентов немного нервничала, не желая устраивать ещё одну драму во время занятий, в то время как другая половина аплодировала толстяку.

«Сидеть»

*Тук*

Я стукнул тростью, и вся комната завибрировала, когда я влил ману в пол, в результате чего, второгодник плюхнулся на задницу.

Ковыляя к оглушённому и растерянному студенту, я чувствовал себя каким-то старым мастером, ставящим мятежного молодого ученика на путь истинный.

«Не спрашивай меня почему, но Гудскай не выдала мне никаких документов, подтверждающих, что я ваш новый профессор. Но оглядев всех вас, я удивляюсь, как такие как вы можете называть себя магами»

Я перешагнул всё ещё потрясённого грубияна и отошёл в сторонку.

«Вы думаете, будто только потому, что вы сформировали своё мана-ядро, то уже можете называться магами? Я могу сказать вам прямо, что даже моя милая маленькая лиса сможет победить любого из вас» Я поднял Сильви ниже подмышки и показал всему классу.

«Любой из вас, которому нужны доказательства или который вообще больше не хочет ходить на моё занятие, может пойти к директрисе Гудскай или свалить куда подальше. Но для тех, кому хоть чуточку интересно, чему я смогу обучить вас – оставайтесь» Я сделал паузу и то ли из-за моего небольшого трюка с толстяком или из-за их лени, но никто из учеников не ушёл из кабинета.

Я посмотрел на второгодника, спрыгнувшего вниз, стремящегося показать свои ограниченные возможности и сказал: «Теперь, если вы не возражаете, вернитесь на своё место, студент. И я начну своё занятие»

«Ух…» Быстро встав, он направился на своё место, пытаясь скрыть смущение на своём лице.

Вернувшись обратно в центр комнаты, я вновь опёрся на трибуну, на которой уже спала Сильви.

«Поскольку это практическое занятие манипуляции с маной, я буду спрашивать практические вопросы. Что является лучшим способом для использования окружающей нас маны?» Я огляделся и увидел, что почти мгновенно после вопроса, девушка-всезнайка с хвостиками вытянула руку.

«Ману лучше всего использовать путём поглощения в мана-ядро, где она может конденсироваться и очищаться для использования в заклинаниях или техниках боя» Она улыбалась так, будто бы гордилась собственным ответом.

«Хорошо. Итак, как вы все знаете, разница между аугментерами и заклинателями заключается в том, что аугментеры используют ману из ядра через свои каналы маны, в то время как заклинатели напрямую поглощают ману из окружающей среды через свои мана-вены. Так…зачем обоим типам магов нужно медитировать и впитывать ману, если только аугментеры не могут поглощать ману из атмосферы?» — спросил я, не глядя ни на кого.

Уверенная рука девочки-ботаника сжалась, пока она думала.

«В то время, как аугментеры используют накопленную ману для физических атак, чтобы уменьшить потребление маны в бою, заклинатели, из-за того, что при использовании заклинаний на область и их поддержания, мана быстро расходуется, используют очищенную ману из своего ядра в качестве резерва» — ответила Кейтилин с невозмутимым лицом.

«Правильно! И последний вопрос… правда ли, что цвет ядра заклинателя и аугментера является по-настоящему точным способом измерения уровня силы мага?»

Я придержал смешок, когда увидел, как вечно бесстрастная Кейтилин задумчиво уставилась в потолок. «Это будет вашим домашним заданием! Спускайтесь все на сцену и постройтесь! Заклинатели – слева, а аугментеры – справа!»

После нескольких ворчаний и жалоб, студенты, в конце концов, выстроились бок о бок.

«Для этого упражнения, я хочу, чтобы все показали самые основные заклинания своего элемента. Заклинатели – без палочек и жезлов»

Для аугментеров, самые элементарные заклинания были очень похожи. Огненные аугментеры использовали Огненный Кулак, сжимая небольшой уголёк, покрывающий пламенем весь кулак. Для воздушных – это Вихревой Кулак. Для водяных – Аква Кулак. Ну а для земных – Каменный Кулак. После того, как маги узнают свои элементы, аугментеры учатся использовать их в своих руках, для атак.

Знатные маги, присутствовавшие в моём классе, имели хорошие таланты только благодаря своей родословной и могли проявить свои элементы вскоре после пробуждения. Моему отцу потребовалось более двадцати лет для того, чтобы по-настоящему управлять пламенем, но эти 12-14-летние дети уже могут это делать. Вот ТАКУЮ разницу в генах даже я не мог оспорить.

Что касается заклинателей, то для них самым базовым заклинанием является сбор определённого элемента в сферу и выстреливание ей. Для огненных – это огненный шар, для воздушных – ветряная пуля, для водных – водяная пуля, а для земных – каменная.

Заклинателям было легче, поскольку им не нужно было непосредственно формировать свои элементы внутри тел. Заклинатели выбирают свой элемент по тому, какие частицы маны они чувствуют в атмосфере лучше всего.

Я устроился поудобнее и начал наблюдать, как оба типа магов готовили свои заклинания.

Аугментеры концентрировали свой элемент в доминирующей руке, сжатой в кулак. Несколько долгих секунд спустя, их заклинания стали видны, показывая их элементы. У всех время вызова заклинания различалось, но ненамного.

Заклинатели начали тихо произносить заклинания и пространство перед их ладонями засветилось разными цветами, в зависимости от того, какой элемент был в их заклинании. Неудивительно, что Фейриху и Кейтилин потребовалось гораздо меньше времени на формирование заклинаний, чем другим.

Единственной разницей между заклинаниями аугментеров и заклинателей было то, что у аугментеров использовался их кулак, а у других была плавающая сфера, напротив ладоней.

«Итак. Аугментеры, я хочу, чтобы вы попробовали выстрелить своими заклинаниями. Заклинатели, вы должны попытаться поглотить свои заклинания обратно через руку» Я невинно улыбнулся на их непонимающие взгляды.

«УХ!!!» «Хах!» «Брр…» «Уффф» «Стреляй!» «Огонь!»

На них было почти смешно смотреть. Аугментеры пытались ударами кулаков оттолкнуть свои элементы.

«Ау! «ААА!» «Кия!» «АУЧ!» «БЛЯ!» «ОУ!» «ЧЁРТ!»

У заклинателей получалось не лучше, поскольку они либо получали синяки, либо порезы, ожоги и мокрую одежду. Через 15 минут попыток, большинство студентов сдались и осуждающе смотрели на меня. Даже Фейрих и Кейтилин взглянули на меня с сомнением.

«Это глупо. Все же знают, что только высокоуровневые аугментеры могут использовать дальнобойные заклинания!» — сказал один из студентов-аугментеров, едва не плача.

«Да! И какой смысл поглощать своё заклинание, которые мы только что вызвали?»

Оставив Сильви на трибуне, я поковылял к противоположному краю сцены, подальше от студентов.

Сосредоточившись, я прицелился в промежуток между линиями построившихся студентов.

«Ветряная пуля»

Поток воздуха вырвался из моей ладони и врезался в стену, образовав небольшой кратер.

Преодолев первоначальное удивление, один из студентов высказался: «Подумаешь… Сильно, но это обычная атака, которую все из нас можем вызвать, когда достигли оранжевой стадии»

«Верно. Но, поскольку кажется никто ничего не понял, почему то, что я сделал, было особенным, позвольте мне объяснить» Я поднял другую руку и влил ману, чтобы сформировать воздушный поток вокруг неё. Я вновь выстрелил вызванной воздушной пулей, но на этот раз, когда она пролетела через комнату и достигла стены, появился только лёгкий свистящий звук.

«Вот что большинство из вас умеет делать, достигнув оранжевого этапа» Я легко подмигнул им, оставив студентов в замешательстве.

«Я не могу точно показать, что произойдёт, когда заклинатели смогут поглощать свои заклинания, но поверьте, это пойдёт вам на пользу»

Я вернулся к трибуне и забрал Сильви. «На сегодня всё. Придумайте ответ на заданный вопрос и попрактикуйтесь. До завтра»

Пока что они не смогут показывать никаких сильных результатов, но я рассчитывал на другое. Надеюсь, что благодаря этому, оба типа магов смогут преодолеть хотя бы одно из наиболее серьёзных недостатков сейчас, пока их тела ещё слабо развиты и податливы.





Глава 59




Глава 59

Присев на лавочку, я глубоко вдохнул. Закончив занятие пораньше, я вышел во двор и понял, как пуст и чист был кампус, когда большинство студентов всё ещё сидели на занятиях. Прошло совсем немного времени с тех пор, как я получил травму, но ежедневные прогулки помогали справляться со слабостью.

Я сидел сложа руки, наблюдая, как Сильви гоняется за бабочкой по лужайке, когда услышал приближающиеся ко мне шаги.

«Можно присесть?» Я повернул голову и увидел принцессу Кейтилин, наклонившуюся рядом со мной.

«Нет, садись» — сказал я и медленно отполз в сторону, освобождая местечко. Она осторожно положила платок на лавочку и аккуратно присела на него, расправляя помятую юбку. Мы молча сидели и смотрели на то, как Сильвия наконец-то поймала бабочку, трепыхающуюся у неё в лапах.

«Я слышала, что случилось с моим братом… прости» Её голос затихал к концу фразы.

Я всё ещё смотрел на Сильви, но ответил с лёгкой усмешкой: «Ха-ха, почему ты извиняешься? Даже если бы твой брат был на самом деле виноват, то он уже давным-давно извинился сам»

«Просто… я чувствую, что моя семья должна перед вами во многом извиниться. За то, что случилось с Себастьяном и моим отцом. Тогда, в аукционном доме… обычно, он так не делает, но он был в шоке и ему нужно было поддерживать имидж…» Впервые я видел, как Кейтилин запуталась, её обычно спокойное лицо зарумянилось, она запаниковала, пытаясь заставить меня понять.

«Пфф! Думаю, что я наконец-то впервые увидел изменения в вашей мимике, принцесса. И это к лучшему» — хихикнул я и она покраснела ещё ярче, отвернувшись.

«Пожалуйста, не дразни меня, Артур… Я не ожидала от тебя такого»

Я наклонил голову и любопытно спросил: «Да? И чего же ты ожидала?»

«Ну, когда я впервые встретила тебя на том аукционе, то заметила, насколько ты был «взрослым» — пробормотала она, все ещё не поворачивая ко мне своего лица.

«Ты заметила, как ведёт себя человек, всего в 8 лет?» Изучение поведения человека является очень важным качеством, которые даже не все взрослые приобретают после знакомства со многими различными людьми.

«Да… будучи принцессой королевства, в конце концов данный навык приобрести довольно быстро. Также, у моего отца и брата тот ещё характер, и я чувствовала, что мы с матерью были одни нормальными из семьи» Сказав это, принцесса наконец-то повернулась ко мне.

«Правда? Я не заметил ничего необычного в твоём брате. Кажется, он довольно обаятельный» Я помню первую встречу с Кёртисом на аукционе. И со временем он возмужал.

«Да, он стал намного лучше, чем раньше и даже смог извиниться перед тобой. Теперь трудно представить, каким гордым он был» Она вздохнула, и мы продолжили наблюдать за маленьким боем Сильвии с другой букашкой.

«Когда я впервые увидела тебя, то сразу заметила, что ты очень отличаешься от всех остальных. Как бы это сказать? Я была очень заинтригована тобой…»

Я тихо усмехнулся, вспоминая произошедшее четыре года назад. «Ха-ха… Правда? Я думал, что наоборот, поскольку на твоём лице не было никакого изменения реакции»

«Извини. Я не сильна в мимике» Она оттянула свои щёки пальцами вверх и вниз в попытке насильно изменять выражения.

«Хах. А я уже начал думать, что ты носишь маску, пряча своё истинное лицо» Я почувствовал её взгляд, отчего мне стало немного неловко.

«Я буду практиковаться» Принцесса Кейтилин кивнула и теперь она выглядела немного более решительнее, чем обычно.

«Пфф! Не думаю, что это вообще можно напрактиковать. Не напрягай лицо, позволь ему двигаться так, как оно хочет. Когда ты грустишь, твоё лицо будет естественно хмурым. Когда счастлива – то лицо улыбнётся. Вот так!» Я ярко улыбнулся, а потом некрасиво поморщился.

Упс. Я не перестарался?

ОТ ЛИЦА КЕЙТИЛИН ГЛАЙДЕР:

Я не могу проявлять слабость. Я должна поддерживать имидж королевской дочери. Когда мужчины приходили ко мне, пытаясь заполучить моё доверие, я не показывала слабость, которую они могли использовать против меня.

Я не могу читать мысли, но было не трудно заметить, что все мужчины моего возраста и намного старше имели скрытые мотивы. Королевская родословная, превосходные способности и внешность… то, о чём мечтают все люди, тяготило меня, лишая должной свободы.

Тем не менее, вот я сейчас сижу с мальчиком моего возраста, гораздо более талантливым и привлекательным… и таким ярким. Он сиял и блестел, что заставляло меня быть похожим на него. Почему он так сильно отличается от меня? Как он может свободно выражать свои эмоции, не боясь, что о нём подумают другие?

Я не смогла сдержаться от смеха, когда Артур искривлял своё лицо. Он выглядел так глупо.

*Хихикает* Я тут же быстро прикрыла рот ладонью, пытаясь скрыть улыбку.

«Видишь! Это не трудно!» Его преувеличенная улыбка сменилась на нежную и утешающую.

«Я должна практиковать такие вещи вместо манипуляции с маной?» Он рассмеялся и наклонился, чтобы погладить питомца, сидящего возле его ног.

«Я тут вспомнила. Ветряная пуля, которую ты использовал для демонстрации больше походила на атаку заклинателя. Как ты это делаешь? Также мне любопытно, почему ты заставлял заклинателей попробовать поглотить свои заклинания. Я никогда не слышала ни о чём подобном» Я задавала ему вопросы, заполнившие мои мысли, словно перевозбуждённый ребёнок, отчего я засмущалась.

«Ага! Так значит за этим ты и подошла ко мне?»

«Н-нет! Конечно, нет! Да я бы никогда!» О, нет! Я не люблю, когда мужчины улавливали меня на каком-то мотиве. Я просто увидела, что он сидит в одиночестве… почему бы и мне не посидеть рядом с ним?

Я поняла, что моя рука слегка коснулась его ладони и быстро убрала её подальше как можно скорее.

«Хех, я просто пошутил, принцесса. Я не уверен, что смогу ответить тебе на эти вопросы. В конце концов, нечестно будет давать тебе преимущество над другими таким способом, верно?» Он подмигнул мне, отчего я почувствовала тяжесть в груди. Что это было?

«Думаю, ты прав. Было бы несправедливо давать мне ответы на домашнее задание, которое ты нам задал» — спокойно ответила я.

«Эм… ну, я думаю, что могу дать небольшую подсказку для моего коллеги из ДК. Смотри» Я посмотрела на него и увидела, как он сосредоточился и поднял обе ладони вверх.

Его левая рука засветилась, когда мягкий ветер закружился вокруг неё. А на правой ладони был лишь небольшой участок в центре, на котором тоже был небольшой ураганчик. С коротким щелчком запястья, он выстрелил небольшими порывами ветра из обеих рук.

Ветер, окружавший его левую руку рассеялся через несколько метров, но концентрированный ураган из правой руки полетел гораздо дальше и рассеялся небольшой вспышкой.

«Это и есть небольшая подсказка для домашнего задания. Что касается того, что я приказал заклинателям, то тебе придётся думать шире» Он привстал со скамейки, оставив меня в размышлениях о том, что он только что сделал.

«Мне нужно идти. Скажи мне, если тебе потребуется больше уроков по мимике» Он вновь преувеличенно нахмурился и извращённо улыбнулся, отчего я снова почти рассмеялась.

«Эх… в этот раз ты не засмеялась. Плохо» Он ушёл, а за ним весело побежал его питомец. Когда он ушёл, я почувствовала себя пустой, в одиночестве сидящей на этой скамейке.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

«Эй! Я слышала, что ты получил травму в первый день занятий. Ты в порядке?» Очки с толстыми стёклами Эмили соскользнули вниз, когда она наклонилась ко мне во время занятия. Мы изучали базовые компоненты различных типов артефактов.

*Фух!* Внезапно, кусок мела просвистел между вьющихся волос Эмили.

Гидеон откашлялся, вытирая руку от мела после броска. «Мисс Уотскен, пожалуйста, просветите класс о различных компонентах светового артефакта»

«Основа светопроизводящего артефакта состоит из кристалла, Флоренита, который в изобилии встречается в предместьях Сапин и Дарв. После огранки флоренита, он будет постоянно выпускать тусклый свет…»

«Ладно, ладно, этого достаточно. Блин, я просто спросил уже рассказанный материал» Гидеон что-то проворчал себе под нос, прервав объяснение Эмили.

Пожав плечами, она достала какую-то бумажку и попыталась очиститься от кусочка мела, запутавшегося в её волосах.

Затем, мы начали обмениваться записками, переписываясь о том, что произошло со мной. Я попытался немного пропустить подробностей, но с ней это не сработало.

В конце концов, из-за недостатка деталей с моей стороны, она не смогла собрать всю картину событий воедино, оставшись разочарованной и любопытной.

«Чего-то не хватает…» — сказала Эмили после занятия. В качестве домашнего занятия нам задали построить проект светового артефакта, или СПА, для краткости.

«Ты слишком заморачиваешься, Эмили. Я больше беспокоюсь о проекте, который нам дал Гидеон. Кажется, я многое пропустил за прошедшую неделю» И это было правдой. Моё критическое мышление и смутные знания о технологиях из прошлой жизни помогали мне в первые годы жизни, но этот предмет был одним из сложнейших. В том числе из-за того, что его вёл такой эгоцентрик, как Гидеон.

«Ну, у меня под кроватью завалялась пара СПА. Мы можем использовать их» Она поправила объёмный рюкзак, и мы отправились на обед.

«Вау… да ты просто ас артифицирования!» — сказал я, забирая поднос с едой.

«Кю!» “Возьми побольше мяса, папа!” Сильви подпрыгнула на моей голове в знак протеста, увидев, как я набираю овощей.

«Ну ладно» Я вернулся и взял ещё несколько кусочков мяса. Эмили странно посмотрела на меня.

Она поправила очки и внимательно посмотрела на Сильви. «Ты понимаешь, что говорит твой питомец?»

«А что, разве не все хозяева понимают своих питомцев?»

«Нет, вообще-то нет. Они могут понимать их эмоции, но не… словесные сигналы» Она прищурилась и поближе посмотрела на Сильвию.

Прислонив палец ко лбу и оттолкнув её голову назад, я ответил: «Я лишь почувствовал, что она недовольна тем, что я выбрал овощи. Ты опять заморачиваешься, Эмили»

«Да, наверное, ты прав. Она такая милая» Эмили пожала плечами и забрала поднос с едой.

«О! Вот ты где, Арт! Директриса Гудскай хочет… ох, привет» Элайджа остановился как вкопанный, увидев меня с подругой.

«Привет, Элайджа. Это Эмили. Эмили – это Элайджа» — сказал я, набивая рот кусочками тушёной говядины.

«Приятно познакомиться!» Эмили улыбнулась и протянула руку, свободную от поддержания подноса.

«И тебе… приятно познакомиться» — ответил Элайджа, пожав руку, с любопытством осматривая Эмили.

«Короче, Арт. Тебе нужно… эээ… идти в тренировочный зал. Директриса Гудскай сказала, ясно?» Он посмотрел на меня серьёзным взглядом, подчёркивая срочность.

«Ладно… подождёте меня?»

«Хорошо. Беги» Он мягко подтолкнул меня к двери, едва я успел проглотить еду. Сильви успела отхватить несколько мясных кусочков, когда мы проходили мимо мусорной урны.

«Общайтесь, знакомьтесь! Я скоро вернусь!» Я помахал своим друзьям, и они тоже помахали мне в ответ.

Я вспомнил, как директриса Гудскай рассказывала мне о тренировках, пока я лежал в больничной палате. Там, в зале, большая плотность маны, предположительно, позволит легче обучаться.

«Интересно, что хочет Гудскай»

Все залы располагались рядом с библиотекой. Обычно, старшекурсникам разрешали занять комнаты на пару часов для тренировок, но мне посчастливилось иметь свой собственный зал.

В здании библиотеки были два прохода. Один вёл в настоящую библиотеку, а другой в своего рода зал ожидания для всех посетителей тренировочных залов. Зайдя в зал ожидания, я медленно прошёл мимо какого-то старшекурсника, добравшись до стойки регистрации. «Здравствуйте, меня зовут Артур Лейвин» Не знаю, что хотела директриса Гудскай, поэтому я надеялся, что леди на ресепшене знала, что нужно сделать, услышав моё имя.

«Ах да! Сегодня ваш первый визит, верно?» На даме был очень изысканный костюм, напоминающей мне консьержку в шикарном отеле.

«Да» — кивнул я в ответ. Она нагнулась и открыла ящик.

«Пожалуйста, поместите обе ладони на этот камень. Убедитесь, что прижаты все кончики пальцев» Она держала в руках плоский планшет с различными, выгравированными на нём, надписями.

Я сделал как мне сказали и почувствовал, как небольшое онемение прокатилась по моим рукам, когда планшет активировался.

«Отлично! Пойдёмте, я покажу вашу комнату» Она провела меня к задней части комнаты, где я увидел высокого человека со шрамом, держащего копьё и охраняющего дверь.

Дверь, охраняемая шрамоносцем вела в что-то наподобие лифта, механизмы которого приводились в действие или мана-ядром, или другой мана-рудой.

«Вау. Впервые я езжу на таком» — трепетно сказал я, вспоминая, когда я в прошлом ездил на лифтах.

«Ха-ха, конечно. Их очень мало. Гениальный механик, которого зовут Гидеон, построил это устройство. Вы слышали о нём?» — спросила она, любуясь своим отражением в двери лифта.

«Более, чем слышал. На самом деле, он мой преподаватель. И судя по тому, как он учит студентов, он не такой уж и гений» Я ей подмигнул, отчего она захихикала.

«Мы прибыли! Запомните дорогу до вашей комнаты. Поскольку я зарегистрировала вас на этом зале, вы имеете право прийти сюда в любое время»

«И даже тот страшный мужчина со шрамом не остановит меня?» — спросил я, указывая на свой меч в ножнах.

«Хо-хо, конечно нет. Он не будет вам мешать. Ах, вот и комната» Мы дошли до конца коридора к большой двойной двери без всяких ручек.

«Кажется, эта дверь отличается от всех остальных» — оглянувшись, сказал я.

«Да. Директриса Гудскай выделила вам самую лучшую комнату для тренировок»

«Тем не менее, она даже не удосужилась рассказать своим ученикам о том, кто будет их новым профессорам» — пробормотал я себе под нос.

Дама наклонила голову и в замешательстве спросила: «Эм, простите?»

«Пустяки. Так как мне её открыть?» Сильви спрыгнула с головы и возбуждённо пританцовывала возле двойных дверей.

«Если вы поместите ваши ладони на дверь, она автоматически откроется. Если вам нужна дополнительная помощь, то в комнате есть устройство связи, по которому вы можете связатся со мной. Также, если вы голодны, то я могу послать вам доставщика» Она откланялась, ожидая, когда я открою дверь.

«Спасибо. Как вас зовут?» — спросил я, подняв руку и собираясь открыть двери.

«Пожалуйста, зовите меня Хлоя. Желаю вам эффективной тренировки»

«Спасибо, Хлоя» Я повернулся и приложил правую ладонь к двойным дверям. С громким механическим шумом, поверхность вокруг моей ладони засветилась. В конце концов, когда свет потускнел, дверь открылась и я увидел зал, который очень отличался от моих фантазий.

Я обернулся, но Хлои уже не было. Сильви опередила меня, несясь внутрь помещения, но прежде чем я успел сделать даже шаг, внезапный яркий свет ослепил меня. Моё зрение восстановилось, и я заметил знакомую фигуру, по чьей ноге быстро забиралась Сильви.

Не знаю, то ли из-за яркости внутри помещения, но это выглядело как огромное чудо природы, а не учебный центр. Но моя подруга детства выглядела сногсшибательно. Тессия, к чьей щеке прижалась Сильвия, была одета в очень рыхлую, белую тренировочную одежду.

«П-привет» — сказала Тессия, с опущенной головой смотря на меня.

Я шагнул вперёд и дверь позади меня закрылась. Пол под ногами напоминал цветущий луг, а в комнате стоял довольно большой пруд с водопадом, а также огромные валуны и деревья. Я чувствовал себя будто во сне. Избавившись от наваждения, я почесал затылок рукой, держащей Рассветную Балладу.

«Привет, Тесс» — неловко улыбнулся я.

«Ну что, начнём?» Тессия поставила Сильви на землю и начала робко скидывать форму.

«Погоди, что? Начнём что?» Я почти потерялся, когда увидел её голые плечи.

«Ассимиляцию! Дедушка мне рассказывал, что у меня лучше будет получаться, если впитывать ману голой кожей!» Её лицо ярко окрасилось, когда я увидел её прикрытую марлей грудь.

А, точно… ассимиляция…

Погоди, что?

Чёртов дедуля, что ж ты делаешь со своей внучкой!

«Дедушка рассказал? Т-тебе не нужно раздеваться для ассимиляции, это глупо. Дедушка тебя разыграл!» — сказал я, прикрыв глаза рукой.

Успокойся, Артур. Ей всего лишь 13 лет. Посмотреть на неё – не преступление!

«Ох! Откуда мне было зн… Уф!» — сказала Тесс и упала на колени.

Закинув Балладу в кольцо, я подбежал к ней так быстро, как способно моё раненое тело. Опустившись на колени рядом с ней, я положил ладонь на её тёплую, бледную спину. Её тренировочные штаны скрывали низ, оставив открытыми всё выше пояса, за исключением груди и части спины, которые были покрыты марлей. Я почувствовал, как её тело вздрагивало от боли и заметил, насколько хрупкой она была. Думаю, что, глядя на её сильную магию я забыл, что она была ещё слишком юной, по крайней мере, физически.

Сняв браслеты со своего запястья, я влил ману в свою подругу. Используя все четыре элемента, я распределил ману по всему телу, противодействуя энергии зверя Древнего Хранителя. Дед мог лишь облегчить её боль, но с помощью сбалансированной маны четырёх элементов, я смог существенно помочь её организму справиться с волей зверя.

Я никогда не проверял это раньше, но этот метод основывался на тех же принципах, которые я использовал для пробуждения Лилии и моей сестры.

Её прерывистое дыхание вскоре успокоилось, дрожь прошла и Тесс облегчённо вздохнула. Я осторожно набросил накидку поверх её хрупкого тела, а затем подошёл к пруду и плеснул себе в лицо холодной водой.

Мне нужно было успокоиться.

Спустя несколько мгновений, я почувствовал, что моё сердцебиение замедляется, но тут же возвращается обратно, когда Тесс подошла ко мне, вместе с семенящей за ней Сильвией.

Присаживаясь рядом со мной, она посмотрела мне в глаза. Её разгорячённое, усталое лицо по-прежнему искрилось, как будто она хочет мне что-то сказать. После минутного колебания, она твёрдым голосом сказала:

«Арт, мы можем поговорить?»





Глава 60




Глава 60

«Арт, мы можем поговорить?» — спросила она, скрывая лёгкую дрожь в голосе.

Я сидел на краю пруда, опираясь на берег, а по моему лицу капала пресная вода. «Да… похоже, нам давно нужно было поговорить»

«О поцелуе… ты злишься?» Лицо Тессии ярко покраснело, показывая, как она нервничала.

«Я не злюсь. Удивлён, но не злюсь» Я бы солгал, если бы сказал, что не заметил, как нравилась мне Тессия с тех пор, как я жил вместе с ней в Эленоре.

Наступило неловкое молчание. Тессия ждала, чтобы я что-то ей сказал, но я совершенно не мог подобрать слов.

Если бы вопрос стоял между «нравится» и «не нравится», то мне конечно же нравилась Тессия, но что это значит? Мне нужно начать встречаться с ней? Но мы ещё оба слишком молоды. В смысле, в этом мире многие дети, особенно в королевских семьях, выходили замуж в 13-14 лет, но там, в моей прошлой жизни, это было слегка ненормально.

*Вздох* Какой смысл от того, насколько ты опытен в боях или политике, если я даже не знаю с чего начать, когда дело доходит до чего-то настолько элементарного, как любовь.

Она наклонилась поближе, нахмурив брови. «Артур… ты же знаешь, что я жду, верно?» Этот взгляд лишил меня комфорта, но никак не помог мне найти решение вопроса.

«Тесс, мы знакомы с четырёх лет. Впервые мы встретились, когда тебя похитили после ссоры с родителями. И когда я спас тебя, то ты мне сразу же понравилась. После того, как мы дошли до твоего королевства, мне повезло, что мне позволили остаться в твоём замке, где твой дедушка и даже родители позаботились обо мне. Даже сейчас, твоя и моя семья налаживают дружбу…» Я сделал глубокий вдох, прежде чем продолжить.

«Я не понимаю, что ты пытаешься сказать» — испуганно сказала Тессия, положив свою ладонь на мою.

«Тессия. Мы ещё слишком молоды. В смысле, мне всего двенадцать, а тебе едва исполнилось тринадцать лет! Я знаю, что для девушек твоего возраста уже можно выходить замуж, поскольку ты из королевской семьи, но у меня такого нет» Я понял, что начинаю заикаться.

«Арт. Я знаю тебя достаточно хорошо и сейчас ты просто оправдываешься. Мы оба знаем, что я не собираюсь сразу выходить замуж. Я просто хочу начать отношения. Даже с тех пор, как мы пришли в Эленор, ты обращался со мной как с ребёнком! С тех пор прошло почти восемь лет, Арт… Я ещё многого не знаю, но уже не считаю себя ребёнком» Её суровый взгляд смягчился, когда она попыталась урезонить меня.

*Вздох* «Это потому, что я знаю тебя ещё с детства и для меня тяжело увидеть в тебе нечто большее, по крайней мере сейчас, Тесс» Я почувствовал, как мои аргументы всё больше и больше походили на мелкие отговорки.

Она отпустила мою руку и встала. Я посмотрел вверх и увидел, как она дрожит, пытаясь сдержать слёзы.

«Ты говоришь, что всё это время ты ни разу не думал обо мне как нечто большее, чем просто друг детства?» — тихо пробормотала она.

Я не знал, как мне отреагировать. Я, конечно, старался думать о ней, в качестве девушки, но тут не всё так просто. Хотя я прожил в этом теле всего лишь 12 лет, в своей прошлой жизни мне было больше 30. Также я вырос в детском доме и заботился о детях, таких как Тесс.

«Понятно» — прошептала она.

Думаю, она восприняла моё молчание, как ответ. Тессия повернулась и пошла к выходу из зала.

«Знаешь, Артур. Ты так уверен во многих вещах – в магии, боях, в использовании своего мозга. Ты так чертовски уверен во всём, что ты делаешь, поэтому ты так хорош в них. Но знаешь, что? Есть вещи, которые ты не понимаешь. Ты не способен противостоять своим чувствам. Ты всегда надеваешь маску и притворяешься, что ты счастлив или апатичен, когда ты не можешь справиться с определённой ситуацией. Думаю, в этом ты глупее даже так называемых детей, которых ты видишь в этой академии. Ты просто используешь самоуверенность, чтобы замаскировать своё незнание!» Слёзы текли по щекам Тессии, когда она проревела последнее предложение.

Когда дверь за ней закрылась, наступила тягучая тишина, которую не мог перекрыть даже шум водопада.

“Папа дурачок…” Сильви отвернулась от меня и отошла на пару метров.

Я сидел напротив пруда, всё ещё ошеломлённый последними словами Тессии. Пришлось признать, что в некотором роде, Тесс была более взрослой, чем я. Даже в своей прошлой жизни, помимо того, что я был отличным бойцом, обладал харизмой и характером, когда дело доходило до отношений, то я становился полным профаном. Я вырос, избегая долгосрочных отношений, видя в них лишь бремя, которое будет использовано против меня. Для того, чтобы быть лучшим, у меня не должно быть недостатков и любовь в конце концов могла погубить меня.

Я это понял ещё с того момента, как впервые появился в этом мире. За свою семью я действительно был готов умереть, отчего это заставляло меня думать о том, как я слаб. Если кто-то похитит любого из членов моей семьи, то каким бы сильным я не был, мне пришлось бы выполнять условия.

Мысли завести отношения с той, которую я бы мог назвать своей второй половинкой грели душу, но также и пугали меня.

Надев браслеты с печатями обратно на руки, я поднялся на лифте на поверхность и пошёл на следующее занятие. И конечно же я снова встречусь с Тесс на тренировках по боевой механике. Даже Сильви, сидящая на моей макушке, не разговаривала со мной из-за того, что я рассердил Тесс.

Хорошо, что ты вернулся, Арт» Клэр пробежала рядом со мной, крепко шлёпнув по спине.

«Тебе уже лучше?» — спросил Кёртис, также нагнав нас вместе с Грайдером.

«Наверно, мне придётся посидеть на скамейке запасных ещё пару занятий, но в целом, я в порядке»

«Хорошо, что вы пришли, мистер Лейвин!» Профессор Глори лучезарно улыбнулась, увидя нас троих, но, когда она пошла к нам, я почувствовал рядом с ней того, кто излучал убийственное настроение.

Лукас сурово смотрел на меня, уверенно шагая к нашей группе.

Наши взгляды пересеклись, и он, убедившись, что на нас никто не смотрит, схватил меня за воротник, притягивая ближе к своему лицу.

«Думаю, нам нужен реванш»

Сжимая запястье его руки, которая держала мою рубашку, я холодно посмотрел на него и ответил:

«Тебе лучше попросить об этом повежливее» Я ухватил достаточно сильно, чтобы заставить его разжать хватку, но я не стал останавливаться на достигнутом. Используя окружающую ману, я образовал вокруг нас шторм, заставив Лукаса упасть на колени.

Морщась от боли, Лукас что-то неслышно пробормотал и сгусток оранжевого пламени возник в его ладони, готовый полететь в меня.

«Хватит!» — рыкнула профессор Глори, отстраняя нас друг от друга ножнами меча.

«Артур, иди в смотровую площадку. По приказу директрисы Гудскай, ты не будешь участвовать в боях, пока полностью не восстановишься. А ты, Лукас, успокойся. Если вы хотите разобраться и подраться, то сделайте это после выздоровления Артура. Сейчас не время» Она вздохнула и нежно подтолкнула меня к смотровой площадке. Сегодня мне уже не нужно опираться на меч, чтобы ходить, но бегать я всё ещё не могу.

Оглядевшись, я попытался найти Тессию, но её нигде не было. «Профессор Глори, а где принцесса Тессия?»

«Она приходила незадолго до тебя и сказала, что плохо себя чувствует. Поэтому Клайв отвёл её к общежитию. А что? Ты что-нибудь об этом знаешь?» — сказала профессор Глори и посмотрела мне в глаза.

Покачав головой, я начал думать, что же мне делать.

«Ты сможешь дойти до смотровой площадки, не ввязавшись в очередную схватку? Отдохни ещё пару дней» Её нежная рука коснулась моего плеча, прежде чем она пошла назад к остальной группе.

Я посмотрел, как класс разделился на разные команды и отыгрывал различные сценарии. В ситуациях по типу осады, заклинатели играли решающую роль, а аугментеры обороняли их. В тех случаях, когда была необходимость вступить в прямой бой, только один или два аугментера оставались защищать заклинателей, а остальные рвались вперёд.

С момента начала занятий прошла всего неделя, так что тактики были очень простыми. Но всё-таки, профессор Глори учила на славу, всем студентам было просто и весело, но я не мог сосредоточиться на занятии, думая только о том, как я облажался.

Моим следующим занятием было то, чего я больше всего ждал – девиантные теории магии. К сожалению, наш профессор, Драйвел, придавала первостепенное значение основам, так что даже по прошествии недели, студенты едва приступили к действительно нужной части.

«Девиантная магия требует гораздо больших затрат вашей магии. Как думаете, почему? Потому что девиантная магия, судя по названию, является девиантной формой природных элементов нашего мира. Окружающая нас мана состоит только из элементов огня, ветра, земли и воды. Девиантная магия исходит из высших форм этих элементов и требует усилий, поскольку в мане нет элементов молний, растений, гравитаций, магмы, звука, металла или льда. Для того, чтобы производить эти явления на свет, маг должен непосредственно изменять базовый элемент и манипуляцией придать ему девиантные формы» — тараторила профессор Драйвел. Она была очень пожилой леди, и, хотя она и производила впечатление милой тихой бабушки, Драйвел почти никогда не замолкала.

Семнадцатилетняя девушка подняла руку и спросила: «Профессор! Но гравитация, молнии, металл, магма, звук и лёд естественно существуют в нашем мире. Почему тогда в мане нет их элементов?»

«Хороший вопрос, милочка! Честно говоря, этого никто не знает точно! Многие магические теоретики полагают, что для происхождения девиантных элементов необходим определённый набор условий. Но всегда есть исключения, такие как пожар, появляющийся спонтанно, без причины. Возможно, именно поэтому большинство магов считают огонь высшей формой нормальной магии, потому что он сам по себе ближе к девиантной магии»

«Девиантная магия, исходящая из четырёх базовых элементов, очень ценится. Вы все знаете о Эмиттерах. По сути, они – целители. Мана, которую они используют, не попадает под категории воды, земли, огня или воздуха. Вместо этого, я думаю, что существует святой элемент, или светлый, если быть точным. Эмиттерам мало полезно поглощение маны из атмосферы, поскольку в ней нет светлого элемента. Вместо этого, они конденсируют и очищают ману в своём мана-ядре и поэтому они могут использовать более мощные заклинания, тратя при этом меньше маны» Должен сказать, что, судя по тому, как её голос становился всё выше и выше, профессор Драйвел уже выдыхалась.

После того, как она закончила сегодняшнюю лекцию, мы начали небольшую игру в «вопрос-ответ», но никто не осмелился задавать вопросы, потому что боялись, что болтовне не будет конца. В конце концов, Драйвел отпустила нас, и я поплёлся на своё последнее занятие – Формирование Заклинаний.

Большинство студентов на этом предмете были заклинателями, но некоторые аугментеры понимали, что могут улучшить свои навыки и тоже посещали занятие. Наш преподаватель, профессор Майнер, выглядел эрудированным мужчиной с моноклем и секущимися волосами. Его хорошо подстриженные усы подходили сочетались с белым халатом.

«Добро пожаловать, студенты. Директриса меня уведомила, что к нашему классу присоединится студент по имени Артур Лейвин, я прав?» Он посмотрел на нас, отражая солнечный свет своим моноклем.

«Верно, я – Артур Лейвин, пожалуйста, хорошо обучите меня» Я немного поклонился, а он кивнул в знак одобрения.

«Хорошо! Вы не пропустили ничего важного, мистер Лейвин. Мы обсуждали различные типы формирования заклинаний, от индивидуальных до групповых. Скажите нам, что вы знаете о формировании заклинаний?» Он поправил моноколь и сгорбившись, подошёл ко мне.

«Насколько мне известно, формирование заклинаний – это объединение или изменение базового заклинания для создания различного явления, будь то для самого мага, или для конкретной точки пространства, на которую будет вызвано заклинание» — ответил я.

«Прекрасно, ответ верный, мистер Лейвин. Очень хорошо!» Он хлопнул в ладоши и, вернувшись на своё место, продолжил лекцию.

«Представьте себе мир, где каждый может прочитать мысли каждого. Мимолётные мысли, которые могут выставить даже чистейшего человека порочным или самую красивую женщину жестокой. Разумы открыты для всех и каждого. Я считаю, что этот мир породит самых лучших магов» Он всех запутал этой историей.

«Мыслим дальше… почему заклинатели и аугментеры повторяют вслух свои заклинания? Это не придаст никаких дополнительных улучшений. Вместо этого, слова влияют на сознание мага, наполняя его разум правильными «фразами», формируя ману в нужное заклинание» Все студенты яростно застрочили в своих тетрадях, записывая лекцию.

Профессор Майнер был великолепным оратором, и он прекрасно знал материал.

«Вот вам довольно юморной пример. Если я скажу девушке: «Я люблю тебя», то наверняка у неё будет какая-то реакция. Во «фразе» «Я люблю тебя» вызывает от неё ответную реакцию, или «заклинание», то есть стыдливое покраснение, плач, улыбка и так далее» Класс загоготал, услышав метафору, но я призадумался.

«В общем, если заклинатель может контролировать своё сознание, чтобы формировать в ману в нужное заклинание, то повторение вслух не понадобится вовсе. Аугментерам же это вообще ни к чему, потому что для их заклинания используются их же собственные тела. А вот заклинатели могут применять гораздо более точные и сложные заклинания, требующие полного сосредоточения. Вот почему я сказал, что если бы был мир, где все могли читать мысли друг друга, то в нём будут величайшие маги. Почему? Потому что они будут иметь абсолютный контроль над своими мыслями»

Лекция продолжалась, профессор был превосходным оратором, но я не мог сосредоточиться, поскольку мои мысли постоянно переходили на Тессию и то, что она сказала перед уходом.

Скрываю своё незнание в самоуверенности…

Неужели это правда? Я пользуюсь тем, что намного лучше в магии, чем все остальные, в качестве предлога для избегания того, в чём я плох на самом деле?

Я был лицемером. Я считал Тессию лишь ребёнком, но на самом деле это мне нужно было вырасти. Все мои сильные стороны не могли закрыть слабые, а просто сделали их более очевидными в сравнении.

Тесс юна. Она невинна, но это не означало, что она невежественна. Может быть, это я – глупец.

«Урок окончен! Доброй ночи, студенты. Увидимся завтра!»

Даже идя до общежития, мой разум бы покрыт мыслями, отчего я то и дело спотыкался.

БЛЯТЬ.

Я сменил маршрут в сторону общежития Совета. Бежав так быстро, как могло моё тело, я прибыл к зданию, которое было намного красивее, чем моё общежитие.

Ну вот. И как мне встретиться с Тесс? Нельзя же просто крикнуть и позвать её…

“Папа, мама вон там” Сильви указала лапкой на восток, и я без раздумий побежал в том направлении.

«Я говорю тебе, что всё в порядке. Пожалуйста, просто уходи, Клайв» — я услышал голос Тессии во дворе возле фонтана.

«Нет! Как смеет этот сопляк, Артур, заставлять тебя плакать. Я знал, что от него будут одни проблемы! Безусловно, причина в его плохом воспитании. Даже не могу представить, почему директриса Гудскай позволила этому простолюдину ходить в нашу престижную академию и даже вступить в дисциплинарный комитет!» Я смутно разглядел в ночи силуэт Клайва, держащего Тессию за запястье.

Клайв заметил меня и подошёл ко мне, скорчив гримасу на лице: «Какого чёрта ты здесь делаешь? Как ты смеешь подходить к принцессе Тессии после того, что ты ей наговорил? Если бы я мог, то убил тебя прямо сейчас!»

Не обращая внимания на вице-президента, я посмотрел на Тессию, которая от меня отвернулась: «Тесс, можно тебя на секундочку?»

«Ты меня игнорируешь?!» — заревел Клайв, отпустив Тессию и схватив меня за плечо, разворачивая к себе лицом.

«Отвали» Я не смог скрыть раздражение к этому сопляку в своём голосе. Выпустив сильное убийственное влияние, я заставил Клайва отпрыгнуть и упасть на спину.

«Т-ТЫ! Ч-что…» Взволнованный Клайв не мог сказать ничего связаного, пока я в упор смотрел на него.

«Хватит. Оно того не стоит» Тессия встала между мной и Клайвом, и взяв меня за руку, отвела меня во двор.

Я старался идти в ногу с быстро шагающей Тессией, но под конец мой травмированный организм начал сдавать.

«Подожди, Тесс, мы идём слишком быстро. Мне до сих пор больно» — сказал я в промежутке между вдохами»

«Ой, мне жаль» Тессия оглянулась, и я увидел, как сердита она была.

Мы остановились в переулке между офисом директрисы и общежитием студенческого совета. Тесс отпустила мою руку и отступила, давая мне отдышаться.

«Ну? Чего ты хочешь?» Надувшись, Тесс отвернулась.

«Тесс. То, что ты сказала мне – правда. Теперь я понимаю, что всё это время избегал своих чувств о тебе. Я боялся. Сражаться и преуспевать в магии намного проще. Чем больше тренируешься, тем больше получается, и тем лучше результат. Любовь… любовь так не работает» Я посмотрел на Тесс, но её выражение не изменилось.

«Я оправдывался, когда говорил, что мы слишком молоды. Мне жаль. Я люблю тебя, Тесс. Я действительно люблю тебя. Я скучал по тебе, когда вернулся домой. Я часто думал о тебе и задавался вопросом, что ты делаешь прямо сейчас. То, что я сказал ранее, вероятно, ранило твои чувство, да?» Я почесал голову, а Сильви спрыгнула и забралась на Тессию.

«Да. И я всё ещё зла на тебя» Её лицо по-прежнему изображало сердитость, но я уловил её быстрый взгляд на меня.

«Я сожалею, что оправдываюсь, но могу попросить тебя быть немного терпеливой со мной? Я не хорош в этом аспекте и, наверное, гораздо менее «зрелый», чем ты. Можешь ли ты подождать, пока я научусь всему этому?» Я сделал шаг вперёд и повернул её голову, чтобы попытаться заставить её посмотреть на меня.

«Пф… Ты так говоришь, но я думаю, что ты в это время просто найдёшь другую девушку» — ответила она, избегая моего взгляда.

«Нет, я так никогда не сделаю. Обещаю»

«Откуда ты знаешь? Как я должна верить, что ты не будешь встречаться с другой, если я дам тебе времени? Ты не понимаешь, Арт. Тебе может не понравиться, но я очень эгоистична. Я не хочу делить тебя. Я хочу, чтобы ты был моим» Она отвернулась, когда на её глаза навернулись слёзы.

«А что если…»

Моя подруга мгновенно замолчала, когда я схватил её за талию, отчего Сильви спрыгнула с Тесс. Мои губы потеплели, когда я поцеловал её. Я почувствовал совершенно по-другому, по сравнению с тем, когда она поцеловала меня. Может быть, это потому, что я был инициатором. Я чувствовал, как её дрожащие губы напряжены от удивления, но затем они ослабли, когда мой нос мягко коснулся её.

Отпустив её, я отошёл, чувствуя, как кровь приливает к лицу.

«Это всё, что я пока могу. Как я уже сказал… надеюсь, ты сможешь подождать меня ещё немного. Обещаю, что я не сбегу» — сказал я, глядя вниз. Впервые в жизни, я был инициатором поцелуя, и чёрт возьми, я не уверен, правильно и я сделал или нет.

Я взглянул на Тесс и увидел блеск в её глазах, когда она трогала свои губы пальцами.

«Тесс?»

«Хорошо, только не заставляй меня ждать слишком долго» Она отошла от оцепенения и вновь сделала сердитое лицо.

«Договорились» Я облегчённо улыбнулся от того, что уладил все дела с Тесс, когда она вдруг подняла голову вверх и чмокнула меня в щёку.

Захваченный врасплох, я не знал, что и сказать.

«Это за то, что спас меня на прошлой неделе» Она мягко усмехнулась, её глаза всё ещё краснели от слёз. Не дав мне возможности ответить, она убежала в общежитие, оставив меня с Сильвией одних в переулке.





Глава 61




Глава 61

ОТ ЛИЦА ТЕССИИ ЭРАЛИХ:

Придя в свою комнату, я запрыгнула в постель и закрыла руками своё покрасневшее лицо.

«УХ!» Я не могла сдержать мягкие восторженные крики, закутываясь под одеяло.

«Хе-хе-хе-хе…» О, нет. Я хохочу, как извращенка.

Но… но Арт, наконец-таки, поцеловал меня. Он поцеловал меня!

«Хе-хе» Образ его, наклоняющегося поближе, чтобы поцеловать, задурманил меня. Я не могла объяснить, но это определённо было самое лучшее чувство.

«Я могу привыкнуть к этому…» — случайно пробормотала я вслух, нежно потирая свои губы.

Когда он обнял меня за талию и притянул к себе, чтобы поцеловать… «Ааа!» Я снова прокатилась по кровати, почувствовал дрожь по всему телу.

В моей голове уже начали появляться картинки нашей свадьбы. Я хочу быть суперкрасивой. Интересно, как будут выглядеть наши дети? Артур красив, и я не уродина. Так что всё должно быть в порядке, верно? Но для того, чтобы были дети, мы должны…

Я почти почувствовала, как из моих ушей пошёл пар, когда я представила себе это. В смысле, мне, конечно учителя рассказывали, как рождаются дети, но…

Нет-нет-нет-нет, ещё слишком рано! И кроме того… Артур хотел, чтобы я дала ему немного времени. Интересно, что он имел в виду? Может, он подразумевал, что такого, что случилось сегодня ночью больше никогда не произойдёт?

Только не это!

Но разве я могу на него за это злиться? Я слишком строга с ним? Но и нерешительной быть не стоит, верно?

Арр… А что, если ему понравится другая девушка и он выберет её? Я же истеричная и избалованная. Почему он выбрал меня?

Чем больше я об этом думала, тем сильнее впадала в уныние. Всё в порядке, Тесс. Мы оба ещё очень молоды. Даже если придётся подождать, результат того стоит, верно?

Гах! Хватит накручивать себя и ложись спать, Тесс!

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Я уже привык к тому, что Сильвия будит меня. Обычно, её громкого ментального крика хватало, чтобы разбудить меня, но сегодня я проснулся от резкого укуса за нос.

«Кю!» Я застонал, просыпаясь и потирая свой красный нос, а Сильви продолжила спать, сделав свою работу. Кажется, ночью она постоянно где-то бегает, а днём отсыпается.

После душа, я посмотрел, как Элайджа мирно храпел в своей кровати, когда мне надо был просыпаться пораньше. Но сейчас мы это исправим, верно?

«С добрым утром!» Я хлопнул своего соседа по заднице.

«Аааа! Что? Что происходит?!» Видимо, внезапное пробуждение заставило его запаниковать, поскольку он тут же встал в оборонительную позицию, выставив правую руку, готовясь вести огонь по нападавшим.

«Ничего! Просто говорю «с добрым утром» Я пожал плечами и закрепил ножны к униформе дисциплинарного комитета.

«Тьфу… до начала моих занятий ещё два часа. И ты разбудил меня просто для того, чтобы сказать «доброе утро»?» — простонал Элайджа, заворачиваясь в импровизированный кокон из одеяла.

«Ага! Я ухожу на заседание ДК!» Я последний раз огляделся, чтобы убедиться, что я ничего не забыл, когда Элайджа высунулся из-под одеяла.

«Что-то случилось? Ты какой-то слишком счастливый. Это настораживает» Элайджа сощурил глаза, то ли от того, что изучал меня, то ли от того, что не надел очки.

«Ты просто выдумываешь, Элайджа… ха-ха» Я быстро надел сапоги и пошёл к двери.

«Подозрительно…» — пробормотал он и вернулся в объятия сна.

Убедившись, что никого нет поблизости, я выпрыгнул из окна и использовал воздушный элемент, чтобы смягчить приземление. Сильви просто спланировала вниз, хлопая большими ушами от ветра.

После того, как она приземлилась на мою голову, я быстро проверил своё тело. Не могу сказать, что я был в отличном состоянии, но по сравнению со вчерашним днём, мне было действительно лучше. Именно в такие моменты я чувствую эффект ассимиляции с драконьей волей Сильвии.

Я тут же вспомнил, что должен помочь Тесс с её ассимиляцией. И как мне теперь с ней обращаться? Не могу поверить, что я вчера поцеловал её.

Вспоминая события из своей прошлой жизни, я понял, что я ни разу первым не целовал девушек – они всегда были инициаторами. Меня не интересовала любовь. Скорее, я боялся любви. Я избегал даже сексуальных отношений, потому что боялс, что начало физических отношений может привести к эмоциональной привязанности. Обычно. Я уединялся в подготовке к публичным выступлениям и сражениями, убедившись, что у меня не было никого важного, чтобы его не могли использовать против меня.

Самое главное, что я понял в этом мире было не в магии или сражениях. Нет, я понял, что эта жизнь заставила оживить моё каменное сердце и пустить в него других людей. Это также означало, что мне нужно быть сильнее, чем в прошлой жизни, чтобы защищать их.

Уйдя в свои мысли, я не заметил, как почти пропустил зал ДК. Комитет имел доступ к одному из самых больших залов академии, имеющий двойную тренировочную комнату. Я немного опоздал, так как проснулся немного позже, но надеюсь, что я пришёл не самым последним.

*Бух!*

Как только я открыл дверь, в стену рядом со мной влетел Кёртис.

«Всё ещё слишком слаб!» — разочарованно проворчал Теодор Максвелл, потирая свой правый кулак.

«Ах, Артур! Ты пришёл!» Клэр, наблюдавшая за дуэлью со стороны, приветственно помахала мне рукой.

«Тьфу… не могу поверить, что я всё ещё не выдерживаю даже одного твоего удара, Теодор. Ох, привет, Артур» — сказал Кёртис, потирая спину.

«Тебе помочь?» Я протянул ему руку, но он просто качнул головой.

«Нет, я в порядке. Кроме того, дуэль ещё не закончилась» — улыбнулся Кёртис, вставая на ноги и поднимая меч.

Я подсел к Клэр и тоже начал наблюдать за дуэлью между принцем Кёртисом и Теодором.

«Хах!» Кёртис бросился вперёд, усилив свой меч огнём, но как только он почти добежал до Теодора, то взметнулся вперёд, оставляя за собой огненные следы.

Реакция Теодора была почти моментальной, когда его мускулистая рука, развив сверхъестественную скорость, схватила принца за спину.

«Падение!» Атака Кёртиса тут же захлебнулась, когда он рухнул на колени, а его меч тяжело приземлился на землю перед Теодором.

Здоровяк ухмыльнулся, но вскоре он понял задумку Кёртиса.

«Взрыв!» — сдавленно крикнул Кёртис.

Меч, который уже не горел, засветился тусклым красным цветом, сияя всё ярче, пока из него не рвануло во все стороны пламя.

Клэр уставилась на облако дыма, но я похлопал её по плечу и жестом показал наверх.

Теодор парил в воздухе, его руки немного обгорели и дымились, но в целом он был в порядке. Используя гравитационную магию, Теодор медленно спланировал вниз, сосредоточенно готовя следующее заклинание.

Кёртис снова оказался на ногах с мечом в руке, также бормоча заклинание. Я заметил, как Грайдер беспокойно размахивал хвостом, лежа в другой стороне зала.

«Так! Думаю, пора остановиться!» Клэр встала и похлопала в ладоши, но похоже, что её никто не услышал.

*Вздох* «Кай… поможешь мне?» — спросила Клэр узкоглазого парня.

«Есть, босс!» Рукава Кая были широки, так что я не знал, что конкретно он прятал в них, но одним взмахом руки, тонкие металлические струйки полетели в сторону Теодора и Кёртиса, образовав между ними импровизированный металлический забор.

Даже усилив глаза, я не мог точно сказать, что же он сделал.

Оба бойца тут же прекратили бормотать заклинания и в замешательстве посмотрели на Кая.

«Приказ босса. Господа, давайте приостановим дуэль, ладно?» Улыбка на лице Кая осталась неизменной.

«Что сейчас сделал Кай?» — я спросил Клэр, которая сейчас отчитывала Кёртиса и Теодора.

«Никто толком не знает. Он держит это в секрете, и я даже не знаю, какой конкретно элемент маны он использует в своих заклинаниях»

Кай подошёл ко мне и наклонил рядом так, что моё лицо оказалось напротив его: «Ты заинтересовался мной, Артур?»

«Ну, мне просто стало немного любопытно, что ты только что сделал. Не похоже, чтобы ты манипулировал металл или использовал звук, чтобы контролировать струи металла» — ответил я, слегка оттолкнув его.

«Не угадал. Я бы сказал тебе, но, к сожалению, тогда мне был пришлось убить тебя» Он сказал это так небрежно, что я даже удивился.

Это был вызов?

Заметив, что разговор получается очень холодным, Клэр резко воскликнула:

«Похоже, не все ещё собрались! Фейрих, Кейтилин и Дорадрея ещё… ах, вот и они!» — сказала она, подтолкнув нас к двери.

Фейрих о чём-то спорил с Дорадреей, а Кейтилин тихо шла за ними следом. Я поднял руку, чтобы помахать ей, но как только наши взгляды пересеклись, то она немедленно отвернулась и прошла мимо.

«Ах, Артур! Мой соперник! Ты здоров? Думаю, нам всё же нужно устроить дуэль, но только после того, как я закончу работу над новым заклинанием! Это не потому, что я боюсь проиграть тебе или что-то типа того. Просто хочу дать тебе побольше времени на восстановление… ха-ха! Щедро, правда?» — оправдывался Фейрих, проходя мимо меня и положив руку на моё плечо, но не смотря в глаза.

«Теперь, когда все собрались, я хочу, чтобы вы заняли места и мы могли начать собрание» — воскликнула Клэр, приглашая нас к круглому столу.

Зал состоял из двух этажей. На первом этаже была большая арена со всеми видами обмундирования, а также тренажёрный зал. На втором этаже был балкон, с видом на первый этаж, доска, несколько кабинетов и один большой овальный стол с восемью креслами.

Клэр сидела в самом конце стола, рядом с доской, а Кай и Теодор заняли места слева и справа от неё. Я не знал, какое место занять, и поэтому дождался, пока остальные усядутся первыми. Рядом с Каем сели Кёртис и Фейрих, а к Теодору присоединились Дорадрея и Кейтилин. Единственным свободным местом было прямо напротив Клэр, так что я поспешил занять его, уповая на то, чтобы не заснуть посреди заседания.

Я взглянул на Сильви, которая спрыгнула с моей головы и начала играть с Грайдером, когда заговорила наша предводительница.

«Хотя комитет существует лишь первый год, я уже давно работаю с директрисой Гудскай и президентом студенческого совета над тем, чтобы эффективно построить и настроить ДК в академии для поддержания порядка, избавления от издевательств, несогласованных поединков и поимки злоумышленников. Для этого мы решили разделить комитет на две команды. Младшекурсников и старшекурсников. Старшекурсники, Теодор, Кёртис, Кай и я, разделятся на пары и будут патрулировать кампус с утра, когда у нас нет занятий. Новички: Кейтилин, Фейрих, Дорадрея и Артур тоже будут ходить вокруг кампуса в течении дня, заменяя старших, пока те будут учиться» Клэр выписала наши имена и распределила по командам.

Прежде чем я поднял руку, чтобы спросить, Клэр тут же ответила, будто бы читая мои мысли:

«Поскольку Артур посещает занятия как старших, так и младших курсов, то он будет освобождён от этой обязанности. Однако, он должен быть готов прибыть на помощь в любой момент. Кроме того, я получила разрешение от Гудскай на то, чтобы вы могли опоздать на занятия не больше 10 минут» Она довольно улыбнулась, когда я опустил свою руку.

«Я уже обсудила, кто из новичков возьмёт на себя одиночное патрулирование и Кейтилин добровольно взялась за эту задачу. Кейтилин, не стесняйся просить помощи у старшекурсников даже когда они на занятии. Ты – часть дисциплинарного комитета и если ты не уверена, что сможешь справится сама – то всегда можешь рассчитывать на нашу помощь» Наша принцесса просто кивнула, а Кёртис посмотрел на неё с небольшим беспокойством.

«Как мы будем общаться друг с другом?» — спросил Фейрих.

«Да, я забыла вам об этом рассказать. Как только вы представите в уме кого-либо из членов ДК, положив руку на ножны, то камень в кинжале загорится ярким светом, сообщив, что кто-то в беде. У каждого из офицеров камень на кинжале имеет определённый цвет, поэтому я их запомнила» Как только Клэр сказала это, то сразу же начала писать на доске разные цвета и наши имена.

Клэр – Розовый

Кай – Серебряный

Теодор – Желтый

Фейрих – Зеленый

Дорадрея – Темно-Красный

Кёртис – Красный

Кейтилин – Синий

Артур – Черный

Я удивился, как же мой чёрный камень будет светиться, если бы я попросил помощи, ведь остальные члены ДК имеют более приемлемые цвета, соответствующие их элементам. Кажется, Фейрих получил зелёный камень, потому что был эльфом. Интересно, это можно считать расизмом?

«Последняя тема сегодняшнего заседания – ночные патрулирования. Я знаю, что для одного человека это сложно, поэтому мы будем патрулировать парами по очереди» Наш лидер оглянулся в поисках каких-либо несогласий.

«Я могу добровольно взять смену своей сестры? Называйте меня чересчур заботливым, но мне будет некомфортно, зная, что Кейтилин может быть в опасности, пока я сплю» — сказал Кёртис, почёсывая голову и почему-то пристально смотря на меня.

«Ты уверен, что справишься с этим, Кёртис? Патрулировать ночью в две смены будет очень тяжело» — озабоченно спросила Клэр.

Я посмотрел на Кейтилин и увидел, что она очень хочет вмешаться, но молчит.

«Кейтилин назначена со мной в команду по ночным дежурствам, верно? Я могу взять её смену» Я знал настоящую причину, почему Кёртис вступился за неё. Я его понимал, поскольку тоже был старшим братом.

Кейтилин вскочила и сказала: «Ты не должен…» Но тут же замешкалась, не найдя слов.

«Хм… ну, поскольку Кейтилин взяла на себя дневные смены Артура, то я думаю, что это будет справедливо. Ладно, я разрешаю тебе, Артур. Вы двое можете самостоятельно патрулировать, но я прошу вас как лидер – зовите остальных на помощь сразу же, если почувствуете, что не справляетесь» — заявила Клэр твёрдым голосом, сурово посмотрев на нас.

Кейтилин взглянула на меня, но я лишь ответил Клэр кивком головы, закрывая эту тему.

«Ладно, поскольку все технические вопросы улажены, то вы свободны. Или можете остаться здесь и потренироваться до начала занятий. Эти комнаты всегда будут открыты для членов ДК, так что будьте как дома! Я уже ночевала здесь пару раз, ха-ха!»

Я глубоко и облегчённо вздохнул. Похоже, я могу поспать ещё час до первого занятия. Пара диванов на нижнем этаже идеально подходили для того, чтобы подремать на них.

Кёртис многозначительно похлопал меня по спине, проходя мимо, а затем я почувствовал смачный шлепок по моей заднице.

«Давай немного поборемся, красавчик! Я уже со всеми сражалась, кроме тебя!» Дорадрея возбуждённо оскалилась, тянув за руку в сторону арены.

«Я ещё не полностью выздоровел, Дорадрея, так что это не лучшая идея» — беспомощно простонал я.

«Перестань ныть! Лучший способ избавиться от боли – побольше двигаться!» Она отпустила меня и ушла к другой стороне арены.

К нам подошла Клэр и посмотрела на меня. Она собиралась остановить дуэль, но проходящий мимо Теодор прошёл мимо неё в сторону Дорадреи.

«Подвинься» — рыкнул он.

«Ау… не честно» — разочарованно проворчала Дорадрея.

Здорово. Здоровый мускулистый мужик заменил здоровую мускулистую женщину.

На это Клэр лишь поражённо вздохнула. «Хорошо, но Артур всё ещё ранен, поэтому на всё про всё я даю вам минуту. И позвольте мне активировать барьер, чтобы на стенах не появились новые вмятины» Она посмотрела на Кёртиса, а тот в ответ лишь рассмеялся.

Сильви, сидя на голове Грайдера спросила, всё ли в порядке, на что я просто кивнул ей.

Хоть я и был ранен, но всё же давно хотел сам сразиться с Теодором. Думаю, сражение против девиантов позволит узнать о них что-нибудь новое.

«Хочешь что-нибудь сказать, прежде чем мы начнём» — прорычал Теодор, разминая шею.

«Конечно. Я могу называть тебя Тео, если выиграю? Это будет справедливо, поскольку ты уже дал мне прозвище» Я ухмыльнулся на его удивлённое лицо и начал разминать своё всё ещё ноющее тело.

Интересно, почему все его так боятся? Да ладно… Тео не так уж и страшен.

«А ты уверен в себе, малец. Хорошо, но если я выиграю, то ты станешь моим маленьким подручным на всю оставшуюся жизнь» Он уверенно улыбнулся, как и все остальные члены ДК, наблюдавшие за дракой.

«Помните, эта дуэль будет длиться одну минуту или до тех пор, пока кто-то не упадёт от первого удара. Начинаем!» — прокричала Клэр и воткнула меч в пол.

Мы оба кивнули и по сигналу Клэр дуэль началась.

Как только Теодор кинулся ко мне, я усилил своё тело ветряным элементом, чтобы скользить по арене, держа дистанцию. Гравитационная магия Теодора могла одновременно выполнять оборонительную и атакующую функцию.

Обычно, для взаимодействия с двумя элементами требуется немного больше времени, но я ускорил себя с помощью ветра. Я отрывал куски земли размером со свою ногу и швырял их в сторону противника, отталкивая его подальше. Мне нужно оценить, насколько далеко распространяется его манипуляция гравитацией и насколько сильным он вообще был.

Теодор до сих пор не понимал, что я делаю, и продолжал напирать на меня, всё больше и больше расстраиваясь, когда я убегал и швырял в него камнями.

«Ты думаешь, я позволю тебе и дальше убегать?» — заревел он, когда камни, которые я швырнул в него зависли в воздухе.

Теодор уменьшил силу тяжести вокруг себя, что существенно увеличило его скорость, и понёсся на меня. Он догадался гораздо быстрее, чем я думал.

Я последний раз отскочил назад и отправил в него гигантский валун. Теодор, с помощью низкой гравитации, с лёгкостью оттолкнул камень, но именно тогда, пока он отвлёкся, я бросился прямо к нему.

Техника Воздушного Шага была похожа на технику Мерцающего Шага, атакующего умения с использованием магии огня. С помощью воздушного шага я мог ускориться или изменить направление движения с помощью силы ветра, заключённой в моих ногах. Я не смогу использовать эту технику, если двигаюсь слишком быстро, но после тренировок, я надеюсь, что смогу мгновенно и свободно менять направление даже в воздухе.

Раздражённое выражение Теодора сменилось удивлением, когда он осознал, что я был уже почти рядом, держа свой кулак с концентрированной воздушной сферой наготове.

«Падение!» — огрызнулся он и сжал кулак.

Внезапное изменение гравитации выбило из меня воздух, когда я немного споткнулся и остановился, чтобы восстановить равновесие.

С победной ухмылкой на его диком, небритом лице, он сделал последний шаг, чтобы ударить меня, но я ухмыльнулся ему и показал пальцем наверх.

*Бум!*

На валун, который оттолкнул Теодор, тоже подействовало изменение гравитации, и он упал прямо на моего соперника. От веса скалы, увеличенного повышенной гравитацией, Теодор плашмя упал на живот, принимая почти комичное положение.

«Стоп!»

Клэр выбежала между нами и проверила Теодора, который уже очнулся и скинул с себя камень. Вероятно, останется большой синяк на спине, но укрепив тело маной, он смог избежать серьёзных травм. Всё-таки скала была не такой уж и большой – примерно моего роста.

«Хороший поединок, Тео» Я присел на корточки и похлопал его по плечу, а затем подпрыгивая, покинул комнату.

«Давай найдём кушетку и вздремнём» — сказал я Сильви.

«Кю!»





Глава 62




Глава 62

«Вы сделали домашнее задание?» Я встал к трибуне, чтобы получше видеть класс.

Я проспал почти всё своё занятие, однако чувствовал себя гораздо лучше. Оглядев студентов, я увидел, как они смотрели друг на друга в надежде, что у соседа есть ответ на мои вопросы.

«Похоже, придётся мне отвечать» — вздохнул Фейрих и встал с места.

«Мана-ядро является идеальным показателем для измерения уровня силы мага, зависящий от усилий и времени, которые маг потратил на конденсацию и переработку маны из окружающей среды в своё ядро» Закончив, он поправил волосы и вернулся на место.

«Неправильно» — сказал я, оторвался от трибуны и направился к шокированному Фейриху.

«Это, конечно, самый просто способ оценить силу мага, но далеко не идеальный. Принцесса Кейтилин, если перед вами будет стоять солдат, ростом под два метра и весом почти триста фунтов, с накачанными мускулами, как вы оцените силу этого бойца?»

Принцесса задумалась над простым вопросом, а затем ответила: «Я думаю, что, судя по внешнему виду, он довольно силён»

«Правильно! Все мы можем сказать, что такой бугай будет наверняка чертовски силён. Но разве это что-то говорит о его бойцовских качествах? Да, он силён, но для того, чтобы быть отличным солдатом, необходимы и другие качества, такие как ловкость, техника, сила духа, опыт и т.д. Уровни мана-ядра мага определяют лишь сколько «мышц» есть у мага, но не учитывает другие факторы. Конечно, подъём уровня вашего мана-ядра тоже важно, но если вы будете оценивать соперников только поэтому, то скорее всего проиграете» Отдышавшись, я заметил, как некоторые студенты начали записывать мои слова.

Девушка-ботаник в очках подняла руку. «У меня вопрос!» — воскликнула она.

«Да, мисс Миртл?» Забавно, что её фамилия подходит к характеру.

«Если оценка уровня мана-ядра оппонента не самый лучший способ, то что нам делать?»

«Ничего. Просто предположите, что противник сильнее вас. Оценка уровня мана-ядра нужна лишь для того, чтобы утолить ваше любопытство. Даже оценив оппонента, что вы будете делать, узнав, что он слабее вас? Постараетесь бить в пол силы? Или будете играть с ним, зная, что выиграете? Убежите? Но это, скорее всего, не вариант» Я сделал на секунду паузу и продолжил:

«Самоуверенность в том, что ваше ядро выше по уровням, чем у противника сделает вас неосторожным, а испугавшись того, что соперник сильнее вас, вы почувствуете безнадёжность. Суть в том, что всё не так просто, когда вы можете точно знать, стоит ли сражаться с противником или нет, основываясь лишь на цвете ядра. Есть случаи, когда слабые бойцы побеждают неосторожных магов, потому что те почувствовали в своей безнаказанность и вели себя слишком нагло. Всегда предполагайте, что противник сильнее, чем вы. И постарайтесь закончить бой побыстрее, чтобы спасти или его, или себя от унижения. Если противник был сильнее, то поздравляю, вы превзошли сами себя» Я почувствовал вдохновение настоящего оратора, а не простого преподавателя.

Я подошёл обратно к трибуне, на которой сладко спала Сильви и продолжил речь:

«Теперь, к следующему домашнему заданию. Кто-нибудь из вас выяснил, что я сделал на прошлом занятии с двумя воздушными заклинаниями?» — спросил я, наклоняясь к трибуне.

*Молчание*

*Вздох* Похоже, из-за того, что им всю жизнь разжёвывали ответы, их критическое мышление серьёзно попортилось.

«Я проведу небольшую демонстрацию для аугментеров» Сдвинув Сильви в сторону, я достал из-под неё две бумажки. Я смял из одной бумажки маленький шарик и показал его классу.

«Смотрите» Положив мячик на правую ладонь, я глубоко вдохнул.

*ФУУУХ* Используя весь воздух в мои лёгких, мне удалось задержать в воздух скомканный шарик бумаги примерно в метре от лица.

Студенты пустыми взглядами смотрели за моим обескураживающим результатом.

Подняв палец вверх, останавливая их от любого преждевременного вопроса, я свернул другую бумагу в трубочку. Бережно засунув скомканный мяч в трубку, я ещё раз глубоко выдохнул.

*ФУУУХ* Шарик выстрелил из трубки и пролетел не меньше десяти метров, прежде чем коснулся пола.

«Ах!» В умах некоторых студентов зажглись лампочки, когда до них дошло. Я не мог скрыть улыбку, когда заметил, как лицо Кейтилин тоже просияло и она начала записывать в блокнот. А вот Фейрих всё ещё выглядел очень бестолково.

«Поскольку многие из вас, кажется, не понимают, что же я сделал, то пожалуйста, просветите их» — сказал я, подбирая бумажки.

Застенчивая девушка с огромным копьём за спиной тихо ответила: «Это связано с тем, что профессор сконцентрировал ману в маленькой точке, а затем сжал и выстрелил ею, верно?»

Она назвала меня профессором!

«Верно! Аугментеры бессознательно используют свои каналы маны для большинства заклинаний. Это не так важно, если для атаки необходимо использовать своё тело, но вот дальнобойные заклинания таким образом очень ослабевают» Я вновь засунул бумажный шарик в трубку и подул. После слабого выдоха, бумажка просто упала рядом со мной.

«Сначала вам будет трудно привыкнуть, но умение лучше контролировать свои каналы маны значительно поможет вам в будущем. Теперь, перейдём к заклинателям»

«Поскольку заклинатели, естественно, не используют каналы маны, предпочитая мана-вены, то они выстреливают сконцентрированными заклинаниями непосредственно из своего тела, либо воздействуют на площадь нужным заклинанием. Заклинателям нужно поглотить побольше неочищенной маны, чтобы компенсировать отсутствие каналов маны. Закройте глаза и представьте себе это» Я вижу, как все запутались, но тем не менее, закрыли глаза и дожидались моей следующей инструкции.

«Представьте тела аугментеров и заклинателей как бассейны с водой. Скажем, листья будут частицами маны. Для бассейна аугментеров, представьте, что множество маленьких кучек листьев плавают по всей поверхности воды. Хотя кучки маленькие, но их так много, что они начинают плавать и присоединяться к другим листьям, до тех пор, пока вся поверхность воды не покрывается листьями. В этом суть совершенствования тела. А теперь, для заклинателей, представьте, что в бассейн падает один большой комок листьев. Для распространения потребуется больше времени, но, в конце концов, они всё равно смогут покрыть весь бассейн» Класс замолчал, студенты открыли глаза и обдумывали то, что я им только что сказал.

«Причина, по которой все заклинатели травмировали себя, пытаясь поглотить заклинание, заключается в том, что вы не использовали ману из своего ядра. Она безопасна для вашего тела. Но даже так вы можете ранить себя, создав заклинание, действующее на область. Поэтому, заклинателям необходимо использовать ману как из окружающей атмосферы, так и из собственного ядра, а затем интегрировать её в своё тело, чтобы тем самым сбросить огромный ком листьев, дабы он распространился по бассейну» Когда я закончил лекцию, класс спустился на сцену и начал практиковаться. Я ходил вокруг, помогая им и давая маленькие советы о том, как лучше визуализировать то, что им нужно делать.

После того, как прозвенел звонок, возвещающий о конце занятия, я отпустил студентов и посадил на голову проснувшуюся Сильви. Удивительно, но некоторые студенты жаловались, что занятие было слишком коротким. Думаю, я всё правильно делаю.

Я пошёл длинной дорогой на следующее занятие, чтобы заняться необходимым исследованием. Я возился со слабыми импульсами ветра, пытаясь использовать их как своего рода 3D радар, но пока что мог сканировать только около 20 квадратных метров от себя, что огорчало. Пульс Земли тоже был не очень полезен, поскольку с помощью него я мог узнавать только сколько людей есть поблизости, а также сражаются они или нет. Но здания и деревья сильно снижали точность такого сканирования.

Я немного опоздал на занятие Гидеона, но он просто махнул на меня рукой, и я поспешил к своему месту.

«Эй. Почему опаздываешь?» — прошептала Эмили.

«Обязанность офицера ДК. Должен патрулировать десять минут после начала занятий» — ответил я, понизив голос, чтобы Гидеон не услышал.

«Хорошо! Давайте разделимся на пары и начнём работать над нашим проектом. Материалы лежат в задней комнате, но идите за ними по очереди» Он сел и начал что-то читать, пока студенты шли за материалами, необходимыми для создания светопроизводящего артефакта, или СПА. Я тоже уже собирался идти за ними, но Эмили остановила меня.

«У меня уже есть все нужные материалы. Давай начнём» Она порылась в своей огромной сумочке и нашла различные компоненты.

Создание СПА было не легко, но Эмили, кажется, очень впечатлялась тем, как быстро я во всём разобрался. Её гениальность в 12 лет сильно поражала меня.

Всё оставшееся время мы провели за разбором различных частей артефактов, которые притащила с собой Эмили, пока Гидеон не отпустил нас. Когда я собирался уходить, он ухватил меня за рубашку и притянул к себе.

«Малой, нам нужно как-нибудь пересечься. Нам нужно о многом поговорить» Он коварно ухмыльнулся и погладил по спине.

«Угу. Как-нибудь попьём кофе, профессор» Я махнул ему и ушёл из класса вместе с Эмили.

Сильви стукнула по моему носу лапкой, дабы привлечь внимание. ”Папа, Авиэр сказал, чтобы ты снова пришёл в тренировочный зал”

“Авиэр – это зелёная сова директрисы Гудскай? Как ты можешь общаться с ним?” – спросил я своего питомца, но она не знала ответа.

«Эй, Эмили, мне нужно зайти в библиотеку, поэтому я пропущу обед. Иди без меня!»

«Если хочешь, я могу пойти с тобой» Она посмотрела на меня, но я лишь покачал головой.

«Нет, не стоит. Найди Элайджу! Он расстроится, если будет есть в одиночестве» Я улыбнулся ей и побежал в сторону библиотеки и учебных комнат.

«Добрый день, мистер Лейвин» Хлоя встретила меня с профессиональной улыбкой и поклоном, а после подвела меня к задней двери.

«Приятно снова увидеться, Хлоя» — улыбнулся я, а Сильви вильнула хвостом, сидя у меня на макушке.

Пройдя страшного человека, в этот раз я спустился на лифте без помощи Хлои. “Надеюсь, Элайдже будет нескучно вместе с Эмили, верно, Сильвия?”

«Кю!» “С ним всё будет в порядке!” – успокоил меня мой питомец.

Прикоснувшись ладонью к гигантской холодной двери, она отворилась и меня встретил яркий свет.

«БУ!» Тесс выпрыгнула сбоку, широко вытянув руки.

«Привет, Тесс» — небрежно ответил я.

«Ох… ты не испугался. Жаль» — проворчала она и поймала Сильви, спрыгнувшую с моей головы.

«Ха-ха. В следующий раз тебе придётся постараться. Давай, начнём твою ассимиляцию» Я подтолкнул её к центру тренировочного зала. Удивительно, как плотно мана плавала здесь в воздухе, по сравнению с улицей. Даже сам факт присутствия травы и водопада повергал меня в трепет каждый раз, когда я сюда приходил.

«Как ты себя чувствуешь в последнее время? Всё ещё ощущаешь симптомы отторжения воли зверя?» — спросил я у Тесс, пока она устраивалась возле пруда.

«Нет, я не чувствовала их с тех пор, когда мы были здесь в прошлый раз…»

«Эй, Арт?» Обернувшись, я заметил, как длинные серые ресницы Тесс дрожали на изумрудных глазах.

«А?»

«Прости»

«За что?»

«Ну… за то, что я наехала на тебя, потакая своему эгоизму и эмоциональности» Говоря это, Тесс старалась не смотреть на меня.

«Хах, так вот ты какая» — ухмыльнулся я, за что заработал шлепок по руке.

«Мы уже давно знаем друг друга, верно, Тесс? Сейчас ты можешь быть уверена, что ты знаешь все мои стороны, даже те, которые я предпочитаю скрывать. И даже зная это, я благодарен за то, что ты приняла меня и дала мне времени. И даже не думай, что я помогаю тебе только потому, что должен» Погладив принцессу по голове, мы приступили к ассимиляции.

Мана-ядро Тесс прошло долгий путь. В её возрасте, быть заклинателем на оранжевой стадии считалось гениальностью. Хоть она и не сможет улучшать своё мана-ядро до окончания ассимиляции, проблем в обучении у неё не будет. У меня заняло годы, чтобы ассимилироваться, но я думаю, что с моей помощью, уже через пару недель она сможет полностью ассимилироваться с волей Древнего Хранителя.

«Давай на этом сегодня закончим» Я похлопал Тессию по спине, сигнализируя об окончании.

«Спасибо» Тесс застенчиво улыбнулась мне, когда мы оба сидели в траве. Тишину прерывал только водопад и мягкое дыхание Сильвии.

«Я знаю, что ты просил дать тебе время, но, как думаешь, я могу взять тебя за руку прямо сейчас? На немного? Всё в порядке, если ты не согласишься, я не буду злиться» — заикалась Тесс, не глядя на меня. Её волосы прикрывали лицо, но не могли скрыть покрасневшие уши.

Я осторожно взял ладонь Тесс и нежно сжал. Пока наши пальцы соединились, тепло её рук распространилось по моим.

«Так хорошо?» Я попытался заглянуть Тессии в лицо, но она его прикрывала. Она кивнула в ответ на мой вопрос, и я улыбнулся.

На пару секунд мне показалось, что всё время замедлилось, пока мы просто сидели, держась за руки.





Глава 63




Глава 63

Последние несколько недель ничего примечательного не происходило, я был настолько занят, что даже не успевал навещать свою семью. Обязанности офицера Дисциплинарного Комитета занимали всё свободное время между учёбой и тренировками.

Учить свой класс оказалось труднее, чем я думал, когда мы перешли к так называемым «дивергентным» обучениям. Фокусирование маны в одной точке оказалось трудным занятием для всех аугментеров, а поглощение заклинаний вообще казалось для заклинателей невыполнимым.

До сих пор, из всех аугментеров, только студенту по имени Бенсон удалось сделать хоть что-то отдалённо похожее на то, что я имел в виду. А из заклинателей, только Кейтилин успешно смогла поглотить своё заклинание и усилить тело. Но даже тогда, она смогла «аугментировать» лишь свою руку. Фейрих был на втором месте, находясь на грани успеха.

Моё обучение по девиантной теории магии шло довольно медленно, поскольку профессор чётко заявила, что мы займёмся новым материалом только после того, как успешно закончим промежуточные тесты. Один семестр длиться 16 недель и прошли пока что только 4. Так что пройдёт ещё четыре недели, пока не начнётся самое интересное.

«Ты волнуешься об экскурсионной поездке в эти выходные?» — спросила Тесс, наклонившись поближе.

Мы двоём, а также с Сильвией, сидели в тренировочном зале и обедали. Я только что закончил помогать своей подруге с ассимиляцей. Думаю, через неделю-две она полностью ассимилируется, что меня беспокоило, потому что до тех пор она не сможет применять сложные заклинания.

«Хм? Эх, мы ведь будем изучать всего лишь 3 этажа, верно? Сомневаюсь, что мы найдём там что-либо стоящее» — ответил я, пожимая плечами.

В эту субботу мы отправимся на окраину Звериных Полян всем классом по боевой механике. Профессор Глори получила разрешение от директрисы Гудскай, при условии, что мы не зайдём дальше третьего этажа подземелья, которое мы будем изучать.

Подземелье было небольшим, но довольно популярным местом для новичков-авантюристов. В нём обитали лишь мана-звери класса Е, так что профессор решила, что это будет отличной идеей, чтобы класс применил на реальной жизненной практике все изученные техники боя.

«Пфф… зануда. Держу пари, ты испугаешься, когда мы попадём на Звериные Поляны. Я многое слышала о тех местах от дедушки. Он говорил, что поляны наполнены множеством тайн и чудес, но также и опасностями. Дедушка сказал, что нельзя доверять никакому источнику информаций о Звериных Полянах, поскольку они постоянно меняются» Тесс раздумывала о том, как замечательна будет наша поездка.

«Мы будем сражаться против настоящих мана-зверей! Ты можешь в это поверить? Всмысле, я боролась против парочки монстров в Элшире, во время тренировок с дедушой, но я слышала, что мана-звери на полянах другие, ну, знаешь, более ужасные. И мы будем ночевать в подземелье! Это так здорово!» Её глаза засверкали, когда она вообразила себе подземный кемпинг, в окружении мана-зверей.

Легко коснувшись её лба, я вытаскиваю Тесс из грёз. «Помни, что ты сейчас очень слаба и так будет до конца ассимиляции. Поэтому будь осторожна на экскурсии»

«Ох… я знаю, знаю. Тебе не придётся нянчиться со мной» — надулась она, потирая лоб.

«Помнишь, как мы спали вместе в одной палатке?» Я хитро улыбнулся ей, а лицо Тессии тут же покраснело.

«Кю?» Сильви любопытно наклонила голову, поскольку, когда это случилось, она ещё не родилась.

«Так что ты тогда говорила? Ах, вспомнил» Я начал изображать испуганное лицо моей застенчивой подруги.

«А-Артур? Эм… Видишь ли,… звери, которые могут скоро появиться, наверняка заметят тебя и нападут, поскольку ты ещё ребёнок. Поэтому я предлагаю, для нашей б-безопасности, будет лучше, если ты зайдёшь внутрь палатки» — сказал я высоким голосом, насмехаясь над Тесс.

«Ууу! Ты напросился!» Она запрыгнула на меня и начала шлёпать по голове, пока я всё ещё продолжал смеяться.

«Ау-ау-ау-ау! Ха-ха-ха-ха… хватит! Прости, я сдаюсь, сдаюсь! Тесс… ха-ха-ха… остановись!» Слёзы капали из моих глаз, когда я по-прежнему смеялся и кричал от боли.

«Кююю!» “Я тоже, тоже хочу играть!” – Сильви скакала вокруг нас.

В конце концов, когда я повалился на землю, Тесс остановилась и сидела на мне. Глядя на свою подругу, я заметил, что её лицо всё ещё краснело. Почти сразу осознав, в какой позиции мы были, тоже покраснел, когда Тесс опустилась пониже к моему лицу.

«Хо-хо… вижу, вы прекрасно ладите. Безусловно, Вирион будет счастлив» Голос застал нас врасплох, и Тесс сразу же спрыгнула с меня и мы, в смущении, отошли друг от друга.

Директриса Гудскай подошла к нам, весело оглядывая нас обоих. Мне было неловко, что она застала нас в такой момент.

Спасая положение, Гудскай сменила тему. «Хи-хи… как проходит ваша ассимиляция?»

«Всё… очень хорошо! Арт очень помог мне за прошедшие пару недель, и я чувствую себя намного лучше! Я не чувствую болей, пока не использую магию, но думаю, что это ненадолго!» Тесс суетливо прикрывала лицо руками, стараясь скрыть своё смущение.

«Она полностью ассимилируется через неделю или две» — уточнил я.

«Хм…» Директриса кивнула мне и, опустившись на колени, приложила руку к животу Тессии. Гудскай закрыла глаза, чтобы просканировать мана-ядро Тесс.

Через мгновение, она убрала руку и довольно кивнула. «Отлично, отлично. Рада, что у вас не возникло трудностей. Я знала, что могу доверять тебе, Артур»

«Где вы были последние пару недель, директриса? Вы всегда были на связи, но я заметил, что вас не было в академии. Вы только что вернулись?» — спросил я, наклонив голову. Я тут же заметил небольшой порез на её руке.

«Ах да. Я уезжала по некоторым личным делам. Теперь я вернулась и буду в своём кабинете, если вам что-нибудь понадобиться» Гудскай быстро прикрыла раненую руку и мягко, по-старушечьи улыбнулась.

«А сейчас мне пора уйти. Постарайся не перенапрягаться, малыш. Особенно будь осторожна в подземелье. Никогда не стоит недооценивать даже низкоуровневых зверей маны» Директриса Гудскай слегка погладила Тесс по волосам и исчезла.

«Так, какие у тебя на сегодня планы?» — спросила Тесс, пытаясь нарушить неловкое молчание.

«После занятий, у нас намечается срочное заседание дисциплинарного комитета, поскольку Кёртису, Клэр и мне нужно уехать из студгородка на выходные. Нужно будет проработать некоторые детали в случае возникновения экстренных ситуаций, когда нас не будет. После этого, я, вероятно, вернусь к себе домой и наконец-то нормально отосплюсь. В воскресенье утром я вернусь в кампус, чтобы успеть на экскурсию. А ты что будешь делать?»

«Ну, профессор Глори сказала, что не будет проводить сегодня занятие, поскольку хочет нам дать отдохнуть перед завтрашней экскурсией, так что я свободна до заседания совета. У нас сегодня что-то есть на повестке дня, так что нам с Клайвом обязательно нужно присутствовать» — спокойно ответила Тесс. Должен признать, что она довольно мила, когда играла с лапками Сильвии.

Немного поболтав с Тесс, мне, в конце концов, пришлось покинуть её и пойти на занятия. Хотя у нас сегодня и не было занятия по боевым механикам, другие два, казались, тянулись вечно, поскольку мы уже начали подготавливаться к промежуточным экзаменам.

«На сегодня всё, класс. Старайтесь не отставать в учёбе, а не откладывать всё и зубрить в ночь перед экзаменом. Я знаю, что вы все любите это делать» — с сарказмом сказала профессор Майнер, раздавая несколько листовок с основными формированиями заклинаний. После последнего занятия я поплёлся к залу Дисциплинарного комитета. Сильви отягощала мою и так уставшую за сегодня голову.

«Надеюсь, что вы, ребята, сможете справиться и поддерживать порядок в академии, пока нас троих не будет. Мы все изучили пару чрезвычайных ситуаций за последние две недели, так что я уверена, что всё будет хорошо. Как вы знаете, Кай будет за главного. Помните, что директриса Гудсай вернулась, так что, если всё будет плохо, не стесняйтесь обращаться к ней за помощью, хотя я сомневаюсь, что это понадобиться. Свободны!» Клэр хлопнула в ладоши, и мы встали со своих мест.

«Мелкий… в смысле, Артур. Я хочу ещё раз сразиться с тобой» — сказал Тео, положив руку мне на плечо, пока мы шли по лестнице.

Дорадрея протиснулась между нами и мужественно посмотрела на меня. «Нет! Сейчас моя очередь. Ты проиграл ему в прошлый раз, так что теперь я попробую!»

«Грр… это не считается! Ему просто повезло, вот и всё» Тео пытался опровергнуть её слова, краснея от гнева и смущения.

«Извините, Тео и Дорадрея, но я не могу. Мне нужно сегодня вернуться домой к семье. Возничий уже ждёт меня возле входа в академию» Я пожал плечами и поскорее спрыгнул с лестницы, чтобы они не смогли убедить меня остаться.

Я услышал, как Кёртис обеспокоенно ворчал на младшую сестру: «Ты же всё ещё носишь то защитное кольцо, которое дал тебе отец, верно? Незамедлительно используй его, если попадёшь в беду. Пообещай мне, ладно?» Мы вернёмся только в воскресенье, так что на сегодня он видит её в последний раз.

Кейтилин отреагировала простым молчаливым кивком, её лицо как всегда не выражало эмоций. Она поймала мой взгляд и быстро отвернулась. Кёртис оставил свою сестру и подошёл ко мне.

«Увидимся в воскресенье, Артур. Я слышал, что профессор Глори думает о формировании групп. Надеюсь, что мы попадём с тобой в одну и ту же»

«Да, звучит неплохо» Дружески кивнув ему, я махнул всем на прощание.

На улице было уже довольно темно, единственным источником света были мягкие плавающие шары. Они придавали кампусу очень мистическое окружение ночью, совершенно отличаясь от моего прошлого мира.

Дойдя до главных ворот академии, я увидел, как знакомый возничий уже ждал меня. «Добрый вечер, мистер Артур. Вы готовы?» — сказал он, снимая шляпу и легко поклонившись мне.

«Да. Совещание немного затянулось, так что выезжаем немедленно» Когда возничий открыл дверь, я быстро забрался в повозку.

Во время поездки домой, я немного задремал, поэтому удивился, увидев, что знакомый особняк Хелсти показался на виду гораздо раньше, чем я ожидал.

«Мы приехали, мистер Лейвин. Доброй ночи» Открыв дверь, вежливый водитель снял свою шляпу и снова поклонился, когда я выходил из кареты. Поднимаясь по лестнице, на меня нахлынули ностальгические воспоминания о том, как я вернулся из Королевства Эленор и из Гробниц. Наверное, сейчас я впервые возвращался домой, зная, что мои родители не беспокоились за меня.

Не успев постучать в дверь, она отворилась и Элли вылетела на меня со скоростью ракеты.

«БРАТЕЕЕЕЕЕЦ! Добро пожаловать домооооой!» Элли крепко обняла меня за талию, а я изо всех сил старался выстоять на ногах и не уронить нас обоих на лестницу.

«Кю!» Сильви спрыгнула с моей головы на Элли, облизывая ей лицо.

«Ха-ха, щекотно, Сильви»

«А мне то было интересно, что там за шум. Ты немного припозднился, сынок!» Отец прислонился к двери и улыбнулся мне.

«Заседание закончилось чуть позже. Давно не виделись, отец». Я обнял его, и мы все вместе прошли внутрь.

«Ах! Ты вернулся, Арт. Наверное, ты устал» Мама быстро спустилась со второго этажа и, упав на колени, долго обнимала меня.

«Всё в порядке, мам. Да, я вернулся» — улыбнулся я, принимая дорогую для меня семейную любовь.

Мама подняла мою футболку и начала осматривать тело, чтобы убедиться, что у меня зажили все раны. «Как твоё тело? Тебе уже лучше?»

«Ха-ха, я в порядке. Ты слишком сильно беспокоишься» Я утешительно улыбнулся ей и вспомнил короткий разговор с отцом о том, почему мать не могла исцелить меня. Уверен, что для этого есть какая-то причина, но всё что я мог, это ждать, пока она сама мне об этом не расскажет.

«Брат, как долго ты с нами останешься?» Элли практически прыгала вокруг меня, когда мы шли в гостиную.

«Я уезжаю завтра утром» — выдохнул я.

«Что? Почему?» Сестра заметно опечалилась, опустив плечи и сгорбившись, услышав мой ответ.

«Да, почему ты так быстро уходишь?» — спросил отец, садясь на диван.

«Мы с классом завтра уезжаем на экскурсию на Звериные Поляны с ночёвкой. Выезд запланирован завтра с утра, так что я уйду завтра на рассвете» Я уже устал от мысли о том, что надо так рано проснуться.

«Звериные Поляны?!» Лицо моей матери побледнело от беспокойства. И не удивительно, поскольку я чуть не умер в прошлый раз, когда был на Звериных Полянах. Даже мой отец взволнованно смотрел на меня.

«Не волнуйся. Мы собираемся пройтись по самой окраине и с нами всё время будет профессор. Кроме того, у меня всё ещё есть кольцо» — сказал я, достав кольцо, подаренное мне семьёй Хелсти. Кольцо изучало циркуляцию маны, позволяя другому человеку узнать, жив ли я или нет. Я держал его в кармане, пока был в академии, поскольку я в нём не нуждался.

Мама нахмурила брови, а беспокойство всё ещё не покидало её лицо. «Но всё-таки… тебе обязательно идти вместе с ними?»

«С нами будет всё хорошо. Мы пойдём в одно из самых низкоуровневых подземелий и не будем опускаться ниже третьего этажа»

Она была всё ещё недовольна ситуацией, но всё же неуверенно кивнула мне. Несколько часов мы вчетвером провели за болтовнёй, пока Сильви не уснула на коленях у Элли. Сестре нравилось учиться в школе для леди, а оба моих родителей по-прежнему были живы и здоровы. Прошло всего несколько недель с тех пор, когда я в прошлый раз виделся с ними, поэтому никаких сюрпризов не случилось. Я спросил, где сейчас семья Хелсти, а отец сказал, что Винсент и Табита уехали в другой город в командировку на пару дней.

В конце концов, родители отвели нас с сестрой по комнатам, поскольку уже было довольно поздно. Я чуть было не уснул во время принятия душа. И глубоко и облегчённо вздохнул, когда погрузился в постель.

Я был рад вернуться домой.

*Тук, тук*

Я повернул голову, поскольку слишком устал, чтобы встать с кровати и увидел маленькую голову сестры, выглядывающей из-за двери.

«Можно сегодня спать с тобой, брат?» — спросила Элли, держа в руках мягкую игрушку.

«Конечно» — улыбнулся я и отодвинулся, освобождая место. Кровать была достаточно большой для нас обоих.

«Хе-хе, ура»

«Спокойной ночи» Я погладил свою младшую сестру по голове и заснул.





Глава 64




Глава 64

«БРАТЕЦ! ПОДЪЁМ!!!» Голос моей сестры эхом отозвался в голове, когда она крикнула мне прямо в ухо.

«Что? Что происходит?» Протирая глаза, я оглянулся по сторонам, думая, что случилось что-то важное.

«Тише! Тебя всегда трудно разбудить, братец» Элли, наверное, тоже недавно проснулась, поскольку её причёска всё ещё была измята.

«Ха-ха, твои волосы сошли с ума» — улыбнулся я и взъерошил ей причёску.

«Уф! Прекрати! Ты сам сошёл с ума!» Сестра спрыгнула с кровати и вышла из комнаты. Перед тем, как закрыть дверь, она напомнила мне, что нужно побыстрее умыться.

«Слушаюсь!» Я преувеличенно поклонился своей сестре, отчего та хихикнула и закрыла дверь.

Сильви проснулась от криков моей сестры, но, видимо, не до конца, поскольку добровольно пошла за мной в душ.

Помывшись, я собрал все предметы первой необходимости, такие как браслет с печатями, пространственное кольцо с Рассветной Балладой внутри и сигнальное кольцо матери. Также я обмотал свои татуировки пером Сильвии.

Конечно, это не было необходимым, но мне нравилось держать перо просто в качестве сувенира. Часть Сильвии всегда была со мной.

Спускаясь по лестнице, я уловил мягкий запах какого-то супа. Дойдя до кухни, я увидел сидящих за столом родителей и сестру, с уставшими от раннего пробуждения лицами.

«Надеюсь, ты не возражаешь, что сегодня для тебя завтрак приготовит шеф-повар. Мы, наверное, после твоего ухода вернёмся в кровати» — устало улыбнулась мама.

«Нисколечки. На самом деле, вы не должны были просыпаться, чтобы попрощаться со мной»

«Будь бдителен, не важно, насколько лёгким может быть подземелье. Никто не знает, что за опасности скрываются под землёй» — предупредил меня отец.

Оглянувшись на маму, я заметил какое-то напряжение на её лице, я почти мог чувствовать её размышления в голове. «… пожалуйста, будь осторожен, Артур. Я знаю, как ты силён, но мне больно видеть каждый раз, когда ты ранен, это просто…»

«Хм?» У меня было ощущение, что она сейчас думала о том, что умолчал мой отец, тогда, в лазарете академии Ксайруса. О том, что с ней случилось и почему она теперь не может никого лечить.

«Я… ничего. Просто будь осторожен… и приглядывай за той девушкой, Тессией. Ты должен защитить её, если дела будут плохи» Она мягко улыбнулась мне и похлопала по плечу, но мыслями она всё ещё была где-то в прошлом.

Шеф-повар принёс поднос, на котором лежали гренки и сливочный суп, в который, как я думал, и нужно было макать гренки. После того, как Сильви немного полакала суп, она пискнула и вновь свернулась комочком. Сейчас было ещё очень рано, солнце ещё только выглядывало из-за горы.

«Ты вернёшься домой сразу после экскурсии в подземелье?» — спросил отец, обнимая меня.

«Нет, не сразу. Но скоро будет целая неделя каникул. В городе будет проходить какой-то специальный фестиваль, верно?» Преподаватели объявили об этом пару недель назад, что раз в десять лет происходит явление. Якобы, всю неделю, плотность маны на всём континенте достигает совоего пика, позволяя магам добиться существенных результатов в тренировках, а не-маги получат возможность почувствовать на себе ману. На всю неделю занятия отменяются, и студенты имеют право уехать домой или остаться в кампусе, чтобы медитировать и тренироваться как можно больше.

«Ах, да! На следующей неделе празднуют Созвездие Авроры. Так ты собираешься сходить на фестивать с нами?» Эта новость скрасила настроение моей матери.

Моя сонная сестра услышала новость и тут же схватила меня за рукав. «Вау! Целую неделю?»

«Да, именно так! Давайте вместе сходим на фестиваль» Глядя на свою семью, я улыбнулся и обнял их, прежде чем спуститься вниз по лестнице к карете.

«Будь осторожен!» — крикнула моя мать, махнув на прощание. Я сел в карету и по примеру Сильви решил вздремнуть немного, пока мы ехали в академию.

«Артур!» Выйдя из кареты, я заметил Кёртиса. Он широко и искренне улыбался мне, отчего я тоже улыбнулся и махнул ему.

«Как съездил домой? Смог встретиться с семьёй?» Клэр погладила меня по спине, когда я подошёл к группе студентов у ворот.

«Хорошо, что ты успел!» Профессор Глори тоже мне улыбнулась и начала подсчёт студентов. Оглядевшись, я заметил кроме Кёртиса и Клэр ещё Клайда и Лукаса, а также несколько других студентов, на которых никогда не обращал внимания. Ещё раз быстро оглядевшись, я нигде не увидел Тесс, что подтверждало безумное лицо Клайда.

«Извините, я опоздала!» Подбежав к воротам, Тесс отдышалась, её лицо немного покраснело, а волосы были неаккуратно уложены.

«А вот и принцесса Тессия. Можем выдвигаться» Глори ещё раз быстро проверила и, удовлетворившись, кивнула, а потом повела нас к телепортационным вратам неподалёку.

Я оглянулся назад, на Тессию, идущую рядом с Клайвом. Она поймала мой взгляд и застенчиво улыбнулась.

Поговорив о чём-то со стражником, профессор Глори помахала нам, давая сигнал, чтобы мы переходили через врата. Мой желудок опять выворачивается после такого путешествия. К счастью, перемещение длилось не больше пары секунд.

«Добро пожаловать! Думаю, что большинство из вас, ребята, впервые попали на Звериные Поляны, верно?» — ухмыльнулась профессор.

Лукас шагнул вперёд и выпятил грудь от гордости. «Хм. Я был здесь уже бесчисленное количество раз. Всё-таки я являюсь авантюристом класса А»

Толпа впечатлилась этим и начала перешёптываться, отчего Лукас стал ещё более высокомерен, пока профессор Глори не вмешалась в разговор.

«Ах да. Я слышала от директрисы Гудскай, что ты действительно был авантюристом. Также меня уведомили, что тебя лишили лицензии по секретным причинам»

«Пфф. Это всё из-за того ёбаного ублюдка в маске» — не слышно от профессора, пробурчал Лукас себе под нос, оперевшись на посох.

«Сейчас мы находимся на краю Большой Горы. Через пару часов, мы прибудем в знаменитый паб под названием «Драконий Хребет» Когда я была авантюристом, то в этом пабе узнавала различную информацию о мана-зверях и подземельях. Но мы пойдём в довольно слабое подземелье, так что не беспокойтесь. Также я всё время буду с вами, но не буду помогать до тех пор, пока это действительно не потребуется, так что не ждите от меня подсказок» Профессор Глори махнула рукой и из её пространственного кольца вылетела небольшая кучка чёрной ткани.

«Вы должны надеть эти мантии. Подземелье, куда мы направляемся, называется Вдовья Крипта. Это довольно прямое подземелье, без каких-либо ловушек и лабиринтов, поэтому не волнуйтесь, не заблудитесь. Однако, в нём очень холодно, поэтому вам понадобятся эти мантии. В основном, из всех мана-зверей вам встретятся только мерзкие маленькие существа, называемые Снарлаками. Существует два вида снарлаков, с которыми вам нужно быть очень осторожными, это снарлаки-подручные и Королева Снарлаков. С подручными вы будете встречаться чаще всего. А вот жилище Королевы находится на нижних этажах, поэтому вы её не увидите. Вы увидите снарлаков почти сразу, как только мы войдём в подземелье. А сейчас, вы должны поделиться на две команды по пять человек» Профессор Глори закончила информировать нас и вынула маленький кусочек бумаги из внутреннего кармана.

«Я уже решила, как вы будете распределен по командам. Сделайте шаг вперёд, когда я назову ваше имя. Кёртис, Клэр, Оуэн и Мардж – вы в первой команде» Профессор отдала им мантии и шагнула в сторону.

«Остались Артур, Лукас, Клайв, Тессия и Роланд. Есть какие-либо вопросы?» — спросила она, указывая на оставшиеся мантии.

Меня поставили в одну команду с Лукасом? Она нарочно это сделала? Нет, она понятия не имела, что я был авантюристом. Я уже хотел было попросить профессор поменять меня с кем-либо, но вспомнил слова матери сегодня утром. Хоть я и не доверял Лукасу, но мне нужно было находиться в одной команде с Тесс. Нужно быть рядом с ней, на всякий случай.

«Нет вопросов? Ладно, тогда решено. За пару часов мы дойдём до подземелья, так что давайте поторопимся» И мы быстро зашагали среди деревьев, скрывающих большую часть солнечного света.

Мы шли в молчании, большинство студентов боялись навлечь нежелательное влияние от мана-зверей, которые могли бродить поблизости. Вскоре деревья расступились, и мы начали спуск по склону.

«Почти пришли. Мы немного передохнём возле подземелья, так что пока не заходите внутрь» Профессор оглянулась, провела перекличку, и мы осторожно поодиночке заскользили вниз по крутому склону, ведущему ко входу в подземелье.

«Прежде чем мы войдём, ты уверен, что хочешь взять своего питомца с собой, Артур?» — спросила профессор Глори, заинтересованно взглянув на Сильви.

“Что скажешь? Хочешь поохотиться, раз уж мы всё равно пришли на Звериные Поляны?” – мысленно спросил я у питомца.

“Дааа!” Сильвия радостно спрыгнула с моей головы и исчезла в лесу. Интересно, что сейчас подумали остальные?

«Хороший выбор. Так ей, вероятно, будет безопаснее» Глори кивнула мне и забралась на скалу, чтобы разглядеть всех студентов.

«Итак. Раз уж вы разбились на группы, то узнайте друг друга получше. Наверное, вы уже видели друг друга в действии, но всё же обсудите свои сильные и слабые стороны. Также вы должны выбрать лидера, прежде чем мы войдём внутрь» — сказала наш профессор, стоя на скале. Мы смотрели друг на друга, не зная, что и сказать, пока не решился заговорить единственный человек из нашей группы, которого я действительно не знал.

«Кхм! Меня зовут Роланд Олдермен и я аугментер с водным элементом! Я люблю отдыхать, ходить по магазинам, встречаться с красивыми девушками и…»

«Никому нет дела до твоих хобби» — прервал его Клайв, раздражённо массируя переносицу.

«Кто-то сегодня встал не с той ноги. В общем… я силён на средней дистанции, использую водяной хлыст, которому меня обучили в семье. Слаб же я на ближней дистанции. Следующий!» Он закончил речь, передав воображаемую эстафету мне, сидящему слева от него.

«Артур Лейвин. Я аугментер с элементами ветра и земли. Я способен сражаться на любой дистанции, но всё же предпочитаю середину» — просто ответил я, глядя на Лукаса.

«Клайв Грейвс. Аугментер с воздушным элементом, специализируюсь на дальней дистанции, сражаюсь с луком. И у меня на самом деле нет слабостей»

«Лукас Уайкс. Я – заклинатель, специализирующийся на огне. Что касается сильных и слабых сторон, то не будем заморачиваться по этому поводу» — закатив глаза, сказал Лукас.

Почувствовав враждебность в воздухе, я заметил, что Тессии немного неудобно. «Тессия Эралих. Заклинатель с двойной специализацией растений и ветра. Мой конёк — это ближний и дальний бой…» Наша группа замолчала, поскольку все знали, какой будет следующая тема.

«Я выбираю себя на роль лидера» — первым выпалил Лукас.

«Что? По каким таким качествам ты хочешь стать лидером этой группы» — наклонив голову, спросил я, глядя на него невинным взглядом.

«По силе, конечно же. Давайте будем реалистами… я могу побить любого из вас на дуэли. Так что разве не естественно, что я буду лидером?» Лукас так посмотрел на меня, как будто я задал самый глупый вопрос на свете.

«Я голосую за Тессию! Она единственная девушка в команде, и она миленькая. Мы даже можем назвать свою команду «Рыцари и Королева»!» У Роланда заблестели глаза, пока его разум блуждал в собственном маленьком выдуманном мирке.

«Я тоже думаю, что принцесса Тессия должна быть лидером, кхм… не по тем же причинам, но я имею в виду… она же президент студенческого совета» — пробормотал Клайв, а его щёки немного покраснели.

«Подождите, я не хочу быть лидером! Как насчёт Арт… тура? Артура Лейвина» Тесс практически назвала меня по прозвищу.

Я поднял руку и игнорируя все замечания Тессии, сказал: «Я тоже думаю, что Тессия должна быть лидером» Я не против её кандидатуры. Лишь бы не Лукас.

«Тьфу. Идиоты» Лукас лишь вновь закатил глаза.

«Итак, кажется, все готовы, выдвигаемся. Приготовьтесь, сразу после входа будет холодно!» — сказала профессор Глори, прежде чем шагнуть внутрь пещеры, в которой оказалась маленькая узкая лестница, спускающаяся прямо в пустоту.

Выстроившись в одну линию, мы начали спускаться по лестнице, и я клянусь, что с каждым шагом, температура опускалась всё ниже и ниже.

«Ч-что за чёрт? П-п-почему тут так х-х-холодно?» — пробормотал Роланд, клацая зубами.

«Усиль тело маной, олух» — раздался голос Клайва позади. Было очень темно и я видел лишь смутные очертания человека впереди себя.

Пока мы шли по лестнице, я почувствовал что-то на своей руке, но прежде чем я её одёрнул, то понял, что же это было. Оглянувшись назад, я смог различить смутное очертание головы Тесс. Даже не видя её, я мог сказать, что она уже покраснела. Крепко сжав её руку, мы молча спускались по бесконечным лестничным маршам.

Признаюсь, что я был немного разочарован, когда Тесс убрала свою руку, поскольку начало становиться всё ярче и ярче. Но когда мы пришли на первый этаж подземелья, мой внутренний исследователь оживился.

Пещера тянулась на добрые сотни и сотни метров, отчего я задавался вопросом, как же она поддерживает себя. Камень по краям пещеры светился тусклым голубым светом, пол покрывал тонкий слой льда, а с потолка свисали сосульки. Приглядевшись, я понял, что причиной освещения был почти прозрачный мох, покрывающий всю пещеру.

«Странно. Обычно, здесь уже можно было встретить снарлаков. Почему они не…»

«КРРРРР»

«ГРРРАААРРРР»

«ССССНАРРР»

«РРАК! РРАК!»

Внезапно, вокруг нас эхом разнеслись отвратительные звуки. Из-за многочисленных валунов и маленьких проёмов выглядывали несчётное количество красных глаз-бусинок.

«Слишком много снарлаков…» — прошептал Роланд. Это поразило не только его, а всех студентов, даже Кёртис и Клэр замерли в нерешительности. Я посмотрел на профессора Глори и на её выражение лица. Не думаю, что даже она ожидала увидеть столько снарлаков.





Глава 65




Глава 65

Даже по меркам мана-зверей, снарлаки были отвратительны. С густой серой шерстью, их полутораметровые тельца казались мускулистыми, напоминая уменьшенных горилл. А вот лица больше походили на кабаньи – длинные рыла и клыки, выпученные красные глаза и широкие уши. Глядя на толстые мощные челюсти, торчавшие из рыл, сложно было понять, что эти мана-звери всего лишь класса Е.

*ГРРРРРРР*

*СССНАААААРК*

*ГРРРАА!* *ГРРРАА!*

Всё больше и больше снарков выпрыгивало из своих укрытий, щёлкая челюстями и низко рыча.

«П-п-профессор… тут всегда так м-м-много снарлаков?» — заикаясь, пробормотала одна старшекурсница из другой группы.

«Это странно. Даже на нижних этажах ещё никто не встречал столько снарлаков одновременно» Профессор Глори взяла себя в руки и слегка отошла. Если даже наш профессор в нерешительности сделала шаг назад, то наверняка стоило паниковать.

«Хоть их и много, но с ними можно справиться. Однако, поскольку мы лишь на экскурсии, то я думаю, что нам лучше прямо сейчас вернуться на поверхность. Главное – безопасность» — сказала Глори и начала медленно подталкивать всех к лестнице, как вдруг мимо неё пролетел огненный шар и врезался в толпу снарлаков.

*БУМ!* Огненный шар взорвался, разорвав на куски не меньше шестерых монстров.

«Видите? Эти мерзкие мелкие твари очень слабы. Профессор, неужели мы сюда столько шли для того, чтобы тут же вернуться? Даже небольшого огненного заклинания хватило, чтобы разобраться с ними» — усмехнулся Лукас, опуская посох.

Глядя на профессора Глори, можно заметить, как она колебалась, поскольку никак не ожидала встретить такое количество снарлаков на первом этаже.

Кёртис и другие ученики воспряли духом, глядя на Лукаса. «Думаю, мы должны попробовать пройти»

Снарлаки, казалось, были немного напуганы, держась подальше и изучая нас своими глупыми глазками.

«Ладно, но если я почувствую, что что-то не так, то мы немедленно уйдём отсюда, ясно?» — с суровым голосом сказала Глори и группа согласилась на её условия.

«Хорошо. Разделитесь на две команды и пройдитесь по разным частям этажа. И никакого дружественного огня. Лукас, если ты ещё раз что-то подобное выкинешь, то будут последствия» Профессор Глори грозно взглянула и выёбистый блондин неохотно подчинился.

«Принц Кёртис, возьмите вашу команду и пройдите по левой стороне пещеры. Принцесса Тессия – ведите группу к углу и займите оборону. Я буду приглядывать за вами, но и вы будьте бдительнее – не стоит недооценивать снарлаков, особенно в таком количестве»

Скромность Тессии тут же исчезла и, как и положено президенту студсовета, она начала командовать: «Артур, я хочу, чтобы ты шёл в авангарде, поскольку ты лучше сражаешься на близком расстоянии. Клайв и Роланд займут позиции справа и слева, для прикрытия. Лукас будет в центре построения, прямо за Артуром. Я буду прикрывать ваши спины. Строимся так, как учили, быстро!»

*ГРРРАКК!!!*

*КРРРААА! КРРАА!»

«Бля, бля, бля…» Роланд явно испугался несчётной толпе снарлаков, щёлкающие челюстями, и достал оружие, которое больше походило на рукоятку от меча.

Клайв тоже вынул из пространственного кольца короткий металлический лук и натянул тетиву. На наконечнике стрелы, длинной металлической иглы, крутились ветра.

Махнув рукой, я достал Рассветную Балладу, завёрнутую в белую ткань. Я прицепил её к поясу и положил ладонь на рукоять, готовясь быстро отразить атаку, если эти монстры внезапно наскочат.

«Найти и уничтожить! Пучок огней!» Когда мы подошли к орде снарлаков, Лукас выпустил одно из своих любимых заклинаний.

*КРРРАК!!!* Больше десяти мана-зверей рвануло к нам. Я был от них всего в пяти метрах.

Я приложил все усилия, чтобы влить воздушный элемент в свой меч, придерживая удар до подходящего момента. Усилив взмах, мой меч резко вылетел из ножен навстречу авангарду снарлаков.

*ФУУУХ!* *БУМ!* Мой клинок, вероятно, преодолел звуковой барьер, я даже поморщился от боли, чувствуя, что вывихнул плечо. Этот навык был сильнее, чем я думал… лучше не экспериментировать в настоящем бою.

Передняя линия снарлаков и даже те, что подпрыгнули в воздух, были отброшены назад или перерезаны моим ударом. Но такого повторить я больше не мог, поскольку моя правая рука болталась, не в силах удержать меч.

*ГРАААА!* На место павших монстров тут же пришли другие.

*Фьююю…* Несколько стрел просвистели над моим ухом, быстро пронзая почти добежавшего до меня снарлака.

Я оглянулся назад и благодарно кивнул Клайву, после чего поднял меч левой рукой. Слева от меня, Роланд ловко орудовал хлыстом из воды, появившегося из той рукояти. Водяной хлыст кружился хаотично, некоторые атаки не попадали во врагов, и это навело меня на мысль, что Роланд всё ещё учится этому семейному искусству.

Стены пещеры светились красными и голубыми огнями, когда рядом с ними пролетали различные огненные заклинания как с нашей стороны, так и из другой команды. Снарлаки пытались окружить нас, разбредаясь по сторонам и держась на расстоянии. Пучок огней, который вызвал Лукас, всё ещё извергали потоки огня, но снарлаки становились умней и бросали куски льда на огоньки в надежде избавиться от них.

«Артур, ты в порядке?» — спросила Тесс, сжимая мою руку и отбиваясь от двух монстров.

«Уф… думаю, я справлюсь» Я стиснул зубы и положил руку между ног, готовясь вправить её.

«Гах!» Мне не удалось сдержать крика, когда я с силой вправил руку. Навык, применённый мною, ещё не имел названия и работал намного лучше, чем я думал, поскольку с ним я смог убить больше пятнадцати снарлаков за раз. Жаль, что мой организм пока ещё не мог выдержать такую силу.

Снарлаки не очень сильны, но тридцать минут борьбы с бесчисленными полчищами сказались на нас. Клайв и Роланд покрылись потом, а Тессия немного побледнела. Даже заклинания Лукаса стали гораздо тусклее, а это означало, что он почти исчерпал весь свой запас маны.

«Мне кажется, или снарлаков сейчас ещё больше, чем было в начале» — крикнул Роланд, когда Клайв помог ему убить троих монстров.

«Думаю, ты прав. Цифры не сходятся» — ответил Клайв и посмотрел на Тессию в ожидании дальнейших инструкций.

Судя по трупам на полу, то мы уже положили не меньше сотни зверей. Вдвое больше, чем в начале битвы.

Тессия оглянулась и крикнула: «Думаю, нужно возвращаться к профессору Глори. Мы не в состоянии дальше сражаться» Мы начали медленно отступать ко входу в подземелье и оказалось, что у другой команды была та же идея.

Профессор заметила, что обе команды отступают и рванула к нам, рассекая снарлаков налево и направо своим мечом.

«Профессор, я не думаю, что мы сможем продолжать в том же духе. Их слишком много!» — крикнула Тессия, но её заглушил рёв снарлаков.

«Команды! Следуйте за вашими лидерами! Мы отступаем!» Недолго думая, профессор Глори встала перед нами, давая нам время подняться по лестнице, но внезапно, мы услышали громкий треск.

*БУУУМ!*

Сосульки и сталактиты, вместе с обломками крыши, рухнули на землю и из пролома, хлопая большими крыльями, вылетели две фигуры.

«Да вы издеваетесь! Что Королевы Снарлаков делают на первом этаже?!» Профессор Глори больше не стала сдерживать свою ярость и вынула из своего кольца ещё один гигантский меч.

«Дети, держите подальше от меня снарлаков-подручных, а я разберусь с королевами. Не знаю, что происходит, но я вытащу вас отсюда, любой ценой» Щёлкнув застёжкой, она вытянула цепочку с шеи и бросила на землю. Ожерелье сперва переливалось, а потом окрасилось в серый цвет. Мана заколебалась вокруг Глори, изменяя её.

Она использовала печать!

«Приготовьтесь прикрывать профессора Глори! Не позволяйте никому пройти мимо нас!» — скомандовала Тессия, держа перед собой посох с лезвиями.

Кёртис шагнул вперёд, подняв щит и меч. «Так точно! Аугментеры, защищайте заклинателей!»

Я тоже сжал меч обеими руками, чтобы уменьшить нагрузку на пульсирующее плечо. Семеро из нас стояли в авангарде, а Лукас, Тессия и ещё одна девушка начали выкрикивать заклинания. Я не мог не залюбоваться тем, как профессор Глори орудует двумя своими гигантскими мечами. Огонь и что-то похожее на песок стремительно кружили вокруг лезвий.

Две королевы снарлаков, огромные, уродливые и с крыльями начали осторожно обходить Глори. На двух передних конечностях у королев были четыре длинных острых когтя, вероятно, покрытых ядом.

*НЬЯЯРРР!* Профессор Глори подняла оба меча, окружённых огнём и песком, и понеслась на одну из королев, начиная битву.

Я не стал применять заклинания, предпочитая просто рубить и резать снарлаков своим мечом. Их густая шерсть немного ослабляла силу атак, но всё же убить монстров было довольно легко. Но у нас появились ещё одна проблема – трупы снарлаков. Они валялись вокруг нас, мешая перемещаться в сражении. Оглянувшись, я с облегчением увидел, что авангард ещё держится. На Кёртисе и Клэр были лишь мелкие царапины и синяки, но другим студентам досталось немного сильнее.

Обернувшись назад, я был сильно удивлён. Профессор Глори в одиночку побеждала королев, которые были как минимум зверями класса В. Но меня больше удивляло то, как она это делала. Очевидно, что профессор была двойным аугментером с элементами огня и земли, однако из её рук вылетали снаряды, похожие на осколки льда…

Нет… это не лёд. Это стекло!

Получив небольшую царапину на руке, я вновь вернулся в битву, однако мой разум всё ещё не мог поверить, на что оказался способен профессор Глори. Я знал, что при нагреве песка можно сделать стекло, но делать это в сражении…

*КРААААААА!!!* Оглушительный визг заставил нас обернуться. Профессор Глори только что прикончила одну из королев. Но было видно, как ей досталось – броня была поцарапана и пробита в нескольких местах, а по щекам стекала кровь.

«Супер!»

«Вот так!!!»

«Вперёд, профессор!»

Поражение одной королевы резко подняло моральный дух у всех студентов, так что мы ещё усерднее сражались со снарлаками, которые, казалось, появлялись из воздуха.

*ГРААААА!!!*

*БУМ*

Раздался громкий треск, после которого профессор Глори пролетела над нами и врезалась в толпу подручных-снарлаков.

Выделив несколько секунд, я отвлёкся от сражения и оглянулся назад. И от увиденного меня чуть не стошнило. Оставшаяся королева снарлаков пожирала труп своей павшей подруги.





Глава 66




Глава 66

Понятия не имею, что за безумие происходит в этом подземелье. Все его 10 этажей населяли Снарлаки, а королевы никогда не вылезали с последнего этажа. Именно поэтому подземелье использовалось для тренировок новичков.

И хотя королева была мана-монстром класса В, с ней могла справиться большая группа авантюристов даже класса Е.

Интересный вопрос возник у меня на уме – разве это нормально, что в одном подземелье было две королевы? Я читал, что королевы были очень территориальными существами, незамедлительно атакующими любых потенциальных конкурентов, дабы сохранить контроль над стаей.

Меня беспокоило, что профессору Глори приходится нелегко. И это наводило на другой вопрос – как две королевы стали намного сильнее, чем обычно?

Конечно, Глори может быть тяжело против двух мана-зверей класа В, считающихся боссами, но она не должна проигрывать им. Королевы должны легко побеждаться авантюристами класса А.

«Тьфу… почему они так сильны?» — сказала профессор Глори, вставая из кучи снарлаков, которых она сбила в полёте.

Я отмахивался от волны монстров и снова метнул взгляд на королеву снарлаков, пожирающую своего бывшего союзника.

«Профессор, и такого тоже раньше не было?» — спросил я.

«Ну, я слышала, что некоторые виды мана-зверей подвержены канибализму, но никогда не видела ничего подобного со снарлаками. Поэтому я понятия не имею» Покачав головой, она подхватила меч с земли и рванула к противнику.

*ГРРРААААА!* Когда королева снарлаков закончила поедать свою павшую подругу, с ней произошли странные изменения. Серый мех стал угольно-чёрным, а рога над маленькими фасеточными глазками, которых я раньше не замечал, выросли и изогнулись. Некогда блестящие глаза превратились в острые и грозные, с почти маниакальным взглядом, а изо рта пошла пена.

Профессор пока молчала, но я знал, что её одолевало растущее сомнение. Раньше мы были уверены, что сможем вернуться домой целыми и невредимыми, но теперь даже я поморщился от исходящей от зверя убийственной ауры.

«Кхе… профессор! Мы больше… кхе… не выдержим!» — крикнула Тессия.

Тессия выглядела очень болезненно, что натолкнуло меня на мысль о довольно очевидной проблеме, с которой мы сейчас столкнулись.

«Эй, народ! Больше никаких огненных заклинаний! Вход в пещеру заблокирован и запасы кислорода на исходе!» — рыкнул я.

От горящей горы трупов воздух пропитывался дымом, отчего некоторые студенты неудержимо кашляли.

Драка королевы и профессора Глори почти зашла в тупик. И скорее всего профессор могла проиграть. Сражаясь с подручными, я краем глаза отметил изменившийся боевой стиль королевы снарлаков. В нём не было ни следа неуверенности или самосохранения. В каждой атаке на профессора Глори было лишь желание убивать, не заботясь о себе. Хоть это и казалось недостатком монстра, но толстый чёрный мех королевы был способен поглощать почти весь урон от атак нашего профессора.

Тесс, стоящая позади меня упала на колени и схватилась за живот. «Кхе… Артур… я думаю… моя звериная воля вновь… кхе…»

БЛЯТЬ.

“Папа! Что случилось? Ты в порядке?” – раздался в голове голос Сильвии.

“У нас проблемы. Беги сюда как можно быстрее, спускайся в пещеру по лестнице” – ответил я и сосредоточился на происходящем.

У меня даже появилось некое чувство ностальгии ко Мрачным Гробницам. Несколько мыслей в голове отягощали меня. Смогу ли я, используя всю свою силу расчистить проход ко входу в пещеру? И даже если у меня получится, то стоит ли бросить всех остальных и сбежать вместе с Тесс?

Нет. Тесс мне этого никогда не простит.

Может, тогда мне стоит помочь профессору убить мутировавшую королеву снарлаков?

Какое бы я решение не выбрал, первое, что нужно сделать, так это расчистить путь. Но вряд ли королева позволит нам сбежать.

«Профессор, отвлекайте королеву. Я постараюсь расчистить для нас путь!» Глори приходилось ещё тяжелее, поскольку она больше не могла отбиваться огненными атаками. После того, как она кивнула, я приступил к работе. Тессия не в состоянии мне помочь, а остальные слишком заняты, отражая атаки армии снарлаков-подручных. Лукасу приходилось атаковать огнём самых наглых снарлаков и от этого уровень кислорода всё уменьшался и уменьшался.

Придётся всё делать самому. Нужно всё рассчитать. Если я использую сильное огненное заклинание, то мы все задохнёмся. Использовать воду? Лёд? В этой пещере слишком мало водных частиц маны. Некогда покрытое льдом подземелье ныне было сухим и бесплодным, с толстым слоем гари на стенах от сожжённых трупов снарлаков.

Значит, у меня остались лишь ветер и земля, или всё вместе. Я подумал о использовании второй фазы звериной воли, но необходимо было оставаться в сознании, чтобы вытащить Тесс из этого подземелья.

Неужели нет никаких других вариантов? Как только я начал раздумывать над возможными решениями, по руке профессора Глори прилетел очень чувствительный удар.

“Я почти пришла, папа! Держись!” – крикнула Сильви, заодно подкинув мне идею.

Вот оно!

«Кёртис! Мне нужна твоя помощь, срочно!»

«Артур, я не в состоянии…»

«НЕМЕДЛЕННО!» — проревел я, не принимая его оправдания.

Кёртис был весь покрыт кровью и внутренностями, но судя по мелким ранам, кровь была не его. Щит сильно помят, а меч потускнел от многократных атак.

«Что тебе нужно?»

«Как думаешь, твой Мировой Рёв достаточно силён, чтобы расчистить путь?»

«Артур, я не знаю, хватит ли мне маны, чтобы перейти в свою первую фазу» — обречённо качнул он головой.

«Просто ответь на вопрос. Сможешь?»

«Д-да, если бы у меня было больше маны, то наверное я мог бы создать более сильный луч, чем тогда, в тренировочном бою» — ответил Кёртис, задумчиво почесав голову.

Сперва я думал о том, чтобы убить лучом королеву снарлаков, но тогда можно было зацепить и профессора Глори. Поэтому лучше всего сперва добраться до выхода.

«Отлично. Не спрашивай меня о том, что я сейчас буду делать и сконцентрируйся на вхожении в первую фазу и создания сильного луча, способного пробить эти горы трупов. Понял?» Кёртис понял всю срочность и сложность ситуации, и поэтому просто кивнул в ответ.

Сняв печати и закинув их в пространственное кольцо, я принялся контролировать выброс маны, чтобы никто не узнал о моих способностях. Каждый сейчас занят своим сражением и если я не сумею проконтролировать выброс маны, как тогда, после того, как профессор Глори сняла свои печати, то тут же привлеку внимание королевы.

Ощутив неиспользуемый резерв маны, к которому теперь у меня был доступ, я обеими руками направлял его в Кёртиса.

От такого количества маны принц Кёртис невольно упал на колени, прежде чем приспособился ко внезапному вливанию энергии.

Передача маны изучалась в течении многих лет различными магами, но всё было безнадёжно. Они считали, что если у одного мага была предрасположенность к огненному элементу, то он может передать силы другому огненному магу, но после многочисленных проб и ошибок, было решено, что это невозможно, поскольку мана была недостаточно чиста. Никто этого не мог делать, кроме меня.

Тот факт, что я мог управлять всеми четырьмя стихиями, позволял мне корректировать различия в чистоте маны соотношениями каждого элемента. Похожее я делал для своей сестры и Лилии при обучении их манипуляции маной в теле. Конечно, я ещё не в совершенстве овладел этой методикой, но я стремлюсь к лучшему.

Медленно, контролируя и ограничивая количество каждой элементной частицы маны, я вливал свою силу в Кёртиса, одновременно мучаясь самоуничижением.

Почему я игнорировал все свои мелкие изъяны? Думал, что я легко справлюсь с ними? Чувство силы, полученной в столь раннем возрасте затмило мою рациональность.

Я больше не король, сдерживаемый политиками и правилами, теперь меня ограничивали лишь собственные физические возможности. Но из-за этого я стал беспечным. В этом мире у меня не было пределов развития потенциала. Достижение белого этапа было не мечтой, а лишь вопросом времени и усилий.

Меня ужаснуло больше всего то, что я, в некотором роде, немного похож на Лукаса. Хоть и не настолько наглым ублюдком, как он, но всё же я слишком много заботился о себе, становился высокомерным.

«Я-я не знаю, что ты сделал, Артур, но я идеально себя чувствую. Думаю, что смогу войти в свою первую фазу!» — сказал принц, возвращая меня в реальность. Я чувствовал, как его организм, после моей передачи маны, внутренне изменился и приспособился.

«Королевский Гнев» Кёртис громко зарычал и его тело начало превращение.

*Хруст*

Когда Кёртис активировал свою первую звериную фазу, по моим рукам прошла резкая боль. В замешательстве, я снова попытался передать в него ману, но его тело отреагировало ещё сильнее, чем в прошлый раз.

Его мана из звериной воли отвергает мою?

Прежде чем я хотел попробовать снова, Кёртис приготовился к своему «Мировому Рёву»

Он присел на четыре конечности, чтобы выдержать отдачу, и скапливал ману из атмосферы к своим челюстям.

В это время, я подбежал к Тессии и подхватил её на руки. Её срочно нужно вытаскивать отсюда. Отчасти, в этом и я виноват. Нужно было лучше работать с ней, чтобы предотвратить нечто подобное.

«МИРОВОЙ РЁВ!!!» Кёртис выпустил свою мощную атаку на снарлаков-подручных, но мутировавшая королева, должно быть, почуяла что-то неладное, потому что сразу же побежала на Кёртиса, игнорируя раненую профессора Глори.

«О нет, нет, нет!» — крича из последних сил, она вскочила и сбила в полёте королеву с намеченной траектории.

*БУУУМ!*

Как и планировалось, мои растраты маны окупились сполна, когда коронный приём Кёртиса пробил огромный туннель в горах трупов, в конце которого виднелась лестница на поверхность.

«Эй, все! БЕГОМ К ЛЕСТНИЦЕ!» — проревел я, пытаясь докричаться до остальных сквозь рычание снарлаков и грохот падающих камней.

«Бегите! Быстрее!» — тоже прокричала профессор Глори, сражаясь с королевой голыми руками.

Измученные студенты рванули к спасительному выходу, пока профессор сдерживала королеву, а выжившие снарлаки перебирались по горам погибших собратьев.

«Клэр, я доверяю тебе Тесс» Я вручил Тессию в руки Клэр, которой досталось меньше всех.

«Ты же не останешься тут, верно? Как твой вышестоящий начальник и лидер дисциплинарного комитета, я запрещаю…»

«Просто уходи…» У меня не было времени на эту чепуху, поэтому я испустил убийственную ауру, отчего Клэр едва устояла на ногах.

Помогая Кёртису подняться на ноги, я подтолкнул своих товарищей ко входу в пещеру и вернулся к профессору Глори.

«Какого чёрта ты вернулся, Артур?» Я почти физически чувствовал злость в голосе моего профессора.

«Только вместе мы сможем завалить эту тварь» Достав Рассветную Балладу из пространственного кольца, я резко обнажил лезвие.

«Лучше надейся на то, что этот монстр убьёт меня, потому что ты пожалеешь, что не последовал моему приказу» — ответила Глори, блокируя удар когтей королевы.

Я слегка улыбнулся ей и резко уклонился от атаки. «Эй, я же тоже профессор!»

«Ты чертовски умён, Артур» Она улыбнулась в ответ и покачала головой. Дела наши были плохи, поскольку я истратил почти всю ману на Кёртиса. Если бы не ротация маны, то я бы уже, наверное, валялся в отключке.

Сражаясь с королевой и отвлекая её достаточно долго, чтобы все студенты успели выйти из пещеры, я заметил, что последним остался Лукас. Наши взгляды на мгновение пересеклись, и я могу поклясться, что видел, как он фыркнул, перед тем, как уйти на поверхность.

*ГРРААА!* Вернувшись в бой, я смог разорвать одно их крыльев королевы так, что теперь она не могла летать, но густая шерсть по всему телу блокировала почти все наши удары. Эту мутировавшую трёхметровую королеву с ног до головы покрывали раны, нанесённые мной и профессором Глори, но она совершенно не обращала на них внимания.

«Не уверен, что мы сможем убить эту тварь» — кричу я профессору Глори.

«Нам нужно хотя бы связать её чтобы успеть спастись. Не думаю, что она будет преследовать нас за пределами подземелья!»

Серьёзно глядя на Глори, я сказал: «Задержите её хотя бы на 5 секунд, профессор»

«Ясно» Она не стала сомневаться во мне и ещё раз извергла ману из своего ядра.

Пока профессор отвлекала мутировавшую королеву, я приготовился и перехватил меч двумя руками. Теперь, когда моих печатей нет, я могу влить все оставшиеся силы для создания молнии в Рассветной Балладе.

«ХАААА!» Без укрепления маной своего тела, мой рывок к королеве был ужасно медленным.

«Давай!» По моему сигналу, профессор Глори отбежала в сторону, когда я вонзил свой меч в одну из ран между лопаток.

*ХРУСТ*

*КРРРРРРРАААААК!!!* Этот неожиданный удар оказался очень эффективным, поскольку королева тут же забилась в судорогах.

«ПОБЕЖАЛИ!» Не дав вытащить меч из королевы снарлаков, профессор схватила меня за талию и потащила к выходу.

Игнорируя полчища подручных, вставающих на нашем пути, мы прокладывали себе путь.

*ГРРААААА!!!*

«КАК?!» — ахнула профессор Глори, глядя вверх. Королева, у которой в позвоночнике торчал мой меч, каким-то образом восстановилась и сделала последний отчаянный прыжок, не давая нам сбежать.

«Быстрее!» Хоть она и торопила нас, я лишь болтался у неё на плече. Королева-мутант почти настигла нас, лишь чудом не задев острыми когтями.

Даже не оглядываясь назад, мы бежали сквозь снарлаков, а королева ползла к нам. Думаю, мой последний выпад нанёс ей серьёзный ущерб, поскольку мана-зверь больше не мог подняться на ноги, перетаскивая свою тушу лишь когтями.

Дойдя до начала пещеры, уже возле лестницы наверх, я заметил нечто странное в королеве, уже почти доползшей до нас.

Ну… конечно, после изменения, она вся выглядела довольно странно, то теперь было нечто иное. Чем ближе она подбиралась к лестнице, тем сильнее её голова и тело начинало пульсировать. На монстре начали появляться странные опухоли.

Только не это…

*БУМ!*

Сила взрыва оттолкнула профессора Глори, и я слетел с её плеча.

И как будто бы этого было недостаточно – от взрыва королевы в полу появилась расщелина, в которую я упал.

«АРТУР!» — я услышал отчаянный крик Глори, когда она протягивала мне руку, но было слишком поздно.

«Спаси Тесс!» — крикнул я в ответ и использовал остатки маны для аугментирования своего тела.





Глава 67




Глава 67

Казалось, что прошла уже вечность, пока я падал сквозь расщелину. Я попытался расставить руки, чтобы стабилизироваться в воздухе и схватиться за что-нибудь, в надежде спастись прежде чем стать мокрым пятном на земле. К счастью, правой рукой мне удалось поймать выступающий из скалы древесный корень. Но к сожалению, именно эту руку я недавно вывихнул, так что от неожиданного толчка, из руки прошла такая резкая боль, что мне пришлось до крови прикусить губу.

Чувствуя, что вот-вот сорвусь, я мысленно передал сигнал Сильвии.

“Сильви, ты где? Я упал в пропасть, но всё ещё жив. Ты чувствуешь, где я?”

Не отвечает. И я тоже не могу почувствовать своего питомца. Я немного забеспокоился о ней, но королева снарлаков мертва, а все остальные успешно выбрались из пещеры, так что ничего не должно было случиться. Вероятно, я упал слишком глубоко или же что-то поблизости блокировало сигналы на поверхность.

Заглянув вниз, я засомневался, что где-то рядом было дно расщелины. Неужели взрыв открыл проход в секретную комнату в подземелье?

И кстати говоря, тот взрыв мутировавшей королевы снарлаков был очень странным. Взрыв был огромен, но не убил нас. Иначе, поскольку мы были почти рядом с эпицентром, меня и профессора Глори разорвало бы на куски.

«Уфф…» Болтаясь на своей повреждённой руке, я чувствовал, что скоро сорвусь. Вдохнув пару раз для подготовки, я резко рванул вверх и зацепился за корни левой рукой.

«Аррргх!» Прорычав сквозь зубы, я удержался от соблазна разжать кулаки и оставить всё на милость Бога или богов, которым покланялись в этом мире.

Теперь, когда я держался обеими руками, можно было проверить, не вывихнул ли я снова правую руку. К счастью, с ней было всё в порядке.

После быстрой оценки состояния своего тела, я огляделся вокруг, но увидел только тьму. Это была не просто тьма – даже воздух был чёрным как смоль. И появилось странное чувство, что как ни щурься, глаза никогда не смогут приспособиться к такой темноте.

Активировав ротацию маны, я собрал её со всего тела и переместил к левой руке, держащуюся за корень. Нужно использовать эту «передышку», чтобы собрать как можно больше маны. Усилив маной глаза, мне всё равно не удалось ничего разглядеть.

“Я ведь не ослеп… правда?” — беспомощно подумал я и снова усилил глаза.

Просто чтобы успокоиться, я решил нарушить одно из правил. Я создал небольшой огонёк на кончике указательного пальца на правой руке. Глядя на тёплые красно-оранжевые отблески пламени, я облегчённо вздохнул и затушил огонёк.

Хоть зрение – это важно, но всё же не стоит привлекать к себе внимания в таком тёмном месте. Теперь, если здесь и есть враги, то они знают обо мне, значит, нужно двигаться.

Поскольку зрение сейчас для меня недоступно, я использую ветер, чтобы почувствовать окружение. Понятия не имею, насколько широка и глубока эта дыра, но, если судить по тому, что я в полёте задел несколько стен, то тут не так уж и широко.

Посылая короткие, мягкие порывы ветра вокруг себя, я почувствовал, что эта яма, а лучше о ней не скажешь, была примерно 10 метров в диаметре. Однако, самым страшным было то, что я не мог даже почувствовать, насколько глубокой она была.

И сейчас мне нужно решить, стоит ли попытаться залезть обратно или спуститься вниз. Хотя, судя по обломкам, упавшим вместе со мной, есть вероятность, что расщелина наверху уже была завалена. Поскольку Сильви не отвечала мне, то я не мог узнать, сможет ли она расчистить выход для меня.

Значит, остаётся лишь один вариант.

*Вздох*

Несмотря на всю свою рациональность и спокойность, мне было немного тревожно от всей ситуации. И особенно страшно было именно в таких ситуациях, как эта, когда я не мог ни увидеть, ни почувствовать непосредственную опасность. Когда перед нами была армия снарлаков, я знал, что мне делать и как с ними бороться. Но вот сейчас, я не могу ни представить, ни предсказать, что может произойти в ближайшие несколько секунд.

Укрепив обе руки земным элементом, я погрузил ладони в стены гигантской пропасти, чтобы при скольжении иметь опору.

Разжав ладони, я немного соскочил вниз и снова зацепился за стену. При каждом зацепе, мои руки пронзала боль, но этот способ спуска вниз был наиболее быстрым.

Сжал, отпустил, сжал, отпустил, сжал, отпустил. Прижимаясь телом к стене, я не позволял самому себе свалиться слишком глубоко. Также мне приходилось очень часто зацепляться за стены, поскольку будет трудно остановиться, когда тело наберёт слишком большую скорость.

При каждом зацепе я выпускал воздушные импульсы, чтобы попробовать просканировать пространство и узнать, как далеко мне ещё спускаться. Но даже через 3 часа я до сих пор не чувствовал под собой дна.

“Пиздец, как глубоко” Я не мог выразить вслух свои недовольства и мне пришлось мысленно разглагольствовать в своей голове, используя самые подходящие в этой ситуации слова.

Все авантюристы предупреждали об опасности и непредсказуемости подземелий, но Мрачные Гробницы и это, так называемое «низкоуровневое подземелье», доставили мне хлопот побольше, чем тогда, когда я путешествовал вместе с Жасмин без использования магии.

В смысле, каковы шансы, что когда я пойду в подземелье класса D, заполненное монстрами класса Е, то меня встретит долбанная армия тварей прямо у входа?

Честно говоря, снарлаки-подручные не так уж и сильны. Если бы мы не были так глупы, используя столько огненной магии без нормальной вентиляции, то я мог бы сражаться с ними даже не используя ману.

Но вот мутировавшая королева была проблемой. Как, чёрт возьми, она стала так сильна? Потому что съела другую королеву? Неужели от этого можно так серьёзно нарастить силу?

Продолжая мысленный разбор прошедших событий, я сжимал и отпускал каменную стену, падая в глубь чёрт знает, в чём я сейчас нахожусь.

В очередной раз отпустив стену, я вновь попытался погрузить усиленные руки в стену. Однако, теперь у меня этого не вышло.

“Какого…”

Я отчаянно пытался погрузить руку, но даже усилив руку, я не мог даже поцарапать стену.

Поверхность стены изменилась. Теперь она стала гладкой, слишком гладкой для того, чтобы быть естественной.

Летя вниз, я уже начал набирать приличную скорость, упорно и безнадёжно пытаясь зацепиться за стену.

“Не выходит”

Осторожно, чтобы не шуметь, я ритмично выпустил воздушные импульсы вокруг себя, используя их как импровизированную эхолокацию. Посредством отправки слабых импульсов, я мог бы почувствовать, сколько времени мне осталось лететь до дна и найти потенциальные опоры для рук на стенах.

Легче сказать, чем сделать. В моей голове это идеально работало, но в практике оказалось гораздо сложнее, чем я себе представлял. Моя техника эхолокации ещё не так точна, как хотелось бы.

В конечном итоге, мне пришлось пропустить множество потенциальных опор, поскольку я уже набрал скорость и зацепиться за них стало сложнее.

К счастью, я ещё не ощущал дна поблизости, но теперь, я не уверен, что мои руки выдержат внезапную остановку на опорах.

Продолжив шарить руками по стене, ища что-нибудь, что может замедлить падение, я, наконец то, почувствовал дно.

Бля… это плохо.

До дна оставалось 200 метров. И до того, как превратиться в лужицу на земле, у меня осталось… 6 секунд?!

БЛЯ.

Повернувшись лицом к параллельной стене, я собрал всю свою ману. Сбор маны в заклинание занял примерно 4 секунды.

“Воздушная Пуля” Протянув перед собой руки, я выпустил град пуль из сжатого воздуха прямо в стену этой гигантской дыры.

Если бы у меня получилось создать достаточно сильное заклинание, способное оттолкнуть меня к стене, то я затормозил падение достаточно, чтобы пережить его.

*БУМ**БУМ**БУМ**БУМ**БУМ**БУМ**БУМ**БУМ**БУМ**БУМ*

Пока пули влетали в стену, отдача тормозила меня всё сильнее и сильнее. Почувствовав, как форма и кожа горела от трения по стене, я лишь бессильно сжал зубы.

Я отчаянно использовал всю ману, собранную при использовании ротации. Скорость тела становилась всё ниже, по мере подлёта ко дну.

50 метров…

40 метров…

20 метров…

Я вижу свет!

10 метров…

5 метров…

«АААА!!!» Куски кожи слезали со спины, пронзая меня болью.

Осталось 2 метра до дна. Я выпустил последний, мощный импульс сжатого воздуха прямо под себя.

*БАХ*

*Кашель*

Выпучив глаза, я мучительно откашлялся. И тут же перекатился по земле, сбрасывая давление.

Голова кружилась, я пытался оставаться в сознании, протирая от мути глаза.

Моё зрение!

Подняв голову, я заметил тусклые фонари, освещающие небольшую местность. Кажется, рядом был небольшой проход с нишами, в которых прятались маленькие огоньки, а в конце коридора что-то ярко светилось.

«Кто там?» — эхом раздался женский голос.

*Кашель*

Я попытался ответить ей, но мой голос меня подводит.

«Пожалуйста… мне нужна помощь»

Зрение всё ещё затуманено. Я попытался встать и удержаться на ногах.

«Пос… той…» Мой голос раздался хриплым и слабым, но она меня услышала.

Прозвучал суровый, тяжёлый вздох, и она слабо ответила «ладно».

После ассимиляции с драконьей волей Сильвии, моё тело заживало буквально на глазах. Спина горела после трения об стену, а ноги как будто бы разорвало на части, но всё же я мог простоять на них ещё минут тридцать.

Оглядевшись на месте падения, я покачал головой, взглянув в чернейшую темноту, откуда я прилетел. Вокруг валялись камни и различные части тела погибшей королевы снарлаков. И возле одного такого куска, мои глаза заметили странный отблеск.

Потихоньку разбирая обломки, на моё лицо наползла улыбка, когда я понял, что это бы за отблеск. Это мой меч! Старая добрая Рассветная Баллада тут же отправилась в моё пространственное кольцо, вместе с некоторыми оторванными конечностями королевы снарлаков, которые я надеюсь изучить, когда вернусь обратно в академию.

Если думать оптимистически, то не всё так плохо. Мне удалось затормозить себя достаточно, чтобы не переломать кости при падении. От удара и боли я почти потерял сознания, но учитывая обстоятельства, могло быть и хуже. Мана уже восстанавливалась и к ногам возвратилась функциональность, поэтому я отправился на поиски затихшего голоса.

Я пошёл через коридор, опираясь на стену. «Привет?»

«Я здесь…» Голос казался слабее, чем звучал полчаса назад.

Пройдя до конца туннеля, я несколько секунд приспосабливался к изменению яркости после окружавшей ранее темноты.

«Тут… кхе… так…»

Не успев договорить, я в ужасе спотыкаюсь, увидев нечто.

Трупы. Трупы людей, эльфов и гномов, а также сотни растерзанных тел снарлаков валялись в пещере, которую раньше можно было назвать красивой.

Некогда зелёная трава и мох окрасились в красный, а протекающий через пещеру ручей напоминал реку крови.

В пещере лежали около сорока-пятидесяти трупов, вместе с оружием, лежащим рядом с ними. На телах были оторваны конечности, порезы по всему телу, а некоторые даже обезглавили.

*Кашель* «Ты… всё ещё здесь?» — слабый голос раздался слева от меня.

«Я не вижу те… ой…» У меня замерло сердце, и я не мог даже закончить фразу.

Женщина, лежащая у стены пещеры, вероятно, была даже в худшем состоянии, чем некоторые здешние трупы.

У эльфийки не было конечностей. На местах, где должны были быть правая рука и ноги зияли запечённые раны. Глаза вырваны, а засохшая кровь, вытекшая из отверстий, размазалась по щекам. В животе у женщины, на месте, где должно быть мана-ядро, торчал гладкий чёрный шип.

«Ты… Как?» Я упал перед ней на колени и начал сканировать её. Внимательно присмотревшись, я почувствовал, что где-то ещё видел. Я точно видел где-то её лицо. Откуда я…

Шесть Копий… Шесть Копий! Она была одной из шести сильнейших магов во всём Дикатене, её выбрали представлять этот континент!

«Ты одна из Шести Копий!» — удивлённо сказал я.

Она выпустила рваный вздох и сказала: «Да, так и есть…»

«И если ты… спрашиваешь меня, почему я ещё жива в таком состоянии, то это потому, что он оставил меня в живых» По бороздам засохшей крови, из глаз потекли свежие ручейки.

«Он?» Чувствую, что задаю глупые вопросы, но я так потерян.

«Да, он. Он называет себя Вритра» Оставшейся левой рукой, она потянулась за чем-то, лежащим позади неё.

В её ладони был гладкий чёрный камень, какой-то осколок. Я скосил глаза и просканировал его, как вдруг вспомнил те моменты, проведённые вместе с Сильвией.

В памяти щёлкнуло и куски цельной картины собрались в моей голове. Я плотно сжал это чёрный осколок, внутренне сотрясаясь от гнева.

Я понял, почему этот камень показался мне знакомым.

Это была часть рога одного из чёрных рогатых демонов, гнавшихся за Сильвией и убивших её.





Глава 68




Глава 68

«Я могу себе его оставить?» Увидев, как по руке потекла кровь, я понял, что слишком сильно сжал осколок рога.

«Хах!» Эльфийка, несмотря на своё состояние, искренне рассмеялась после моего вопроса, застав меня врасплох. Наклонив голову и приподняв бровь, я с интересом смотрел на неё. Интересно, что творилось в её голове. Восхищаюсь её способностью смеяться в такой ситуации.

«Наверное, ты думаешь, что я сошла с ума, верно?» Её лицо не повернулось ко мне, но она, кажется, знает, где я стою.

«Ну, не совсем…» Чёрт, кажется, она умела читать мысли.

«Ты тоже странный, если просишь умирающего солдата оставить себе такую безделушку. Забирай. Всё равно оно мне ни к чему» Она вздохнула и её лицо приобрело такой вид, как будто бы постарела сразу на двадцать лет.

«Я даже не знаю твоего имени, дитя. Но я скоро умру, так что в этом нет необходимости» — грозно сказала эльфийка.

Я закинул осколок внутрь кольца и ответил: «Меня зовут Артур, и да, к сожалению, я не смогу спасти тебя. Мне жаль»

*Вздох* «Думаю, мне просто нужно смириться с этим. Поскольку у меня не так много времени, я расскажу тебе всё что знаю» Она тяжело вздохнула, отбрасывая надежды и принимая свою судьбу.

«Меня зовут Алея Трискан, и как ты уже понял, я одна из Шести Копий, а рядом со мной лежат мои солдаты. У каждого Копья есть батальон из лучших магов» Она выпустила ещё один тяжёлый вздох, и на этот раз я рад, что она не могла видеть эту ужасную гору трупов, испортившую это некогда красивейшее место.

«После создания Шести Копий несколько месяцев назад, мы прошли обучение, чтобы работать одной командой и очищать подземелья и другие подозрительные места. Все Шесть Копий редко ходят на задание вместе, кроме тех случаев, когда нужно зачистить подземелье класса S или выше» Немного передохнув, она продолжила:

«Судя по звуку твоих шагов, ты пришёл из какого-то другого коридора. Это место связано с тремя подземельями. Через какое ты пришёл сюда, Артур?» — спросила Алея, держась за стену.

«Я пришёл вместе с одноклассниками и профессором во Вдовью Крипту. Все успели вернуться обратно, а вот мне не повезло» Я присел рядом с Алеей и принялся рассматривать бойню по всей комнате. Я лишь смутно мог представить, что здесь произошло, поскольку органы и конечности разбросаны по всей пещере.

«Наверное, всё действительно ужасно, не так ли? Я не знаю, сколько тебе лет, Артур, но никто не должен видеть нечто подобное»

«В моём возрасте, наверное, особенно не стоит смотреть на такие картины. Но ты права. Никто, независимо от возраста, не должен видеть этого»

…

«Я вместе с войсками вошла в подземелье класса А, под названием «Адские Челюсти» Мы получили задание исследовать подземелье, после того, как к нам поступили противоречивые отчёты. Авантюристы, которые вернулись еле живыми, рассказывали о том, что все звери вдруг стали сильнее и яростнее. А что было в твоём подземелье?» Я заметил, что Алея стала говорить немного медленней.

«Тоже самое. Прямо возле входа нас встретила армия снарлаков-подручных. Хоть они и слабы, но вместе с ними были две королевы. Одна из королев, после съедения другой, почернела и стала заметно сильней. Подозреваю, что это всё из-за демонов»

«Хочешь сказать, что ты видел этого демона раньше?» Алея вдруг выпрямилась и повернулась ко мне, а в её голосе проявилось удивление.

«Не уверен, что это тот же самый, но да» — откровенно ответил я.

«Тот же самый? Думаешь, что есть ещё демоны?» Бледное лицо Алеи стало ещё бледнее.

«Я не уверен, но думаю, что тот, кого вы видели, Вритру, является одним из рогатых демонов» — ответил я, вспоминая тот вечер, когда мы расстались с Сильвией. Чёрный демон с изогнутыми рогами что-то ворчал о неприятностях. Думаю, что их было несколько.

Мысли закружились в моём разуме, когда я начал думать о их причинах. Это всё из-за Сильвии?

Помню, когда Сильвия отдала мне камень, то сказала, что я должен защитить его любой ценой. И «камень» оказался драконьим яйцом. Неужели Сильвия была так важна, что рогатые демоны пошли за ней?

«О чём ты думаешь, Артур?» Алея натужно прокашлялась, и свежая кровь вырвалась из раны на месте мана-ядра.

Меня всегда удивляло, что в отличии от звериных мана-ядер, человеческие нельзя собирать и использовать как инструмент для повышения количества маны. Когда маг умирает, его мана-ядро рассеивается, и накопленная внутри мана разлетается по атмосфере.

Думаю, в этом заложен какой-то более глубокий смысл. Людям не нужно мана-ядро, чтобы выжить, это ядра зависят от нас. Этот мир, кажется, вращается вокруг того, маг вы или нет, а если и да, то насколько сильны. Чувствую, что Бог этого мира хочет сказать, что жизнь более важна, чем магия, но об этом, похоже, все забыли.

Прежде чем я мог уйти ещё глубже в себя, прерывистое дыхание Алеи вернуло меня в реальность.

«Ты в порядке?» Это был очень глупый вопрос. Конечно же она не в порядке.

«Когда моя команда дошла до первого этажа Адских Челюстей, то не заметили ничего необычного. Обычные мана-звери. Всё началось, когда мы достигли последнего этажа, логово босса подземелья. Адский Змей, зверь класса АА, которого я могла победить и в одиночку» В речи не было ни следа хвастовства или излишней самоуверенности. Просто факт.

«Адский Змей, которого можно легко узнать по синему пламени, горящему вдоль позвоночника, странно изменился. Сначала мы сбились с толку, поскольку не заметили никакого пламени, но потом подошли ближе и поняли, что мы не смогли разглядеть пламя на фоне чёрных стен потому, что оно само было чёрным.

Он выглядел, как бешеная тридцатиметровая змея, с густым дымом, летящим от пламени вдоль позвоночника. Также, во лбу Адского Змея появился чёрный рог, а чешуя, ранее матово-серая, теперь была гладкой и чёрной…» Сделав глубокий вдох, Алея задрожала.

«Это была бойня. Я потеряла 5 человек, бой со змеем затянулся на несколько часов, но мне удалось убить его. Когда мы попытались извлечь из змея мана-ядро, то не обнаружили его» Когда она вновь согнулась в приступе кашля, я побежал к пруду и впитал воду остатками своей униформы. Вернувшись к Алеи, я сказал:

«Открой рот»

Она на мгновение замешкалась, но всё же открыла. Я медленно сжал одежду, и вода каплями вытекла на её язык.

«Ах» Она охнула, жадно заглатывая не самую чистую воду. Прошептав благодарность, Алея продолжила свой рассказ.

«Хоть мы и хотели вернуться домой, но нам нужно было найти улики. Один из моих людей, использовав заклинание, обнаружил скрытый туннель под тонким слоем земли. Пройдя через туннель, мы попали сюда…» Голос Алеи задрожал на последних словах. Слёзы, смешанные с кровью, текли сквозь закрытые веки.

«Когда мы добрались до пещеры… он был здесь. Я до сих пор помню, как он смотрел на нас. Эти алые глаза…

Моя команда и я… никто не знал, что это за монстр, поэтому мы последовали своим инстинктам. Мы подняли оружие… и это была наша первая ошибка. Я помню его бледно-серую кожу. Его лицо… всё ещё звериное, но немного… человеческое. Он посмотрел на нас и ухмыльнулся, обнажая свои острые клыки. Как он говорил…» — прошептала она, её голос становился всё слабее.

«Мм?»

«Он даже не удивился, увидев нас. Вритра, он… он просто смотрел на нас, прежде чем…»

«Прежде чем что?» Её последняя фраза привлекла всё моё внимание.

«Он дал нам выбор» Слёзы и кровь вновь потекли по её некогда красивому лицу.

«Он смотрел прямо на меня, будто бы мгновенно понял, кто был лидером, и сказал мне, что позволит уйти невредимой, если я…»

…

«Он смеялся, рассказывая мне, что хочет посмотреть на то, как я буду расчленять своих сокомандников, прямо перед ним» Алея дрожала в гневе, крепко сжимая кулаки.

Это смешное предложение разозлило бы любого, но глядя на Алею сейчас, я не уверен, правильное ли она приняла решение. Возможно, её товарищи по команде предпочли быструю смерть, вместо пыток.

«А какой был другой вариант?» — спросил я, обняв руками её сжатый кулак.

«Он… издевался над нами… сказал, что мы можем попробовать сразиться с ним» Она продолжала тихо плакать, её кровь смешалась со слезами и капала на остатки одежды.

Не найдя нужных слов, способных утешить её, я просто плотно сжал ладонями её кулак.

…

Только звук льющейся воды и тихие всхлипы Алеи нарушали гробовое молчание.

*Всхлип*

«У нас… не было шансов»

*Всхлип*

«Мне жаль заставлять тебя вновь вспоминать это событие, но мне нужно больше деталей, Алея» Я слегка поглаживал её руку, пытаясь успокоить.

«У него *Ик* один рог посреди лба… загнутый назад» — Алея изо всех сил старалась спокойно говорить.

«Один рог?» Значит, демонов действительно несколько! Это демонический клан? Или целая раса?

Моё сердце неудержимо забилось, когда я представил целую расу рогатых демонов. Всего одного хватило, чтобы уничтожить одного члена Шести Копий и всю её дивизию.

«Н-да. Всеми своими атаками я смогла лишь немного отколоть его рог» Алея хотела что-то спросить у меня, но продолжила рассказ, её речь становилась всё тише и тише.

«Он… он… Вритра использовал магию, которая, казалось, противоречила здравому смыслу. Я никогда такого не видела»

«Какую магию он использовал?»

«Металл. Чёрный металл. Он способен мгновенно вызывать металлические шипы, лезвия и любой вид оружия, лишь представив их. Я даже не знаю, как описать такое. Слишком быстро. Половина моей команды погибла при первой же атаке, когда он легко махнул запястьем. Когда оставшиеся в живых напали на него, то он даже не уклонялся… пластины из чёрного металла прикрывали его тело и блокировали все наши атаки»

Я напряжённо вглядывался вдаль, пытаясь мысленно представить, что может Вритра и, возможно, вся его раса. Колдовство, но совершенно на другом уровне. То, что она описала походило на проявление или создание определённых феноменов и явлений, даже не затрагивая частицы маны.

Как такое вообще возможно? Они могут игнорировать фундаментальные законы магии или просто более разумны?

*Кашель*

Я вновь обернулся к Алеи, у которой изо рта брызнула кровь.

«Вритра… он ушёл, оставив меня вот так. Не уверена, что он знал, что кто-то придёт, но последнее, что он сказал, это своё имя… и что на Дикатене будет бойня…» Её кровь стекала по уголкам рта.

«Это может прозвучать нелепо, но ты можешь сделать мне одолжение?» Она слабо улыбнулась мне, обнажив зубы в крови.

«Конечно» Она что-то хотела передать для своего возлюбленного? Или послание своей семье?

«Ты можешь обнять меня?» — пробормотала она.

…

«Я всегда думала, что мне никто не нужен… пока я так сильна. У меня никогда не было семьи, возлюбленного… друзей… Но, знаешь, что? Я не хочу умирать в одиночестве…» Алея прикусила нижнюю губу, чтобы не заплакать снова.

Не говоря ни слова, я обнял её вокруг хрупкой шеи и талии, прижав поближе.

«Я боюсь, Артур

Я не хочу умирать…»

Я молчал, стиснув зубы, потому что вновь не мог найти утешающих слов. Мягко поглаживая Алею по голове, я чувствовал, как её дыхание становилось всё слабее и слабее, и спустя мгновение, она умерла на моих руках.





Глава 69




Глава 69

Сжимая зубы, я разрывал яму в земле. Осторожно положив холодное тело Алеи и медленно накрыв его, я использовал её оружие в качестве надгробия.

Само подземелье называлось Вдовьей Криптой. Какая жестокая ирония…

Я молча похоронил каждого павшего товарища Алеи. Некогда одна из самых красивых пещер, с травой и прудом, сверкающим, словно осколок стекла, теперь был памятником погибшим. Земляные насыпи и импровизированные надгробия придавали этому место жуткую атмосферу.

После похорон, я поплёлся к могиле Алеи, чтобы отдать честь некогда знаменитому Копью. Она считалась одним из самых одарённых магов и её, несомненно, уважали и боялись. Однако, для меня она была простой девушкой, сожалеющей о том, что никогда никого не любила.

Я испугался, вспомнив её последние мгновения. Моя прошлая жизнь была почти такой же, но она не сможет переродиться в другом мире. Перед последним вздохом, она не выдержала и заплакала, говоря, что не хочет умирать вот так.

*Шмыг*

Бля…

Я протёр свои глаза, когда из них невольно потекли слёзы, сожалея, что её жизнь подошла к концу.

Послав ещё один ментальный сигнал Сильвии, я поражённо вздохнул, вновь не получив ответа. И привалился обратно к стене, где лежала Алея. Судя по информации, которой она успела рассказать, у меня было несколько предположений.

Первое, что чёрных рогатых демонов было несколько. Но не знаю, сколько именно. Надеюсь, что не слишком. Если даже один из них способен убить сильнейшего мага или серьёзно ранить такого дракона, как Сильвия, то я ему в подмётки не годился.

Второе, они явно что-то замышляют. Не уверен, что именно, но на ум приходило то яйцо, из которого появилась Сильвия, и которое демон принял за камень. Если они действительно за ним охотятся, то бесконечно бегать от них не получится.

Третье, на Дикатене действительно готовится война. Весь континент в опасности, а мы не готовы. Когда демон сказал Алеи, что будет бойня, я подумал о том, что рогатые демоны не с этого континента. Неужели тот новый недавно обнаруженный континент наполнен этими демонами? Я даже содрогнулся от этой мысли. Надеюсь, такого не случится.

Однако, чем больше я размышлял, тем больше мне казалось, что, наверное, чёрно-рогатых демонов не так уж и много. Если на самом деле существует раса супер сильных демонов, то они бы с лёгкостью уничтожили наш континент, а не прятались по подземельям и заражали зверей. Очевидно, они знают, что не смогут быстро захватить континент и поэтому действуют незаметно, по крайней мере, сейчас.

Меня интересовало, когда же они начнут войну. Предугадать это невозможно. Неужели я могу только… ждать?

Резкая боль в руке вернула меня в реальность, давая осознать, насколько сильно я сжал свой кулак, что по моему предплечью потекли капли крови.

Смерть Алеи подтолкнуло меня к осознанию, насколько ценна семья и отношения с Тесс и друзьями. В моей прошлой жизни не было близких, ради которых я мог бы отдать свою жизнь. Но сейчас у меня не было сил, чтобы защитить их. Я не мог справиться с приближающейся угрозой.

Я помню слова Сильвии, после того, как она телепортировала меня в Элшир. Они до сих пор отчётливо звенят в моей голове, как будто бы это случилось ещё вчера. Я вновь услышу её голос, когда достигну предела.

И именно тогда я получу ответы на все вопросы. Но до сих пор я не мог перейти тёмно-жёлтый этап. После жёлтого идёт серебряный, а потом белый… *вздох* Ещё немного осталось.

*РРРРАААААРРР!!!*

“Папа”

В моей голове прозвучал крик и вскоре я услышал громкий треск с той стороны, откуда я упал. Взяв себя в руки, я бросился в сторону, из которой раздался голос Сильвии.

“Я здесь, Сильвия, ты в порядке?”

*ФФФУУУУУХХХ!!!*

Прикрывая лицо руками от мгновенно поднявшегося облака пыли, я разглядел своего питомца в её полной форме.

Моё сердце волнительно стучало, поднимая грудь от гордости, когда я видел своего дракона.

Сильви стала ещё более страшной, чем тогда, в Мрачных Гробницах. Её чешуя не блестела как раньше, напротив, сейчас она была матово-чёрной. Два рога на голове выросли ещё сильнее, а под мордой торчали ещё парочка. Сейчас она даже выглядела немного утончённой. Её жёлтые переливающиеся глаза пронзали меня насквозь, заставляя сомневаться, что именно этот зверь назвал меня «папой»

“Папа! Ты в порядке?”

И тут же с силой облизала меня, повалив языком на пол.

«Ха-ха! Ты стала ещё больше, Сильви!» — улыбнулся я. Когда я обнял морду драконихи, Сильви глубоко замурчала, и в этот момент я смог забыть всё, что пережил.

Подняв меня с земли своей мордой, она бережно посадила меня к себе на спину.

“Держись, папа! Улетаем отсюда” С мощным хлопком крыльев, мы моментально вознеслись в воздух. По какой-то причине, сила тяжести перестаёт действовать на меня, позволяя насладится полётом на своём десятиметровом драконе.

Во время полёта к поверхности, я кратко пересказал питомцу всё, что произошло после нашего расставания. Она не совсем поняла о демонах и предстоящей войне, но была уверена, что будет что-то нехорошее.

“Не беспокойся, папа. Что бы ни случилось, я спасу тебя!” Невинный ответ Сильви заставил меня рассмеяться.

Она же мне немного рассказала, чем занималась всё это время, а именно охотой на зверей и поедание их ядер. В следующий раз нужно обязательно посмотреть на это. Очень любопытно, на что она способна. Сильви не знает различия между уровнями мана-зверей, так что остаётся только размышлять над тем, насколько она могущественна.

“Я очень сильная, папа!”

“Ха-ха, я знаю, знаю” Поглаживая жёсткие чешуйки на шее Сильвии, мы уже подлетали ко входу в подземелье.

Остановившись перед разрушенной лестницей, ведущей на поверхность, я оглянулся назад, где увидел сотни трупов снарлаков-подручных. Сильви обратно превратилась в свою лисью форму и запрыгнула ко мне на голову, где, сделав пару кругов, удобно улеглась.

Усилив маной своё тело, я легко и осторожно прыгал по сломанной лестнице, чтобы не упасть с хрупких остатков, сточившихся до гладкости слоновой кости. На улице нас встретила полная луна и, как и ожидалось, возле входа никого не было. Я облегчённо вздохнул, поняв, что все остальные благополучно вернулись в Ксайрус.

До ближайших телепортационных врат нужно идти несколько часов, поэтому я решил поторопиться. Я выпустил воздушный импульс, чтобы убедиться, что никто не прятался неподалёку. Вынимая печати из своего пространственного кольца, тщательно осмотрел их. И как только снова хотел надеть их, в моей голове промелькнула Алея. И чёрный осколок рога демона, который убил её.

Вместо того, чтобы надеть печати, я глубоко вздохнул и закинул их обратно в кольцо.

Мои зубы сжались и глаза зло сузились, когда по мне прокатилось странное ощущение. Больше нет смысла скрываться. Теперь нужно волноваться о более важных вещах. Этот демонический осколок теперь будет моим постоянным напоминанием.

“Что это, папа?” – спросила Сильви, протянув лапу к чёрному рогу.

“Это моя цель, Сильвия” Погладив мохнатую голову своего питомца, я собрался в путь.

Излишне говорить, как удивился охранник у телепортационных врат, увидев меня. Он, наверное, получил приказ сообщить обо мне, если увидит, поскольку после быстрого осмотра, он тут же сделал несколько звонков, использовав артефакт у себя на руке.

Быстро пройдя через врата, я оказался в Ксайрусе. Водитель уже ждал меня на другой стороне. Благожелательно улыбнувшись, он снял шляпу, перед тем, как открыть для меня дверь.

Но мыслями я был далеко не там, думая о будущем. Впервые в своей жизни, я почувствовал над собой тяжёлое бремя. Беспокойство о безопасности своих близких, которых у меня в прежней жизни не было. Правление страной не сравнится с этой жизнью, ради которой я готов отдать всё.

Добравшись до поместья Хелсти, я остановился перед гигантской двухстворчатой дверью. Почему-то, я не мог заставить себя постучать в дверь собственного дома. Что скажет моя семья? Кажется, каждый раз, когда я куда-либо ухожу от них, то появляется повод, чтобы они беспокоились за меня.

Усевшись на верхней ступеньке, я просто горько вздохнул. В ночном небе слабо светились огни, синие, жёлтые, красные и зелёные, ознаменовавшие начало фестиваля Авроры. Я пристально смотрел за облаками, проплывавшими надо мной, которым не было дела до всего мира. Завидую им.

«Сын?»

Уйдя в свои мысли, я даже не услышал, как за мной открылась дверь.

«Привет папа, я вернулся» — слабо улыбнулся я.

«Но почему ты не зашёл? Охранник у врат сообщил, что ты прошёл в Ксайрус» Когда я не ответил, отец присел рядом со мной.

«С мамой всё в порядке, Арт» — приветливо сказал он, нежно поглаживая меня по спине.

«Я снова заставил вас беспокоиться. Мне кажется, что это уже вошло в привычку»

Я повернулся к отцу и увидел, что он тоже глядит в небо, прямо как я несколько минут назад.

«Она очень любит праздник Авроры. Твоя мама может казаться хрупкой, но она сильна, Артур, даже сильнее меня. Если ты считаешь, что приносишь нам неприятностей, то ошибаешься. Ты и твоя сестра – это всё, о чём мы с мамой могли мечтать»

«Я знаю, что ты не такой, как все нормальные дети. Чёрт возьми, я знал это с тех пор, как ты родился. Не знаю, какая у тебя судьба, но уверен, что ты со всем справишься» Вокруг его глаз проявились морщины, когда он нежно улыбнулся.

«Я хочу, чтобы ты не чувствовал себя обременённым. Всё то чувство вины, которые ты сейчас переживаешь, ты должен сбросить с себя. Я не хочу, чтобы ты не мог вернуться домой, думая, что тебе здесь не рады. Пока у тебя есть обе ноги, ты всегда сможешь прийти к нам и ожидать нашу любовь и поддержку. Потому что мы твоя семья. Ясно?» Мой отец явно не привык говорить такие вещи. И вся вина, которая накопилась ранее внутри меня, медленно рассеивалась.

«Ясно, пап» Я искренне улыбнулся, и он тоже ответил мне глупой ухмылкой.

«Пойдём, зайдём в дом. Там тебя ждёт встреча с самым страшным чудовищем, которого ты боялся встретить» — мрачно шепнул отец, вызвав у нас обоих приступ смеха.





Глава 70




Глава 70

Когда мы зашли в дом, то резко похолодало. И огненный взор моей матери, сходящей с лестницы прожигал меня насквозь. Краем глаза она пыталась удержать слёзы, катящиеся по щекам.

«Привет, мам… я вернулся…» Холодный пот пробежал по моей спине, прямо как тогда, когда я встретился лицом к лицу с мана-зверем класса S.

Должен сказать, что я сам в этот момент выглядел помятым. По всему телу были заметны царапины и синяки, причёска преобразилась как от удара молнией, а вся спина и униформа истёрта во время падения в яму.

«Артур Лейвин…» — холодно прозвучал голос матери.

Но прежде чем она договорила, знакомый крик мгновенно снял напряжение в комнате.

«БРАААААТЕЕЕЕЕЦ!!!» Моя младшая сестра пулей пролетела мимо мамы и, споткнувшись о ступеньку, ткнулась носом в мою грудь, а затем крепко, буквально питон, обняла меня.

«Уф! Элли, больно…» — прохрипел я, нежно поглаживая её по голове.

*Всхлип* «Приходила учительница и сказала, что ты… потерялся» *Всхлип*

Сестра плакала у меня на груди, как будто желая зарыться поглубже.

В этот момент проснулась Сильви. Опустив уши, она утешительно лизнула сестру в щёку.

«Я знаю… мне жаль, что снова заставил вас волноваться…» Я посмотрел на свою мать и тут же замолчал.

Судя по выражению её лица, она разрывалась между тем, чтобы поругать меня или просто обрадоваться. Может, ей стоит сделать и то и другое.

Отец воспользовался случаем и нежно обнял маму, утешая её.

«Ты всегда успеешь позлиться, но не сейчас, дорогая. Посмотри – твой сын вернулся» Успокаивающий голос отца ослабил напряжённость матери. И её выражение лица смягчилось.

Зарыдав, она обняла меня, отчего сестра, которая всё ещё обнимала меня, тоже ещё раз заревела.

Рыдая, мама что-то неразличимо болтала. Кажется, она переключалась между проклятиями и благодарностью Богу.

«Это нечестно…»

«Почему мой сын всегда страдает?»

«Слава богу, ты в безопасности!»

Я посмотрел на отца, и он ободряюще улыбнулся, нежно погладив сестру и маму, которые тихо колотили меня кулаками во время плача.

Мне было не больно, но с каждым ударом чувство вины выедало меня изнутри, пока я неподвижно стоял, закусив дрожащую губу.

Прошло около часа, прежде чем они успокоились. Их плач сорвался до икоты и всхлипов.

Пока они рыдали, я заметил Табиту, выглядывающую со второго этажа. Она хотела спуститься к нам и утешить маму с сестрой, но Винсент тут же утянул её назад, многозначительно кивнув мне.

В конце концов, мы устроились в гостиной. Сестра всё ещё периодически всхлипывала, поглаживая Сильви по спине. Маме было получше и сейчас она осматривала мои раны, нежно проводя рукой по моей груди.

«… И пусть Небо и Земля излечат тебя» — закончила петь она, и мягкое белое сияние окутало моё тело.

Почти сразу же я почувствовал успокаивающее тепло, разливающееся по всем моим ранам, даже тем, о которых я не знал.

Когда исцеляющее свечение рассеялось вместе с моими травмами, я сосредоточенно посмотрел на маму.

Я хотел задать вопрос.

Почему именно сейчас она смогла использовать свои исцеляющие способности?

Она же смогла излечить отца, когда его подстрелили маги на пути в Ксайрус. Я всё ещё помнил, как отчаянно она лечила его, пока он кричал, чтобы я взял свою мать и бежал. Это было до того, как я упал с обрыва.

Я прикусил язык и заставил себя улыбнуться. Мой отец был прав – я должен подождать, пока она сама расскажет мне об этом.

Мама вздохнула и убрала руку с моей груди. Затем вновь посмотрела в мои глаза и без слов обняла меня.

Мы решили поговорить о произошедшем в последние дни. Отец кратко рассказал, что к ним заходила профессор Глори и сообщила, что случилось со мной, а затем быстро ушла. Всё это время, моя сестра молча сидела на диване, свернувшись калачиком вместе с Сильви и грустно смотрела в стену.

Я же попытался немного упростить свой рассказ, чтобы не вызвать у мамы ещё одну волну рыданий. Упустив часть, где мы сражались с подручными-снарлаками, я просто сказал, что там было немного не то, что мы ожидали.

Но родители многозначительно посмотрели на меня, не веря, что всё так просто. Они слишком хорошо знали меня.

Что я должен им сказать?

Мои мысли зацепились за осколок рога демона, который лежал внутри кольца. И тут же в памяти замелькали картинки, такие ясные, как будто выжженные в моём мозгу. Расчленённые трупы… реки крови… Алеа…

Сделав глубокий вдох, я рассказал им всю историю. Со всеми подробностями…

… По крайней мере до того места, куда я приземлился.

Никогда не понимал, почему мои наставники в предыдущем мире говорили «счастье в неведении»… до сих пор.

Лучше им не знать о том, что я видел на дне подземелья.

«Профессор Глори пришла к нам вчера посреди ночи, раненная и усталая, и судя по выражению её лица, она даже не знала, что и думать» — охрипший голос матери нарушил молчание, появившееся после моего рассказа.

«Она сказала, что ты остался прикрывать всю группу. Сказала, что ты герой. Но знаешь, что? Мне на это было плевать. Мне нужно, чтобы сын не геройствовал, а просто приходил домой, не будучи каждый раз при смерти. Ведь однажды…» Она не смогла закончить фразу и снова заплакала.

«Арт, тебе только двенадцать, но почему мне постоянно кажется, что я потеряла тебя?»

…

Я не знал, что сказать, поэтому тупо смотрел на родинку на руке матери. Что мне нужно ответить? Я чувствовал, что это ловушка и здесь не было правильных ответов.

«Дорогая, хватит» Отец взял её за руку и нежно обнял.

Я понял, что точно также, как и я рос, росли и мои родители. Отец, когда-то незрелый и надменный, приобрёл зрелость и нежные манеры. Это был всё тот же отец, с ужасными шутками, но теперь в нём чувствовался стержень, который он приобрёл, воспитывая мою сестру.

Моя мама всегда была более мудрой, но, спустя годы, она стала немного более изысканной. Общаясь с Хелсти и их друзьями, она стала элегантнее, но сейчас казалось, что вернулась в своё прошлое, когда её эмоции ещё не стабильны.

Я не виню её. Я бы, наверное, вообще запер Элли в комнате, если бы она когда-нибудь пришла домой вся израненная, как я сегодня утром.

Дальнейший разговор проходил более комфортнее. Табита и Винсент, заметив, что всё утихло, спустились к нам. Я давно не виделся с ними, поэтому после приветствия, мы навёрстывали упущенное.

Элли быстро задремала, поэтому я отнёс её в комнату, оставив Сильви с ней. Даже во сне, моя сестра всё ещё всхлипывала от слёз. За всю ночь она не сказала ни слова. Я знал, что этот случай нанёс ей травму. Профессор действительно заходила в ним и сказала, что я пропал без вести. Если бы не кольцо, которое показывало моей матери, что я жив, то она бы наверняка упала в обморок.

Хотя, наверное, с этим кольцом ей только хуже. Всё, что она могла сделать, это просто смотреть на кольцо и ждать, когда оно сообщит о смерти сына.

Добравшись до своей комнаты, я снял свою изодранную униформу и умылся. Подставив лицо под течение тёплой воды, я желал, чтобы из разума стёрлось всё произошедшее ранее в подземелье. Последние мгновения Алеи продолжали стучать в мой череп, как постоянное напоминание о том, как я слаб.

*Стук*

«Можно войти?»

«Конечно» — ответил я.

Отец вошёл в комнату, закрыв за собой дверь, и присел на кровать рядом со мной.

«Артур, не беспокойся о том, что сегодня сказала твоя мама. Она говорила, что не хочет, чтобы ты геройствовал, но мы оба гордимся тем, что ты сделал в подземелье. Я горжусь, зная, что мой сын не бросил своих друзей»

Я всегда знал, когда мой отец был серьёзным, потому что тогда он называл меня полным именем.

«Не знаю, что произошло там на самом деле, и даже не буду спрашивать, но просто знай, что я поддержу любое твоё решение»

Я изо всех сил пытался проглотить ком в горле, услышав отца. Не дав мне ответить, отец встал и взъерошил мне волосы. Прежде чем выйти, он обернулся и метнул мне глупую ухмылку.

После его ухода я ещё не мог заснуть. Вместо этого, я сидел, скрестив ноги, начав делать то, о чём позабыл уже очень давно – учиться

По тёмно-жёлтому ядру внутри моей груди бежали трещины, сигнализируя о том, что вскоре я перейду на новый уровень.

Различные ночные шумы заглушились, пока я сосредоточился на работе внутри себя. Ветер, Земля, Огонь, Вода… основные стихии и составные маны, но всё же они были всего лишь элементами.

Когда мана циркулирует внутри ядра и по всему телу, она была всего лишь маной. Как и Ки в моём старом мире, она представляла из себя нечто бесформенное и чистое. В течение времени, мана адаптировалась к своему окружению и окружающим элементам. Например, в северных регионах, где больше снега и воды, магия таких элементов, очевидно, будет сильнее. Мана, в зависимости от окружающей среды, медленно меняется, чтобы лучше существовать.

Мы, маги, способны поглощать, очищать и манипулировать маной по нашей воле в различных формах, которые мы называем заклинаниями.

Чем чище наши мана-ядры, тем больше у нас возможностей для манипулирования маны внутри нас. То, насколько хорошо человек использует свою ману, зависит от того, насколько творчески, остро и искусно он подходит к битвам.

Алея, наряду с другими Копьями, наверняка имела белое ядро и способна вызывать масштабные разрушение, если того действительно захочет. Однако, она была так легко побеждена и убита одним чёрным рогатым демоном.

Каждая клеточка моего тела приняла участие в поглощении окружающей маны внутрь ядра.

«КРАК!»

Я представил себе звук, как сквозь тёмную оболочку ядра пробивается ярко-жёлтый свет.

«Ффууууух…» — испустил я глубокий выдох и открыл глаза, взглянув на свои руки. Я влил ману в своё тело и начал циркулировать её по нему.

Выпустив неудовлетворённое «Блин», я снова сел и начал медитировать. Это заняло у меня почти всю ночь, чтобы дойти до грани.

Сколько мне ещё нужно тренироваться, чтобы тягаться с демонами? Если даже маг с белым ядром должен был отдать свою жизнь, только чтобы отколоть кусочек рога у демона, то на каком этапе должен был быть я?

Что будет, когда я достигну следующего после белого этапа?





Глава 71




Глава 71

Я решил остаться дома ещё на день, прежде чем вернуться в школу. Я собирался вернуться домой на следующей неделе, когда будут отмечать праздник Созвездия Авроры, но думаю, что мама и сестра заработали какую-то душевную травму, из-за того, что я чуть ли не погибаю каждый раз, когда ухожу из дома.

И поэтому, я решил провести немного времени со своей семьёй. Отец с утра уехал на работу и оставил меня наедине с девушками. Табита захотела остаться с нами и после небольшого совещания, дамы решили пройтись по магазинам. И даже не стали слушать моё «нет».

*Вздох*

По крайней мере, я скоро вернусь в академию Ксайруса. Судя по словам профессора Глори, я узнал, что все успешно спаслись, но всё же мне не стоит никому рассказывать о том, что же я увидел на дне подземелья. Также я волновался за Тесс и её ассимиляцию.

После сотого магазина, я уже потерял счёт посещённых нами местам. При каждом осмотре магазина, я понимал, насколько я был невежественен. Я никогда не видел такого богатого ассортимента. И у меня не было никакого снаряжения, кроме своего меча, поэтому я желал восполнить этот недостаток. Всё ещё помню то время, когда я сидел на плечах у мамы и смотрел на небольшие палатки, наполненные товарами в крошечном городке Эшбер.

Большую часть детства я провёл в королевстве Эленор, а если точнее, то в королевском замке. И когда мы отправились с дамами по магазинам, то они повели меня непосредственно по модным бутикам, где мне ничего не было нужно. Конечно, там были вещи, сделанные из укреплённого материала или с выгравированными рунами, но они были недостаточно мощны, чтобы заинтересовать меня.

«Тётя Хелсти, тут есть магазины, в которых продаётся что-нибудь, что поможет мне тренироваться быстрее?» — спросил я, пока мы шли в магазин, торгующий исключительно шарфиками.

Табита растерянно взглянула на меня, как будто я задал какой-то каверзный вопрос. «А? Ты имеешь в виду эликсиры? Конечно»

Раньше я никогда не использовал эликсиры, но если они были чем-то вроде наркотиков из моего старого мира, то лучше не стоит и начинать.

«За углом есть небольшой медицинский магазинчик. Можешь сходить туда, пока мы посмотрим шарфы…»

Это именно то, что я хотел услышать.

«Спасибо! Встретимся позже!» — крикнул я, отложив сумки, которые мне доверили нести и понёсся к магазину.

«Кююю!!!» “Не уходи!”

Я увидел, как Сильви отчаянно тянула ко мне лапу, пытаясь вырваться из объятий Элли, но я просто взглянул на неё, принося соболезнования, и убежал.

“Твоя жертва не будет напрасной” – подумал я.

Завернув за угол в соответствии с инструкцией, я замер в недоумении.

Это магазинчик?!

За углом виднелся небольшой проулок, где, вероятно, бандиты ждали очередного ничего не подозревающего прохожего. В конце узкого проулка стояла грязная лачуга, настолько мерзкая, что в ней даже крысы не могли водиться. Деревянные доски, из которых был построен магазин, полностью покрыты мхом и грибком, а затхлый и спёртый воздух чуялся мне даже отсюда. Из подвала домишки разросся тошнотно-зелёный бурьян, вылезая наружу, как будто бы даже он не хотел там находится.

ЗЕЛЬЯ И ЛЕКАРСТВА ВИНДСОМА

Чтобы прочесть это, мне пришлось наклонить голову, когда я увидел знак, едва висящий на углу на одном гвозде.

Там действительно продают зелья и лекарства? Я бы меньше удивился, если бы там торговали болезнями и ядом.

«Поделитесь мелочью, молодой человек» Изнеможённый голос испугал меня, выводя из исступления.

Рядом со мной сидел бледный старик и тянулся ладонью ко мне.

От неожиданности, я сразу же отступил от него, инстинктивно усилив тело маной.

Почему я не почувствовал этого старика, сидевшего рядом со мной?

«Ты смотришь на меня так, как будто бы увидел приведение. Я всего лишь пожилой человек, просящий немного мелочи» Лицо старика заполнилось морщинами, когда он улыбнулся жемчужно-белыми зубами, не соответствующими его образу оборванца.

«Ах да, конечно» Я потянулся в карман за медной монетой, и воспользовался случаем, чтобы поближе взглянуть на него.

Густые, растрёпанные тёмные волосы слегка спадали на его сутулые плечи. Он смотрел на меня мутными глазами. Сухое лицо старика не было похоже на слабое или усталое, а скорее на умное и светлое. Могу сказать, что этот человек, вероятно, был очень красив в молодости, и я почувствовал небольшое разочарование, видя его теперь в таком состоянии.

«Большое спасибо, молодой человек» Его скрюченные руки проворно схватили монету у меня из рук с удивительной скоростью.

Он прокатил монету между средним и указательным пальцем, и я заметил, что она серебряная, а не медная.

БЛЯТЬ! Я по ошибке дал ему серебряную монету! Это же 100 медных!

«Подожди… я хотел дать тебе вот эту…» Я снова полез в карман и, убедившись, что на этот раз монета в моей руке была действительно медной, оглянулся, но старик уже исчез.

«Что ж…» Уже в третий раз за последние 5 минут, я стоял в недоумении.

Мои деньги…

Беспомощно вздохнув, я пошёл к домишке Виндсома. Потянув за ручку двери, я почувствовал небольшой разряд, будто бы в медной ручке сконцентрировалась мана.

Покрыв руку маной, я снова взял дверную ручку и собирался повернуть её, когда жёсткий разряд пробежал по моей руке. К счастью, мне всё же удалось с силой крутануть ручку, открывая дверь.

*Скрип*

Как только дверь открылась, разряд прекратился. Распахнув скрипучую дверь, я тут же почувствовал что-то неописуемо ужасное. Зловоние было настолько сильным, что тут же выбило слезу.

«О, клиент! Чем я могу тебе помочь?» — знакомый голос поприветствовал меня.

«Вы!» Я растерянно указал пальцем на него. Это был тот самый бездомный старик, исчезнувший после получения серебряной монеты!

«Что принесло тебя сюда?» Он невинно посмотрел на меня.

*Вздох* «Можно мне забрать монету обратно? Мне нужны деньги, чтобы купить некоторые вещи… и кроме того, вы сказали, что бездомны»

«Нет, нет… я говорил, что я стар. А вот из-за окружения, где ты встретил меня, ты решил, что я бомж» Он погрозил мне пальцем, будто бы я был неправ.

«Как насчёт того, что ты можешь выбрать один товар бесплатно, в качестве моей благодарности?» — великодушно ответил он, насмешливо перебирая мою монету между пальцами.

Мои брови досадливо дёрнулись, но я тут же сам себя успокоил и быстренько огляделся в этом жалком подобии магазина.

«Вы уверены, что тут вообще есть вещи, стоящие серебряной монеты?»

«Конечно! И я не каждому даю такую возможность. Поэтому выбирай тщательнее» Глаза старика светились, как у второсортного игрока, который имел все шансы на победу.

Я потёр свои виски, пытаясь успокоить кипящую ярость внутри себя.

Нужно уважать старших, Артур…

К этому времени, мой нос уже привык к загадочной вони, способной сразить наповал даже самых свирепых мана-зверей. Взглянув на полки, покрытые пылью, я всё больше поражался, как это место вообще ещё держится.

«Вы здесь никогда не убираетесь?» — спросил я, скользнув пальцем по одной из полок. Вероятно, из этого слоя пыли можно построить «пылевика»

«Разве такой старик, как я, может справляться с таким физическим трудом?» — саркастически усмехнулся он.

«Проехали» Я не мог терпеть этого человека. И уж тем более доверять ему.

Пройдя мимо полуоткрытых ящиков, преграждающих путь, я дошёл до задней части магазина.

При разглядывании различных флаконов и контейнеров, наполненных мутной жидкостью и цветными таблетками, я уставился на фигуру, стоящую на верхней полке.

Чёрт, что не так с этим местом. Я не могу ничего почувствовать, пока они не появятся прямо перед моим носом.

Очертания стали более заметнее, когда я сосредоточился на фигуре. Это была почти чёрная кошка. Только возле ушей росли небольшие клочки белой шерсти, но не это привлекло моё внимание. У фигурки выделялись завораживающие кошачьи глаза. В них, казалось, отражалась целая вселенная. Они похожи на ночное небо с яркими мерцающими звёздами, белые зрачки светились лунным светом.

Пока я заворожено пялился на кошачьи глаза, кот посмотрел на меня с верхней полки, с явным чувством превосходства, а затем развернулся и ушёл.

Покачав головой, я вновь сосредоточился на различных бутылках и контейнерах, пока моё внимание не привлёк небольшой чёрный ящик.

Я подобрал простую коробку, которая подходила для хранения мелких украшений и попытался открыть её. С небольшим щелчком, она открылась, и моему взору предстало небольшое кольцо. Когда я поднёс кольцо поближе к лицу, как вдруг из камня что-то в меня брызнуло.

Я мгновенно отреагировал на это, повернув голову, чтобы поток прозрачной жидкости промахнулся мимо лица.

Это простая вода.

«Тьфу… увернулся…» Я обернулся и увидел, как ворчал старик, до сих пор перебирая пальцами мою серебряную монету.

…

В этот момент я почувствовал, что если останусь здесь ещё дольше, то потеряю рассудок. Бьющая током дверная ручка… теперь и это брызгающее кольцо. Этот старик любит шалости. Даже его кошка смотрела на меня свысока.

Если я могу взять что-то в этом магазине бесплатно, то нужно выбрать самый ценный товар.

Должно быть, я провёл не менее часа, рассматривая ненужные мне эликсиры. Зачем двенадцатилетнему нужен эликсир для роста волос?

«Кю!» “Папа, я здесь!”

Белое пятно пробежало от двери и запрыгнуло ко мне на голову.

«Кюю!!!» “Папа, ты бросил меня!” – пыхтела Сильви, стукнув меня по лбу своей лапкой.

«Ты выжила!» — улыбнулся я, поглаживая её по голове.

«Старик, я не могу найти ничего подх…» Выражение лица старика заставило меня остановится. Он как будто бы увидел призрака, поскольку его бледное лицо побелело ещё сильнее.

«Ты в порядке, старик?» Я махнул рукой перед ним. Владелец магазина покачал головой и закашлился.

«Да, я в порядке» Его голос немного дрожал и сбивал с толку.

«Короче, старик, я не могу найти ничего подходящего. Можешь просто вернуть мои деньги?» — буркнул я, последний раз пробежавшись глазами по магазину.

«А ты бы и не нашёл» Он вышел из-за прилавка и направился к одной из полочек в углу магазинчика.

Даже не оглядываясь, он бросил мне маленький мраморный шарик. Он был весь в пыли, но когда я его протёр, то заметил небольшие разноцветные вкрапления внутри него.

«Что это?» — спросил я, поднеся шар поближе, чтобы изучить его.

«Это именно то, что тебе нужно. А теперь убирайся. Мне надоело тебя подкалывать»

«Ладно, ладно» Я вышел из магазина и бросил последний взгляд на старую хибару.

Выйдя из узкого переулка, я заметил чёрного кота, смотрящего на меня и Сильви, а затем он отвернувшегося, будто бы потерял интерес.

Не думая о нём, мы дошли до перекрёстка, и я увидел маму и сестру, сидящие за столиком рядом с Табитой.

«Привет, брат!» Элли помахала рукой, держа какой-то напиток.

«Ты нашёл то, что искал?» — спросила мама.

«Наверное…» Я закинул шарик в кольцо, чтобы изучить его позже, но не думаю, что он был чем-то особенным.

«Неужели? Этот магазин – самый известный в Ксайрусе, в нём продаются различные эликсиры и лекарства, помогающие с обучением. Большинство студентов из академии ходят туда за покупками» — сказала Табита, поднимая сумки с пола.

«Что? Эта обшарпанная хибара?» Я удивился, что куча богатых снобов будут что-либо покупать в захудалой лачуге.

«Хибара? О чём ты говоришь?» Мама и сестра тоже поднялись со своих мест, протягивая мне свои сумки.

«Я бы не сказала, что это хибара» Табиту немного смутил мой комментарий.

«Неужели? Если это не убогая лачуга, то я даже не знаю…»

Моя челюсть упала вместе с сумками, которые я держал в руках.

Вместо узкого переулка, ведущего к ветхому домику, была широкая дорога из мраморной брусчатки, ведущая в сторону трёхэтажного здания с золотым знаком, гласящим:

«ЭЛИКСИРЫ КСАЙРУСА»





Глава 72




Глава 72

И вновь я был шокирован, глядя на преобразовавшийся переулок.

Неужели у меня уже старческий маразм?

«Мама… тётя Табита… а могут ли улицы в Ксайрусе… меняться?» Это заявление из моих уст прозвучало как бредни сумасшедшего.

«Что? Меняющиеся улицы?» Я почти что видел вопросительные знаки в их глазах, смотрящих на меня.

«Ха-ха… проехали». Я выдохнул и вновь посмотрел на проулок, где теперь стояли «Эликсиры Ксайруса»

«Что-то случилось в магазине эликсиров, Артур?» — спросила Табита.

«Ты ведь там не натворил бед?» — присоединилась к ней мама.

«Вы считаете, что каждый раз, когда я ухожу, то попадаю в неприятности?»

«Конечно» Мама и сестра как ни в чём не бывало, ответили в унисон.

Ох.

Я приложил ладонь к сердцу и скорчил обидчивую гримасу, чем всех только рассмешил.

Остальной поход по магазинам прошел без каких-либо нарушений законов материи и физики. Поскольку мою униформу ДК пришлось заказывать из школы, мне ничего не потребовалось покупать.

Мама, сестра и Табита вновь пытались использовать меня в качестве манекена. На этот раз, даже магазинные консультанты заглядывали в примерочную, глядя на меня как на свежее мясо.

Нормально, если я сейчас переживал за свою жизнь больше, чем тогда, в подземельях?

После нескольких часов шопинга, огромное количество одежды, которых, вероятно, было достаточно, чтобы открыть свой магазин, заполнило многочисленные сумки. К счастью, каждый час к нам подходил извозчик, чтобы временно избавить меня от ноши.

Из всей этой кучи, я купил себе лишь пижаму, которая была слишком комфортной, чтобы не взять её. Она якобы была сделана из шерсти какого-то мана-зверя.

Солнце село за край города, напоминая мне, что Ксайрус – это город на летающем острове.

Когда мы подошли к карете, ожидавшей нас, я заметил, что для вещей, которые мы (они) купили, пришлось закреплять отдельную повозку.

«Мама, я хочу забежать в академию, прежде чем вернуться домой» — сказал я, погружая последний мешок с одеждой в повозку.

«Почему? Что-то не так?» Толика паники вспыхнула в глазах матери.

«Ха-ха, нет. Я просто подумал, что нужно им сообщить о том, что я жив» — усмехнулся я.

«Ах, ну хорошо. Конечно, ты должен рассказать всем, что ты вернулся в целости и сохранности. Просто возвращайся поскорее»

«Хорошо!»

Я и Сильви пронаблюдали, как все забрались в карету и уехали. Помахав своей сестре, которая кричала, чтобы я успел к ужину, я повернулся и направился в сторону академии Ксайруса.

Академию построили не слишком далеко от торгового района, но всё же пришлось немного попутешествовать. Солнце уже клонилось к закату, когда я заметил офис директрисы Гудскай, занимавший верхний этаж второго самого высокого здания в академии, уступая лишь колокольне, которая использовалась как наблюдательный пост у дисциплинарного комитета.

Подойдя поближе к академии, я усилил своё тело маной и запрыгнул на крышу соседнего здания. Прыгая с одной крыши на другую, всё вокруг меня расплывалось от скорости. Единственное, что я чётко видел, это Сильви, бегущую со мной наперегонки.

Пока мы бежали, мой разум стал блуждать в мыслях.

И в такие моменты я начинаю думать о вещах, о которых лучше бы не думать.

Сцена последних мгновений Алеи мелькнула в моей голове. Как она, при всей своей силе и славе, боялась умереть… умереть в одиночестве. А что, если бы вместо Алеи, я держал бы в руках Тесс?

Меня передёрнуло от этой мысли.

Как она поживает? С ней всё хорошо? Справилась с ассимиляцией? Если что-то пошло не так…

Нет, не думай об этом, Артур. Мысли позитивно.

Стиснув зубы, я влил ещё больше маны и умчался вперёд.

Без печатей, блокирующих мои силы, я чувствовал глубокое влияние окружающей маны. Я бежал всё быстрее, так быстро, как мог, чтобы убежать от собственных мыслей.

Я чувствовал, как порывы ветра толкают меня вперёд, отталкивая от зданий. Влажный воздух охлаждал меня, но даже слабые огоньки в фонарях загорались ярче, когда я пробегал мимо них.

Я и раньше замечал, что чем сильнее меняется моё мана-ядро, тем чувствительнее я становлюсь к мане. Всё больше сливаюсь с маной вокруг себя.

Помню тот момент, когда я впервые встретил Вириона. Раньше я не был столь чувствителен, но уже тогда мог почувствовать, как вокруг него мана колебалась и двигалась, выделяя его присутствие. И хоть Вирион и Гудскай оба были воздушными магами, они по-разному влияли на окружающую их ману.

У директрисы Гудскай, мана образовывала лёгкий бриз, танцующий вокруг неё. А у Вириона всё было наоборот. Мана влияла на воздух и отталкивала любой ветер. Обычно, это было не так очевидно, но когда он перешёл в боевой режим, то я почувствовал, что даже воздух боялся пролетать рядом с ним.

Если такие явления происходили на серебряной стадии мана-ядра, то что будет, если они перейдут в белую стадию?

Я почувствовал укол сожаления, когда понял, что Алея была единственным магом с белым ядром, которого я видел лично. Но, поскольку её мана-ядро было полностью уничтожено чёрным шипом, пронзившим её тело насквозь, то даже мана больше не окружала эльфийку, будто бы сама природа её больше не любила.

«Кю!» “Мы уже почти пришли!”

Весёлый голос Сильвы вывел меня из мыслей, и я сосредоточился на свете, льющимся из окна кабинета директрисы Гудскай.

“Сильви, подойди ко мне”

Мой питомец прыгнул в мои объятия, и я приготовился к прыжку. На территории академии был сооружён барьер, не пропускавший посторонних, ни человека, ни зверя. Хотя он не очень мощный, поскольку его главной функцией было уведомление о несанкционированном проникновении. Я достал из пространственного кольца свою форму офицера ДК, вместе с кинжалом, использовавшимся для идентификации личности, так что я не побеспокою сигнализацию. А если я буду держать в руках Сильви, то и она сможет пройти.

Сконцентрировав ману, я влил воздушный элемент в ступни ног и прыгнул как можно выше с края крыши.

«УУУХ!»

Оттолкнувшись, я вознёсся вверх. Пролетев по воздуху метров сто, я понял, что, судя по траектории и скорости, долететь до нужной точки мне не удастся.

«ДЕРЖИСЬ, СИЛЬВИЯ!»

Когда тревога стихла, во мне тут же вскипело волнение. Я орал во всю глотку, а хлеставший вокруг меня ветер пытался заглушать мой голос. Сильви тоже в страхе крепко вцепилась лапками в мою рубашку.

Прикусив губу и сосредоточившись, я выгнал из головы все ненужные мысли.

Сместив вниз и выставив ногу, мне удалось резко прокрутиться в воздухе, выставив ноги.

Использование навыка, который я применил в бою против Тео, позволило мне ускориться и изменить направление с помощью силы ветра. Конечно, на это потребовалось гораздо больше маны, учитывая очень большую скорость полёта, но всё же я получил тот результат, на который надеялся.

Ускорившись, я вновь летел точно на крышу офиса директрисы Гудскай.

Было ли это из-за опьянения адреналином или просто попытка избавиться от тягостных воспоминаний, преследовавших меня в своей голове, но я издал рёв, во всю свою глотку. Ощущение полёта по воздуху разительно отличалось от поездки верхом на Сильви.

Как только я понял, что не совсем спланировал свою посадку, моё тело уже врезалось во что-то.

*БУУУМ!!!*

Несмотря на небольшие разрушения, мне как-то удалось приземлиться на ноги. Ну, я так и планировал!

«КЮ!!!» “ЗДОРОВО! ДАВАЙ ЕЩЁ РАЗ!” – Сильви кругами прыгала вокруг меня, уговаривая на второй прыжок.

Стряхнув пыль с одежды, я посмотрел вверх.

Стоя на краю башни, я смог увидеть такое, что никогда не испытывал даже в своей прошлой жизни.

Ксайрус был летучим городом. Я, кажется, стал забывать этот факт. Мне удалось увидеть край города и проплывающие рядом одинокие облака. Я был загипнотизирован пейзажем, пока лучи заходящего солнца ударили в облака, окрашивая их в огненно-красный цвет. В отличие от залитого солнца неба, снизу по земле растекалась спокойная фиолетовая тьма.

«Кю…» Сильви положила голову на карниз и молча смотрела вниз.

Даже слова «захватывающе» не подходило. Ксайрус как будто парил в бесконечном море облаков, гармонично сочетающихся со звёздной ночью. Такой вид, казалось, был только в сказках, но благодаря высоте города, мне удалось увидеть его вживую.

Вынув браслеты из кольца, я бездумно вертел их на руках.

…

За то время, что я стоял на крыше, мне почти удалось забыть о том, что случилось в подземелье. За этот короткий промежуток времени, весь мир казался совершенным.

«Довольно красивый вид, не так ли?» — знакомый взрослый голос раздался позади.

«Это…»

«Это моё самое любимое место… Я часто прихожу сюда, чтобы дать голове отдохнуть»

…

«Вижу, посадка тебе не совсем удалась. Мне придётся попросить Тришу прибраться здесь»

«Извините меня за беспорядок»

«Я слышала твой боевой клич. Подозреваю, его слышала вся академия»

«Ха-ха…» — сдавленно усмехнулся я.

Я ожидал, что Гудскай подойдёт к нам, но вместо этого она осталась на своём месте.

«Вы не собираетесь спрашивать меня, почему я ещё жив?» — спросил я, вглядываясь в горизонт.

«Кажется, сейчас не самое хорошее время для расспросов. Я просто рада, что ты жив и здоров»

«Здоров?» — спросил я себе под нос.

«Здоров?» Я вновь повторил, достаточно громко, чтобы она услышала. Придав голосу оттенок грусти.

…

Я посмотрел на ожерелье, которое перебирал в руках. Это был маленький окровавленный металлический значок, прикреплённый к цепочке. На нём выгравированы шесть копий, образуя круг, а под ним начертаны инициалы.

А. Т.

Повертев ожерелье между пальцами, я усмехнулся, поняв, что он выглядит как жетон. Такие же носили солдаты в древние времена в моём старом мире, чтобы их трупы могли идентифицировать.

«Что именно там случилось, Артур?» Голос директрисы колебался, когда она спросила об этом.

Повернувшись к ней лицом, я улыбнулся так, как мог и сказал:

«Вот что» Как только я показал её ожерелье, Гудскай мягко вздохнула, прикрывая рот.





Глава 73




Глава 73

ОТ ЛИЦА СИНТИИ ГУДСКАЙ:

Совет передал каждому члену Шести Копий по обычному адамантовому жетону с выгравированными инициалами владельца. На самом деле, эта идея принадлежала самим Копьям, а не Совету.

Когда они попросили об этом, то объяснили Совету тем, что им нужно что-то созданное из почти неразрушимого материала, дабы даже если их тело будет уничтожено, то жетоны остались целы и тогда тела можно будет опознать. Жетоны служат им мрачным напоминанием, что даже они могут умереть в любой момент.

В отличие от угрюмых Копий, я отчётливо помню, как над ними подшучивал Совет, говоря, что нет ничего такого, способного уничтожить их тела. Я помню, как посмеивалась вместе с ними, хотя я знала, что…

Хотя я знала, что есть существа, способные стереть Копья с лица земли.

Но почему… почему я увидела этот жетон так рано? Слишком рано. Они ещё не должны были прибыть к нам. Я подсчитала, что им потребуется ещё как минимум 15 лет.

Я думала, что у меня будет время.

Я думала, что у нас будет время…

«Директриса?» Любознательный голос Артура вывел меня из оцепенения.

«Ах да… Артур, ты не возражаешь, если я заберу это? Я сохраню жетон и отнесу его в Совет» Я уделила своему голосу особое внимание, чтобы убедиться, что у Артура не возникнет подозрений. Мальчик был просто невероятно прозорлив.

«Всё меняется, не так ли» Это должен был быть вопрос, но по тону голоса Артура, это звучало как утверждение, подразумевающее убеждённость.

Стоит ли мне рассказать ему обо всём? Или же, он уже о чём-то узнал?

Я понимала, что моя улыбка и утешительные слова до него не доходят. «Да, но не беспокойся об этом. По крайней мере, не сейчас»

«Артур, ты можешь иногда забывать, чёрт, даже я порой забываю, что ты всё ещё ребёнок. Сильный ребёнок с безграничным потенциалом, да, но всё же ты ребёнок. Позволь нам, взрослым, взять на себя это бремя. Твоё время ещё придёт, хочешь ты этого, или нет» Когда я это сказала, то поняла, что это сообщение больше было для меня, чем для Артура.

Да, он ребёнок. Было бы несправедливо, если бы его заставили решать дела всего континента… но если он уже знает…

«Ты, возможно… увидел то, с чем сражалась Алея?» Мне пришлось тщательно подбирать слова, чтобы не выдать себя.

«Нет, я не видел» Его слова были сказаны с полной уверенностью, но по какой-то причине, его ответ натолкнул меня на ещё одну догадку.

Однако, не стоит подозревать мальчика. Ему нет смысла скрывать такое событие.

И всё же… я рада, что он, кажется, ни о чём не узнал.

«Понятно… Ну ладно, хватит об этом. Должно быть, ты обеспокоен о своих друзьях» Я мягко улыбнулась, меняя тему.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Ответ директрисы почему-то мне не понравился. Она как будто бы… обрадовалась моему ответу.

«Да, как у всех дела?» В конце концов, я решил не заморачиваться. Нет смысла скептически ко всем относиться. Думаю, она просто не стала расспрашивать меня о подробностях.

«Как ты, возможно, уже знаешь, твои одногруппники не пострадали. Мы отправили их в лазарет и к счастью, большинство из них уже сегодня смогли прийти в академию. Профессору Глори досталось больше всех, но она отказалась от исцеления, пока её ученики нуждались в помощи. Я слышала, что она даже нанесла визит твоей семье, чтобы сообщить им о пропаже» — хмыкнула директриса Гудскай.

«Хорошо, хорошо… а как Тесс?» — спросил я.

Гудскай немного поморщилась и очевидно, что она колебалась.

«Тесс… с неё всё хорошо» Она явно тщательно подбирала слова.

«Что именно вы этим хотите сказать?» Я поднял бровь, призывая её сказать правдивый ответ, в то время, как внутри меня зашевелилось тревожное чувство.

«Случились некоторые… осложнения… в заключительных этапах ассимиляции. Сейчас за ней присматривает Вирион, но с ней всё в порядке» — тихо сказала она.

«Осложнения?» — сказал я немного громче, чем задумывал.

«Ты должен понимать, что на заключительном этапе ассимиляцией справляться со зверем очень тяжело. Сейчас Тессия сражается с Древним Хранителем за контроль над телом. Я ещё никогда не видела, чтобы при ассимиляции впадали в кому. Нам кажется, что что-то не так с этим зверем, которое ты дал ей, Артур»

Это… это моя вина? Я подвергнул Тесс опасности? Шквал мыслей пронёсся в моей голове, пока я пытался придумать объяснение происходящему.

Что не так с Хранителем? Что? Да, он силён, но разве он был сильнее, чем другие мана-звери класса S? Я не знаю, поскольку впервые столкнулся именно с ним.

Что не так?

Мои мысли привели меня обратно в подземелье, а именно к тому, что сказала Алея. Она упомянула, что чёрные рогатые демоны заставляют зверей мутировать и крепчать.

Что случилось? Я дал Тесс заражённое ядро зверя? Нет. Я помню, что Алея говорила, как мана-ядро Змея, с которым она сражалась, таинственно исчезло. Значит, Древний Хранитель не был заражён?

«Артур? Ты в порядке?» Обеспокоенный голос директрисы Гудскай вывел меня из глубокой бездны собственных мыслей.

«Да, я просто задумался» — ответил я, смотря на ночной вид города.

«Сейчас за ней присматривает Вирион в учебной комнате. Ты хочешь навестить их?» — директриса Гудскай ободряюще улыбнулась.

«Да»

«Тогда иди, потому что даже я не в курсе происходящего. Вирион никого не пускает, но я чувствую, что ты будешь исключением. Мне нужно отправиться в Совет, чтобы сообщить им о том, что произошло» Гудскай внезапно загрустила, упомянув Совет.

«Разве дедушка Вирион не должен присутствовать на Совете?»

Директриса Гудскай покачала головой, прежде чем ответить: «Вириону сейчас не до обсуждений, пока его драгоценная внучка без сознания. Кроме того, он лично оберегает Тесс, давая Мериал и Алдуину заниматься Советом»

«Не понимаю. Ладно, надеюсь, вы мне расскажете об этом позже»

«Я лишь волнуюсь, что ты, возможно, вовлечён во всё гораздо больше, чем хотел бы быть» Гудскай вздохнула, прежде чем порыв ветра окутал её и она исчезла.

Спустившись на лифте вниз, Сильви тут же проснулась.

“Я чувствую маму”

Я медленно прошёл в сторону тренировочной комнаты, двигая внезапно отяжелёнными ногами. Не знаю, как я отреагирую, увидев раненную Тесс. Я смог спуститься сюда только потому что знал, что другим не нужна помощь.

“Я сказала, что чувствую маму” – сказала Сильви, хлопнув лапкой по моему лбу.

“Я знаю!” – отмахнулся я и медленно подошёл к гигантской двойной двери.

«Ой» Кожа под пространственным кольцом внезапно загорелась, как будто что-то внутри него захотело выйти наружу.

Проигнорировав, поскольку у меня были более насущные вопросы, я приложил обе ладони на поверхность двери и распахнул их.

*БУУУУХ*

Как только дверь отворилась, незнакомая зловещая тень быстро рванула вперёд в попытке схватить меня. Тысячи колючих лиан обвились вокруг моих рук и ног.

«КТО Э…. АРТУР?!» — в тёмном тумане я услышал хриплый голос дедушки Вириона.

«Да, это я! Что происходит?» — крикнул я.

«Боже, как я рад, что ты жив, малыш. Я даже немного благодарен тебе за твоё чёртово упорство, ха-ха! Иди сюда, мне нужна твоя помощь!» Смутившись, я проигнорировал лёгкое оскорбление и осторожно подошёл к нему. Аура становилась всё сильнее, и я почувствовал, как моя кожа начинает кровоточить от маленьких порезов.

Окружив себя и Сильви щитом из маны, я шёл к мутной фигуре Вириона. Каждый шаг чувствовался так, как будто бы я толкал бетонную стену.

«Что за… Тесс?» Подойдя ближе, я смог смутно разглядеть фигуру, лежащую перед дедушкой, которая и была источником этой ауры.

Дойдя до Вириона, я поморщился от жгучей боли, вызванной кольцом, которая, казалось, стала сильнее. Дедушка был плох: его бледное лицо покрыто потом, как он всячески старался подавить гнетущую ауру, исходящую от Тесс, но это не сильно помогало.

Я пригляделся и увидел нечто невероятное. Лозы полностью закрыли фигуру Тессии. Густая тёмная аура не позволяла мне увидеть этого, до сих пор.

«Сколько времени прошло снаружи, малыш? Думаю, я сдерживал эту чёртову ауру уже сутки, после того, как она вернулась из подземелья» — устало усмехнулся он.

«Что с ней случилось, дедуля?» Я не помнил ничего подобного, когда я сам ассимилировался с драконьей волей Сильвии.

«Честно говоря, я и сам не знаю. Как правило, целью ассимиляции было контролирование и сдерживание силы зверя внутри тела хозяина, но сейчас, кажется, всё наоборот. Я начинаю беспокоиться, что зверь сможет захватить тело Тесс» Дрожащий голос дедушки Вириона наполнен тревогой…

«Как это возможно? Я никогда не слышал ни о чём подобном» Мои брови сдвинулись, пока я размышлял над возможной причиной. Мысли постоянно возвращались к мана-зверям, заражённых чёрно-рогатыми демонами.

«Я не знаю, малыш. Чувствую, что Хранитель, с которым ты сражался, как-то мутировал» Хриплый голос Вириона указывал на то, что он уже почти догадался.

Я был готов взять вину на себя, игнорируя жжение от кольца, становившееся всё более болезненным.

Но что-то случилось раньше, чем я смог коснуться поверхности кокона Тессии.

Я мгновенно распознал звук разрываемой плоти и инстинктивно развернул тело в надежде увернуться.

«Кююю!!!» “Папа!” «АРТУР!»

Голоса Сильви и Вириона приглушённо доносились до меня сквозь звук бьющегося сердца.





Глава 74




Глава 74

Пятно крови растеклось по остаткам моей рубашки, а я едва успел увернуться от копья из переплетённых лоз, направленного прямо в моё сердце.

Сердце стучало с такой силой, что готово было вырваться из грудной клетки от мысли о смерти. Я чуть не умер. Это ощущение отличалось от других, когда я был на грани смерти. Всё случилось бы в одно мгновение. Из-за Тесс.

Я знал, что женщины опасны.

Едва увернувшись, я поморщился, ощутив стекающую по телу кровь.

Вот уж ситуация. Вирион мог практически касаться кокона, но как только я приближался к нему, то меня автоматически пытались убить копья-лозы. Наверное, Тессия в глубине души всё ещё злится на меня.

Я парировал следующий тёмный завиток лозы, и ситуация стала ещё хуже. Кокон, окутывающий Тесс, вдруг начал расти, а из-под земли вылетели бесчисленное количество лоз.

«Кюю!» “Папа, ты в порядке?” – прощебетала Сильви, сидя рядом с дедулей.

«Ты чуть не умер, малой» — облегчённо вздохнул Вирион, — «Что происходит?»

«Да, я… честно говоря, понятия не имею, дедушка. Может, твоя внучка меня больше не любит» Мне удалось стрельнуть в него ухмылкой, заставив его рассмеяться, несмотря на ситуацию, в которой мы оказались.

После того, как кокон Тессии окутал ещё один толстый слой лоз, десятки жгутиков приготовились, чтобы выстрелить в меня. Только в меня.

«Кюю…» “Что нам делать?” Сильви наклонила голову в замешательстве, так как «противником» сейчас была её мама.

“Оставайся с дедушкой Вирионом. Она по какой-то причине нападает только на меня”

Уклонившись от жгутиков, я отскочил подальше от деда и Сильвии. Вирион потратил почти весь свой запас маны в почти двухдневной борьбе с тёмной аурой, а Сильви лучше не затрагивать до крайней необходимости.

Более того, «Тесс» всё более творчески подходит к нападениям – теперь на жгутиках, атакующих меня, выросли острые шипы. Чем больше я уклонялся от копий из лоз, тем больше уверялся в том, что зверь хочет убить только меня. И кольцо на пальце теперь почти невыносимо жгло.

Может, Древний Хранитель пытается отомстить мне за своё убийство в подземелье? Похоже на правду. Надеюсь, я выживу и выясню это.

Расстроившись, я вытащил свой меч из пространственного кольца, но вместе с ним вылетело что-то ещё. Небольшой сияющий шар полетел в сторону кокона.

Это тот самый шарик, что отдал мне старьёвщик!

Но какого чёрта?

Дедушка Вирион тоже заметил его, но только в замешательстве посмотрел на меня, вероятно, думая, что я сделал это намеренно.

Лучики света вырвались из щели между лианами и шар врезался в кокон.

*БУУУМ!!*

Прежде чем мы успели даже задуматься о произошедшем, кокон растворился, открывая темноволосую Тессию.

Шар вонзился в её желудок, прямо в мана-ядро. Болезненный цвет лица Тесс вернулся в норму… нет, даже за пределы нормальности. Теперь её безупречно-жемчужная кожа буквально выделялась рядом с чёрными и серебристыми волосами.

Тессия была всё ещё без сознания, но лозы удобно удерживали её и прикрывали все интимные места…

Но она изменилась не только физически. Когда шар полностью скрылся внутри живота, всё тело Тессии окружила аура, которую я раньше никогда не видел. Она отчётливо отличалась от обычной маны, существующей в атмосфере.

Её окружало сверкающее пламя из блестящих изумрудных камней. Миллионы зелёных листовидных камней построились в неповторимую ауру. По мере её расширения, некогда чёрные лозы перекрашивались в спокойный нефритовый цвет. Завораживающая аура приближалась ко мне, но, по какой-то причине, я этого не боялся. Прежде чем подойти к нам, аура отпрянула и рассеялась.

Как только лозы опустили на землю фигуру Тессии, я тут же подскочил и обернул вокруг её тело пальто, которое я носил, когда был авантюристом.

Тёмная аура, наполнявшая весь тренировочный зал, полностью исчезла, и что было ещё важнее, Тессия теперь была в полной безопасности.

«Ммм… не сейчас, Артур. Ещё слишком рано» — промямлила Тессия и кокетливо улыбнулась.

Она точно в полном порядке.

«Пфф! Ха-ха-ха-ха!» Облегчение захлестнуло меня, и я засмеялся. Я смеялся всем сердцем над разговорами во сне Тесс и просто над тем фактом, что с ней всё в порядке.

«ТЕССИЯ!» Дедушка Вирион подбежал к нам, а с его головы свисала Сильвия.

«Она в порядке, дедушка. Просто спит» Я бережно опустил её на землю и сам свалился там, где стоял.

Силивия и Вирион начали дотошно проверять дремлющую Тессию, прежде чем вздохнуть с облегчением.

«Она в порядке…» Дедуля сел рядом со мной, а Сильви свернулась в клубок рядом с Тесс. На мгновение, мы просто уставились на другой конец зала, слишком уставшие, даже чтобы думать.

«Ну, всё успел разглядеть?» Повернув голову, я заметил ухмылку на лице Вириона, настолько широкую, что удивительно, как его губы не разорвались.

«ЕЙ ВСЕГО ТРИНАДЦАТЬ!» — застонал я и свалился на мягкую траву.

«Почти четырнадцать» — поправил он и снова взглянул на внучку.

«Я рад, что ты в порядке, малыш. Эта девчушка была бы в отчаянии, если бы узнала, что ты не выжил…»

«… и спасибо… за её спасение. И тогда, в подземелье, и сейчас» Голос Вириона смягчился почти до бормотания, пока он говорил.

«Почему ты думаешь, что я спас твою внучку, деда?» — спросил я, не вставая.

«Называй это дедушкиным чутьём. С твоими способностями, я знаю, что если бы ты думал только о себе, то не оказался в такой опасной ситуации. Поэтому, спасибо» Взглянув в его глаза, я убедился в искренности дедушкиных слов.

«Пустяки. Не нужно так вдруг серьёзно со мной разговаривать, ты меня пугаешь»

«Так когда ты вернёшься? Твоя семья знает, что ты жив, верно?» — спросил дед.

«Конечно. Я пришёл домой прошлой ночью и даже провёл с ними весь день…»

«… дедуля, прости. Я должен был прийти сюда раньше. Я просто подумал, что с ней всё будет в порядке, так как она прошла последний этап ассимиляции в подземелье. Если бы я знал, что может случится, то я бы бросился сюда сразу же, как только выбрался оттуда» Я смотрел на Вириона почти умоляюще.

Когда я ассимилировался с со звериной волей Сильвии, то дедушка Вирион объяснял мне, что после завершающей стадии, всё возвращается в норму…

Я должен был готовиться к худшему… Сегодня я чуть не потерял её.

Эта мысль напугала меня гораздо сильней, чем всё произошедшее в моей прошлой жизни.

Неожиданно, дедушка Вирион мягко улыбнулся. «Наверняка твои родители волновались о тебе, да?»

«Что… да, точно» — ответил я.

«Хорошо, что ты сперва навестил семью. У Тессии есть своя семья, которая о ней позаботиться… она не одинока, знаешь ли. Ты нужен своей семье, и ты должен был навестить их, поскольку дал им достаточно поводов поволноваться. Не забывай об этом и не извиняйся, что провёл время с семьёй» — сказал дедушка Вирион и утешительно потрепал по спине.

Я не знаю, что и сказать. Разве что благодарность за то, что он знал меня достаточно хорошо и ему не потребовались объяснения или оправдания…

Спокойная тишина нависла над нами, пока я собирался с силами, чтобы задать вопрос, засевший в глубине моего сознания.

«Дедуля… а что ты знаешь о Шести Копьях?» — спросил я, смотря на свернувшуюся рядом с Тесс Сильвию.

«Шесть Копий? К чему это внезапное любопытство?»

…

Приняв во внимание моё молчание, он тактично спросил: «Что именно ты хочешь о них знать?»

«Насколько они сильны?»

Дедушка протяжно медленно вздохнул. «Малыш, а сам как думаешь, насколько силён маг с белым мана-ядром?»

Мои брови нахмурились, когда я начал считать, насколько силён маг с белым ядром. Необходимо около двадцати магов с жёлтым ядром, чтобы справится с одним магом серебряной стадии. И примерно столько же серебряных, чтобы победить одного белого… или же по мере возрастания силы нужно ещё больше магов?

«Я не знаю, дедуля» — наконец, ответил я.

«Чтобы было проще, я буду использовать самого себя как показатель. Не знаю, говорил ли я тебе, но сейчас у меня серебряное мана-ядро. Нужно примерно десять моих копий, чтобы победить самого слабого мага с белым ядром. И это ещё чересчур оптимистичная оценка»

«Десять…» — пробормотал я.

«У Синтии сейчас самый последний этап серебряной стадии. Но даже при этом, потребуется шесть или семь её копий, чтобы достать до среднего белого мага»

…

Я не могу представить людей, способных победить Вириона или Гудскай. Возможно, если бы я активировал свою вторую драконью фазу, то может быть с трудом, я мог бы стать по силе равным трём Вирионам, однако, это едва ли.

«Я не понимаю… откуда взялись эти аномально сильные личности, и почему они просто не захватили королевства? Я имею в виду, что с их силой, любой король и королева не будут помехами. Даже один маг с белым ядром способен уничтожить их армии»

«Тут ты прав. Шесть Копий, и любой другой маг с белым ядром, мог ли бы, наверное, стереть с лица любое королевство по своему желанию» Он взглянул на Тессию, всё ещё спавшую на земле.

«Прежде чем сказать что-то ещё, я должен убедиться, что Тессия об этом никогда не узнает. Я хочу, чтобы она не знала об этих… тёмных делишках… по крайней мере до тех пор, пока не подрастёт» Дедушка Вирион нежно улыбнулся, глядя на внучку.

«Хорошо. Я сохраню вашу тайну» — кивнул я.

«Я объясню о том, откуда они взялись позже, но сила каждого из Шести Копий… сейчас они гораздо сильнее, чем обычные маги с белым ядром, но тогда, когда их посвящали в рыцари, большинство из них на самом деле были лишь на серебряной стадии»

«Что? Бессмыслица какая-то…» — я уже собирался опровергнуть его слова.

«Малыш, ты думаешь, что королевская семья, без каких-либо серьёзных союзников престола, могла остаться у власти с самого начала троецарствия?» Его мирное выражение исчезло с лица, когда он посмотрел на меня.

«Это секретная информация только для королевских семей каждой расы, но я говорю это тебе, потому что, так или иначе, я знаю, что эта информация потребуется тебе в будущем. И я знаю, что ты сможешь справиться с этим…»

Он испустил тяжёлый вздох, который, казалось, содержал частичку его души.

«Ты веришь в богов?»





Глава 75




Глава 75

Я всегда вспоминал мир своего прошлого, мир, откуда я пришёл. Хоть я и вёл затворническую жизнь, но всё же за всю свою сорокалетнюю жизнь у меня было несколько светлых дней. Мне очень нравилось посещать детские дома и играть с детьми. Конечно, большинство мальчиков считало бои на мечах и тренировке Ки обычной игрой, поэтому, на обучения я тратил по нескольку часов.

Особенно запомнился один день, когда один из мальчиков в детском доме – ах, кажется, его звали Джейкобом – задал мне вопрос.

«Мистер Грей, а вы верите в Бога?» — спросил он, дёргая меня за рукав.

Я никогда не верил в Бога или какое-нибудь другое высшее существо. Разве может Бог существовать в мире, где твоим уровнем физического превосходства измеряется долгота жизни? Родителей, у которых рождаются физически слабые дети-инвалиды, часто высмеивали. А те дети, даже если они смогут выжить до подросткового возраста, всё равно ни на что не способны. Для остальных они были лишь назойливой мухой, которой лучше быть мёртвой, чем бесполезной.

Даже женщина, неважно, насколько она красива и обаятельна, будет считаться лишь высококлассной проституткой, если у неё не будет хотя бы «посредственной» части силы. И даже те старые пердуны в Совете, сидящие на жопе целыми днями и использующие всех остальных людей в качестве пешек в партиях, когда-то были великими бойцами и известными деятелями.

И как Бог мог существовать в подобном мире? И даже если бы он существовал, то он, если уж говорить начистоту, явно не был милосердным и добрым.

Поэтому, когда малыш Джейкоб спросил, верю ли я в Бога, то я не мог ответить. Эти дети верили, что существуют высшие силы, наблюдающие за ними… защищающие их.

И вот опять, уже в этом мире, мне задаётся уже аналогичный вопрос, но только уже от того, кто намного старше меня.

Верю ли я в богов… каких-то высших сил, недостижимых для нас?

…

«Я не знаю. Разве они существуют?» Я чуть не закончил фразу словами «… в этом мире?», успев вовремя закрыть рот.

«Ха-ха! Я задавал себе этот вопрос всю свою жизнь, но теперь я начинаю думать, что они могут существовать» — усмехнулся Вирион.

«Что заставило тебя передумать?» — спросил я, наклонив голову в любопытстве.

«Она» Я думал, что Вирион указал пальцем на Тесс, но потом понял, что именно спящая Сильви удостоилась такого внимания.

«Что, Сильвия? Ты думаешь, что Сильвия – это божество?» Почти задыхаясь от собственной слюны, я посмотрел на дедушку.

«Малыш, божества отличаются от того, что про них расписано в религиозных книгах. Божества – это существа, которые способны вырваться из смертного тела и слиться с маной. Драконы, по крайней мере такие, о которых я прочёл в книгах, — это существа, способные стать божествами. Их нельзя классифицировать как S или SS. Если судить по мана-ядрам, то божеством можно стать после перехода белого этапа»

Дедушка Вирион вздохнул и продолжил: «Вот мы, эльфы, люди и гномы, едва способны даже подобраться к белому этапу. Однако, в мире есть личности, которые способны разравнивать горы или менять течение рек… да…»

Он закрыл глаза и медленно повернулся ко мне.

«Ты читал про войну между тремя расами, а также о последней войне между людьми и эльфами, но по сравнению с этими двумя войнами, в древние времена на всём континенте было куда хаотичнее и опаснее. Все три расы были кочевниками, постоянно убегали от мана-зверей. Люди, гномы и эльфы – все они путешествовали раздельно из-за различия культур и во внешности, но всякий раз, когда расы встречались, то добродушно обменивались информацией и торговали сырьём и ресурсами, которые добыли в странствиях. Теперь эти времена известны как Эпоха Зверей, когда мана-звери свирепствовали и правили всем континентом»

«Я не понимаю. Почему они не использовали магию, чтобы отгонять мана-зверей? Конечно, я могу понять их бегство, если бы они столкнулись со зверем класса А, но всё же, почему они были настолько беспомощны?»

«Они этого не делали, потому что не умели. Малыш, ты когда-нибудь замечал картину, висящую в главном зале королевского дворца в Эленоре?» — внезапно он сменил тему.

«Ты говоришь о той огромной картине в гостиной? Да, я видел её, но не понял смысл, поэтому просто проигнорировал её» — неловко рассмеялся я, почёсывая голову.

«В каждом из трёх дворцов висит картина, похожая на эту. На ней изображено могучее божество, дарящее нам инструменты для одоления мана-зверей, дабы мы смогли положить конец Эпохе Зверя» Не могу сказать, что в этот момент чувствовал Вирион, поскольку в его словах звучала целая смесь эмоций.

Как бы смешно это не звучало, но дедушкин тон подсказывал, что он не шутит. Поэтому я промолчал, позволив ему продолжить.

«Это божество появилось перед тремя представителями рас, и они стали прародителями нынешних трёх королевских семей. Он даровал нашим предкам шесть артефактов, распределённых поровну между предками, ставшими королями. Два досталось людям и семье Глайдеров, ещё два переданы Грейсандерам, семье гномов, и, наконец, оставшиеся два отданы эльфам, предкам моей семьи» Вирион не смог удержаться от ухмылки, глядя на моё выражение лица.

«Почему это так называемое «божество» просто подарило такие сокровища?» — недоверчиво прыснул я, не удержавшись.

«Я ещё дойду до этого в рассказе, малыш» — проговорил дедушка.

«Это было ещё до моего рождения. Знания передавались от короля к королю, и я думаю, что информацию, возможно, немного преувеличили или исказили в определённых моментах, но именно этому меня обучали. Три короля не должны были использовать артефакты, подаренные божеством, самостоятельно, а вместо этого, передать двум самым сильным персонам, которые обязаны заключить пожизненную клятву охранять артефакты. С этими могущественными артефактами в руках сильнейших воинов, три расы смогли спастись и одержать верх над доминирующими мана-зверями, а также другими древними монстрами того времени» — пояснил он.

«Я думаю, что если отдать трём расам супермощные артефакты, то тут же возникнут войны и хаос, а у никак не мир и покой. Не уверен насчёт эльфов, но стоит взглянуть на некоторых людей и можно увидеть, что жадность – это не такая уж и редкость» — я захохотал, кивая головой.

«Забавно, что ты об этом сказал, потому что именно так всё и произошло. Артефакты действительно позволяли эльфам, людям и гномам совместно сражаться, расширяя области собственного влияния. Множество мана-зверей было убило и загнано в то, что сейчас известно, как Звериные Поляны, отчего Эпохе Зверя пришёл конец. Однако, вскоре после этого, жадность напала на трёх королей и их подданных. Кроме невероятной мощности, артефакты дали людям знания, как использовать источник энергии, известный нам как «мана». Владельцы магов смогли научить тех, кто, по их мнению, был способным, таким образом, породив самых первых магов. Из-за власти, гармония быстро исчезала и вскоре возникли междоусобицы» Вирион посмотрел на меня с мучительной улыбкой, прежде чем продолжил:

«Все артефакты имели различные эффекты, что разделило расы между собой ещё больше. И именно из-за артефактов в специализациях у каждой из рас есть свои особенности. И вот что потом произошло: гномы, считающие, что поскольку они ближе к земле, должны быть правителями всего континента. Мы, эльфы, полагали, что из-за того, что мы были ближе всех ко всему живому, то обязаны властвовать над другими. В то время как люди, которые смогли изучать и использовать все четыре основных элемента, верили, что божества сами выбрали их в качестве правителей континента» Дедушка оглянулся на Тесс, чтобы убедится, что она всё ещё спит.

«Первая война, которая длилась дольше, чем изгнание мана-зверей в Поляны, привела к сегрегации трёх рас, а также формированию королевств. Вторая война, о которой тебе наверняка известно, произошла между эльфами и людьми. Так что… возвращаясь к вопросу о возникновении Шести Копий, теперь ты можешь догадаться?»

«Подожди… так эти шесть артефактов, которые переданы божеством вашим предкам, теперь отданы копьям?» — мой ум бешено работал, когда кусочки головоломки начали складываться, — «и артефакты – это причина, почему они смогли проскочить серебряную стадию и сразу стать белыми магами, а также поэтому они не могут пойти против совета, поскольку они не связаны жизненными клятвами, как предыдущие владельцы – короли» — воскликнул я, когда пришёл к откровению.

«Копья, скорее всего, были набраны среди кандидатов, воспитывавшихся в тесном контакте с королевской семьёй их расы, и после того, как их признали достойными, то им передали артефакты» — продолжил я.

«Точно. Их вырастили тайно, изначально готовя к владению артефактом. Однако, когда был обнаружен ещё один континент, все три расы решили, что им нужно объединиться»

«Последний вопрос. Почему мы никогда не слышали об этих артефактах раньше?» Я тщательно сосредоточился на разговоре, наклонившись вперёд, будто так можно получать информацию быстрее.

«Сейчас их впервые обнародовали. В прошлом, артефакты тайно содержались под опекой короля и его семьи. Только сейчас, после объединения континента, мы решили сделать заявление. Конечно, никто не знает, что Копья получили свои силы только благодаря артефактам. Если бы об этой тайне узнали, то это, скорее всего, привело бы к государственному перевороту. Жадность среди многочисленных магов, не способных перейти свои пределы серебряной стадии, могла с лёгкостью затмить их разум. Кто знает, до чего они смогут дойти. Возможно, некоторые даже смогут уничтожить всю королевскую родословную в надежде стать новыми хозяевами артефактов» Вирион снова остановился и посмотрел на Сильви.

«Я полагаю, что твой питомец может стать божеством. Не знаю, когда, и живы ли мы будем на этот момент, но, когда это произойдёт, Артур, тебе нужно стать сильнее. Называй это старческой интуицией, но я чувствую, что произойдут изменения… невероятно огромные изменения. И надеюсь, что к лучшему» Я впервые видел дедушку Вириона таким взволнованным.

Теперь в моей голове прояснилось, о чём было то сообщение, оставленное Сильвией после телепортации меня из Элшир. О том, что я ещё раз услышу её, когда достигну последнюю стадию. Думаю, что, может быть, эти так называемые божества не столь выдуманы, как я полагал ранее.

«Ммм… что происходит? Почему я сплю на земле?»





Глава 76




Глава 76

ОТ ЛИЦА ВИРИОНА ЭРАЛИХ:

Что, во имя всего сущего, случилось? Что за странная аура объяла Тессию? И что сделал мальчик?

Я едва смог заметить, как какой-то шар влетел и впился в тело моей внучки. Он похож на какой-то эликсир, но я не могу сказать, какой…

В любом случае, я рад, что теперь с ней всё в порядке.

Мне почти жаль паренька. Он провалился в подземелье, бог знает, как глубоко, и как только вылез, то тут же столкнулся с такими проблемами.

Я правильно сделал, что раскрыл Артуру эту информацию?

Небольшая горечь осела на моём языке, когда я закончил рассказ. Иногда я забываю, что на самом деле он даже моложе Тесс.

Это странно. Всё больше и больше мои инстинкты говорили, что несмотря на его чудовищные способности манипуляции маной и скрытый потенциал блестящего мага, его разум явно не принадлежал малолетнему ребёнку. Поэтому я так боюсь, что же станет с мальцом в будущем. Возможно, сейчас его силы просто подтягиваются на уровень интеллекта.

«Ммм… что происходит? Почему я сплю на земле?»

Мои уши тут же навострились, услышав слабый голос внучки.

«Д-дедушка? Где мы… АРТ!!!»

Я уже стоял с распростёртыми руками, готовясь обнять мою единственную и любимую внучку, но как ни странно, вместо того, чтобы упасть в объятья своего деда, она тут же побежала в сторону мальчика.

Моя внучка…

«Артур!!! Ты жив!!!» Тесс чуть не сбила мальца, настолько она быстро бросилась на него.

Тем временем, я всё ещё стоял, вытягивая руки.

Может быть, хоть ветер примет мои объятия.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Как только до моих ушей донёся слабый голос Тесс и наши глаза встретились, я прикусил губу, чтобы не разрыдаться. Волны различных эмоций, половину из которых я даже не знал, захлестнули меня.

«Артур!!! Ты жив!!!» Она тут же уткнулась своим лицом в мою грудь.

«Да…» — я нежно погладил её по волосам, — «Я жив»

Я повернулся к Вириону, и клянусь, почти видел его страдания, когда он одиноко стоял, тянувшись к нам руками.

Поворачивая голову, словно плохо смазанный робот, он посмотрел на меня уничтожающим взглядом.

Предатель.

Дедушка должен быть первым.

Ты умер для меня, малой.

Таковы были мысли, отражающиеся в его взгляде.

Сочувственно улыбнувшись дедушке Вириону, я оглянулся на Тесс, всё ещё сжатую в моих объятиях. На ней был лишь мой старый халат и когда ткань слегка соскользнула с её обнажённого плеча, я вспомнил, что под ним она была совершенно голой.

«КЮЮЮ!!!»

Сильви подпрыгивала перед нами, пытаясь привлечь внимание Тесс, но безрезультатно.

«Последнее, что я помню, как ты отдал меня кому-то. Затем я могу вспомнить только обрывки произошедшего, потому что там было слишком много боли. Но я слышала куски разговоров о том, что ты не выбрался» — сказала она, по-прежнему вцепившись в меня как коала в дерево. От её заплаканных глаз я сам чуть не заревел.

«Я потом тебе расскажу о том, что там произошло, но сейчас…» — я отстранил её и закутал в халат ещё крепче, — «Давай-ка приведём тебя в порядок, принцесса»

«О чём ты говоришь…» Это всё, что она успела сказать, прежде чем взглянула вниз и застыла в ужасе.

«КЮЮЮЮЮ!!!» “НЕЕЕЕЕЕЕТ!”

*БУУУУУМ!*

Не успев среагировать, я, дедушка Вирион и Сильвия отлетели в стороны от внезапной волны маны, появившейся из ниоткуда.

Мне удалось восстановиться в полёте и приземлиться на ноги. Оглядевшись, я увидел Вириона и Сильви. Удивлённых, но невредимых.

Даже не озаботившись о пульсирующей боли в моей груди, я смотрел перед собой, широко разинув рот.

Тесс была в эпицентре шторма из полупрозрачных изумрудно-зелёных капель, растянувшихся на десятки метров, хаотично кружащихся по комнате. Но более странной была ярко-зелёная аура, окружающая Тессию, свернувшуюся в позе эмбриона.

«Э-это… формирование маны такого масштаба… для неё невозможно!» — сказал Вирион, заворожено глядя на внучку.

«Да ты издеваешься» — пробормотал я про себя.

«ТЕСС! ТЕБЕ НУЖНО УСПОКОИТЬСЯ!»

«ЗАТКНИСЬ, ЗАТКНИСЬ, ЗАТКНИСЬ! УХОДИ! НЕ МОГУ ПОВЕРИТЬ, ЧТО ТЫ НЕ СКАЗАЛ МНЕ, ЧТО Я ГОЛАЯ!» — закричала она, смущённо закрыв глаза. Что-то мне подсказывало, что эти полупрозрачные капли отражали её эмоции.

«Разве ты не знал, что если кричать девушке просьбу успокоиться, то это совершенно не поможет?» — сказал дедушка Вирион, разочарованно мотая головой.

Ну конечно же…

И что хорошего было в жизни короля? Пф… только лишь быть самым сильным в своей стране? И какой в этом смысл, Артур, если ты даже не можешь подавить гнев тринадцатилетней девочки.

«Тесс! Это твой дедушка! Открой глаза!» — крикнул Вирион.

«Да?»

Тесс открыла один глаз и осознала всю ситуацию.

«Что происходит? Откуда всё это?» Запутавшаяся Тесс умоляюще смотрела на нас, прося помощи.

«Попробуй контролировать свои эмоций, твоя мана выходит из-под контроля»

Тесс посмотрела на нас и закрыла глаза, начав медитировать. И сразу же, полупрозрачные изумрудные лианы медленно растаяли.

Мы втроём побежали к ней, как только лианы, которые, казалось, состояли из чистой маны, исчезли.

«Быстрее, дедуля, проверь её мана-ядро»

Я высказал слабую догадку, но мне было страшно услышать праду.

«Подождите! Арт, отвернись!» Тесс явно задыхалась, понимая, что с её телом что-то не так.

*Вздох* «Я уже всё видел…»

«ЖИВО!»

«Так точно, мэм»

«Пф… бывший король? Скорее, побитая шавка» — пробормотал я про себя, отвернувшись от них.

«Этого не может быть… ха-ха-ха… да что не так с этим миром?» — дрожащим голосом сказал Вирион.

«Что? Что там? На каком она сейчас этапе? На тёмно-жёлтом?» Или же она на целом жёлтом, как я?»

«Почти что серебряная. Она почти перешла на серебряный этап»

«Что?!» Я тут же обернулся, заставив Тесс мгновенно закутаться в халат ещё плотнее.

Игнорируя жесты и протесты Тесс, я положил руку на её живот… поверх халата.

Он был прав… даже сканируя мана-ядро, я не мог прочувствовать всю его глубину, а это означало, что она была на более высоком уровне, чем я.

И я, и дедушка в полнейшем недоумении уставились на Тессию.

Она совсем недавно перешла из светло-оранжевого этапа в тёмно-жёлтый. Неужели она пропустила весь жёлтый этап и перешла сразу же на серебряный?

Эта новость совершенно выбила меня из колеи. Свои достижения я воспринимал как само собой разумеющееся: поскольку я квадро-элементный маг, то для меня гораздо легче обучаться, хотя в последнее время мне приходилось всё труднее, когда я дошёл до тёмно-жёлтого этапа. Не говоря уж о том, что я пробудился в три года – гораздо раньше, чем остальные.

«Особо одарённым» ученикам приходилось учиться в академии десять лет, чтобы сдать выпускной экзамен. На нём не было заявленных требований по уровню, но в среднем, у выпускников, как правило, мана-ядро было на светло-оранжевой стадии. При достижении такого уровня, они могли рассчитывать на места в любых высших эшелонах.

Даже самым талантливым двойным магам, чтобы пробиться на высшие стадии приходилось в два раза дольше, но Тесс просто нарушила весь здравый смысл и просто ворвалась на начальный серебряный этап. Всего за полмесяца она достигла результатов тренировок нескольких десятилетий.

Абсурд…

«Что ты дал ей, малыш?» — спросил Вирион. «Я никогда не слышал, чтобы к такому результату приводила ассимиляция со звериной волей. Может, это из-за того шара, который ты в неё бросил?»

Тесс была не в курсе происходящего: «Какой шар?»

«Я думал, что это просто какой-то эликсир…» У меня даже не хватало слов.

Как мне объяснить исчезающий магазин эликсиров?

«Артур, даже если бы существовал такой эликсир, который был в форме шара и смог вырваться на свободу из кольца и впиться в тело…» — дедушка Вирион покачал головой, до сих пор находясь в шоке, представляя всё, что он мне сказал, — «… то как ты вообще его получил?»

Ну, я получил его от бездомного мужика, который владеет исчезающей лавкой эликсиров.

«Ха-ха-ха… я купил его за серебряную монету»

Вирион недоверчиво посмотрел на меня. Судя по выражению его лица, я готов поспорить, что он бы меньше удивился, если бы я сказал, что украл его у Бога.

«Я сам не знаю откуда он, но я купил этот шарик у торговца…»

«Вы можете рассказать мне, что происходит? Вы ведь всё не серьёзно, правда?» Тесс тут же сосредоточилась на своём мана-ядре. «НИЧЕГО СЕБЕ… М-моё мана-ядро сейчас на светло-жёлтой… и на нём так много трещин» — сказала она, дрожащим голосом.

«Дорогая… ты на самом деле на пике светло-жёлтой стадии»

*Стук*

Тесс закатила глаза и потеряла сознание. Её питомец подбежала как раз вовремя, чтобы подхватить её.

«И вот опять она отключилась…» — проворчал я, положив её поудобнее на траве.

Вирион усмехнулся и взял себя в руки: «Ей нужно восстановиться от постоянного стресса. Она перешла сразу через три стадии и, надеюсь, это не повлияло на её разум. Думаю, мы стали свидетелями переломного момента, ха-ха»

«Я заберу её с собой обратно в Эленор. Ей нужно немного отдохнуть, и я уверен, что мой сын и его жена по-прежнему с нетерпением ждут новостей. Хе-хе-хе, с нетерпением жду их реакции. *Вздох* Представь себе… Тесс, серебряный маг в тринадцатилетнем возрасте…» На лице старица проступила широкая улыбка. «Хочешь пойти с нами?»

«Пожалуй, я откажусь. Я знаю, что Тесс будет с вами в безопасности, и она знает, что я тоже в целости и сохранности. Мы свидимся, когда она вернётся в школу» — ответил я.

«Ладненько. У меня назначена встреча с Советом, которую я избегал всё это время, так что мне придётся оставить тебя на какое-то время. Отдыхай, малыш» Дедушка Вирион подмигнул мне и вышел из тренировочной комнаты, неся Тессию на руках.

Она сейчас на более высоком уровне, чем я…

Мои мысли кружились вокруг бездомного и его магазинчика эликсиров. Неужели причиной всему этот шар, который он отдал мне? Других объяснений не было.

«Кю…» “Папа, я голодна!” Сильви вновь запрыгнула ко мне на голову и хлопнула хвостом по лбу.

«Ха-ха, да, я тоже, Сильвия. Но прежде чем вернуться домой, давай навестим твоего дядю Элайджу» — ответил я, поглаживая питомца по голове.

«Кюю…» “Но, еда…”

«АРТУР!!!» — закричал Элайджа и крепко сжал в объятиях.

У меня случилось жуткое чувство дежавю, но эта сцена была не такой уж трогательной.

«Ха-ха… Да, я ещё жив. От меня так легко не избавиться»

*Шмыг* «Я знаю… ты как таракан» *Шмыг*

Вот спасибо…

Я оттолкнул его от себя, поскольку ситуация повторялась с той, что произошла полчаса назад, но теперь передо мной стоял человек с соплёй из правой ноздри, один конец которой прилип к моей рубашке.

Друг… мой лучший друг. Элайджа был именно тем другом, которого я хотел в прошлой жизни. Человек, с кем я могу быть ребёнком, не важно, сколько мне было лет.

«Ха-ха! Мне тоже приятно снова увидеть твоё уродливое лицо, приятель» — сказал я, улыбнувшись, и похлопал по его плечу.





Глава 77




Глава 77

ОТ ЛИЦА СИНТИИ ГУДСКАЙ:

Я стояла перед тяжёлой железной дверью. За ней собрались шесть бывших королей этого континента. Но не их титулы меня беспокоили, а то, что именно они в конечном счёте будут формировать или разрушать будущее всего континента.

Даже усилив уши маной и произнеся особое заклинание, я не смогла расслышать, что же они обсуждали, оставляя меня в полном неведении их курса дел.

Что мне им сказать?

Что я могу им сказать? Нужно тщательно продумать слова, прежде чем произнести их в слух.

Я только что узнала о том, с чем мне предстоит столкнуться. И я знала, что этого не избежать.

Но неужели я должна просто сидеть и смотреть, как этот мирный континент, который я полюбила, погибнет, и я даже ничего не смогу сделать?

Но ничего не поделаешь. Я слишком сильно отклонилась от первоначального плана.

Я надеялась, что, создав себя и Академию Ксайруса, у всего континента появится хоть малейшая надежда…

Слишком много воды утекло со времён последней войны. Студенты теперь хотели стать сильнее, но не ради того, чтобы сражаться за правое дело, а для собственной гордыни. Но это также не только подняло уровень магии по всему континенту, но и также привило новые ценности людям.

Единственное, что я сейчас могла сделать для этой страны, это подготовить следующее поколение, а также избавиться от всего, что может поспособствовать их планам. Я лично уничтожу всех шпионов, присланных из моей Родины.

Они слишком торопятся. Я даже могу почуять некий след, ведущий к новой фазе плана.

И поэтому мне становится тяжелее поддерживать темп. Должна сказать, что Артур всё больше подозревает меня. Я слишком беспечно чуть не разоблачила себя раной, оставленной мне от одного из пострадавших мана-зверей.

Но я не уверена…

Я всё делаю правильно? У нас будет хоть какой-нибудь шанс?

Я раньше была в этом уверена, но сейчас мой оптимистичный настрой окончательно закончился.

*Вздох*

Два мага-стражника пристально наблюдали за мной, наверняка удивляясь, почему я не захожу. Я заметила, что один из них имел начальное серебряное ядро, а другой, более худой страж, уже перешёл на основной серебряный этап. Они явно из лучших магов, но только на этом континенте.

Я дала знак стражникам, что готова войти внутрь, позволяя им информировать Совет.

«Вы можете войти» — объявили стражи, открывая двери.

«… И Я ГОВОРЮ, ЧТО МЫ НЕ МОЖЕМ НИХРЕНА НЕ ДЕЛАТЬ И ПРОСТО ЖДАТЬ ЕЩЁ БОЛЬШЕ СМЕРТЕЙ! АЛДУИН, МЕРИАЛ, ПОЧЕМУ ВЫ МОЛЧИТЕ? ОДНА ИЗ КОПИЙ МЁРТВА!» Я увидела, как Доусон Грейсандерс, бывший король гномов, стоял посреди зала и перстом указывал на Алдуина Эралих, тоже бывшего короля эльфов, сидевшего скрестив руки и закрыв глаза.

«Успокойся, Доусид. Прежде чем сломя голову искать кто или что убило Алею, нам нужно собрать больше информации. Это может быть как-то связано с нарушениями связи по всему Дикатену. Что, если как мы и подозревали, в это вовлечён неизвестный континент, и мы… Ах, директриса Гудскай. Мы получили ваше сообщение. Пожалуйста, присаживайтесь» Блейн Глайдер, бывший король людей протянул руку, направляя меня к ближайшему свободному месту.

«Похоже, моё сообщение не понадобилось» — ответила я, немного поклонившись, прежде чем сесть. Грейсандерс нехотя забрался на своё, слишком большое для его роста, кресло.

«Да, Алдуин был предупреждён почти сразу же после гибели Алеи, но к сожалению, у нас нет способа узнать, как именно она была убита. Вы ничего об этом не знаете, директриса Синтия?»

Похоже, они уже обо всём узнали благодаря артефактам, о которых мне рассказывали.

«Я извиняюсь, но, честно говоря, это не я нашла её тело» Вынимая адамантовый жетон, который принадлежал Алеи, я передала его леди Эралих.

«Кто нашёл её тело? Мы должны привести этого человека сюда!» Глаундера Грейсандерс, гномья королева, громко хлопнула ладонями по столу.

«Это… может быть немного затруднительно» — нерешительно сказала я, — «Видите ли, тот, кто обнаружил её тело является одним из моих учеников, и нашёл её совершенно случайно»

«Не важно! Просто приведите студента сюда. Нам нужно узнать столько подробностей об этом происшествии, сколько это возможно, прежде чем публично сделать заявление»

«Я могу гарантировать, что студент больше ничего не знает. Он просто натолкнулся на место давно прошедшей битвы» — ответила я, качая головой.

«Вы уверены, что он от вас ничего не скрывает?» — торжественно заявил король Эралих.

«Этот студент – ещё ребёнок, совсем недавно поступивший в академию. У него нет причин скрывать от меня какие-либо подробности. Я боюсь, что он только ещё больше испугается, если мы приведём его сюда, заставляя рассказывать детали»

Я не хотела привлекать ко всему этому Артура. Не сейчас. Он ещё не готов.

Присцилла Глайдер, королева людей, вступилась за меня: «Синтия права. Нет смысла допрашивать студента, который может подделать факты, дабы выставить себя героем. Кроме того, она уже сама опросила его»

«Да, и я даже могу найти место гибели Але… Код Ауреате» — поспешно ответила я. Может быть, они что-нибудь смогут найти. Немного помочь им не помешает.

План, с которым я сюда прибыла, по каким-то причинам ускорился. Но я знала, что он осуществится ещё в ближайшее время. До этого времени, мне пришлось как-то косвенно помогать им подготавливаться к грядущему. Надеюсь, я успела.

«Хорошо. Тогда решено» — король Глайдер подал знак секретарю, — «Пошлём наших лучших магов. Мы должны найти какие-либо улики, которые оставил убийца. А что сейчас с остальными Копьями?»

«Ваше высочество, наши лучшие следопыты уже собраны. Что касается копий, то Код Ноль, Омврекер и Балрог скоро прибудут. Также мы услышали, что Код Громовержец и Код Фантазм совсем недавно пришли в замок» — объявил секретарь.

«Хорошо. Мы позже введём их в курс дела. А пока что, убедитесь, что нет никаких слухов об убийстве одного из Копий»

«Будьте уверены, студент будет держать всё в секрете» — ответила я на вопрос, на который все ждали ответа.

После того, как меня выпроводили, леди Эралих отвела меня в сторону, подальше от посторонних глаз. «Директор Синтия. Как моя Тессия?» Её голос беспокойно дрожал.

«Я не знаю всей ситуации. Однако, за Тессией сейчас присматривают Вирион и Артур. С ней всё будет в порядке, Мериал»

«Надеюсь. Я едва могу сосредоточится, не зная, что происходит с Тессией. Сообщите мне, если узнаете что-нибудь. Алдуин и я будем благодарны» — сказала она, отдав мне передатчик.

Звуковые передатчики были чрезвычайно дорогостоящим устройством, поэтому большинство людей не имело к ним доступа, но у Совета они всегда были в наличии, чтобы отправлять и получать информацию как можно быстрее.

«Я обязательно расскажу вам, как только узнаю» Я успокаивающе улыбнулась, и она ушла обратно в зал.

Пятеро силуэтов ожидали в тускло освещённой камере на самом нижнем этаже. Хотя тени каждого покрывали лица, голоса были узнаваемы.

«Хех… так Алея уже умерла?» — усмехнулся хорошо сложенный человек, прислонившийся к задней стене.

«Байрон… следи за своим тоном» Авторитетный, ледяной голос раздался от стройной фигуры.

«Я слишком раздражена. Её быстрая смерть испортила репутацию Копий»

«Уф… бедная Алея. Мика будет по ней скучать» — ответил мягкий, похожий на детский, голос.

Женщина, чья соблазнительная фигура не могла скрываться даже в тени, вздохнула. «Ооох… Я буду так скучать по ней…»

«Хах! Если она умерла, то это просто её судьба. Боги покарали её за отвратительную внешность» Мускулистая фигура разочарованно покачала головой.

«Ох, Ольфред, Мике не понять твоих мерок красоты. Пф!»

«Ну, я могу сказать, что ты ещё уродливее»

«УФ! ОЛЬФРЕД, ТЫ ДУРАК!»

«Тише, тише, не нужно обижать нашу милую Мику… И как ты мог ей сказать, что она уродина, когда у неё такая милая, вкусная, съедобная мордашка?»

«ОЙ-ОЙ-ОЙ!»

«Хватит вести себя как детишки!»

«Ох… Байрон опять капризничает… Хотя, это же Байрон…»

«Тьфу… чья бы корова мычала»

«Хватит. Что нам прикажет Совет?»

«Хах! Эти уродливые старые пердуны всё ещё обсуждают произошедшее. Но они не смеют перечить моему дорогому королю, Доусону Грейсандерсу. Вот он – идеал красоты»

«Фу… Мика любит крепких, красивых парней. Король Грейсандерс больше похож на старого пердуна»

«Ах ты уродливая маленькая… Как ты смеешь оскорблять нашего благородного короля?! Он благословил нас и наши силы! У короля Грейсандерса, как и у меня, нет возраста! Мы просто созреваем, как хорошее вино. Богиня Красоты благословила нас»

«Только Олфи считает себя красивым. Мика знает, что кроме него, так никто не считает…»

«Пожалуйста, извините за вторжение. Совет просит вас пройти в зал»

«Наконец-то… Я надеюсь, что король Глайдер отправит меня на особое, отдельное от вас задание»

«Байрон думает, что он крутой и особенный, когда Мика знает, что он не такой уж и сильный»

«Что, чёрт возьми, ты говоришь? Ты думаешь, что я, Байрон Уайкс, следующий глава семьи Уайксов, и лично выбранный королём Глайдером в Копья будет…»

«Народ… девайте не будем ссориться. Не будем злить старшую сестру, хе-хе»

…

«Извини…»

«Тьфу…»





Глава 78




Глава 78

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

«Эй, Арт, я думал, что мы собирались к тебе домой. Куда мы идём?» Элайджа удивлённо посмотрел на меня, поняв, что мы отошли довольно далеко от усадьбы Хелсти.

«Сперва нужно заскочить в одно место. Не волнуйся, мы просто сделаем небольшой крюк» — ответил я и ускорился, придерживая рукой Сильви, сидящую у меня на голове.

«Подожди меня!»

Когда мы дошли до места назначения, я не смог сдержать разочарованного вздоха.

«Так я и думал…»

«Эликсиры Ксайруса? Тебе что-то нужно купить? Уже почти полночь, конечно же они уже закрыты» Элайджа подёргал ручку стеклянной двери в надежде открыть её.

«Неважно. Пойдём домой» Я уже собрался вернуться на дорогу, но моё внимание привлёк блестящий объект, попавший в трещину в переулке, ведущего к «Эликсирам Ксайруса»

Я опустился на колени, чтобы достать его. Это был шар, аналогичный тому, что я использовал на Тесс, но теперь, вместо радуги с крапинками, шарик украшали плавающие внутри золотые хлопья. Возле мраморного шарика лежала грубо нацарапанная записка:

«Твоей маленькой принцессе, вероятно, это понадобится»

«Что это ты там разглядываешь?» Элайджа наклонился через моё плечо, чтобы тоже посмотреть. Я быстро скомкал бумагу и закинул шар в пространственное кольцо.

«Давай поскорее вернёмся домой, Элайжда. Мне нужно сказать семье, что возможно, мне придётся пропустить несколько учебных дней. Завтра возвращайся в академию и расскажи всем, что я в порядке и в безопасности» — я погладил лучшего друга по плечу и ободряюще улыбнулся.

«Не волнуйся, я так и сделаю»

На следующий день…

ОТ ЛИЦА КЕЙТИЛИН ГЛАЙДЕР:

После того, как брат рассказал мне о случившемся в подземелье, я была в шоке. Я хотела кого-нибудь обвинить в этом, даже профессора Глори, но я знала, что никто не виноват. Почему я становлюсь такой чувствительной, когда дело заходит об Артуре?

Кроме того, у него что-то есть с президентом студенческого совета. Ну, я не уверена точно, но чувствую, что между ними что-то происходит.

Почему я волнуюсь о его любовной жизни больше, чем о настоящей?

С Артуром всё в порядке, верно? Он просто такой человек, что неважно, насколько ситуация будет плохой, он всегда сумеет выкрутится с улыбкой на лице. И это меня успокаивало.

Я уверена, что он в порядке!

Я уверена…

«Ух…»

Удивившись своим внезапным стоном, я быстро прикрыла рот, надеясь, что никто не услышал этого позора. Оглянувшись и никого не заметив, я облегчённо вздохнула.

В последнее время работа сотрудником дисциплинарного комитета довольно напрягала. После формирования комитета всё было тихо, но недавно случились непредвиденные обстоятельства.

Клэр Блейдхарт, наш лидер, несколько дней назад намекнула, что отношение Артура к событиям должно остаться в тайне. Сперва я не хотела даже слушать её, но потом передумала. Клэр вместе с Каем, специализировавшимся на скрытности, тайно собирала информацию. Кажется, в академии появились радикальные группы, недовольные руководством и их путём.

Группы состояли только из людей, а по некоторым лицам, которые Кай смог заметить, можно понять, что все они были членами благородных семей.

Одним из таких был Чарльз Рейвенпор. Его отец имел довольно близкие отношения с моей семьёй, но сугубо деловые. Папа всегда недовольно ворчал после встреч с господином Рейвенпором, говоря, как тот был не воспитан и эгоистичен.

Причиной, почему Клэр не хотела привлекать внимание к Артуру крылось в том, что именно он был причиной появления таких радикальных групп. Множество студентов из групп считали, что ему не место в Академии, из-за его скромного происхождения. А тот факт, что его назначили профессором, был отдельной и ещё одной причиной ненависти у некоторых студентов-завистников.

Мы не могли разогнать их, потому что они пока что не сделали ничего плохого, да и у нас не было доказательств. Но судя по всему, даже некоторые профессора Академии поддерживали их.

Но так было до вчерашнего дня, когда некоторые радикальные члены групп начали действовать.

Дентон, один из моих однокассников. Мы вместе посещали занятия Арт… профессора Артура. На самом деле, он был одним из студентов, которые категорически высказывались против преподавания Артура. Однако, перед ним он был довольно вежлив.

Дентон… был найден избитым и голым, висящим вниз головой с одной из статуй в нашем кампусе. На виду у всех проходящих студентов.

Директриса Гудскай всё ещё была в отъезде, поэтому её помощник, Триша, и профессор Глори в конце концов спустили его вниз и отвели в лазарет.

После опроса выяснилось, что его отвели в переулок между зданиями и избили члены групп. Клэр сказала, что его хотели «научить» как правильно использовать ману, поскольку Артур «недостаточно хорош» в этом.

Моего одноклассника использовали как манекен для отработки заклинаний. После того, как он потерял сознание, его раздели и повесили вниз головой, с запиской, которая прикрывала его интимную часть. В ней гласилось, что ему нужно перестать ходить на эти плебейские занятия, если он не хочет повторения произошедшего.

И с этих пор Триша пыталась подавить гнев родителей гномов и эльфов, которые думали, что инцидент связан с расовой дискриминацией, поскольку потерпевший был эльфом.

Стоит ли говорить, что студент больше у нас не обучается?

Почему это произошло? Какой был смысл? Зачем вызывать раскол среди студентов? Неужели у этих студентов настолько низкая самооценка, что им нужно было избить кого-либо слабее себя? Чем больше власти и привилегий, тем больше злобы и жадности?

Неужели я настольно наивна, если желаю, чтобы все расы нашего континента учились сообща?

После несчастного случая с Артуром, во всём дисциплинарном комитете повисла тёмная и мрачная атмосфера. Клэр и мой брат винили себя в произошедшем.

И вишенкой на торте служило наше бессилие. Все члены ДК находились в состоянии повышенной готовности, старшекурсники патрулировали утром и днём, а Фейрих и я взяли на себя вечерние смены.

Кай попытался выяснить места встречи членов радикальных групп, но как только он находил зацепку, то места тут же менялись. Кажется, что они передавали друг другу какой-то код.

Преподаватели не помогали. Большинство из них говорили недовольным родителям эльфов и гномов, что сделают всё возможное, чтобы найти виновного, но ничего не могли предпринять, поскольку человеческие родители тоже были недовольны из-за обвинений в расовой дискриминации.

Преподаватели пытались угодить обеим сторонам конфликта, но бесполезно.

Единственной, кто мог противостоять им прямо и открыто была директриса Гудскай, но она до сих пор не вернулась.

Казалось, что её исчезновение позволило группам открыто действовать… Ибо она бы их тут же остановила.

Я зашла в кабинет ДК и поднялась по лестнице. Место, где обычно сидел Артур, пустовало.

«Всё куда хуже, чем мы думали. У меня есть ощущение, что группа пытается создать как можно больше хаоса до появления директрисы, а затем залечь на дно» — объявила Клэр, наклонившись вперёд. Тёмные мешки под её глазами говорили мне, что после возвращения она так и не отдохнула.

Я кивком поприветствовала каждого и села на своё место. Они тоже промолчали, будучи слишком расстроенными, чтобы поговорить.

«Как вы и просили, я пообщалась с несколькими профессорами о ситуации, но, похоже, вы были правы. Никто не готов активно помогать нам в поиске сути проблемы. Они закрывают глаза, из-за отсутствия «доказательств».

«Мы уже знаем одного из членов группы, так почему бы просто не взять и допросить этого грубияна? Сомневаюсь, что он достаточно смел, чтобы не рассказать нам все секреты за пару минут» — крякнула Дорадрея откинувшись на своём стуле.

Кай только покачал головой. «Мы хотели, но Чарльз Рейвенпор в последние дни стал очень осторожен. Он всегда ходит в окружении как минимум пятерых прислужников. Невозможно тайком выкрасть его. Кроме того, нам нужно продумать свои действия в масштабе всей академии. Не важно, сколько проблем мы действительно урегулировали, заключение студента под стражу без надлежащих оснований сильно ударит по репутации»

*Стук*

«Что, чёрт возьми, должен сделать комитет в таких случаях?» Теодор стукнул кулаком по столу, чуть не перевернув графин с водой.

«Ничего не поделаешь. Мы слишком мало знаем о планах группировки и что ещё более важно, на что они способны. И похоже, что таких групп несколько»

«… Мы должны дождаться директрисы Гудскай или Артура» — сказала я.

«Я понимаю, что нам необходима директриса, но Артур? Мы даже не знаем… жив ли он. И кроме того, что он может сделать даже после своего возвращения?» — ответила наш лидер. Должна сказать, что Клэр винила себя и стеснялась о нём говорить.

Брат тоже приуныл, когда я упомянула Артура. Они оба были там, и оба пытались сделать всё возможное. После возвращения из подземелья, брат сказал, что профессор Глори планировала вернуться туда с командой разведчиков. Она сказала, что есть большая вероятность того, что он всё ещё жив, потому что все мана-звери подземелья столпились на первом этаже.

«Кэт… прости, но мы не можем полагаться на Артура» Мой брат изо всех сил старался выдавить сочувственную улыбку.

«… Он скоро придёт» Я, должно быть, по ошибке сказала это в слух, потому что каждый, даже Теодор, страдальчески на меня посмотрели.

…

«Эм, простите?»

Каждый член дисциплинарного комитета, включая меня, обернулись на неожиданный голос, доносящийся с первого этажа.

Это лучший друг Артура, Элайджа.

«Ах, ты близкий друг Артура, верно?» Клэр жестом пригласила его наверх.

«Да, я извиняюсь за вторжение. Я пришёл в академию немного позже, чем ожидал, но всё же здорово, что вы все здесь. Слушайте, я знаю, что вы беспокоитесь об Ар…

*БУУУУУУМ!!!* *БУУУУУМ!!!*





Глава 79




Глава 79

ОТ ЛИЦА ЭЛАЙДЖИ КНАЙТА:

Что за чёрт…

Что, чёрт возьми, происходит? Я всего лишь вышел из академии на полдня и тут вдруг Дентона повесили голым на статуе, а сейчас подожгли здание?

Услышав взрыв, мы тут же выскочили из кабинета Дисциплинарного Комитета. Я думал, что кто-то неверно прочёл заклинание или что-то в этом роде.

Однако, это… больше похоже на целенаправленный акт терроризма. Кто это сделал? И зачем? Что происходит?

«Бля! Это опять они» — сказал Теодор, как будто бы заранее зная о случившемся.

Он сказал «они, значит, возможно, это те же самые люди, что избили и унизили Дентона?

ОТ ЛИЦА КЕЙТИЛИН ГЛАЙДЕР:

Я помню, как в детстве мне зачитали лекцию. Уже и не помню, что там именно случилось, но мне сказали, что это из-за того, что я отказалась учиться в одном классе с другими дворянскими детьми. По-видимому, моя мать думала, что так я смогу с ними подружиться.

Однако всё пошло не так, как она рассчитывала, потому что в первый же день я закатила истерику, вереща, что не я не хочу дружить с ними, потому что они не принцессы, как я.

Игнорируя любезные слова домашнего учителя, я сбежала в свою комнату и отказалась выходить.

Позже в этот же день, после того, как учитель ушёл, мама постучала в дверь моей комнаты, хотя я её не запирала.

Она села рядом со мной на кровать и нежно погладила меня по голове. Не помню, что я ей ответила, но её слова оставили на мне такое неизгладимое впечатление, что я до сих пор вспоминаю её точные слова.

«Моя маленькая Кейтилин, я знаю, что ты думаешь, будто бы не сделала ничего плохого. Все сердятся и сражаются за то, во что верят. Я хочу, чтобы ты знала, прежде всего ты – личность. Неважно, кто он – король, слуга, могущественный маг, эльф или гном. Личность – всегда главнее.

Все люди разные и именно это придаёт им индивидуальность. Не нужно ненавидеть кого-либо за то, что он не может изменит. Что делать, если людям не нравятся твои круглые уши или красивая белая кожа? Или вздёрнутый маленький нос?»

Она щекотала каждую упомянутую часть тела, а затем ушла, оставив меня в приступе смеха.

Моя мама умна и рассудительна, и ни капельки не так холодна, как можно подумать, судя по внешности. Она заботится о каждом, будь то люди, эльфы или гномы. Она строго наказывала нас с братом за любой случай дискриминации, не важно, по социальному классу или расе.

Услышав взрыв, мы все тут же сорвались с мест и поспешили на улицу. Я сжимала кулаки в отчаянии и разочаровании при виде катастрофического происшествия, открывшегося перед нами.

Недалеко от центра кампуса поднималось густое облако дыма.

Клэр, стоящая позади меня, недовольно щёлкнула языком и пробормотала ругательство себе под нос.

Половина недавно построенного здания пылала в огне, а другая половина рушилась под собственным весом. Студенты спешно эвакуировались из здания, а сотрудники и профессоры уже бежали в здание, чтобы вытаскивать тех, кто застрял или упал в обморок.

«Я должен был догадаться, что они нацелятся на это здание» — Теодор выругался в слух и топнул ногой.

Мы поспешили к пожару.

Здание называлось «Зал Тройного Объединения». Оно служило в качестве памятника и музея в честь союза между тремя расами. Мама долго спорила, пытаясь убедить остальных членов Совета в необходимости постройки здания. И была невероятно счастлива, когда его всё же возвели.

Она сказала мне, что его построили для того, чтобы все три расы смогли узнать в нём о различиях и культуре друг друга.

И поэтому зал был идеальной мишенью для радикальных групп, устраивавших беспорядки.

Я едва сдерживала слёзы.

Клэр приказала Каю предупредить остальных преподавателей и сотрудников. Когда она попросила меня и Фейриха, чтобы мы помогли магам, которые уже пытались загасить огонь, прежде чем тот обрушит весь дом, я заметила её выражение лица, переходящее от гнева к унынию.

Мне почти хотелось извиниться, будто бы это моя вина. Дорадрея не приняла всё близко к сердцу, но судя по виду Фейриха, он не был столь же эмоционально силён. Я хотела его приободрить, но слова застряли в горле. Я никогда не была сильна в выражении своих мыслей, как моя мать… или Артур.

Поддерживая профессора, который вошёл внутрь рушащегося здания, я заметила студенческий совет, который, почти в полном составе, тоже пробирался к сцене.

Не тратя времени на приветствия, мы принялись за работу. Водные маги помогли потушить огонь, а земные и воздушные сохранили здание от разрушения.

Я не часто использовала водные заклинания, привыкнув к более сильному ледяному элементу, но всё же знала несколько нужных заклинаний.

«ОТОЙДИТЕ В СТОРОНУ!» Из-за толпы студентов выбежали пара профессоров, на ходу вытаскивая палочки.

Через несколько мгновений после немой подготовки заклинания, один из профессоров, преподававший боевую магию у старшекурсников, Малкинхейм, создал густое облако тумана вокруг всего здания.

Другой профессор, которого я не узнала, поддержал его и использовал влагу из облака, создав множество водяных потоков. Размер этих двух заклинаний от профессоров превосходил более чем в три раза те, что тщательно наколдовали десять подготовленных студентов.

Через десять минут, чудовищный пожар был потушен, и другие профессора зашли внутрь, повторяя заклинания, дабы поднимать куски земли и удержать разваливающуюся часть здания.

Что ж… это же профессора. У них совсем другой уровень.

Это напомнило мне случай, когда Артур полностью превзошёл профессора Гейста. Насколько он силён? И что бы он сделал в такой ситуации?

Покачав головой, я пожурила себя за то, что снова подумала о Артуре. Почему его имя так часто всплывает в моей голове? Мне нужно оставаться сильной, когда он вернётся.

Он же вернётся, да?

Я снова начала произносить заклинание, когда увидела группу студентов, поспешно выбегающих из-за угла здания. Сперва я не придала этому значения, пока не увидела одного из студентов – это был Чарльз Рейвенпор.

Даже с такого расстояния я видела, как сильно он нервничал, будто бы сбегал с места преступления. Когда наши взгляды пересеклись, он быстро отвернулся и ускорил шаг.

И прежде чем я смогла что-либо сделать, Теодор, который помогал раненым студентам, тоже заметил его, и усилив своё тело маной, яростно рванул к Чарльзу.

«ААААА! Кто-нибудь, помогите!» Неожиданно, группа, окружавшая его, не стала помогать Чарльзу, которого легко подняли за шиворот. Вместо этого, они испуганно озирались по сторонам.

Держа палочку наготове, я поспешила за своим братом, который тоже бежал к Теодору и Чарльзу.

«Нам нужно задать тебе пару вопросов. Будь так любезен, прекрати брыкаться и иди с нами» — проворчат Теодор, таща за тобой извивающегося Чарльза.

Обычно я не одобряю поспешное поведение Теодора, но в этот раз – простите меня за эти грубые мысли – я надеялась, что он будет с ним немного грубее. Какая-то часть меня, очень маленький кусочек, хотел опуститься до их уровня и использовать те же варварские методы на всей радикальной группе, дабы выбить из них признание.

Однако, прежде чем Теодор смог сделать что-нибудь ещё, строгий голос прервал нас.

«Что это значит?!» — рявкнул профессор Малкинхейм, вставая на пути Теодора.

Профессор Малкинхейм представлял из себя тощего человека, с лысеющей головой и клювоподобным носом. Профессор стыдился отсутствия волос и зачёсывал волосы, пытаясь прикрыть лысину на макушке.

Он физически не мог препятствовать кому-то как Теодор, но его тоненькая палочка указывала прямо на моего товарища.

«Это же я хочу спросить и у вас, профессор!» — рыкнул Теодор. Чарльз, беспомощно лежащий на полу, умоляюще смотрел на профессора.

«Я и не знал, что сотрудники Дисциплинарного Комитета окажутся обычными бандитами, которые задерживают невиновного студента» Палочка профессора всё ещё тыкалась в грудь Теодора.

«Невиновного?! Ха! Этого сопляка несколько раз видели в радикальной группировке, которую вы уже давно не можете поймать. Это явно указывает на его вину. И вы сейчас будете защищать преступника?» Могу сказать, что для Теодора это стало последней каплей, поскольку земля под его ногами начала разрушаться от действия магии гравитации.

«Уууу! Кто-нибудь, спасите меня от этой зверюги! Я невиновен! Клянусь!» Чарльз всё ещё пытался выбраться из хватки Теодора.

«Теодор, я понимаю, что ты чувствуешь, но так делать нельзя. Задержание студента без каких-либо доказательств кроме собственных слов приведёт к последствиям. От его родителей и может быть даже Совета. Пожалуйста, не нужно поспешных решений» Это уже сказала другой профессор, который помогал тушить пламя. Она встала между Малкинхеймом и Теодором, пытаясь подавить напряжение.

«Профессор Гинерт права. Теодор, так поступать нельзя. Слишком многое поставлено на карту, чтобы быть безрассудным. Кроме того, сейчас есть более важные вещи. Мы должны убедиться, что все успешно эвакуировались из здания» — сказал Кёртис. На его лице смешалось разочарование и беспомощность.

*Стук*

Ни слова не говоря, Теодор швырнул Чарльза Рейвенпора обратно к его товарищам. И, угрожающе взглянув на профессора Малкинхейма, ушёл.

Профессор только цокнул языком и пошёл к студентам, наблюдавших за сценой.

Я перевела взгляд на Чарльза, которого поднимали его друзья.

Его растрёпанная чёлка покрывала большую часть лица, но я клянусь… он улыбался.





Глава 80




Глава 80

ОТ ЛИЦА СИНТИИ ГУДСКАЙ:

Когда я добралась до поляны в лесу, то своим усиленным слухом уловила тихое бормотание заклинания.

*Ветряные лезвия* Десятки почти прозрачных лезвий просвистели мне навстречу с невероятной скоростью.

Ну естественно, что те, кто шпионил за мной, окажутся воздушными магами.

Я подождала, пока ветряные лезвия подлетят ко мне поближе и резко опустила звуковой барьер.

Оставшись невредимой, я продолжила идти, проговаривая ответное заклинание.

*Импульс* *ФУУУХ*

Птицы и грызуны, попавшие под атаку, замертво упали с деревьев, на которых прятались. Вместе с ними, под удар попали несколько не подготовившихся шпионов, выпавших из собственных укрытий, ворочаясь в агонии и прижимая ладонями уши. Я вычислила каждого из них.

Но прежде чем я смогла произнести ещё одно заклинание, мне пришлось увернуться от иглы, которой удавалось избежать от моего обнаружения до последней секунды. Бросив быстрый взгляд, я заметила, что снаряд покрыт ядом.

«Авиэр, возьми тех, что справа» — монотонно заявила я.

«Понял» Мой питомец тут же уловил ментальную передачу.

Авиэр спикировал из лунного неба, и вскоре я услышала стоны и вой шпионов, ставших его добычей. Жаль, что на их крики никто не придёт.

Я постаралась сдержать себя, чтобы оставить хотя бы парочку из них, дабы выбить какую-нибудь информацию.

Под конец, только одному удалось выжить, чтобы ответить на наши вопросы…

«ААААААА!» Один из шпионов, лежащий передо мной в грязи, завывал от боли.

Мне нужно просто мучать его, прежде чем уничтожить мана-ядро. Без защищающей магии, его тело будет слишком хрупким. Я приступила к раздроблению костей, давая ему шанс ответить на все мои вопросы. Однако, он упрямо сопротивлялся.

«Хах! Думаешь, я всё расскажу тебе, ПРЕДАТЕЛЬНИЦА?! Ты совершила большую ошибку. Они медленно восстанавливают… прежнюю силу. Судя по задаваемым тобой вопросам, ты предполагала, что у этого континента есть ещё несколько десятилетий, да? Пфф! Жителям этого континента… осталось меньше десяти лет до начала войны» Он ухмыльнулся, сплёвывая кровь мне на лицо.

Моё тело сковало судорогой от подтверждения собственных страхов. Подавляя разочарование, я положила руки на голову раненого шпиона.

Его голос задрожал от скопившейся крови во рту. Он прохрипел: «Да здравствует…»

*Вжух*

Мозг, превращённый в жидкую кашу, вместе с кровью вытек из ушей и других отверстий, когда я выпустила звуковой импульс в его череп.

Отпустив бездыханное тело на землю, я тихо вздохнула. Обернувшись, я поспешила к своей цели, осторожно обходя трупы, разбросанные по земле.

«Авиэр, можешь ли ты убрать весь этот беспорядок?» — извиняясь, сказала я.

«Человеческое мясо, на мой вкус, слишком жилистое. Но, думаю, что сейчас выбирать не из чего» — ответил мой питомец и его сова-образное тело начало светиться, преобразовавшись в форму виверны.

Тихую лунную ночь тревожили звуки хруста костей, эхом разносящиеся по округе. Авиэр пировал на останках очередных шпионов, присланных с моей родины.

Я испустила разочарованный вздох в тихую ночь, вытирая кровь со своего лица. Годы, проведённые на этом континенте, слишком размягчили меня. Апатия, возникшая в душе после множества смертей и пыток, сменилась кислым вкусом во рту от убийства всего нескольких зомбированных солдат.

Но… это было слишком легко.

Они просто разведывали местность?

Авиэр, редко разрешавший ездить на своей спине, нёс меня к нашему следующему месту назначения. Я просто надеялась, что мои догадки не подтвердятся.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

В ночь до этого…

«Тебе действительно уже нужно уходить? Ты же только что вернулся к нам» — вздохнула мама, грустно смотря на меня, сидевшего за обеденным столом.

«Брат, ты снова уходишь? Чтобы снова почти умереть?» — спросила сестра с каминным лицом, отчего её последний вопрос колол ещё сильнее. Можно сказать, что она надула губы, однако, пыталась сохранить бесстрастное лицо.

«Элеонора! Нельзя говорить такие вещи своему брату» Мама ущипнула сестру за щеку и отчитала её.

«Артур, я знаю, что ты вырос. И знаю, что твои решения приняты во благо семьи. Отец поддерживает тебя… идти к своей любимой» Отец ободряюще поднял большой палец вверх, легко усмехнувшись.

«О Боже, папа, пожалуйста, прекрати» — застонал я, слегка краснея.

«Хе-хе!» Хихиканье вырвалось из уст моей мамы. Несмотря на её усилия в попытках быстро прикрыть рот и построить серьёзное лицо, уже было слишком поздно.

Я чувствовал, как пылает моё лицо, так что я просто отвернулся, качая головой, не зная, что хуже: когда родители беспокоились обо мне, или когда дразнили.

Между тем, Элайджа спокойно сидел рядом со мной, прикусывая губы, едва сдерживаясь от смеха. Выражение его лица, казалось, говорило: «А я что, я ничего!»

«Кю!» “Папа будет в порядке! В этот раз, я его защищу!” Сильви прыгала вверх и вниз по столу.

Я пытался убедить своих родителей, которые уже напридумывали себе всякого. «Я ухожу всего лишь на пару дней, и буду под присмотром дедушки Вириона. Кроме того, на следующей неделе отмечают праздник Созвездия Авроры, так что я постараюсь поскорее вернуться домой. Как я уже говорил ранее, это очень важная поездка»

«Мы не можем всё время нянчиться с тобой. Ты растёшь, во всех смыслах. По крайней мере, ты будешь лучше, чем твой отец» — рассуждала мама, беспомощно посмотрев на отца, который был пойман врасплох внезапным ударом.

Отец, который выкладывался на полную, в качестве инструктора охранников, похоже принял этот комментарий близко к сердцу.

Я криво улыбнулся и поглядел на Элайджу.

«Не волнуйся, я оповещу всех, что ты жив и скоро вернёшься» — ответил он, положа руку на моё плечо.

«Я скоро вернусь»

Я встал и напоследок обнял каждого, поскольку это стало уже традицией в нашей семье. Сильви, пойманная в цепкие объятия моей сестры, отчаянно пыталась вырваться.

Быстро взглянув на маму и сестру, я убедился, что они всё ещё носят ожерелье из Виверны-Феникса.

Я сказал последние «прощайте» и побежал к карете, ожидающей меня снаружи дома. Сильви весело поспешила за мной.

Внутри кареты, запряжённой крупной лошадью, я начал рассматривать золотой шар, пытаясь выяснить, что же это такое.

Каждый раз, когда я пытался влить ману в шар, то не чувствовал никакой реакцией, или же, при сканировании, оказывалось, что шар сделан… из мрамора.

Щёлкнув языком от досады, я закинул шар обратно в кольцо. Поездка до телепортационных ворот займёт какое-то время, которое лучше всего потратить на сон, что я и пытался сделать.

Это необходимо, Король Грей…

Чрезвычайно важно обеспечить стабильность в вашей стране…

Чтобы показать жителем нашей страны, ВАШЕЙ страны, что вы их король и что вы будете сражаться за нас, вы должны её убить…

Убить её, Король Грей, так чтобы мир знал, что не стоит вставать на пути у вашей страны…

Убить её…

*Вздох*

Я резко подпрыгнул на сидении в карете. Биение сердца эхом раздавалось в моей голое, и я почувствовал, как холодный воздух, просачивающийся в карету, прокатывался по моему вспотевшему лбу. Мне потребовалось время, чтобы осознать, что мне только что приснилось. Опустившись обратно на сидение, я вытер холодный пот со лба, и Сильви, которая, наверное, свалилась с меня, прыгнула обратно на колени, озабоченно глядя на меня.

Я крепко закрыл глаза, надеясь, что это поможет мне избавиться от тревожных воспоминаний, которые я уже забыл. Сильви лизнула мою ладонь.

«Всё в порядке, Сильвия. Я в порядке» — я заверил её, поглаживая по уху.

Почему эти воспоминания нахлынули именно сейчас?

Не в силах больше заснуть, я решил болтать с Сильвией, чтобы скоротать время. Она начала небольшую беседу о том, как она сама училась и тренировалась. На протяжении месяца, умственный рост Сильви стремительно возрос. Её знания давно перевалили за показатель зрелого человека.

Порой я желаю, чтобы у меня было больше возможностей потренироваться со своим питомцем. Увидев Кёртиса и его Мирового Льва на дуэли, я могу сказать, что они наверняка потратили не мало времени на совместные тренировки.

Когда мы прибыли на место, луна всё ещё стояла высоко в небе, мягко освещая летающий город Ксайрус. Охранник врат, ведущий в Королевство Эленор поспешил к нам, сжимая левой рукой рукоять меча, прикреплённого к талии.

«Предьявите документы. Какова ваша цель визита?» Суровый охранник убрал руку с меча, увидев, что я был простым ребёнком.

По какой-то причине, его голос был смутно знаком, поскольку он звучал как-то необычно. Отмахнувшись от навязчивой мысли, я сосредоточился на ситуации.

Не зная, что сказать, я вспомнил о серебряном компасе, который дал мне Вирион, когда я был ещё ребёнком. На нём была эмблема семьи Эралих, поэтому его можно было предъявить в качестве пропуска.

Не говоря ни слова, я сунул руку в карман и вытащил компас из своего кольца, а затем показал его охраннику.

«Хм, я просил наст… э-это… проходите, сэр. Извиняюсь за своё невежество. Я понятия не имел, что вы связаны с королевской семьёй» Грубое выражение на лице охранника мгновенно исчезло, когда он поклонился и торопливо побежал к вратам, активируя их.

Когда руны вокруг входного портала засветились и начали монотонно гудеть, он подбежал к нам, извиняясь.

«К сожалению, врата не могут доставить вас прямо в королевство, однако, приведут вас к ближайшему входу» Охранник сокрушённо крутил головой, как будто бы это была его вина.

«Угу, прекрасно. Спасибо» — кивнул я.

Хм… кажется, это не просто компас.

Исходящий от портала гул усилился. В то время как древняя магия рун открывала проход. Я обернулся, чтобы увидеть охранника, преувеличенно поклонившегося мне.

Когда правая нога вступила в портал, я ощутил знакомое чувство, как будто бы моё тело куда-то засасывает. Охранник посмотрел в небо. Маска солдата со шрамами исчезла, открывая истинное лицо старика из магазина эликсиров.

С лёгкой усмешкой, он подмигнул мне, прежде чем сказать: «Счастливого пути, малой»





Глава 81




Глава 81

ОТ ЛИЦА ЭЛАЙДЖИ КНАЙТА:

К тому времени, когда члены Дисциплинарного Комитета и Студенческий Совет встретились с преподавателями, наступила глубокая ночь.

И тогда я решил рассказать им то, что не успел раньше – о том, что Артур жив и невредим.

«Да! Я знала! Я знала, что он выживет» Клэр с облегчением свалилась на стул и закрыла лицо руками, наверное, чтобы скрыть слёзы, стекающие по её щекам.

Кёртис громко выдохнул и прислонился к стене. Но больше всего меня удивила реакция принцессы Кейтилин.

Я чётко увидел, как посветлело её лицо, как она изучала меня глазами, чтобы убедится, что я не вру. Я почти видел сияние в её глазах шоколадного цвета, а на лице появилась редкая улыбка.

«Слава Богу» — она бормотала под нос снова и снова, когда я подтвердил свои слова неловким кивком.

«Как и ожидалось от моего *шмыг* соперника» Эльф, который продолжал, настаивать на том, что он был соперником Артура, так гордо огляделся, как будто бы он лично спас Артура, но сопля из носа сильно портила его образ.

«Хех, я знал, что этот малец не помрёт от простого падения» — проворчал медведь, откинувшись на спинку кресла. Теодор старался держаться небрежно, но маленькая улыбка на лице говорила о том, что он был очень рад.

Кай, вроде бы так его зовут, отреагировал странно равнодушно, с ничего не значащей улыбкой.

«Похоже, я всё-таки с ним посражаюсь» Женоподобный гном, слишком уродливая, чтобы считаться привлекательной, легко улыбнулась.

Тьфу, в мою голову вновь залезли некоторые неприятные воспоминания.

Обрадовавшись новости, они не возражали, что Артур пока что не вернётся к ним, чтобы помочь с ситуацией.

Как раз наоборот, они чувствовали, что именно им нужно разобраться со всем этим фиаско, прежде чем Артур и Тессия вернутся в академию.

Это было странно, потому что я чувствовал, что если директриса не вернётся вовремя, то Артур уж точно смог бы что-нибудь сделать.

Я рассказал комитету об Артуре уже после того, как пожар на стройке был взят под контроль. К счастью, никто не погиб и лишь несколько студентов получили ожоги. Эмиттеры, прибывшие из гильдии Авантюристов, подлечили их. Пострадавших поместили в лазарет, где их должны были забрать родители, уже оповещённые о произошедшем.

Атмосфера в академии всё ухудшалась. Теперь между студентами произошёл чёткий раскол. Эльфы и гномы в ярости обзывали всех людей расистскими скотами, в то время как гордые люди не намеревались брать на себя вину за действия других.

Несколько студентов, которые заняли нейтральную сторону, в конечном итоге подвернулись гонениям с обеих сторон. Поэтому они тоже боялись что-либо сказать, поскольку в этот момент ситуация стала слишком нестабильной. Все пытались найти кого-нибудь, на кого можно свалить вину.

Странно видеть, как люди становились более безрассудными, когда объединялись с теми, кто разделял их мнение. Обе стороны стали более активнее выступать друг против друга и чуть было не произошли драки, если бы профессора не попросили всех успокоиться.

Беспокоясь о событиях, я зашёл в тренировочный зал, в который Артур дал мне доступ. Я обычно не посещал залы, но так как Артура и Тессии сейчас не было, то я решил попробовать.

Охранник лишь взглянул на меня, усмехнувшись, а доброжелательная девушка по имени Хлоя лично сопроводила меня в комнату.

«Ха…» — я глубоко выдохнул, почувствовав, как моё мана-ядро задрожало, готовясь вырваться из тела.

В отличие от Артура, я многому научился в академии.

Я сразу же заметил, что медитация не для меня. Моё мана-ядро развивалось и укреплялось в своём собственном темпе и какие-либо сознательные усилия для заполнения его маной из атмосферы, кажется, не помогали.

Даже не прикладывая никаких усилий, я легко достиг светло-оранжевой стадии, но затем, я попросту застрял на ней.

*Копьё земли* Я чувствую, как по мне растекается мана, когда я активировал заклинание, и тут же каменное копьё вылетело из земли рядом со мной.

*Копьё земли* На этот раз я влил больше маны в заклинание.

Два больших копья выстрелили вверх под острым углом, летя в сторону воображаемого противника. Если честно, бормотать заклинание не так уж и необходимо. Так, просто привычка, чтобы лучше представить то, что я хочу вызвать, но если я натренируюсь, то может быть даже смогу вызывать сразу несколько заклинаний одновременно.

*Каменная завеса» На этот раз, земля подо мной рассыпалась и кусочки камня поднялись в воздух. После пары минут поддержания заклинания, я выстрелил камнями в дерево.

*БУМ* *БУМ* *БУМ* *БУМ*

Только четыре из десяти камней достигли цели, отчего я немного разочаровался.

Если я не могу медитировать как все остальные, чтобы укрепить своё мана-ядро, то нужно наверстать это лучшим контролем заклинаний.

Посещая класс Использования Маны, я узнал, как лучше всего применять заклинания определённых стихий. Огненному магу необходимо более точно колдовать, дольше произнося свои заклинания. Колдуя заклинание, маги проговаривают каждый шаг в создании заклинания. Для *каменных пуль* эти шаги начинаются от придания формы камню, его плотности, откуда он взят. Если пуле нужно придать вращение, то это тоже нужно проговорить. И не забыть о первоначальной траектории, а также укреплению каменной пули, чтобы она смогла пронзить цель или же взорваться при ударе. Всё это нужно проговаривать.

Все эти «шаги» в заклинание легко могут вообразить маги, имеющие склонность к определённой стихии. Большинство магов выбирают свою специализацию с тем элементом, к которому они имеют наибольшую склонность, дабы оптимально использовать свои умственные способности и ману.

Я чувствовал землю под собой как продолжение собственного тела. Может быть, это потому, что я вырос с гномами, но у меня всегда была навязчивая мысль, что даже среди них я был особенным. В смысле, не такой особенный гений, как Артур, скорее, как «ненормальный»

Ну, думаю, Артур тоже не совсем уж нормальный…

Этот факт о моём теле не был такой уж тайной, но я не хочу всем рассказывать об этом. Я подумывал поболтать с Артуром на эту тему и наших различиях, но всегда находились какие-либо дела поважнее.

Но это даже к лучшему, потому что я чувствовал, что может быть когда-нибудь я смогу догнать Артура, если буду усерднее тренироваться.

Да, я знаю, что он квадро-элементный маг на жёлтой стадии с драконом и превосходными навыками ближнего боя, но блин, могу же я помечтать?

Я колдовал всё больше и больше, как ради практики, так и для облегчения наболевшего разочарования. Я хотел догнать Артура не потому что хотел быть лучше его, а чтобы помогать. Я чувствую, что у него есть какие-то собственные битвы, которые он скрывал. Будучи его лучшим другом, я хотел бы прикрывать его, в хорошие времена, или в плохие. Не знаю, что он задумал, но если я хочу сражаться вместе с ним, то мне нужно стать сильнее.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Я хотел повернуть назад, но уже было слишком поздно – я уже был внутри портала. Телепортация никогда не длилась дольше нескольких мгновений неприятного головокружения, но на этот раз было ГОРАЗДО дольше.

«Кюю…» Сильви, прилипшая к моей голове, задрожала.

“Это неправильно, папа” – мысленно передавала она, и даже в её мыслях прослеживалось беспокойство.

Путешествие через телепортационные врата выглядит так, как будто вы быстро перемещаетесь до места назначения. Вы стоите на платформе в странном разноцветном тумане, пока фон становится всё светлее и светлее, а затем вы появляетесь в нужном месте. Это своеобразное ощущение сложно описать словами, но на этот раз всё было иначе

Пространство вокруг нас искажалось в размытости цветов, но вместо яркого света, туман всё густел и густел, пока не стал чёрным как смоль.

“Папа, мне страшно” Сильвия дрожала на моей голове, и только так я мог знать, что она всё ещё там.

Впервые Сильви сказала, что напугана. Были времена, когда она тревожилась, или злилась, но никогда раньше она не боялась.

Ощущение путешествия через врата обычно вызывало у меня тошноту, поэтому я создал небольшой огненный шар на своей ладони.

«Какого чёрта…» Очень странно. Шар огня совершенно ничего не освещал. Он выглядел как красный круг на чёрном листе бумаги, совершенно не рассеивая тьму.

*ВУУУУУМ*

Я упал на колени и мгновенно усилил всё тело маной.

Мне страшно.

Чудовище, обитавшее здесь, было достаточно сильно, чтобы мысленно заставить меня упасть на колени.

Я не мог унять дрожь в своём рассеянном теле, отказывающимся слушаться меня из-за отсутствия ментального контроля над собой.

Впервые я почувствовал себя ребёнком – беспомощным малышом перед Бабой Ягой.

«Кто там?» — я попытался прорычать, но мой дрожащий голос предал меня.

И затем из ниоткуда показалась пара глаз. Я точно знал, кому принадлежали эти глаза. Однако, они совершенно не утешали меня или помогали всё понять.

Пара светящихся белых глаз, испещрённых звёздами, пленившими меня, когда я впервые увидел их, приблизились поближе. Авторитетный голос, лишённый эмоций, пронзил меня, говоря прямо в душу.

«Наконец-то. Теперь у нас есть немного времени наедине, чтобы мирно побеседовать»





Глава 82




Глава 82

ОТ ЛИЦА ЛУКАСА УАЙКСА:

«И что ты задумал?» — сказал я, слегка подняв бровь и оглядывая тускло освещённую комнату, напоминающую мне какой-нибудь грубо построенный винный погреб.

Это жалкое подобие мага из дома Рейвенпор привёл меня сюда, сказав, что затевается что-то, что меня заинтересует.

Обычно я бы избил его за то, что он посмел так высокомерно со мной разговаривать, будто бы делая мне одолжение. Но мне стало любопытно, особенно после сегодняшнего взрыва на стройке.

«Добро пожаловать в одно из многих скромных убежищ, в которых мы проводим наши встречи» — сказал грубый голос. Меня окружили не меньше 60 фигур в капюшонах, но только на том, кто лениво рассиживался в середине комнаты и обращающегося ко мне, на лице была маска.

Это была обычная белая маска с двумя небольшими прорезями для глаз и грубо нарисованной улыбкой на месте рта. Маска была простой, но эта нарисованная улыбка источала зловещее чувство.

Чарльз Рейвенпор, стоящий рядом со мной, надел свою накидку с капюшоном и опустился на одно колено, склонив голову.

«Господин, я привёл Лукаса Уайкса, как вы и просили» — сказал он осторожным, приглушённым тоном.

«Аааа, так это и есть знаменитый Мистер Уайкс! Так рад, что ты смог присоедениться к нашему маленькому… крестовому походу!» Незнакомец засмеялся, переведя своё внимание на меня.

Я огляделся и сказал: «Я пришёл сюда не для того, чтобы к чему-либо присоединяться. Просто из любопытства, но я не впечатлён. Кто вы такой? Кажется, вы не студент… неужели вы из профессоров?»

«Как ты смеешь! Ты должен быть благодарен даже за то, что мы подумали о том, чтобы принять такую шавку как ты в свои ряды!» — завопила одна из фигур в капюшонах справа.

«Шавку?» Я почувствовал, как вены выпирали на моём лбу.

Я бесшумно подготовил заклинание для атаки наглеца, посмевшего насмехаться надо мной, но прежде чем я закончил проговаривать, человек за улыбающейся маской щёлкнул пальцами.

*Фууух*

«АААА!» Наглец в капюшоне, осмелившийся назвать меня шавкой внезапно загорелся.

Я лишь цокнул языком. Даже для мгновенного колдования заклинания это было быстро… и пугало.

«Тише, тише. Не вежливо так разговаривать с нашим новым членом, верно?» Когда человек в маске договорил фразу, всё ещё лениво сидя на своём земляном троне, огонь уже прожёг халат мальчишки и плавил его кожу.

«Ох! П-простите меня! Я был неправ. Я прошу прощения! П-пожалуйста» — умолял он, яростно пытаясь сбить огонь. Между тем, другие фигуры в капюшонах были слишком напуганы, чтобы помочь ему.

Отвернувшись от горящего человека, всё ещё кричащего от боли, я перевёл взгляд на человека в маске. «Прежде чем я решу, хочу ли я присоедениться к этому вашему маленькому культу, ответьте мне, чего вы пытаетесь достичь, и почему я вам вообще нужен?»

Я не чувствовал уровень его мана-ядра, но не похоже, что он был слабее меня.

«Обстоятельства сейчас не позволяют мне действовать лично, так что мне нужна поддержка способных магов для того, чтобы полностью завершить мои планы. Видите ли, я ненавижу не доводить дела до конца» — объяснил он, подпирая рукой свою голову.

«Пользуясь отсутствием вашей директрисы, сейчас подходящее время, чтобы действовать, поскольку, когда она вернётся, то будет уже поздно» — продолжил он. После этого, он снова щёлкнул пальцами и огонь исчез, оставив мальчишку дёргаться от боли.

«А то, что я надеюсь сделать, то… скажем, мои цели совпадают с мыслями этих людей и я просто подумал, что было бы неплохо убить двоих зайцев одним выстрелом. Все присутствующие здесь состоят в благородных семьях, которые гордились тем, что эта академия предназначалась только для людей, с чистой родословной. Может, в вашем случае нужно сделать особое исключение, поскольку я бы всё-таки хотел, чтобы вы вступили в нашу команду» Он говорил так, будто бы не был человеком.

«Кроме того, мне хочется блевать от девиза этой академии «Набираем всех, кого попало» Как только он сказал это, то все фигуры в капюшонах яростно кивнули в знак согласия. Просто судя по его тону, я могу сказать, что этот парень ухмылялся под своей маской.

«Мне плевать, хотите ли вы блевать или нет. Зачем тратить своё время и силы на ошибки природы, которые я могу уничтожить в любое время? Бедняки, которые смогли попасть в академию не лучше какого-нибудь низкоуровневого авантюриста. Они могу лишь тупо колотить своим оружием. Даже дворяне, воспитывавшиеся в самых изнеженных условиях, мне не ровня. Если это всё, что вы можете сказать, тогда у меня нет причин пасть до вашего уровня и вступить в этот культ» — огрызнулся я.

«Лукас, ты говоришь обидные вещи. Как ты можешь себя сравнивать с какими-то бедняками?» Незнакомец ехидно прикрыл руками нарисованный рот, будто бы и в самом деле удивляясь.

«Похоже, то что я слышал о вас – правда. Что вы довольно горделивый маг, презирающий людей низкого происхождения. Разве ваш друг, Артур Лейвин, не доказал, что в этом аспекте вы не правы?» Грубый голос играл со мной, заставив меня вздрогнуть.

Я встряхнул голову и сказал: «Что вы…»

«Не нужно быть гением, чтобы понять, что, хотя ты был расценён как вундеркинд в области магии и использовал эликсиры и различные усиляющие методы с самого момента пробуждения, ты всё ещё не ровня для этого ребёнка, Артура Лейвина» Он пожал плечами, подняв ладони вверх.

Я почувствовал, как мои кулаки сжались от отчаяния, но он прервал меня прежде, чем я смог опровергнуть его слова.

«Самое печальное, что он даже не старался. Держу пари, что тебя всегда мучило подозрение, что он всегда сдерживал себя, ха-ха-ха!» Незнакомец в маске разразился в приступе смеха, схватившись за живот и дрыгая ногами в воздухе.

«Да кем ты себя возомнил?» — прокричал я.

Моё тело уже засветилось от маны, вплеснувшейся из мана-ядра, готовое атаковать его, но я не стал. Пульсирующая мысль в голове велела мне не связываться с ним, поскольку это… безнадёжно.

Нет! Я Лукас Уайкс из семьи Уайксов!

Но кто он такой, чёрт побери, и как он вообще мог наблюдать за нами.

«Я уже говорил. Я лишь благодетель, пришедший сюда ради блага всей страны» — сказал он, встав и раскинув руки.

Снова вернувшись на свой сырой трон, он продолжил: «Мистер Уайкс, я считаю, что даже если наши взгляды не совпадают, мы могли бы работать вместе ради какой-то взаимной выгоды»

«Продолжайте» — ответил я, сквозь зубы.

Он совершенно не беспокоился о том, что я всё ещё окружал себя огненным элементом, и был на грани, чтобы атаковать его.

«Скоро я смогу лично принять участие, и когда я приду, то хочу полностью разрушить это хлипкое перемирие между тремя расами. Однако, пока не настанет моё время, мне нужна твоя сила»

«Как вы лично планируете разделить три расы и почему вы думаете, что мне это пойдёт на пользу? Кроме того, вы думаете, что Совет и Копья просто останутся в стороне?» — спросил я.

«Совет сейчас занят различными вещами, и я предпринял дополнительные меры предосторожности, чтобы убедиться, что ваша директриса останется вне досягаемости. Игра началась, мистер Уайкс, поэтому позвольте мне спросить вас – вы бы хотели сражаться с Артуром Лейвином, использующим всю свою силу, самостоятельно, или же предпочтёте получить необходимую поддержку, чтобы победить его?» Он поднял руку, подзывая меня к себе.

«Обрести силу, чтобы победить Артура?» — спросил я, контролируя мимику своего лица, чтобы не выглядеть ошарашенным.

«Как только ты согласишься, то я обещаю, что ты получишь такую силу, о которой даже не мечтал»

Я посмотрел на фигуры в капюшонах и могу сказать, что они тоже заинтересовались, но молчали из-за боязни стать следующей жертвой человека в маске и его «дисциплины»

Всё это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

«Если вы говорите правду и что он осторожно прячет свои силы, то как вы заставите его сражаться со мной в полную силу?» — усмехнулся я, не желая ему верить.

«Довольно просто, на самом деле, и это тоже одна из задач, которую необходимо сделать до моего вступления. Артур – всего лишь человек, который очень заботиться о своей семье и друзьях, а в особенности о одной особе» — сказал он, подняв вверх указательный палец. Улыбка на маске, скорее всего, очень походила на то зловещее выражение, что сейчас было у самого владельца.

«Тессия Эралих…» — прошептал я, не в силах скрыть ухмылку на своём лице.

«Да! Тессия Эралих! Эльф! На священной земле академии Ксайруса, эльф – лидер студентов! Вы думаете, что это правильно?» Незнакомец рявкнул так, что его голос эхом отразился по небольшому подземелью.

Люди в капюшонах взревели в унисон. «НЕТ!»

«Не уверен, что сейчас она в академии, но я думаю, что скоро она вернётся сюда и скорее всего с Артуром. Вам не кажется, что, может быть, немного пролитой крови эльфийской принцессы, заведёт вашего друга Артура?» Он глумился, поджигая собственные руки огнём.

Меня никогда не интересовала эта эльфийская принцесса, потому что она не соответствовала моим вкусам. Кажется, что между ней и Артуром что-то происходит. Неужели он думает, что заслуживает таких, как принцесса эльфийского королевства?

Он же простой бедняк.

Проигрывая возможный сценарий в своей голове, мои губы медленно кривились в улыбке, когда я представил, как душу эту мелкую девчонку, а Артур умоляет меня остановиться. Мальчишка, который всегда думал, что он лучше, чем я… стоит на коленях.

Интересно, как быстро он выйдет из себя, когда я медленно пущу кровь его любовницы?

«Пфф!» Я больше не мог сдерживать смех. «А почему бы и нет!»

Это так просто! Почему я раньше не подумал об этом? Всё, что нам нужно, так это убить принцессу эльфов!

Может быть, я мог бы даже немного развлечься, прежде чем убить её…

Я лизнул свои губы в предвкушении.





Глава 83




Глава 83

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

«Наконец-то. Теперь у нас есть немного времени наедине, чтобы мирно побеседовать»

И сразу же пространство вокруг нас начало изменяться. Я снял дрожащую Сильвию со своей головы и крепко обнял её.

Вдруг, посреди хаоса, кружившего вокруг нас, мы оказались в белой комнате.

Мне перехватило дыхание и у меня совершенно не было слов, чтобы выразить моё удивление.

Даже не найдя силы чтобы выругаться, я просто ждал.

В этом белом кубе были только я, дрожащая Сильви и всё те же знакомые глаза.

Как только мои глаза приспособились к внезапной яркости, я смог глубоко вдохнуть.

«Хаа…»

Когда я стоял на коленях и прижимал к груди моего питомца, кот, которого я видел в «Лавке эликсиров Виндсома» потёрся своей головой о мою ногу.

Действительно, это тот же кот из лавки…

Привлекательный кот сидел на полу, смирно вытянув спину, его хвост гипнотически покачивался, а глаза смотрели прямо на меня. Взгляд кота проникал прямо внутрь меня, и я почувствовал странное чувство, как будто бы старый купец оценивал меня, стоит ли вообще покупать такой «товар» или нет.

Я вышел из оцепенения и стал искать старика. И как только я хотел задать вопрос, кот начал светиться золотисто-белым светом, распространяющимся по всему его телу.

Я с замиранием смотрел на это зрелище, держа рот на замке. Почему-то я чувствовал, что бы я ни сделал сейчас, то всё равно не смог остановить то, что должно было произойти.

Хотя аура и манера поведения кота была тяжёлой и гнетущей, я знал, что он не хочет причинить мне вреда. В противном случае, я бы уже был мёртв.

Золотисто-белый свет начал менять форму существа, превращая кота в человека.

*Киииии*

Сверкающее свечение, будто бы сделанное из стекла, разлетелось на множество осколков, открывая моему взору того, кого я не знал.

«Приветствую. Меня зовут Виндсом» — спокойным голосом сказал человек.

Мужчина, преобразовавшийся из кота, говорил с некой элегантностью, соответствующей его внешности. На вершине его скульптурного лица росла копна коротких платиновых волос, аккуратно приглаженных в сторону. Глубоко посаженные глаза, совсем не изменившиеся и после превращения, казалось, почти касались постоянно нахмуренных бровей. Ощущение благородства по-прежнему повергало меня в шок.

Несмотря на то, что его квадратные плечи совершенно не создавали впечатление военного человека, мне казалось, что он был воином… бойцом, как и я.

Сжав тонкие губы, он вновь неодобрительно вздохнул. Глядя вниз, на Сильви и меня, он снова заговорил.

«Я чувствовал, что эта форма будет более подходящей для нашей беседы»

Я открыл рот, чтобы что-то сказать, но сдержался. Если он – это Виндсом, то кто же тот старик, укравший мои деньги? Я думал, что это именно владелец лавки с эликсирами, но я ошибался. Но кто тогда был старик? Подручный Виндсома?

Взяв себя в руки, я опустил Сильви вниз и встал.

Отряхивая свою одежду от пыли, я сказал: «Прежде чем мы продолжим, я бы хотел прояснить несколько моментов»

Виндсом наклонил голову, удивившись моему внезапному резкому и острому тону.

«Поскольку вы заманили меня сюда, используя Тессию в качестве приманки, то я с уверенностью могу предположить, что с ней всё в порядке?» — спросил я, доставая сверкающий мраморный шарик из пространственного кольца.

После небольшой паузы, он, кивнув, ответил: «Да, маленькая принцесса эльфов в порядке. Я уже принял меры предосторожности, прежде чем ты попал сюда. Должно быть, она отдыхает вместе с дедушкой в королевстве эльфов»

«Так что это» — Виндсом указал на мраморный шарик в моей руке, — «для тебя, сохрани его»

Настала моя очередь удивляться неожиданным ответам.

«Для меня?»

«Да. Ты хоть знаешь, как тяжело сейчас получить жемчужный эликсир такого качества? И всё же, ты потратил его на свою маленькую любовь. На самом деле, он был слишком силён для неё, поэтому я потратил ещё один драгоценный эликсир, чтобы сдержать её тело от… ну, взрыва» Он издал ещё один глубокий вздох, высокомерно смотря на меня, как будто бы обсуждал политику с безграмотным увальнем.

«Что? От взрыва?» Я чуть не брызгал слюной от негодования…

Подойдя ко мне на пару шагов, он прервал меня: «Ну, я полагаю, что без эликсира она была бы мертва, так что я не зазря его потратил. Отдай этот жемчужный эликсир своему питомцу. Это немного поможет вам в тренировках»

Сильви в замешательстве наклонила голову и посмотрела на мраморный шарик в моей руке. Её дрожь прекратилась, после того, как Виндсом показался перед нами.

Я покачал головой. “Разве нельзя просто сказать мне, что происходит? Кто или что вы такое? Зачем вы привели меня сюда?»

«Терпение – это не твоё, верно? Хорошо, если я представлю себя самым понятным для тебя образом, то получится вот так. Я пришёл из страны под названием Азура и я то, что вы, низшие расы, называете «божеством» Глаза Виндсома неизменно смотрели на меня.

«Божество? То, которое, якобы, благословило три расы артефактами, позволившими им в конечном итоге использовать магию?»

«Да, да» — кивнул он с нетерпением, — «Имей в виду, что то, что я собираюсь рассказать тебе, произошло несколько веков назад, и любые записи были уничтожены, или, возможно, никогда не были записаны. Оберегать эти знания в наших интересах.

Что-то ты уже знаешь от бывшего короля эльфов. Благословление божеством трёх рас артефактами, позволившими будущим поколениям узнать о том, что ты называешь «магией». Это был просто результат того, что произошло ранее. То, что никто на этом континенте не знает» Виндсом продолжал рассказывать, вытянувшись по струнке, как будто бы читая лекцию студентам.

Я молчал, позволяя ему продолжить.

«Как вы недавно обнаружили, в этом мире есть другой континент. Мы оберегали и наблюдали за обоими. Мы, Азуры, соблюдали одно учение, правило, если говоря проще, с самого начала нашего существования. Мы не должны вмешиваться в дела низших рас, населяющих землю, не убедившись, что ни один из двух континентов не выпадает из равновесия» Он издал глубокий вздох и отвернулся от нас. «Так было до тех пор, пока мы не узнали, что это святое правило было нарушено»

Похоже, Виндсом мог прочитать все мои мысли только по выражению моего лица, поэтому быстро ответил: «Я могу представить, что в твоей голове крутится множество вопросов, но информация, которой я сейчас делюсь с тобой, невероятно важна. У нас совсем немного времени, поэтому всё остальное лишь отвлечёт тебя»

Совсем немного времени?

Лишь отвлечёт меня?

То, что он рассказывал, лишь наталкивало на меня ещё больше вопросов, но я просто глубоко вдохнул и попросил его продолжать, а Сильви лишь в замешательстве переводила взгляд с меня на незнакомца.

Он кивнул и продолжил говорить: «Несмотря на то, что вы обращаетесь к нам как к богам, мы очень далеки от богов… вернее, мы гораздо ближе к вам, чем вы думаете. Значительная часть экономики Дикатена и Алакирии очень похожа на нашу в Эфеотусе, земле Азуров»

Эфеотус и Алакирия…

«Конечно, Эфеотус не столь большой, как другие два континента, поэтому мы научились работать сообща. Эфеотус некогда был разделён на три фракции, состоящих из нескольких кланов. У каждой фракции были свои нюансы и идеалы, которые собирали под собой другие кланы. Хотя идеалы могут быть разными, каждый клан Азуров верно соблюдал священное правило, не вмешиваться в дела низших рас. Однако, после смещения Аргона, ко власти пришёл наследник клана Вритра, и всё быстро изменилось.

Имя Вритры прозвенело в моей голове, как гром. Вритра – это не имя чёрного рогатого демона, а название его клана?

«Что случилось с Аргоном и кланом Вритра?» — я наклонился вперёд в ожидании ответов.

Виндсом немного помолчал, собираясь с мыслями. «Клан Вритра всегда был аномалией. Легче всего представить их как учёных всех сортов. Хотя их магия была врождённой и универсальной, но всё же не такой мощной, как у других кланов. Однако, в сочетании с их гениальными умами и ненасытным любопытством, клан Вритра всегда занимал место одного из центральных кланов»

«Если они были лишь одним из сильных кланов, почему всё стало настолько по-другому, когда клан Вритра пришёл ко власти?» — я задал вопрос.

«Сильный клан и клан, ставший лидером фракции – это две разные вещи. Опять же, думай о клане Вритра как о учёных и исследователях. Их мало интересовало что-то, кроме обретения знаний и прозрения о использовании маны. В своих башнях из слоновой кости, они преследовали лишь те цели, которые ещё не могли понять. Предыдущий глава клана был ещё более пылким, его стремление преодолеть невозможное поражало. Однако, Аргона… он был другим. Обаятельный и умный, он был заносчив и жаден до власти. Он считал, что Азурам никогда не предназначалось следить за низшими расами, а править ими как боги»

Лицо Виндсома задрожало от напряжения, когда он продолжил говорить: «После того, как Аргона стал лидером клана Вритра, их сила неестественно и резко увеличилась. Никто не мог понять, как Аргона смог добиться такой власти над маной за короткое время. В итоге, благодаря росту своей силы, они сумели сплотить большинство кланов, разделяющих их идеалы, и тогда клан Вритра возглавил фракцию наравне с другими двумя фракциями»

«Только позже мы узнали, что Аргона и несколько других членов клана Вритра тайно посещали континент Алакрия. Тогда ещё не было запрещено посещение Дикатена или Алакрии, но лишь очень скрытное от низших рас. Но клан был очень подозрительным. После того, как другие две фракции узнали об этом, они послали разведчиков, чтобы выяснить всё, что те замышляли» Я увидел, как кулаки Виндсома побелели от того, как сильно он их сжимал.

«Аргона и клан Вритра бесчеловечно мучали низшие расы, экспериментируя на своих телах, чтобы найти различные способы усиления своих способностей…»

Сцены из прошлого мелькали в моей голове. Различные подземелья портились и покрывались следами чёрных рогатых демонов.

«Если честно, то эта информация была очень поучительна и всё такое, но какое это имеет отношение ко мне? Зачем вы всё это мне говорите? Я не представляю, что я могу противопоставить божеству или Азуре»

«Ты прав, кроме своих собственных способностей, которые едва примечательны по нашим меркам, единственной причиной, по которой я рассказываю всё это тебе – это то, что ты важен для нас» — ответил он, указывая вниз.

«Кю?» Я подсознательно отступил к Сильви, чтобы защитить её.

«Мы безуспешно искали Леди Сильвию в течении многих лет, но затем, наконец-то, мы нашли следы её маны, приведшие нас к маленькому мальчику с её точной мана-подписью на руке. Что ещё больше шокировало нас, это том, что мальчик держал в руках божество. Артур, ты в настоящее время связан с ребёнком, единственной дочерью моего хозяина, дочерью самой главной фракции на Эфеотусе»





Глава 84




Глава 84

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

То, что всё это связано с Сильвией меня не удивило. Точнее, это даже подтверждало все мои подозрения.

Но…

Леди Сильвия…

Дочь лидера самого главного клана в стране богов…

Даже учитывая мой статус короля в предыдущей жизни, я должен преклонить колено в знак покорности перед фигурой такого масштаба.

Глядя на своего питомца, я почувствовал в горле сухой комок. Конечно, Сильви является дочерью Сильвии, но за ней охотятся чёрные рогатые демоны… клан Вритра.

В мыслях проявился голос дедушки Вириона. Он говорил, что Сильви – дракон. И хотя в книгах писалось, что драконы чрезвычайно редки и сильны, никто не упоминал их как высших существ, не говоря уж о именовании их Азурами.

«Значит, драконы – это божества?» — спросил я.

Виндсом, повернувшись ко мне, нетерпеливо вздохнул. «Нет. Так считают лишь низшие расы. Я отложу урок биологии и расскажу только общие факты. Хотя есть особые исключения из-за врождённых различий каждого клана, в большинстве случаев «божества» имеют три основных формы. Гуманоидная форма, в которой я сейчас нахожусь, драконья форма, которую, скорее всего, использовала Леди Сильвия, чтобы передать свою дочь тебе, и третья форма, объединяющая оба аспекта»

«Тогда почему вы говорите, что у Сильви есть человеческая форма?»

«Должно быть, Леди Сильвия наложила печать на собственную дочь, поскольку её мана-подпись немного не похожа на ту, что должна быть. Артур, как ты встретился с ней?»

«Прежде чем Сильвию убили или захватили чёрные рогатые демоны, она дала мне камень, который оказался яйцом» Это объяснение заставило меня вспомнить неприятные воспоминания.

«Чёрные рогатые демоны?» — Виндсом наклонил голову в любопытстве.

«Я их так назвал из-за внешности. Но судя по тому, что вы скахали, они, кажется, похожи на клан Вритра»

«Хаааа. Действительно, клан Вритра известен своими выдающимся ониксовым окрасом… хотя существует шанс, что Леди Сильвия ещё жива. Артур, она несомненно поставила печать на своего ребёнка в надежде, что клан Вритра не сможет найти её» На этот раз на лице Виндсома не было ни капли раздражения. Я заметил, как погрустнели его глаза, пока он собирался с духом.

«Значит, божества, как правило, рождаются в гуманоидной форме?» — спросил я.

«Да. Наша драконья форма тратит слишком много маны, поэтому большую часть времени мы проводим в гуманоидной форме. Однако, я могу превратиться в какое-нибудь небольшое животное, и дочь Леди Сильвии, похоже, тоже находится в таком виде для экономии энергии»

«Вы называете её дочерью Леди Сильвии, но у неё есть имя. Это Сильви. Я назвал её в честь Сильвии. И кстати, может ли Сильви сейчас превращаться в гуманоидную форму?»

Виндсом лишь покачал головой, прежде чем ответить: «Скорее всего, нет. Гуманоидная форма является самой естественной для нас, поэтому если она… Леди Сильви была способна превратиться в эту форму, то давно бы уже это сделала»

В моей голове витал шквал вопросов после того, как я узнал, что Сильви была Азурой. Представить её в виде человека было трудно, но мы же были связаны друг с другом. Неужели Азуры тоже связаны вместе на Эфеотусе? Хотя мне трудно представить связь хозяина и питомца как с двумя людьми.

Я знал, что Виндсом не сможет ответить на все мои вопросы из-за «я скажу тебе только то, что нужно тебе знать прямо сейчас», поэтому я отодвинул все лишние мысли в сторону и спросил то, о чём мы говорили ранее.

«Поскольку Сильвия была дочерью очень важного «божества», тот факт, что она отдала мне свою волю автоматически вовлекает меня в вашу назревающую войну с кланом Вритра и другими, верно? И ещё, поскольку Сильви, внучка влиятельной фигуры Азуров, связана со мной, это наталкивает меня на другой вопрос… Вы собираетесь забрать её обратно на Эфеотус?» Сузив глаза, я попытался прочесть выражение лица Виндсома.

«Да. Я не знаю, понимаешь ли ты, насколько могущественна была Леди Сильвия. Даже если бы тебе удалось достичь некоторых мана-творений, которые только она могла использовать, я сомневаюсь, что ты смог бы стать хотя бы на часть таким же сильным, как она. Артур, даже Азуры пускали слюни от жадности при мысли о получении сил Леди Сильвии. Хотя даже она не могла полностью контролировать их. Её силы имели потенциал, способный превзойти своего отца» Когда Азура объяснял мне, то в его глазах стояло выражение тоски и уважения.

«А что до возврата Леди Сильви назад в Эфеотус, хотя это довольно логично, мы решили пойти по другому пути. Артур, скоро мы вступим в войну с падшими кланами, возглавляемыми Агроном и его кланом Вритра. После последней войны, обе стороны понесли огромные потери и были вынуждены согласиться на перемирие. Агрона согласился не трогать Дикатен, но взамен, нам пришлось отказаться от контроля континента Алакирия»

«И хотя на нашей стороне есть несколько сильных кланов, у врагов слишком много непредсказуемых факторов из-за экспериментов, которые они проводили всё это время. Перемирие теряет свою силу, пока падшие кланы наращивают свои войска. Мы уже обнаружили следы войск Агрона на этом континенте. И хотя никто из высших эшелонов Эфеотуса не признает этого, нам нужна твоя помощь, поскольку твой будущий потенциал может сыграть в этом решающую роль. И пока ты, Артур Лейвин, будешь нашим союзником, не будет никакой необходимости разделять вас с Леди Сильви»

Хотя Виндсом просил меня об одолжении, он так смотрел в мои глаза, что заставил чувствовать меня, как будто бы оказывает мне великую честь.

Выбор был не велик. Если я откажусь, то он решительно заберёт Сильви подальше от Дикатена, который, скорее всего, погибнет в войне. Но если я стану их союзником, то моя семья и друзья будут в опасности.

Всё подразумевалось о том, что я буду участвовать в этой войне, так или иначе. И выбрать я был должен лишь как бороться против наших общих врагов.

Выпустив улыбку, я согласился. «Поскольку эта война затрагивает весь континент, то я в любом случае был бы союзником и неважно, согласился бы я сегодня или нет. Вернее, то, что вы просили, это согласен ли я стать пешкой под вашим управлением»

«Я не могу не согласиться с этим удтверждением. Ты очень мудр для своего возраста, Артур» — ухмыльнулся Виндсом, — «Я принимаю твой ответ как согласие на наше предложение. Эта война изменит баланс всего мира. Если Агрона и его силы смогут захватить континент, то поглотит все его ресурсы. Наступит время, когда даже Эфеотус будет в опасности. И поэтому, нам нужно подготовить тебя. Твоё мана-ядро достаточно хорошо развито для своего возраста, что является хорошим знаком. Обучение пройдёт после того, как ты перейдёшь хотя бы на белый этап. Со всеми ресурсами, которыми мы тебя обеспечим, и твоими способностями, я думаю, что это не займёт слишком много времени. После этого, мы подумаем над тем, как доставить тебя и Леди Сильви на Эфеотус, чтобы натренировать вас при самых оптимальных усл…»

«Погодите-ка, я попаду на Эфеотус? На вашу родину? Землю Азуров?» — ошарашенно, я почти кричал.

«Конечно. Думаешь, мой хозяин будет бездействовать, зная, что у него есть внучка? Артур, ты последний, кто видел Леди Сильвию. Кроме того, она отдала тебе свою волю и свою мана-подпись. Ты не сможешь понять, что это значит для нас, Азуров, но можно представить метафорически, как будто бы она отдала тебе своё собственное мана-ядро»

«Я мало чем сейчас могу помочь тебе, разве что предоставить какие-нибудь ресурсы, чтобы укрепить твоё мана-ядро. Также, я буду изучать и готовиться. Иногда я буду проверять тебя, может, даже свяжусь ещё раз»

Я потянул руку, чтобы спросить его: «Ладно, кажется, встреча подходит к концу, поэтому я могу задать вам ещё один вопрос?»

«Давай»

«Почему вы так долго искали меня? Если её мана-подпись перенеслась на меня, почему вы или клан Вритра не смогли попросту отсЛедить меня по ней?»

«Потому что» — Виндсом указал на мою руку, — «Когда она передала тебе свою волю, или свою мана-подпись, тебе, то это проявилось не сразу. Наверняка тебе пришлось укрепить своё тело к её воле, верно?»

Я лишь кивнул на это замечание.

«Ну, после этого, как ты использовал одно из перьев Леди Сильвии, обернув его вокруг татуировки, это спрятало ауру её воли. Не знаю, почему подпись оказалась на твоей руке, может ты сделал это, или лишь потому, что думал, что это сделает тебя круче…»

«Я стараюсь скрывать свою татуировку» — сразу же ответил я.

«Не важно, ты отлично с этим справляешься» — Виндсом покачал головой, — «А теперь, позволь мне перенести тебя туда, куда ты отправлялся. Уверен, принцесса эльфов очень скучает по своему дорогому принцу»

Хотя я не заметил изменений на его лице, но всё равно почувствовал сарказм в его голосе. Я и Сильви молча последовали за Азурой, когда комната, в которой мы были вновь начала искажаться.

ОТ ЛИЦА ВИНДСОМА:

Я смотрел на ребёнка и его питомца, проходящего через врата и не мог сдержать напряжённого вздоха.

Каждый раз, когда я вижу её, внутри меня закипала смесь эмоций, отчего мне трудно было соблюдать спокойствие. Интересно, что почувствует хозяин, когда увидит её? Я могу лишь представить о его удивлении, когда он увидит ребёнка его драгоценной дочери и её…

Наступит время, когда мне придётся рассказать Артуру о его питомце. О дочери Леди Сильвии и её родословной…





Глава 85




Глава 85

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

«Уф…»

Я еле выполз из телепортационных врат, крепко сжимая пальцами свои виски, сдерживая свою голову от взрыва.

Сильви кружилась вокруг меня, обрадовавшись возвращению в реальность.

«Кю…» — пискнула она, растянувшись на траве, а затем кивнула мне, сигнализируя, что готова к дальнейшему походу.

“Этот человек меня пугал, папа” — раздался голос Сильви в моей голове.

«Да, общение с ним для меня тоже было не лёгким»

Мне было знакомо то место, где мы оказались. Неподалёку от сюда Тесс впервые меня провела к тайному порталу в королевство Эленор. Конечно, на этот раз мы постучим в главные врата, как и большинство людей. Теперь, когда три расы более-менее объединились, попасть в город стало легче.

Каждый раз, когда я упоминал слово «раса», мне вспоминалось то, как Виндсом с раздражением в голосе говорил о нас, низших расах.

И меня злило, что он был прав. По сравнению с Азурами, даже я видел врождённые различия между мной и им, и судя по его словам, он даже не самый сильный, среди Азур.

«Ну, думаю теперь ты знаешь, кто твоя мама на самом деле»

«Кю?» “Мама? Разве мы не идём к ней прямо сейчас?”

«Нет, не эта Мама. В смысле, Тесс не твоя мать! Тьфу!» — воскликнул я.

Сильви в замешательстве наклонила голову и посмотрела на меня, а затем снова начала бегать по кругу, гоняясь за бабочками.

Мы шли вдоль стен королевства, проходя мимо редких пассажирских и грузовых телег и людей, охраняющих их.

При союзе трёх рас экономика начала стремительно меняться. Открытые границы позволили различным торговцам путешествовать и торговать друг с другом, что привело к появлению множества уникальных товаров во всех трёх королевствах. Как только мы подошли к главным вратам королевства, то увидели длинную очередь из людей на лошадях, мана-зверях и повозках, ожидавших, когда их пустят внутрь.

Сильви забралась ко мне на голову, когда почти подошла наша очередь. Впереди нас стояла лишь небольшая группа каких-то наёмников, пытающихся, скорее всего, продать товары, которые им удалось «раздобыть».

«Эй! Поглядите-ка на этого мальца! Где твоя мамочка, малыш? Ты потерялся?» — наклонившись, ухнул довольно высокий и худой, почти изнеможённый, мужчина в кожанной броне, слишком большой для него.

«Роджер, ты своей страшной рожей доведёшь его до слёз» Девушка, которой, похоже было примерно лет 20, спрыгнула с крыши кареты и оттащила Роджера от меня подальше.

«С моим лицом всё в порядке!» — выкрикнул Роджер на свою спутницу, — «Кроме того, этот сопляк похож на какого-то богатея! Думаю, если мы вернём его родителям, то они нас щедро вознаградят!»

«А ты прав. Ты потерялся, паренёк?» Ещё один человек, возрастом около 30-ти, выпрыгнул из кареты, оттеснил пускающего слюни Роджера и посмотрел на меня, как на денежный мешок.

«Нет, сэр, я не потерялся. У меня здесь дела» — ответил я.

«Ха, дела! Не выпендривайся! Держу пари, ты просто сбежал от своей мамочки. Дюк, давай просто свяжем этого прохвоста и отвезём его в гильдию» — ухмыльнулся Роджер, медленно идя ко мне.

Я вздохнул, думая о том, стоит ли усилий приложить этих болванов об землю.

«Гррр…» Сильви, сидящая у меня на голове, вскочила и оскалила зубы на наёмников.

Эти идиоты действительно думали вот так в наглую похитить ребёнка у всех на виду…

«Роджер, Дюк. Оставьте мальчишку в покое» — раздался хриплый голос из кареты.

«Уф. Это босс» Роджер застыл как вкопанный, недовольно морща лицо.

«Тьфу. Ладно, залезай в карету, Роджер» Дюк цокнул языком и последний раз любопытно взглянул на меня, прежде чем отвернуться.

Я просто вздохнул и занял своё место в очереди для путешественников без повозок, которые сперва ещё осматривали.

«Извините, босс. Я знаю, что вы стараетесь сохранить своё лицо, но в этот раз всё выглядело бы совершенно законно! Я имею в виду, что мы просто хотели заговорить мальца, а затем доставить его в Гильдию и получить хорошее вознаграждение»

«Сэр, хоть Роджер не очень умён, но всё же я думаю, что в этот раз он прав, что мальчик на самом деле из богатеев, судя по красивой одёжке и странном питомце на голове. Если бы вы не остановили нас, я думаю, что мы…»

«Дурачьё! Вы думаете, что я защищаю мальчишку? Да я спас вас от него!»

…

«Хоть вы и оба маги, но не смогли понять такие чёткие различия в силе? Даже я не мог ощутить уровень его мана-ядра!»

«Но босс, если мальчишка был магом, то он наверняка пробудился всего пару лет назад…»

«Заткнись. Я просто знаю, что если бы перешли черту, то даже я не смог бы вас спасти»

Охранники с неохотой пропустили меня в город, тоже посчитав, что я сбежал из дома, хотя я и показал им символ академии Ксайруса. Перед входом эльфийские охранники строго меня предупредили, что использование магии запрещено кроме самых экстренных случаев.

Город представлял собой хаотичную смесь людей со всего континента, смеющихся, торгующих в разных ларьках и магазинчиках. Эльфийское королевство Эленор отличалось от человеческого Сапина тем, что весь город был одним гигантским районом, а не отдельными кварталами.

Поскольку замок королевской семьи располагался в дальнем конце города, мне потребовалось купить поездку на карете. Через два часа путешествия, извозчик высадил меня на подступах к замку, поскольку никому не было дозволено напрямую подъезжать к нему. Единственным различием от того, каким я запомнил это место в прошлом, что теперь по всему периметру замка расставлены патрули охраны. Хотя я уверен, что у них всегда были и охранники, и стражники, и они не специально выставили их всем напоказ, чтобы отвадить посторонних. Каждое королевство приветствовало другие расы.

«Стой. Малыш, думаю, ты немного заблудился» — дородный эльф вытянул руку, преграждая путь. Он с любопытством взглянул на меня, а затем перевёл взгляд на Сильви, сидящую возле моих ног.

«Нет, я точно знаю, куда мне надо. Будьте добры, дайте мне пройти» — ответил я, даже не глядя на охранника, одновременно вытащив компас дедушки Вириона.

«Откуда это у тебя?» Дородный охранник скосил глаза в подозрении, как и другие охранники, собравшиеся вокруг меня.

«Думаю, если у меня есть этот компас, то это значит, что один из членов королевской семьи доверил его мне»

В прошлый раз попасть в замок было гораздо легче, чем теперь. Сначала стычка с наёмниками возле входа в город, теперь вот это.

«Вот же сопляк. Он что, издевается над нами?» — зарычал один из охранников.

*Вздох* «Просто, пожалуйста, сообщите или Принцессе Тессии или Старейшине Вириону о том, что мальчик по имени Артур Лейвин прибыл. Они меня знают» Я немного отошёл назад и прислонился спиной к одной из каменных статуй, стоящих возле замка.

*БУУУМ!*

Внезапно, часть замка взорвалась и обломки здания полетели на нас.

«Что, чёрт возьми…»

Когда другие охранники отпрыгнули в сторону, чтобы избежать столкновения с обломками, тот стражник, что допрашивал меня, не успевал среагировать.

Я слышал, как он щёлкнул языком и сосредоточил всю ману в своём теле, встав передо мной и падающим куском стены.

Хотя он был немного груб со мной, думаю, что он на самом не такой уж и плохой.

Собирая ману, текущую внутри моего тела, я вызвал бурю, мгновенно обволакивающую нас в ветряной купол.

[Воздушный Барьер]

«Фуууух!»

Обломки, скорее всего, не смогли бы убить подготовленных стражников, но даже усилив своё тело маной, им бы довольно круто досталось.

Поддерживая своё заклинание я заметил, как один из стражников пристально всматривался куда-то между мной и барьером.

Вдруг, знакомая фигура спрыгнула с уступа возле места взрыва и приземлилась рядом с нами.

«Ребята, вы в порядке? Ах! Артур, рад снова тебя видеть, малец! Извини меня, но дай мне свою руку» — сказал Вирион, когда я разогнал своё заклинание.

«Дедушка, что происходит? Кто-то проник в замок?»

Вирион цокнул языком от досады. «Хах! Думаешь, что какой-то нарушитель мог учинить такое?»

«Тогда кто…»

*БУУУУМ!*

«Дедушка! Останови это! Я не могу это… контролировать!»

Из гигантской дыры в замке появилась Тесс в окружении десятков изумрудно-зелёных лиан, свитых из маны, которые, спорадически покачиваясь, уничтожали всё, обо что ударялись.

Ну конечно же.

Я не смог сдержаться и пробурчал ругательство себе под нос. Сначала я винил Виндсома, который должен был излечить её тело от зверя, пытающегося захватить её тело себе. Но теперь, поскольку Тесс всё ещё была в сознании, я понял, что сейчас она, скорее всего, просто не может контролировать свою ману,

«Уф. Эта аура довольно сильна. Щупальцевидные лианы защищают Тесс, нападая на всё, что попадает под их радиус атаки. Даже если я их перерезаю, то на их месте появляется ещё несколько. Малыш, я прикрою тебя, а ты попробуй добраться до Тесс. Мои методы сейчас не особо полезны»

Я коротко кивнул Вириону и шагнул вперёд, сконцентрировав перед собой ещё больше маны.

«Старейшина Вирион. Мы тоже можем помочь! Только скажите…»

«Нет! Вы, ребята, бесполезны против неё. Просто оцепите территорию и убедитесь, чтобы никто не прошёл сюда» — махнул стражникам дедушка Вирион.

Я взглянул на озадаченного охранника. Проверив их уровень ядра, я заметил, что они все были на светло-оранжевом этапе, что типично для их возраста.

«Но Старейшина, этот ребёнок…

«Идите. Сейчас же!» — проворчал Вирион.

Эти элитные стражники, которых, вероятно, за всю свою жизнь никогда не называли бесполезными, растерянно побрели прочь, искоса поглядывая на меня.

«Знаешь, дедушка, они, наверное, всё же могли пригодиться»

«Чем меньше людей знают о способностях моей внучки, тем лучше. По крайней мере, сейчас. Теперь сосредоточься, малец»

«Так точно, сэр!» — ухмыльнулся я.

«Вперёд!»

По сигналу дедушки Вириона, мы побежали к Тессии, стоящей возле особняка.

Усилив ноги воздушным элементом, я подождал, пока под ступнями сформируются небольшие торнадо, и взлетел в воздух.

Мы уже почти добрались до Тесс, но её защищали лианы. Сразу же, несколько хаотично покачивающихся лоз выпрямились и выстрелили в нас.

«Вперёд! Я прикрою тебя!» — крикнул дедушка Вирион.

Судя по его изменяющемуся голосу, Вирион активировал первый этап своей воли зверя.

Мы прорывались всё ближе и ближе к Тесс, которая изо всех сил пыталась обрести контроль над изумрудно зелёной аурой, окружающей её тело.

Я мог атаковать только воздушными заклинаниями, боясь, что любые заклинания элемента огня и молнии могут уничтожить всё деревянное поместье.

Как только воздушное лезвие рассекло одну лиану, на её месте тут же появилась ещё одна.

Не получалось.

Я сделал небольшую передышку, положившись на прикрытие дедушки Вириона.

После создания своего заклинания, я почувствовал значительную утечку маны, вместе с лёгким покалыванием по всему телу.

[Громовой Импульс]

Лианы, которые, очевидно, численно преобладали над нами, сильно замедлились. Взглянув назад, я заметил, что даже атаки дедушки Вириона замедлились достаточно, чтобы я смог разглядеть его движения.

Уворачиваясь от щупалец, я не стал тратить ману на другие заклинания, пока не достигну Тессии.

На каждый мой шаг приходилось по пять уклонений, пока я, наконец, не дошёл на расстояние вытянутой руки до принцессы.

Схватив её за талию, я начал готовить своё последнее заклинание.

«Ууу! А-а-артур?» — взвизгнула от удивления Тессия.

Прежде чем я успел ответить, щупальца обвили нас и вытолкнули из особняка через дыру, пробитую взрывом. Всё ещё поддерживая свои заклинания, я успел вовремя отреагировать, чтобы удержать принцессу в руках, пока мы летели по воздуху.

«АААААААААА!» Тессия кричала так громко, что, вероятно, её услышало всё королевство.

«Держись крепче!»

Крепко обняв, я окружил её в защитный слой маны и произнёс своё заклинание.

[Абсолютный Ноль]

Без использования второй фазы своей драконьей воли, потребовалось гораздо больше времени, чтобы заклинание начало действовать.

Слой инея медленно растекался вокруг нас, замораживая щупальца, отчаянно пытавшихся оторвать меня от Тесс, но мне нужно было поддерживать свою концентрацию на максимуме, дабы заклинание подействовало.

«Отмена!» — зарычал я, принимая на себя удар полностью замороженных лиан, разбивая их на бесчисленные осколки льда.

Попытка заморозить щупальца была чистой авантюрой и, как и ожидалось, моё заклинание оказалось недостаточно сильным, чтобы заморозить все лианы, но мне удалось отделить их от основного источника силы, Тессии.

Тесс, вися на моей шее, завороженно смотрела на тысячи падающих ледяных осколков, отражающих янтарные огни города.

Наши взгляды встретились, и Тесс сразу же покраснела.

Я игриво подмигнул и сказал: «Приветик!»





Глава 86




Глава 86

ОТ ЛИЦА ТЕССИИ ЭРАЛИХ:

Я ведь всё ещё сплю?

Последнее, что я помню, это как пыталась высвободить первый этап своей звериной воли. Дедушка очень удивился, когда просканировал моё мана-ядро и сказал, что моё тело каким-то образом полностью адаптировалось к Древнему Хранителю.

Я не совсем понимаю его удивление, но помню, что Артуру пришлось несколько лет ассимилировать свою волю зверя.

Хе-хе… значит, я уже догоняю его по силе?

Нет. Ведь он смог ассимилировать волю будучи ещё ребёнком. Дедушка рассказывал, как это было удивительно.

Несправедливо.

Каждый раз, когда дедушка рассказывал о Артуре, то всячески его хвалил. И если бы это был кто-нибудь другой, то я бы ревновала.

Но это ладно, он всё равно мой…

Ну, не совсем…

Но скоро будет моим!

Надеюсь…

Глупый Артур! Я хотела произвести на него впечатление тем, что способна контролировать звериную волю, которую он мне отдал.

И я облажалась, да ещё и разнесла половину замка!

Боже мой… мама и папа не обрадуются, увидев всё это.

А потом появился он…

Артур всегда появляется в самый неподходящий момент.

И теперь он держал меня на руках, как какую-то девицу, попавшую в беду!

Я даже не могу посмотреть ему в лицо. Я знаю, что как только посмотрю на него, то тут же покраснею.

Не смотри, Тесс! Не смотри! Не…

Чёрт, я посмотрела!

«Приветик!» Артур очаровательно подмигнул мне своими голубыми глазами.

Я чувствую, как моё лицо горит, словно свеча, но всё равно не могла отвести от него взгляда до самого приземления.

«Теперь можешь отпустить меня?» — выдавила я, изо всех сил стараясь не ломать голос.

Его глаза блестнули, когда он игриво улыбнулся, отпуская меня. Я знала, что он наслаждается моим смущением.

Ух…

«Ты в порядке, Тесс?» К нам с Артуром подбежал дедушка. Он вспотел и на его теле можно заметить незначительные травмы, которые нанесла моя звериная аура, но, к счастью, с ним всё в порядке.

«Да, дедушка. Прости за беспорядок» Я опусила взгляд и увидела, что правая нога Артура кровоточила через штанину.

*Щёлк*

«Ау! Что?» Я с удивлением посмотрела на Артура, вдруг щёлкнувшего меня по лбу.

«Я рад, что наша проблемная принцесса не пострадала. Верно, дедушка?» — сказал Артур.

Хоть он и поддразнивал меня, но я видела его обеспокоенность обо мне, отчего на душе у меня стало теплее.

«Да, моя маленькая внучка в порядке. И это самое главное. Какая разница, что она уничтожила половину старинного особняка, в котором наша семья росла поколениями» — ухмыльнулся дедушка.

«Ух» Я почувствовала, что от смущения проваливаюсь сквозь землю, когда мой дед и Артур посмеялись надо мной.

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Тесс потребовалось время, чтобы вновь начать смотреть мне в глаза. Как только дедушка вновь созвал гвардейцев-охранников, мы покинули поместье. Поскольку особняк королевской семьи теперь был не в самой лучшей форме, мы вызвали экипаж, доставивший нас в ближайшую гостиницу.

«Я должен рассказать сыну о том, что произошло, если он или его жена вернуться с собрания пораньше. Они, наверное, предположат самое наихудшее» — сказал дедушка и глубоко вздохнул.

Он потёр виски, сидя на кожаном диване в снятой нами комнате в гостинице «Спиральный Плющ»

Не буду лгать, когда мы вошли внутрь, зрелище меня поразило. Так как было время ужина, весь отель наполняли неразличимый лепет и стук кухонной утвари. Как только они заметили нас, то показалось, что кто-то поставил на паузу всю гостиницу, придав озадаченный вид всем работникам и клиентам. Некоторые даже не смогли жевать свою еду, заметив бывшего короля, в довольно растрёпанном виде, с внучкой, принцессой их королевства, и неизвестным человеком рядом с ним.

К счастью, один из персонала гостиницы быстро выскочил из-за стойки и осмелился проводить нас в ВИП-зал.

«Простите нас, Старейшина Вирион. Мы не ожидали визита кого-то вашего статуса, иначе бы мы подготовились» Управляющий специально сгорбился и сжимал одну ладонь другой. «Могу ли я спросить, что привело вас в нашу скромную гостиницу? Могу ли я что-нибудь сделать для вас, чтобы сделать ваше пребывание здесь более комфортным?» — продолжил он.

«Наше поместье сейчас… слегка в беспорядке. Но всё хорошо, нам просто нужен номер» Дед махнул на управляющего, после того, как уложил на диван Тессию, заснувшую по дороге сюда. Служащий едва ли не вилял хвостом, словно радостный щенок, который только что получил подарок от хозяина, когда получил указ от Вириона.

Я устроился на диване перед Вирионом и обнял Сильви, тихо посапывающую у меня в руках. «Так что там случилось, дед?»

«Ты не поверишь, малыш. На днях, я осмотрел её мана-ядро и угадай что… её тело уже полностью приспособилось к воле Древнего Хранителя!» Волнение в острых глазах Вириона контрастировало с тихим голосом, старающемся не разбудить Тесс.

«Ты, наверное, шутишь… как её тело успело полностью приспособиться с волей зверя класса S…» И тут же в моей голове всплыл образ Виндсома. Неужели этот шар, который он дал мне, ответственен за этот беспрецедентный феномен?

«Что такое?» — Вирион поднял бровь.

«Нет, ничего. Я просто задумался. Дедуля, это всё случилось из-за того, что Тесс активировала первую фазу своей звериной воли?»

Вирион криво усмехнулся и почесал чисто выбритый подбородок. «Мы оба немного ошиблись, думая, что Тесс смогла бы контролировать свою силу только потому, что уже ассимилировала волю»

Хотя ассимиляция звериной воли человеком имеет важное значение для тела, чтобы полностью адаптироваться к мане зверя, особенно того, чей уровень гораздо выше, чем собственный, необходимо также подготовиться. Даже после интеграции, зверь может повлиять на ваш организм и на то, как вы контролируете свои силы.

Тессия пропустила этот долгий и трудный процесс, отчего не смогла подготовиться к эффекту от активации звериной воли.

«Теперь всё в порядке. Но Тесс должна быть более осторожной при использовании своей воли зверя» Я откинулся на кресло и взглянул на спящую принцессу.

«Я думал о том же. Может быть, наложить на неё печать до тех пор, пока она не сможет лучше контролировать волю. Обидно, что не существует специальных печатей для звериной воли. И боюсь, что, нося печать, она не сможет защитить себя. Даже если бы печать можно было бы снимать, Тесс всё равно останется практически беззащитной без маны»

«Ты можешь дать ей какой-нибудь защитный артефакт. Если этого недостаточно, чтобы успокоить тебя, то я лично о ней позабочусь. Я защищу твою драгоценную внучку»

«О, я уверен, что ты бы защитил Тессию, даже если бы она не была моей внучкой» Вирион дразняще подмигнул мне.

Мы ещё поговорили о потенциальной силе звериной воли Тессии, а потом почувствовали усталость от прошедшего дня. Тессия то просыпалась, то засыпала, а Сильви так глубоко спала, что только её равномерное дыхание указывало на то, что она ещё жива.

Мы очутились в роскошном люксе на верхнем уровне гостиницы. Комнаты богато украшены безделушками и картинами, затейливо развешенными по лозам, что придавало этому месту очень сказочную атмосферу.

Вирион отнёс Тесс в одну из комнат и вернулся в гостинную, чтобы налить себе что-то, похожее на ликёр.

Пожелав ему спокойной ночи, я бросил Сильви на кровать, отчего она даже не проснулась, и переоделся в свободный шёлковый халат. Сделав глубокий вдох, я мысленно пробежался по событиям минувшего дня. Наконец-то у меня было немного времени подумать о том, что я забыл сделать с самого момента рождения в этом мире. Я начал разрабатывать стратегию.

Когда я не тренировал свою силу, то постоянно разрабатывал стратегии. Важно продумать запасной план на случай ЧП и разработать запасной план на случай провала запасного плана. Я ненавижу признавать это, но были моменты, когда я ловил себя на том, что иногда на чём-то зацикливался. Когда мир вокруг меня стал какой-то сказкой, моё мышление тоже превратилось в незрелого и мелкого ребёнка.

Раздумывая над различными сценариями «что-если» мне на ум пришло то, что я обсуждал с Виндсомом. Если действительно случится то, что задумывали Азуры, то мне нужно подготовиться заранее. Натренировать своё мана-ядро – самое лёгкое. Больше меня волновало то, что придётся всё бросить, прежде чем начать тренироваться.

Прежде чем я уйду из этого мира, я хочу убедиться, что моя семья, Элайджа, Тесс, дедушка… все они будут готовы, когда начнётся война и смогут защитить себя без меня.

Я думал о своей сестре, Элеоноре. Она всё ещё пыталась пробудиться, но может быть только через год или два она сможет начать обучение магии. У неё и у мамы всё ещё был защитный амулет, который я им подарил, но он может спасти только от одной опасной ситуации.

После обработки различных идей, меня осенило. Может, лучше найти для Элли какого-нибудь питомца. Хотя не «какого-нибудь». Мана-зверь должен быть достаточно сильным, чтобы защитить жизнь моей сестры… а может иногда и отгонять мальчиков, достаточно дерзких, чтобы попытаться флиртовать с ней.

Хе-хе…

Чем больше я об этом думал, тем больше нравилась эта идея.

Эй, ведь всё нормально, если любящий брат подарит своей младшей сестре питомца, который потенциально мог растерзать каждого, кто подойдёт к ней ближе чем на три метра, верно?





Глава 87




Глава 87

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА

Тессия проспала до полудня следующего дня. Вирион ушёл утром, чтобы разобраться с разрухой в замке, и оставил записку на моей двери с просьбой «позаботиться» о Тесс, пока он занят. И всё бы выглядело вполне нормально и серьёзно, если бы дед не пририсовал подмигивающий смайлик в конце записки, что заставило меня подумать, о какой именно «заботе» он намекал.

И о том, что происходит в его дурной башке.

«Дедуля…»

Когда Тесс вышла из комнаты, потирая глаза, я медитировал на полу в гостиной, а Сильви спала у меня на коленях.

«Что? А-арт? Где дедушка?» — засуетилась она, поняв, что Вирион не откликался.

«Доброе утро, вернее, день» Улыбаясь, я встал с пола и протянул ей стакан воды. «Твой дедушка вернулся домой, чтобы во всём разобраться»

«О-ох. Может, мне тоже стоит уйти… ведь это я ответственна за весь разгром»

«Мы ничего не можем сделать. Не беспокойся об этом. Вирион и твои родители, скорее всего, вернуться позднее вечером. Мы зайдём ко мне домой в Ксайрус, а завтра уже пойдём в академию» — объяснил я.

«И всё же… может, я смогу им чем-нибудь помочь… стоп, что? Мы пойдём к тебе домой?» Она всё ещё поправляла причёску, и услышав новость, её волосы снова растрепались.

«Хах… да. Вирион вчера попросил меня об этом. Там будет гораздо лучше, чем в этом отеле»

«Я думаю, мне всё же лучше остаться здесь»

«Ну, пока что никто из твоей семьи за тобой присмотреть не сможет, так что я уверен, что Вириону будет гораздо спокойнее, если ты останешься с моей семьёй, пока мы не вернёмся в академию»

Она на мгновение замолкла, а затем робко кивнула в знак согласия. Даже с растрёпанными, словно львиная грива, волосами, она всё равно очень мило выглядела.

«Кю…»

Сильви проснулась от ароматного запаха еды и откусила пару кусков от завтрака Тесс.

Поев, принцесса села рядом со мной на полу в гостиной, где я медитировал, и начала играться с Сильви, комфортно валяющейся у неё на коленях.

«Хе-хе, так мило» — проворковала Тессия, потерев живот моей грозной драконьей Азуры.

«Тесс, что ты почувствовала, когда активировала первую фазу своей звериной воли?»

«Эмм, я почувствовала, как внезапный всплеск энергии выплеснулся наружу и окружил меня. Затем, внезапно, я перестала чувствовать своё тело» — объяснила Тесс, глядя куда-то вверх и влево, пытаясь вспомнить подробности, — «Мне казалось, что я попала в чужое тело, но мне почему-то не было страшно»

Зверь не будет нападать на своего хозяина, так что понятно, почему Тесс не боялась. Даже учитывая сильное чувство непокорности у звериной воли, для неё это бессмысленно. Даже пропустив стадию адаптации, тело Тесс всё ещё полностью слилось с волей зверя. Волю трудно контролировать и правильно использовать, но это необходимо. Как бы иронично не звучало, но кажется, что у воли зверя была… ну, своя собственная воля.

Я опустился на колени перед Тесс и сказал: «Я хочу, чтобы ты вызвала волю Древнейшего Хранителя»

«Ч-что? Разве это не опасно?»

«Да, опасно. Но тебе не нужно активировать первую фазу. Просто почувствуй звериную волю внутри своего мана-ядра и разлей ману по всему телу. Так я смогу более чётко ощутить, что с тобой происходит» Я взял Тесс за руку, а она её тут же одёрнула.

Разве это не она смело поцеловала меня в прошлый раз? Почему она теперь так стесняется?

«Я положу свою руку тебе на живот. Не двигайся»

«Ты так говоришь, как будто бы трогать живот девушки – это прилично»

«Всё нормально, если это ради тренировки»

Как только она начала медитировать, я положил ладони на её живот, остановив позывы своего 13-летнего любопытствующего тела поднять руки повыше. Закрыв глаза, я стал рассматривать её мана-ядро. Тесс выпустила свою звериную волю и вскоре, поток изумрудно-зелёных частиц маны потёк рядом с золотыми и серыми пятнышками древесного и воздушного элементов маны, циркулирующих по её телу.

«Ммм»

Тесс напряглась и капли пота покатились по её щекам. Маленькие искры маны вырывались из её тела, а начинающаяся судорога подсказывала, что она пыталась сделать всё возможное, чтобы сдержать зверя, который, казалось, хотел вырваться на свободу.

«Тессия, хватит! Прекращай!» — поспешно крикнул я.

Принцесса попыталась отозвать звериную волю обратно в мана-ядро, но начала биться в конвульсиях. Я положил ладонь на её мана-ядро, чтобы попробовать ощутить активность внутри её тела, и увиденное меня шокировало.

Древнейший Хранитель, оккупировавший мана-ядро Тессии и интегрированный со всем её телом, пытался взять под контроль над врождённым запасом маны.

Что происходит? Как зверь мог пойти против хозяина? Ведь она даже не активировала первую фазу и частицы звериной маны всё ещё были внутри её тела.

Довольно странная мысль пришла мне в голову. Люди этого мира об этом не знали, но некоторые из моего, не практикующие, те, кто не мог укрепить своё тело Ки страдали от болезней и недугов. Хотя и существовали страшные болезни, выжигающие органы изнутри, было кое-что ужаснее – вирус Дракинса. Этот вирус распространялся по нервам и лишал жертву контроля над её конечностями, а затем и над разумом. Поскольку вирус не мог заразить практикующих, то его быстро уничтожили, но за целый год эпидемии погибло больше трёхсот тысяч человек.

То, что происходило с врождённой маной Тесс напоминало мне что-то похожее на вирус. Как и вирус Дракинса, частицы маны зверя не интегрировались, а лишь ослабляли её мана-ядро. Хотя, пока-что зверь не пытался взять тело и разум Тесс под контроль, но уж очень всё было до жути похоже.

Пока шла внутренняя борьба между врождённой маной Тесс и зверем, я почувствовал изменения в её мана-ядре. Теперь зверь не был так угрожающе страшен, чем тогда, в боевой комнате академии Ксайруса, не знаю, может быть это благодаря помощи Виндсома или что-то ещё. Однако, я сомневаюсь, что даже Виндсом мог бы предсказать, что воля Древнейшего Хранителя, которого я победил, могла внезапно взбунтоваться против хозяина.

Тесс продолжала бороться, пытаясь сдержать зверя, а я собрал свою ману и, убедившись, что в ней находились элементы всех четырёх стихий, чтобы тело её не отвергло, и передал прямо в её мана-ядро. Хоть я и не дал ей столько же маны, как принцу Кёртису в подземелье, но всё равно почувствовал ощутимый отток из своего ядра.

Между тем, Сильви кружила вокруг нас, понимая, что что-то случилось. Она склонила голову набок и посмотрела на меня, пытаясь получше понять происходящее, когда Тесс рухнула на спину и часто задышала.

«Ну, всё прошло не так, как планировалось» — фыркнул я, откинувшись назад.

«Ра… расскажи. Я не совсем понимаю, что стряслось. Чувствовалось так, как будто бы я удерживала дверь, пытаясь удержать в клетке какое-то бешеное чудовище, вырывающееся на волю»

Я криво усмехнулся такой точной метафоре. Мана-ядро Тесс в буквальном смысле было клеткой, удерживающей бешеного зверя.

У нас было ещё куча вопросов, оставшихся без ответов, но мы решили пока что не беспокоить Древнего Хранителя. Нам нужно либо искать нетрадиционный способ получения контроля над ними или же стать сильнее, дабы сдержать зверя в узде.

Дедушка Вирион и родители Тессии, Алдуин и Мериал Эралих, прибыли в гостиницу поздно вечером. Излишне говорить, что бывший король и королева эльфов облегчённо вздохнули, видя, что их дочь в безопасности.

Мы впятером и Сильви, свернувшаяся калачиком у меня на коленях, устроились по удобнее на диванах и начали обсуждать последние новости.

Мы коротко обсудили то, что именно произошло в замке, но, когда Тесс попыталась вмешаться, Вирион прервал её. Он всё обыграл так, будто бы взрыв в замке был его виной, что он просто хотел испытать силу звериной воли Тесс.

Я ошеломлённо слушал его, не понимая, зачем ему скрывать истинную причину, но когда наши взгляды встретились, то он намекнул на то, что позже мне всё объяснит.

Было решено, что до тех пор, пока замок не восстановят, семья, за исключением Тесс, поживёт у Ринии.

Это имя я не слышал уже очень давно. Я сильно обязан этой бабуле, обладающей чрезвычайно редким даром предвидения. Она позволила мне установить контакт с моими родителями после моего первого попадания в королевство Эленор, когда я спас Тессию.

«Артур, почему бы нам всем вместе не пойти к Ринии, прежде чем вы с Тессией вернётесь в Ксайрус? Идти придётся слегка подольше, поскольку она недавно переехала, но я уверена, что она была бы очень признательна, если бы ты навестил её» — сказала Мериал, — «Она очень удивится, увидев, как ты вырос»

«Я не против» — ответил я с ностальгической улыбкой.

«Ой, я тоже уже давно не видела бабушку Ринию!» Тессия наклонилась вперёд, выражая нетерпение.

Вирион на чём-то сосредоточился, обдумывая идею. «Хм, а это не плохая идея»

Алдуин кивнул в знак согласия и сказал: «Да, я тоже так думаю. Отец, я помню, ты рассказывал, что Риния очень заинтересовалась будущем Артура»

После этого было решено, что перед отъездом в Ксайрус, с утра пораньше мы зайдём в домик бабушки Ринии, даже коттедж, если уж быть точным.

Излишне говорить, как странно было ночью. Я спал на одной кровати с дедушкой Вирионом, а Тесс и её родители спали в другой комнате. Хоть я с ними хорошо ладил, но всё же спать в одной комнате с королевской семьёй эльфов кого угодно заставит понервничать. Я пытался улечься в гостиной, но дед заявил, что только совместная кровать может укрепить мужскую дружбу.

Это и купание вместе, в обнажённом виде…

Якобы…

Ох уж эти эльфы и их странные обычаи.





Глава 88




Глава 88

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА

Я был так взволнован поездкой к Ринии, что даже с трепетом вдыхал воздух этого идеального весеннего утра. Совсем недавно рассвело, и утренний воздух был ещё прохладен и свеж. По краям дороги, яркая утренняя роса на замшелых камнях сверкала от солнечных лучей, которые, казалось, заглядывали сквозь старые деревья, возвышающиеся над нами.

Наша повозка слегка подрагивала, катясь по мраморной дороге, обшарпанной за многие века использования. Сильви тоже очень нервничала, и мне даже пришлось пару раз схватить её за хвост, чтобы удержать от прыжка из окна кареты в погоне за бабочками и птицами.

Сильви удивила и немного испугала королевскую семью, когда, сидя у меня на руках, выдохнула пламенем и сожгла любопытную птичку, которой не повезло подлететь к нам слишком близко.

«Артур, должен сказать, что твой питомец продолжает интриговать меня» — сказал Алдуин Эралих, когда Сильви быстро вскочила и поймала обугленную птицу.

«Тише, оставь мальчика и его питомца в покое. В такой огромной и таинственной стране, как наша, ты уже не должен был удивляться подобным вещам» — попенял своего сына Вирион, слегка погрозив пальцем.

«Обычно, я бы согласился с вами, дедушка, но питомец Артура действительно уникален по сравнению со всеми другими мана-зверями, которые я когда-либо видел. Даже если это всего-лишь детёныш, в её взгляде уже мерцает интеллект» Мериал наклонилась поближе к Сильви, жующей птицу, и пристально посмотрела на неё.

«Не забывайте о том, что Сильви ещё супер-милая!» Тессия взяла на руки моего питомца и обняла её.

«Ха-ха-ха! Я беспокоюсь о том, что в один прекрасный день моя внучка выберет себе питомца не по силе, а по внешнему виду!» — рассмеялся Вирион.

Ехали мы уже довольно долго, даже при том, что повозку тянул мана-зверь. Тессия вскоре заснула, положив голову на плечо матери, а та в свою очередь заснула, прислонившись к голове дочери.

«Артур, я уже говорил об этом своему сыну, но туда, куда мы направляемся – это не обычный загородный домишко. Риния, по каким-то причинам, решила изолироваться от общества на окраине королевства. Почему именно, она не сказала, но в прошлый раз, когда я решил нанести неожиданный визит, то чуть не умер от ловушек и оборонительных сооружений» — приглушённым голосом сказал Вирион.

Я поднял бровь, удивившись серьёзным тоном Вириона. «Почему старейшина Риния захотела защитить себя до такой степени?»

«Об этом я знаю не больше твоего. В этот раз я предупредил её о нашем визите, поэтому мы должны добраться в безопасности, но всё же я хочу, чтобы ты был осторожен. Все эти меры предосторожности означают, что там, возможно, есть опасность»

Я сразу же вспомнил о её девиантных способностях, о которых знала лишь небольшая группа доверенных людей.

«Хорошо»

Вскоре после разговора, дедушка тоже уснул, скрестив руки и тряся головой на кочках. Не спящими остались только я, мой питомец, водитель и отец Тессии.

Сильви, ритмично виляя хвостом, наблюдала за окном, надеясь поймать более незадачливых птиц.

Алдуин спокойно разглядывал пейзажи, проплывавшие за окном. Я знал, что каждая морщинка на его лице появилась из-за бремени бывшего короля, а ныне одной из ведущих фигур на континенте.

«Я чувствую, что никогда не смогу отблагодарить тебя» — сказал он, всё ещё смотря в окно.

«За что, сэр?»

«За заботу о моей дочери. Судя по тому, что она и мой отец говорили мне, ты спас Тессию из множества опасных ситуаций» Алдуин повернул голову, посмотрел на меня, и на мгновение улыбнулся.

«Пустяки, сэр. Тессия тоже много раз помогала мне»

«О? И как же?»

Я подумал несколько секунд и ответил «Она морально поддерживала меня, и это главное»

«Не совсем то, что я ожидал услышать от тринадцатилетнего мальчика, но глядя на тебя, я думаю, что ты уже весьма взрослый» — ухмыльнулся бывший король, возвращаясь к созерцанию пейзажей.

«Твои слова очень мудры. И я почему-то совершенно уверен, что ты сможешь защитить мою дочь лучше, чем я или мой отец»

Я задумался над смыслом его высказывания, но не успел ответить. Алдуин просто хмыкнул и махнул рукой.

«Просто дикие мысли очень заботливого отца. Не обращай на меня внимания, Артур, но… скажи, задумывался ли ты хоть раз над тем, чтобы жениться на Тесс?»

«Сэр?» — сказал я, опешив от внезапной смены темы в ходе этой беседы.

«Конечно, она немного грубовата и возможно, я и Мериал немного избаловали её, но она же хорошая девчонка! Держу пари, через несколько лет она станет совершенной красавицей»

«Я думал, что традиционно эльфы женятся намного позднее…»

«Ха! Традиции? На быстро меняющемся Дикатене нет места традициями» — усмехнулся Алдуин.

…

«Артур, тебе нравится моя дочь?» Он наклонился вперёд, опираясь руками на колени.

«… Да» Я сперва засомневался, но всё же уверенно ответил. Нельзя отрицать, что я испытывал нежные чувства к эльфийской принцессе. Внутренний голос разума, убеждающий меня отстраниться от любви с ребёнком, начинал терять свою силу. Конечно, это не значит, что я мог смело признаться в любви и высказать все свои чувства, но теперь я не буду использовать свой умственный возраст как оправдание.

«Отлично!» Алдуин кивнул и харизматично улыбнулся.

«Хе-хе, я знала, что папа любит маму» — зазвенел в голове голос Сильви, на секунду удививший меня.

Я взглянул на Тесс, чтобы убедится, что она всё ещё спит и начал играть со своим питомцем.

ОТ ЛИЦА ТЕССИИ ЭРАЛИХ

Он признался! Мысленно, я почти кричала от возбуждения!

Артур наконец-то сказал это! Он сказал, что любит меня. Ну… он сказал, что я ему нравлюсь и лишь после того, как его об этом спросили, но и это уже хорошо!

Молодец, папа!

О нет, закрой глаза, Тесс… закрой глаза.

Замедли дыхание.

Я удивлюсь, если он услышит, как быстро бьётся моё сердце. У него же не настолько хороший слух, верно?

Я так счастлива, что проснулась в нужный момент. Сначала я не собиралась притворяться спящей, но испугалась, когда услышала, как отец говорил обо мне.

Он такой жестокий… как он мог сказать, что я грубовата…

… и что я избалованная! Я не такая!

Было бы неловко, если бы я проснулась в тот момент, так что я держала глаза закрытыми, но кто бы мог подумать, что мой отец спросит, любит ли меня Арт… и что Артур на самом деле признается в этом!

Он уже говорил об этом однажды, но это было после того, как я разозлилась на него. Я удивилась, когда он неожиданно поцеловал меня.

Хе-хе…

О нет, не улыбайся, Тесс.

«Мы приехали, Тесс. Давай, просыпайся» Голос моего отца спас меня, когда он аккуратно потрогал меня за плечо.

«Ммм… мы уже приехали?» Я сделала свой голос более сонным, как будто бы только что проснулась.

Моя мама тоже проснулась, когда отец нежно погладил её по руке. Как только она поняла, что заснула, то смущённо покраснела.

«Боже мой, я неловко повела себя, Артур» — сказала она, поправляя свои волосы.

«Ха-ха, всё в порядке, мэм. Старейшина Вирион тоже спал и храпел с открытым ртом. По сравнению с ним, вы спали довольно изящно» Артур ткнул локтем дедулю и тот в замешательстве осмотрел нас.

Я не смогла посмотреть Артуру в глаза, поэтому быстро выскочила из кареты и потянулась.

«Ааах! Хорошо я выспалась!»

Сильви выпрыгнула из кареты вслед за мной и тоже потянулась, громко зевнула и замотала головой, осматривая новую местность.

Я тоже посмотрела вокруг, но меня смутило то, что нигде не было домика Ринии, или даже каких-либо признаков того, что здесь живёт человек. Вокруг были лишь деревья, камни и густые кустарники, возможно, скрывающие какой-нибудь путь.

«Дедушка, ты уверен, что мы в правильном месте?» — спросила я, продолжая поиск чего-нибудь отдалённо похожего на дом.

«Нужно пройти немного дальше, но мы совсем рядом. Пойдёмте» Дедушка возглавил группу и Артур с моим отцом пошли в след за ним, а я с мамой замыкали процессию.

Сильви бегала рядом со мной, поглядывая по сторонам, как будто чувствуя что-то, отчего я немного занервничала.

Мы прошли в глубь леса, маневрируя между кустами и лианами. Я уже хотела спросить, действительно ли мы идём в правильном направлении, но их решительные и серьёзные лица заставили меня подавить свои жалобы.

«Дорогой? Что-то не так? Атмосфера немного пугает…» — голос матери затих, когда она нерешительно подошла к отцу.

«М? Ах, всё отлично! Просто будь осторожна» Отец, казалось, выбросил свои мысли из головы, услышав голос матери.

«Стоп» Артур вдруг поднял руку вверх, а другой сжимал рукоять своего меча, которого я до сих пор даже не замечала. Дедушка, шедший впереди нас, тут же замер.

Я вслушивалась в мёртвую тишину.

Слабый шелест листьев, казалось, приближался к нам.

*Треск*

Дедушка тут же обернулся в сторону звука.

Я спряталась за мамой, чтобы та защитила меня. Моё мана-ядро нестабильно из-за звериной воли, и я впервые почувствовала себя совершенно беззащитной.

Мама тоже насторожилась. И она, и отец имели при себе оружие, готовое к атаке. Тонкая палочка матери светилась тёплым розово-золотым оттенком, а любимая сабля отца уже блестела в его руке.

*Треск!*

Звук был гораздо ближе, и на этот раз, казалось, звучал справа от нас. Не зная что делать, взглянула на Артура, и он тоже посмотрел на меня, видимо убеждаясь, что я в порядке. Сильви стояла рядом со мной, вздыбив свой мех, чтобы казаться больше.

Из-за занавеса лиан справа зашумела и вышла из леса под тень сгорбленная фигура.

Все были напряжены, готовые атаковать вышедшую фигуру, но прежде чем кто-либо успел напасть, ясный голос раздался из тени.

«Что вы смотрите на меня, как дураки? Да ладно вам, ребята, вы опоздали!»

Фигура, наконец, шагнула в луч света, пробившегося сквозь деревья, раскрыв знакомую нам личность.

«Бабуля Риния!» — с облегчением вздохнула я.





Глава 89




Глава 89

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА

Оказывается, мы уже почти пришли к домику бабушки Ринии. После короткого приветствия и обнимашек от обрадовавшейся нашему приезду престарелой эльфийки, мы пошли к дому.

«Ты вырос и стал таким красивым парнем, Артур. Если бы я была на сто лет моложе, то ты бы точно был моим» — поддразнивала меня Риния.

Странно было это услышать из уст женщины, старше меня в три раза, но я лишь хмыкнул в ответ.

«Хотел бы я узнать, как вы выглядели сто лет назад»

«Хах! Спроси у Вириона, пусть расскажет о том, как я была прекрасна! Мужчины толпами увивались за мной!» Риния встала в модельную позу и поправила свои заплетённые волосы.

«Это правда, Артур. Моя мама рассказывала, что все девочки завидовали и ревновали тёте Ринии» — хихикнула Мериал.

«Ну, она точно была одной из лучших!» — отмахнулся Вирион.

«Конечно, была ещё одна девушка, на которую Вирион положил глаз…» Риния тут же замолчала, и казалось, что уже жалела о сказанном.

Я посмотрел по сторонам, чувствуя себя совершенно потерянным. Мрачный лес стал ещё более мрачнее, и в воздухе тоже что-то изменилось. Я взглянул на Тесс, и она, казалось, тоже запуталась, а все остальные погрустнели.

«… прости, Вирион. Это было слишком бесчувственно с моей стороны» Риния положила руку на плечо Вириону.

«Всё… всё в порядке. Не нужно извиняться»

Мы продолжили идти, и только хруст опавших листьев и треск веток заполнял тишину. Я приглядывал за Сильви, прыгающей вокруг нас в поисках насекомых под замшелыми камнями и брёвнами.

Её хвост яростно вилял от возбуждения, и я, несмотря на угрюмую атмосферу, невольно улыбнулся.

В моей голове кружился рой вопросов, и я тайком быстро взглянул на деда. Риния, видимо, заметила это и осторожно положила руку мне на плечо, натянуто улыбнувшись.

Мы вышли на небольшую поляну, и до наших ушей достиг рокот текущей воды. Как будто бы деревья, окружавшие поляну, действовали как барьер, заглушая звуки извне. С мраморно-белой скалы низвергался широкий водопад прямо в небольшой пруд, около 6 метров в диаметре.

«Вау, это невероятно!» — испугалась Тесс.

«Отец, неужели ты сюда возил меня, когда я был ещё ребёнком?» — спросил Алдуин, оглядевшись вокруг.

«О, ты всё ещё помнишь. Да, ты любил приезжать сюда» Вирион немного улыбнулся своим воспоминаниям.

«Как красиво…» — вздохнула Мериал.

Действительно красиво.

Тусклый солнечный свет придавал поляне больше сказочности. Тонкие лучи света, которые смогли заглянуть сквозь густые вершины деревьев, озаряли мха, травы и прочие растения. Водопад струился по белой скале, создавая чистый водяной занавес.

«Мы пришли» — сказала Риния.

Мы молча проследовали за ней в, как я полагал, заколдованный домик.

И так оно и было. Риния невнятно крикнула, подняв руки вверх, и со дна пруда поднялся импровизированный мост из корней, ведущий к водопаду.

Осторожно ступая по грязным корням, Риния вела нас за собой. Взмахом руки, она отвела поток воды в сторону и огляделась, словно желая убедиться, что за нами никто не подглядывал.

Облегчённо вздохнув, Риния положила руку на скалу, и та засветилась неузнаваемыми рунами.

Из мраморной скалы открылась раздвижная дверь, показывая нам проход внутрь.

«Не создавайте свет, мы пойдём в темноте» — сказала Риния, скорее всего напрямую обращаясь ко мне.

Я потерял счёт множествам поворотов, опираясь только на голос ведущей нас Ринии.

«Налево»

«Направо»

«Направо»

«Налево»

Наконец, в конце тёмного туннеля мы увидели мерцающий свет.

«Добро пожаловать в мой маленький домик» Среди тусклого света я едва мог различить слабую улыбку на лице старушки.

На свету мы увидели небольшую уютную хижину, размерами не превышающую мою комнату в замке семьи Эралих.

«Фух» Тессия присела на корточки, отдыхая от напряжения.

«Это… это место невероятно, тетя Риния» Алдуин провёл рукой по стене пещеры, в которой стоял домик.

«Где мы?» — спросил я, тоже осматривая местность.

«Где-то в эльфийском королевстве» Это всё, что она сказала, перед тем, как зайти в свою избушку.

Тускло освещённое светящимися шарами в углах пещера напоминала мне какое-то подземелье, использующееся для удержания худших преступников, а не «загородное поместье» лучшего друга королевской семьи.

«Я уверена, что у вас есть свои причины, тётя Риния, но действительно ли было необходимо затачивать себя в таком месте?» — нахмурилась Мериал, оглядывая интерьер домика.

«Это просто старушечья осторожность. Не обращайте на меня внимания! Тут на самом деле довольно уютно, если привыкнуть, конечно»

«А можно мне тоже посмотреть, что внутри?» — спросила Тесс, держа в руках Сильви, любопытно разглядывающую домик.

«Конечно! Все заходите внутрь» — пригласила нас Риния.

Мы переглянулись в сомнении, но Вирион просто подтолкнул нас, приговаривая: «Не волнуйтесь, никто вас не съест. Домик внутри больше, чем снаружи! Давайте перекусим, а то я очень голодный»

Как только мы зашли в по-спартански оформленный домишко, я тут же плюхнулся на диван. Оперевшись головой на руку, я, должно быть, задремал, потому что когда я проснулся, то все остальные тоже спали.

Потерев глаза, я встал и увидел, что только Риния не спала, попивая какой-то отвар из трав.

«Они ещё не скоро проснутся, Артур. Давай поговорим» — сказала она, даже не глядя на меня. Жестом показав мне сесть на стул напротив неё, она продолжила попивать свой чай.

На секунду я замешкался, но всё же доверился Ринии. Кроме того, если бы она хотела убить нас, то с помощью своей силы предвидения давным-давно бы это сделала.

Не говоря ни слова, я присел на стул и стал ждать, что же скажет престарелая эльфийка.

«Несмотря на непредвиденные обстоятельства, ты держишься довольно спокойно, Артур» Судя по её тону, кажется, она этого ожидала.

«Я уверен, что если бы вы хотели худшего, то это бы уже случилось»

«Угу»

…

«Так, с чего бы мне начать?»

«Ну, наверное, раз вы усыпили всех, кроме меня, то нужно начать с того, что только я могу знать?»

«Логично» — кивнула Риния, — «Ну, давай начнём с небольшой лекции о моих силах Прорицания»

Я тут же навострил уши. Знание о редких девиантных формах магии редко упоминается в учебниках.

Заметив интерес на моём лице, Риния продолжила: «Как ты знаешь, в отличие от обычных магов, получающие энергию из частиц маны в атмосфере, девианты должны найти свой собственный источник питания, чтобы питать свою магию»

Я кивнул в знак согласия.

«Например, твоя мама, как Эмиттер, может исцелять себя и других людей, однако, не может применять другие заклинания восстановления»

Я и на это кивнул. Существуют различные заклинания восстановления, которые могут изучить маги с водным, воздушным и элементом растений. К сожалению, маги огня и земли не имеют каких-либо врождённых навыков лечения, поэтому они не могут создавать восстанавливающие заклинания. Но ни одно из их лечащих заклинаний не может сравниться с целительной силой Эмиттеров.

«Излучатели имеют мана-ядро, естественно накапливающее особый тип маны, использующаяся для питания заклинаний. На протяжении всей моей жизни я встретила немало девиантов, но каждый из них обладал уникальным свойством магии. Все девианты имели свой собственный запас маны, который они использовали для девиантной магии» Говоря это, она немного растерялась.

«Должно быть, это очень неудобно, если они не могут черпать ману из окружающей атмосферы»

«Конечно, так и есть. Многие девианты рассказывали мне, как трудно им было выучить даже элементарные заклинания. Однако, их девиантная сила восполняла этот недостаток»

На момент возникла тишина, и я слышал только мягкий храп Сильви в руках Тесс.

«Что касается прорицателей, то тут всё совсем по-другому. Во-первых, наши силы могут пробудится в любой момент жизни, что отличается от обычных магов и прочих девиантов. Наши силы, как правило, приходят беспорядочными всплесками, затуманенные изображения о будущем просто вспыхивают в моём сознании. Иногда они полезны, но большую часть времени это лишь слишком расплывчатые и короткие, чтобы их осознать. Но, эти маленькие вспышки совершенно не тратят ману»

Я молчал, поскольку жуткое чувство царапало мой разум.

«Если бы ты мог почувствовать моё мана-ядро, то узнал, что оно совершенно не отличается от обычного, способно поглощать и перерабатывать частицы маны из атмосферы. Вот почему я ещё и мастерски владею магией воды» — с издёвкой воскликнула Риния.

«Не очень-то и полезная сила, если я не могу её контролировать, верно?»

«А что насчёт заклинаний, которые вы использовали, дабы помочь мне найти моих родителей и даже поговорить с ними?» — спросил я.

«Ах, это миленькое, маленькое заклинание, конечно, включает мои уникальные способности прорицательницы, но не совсем. Видишь ли, Артур, я умею лишь предугадывать будущее. Знать, что, когда и где что-то произойдёт»

Я сбит с толку. «Тогда, если ваша настоящая сила – в прорицании и вы сказали, что ваше мана-ядро не питает эту силу, то как тогда…»

«Своей жизнью» — ответила она.

«Мы, прорицатели, тратим свою жизненную энергию каждый раз, когда заглядываем в будущее. Это и есть истинная сила прорицателя. Всё остальное – лишь маленькие полезные заклинания»

Я сидел, выпучив глаза, не зная, как на это реагировать.

«То, о чём я заговорила ранее… О единственной любви Вириона, его жене, которая тоже была редкой прорицательницей, гораздо мощнее меня. Её бессознательные предсказания и пророчества длились намного дольше и подробнее, чем у меня. И появлялись гораздо чаще» Воспоминания стёрли улыбку с лица Ринии.

«В сочетании с её физической красотой и изящным темпераментом, она была предметом зависти вех эльфов женского пола нашего поколения. Она была гордостью нашего королевства и кумиром для граждан»

«Она влюбилась в Вириона, и они устроили красивую церемонию женитьбы. Однако, судьба была к ней неблагосклонна»

«В это время война между королевством Сапин и Эленором уже затихала, повсюду возникали миротворческие мировоззрения. Однако, король Сапин решил устроить последнюю попытку нанести как можно больше урона, чтобы наше королевство отказалось подписывать мирный договор. Он решил устранить единственного претендента на престол эльфийского королевства»

«Вы имеете в виду…»

«Да. Король решил самостоятельно убить Вириона» — проговорила Риния почти шёпотом.

…

«Будто бы издеваясь, судьба неоднократно мучила видениями смерти Вириона его жену. Её бессознательные пророчества рассказывали ей о том, как умрёт Вирион, и каждый раз, когда она пыталась как-либо изменить будущее, то это только меняло причину смерти. Вирион знал о даре своей жены, но та решила ничего не рассказывать ему, безысходно пытаясь сохранить его от неизбежной смерти»

«Каждый раз, когда я использую свою силу, чтобы заглянуть в будущее, я чувствую, как дни, недели, иногда даже месяцы жизни уходили из моего тела. Я только могу представить, как это было ужасно, когда она повторно использовала эту проклятую силу для человека, которого она любила»

Я даже не знаю, что сказать. И говорить тут было слишком бестактно.

Глаза Ринии сияли от слёз, хотя она и пыталась долго сдерживать их.

«В конце концов, ей удалось сохранять жизнь Вириона достаточно долго, чтобы мирный договор был подписан, но выгорев изнутри, чтобы защитить своего человека, она умерла через несколько месяцев»

«Ты знаешь, кто была этой прорицательницей, Артур?» Она посмотрела вверх, а по её щеке прокатились слёзы.

«Она была моей сестрой»





Глава 90




Глава 90

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА

Её слова прозвучали как гром среди ясного неба. Как говорится, люди с самой широкой улыбкой скрывают самую большую боль в своих сердцах. Я взглянул на Вириона и вспомнил, как он подшучивал и постоянно улыбался.

Я не знал, какую боль он пережил…

Я почувствовал себя каким-то подростком, думающим, что весь мир ненавидит его. Я просто не знал, что есть и другие, кто, возможно, страдал от более глубокой боли, чем я.

Мои пальцы едва заметно задрожали.

«Я не хотела поднимать эту тему, только чтобы вызвать у тебя жалость или печаль. Я говорю это так, чтобы ты осознал всю серьёзность того, о чём я тебе сообщу дальше» В её голосе чувствовалось серьёзное осуждение, заставившее меня посмотреть ей в глаза.

Старейшина Риния сделала паузу, будто бы подготавливаясь, прежде чем заговорила: «Я использовала свои силы, чтобы намеренно заглянуть в твоё будущее, Артур»

Всё, что она говорила, всё больше и больше давило на меня. «Что? Зачем?» Сильви сонно подошла ко мне и запрыгнула на колени, а затем снова уснула, оставив нас двоих в полнейшем удивлении.

«Похоже, твой питомец невосприимчив к моим травам» — хихикнула эльфийка.

«Да, но она, похоже, просто любит поспать» — с ухмылкой ответил я.

«Ну, продолжая нашу тему, я видела видения о тебе ещё до первой нашей встречи. Не такие чёткие, чтобы их можно было понять, но всё же странно, что случалось так много видений про одного конкретного человека. Такого раньше никогда не было»

«Как ты уже знаешь, Артур, на этом континенте всё меняется. Дикатен переживает новую эру. Мы уже увидели объединение трёх королевств и создание Шести Копий, но это только начало. И во всех изменениях, которые произошли или произойдут, каким-то образом ты оказываешься в их центре, Артур»

«Значит, переезд в это отдалённое убежище…» — сказал я.

Она лишь легко кивнула. «С этими знаниями о будущем… о твоём будущем, кажется, я наживу себе врагов»

«И что же вы узнали, заглянув в будущее?»

«А вот это уже проблема. Если я расскажу тебе слишком многое из того, что я видела, то это может повлиять даже на те результаты, к которым ты стремишься. С другой стороны, если я расскажу слишком мало, то информация будет бесполезной» — она вздохнула.

«Как вы хоть себя чувствуете, Риния? Вы просто отказались от части своей жизни, чтобы увидеть моё будущее… Вы в порядке?»

Риния пренебрежительно махнула рукой. «Со мной всё хорошо. Я и так уже достаточно долго жила. Лучше принести какую-нибудь пользу для будущего»

«Ненавижу говорить, как старая гадалка, предупреждающая героя и дающая ему другие универсальные советы, но мне жаль, что я мало чем могу тебе помочь» Могу сказать, что она пыталась скрасить ситуацию, чтобы облегчить мою вину.

«Артур…», — тон Ринии стал серьёзным, почти пророческим, — «Ты столкнёшься со многими трудностями. Но именно ты решаешь, каким будет будущее. На пути встретятся враги и препятствия, но, чтобы преодолеть их, тебе потребуется конечная цель. Чего ты хочешь достичь в своей жизни? Именно это определит твой путь»

Её слова звучали больше как мотивационная речь, нежели пророчество, но она как будто бы читала мои мысли.

«Я могу дать тебе лишь два совета. Первый – люди совершают плохие поступки ради благих целей, так что не суди их по первому взгляду. Второй – часто, самый страшный враг не то, что на троне, возглавляющий силы, а забытый солдат, которому уже нечего терять. Поэтому будь осторожен» Мягкий голос Ринии растаял шёпотом, погрузив комнату в неловкую тишину.

«Мне жаль, что я больше ничего не могу рассказать. Следуй и доверяй своим инстинктам. Ты особенный, и я знаю, что ты всегда сделаешь правильный выбор, но иногда правильный – не всегда лучший»

Разговор с Ринией оставил у меня плохой привкус во рту, как будто бы навернул ложку рыбьего жира. Полезно и необходимо, но отвратительно.

Чуть позже, Риния разбудила остальных, и мы притворились, что спали вместе с ними. Она как-то оправдалась, будто бы случайно перепутала травы для релаксации, и они оказались намного сильнее, чем она ожидала. Кажется, ей все поверили, и мы немного пообедали похлёбкой из растений и грибов. Было вкусно, несмотря на отсутствие мяса, хотя, судя по реакции Сильви, она бы со мной не согласилась.

Наступил вечер и нам уже пора было собираться в обратный путь. Большим сюрпризом для нас стало то, что в доме Ринии, в самом центре скалы, построены свои телепортационные врата, скрытые за тайной дверью.

Поскольку все телепортационные врата были созданы в глубокой древности, предположительно с помощью божеств, Азуров, теперь я знаю, что сейчас их сделать невозможно. Но Вирион не удивился, как все остальные, включая меня, но зная о силах Ринии, я лишь развёл руками.

Распрощавшись, я и Тесс вместе с Сильви прошли через врата. Вместе со странным ощущением после телепортации, в Ксайрусе нас встретили охранники и их копья, направленные на нас.

Увидев, что неизвестные нарушители были подростками, одетыми в униформу академии Ксайруса, они быстро опустили своё оружие.

«Мы приносим вам свои извинения. Судя по информации в наших вратах, начальный пункт отправления был неизвестен, поэтому мы не знали, кто или что могло выскочить с другой стороны. Это редкость, но в былые времена, мана-звери случайно натыкались через врата где-то в глубинах Звериных Полян.

«Всё в порядке. Мы прибыли из города в Эленоре и охранник сказал, что со вратами иногда случаются всякие проблемы» — я пожал плечами.

С пониманием кивнув, стражники отпустили нас, и поскольку мы не заказывали карету, то втроём дошли до ближайшей остановки и остановили повозку. Солнце уже садилось, и я увидел искажение цветов ночного неба, означающее, что Созвездие Авроры подходило к своему пику. Его было намного проще увидеть из летающего города, чем сквозь густые деревья Эленора.

«Вау, Созвездие Авроры завораживает каждый раз, когда посмотришь на него» — в восторге заявила Тесс.

«Кю…» “Красивое небо!” Сильви тоже сидела на краю повозки, смотря своей маленькой головкой вверх.

Когда мы подъехали к особняку Хелсти, Сильви побежала вверх по лестнице, ведущей к двери и поскреблась в неё. Я и Тесс последовали за ней, и когда дверь открылась, я встретил того, кого уж точно не ожидал увидеть.

«Жасмин?!» Я даже раскрыл рот от удивления.

«Давно не виделись» — сказала мой наставник из былых деньков авантюризма, с едва различимой улыбкой, показывающей счастье видеть меня.

Прежде чем я мог что-то у неё спросить, к нам подошли остальные члены команды «Два Рога», у каждого на лице светилась большая улыбка, когда они увидели меня с незнакомой девушкой.

«А ты вырос» — сказал Дерден с тёплой улыбкой на его широком, загорелом лице.

«Посмотрите, кто у нас здесь! Мистер всезнайка пришёл домой с леди!» Адам Кренш, неопрятно выглядящий, словно бродяга, копьеносец проворчал, опираясь на косяк дверной рамы.

«Вау, посмотрите, кто стал мужчиной» Хелен Шард, лучница, по-прежнему обаятельная, как и прежде, мягко подмигнула мне.

Пока они ждали нас наверху лестницы, Анжела спрыгнула вниз и по-медвежьи обняла меня.

«Ох, милашка!!!» — взвизгнула она, крутя меня вокруг как плюшевую игрушку.

«Мфммф мпфпмм!» Любые мои слова терялись в её необъятной груди.

«Думаю, вам лучше отпустить его…» — Тесс, слегка заикаясь, попыталась защитить меня.

«О, а кто это у нас здесь! Миленькая маленькая эльфийка!» Анжела Роуз поставила меня на землю, будто наигравшись и подняла Тесс, взвизгнувшую от удивления.

Вскоре вышла моя семья и с распростёртыми объятиями поприветствовала нас. Моя сестра, Элеонора, уже гладила Сильви в своих руках.

Мне не терпелось порасспрашивать Два Рога за ужиином, поскольку я не видел их уже больше года, но должен сказать, что Тесс чувствовала себя рядом с ними как-то неудобно. Будто бы была не к месту в моём доме, и рядом с неожиданными гостями становилась всё более напряжённой и неловкой.

Мама и сестра пытались приободрить её, но это им не особо удалось.

«Ты действительно хочешь вернуться в академию?» — спросил я.

Тесс извинилась перед всеми, сказав, что ей придётся вернуться в академию для каких-то катастрофически важных дел студенческого совета.

«Я пропустила слишком много учебных дней и, наверное, накопилось очень много работы. Спасибо вам за ваше гостеприимство и простите, что не могу оставаться подольше» Тесс коротко поклонилась и прошла за извозчиком, провожающим её до кареты.

Я неуверенно вышел на улицу вслед за ней, не зная, нужно ли идти или нет.

«Не беспокойся обо мне! Я признаю, что мне было немного некомфортно, но это не главная причина, по которой я ухожу. Мне действительно нужно разобраться с несколькими студенческими делами в совете. Было бы неправильно, если бы ты из-за меня не смог расслабиться в собственном доме, верно?» — сказала Тессия, ободряюще улыбнувшись.

«Ты права, но я просто переживаю, потому что дедушка скзаал, что тебе нужно ещё отдохнуть. Мана-ядро ещё немного нестабильно, даже с печатью, что дала тебе Риния перед отъездом. Мне бы было более комфортно рядом с тобой, если что-то случится»

«У меня нет причин использовать магию в академии, по крайней мере, пока что. Кроме того, завтра ты сам возвращаешься на учёбу. Думаю, я смогу выжить до завтрашнего утра» Она игриво подмигнула, смахивая предыдущую неловкость.

«Хорошо, но будь осторожна» Я слегка щёлкнул её по лбу и получил в ответ лёгкий удар в по животу.

ОТ ЛИЦА ТЕССИИ ЭРАЛИХ:

«Фух» Становилось всё труднее и труднее держаться перед Артуром. Если бы я поболтала с ним ещё дольше, то моё лицо разгорелось бы, словно свеча.

По всему телу чувствовалась некая рассинхронизация из-за моего мана-ядра. Оно повлияло на моё тело, как будто кто-то слегка перевернул всё внутри меня, но я не рассказала об этом Артуру, чтобы он не слишком беспокоился.

Закрыв глаза на пару секунд, я уже оказалась возле ворот академии.

«Спасибо!» — крикнула я водителю.

Он дружески кивнул мне, наклоняя шляпу, и поехал обратно к дому Лилии.

Сразу же после перехода через барьер и врата, атмосфера, казалось бы, резко изменилась. Моё тело тут же напряглось, сигнализируя, что рядом опасность.

«Хо-хо! Ты здесь… ОДНА? Пфф! Так даже проще, чем я думал! О да!»

Гортанный голос удивил меня. Я немедленно повернулась к источнику звука.

«Лукас? Лукас Уайкс?» — я разинула рот.

Конечно, это был Лукас, но с ним было что-то не то… ну, вообще всё не то. Кожа посерела, и тело хаотично дёргалось, делая его похожим больше на бешеного монстра, чем на студента.

Я хотела убежать, но не могла. Исходящая от него кровожадность подавляла меня. Всё тело могло лишь дрожать.

«Хе-хе… не могу поверить, что ты пришла одна, о нет, не могу! Приятно снова видеть вас, принцесса! Как всегда прекрасна, о да!» Лукас подошёл ко мне, едва перебирая ногами.

Это уже не Лукас… он ощущался, как самый безумный мана-зверь.

Видя выражение на моём лице, он наклонил голову и показал зубастый оскал. «Почему бы тебе не поиграть со мной, пока не придёт Артур?»





Глава 91




Глава 91

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

У меня осталось довольно неприятное ощущение на душе, когда Тесс решила вернуться в академию без меня, но всё же, я насладился этим вечером. Во всей усадьбе Хелсти чувствовалось праздничное настроение. Сам Винсент принёс из погреба несколько бочек ликёра. Отец Лилии веселился больше всех, на пару с моим папой распивая алкоголь, когда я пришёл домой. Оказалось, что «Два Рога» решили сделать крюк в их серии экспедиций по Звериным Полянам и заскочить к нам на праздник Созвездия Авроры. Мои родители были рады встретиться со старыми товарищами и выпить бокал или два, вспоминая былые времена.

Следом за Винсентом и моим отцом, напился и Адам Кренш, его щёки по яркости соотвествовали огненно-рыжим волосам. Довольно увлекательно было смотреть, как мои знакомые потакали своим алкогольным привычкам, так как моя мать и Табита не позволили мне выпить вместе с ними. Адам как обычно кричал и пьяно дебоширил, но судя по его координации, с ним мог справиться даже ребёнок.

Анжела Роуз, казалось, совершенно утратила чувство личного пространства и всё время лезла со мной обниматься. И каждое сказанное слово сопровождалось двумя или тремя иканиями, так что было совершенно невозможно разобрать, что она пыталась сказать. Табите пришлось оттащить её от меня, «бережно» затащив кокетливого мага на второй этаж.

Я чуть не умер со смеху, когда напился и Дарден Уокер. Больше всего меня удивило, когда он открыл глаза. Прывычно узкая, словно щели, форма глаз сменилась странным злым и удивлённым выражением лица. Его брови, которые, как правило всегда были нахмурены, теперь больше изображали интенсивное внимание и безграничное удивление. С каждой выпитой бочкой пива он всё больше ворчал повелительным тоном, давая самому себе наставления.

Сперва я не мог понять, пьяна ли моя бывшая опекунша, Жасмин Флеймсворт, пока она не подошла ко мне, с блестящими глазами и расслабленной походкой, и начала повторять, как сильно она обо мне скучала и переживала, хорошо ли мне в академии. В конце концов, все разошлись по своим комнатам. Мама отбуксировала отца, прижимающего к груди бутылку, пахнущую как виски, будто новорождённого, к себе в комнату. Табита тоже сделала тоже самое со своим мужем. Сестра уже давно забрала Сильви и пошла спать, отчего в столовой остались только я и лидер «Двух Рогов», Елена Шард.

«Неплохо посидели, верно? Уверена, что ты не совсем так представлял себе воссоединение с нами» — хихикнула она.

Я рассмеялся в ответ. «Мне приятно было снова увидеться с вами, особенно в такие дни»

«Твои родители вкратце поведали нам обо всём, что произошло с момента нашей последней встречи. Кажется, ты неплохо постарался пугать родителей» Слабая ухмылка на лице Елены говорит о том, что она предавалась воспоминаниям о прошлом.

«Кажется, этот навык я совершенствую, даже не стараясь»

«Если бы было так же просто с манипуляцией маной» — вздохнула Елена, отчего мы оба рассмеялись.

Когда горничные начали уборку в столовой, мы перешли в гостиную. Рассевшись по обе стороны журнального столика, я и Елена продолжили болтать о произошедшем в наших жизнях.

Я в первые с ней разговаривал так долго, но было довольно удобно, поскольку она говорила со мной как со взрослым, а не каким-то ребёнком или подростком. Её красноречие не типично для авантюриста, она больше подходила для проведения собраний, а не боевых действий.

«Не возражаешь, если я спрошу у тебя, Артур, какой твой уровень мана-ядра? Я совершенно не могу его почувствовать» Елена убрала ноги со столика и наклонилась вперёд.

«Жёлтый» — просто ответил я. Не хочу приукрашивать или пытаться принизить свой уровень.

«Невероятно. Искренне поздравляю» На лице Елены проявилось смешанное выражение, когда она неудачно попыталась скрыть своё разочарование. Но она разочаровалась не во мне, а в себе, потому что она была в двое старше меня, но я всё же её немного превзошёл.

«Похоже, у тебя светлое будущее, Артур. С открытием нового континента, я подозреваю, что эта академия не удержит тебя надолго. А теперь мне нужно отдохнуть» Она улыбнулась мне и похлопала по плечу.

Рухнув на кровать, совершенно обессилив даже для того, чтобы помыться, я лежал и думал обо всём, что случилось в моей жизни. Это было просто совпадение или я на самом деле родился в этом мире, чтобы изменить его?

Я действительно типичный герой из сказки перед сном, которую всегда читали нам в приюте? Как же Бог решил поразвлечься, назначая меня «Избранным» ?

Я был лишь пешкой в руках Бога, чтобы изменить мир так, как он посчитает нужным? Я сжал веки, надеясь, что это поможет мне избавиться от мыслей. Я прогнал мысль о том, то моя судьба под чьим-то контролем… жизнь ведь непредсказуема, зачем её ещё усложнять?

ОТ ЛИЦА ЭЛАЙДЖИ КНАЙТ:

«ЛОЖИСЬ!» — проревел я, наколдовывая земляную стену между мана-зверями и другими студентами.

«ВНИМАНИЕ СТУДЕНТОВ АКАДЕМИИ КСАЙРУСА!» — довольно высокий голос разнёсся по всему кампусу, — «КАК ВЫ ЗНАТЕЕ, В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ, ВСЯ ВАША АКАДЕМИЯ АТАКОВАНА МОИМИ МАЛЕНЬКИМИ ПИТОМЦАМИ. НЕ НУЖНО БОЯТЬСЯ, ИБО Я СПРАВЕДЛИВ И МИЛОСЕРДЕН!» Казалось, голос насмехается над нами, говоря это, потому что уже один из студентов-гномов погиб в пасти серого чернозубого волка, мана-зверя класса В.

Я наколдовал земляное копьё прямо под брюхом у твари, но он всё же успел отнять жизнь у ещё одного студента. Скрепя зубами, я отвернулся от разорванного трупа, который, уже затухающим взглядом, до самой смерти молил меня о помощи. Если бы у меня не было опыта в авантюризме, то я бы наверняка попытался бы помочь этому бедняге, хотя его раны не совместимы с жизнью.

Вместо этого, я успокоил себя, используя технику короткой медитации, которую я узнал на учёбе, чтобы стабилизировать поток своей маны из ядра для помощи другим студентам.

«ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ СТУДЕНТЫ, КАК ТОЛЬКО ВЫ ПОДНИМИТЕ РУКИ ВВЕРХ И ПОКЛЯНЁТЕСЬ В ВЕРНОСТИ МНЕ, МАНА-ЗВЕРИ ПЕРЕСТАНУТ АТАКОВАТЬ ВАС! ЭЛЬФЫ И ГНОМЫ, ПЕРЕСТАНЬТЕ СОПРОТИВЛЯТЬСЯ, ПОЗВОЛЬТЕ МОИМ ПИТОМЦАМ УНИЧТОЖИТЬ ВАШЕ МАНА-ЯДРО И ОСВОБОДИТЬ ВАС… ХА-ХА-ХА!!!» Из-за этого невменяемого смеха у меня мороз по коже. Он как будто бы наслаждался этой кровавой бойне, творящейся в академии.

Хотя радикальная группировка всё же проявила террористическую активность, эта бойня была на совершенно другом уровне. Она возникла совершенно внезапно, и никто не мог к такому подготовиться. Насколько я могу судить, план атакующих спланирован идеально. Никто не мог сбежать и позвать на помощь.

Некогда барьер предотвращал проникновение нарушителей и мана-зверей на кампус, но сейчас он превратился в полупрозрачную красную клетку, озаряя небо в кровавые цвета, и не позволял кому-либо выйти за его пределы.

Я не знаю, кому принадлежал голос, но его мотивы ясны. Он готов взять в плен людей, но жаждал смерти всем остальным расам. Из различных зданий академий, где сейчас шли бои, тянулись столбы дыма. Время от времени я пересекался взглядами с некоторыми членами дисциплинарного комитета, сражавшихся с мана-зверями, но у нас не было времени, чтобы даже обменяться информацией об остальных.

Очевидно, что в академии завелись предатели, поскольку некоторые профессора сейчас сражались с другими преподавателями, пока странные люди в плащах и мана-звери занимались студентами.

Это странно. Я видел некоторых мана-зверей, когда был авантюристом, и единственное, что изменилось, так это их цвет, точнее, его отсутствие. За исключением цвета их глаз, все звери, заполонившие академию Ксайруса, окрашены в разные оттенки серого.

Не могу сказать, сколько часов прошло с момента вторжения, но не было совершенно никаких признаков прибытия помощи от остального Ксайруса.

Я пошёл через кампус, перешагивая через тела и лужи крови. Академия должна была стать пристанищем для будущих магов этого континента. И это меня взбесило больше всего. Неужели с момента объединения трёх королевств, совет не подумал, что будут и другие враги?

Когда я только было собирался забежать вслед за фигурой в плаще в алхимическую лабораторию, как рядом со мной раздалось гортанное рычание, и я в последний момент успел увернуться от клыкастой пасти. К сожалению, увернулся я не совсем удачно, и зверь смог хвостом вбить меня в землю.

«Гррр» Гигантская, мохнатая ящерица выпустила слюни, испачкав мою форму, и уставилась на меня, словно ожидая чего-то.

«Отвали!» — крикнул я, одновременно наколдовывая земляной столп, запустивший двухметрового мана-зверя в воздух, где он ловко развернулся и спрыгнул на землю.

Но прежде чем я успел что-либо сделать, сверху вылетел меч и пригвоздил голову ящерицы к земле. Мана-зверь беспомощно крючился несколько секунд, прежде чем безжизненно свалился.

Спасибо, — хмыкнул я, слишком устав, чтобы соблюдать формальности. Кёртис Глайдер спустился с вершины статуи и извлёк из тела монстра своё оружие. Его питомец, Мировой Лев, следовал за ним.

«Без проблем. Тебе нужно спрятаться куда-нибудь, пока к нам не прибудет помощь. Сейчас слишком опасно с ними сражаться» — сказал он, кивая назад.

«Со мной всё будет в порядке. Тут слишком много врагов, чтобы вы с ними сражались, пока я прячусь. Я могу помочь» Я перевязал свои кровоточащие руки, оторвав рукав униформы и развернулся, чтобы продолжить преследование фигуры в плаще.

И внезапно, звук, явно усиленный маной, раздался по всему кампусу, подобно грому. Я даже не расслышал самого себя, кричащего от боли. И вся земля содрогнулась.





Глава 92




Глава 92

ОТ ЛИЦА ЭЛАЙДЖИ КНАЙТА:

Когда по всей академии пронёсся оглушительный звон с колокольной башни, тот же голос, будущий причиной всего кошмара, снова заговорил.

«Кхм! ПРОВЕРКА… ХА-ХА… ПРЕКРАСНО!» — раздалось с колокольни, недалеко от центра кампуса, — «СТУДЕНТЫ И ПРЕПОДАВАТЕЛИ АКАДЕМИИ КСАЙРУСА. Я ХОТЕЛ БЫ ВАС ПРИГЛАСИТЬ НА НАШУ ФИНИАЛЬНУЮ ЦЕРЕМОНИЮ. СОВЕТУЮ КАЖДОМУ ИЗ ВАС ПОДОЙТИ К КОЛОКОЛЬНОЙ БАШНЕ, ЕСЛИ ВЫ НЕ ХОТИТЕ ПРОПУСТИТЬ ВСЁ ВЕСЕЛЬЕ! НЕ ВОЛНУЙТЕСЬ, МОИ МАЛЕНЬКИЕ ПИТОМЦЫ НЕ БУДУТ КУСАТЬСЯ, Я ЭТО ОБЕЩАЮ»

Быстро переглянувшись, я и Кёртис сразу же отправились к колокольне. «Быстрее!» — крикнул Кёртис, скача на своём Мировом Льве, Грайдере.

Грайдер издал недовольный рык, когда я вскочил к нему на спину, сев позади Кёртиса. Пока мы двигались к башне, я распространял по своему телу ману, в надежде смягчить боль некоторых травм.

Когда мы подошли поближе, я увидел на башне странные вспышки заклинаний. «Как ты думаешь, что там происходит?» — спросил Кёртис. Я не видел его выражение, но судя по голосу я мог представить его тревогу на удручающе красивом лице.

«Несколько студентов и профессоров стреляют заклинаниями в колокольню» — я подметил очевидное, не зная, что ещё сказать.

«Похоже, что вокруг башни есть какой-то барьер» Полупрозрачная стена мерцала от попаданий заклинаний профессоров.

Вскоре, мы смогли увидеть «всю картину». В центре площадки стояла большая каменная платформа, которой раньше не было, и её наверняка создали магически. Некогда безупречный мраморный пол вокруг колокольни треснул и раскололся, а лужи крови ещё не высохли. Множество различных бесцветных мана-зверей собрались вокруг платформы, терпеливо, почти автоматически, ожидая и не обращали внимания на испуганных студентов за барьером.

[Земляные Копья]

[Сверхновая]

[Громовое Копьё]

[Кинжальный Смерч]

Многоголосый гул оборвался и несколько высокоуровневых заклинаний полетели в сторону колокольни, но, несмотря на огромную силу стихий, обрушившихся на одну точку, мана-щит, окружающий колокольню без труда их выдержал. Даже деревья за барьером не колыхнулись, ещё раз доказывая, насколько непробиваема эта стена.

Перед колокольней собралась толпа студентов и преподавателей, раненные и напуганные, не знающие, что им делать, и глядели на безуспешные попытки магов прорваться сквозь защитное поле.

Толпа растрёпанных студентов с тревогой перешёптывалась друг с другом по поводу бедствий, обрушившихся на них сегодня. Некоторые плакали, а другие уже прошли это и стойко ждали, что же случится дальше. И я тоже ждал. Клетка не позволяла нам покинуть территорию академии, и мана-звери были готовы растерзать любого непослушного студента. Мы были узниками бойни и ожидали своего приговора.

Хотя большинство студентов в толпе получили лишь лёгкие ранения, были и такие, чьи травмы оказались более серьёзными. К счастью, некоторые преподаватели были искусны в части медицинской магии. Им не сравниться с эмиттерами, но всё же им удалось спасти сегодня несколько жизней.

«КАЖЕТСЯ, ВСЕ ВЫЖИВШИЕ ДОБРАЛИСЬ ДО БОЛЬШОГО ФИНАЛА СЕГОДНЯШНЕГО ШОУ! Я БЛАГОДАРЮ ВАС ЗА ТО, ЧТО ПРИШЛИ!» Пронзительный тенор заставил всех обратить своё внимание на верх колокольни.

И он появился… как будто выходя из тени. Обладатель дребезжащего голоса, звучащего как старые ржавые гвозди, скребущие по доске. Он был одет в яркую красную мантию, обильно украшенную драгоценностями, что напомнило мне второго сына брата Короля. Того, кто настолько низко располагался в линии власти, что единственной его отличительной чертой было унаследованное богатство. Мужчина носил довольно жуткую маску, не соответствующую наряду. Это была простая белая маска с двумя прорезями для глаз и грубо нарисованной ухмылкой под цвет крови. Позади маски с головы растекались вдоль лопаток багровые волосы.

Он держал руки за спиной, будто бы держа что-то за спиной, но я не мог разобрать, что это было из-за нависающей тени.

При виде смелой фигуры, галдёж прекратился, создавая довольно жуткую атмосферу. Все выжидающе молчали и смотрели на загадочного человека в маске, в любопытстве и боязни того, что он будет делать дальше.

Было так тихо, что я слышал даже звук падения капель воды о землю.

Кап. Кап. Кап.

Внезапно, наколдованное земляное копьё нацелилось и полетело прямо в незнакомца, пока не врезалось в щит, разбиваясь на куски.

Он безучасно смотрел, пока студенты отчаянно пытались сокрушить его барьер, или хотя бы немного ослабить, чтобы прорваться внутрь.

Звучали и проклятья, выкрикиваемые в сторону фигуры в маске, когда все поняли, что пробить защиту невозможно. Я услышал знакомые голоса, среди тех, кто выкрикивал оскорбления.

«Пфф…» Плечи мужчины покачивались вверх и вниз, когда он пытался сдержать смех.

«АХАХАХАХАХА!» Его маниакальный смех, усиленный при помощи маны, разнёсся по всей площади, заглушая голоса всех остальных.

Я увидел смесь эмоций на лицах студентов и преподавателей: страх, гнев, отчаяние, смятение, разочарование, беспомощность.

Именно тогда человек в маске бросил объект, который он держал за спиной.

С глухим стуком, шарообразный предмет прокатился к нам, пока стоящие впереди люди не смогли его разглядеть.

Это была голова…

Настоящая голова.

И я слышал не звук капающей воды, а вытекающей крови из головы.

На мгновение, я представил эту картину и меня накрыла волна тошноты.

Меня вырвало.

Снова и снова.

Смрад вчерашнего ужина, смешанный с кислотой сильно, бил в нос, но в желудке остался только лишь воздух, а меня всё ещё тошнило.

К тому времени, когда я пришёл в себя, то увидел, что студенты и преподаватели тоже глядели в сторону, побледнели или хватались за животы.

Я не хотел это видеть, но мои глаза чесались, желая оглянуться назад на отрубленную голову. Когда я снова её увидел, то понял, что она принадлежала гному. Я видел её раньше, но волосы, слипшиеся в луже крови, скрывали большую часть лица, а внизу торчали кости позвоночника… такие белые.

Мой разум кричал мне в голову, чтобы я отвёл взгляд, но глаза зациклились на ужасном зрелище, а всё остальное размылось.

Его смех продолжался, всё его тело дрожало от восторга, пока гулкий вой не привлёк всеобщее внимание.

«НЕЕЕЕЕЕЕТ! ДОРАДРЕЯ!» Я заметил Теодора, когда он взревел и побежал к человеку в маске. Он раскидал в стороны студентов, не успевшие уйти в сторону от здоровяка.

«ДОРАДРЕЯ!» — кричал Теодор, его голос ломался, пока он колотил кулаками призрачный барьер.

По всей площади слышно было только два звука. Это радостный смех человека в маске, и громовые удары Теодора по барьеру.

Бум!

Она была одним из членов Дисциплинарного комитета…

Бум!

Там же был и Артур…

Бум!

Мраморный пол вокруг Теодора трескался от его мощи. Он по-прежнему избивал барьер, и по его разбитым рукам текла кровь. Несмотря на это, ярость не покидала Теодора, как и пристальный ледяной взгляд человека в маске.

«СПУСКАЙСЯ СЮДА И СРАЗИСЬ СО МНОЙ, ТРУС!» — завыл Теодор.

Вдруг, странный человек перестал смеяться и снял свою маску. Его лицо, узкое и острое, покрывала серая кожа. Несмотря на резкие и привлекательные черты, трудно было не заметить сумасшедшее, почти маниакальное выражение, которое, похоже, никогда не сходило с его лица. Он сморщил гримасу и склонил голову на бок, будто бы смутившись высказыванием Теодора.

«Трус? Я?» Неизвестный подходил к Теодору с лёгкой надменностью того, кто знал, что всё в мире существует благодаря его воле, каждый его шаг словно вбивал гвоздь в умы всех присутствующих.

«Да, ты! Хватит прятаться за барьером, сразись со мной!» — снова зарычал Теодор, пока кровь продолжала течь из его разбитых рук.

«Трус? Я? Великий и могучий Драневе… прячется?» Человек, назвавший себя Драневе, на мгновение исчез из виду и появился перед Теодором так резко, что тот даже не смог среагировать, как Драневе затащил его по другую сторону барьера. Он легко швырнул офицера дисциплинарного комитета на возведённую платформу.

Застигнутый врасплох, Теодор не очень элегантно приземлился на спину и с трудом, опираясь на искалеченные руки, встал на колени.

И снова Драневе резко скакнул к Тео и присел на корточки. «Ну что, ты хочешь подраться со мной?» Зловещая ухмылка искривила его лицо.

С отчаянным воплем, Теодор вскочил, целясь пяткой в плечо Драневе.

БУМ!

Теодор влил достаточно маны в свою ногу, чтобы при ударе расколоть платформу, отчего поднялось облако пыли.

Раздались несколько возгласов студентов, ждущих пока осядет облако. Я тоже надеялся, что атака была удачной, но внутренне знал, что не всё так просто.

Из-за облака пыли раздался вой боли, отчего некоторые даже обрадовались, но остальные лишь молча ждали. Как только пыль улеглась, мы увидели, что же произошло, но никто из нес не мог в это поверить. Ни для кого не секрет, что Теодор был девиантом, способным использовать ману, чтобы управлять гравитацией.

Судя по тому, что каменная платформа разбилась, словно стекло, мы поняли, что Теодор не сдерживался во время своей атаки, но затем мы заметили ногу Теодора, всё ещё лежащую на плече Драневе, там, куда он и целился в атаке. Однако Драневе был цел и невредим, а нога Теодора оказалась разрубленной на пополам.

Мы все молча пялились на это зрелище, раскрыв рты. Даже профессора оказались озадачены. Теодор сделал всё, чтобы от его атаки было невозможно уклониться, но всё же этому загадочному человеку это удалось.

«Давай! Великий Драневе не прячется. Давай, сражайся!» Ухмылка до сих пор не покинула его лица, когда он пнул Теодора, словно тряпичную куклу.

«Я же сражаюсь с тобой, как ты и хотел, верно? Что не так?» Драневе снова склонил голову в притворном смущении, продолжая избивать Теодора в ступоре. Лицо человека теперь превратилось в кровавую кашу. Никто из нас даже ничего не мог поделать… лишь наблюдать, как пытали нашего товарища.

«… ублюдок» — сумел проквакать Теодор, истекая кровью.

«Что? Что такое?» Драневе отпустил ещё один твёрдый удар, сопровождающийся громким треском сломанной кости.

Подняв избитую голову, Теодор посмотрел прямо в глаза своему обидчику, не скрывая ненависть и презрение, и выплюнул кровь на ноги врага.

Я разглядел, как на лбу Драневе вспучились вены, но тот лишь вздохнул и запустил пятерню в свои рыжие волосы, глядя на кровавое месево на лице Теодора.

«Вижу, ты всё ещё борешься! Хм… это слишком плохо, хотя, похоже, ты и так на грани смерти, судя по тому, сколько крови ты уже потерял. Позволь мне тебе помочь»

«АААААА!!!» Я услышал, как Теодор кричал, сгорая в алом пламени, созданном Драневе по щелчку пальцев. Вот так… просто щёлкнув пальцами.

Он щёлкнул снова, гася пламя, оставляя перед собой обугленную и дымящуюся тушу.

Я почувствовал, что мои ногти впивались в ладони. Я был бесполезен. Даже если бы я попытался сломать барьер и мне это удалось, то наверняка закончу также, как Теодор.

«Ха! Видели! Я помог ему! Теперь-то он не истекает кровью? АХАХАХАХА!» Его гогочущий смех и радостные хлопки в ладоши заполонили тишину на площади.

Увидив, что никто из нас не смеялся, он покачал головой. «Ох… вы, ребята, совсем не умеете веселиться. Расслабьтесь, он это заслужил»

Я отвёл взгляд от сожжённого тела Теодора, и увидел Кёртиса, поддерживающего других членов дисциплинарного комитета. В его плечо укрылась Клэр, по её страдальческому лицу обильно текли слёзы. Принцесса держалась за руку брата, опустив голову вниз, так что я не мог увидеть выражение её лица. Также я не видел эльфа, Фейриха, и другого таинственного человека с узкими глазами. Думаю, его звали Кай…

«Итак! Прошу прощения у всех вас за задержку! Без лишних слов, мы начинаем наше главное событие! Ребята, тащите их сюда!»

Драневе величественно махнул рукой и из рядов мана-зверей вышли фигуры в капюшоне, таща за собой студентов.

И когда я их увидел, то резко замер.

Я почувствовал, что плаваю в густом сиропе, когда прижал руку к барьеру. Я упал на колени и смотрел перед собой, затуманенным взглядом.

Её тащили за волосы, лицо избито и покрыто синяками, а одежда вся порвана… это была Тессия.





Глава 93




Глава 93

ОТ ЛИЦА КЛЭР БЛЭЙДХАРТ:

Я держалась за Кёртиса, едва сдерживаясь, чтобы не закричать от отчаяния. Слёзы текли по моим щекам.

Мы не могли… я ничего не могла поделать.

Офицер дисциплинарного комитета, отвечающий за сохранение безопасности и порядка в академии Ксайруса. Я была выбрана директрисой Гудскай на эту важную должность, и за исключением Артура, я сама выбрала студентов в команду и стала их лидером.

Я была их лидером, но всё же позволила произошедшему случиться… Я решила отпустить шпиона.

Я игнорировала тот факт, что все наши планы попадали в руки врагам.

Я была ответственна за то, что случилось с Теодором прямо сейчас. Даже если бы он выжил, то уже никогда бы не смог ходить.

Я ответственна за то, что Фейрих попал в плен.

Я была ответственна за смерть Дорадреи Орегард.

…

Я должна была понять, почему радикальные группы, казалось, знали каждый наш шаг и бесшумно проскальзывали мимо нас. Думаю, я подсознательно считала, что члены моей команды, без сомнения, будут верны мне.

Из-за моей наивности, на нас напали первыми. Это случилось прошлой ночью, когда мягкий тусклый свет зари выглянул из-за горизонта. Мы были заняты подготовкой к полномасштабной битве, которая в конце концов должна случиться. Уточняли план эвакуации после постройки самодельных убежищ в подвалах и старых классах, чтобы студенты забаррикадировались внутри.

Мы все согласились, что это может быть слишком уж через чур, но теперь я поняла, насколько мы ошибались.

Чтобы отдохнуть, мы решили выпустить пар на тренировках. Это была идея Кая. Он предложил увеличить площадь учебного барьера, чтобы каждый мог тренироваться, не затрагивая тех студентов, которые были на взводе из-за недавних событий и испугаются звуков заклинаний и звона оружия.

Мы никогда ещё не расширяли тренировочный барьер, но тем не менее, я не нашла ничего плохого в его предложении, так что позволила Каю контролировать барьер, пока остальные будут тренироваться внутри его.

Когда барьер образовался, то возник красноватый блеск, который раньше никогда не появлялся. Вспоминая этот момент, я поняла, что барьер Кая, возведённый с помощью артефакта, был миниатюрной версией клетки, расставленной сейчас вокруг всей академии.

Именно тогда на нас напали. Кай просто позволил им это. Этот хитрый ублюдок сливал все наши планы радикальным группам и кормил нас дезинформацией.

Кай поддерживал барьер, чтобы никто из посторонних не смог услышать звуки боя. У них был перевес три к одному, но всё же мы почти победили. Маги в группировке были сильны, но мои товарищи сильнее. Мы бы вырвались на свободу и предупредили академию… пока не пришёл он.

Как только он вошёл в барьер, наше преимущество испарилось. Я просто не могла поверить, что он был частью всего этого. Нет, вру. Как раз в это я могу поверить.

Он в одиночку повернул ход боя. Он был одарённым магом и если бы не его тщеславие, то я бы точно завербовала его в комитет. Он был талантлив, но многие его достижения приходили из-за чрезмерного потребления эликсиров и других синтетических наркотиков, что привело бы к печальным последствиям в будущем. Но это всё слухи.

Теперь он был на совершенно другом уровне. Колебания маны вокруг него были сопоставимы с профессорами… нет, даже выше. Хотя довольно странные. Частицы маны вокруг него кружились беспорядочно, почти хаотично. Слишком много насильственно созданной маны, переполнивший его. Я не уверена, из-за этого ли у него сменился цвет кожи и волос.

Количество маны, которое тогда было в нём совершенно неестественно для кого-то его возраста. Это мне напомнило Артура. Но это существо может быть даже сильнее моего напарника, однако, я знала наверняка, что всё, что привело в его состояние, было совершенно нееестественно.

Излишне говорить, что мы мало что могли сделать против него. Антиколдовство, мульти-заклинания, бесконечный запас маны – с этим он даже в одиночку способен справиться со всеми нами.

Как он стал таким сильным? – эта настойчивая мысль крутилась тогда в моей голове.

«Вы называете себя студентом этой академии? Из всех людей, я бы никогда не подумала, что ваша гордость позволит радикальной группе использовать вас, словно безумного пса, Лукас» — с презрением сказала я, — «Теперь я вижу, что ошибалась»

Я увидела, что задела за живое, когда самодовольное выражение на лице потемнело, но прежде чем он успел впасть в безумие, на что я и надеялась, вмешался Кай.

«Лукас, он хочет, чтобы всё было сделано быстро и чисто. Не забывай о миссии» — сухо сказал Кай. Его лицо напряглось, концентрируясь на удержании барьера.

Кай проигнорировал наши неоднократные ненавистные выкрики о причинах его предательства и открывал рот только для того, чтобы держать Люка в узде.

Мы не могли выбраться и побить его, поэтому решили пробить брешь в барьере.

Мы намеренно направили заклинания на одну и ту же точку, но барьер был сильнее, чем мы ожидали.

После небольшой драки, Фейриха поймали в плен и оттащили в сторону другие члены радикальной группы, но тогда же всё-таки нам удалось сделать трещину на поверхности барьера.

Мы сумели расширить брешь в барьере, чтобы проскользнуть через неё, но сбежать смогли не все. Скрепя зубами, мы оставили Дорадрею и Фейриха, которые прикрывали нас от атак радикальной группы.

Но я не чувствовала, что мы смогли сбежать, скорее, будто бы нас отпустили. Я до сих пор отчётливо помню ухмылку на его лице, когда он смотрел на меня, как на бесполезную мелочь, позволив нам убежать, потому что не хотел утруждать себя разборками.

Когда мы выбрались, было уже слишком поздно. Пока мы сражались, вокруг академии уже возвели клетку и кампус атаковали маги и мана-звери.

Директриса Синтия ещё не вернулась и когда мы нашли некоторых членов студенческого совета, их тоже серьёзно потрепали. Клайв был рад, что президент совета ещё не вернулась из своей поездки. Студентка – секретарь совета, кажется, Лилия, обеспокоенно спросила меня, всё ли в порядке с Артуром, и с облегчением вздохнула, услышав, что его не было в академии.

Деморализующим нас фактором было то, что несмотря на все старания студентов, средии них были и такие, что просто сдались и перешли на сторону врагов.

Но я не могу винить их.

Это мы не смогли защитить их.

…

«Пожалуйста, Кёртис… пожалуйста» — умоляла я, сдерживая рыдание.

«Пожалуйста, остановись. Тебе нельзя»

«Пожалуйста…»

Кёртис остановился, но я всё равно чувствую, как он дрожал от ярости. Я провела рукой у его рта и заметила кровь. Его кровь.

Он слишком сильно прикусил губу.

«Я убью его…» — дрожащим голосом пробормотал Кёртис.

«Кёртис, пожалуйста… подожди. Я не могу тебе позволить умереть также, как Теодор. Мы не можем потерять и тебя» Я старалась удерживать твёрдый тон, но не смогла убедить даже себя.

«Подождать? Просто подождать и позволить ему убить и Фейриха? Да? Также, как он убил и Дорадрею?» — зло прорычал он.

В моей груди всё сжалось от ядовитых слов Кёртиса, но прежде чем я ему ответила, резкий звук остановил меня.

Кёртис обалдело схватился за щёку.

Кейтилин открыла свои красные и распухшие глаза, на длинных ресницах ещё остались капли слёз. На её лице застыло горе и разочарование. Обычного бесстрастного выражения теперь как будто и не существовало. Её рука всё ещё дрожала после пощёчины брату.

Удар был не громким, и не очень сильным, но судя по выражению Кёртиса, даже лёгкая пощёчина от сестры проникла глубже и сложнее, чем любой меч.

«Мы должны придумать способ спасти их. Мы должны составить план, чтобы защитить всех. Мы должны остановить это чудовище, но не сможем этого сделать, если ты… если ты умрёшь» Взгляд Кейтилин был неумолим, каждое её слово пронзало не только Кёртиса, но и меня.

Она была права, нам нужно работать сообща. Нам нужно придумать план.

Я оглядела толпу перед колокольней и позади нас, думая о плане побега в кабинет директрисы Синтии, чтобы проверить, нет ли чего, что могло бы помочь нам там, но несколько фигур в плащах стояли на страже, в то время как мана-звери готовы наброситься на любого, попытавшегося сбежать.

И тогда они вывели пленников наружу, и среди них я увидела Фейриха, избитого и без сознания.

Все молча уставились на ряд фигур, толкающих заключённых, молча плетущихся по площади. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что одной из пленниц… была президентом студенческого совета.

ОТ ЛИЦА ЭЛАЙДЖИ КНАЙТА:

Время как будто замедлилось.

Я протёр глаза, чтобы удостовериться, но ничего не изменилось. Несмотря на то, что волосы растрёпаны и слиплись от грязи и крови, я знал их обладательницу.

В моей голове носились мысли о том, что произошло и как она оказалась здесь, хотя часть меня всё отрицала: её тут быть не должно. Она же должна быть рядом с Артуром.

Шёпот и бормотания пронеслись по толпе, когда студенты и преподаватели заметили среди пленников президента студенческого совета и члена дисциплинарного комитета.

«Цыц» Драневе театрально махнул рукой на нас, чтобы успокоить, прежде чем продолжил: «Я уверен, что вы все сгораете от любопытства узнать, что же происходит, но прежде чем всё объясню, я хочу представиться»

Он сделал несколько шагов вперёд и поправил мантию. «Как я уже раньше говорил, меня зовут Драневе»

Он сделал драматическую паузу, как будто ожидая аплодисментов. Когда ничего не произошло, он просто пожал плечами и продолжил:

«Я знаю, что сейчас вы считаете меня плохим парнем. Не удивлюсь, что это связано с терактами и убийствами, но уверяю вас, я на вашей стороне»

Это нелепое заявление вызвало бурю негодования, по толпе разнеслись улюлюканье и крики…

«Тишина»

Его голос напоминал низкий рык, но даже одно слово так сильно давило, что толпа тут же застыла.

«Как я уже говорил… Меня зовут Драневе и я пришёл, чтобы спасти всех вас» Драневе грандиозно раскинул руки, его одежда развевалась на ветру, отчего он выглядел довольно внушительно.

Никто не проронил ни слова, боясь того, что он может сделать. Мы просто ждали продолжения.

«Я пришёл издалека. Из очень жестокой к слабакам страны. Да, я говорю о вас. Собравшиеся здесь считают себя «элитой», проведут этот континент в светлое будущее, но там, откуда я родом, вы, ребята. Просто. Ничтожества.» Последние слова Драневе словно выплюнул, в насмешке.

«Как говорится, я проделал чрезвычайно долгий путь сюда, чтобы подгтовить тех, кого я считаю достойными, так что, когда мой господин будет править этим континентов, вы, ребята, сможете занять место в его царстве, или же умрёте»

Я оглянулся и увидел, что все растерялись. Судя по выражениям на их лицах, они совершенно не понимали ситуации. Даже удивительно, что некоторые думали, будто всё это какой-то большой розыгрыш.

«Я поздравляю тех, кто стоит передо мной сегодня, за то, что вы подчинились новому правителю этого континента. Лукия, подойди и покажи свои новые силы, дарованные тебе»

Лукия?

Нет… этого не может быть…

Фигура в рясе, удерживающая Тессию за волосы, шагнула вперёд, таща её за собой. Я прикусил губу, изо всех сил стараясь сохранить спокойствие. Своим взглядом, спрятанным под капюшоном, он искал кого-то и остановился я на мне. Я стоял как вкопанный, глядя на то, как он снял капюшон своей мантии.

Подтверждая мои подозрения, это оказался Лукас Уайкс.

Его глаза, казалось, смеялись, глядя на меня.

Его губы медленно изогнулись, когда он потянул Тессию за волосы, прислонив своё лицо к её шее.

Насмешливо глядя на меня, Лукас медленно облизал языком её шею, вплоть до уха, затем остановился и подмигнул мне.

Я больше не мог контролировать свой гнев, и не напал на него только благодаря оставшейся толике здравомыслия.

«ЛУКАС, ТЫ, СУКИН СЫН! КАК ТЫ СМЕЕШЬ!» Всё как будто покраснело. Вдруг, какая-то внутренняя сила вытеснила моё сознание, и я уже не чувствовал своё тело… своим. Я был совершенно другим человеком, просто наблюдавшим за происходящим от первого лица.

Я никогда не ощущал подобного ранее, но знал, то, что сейчас контролирует моё тело, сможет использовать мою силу лучше, чем я сам.

Это было своеобразное ощущение, очень ненормальное. Чудовище, которое я пытался держать взаперти себя, поменялось со мной местами.

Зрение исказилось и постоянно пульсировало, отчего я предположил, что тело переполнилось адреналином. Я не слышал ничего, кроме биения сердца. Моё тело, казалось, управлялось кем-то как марионеткой.

Какого чёрта со мной происходит?

Чёрные шипы вырвались из земли вокруг меня, задевая некоторых студентов.

Я хотел перед ними хотя бы извиниться, но тело сосредоточилось на Лукасе.

Когда я подошёл к барьеру, то переживал, смогу лия прорваться через него, но это было зря. Какая-то чёрная плазма потекла по моей руке и положила её на барьер, отчего тот начал таять, словно топлёное масло.

Я разглядел удивлённое выражение на лице Лукаса, но более неожиданно повёл себя Драневе. Он побледнел, лицо скривилось в подобие страха. Он выставил руки вперёд, как бы пытаясь успокоить меня. В этот момент меня окружили десятки мана-зверей, готовясь напасть, но бесполезно. С лёгким движением моей руки, чёрные шипы нанизали на себя каждого зверя.

Это сделал я? Я никогда раньше не видел такой магии. Это было неестественно. Эта сила предназначалась исключительно для убийств и разрушения.

Моё тело проигнорировало мёртвых мана-зверей и уверенно приближалось к Лукасу, утратившему задумчивость, сменившееся нахмуренными бровями и оттенком беспокойства в глазах. Другие фигуры решительно отбросили пленников и бросились ко мне, но по какой-то причине, Драневе остановил их. Я не слышал, что он говорил, но казалось, он почти умолял, его руки постоянно жестикулировали в надежде успокоить меня.

Вдруг, резкая боль пронзила меня, словно через всё тело прошло горящее лезвие. Я не знаю, как, но похоже, что моё тело достигло своего предела.

Нет. Пока нет. Я знал, что не мог его контролировать, но в этот момент я отчаянно хотел, чтобы моё тело по крайней мере убило Лукаса, как и планировалось.

Тело постепенно зашаталось, каждый шаг становился более зыбким.

Почти…

Тело вытянуло руку и чёрный шип полетел в сторону Лукаса. Шип не мог убить его, как я надеялся, но благодаря своей скорости, Лукас от него уж точно не сможет полностью увернуться.

Лукас упал назад от силы удара, и я едва смог увидеть чёрный шип, торчащий из его правого плеча.

Ещё раз…

Зрение становилось всё слабее и тело остановилось. Кажется, я потерял сознание. Я ещё раз посмотрел на запутанного Драневе, и прежде чем моё сознание полностью растворилось в темноте, я увидел его. Возможно, у меня просто были галлюцинации, но думаю, я видел своего друга.

Думаю, я увидел Артура.





Глава 94




Глава 94

ОТ ЛИЦА КЛЭР БЛЕЙДХАРТ:

Смиренность. Лояльность. Решительность. Смелость.

Эти слова постоянно вбивали меня ещё до того, как я поняла, что они означали. Эти четыре качества необходимы для того, чтобы иметь острое, как меч, сердце. Это было кредо семьи Блэйдхарт.

Будучи ребёнком, я искренне верила, что смогу следовать этой священной доктрине, на которой построена вся моя семья, несмотря ни на какие обстоятельства.

Как же я была глупа.

Такая мысль вцепилась в мой разум, сильно ранив сердце, когда я беспомощно стояла и смотрела… просто смотрела.

Смотрела на то, как избили и сожгли Теодора.

Наблюдала за тем, как Элайджа бесстрашно пытался сопротивляться, несмотря на то, что противника невозможно было победить. Можно было только подчиниться и надеяться… надеяться хоть как-нибудь выжить.

Даже пристально разглядывая платформу, я едва могла уловить суть происходящего, и ещё хуже поверить в то, что это реально.

Что все студенты и преподаватели, собравшиеся здесь сделать не смогли… Элайджа сделал в одиночку.

Я никогда не считала его нечто большим, чем глупым другом Артура. Он производил впечатление легкомысленного, а порой весьма глупого мальчика, но не сейчас. После того, как он накричал на Лукаса, его поведение изменилось до неузнаваемости.

Как будто взбешённый крик Элайджи высвободил его дух, а тело потеряло жизнь, плечи поникли, а голова сгорбилась вперёд. Я отпрыгнула в сторону, когда из-под земли вылетели чёрные металлические шипы. Я думала, что друг Артура уже умер, но поняла, что это сделал не Драневе или его прихвостни. Это сделал Элайджа.

Он использовал необычное, почти неестественное заклинание, когда положил ладонь на поверхность барьера и чёрное магическое пламя стало свёртываться спиралью вокруг его руки, плавя прозрачный барьер, проходя как нож сквозь масло.

Видя, что он добился больше, чем остальные профессора, даже не поцарапавшие барьер всей своей магией, я почувствовала надежду. Может быть, он сможет покончить со всем этим. Но кроме надежды я чувствовала почти ощутимое презрение к самой себе.

Я посмотрела вниз и увидела, что моя рука непроизвольно схватила рукоять меча. Какая злая шутка. Что толку в этом мече, если из-за страха я даже не могу пошевелиться.

Вновь переведя взгляд на Элайджу, я увидела, как он идёт, почти шатаясь, словно не контролируя себя. Того, кто пробовал противостоять ему, тут же протыкали насквозь чёрные шипы. Скорость произнесения каждого заклинания невероятно. Будто бы это был автоматический защитный механизм.

Я никогда не слышала ни о чём подобном, тем более не видела собственными глазами – магия, такая неестественная… мрачная… злая.

Меня, и вероятно, всех остальных присутствующих, смутило то, как Драневе повёл себя по отношению к Элайдже. Паренёк убивал его зверей налево и направо и пронзил шипами уже трёх его прислужников. Драневе должен был злиться, быть в ярости из-за противодействия его планам, но вместо этого он смотрел… и боялся.

Я смогла уловить лишь обрывки фраз Драневе, обращающегося к Элайдже, но тот даже не обращал на него внимания и уверенно шёл к Лукасу.

Я услышала, как он несколько раз повторял «я не знал».

Также я думаю, что слышала, как он обращался к Элайдже как к «господину» … но этого не может быть.

После бесполезных попыток успокоить Элайджу, Драневе начал кричать на своих прислужников, говоря им, чтобы они не смели поднимать руку на Элайджу. Странно было видеть, как наш сокурсник пытался убить врага, а лидер этого врага даже не пытался дать отпор.

Другие студенты тоже были сбиты с толку. Некоторые высказывали сомнения о том, что он был на нашей стороне и возможно, что Элайджа заключил союз с Драневе. Но все затихли, когда он рухнул на землю, при безуспешной попытки убийства Лукаса.

Хотя все пребывали в шоке от внезапного порыва Элайджи и загадочных сил, некоторые из преподавателей смекнули, что трещина в барьере, сделанная Элайджей, по крайней мере, даст нам шанс отыграться.

Мне эта мысль уже приходила в голову. Я знаю, что все мана-звери либо мертвы, либо тяжело ранены, а Драневе занят телом Элайджи, так что сейчас настал идеальный момент, чтобы отомстить.

Я знала это, но ноги буквально прилипли к земле. Я знала это, но до сих пор боялась…

«Студенты, в сторону» Профессор вёл небольшую группу из других преподавателей к дыре в барьере. Студенты рассеяно перетекали в стороны. Хотя некоторые студенты всё ещё были обескуражены образами обезглавленной Дорадреи и сгоревшим трупом Теодора, некоторые всё же набрались храбрости, чтобы присоединиться к крестовому походу.

Клайв был одним из них. Я заметила его, бросившегося к профессорам, держа наготове лук и стрелы, но один из преподавателей остановил его.

«Глупцы» — прошептала я себе под нос. Это всё безнадёжно. Разве они не понимают, что им не обыграть Драневе? Неужели чувство долга ведёт их на верную смерть? Или же гордость мешает быть им рациональными.

Быть смелой и глупо погибнуть? Этого хочет от меня кредо семьи Блэйдхарт?

Кэйтилин, должно быть, услышала меня. Её красные глаза всё ещё дрожали, смотря на меня, будто бы я могла ей что-то сказать.

Но я промолчала. Я знала свои пределы и понимала, на что способны мои враги, и это начисто лишало меня желания обнажать свой меч.

И как в сказке, которую мама читала мне перед сном, профессора двинулись к трещине в барьере, будто герои, отправившиеся в экспедицию, чтобы спасти принцессу от злого дракона.

Я увидела профессора тайной магии, на чьи занятия я ходила с прошлого семестра, возглавляющего весь отряд. Позади него стояли преподаватели защитных заклинаний, обучающие новичков. Даже был какой-то профессор, опирающийся на кривой деревянный посох. Затем я увидела профессора Глори. Она поймала мой взгляд и коротко кивнула, прежде чем выхватила второй меч из пространственного кольца.

Её взгляд вызвал дрожь по всей моей спине. Этот взгляд я никогда не видела раньше, но все мои инстинкты подсказывали, что это был взгляд того, кто принял свою судьбу.

Кредо семьи Блэйдхарт проникало в мой разум.

Смиренность. Лояльность. Решительность. Смелость.

Блин.

Во мне боролась смесь различных эмоций: Разочарования, потому что мне не хватало решимости и лояльности Блэйдхартов. Жалости, что не хватало смелости, дабы сражаться вместе со всеми. И непонимания, ибо я совершенно не знаю, как быть лидером дисциплинарного комитета… и быть Блэйдхарт.

Я потрясла головой в надежде избавиться от тёмных мыслей.

Если я выживу, то когда-нибудь искуплю свою вину, верно? Я ведь не могу быть верной, решительной и смелой, если умру.

Я вновь перевела взгляд на Драневе, который опустился на колени рядом с Элайджей. Это выглядело так, будто он искал признаки жизни, аккуратно, почти нежно, как будто бы обращался со своим королём. Наших преподавателей он совершенно проигнорировал, приказывая своим подчинённым что-то подготовить.

Наконец, он встал и понёс обмякшее тело Элайджи куда-то в дальнюю часть каменной платформы, где несколько фигур в мантиях возились с чем-то вроде странной наковальни.

«Лукия. Изменение планов. Позаботься о тех, кто, следуя своей глупости, движется к нам и расправься с этим…» — он взглянул на пленников, его глаза остановились на президенте студенческого совета, — «…мусором»

«Я возвращаюсь. И ожидаю, что ты скоро присоединишься ко мне» — сказал Драневе. От его напыщенного вида не осталось и следа.

«Но зачем ты заставил нас притащить их сюда?» Лукас начал возмущаться, но тут же охнул и его глаза вылезли из орбит. Высокомерие Лукаса исчезло, когда он упал на колени, а пот стекал по его лицу.

«Ты всего лишь инструмент. Ты сделаешь то, что я скажу, без вопросов, и если ты будешь продолжать выказывать неподчинение, то будут последствия» Голос Драневе звучал резко и повелительно, как в тот момент, когда он впервые появился перед студентами.

Лукас царапал лицо и грудь руками, а Драневе ударил его ногой, свалив на бок.

«Скажи это!» — прорычал он.

Даже отсюда я видела, как гневно сжались губы Лукаса, но он бился в судорогах и тихо проговорил: «Я… лишь… инструмент…»

«Всё готово, мой господин» — объявил один из людей в мантии.

«Хм» Драневе оставил Лукаса и попытался собраться с мыслями, прежде чем встать.

Мы все лишь наблюдали за ним. Даже профессора не были настолько храбры, чтобы нападать на мага, который с лёгкостью расправлялся с членами дисциплинарного комитета лишь силой мысли.

Профессор Глори первой почуяла неладное. Она указала на Драневе, направляющегося к сияющей наковальне, и крикнула: «Мы не можем позволить ему уйти!»

Четыре профессора устремились сквозь дыру в барьере, но огненный столп, толщиной в одну из колонн у главного входа в академические залы, взметнулся перед ними.

Лукас всё ещё восстанавливался, с болью глядя на четырёх профессоров. Но отчаянного выражения на его лице уже не было, и он уверенно пошёл в сторону преподавателей, наколдовывая ещё один столб пламени другой рукой.

Но уже было поздно. Драневе и его группа последователей исчезла, забрав с собой Элайджу, и оставили светящуюся наковальню.

«Лукас! Как студент этой академии решился принять участие в террористических актах?» — прокричала профессор Глори, влив ману в оба меча. Остальные преподаватели тоже подняли своё оружие, а профессор тайной магии уже бормотал заклинание.

На лице Лукаса возник маниакальный оскал, когда он гоготал, словно бешеный зверь. «Как я мог? Думаете, я сейчас примерно на таком же уровне, как и вы? Да как вы смеете так говорить со мной, как будто вы мне ровня! Вы просто жалкие ошибки, которые нужно уничтожить!» Мана вокруг него закрутилась всё быстрее, и на его серых руках вспучились вены.

И началась битва. У меня теплилась надежда, что теперь, когда Драневе исчез, профессора смогут восстановить порядок. Лукас не использовал какие-нибудь особенные заклинания, но объём его маны и власть над ней просто потрясала. Обычно, простые мультизаклинания сложнее контролировать и мощность их снижается.

Даже вызывая два заклинания одновременно приводило к расщеплению сознания и манипуляции маной по-разному. Поскольку профессор Глори в основном использовала свои навыки владения мечом и усиления его маной, она едва могла вызывать три заклинания одновременно, в то время как некоторые более сведущие преподаватели могли произнести сразу четыре.

Но Лукас с лёгкостью колдовал шесть заклинаний. Он окружил себя огненной сферой, защищавшей его от любой магии профессоров. Четыре других уже вывели из строя преподавателя боевых заклинаний. Рядом с профессором Глори сражался двухметровый пламенный рыцарь, защищавший её и товарищей по команде. Трудно было наблюдать, как Лукас легко подавлял совместные усилия четырёх профессоров.

«Да что мы тут стоим, им же нужна помощь!» Голос Кёртиса вывел меня из оцепенения. Его ясные глаза, дрожащие от ярости и нетерпения, заглянули глубоко в меня.

Он был прав. Это мой долг.

Долг лидера дисциплинарного комитета.

Взглянув на колокольню, я увидела Фейриха и Тессию, захваченных в плен. Также я заметила Теодора. Он всё ещё мог быть жив. Если мы сейчас же будем действовать, то всё ещё можем спасти его.

Лукас был занят преподавателями, и лишь немногие прислужники остались прикрывать его. Это был мой долг. И всё же, почему я всё ещё не могу двигаться? Неужели моё тело так сильно испугалось?

«Ах!» Громкий крик заставил всех нас обернуться.

Это кричала профессор Глори.

Она лежала на земле, а под ней медленно растекалась лужа крови.

Я вспомнила, как она посмотрела на меня, прежде чем пересечь барьер. Её глаза говорили, что она может умереть, и совершенно об этом не жалеет. Она наверняка боялась, но делала то, что должна, чтобы у других студентов был шанс выжить.

«Она права» Я разорвала оковы страха, сдерживавшие меня, и шагнула вперёд. Обнажив свой меч, я взглянула на Кёртиса, восседавшего на Грайдере и он кивнул мне также, как и профессор Глори. Клайв и несколько других студентов решили помочь нам.

Прислужники уже перешли через барьер, чтобы помочь Лукасу, так что я кивнула Клайву, чтобы тот помог профессорам увести студентов подальше от поля боя.

Кёртис и я встали в авангарде, а Кейтилин и Клайв пересели на Грайдера.

«Н-не надо!» — прохрипела профессор Глори, широко раскрыв глаза от страха, когда на нас напали прислужники. Они полностью скрывались в своих балахонах, и даже их лица скрыты под неестественной тенью. Я отразила выскочивший из-под земли шип своим мечом, и вдруг фигура в плаще сбила меня с ног.

Откатившись, я набросилась с мечом на врага, вонзая лезвие ему прямо в горло. Я чувствовала, как меч… прошёл сквозь его кожу. Тем не менее, прислужник даже не дёрнулся и протягивал ко мне серые руки, собирая в них ману.

И в этот момент, питомец Кёртиса отшвырнул от меня человека в плаще. «Ты в порядке, Клэр?» Кейтилин протянула мне руку и помогла подняться, после того, как выпустила во врага обездвиживающее заклинание. И тогда мы услышали пронзительный вой со стороны битвы преподавателей с Лукасом.

Профессора тайной магии душил огненный страж, вызванный Лукасом. Его шея плавилась, а запах жжёной кожи можно было учуять даже отсюда.

Преподаватель изо всех сил пытался освободиться, но в конечном счёте, его крики сбились в хриплый шёпот, пока он отчаянно пинал и колотил стража.

Я никогда не забуду выражение его лица, когда тело совершенно ослабло. У меня заслезились глаза в тот момент, когда огонь пожирал его одежду и он был зажарен живьём во всеобщее обозрение.

Это подтолкнуло мои низменные желания сбежать. Неужели я сделала ошибочный выбор? Я знала этого профессора. Даже вспомнила, как он однажды показал мне снимок своей трёхлетней дочери. Я сказала ему, что это пустая трата денег, так как портрет был бы намного дешевле, но он просто улыбнулся, прижимая фото, как будто держа на руках своего ребёнка.

Что будет с его семьёй?

Я почувствовала страшные рвотные позывы, и едва сдержалась. Но всё-таки едва не пропустила огненный шар, выпущеный мне в грудь одним из прислужников. Едва успев парировать заклинание, я использовала этот шанс, чтобы оценить ситуацию.

Повсюду царил хаос. Профессора, не занятые сражением с Лукасом, руководили отступлением студентов. Рядом со мной я заметила Кёртиса и Кейтилин верхом на Грайдере.

Возле колокольни Клайв, немного потрёпанный мана-зверем, только что подобрал с земли Тессию. Другие студенты, знакомые мне с занятий у профессора Глори, сражались с прислужниками.

И лишь трое профессоров сражались с Лукасом. Среди них была и профессор Глори, едва удерживающая меч в окровавленных руках.

Стиснув зубы, я побежала к Клайву. Я знала, что хотела от меня профессор Глори. Нужно спасать заложников, пока они отвлекали Лукаса.

Собрав ману в своём клинке, я набрала скорость, на ходу произнося заклинания.

[Огненное Копьё]

Пробив копьём обесцвеченного волка, нападавшего на Клайва, я как-то странно поднялась над землёй.

Клайв удивлённо раскрыл глаза, его губы произносили моё имя, но я не слышала ни звука.

Я не слышала никаких звуков.

И вот тогда я увидела каменный шип, пронзивший меня в живот.

Опустив меч, я посмотрела вниз и коснулась шипа. Там была кровь.

Моя кровь.

И тогда вернулись звуки, шквал криков и воплей заполнил мои уши.

Мой взгляд перемещался от окровавленных рук и шипа в животе. Я хотела развернуться, но поняла, что вишу в воздухе.

Гигантский шип пробил меня насквозь и поднял над землёй.

Я видела, как Кёртис оттолкнул ошеломлённого Клайва и пробирался ко мне.

«Клэр!» -крикнул Кёртис, но на этот раз его голос звучал очень глухо, как будто бы из другой комнаты.

Время замедлилось. Я видела, как Кейтилин спрыгнула с Грайдера и ринулась ко мне, шокировано прикрывая рот руками.

Я пыталась что-то сказать, но получалось лишь мокрое бульканье.

Я подумала о своём отце. О его твёрдом взгляде. Он был первым, кто рассказал мне о важности имени Блэйдхартов. Он гордился бы мной, увидев меня сейчас?

И как только я почувствовала, что всё исчезает, то услышала леденящий кровь рёв, пронзивший небеса.

Глубокий, грохочущий гром, потрясший даже землю и шип, на котором я висела. Даже на грани смерти, я как-то почувствовала страх. Не такой, который парализовал меня ранее, но тот, из-за чего тело инстинктивно захотело в почтении приклониться.

В этом состоянии, близком к смерти, я подумала, что мне лишь привиделся этот звук, но потом мои глаза увидели его.

Неповторимого крылатого зверя, которого каждый искатель приключений, каждый человек, надеялся когда-нибудь увидеть.

Это был дракон.

Он совершенно не напоминал мне того, кем мама пугала меня в детстве, рассказывая сказки. Нет, этот дракон даже был милым.

Два рога торчали по обе стороны его головы и радужные глаза, которые могли заморозить даже видавшего виды авантюриста, показывали, как красоту, так и свирепость. Те книги, которые я читала в детстве, описывали дракона, как блестящий драгоценный камень, но этот дракон имел настолько непрозрачно чёрный окрас, что даже тени в сравнении с ним, выглядели просто серыми.

Но тем не менее, не впечатляющий и вдохновляющий дракон, размером с небольшой дом, заставил моё сердце трепетать в страхе, а мальчик рядом с ним.

Мальчик с неповторимыми каштановыми волосами и знакомой униформой. В каждом его шаге была невероятно твёрдая уверенность.

Он просто источал ярость, направленную на всех. Сам воздух, казалось, пытался обходить его, а земля осыпалась под его мощью.

Внезапно, я сдавленно засмеялась над тем, как глупо я тогда сравнивала его с Лукасом. Перед тем, как мой разум потух, моей единственной мыслью было облегчением от того, что мне не придётся быть свидетелем его битвы с теми, кто пересёк его путь.

И сожалела над тем, что не смогу увидеть лицо Лукаса, когда он проиграет.





Глава 95




Глава 95

ОТ ЛИЦА ЛУКАСА УАЙКСА:

Глядя на профессоров – тех, на кого я ровнялся, — на их жалкие попытки сопротивления, мне стало ясно, что их жизни в моих руках. С моей новообретённой силой, эта так называемая «элита» теперь для меня не более, чем жалкие букашки.

Усиленные когнитивные способности для возможности вызова заклинаний самого высокого уровня.

Практически неограниченный запас маны, доступный для использования.

Обострённые рефлексы наряду с укреплением физической силы и ловкости.

Эликсир, который дал мне Драневе, подействовал на славу. Как он и обещал, я действительно раскрыл весь свой потенциал.

Меня считали одарённым магом, но я всю жизнь находился в тени своего старшего брата, Байрона, и даже все мои заслуги не смогли оправдать ожидания моей семьи. Я прожил своё детство в погоне за тенью, но теперь я чувствовал, что наконец-то превзошёл его.

Легко убив уважаемых профессоров, мне казалось, что я даже стал подобен богам, получив силу, недоступную даже для самых способных людей, эльфов и гномов.

… так почему же я так плохо себя чувствую?

Будто все внутренности охватила ледяная когтистая рука, медленно извиваясь, замораживает всё изнутри?

По спине пробежал холодный пот, и я невольно сделал шаг назад.

Мне страшно?

Но это невозможно.

С моими новыми способностями, я был непобедим. Всемогущ. Идеален.

«Добро пожаловать на вечеринку, Артур. Ты как раз вовремя» — усмехнулся я, выдерживая спокойный тембр.

Он промолчал, медленно приближаясь ко мне.

Мой взгляд переместился на обсидианового дракона Артура. Я читал, что драконы уже давно вымерли. Наверное, в обычной ситуации, я бы его испугался, но по сравнению с убийственной аурой Артура, его дракон выглядел даже менее угрожающе, чем обычная ящерица.

Он с уверенностью шёл к колокольне. Я не мог разобрать выражение его лица, прикрытого чёлкой.

Повисло гробовое молчание, даже мана-звери, которыми управлял Драневе, инстинктивно сжались в комок.

«Впечатляющий питомец. Ты думаешь, он сможет тебе помочь? Оглянись! Всё это сделал я! Профессора, которые вы так высоко ценили? Я раздавил их, словно назойливых жуков» — вновь усмехнулся я, сделав пару шагов в сторону мальчика, которого я когда-то считал равным себе.

Дракон издал оглушительный рёв, который заставил всех зрителей вздрогнуть, но не меня.

Нет. Как бы я не хотел признаваться самому себе, но боялся я не дракона, а Артура.

Не обращая внимания на мои колкости, он молча шагал вперёд.

Некоторые студенты уже победили подручных Драневе, и у меня остались лишь несколько мана-зверей. Но они оцепенели от страха. То ли из-за Артура, или дракона, я не знаю…

Когда он подошёл ближе, до меня дошло…

Он даже не смотрел на меня. Даже не смотрел!

Я был совершенно ошеломлён, а он просто прошёл мимо меня и всех остальных.

Да как он смеет?!

Я мог бы с лёгкостью раздавить его прямо сейчас. Он должен умолять меня пощадить его и друзей.

Но вместо этого, он даже не замечал меня?

Мои кулаки задрожали от злости.

Проходя мимо всех своих знакомых, не обращая внимания даже на умирающих или мёртвых сверстников и друзей, Артур опустился на колени перед эльфийской принцессой. Его дракон тоже вытянул шею вперёд, и только его дыхание нарушал момент тишины.

Точно зная, что нужно делать, мои губы скривились в ухмыке. Посмотрим, как он теперь сможет меня игнорировать.

«Она рыдала, зовя тебя» — дразнил я.

Никакой реакции.

«Конечно, сперва она держалась. Но так мне даже принесло больше удовлетворения, пытая её»

Его плечи слегка дёрнулись.

Дракон посмотрел на меня, в его глазах читалась такая жестокость, от которой я бы раньше испугался.

«Знаешь, я хотел поиграть с твоей маленькой принцессой ещё дольше, но Драневе сказал, чтобы я больше её не бил. Сперва я хотел поспорить, но в моей голове появилась идея, что лучшим способом сломать тебя будет то, когда ты будешь беспомощно лежать на земле, глядя на то, как я насилую девушку, которую ты любишь» Мой смех разнёсся по всей академии, а все остальные просто смотрели на меня, но ни у кого не хватило смелости возразить мне.

Дракон проворчал и как будто бы собирался разорвать меня, но его остановили.

Я взбесился, видя, как Артур продолжал молча цепляться за свою эльфийскую девчонку. Он все ещё игнорирует меня?

«АРТУР ЛЕЙИН! КАК ТЫ СМЕЕШЬ ИГНОРИРОВАТЬ МЕНЯ?!» — заревел я, — «Думаешь, что ты лучше меня? Так давай, докажи это! Я сломаю каждую кость в твоём теле, чтобы ты мог только беспомощно плакать, когда я буду трахать Тессию…»

Слова застряли у меня в горле, когда земля резко задрожала и покрылась трещинами под Артуром, отчего я слегка спотыкнулся.

Я восстановил равновесие и посмотрел на него, как он аккуратно положил на землю эльфийку. Внезапно, меня вновь поразило то же ощущение – холодная демоническая хватка рвала мои внутренности, выбивая воздух из лёгких.

Пытаясь успокоиться, я посмотрел вниз и заметил, что руки мои сильно дрожали.

И не только руки, но всё тело бесконтрольно содрогалось.

Что происходит? Почему я так реагирую на какого-то мелкого мальчишку? Невозможно, чтобы он был сильнее меня, но…

Он обернулся.

Я никогда бы не подумал, что обычный взгляд может так пугать, когда его бледно-голубые глаза, резанули меня, словно нож, и я почувствовал, как остатки воздуха выходят из лёгких.

И вдруг понял, что я чувствовал всё это время, слово, которое могло описать все эмоции…

Нет! Я не хочу этого признавать!

Я проигнорировал слабый крик протеста глубоко в моей голове, умолявший бежать, бежать как можно дальше от него.

«О, я наконец-то удостоился твоего внимания?» — выплюнул я издёвку, пытаясь сдержать дрожь.

«Лукас» Артур был простолюдином, и имел родословную, ничуть не лучше какой-нибудь старой лошади, в то время как я родился в семье Уайксов, наиболее талантливых магов во всем континенте. Однако, его голос гремел с такой властью, что почти поставило меня на колени.

«Я думал, что ты лишь жалкая надоедливая оса, которую даже излишне было убивать» — продолжал Артур, с холодом в голосе, подходя ко мне.

«Но даже самый святой человек прихлопнет осу без зазрения совести, если та посмеет ужалить его» Его холодные, бесстрастные глаза, пустые и ледяные, так и смотрели на меня, буквально приковывая меня к земле своей кровожадностью.

Он сравнил меня с насекомым. Нет, он действительно считал, что я ничтожество. Однако, я лишь промолчал.

Почему…

Он не должен быть таким. Сейчас у меня силы должно быть больше, чем у него. Так почему же такое происходит? Как мог мальчишка, на год младше меня, пугать сильнее, чем Драневе? Сколько легионов людей и зверей он должен убить для того, чтобы обладать такой удушающей, гнетущей аурой убийцы?

Даже сама земля, казалось, внимательно прислушивалась к Артуру, трескаясь под каждым его шагом.

Моё сердце забилось сильнее, всё тяжелее и тяжелее, как будто хотело вырваться и убежать. Зрение размылось из-за капель пота, скатывающихся со лба в глаза.

Оторвав взгляд от Артура, я посмотрел на Тессию. Дракон обернулся вокруг эльфийской принцессы, не оставив мне шанса, чтобы использовать её.

Я молча наблюдал, как Артур подходит всё ближе и ближе. В его глазах была неистовая буря, едва сдерживающаяся, чтобы не устроить хаос.

Я Лукас Уайкс, второй сын Отиса Вайхира Уайкса! Элитные маги из академии Ксайруса погибли от моей подавляющей силы. Артур же обычный простолюдин, ему просто повезло родиться с талантом к магии!

Мой разум разрывался от отчаяния и безумия, подавляя жгучее желание сбежать. Он? Пугает меня? Да никогда! Я скорее умру, чем буду молить о пощаде.





Глава 96




Глава 96

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Тессия в порядке.

Синяки и ссадины выделялись на её гладкой, бледной коже. К счастью, раны лишь поверхностны.

Она в порядке.

Кажется, её накачали наркотиками, чтобы временно удержать её без сознания…

Да, так даже лучше. Так она ещё не скоро очнётся.

И ей не придётся наблюдать то, что я собираюсь сделать.

“Сильви, защищай Тесс. Я сам справлюсь с ним» — мысленно сказал я своему питомцу.

Это я виноват. Зря я пощадил тогда Лукаса. Этот мир слишком размягчил меня.

Моя голова пульсировала, пока я подходил к Лукасу.

Ничто другое не имело значения. Не сейчас. Не до тех пор, пока я о нём не позабочусь.

«О-отойди!» Лукас замялся, а в его глазах отразилось сумасшествие.

Отступая, он подготовил заклинание. Интересно, понял ли он то, что заклинания на самом деле тратят его жизненную силу? Но это не важно. Я убью его раньше.

[Адский Дождь]

Он выпустил своё заклинание, и десятки огненных шаров рассыпались и закружились, становясь всё больше и больше.

Он продолжал безумно ухмыляться, но по его телу было заметно, как сильно на него подействовал этот вызов заклинания. Красные пылающие сферы посинели, когда Лукас улучшил колдовство.

Кажется, он планировал убить не только меня, но и половину академии.

“Папа…” – встревоженный голос Сильви эхом раздался в моей голове.

“Всё нормально”

Я мог бы позволить ему убить себя собственным же заклинанием, но он этого не заслуживает. Это была бы слишком милосердная смерть. Он нужен мне живым, по крайней мере, пока я не получу от него ответы.

Я хотел уничтожить его, но эта атака, вся эта катастрофа, не могла быть осуществлена только Лукасом. Кто-то насильно перенапряг его мана-ядро… до такой стадии, что даже если я оставлю его в живых, то он, вероятно, совсем скоро скончается сам.

Как бы то ни было, его союзник смог преобразовать жизненную силу Лукаса в ману. И по побледнению кожи и мана-зверям, можно было предположить, что это как-то связано с «Вритра».

«Судя по твоему выражению, кажется, ты не знаешь, что сейчас произойдёт. Ты думал, что сможешь выжить?» — зашипел Лукас, пуская слюни изо рта, — «УМРИ!»

Десятки пылающих голубых шаров, каждый из которых способен сжечь дом, полетел в меня, словно пушечное ядро.

Я вздохнул и пробормотал: «Вторая фаза»

[Пробуждение Дракона]

Зрение преобразилось в монохромное, и цвета я мог различить только по частицам маны.

[Абсолютный Ноль]

Казалось, сам воздух замер, прямо перед тем, как шары белого пламени врезались в меня.

У меня осталось совсем немного времени, пока работает вторая фаза. И мне нужно получить ответы, прежде чем это случится.

Пробираясь через облака пара и обломков, я разглядел фигуру Лукаса, шокировано озирающегося.

«К-как т-такое возможно? Нет, это нереально. Что это за ледяное заклинание?» — тараторил он, будто увидев призрака.

Лукас начал произносить ещё одно заклинание, и что удивительно, судя по тому, сколько маны он собрал в своей руке, то оно было мощнее, чем предыдущее.

[Адское Копьё]

Этого заклинания я никогда не видел. Мана сформировалась в пылающее синее копьё. И что меня удивило, частицы маны не просто сформировались в облик копья, а, казалось, превратились в горящее оружие.

«Надеюсь, ты и это переживёшь. Потому что я хочу, чтобы ты наблюдал, как я буду трахать твоё драгоценную принцессу!» — съязвил он, швыряя огненное копьё.

[Черный Гром]

Я выстрелил шаровой молнией из правой руки, поймав древко копья Лукаса левой.

Моя рука слегка дёрнулась назад от силы броска, и раздалось слабое шипение, из-за столкновения огня и льда.

«Ааа!» — пронзительный вой Лукаса донёсся до моих ушей, — «Моя рука! Как больно! Рука!»

Я шёл в сторону Лукаса, всё ещё нервно трогающего место, где была его левая рука.

«Белый Огонь!» — зарычал я, и рука воспламенилась жемчужным огнём.

Я почти подобрался к Лукасу, а он продолжал пятиться от меня. «Оттрахать её?!» — произнёс я свозь зубы.

«Это… это не честно! М-магия молний? Ты к-квадра-элементаль…» Голос Лукаса затих, когда он в недоумении взглянул на меня. Его губы дрожали, вместе с поражённой молнией культей.

«Да»

Душераздирающий крик Лукаса разорвал воздух, когда я схватил его за оставшуюся руку. Пламя в моей ладони начало медленно замораживать его, вплоть до молекул.

От удара, его рука разлетелась, как стекло. Лукас поражённо смотрел на осыпающиеся осколки того, что было его левой рукой.

«Н-нет… как ты смеешь! Я Лукас Уайкс!» — выплюнул он, отталкиваясь ногами подальше от меня.

Придавив его ногу, я прижал его к полу. В его взгляде не было ни следа здравомыслия.

Он больше не был человеком.

[Высокая Гравитация]

«АААААА!»

Нога Лукаса превратилась в багровое месиво. Куски костей валялись в луже крови, сочащейся в трещины в земле, которую я пробил, усилив ногу гравитацией.

Ещё один хруст кости раздался по округе, а за ним последовал пронзительный вой боли, когда я проделал то же самое с другой ногой.

Также, как и Вритра оставили Алею медленно умирать в глубинах подземелья, так и подобает поступать также и с ними.

Взяв Лукаса за шкирку, я ударил его по лицу, чтобы привлечь внимание. «Кто ответственен за всё это?»

Его глаза встретились взглядом с моими, и он плюнул кровью мне в лицо.

«Думаешь, что я что-либо тебе расскажу? Пхахаха! Ну так слушай! Беспросветного тупицу, которого ты называешь своим лучшим другом, забрали! Они утащили его, и я не знаю куда! Уверен, что он уже мёртв! Ха-ха…» — я бросил его на землю, -«… Тьфу!»

Я так беспокоился о Тессии, что совсем позабыл – Элайджу тоже схватили. Я поднял свой взгляд и впервые осмотрелся. Множество студентов и профессоров со страхом вглядывались в меня. Но среди них Элайджи не было.

«КУДА ОНИ ЗАБРАЛИ ЭЛАЙДЖУ?!» — закричал я, надеясь, что кто-нибудь ответит.

«Они прошли через это» — хриплым голосом проговорил Клайв. Он указал на странную штуковину, похожую на наковальню, вокруг и внутри которой колебалось ненормально много частиц маны.

«Кто забрал его?»

«Маг, который называл себя Драневе»

Это портал? Мои подозрения оказались верны? Неужели их главарь действительно пришёл с Алакрии?

«Это не важно. Он, наверное, уже мёртв. И вы тоже умрёте, когда он вернётся!» — засмеялся Лукас, пока кровь вытекала из его искалеченных ног.

Глядя на него, талантливого мага, воспитанного полагаться только на свою силу, не чувствуя ни вины, ни раскаяния за поступки и предательство, мне становится жаль его. Почти.

Лукас действительно мог измучить и осквернить Тессию, если бы я приехал слишком поздно. Его слова всё ещё звенели в моей голове, вместе с изображениями того, что могло бы произойти, если бы я не прибыл вовремя.

Я поместил ногу между его изувеченных нижних конечностей, на единственном живом месте, кроме головы. Единственном месте, которым он ещё дорожил.

«Ч-что ты делаешь?» В его голосе проявились нотки страха.

Я посмотрел ему в глаза и сказал то, что думал. «Принимаю меры, чтобы твоя грязь не распространилась на следующие поколения»

Его глаза расширились от осознания, и замолотил остатками рук. Он хотел что-то сказать, но…

«Пусть твои страдания преследуют тебя и в следующей жизни» — произнёс я равнодушно.

[Высокая Гравитация]





Глава 97




Глава 97

ОТ ЛИЦА АРТУРА ЛЕЙВИНА:

Нога, с хрустом костей и чавканьем плоти, вонзилась в Лукаса, выдавливая из него пронзительный крик.

Теперь, Лукас, помощник того, кто ответственен за весь этот хаос и смерти, теперь лежал передо мной и медленно умирал. Из его рта текла пена, когда он пытался что-то пробормотать. Я вынул ногу из кровавого месива того, кто посмел причинить вред дорогим для меня людям, и в очередной раз был рад, что Тесс не видит всего этого.

Катастрофа, так неожиданно свалившаяся на нас, наконец-то закончилась. Преступник, убивший трёх профессоров и несущий ответственность за многих раненных, теперь тихо умирал.

Но никто не радовался. В глазах каждого ещё блуждал страх, глядя на меня и Лукаса. В этой тишине отчётливо чувствовалось напряжение, исходящее от всех присутствующих студентов и преподавателей.

Давно я не получал таких взглядов. Тогда они пришлись мне по вкусу, и я гордился своей властной силе, но теперь, я лишь беспомощно вздохнул.

По всему телу разлилась жгучая боль, из-за окончания второй фазы. Длинные серебристо-белые волосы возвращались в обычную короткую, рыжую причёску. Руны, оплетавшие руку и спину, исчезли, и зрение тоже пришло в норму.

Отдача оказалась гораздо слабее, чем когда я сражался против Древнего Хранителя. И хоть сейчас обошлось и без отключки, всё же, я не особо эффективно использовал свою ману. Пытаясь произвести впечатление, я использовал гравитационную магию, в которой я ещё не слишком силён и не мог атаковать ей без использования драконьей воли.

Я едва стоял на ногах, и когда поднял руку, чтобы нанести последний удар, неожиданный свист привлёк внимание меня и всех остальных студентов.

Красный барьер, окружавший академию, разрушался. Падающие осколки барьера отражали созвездие Авроры, украсившей ночное небо. Окровавленная академия мгновенно превратилась в сцену из сказки.

И среди мерцающего дождя из осколков барьера, спускались три фигуры. Даже прежде, чем я смог разглядеть их лица, та ужасно давящая аура, излучаемая их телами, точно сказала мне, кем они были.

Копья.

«… там…» — натянутый, булькающий вздох вырвался из Лукаса.

Моё внимание сосредоточилось на Копьях, и я не понял, о чём он говорил.

Взглянув вниз, я заметил, что глаза Лукаса смотрели на одного из членов Копий. Он заговорил снова, на этот раз более отчётливо.

«Б-брат…»

И прежде чем я успел среагировать на его слова, внезапный всплеск света ударил мне в грудь с такой силой, что я пробил укреплённую маной стену колокольни.

Меня, отплёвывающегося кровью, как будто бы приклеило к стене. Растерянный и дезориентированный, я пытался понять, кто же вызвал это заклинание.

Несомненно, это был один из Копий. Своим расфокусированным взглядом я видел лишь невнятную фигуру, но прежде чем он успел выстрелить ещё раз, Сильви обдала его пламенем.

“Сильви, нет. Ты не сможешь сражаться с ними” – крикнул я ей, но мой голос прозвучал слабо даже в собственной голове, однако, уже было слишком поздно. Он играючи блокировал удар, а его напарник накрыл Сильви ледяным куполом.

Хотя каждая кость в моём теле будто бы сломалась напополам, и в голове нещадно звенело, мне всё же удалось понять немного смысла происходящего.

Копьё, создавшей ледяной барьер, который, судя по всему, Сильви не могла ни сломать, ни расплавить, была худой женщиной с длинными белыми волосами. Несмотря на то, в каком я был положении, меня радовало, что её лишь схватили. Ведь Копья могли сделать что-нибудь и похуже, в этом я уверен.

Между тем, Копьё, напавший на меня, опустился на колени рядом с Лукасом. Он казался довольно молодым — может, примерно лет двадцати, — и внимательно рассмотрев его лицо, я заметил явное сходство с Лукасом.

Оставшийся из Копий не стал тратить время, чтобы собрать и организовать студентов и преподавателей. Он уже опрашивал некоторых студентов, кивая на их ответы и поворачивая голову, чтобы посмотреть на меня.

То ли из-за дезориентации, или из-за волнения за Сильви, я только сейчас догадался соединить все вместе: Лукас сказал «брат», глядя на Копьё, который напал на меня.

Я даже не успел выругаться на своё невезение, как Копьё, который был братом Лукаса, бросился ко мне, окружив себя жёлтыми молниями.

«Смерть – недостаточное наказание для тебя. За то, что ты сделал настолько ужасное с Уайксом, с моим братом…» Он говорил тихо, почти спокойно, но с ясностью, будто он говорил прямо на ухо. Буря электричества кружилась вокруг него, молнии танцевали как кобры, пока он подходил ко мне.

Я попытался пошевелиться, но после нескольких отчаянных попыток, понял, что по сути, меня пригвоздили к стене, кажется, электромагнетизмом.

Несмотря на ситуацию, я всё же мысленно похвалил его власть над электричеством. Ему не было необходимости концентрироваться на манипулировании маной с помощью слов. Молнии просто подчинялись его воле, будто как часть его самого. Я посмотрел на Сильви, всё ещё отчаянно пытающуюся вырваться из ледяной клетки, и перевёл взгляд обратно на управляющего электричеством, и, наконец, понял, на что способны маги с белым мана-ядром.

«Байрон, не смей поднимать на него руку» — приказал старый Копьё, закончив разговор с одним из профессоров.

«Что?» Байрон через плечо посмотрел на него, — «Этот мальчишка мучил и унизил моего брата и вместо того, чтобы убить его, Ольфред, ты говоришь, чтобы я не причинил ему вреда? Ты что-то имеешь против?» Витки молний вокруг Байрона облизывали камни, оставляя ожоги.

«Этот мальчишка спас всех от твоего брата. И когда у тебя успели вырасти яйца, чтобы спорить со мной?» — ответил ему человек по имени Ольфред.

Я использовал этот момент, чтобы попробовать вновь перейти во вторую фазу, надеясь, что смогу собрать достаточно сил и сбежать, но это было бесполезно. Моё тело не могло даже собрать окружающую ману.

Глядя на двух Копий, я заметил, что Байрон явно смутился. И всё же, из-за своей гордыни или сомнений, он решил упорствовать. «Не испытывай меня, Ольфред. Мой брат умер на моих руках. И я хочу сделать то же, что убийца сделал с ним» Он обернулся на меня, обдав ядовитым взглядом.

Байрон снова пошёл ко мне, но перед ним из-под земли возникли два угольно-чёрных рыцаря, задержав его.

«Ольфред!» — зарычал Байрон, вырываясь из захвата рыцарей, которым, казалось, были нипочём молнии, кружащиеся вокруг него.

Уайкс выпустил ударную волну, отталкивая рыцарей, и понёсся на Ольфреда, оборачивая свою руку молниями в подобие копья. Ольфред уже создал на всей своей правой руке перчатку из застывшей лавы, но в момент, когда они собирались обменяться ударами, между ними возникла женщина-Копьё.

«Хватит» Мгновенно, и Байрона и Ольфреда заморозило по самую шею. Не было заметно никакого постепенного снижения температуры воздуха или воды в атмосфере, чтобы вызвать процесс заморозки. Пространство вокруг двух Копий просто покрылось льдом, и не смотря на перчатку из лавы, вокруг правой руки Ольфреда не было ни шипения или пара.

«Байрон, ты не вправе решать за всех. Совет должен определить, что делать с мальчиком… и драконом» — сказала она, в её голосе не было ни оттенка эмоций, что напомнило мне Кэйтилин. Даже когда она смотрела на моего огромного обсидианового дракона, то совершенно никак не реагировала, будто ежедневно видела нечто похожее.

Подумав, что её товарищи успокоились, женщина убрала ледяные оковы, и Байрон тут же обернулся и выстрелил. Электрическая пуля летела прямо в меня, но врезалась в ледяную стену, наколдованную быстрым движением её рук. Плавно, она взмахнула рукой, в которой появился короткий тонкий ледяной меч, прижав его к горлу Байрона, так, что даже проступила кровь.

«Неподчинение недопустимо» — сказала она, как лёд медленно переползал от кончика её клинка на шею.

К этому времени я уже отказался от мыслей о побеге. Если я раньше думал, что, включив вторую фазу, я смогу бежать, то теперь уже засомневался, видя, как быстро колдовала женщина-Копьё.

В конце концов, Байрон уступил, не упустив шанса вновь бросить на меня убийственный взгляд.

Не буду врать, я подмигнул ему.

Затем, менее чем за час, Копья опросили достаточно свидетелей, чтобы собрать детали произошедшего воедино. Это даровало мне честь освободиться от магнетических сил Байрона, чтобы затем меня вновь сковали по рукам и ногам ледяными оковами. Я сказал ей, что дракон является моим питомцем, и впервые с момента нашей первой встречи, у неё изменилось выражение лица: она слегка подняла бровь. Женщина освободила Сильви, и та, как только обратно трасформировалась в миниатюрную лисью форму, тоже была закована ледяными путами.

Оставив рядом со мной в качестве охраны каменных рыцарей Ольфреда, Байрон и женщина-Копьё отправились полностью уничтожать барьер, а старый Копьё пошёл помогать остальным студентам и преподавателям, призвав на помощь ещё десять рыцарей.

Я невольно полюбовался барьером, накрывшим академию. Его очень хорошо продумали, поскольку он позволял пройти через него внутрь, но никого не выпускал наружу. Кроме того, Копьям пришлось сперва пробить барьер, чтобы войти внутрь, так что у него, скорее всего, имелись ограничения на тех, кого можно было пропускать.

Тессия, как и все другие пленники, всё ещё лежала без сознания. В конце концов, когда барьер был полностью разрушен, группа магов отправилась в гильдию авантюристов, и помощь довольно быстро добралась к месту происшествия, исцеляя и забирая всех раненых в медицинское учреждение.

Повсюду был хаос. Рыдали семьи студентов. Люди, выглядящие как репортёры, яростно строчили в своих блокнотах, и шумные прохожие собирались возле ворот академии, в надежде узнать получше о произошедшем.

К счастью, Гильдия предприняла все меры предосторожности, чтобы на территорию академии не проникли посторонние. Стражники в форме уверенно держали ворота закрытыми.

Вынужденный оставаться под стражей, я старался держаться поближе к женщине-Копью, чтобы у Байрона не было ещё одного шанса атаковать меня.

«АРТУР!»

Я обернулся в поисках знакомого голоса и заметил семью, ждущую меня за воротами. Даже с такого расстояния на их лицах читалось беспокойство, и отец наверняка бы попытался перепрыгнуть через ворота, если бы не охрана.

Сестра уже плакала, цепляясь за рукав моей матери. Рядом с ней стояли Винсент и Табита, наверное, ища свою дочь.

«Могу ли я поговорить со своей семьёй?» — спросил я у женщины, неожиданно слабым голосом.

Байрон немедленно рявкнул: «После того, что ты сделал с моим братом, ты думаешь, что имеешь права что-либо просить…»

«Мальчик, я отведу тебя к семье» — прервал его Ольфред. У меня не было сил, чтобы пошевелить ногами или руками, поэтому Ольфреду пришлось создать для меня переносчика.

Призванный рыцарь удивительно нежно перенёс меня к моей семье. Ольфред стоял позади меня, повернувшись спиной. То ли из вежливости, или из-за осторожности, что Байрон может выстрелить нам обоим в спину, но, честно говоря, мне было наплевать.

Повисло напряжённое молчание, когда они смотрели на меня, не находя нужных слов. Взглянув на себя, я выругался под нос. Кровь засохла вокруг рта и на одежде, и обе ноги окрасились в малиново-красный. Вся одежда была разорвана в клочья. Я был похож на бомжа – вампира, станцевавшего в луже крови.

«Привет, Мам. Привет, Пап. Привет, Элли» Я попытался улыбнуться, но это, похоже ещё больше усилило их волнение.

«Артур, малыш, ты в порядке?» Мама протянула руку через забор, и я обнял её.

«Сын, что случилось?» — спросил отец, нахмурив брови.

«Я в порядке, мам. Бывало и лучше, конечно, но я справлюсь. На самом деле, пап, я даже сам не всё знаю» Я покачал головой, поглаживая руку маме, чтобы успокоить её.

Я перевёл взгляд на Элли, все ещё наблюдающую за мной, не решаясь, злиться, грустить ей или обрадоваться.

«Почему ты в наручниках?» — снова заговорил отец, взглядом указывая на прозрачные оковы, связавшие мои ноги и руки.

Я не знал, что ему ответить. Я не хотел говорить им, что я кого-то убил, и, вероятно, теперь предстану перед судом. Отец мог бы понять, но всё же я не стану этого говорить в присутствии матери и Элли.

Пока я искал слова, чтобы правильно всё объяснить, к нам подошла женщина-Копьё, неся в руках свиток.

Я неловко поднялся и обернулся к ней.

Даже не глядя на меня, она начала читать свиток. «Артур Лейвин, сын Рейнольдса и Элис Лейвин. Совет постановил, что в связи с вашими последними действиями, чрезмерным насилием в неоднозначных обстоятельствах, твоё мана-ядро будет ограничено, ты лишаешься титула мага и будешь заключён в тюрьму до дальнейшего решения»

Её слова отчётливо прозвучали эхом в моей голове, несмотря на огромную толпу собравшихся вокруг нас. Она наконец посмотрела вниз, чтобы встретиться со мной взглядом. «Приговор вступает в силу прямо сейчас»





Глава 98




Глава 98: Парящий замок

От лица Артура Лейвина

«Артур Лейвин, сын Рейнольдса и Элис Лейвин. Совет постановил, что в связи с вашими последними действиями, чрезмерным насилием в неоднозначных обстоятельствах, твоё мана-ядро будет ограничено, ты лишаешься титула мага и будешь заключён в тюрьму до дальнейшего решения.»

«… Исполнить незамедлительно.»

После слов произнесенных устами женщины-Копья последовало три разных реакции от людей вокруг меня. Первая реакция была от любопытных неучей. Они уставились на меня с ошеломленными взглядами, изучая мой внешний вид, как бы пытаясь сопоставить меня с указом, который был прочитан вслух женщиной-копьем:

Неоднозначные обстоятельства.

Чрезмерное насилие.

Я мог ощутить их осторожный скептицизм, как они молча пытались понять как мальчик, что едва достиг подросткового возраста, мог заставить Совет самостоятельно издать указ вместо правителя города.

Вторая реакция была от все принимающей толпы с еще более глупыми лицами. От тех кто слепо поклонялся Совету как форме высшей власти. Они восприняли слова написанные на коммуникационном артефакте как Божественную истину и смотрели на меня с осуждением. Их шепот был слышен даже там где я стоял, в то время как их глаза бросали презрительные взгляды, веря что я был ответственен за все что случилось внутри академии.

Третья реакция, была той, что я ожидал получить только от своей семьи. Нет. К моему удивлению, студенты и преподаватели, которые были вовлечены в этот инцидент – у кого еще оставались силы говорить – все кричали в несогласии. Так как моя семья была ближе, я мог слышать их отчетливо.

«Заключён в тюрьму… Ваша Честь, здесь наверное какая-то ошибка» моя мать молила из-за ограды.

«Да, я уверен, что есть какое-то объяснение всему этому. Мой сын бы никогда… определенно должно быть какое-то объяснение всему этому» мой отец поправил себя, прекрасно зная на что я способен.

Были и другие возгласы протеста: как от тех студентов кого я знал, как и от тех, кто просто пытался сообщить правду; каждый и которых был проигнорирован женщиной-Копьем.

«Это просто бессмыслица. Как ты смеешь наказывать того кто на самом деле сделал что-то хорошее. Если бы не Артур, вам Копьям было бы некого спасать!» я повернул голову в сторону владельца голоса. К моему удивлению, это была Кэйтлин Глайдер. Она шла в моем направлении с необузданной яростью в глазах; с выражением на лице, которого никогда не видел и даже не ожидал увидеть от нее.

«Я еще посмотрю на то, как мои мать и отец, аннулируют этот указ…»

«Твои отец и мать были среди тех, вместе с Королем и Королевой Грейсандера, кто голосовал в пользу этого указа» женщина-Копье ее сразу прервала. Хотя ее слова были почтительны, ее выражение на лице и тон показывали равнодушие и грубость.

До того как Кэйтлин смогла подойти ближе, ее брат остановил ее. Я не смог услышать, что он ей сказал, но принцесса наконец отступила, ее лицо все еще было красным и тело трясло.

Я знал, что несмотря на то какие доводы я приведу женщине-Копью, она не послушает. Не она решала, отпустить меня или нет.

«Могу я поговорить с моей семьей еще один раз перед тем как ты уведешь меня?» спросил я, мой голос был более печальным, чем хотелось бы.

После получения немногословного кивка от женщина-Копья, я пошел обратно, туда где моя семья прислонялась к ограде. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга, не зная с чего начать.

«Не стоит так грустить, ребята. Все наладится после того как это недопонимание будет улажено.» — я показал широкую улыбку, надеясь скрыть свою неуверенность. У меня есть союзники в Совете, но было слишком много неизвестных факторов, чтобы судить. Я не столько волновался за себя, сколько за Сильви. Обладание живым драконом на нашем континенте не было делом, от которого можно было отмахнутся.

Мое лицо должно быть дрогнуло, когда я сосредоточился на своих мыслях; когда они оба взглянули на меня, выражение на лицах моих родителей изменилось, на широко открытые глаза и страх.

«Т-ты… ты не знаешь сможешь ли вернуться к нам, так ведь?»

Я не мог посмотреть в глаза матери, заикаясь ее голос был наполнен беспокойством; Я, взамен, сфокусировался на ее руке, ее пальцы были бледными как у мертвеца, а ее ногти красными от того как сильно она вцепилась в железную ограду.

«Брат… ты ведь никуда не уйдешь, правда? Это все шутка, правда? Правда?» — лицо Элли было бледным малиновым, и я мог бы сказать, что она изо всех сил пытается сдержать слезы.

Я наклонился вперед, чтобы наши с сестрой глаза были на одном уровне. Пока я рассматривал ее детское лицо, я с трудом мог поверить, что ей уже десять. Одним из моих самых больших сожалений было то что я не смогу быть рядом когда она вырастет. Я впервые встретил свою сестру, когда ей было четыре, и даже после этого, я был с ней лишь несколько недель. Пока смотрел на нее, я мог только надеяться, что в следующий раз когда я увижу ее, она еще не станет подростком… или взрослой.

Я выпрямился, оторвав взгляд от Элли, чье лицо было так напряжено, что ее губы были почти белыми. «Я точно вернусь домой.» — я повернулся спиной как раз в тот момент, чтобы они не заметили, что мои глаза наполнились слезами.

Копье Ольфред призвал каменного рыцаря подо мной, поднимая меня, как женщина-Копье отделявшая меня от Сильви, несла ее в сфере изо льда что она создала. К нам приближался Копье Байрон несущий завернутый в ткань труп своего покойного младшего брата, его взгляд непрерывно пронзал меня с чистой злобой.

И так, мы разделились. Байрон сообщил остальным, что он сделает крюк к его семейному дому, чтобы доставить тело Лукаса для достойных похорон.

Я не был уверен сопровождается ли становление магом с белым мана-ядром, способностью летать, но все три копья могли летать без применения каких-либо заклинаний, включая призванного рыцаря который меня нес.

Мои глаза были устремлены на Академию Сайрус, пока она становилась все меньше, чем дальше мы улетали. Само место не так уж много для меня значило, но время, проведенное в школе внутри парящего города Сайрус в качестве обычного мага-студента. Я был признан одаренным, но я все же был просто студентом. Пока дистанция между мной и академией увеличивалась, я понял, что я оставляю свою жизнь в качестве обычного студента позади.

Мы безмолвно путешествовали по небу, так как все попытки начать разговор были безуспешны. Не смотря на довольно благосклонное отношение ко мне, для них, я был всего лишь пленником, ожидающим приговора.

«Папа, что с нами будет?» голос Сильви прозвучал в моей голове.

«Я… не уверен , Сильв. Не волнуйся. Все будет хорошо, я уверен. » Даже без ее ответа, я мог почувствовать эмоции, которые она испытывает: неуверенность, страх, растерянность.

Было невозможно сказать, как далеко мы улетели на Юг, так как все что я мог видеть внизу это Великую гору, что разделяет континент Дикавэн пополам.

«Мы должны остановиться здесь на ночь.» — женщина-Копье начала приземляться на горы, вслед за ней начали приземляться Копье Ольфред и каменный рыцарь, что нес меня.

Мы приземлились на небольшом пустыре, на краю Великой горы перед Звериными Тропами. Я был все еще закован, так что я сидел, облокотившись на дерево и смотрел как Ольфред возводит лагерь из земли.

«Замри, Артут Лейвин.»

Не дожидаясь ответа, женщина-Копье прижала артефакт к моей груди. Сразу же, я почувствовал, как мана высасывается из моего ядра, а устройство глубже впивается в кожу.

«Угх. Моя магия не поможет мне бежать от вас, так зачем такие поспешные предосторожности» — я спросил сквозь зубы. Ощущение как твоя мана насильно высасывается не назвать приятным.

«Иначе ты можешь создать проблемы.» — она кратко ответила, перед тем как взять спящую Сильви, и уйти в одну из каменных хижин что создал Ольфред.

«Как я мог даже…» — я бормотал себе под нос, раздраженный.

«Это потому что мы близко к Звериным Тропам»

Я повернул голову к Ольфреду, который, вздохнув, сел на землю рядом со мной.

«Вы ребята – Копья. И все же, ты хочешь сказать, что здесь есть мана-звери, которых даже вы не сможете одолеть?» — я спросил, немного растерявшись от его приближения.

«Я таких еще не встречал, но Звериные Тропы хранят много тайн, которых даже Копьям стоит остерегаться, особенно ночью, когда бродят самые сильные звери. Несмотря на наши силы, мы все еще смертны; смерть идет с нами рука об руку. Со всеми этими странностями, происходящими в последнее время, нельзя быть слишком осторожным» наступило краткое молчание, которое нарушало только завывание ветра.

«И чем я занимаюсь, рассказываю все это маленькому ребенку.» — он вздохнул.

Я просто покачал головой — «Наверное потому, что ты застрял с этой печальной компанией в последние пару дней.»

Я удивился, когда старик Копье разразился приступом смеха — «Ты прав, парень. Позволь мне рассказать тебе, проводить время вместе с Варай и Байроном намного тяжелее, чем любой бой со зверем SS-класса, который у меня был.»

Варай. Так вот как зовут женщину-Копье.

«Позволь задать вопрос, парень. Мне интересно, как ты стал таким умелым магом, в столь юном возрасте?»

«С чего ты взял, что я умелый? Ты ведь никогда не видел меня в бою.» — я бросил вызов.

«Байрон рассказывал мне о своем младшем брате, которого ты убил. А также я собрал рассказы студентов пока помогал некоторым из них, как и сейчас.» — он ответил, любопытный взгляд появился на его старом лице, будто он изучал меня.

Мы провели еще немного времени, разговаривая друг с другом, но, хотя Ольфред был дружелюбным, он также был очень осторожным. Я не смог выдавить не капли информации из него, кроме той, что знал сам. Он общался профессионально, не рассказывая ничего важного, как и я. Несмотря на наш небольшой замысловатый социальный танец в виде вежливого разговора, появлялось малозаметное напряжение между нами, когда он превращал мои вопросы в шутки. Мы аккуратно ходили друг вокруг друга нашими легкими словами, как бы пытаясь получить хотя бы намеки для удовлетворения нашего любопытства. После часа бесплодных попыток с обеих сторон, Ольфред предложил мне поспать.

Как и ожидалось от Копий; пусть Ольфред не держал дистанцию, как остальные, он был намного более загадочным.

Ольфред не был столь любезен, чтобы построить мне каменную хижину, как для себя и Варай. Без укрытия и защиты маны, пронизывающий ветер обдавал холодом все мое тело, съежившись настолько, насколько возможно я лежал, свернувшись, напротив дерева.

Похоже, я уснул в какой-то момент, так как меня грубо разбудил каменный рыцарь, поднявший меня как мешок риса.

«Привет, лучший друг» — я равнодушно похлопал заколдованного голема, пока взмывал обратно в небо.

«Сильв, как ты, держишься?» — я спросил своего питомца.

«Я в порядке, Папа. Здесь немного душно, но довольно удобно.» — ответила Сильви.

Ее эмоции были связаны со мной, так что я осторожно убедился, что я случайно не передал какие-либо переживания, которые испытываю, ей. Я не особо переживал по поводу того, что Совет может мне сделать; это мой питомец Асура был тем, о ком я переживал.

В то время как мы перелетали Звериные Тропы, я осознал, насколько большим был наш континент. Разнообразная территория мана-зверей все не кончалась. Мы пересекли пустыни, зеленые луга, заснеженные горы и скалистые каньоны. Было всего раз или два случая, когда я заметил мана-зверя достаточно большого, чтобы увидеть с высоты, на которой мы летели.

Ольфред и Варай постоянно испускали всплески убийственного намеренья, отгоняя всех мана-зверей в нашем районе. Тем не менее, несколько раз, мы обходили некоторые области, пока оба Копья скрывали свои ауры.

Я не мог не подумать, что Варай использовала на мне сдерживающий ману артефакт, чтобы я не смог специально спровоцировать, опасных и территориальных мана-зверей. Я должен отдать ей должное, так как это именно то, что я бы возможно сделал, что бы сбежать. Мне было интересно, был бы я способен выжить на Звериных Тропах или нет.

Мои внутренние дебаты длились не долго, так как Варай резко остановилась. Она достала коммуникационный свиток, который она использовала для прочтения приговора Совета ранее, она внимательно осмотрелась.

«Мы на месте.» — сказала она.

Я огляделся по сторонам в небе, но было очевидно, что единственным, что было вокруг, были птицы достаточно тупые, чтобы приближаться к летающим людям.

В тот момент, когда я хотел высказать, то что было у меня на уме, Варай подняла свою руку, как будто искала что-то в воздухе. С мягким щелчком, небо разделилось, показывая металлическую лестницу.

Ольфред ухмыльнулся глядя на мой открытый, от удивления, рот.

«Добро пожаловать в парящий замок Совета.»





Глава 99




Глава 99: Товарищ по несчастью

Мой взгляд был прикован к железной лестнице, старой, со вмятинами и ржавчиной, до тех пор, пока рев мана-зверя под нами не вывел меня из ступора.

«Похоже, что мана-звери с наиболее острым чутьем смогли заметить замок. Мы должны поспешить, если не хотим ненужных проблем» — произнес Ольфред.

Вглядываясь вниз с неба, мы наконец смогли уловить, едва заметные, передвижения нескольких огромных мана-зверей, что были скрыты плотным скоплением деревьев.

«Мм» — ответила Варай, не соглашаясь и не возражая, а просто принимая его точку зрения.

Каменный рыцарь, что нес меня, весящем на его плече, аккуратно поставил меня на подножие парящей лестницы, после чего рассыпался в кучу песка, и перестроился в накидку, которая застегнулась вокруг плеча Ольфреда.

«Мы, дворфы, всегда имеем при себе немного земли, куда бы мы не пошли» — Ольфред подмигнул, заметив мое удивление.

Дверь позади нас закрылась, и хотя я думал, что мы будем окружены темнотой, нечто похожее на мох, покрывающее стены начало светиться мягким, синим светом.

Варай рассеяла ледяные оковы, что сковывали мои ноги, так что я смог сам идти впереди, пока Ольфред шел немного позади нас. Мы брели не меньше часа по, казавшейся бесконечной, лестнице когда я наконец выразил свое негодование.

«Разве нет более быстрого пути наверх, чем восхождение, по этому абсурдному количеству ступеней?» Я вздохнул. Мое тело было сильнее, чем у большинства людей, даже без мана-ядра, из-за процесса слияния, через который я прошел, но мое нетерпение росло из-за траты времени.

«Магию невозможно использовать во всех входах в замок» — Варай ответила мгновенно, след нетерпения чувствовался в ее холодном голосе.

Я выпустил очередной глубокий вздох и брел в тишине. Мельком взглянув своего питомца, как и ожидалось, Сильви спала гораздо больше обычного из-за недавней трансформации в ее драконью форму. Виндсом объяснял мне про различные формы, которые Асуры могут использовать в зависимости от ситуации, но я никогда не знал, какую цену Сильви придется заплатить, чтобы высвободить свою драконью форму. В этой ситуации, ей ничем нельзя было помочь, все-таки Сильви была практически новорожденной, в глазах божеств, что живут уже тысячи лет, если не больше.

Погрузившись в свои мысли, я не заметил, как Варай остановилась.

«Уф» — я издал удивленный звук, когда врезался в нее. Женщина-Копье была лишь слегка выше меня, но так как я стоял на ступень ниже, мое лицо всего лишь натолкнулось на ее спину. Тем не менее, мои руки были в оковах передо мной и столкнулись с местом, более… интимным.

Я не придал этому особого значения, но к моему удивлению, Варай отреагировала довольно неожиданно. Она издала, довольно женственный, короткий визг и отпрыгнула вперед. Она развернулась ко мне лицом, и я на мгновение смог увидеть у нее смущенное и удивленное выражение, после чего оно резко превратилось в устрашающий взгляд, от которого могло бросить в холодный пот.

Взяв себя в руки, она развернулась обратно и положила руку на стену в конце лестницы, после чего мягко пробормотала – «Мы на месте.»

Глядя, позади меня, на все произошедшее, Ольфред ухмыльнулся, затем пожал плечами и подтолкнул меня вперед.

Ослепительный свет пробивался через расщелину в стене, которая разделилась надвое. Когда мои глаза привыкли, я, наконец смог увидеть, что было впереди. Ярко освещенный коридор, с дугообразным потолком, простирался перед нами, он был покрыт таинственными символами, вырезанными на всех стенах и углах, что были в поле зрения. Выгравированные руны, делали коридор похожим скорее на мемориал с выгравированными именами павших, чем на помещение с роскошной отделкой; каждая гравировка и символ похоже имели назначение и смысл. Так же в коридоре были простоватого вида люстры, свисающие с потолка через каждые несколько метров, но, тем не менее, освещение было очень ярким. Белый свет отдавал холодом, равнодушием, напоминая мне больницу в моем прежнем мире.

«Теперь, когда мы внутри самого замка, тебе лучше не разговаривать с нами или другими Копьями» — он прошептал с необычным холодом в голосе, когда мы прошли через довольно грубо сделанную дверь.

Мы шли молча, лишь эхо от наших шагов заполняло пространство. По обе стороны были двери, которые не подходили коридору, сделанному в основном из металла; двери были разных цветов и из различных материалов, все они довольно сильно отличались друг от друга. Казалось, что коридор не имеет конца, но к счастью, Варай остановила нас, перед казалось-бы случайной дверью, слева от нас. Она стучала в дверь без остановки, пока она не распахнулась вовнутрь, открывая вид на одетого в броню мужика похожего на медведя.

Я внимательней взглянул на него.

«Мои Лорды» — страж немедленно склонил колено, опустив голову.

«Встань» — Варай спокойно ответила. Страж поднялся, но избегал зрительного контакта с обоими Копьями. Вместо этого, его взгляд был сосредоточен на мне, пока он рассматривал меня с любопытством и опаской.

«Сообщи Совету о нашем прибытии.» — Ольфред небрежно послал стража, в нетерпении. Мужчина в броне сделал еще один быстрый поклон и ушел через скрытую черную дверь, которая была замаскирована как часть стены.

Спустя несколько минут, страж вернулся и до конца открыл дверь, позволяя нам войти. «Копье Зеро и Копье Балрог получили разрешение на встречу с Советом, вместе с пленником – Артуром Лейвином.»

Я взглянул на Ольфреда, подняв бровь. Проходя мимо меня, он проворчал – «Пфф. Кодовые имена.», как будто смущаясь.

Я не мог сдержать улыбку, следуя за двумя Копьями. То, что ждет впереди, скорее всего, определит мое будущее, но все, о чем я мог думать, было то, какие кодовые имена у остальных Копий.

Когда я миновал стажа, и прошел через потайную дверь, я смог сразу ощутить изменения атмосферы. Мы оказались в большой круглой комнате с высоким потолком, который, казалось, был изготовлен полностью из стекла. Комната была в строгом стиле, с длинным, прямоугольным столом в самом конце. Шесть стульев, на каждом сидит один из членов Совета, их лица были обращены к нам, так как они смотрели на меня, каждый с разным выражением.

«Ваши Высочества» — Ольфред и Варай оба поклонились Совету, в то время как короли и королевы встали со своих мест. Не зная, что именно обычай диктует в подобных ситуациях, я последовал примеру Копий, и также поклонился.

«Болван! Ты считаешь, что ты на одном уровне с Копьями? Ты должен по крайней мере встать на колено в знак уважения.» — прогремел хриплый голос. Я поднял глаза и увидел, что это был король дворфов, Давсид Грэйсандерс.

Он носил густую русую бороду, которая росла от его подбородка, покрывая грудь. У него была мускулистая грудь, защищенная добротной кожаной броней, которая скорее сковывала его мышцы, а не защищала их. Однако, глядя на его мягкие, гладкие руки, вращающие золотой фужер с вином, я стал сомневаться, были ли эти мышцы для дела, или просто на показ.

Мне было трудно контролировать лицо, которое так и норовило показать мое раздражение, но прежде чем я смог взять себя в руки, я увидел Алдуина Эралиха, отца Тессы и короля эльфов. Он торопливо покачал мне головой, с обеспокоенным выражением на лице.

Сжав зубы, я уступил. “Прошу прощения, Ваши Величества. Я всего лишь мальчик из деревни, необученный надлежащим манерам” — сказал я сквозь зубы, преклоняя колено.

“Хмпф”. Он плюхнулся обратно на свое место, скрестив руки. Даже когда он уселся обратно на свой стул, нельзя было не заметить крепкое телосложение, которое имел король дворфов. Вены на его руках вздувались с каждым легким движением. В паре с длинной густой бородой и темными, крупными глазами, даже будучи дворфом, он выглядел гораздо крупнее, чем был на самом деле.

“Ну, ну. Я уверен, что путешествие было длинным и всем не терпится начать. Варай, освободи Артура”. Отец Кертиса, Блейн Глайдер был тем, кто только что говорил. Женщина-Копье рассеяла ледяные оковы, которые сковывали мои запястья, но оставила спящую Сильви, внутри ледяного шара, пока я смотрел на правителей этого континента. Прошло несколько лет с тех пор, как я в последний раз видел Блейна и Присциллу Глайдер, но помимо появления пары морщин, мало что изменилось в них. Я заметил, что королева выглядела усталой, но выражение на ее лице вовсе не выдавало этого.

Это был первый раз, когда я увидел королеву дворфов, но она была, как ожидалось — мужественной. У нее была мощная, квадратная челюсть, пронзающий взгляд и темные волосы, зачесанные назад в хвост. Ее широкие плечи, растягивали ткань ее простой, коричневой блузки, пока она, выпрямившись, сидела на своем стуле.

Алдуин и Мериал Эралих, казалось, постарели больше всех. Хотя прошло всего лишь несколько дней, с тех пор как я видел их в последний раз, это и не удивительно, ведь их единственная дочь была в центре террористического акта Дранива.

Два Копья, которые привели меня сюда, сделал несколько шагов назад от меня, в тот момент когда я посмотрел на Совет.

Алдуин Эралих говорил вежливым тоном, выражение на его лице, выглядело почти виноватым за то, что меня сюда привели. “Артур Лейвин. Прежде чем мы начнем, я хотел бы поблагодарить тебя, не как правитель, но как отец, за спасение моей дочери …”

“И нужно ли мне напомнить тебе, что мы находимся здесь, как правители этого проклятого континента, а не отцы?” — прервал Давсид, ударив кулаком по столу. “Этот парень изувечил одного из своих одноклассников, прежде чем убить его. Стоит ли мне прочесть доклад одного из разведчиков, так любезно присланного нам?”

Присцилла покачала головой, пытаясь подавить ситуацию.

“Давсид, я не думаю, что это необходимо…”

“Обе ноги, ниже середины бедра, раздроблены в труху. Левая рука, оторвана и прижжена по локоть. Правая рука, заморожена и разрушена. Гениталии…” пока король дворфов читал свиток, даже ему, стало трудно произнести вслух, то, что написано далее. “Гениталии, вместе с тазовой костью, раздавлены и…”

“Я думаю, что этого достаточно, Давсид ” — предупредил Алдуин.

“Похоже, я донес свою точку зрения. Да, это все очень удобно, что у этого мальчика получилось спасти всю школу, но это не оправдывает пытки, через которые он заставил пройти своего одноклассника. По мне, он просто использовал всею это ситуацию в качестве предлога, чтобы отомстить кому-то, с кем у него явно была вражда в прошлом,” — холодно сказал Давсид.

“Ты не можешь утверждать, что основным мотивом этого мальчика для безрассудного проникновения в такое опасное место, была просто жажда мести. И даже если и так, что с того. Вы не сможете никому здесь доказать, каковы были мотивы Артура. Он смог сделать то, что не смогли сделать мы, в час нужды, и возможно спас каждого студента внутри Сайруса” — рявкнул в ответ Алдуин, его лицо становилось все более красным.

“Да, и именно поэтому я не предлагаю убить мальчика. Нам просто нужно всего лишь нейтрализовать его как мага” – в этот раз заговорила королева дворфов. Холодное безразличие в ее голосе, казалось, заставило даже ее мужа дрогнуть на миг.

“То, что моя жена, Глаундера сказала, и мое мнение также. Этот мальчик слишком опасен, чтобы оставить его в покое. Представьте, если он и его питомец дракон, решат сделать нас своими врагами…”

Мои уши напряглись при упоминании Сильви.

“Боже мой, ты себя слышишь? Ты говоришь как параноик. Блейн, Присцилла, вам есть, что добавить ко всему этому?” — мать Тессы, спросила, покачав головой, в возмущении.

“Мериал, мы с мужем с вами согласны, с точки зрения родителей,” — Присцилла говорила спокойно, ее отстраненный взгляд переключался между Сильви и мной. “Но, лучше рассмотреть также точку зрения Грейсандеров. То что они предлагают, они предлагают ради благополучия всего континента.”

“Так что, мы лишаем мальчика сил и убиваем дракона, на тот случай, если он мог затаить обиду на нас и решить отомстить?” Алдуин почти кричал, встав со своего стула, обращаясь к остальным правителям.

“Алдуин, знай свое место! Не думай, что ты на том же уровне, что и мы, просто потому, что сидишь здесь. Может мне напомнить тебе, о твоей неспособности позаботиться даже о своих собственных Копьях?” — Давсид грозно прорычал, обвиняюще указывая на короля эльфов — “этот континент — на грани войны, а ты позволил себе потерять один из наших самых больших козырей!”

“Ваши Величества. Меня привезли сюда, чтобы просто услышать мой приговор или мне можно…”

“Ты не будешь говорить, пока тебе не позволят!” — Давсид взревел, прерывая меня. “Я отрицаю любые доводы которые этот мальчик попытается привести. Он может сказать, что сам Бог Железа говорил с ним, и приказал ему сделать все это, но это не меняет того, что он натворил, и что он может сделать, если его отпустить. Разведчики по-прежнему находятся в середине сбора сведений от очевидцев”

“Я не вижу смысла в моем присутствии, если мне даже не позволено говорить и изложить свою версию того, что произошло и почему это произошло ” — я сделал все возможное, чтобы контролировать громкость и тон своего голоса, но вышло гораздо жестче, чем хотелось.

“Ты прав! Нет необходимости этому пленнику быть здесь. Ольфред, запри его в одну из нижних камер и держи его там до дальнейших распоряжений. А также, закрой его питомца в хранилище” — Глаудера Грейсандер ответила за своего мужа, махнув рукой по направлению к нам.

“Давсид, Глаудера, Совет это не то место, где вам позволено делать все, что вздумается. Айя!(прим. пер. хз что за клич такой но убирать не стал)” — прогремел Алдуин. За его спиной, появилась мрачная фигура в маске, преклонив колено, и ожидая команды.

“Отступи, эльф! Помни, что у тебя только одно Копье в твоем распоряжении” Атмосфера потяжелела, от напряженного зрительного контакта между королями эльфов и дворфов.

Алдуин уступил, нехотя откинувшись на спинку стула. На мгновение, когда меня подхватил каменный рыцарь Ольфреда, наши взгляды встретились. Я увидел твердую решимость в его взгляде, и он уверенно кивнул мне. Я прикусил язык и решил молчать.

Было очевидно, что король и королева дворфов были за то, чтобы меня лишили сил, пока Глайдеры оставались нейтральными, потому как многое оставалось неизвестным. Мне остается положиться на Алдуина и Мериал, если Сильви и я хотим вернуться домой невредимыми.

Пока каменный рыцарь вынес меня через другую дверь и спускался вниз по лестнице, я пыталась поговорить с Ольфредом, безуспешно.

Взглянув вокруг, это место было похоже на типичное подземелье замка, где держали военнопленных и предателей. Я был лишь в одной из многих камер, но большая часть подземелья была покрыта тенью, которой свет от нескольких горящих факелов не мог достичь.

“Это будет твоей камерой, Артур. Твой питомец будет помещен в другое место”. Призванный рыцарь, что нес меня, внезапно рассыпался в пыль как только достиг моей камеры. Я весьма неуклюже приземлился на колени и локти, и Ольфред закрыл металлическую решетку.

“Ой, мог бы, и предупредить меня” — я пробормотал вслух, отряхивая пыль с колен.

“Этот голос. А-Артур? Артур Лейвин?”

Моя голова повернулась на звук, слабый, но знакомый звук.

“Директор Гудскай?”





Глава 100




Глава 100: Заговор

“Директор Гудскай?” — Я прошептал, сомневаясь.

“Д-да. Хотя, ‘директором’, похоже, меня больше назвать нельзя, так как я была лишена этой должности. Кто бы мог подумать, что я встречу тебя здесь, — Артур” – она ответила со слабостью в голосе, и судя по ее тяжелому дыханию, было похоже, что она сильно пострадала.

“Лишена должности? Я не понимаю. Что здесь происходит? Почему вы здесь, директор?” Я облокотился на металлические прутья моей камеры в надежде более отчетливо слышать ее. Опираясь на то откуда шел ее голос, я пришел к выводу, что ее камера по диагонали напротив моей, но из-за того как были установлены факелы, большинство камер оставались в темноте.

“Мы вернемся к этому позже. Артур, как ты оказался заперт здесь? С твоими способностями, я предполагала, что ты будешь способен за себя постоять или хотя бы убежать в случае необходимости” — намек на отчаяние промелькнул в голосе Синтии, когда она говорила это.

“Тесса оказалась в плену у Лукаса, и мне пришлось использовать большую часть моей маны, в сражении с ним. Когда два Копья появились, у меня осталось недостаточно сил, чтобы убежать.” Я вздохнул.

“И…извини, я не совсем понимаю. Мальчик-полуэльф, Лукас?”

Было очевидно, что директор Гудскай не в курсе последних событий, произошедших в ее школе, что было, неудивительно, поскольку она, несомненно, отправилась помочь, если бы знала. Я рассказал ей обо всем так подробно, как мог в тишине подземелья, можно было только предположить, что ее молчание было свидетельством того, что она внимательно слушает.

Трудно сказать, были ли в других камерах заключенные, но информация, которую я раскрывал, была не так уж конфиденциальна, поэтому я поведал Гудскай обо всем, что произошло, вплоть до недавних событий с Советом.

“Можешь ли ты описать мне, каким именно мальчик, Лукас, был, когда вы сражались?” — спросила Гудскай.

“Помимо значительного усиления его способности манипуляции маной, я заметил, что изменилась и его внешность. Дайте подумать, у него был такой болезненный, серый тон кожи, а также темные линии, которые я полагаю, были его венами, на его лице, шее и руках. Цвет его волос тоже изменился; он были не золотыми, какими я их помнил, а скорее грязно черных и белых оттенков. Семья Уайкс всегда была известна, своим острым пристрастием к эликсирам, несмотря на какие-либо побочные эффекты…”

“Нет эликсира на этом континенте, способного настолько усилить мана-ядро, Артур. И, ты не смог узнать, кто стоял за всей этой катастрофой?” – директор Гудскай прервала меня, с огорчением в голосе.

“К сожалению, я не поспел вовремя, чтобы увидеть его. А что?”

“Я просто хотела кое в чем удостовериться, но думаю, что у меня уже есть некоторое понимание всей этой ситуации. Я знала, что это должно было случиться, но не так скоро. Они следуют плану слишком быстро”. Я слышал шаги директора, похоже, она расхаживала по своей камере.

“Что значит, вы знали, что это должно было случиться? Кто «они»? Директор Гудскай, у меня начинают появляться подозрения, которые я искренне надеюсь, всего лишь следствие моего незнания всех фактов…”

Наступила небольшая пауза между нами, и только треск от пламени факелов нарушал тишину подземелья.

“Я не могу сказать, Артур. Я скована силами, которым ни один из нас не может противостоять. Мне очень жаль.”

“Скована? Хах, ясно. Как удобно. И есть ли способ снять эти оковы?” Я спросил в ответ, звуча язвительнее, чем хотел.

“Я искала в течение многих десятилетий ответ на это, и все было безрезультатно” — директор Гудскай глубоко вдохнула, игнорируя мой тон.

“Тогда, причина, почему вы заперты здесь, в том что…”

“Исходя из того что ты рассказал мне, а также того что я уже знала, похоже, я стала козлом отпущения, которого Совет хочет использовать как удобное оправдание для всего, что произошло в последнее время.”

“Зачем Совету нужен козел отпущения?”

“Я не могу назвать причину этого, также” — ответила она. В ее тоне ясно чувствовалось разочарование, но оно было направлено не на меня, а скорее на саму себя. “Артур, для меня болезненно продолжать говорить об этом. Даже сама мысль о том, чтобы рассказать кому-то, то, что я знаю, активирует проклятие. Нам обоим следует немного отдохнуть и набраться сил; видят небеса, они нам понадобится”.

Вздохнув, я отошел от металлических ворот и прислонился спиной к жесткой каменной стене своей камеры. Даже без артефакта сдерживающего мое мана-ядро, я все еще не в состоянии использовать какую-либо магию здесь.

От нечего делать, в моем разуме начали пробегать разные мысли.

Мы были внутри парящего замка, расположенного над одной из самых дальних областей Звериных Троп. Предположим, что я смогу сбежать с Сильви и директором Гудскай, но сможем ли мы покинуть Звериные Тропы живыми? Сильви вне игры, после ее недавней трансформации, которая оставила ее в состоянии лишь немногим лучше, чем медвежья спячка. Гудскай была магом ветра с серебряным мана-ядром, чьей силы должно быть достаточно, чтобы мы смогли улететь обратно.

Я отказался от своего плана после осознания того, что мы, скорее всего, погибнем. На пути сюда двум Копьям приходилось постоянно выпускать сильную жажду убийства, чтобы отогнать зверей. Более того, они были настолько осторожны, что скрывали все следы нашего присутствия временами. Это будет практически самоубийством думать, что мы сможем просто перелететь через Звериные Тропы.

После, нескольких часов размышлений, я мог только цокнуть языком от досады и лечь на холодный пол, чтобы попытаться немного поспать. Похоже, что это было невозможно. Становилось все тяжелее и тяжелее отгонять чувство безысходности, и чем больше я пытался планировать наш побег, тем сильнее оно становилось.

От лица Блэйна Глайдера:

“Какого черта это было, Глайдер? Я думал, мы договорились?” — старый король дворфов рявкнул, после того как захлопнул дверь моего кабинета.

“Да. Я прекрасно помню про договор. Будь уверен, что я, и моя жена, проголосуем в твою пользу, Давсид. Однако даже ты не заставишь меня выдвигать подобные необоснованные обвинения мальчику, который только что спас все будущие поколение этого континента, включая моих детей” — ответил я ледяным тоном, наливая себе стакан выдержанного ликера.

“А я говорю, не будет никакого будущего поколения, если ты не примешь мою сторону! Артур и его питомец должны исчезнуть. Такого было соглашение. Они должны быть доставлены Ему, если мы еще хотим иметь будущее на этом континенте.”

“Я знаю, каковы ставки, Давсид. Мне не нужно твое надоедливое нытье каждый раз, когда тебе кажется, что твое положение неустойчиво. То, что ты и я делаем, это предательство по отношению к нашему народу, ты это понимаешь?” Я прошипел, глядя на дворфа, который был не намного выше меня, даже когда я сидел.

“Это не считается предательством, если этот континент уже обречен на уничтожение. Блейн, ты и я оба знаем, что произойдет с Дикатеном, независимо от того, попытаемся мы спасти его или нет. Мы должны быть дальновиднее и попытаться спасти то, что важно для нас” — утешал он, его руки жестикулировали в успокаивающей манере.

“Если это то, что ты говоришь себе чтобы уснуть по ночам, то оставь при себе. То, что мы делаем, это отказываемся от наших подданных, чтобы спасти свои задницы” – усмехнулся я, качая головой.

“Да, это то, что я говорю себе! То, что Он обещал не такая уж плохая сделка! Твоя семья будет жить, и служить Ему, как и моя”.

“А как же наш народ, Давсид? Что он сделает с гражданами Дикатена? Если даже Королевства Сапин и Дарв не в безопасности после того, как мы поклялись Ему в верности, что будет происходить в Королевстве Эленор?”

“Баа! Эльфы всегда были слишком старомодными, и праведными ради своего блага. Этот старый хрыч, Вирион, никогда не позволит Алдуину встать на Его сторону. Жаль конечно, но, в отличие от нас, эльфы не понимают, что означает быть настоящим лидером. Только представь себе, Блейн, технологии, богатства, что Он и его люди принесут в Дикатен! Бессмертие, непревзойденная боевая мощь, и бесконечные богатства перестанут быть для нас просто мечтами, и станут лишь вопросом времени!”

“Следи за своими словами. Я следую за Ним из-за моей семьи. Не сравнивай меня с таким как ты, кто отказывается от своей расы ради личной выгоды. Я уверен, что ты можешь себе представить, что Он, скорее всего, сделает, когда прибудет сюда. Что станет с остальными тремя расами? Скорее всего, либо устроит геноцид, или если Он умен, он сделает их всех своими рабами.”

Старый король дворфов потерял дар речи от моего ответа, его губы шевелились, как будто он пытался опровергнуть мой аргумент, но слов слышно не было.

“Тем не менее, любовь моей жены к нашим детям, похоже, сильно перевешивают, целое человеческое королевство, и мой долг сохранить род Глайдеров всегда буде важнее всего для меня, поэтому будь уверен, мы будем на твоей стороне. Надеюсь, мои предки простят мои действия, так как это единственный способ спасти наш род.” — я вздохнул, чувствуя поражение.

Когда Давсид поднял руку, чтобы похлопать меня по плечу, я посмотрел на него пронзающим взглядом. Симулируя сухой кашель, он, вышел, оставив меня с моими темными мыслями в тишине моего кабинета. Я уставился на экстравагантно декорированное помещение, оформленное резным, редким деревом выполненное мастерами-плотниками, украшенное редкими драгоценными камнями и металлами, стоившими больше маленького городка, чувства страха и вины начали нарастать в животе.

Эти предметы роскоши для меня ничего не значили. Всю свою жизнь я хотел быть сильным магом, чтобы мой отец и мои предки могли гордиться мной. Однако, было очевидно, что мой талант как мага был ниже среднего по сравнению даже с сельскими жителями. Только потратив огромное количество ресурсов на, укрепляющие ману, эликсиры и средства, мне удалось с трудом пробиться на красный уровень. Даже по отношению к собственным жене и детям, я заметил у себя скрытое чувство зависти.

Я всегда стыдился этого, но я мало что мог с этим поделать. Даже обладание контролем над двумя Копьями не помогало моему чувству неполноценности, наоборот, это было ежедневным напоминанием для меня, что для того, чтобы надлежаще править своим народом, я все время нуждался в охране, потому что мне недоставало силы, чтобы постоять за себя.

Действительно ли я принял это решение для обеспечения безопасности своей семьи и себя, или, как Давсид, жаждал силы несравнимой с силой других магов? Защита моих близких была причиной, что заставила меня принять решение, но чем больше я думал об этом, тем больше рос восторг от возможности обрести силу, оказаться на вершине, когда мой народ будет смотреть на меня со страхом и уважением, из-за моей собственной силы, а не из-за защиты Копий, находящихся в моем подчинении. Мои истинные мотивы и намерения становятся все более и более размытыми, чем больше я думаю об этом.

Через час раздумий, находясь в опьянении, я осознал, что никакое количество алкоголя не сможет смыть это несчастное чувство. Я споткнулся об собственную ногу и повалился на пол. Стакан, выскользнул из моей руки, пока я падал, и разбился об пол, чуть раньше моего приземления; осколки вошли в руку, которой я пытался остановить мое падение. Я мог только разочарованно проклинать свое собственное бессилие. Как жалок был я, споткнувшись и порезавшись от простого стекла. Если бы я родился более талантливым, более сильным…

Я поднялся, не обращая внимания на пятна крови на полу, и оставив осколки стекла в моей истекающей кровью руке, шатаясь, направился к себе в спальню. Я мог почувствовать запах ликера в своем дыхании, когда делал глубокий вздох.

Воспоминания, когда я впервые встретил мальчика, мелькнули в моей голове, я поплелся к двери, которая теперь казалась такой далекой. Даже прежде, чем мои дети начали говорить об Артуре из школы, он оставил глубокое впечатление, достаточное для меня, чтобы увидеть в нем фигуру огромного значения, в будущем. Пожалуй, единственным, что превышало его силу, как мага, было его невезение быть вовлеченным в этот заговор.

“Прости, мальчик…” — пробубнил я под нос. “Хотелось бы верить, что ты станешь жертвой ради блага этого континента”. Даже когда я говорил это, эти слова лишь пролетали мимо моих ушей. Я надеялся, что говоря это вслух, я обрету какую-то уверенность, но то, что я чувствовал, по отношению к Артуру было не горе или сочувствие.

Сильнее, чем чувства короля приносящего жертву ради высшего блага…

Даже сильнее, груза ответственности за сохранение рода Глайдеров…

Я чувствовал, это успокаивающее ощущение того что моя черная зависть исчезнет со смертью этого мальчика. Я ненавидел себя за это, но что с того? Я Блейн Глайдер четвертый глава этого дома, но мои способности как мага не составят даже капли по сравнению с океаном силы, которым был Артур Лейвин. Почему этот мальчик, обычный простолюдин, обладает силой, которая больше подошла бы мне?

Я открыл дверь и брел, неуверенно шатаясь, отказываясь от помощи служанок, спешащих ко мне.

“Извини, мальчик” — пробормотал я снова. “Это все ради высшего блага…”

“Ради моего высшего блага”.





Глава 101




Глава 101: Посетители

От лица Артура Лейвина

Силуэт огромного замка, окутанного мраком, продолжал расти, но, я приближался к замку или замок ко мне, я понятия не имел. По мере приближения силуэта, я постепенно смог разглядеть детали замка: развевающийся флаг дома, на вершине самой высокой башни, великолепный фонтан с изощренной гравировкой, высокие ворота с острыми шипами и колючей проволокой.

По чуть-чуть, тени, покрывающие замок отступили, обнажив еще больше экстерьера замка. Я смог увидеть изображение пылающего Феникса на флаге дома и ворон собравшихся на вершине ворот. Однако чувство ужаса ползло все выше по моей спине, чем ближе я подходил. Я дошел до высоких ворот и остановил взгляд на особенно гротескном вороне. Он рассматривал меня несколько секунд, а затем каркнул и возобновил трапезу.

Что он ест?

Снизу я не мог увидеть, но по какой-то причине, я чувствовал, нужно узнать, что клевали вороны.

Неослабевающее желание узнать…

Я начал взбираться на ворота, игнорируя шипы от колючей проволоки, оставляющие раны на моих руках. Чем выше я поднимался, тем больше ворон собиралось на вершине ворот, присоединяясь к пиршеству. В какой-то момент, я был окутан перьями воронов настолько, что я мог видеть только черноту. Я крикнул, чтобы они исчезли, но ни звука не вышло. Несмотря на то, что крик был беззвучным, стая разлетелась, открыв то, что они так охотно ели.

Это были отрубленные головы Тэссы и моей семьи насаженные на черные шипы. Некоторых кусков плоти не хватало на их лицах. Без век, их поблекшие глаза, казалось, смотрят отстраненно, а их рты, без губ, были широко открыты.

Когда я потянулся к ним, чтобы снять их с шипов, на которые их головы были нанизаны, их взгляды внезапно сфокусировались на мне, и они закричали на меня, в их ртах были видны насекомые, которые поедали их изнутри.

“ЭТО ВСЕ ТВОЯ ВИНА!” — Внезапная громкость их голосов заставила меня отпустить ворота, и я начал падать, пока безжизненные глаза продолжали смотреть на меня.

Я вскочил с каменного пола, на котором я лежал. Холодный пот уже пропитал мою одежду, пока я сидел тяжело дыша.

Это был всего лишь сон…….

Взглянув на свои руки, я увидел, что они дрожат. Пока я пытался успокоить свое дыхание, незнакомый голос заставил меня вскочить на ноги, от неожиданности.

Я повернулся в сторону голоса, и увидел темную фигуру в углу моей камеры.

Она сделала шаг в мою сторону, и я смог увидеть, кем она была.

“Привет” — нежно, сказала женщина, хотя ее рот не двигался. Мягкий тембр ее голоса, ласкал мои уши.

До меня дошло, что женщина, которая только что говорила, была оставшимся Копьем Алдуина. Я мельком видел ее сегодня, несмотря на то, что, как и прежде, она была облачена в плащ, что скрывал ее внешность.

Но больше всего меня удивил, тот факт, что, несмотря на то, как близко она была ко мне, я не чувствовал ее присутствия. Это напомнило мне, Вириона когда он высвобождал второй этап своей формы зверя, за исключением того, что, похоже, для нее это было так же естественно, как дышать.

“Не говорите. Я принесла вам послание от короля Эралиха” — прошептала она из-под плаща, наклонившись ко мне, она вручила мне листок бумаги.

Я прочитал письмо, как только оно оказалось в моей руке.

Уважаемый Артур,

Несмотря на объяснения и извинения, за недавние события касательно катастрофы в Академии Сайрус, в послании, я боюсь, что масштабы произошедшего гораздо более серьезные и зловещие, чем кажется на первый взгляд.

У тебя мало времени. Через несколько часов, Совет осудит тебя и Синтию Гудскай, как преступников, совершивших акт терроризма, обрушившегося на Сайрус. Директор Гудскай будет приговорена к публичной казни, но ты и твой питомец будут лишь заточены в тюрьме. Мне жаль, что я не смог помочь вам в этом деле; мой голос просто не сможет выиграть против объединенного альянса гномов и людей.

То, что я собираюсь сказать тебе, это нечто, что не предназначалось для моих ушей. Мне еще предстоит найти все недостающие детали, но то, что я услышал — разговор между королем Глайдером и Давсидом, о том, что они планируют доставить тебя кому-то. Я не знаю, кому, но кажется, это единственная причина, почему они держат тебя живым и невредимым. Я уже послал своего отца, вместе с небольшой охраной, чтобы увезти твою семью в скрытое место, где они будут в безопасности от тех, кто желает причинить вред твоей семье или использовать их против тебя. Рассматривай это, как небольшую компенсацию за все, что ты сделал для Тессы. Я надеюсь, что это, по крайней мере, принесет немного облегчения твоему сердцу. Даже если мое Копье может освободить тебя из камеры, после того как ты сделаешь шаг за ее пределы, все остальные Копья узнают об этом. Мне жаль, что это все, что я могу сделать для тебя сейчас. Оставайся сильным и крепись.

Алдуин Эралих

Как только я сложил письмо, оно рассыпалось в пепел между моими пальцами. Я поднял взгляд, женщины-Копья по имени Айя, как я и ожидал, уже не было, она исчезла так же незаметно, как и появилась.

Должен признать, что тяжкое бремя, было снято с моего сердца. Безопасность моей семьи была проблемой для меня все это время. Благодаря информации Виндсома, поведение Совета, с нашей первой встречи заставило меня задуматься о возможности того, что Вритра играет немалую роль во всем этом. Однако, теперь, когда Совет принял решение о публичной казни директора Гудскай, я был почти уверен, что Вритра был причастен.

Я изначально подозревал, что дом Уайкс будет вовлечен в какие-то интриги против меня, за убийство Лукаса; они являются семьей высокого достатка и влияния, в конце концов. Но у семьи Уайкс нет оснований для вовлечения директора Академии Сайрус. Даже если Гудскай не из влиятельной семьи, один только ее титул имеет вес на всем континенте. Лишь семья Уайкс не сможет повлиять на Совет настолько, чтобы заставить их сделать что-то столь опрометчивое, как осудить ее на публичную казнь. Даже если они взвалят всю вину на Гудскай, чтобы снять с Совета некоторую ответственность, в глазах общественности, ее смерть того не стоит…

Если только не было третьей стороны, оказывающей влияния, подкупая или принуждая Совет.

Еще раз глубоко вдохнув, я сел, мысли о том, как я отказался от привязанностей к кому-либо в моей прошлой жизни, потому что не хотел иметь никаких слабостей, лезли в голову. Встряхнув головой, в попытке разогнать эти мысли, я прислонился спиной к холодной стене, размышляя и придумывая план.

_________________________________________

“Встань!” — прогремел резкий тембр голоса.

Мои глаза раскрылись в удивлении от резкого рева и лязга металлических ворот.

Приподняв туловище, я подтолкнуть себя вверх, кости ломило по всему телу от сна на жестком, каменном полу.

Я ожидал увидеть Ольфреда, поскольку он был тем, кто привел меня в камеру, но вместо этого, я имел удовольствие, с утра пораньше, лицезреть счастливое лицо Байрона; и под счастливым, я имел в виду гримасу нетерпения, сдобренного ненавистью к самому моему существованию, на его лице. Я не виню его, так как я был тем, кто убил его младшего брата, но я чувствовал, почему-то, что его смерть была не единственной причиной для его откровенной неприязни.

“Совет ожидает” — Байрон говорил резко, открывая ворота. Копье грубо схватил меня за руку и наполовину вытащил меня из камеры, после чего связал мне руки и прикрепил поглощающий артефакт обратно на мою грудь.

“И тебе доброе утро. Я так понимаю, ты не ранняя пташка” — я усмехнулся, пытаясь удержать себя от падения, пока он продолжал дергать меня за руку.

Копье ничего не сказал в ответ, хотя его холодный взгляд был красноречивее слов. Пока мы шли к выходу, я заметил, что камера директора Гудскай, была открыта.

Мы прибыли к другому помещению, нежели вчера; большие двойные двери, которые были достаточно высокими, чтобы в них могли войти гиганты, были закрыты, с другой стороны доносился невнятный шум.

“Ты не знаешь, с каким нетерпением я жду суда” — сказал Байрон, его челюсти напряглись, а хватка на моей руке стала еще сильнее.

“Не волнуйся, я обязательно прослежу, чтобы с твоей семьей обошлись так же, как ты обошелся с моей” Копье повернулся ко мне, его губы растянулись в ухмылке, достаточно широко, чтобы показать его острый клык.

Если бы я вчера не получил письмо, я бы, возможно, на самом деле заволновался, но, так как я знал, что они надежно спрятаны и что, пока, я нужен Совету живым и невредимым, его пустые угрозы ничего не значат.

“Ты всерьез пытаешься угрожать тринадцатилетнему?” Я покачал головой, показывая мое лучшее выражение разочарования.

Резким рывком меня подняли, на столько что ноги не доставали до пола, и внезапно я оказался лицом к лицу с Байроном. “Я не думаю, что ты понимаешь, что произойдет с тобой прямо сейчас. Ты либо умрешь, либо будешь желать смерти, в то время как твой питомец станет дорогостоящим домашним животным для одного из королей. Ты думаешь, это коснется только тебя? Я лично прослежу, чтобы вся твоя семья и все, кто был тебе хоть немного небезразличен, встретили свой печальный конец” – резко сказал он, пока мои ноги болтались над землей.

“Да, да, великий Копье Байрон собирается отомстить за его сумасшедшего младшего брата, который решил перейти на темную сторону и убить невинных студентов, измываясь над подростком, который положил конец его страданиям, и убив его семью. Слава Копью Байрону!” Я пытался изобразить удивление, но, похоже, что мой монотонный голос выдал меня.

Я мог видеть, как его правая рука сжалась кулак, но он лишь цокнул языком от досады, бросив меня обратно на пол с силой, достаточной, чтобы отправить меня катится кубарем в сторону высоких двойных дверей. Очистив себя от пыли, так хорошо, как я только мог со скованными, впереди меня, руками, я остался сидеть, опершись головой на двери, и подмигнув Байрону.

Или Байрон не увидел, или он решил меня игнорировать, но как только я хотел что-то сказать, я услышал слабые звуки, доносящиеся с другой стороны двери. После поглощения с драконьей энергии Сильвии, все мое тело было укреплено, включая мои чувства и рефлексы. Не достаточно, чтобы я был способен продержаться несколько минут против копья без магии, но мой слух был достаточно силен, чтобы смутно различать знакомые голоса внутри защищенного помещения.

“…преступник…”

“…не разрешено говорить…”

Похоже, что Совет заканчивал вынесение приговора, я мог вполне смело предположить, директору Гудскай.

“… приговаривается к публичной казни”.

Последнее заявление было произнесено особенно громко, громовым голосом Давсида.

После мгновений молчания, высокие двери, к которым я прислонился, вдруг бесшумно распахнулись, заставив меня наклониться назад. Подняв взгляд вверх, я увидел того же охранника, который впустил Варай, Ольфреда и меня во время первого заседания Совета, смотрящего на нас без каких-либо эмоций.

“Совет готов” — произнес охранник, переводя взгляд от меня к Байрону.

Поднявшись, я смог встретится взглядом с бывшим директором Академии Сайрус, пока она шла обратно в сопровождении двух охранников.

Проходя мимо меня, ее взгляд был твердым, но ее челюсти были напряжены, сдерживая гнев.

Сохраняя свое выражение лица невозмутимым и нечитаемым, я поплелся к Совету, я рассмотрел лица каждого из них.

Садясь на единственный стул, не говоря ни слова, я ждал, когда они начнут. Байрон появился позади Блейна Глайдера и двойные двери захлопнулись с громким стуком, комната наполнилась жуткой тишиной. Король дворфов заговорил первым, его глаза были прикованы к стопке бумаг, в которой он начал рыться.

“Мальчик, да будет тебе известно, что Совет милостив. Даже если твои гнусные действия против одноклассника обычно карались бы, по крайней мере, запечатыванием Мана-ядра, мы договорились, что, поскольку ты действовал ради общего блага, наказание будет следующим: Артур Лейвин должен быть лишен звания мага, и всех привилегий связанных с оным. Он также должен быть заключен в тюрьму до дальнейшего решения” — Давсид говорил в величественной манере, как будто он на самом деле думал о себе как благодетеле.

Наступила короткая тишина; я подозревал, что Король Дворфов ждал от меня благодарностей и других форм лести, прежде чем он снова заговорит.

“Ты ничего не хочешь сказать?” — спросил он.

“Лишь несколько вопросов, Ваше Величество. Хотя первая часть моего наказания вполне понятна, что вы имеете в виду под заключением тюрьму до дальнейшего решения?” Я наклонил голову.

“В течении ближайших нескольких недель, мы будем наблюдать, как катастрофа в Академии Сайрус сказалась на жертвах и их семьях. Как только мы увидим, что прошло уже достаточно времени и память о твоих действиях более или менее покинула сознание общественности, мы тебя освободим. Думай об этом как о, своего рода, временном задержании, вместо лишения свободы” — объяснил Блейн, выдав улыбку, которая расходилась с выражением его глаз.

“Ясно. Достаточно справедливо, я полагаю. Что насчет моего питомца?” — Я спросил. Как только я вышел сегодня утром из моей камеры с Байроном, я пытался связаться с Сильви, получив в ответ лишь тишину.

“Совет уже был и так достаточно любезен, позволив тебе жить, и, тем не менее, ты смеешь просить большего?” — рявкнула Глаундера, ударив ее толстой ладонью по столу.

“Твой питомец — это другой вопрос, Артур. Часть приговора, где ты теряешь свои привилегии, как мага, означает, что ты больше не можешь иметь питомца” — Алдуин был тем, кто сказал мне это. Если бы это был кто-то другой, я бы отреагировал по-другому, но уловив скрытые намеренья в его интонации и словах, я знал, что он всего лишь пытался уберечь меня от неприятностей…

Мы смотрели друг другу в глаза еще несколько секунд, после чего я выдавил из себя напряженный кивок.

“Я понимаю, Ваши Величества”.

“Хорошо. Байрон, отведи его обратно в камеру, но оставь его скованным” — Блейн отослал нас. Я рассмотрел выражения каждого из них в последний раз. В то время как лицо Блейна был более уверенным, чем на вчерашнем заседании, его жена по-прежнему выглядела бледной и виноватой. Дворфы были так надменны и высокомерны, все сильнее убеждая меня, что именно они, скорее всего, связаны с Вритрой, в то время как Алдуин и Мериал оба носили невозмутимое выражение лица в качестве маски.

Я мог с уверенностью сказать, что Байрон был в ярости, но он молчал на протяжении всего пути обратно в мою камеру. Я решил, что лучше не провоцировать его в текущем состоянии, так что я так же сохранял молчание.

Я ожидал, что меня отведут в ту же камеру что и раньше, но вместо этого меня привели в другое место. С настоящей кроватью и туалетом, я мог бы спутать это место с обычной комнатой, если бы не прутья, что препятствовали моему побегу.

Бросив меня внутрь со слегка большей силой, чем необходимо, Копье ушел молча. Мои руки были по-прежнему прикованы друг к другу передо мной, а артефакт остался установленным на моей груди, ограничивая мои способности.

Я не мог сказать, сколько часов прошло или была ли сейчас ночь или день, поскольку в камере не было никаких окон, но пока я терпеливо сидел, звук мягких шагов начал приближаться.

“Похоже, ты ждал меня” — голос вздохнул.

Уголки моих губ выгнулись вверх, когда я увидел поразительно знакомое лицо.

“Как же, черт возьми, вовремя, Виндсом.”





Глава 102




Глава 102: Шахматные фигурки

________________________________________

ОТ ЛИЦА ДОУСИДА ГРЭЙСАНДЕРА:

«Хаха… хахаха», — я стиснул губы, пытаясь сдержать подступающий смех.

«Выпьем, любовь моя, за безумие, которому скоро настанет конец». Я поднял свою чашу и наклонился вперёд.

«Выпьем». Моя жена улыбнулась в ответ и звонко коснулась моего бокала своим.

Плотно откинувшись на слишком большое для меня кожаное кресло, я наслаждался суховатым привкусом напитка из сброженных фруктов, который стоил примерно, как небольшой домик. Любуясь, как на каждом из моих пальцев сидят сияющие причудливые кольца, мне было трудно не улыбнуться.

«Подумай, Гландера. После этого нашим людям больше не придётся торчать глубоко под землёй, вдали от всех. Под Его новым началом мы вместе с нашим народом будем служить непосредственно ему. Гномам больше не придётся слепо ковать оружие для людей без всякой благодарности. Мы будем избранной расой, которая вместе с Ним поведёт этот отсталый континент в новую эпоху»,- выдохнул я.

«Дорогой, он правда был настолько силён? Ты единственный, кто общался с этим ’существом’ напрямую. Какой он?» — моя жена устроилась поудобнее, подперев рукой голову.

«Я себе такого и представить не мог. Когда я был моложе, мне приходилось сражаться с мана-зверьми. В отличие от старых гномов, которые следуют своим традициям, я за выкованное мною оружие не чувствовал ни капли гордости. Какое в этом удовольствие, смотреть как, бездумно размахивают вещами, в создание которых ты вкладывался кровью и потом? Нет, единственное выкованное мной орудие я сделал для себя. «Секач», мой боевой топор, помог мне высечь сотни мана-зверей всех размеров. Были такие, кто мог одним беглым взглядом вызвать мурашки, а были и такие, от чьего взора столбенели даже самые сильные маги», — я сделал ещё глоток — «Но когда передо мной появился он, у меня перехватило дыхание. Будто тебя по голове бьют молотками, а в тело впиваются тысячи иголок. Я много раз смотрел смерти в глаза, но до этого меня ничто так не пугало».

Глядя на свои руки, я вижу, как они дрожат. «Я говорил тебе раньше, но мне действительно казалось, что передо мной стоял бог. Я нутром чувствовал, что ему не нужна моя помощь, и всё же он давал мне шанс. Он выбрал нас, любовь моя. Он выбрал нас», — прошептал я.

«Я тебе верю, дорогой мой. Напомни, когда он будет править этим континентом, что мы получим взамен?», — прижавшись к плечу, моя жена села рядом со мной, своими большими руками обняв меня вокруг талии.

«Он пообещал нам всё, о чём мы могли мечтать: несметные богатства, безграничная магическая сила, бесчисленная прислуга, и, самое главное, целая вечность, чтобы всем этим насладиться. Гландера, я наконец снова могу взмахнуть «Секачом». Больше это изувеченное тело не будет мне мешать», — сказал я, с каждым разом становясь всё громче и громче.

«Это здорово, дорогой мой. Действительно, твоё членство в Совете не даёт тебе полностью раскрыться», — нежно сказала жена, потирая мне животик.

Я откинулся ещё дальше, наслаждаясь её прикосновениями.

— «Ха! У нас, трёх королей, есть шутка. Мы болтаем о том, как у трёх королей этого поколения нет таланта и потенциала, чтобы быть магами, говорим, мол, это Комплекс Королей Дикатена. Пиздёж! В отличие от тех двоих, я когда-то был великим магом. В молодости я был магом оранжевого ядра, и если бы не тот проклятый случай, я бы достиг великих высот. А теперь, только взгляни на меня».

Никогда не говорил жене, что тот ’случай’ произошёл со мной и одной крестьянкой.

Я бессознательно облизнул свои губы, вспоминая, что произошло той ночью. Было бы намного приятнее, если бы она не стонала так громко.

Понятия не имею, как разузнал её муженёк, но использовать жену как приманку для меня… Довольно хитро с его стороны. Само собой, чтобы сохранить это в тайне, я убил их обоих. Правда, ему удалось серьёзно меня ранить, и моё мана-ядро было повреждено навсегда. «Проклятье! Им нужно было просто смириться и с честью принять свою судьбу!», — ругнулся я. Оставить меня в таком жалком состоянии… Даже пытать и убить их было мало.

«Дорогой, тише! Всех гномы уважают тебя, и ты это знаешь», — меня мягко одёрнула жена, заставив отвлечься от горьких воспоминаний.

«Уважают? Что за бред! Все они неохотно прислуживаются передо мной, их интересуют только два Копья у меня в распоряжении. Я это чувствую. Их глаза, когда они смотрят на меня… Я знаю, что у них на уме: «Почему нами помыкает такой ничтожный гном?’ Ему просто повезло. Он не заслуживает ни корону, ни Копья’».

«Тогда мы можем просто убить всех, кто тебя презирает. И ты сделаешь это сам, своими собственными руками». Моя жена повела рукой, поглаживая своими толстыми пальцами мою бороду. Она посмотрела на меня, её успокаивающая улыбка подчёркивала мощную квадратную челюсть. «Ты кое о чём забыл».

«Конечно. Он также пообещал нам возможность иметь потомство. Мы наконец сможем иметь собственных сыновей и дочерей, в чьих жилах будет течь кровь Грэйсандеров. Кстати, почему нам сейчас не попробовать? Вдруг он уже нас наградил». Я поставил бокал и полностью обратился лицом к жене. Глядя в её глубокие карие глаза, я забрался ей под одежду, чтобы ощутить её тёплую грубую кожу. Я чувствовал, как она содрогается от моего прикосновения, и продолжил мягко ласкать её спинку, медленно опускаясь всё ниже и ниже.

Когда она от удовольствия закрыла глаза, я развязал её тоненькое платье. От лёгкого касания её груди прохладными пальцами, она удивлённо ахнула.

Я аккуратно снял с неё платье, обнажая её ярко выраженные плечи, и улыбнулся от восхищения. Никогда не понимал вкусы мужчин людей и эльфов, они все предпочитают худышек. Настоящая женщина должна иметь именно такие мускулы.

Моя жена с нетерпением приблизилась, пока я не спеша раздевал её, ласкал… раздвинул ей ноги-

Бах!

Дверь в комнату резко распахнулась, за ней в недоумении стоял охранник, уставившись на нас широко открытыми глазами.

«Что это значит?!», — проревел я. «Как ты посмел врываться сюда—»

Охранник, словно доска, наклонился вперед и молча упал на землю. Осознав, что там, где должно быть его сердце, проходит сквозная дыра, я моментально отбросил наши интимные ласки.

Он был мертв.

«Приветствую вас, Грэйсандеры». В мои уши проник холодный хриплый голос. Я сделал шаг назад и увидел, как моя жена принялась быстро одеваться, неловко поднимаясь с дивана.

«Как ты смеешь врываться сюда? Ты хоть знаешь, кто я такой?», — прокричал я, охваченный страхом, уставившись на таинственную фигуру. Он стоял в тени, и мне было невозможно разглядеть его.

«Это не имеет значения. Вы двое гораздо важнее для меня», — равномерно произнёс он.

Как только на нас понеслась вспышка света, ему преградила путь стена из расплавленной лавы. Как раз вовремя, чтобы остановить атаку злоумышленника. Однако я мог почувствовать кровь, идущую от кончика моего носа. Магия моего Копья едва успела остановить задевшую меня светящуюся иглу.

«Ол-Олфред! Как ты мог позволить кому-то просто так вломиться в мою комнату?» Пятившись назад, мой строгий упрёк в сторону Копья больше походил на испуганное всхлипывание.

«Приношу извинения, Ваши Величества. Я не знаю, как ему удалось войти, но я также уведомил об этом Мику. Нарушителю не удастся уйти», — заявил моё Копьё. Даже, когда он быстро поприветствовал меня и мою жену, он продолжал следить за человеком в тени.

Мика была вторым Копьём под моим командованием. Хоть она и не была такой послушной, как Олфред, её магических навыков было достаточно, чтобы простить ей все упущения.

«Хорошо, хорошо. Займись этим нарушителем, сейчас же! По возможности, он мне нужен живым!» Я указал пальцем на человека, надеясь, что моя жена не заметит, как сильно дрожит моя рука.

«Мне нужны только головы Грэйсандеров. Я не жажду лишнего кровопролития», — спокойно сказал голос.

Когда он говорил, я невольно прижался к стене. По какой-то причине я страшно его испугался. Нет. Теперь, когда здесь Олфред, и Мика уже в пути, мне нечего бояться.

«Печально, но мне как раз нужна твоя голова», — прошипел Олфред, в то время, как его конечности наполнились маной и всполохнули огнём.

От моего Копья исходило яркое пламя, и как только он бросился к нарушителю, оно осветило лицо таинственного человека. Я сразу понял, кто на меня напал, но лучше от этого не стало. Наоборот, я испугался ещё сильнее.

Это был старик с длинными седыми волосами, собранными в хвост, стекающий, словно жидкий жемчуг. Тем не менее, несмотря на свой возраст, он достойно держался, элегантно держа руки за прямой спиной. Оба его глаза закрыты, что заостряло внимание на третьем, неподвижно открытом глазе во лбу, который излучал фиолетовый свет.

[Магма-Рыцари]

Копьё шёпотом произнесло заклинание, и в ту же секунду из-под ног нарушителя появились пятеро солдат из раскалённой магмы. Однако, только они потянулись за стариком, ему стоило лишь взмахнуть рукой, как они рассыпались на куски.

Олфред по-прежнему призывал магма-рыцарей, но с каждым появлением, те же быстрые движения разбивали их на маленькие кусочки.

«Даруй мне силу», — сквозь стиснутые зубы произнёс Олфред.

[Адская броня]

Тело моего Копья полностью покрылось тёмно-багровым пламенем, и он направился к нарушителю. Как только пламя стихло, я увидел, что Олфред был облачён в тяжёлую магмовую броню, покрытую витиеватым рисунком из светящихся красных рун и с развевающимся огненным плащом.

«Ха-ха! Сейчас ты поплатишься за своё высокомерие! Умри!», — я прокричал радостно. Пока я наблюдал, как Копьё собирается уничтожить напугавшего меня злоумышленника, на моём лице появилась безумная улыбка.

Первый удар Олфреда пришёлся чётко в голову нарушителя, вплоть до того, что позади него от ударной волны обрушилась стена. Я сжал от волнения кулак, ожидая увидеть кровавое месиво, оставшееся от его лица.

Однако, как только облако пыли исчезло, я почувствовал, что мой рот раскрылся от удивления. Его лицо было не только здоровым и безупречным, но бронированная рука Олфреда была переломана надвое, а его кулак превратился в фарш. Я видел, как из его руки торчали сломанные кости.

«Для такого низкого существа ты владеешь полезными навыками. Твои силы могут пригодиться для будущего этого континента, но сейчас ты только мешаешь». Как только нарушитель закончил, из кончика его пальца образовался тонкий светящийся клинок.

Его шаги были столь быстрыми… Казалось, будто он телепортировался, но на самом деле мои глаза просто не успевали следить за его движением.

Нарушитель пронёсся на несколько метров туда, где на страже стоял Олфред, и вонзил свой клинок прямо в корпус его брони.

«Довольно».

Адская Броня, названная одним из самых надёжных огненных защитных заклинаний, превратилась в пыль. Изо рта Олфреда брызнула кровь, он перелетел через всю комнату и врезался в стену, у которой стоял я.

Мне оставалось только смотреть. По моей спине прошлась дрожь, когда я ощутил взор третьего глаза нарушителя на себе.

Мое горло пересохло настолько, что я не мог ни сглотнуть, ни издать какой-либо звук. Как только я взглянул на свою дрожащую жену, меня потряс ошеломительный звук.

«Приветствую вас, король и королева. Мика приносит свои извинения за опоздание!» — из облака пыли донёсся знакомый голос.

«M-Мика! Твоего короля чуть было не убили! Поторопись и избавься от этого человека!», — прокричал я, держась за жену.

Мика не была похожа на других гномов. У неё отсутствовали те характерные черты, которые делали женщину-гнома привлекательной. Она была не высокой, но худой с бледной молочной кожей, вместо привычной кожи оттенка бронзы, которая так высоко ценилась в обществе.

Черты лица выдавали её за слабого человеческого ребёнка, и только немного заострённые уши были единственным признаком того, что на самом деле она была гномом. Несмотря на скудный внешний вид, у неё были чудовищные способности к телекинезу. Владея гигантской булавой в три раза больше, чем она сама, ей было под силу свободно контролировать вес любого предмета в определённом радиусе.

Как только пыль рассеялась, я мог заметить, что нарушитель полностью уклонился от внезапной атаки Мики.

«Очередное неудобство». На этот раз голос злоумышленника прозвучал немного раздражённо, но мне могло показаться.

Прежде, чем он смог подойти ко мне, земля вокруг него и моего Копья дрогнула.

«Добро пожаловать в мир Мики. Смотри, не помри раньше времени!», — хихикнула Копьё, легко взмахнув своей гигантской булавой.

«Отличное владение телекинезом», — кивнул нарушитель, подходя к Копью. Я мог сказать наверняка, Мика не ожидала того, что её противник так легко сможет приблизиться к ней. Каждый из его шагов оставлял глубокий след, плитка трескалась от увеличившейся тяжести.

Даже когда моя жизнь была в опасности, меня не покидала мучительная зависть. Это было то, чего я жаждал — способность драться вот так, быть на вершине физических и магических возможностей.

«Как тебе удаётся двигаться так легко? Твоё тело весит больше четырех тонн!», — прошипела Мика, медленно отступая, держа от него дистанцию.

«Это всё, на что ты способна?», — спросил человек.

«А?» ответила Копьё, совершенно не ожидая ответного вопроса.

«Похоже на то».

«Способна? Мика и не на такое способна!», — вскричала моё Копьё, прыгнув вверх для завершающего удара. Её оружие заряжалось ещё большим количеством маны, и я видел, как вокруг него из-за искажения гравитации в пространстве возникала небольшая дрожь. «Получай!»

Клянусь, что сила, с которой её булава направлялась вниз, могла сравнять весь замок с землёй, но в ответ нарушитель просто поднял вверх палец, без проблем останавливая чудовищную атаку.

Меня одолела волна безнадёжности. Несмотря на всю силу моего Копья, я знал, что она не могла победить.

Я поспешно вскочил. Я не могу здесь умереть. Мне нужно бежать.

Краем глаза я увидел вспышку света, в то время как у нарушителя появились светящиеся лезвия, пронзившие Мику насквозь. Из того, что я мог разобрать, раны там не было, но, судя по всему, эффект был серьёзный. Она упала на пол, закатив глаза, а её булава с грохотом свалилась на землю.

Эта негодная девчонка не смогла даже выиграть для меня время, чтобы я смог сбежать.

Нарушитель со своим тонким светящимся лезвием повернулся ко мне и к моей жене.

Гландера вскрикнула, грозно указав пальцем на человека: «В-вы не знаете, с кем связались. Мой муж скоро будет новой правой рукой Агоры Вритра, всемогущего божества—»

«Замолчи!», — прошипел я и ударил её по лицу, прежде чем она смогла договорить.

«Асура. В этом мире нет других божеств, только Асуры», — поправил человек, медленно подходя к нам.

«П-пожалуйста, смилуйтесь и отпустите меня, o, Великий». Когда я опустился на колени и стал молить о пощаде, я мог почувствовать нарастающую теплоту между своих ног.

«Ты хочешь жить?», — спросил он, смотря на меня своим третьим глазом.

«Д-да! Пожалуйста! Я сделаю всё, что угодно!», — умолял я, пытаясь осознать всю тяжесть текущей ситуации. Кто на этом континенте способен с такой лёгкостью избавиться от мага с белым ядром?

«Вижу, что Агора не сумел тщательно подобрать себе пешки», — продолжил он с голосом, полным презрения.

«Пожалуйста, я никогда не встречался с ним. Он просто обратился ко мне, угрожал убить мою жену и мой народ, если я не подчинюсь. Я-я умоляю вас. Всё было против моей воли», — просил я, полностью ложась на пол и упираясь лбом в тёплую лужу собственной мочи.

«Очень хорошо. Отзови два своих Копья от клятвы, которую они дали тебе», — скомандовал он чётким и холодным голосом.

«О-отозвать?», — заикнулся я.

«Да. Что-то не так?» Его третий глаз сузился.

«Нет, конечно нет». Я снял артефакт, который всегда держал вокруг своей шеи и наполнил его своей маной. Как только я отозвал клятву, из уголков моего рта пошла кровь.

Отец наказал мне, чтобы я никогда не отзывал клятву, этого нельзя делать ни при каких обстоятельствах. Однако сейчас на кону стояла моя жизнь.

Оба Олфред и Мика засветились слабым красным светом, что говорило об освобождении от клятвы. Я вновь посмотрел на таинственного незнакомца.

«В-вот! Я всё сделал».

«Хорошо. Им не повезло иметь такого низкого хозяина, но они послужат весьма хорошими фигурами в предстоящей войне», — кивая, ответил он, посмотрев на Копья.

«Т-теперь, пожалуйста. Отпустите меня». Я ненавидел, что мой голос звучал так слабо и отчаянно.

«Прости, я сказал, что отпущу тебя?» Как только я посмотрел на него, выражение его лица изменилось. На нём в первый раз появилась небольшая ухмылка.

Я попробовал было ответить, но не издал ни звука.

Ни звука… ни слов… ни дыхания…

Посмотрев вниз, я видел зияющую дыру в своём горле, и всё, что мне оставалось делать — это молча смотреть на него. Зрение постепенно исчезало, и я перевёл взгляд с человека на свою жену. Она смотрела мне в глаза, отчаянно пытаясь дотянуться до меня. В её груди красовалась дыра, а тонкое платье было пропитано кровью.

Всё потемнело. Я чувствовал, как холодная рука хватает мою душу и вытягивает её из тела.

«Да начнётся партия». Последние слова человека отозвались вдалеке, а моё сознание отправлялось вслед за рукой, в самые глубины ада.





Глава 103




Глава 103.

POV Артура Лейвина

На лице Виндсома проступило едва заметное выражение удивление, выразившееся в чуть приподнятых бровях над его зоркими глазами. Асура, всё ещё одетый в униформу наподобие военной и с подходящими к ней зачёсанными набок волосами, протянул мне моего дракона.

— Сильви! — воскликнул я. Сорвавшись с места, я, тем не менее, чрезвычайно аккуратно забрал её у Виндсома. Тщательно осмотрев её, я не обнаружил никаких видимых ран, и, судя по ровному дыханию, она просто спала.

С облегчением вздохнув, я бережно опустил моего спящего дракона себе на голову, прежде чем заговорить со стоявшим рядом асурой.

— Спасибо, — я выразительно кинул ему, на что он ответил взглядом, который бывает у родителя, когда его ребёнок в чём-то провинился.

— Я знал, что ты опрометчив, но подумать только, что ты дал так легко схватить себя и Леди Сильви, да ещё и тем, кто связан с Вритрой, — отчитал он меня.

— Если честно, я спасал академию от Вритры, — я слегка пожал плечами, словно это могло как-то оправдать мои действия.

— Тебе следует понимать, что твоя безопасность и безопасность Леди Сильви на данный момент является приоритетной.

— Виндсом, в моей академии есть люди, чьи жизни я посчитал куда более важными, чем свою собственную, — моё лицо стало упрямым, отражая решительность в моём голосе.

Виндсом внимательно взглянул на меня, прежде чем снова заговорил:

— Это было ради Эльфийской Принцессы? — спросил он так, словно уже знал ответ.

— Н-не только ради неё, — возразил я куда более неуверенным тоном, чем мне хотелось бы.

— Неважно, — асура вздохнул. — Что сделано, то сделано. Кстати говоря, то, чего я не могу понять, это причину, по которой виновник инцидента забрал твоего друга, Элию, с собой.

— Я и сам не знаю… — я тоже был в смятении, сколько бы раз я ни размышлял об этом в своей камере, я не мог дать этому разумное объяснение.

— Я не знаю, — повторил я. — Но нам нужна твоя помощь, Виндсом. Мне нужно узнать, куда они забрали Элию и…

— А что потом? Спасти его? — прервал меня асура, и взгляд его глубоко посаженных глаз был холодным и пронзительным. — Ты даже отсюда сбежать не можешь, но думаешь, что способен спасти его?

Глубоко вздохнув, он понизил голос и продолжил:

— Кроме того, я примерно знаю, куда человек по имени Дранив забрал твоего друга.

— Правда? Куда? — я, сам того не замечая, схватил его за рукав.

— Я изучил артефакт, который остался в Академии Зирус, и я подозреваю, что это приспособление для телепортации, которое Дранив использовал, чтобы сбежать с твоим другом Элией… и для того, чтобы…

— …попасть туда, — закончил я, ощущая растущий во мне страх. — Они забрали Элию обратно в Алакрию, верно?

— Скорее всего, — холодно подтвердил он.

Я вновь откинулся на стену, глядя на свои ступни, и мы молчали какое-то время.

— Виндсом, как ты и предположил, я собирался сказать, что последую за Элией в Алакрию в надежде, что он ещё жив, и я могу спасти его. Ты наверняка ответишь мне, чтобы я и не мечтал об этом, потому что меня убьют, стоит мне там появиться… — я взглянул на него, и это действительно был редкий момент, когда я не знал ответа. — Что же мне делать?

— Что ж, я бы не сказал, что ты умрёшь, едва появившись там, — асура чуть улыбнулся, и в его голосе послышалось понимание. — Но да, это будет самоубийством. К счастью, пешки, которые отправил клан Вритра, отбыли раньше, чем ты появился, иначе они бы знали о тебе больше. Сейчас они достаточно заинтересованы в том, чтобы забрать тебя к себе, живым, но если они обнаружат, что тебе принадлежит врождённая воля Леди Сильви, а также её дочь, то, боюсь, даже асурам будет тяжело уберечь вас обоих.

— Что же мне тогда делать? Просто бросить моего лучшего друга? — воспротивился я. — Я рассчитывал на помощь от Эльфийского Короля, и ещё я знаю, что ты поможешь нам сбежать, но, даже в таком случае, для нас не будет безопасного места. Учитывая, что Совет работает на Вритра, мне либо стоит спрятаться там же, где и моя семья, или же окопаться где-нибудь поглубже в Звериных Прогалинах.

Если я останусь с моей семьёй, я не смогу тренироваться, не раскрыв моей подписи маны копейщикам, чем подвергну опасности мою семью и семью Тессии. Если я отправлюсь в Звериные Прогалины, я вряд ли продержусь достаточно, чтобы пройти хоть какую-никакую тренировку.

Я вспомнил об отголосках гигантских зверей маны, мимо которых мы сюда пришли, и что даже копейщики были достаточно осторожны и не лезли напролом.

— Ты имеешь довольно неплохое представление о сложившейся ситуации, — признал асура, коротко кивнув. — Сколько связей между Вритрой и Советом тебе удалось найти?

— Достаточно, чтобы с уверенностью заявить, что самую тесную связь они поддерживают с Грейсандерами. Кажется, что люди поддерживают и мнение гномов, но у меня есть подозрение, что не очень-то охотно, — подумал я вслух.

— Впечатляет, — признал Виндсом. Закатав левый рукав, асура взглянул на часы. — Артур, нам пора…

— Кто ты, — прервал его голос.

Мы с Виндсомом обернулись и увидели Байрона.

— Похоже, он с делами уже разобрался, — негромко пробормотал Виндсом себе под нос.

— Как ты сюда попал? — копейщик прищурился, и его взгляд перешёл с асуры на меня, а затем на дракона на моей голове. Несмотря на то, как безрассудно Байрон вёл себя со мной, я осознал, что в обычных ситуациях он крайне осторожен и уравновешен. Он с подозрением оглядел Виндсома, стоя в такой позе, которая не давала возможности застать его врасплох, даже несмотря на то, что их разделяла укреплённая решётка.

— Я спросил, как ты попал сюда? — прорычал Байрон, не сводя глаз с таинственного гостя. — Ты заодно с тем лазутчиком?

— Да, — равнодушно ответил Виндсом, сделав шаг к копейщику.

— Тогда другие объяснения излишни, — Байрон поднял кулак так, словно он был заряженной пушкой, и начал собирать электричество, потрескивающее и щёлкающее вокруг его руки.

«Яркий Луч».

Я лихорадочно отпрыгнул в сторону, зная, что за этим последует. Виндсом забыл убрать артефакт, пристёгнутый к моей груди и блокирующий мой поток маны. Если меня настигнет это заклинание, то похороны не понадобятся — от меня не останется даже пепла.

Сфера из сжатого электричества выстрелила из кулака копейщика, разрушив усиленные металлические прутья так, будто они были бумажными. Однако Виндсом не сдвинулся с места, когда заклинание быстро полетело в него.

Я приготовился к тому, что шар из молний врежется в асуру, но, стоило высокоуровневому заклинанию достигнуть Виндсома, как асура просто протянул руку и поймал его, словно оно было резиновым мячом.

Конечно, я знал, что Виндсом справится с подобной атакой, но я даже не ожидал, что он сделает это так легко.

Сокрушив ладонью шар из сжатых молний, он повернулся ко мне, дёрнув головой.

— Похоже, это наш выход.

Я фыркнул от смеха, но, прежде чем мы успели сказать что-то ещё, Байрон уже оказался около Виндсома.

— Дитя. У тебя нет причин сражаться со мной, — невозмутимо произнёс Виндсом, без труда уворачиваясь от града ударов и пинков, окутанных молниями. В отличие от моей, магия молний Байрона, похоже, состояла в основном из заклинаний внешнего типа.

«Громовое Копьё».

Во время своих атак Байрон активировал заклинание, создав пять копий из молний, чтобы пронзить ими Виндсома.

Я отодвинулся, чтобы не попасть под раздачу в их схватке, но, пока я наблюдал за ними, у меня возникло ощущение, что Виндсому… скучно.

— Довольно, — коротким взмахом руки, который показался медленным по сравнению с частыми атаками Байрона, он ткнул копейщика лицом в землю. Вся камера содрогнулась, а укреплённый пол покрылся паутиной трещин с поникшей головой Байрона в центре.

С той минуты, как Виндсом поймал заклинание Байрона, и до тычка лицом в пол, он проделал неплохую работу, унизив одного из сильнейших магов континента.

— Не дёргайся, — нетерпеливо произнёс Виндсом, пока копейщик брыкался, пытаясь оторвать голову от пола. Несмотря на то, что лицо Байрона было исцарапано и испачкано кровью, он оставался невозмутимым.

— Байрон, ну ты и упрямец, — мои уши дёрнулись, когда я услышал знакомый голос. Это была Варай, копейщица, которая заперла Сильви и смогла справиться с двумя копейщиками самостоятельна.

— Я не понимаю. Он же с лазутчиком! — выкрикнул Байрон, повернувшись к девушке.

— ОН — божество, с которым ты обходишься так непочтительно! — рявкнула в ответ Варай чрезвычайно холодным тоном. — Мои извинения, О Великий. Наш Король смиренно просит вас увидеться с ним.

Кроме того, что Варай знала, кто такой Виндсом, меня поразило то, что она ему поклонилась. Байрон же стоял с таким недоумевающим лицом, что это было даже забавно.

— Б-божество? — запнувшись, тупо переспросил он.

— Верно. И теперь, раз ты знаешь, кто я, незнание больше не оправдание, — ответил Виндсом, сурово глядя на Байрона. — Склонись передо мной.

По тому, как резко голова Байрона вновь воткнулась в пол, казалось, будто Виндсом сделал что-то, чтобы насильно поставить его на колени, но на это всё равно было приятно смотреть.

Мы пошли обратно в комнату, где меня судили, но на этот раз я не был в цепях. Байрон очень неохотно сломал мои оковы и снял артефакт, препятствовавший моему потоку маны после того, как потерпел полное поражение.

В этот раз дверь в комнату, заполненную людьми, открыл другой стражник.

— Д-добро пожаловать, — первым заговорил Король Блейн, поднявшись с кресла. Его лицо, как и лицо Королевы Присциллы, выглядело почти болезненным. Все присутствующие сидели за овальным столом, которого там раньше не было.

Неподалёку от человеческих короля и королевы сидели родители Тессии, Альдуин и Мералис, вместе со своим копейщиком в капюшоне, который доставил мне весточку прошлой ночью. И Король, и Королева эльфов неловко поприветствовали меня, но больше не сказали ни слова. Ещё за столом сидела Член Правления Синтия, чьё недоумевающее выражение лица подчёркивалось её растрёпанным видом.

Когда я встретился взглядом с человеком, сидящим рядом с ней, я невольно отскочил назад, готовясь защищаться. Каждый волосок на моём теле встал дыбов, и каждая частика меня молила бежать прочь от пожилого мужчины с единственным глазом на лбу.

— Артур. Всё в порядке, — успокоил меня Виндсом.

Мне показалось странным, что в комнате не было Грейсандеров, но все те, кто присутствовал, кроме человека, которого я не знал, встали со своих мест и отвесили небольшой, но почтительный поклон Виндсому.

Приняв их поклоны, он жестом приказал мне сесть рядом с ним за столом. Опустившись рядом с Виндсомом, я быстро пораскинул мозгами, пытаясь понять, что происходит. Вот я здесь, сижу вместе с Советом и их копейщиками, с Членом Правления Синтией, узницей, приговорённой к смерти, и человеком, о личности которого я не имел ни малейшего представления.

Напряжение в комнате можно было хоть на куски резать, оно могло заставить любого нормального человека выбежать отсюда в поту и страхе. Я посадил Сильви на колени и начал поглаживать, когда услышал, что кто-то поднялся со стула.

Неожиданно для меня это оказался человек, от которого я инстинктивно хотел убежать. Похоже, у него было три глаза, но два из них были закрыты. Его белые волосы, собранные сзади, напомнили мне о Вирионе, когда я впервые встретил его.

— Для тех, кто не знает, кто я, — фиолетовый глаз на его лбу уставился на меня, — меня зовут Альдир. Нас с Виндсомом послали сюда, чтобы дать вам, низшим существам, шанс выжить в неизбежной войне против Вритры, — продолжил асура.

— Значит, как мы и опасались, война действительно произойдёт… — проговорил Альдуин так, будто озвучил свои мысли.

— Я сделал первый шаг в уничтожении скверны. Моя роль заключается в наблюдении за остатками того, что вы, низшие существа, называете «Советом», и дать вам инструкции по вопросу необходимых приготовлений к сражению с континентом Алакрия.

Стоило прозвучать слову «скверна», как и Блейн, и Присцилла Глайдеры замерли и побледнели ещё больше.

— В-ваше Величество. Если позволите… — заговорил Блейн, и, судя по манере его речи, что-то произошедшее ранее сделало его очень кротким. — Вы явственно продемонстрировали нам ваши способности, в достаточной мере, чтобы мы поверили, что вы не из этого мира. Разница в наших с вами способностях столь велика, что я не уверен, нужны ли мы вам вообще. Разве вы сами не можете отправиться на Континент Алакрии и победить Вритру?

— Что тот асура имел в виду, говоря об уничтожении скверны? — шёпотом спросил я у Виндсома, наклонившись к его уху.

— Грейсандеры были уничтожены, и их копейщики теперь принадлежат мне, — ответил вместо Виндсома Альдир.

Всё встало на свои места. Похоже, асура убил тех, кто работал на Вритру, и сделал Глайдерам какое-то предупреждение. Вот почему человеческие Король с Королевой были на грани нервного срыва.

— Насчёт вашей точки зрения, Король Глайдер. Да, было бы довольно просто собрать асур и самостоятельно сражаться с Вритрой. Однако клан Вритра, равно как и три других клана, подчиняющихся ему, состоят из бывших асур, нарушивших наш закон. Даже мы не можем вычислить, насколько они стали сильнее. Более того, битва такого масштаба, несомненно, уничтожит ваш мир. И это я ещё пытаюсь говорить оптимистично, — продолжил Альдир, глядя на напуганного Короля.

Ошарашенный Король Глайдер ничего не ответил, а мы попытались представить, насколько масштабной может быть битва, которая уничтожит все континенты.

Альдир заговорил вновь:

— Мы, асуры, и клан Вритра, составили договор, по которому ни одно высшее существо не может нападать на другое или вмешиваться в дела низших существ. Вместо этого…

— Подождите. Разве то, что вы убили двух «низших» существ не идёт вразрез с вашими словами? — вмешался я.

Светящийся фиолетовый глаз асуры сощурился, уставившись на меня, но через мгновение губы Альдира сложились в кривую усмешку.

— Дикатен не получал никакой прямой помощи от асур, но теперь противостоит людям, которые напрямую управляются Агроной и Вритрой. Даже несмотря на мои действия он не станет безрассудно нарушать договор за то, что мы просто сделали некоторые исправления на игровом поле, — ответил вместо Альдира Виндсом.

— А что насчёт тех демонов с чёрными рогами, которые годами совершали набеги на нашу страну? Один из них ответственен за убийство копейщика, — парировал я.

— Ты говоришь о том, которому принадлежит вот это? — ответил на мой вопрос Член Правления Гудскай, продемонстрировав чёрный фрагмент рога того существа, которое убило Али Трискана.

— Парень, вижу, Виндсом не лгал, говоря, что ты не так прост. Существо, что убило копейщика, и те, что пробирались на этот континент, не асуры. Эти монстры ещё более низшие существа, чем вы, которые прошли через бесчисленные эксперименты, — фыркнул Альдир с явным отвращением.

— Значит, есть монстры, которые не асуры, но способные уничтожить сильнейших магов на нашем континенте. У нас вообще есть шанс победить? — спросила мать Тессии, Мериал Альдуин, впервые подав голос.

— Да, но их количество ограничено, и они являются драгоценным козырем Агроны в этой войне. Теперь, раз он знает о моём присутствии, он не отошлёт их так безрассудно, как раньше, — Альдир снова сел, повернувшись ко мне всем телом.

— Представьте, что я генерал в предстоящей войне. В интересах асур — защитить этот континент. А теперь, Виндсом, разве у тебя и у этого мальчишки нет никаких дел? Я позабочусь об остальном. Нам необходимо совершить бесчисленные приготовления, прежде чем мы будем способны себя защитить.

Кивнув трёхглазому асуре, Виндсом рывком поднял меня и вывел нас со спящей Сильви из комнаты.

— Что ещё за дела, Виндсом? Разве наше участие в обсуждении не является важным? Может, нам стоило тоже остаться в той комнате? — спросил я, следуя за асурой.

— Это не твоя битва. Альдир знает, что делает, и приложит все усилия, чтобы подготовить вас, низших существ, к неминуемой войне. К тому дню, если ты не хочешь быть бесполезным, мы должны сделать тебя сильнее.

— Логично, но что мы будем делать?

— Сначала мы навестим твою семью. Тебе нужно попрощаться с ними, — асура всё ещё шёл впереди меня, поэтому я не мог увидеть его лица и понять, шутит он или нет.

— Попрощаться? Как это попрощаться? Куда я пойду? — я потянул асуру за руку, удивившись, как легко он обернулся.

— Я отведу тебя и Леди Сильви на родину асур. Твоя тренировка будет проходить в Эфеотусе.





Глава 104




Глава 104.

— Мне вообще позволено это знать? — поинтересовался я, выпутав острую ветку из волос.

В настоящее время мы проходили знакомую мне часть Леса Эльшир после того, как Виндсом телепортировал нас неподалёку от него. После нашего прибытия мне понадобилось лишь несколько мгновений, чтобы понять, что я уже бывал в этой части леса с семьёй Эралит; мы направлялись к убежищу Старейшины Ринии.

— Поскольку тебе было позволено остаться в Эфеотусе, ты бы узнал об этом рано или поздно. Тебе необязательно запоминать всё, что я тебе сообщил, но знать культуру, манеры и политику незнакомого места всегда полезно. Особенно если тебе предстоит взаимодействовать с важными лицами этого места, — пояснил Виндсом, не оборачиваясь, и продолжил идти, убирая ветки и лианы с пути. — Но у меня такое ощущение, что ты и так понимаешь важность этих вещей.

— Разумеется, — усмехнулся я. — Но знание без понимания подобно мечу, застрявшему в ножнах. Ты мне рассказал всё это, Виндсом, но так и не удосужился пояснить, зачем.

— Твоя правда, — признал он. — Но не переживай, до этого мы ещё доберёмся.

Я продолжил свой путь.

— Итак, в Эфеотусе есть се… нет, восемь рас асур. Каждая раса состоит из множества кланов, но лишь один клан каждой расы принадлежит к Великой Восьмёрке?

— Большой Восьмёрке, — тут же поправил меня асура.

— К какой расе принадлежал клан Вритра?

Ранее я много раз пытался представить, какими существами должны быть члены клана Вритра, со всякими рогами или с серой кожей, но ничего путного в голову не приходило.

— Истинной формой клана Вритра является жуткий змееподобный асура, зовущийся Василиск. Будет лучше, если ты запомнишь расы и названия кланов в Большой Восьмёрке.

— Что стало с расой Василисков, когда клан Вритра и другие кланы этой расы стали предателями? — настойчиво спросил я, отмахнувшись от особенно раздражающего насекомого, которое явно решило, что моё ухо будет для него отличным местом отдыха.

— Не считая того факта, что клан Вритра был заменён более слабым кланом в Большой Восьмёрке, некоторые более радикальные расы настаивали на уничтожении остатков расы Василисков. К счастью, у связей между каждой расой было много лет истории за плечами, и друзья оставшихся Василисков заступились за них. В конце концов, такие крайние меры как геноцид, так и не были приняты; было бы глупо, если бы целая раса расплатилась за преступления некоторых из них.

Я не мог понять из слов Виндсома, что он думал обо всём этом. Его интонации и голос не соответствовали тому, что он говорил, и его слова звучали почти язвительно.

— Ясно… — я продолжил идти, глядя на то, как мои грязные сапоги с хрустом наступают на опавшие листья и сломанные ветви. — Кстати, как была избрана Большая Восьмёрка?

— Кланы Большой Восьмёрки почти никогда не менялись. Например, даже несмотря на то, что в расе Драконов меньше всего кланов, клан Индрат, клан моего мастера и Леди Сильвии, был частью Большой Восьмёрки ещё с начала истории. Однако вплоть до сегодняшнего дня сила кланов Большой Восьмёрки намного превосходит силу других. Это самый точный ответ, который я могу тебе дать.

Мы продолжали переговариваться, пока шли к секретному убежищу Старейшины Ринии, в основном, Виндсом проверял моё знание тех имён, которые мне было необходимо запомнить. Я довольно быстро смог обработать в голове большую часть полученной информации, но недостаток сна и голод сказались на моей способности запоминать её.

— Кстати, не хочу показаться невежливым, но ты не мог перенести нас чуть ближе? Раз ты телепортировал нас из воздушного замка в центре Звериных Прогалин аж до самого Леса Эльшир, я уверен, ты бы смог нас на несколько миль поближе перенести…

— Дом Эльфийки-Провидицы, где сейчас скрывается твоя семья, окружён барьером по большой площади, с которым мне не хочется связываться. Телепортация через него может вызвать на нём рябь, а это способно выдать местоположение тех, кто находится внутри него.

— А… тогда прошу прощения. Я немного на взводе из-за своего нынешнего состояния, — отозвался я, почесав в затылке.

Как только мы прошли через водопад, за которым скрывался дом Старейшины Ринии, я заговорил:

— Так, давай повторим для закрепления. Агрона, нынешний лидер клана Вритра, вывел свою расу из Эфеотуса в Алакрию, где он экспериментировал на низших расах и объявил себя Вечным Правителем?

— Довольно безвкусный титул, но в общем да, ты прав, — подтвердил асура.

— Тогда что насчёт того договора, который вы обсуждали ранее: раз клан Вритра — как и другие кланы из расы Василисков — асуры, разве им не должно быть запрещено участвовать в будущей войне напрямую? — спросил я, одновременно пытаясь отслеживать, сколько поворотов мы сделали в этом тоннеле, больше похожем на лабиринт.

— Да, но это никогда не было проблемой, — Виндсом остановился и повернулся ко мне. — Артур, ты ни разу не задумывался о том, почему асуры просто не уничтожили весь клан Вритра и последовавшие за ним кланы? В конце концов, это лишь несколько кланов.

— Конечно же, я думал об этом, но разве не ты говорил, что это повлияет на низшие расы, живущие в Алакрии?

— Так и есть, но я не рассказал тебе о том, что договор не был первым нашим действием. После того, как Агрона и его последователи сбежали, кланы Большой Восьмёрки, включая расу Василисков, впервые собрались все вместе, вне зависимости от фракций, и организовали собрание всех лидеров каждого Великого Клана. Лидеры решили отправить небольшое подразделение из элитных асур, чтобы быстро избавиться от Агроны и его приспешников, — Виндсом замолчал на какое-то время, и, несмотря на его стоическое выражение лица, было заметно, что он решает, рассказать о том, что думает, или нет.

Наконец асура негромко вздохнул и создал вокруг нас небольшой барьер.

— То, что я расскажу, Артур, должно остаться только между нами. Эту информацию знают лишь несколько членов клана Индрат.

Я кивнул, не отводя взгляда от глаз Виндсома и ожидая продолжения.

— Все в Эфеотусе полагают, что Леди Сильвия была схвачена и удерживалась где-то взаперти, но на самом деле, Леди Сильвия добровольно отправилась вместе с элитным подразделением, которому было поручено избавиться от Агроны Вритры и кланов, что за ним последовали.

— Что? — воскликнул я намного громче, чем хотел. — Какой в этом смысл? Она отправилась на задание в тыл врага, не зная, чего ожидать? Это же просто самоубийство. Не может быть, что твой мастер, отец Сильвии, позволил бы ей пойти.

— Разумеется, Лорд Индрат не позволил ей пойти, — прорычал Виндсом. — Я хотел сказать, что Леди Сильвия скрыла свою внешность и последовала за элитным подразделением. К тому времени, как они осознали, что с ними идёт Леди Сильвия, было уже поздно возвращаться.

Повисло долгое молчание, пока я, наконец, не прервал его.

— Так что случилось с теми асурами, которых послали лидеры Эфеотуса?

— То, чего лидеры совсем не ожидали, — лицо Виндсома скривилось от отвращения, а ладони сжались в кулаки. — Агрона, этот коварный змей, поджидал их с ещё большей армией Василисков и низших рас, обладавших такими же врождёнными магическими способностями, что и они.

Я моментально понял, что он подразумевал.

— Клан Вритра проводил скрещивание с низшими расами Алакрии, — прошептал я.

Асура лишь кивнул в ответ, прежде чем продолжить.

— Очевидно, что Агрона и его последователи проводили скрещивания уже давно, судя по тому, что наш батальон поджидало более десяти тысяч мутантов.

— Значит, та группа элитных асур, которую вы послали, была раздавлена числом…

— Грандиозно раздавлена, — подчеркнул Виндсом. — И элемент неожиданности, на который рассчитывали наши воины, оказался бесполезным.

— Что же с ними стало в конце? — пробормотал я, не столько требуя ответа, сколько размышляя вслух.

Асура покачал головой в ответ.

— Связь с ними была утеряна вскоре после того, как начался бой. То, в чём мы абсолютно уверены — они понесли значительные потери в числе, и мы можем лишь предполагать, была ли бригада наших элитных асур, гордости наших кланов и рас, убита или взята в плен.

Я замолчал, думая о том, как же Сильвии удалось сбежать.

Следующие слова Виндсома заставили меня очнуться.

— Лорд Индрат был в ярости, когда Агрона лично сообщил ему, что его единственная дочь была убита в бою. Если бы всё зависело от моего мастера, он бы непременно развязал войну, закрыв глаза на возможные последствия. Однако остальные Великие Кланы были против этой идее и настояли на договоре, — Виндсом отвернулся и продолжил идти.

— Постепенно был сформирован договор, запрещавший асурам действовать напрямую из-за побочных последствий, которые бы вызвала полномасштабная война между семью расами асур Эфеотуса и армией клана Вритра, состоящим из василисков и мутантов-полукровок, — в его голосе прозвучала явная злоба, но вскоре выражение его лица вновь стало обычным.

Вновь задумавшись об этом, я осознал, в каком невыгодном положении оказался Дикатен. Этот договор был составлен многие поколения назад, и пусть даже он запрещал асурам и полукровкам напрямую участвовать в битвах, кто знает, сколько представителей так называемых «низших рас» Алакрии обладает примесью крови асур.

Я хотел спросить, почему тогда другие расы асур не сделали то же самое и не провели скрещивание с низшими расами, но раз у безумного гения Агроны заняло века, чтобы найти способ скрещивания асур и низших рас, то другие расы, наверное, ещё его не отыскали. Но даже если бы они могли это сделать, я сомневаюсь, что они бы так поступили, учитывая их мораль и гордость.

— Подожди-ка. Выходит, те шесть артефактов, которые вы отдали людям Дикатена…

— Да. Это был наш способ передать людям этого континента меч и щит. Мы знали, что силы и знания, содержащиеся в этих артефактах, приведут к революционному прорыву вашего народа. Мы оказались правы, но лишь после недавних событий осознали, что этого было недостаточно. Лорд Индрат и остальные лидеры Великих Кланов хотят, чтобы мы напрямую одарили магов этого континента достаточной силой, чтобы защитить его от Агроны. Мы опасаемся, что если Агрона доберётся до жителей этого континента, клан Вритра соберёт достаточно боевой мощи, чтобы свергнуть Эфеотус.

— И тут появляюсь я. Сильная шахматная фигура, которую могут использовать Великие Кланы, чтобы одержать вверх в надвигающейся войне, — усмехнулся я, скрестив руки на груди.

— Что ж, я скорее предпочту думать об этом как тренировке, которая поможет тебе защитить свою семью и родную страну, — парировал Виндсом, и уголки его губ едва заметно приподнялись.

— Мда, я бы предпочёл, чтобы это называлось взаимной выгодой в сомнительном акте альтруизма, — пожал плечами я.

— Похоже, ты всё ещё не доверяешь нам полностью, — произнёс Виндсом, с любопытством оглядев меня, прежде чем задать вопрос: — С другой стороны, как ты планируешь сообщить своей семье о наших… планах?

— Не волнуйся, Виндсом. Я много думал о том, как сообщить об этом родителям, пока был в тюрьме, — я подмигнул асуре, пройдя мимо него, и направился к мерцающему свету огня в конце тоннеля.

Как только мы приблизились к концу тоннеля, я заметил тени несколько людей, сидевших у него. Я не смог сдержать улыбки при виде моего отца, могучего воина, который оттирал тарелки у подземного ручья, в то время как Старейшина Риния, моя сестра и моя мама сосредоточились у кипящего котелка над костром.

— Пахнет чем-то вкусным! А на меня хватит? — крикнул я, заставив всех резко повернуться в мою сторону.

У каждого была своя реакция, когда они поняли, кто это сказал. Отец уронил помятую кастрюлю, которую отскребал, мать и сестра вскочили с самодельного кресла, на котором они сидели, а Старейшина Риния лишь многозначительно улыбнулась, продолжая чистить картошку. Единственной, кого я не заметил, была Тессия, но я не был уверен, тут она вообще или нет.

Через пару секунд моя семья тут же заключила меня в объятья, отец и мать начали проверять, нет ли на мне каких ран, а моя сестра тут же взглянула на спящую Сильви в моих руках.

— С Сильви всё в порядке? — спросила она с беспокойством, взяв её на руки.

— Твой брат едва сбежал из тюрьмы, а ты даже не спросишь, в порядке ли он? — прохрипел я, притворяясь раненым.

— Мм… ты всё равно всегда возвращаешься домой живым, — пожала она плечами и вновь переключила своё внимание на Сильви. Это заставило моего отца фыркнуть от смеха, в то время как мать пыталась пожурить мою сестру, стараясь скрыть улыбку.

Я ощутил острую боль в груди от холодных слов моей сестры. Где та милая девочка, которая прилипала ко мне не хуже клея и проливала слёзы, когда не могла со мной увидеться? Неужели у неё уже начался бунтарский период?

Похоже, что кто-то успел предупредить мою семью о моём скором визите, и, глядя на выражения их лиц, я мог поспорить, что это была Старейшина Риния.

Родители начали выспрашивать у меня все подробности произошедшего, но внезапно замолчали.

Тихие шаги, эхом разносившиеся по тоннелю, остановились позади меня, и я без колебаний представил своего спутника.

— Господа, это человек, который помогал мне во всём, когда меня посадили в тюрьму… и ещё он мой будущий мастер.

Я подождал какой-нибудь реакции, но мои родители и сестра до сих пор молчали, застыв на месте и не сводя глаз с фигуры позади меня.

— Кхем, прекрати, — я обернулся, глядя на Виндсома, который посмотрел на меня с недоумением, после чего его глаза чуть расширились, когда он понял, в чём дело.

— Мои извинения, — отозвался он, и воздух вокруг нас стал нормальным. Я уже привык к давлению, оказываемому присутствием асуры, но нормальный маг от него начинал задыхаться.

Мои сестра и мать упали на колени, а отец споткнулся, едва удержавшись на ногах.

Старейшина Риния, которая находилась чуть дальше, встала и отвесила низкий поклон Виндсому. Я не был уверен, знает ли она точно, кто он, но она, по крайней мере, понимала, что этот незнакомец не был обычным человеком.

— Добро пожаловать в мою скромную обитель. Прошу, располагайтесь поудобнее, — проговорила эльфийская старейшина вежливым и уважительным тоном, какого я у неё ещё никогда не слышал.

Виндсом лишь кивнул в ответ, не сказав ни слова, и в тишине тоннеля какое-то время было слышно лишь потрескивание костра.

Отец заговорил первым.

— В первую очередь, с-спасибо за то, что помогли моему сыну. Я знаю, с ним бывает непросто.

Асура едва заметно улыбнулся и проговорил:

— Похоже, ваш сын уже доставлял вам немало хлопот.

— И ещё доставит в будущем, — добавила мать, пока отец помогал ей и моей сестре встать. — Но Артур, что ты имел в виду, говоря о будущем мастере?

— Элис, твой сын только что вернулся из долгого путешествия. У вас ещё будет время обсудить эту тему, когда он чем-нибудь перекусит, — осадила её Риния, отводя всех обратно к костру.

Благодарный за шанс наконец что-то съесть, я сел, нетерпеливо дуя на горячее жаркое, чтобы его остудить.

Виндсом от еды отказался, но сел у костра с нами, безмятежно глядя на огонь. Как только трапеза была окончена, мой отец начал рассказывать нам, что у них произошло.

Вирион, судя по всему, забрал Тессию и Лилию в другое место, чтобы правильно исцелить их раны. Семья Хелстеа последовала за ним, чтобы присмотреть за дочерью, что объясняло, почему тут осталась лишь моя семья. Старейшина Риния поддразнила меня, что я смогу воссоединиться с ней через несколько дней, и это заставило всех усмехнуться.

Постепенно темы для разговоров иссякли, и в пещере вновь стало тихо. Я понимал, что мои родители ждут ответа на их предыдущий вопрос.

Я повернулся к Виндсому, тот посмотрел на меня в ответ, ожидая того же. Почесав в затылке движением, которое для меня с самого появления в этом мире стало привычным в неловких ситуациях, я заговорил:

— Старейшина Риния, ничего, если я поговорю с моими родителями наедине?

— Разумеется, — тепло улыбнулась Провидица.

— А я? — пискнула сестра, всё ещё держа Сильви на руках.

— Прости, Элли, — я покачал головой и первым направился в палатку.

Родители последовали за мной со слегка недоумевающими выражениями лиц.

— Разве твой мастер к нам не присоединится? — спросил мой отец, обернувшись, прежде чем закрыть вход.

— Прежде мне нужно сказать вам кое-что, — тембр моего голоса понизился, а на лице отразилась просьба не задавать лишних вопросов, когда они сели передо мной.

— Для начала, я хотел поведать вам то, что я долго и сильно хотел рассказать вам ещё с момента прибытия в этот мир.





Глава 105




Глава 105.

После моих слов повисла тишина, пока родители пытались осознать, что я только что сказал.

— Прибытия в этот мир? О чём ты, милый? Ты же родился здесь. Я… я не понимаю, — проговорила мать, потянувшись ко мне. Она крепко стиснула мои ладони, словно боялась, что я исчезну.

Отец же молча смотрел на меня, ожидая моих дальнейших слов. Глубоко вздохнув, я сжал ладонь матери и заговорил с успокаивающей улыбкой.

— Разумеется, я родился здесь, мам, я ваша с отцом родная плоть и кровь. Поверь мне, я лучше кого бы то ни было помню, когда я родился, — усмехнулся я, за что удостоился очередного недоумевающего взгляда со стороны родителей.

— Я был перенесён или же перерождён… Я не совсем уверен, что именно произошло, но меня забрали из моего мира и принесли в этот.

— П-погоди минутку, сынок… повтори-ка, что ты сказал…

— Арт, о чём ты говоришь? Другой мир? Т-ты в порядке? Тебе это твой мастер сказал? С чего ты вообще о таком заговорил? — перебила отца мать, придвинувшись ближе, чтобы осмотреть мою голову… наверное, проверяла, не ударился ли я головой.

— Нет, мам. Мой мастер об этом не знает, об этом теперь знаете лишь вы. Я даже не знаю, как назвать подобное «явление». Я пытался придумать этому название, но лучше «перерождения» мне ничего в голову не пришло, — объяснил я.

— Артур, с тобой что-то случилось, когда тебя забрали? Они тебя ранили? Подойди-ка сюда, давай-ка я попробую тебя исцелить…

— Дорогая, с нашим мальчиком всё в порядке. Артур, продолжай, — настойчиво проговорил отец, но мать не унималась.

— Нет, Рей, с нашим сыном что-то не так. Он несёт какую-то чушь о другом мире и перерождении. Арт, давай я…

— Элис! Дай ему договорить, — резко произнёс отец тем голосом, какого я у него ещё никогда не слышал, заставив и меня, и маму замереть.

И тогда я рассказал им…

Я описал мир, из которого прибыл, роль, которую в нём сыграл, и отношения, которые у меня там были, с мельчайшими подробностями, чтобы они убедились, что я это не выдумал.

Во время почти всего моего рассказа родители молчали. Отец изредка задавал вопросы, но его лицо оставалось безэмоциональным. Мать же явно была потрясена: её лицо было бледным, а руки тряслись всё сильнее по мере моего рассказа.

Я не знаю, сколько времени прошло, но, судя по тому, что в моём животе начало нарастать чувство голода, я говорил уже несколько часов.

— Король Грей… — пробормотал отец, запустив пальцы в волосы и откинувшись на спинку стула.

— Значит, сражения и твой талант к магии…

— Да, система ки в моём прежнем мире работает примерно по тем же принципам, что и мана в этом мире, — закончил я за отца. — Что касается сражений… вы сами понимаете.

— Значит, уже с тех пор, как ты родился, ты мог понимать, о чём мы говорим? Ты всё помнишь? — с глубоким вздохом спросил отец.

Я лишь кивнул в ответ.

— Хе-хе, — раздалось со стороны матери.

Мы с отцом посмотрели на неё. К нашему удивлению, мать начала смеяться. Отец обнял её одной рукой, но она лишь покосилась на нас слегка безумным взглядом.

— Я… я всё поняла. Всё это шутка, верно? Хе-хе… Ох, сын мой. Арт, тебе почти удалось нас провести, так ведь, Рей? — с улыбкой сказала она. Однако когда ни один из нас ничего не сказал в ответ, её улыбка испарилась, а взгляд стал ищущим, словно она пыталась разглядеть хоть какие-то признаки того, что она права. Когда ей это не удалось, она схватила меня за руку и с отчаянием уставилась на меня.

— Это шутка… верно? Артур Лейвин, скажи мне, что ты шутишь. Не может быть, что ты… какой-то бывший король, который умер и был перенесён в сознание нерождённого ребёнка, так? ТАК?

— Я… точно не знаю, что именно произошло, но я не шучу, — ответил я, избегая её взгляда.

— Нет… Нет, нет, нет. Этого… Нет, этого не может быть. Рей, только не говори мне, что ты веришь во всё это? Наш сын болен, должно быть, с ним что-то случилось, пока он отсутствовал — нет, с ним точно что-то произошло. Рей, скажи хоть что-нибудь! Скажи, что наш сын болен! — мать схватила отца за руку, потянув его за рукав, и по её бледному лицу покатились слёзы.

— Дорогая… — отец обнял её одной рукой за плечи и притянул её к груди. Взглянув на меня, он жестом показал, что хочет остаться с ней наедине.

Я хотел обнять маму, сказать ей, что я всё ещё её сын, но так и не смог набраться смелости ни на то, ни на другое. Открыв вход в палатку, я вышел и оставил родителей наедине, не сказав ни слова.

Старейшина Риния, Виндсом и моя сестра взглянули на меня, когда я приблизился к ним, но, увидев выражение моего лица, воздержались от вопросов. Даже моя дующаяся сестра прикусила язычок, когда я сел рядом с ней и спящей Сильви у огня.

Время медленно шло, а у меня было такое чувство, что мои мысли пытаются плыть в очень густом сиропе.

Правильно ли я сделал, что рассказал им об этом? Что они теперь обо мне подумают? Будут ли они всё ещё считать меня своим сыном или же неизбежно отдалятся от меня…

Звуки вокруг меня смешались в один неясный шум, и всё, на что я смотрел, начало расплываться. Но я тут же пришёл в себя, когда услышал шорох открывшейся палатки.

Мой отец, вышедший из палатки, казался внезапно постаревшим. Я ждал, что за ним выйдет и мать, но отец покачал головой.

— Элли, можешь посидеть с мамой в палатке? — произнёс он, одновременно помахав мне, чтобы я шёл за ним.

— Держи. Выше нос, какашка, — сестра показала мне язык, бережно передавая мне Сильви. Я невольно ощутил, как мои губы растягиваются в улыбке, когда я смотрел на неё, вприпрыжку бегущую к палатке.

Положив Сильви на голову, я последовал за отцом в тоннель, через который мы с Виндсомом пришли сюда. Я сосредоточился на эхе наших шагов, пока отец не решился, наконец, заговорить.

— Твоя мама… сейчас спит, — со вздохом сообщил он.

— Как она? — я держался в нескольких шагах от отца, наблюдая за тем, как он от нечего делать пинает камушек на ходу.

— Она была… в шоке, как минимум.

— Значит, вы мне верите?

— У тебя нет причин нам лгать, если только ты не пристрастился к ненормальным шуткам. К тому же, теперь всё встаёт на свои места: раннее пробуждение, твоя гениальность как бойца и мага… всё это теперь можно объяснить, — отозвался он.

— Ты в порядке? — я неотрывно смотрел на камешек, подпрыгивающий на неровной земле.

— Разумеется, нет! — крикнул отец, развернувшись.

— Такую новость непросто переварить, Артур. Все те семейные воспоминания, что у нас были, это всё было лишь твоей попыткой притвориться сыном, которого нам хотелось видеть? Как нам теперь вести себя с тобой? Ты фактически был когда-то старше меня, но теперь ты мой тринадцатилетний сын! — продолжил он, с отчаянием глядя на меня в поисках ответов. — А… а твоя мать… твоя мать заботилась о тебе ещё младенцем! Она ухаживала за мужчиной среднего возраста, считая, что он — её сын!

Я молча стоял, не зная, что ответить. В конце концов, всё, что он сказал, было правдой. Кулаки отца были стиснуты так сильно, что между его пальцев сочилась кровь. Выражение его лица было жутким, все эмоции ясно читались на его лице, от подрагивающих морщин на лице до нахмуренных бровей. Страх, беспокойство, раздражение и недоумение… все это присутствовало.

— П-прости, но действительно ли ты наш сын, Артур? Или же ты забрал нашего нерождённого ребёнка, который должен был стать нашим сыном, во время этого твоего перерождения, или что там с тобой произошло? — вырвалось у него. Его глаза тут же расширились, и отец прикрыл рот ладонью.

— Я… я не это имел в виду, — запнувшись, проговорил он. Глубоко вздохнув, он прошептал: — Прости, Артур… Я просто совершенно сбит с толку.

— Как я уже говорил… правда в том, что я действительно не знаю, кто или что привело меня в этот мир и зачем. Ты прав, па… Рейнольдс. Возможно, я убил плод ещё в утробе… Я не знаю, как работает «процесс», что принёс меня сюда, — спокойно сказал я, сглатывая комок в горле.

Отец поморщился, когда я назвал его Рейнольдсом, и уже собирался что-то сказать на это, но промолчал.

— Я не хотел от вас это скрывать, но теперь я невольно задаюсь вопросом, правильно ли я поступил, — пробормотал я, издав сухой смешок.

— Я так давно хотел вам это рассказать, но всё не мог решиться. Я решил, что сделаю это, перед тем как уйти.

— Уйти? Ты уходишь? — спросил мой отец.

— Да, и я думаю, что при сложившихся обстоятельствах некоторое время в разлуке пойдёт нам на пользу, — продолжил я, невольно допуская в голос отчуждение.

— …Как долго тебя не будет? — задал вопрос отец.

— Как минимум, несколько лет.

— Так долго, значит? — отозвался он, глядя в землю, и ничто в нём не просило меня остаться или запрещало уйти.

Я отвернулся, в моей груди жила боль, а голова впервые в жизни раскалывалась так сильно. Люди… какими бы могущественными мы ни были, мы всё же были такими хрупкими…

— Знаешь, у меня не осталось никаких воспоминаний о моей семье в прежнем мире. Я вырос среди тех, кто никогда не любил меня по-настоящему, моё сердце огрубело, и я отдалился от всех. Это позволило мне стать непревзойдённым бойцом, но, одновременно, превратило меня в плохого человека. С тех пор, как я прибыл в этот мир, вы двое, а затем и Элли, научили меня тому, чего я никогда не знал. Возможно, я не самый сильный боец или маг в этом мире, но теперь как личность я намного лучше, чем мог бы стать в предыдущей жизни. Простите, что я причинил вам боль. Спасибо, что сделали из меня хорошего человека… и спасибо, что любили меня, как родного сына, — проговорил я, всё ещё стоя спиной к отцу. После этого я отправился обратно к Виндсому. Идя вперёд, я слышал сдавленные всхлипы оставшегося позади отца и пытался сдержать свои собственные слёзы.

Я вернулся в главную пещеру, где Виндсом и Риния что-то обсуждали. Старейшина Риния держала что-то, завёрнутое в одеяло, и я мог поклясться, что оно шевельнулось, но я решил не обращать на это внимания. Виндсом только что убрал руки с того, что было завёрнуто в одеяло, и заметил, что я пришёл.

— Вижу, ты всё уладил. Ты готов? — сверкающие глаза Виндсома внимательно изучили меня, пока он поднимался.

— Да, идём.

— Подожди, ты что, не собираешься попрощаться со своей семьёй? — крикнула Риния, бережно положив одеяло на своё место.

— Нет нужды. Я уже разобрался со всем, с чем хотел. Оставляю их на тебя, — я коротко поклонился и уже собирался последовать за Виндсомом, когда Риния схватила меня за руку. Её глаза светились необычным светом, и я молча ждал, когда она заговорит, как вдруг она внезапно положила ладони на мои щёки.

— Артур, прошу тебя. Твоё лицо пугает меня, оно не подходит такому доброму человеку, как ты. Я только начинаю понимать тяжесть грядущих битв, что тебя поджидают, но не возвращайся к старому себе. Ты сам знаешь, что чем глубже ты упадёшь в эту яму, тем сложнее тебе будет из неё выбраться, — сказала она, и её глаза вновь стали нормальными. Легонько хлопнув по моим щекам, она развернула меня и подтолкнула к Виндсому.

— А теперь иди. Я здесь обо всём позабочусь, — с мягкой улыбкой произнесла она.

Виндсом достал предмет, похожий на диск и слишком большой, чтобы поместиться в его кармане, и бросил его на землю. Затем асура уколол свой палец и капнул кровью на этот диск. В тот же миг тот расширился, и из него вырвался столп света, достигший потолка.

Я всё ещё думал о том, что мне сказала Риния, когда я повернулся к Виндсому и спросил:

— Что-то было не так с моим выражением лица?

— Твоё выражение лица напомнило мне об Асурах Пантеон из Эфеотуса. Это раса прекрасных воинов, которая научилась подавлять свои эмоции, чтобы сражаться с большей эффективностью. Довольно полезная техника, — с одобрением кивнул Виндсом. — А теперь идём. Ты уверен, что со всем здесь разобрался? Я хочу, чтобы ты ни на что не отвлекался, когда мы прибудем в Эфеотус.

Я взглянул на пещеру в последний раз и глубоко вздохнул.

— Я готов.

Крепче обняв Сильви, я взял Виндсома за руку, и мы вошли в столп золотистого света.





Глава 106




Глава 106.

POV Рейнольдса Лейвина

Я ненавидел себя за случившееся. Часть меня желала, чтобы я сказал Артуру, что всё в порядке… что он всё ещё мой сын.

Но большая часть меня, та, что я ненавидел, желала, чтобы он никогда не рассказывал нам об этом.

С ранних лет жизни Артура я знал, что он не такой, как все. Он всегда был более собранным и взрослым для своих лет, и даже если он вёл себя в соответствии с возрастом, это казалось… наигранным. С ранних лет его действия всегда имели под собой какую-то предусмотрительность; он никогда ничего не делал без причины, цели или какого-нибудь плана.

Может поэтому я не мог перестать ломать голову над тем, почему он рассказал нам это. Разве не было бы лучше для всех, даже для него самого, сохранить это в тайне? В чём причина? Какая у него цель?

Почему мне было так трудно это принять? Может, потому что этому противилась моя гордость? Моя собственная эгоистичная гордость, что возможно, просто возможно, я произвёл на свет и вырастил гения, подобные которому появляются лишь раз в тысячу лет?

Все доказательства его слов всегда были у нас перед глазами. Его странное поведение с малых лет, его необъяснимое мастерство во владении мечом и талант мага.

Опять… Неужели я подсознательно решил игнорировать все эти знаки, чтобы поддержать моё жалкое эго? Решил просто принять тот факт, что моя плоть и кровь, мой… сын может быть таким чертовски впечатляющим парнем.

Я невольно посмеялся над тем, как мне теперь было сложно сказать «сын», такое простое ласковое слово.

Мне потребовалось немало времени, чтобы доволочь свои жалкие ноги до пещеры. Оглядевшись, я заметил лишь Старейшину Ринию у костра, которая держала что-то на руках. Я взглянул на палатку, где находились моя жена и дочь, но я почему-то не смог заставить себя зайти туда. Вместо этого я сел рядом с нашей благодетельницей.

— Ты знаешь, он ушёл, — немолодые глаза эльфийки неотрывно смотрели на свёрток из одеял, который она держала в руках.

— Я так и понял, — я вздохнул, как ребёнок, которого отчитывают.

— Я со страхом ждала дня, когда он вам об этом расскажет.

— В-вы знали, Старейшина Риния? — я оторвал взгляд от костра и повернулся к сидевшей рядом со мной эльфийке.

— Я могу видеть многое, но только этот мальчик заставил меня поломать мою старую голову, чтобы попытаться понять, что его ждёт, — она встретилась со мной взглядом, её глаза выглядели затуманенными от усталости.

— Хех, его с трудом можно назвать мальчиком, — усмехнулся я, наклонившись вперёд, и мой взгляд затерялся в языках пламени, плясавших передо мной.

— Ба! Для меня он всё ещё дитя, равно как и ты, — фыркнула Старейшина Риния в ответ. Осторожно откинувшись назад, она продолжила: — Меня всегда забавляло… какие предубеждения об уме и возрасте существуют у людей. Чем старше человек, тем больше должно быть у него или у неё мудрости, а чем человек умнее, тем логичнее он должен поступать. Соединим вместе эти две черты, и тогда выходит, что взрослый и умный человек должен быть холодным и расчётливым хитрецом… не так ли?

Заметив моё недоумевающее выражение лица, она мягко улыбнулась, осторожно опустила свёрток, который держала на руках, и наклонилась ближе ко мне.

— Я кажусь тебе холодной и расчётливой? — подмигнув, спросила меня эльфийка.

— Нет, конечно же, нет. Но… Я не понимаю, при чём тут Артур, — запинаясь, ответил я, сбитый с толку.

— Разве ты не желал, чтобы Артур вам ничего не рассказывал? Не думал, что тебе было бы лучше, если бы ты не знал, кто этот мальчик на самом деле? Могу поспорить, ты ещё размышлял, почему он вообще тебе об этом рассказал, верно?

Прежде чем я смог ей ответить, пожилая эльфийка мягко ткнула меня в грудь… прямо в то место, где находилось моё сердце.

— Сердце было и остаётся злейшим врагом мозга. Даже, скорее, для мужчин самым грозным врагом их мозга является… — взгляд Старейшины Ринии опустился ниже моего пояса. Когда я понял, на что она намекает, моим первым инстинктивным желанием было скрестить ноги, но вскоре я обнаружил, что смеюсь вместе с пожилой эльфийкой.

Старейшина Риния выпрямилась и продолжила:

— Как я и говорила, эмоция — сердце — постоянно противостоит таким вещам как обоснованность, точности, полезности… всему логичному. Это то, что ранит нас или даже убивает, но мы ничего не можем с этим поделать. Это делает нас слабее как отдельных личностей, но сильнее как часть группы.

— Значит… Артур больше руководствовался эмоциями, чем логикой, когда рассказал нам об этом?

— Ба! Откуда же мне знать, о чём он думает? — она покачала головой. — Но мне ясно другое. Я знавала мальчика с тех времён, как он был лишь младенцем в этом мире, и с тех пор прошло много времени. Большая часть ледяного кокона, которым он окружил себя, постепенно растаяла. Скорее всего, его признание было для него большим шагом, на который он пошёл ради того, чтобы вырваться из своего кокона, который раньше находил безопасным и уютным.

Старейшина Риния встала и с усилием потянулась, прежде чем передать мне свёрток из одеял, который она до того держала.

— Подержи-ка это, пока я приготовлю твоей жене поесть. Я подозреваю, что аппетит у неё будет не ахти, но ей всё же нужно заботиться о своём теле.

— Спасибо, Старейшина. Кстати, а что это? — поклонившись, задал я вопрос.

— Мастер Артура сказал мне лишь, что это подарок для семьи Лейвин.

На лице эльфийки возникла таинственная улыбка, которая заставила меня крепко задуматься, что же это может быть.

Осторожно развернув одеяла, я невольно охнул.

Это был зверь маны, точнее, его детёныш. Маленькое существо, похожее на медвежонка, было тёмно-коричневым, если не считать двух чёрных пятен над его глазами, отчего зверь казался хмурящимся, и клочка белой шерсти на его груди.

— Оооо! Какой милый! Папа, кто это? Можно я возьму его себе? — внезапное восклицание Элли заставило меня вздрогнуть, и я чуть не уронил зверя маны.

— Милая, ты меня напугала! И я не уверен, что это…

И только в этот момент зверь маны проснулся и посмотрел в глаза моей дочери.

— …хорошая мысль…

Мой голос смолк, когда глаза моей дочери и зверя начали светиться золотистым светом. И сидел, не двигаясь. Похоже, на моих глазах происходил процесс связи. У меня ещё не было фамильяра, но теперь он был и у Артура, и у Элли.

Я вздохнул про себя, с горечью принимая тот факт, что моей же дочери будет лучше, если у неё будет фамильяр, защищающий её, и образ меня, восседающего на могучем медведе в центре боя, постепенно рассеялся.

Сияние в глазах обоих погасло, и золотая эмблема отпечаталась на правой ключице моей дочери.

Похожий на медвежонка звери протянул к ней свои лапы, словно хотел, чтобы Элли взяла его на руки, и тихо заскулил.

— Хе-хе! Я назову тебя Бу, — хихикнула моя дочь, беря на руки зверя маны.

— Б-бу? — пробормотал я, представив себе свирепого взрослого зверя маны с таким милым именем.

— Ага! Потому что из-за этих чёрных пятен кажется, что он всегда сердитый! Значит, Бу! — объявила она.

— Давай поможем Бабуле, Бу! — моя дочь уже сорвалась с места, как вдруг остановилась и развернулась. — Ой, точно! Папа, мама проснулась.

Я немедленно поднялся со своего места и направился к палатке. Внутри палатка Старейшины Ринии казалась намного больше, чем снаружи. Бесшумно войдя в нашу комнату, отделённую ещё одной полой, я улыбнулся, глядя на свою сидящую жену.

— Как ты себя чувствуешь? — нежно спросил я, сев рядом.

— Сколько я спала? — простонала она, потирая виски.

— Лишь несколько часов, — я обнял её одной рукой и подтянул ближе к себе, чтобы она могла положить голову мне на плечо.

— Г-где Артур? Он… ушёл?

— Да, — я прижал её крепче к себе, когда она задрожала.

— Я ужасный человек, Рей? — всхлипнула она.

— Нет, вовсе нет. Почему ты об этом спрашиваешь?

— Я… я назвала Артура больным. Я не восприняла его всерьёз, когда он поведал нам свой секрет… Я не хотела воспринимать его слова серьёзно! — она взглянула на меня, и уголки её глаз наполнились слезами.

— Это нормально. Было бы странно, если бы кто-то без труда поверил в то, что нам рассказал Артур, — утешил я её, проводя пальцами по её волосам.

— Значит, я ужасный человек, раз сомневаюсь, что Артур — наш сын?

— …

Я хотел сказать ей «нет», но как я мог, если сам называл себя ужасным за те же мысли? Боль и печаль, которые я ощущал с той минуты, как узнал правду об Артуре, были из-за эгоистичных желаний и мечтаний, связанных с ребёнком, которого я звал своим сыном. Элис была той, что родила Артура. Она проходила через стресс, дискомфорт и боль беременности девять месяцев, прежде чем вытерпеть муки родов. Она нянчила его, кормила, заботилась о нём, когда он болел, и учила его всему в этом мире. Теперь же всё, что она знала о своём ребёнке, оказалось ложью…

Я прикусил дрожащую губу, стараясь не издать ни звука.

Я должен быть сильным…

Я должен быть тем, на кого может положиться моя жена…

— Прости, — внезапно прошептала моя жена. Её голова всё ещё была на моём плече, поэтому я не мог увидеть её выражение лица.

— Тебе не за что извиняться, дорогая. Нам… нам просто нужно время, чтобы разобраться со своими чувствами. Артур это знал, вот почему он рассказал нам об этом перед уходом.

— Как долго его не будет? — спросила она. Возможно, мне показалось, но её голос прозвучал как-то отрывисто.

— Он сказал, несколько лет, — ответил я, ожидая, что Элис удивится. Но она лишь едва заметно кивнула и пробормотала:

— Понятно.

— Элис, в чём дело? — я отстранился от жены на длину вытянутых рук, пытаясь лучше разглядеть её лицо. Её глаза были пустыми, почти безжизненными, и она старалась не смотреть мне в глаза.

— Интересно, каким был бы наш сын, если бы его не заменил Артур? — пробормотала она, глядя в землю.

— Э-элис… пожалуйста, не говори так. Не спрашивай таких вещей, — сказал я, и мой голос был почти ноющим.

— Был бы он таким же смелым и открытым, как ты? Или же осторожным и скромным, как я… — продолжила она, и по её щекам покатились слёзы.

— М-милая, не надо. Просто не надо… — слёзы покатились и по моему лицу, несмотря на все мои попытки сохранить спокойный голос. — Артур же… Артур…

— Артур что? Наш сын? — жена посмотрела мне в глаза, и я увидел, насколько сильным было её отчаяние… и какой потерянной она казалась. — Если ты не заметил, Рей, с той минуты, как мы заговорили, мы ни разу не назвали Артура нашим сыном!

Я точно помню, что открыл рот, пытаясь возразить, но так и не смог выдавить из себя ни одного аргумента, звука, или слова… я молчал.

Я глубоко вздохнул и вытер слёзы с лица моей жены, прежде чем заговорить снова:

— Как и тебе, мне очень тяжело с уверенностью назвать Артура нашим сыном. Я надеюсь, что это изменится к тому времени, как мы снова увидим его, но, Элис, это не изменит того, что мы считали его частью нашей семьи вот уже тринадцать лет. Мы смеялись, ссорились, праздновали и проливали слёзы вместе. Ведь именно это сблизило нас, не так ли? Не кровь, текущая в наших жилах, не то, кем мы были в прошлом, но то, через что мы вместе прошли?

Крепко обняв жену, я продолжил говорить:

— Помнишь, когда Артур пожертвовал своей жизнью ради тебя, когда мы были в горах на пути к Зирусу? Он ожидал, что погибнет в тот день. Ты прекрасно знаешь, что он не поступил бы так, если бы не дорожил тобой. Поэтому перестань думать о том, «что, если бы», и давай попытаемся принять то, что происходит с нами.

Я ощутил, как жена задрожала в моих руках, после чего она не выдержала и расплакалась. Теперь я вспомнил, когда ещё я видел этот пустой, безжизненный взгляд в глазах у Элис. Такой же взгляд у неё был, когда мы решили, что Артур погиб. Так она пыталась сбежать от реальности.

Мы долго сидели так, обнимая друг друга, пока наши слёзы не высохли, а всхлипы не превратились в тихое хныканье.

— Элис, ты не ужасный человек. Поверь мне, я думал вещи и похуже, чем ты. Но нам понадобится время, чтобы это принять… — мой голос умолк, и я взял лицо жены в ладони, внимательно всматриваясь в него и изучая каждую черту женщины, что я любил.

— П-прекрати так смотреть. Я сейчас выгляжу отвратительно, — проговорила она хриплым от слёз голосом.

— Ты прекрасна, — заявил я, глядя на её припухшие красные глаза и текущий нос.

Моя жена прикрыла глаза и наклонилась вперёд. Я мягко прижался своими губами к её, когда голос Элли прозвучал совсем рядом с палаткой.

— Мама! Тебе уже лучше? Давай я покажу тебе Бу!

— Тише, тише, идём, поиграешь с Бабулей. Твои родители… отдыхают, да, отдыхают! — голос Старейшины Ринии тоже прозвучал близко.

— Оооо, ну, ладно. Идём, Бу. Поиграем с Бабулей!

Мы с Элис посмотрели друг другу в глаза впервые за довольно долгое, как нам показалось, время, и она наконец улыбнулась.

— Что это ещё за «Бу», про которого говорила Элли? — спросила моя жена, приподняв бровь.

— Потом расскажу, — неуклюже подмигнул я ей опухшим глазом. Стерев ещё одну оставшуюся слезу с её лица, я продолжил то, на чём мы остановились.





Глава 107




Глава 107.

POV Артура Лейвина

Я не был уверен, чего именно мне стоит ожидать в мире, населённом существами, которые у нас считались практически богами. По какой-то причине в моём воображении великие и фантастические миры всегда состояли из золота, бриллиантов или же других драгоценных материалов.

В моём прежнем мире даже дома самых влиятельных лиц были изготовлены с упором на практическую пользу, нежели на что-то иное. В конце концов, самыми важными людьми у нас считались, в основном, воины, а наши вкусы были довольно простыми. Предметы вроде мебели, изготовленной из шкур ценных зверей, были нам не нужны, и их скупали лишь богатые торговцы и политики, чьё чувство собственного достоинства было прямо пропорционально их богатству.

Поэтому, выйдя из столпа золотистого сияния в мир асур, я застыл с широко раскрытыми глазами, едва дыша.

Моё настроение было мрачным, и я всё ещё сожалел о своём недавнем решении, но после единственного взгляда на мир, из которого прибыли Сильвия и Виндсом, я моментально забыл обо всех моих проблемах и будущих трудностях, которые мне предстоит испытать.

У меня было ощущение, будто меня перенесли на другую планету, планету, где не жители строили здания и особняки, а сама земля формировалась так, чтобы на ней можно было жить.

Замок, возвышавшийся перед нами, казалось, был построен самой землёй, поскольку не было никаких признаков того, что кто-то придал ему подобную форму. Сложные украшения и руны, которые, как мне показалось, были изготовлены из драгоценных минералов, покрывали стены замка, достаточно высокого, чтобы его можно было заметить за несколько километров. Деревья были согнуты и переплетены друг с другом в арки, образуя коридор, который вёл к входу на мост, мерцающий переливами прозрачных цветов.

Оторвать взгляд от самого замка требовало немалых усилий, от переливающегося моста — и того не легче, но я всё же смог взять себя в руки и оглядеться.

Виндсом перенёс нас на вершину горы, заросшей деревьями, которые напомнили мне о цветущих вишнях. Знакомые деревья были в полном цвету, и воздух вокруг них был заполнен лепестками, что танцевали в воздухе, постепенно опускаясь на землю. Великолепный мост, начинавшийся впереди нас, вёл к другой горе, из которой, судя по всему, и вырос замок. Очевидно, гора была довольно высокой, поскольку под мостом всё закрывали облака, из которых торчали две горных вершины, словно два острова в белом туманном океане.

— Добро пожаловать в Эфеотус, или, точнее, в замок клана Индрат, — Виндсом пошёл к замку, ступая по мосту из столь драгоценных минералов, что любой король смертного мира не пожалел бы объявить за него войну. Асура оглянулся и жестом приказал мне следовать за ним.

Я сделал глубокий вдох и пошёл за асурой, бережно опустив правую ногу на сверкающую поверхность моста. Мост был полупрозрачным, словно витражное стекло… Когда я наступил на него, меня охватил жуткий страх, что странно, поскольку я никогда не боялся высоты. Возможно, причина страха скрывалась в том, что мост, который тянулся на несколько сотен футов, не поддерживали никакие опоры.

— Клан Индрат? То есть, мы около дома семьи Сильвии? — спросил я. Я решил, что лучше довериться цветному мосту, нежели представлять, что будет, если он внезапно развалится. Вместе с Виндсомом мы держали путь в замок.

— Да. Лорд Индрат приказал мне привести к нему тебя и Леди Сильви, как только мы прибудем, — ответил асура. Мне показалось забавным то, как обычно спокойный и невозмутимый Виндсом нервно разглаживает складки на своей одежде.

— Есть какие-нибудь ещё советы перед тем, как я встречу всемогущего лорда всех лордов?

— К сожалению, даже я не знаю, чего ожидать, в конце концов, наша ситуация достаточно неординарная, — ответил он, поправляя волосы.

Вздохнув, я посмотрел на Сильви, спящую на моих руках. Я уже начал переживать из-за того, как долго она спит, и единственное, что успокаивало меня, это её ритмичное дыхание.

Двери в гигантский замок были, соответственно, ужасающе высокими. В них мог пройти не только тринадцатилетний мальчишка, но даже гигант и… ну… дракон.

— Здесь нет охранников или стражников? — спросил я, глядя на распахнутые двери.

— Разумеется, есть. Они наблюдали за нами, пока мы пересекали мост. Идём же, не будем заставлять Лорда Индрата ждать.

Когда я прошёл мост и вошёл в замок, страх ушёл, но зато я покрылся холодным потом, поняв, что меня пугала не высота моста, а то, что кто-то или что-то наблюдало за мной, пока мы его пересекали.

Внутреннее убранство замка тоже не подвело, там он был так же великолепен, как и снаружи. Потолки были излишне высокими с арками, которые выглядели так, будто были вырезаны в самой горе. Стены были украшены сложными узорами, словно рассказывающими нам историю. Но, учитывая, насколько велик был этот замок, в нём было устрашающе тихо.

— Сюда. Клан Индрат ожидает вас, — Виндсом явно нервничал, то и дело поправляя свою одежду, пока мы шли.

— Погоди, нас ожидает целый клан?

— Да, а теперь поспешим, прошу тебя, — вздохнул асура, ведя меня по довольно жуткому коридору.

По моей спине вновь побежали мурашки, но на этот раз я сразу понял причину. В конце коридора стояли две фигуры, охранявшие дверь. Я не мог понять, как точно они выглядят, поскольку их окутывал мрак теней, отбрасываемых из-за источников света в коридоре. Однако мои инстинкты уже пробудились, отчаянно пытаясь убедить меня бежать как можно дальше от этих двух затенённых фигур.

Я вспомнил о том моменте, когда я находился перед Хранителем Элдервуда, однако, по сравнению с этими стражниками, зверь маны класса S, который едва не убил меня, был лишь пушечным мясом.

Вскоре мы с Виндсомом приблизились к ним. Дойдя до двери, я смог различить черты двух стражников. Один из них был женщиной с дружелюбным выражением лица. Внешне она была почти похожа на мальчишку из-за коротко обрезанных чуть ниже ушей зелёных волос, но отчётливые выпуклости под её лёгкой кожаной бронёй говорили об обратном. Мужчина рядом с ней выглядел намного свирепее, его глаза были проницательными, а щёку пересекал неровный шрам. Единственным оружием, которое я у них заметил, был короткий кинжал, пристёгнутый к поясу у каждого из них.

— Старейшина Виндсом. Вижу, вы наконец-то привели человеческого мальчишку, — улыбнулась женщина. Стражник-мужчина же взглянул на Сильви, после чего изучающе посмотрел на меня.

— Подобает ли Принцессе находиться на руках у человеческого мальчика? — с неодобрением спросил он.

— Оставь их, Сигниз. Они связаны, — осадил его Виндсом. — Так что… ребята, вы нас пропустите или как?

Стражники переглянулись, после чего коротко кивнули Виндсому. Как только они повернулись к двери, аура, которую они излучали, значительно усилилась, став почти осязаемой. Прошло лишь несколько секунд, но по моему лицу уже прокатилось несколько капель холодного пота, а дыхание стало поверхностным и неровным.

Каждый стражник взялся за ручку двери со своей стороны и потянул на себя. Я и представить не мог, насколько она была тяжёлой, раз её с трудом открывали двое стражников. Наконец огромная дверь распахнулась с громким щелчком, и за ней оказалось помещение, которое, как я предположил, являлось Большим Залом… где на сияющем белом троне сидел мужчина, на вид не старше двадцати лет, и смотрел прямо на меня.

Виндсом тут же прошёл мимо меня в комнату и преклонил колено.

— Мой Лорд, — произнёс асура, склонив голову.

Лорд Индрат оказался совсем не таким, как я представлял его себе. Он казался спокойным, почти мягким, и его серебристо-кремовые волосы были ни слишком длинными, ни слишком короткими. Он, без сомнений, мог считаться привлекательным, но совершенно сногсшибательным его тоже нельзя было назвать. Я не мог сказать, как он был сложен, из-за его белых одежд, но он не казался особенно крепким. Его глаза, к моему облегчению, напомнили мне о Сильви, но её взгляд был сострадательным, а его — тяжёлым. Цвет глаз Лорда Индрата тоже был фиолетовыми, но даже с такого расстояния я видел, как этот цвет меняет оттенок.

Осознав, что неприлично долго смотрю на него, я последовал примеру Виндсома и тоже преклонил колено. Опустив голову, я невольно осмотрел тайком комнату. В большом зале находились фигуры всех возрастов и габаритов и глядели на меня; одни с лёгким презрением, как тот стражник, другие же с обыкновенным любопытством.

Каждый из стоявших вокруг нас с Виндсомом излучал ауру, которая заставила бы самых могущественных магов в Дикатене упасть в обморок с пеной у рта, однако от мужчины, что сидел на троне, который был охвачен белым огненным сиянием, не исходило ничего. Даже после того, как я специально попытался ощутить его присутствие, мне не удалось этого сделать. Если бы он не находился прямо перед моими глазами, мне было бы трудно поверить в его существование.

— Встаньте, — его голос был мягким и ясным, но одновременно резким, словно нож, который выглядел одновременно изящным и пугающим. Поднявшись на ноги, мы подошли к трону, я всё ещё держал Сильви на руках. Я ощущал, что взгляд каждого присутствующего обращён на меня, следя за каждым моим шагом. Мне вспомнилось, как я, будучи ещё сиротой, покупал продукты для нашего дома на ближайшем рынке. Эти взгляды были как у тех взрослых, что смотрели на меня тогда с недовольством и неприкрытым отвращением, словно я был каким-то заразным больным, которого необходимо избегать.

Секунда шла за секундой, пока мы ждали, когда мужчина на троне заговорит, но он лишь безмолвно смотрел на меня и на Сильви с выражением лица, которое я так и не смог расшифровать. Внезапно мой живот и левая рука начали болезненно гореть. Я быстро закатал рукав и раздвинул пушистые перья Сильвии, после чего заметил, что эмблема на мне ярко сияет. Я не стал задирать рубашку, но по приглушённому свечению под ней понял, что моя грудь тоже засияла.

Асура, сидевший на троне, вздохнул и неохотно кивнул, словно с неудовольствиям принял какое-то решение.

Я не сводил глаз с Лорда Индрата, который изучающее разглядывал меня, поэтому, когда я ощутил, что Сильви внезапно исчезла и появилась уже на его руках, моей реакцией было лишь неуклюжее и озадаченное изумление.

— Что за?! — выдохнул я. Я рефлексивно попытался потянуться к моему фамильяру, но Виндсом положил мне руку на плечо.

— Что. Мне не позволено подержать собственную внучку? — парировал Лорд Индрат, держа Сильви одной рукой. Подняв её на уровень глаз, Лорд Индрат внимательно рассмотрел моего спящего фамильяра со всех сторон.

— Я вижу, ты совершенно не тренировал её. Её уровни маны возмутительно низкие, и теперь она в спячке, похоже, ты переутомил её, — глаза Лорда Индрата сузились, пронзительно глядя на меня, и лишь моя гордость не дала мне сделать шаг назад.

— Мои извинения, Мой Лорд. Мне следовало тренировать Леди Сильви, пока я был в Дикатене. Если вам угодно, я могу прямо сейчас начать это делать.

К моему удивлению, Виндсом заступился за меня, вновь поклонившись мужчине с кремовыми волосами на троне.

— Не стоит. Я лично пригляжу за… Сильви, — отказался Лорд Индрат, качая головой. После его слов по большому залу прошла волна удивлённых вздохов и тихих, но взволнованных перешёптываний членов клана Индрат.

Нежно коснувшись пальцем области между глаз Сильви, Лорд Индрат произнёс что-то беззвучное одними губами. Его глаза засветились, и Сильви резко проснулась, открыв глаза, сиявшие тем же фиолетовым светом, что и у её дедушки.

— Кью? Папа? Где я?

Знакомый голос, которого я не слышал уже много дней, заполнил мой разум. Сильви явно была сбита с толку незнакомой обстановкой и тем фактом, что мужчина, которого она ещё никогда не видела, так нежно держал её.

— Мы проделали большой путь, Сильв. Как ты себя чувствуешь? — передал я её свои мысли, и на моём лице проступила улыбка.

— Хочу спать… Можно, я продолжу спать, Папа?

Я видел, что Сильви с трудом удаётся держать глаза открытыми, и она устало моргнула, прежде чем вновь их крепко закрыть.

— Лорд Индрат. Вин… Старейшина Виндсом уже объяснил, что от меня требуется, но он так и не сказал, зачем именно привёл меня сюда. Если только ради тренировок, разве какое-нибудь скрытое подземелье в Дикатене не подошло бы для этой цели больше? — спросил я, нетерпеливо ожидая, когда он вернёт мне моего фамильяра.

— Я счёл тебя необходимой фигурой, что поможет нам против Агроны и его армии. Я так понимаю, ты уже понял, что победа в грядущей войне принесёт и вам, и нам одинаковую пользу? А раз так, полезнее всего, вдобавок к Виндсому, будет иметь нескольких специалистов, которые помогут ему тренировать тебя во время твоего пребывания здесь. Воспринимай это как честь, ведь лишь наиболее талантливые представители юного поколения тренируются так, как предстоит тренироваться тебе.

— Как вы узнаете, когда начнётся война? Сколько времени у нас вообще есть?

Слишком многих вещей я не знал точно, чтобы смочь спокойно тренироваться.

— Предоставь это мне. Сосредоточься на своей тренировке, и я уведомлю Виндсома, когда тебе придёт время вернуться в твой родной мир. На этом всё, — ответил Лорд Индрат, знаком прося Виндсома увести меня.

— Подождите, а как же Сильви?

— Она останется со мной, пока её тренировка не будет завершена, — ответил мужчина как ни в чём не бывало.

— Что? Сколько времени это займёт? И я не смогу с ней видеться?

Бровь Лорда Индрата нетерпеливо дёрнулась, и он просто сделал рукой прогоняющее движение. Прежде чем я успел что-то на это сказать, Виндсом крепко сжал мою руку и потащил меня прочь из большого зала.

Когда мы прошли мимо двух охранников, я сердито стряхнул руку Виндсома.

— И в чём был смысл этой встречи? Я пришёл туда лишь затем, чтобы у меня отобрали Сильви, и клан Индрат смерил меня презрительным взглядом? Это было унизительно!

Виндсом со вздохом ответил:

— Отношения между тобой и асурами довольно необычны и могут зваться лишь как… скажем… терпимость поневоле. Одна лишь мысль, что у нас нет выбора, кроме как положиться на низшее существо, ранит нашу гордость. Не волнуйся, ни с тобой, ни с Леди Сильви не будут плохо обращаться. Как и упомянул Лорд Индрат, ты нужен нам.

— Я почти уверен, что он назвал меня «необходимой фигурой», — усмехнулся я, вновь ступив на мост, который мы ранее переходили.

Губы Виндсома сложились в едва заметную улыбку.

— Идём, хочу познакомить тебя ещё кое с кем.





Глава 108




— Нет! Я сказал, оставь ногу под углом в сорок градусов. Твой центр тяжести должен быть выровнен с твоей правой пяткой, поскольку это твоя опорная нога, понял, бродяга? – инструктор только что щёлкнул хлыстом, заставляя меня принять правильное положение, и пошёл дальше по классу.

Стиснув зубы, я молча подчинился, подправляя положение моей левой ноги, чтобы соответствовать несовершенной технике моего инструктора. Если бы я этого не сделал, то просто отдалил бы момент, когда все мы могли получить какие-то остатки ужина, чего не случится, пока все мы идеально не выполним каждую стойку и форму сегодняшнего урока.

Дни в этом «учреждении» состояли из восьмичасовой боевой подготовки, с которой у меня не всё было гладко, затем шла медитация для подпитки наших центров ки ещё часов десять. Оставшиеся шесть часов были разделены на ежедневные необходимые дела — еду, мытьё и сон. Учеников, чьи центры были развиты настолько, что они могли изучать техники ки, отделяли от остальной группы и распределяли в специализированные классы в зависимости от их умений.

Тех, кому не удалось пробудить свои центры ки, «перемещали», точнее, как я впоследствии осознал, от них «избавлялись». Я же до изнеможения следовал тренировочной схеме моего инструктора все восемь выделенных часов. Из времени, отведённого на медитацию, я спал оставшиеся два часа, помедитировав перед этим восемь часов, и использовал время, которое нам было дано на сон, чтобы забыть всю ту ерунду, которую инструкторы называли «боевым искусством», оттачивая мои собственные техники.

Единственной полезной информацией, которой научили нас инструкторы, были жизненно важные точки на человеческом теле: слабые места, в которые надо было целиться, чтобы убить наверняка. Их техники были жестоким и бессмысленным способом нанести урон по этим точкам, не обращая внимания на то, как может отреагировать противник. Они учили нас тому, что, правильно выполняя каждый шаг, можно добраться до врага и заставить его ощутить боль. Как я и говорил… бессмысленно.

Я скрывал тот факт, что мой центр ки был достаточно развит, чтобы изучать техники ки, как можно дольше, поскольку я знал, что как только меня переведут в класс выше уровнем, у меня будет ещё меньше времени, чтобы тренироваться самостоятельно. Тогда мне повезло, признаю, поскольку я нашёл книгу техники ки, помогающей скрыть своё присутствие. Я поглощал слова в этой книге, словно свежую воду в голой пустыне. Руководство по технике было низкоуровневым, но я отточил её до такой степени, что она предоставляла мне возможность прокрасться в закрытую библиотеку, где были книги по всем техникам ки.

Если подумать, наверное, я был не таким уж и высоким в моей прошлой жизни, поскольку спал лишь восемь-десять часов в неделю и много времени тратил на чтение и изучение техник. Я знал, что пытаться изучить все техники будет бесполезным занятием, поэтому я сократил их количество, изучая лишь те искусства ки, которые были для меня самыми полезными в долгосрочной перспективе.

Я осознал: хоть библиотека была защищена, её не слишком сурово охраняли, потому что даже если бы ученик смог пройти в неё, он бы не смог самостоятельно понять, как изучить эти техники. Точно так же, как и руководство, которое я нашёл случайно, остальные книги были заполнены терминами и профессионализмами, которые всё равно не мог знать ни сирота, ни даже обычный подросток.

Выходит, единственное, что я мог там раскритиковать, это грубые рисунки, обозначавшие необходимые шаги в изучении и использовании искусства ки.

Тогда я этого не понял, но, вспоминая об этом теперь, я осознаю, что во мне было очень просто распознать гения. Лишь изучая картинки, нарисованные мужчиной (назовём его Джо), демонстрирующие шаги познания искусства ки, я смог уловить, как ки должен циркулировать в моём теле, чтобы я смог правильно выполнить технику.

Первое искусство ки, которое я изучил, проникнув в библиотеку, была усиленная работа ступней, которую я практиковал до такой степени, что почти стёр свои пятки до кости. Техника была похожа на последовательность движений в танце, но как только мне удалось ввести правильный поток ки в соответствующие части тела в нужный момент, я смог уворачиваться, перемещаться, подкрадываться со спины, в общем, телепортировать в определённом радиусе.

Я до сих пор помню, как использовал именно эту технику ки, которую я отточил и довёл практически до совершенства, чтобы победить того инструктора, который столько раз прошёлся хлыстом по моей спине без какой-либо явной причины, кроме как ради желания удовлетворить свои садистские наклонности.

Я до сих пор отчётливо помню выражение его лица, когда я приставил мой деревянный меч к его потной шее. Его расширившиеся, ошарашенные глаза бегали, а его рот был разинут в попытке связать слова и сформировать ничтожное и удобное оправдание, которое позволит ему сохранить лицо.

Даже когда я ещё только становился Королём, техника ступней, которую я отточил и сделал своей собственной, дала мне прозвища вроде Неприкосновенный, Бог Скорости, Мираж и т.д.

Однако по прибытии в этот мир подобные умения мне почти не понадобились, когда моё ядро маны немного улучшилось. Я практически никогда не оказывался в ситуациях, в которых мне пришлось бы использовать такие движения, на которые я раньше так полагался; было куда проще создать стену, чтобы остановить любые пущенные в меня снаряды. Поскольку маны у меня было в изобилии и всё такое, мне никогда не нужно было регулировать и контролировать объём маны.

~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ Настоящее время ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~

Удивительно, насколько хорошо способен человеческий мозг вспоминать моменты из прошлого. Все воспоминания, которые человек желает забыть, каким-то образом укореняются в гиппокампусе ещё глубже.

Кажущаяся древней память о детстве в моём бывшем мире внезапно пробудилась, жизнь пронеслась перед моими глазами, и в то же мгновение обычный лоу-кик моего противника сломал обе мои ноги одновременно. Когда я свалился на землю, я не смог увернуться от очередного резкого удара, который вывихнул моё правое плечо. Я был абсолютно беззащитен, глядя то на мужчину, который истощил меня до такой степени, то на мою растерзанную левую руку, которую он держал в своей руке.

Виндсом сказал мне, что боль, которую я ощущаю в этом месте, значительно подавляется. Если это действительно так, то насколько мучительнее были бы эти раны, если бы всё это случилось по-настоящему?

Тот, кто был ответственен за мои смертельные раны, подошёл ко мне, на его лице отображались смешанные чувства. Он коротко кивнул мне и щёлкнул пальцами.

— Достаточно, — произнёс он, и мир вокруг потемнел. Я вновь очнулся, все мои конечности были целыми и на своём законном месте.

Я тут же упал на четвереньки и изверг из себя остатки последней трапезы, тяжело дыша. Моя рвота тут же исчезла в небольшом сапфировом пруду, в котором я медитировал. Я не был уверен, мокрый ли я из-за магической жидкости, которой я был окружён, или же дело было в грязи и обильном потоотделении из-за стресса.

— Нет, дайте мне продолжить, — выдавил я между прерывистыми вдохами.

— У человеческого мальчика изумительная сила воли. Сколько времени прошло, Виндсом? — спокойно спросил тот же глубокий и ровный голос, принадлежавший тому, кто сломал большую часть из двухсот шести костей в моём теле.

— Снаружи прошло примерно пять минут, — кратко сказал Виндсом.

— Значит, у нас там прошёл примерно час, — ответил худощавый человек с выбритой головой тоном, не подразумевающим ни разочарования, ни гордости — просто как само собой разумеющееся. Я слушал разговор двух асур с усталым любопытством, вытирая рвоту со своих губ.

— Ещё, — отчаянно потребовал я, вновь сев в медитативную позу, которой меня научил Виндсом, в центре священного бассейна.

Асура с бритой головой одобрительно кивнул и сел ко мне лицом в ту же позу, что и я, после чего переглянулся с Виндсомом и сигналом приказал ему начинать.

В очередной раз сияющая жидкость сапфирового цвета поднялась вокруг нас, накрывая меня и асуру. Вскоре меня охватило жгучее ощущение, поглощавшее меня последние несколько десятков раз, когда мы это делали, перед глазами вновь всё потемнело, и я с волнением дожидался, когда мы появимся в аду, которым являлся центр мысленных тренировок, где меня только что расчленили.

Мало-помалу я мысленно вернулся на несколько часов назад до этого, когда мы только покинули замок клана Индрат.

Расстройство было бы самым мягким словом, которым я мог описать моё состояние, когда Лорд Индрат решил, что я не готов видеться или даже общаться с моим собственным фамильяром, пока остаюсь здесь. Он ясно дал мне понять, что моё присутствие будет препятствовать прогрессу восстановления и тренировки Сильви.

Было очень странно быть полностью разлучённым с Сильви. Обычно, даже если мой фамильяр спал, я всё ещё ощущал её присутствие. То, что её вновь так внезапно отобрали у меня, совсем как тогда в подземелье Склеп Вдовы, заставило меня ощутить пустоту, будто у меня оторвали конечность.

— Идём, хочу познакомить тебя ещё кое с кем, — асура замолчал, после чего продолжил: — Вернее, пока только с одним из них.

После того, как мы пересекли мост, Виндсом практически ничего не сказал о местонахождении тренировочной площадки и молчал почти всю дорогу, пока мы спускались по крутому склону горы. Пока мы шли вниз, атмосфера радикально менялась. Цвета пропали, и нас окружил тоскливый пейзаж, состоявший из серых камней и гнилых деревьев. Море облаков, которое раньше было так далеко внизу, сейчас было прямо над нами, отчего казалось, что туманный слой между небесами и этим местом — это чистилище.

Должно быть, мы специально спускались по самой крутой части горы, поскольку большую часть времени мы сходили вертикально вниз. Виндсом туманно объяснил о том, что искусства маны для спуска вниз были запрещены: что-то, связанное с традициями и доказательством того, что ты достоин. Из-за этой традиции путешествие, которое заняло бы у нас минуты, растянулось до нескольких часов.

— Мы пришли, — сказал Виндсом, не проявляя никаких признаков слабости в этой зоне повышенного давления и низкой плотности воздуха. Он пристально взглянул на мёртвый корень, который торчал из щели между двумя камнями.

— Мы будем здесь тренироваться? — пробормотал я между вдохами и выдохами, глядя на никому не нужный корень, с которого не сводил взгляда Виндсом.

— Держись за мою руку, — ответил он, проигнорировав мой вопрос и потянувшись ко мне.

Как только я ухватился за его руку, он потянул меня к себе, качнув в сторону торчащего корня. Не успел я даже завопить от неожиданности, как вид вокруг нас изменился, и я оказался в какой-то маленькой пещере, в которой я теперь и находился.

Виндсом вскоре возник прямо за мной и повёл меня вперёд, направляясь к светящемуся бассейну, на который я без стеснения уставился.

— Приятно вновь увидеть тебя, Кордри, — неожиданно поздоровался непонятно с кем Виндсом.

— Мне тоже приятно видеть тебя, Старейшина Виндсом. А ты, должно быть, человек, Артур Лейвин, верно?

Лишь в этот момент фигура, которой, я мог поклясться, там не было, внезапно возникла прямо перед нами. Это был тот самый бритый и худощавый асура, который сидел напротив меня всю тренировку.

Этот человек выглядел совершенно ничем не примечательным. Он напомнил мне о монахах: людях, которые оставили мирские проблемы. Вот только он был облачён не в монашеские одежды, но в лёгкую обтягивающую тунику. Единственной выдающейся чертой в нём было четыре карих глаза, но даже этот факт не казался уже таким необычным. Все четыре его глаза излучали спокойную мудрость, отличавшуюся от слегка пугающего взгляда Лорда Индрата.

— Да, приятно познакомиться, — ответил я, быстро восстановив самообладание.

— Артур, это мой близкий друг, Кордри. Он из клана Тайстес расы Пантеонов, как и Альдир, с которым ты познакомился в парящем замке в Дикатене, — представил мужчину Виндсом. Он уже рассказывал мне о восьми расах асур и о Великих Кланах. Раса Пантеонов являлась единственной расой асур, которая изучала то, что я бы мог назвать искусством маны силового типа.

Раса Василисков, та самая, частью которой являлся клан Вритра, была единственной расой, способной использовать искусство маны разрушительного типа. Оставшиеся шесть рас асур, включая Расу Драконов, к которой принадлежали Лорд Индрат, Сильвия и Виндсом, занимались различными искусствами маны созидательного типа.

Хоть раса Драконов опасалась искусства эфирной маны, которое было довольно необычным и таинственным, оно всё ещё считалось искусством созидательного типа. Разумеется, условия разграничения асурами искусств маны на созидательные, нейтральные и разрушительные отличались от расы к расе, но я просто стандартизировал их для собственного удобства.

У нас не было времени пройтись по особым качествам каждой расы, поскольку мы тогда прибыли в дом Старейшины Ринии, но у меня было чувство, что мне предстоит об этом узнать.

— Лорд Индрат действительно подарил тебе эфирную сферу? — ровный голос Кордри заставил меня очнуться от размышлений, и я увидел, что он взволнованно смотрит на Виндсома.

— Да, вот она, — Виндсом извлёк шарообразный предмет размером с его ладонь, показывая его Кордри.

— Лорд Индрат воистину тратит много средств на этого человека, — вздохнул его друг, любуясь сферой.

Виндсом оглянулся, встречаясь со мной взглядом, в котором явно читалось «я же тебе говорил», после чего он вновь от меня отвернулся.

— Артур, подойди сюда и присядь рядом с нами. Я объясню тебе, как мы начнём твою тренировку, — Кордри поманил меня рукой и сел.

— Виндсом подумал и решил, что тебе будет лучше начать тренировку со мной, а не с ним, по нескольким причинам. В первую очередь, твои тело и ядро маны ещё недостаточно сильны, чтобы выдержать тренировку, которой занимаются даже юные асуры. Если бы у нас не было необходимых ресурсов, тебе бы понадобилось как минимум несколько десятилетий, чтобы физически познать всё, чему мы будем учить тебя, — асура по имени Кордри взглянул на шар в руке Виндсома, после чего продолжил: — К счастью, у нас есть эфирная сфера.

— Зачем именно нужна эта эфирная сфера?

Я знал, что он ожидал этот вопрос.

— Артур, может, ты этого и не знаешь, но раса Драконов считается у асур расой, наиболее приближенной к богам. Да, к настоящим богам. Причиной этому является наша способность управлять эфиром. Эфир — это субстанция, которая протекает по всей вселенной. Как ты и сам знаешь, получив волю Леди Сильвии, эфир содержит силу, способную управлять временем и пространством, что точно продемонстрировал тебе недавно Лорд Индрат. Большинство возможностей использования эфира неизвестны даже клану Индрат, но есть один артефакт, который находился у нашего клана с самого основания, и это эфирная сфера. Эфирная сфера — сокровище, что позволило нашему клану получить представление о том, какую силу содержит эфир. Одним из примеров является его способность отделять тело от души, — Виндсом с уважением разглядывал сферу, нежно держа её.

— Кроме этого, сфера содержит силу управления временем. С этими двумя способностями, которые нам даёт эфирная сфера, эффективность твоей тренировки будет такой, какой невозможно было бы достичь в ином случае. Поскольку у кланов Тайстес и Индрат близкие отношения, Лорд Индрат позволил нам временно воспользоваться способностями этого сокровища, — закончил Кордри за Виндсома.

— Помнишь, как я говорил тебе о том, что Лорд Индрас вложил много ресурсов в то, чтобы мы подготовили тебя к предстоящим битвам? Помимо сферы, Лорд Индрат позволил нам использовать эту особую тренировочную площадку. Напитанная эфиром жидкость в этом пруду поможет ускорить твою тренировку и исцелить раны, которые ты получишь в процессе. Кордри — талантливый и многоуважаемый учитель в клане Тайстес. Он будет отвечать за начальную часть твоей тренировки, — Виндсом коротко кивнул Кордри, и они оба поднялись на ноги.

— Так что мы будем делать сначала? — спросил я почти застенчиво.

Ответ Виндсома прозвучал почти коварно:

— Ты будешь сражаться с Кордри в духовной форме и умирать… Снова и снова.





Глава 109




Глава 109.

— Доверься своему телу, Артур. Пока ты способен на это, твоё тело будет единственным, что тебя не предаст.

Слова Кордри тихо зазвучали в моих ушах, когда пронзительная боль заставила мои глаза распахнуться, и, посмотрев вниз, я увидел, как рука асуры выходит из моей груди без единого пятна крови.

— Чёрт.

Стоило слову сорваться с моего языка, как меня вновь охватило до боли знакомое чувство вытягивания прочь из духовного измерения.

Как только я вновь очнулся в пещере, мои руки рванулись к груди, щупая то место, где должна была остаться дыра.

Я упал на спину в мелкий пруд.

— Сколько на этот раз, Виндсом?

— Две минуты, — ответил он. — Артур, чем чаще тебя выбрасывает из духовного измерения, тем больше ты тратишь времени на тренировку. Даже если час тут равен примерно двенадцати минутам там, этого будет недостаточно, если ты будешь выходить оттуда каждые несколько минут.

— Я не виноват, вини своего друга, который убивает меня каждые несколько этих минут, — простонал я.

Было невозможно привыкнуть постоянно умирать. Даже несмотря на то, что моё физическое тело не получало урона, стресса, вызванного травмами в моём воображении, хватило бы, чтобы заставить даже бывалого бойца свихнуться.

Я не совсем понимал, на что надеялись двое асур, заставляя подростка проходить через такие кошмарные тренировки.

— Я делаю лишь то, что ты способен выдержать, — ответил Кордри, словно читая мои мысли. — Мальчик, однако, вынослив. И мне становится любопытно, почему. Даже юные асуры, которые умирают далеко не так часто, как ты, едва справляются с таким стрессом.

Если вы спросите меня, то, скорее всего, причиной этому был факт, что мою психическую выносливость составляли две мои объединённые жизни, но, даже несмотря на это, тренировка начинала сказываться на моём состоянии.

Виндсом понимающе кивнул.

— Даже я начал переживать, что Артура столько раз выкинуло из духовного измерения из-за смертей.

— Что ж, нам пора продолжать тренировку. Ты готов, Кордри? — я потянулся в последний раз и снова сел.

Он кивнул, довольно усмехнувшись.

— Я всегда готов, малец.

— Помни, Артур, пока ты тренируешься в духовном измерении, твоё физическое тело будет, ко всему прочему, улучшать твоё ядро маны. Чем дольше ты сможешь продержаться в духовном измерении, тем быстрее пойдёт твоё развитие. Не перетрудись; мы тренируемся ещё только неделю. У нас всё ещё есть время, но от этого не будет проку, если ты возьмёшься за то, что тебе не по зубам, — предупредил Виндсом и активировал Эфирную Сферу.

Мы с Кордри вновь оказались на заросшем травой поле, которое простиралось далеко за горизонт. Прошло восемь день с тех пор, как началась эта пыт… тренировка. Раз один час снаружи равнялся двенадцати минутам здесь, значит, двадцать четыре часа снаружи — это двадцать дней в этом измерении. Даже если считать время, потраченное в физическом измерении на еду, сон и отдых после многочисленных смертей, я провёл более нескольких месяцев на этом поле с невозмутимым и терпеливым монахом Кордри.

— Я вижу, что ты хорошо разбираешься в физических видах боя, Артур, но ты стал чрезмерно полагаться на использование искусств маны, или на то, что вы, низшие расы, зовёте магией. Осмелюсь предположить, ты больше привычен к коротким схваткам и дуэлям. Правильно сохранение и распределение маны никогда не было для тебя приоритетом, я прав? — предположил Кордри.

— Более или менее. Мне лишь тринадцать, ты помнишь? — невинно возразил я.

— Разумеется, — асура пожал плечами, но его взгляд ясно давал понять, что он ни капельки мне не поверил. — Ты всего лишь человек, и это значит, что ты связан различными ограничениями. Тебе ещё очень далеко до этапа белого ядра, а уж тем более до этапа слияния. Поэтому моя задача — помочь тебе с тренировкой твоего тела. В конце концов, чем меньше маны ты потратишь на свою защиту, тем больше ты сможешь потратить её на другие нужды. А теперь начнём, я достаточно времени потратил на болтовню.

— Есть, сэр, — ответил я, встав в защитную стойку. Фигура Кордри исчезла и вновь появилась на расстоянии вытянутой руки от меня.

Когда я впервые прибыл в духовное измерение для тренировки, меня убило первой же атакой, и я не сумел даже среагировать. Даже когда я не был убит, я резко приходит в себя в физическом измерении от малейшего удара, потому что моя душа не привыкла к таким ранам. Во второй, третий, четвёртый раз, и так далее, до двадцать восьмого, меня вышвыривало из духовного измерения после первой же атаки. Но на двадцать девятый раз мне едва удалось увернуться… ну… ровно настолько, чтобы продержаться до второго удара. Пребывание и тренировка в духовном измерении были трудными, и это мягко сказано. Лишь поумирав несколько недель в духовном измерении, я смог продержаться там достаточно долго, чтобы это можно было назвать тренировкой.

За ударом Кордри слева в шею последовал удар правым локтем в грудь. Лишь когда мы сражались, я вспоминал, насколько асура был ужасающим бойцом. Его смирение исчезло, и передо мной стоял холодный и беспощадный воин, способный убить меня более ста раз за несколько секунд.

Конечности Кордри двигались так быстро, что их почти не было видно. Единственной причиной, по которой я мог уворачиваться от атак, была одинаковая схема атак асуры. Разумеется, он делал это специально; мужчина открыто демонстрировал мне хореографию своих ударов, ни разу не изменив её с самого начала наших тренировок. То, что я едва мог увернуться от атаки, которую ждал, было отвратительно, но разница в наших силах была слишком велика.

От моего лица и тела во все стороны разлетались бисеринки пота, пока я с трудом пытался поспевать за атаками Кордри. Секунды всё медленнее сливались в минуты, и моё чувство времени притуплялось. Моё отчаяние становилось заметным, поскольку, чем дольше мы сражались, тем больше ошибок я совершал. С начала тренировки я не нанёс ему ещё ни одного удара. Я потратил месяцы, сражаясь с Кордри, но все мои удары встречали лишь воздух.

— Отлично! Ты держишься дольше, чем обычно. Не расслабляйся, Артур. Сохраняй спокойствие и поджидай удобный момент, — крикнул асура, не переставая атаковать меня и легко уходить от всех моих жалких попыток его задеть.

В этот момент я совершил грубую ошибку. Последовательность атак Кордри была стратегически составлена так, что если я не уйду от одной лишь на волосок, то от другой мне уже не уклониться.

Хоть я и смог увернуться от закрученного удара локтем, моё движение вышло слишком неуклюжим. Меня тут же настиг удар ногой, которого я не смог избежать, поскольку отклонился слишком далеко, избегая предыдущего удара.

Я выбрал расстаться с моей левой ступнёй в ответ на атаку, зная, то не смогу уйти от неё полностью. Как и ожидалось, разрушительный удар раздробил мою левую лодыжку, но я продолжил уворачиваться.

Даже зная, что происходящее в этом месте — иллюзия, я не хотел умирать.

— Неуклюже вышло, но ты быстро выправился. Не отчаивайся и сохраняй спокойствие, — повторил Кордри, выполняя следующую атаку.

Даже со сломанной лодыжкой я каким-то образом смог уйти от большинства сдержанных атак асуры, как вдруг он сделал то, чего раньше никогда не делал.

Я ожидал удара коленом в живот, как он обычно делал после прямого удара, но вместо этого он сместился и сделал удар ногой с разворота.

Я не смог увернуться от его левой ноги, но я сумел избежать мгновенной смерти. Вместо шеи его нога попала в мою челюсть.

Мир завертелся вокруг меня, и я ощутил, что моё тело подскакивает, словно плоский камушек по поверхности озера, прежде чем болезненно свалиться в заросли очень высокой травы.

Я не мог говорить, поскольку нижняя часть моего лица была полностью изуродована, и мне понадобились все мои мысленные усилия, чтобы подавить мучительную боль, но это не помешало мне беззлобно показать средний палец моему наставнику.

Ухмыльнувшись в ответ, он помог мне встать.

— Тебе удалось не умереть, — сказал он, явно впечатлённый. — Отдохни, пока твоя душа не исцелится.

Даже пока он говорил это, я уже ощущал, как моё тело, точнее, моё душевное состояние, восстанавливается. Кусочки моих раздробленных костей соединялись, а разорванные мышцы, сухожилия и связки срастались обратно. Люди, которые не испытывали подобного ощущения, могут решить, что оно приятное или успокаивающее, но, на деле, оно было таким же болезненным, как само получение раны, если не сильнее.

Я продолжал говорить себе, что испытание подобных мучений в будущем мне пригодится, надеясь, что это поможет мне пережить эту пытку каждый раз, когда мы тренировались, но я уже был на грани срыва.

Прошло чуть больше недели, но, из-за временного искажения в этом мире, для меня прошли месяцы. Мои успехи как мага всегда были непревзойдёнными, поэтому во время тренировки, в которой моим самым большим достижением было оставаться в живых больше, чем пять минут, против того, кто намеренно сдерживался, я не мог не чувствовать раздражения и нетерпения.

— Нам нужно сделать небольшой перерыв в боевой подготовке.

Внезапное заявление Кордри сбило меня с толку. Зная, что он специализировался в рукопашном бою, я не был уверен, чему он ещё может научить меня.

— Что ты имеешь в виду? Я учусь недостаточно быстро?

— Нет, не в этом дело. На самом деле, твоя способность к усвоению и обучению пугающе велика, особенно вкупе с твоим упрямством. Неудивительно, что твой потенциал как мага выше, чем у кого-либо. Однако из-за своего упрямства ты можешь сломаться, если мы продолжим в том же темпе, — ответил мой тренер, присев.

— Сломаться? Я думал, измерение внутри Эфирной Сферы не позволит мне умереть? И потом, раз моя душа так быстро восстанавливается, со мной всё будет хорошо, если ты не убьёшь меня мгновенно, я прав?

Четырёхглазый асура поднял глаза и строго посмотрел на меня.

— Я говорю не о вреде для твоего тела, Артур. Я имел в виду травму здесь, — сказал он, коснувшись своей головы.

— То есть, психическую?

Похоже, из-за того же самое упрямства, о котором Кордри только что говорил, или же из-за гордости, которая делала меня слепым, я не мог заставить себя согласиться с ним.

— Артур. Ты постоянно умираешь, ежедневно тренируясь здесь со мной. Более того, смерть для тебя перестала быть конечной точкой, но превратилась в предвестника уровня боли, который даже асуры находят пугающим, — Кордри поднялся с земли, продолжая объяснять: — Даже если это не повреждает твоего тела, подобная травма будет препятствовать тебе на пути становления воином, которого я хочу из тебя сделать. С таким уровнем боли, о котором мы говорим, твоё тело инстинктивно попытается спасти себя, вне зависимости от того, хочешь ты этого или нет. Если боли будет достаточное количество, она превратится в твой самый надёжный меч и щит.

Я обдумал слова моего тренера какое-то время и понял, что он хочет сказать. Однако я считал себя исключением, поскольку прожил две жизни. Можете назвать меня высокомерным, но мне казалось, что я могу это выдержать.

— Честное слово, Кордри, я в порядке, нам не нужно…

Я даже не успел понять, что произошло. Вот только что мы говорили, но уже в следующий миг чувство ужаса захлестнуло меня как цунами. В следующий миг я осознал, что нахожусь в нескольких метрах от асуры с Балладой Дракона, моим мечом, который я крепко сжимал в руках. Я сосредоточился на Кордри, но асура просто стоял с цветком в руке.

Он ничего не сказал… да и не нужно было.

Как только я ослабил внимание, фигура Кордри мелькнула и исчезла, и тут же без единого следа присутствия или намерения жгучая боль заставила меня посмотреть вниз.

Рука моего наставника в очередной раз пронзила насквозь мою грудь. Пытаясь отстраниться, я упал.

Асура вытащил из меня руку и опустился на колени, чтобы оказаться на одном уровне со мной. Мягко улыбнувшись, он продолжил:

— Даже боги могут не знать, какую жизнь ты вёл на самом деле, но именно из-за опыта твоего прошлого всё это происходит с тобой. Ты слишком сильно доверяешь своим инстинктам, Артур, и, хоть это полезный инструмент, нельзя всецело полагаться лишь на них. Маленькими шагами, Артур. Тебе многому предстоит научиться, но и разучиться тоже.

Когда он взъерошил мои волосы, я вновь вспомнил время, когда я учился в институте в своей прошлой жизни, будучи сиротой; времена, когда мне приходилось учиться с помощью обрывков информации и инструментов, которые мне удавалось набрать. Я осознал, что впервые за две жизни у меня наконец-то появился настоящий наставник. Наставник, который был достаточно мудр и силён, что с ним я мог, несмотря на моё уникальное прошлое и чудовищный потенциал, быть учеником, жаждущим знаний.

— Понимаешь, Артур? — спросил Кордри, поднявшись и протянув мне руку.

— Ещё бы, — я ухватился за его руку и поднялся на ноги. Моё тело всё ещё дрожало по неизвестной мне причине: то ли от смертельной раны в моей груди, то ли от возбуждения из-за мыслей о будущих перспективах или же от ожиданий результатов обучения опытными наставниками; у меня было чувство, что от всех трёх причин сразу…





Глава 110




Глава 110.

Он просто монстр… настоящий хищник.

Это было единственным, что пришло мне на ум, когда он снял кандалы, которые до того надел на себя ради моей безопасности; когда он применил это ошеломляющее давление.

Парализующий страх медленно растёкся по моему телу, словно смертельный змеиный яд. Я крепче стиснул вспотевшими ладонями рукоять моего меча. По мягким травинкам прошла рябь, и они лениво закачались из-за того, что мои ступни дрожали. Мышцы моих ног то и дело дёргались, сопротивляясь желанию развернуться и убежать прочь. Прикусив нижнюю губу, я ощутил солёный вкус крови, наполнивший рот. Подняв клинок, я приблизился к сгущающейся ауре, излучаемой моим учителем.

Пот жёг мои лазурные глаза не хуже огня, но я не смел моргнуть. Мозг медленно и болезненно посылал сигналы к моим ступням, заставляя их двигаться осторожной, но твёрдой походкой в сторону самого воплощения страха.

— Я иду, Артур. Приготовься! — прозвучал чёткий голос в облаке грозного воздуха.

Я заставил свои стиснутые челюсти расслабиться и, несмотря на нехватку воздуха, испустил варварский рык, чтобы высвободить хоть немного ледяного страха, стискивающего мои внутренности.

— К чёрту всё!

Бирюзовый клинок в моих руках онемел, пока я приближался к Кордри, словно даже моему мечу было страшно. Но я продолжал идти, и каждый шаг был трудным, словно я шёл по непросохшему цементу.

Наконец приблизившись на расстояние атаки, я рубанул сверху вниз, надеясь закончить всё одним ударом. Разумеется, у меня ничего не вышло. Кордри парировал мой удар Баллады Рассвета так, будто это была световая палочка, тоже прочертив в воздухе дугу своим клинком. Мой меч уже был готов задеть землю, но я воспользовался импульсом, чтобы закрутиться, надеясь попасть круговым ударом по коленям Кордри.

Ещё одна неудачная попытка.

Короткий меч Кордри легко заблокировал мой, остановив его на волоске от ноги асуры. Выбив Балладу Рассвета, мой учитель тут же попытался ударить меня ногой в лицо. Я услышал резкий свист воздуха и смог вовремя увернуться, подобрав свой меч и взмахнув им.

Кордри отвернулся, и мой меч безвредно просвистел у его уха.

— Твои движения улучшаются, даже несмотря на мою подавляющую ауру, — похвалил меня инструктор. Я знал, что он просто делает мне комплимент, но из-за того, что он умудрялся беззаботно говорить, при этом уходя от удара, эти слова вышли раздражающе самодовольными.

Дышать становилось всё труднее, и я осознал, что я почти на пределе. Ещё один отчаянный взмах в сторону Кордри был последним, что мне удалось сделать, прежде чем Рассветная Баллада упала на землю, когда мои руки уже не могли больше удерживать её. Я упал на колени, когда ноги перестали мне подчиняться, судорожно задыхаясь в оковах этой адской ауры.

— Неплохо, — достиг моих ушей голос Кордри, и давление исчезло. Моё тело, пользуясь отсутствием удушливой ауры, давившей на меня, жадно втягивало воздух.

Снаружи прошёл месяц, и это значило, что здесь прошёл примерно год. Год бесконечной, мучительной тренировки, чередовавшейся с краткими лекциями Кордри, которые были моим единственным шансом на передышку.

За прошедший снаружи месяц я ни разу не контактировал с Сильви. Количество раз, когда я умирал, и меня выбрасывало из духовного измерения, значительно сократилось. Жидкость, окружавшая моё и Кордри тела, погружала нас в псевдокоматозное состояние, даже снабжая нас питательными веществами, которые нужны были для поддержания нашего здоровья.

Последний раз, когда мы покидали духовное измерение, был четыре месяца назад, то есть, снаружи прошло чуть менее двух недель.

Кордри не давал мне скучать, но даже несмотря на это я не мог не тосковать по своей семье и друзьям. Мне казалось, что я столького не успел сделать, что теперь, вспоминая об этом, испытывал сожаление. Элию забрали чёрт знает куда, и я даже не знал точно, жив ли он вообще. Ещё я не знал, очнулась ли Тессия, и, вдобавок ко всему этому, я оставил семью после такого разговора…

Я знал, что сейчас лучше всего будет тренироваться, но совесть глодала меня каждый раз, стоило мне задуматься. Мне не становилось легче от того, что после года, который я здесь провёл, единственное, чем я мог похвастаться, было умение выдержать убийственное намерение Кордри, или, как он его называл, «Силу Короля», ровно настолько, чтобы успеть обменяться с ним несколькими ударами, после чего упасть на землю, как дохлая рыба.

— Сколь… сколько… я продержался? — перевернувшись на спину, выдохнул я, когда мне, наконец, удалось сформировать слова.

— У тебя есть прогресс, — ответил он, избегая ответа на мой вопрос.

Я сел, повернувшись к нему лицом и всё ещё пытаясь восстановить дыхание:

— Не слишком долго, верно?

— Не зацикливайся на секундах. Мы не стремимся к определённому отрезку времени, понял? — сурово произнёс он, и это было, скорее, утверждение, нежели вопрос.

— Теперь давай заново, но в этот раз без оружия.

— Заново? — я вздохнул, подобрав мой верный клинок и убирая его в ножны.

Кордри бросил свой клинок в траву, прежде чем пояснить:

— Я знаю, что ты предпочитаешь сражение на мечах, и, должен сказать, твой меч, Баллада Рассвета, хороший товарищ, но для мага рукопашный поединок остаётся наиболее разнообразным и гибким видом боя. Если, конечно, у тебя есть терпение ему учиться.

— Как только я выжму максимальный потенциал из твоего человеческого тела, моя роль как твоего учителя будет завершена. Во имя грядущей войны я сформирую твои кости, разовью твои мышцы и расширю твой разум до предела, чтобы ты стал рыцарем, защищающим свой континент и дорогих тебе людей, — продолжил Кордри, слегка отодвинувшись от меня. — Ты явно уже тренировался в ближнем бою куда больше, чем обычный мальчишка. Однако, как я и сказал, твой боевой стиль больше подходит для дуэльного сражения один на один.

Я согласно кивнул. В моей прежней жизни большинство моих сражений проходило в форме дуэлей, которые были там обычным делом. Войны вспыхивали редко, и даже если это случалось, Короли не принимали в них прямого участия. В конце концов, наши жизни слишком ценны, чтобы рисковать ими.

— Поскольку асурам не позволено участвовать в этой войне, их потомки, полукровки, будут их самой могущественной силой. Твоей основной обязанностью в предстоящей войне будет разобраться с этими псами, которых клан Вритра отправит в качестве генералов или в особых группах. Ты невероятно силён, Артур, но они тоже, к тому же, не думай, что они выстроятся в очередь, чтобы сражаться с тобой поочерёдно. Будь готов к тому, что окажешься в ситуации, когда тебя окружат враги, в чьих жилах течёт кровь асур, — заявил Кордри, спокойно бродя вокруг меня, убрав руки за спину. — Разумеется, в отличие от теперешнего положения, у тебя не будет ограничений по использованию маны, поэтому ты сможешь свободно устроить настоящий хаос. Но тебе придётся подумать о том, что поблизости могут быть солдаты, которые находятся на твоей стороне, или даже мирные жители. Что ты тогда предпримешь? Если дело дойдёт до этого, рукопашный бой вперемешку с точным и правильным использованием маны будет наиболее эффективным и надёжным способом расправы с врагом. В особенности если они куда сильнее, чем маги, с которыми ты знаком.

— Я понимаю.

Я принял боевую стойку, расслабив левую руку, а правую сжав в кулак у линии челюсти.

— Первый урок, который я тебе преподал, это умение остаться в живых. А именно, ты должен был понять, как сражаться на большой скорости, одновременно пытаясь уйти от типичного набора атак. Я не стану говорить тебе, насколько я сдерживался во время боя, но я уже могу сказать, что твоя ловкость улучшилась до уровня, который я считаю приемлемым. Твоим следующим уроком стало сражение в условиях значительного давления. Бой с вмешательством моей Силы Короля, или, как ты зовёшь это, убийственного намерения, значительно упрочило твою выносливость за последние месяцы. В обоих аспектах ещё есть что улучшать, но, пока что, пришло время перейти к третьей части… — голос Кордри оборвался, когда он остановился прямо передо мной.

— Твоё поле зрения слишком узкое, слишком сосредоточенное, — вновь зазвучали слова Кордри в моих ушах, и он оказался прямо за спиной, а его фигура, в которую я сосредоточенно вглядывался, испарилась.

Поняв, что это было остаточное изображение, я резко обернулся, но опоздал. Чистый удар по моей спине отправил меня в полёт, и я проехался на животе, набрав полный рот травы. Это был один из тех нелепых моментов, когда я не мог не восхищаться тем, насколько реальным выглядит духовное измерение. Пучки травы и грязь в моём рту ощущались именно такими, какими я ожидал их ощутить.

Я поднялся и застонал, растягивая спину.

— Я думал, нам нельзя пользоваться маной, — проговорил я, сплёвывая траву.

— Я не пользовался маной. Не забывай, моя физиология принципиально отличается от твоей. Я сдерживаюсь, но то, что я естественно быстрее, проворнее и сильнее тебя, неизменно. А теперь вперёд, — приказал он, поманив меня к себе.

Я тут же рывком оказался рядом с ним на расстоянии для атаки, заставив всех профессиональных бегунов на короткое расстояние нервно курить в сторонке. Я ощущал, что механика моего тела определённо улучшилась благодаря тренировкам с Кордри. Моя нога, находившаяся сзади, повернулась, когда я развернул бёдра, чтобы создать как можно более сильный импульс для удара. Выбросив правый кулак, я ощутил, что все мои мышцы, сухожилия, связки и кости работают в гармонии, словно я — хорошо смазанная машина. Даже не полагаясь на ману, я смог вложить в удар достаточно силы, чтобы удивить Кордри.

Он увернулся в последнюю секунду, и я заметил, что уголки губ асуры чуть приподнялись, когда он внезапно подсел, пропуская над собой мою правую руку. Всё, что я ощутил, это лёгкий рывок моей ноги и мягкий толчок в бёдра, но, внезапно, моё лицо оказалось наполовину погружено в землю.

Никогда ещё меня не швыряли на землю так быстро, так неизбежно и так болезненно одновременно. Пока я кашлял, поскольку от удара у меня перехватило дыхание, Кордри держал руку на моей шее так, будто она была остриём меча. Я стиснул свои рёбра в страхе, что они сломаются, слыша голос своего наставника:

— Должен сказать. Это был очень хороший удар, Артур. Как думаешь, сколько сил ты потратил, раз атаковал с такой мощью? Думаешь, ты бы смог делать это два дня, три дня подряд? Способен ли ты атаковать так целыми часами, без перерыва, и с небольшой поддержкой твоего тела, дающего тебе эту энергию?

Кордри опустился на колени, оценивая урон, нанесённый моему телу.

— Как ты думаешь, сколько энергии я потратил, швырнув тебя? Я скажу тебе, именно потому, что твой удар был так силён, мне пришлось потратить так мало энергии.

Стиснув зубы, чтобы выдержать боль, я прыжком оказался на ногах и занял боевую позицию.

— Энергичный сегодня, значит? Отлично, — заметил он, вновь поманив меня к себе.

Вняв его жесту, я приблизился к нему и занял такое положение, словно вновь хотел атаковать его тем же ударом, что и раньше. Но этот удар был блефом, и я подпрыгнул, целясь коленом ему в челюсть.

И вновь движения Кордри были совсем иными, нежели раньше. Я уже привык обмениваться ударами с асурой, но на этот раз Кордри левой рукой мягко изменил траекторию моего колена, одновременно рывком оказавшись справа от меня. Быстрым и плавным движением мой наставник схватил меня за воротник моей рубашки за головой и резко бросил меня вперёд, ткнув головой в землю.

На мгновение мир вокруг меня потемнел, и, когда я очнулся, в ушах у меня жутко звенело. Я осторожно потянулся и потёр шею, удивлённый, что она не переломилась пополам от этого броска.

Может, дело было в ударе головой, но я внезапно вспомнил, как называется такой вид боевого искусства. Айки… до, точно, что-то похожее на айкидо. Это был древний вид боевого искусства, который был утерян, поскольку все отвернулись от традиционных боевых искусств, когда в мире стали широко использоваться современные виды сражения. После того, как я стал королём в предыдущем мире, у меня появился доступ к бесчисленным архивам, связанным с боевыми искусствами и искусством дуэли. Я мельком просмотрел книгу об искусстве бросков, но не слишком заинтересовался ею, обратив внимание разве что на важность использования импульса своего противника. Разумеется, я часто применял это знание, но почти ничего не выучил о бросках; тогда это казалось мне слишком малоэффективным.

— Мы уже говорили о правильном сохранении и распределении маны во время длительных боёв, верно? Само собой разумеется, что это относится и к твоему телу. Неважно, сколько маны течёт внутри тебя, она не может действовать как батарейка, питающая тебя. Мана, подобно мечу, инструмент контроля и применения. Твоё тело — это центральная часть, которая собирает все инструменты вместе для создания истинного воина. Ты уже исцелился, верно? Вперёд, — скомандовал Кордри.

Не сказав ни слова, я поднялся на ноги и снова бросился на моего наставника.

— Твоё тело обладает способностью стать любым видом оружия, — пояснил асура, заняв боевую позицию. — Например, твой кулак может стать молотком или дубиной, достаточно сильной, чтобы ломать стены, — сказал он, применив простой удар.

Увернувшись от него, я опустил центр тяжести и выбросил кулак, метя ему в солнечное сплетение.

Кордри ловко и плавно повернулся, обхватив своей рукой мою руку, которой я его только что атаковал, и коротким движением запястья перенаправил её.

— Он может стать хлыстом, который блокирует и отклоняет атаки противника. Твои руки могут быть клинками, твои ноги — топорами, всё зависит от тебя, — сказал Кордри, развернувшись и положив ладонь мне на спину. — А ещё можно превратиться в пушку, способную разнести твоих врагов на куски. Защищайся с помощью маны, Артур. Я разрешаю.

Я плотно обернул своё тело завесой маны, уделяя особенное внимание месту, куда Кордри положил ладонь.

Оглушительный взрыв сломленного звукозащитного барьера почти отвлёк меня от боли, которая распространилась по моему телу, когда я пронёсся по воздуху подобно пуле. Было невозможно сосчитать, сколько у меня было сломано костей, сколько органов отказало, когда всё перед моими глазами потемнело, и я ощутил, как моё тело втянуло обратно в физическое измерение.

Открыв глаза, я вновь оказался в знакомой пещере, пропитанный таинственной жидкостью, потом и, возможно, собственными слезами. Волна тошноты внезапно настигла меня, будто Кордри только что пробил дыру в моей грудине, и я склонился вперёд, извергая всё, что оставалось в моём желудке.

— Ух… — простонал я, пытаясь собраться. Кордри всё ещё стоял напротив, глядя на меня с чем-то, похожим на сочувствие, но тут же перевёл свой взгляд на кого-то позади меня.

— А, ты здесь, — проговорил он, поднимаясь.

Обернувшись, я мимолётно взглянул на Виндсома и сосредоточился на фигуре того, кого я видел впервые. Мальчик, ростом в пять футов и на вид не старше семи лет, шагнул к нам и уважительно мне поклонился. Его голова была налысо выбрита, как и у Кордри, но у него было только два глаза орехового цвета. Он был худощав, но не болезненно, и у него было хорошо очерченное тело, которое не подходило его детскому лицу.

— Простите за опоздание, Мастер, — сказал мальчик, подняв голову и склонив её, осматривая меня. Я заметил, как он бегло оглядел меня, после чего снова посмотрел мне в глаза, и в его взгляде читалась надменность.

Сердиться на ребёнка, который был младше моей сестры, было ниже меня, поэтому я лишь приподнял бровь и повернулся к Кордри.

— Кто этот мальчик? — спросил я ненавязчиво.

— Артур, я хочу познакомить тебя с Таци… твоим новым партнёром по тренировкам.





Глава 111




— Партнёр по тренировкам? — переспросил мальчишка, прежде чем я успел хоть что-то сказать. — Мастер, вы же говорили, что у меня наконец будет шанс потренироваться с вами индивидуально…

— Таци, ты будешь тренироваться, сражаясь с Артуром, а теперь идём сюда и начнём тренировку, — Кордри поманил к себе явно недовольного мальчика.

— Мастер, какой мне прок тренироваться с этим… низшим существом? — проворчал он, раздражённо взглянув на меня.

Мне показалось странным, как этот мальчик высокомерно жалуется с дикцией и построением предложения, совсем не подходящими его детскому облику и неразвитому тенору.

— Артур, — с нажимом начал Кордри, — прошёл со мной особую тренировку. Сражение с ним поможет твоему развитию. К тому же, тебе выпала редкая честь воспользоваться Эфирной Сферой, а ты ещё смеешь жаловаться?

— Н-нет, я бы никогда не поставил под сомнение ваших приказов, Мастер. Ваш ученик просто считает ниже достоинства Мастера тратить время на обычного человека, когда в клане Тайстес есть так много учеников, ожидающих вашего внимания, — уточнил Таци, вновь поклонившись.

Я не хотел опускаться до его уровня и обижаться на мальчишку, но должен был признать, что он умел выводить людей из себя.

Покорно вздохнув, Кордри продолжил:

— Таци, ты — один из моих самых талантливых учеников, но твоё высокомерие будет тебе помехой. Виндсом, ты сможешь использовать Эфирную Сферу для ещё одного участника? — асура повернулся к Виндсому, который сидел на другой стороне бассейна, держа в руках сферу.

— Три участника проблемы не сделают, — кивнул в ответ Виндсом и покачал головой, глядя на мальчишку.

Оставив при себе свои незрелые мысли, я вернулся в медитативную позу в бассейне. Мальчик тоже прыгнул в него, игнорируя меня, и сел так, чтобы мы образовывали треугольник. Мы вновь оказались на том же травяном поле, на котором тренировались с самого начала.

— Артур. Раса Пантеон отличается от других, поскольку они используют то, что ты называешь «маной силового типа». Таци же обучался особым искусствам клана Тайстес. Как я уже показывал тебе несколько раз, наше боевое искусство состоит из быстрых и точных атак вкупе с бросками, которые пользуются преимуществами импульса и центра тяжести. Полагаясь на наше ощущение того, как противник распределяет свой вес и импульс, мы выстраиваем атаки так, чтобы полностью воспользоваться преимуществами этих сил. Таким образом, мы прилагаем совсем небольшие усилия, чтобы уйти от атак противника и сохранить силы для собственных атак, — пояснил мой наставник.

Таци стоял рядом с Кордри, скрестив руки на груди и не сводя с меня презрительного взгляда.

— Во время обучения даже нашим ученикам запрещено использовать ману, пока они не смогут правильно выполнять основы наших техник. Я не хочу хвастаться, но наш клан славится смертоносностью нашего боевого искусства. Глядя на мастера этого искусства, можно ощутить, что стиль его сражения одновременно яростный и плавный, как несущий смерть циклон. Я показал тебе лишь незначительную часть, Артур, но я хочу, чтобы ты потренировался с Таци, — продолжал говорить Кордри. Он перевёл взгляд на мальчика. — Таци, можешь сражаться с Артуром в полную силу; здесь можно не волноваться об опасных ранах или смерти.

Я не удержался и закатил глаза, когда Таци с неприкрытой радостью усмехнулся в ответ на эти слова. Но его самодовольное выражение лица тут же испарилось, когда мастер заговорил вновь:

— Артур, тебе нельзя использовать ману. Я пока не стану применять к тебе никакого давления, но будь готов, что я сделаю это. Ещё тебе нельзя никак его атаковать, только блокировать и отклонять удары. Единственное, что ты можешь использовать для атаки, это броски.

— М-мастер? Разве в этом есть смысл? — запнувшись, спросил ошарашенный Таци. — Разве не лучше будет наложить ограничения на меня, а не на человека? Вы хотите сказать, что без них он сможет меня победить?

— Таци, я начинаю уставать от твоего жалкого нытья. Ты сомневаешься во мне? — взгляд Кордри стал пронзительным. В его лице не было ни капли жалости, что заставило Таци немедленно замолчать и яростно замотать головой.

У меня ещё не бывало шанса ощутить это чувство… чувство удовлетворения от победы над дерзким ребёнком, чей родитель внезапно встаёт на мою сторону.

— А теперь начнём.

POV Кордри

Сказать, что я был удивлён, значит, солгать; нет, более верным словом стало бы «ошеломлён». Я предчувствовал, что всё этим закончится, но не столь же быстро. Артур Лейвин… воистину таинственная личность.

Таци, несмотря на свой семилетний возраст, демонстрировал необыкновенный талант с самого начала. Он выучил основы нашего боевого искусства вчетверо быстрее, чем остальные ребята в его классе. Его распределение маны всё ещё было небрежным, но оно улучшалось с такой скоростью, что старейшины клана не могли им не восхищаться. Он должен был стать звездой следующего поколения. Но даже со всеми наложенными ограничениями Артур всё ещё держался, нет, более того, он постепенно начинал приноравливаться.

Лишь за несколько дней в духовном измерении Артур стал догонять Таци. Этот юноша, не изучивший ещё истинного боевого искусства клана Тайстес, поглощал знания, словно изголодавшийся зверь, и присваивал их себе.

Несмотря на скорость и силу атак Таци, Артур мог противостоять ему. После каждого удара, пинка, атаки мечом и броска, которые испытывал Артур, его шаги, перемещения, движения… становились всё быстрее и чётче, словно его тело инстинктивно отбрасывало ненужные движения. Его прогресс был так быстр, что его мог заметить даже тот, кто совершенно не был знаком с тренировками боевого искусства. Как это возможно? Какое прошлое у него было? Со сколькими людьми он сразился, чтобы заработать такой уровень восприятия?

За все годы, пока я был воином и наставником, мне ещё не доводилось испытывать подобного чувства. Я обучил боевому искусству сотни учеников, от молода до велика. Я воспитал учеников, которые впоследствии стали ведущими лицами клана Тайстес, но теперь, обучая этого мальчишку, Артура, я столкнулся с ощущением, которого ранее ещё не испытывал.

Непрерывно обучая его, я поймал себя на чувствах волнения, восхищения и гордости, эмоциях, которые я ещё никогда не ощущал даже по отношению к себе. Я словно добыл никому не известный, но очень ценный камень. Артур всё ещё был грубым и необработанным минералом, но с каждым сеансом полировки он сиял всё ярче и ярче. Пока нельзя было сказать, каким будет конечный результат, но именно желание узнать его делало эту ситуацию такой волнующей и одновременно печальной. Есть ли у него шанс полностью развить свой потенциал? Или его время закончится раньше?

Будь он рождён асурой, он стал бы выдающимся членом высших эшелонов власти. Однако боги дали ему лишь роль пешки, которую будут использовать, пока она не станет ненужной.

Какая жалость.

POV Артура Лейвина

Вот же надменный сопляк. Если бы не ограничения, я бы залил траву твоей кровью и слезами.

Последние несколько дней были наполнены разочарованием и обидой на себя, что я ничего не могу с ним сделать. Таци, явно раздражённый тем, что мастер так низко его оценивает, и одновременно относящийся ко мне с врождённой снисходительностью, швырял меня как тряпичную куклу и поглощал столько ударов, сколько моё терпение просто не могло выдержать.

Несмотря на то, что его атаки не были такими же плавными и точно рассчитанными, как у Кордри, усиленные маной атаки и движения были чуть быстрее, чем я привык.

Я едва не расстался с жизнью после первой же атаки, но смог увернуться лишь потому, что его тело выдало его следующий шаг. Благодаря опыту, набранному во время сражений и дуэлей в моём прошлом, я мог в какой-то мере предсказать, что сделает противник, основываясь на его положении и движении. Этот навык был чуть менее полезен в борьбе с Таци, который оказался довольно многообещающим противником, но, несмотря на познания в боевом искусстве своего клана, мальчику всё ещё недоставало боевого опыта.

В отличие от сражения с Кордри, который не давал ни шанса на атаку, благодаря своим едва заметным движениям, Таци буквально телеграфировал свои следующие атаки. Увороты, однако, были совершенно иной проблемой. Он открывался на своих атаках, но они всё же были уровнем повыше, чем у тех, с кем я сражался раньше. Если бы не превосходство в опыте, которым я обладал, меня бы уже давно вышвырнуло из духовного измерения. Его сила и скорость натиска могли заставить любого искателя приключений класса S скрючиться, демонстрируя полное поражение.

Мощь его ударов заставляла воздух вокруг него свистеть, и каждый раз, когда я блокировал его удары, мои руки пульсировали от боли.

Цокнув языком, я перестал обращать внимание на боль и продолжал упорствовать. Просто быстрым быть недостаточно. Я должен быть быстрее него. Чтобы сделать это, нужно уменьшить количество своих движений. Единственный способ, благодаря которому я смогу успешно увернуться, не прибегая к мане, было сократить количество своих манёвров до абсолютно необходимых. Если я этого не сделаю, то вскоре буду побеждён.

— Тебе лучше вернуться к себе подобным, а не тратить время моего Мастера, — выругался Таци, вновь применяя шквал ударов. Как и я, он явно хотел ударить меня, а не просто швырнуть на землю.

Я не мог позволить себе такой роскоши, как ответ на его реплику, поэтому я лишь стиснул зубы и сосредоточился ещё больше.

Быстрее.

— Мои мать и отец рассказывали, насколько слабы существа, живущие там, судя по всему, это правда. Я не понимаю, зачем нам, асурам, поручили эту ужасную работу — приглядывать за вами, парни, — прорычал он, повернувшись и выполняя удар вверх коленом.

Я ощутил в ухе острую боль, едва сумев увернуться от основной атаки, просто повернув шею.

Быстрее.

Я не знал, сколько времени прошло; с Кордри я привык сражаться часами, но этот бой казался мне куда более долгим. Таци продолжал неустанно нападать, и моё тело вскоре покрылось порезами и синяками.

Этого недостаточно, быстрее.

Мальчишка-асура явно начал раздражаться, раз стал прибегать и к броскам. Я увидел, как его ладонь со скрюченными пальцами потянулась ко мне, чтобы схватить за слабое место. К тому времени я начал привыкать к его движениям, поэтому уходить от атак мне стало легче. Его удары, которые ранее едва различимо проходили мимо меня, стали очевидными.

— Если бы не клан Вритра и не их омерзительные полукровки, мой мастер не застрял бы тут, обучая тебя в надежде, что такой пёс, как ты, сможет научиться сражаться как асура, — ядовито выплюнул сопляк, раздражаясь ещё больше.

Ещё быстрее.

Пот начал щипать мне глаза, мешая видеть. Из-за наших шагов и движений во все стороны летели травинки и куски грязи.

Быстрее, чёрт возьми!

Моё тело уже протестовало против такой нагрузки, и я ощущал отупение. Становилось всё труднее сохранять чёткость движений из-за слабости в теле. Каждый раз, когда я уворачивался, моё тело дёргалось от боли.

Что я должен был делать? Я не привык сражаться так долго, и атаки такого уровня начинали изматывать меня быстрее, чем прежде.

Если я замедлюсь, то мне придётся ощутить на себе всю тяжесть детской ярости Таци, а я не был уверен, что смогу так долго продержаться.

Мои мысли путались в попытках найти ответ. Думай, Артур. На чём всегда делал акцент Кордри? Сохранение и правильное распределение маны и энергии. Стиль сражения Таци был не таким лаконичным, как у Кордри, но, поскольку он усиливал своё тело маной, он уставал не так быстро, как я.

Плавность.

Да, плавность. Артур, ну ты и тупица. Кордри уже дал тебе ответ. Сражайся плавно, но яростно. Как циклон.

Даже чётко представляя в голове идею, было страшно привести её в действие, ведь одна ошибка легко могла привести к смерти. Пусть всего лишь в духовном измерении, но это всё равно было страшно.

Таци тоже начал проявлять признаки усталости, его надменное лицо стало напряжённым. Но его бесконечные атаки не замедлились, он продолжал свой шквал ударов и захватов.

Не просто уворачивайся. Делай большее. Подгадывай удобный момент для атаки. Следи за его движениями и двигайся синхронно с ними, а не против них.

На моей щеке появился ещё один порез от атаки Таци, когда мне не удалось выполнить движение, которое я хорошо продумал в голове.

Недостаточно быстро, Артур.

Его боковой удар ногой попал мне точно по рёбрам, заставив меня потерять баланс.

Я прикусил губу, чтобы не скорчиться от боли. Я знал, что у меня наверняка несколько сломанных рёбер, а значит, один-два органа точно проткнуты.

Быстрее.

Не иди против его движений. Сохраняй энергию. Двигайся плавно.

Воспользовавшись тем, что ему, наконец, удалось нанести сильный удар, Таци тут же продолжил его прямым ударом с правой, усилив кулак фиолетовой аурой.

— Скажи «спокойной ночи», — прозвучал ехидный голос мальчишки.

Мой мозг кричал мне, чтобы я уклонился, прикрыл жизненно важные участки тела, избежал этого удара. Но если бы я просто ушёл от него, то не смог бы избежать следующей атаки.

Я проигнорировал свои инстинкты, воспользовавшись импульсом после последнего удара ногой Таци, и закрутился против часовой стрелки, когда в меня полетел его кулак. В то же время я поднял правую руку так, чтобы она встретилась с его кулаком.

Если бы я прогадал со временем или скоростью моего манёвра хоть на долю секунды, мне бы уже снесло голову, но я отбросил эти мысли и сосредоточился.

Время словно замедлилось, когда я схватил правой рукой его правое запястье. Я тут же опустил центр тяжести и дёрнул его руку через своё плечо, продолжая крутиться. Я смог ощутить силу удара Таци, когда его ноги беспомощно оторвались от земли.

Использовав мощь его же собственного удара, я перенаправил его атаку и швырнул мальчишку на землю.

То, что от моего броска образовался кратер размером с дом, стало для меня неожиданностью. В центре кратера лежал Таци, растянувшийся на земле, булькающий кровью и с закатившимися глазами.

Я упал на колени, пытаясь восстановить дыхание. До меня дошло, что сломанные рёбра проткнули одно из моих лёгких. Обычно я не одобрял издевательства над теми, кто был младше меня, но, глядя на жалкое состояние этого сопляка, я удовлетворённо ухмыльнулся.

— Спокойной ночи.





Глава 112




Глава 112.

Он замахнулся слишком сильно: не уворачивайся, Артур, просто подсядь и встречно атакуй.

Её удар ногой вышел слишком высоким, она потеряла равновесие: воспользуйся этим.

Левый хук нанесён преждевременно. Отклони голову назад на дюйм.

Этот удар довольно медленный, я могу его перехватить. Парируй, схвати за запястье и выверни.

Берегись подсечки, но не прыгай. За ней идёт следующая атака, рассчитанная на то, что ты так сделаешь. Переместись к атакующей ноге так, чтобы она нанесла как можно меньше урона.

Он атакует со спины. Не трать время, чтобы оглянуться: следи за его тенью.

Один удар ногой направляется к лицу, другой — к рёбрам. Их атаки становятся более согласованными.

Мне нужно присесть, чтобы уйти от удара, направленного в голову, и заблокировать тот, что нацелился на мои рёбра. Воспользуйся силой пинка, чтобы тебя отбросило от невыгодного местоположения.

— Время! — прогремел голос Кордри, заставив всех нас замереть.

— Чёрт!

— Почти!

— Мы бы достали его, если бы вы дали нам хоть ещё одну минутку, Мастер!

Из всех четверых лишь Таци ничего не сказал, лишь недовольно цокнул языком, прежде чем отойти.

— Достаточно! Вы сражаетесь против него вчетвером и всё ещё смеете жаловаться после того, как не смогли ни разу нанести Артуру хороший удар? Придётся вам всем заново учить основы! — с упрёком произнёс четырёхглазый асура. Повернувшись ко мне, он признательно улыбнулся.

— Как себя чувствуешь, Артур?

Улыбнувшись в ответ и выбросив из головы жгучую боль в запястье, оставшуюся от последнего удара, я ответил:

— Лучше не бывает.

В мире снаружи прошло примерно четыре месяца, то есть, благодаря Эфирной Сфере, я провёл в духовном измерении почти четыре года. В то время как моё тело физиологически повзрослело лишь на год, я тренировался под руководством Кордри чуть больше трёх лет.

Эти три года я только и делал, что закалял моё тело, оттачивал мои рефлексы и резкость для боя. Недавно прошёл мой четырнадцатый день рождения, и было заметно, насколько я стал сильнее с тех пор, как мои способности в бою были ничем не лучше, чем у младенца, только выучившегося ходить.

Кордри, помимо этого, помогал мне с очисткой моей маны, которая могла пригодиться в бою, но ничему новому он меня не научил. Я решил не спрашивать, были ли причиной тому физиологические различия между людьми и асурами, или же ему просто не хотелось или не было позволено обучать искусствам маны клана Тайстес постороннего. Я просто доверял Кордри и впитывал все знания, которые он мне давал.

Вплоть до этого дня я не был уверен, в чём именно заключаются искусства маны клана Тайстес, но мне это было не важно. Я был благодарен уже за то, что добрался до такого уровня рукопашного боя.

Когда духовное измерение, в котором мы тренировались, потемнело, я открыл глаза и увидел знакомую пещеру, в которой я, физически, был весь прошедший год.

— Ещё раз спасибо за тренировку, ребята, — я встал и с уважением поклонился четырём детям из клана Тайстес.

Примерно через год тренировок в духовном измерении сражения с Таци стали исчерпывать себя, поэтому Кордри приводил мне всё больше партнёров для тренировок, пока я не оказался против Таци и ещё троих детей из расы Пантеон.

Разумеется, все четверо не находились в духовном измерении постоянно, как я. Именно благодаря этой «нечестной», как они сами постоянно выражались, детали, я вскоре смог их догнать.

Все четверо, включая Таци, в свободное от тренировок время держались от меня подальше, то и дело демонстрируя своё недовольство тем, что им приходится помогать низшему существу тренироваться; и то, что я становился сильнее их, помогало в этом отношении ещё меньше. Разумеется, им было запрещено использовать свои способности на максимум. Кордри ясно дал нам понять, чтобы мы использовали ману лишь для усиления тела — все остальные приёмы с ней рассматривались как нечестная игра.

— Мастер Кордри. Спасибо вам, что тренировали меня всё это время, — после того, как мы оба вышли из голубой жидкости, я повернулся к асуре и почтительно поклонился.

— Ммм, для меня это было удовольствием, — ответил бритоголовый асура.

Как следует потянувшись, я повернулся к Виндсому.

— Какой будет наша следующая тренировка? — спросил я, мысленно пытаясь засечь Сильви. За последний год я не мог ощущать своего фамильяра, а уж тем более контактировать с ней. У меня вошло в привычку искать следы её присутствия каждый раз, когда меня выкидывало из духовного измерения, но каждая моя попытка оканчивалась ничем.

— Что? А, мы вскоре приступим к ней, — Виндсом смотрел на меня таким же проницательным взглядом, что и Кордри, и это сбивало меня с толку.

Я приподнял бровь, переводя взгляд с одного асуры на другого.

— Всё в порядке?

— В порядке, но… — ответил Кордри, склонив голову и осматривая меня, словно картину в абстрактном стиле.

— Просто ты совсем не изменился, — закончил за него Виндсом.

Моё сердце сильно заколотилось от его слов. Как это не изменился?! Сначала я решил, что речь о моём ядре маны, но дело было не в этом. Моё ядро маны недавно изменило свой цвет с раннего уровня светло-жёлтого до последних уровней. То есть, я прошёл более одной стадии, начав с прочной жёлтой стадии с тех пор, как я начал тренироваться здесь. Виндсом тоже время от времени приходил в духовное измерение, чтобы понаблюдать за прогрессом моих тренировок, поэтому он тоже должен был хорошо знать, на каком я теперь уровне.

— Артур, несмотря на то, что тренировки при помощи Эфирной Сферы могут быть чрезвычайно полезными, их строго запрещено использовать с детьми и даже с молодыми людьми. Ты же догадываешься, почему, верно? Временна́я разница между двумя измерениями может вызвать психологический сдвиг в личности, которая ещё не до конца сформировалась психически, — пояснил Виндсом.

— Поначалу я был абсолютно против использования эфирной сферы в таких целях, — признался Кордри. — Даже Лорд Индрат с неохотой позволил тебе тренироваться, используя Эфирную Сферу, опасаясь последствий. Однако из-за нехватки времени перед войной у нас не было выбора.

— Вот почему я был слегка удивлён тем, что в тебе не произошло никаких изменений, Артур. Твоя речь, твоё поведение, твоё мышление — всё это совершенно не отличается от того, что у тебя было до начала тренировок, — начал объяснять Виндсом. — По сути, прошло четыре года с тех пор, как ты вошёл в духовное измерение, но ни в то время, когда тебя оттуда выкидывало, ни теперь ты не проявлял никаких изменений, которые были бы у нормального ребёнка.

Я на мгновение задумался об этом. Теперь мне стало ясно, почему Кордри не позволял Таци и другим детям из клана Тайстес долго оставаться в духовном измерении. Единственной причиной, по которой я избежал этого явления, была моя психика взрослого, которой я обладал с моего рождения в этом мире.

— Виндсом, ты сам сказал, что я не похож на других детей. Я почти всю свою жизнь был психологически впереди своих сверстников до такой степени, что мне пришлось привыкнуть приспосабливаться к людям моего возраста, чтобы социально адаптироваться, — наконец ответил я.

— Что ж, нам это неважно. На самом деле, даже лучше, что эта тренировка не вызвала никаких нежелательных последствий, — Виндсом, поначалу выглядевший задумчивым, расслабился и вздохнул. — Кордри, спасибо, что потратил столько своего времени и энергии на тренировку с Артуром. Любой другой, даже среди асур, не сравнится с тобой в мастерстве рукопашного боя, — добавил он, повернувшись к Кордри.

— Не стоит благодарности. Артуру нужно хорошо тренироваться, если он хочет получить шанс в борьбе против тех псов, — Кордри положил руку мне на плечо и стиснул его. — Помни, что магов в Алакрии обучали и направляли асуры. Искусство маны на этом континенте на поколения опережает Дикатен. Поэтому не слишком зазнавайся, что тренировался в таком режиме. Меня глубоко огорчает то, что у нас связаны руки, но если мы не хотим войны, которая уничтожил земли, на которых мы живём, придётся нам позволить сражаться тебе и тебе подобным, — обычно равнодушное лицо Кордри исказила гримаса прискорбия.

Попрощавшись, Кордри и четверо его учеников ушли первыми, оставив нас с Виндсомом в пещере, в которой теперь повисла неестественная тишина.

Усевшись на холодный пол пещеры и лениво потягиваясь, я то и дело поглядывал на Виндсома, невольно пытаясь угадать, о чём думает асура, так пристально меня рассматривая.

Пытаясь прервать почти осязаемую тишину, я спросил Виндсома о том, что давно меня мучило:

— Так что, ты что-нибудь слышал о Сильви? С ней всё в порядке?

— С Леди Сильви всё будет в порядке. Никто не посмеет плохо обращаться с прямой родственницей Лорда Индрата, кроме самого Лорда, — небрежно ответил он, несмотря на то, что последняя часть сказанных им слов заставил меня заволноваться.

Решив не продолжать эту тему, я просто кивнул и продолжил разминаться. Поскольку я не пользовался моим физическим телом, пока был в духовном измерении, оно задеревенело. Масса мышц не уменьшилась благодаря таинственной жидкости, в которой я находился, но я заметил, что мои волосы стали гораздо длиннее, чем раньше.

Я всё ещё не знал всех возможностей Эфирной Сферы, но шанса потренироваться с её помощью, скорее всего, у меня уже больше никогда не будет, поэтому мне стоило бы использовать этот шанс по максимуму.

— Держи. Я только что получил это от гонца Лорда Индрата. Похоже, Альдир написал о том, что происходит на твоём континенте в данный момент. Я подумал, что тебе это может быть интересно, — ровным голосом произнёс Виндсом, передав мне несколько кусков пергамента, густо исписанных безукоризненным почерком.

Я впервые за это время получил какую-то информацию из Дикатена. Прошло четыре месяца с тех пор, как я начал мою тренировку, и чем больше времени проходило, тем больше я беспокоился о благополучии тех, кого оставил.

Не началась ли уже война?

Что люди делают, чтобы к ней подготовиться?

Какие меры предпринимают, чтобы себя защитить?

Множество вопросов, подобных этим, заполняли мои мысли, часто отвлекая меня во время тренировок, пока меня резко не возвращали к реальности либо четыре ученика, либо сам Кордри.

То, что Кордри сказал перед уходом, заставило мурашки побежать по моему телу от неожиданного осознания. Континент Алакрии был куда более продвинутым в управлении маной, нежели Дикатен. Даже помощи асур, которые теперь обучали горстку способных магов лучшему использованию своей маны, будет недостаточно, если армия врага будет действительно такой сильной, какой я её представляю.

Вот почему я часто думал о том, что моя тренировка с Кордри — пустая трата времени. Разумеется, то, что я успел изучить, сделает из меня прекрасного бойца на любом поле боя, но, учитывая мои возможности, я думал порой, не будет ли лучше отточить моё дальнобойное использование маны. Конечно, колдовство не было моим коньком, но с моей склонностью к использованию четырёх элементов и количеством сырой маны, которой я обладал, мне казалось, что, по сравнению с другими магами, лучше бы я изучал искусства маны для использования на расстоянии, которые могли сравнять всех врагов с землёй, вместо того, чтобы учиться уничтожать врагов вокруг себя по одному за раз. Но, вспоминая прошлое, когда я был командующим лидером, я мог сказать, что самую большую опасность представляло не огромное количество солдат. Нет, теми, кто создавал больше всего проблем, были либо их лидеры, либо несколько элитных бойцов, способных прорываться через ряды солдат. Я не мог переживать за каждую мелкую рыбёшку и просто предоставлял нашей армии с ними разбираться.

Отложив на время свои беспокойства, я с готовностью вырвал письмо из рук асуры и вдохнул запах мятого пергамента.

— …

Похоже, в верхах стало известно о том, что Гудскай раньше являлась шпионом, засланным непосредственно Кланом Вритра от лица Алакрии. Большая часть доклада описывала разведданные о политической структуре Алакрии, что удивило меня, ведь это она сказала мне о сильном сдерживании, которое не давало ей даже подумать о раскрытии информации.

Я отложил на время свои подозрения и сосредоточился на докладе.

Из-за ощутимого присутствия асур в Алакрии, большая часть их иерархии была сосредоточена на чистоте крови. Проще говоря, чем ближе кто-то был к родословной асур, тем выше было его положении на том континенте. На первый взгляд такая система казалась слишком простой и пустой, но разве Дикатен или какой-либо другой мир сильно отличался? Разумеется, чистота родословной на нашем континенте была не такой явной, но было довольно легко разглядеть отличия между людьми «благородных кровей» и обычными.

Я мог поспорить, что чем выше чистота их крови, тем более могущественными будут их магические способности. Можно с лёгкостью утверждать, что через несколько поколений они будут делиться на классы, основываясь на одном лишь этом признаке.

Далее в докладе говорилось, что женщина не знала почти ничего, кроме основной иерархии элитных фигур, которую вырастил и собрал сам Агрона. Одна часть привлекла моё внимание.

— То есть, информация, которую Чл… Синтия Гудскай нам предоставила, эти так называемые «Четыре Косы» и есть мои цели? — спросил я, не отрывая глаз от доклада.

Альдир отметил, что из потенциальных препятствий самый высокий приоритет имеют эти так называемые Косы и их подчинённые.

— В общем и целом, да. Но продолжай читать. То, о чём ещё упомянула шпионка Алакрии, Синтия Гудскай, вызывает беспокойство, если не сказать больше.

Я сделал то, что он мне сказал, и, разумеется, следующий абзац доклада заставил меня беззвучно выругаться.

— …основываясь на чистоте цвета, густоте и концентрации остатков маны в фрагменте рога, найденного на месте убийства бывшей Копейщицы, Алеи Трискан, Гудскай утверждает, что она принадлежит высшей крови уровня вассалов одного из Четырёх Кос, — прочёл я вслух. Я предположил, что эта высшая кровь принадлежит кому-то, обладающему смешанной кровью, а именно — потомку Василисков.

Мои мысли вернулись к той ночи, когда я увидел останки Алеи. Я всё ещё помнил последние слова, которыми мы обменялись, после того как она отдала мне тот самый фрагмент, о котором упомянула Гудскай. Значит, у каждого из Четырёх Кос есть вассал. Четыре вассала, способных легко отправить на тот свет Копейщика, и ещё четверо, которые были ещё сильнее.

Читая дальше, я узнал ещё кое-что важное. В докладе были упоминания о бронированных кораблях, построенных совместными усилиями людей и гномов, а также о высоких крепостях, строящихся вокруг городов у гавани. Альдир ещё написал о полученных им сообщениях, в которых были упомянуты появления людей предположительно из Алакрии, но, кроме факта, что по всему континенту царило заметное напряжение, больше ничего особенного не произошло.

Я мог лишь попытаться представить размах будущей войны. Это была не война из-за трений между двумя соперничающими государствами, но масштабное событие, включающее в себя два огромных континента, отправляющего миллионы солдат воевать за свои земли.

Глубоко вдохнув, я собрал кусочки пергамента и аккуратно сложил их, прежде чем передать Виндсому.

Внутри меня бурлила смесь эмоций. Новости из Дикатена определённо меня успокоили. С другой стороны, новые знания о силе наших врагов заставили холодок пробежать по моей спине. Однако, несмотря на это, я был взволнован и решителен. У меня наконец была цель, чёткое число врагов, с которыми нужно было разобраться. Будет трудно добраться до них всех, но это лучше, чем сражаться со случайными бездельниками или загадочными противниками, о которых я ничего не знал: у меня теперь была задача и цели.

— Виндсом, давай начнём следующую часть тренировки, — заявил я, поднявшись и выпрямив спину.





Глава 113




Глава 113.

Глядя вниз с края утёса, на котором мы сейчас стояли, я не мог не волноваться. Лес выглядел как один гигантский куст, который простирался далеко за горизонт, и его густо растущие деревья закрывали обзор на то, что лежало под ними. Большие птицы и другие жуткие крылатые существа, парившие над этой густой зеленью, то и дело, спикировав, хватали добычу. То, что пугало меня ещё больше, чем они, был рык, время от времени эхом звучавший вдали. Я с трудом мог представить, каким огромным должен быть обладатель этого рыка, раз он был способен сотрясать или даже ломать деревья, встречавшиеся у него на пути, пробираясь через дикие заросли.

— Там ты и будешь тренироваться, — объявил Виндсом, не отводя взгляда от леса.

— Ну, разумеется, — вздохнул я, убедившись, что мешок, перекинутый через плечо, крепко затянут.

— Идём?

После того, как я быстро кивнул в ответ, мы оба спрыгнули с утёса, заполнив маной наши тела, одновременно пытаясь сохранить баланс против сурового ветра, обдувавшего нас.

Когда мы уже почти нырнули в море деревьев внизу, я повелел восходящему потоку воздуха под моими ногами уменьшить скорость моего падения.

Как только мы с Виндсомом ловко приземлились в царство лесного массива, атмосфера вокруг нас радикально изменилась. Земля под моими ногами была размокшей, словно я шёл по пене, и, стоило мне надавить ногой, как влажная земля смягчалась, обхватывая мои сапоги и мягко отпуская с каждым шагом, что я совершал.

Мой нос атаковал запах обильной листвы, смешанный с сырым запахом лежащего под ней мха, грязи и разлагающейся древесины.

— Ты отдал мне всё, кроме того, что находится в твоём мешке, верно? — уточнил асура, протягивая мне ладонь на случай, если я что-то забыл.

— Всё, что у меня есть, это пространственное кольцо, это не так уж много. Может, ты хочешь у меня ещё что-то забрать? Одежду? Почку или, может, лёгкое? — пошутил я оглядываясь.

— Смешно, — сухо отозвался асура, доставая книгу из-под своего плаща. — Теперь, раз уж ты так уверен, что полностью управляешь своей внутренней маной…

— Я лишь сказал, что не обязательно уделять этому особенное внимание, — возразил я.

— В любом случае, я назову твой уровень удовлетворительным, если ты принесёшь мне эти три вещи, — он ткнул пальцем в раскрытую книгу.

— Шкура хищной белки, звериное ядро серебряно пантеры и когти колоссального медведя, — прочитал я список вслух, запоминая чёрно-белые изображения каждого зверя маны.

— …И все эти штуки как-то докажут, что я готов больше узнать о воле Сильвии, которую она мне оставила? — я отдал книгу ему обратно.

— В каком-то смысле. Естественно, при условии, что ты не станешь использовать никаких внешних искусств маны вообще. Ах, да, и ещё ты должен всё время носить это, — добавил Виндсом, протянув мне колокольчик величиной примерно с мой кулак.

— Мне очень хочется оспорить твои понятия о тренировках, — снова вздохнул я, подняв серебряный колокольчик и вызвав несколько звонких переливов, слишком громких для одного колокольчика.

— Когда ты соберёшь все предметы из списка, дай мне знать, разбив этот колокольчик, — асура отвернулся, собираясь уходить, но внезапно остановился. — О, и я бы посоветовал тебе собирать эти предметы именно в этом порядке.

Итак, он ушёл, оставив меня в лесу с одним только колокольчиком, несколькими одеялами и мехом со свежей водой.

Я понятия не имел, чего именно пытается добиться Виндсом, заставляя меня охотиться за этими вещами, но если это необходимо, чтобы ускорить процесс тренировки, то это уже достаточная причина.

— Посмотрим. Первый предмет в списке — шкура хищной белки, — тихо пробормотал я себе под нос. Задание казалось довольно простым, если забыть, что мне нужно схватить животное в относительно хорошем состоянии.

Я обдумал добычу всех трёх предметов, которые попросил собрать Виндсом. Если это какое-то испытание, чтобы проверить мою способность к управлению моей внутренней маной, то это значило, что эти звери маны обладали навыками, которые требовали у меня некоторого уровня контроля. Раз белку мне нужно было добыть первой, это значило, что она, скорее всего, находится где-то внизу пищевой цепи. Если так, то у неё, как и у большинства потенциальных жертв хищников, наверняка есть какие-то защитные механизмы, не позволяющие так просто съесть её.

На картинке хищная белка ничем не отличалась от обычной, разве что у неё были более выдающиеся задние лапы, три тонких хвоста и глаза бусинками. Разглядывая окрестности, я всё ещё не обнаружил никаких следов животного мира.

Сконцентрировав ману в моих глазах, я усилил и увеличил диапазон моего зрения. Ничего.

Я всё искал хоть какие-то признаки фауны, продвигаясь к противоположному концу леса. Прошло несколько часов, но ни единого намёка на живых существ не было.

— Этот проклятый колокольчик! — заорал я громче, чем хотел. Колокольчик, звеневший от малейшего моего движения, словно издевался надо мной, не давая ни одному существу приблизиться ко мне.

Небо помрачнело, как и моё настроение; всё, чего я достиг за прошедшее время, это раздражение из-за отсутствия прогресса. Решив, что пора ложиться спать, я устроился на ночлег в полом стволе упавшего дерева.

Но, стоило мне лечь, как, к моему раздражению, до меня донеслись звуки мелких животных, прячущихся за завесой тьмы вокруг моего места для ночлега.

Как только я попытался приподняться, звон колокольчика громко огласил тишину ночи, отчего животные быстро разбежались.

— Продолжу завтра с новыми силами, — со вздохом решил я, зарывшись обратно в моё одеяло, и холодный ветер пронёсся над бревном, в котором я устроился, пробираясь под мою одежду и заставив меня съёжиться.

Луч света, каким-то образом пробившийся сквозь толстый слой листьев и веток, коснулся моего лица, пробудив меня ото сна. Однако несколько часов спустя стало ясно, что колокольчик был не единственной причиной, по которой хищные белки держались подальше от меня.

Звери маны, которые находились внизу пищевой цепочки, наверняка развили чрезвычайно острые чувства, чтобы компенсировать недостатки зрения и не попасться хищникам. Вот почему, даже когда я почти заснул и совершенно не двигался, они всё ещё не приближались.

Пока что лучшей идеей было скрыть своё присутствие и надеяться, что я так смогу выманить хищных белок. Но то, как их можно поймать, мне ещё только предстояло выяснить.

После недолгих поисков я отыскал удобно расположенный куст рядом с поляной, который был достаточно густой, чтобы в нём можно было легко спрятаться. Устроившись поудобнее среди жёстких ветвей и колючих листьев, я принялся ждать.

Отозвав всю ману, которая постоянно циркулировала по моему телу, я оставался неподвижным и наблюдал. Из-за слияния с волей Сильвии моё тело было намного крепче, чем у большинства людей, но я всё ещё ощущал себя более уязвимым, находясь с незащищённым телом в этих незнакомых землях.

Минуты плавно перетекали в часы, а я всё ждал. Просто избавиться от маны было недостаточно: я осознал, что абсолютно необходимо очистить свой разум и намерения, когда загоняешь добычу. Я ощутил, как моё дыхание стало тихим и почти исчезло, поскольку я вдыхал лишь в унисон с то и дело проносящимся ветерком.

Наконец плоды моих трудов начали проявлять себя, когда маленькая морда высунулась из-за одного из кустов, с любопытством принюхиваясь, нет ли опасности. Вскоре несколько хищных белок начали носиться поблизости, а их три хвоста постоянно вертелись, как антенны, в отчаянном поиске еды, прежде чем хищники смогут учуять их присутствие.

Я знал, что не смогу добыть первый предмет из списка сегодня, поэтому использовал эту возможность, чтобы кое-что проверить. Я начал с излучения совсем небольшого количества маны. Хищные белки тут же отреагировали на это, приподнял свои задние лапы, чтобы поднять свои хвосты. Они явно ощущали малейшие колебания маны, поскольку заметно насторожились, а некоторые из них даже успели удрать.

Пока я проверял их возможности, я выяснил три вещи: первое, утечка небольшого количества очищенной маны может и не спугнёт их, но они будут держаться настороже до такой степени, что невозможно будет поймать ни одну из них. Излучение слишком большого количества маны непременно заставит их сбежать в тот же миг. Вторая интересная вещь, которую я узнал, было то, что пропускание маны через себя не вызывает у них никакой реакции, но из-за слишком сильной концентрации и сосредоточенности моё намерение выдало себя, и белки тут же разбежались. Последнее и самое важное, что я смог понять — внешний поток маны не пугал их и даже не настораживал.

Я выяснил это, когда сидел в укрытии и медитировал. Пока я поглощал окружавшую меня ману, хищные белки никак на это не среагировали. Лишь когда я начал активно очищать и сгущать ману, они осознали, что что-то не так.

Эта проверка заняла весь день, поскольку мне пришлось менять своё местоположение каждый раз, как они сбегали, но с тремя полученными фактами уже можно было работать.

«Интересно, успешно ли идёт тренировка у Сильви», — подумал я, заворачиваясь в одеяло в пустом дереве, которое я решил использовать в качестве временного убежища. Одни и те же волнения, которые я нёс в себе, проносились в моих мыслях каждый раз, как у меня находилось время подумать. Как там моя семья? Как Тессия? Что с Элией? Жив ли он хоть? Если да, то будет ли у меня шанс спасти его?

Мне казалось, что я затерялся в своих мыслях на всю ночь, но в какой-то момент мои глаза резко распахнулись от мягкого сияния утреннего солнца.

Упаковав мои скудные пожитки, я наполнил мой мех из лужи утренней росы, образовавшейся на листьях неподалёку, и отправился на поляну.

Сегодняшней целью было не наблюдение и даже не охота на хищную белку. Я хотел проверить кое-какую идейку, которая сформировалась у меня на основе трёх вчерашних открытий.

Стоя посреди маленькой поляны, окружённой растениями, с грибами, которые я собрал по дороге, зная, что белки их едят, я применил мою теорию на практике.

Поскольку моя физиология была как у усилителя, каналы маны, ответственные за эффективное распространение очищенной маны из ядра по всему моему телу, были намного более ярко выраженными, чем вены маны, которые использовались для поглощения неочищенной атмосферной маны моим телом.

Однако для этой техники я должен был сбалансировать объём вырабатываемой очищенной маны из моего ядра по моим каналам маны и подачу атмосферной маны по моим венам маны.

С идеальным балансом я сумею использовать ману так, что никто и ничто не сможет ощутить, что я это сделал. В теории, разумеется.

Мои вены маны были, естественно, куда менее развиты по сравнению с каналами маны, поэтому я начал с уравновешивания выработки маны до того объёма, который я был способен подать. Это ощущение было схоже с тем, что я испытал, впервые обучаясь Вращению Маны от Сильвии, но куда более сложное.

Чем дольше я практиковался, тем более очевидным становилось то, что всё это не так просто, как я себе представлял. Для того, чтобы точно достичь равновесия между двумя противоположными действиями, была необходима определённая сноровка, если только не делать этого, стоя неподвижно. Пытаться же делать это в движении было совсем другой планкой.

Где-то в середине тренировки я начал терять ощущение времени, но, к моему удивлению, когда я открыл глаза в очередной раз, то, наконец, заметил, что хищные белки таскают еду с того места, где я сложил её кучкой.

Но моя радость была недолгой: стоило мне расслабиться, как они тут же ощутили колебания маны, которую я пытался замаскировать.

— Да! — мой кулак взметнулся в воздух. Это отличный прогресс. Одним из недостатков было то, что мои запасы маны истощались… очень быстро. Я мог практиковаться лишь несколько минут за раз, затем мне приходилось останавливаться и вновь пополнять запас моего ядра маны.

Даже тот факт, что я почти добрался до стадии серебряного ядра, не помогал, поскольку при неправильном использовании этой импровизированной техники тратилось слишком много маны.

На следующее утро тренировка на поляне превратилась в ежедневное занятие. Лишь на четвёртый день я ощутил, что добился достаточного уровня контроля, чтобы попытаться использовать эту технику в движении.

К концу недели я смог медленно передвигаться, но из-за того, что к моему поясу был привязан колокольчик, белки сбегали, хоть и не ощущали моей маны. Но я уже придумал решение. Если всё, что требовалось для успешного выполнения задания — это скрыть моё присутствие, мне бы не потребовалось столько времени, чтобы отыскать способ использовать эту технику.

Мне нужно было овладеть этой техникой, чтобы использовать ману рывками, нападая на хищных белок раньше, чем они успеют отреагировать на звон моего колокольчика.

Проведя линию на мягкой грязи и представив, что дерево впереди меня — это моя мишень, я начал практиковаться.

Я остановился в тот же миг, как зазвонил мой колокольчик. Моей целью стало достичь дерева раньше, чем звякнет колокольчик, и для этого мне нужно было использовать достаточное количество маны, чтобы мгновенно переместиться на такой скорости, на которой колокольчик не сможет зазвенеть, одновременно сбалансировав выработку очищенной маны и подачу потока атмосферной маны для того, чтобы скрыть своё присутствие от хвостов хищных белок.

— Ещё, — я отвернулся и пошёл обратно на стартовую позицию, услышав колокольчик.

— Ещё, — повторял я себе.

Продолжая попытки, я осознал, что, по существу, пытался достичь чего-то схожего с техникой, которую Кордри однажды использовал, сражаясь со мной. Контроль потока маны и силы во время управления своим собственным присутствием, скрывая или излучая его, сбивал с толку противника и его ощущения.

Стирать следы своего присутствия, используя едва уловимую атмосферную ману, чтобы замаскировать выработку своей собственной маны, и тут же набрать скорость, чтобы достичь своего противника. Неужели Виндсом проверял именно этот навык?

И снова я пытался достичь моей цели, и мне это не удавалось. Но с каждой попыткой расстояние между мной и деревом уменьшалось до того, как зазвенит колокольчик.

Это был лишь один шаг, но сколько же нужно было концентрации и точности, чтобы он вышел хотя бы примерно правильно.

Однако этот единственный мгновенный шаг вкупе с формой сражения, которой меня научил Кордри, да ещё и искусство владения мечом, которое я сам разработал, могли, без сомнений, стать важным козырем.

Я вспомнил, каким я был растерянным и беспомощным, когда Кордри применил этот навык, стирая своё присутствие во время атаки и в следующий же миг излучая его лишь для того, чтобы изменить положение и сбить меня с толку. Хоть асура не пытался использовать ману так, как это пытался делать я, его внутреннюю силу легко можно было сравнить с той, что принадлежала находящимся на стадии серебряного ядра.

— Уже почти, — подбодрил я себя, вставая на позицию для очередной попытки.

Я не знал точно, сколько прошло часов с тех пор, как густые заросли деревьев закрыли большую часть неба, но я сполз вдоль дерева.

Прошло много дней, я продолжал тренироваться, пока…

— Хе-хе…

Я кротко засмеялся, радуясь победе и глядя на мрачный след грязи, который остался после многих дней освоения этого навыка. Остальной участок земли был засыпан листьями и сломанными веточками, и лишь тонкая тропка, по которой я постоянно проносился взад-вперёд, была отчётливо вытоптана.

Я попытался встать, но мои ноги протестующе дрожали, слишком истощённые, чтобы выдерживать мой вес. Но всё же я впервые ощутил себя хорошо с тех пор, как прибыл в этот богом забытый лес.

— Я сотру этих глупых хищных белок с лица земли, — торжественно объявил я.

POV Виндсома

«Что же задумал мальчишка?» — подумал я про себя, держась от него на достаточном расстоянии. Я оставил его без присмотра на две недели, решив, что этого времени ему с лихвой хватит на поимку хищной белки.

Учитывая то, что я не мог отыскать его в лесу без колокольчика, который я ему дал, было очевидно, что он овладел искусством скрытия своего присутствия. Несмотря на это Артур не поймал ещё ни одной белки.

Хищные белки были быстры и крайне чувствительны. Поскольку зрение у них было неважное, они пользовались острым нюхом, выискивая пищу, а их хвосты могли уловить любые колебания маны или даже движение в окрестностях. Если их хвосты засекают высокую концентрацию маны или малейшее изменение маны вокруг, даже асуре непросто поймать их.

Однако, помимо этого, хищные белки были довольно простодушны. Скрыв своё присутствие и неподвижно стоя с приманкой в руках, мальчик без труда сможет поймать одну из них. Но пока что мальчишка выложил пищу перед собой.

— Что ж, он освоил необходимый навык, который был мне нужен, — я пожал плечами, но всё ещё не отводил глаз от мальчика, словно ожидая, что сейчас произойдёт что-то невероятное.

Мальчишка стоял неподвижно, терпеливо дожидаясь, когда хищные белки подберутся поближе.

В мгновение ока мальчик внезапно исчез и появился перед хищной белкой, протянув к ней руки.

— Он… — мой голос сорвался от восхищения.

Но только мальчишка собирался схватить белку, как колокольчик, который я дал ему, зазвенел, и животное бросилось прочь, оказавшись вне досягаемости Артура.

— Га! — заорал мальчик, явно выйдя из себя, и пинком раскидал кучку еды для приманки хищных белок.

Он никак не мог двигаться с такой скоростью, не используя ману, но…

Я её не ощутил.

Это означает, что он не просто стёр своё присутствие, отозвав ману и скрыв своё намерение. Он эффективно использовал свою собственную ману, прикрывая её чистой маной, окружавшей его.

Призрачный Шаг. Это было всего лишь небрежное подражание, но Артур определённо только что успешно ступил на первый этап Призрачного Шага. Призрачный Шаг был основной причиной того, что клан Тайстес стал царствовать над всеми остальными кланами расы Пантеон.

Обычный человеческий мальчишка смог понять основы искусства маны, для постижения которых даже мне понадобились годы… и то, меня втайне обучал Кордри, несмотря на то, что в его клане это искусство держалось в строжайшей тайне.

Он зашёл так далеко, лишь наблюдая за Кордри…





Глава 114




Глава 114.

POV Артура Лейвина

— Наконец-то, — прошептал я так тихо, что серебряная пантера меня не услышала.

Я видел её, осторожно принюхивающуюся по мере приближения к хищным белкам, которых я убил и аккуратно сложил так, чтобы выманить зверя. Моя неуловимая цель.

Я не сводил глаз с огромной серой кошки, которую я назвал Шрамом, потому что у неё было четыре длинных пореза на спине. Мы со Шрамом сблизились за время, которое я потратил в попытках охотиться на серебряных пантер. Эта огромная кошка на данный момент была самой хитрой из серебряных пантер, с которыми мне довелось столкнуться, и самой высокомерной; вот почему я решил, что именно Шрам будет моей целью.

Я вновь сосредоточился на кошке, стоявшей лишь в паре метров от меня, как вдруг Шрам остановился и огляделся, готовясь сбежать в любой миг.

Я терпеливо ждал, когда он приблизится, заранее позаботившись о том, чтобы скрыть моё присутствие. Объединив неочищенную ману вокруг меня с очищенной внутри моего тела, я приготовился атаковать. Собрав ману в ногах и моей правой руке, я осторожно опустился в идеальную позицию, поскольку он всё равно меня не видел, стараясь не зазвенеть колокольчиком.

Мышцы в моих икрах и бёдрах дрожали в нетерпении от мысли, что я наконец-то поймаю эту шуструю кошку. Стоило Шраму наклониться и продолжить свою трапезу, как я бросился вперёд и ударил с такой силой, которая в прошлом удивила бы меня самого.

Расстояние, которое я почти мгновенно преодолел, от изначальной позиции и до Шрама, равнялось примерно шести метрам, но каким-то образом Шрам успел исчезнуть до того, как я смог нанести удар.

Мой усиленный кулак глубоко погрузился в мягкую почву, а серебряной пантеры и след простыл.

— Проклятье! Опять? — выругался я, нетерпеливо вытаскивая руку из земли, в которую она провалилась.

«Что я сделал не так? Как он так быстро реагирует?» — подумал я, глядя на то место, где я был до начала атаки. Оно находилось на достаточно близком расстоянии, которое я мог преодолеть мгновенно. Кусты хорошо скрывали меня, и я даже приложил немыслимые усилия, чтобы замаскировать запах моего тела, который мог меня выдать. Всё должно было пройти идеально. Моё исполнение техники, которую я оттачивал, было почти идеальным.

Я присел, изучая следы лап Шрама и мои собственные следы. Я что-то упустил, но что?

Я видел место, куда я приземлился после использования Рывка, и место, где находился Шрам, но что-то с этими следами на земле было не так.

Присев у дерева неподалёку, я закрыл глаза, проигрывая в голове сцену моего нападения на пантеру, пытаясь выяснить, где я ошибся.

— Виндсом не стал бы поручать мне раздобыть звериное ядро серебряной пантеры, если бы только не хотел, чтобы я научился чему-то, кроме охоты на хищных белок, — произнёс я вслух. — Если брать в расчёт скорость, хищная белка явно быстрее серебряной пантеры. Почему же я не могу убить её?

Так и не найдя удовлетворительного ответа, я решил, что пора возвращаться.

Глядя на останки хищных белок, которыми лакомился Шрам, я раздражённо цокнул языком. Я не только не сумел поймать Шрама, но он ещё и не оставил от белок почти ничего, что бы мог поесть.

Собрав то, что осталось от растерзанной белки, я смыл с себя грязь и кровь в ближайшем ручье. Поскольку у меня с собой был лишь один комплект одежды, я старался держать его в чистоте, но за недели, проведённые в хождении по лесу и тренировках, моя одежда истрепалась.

— Артур, на тебя без слёз не взглянешь, — насмешливо сказал я своему отражению в ручье. Мои волосы были растрёпанными и отросшими, а чёлка доходила аж до подбородка. Мешки под глазами стали фиолетовыми от недосыпа. В общем, от чистого и опрятного меня мало что осталось: вместо него на меня из ручья смотрел какой-то невежественный на вид дикарь.

Мне трудно было поверить, что с тех пор, когда я общался с кем-то, кроме пойманных мною животных, прошло больше месяца.

Виндсом навестил меня в тот вечер, когда я наконец-то смог поймать хищную белку. На его лице, как всегда, было незаинтересованное выражение, и он почти ничего не сказал, кроме того, что техника, или, точнее, первая её ступень, которой я научился самостоятельно, называлась Призрачным Шагом. Он вскоре исчез, оставив меня в одиночестве есть постное мясо с задней лапы хищной белки.

На следующее утро я отправился на поиски следующей добычи в моём списке, за серебряной пантерой. Но за недели, которые я провёл в лесу, пытаясь поймать больше диких белок, я не обнаружил ни следа крупных зверей маны.

Таким образом, это заставило меня отправиться глубже в лес, несмотря на опасности, которые могли меня там подстерегать. Лишь через три недели, заходя в лес всё глубже, я наконец начал находить различные виды зверей маны, включая крупных.

Я бы прошёл куда большее расстояние за эти три недели, если бы не использовал это путешествие в качестве тренировки.

Рывок или Шаг-Рывок.

Так я решил назвать первую ступень Призрачного Шага. Виндсом упомянул только, что то, что я использовал для поимки хищной белки, было вступительным этапом истинной сущности Призрачного Шага, но отказался предоставлять мне больше информации. Однако, поняв, что техника, которую я применил, подразделяется на ступени или уровни, преодолевая которые, можно было достичь полного мастерства, я решил назвать первый уровень Рывком.

Я шёл через лес, используя множество деревьев в качестве естественных препятствий, чтобы получить некоторое представление о том, как можно улучшить свой навык.

Во время это тренировки я осознал, сколько концентрации, координации, рефлексов, контроля и ловкости нужно человеку, чтобы правильно использовать весь потенциал Призрачного Шага. Мне удалось поймать хищную белку с помощью Рывка лишь потому, что я сделал для этого все необходимые приготовления. Местом поимки была плоская поляна без каких-либо препятствий, которые могли бы мне помешать. Расстояние было небольшим и в пределах видимости, у белки просто не было времени среагировать.

Однако, пытаясь путешествовать сквозь пышную зелень, переполненную деревьями и неровностями на земле, я вновь ощущал себя младенцем в попытках найти точку опоры, применяя лишь Призрачный Шаг, но только на этот раз мои ступни были связаны друг с другом. Я то и дело спотыкался из-за малейшего неверного движения, даже крошечный просчёт в траектории заканчивался тем, что я совершенно неизящно спотыкался и падал лицом в грязь. Это невероятно раздражало. Медленно и методично я заходил всё глубже в лес.

И, когда я пришёл, мне нечего было продемонстрировать, кроме дыр в моей рубашке и на подошвах моих сапог.

Закончив умываться, я осмотрел оставшееся мясо, которое притащил с собой.

— Его не хватит, — вздохнул я, глядя в небо.

Сумерки накрыли лес тёмной вуалью, но для охоты всё ещё было достаточно светло. Я выложил несколько грибов, которые я нашёл по дороге, и стал ждать, укрывшись под большим корнем дерева в восьми метрах от них. С моим уровнем мастерства я уже мог преодолеть с помощью Рывка расстояние почти в десять метров за один миг, не потревожив колокольчик.

Я ждал, скрывая своё присутствие, и внимательно осматривался, чтобы не упустить ни единого движения. Послышался шелест, но звук донёсся позади меня, где-то вверху среди крон деревьев. Посмотрев наверх, я заметил последний отблеск солнечного света, отразившегося в глазах хищника. Это была какая-то огромная чёрная птица.

Когда в лесу совсем стемнело, мы с птицей стали ждать в надежде на то, что скоро появится наш ужин.

Наконец я заметил силуэт одинокой хищной белки и сосредоточился на нём. Прежде чем белка оказалась достаточно близко, чтобы я мог убить её, чёрная птица уже решила начать действовать.

Я едва успел заметить призрачную тень птицы, спикировавшей вниз; она не издала ни звука. Она была неестественно быстрой, как и хищная белка или серебряная пантера, но среди ночи разглядеть эту хищницу было почти невозможно.

Когда чёрная молния приблизилась к ничего не подозревающей жертве, произошло кое-что неожиданное. Птица, которую было почти невозможно разглядеть невооружённым взглядом, расправила крылья и громко каркнула.

Белка тут же подскочила, но птица явно ожидала этого, поскольку, вместо того, чтобы наброситься на белку, она вытянула свои когти в ту сторону, куда прыгнула жертва.

Вся эта сцена выглядела так, будто белка сама прыгнула в когти птицы, желая быть её добычей.

Птица отняла у меня ужин, но зато я узнал кое-что полезное.

— Хе-хе.

Надеясь воплотить мой план в действие, я снова начал ждать. Как я и предполагал, птица закончила свою трапезу и терпеливо поджидала добычу на другом дереве. Размах крыльев птицы был больше меня, поэтому я знал, что одной белки ей не хватит.

Примерно через полчала появилась ещё одна хищная белка. Проверяя тремя хвостами-антеннами, нет ли какой опасности, она осторожно приблизилась к кучке грибов.

И тут же уголком глаза я заметил быструю чёрную молнию.

Ещё нет.

Снова. Чёрная птица снизилась и вытянула когти, отчего казалось, что белка сама прыгает в её лапы.

Сейчас!

Воспользовавшись Рывком, я преодолел восемь метров, разделявших нас, и не успела чёрная птица отреагировать, как я схватил её за шею.

Птица удивлённо каркнула, отчаянно хлопая крыльями, чтобы вырваться из моего захвата. К моему удивлению, жадная птица не выпускала добычу до самого конца, когда я сломал ей шею.

— Есть! — я не мог сдержать улыбки, возвращаясь к своему лагерю с двумя трофеями. Я был счастлив, что смогу попробовать что-то повкуснее, чем жёсткое и постное мясо белки, но ещё более довольным я был от того, что осознал, как Шрам и его братья сбегали от меня каждый раз.

Вскоре я добрался до моего лагеря, полого дерева, которое я прикрыл ветками и листьями, чтобы прятаться от дождя.

С нетерпением ощипав птицу, чтобы не повредить её жирную кожицу, я пожарил её на огне вместе с освежёванной белкой. Жуя нежное бёдрышко птицы, я погрузился в размышления.

Я открыл для себя две вещи, наблюдая, как чёрная птица ловит хищную белку. Во-первых, птица была скрытной и быстрой, но её скорость было не сравнить со скоростью хищной белки. Но она смогла поймать белку, поскольку понимала, что если даст о себе знать, то белка попытается сбежать в определённом направлении. Во-вторых, я осознал всю важность моего участия в этом действии. Будучи наблюдателем, я увидел птицу заранее и тут ж понял, что она задумала, ещё до атаки, то, чего белка знать никак не могла.

— Но это всё ещё не объясняет, как я могу поймать Шрама, — пробормотал я себе под нос, откусывая очередной кусок жареной дичи.

Из моих неудачных попыток я уже успел усвоить, что Шрам и его собратья обладали какой-то гиперчувствительной интуицией, которая позволяла ему среагировать на моё движение почти мгновенно. Ещё я понимал, что, в отличие от птицы и белки, которыми я лакомился, Шрам был умён. Несколько раз случалось так, что он подбирался ко мне достаточно близко, словно дразня меня, но, стоило меня встать в боевую позицию, как он сбегал раньше, чем я мог применить Рывок. Шрам был настолько умён, что понимал: он может сбежать от меня, но не драться со мной лицом к лицу.

Закончив с ужином, я немного отошёл от лагеря к тому месту, где я расчистил место для тренировки.

Я стоял у открытого участка земли и представлял, что Шрам крадётся на другой стороне.

— Как мне поймать кошку, которая реагирует в тот же миг, когда я пытаюсь приблизиться к ней?

Приблизиться… приблизиться? Точно! Это же совсем как с чёрной птицей! Птица обманула белку, намеренно выдав себя и воспользовавшись этим приёмом в качестве финта, чтобы заставить белку оказаться в воздухе, где она уже не сможет изменить направление.

Даже когда Кордри, асура, использовал Рывок, это был всего лишь один шаг. Он всё ещё использовал соответствующие мышцы, бросаясь на меня. Даже несмотря на то, что суть Призрачного Шага заключалась в сокрытии колебаний маны для обмана противника, мне всё равно приходилось пользоваться мышцами, которые отвечали за этот единственный, невероятно быстрый шаг.

Но что, если я смогу избавиться от этого?

Что, если я смогу почти полностью избавиться от движения, необходимого для этого шага? Чтобы получилось так, словно я телепортировал, не сдвинувшись с места.

Если я смогу сделать это, то я, в теории, сумею обхитрить Шрама.

Но как я могу придумать способ, благодаря которому Рывок сможет обойтись без механического контроля над мышцами?

Будь я каким-нибудь обычным магом или манипулятором маны в этом мире, я бы сразу решил, что это невозможно, но у меня было одно важное преимущество над ними: знания из прошлой жизни.

Из-за моего посредственного центра ки я подробно изучил работу человеческого тела, в особенности те механизмы, которые приводили тело человека в движение. Именно благодаря этим знаниям я смог на максимум использовать то небольшое количество ки, которое у меня было, и стать королём.

Закрыв глаза, я полностью сосредоточился, распространяя ману на каждый микроучасток внутри моего тела.

Когда я открыл глаза, солнце было уже высоко. Я был покрыт потом и грязью, медленно разминая моё затёкшее тело, которому пришлось находиться в одном положении часами. Но я был счастлив. В восторге.

Я не только достиг прорыва, вознёсшего меня на самый пик светло-жёлтой стадии, но ещё придумал кое-что.

— Я всё понял, — усмехнулся я.





Глава 115




Глава 115.

Четырёхглавые мышцы располагаются в передней части бёдер и отвечают за движение бедра и ноги вперёд. Ахилловы сухожилия являются противоположностью четырёхглавым мышцам, отвечая за сгиб ноги и движение назад. Ягодицы играют важную роль в завершении шага назад. Брюшные мышцы сокращаются после каждого шага вперёд. Икроножные мышцы, несмотря на меньший размер, одни из наиболее часто используемых мышц, которые толкают тело вперёд, когда ступня отрывается от земли. И это лишь первичные мышцы.

Вторичными мышцами, которые тоже необходимо было принять во внимание, были стабилизирующие мышцы, расположенные вокруг таза. Эта группа мышц образует венец вокруг таза, и в неё входят внешние и внутренние отводящие мышцы (так они, кажется, называются), нижние брюшные мышцы и остистые мышцы, находящиеся в спине. Тибиалис… как-то там, тонкая полоска мышц, которая помогает согнуть лодыжку, чтобы двигать стопу к колену, тоже нужна для того, чтобы ступня не становилась плоской, создавая больший шанс трения о землю или объект.

У человеческого тела имеется сложная мускульная система, которая работает, разбившись на пары, каждая мышца отвечает за половину полного движения. Бицепс сгибается, когда рука загибается к плечу, а трицепс срабатывает, когда рука выпрямляется. Механизм тела становится ещё сложнее, когда тело приходит в движение — ходьбу, бег или прыгание.

До этого момента эти знания были почти бесполезны из-за моей довольно исключительной маны. Однако если раз мне нужно улучшить первую ступень Призрачного Шага, мне понадобятся все эти знания, чтобы шагнуть дальше и, со временем, применить их на практике.

— Чёрт! — я подставил руки, чтобы удержать равновесие, когда я свалился в собранную мной кучу листьев.

Заметив, что солнце уже село, я вернулся в лагерь и вытащил несколько полосок беличьего мяса, которое я закоптил заранее, чтобы не тратить время на охоту.

— Как бы мне хотелось использовать эфирную сферу для этой тренировки, — пробормотал я, глядя на почерневшее и безвкусное мясо в своей ладони.

Я достиг значительного прогресса с тех пор, как впервые сделал перерыв в моей охоте на Шрама, и посвятил всё моё время и энергию на прошлой неделе тренировкам, проводя дни в попеременной практике Рывка и улучшении моего ядра маны. Оставшиеся два-три часа я тратил на сон.

Однако чем больше я тренировался, тем сильнее жаждал овладеть этой техникой движения. После небольших поправок, которые я сделал, используя имеющиеся знания о человеческой анатомии, Призрачный Шаг стал, в теории, намного лучше. Он не только должен был стать ещё быстрее и гибче, но ещё убийственнее и изящнее.

В своей основе Рывок, который мне впервые удалось использовать, выглядел почти как большой скачок, но невероятно быстрый. Причина была в том, что, хоть мана и была скрыта благодаря Призрачному Шагу, всё равно существовала поза и серия движений, которые было необходимо выполнить для того, чтобы человеческое тело смогло сделать шаг.

Кордри, даже будучи асурой и используя Рывок в своей человеческой форме, тоже не мог игнорировать механизмы своего тела, несмотря на своё превосходное телосложение.

Теперь я работал над способом сознательного и свободного управления маной, направляя её в определённые мышцы в определённых количествах и с точным расчётом времени, чтобы запустить искусственную последовательность в моём теле, имитирующую использование мышц, но не задействовав их по-настоящему.

Если бы я смог идеально контролировать время и выход маны, мне бы удалось то, чего не мог сделать даже Кордри — выполнить Призрачный Шаг, не ограниченный одним положением тела.

— Га, даже думать об этом сложно.

Я расслабился. Завершив ужин, я отправился к поляне, которую я немного обустроил за прошедшую неделю.

Стоя в пяти метрах от кучи листьев, смягчавших моё падение, я сосредоточился. Повелевать мане управлять моими мышцами было сродни использованию своих мыслей для создания ложного движения. Большинство движений, которые совершают люди, выполняются автоматически; мне не нужно было думать о том, какие мышцы я должен использовать, чтобы дышать. Но использовать ману как посредника, чтобы заставить тело двигаться, было точно так же сложно, как вновь учиться ходить.

— Уф.

Я выплюнул забившие рот листья и вытер язык рукавом. Поднявшись на ноги, я вернулся на исходную позицию и вновь сосредоточился, не обращая внимания на усиливающиеся боли в ногах.

Мне как-то удалось броситься вперёд, используя минимальный набор движений, но заставить себя вовремя остановиться — это совершенно другое тяжкое испытание, которое мне предстояло преодолеть.

Точно так же, как маленький ребёнок не может контролировать высоту и длину своего прыжка, так и мне безнадёжно тяжело было использовать ману для контроля над внутренними механизмами моего тела.

Но всё же, по крайней мере, первый шаг и простейшие основы Призрачного Шага, заключавшиеся в использовании атмосферной маны для маскировки колебаний маны в моём теле, стали для меня намного проще. Мне всё ещё нужно было установить баланс объёма маны в моих каналах маны, чтобы лучше контролировать этот процесс, но сейчас на это не было времени.

После того, как я тщательно скрыл моё присутствие, я представил мускульную систему в своём теле. Припомнив все мышцы, ответственные за Рывок, я сделал ещё одну попытку.

Взаимосвязанные части тела, необходимые для движения, зажглись на моём воображаемом теле, которое я представлял, чтобы лучше осмыслить конкретный порядок, в котором должна была работать мана. Я ощутил, как запульсировали соответствующие мышцы, когда мана наполнила их в том порядке, который я ей задал. Лишь немного сдвинув левую ногу и воспользовавшись маной, я ощутил, как пейзаж вокруг меня расплылся, когда я выполнил Рывок, стоя прямо.

Несмотря на то, что я приказал мане снять напряжение в ногах, острая боль пронзила нижнюю часть моего тела.

— Оу! — вскрикнул я и вновь свалился в кучу листьев.

Мне снова не удалось нормально затормозить. Хоть мана могла помочь мне с начальной скоростью, потом было намного труднее остановиться в определённой позе и нужном мне месте.

Покорно вздохнув, я продолжил тренироваться.

Когда солнце село за горизонт, и в небе показался серп луны, я лёг на кучу листьев, глядя в небо пустым взглядом. Подняв руку, я стиснул пальцами воздух перед глазами, словно пытаясь ущипнуть луну. Он казалась такой маленькой отсюда… каким же маленьким казался луне я?

Я уставился на левую руку, поднятую в воздух, рассматривая перо, которое мне дала Сильвия, чтобы покрыть сферу, и волю дракона, которую она передала мне.

Это и Сильви — всё, что осталось от асуры, которая спасла мена, заботилась обо мне и защищала меня, когда я был ребёнком. Смогу ли я во время этих тренировок вновь связаться с ней?

Вспоминая о проведённом с ней времени, я ощутил, что скучаю и по остальным. Несмотря на неприятное расставание, я скучал по моей семье.

— Хватит, Артур, — я хлопнул себя по щеке и сел на куче листьев. В сутках не так много часов, и я не мог позволить себе тратить их ещё больше в этом богом забытом лесу.

Глубоко вздохнув, я начал развитие моего ядра маны. С тех пор, как я добрался до светло-жёлтой стадии, этот процесс замедлился. Я словно пытался дробить гору ложкой, но всё же кое-какой прогресс у меня был.

Я забылся в утомительном процессе поглощения, очистки и улучшения, пока знакомое чириканье утренних птиц не прервало мою медитацию.

Я был весь в поту и грязи, потому что моё тело, вытесняя шлак из моего ядра маны, делало меня не только грязным, но ещё и голодным.

Глядя на остатки копчёного мяса, я понял, что придётся сегодня охотиться. Пожевав обугленные останки белки, я взял с собой мой мех с водой и отправился в путь.

Сохраняя разум спокойным, а присутствие — замаскированным с помощью Призрачного Шага, я медленно углублялся в густой лес. С каждым разом было всё труднее найти живность у лагеря, поэтому каждый раз, как я ходил на охоту, мне приходилось заходить всё глубже.

Однако вскоре я заметил, что в лесу стало намного тише. Неподалёку всё ещё чирикали птицы, но поблизости не было ни следа хищных белок или других зверей маны.

— Хм, — пробормотал я, осматриваясь. Оставив Призрачный Шаг, я сосредоточил ману в моих ушах. Поначалу я ничего не услышал, но через несколько минут я уловил едва слышный звук. Он был похож на рычание. Я не знал, насколько далеко он раздался, но звучал он знакомо: поблизости находилась серебряная пантера.

Я подобрался ближе, убедившись, что скрыл своё присутствие. Вновь усилив свой слух, я сумел расслышать больше звуков. Я слышал слабый журчащий звук бегущей воды к северо-востоку. А ещё я понял, что серебряная пантера была не одна. Там были две пантеры.

— Странно, — заметил я. Из того, что я успел узнать о серебряных пантерах, было ясно, что у каждого из них была своя территория, и охотились они самостоятельно.

Возможно, они сражаются за территорию? Это бы объяснило, почему поблизости было так мало добычи…

Вновь использовав Призрачный Шаг, я быстро направился к месту разворачивающегося сражения. Я не мог сдержать улыбку, радуясь своей удаче.

Мои догадки оказались верны: незаметно приблизившись к источнику звука, я отчётливо заметил серебряную шкуру неподалёку с поляной рядом с краем утёса. Было невозможно определить, насколько высоко было с него падать, но уже из того, что до другого конца пропасти было добрых двести ярдов, и то, что с него не было видно земли, означало одно: если эти пантеры свалятся, то мне будет непросто отыскать их тела.

Спрятавшись за ближайшим деревом, я стал наблюдать за ними. Было довольно просто понять, что они явно враждебно настроены, но удивило меня то, что одной из пантер был Шрам — отличительные шрамы на его спине делали его довольно узнаваемым. Его противника я видел впервые. Он был явно крупнее, но, судя по свежим ранам на его морде и боку, было похоже, что Шрам одерживает вверх.

Два зверя маны медленно ходили кругами друг за другом, издавая низкое рычание и скаля острые зубы.

Противник Шрама напал первым. Он прыгнул, выпуская когти и свирепо рыча.

Шрам среагировал в тот же миг, увернувшись от прыжка и ответив на него укусом. Я был очарован их битвой. Поскольку у серебряных пантер были врождённые ускоренные рефлексы и интуиция, их атаки казались неутомимым шквалом бесконечных уворотов и ответных атак, но ни один из них не смог нанести другому ни одной глубокой раны. Однако за каждую царапину, которую наносила более крупная пантера, Шрам давал троекратную сдачу.

Наблюдая за их битвой, я, по непонятной причине, ощутил, что у меня беспокойно заколотилось сердце. Я был напуган, боялся чего-то. Меня так затянула их дуэль, что я не сразу осознал, что над лесом повисла мёртвая тишина, почти оглушающая. Не было ни пения птиц, ни движения зверей маны, даже листва деревьев почти не шуршала, словно ветер тоже чего-то боялся.

Шрам, похоже, тоже заметил это, поскольку начал вести себя очень осторожно. Его шерсть встала дыбом, а хвост был прямым, как палка, пока он то и дело принюхивался к чему-то. Его крупный противник, ничего не подозревая, воспользовался удобным моментом и бросился на Шрама. Увернувшись, Шрам просто отвернулся и побежал прочь.

Я не понял, почему. Что-то явно было не так, но я не мог засечь чьего-либо присутствия, кроме этих двух пантер. Почему Шрам убежал, он же уже начал побеждать?

Отбросив осторожность, я решил разобраться с оставшейся крупной пантерой. Она была ранена, и бежать на утёсе ей было почти некуда.

Заметив меня, пантера зарычала, принимая позу, удобную для побега. Она инстинктивно понимала, что в таком состоянии у неё нет шансов против меня.

Воздух вокруг нас словно стал гуще, стало тяжело дышать, но я не сдвинулся с места.

Сейчас!

В тот миг, когда моя ступня оторвалась от земли, серебряная пантера прыгнула в сторону.

— Попалась, — усмехнулся я. Игнорируя протестующую боль в ногах, я выполнил Рывок из неподвижного положения, использовав ложный шаг как финт, чтобы заставить кошку сдвинуться с места. Всё вокруг меня стало расплывчатым, чётко я видел лишь движения раненого зверя маны. Мне удалось отрезать ему путь к отступлению, но мне не хватило лишь одного метра.

Потеряв равновесие, я отчаянно схватил пантеру за шею обеими руками и крепко сжал.

— Га!

Моё тело неестественно дёрнулось из-за резкой смены направления, и всё, что мне оставалось, это висеть на шее у пантеры, держась изо всех сил.

— Ты — моя! — прошипел я сквозь зубы, используя ману, чтобы крепче ухватиться за неё. Единственной надеждой было лишь, что мне удастся задушить зверя.

Пантера, верхом на которой я оказался, издала злобный рык и мотнула головой, пытаясь сбросить меня, но я удержался. Её острые когти разорвали мою одежду, оставляя свежие раны на моих боках и ногах, прежде чем она слабо скорчилась от нехватки воздуха.

Стоило мне решить, что пантера уже сдалась, как она внезапно дёрнулась. Словно одержимая, пантера использовала остатки своих сил, чтобы упасть назад. Прежде чем я успел понять, что она сделала, земля ушла из-под нас, и мы упали с крутого утёса.

Со свистом летя вниз, я вспомнил об очень похожем случае, когда я был ещё малышом и бросился со скалы, чтобы спасти мать.

Тысяча вариантов пронеслась в моей голове, пока я пытался решить, как мне лучше поступить. Серебряная пантера, которая затащила меня в ад, была без сознания от удушения и беспомощно падала подо мной.

Красочно выругавшись, я медленно влез на спину находящейся без сознания пантеры и направил ману в свои ноги. Всё вокруг меня превратилась в сплошное мутное пятно из-за скорости, с которой мы падали.

— Виндсом бы понял! — громко убедил я себя и прыгнул, оттолкнувшись от пантеры.

Из-за толчка я замедлился, но недостаточно, к тому же на краю скалы утёса не было ни одного выступа, за который можно было уцепиться.

Ещё одно воспоминание пронеслось в моей голове: это был момент, когда я упал в яму в подземелье Склеп Вдовы.

— Неужели падение в пропасть — это какой-то повторяющийся сюжет в моей жизни?

Мои ладони заполнил ветер, пока я смотрел прямо на приближающуюся землю, сосредоточившись на объединении моей маны в заклинание.

Сейчас!

«Вой Тифона»

Заклинание, собранное в моих ладонях, высвободилось в виде порыва ветра, который быстро понёсся к земле, отчего по крутому ущелью эхом прокатился оглушительный свист.

Терпя боль в руках, которые взяли на себя большую часть напряжения от отдачи, я продолжал вкачивать ману в заклинание.

Я ощущал, как сила заклинания сдерживает моё падение, и начал медленно снижаться. Отменив Вой Тифона, я упал оставшиеся несколько метров на землю, точно в центр того места, где ударил порыв ветра.

Из-за моего заклинания, столкнувшегося с почвой, поднялось густое облако пыли, мешавшее мне видеть. Прикрыв рот и нос от пылинок в воздухе, я начал выбираться из облака пыли, как вдруг до меня донёсся сотрясающий землю рёв.

После того, как громовой рык смолк, земля содрогнулась снова, но уже от звуков тяжёлых шагов, приближающихся ко мне.

Из-за мощи каждого шага, от которого дрожала земля, я терял равновесие. Не мешкая, я бросился к стенке ущелья, молясь какому угодно божеству, управлявшему этим миром, чтобы источником таких разрушительных звуков было землетрясение.





Глава 116




Глава 116.

Пока я шёл к стенке ущелья, отчаянно пытаясь найти, где спрятаться, гулкий топот продолжал сотрясать землю. Затем меня обдуло порывом ветра, развеявшего облако пыли, которое было моим единственным укрытием.

Прятаться было уже поздно.

Резко развернувшись, чтобы увидеть моего противника, я дождался, когда пыль рассеется окончательно. Кто-то продолжал тяжело шагать в мою сторону, и удушливое давление, которое я ощущал ещё на краю скалы, усилилось в десять раз.

Из-за тумана из пыли показался затенённый силуэт, который оставил меня в ещё большем недоумении.

Издав ещё один убийственный рык, он шагнул ко мне.

— Я как раз собрался лечь поспать, как вдруг мне с неба упали целых два угощения, как мне повезло.

Я не знал, что и думать, оказавшись лицом к лицу с колоссальным медведем, но я действительно не ожидал, что он будет вдвое меньше меня и уметь разговаривать. Колоссальный медведь, как же, ничего в нём не было «колоссального». Может, он ещё детёныш? В таком случае эту возможность нельзя упускать.

Я стоял на месте, не зная, что делать дальше. Я бы предпочёл избегать прямого контакта со зверем маны, пока не узнаю о нём побольше. Давление, исходившее от него, было нешуточным, несмотря на внешний вид. Если он действительно ещё детёныш, то я бы не хотел иметь дело с взрослой особью. Или, возможно, это взрослый медведь, но способный изменять свой размер, как Сильви?

Колоссальный медведь посмотрел вниз, разглядывая лежащую перед ним мёртвую пантеру, после чего перевёл взгляд на меня.

— Эта еда никуда не уйдёт. Начну, пожалуй, с тебя, — прорычал зверь, чей рост не превышал метра, облизываясь.

В такой ситуации мне оставалось только сражаться. Чуть согнув колени, я приготовился к бою. Я ожидал, что медведь сам набросится на меня, но он не сдвинулся с места.

Внезапно зверь маны выбросил лапу в мою сторону, каким-то образом сумев отшвырнуть меня назад.

Колокольчик, привязанный к поясу, издевательски зазвенел, когда я покатился по жёсткой земле.

— Га!

Я открыл рот, пытаясь вдохнуть и одновременно радуясь, что изо рта не пошла кровь.

«Что это сейчас, чёрт возьми, было? Мне словно выстрелили в живот из пушки».

Вскочив на ноги, я сосредоточился на колоссальном медведе, который стоял метрах в десяти от меня.

— Ого! А моя еда не промах, — усмехнулся медведь. Было странно видеть медведя, который ростом был с локоть, стоявшего на двух лапах и связно разговаривающего, но сейчас было не лучшее время, чтобы над ним потешаться.

Атака, которую он только что провёл, явно была каким-то заклинанием дальнего действия, но я не мог понять, почему я не ощутил никакой маны.

Медведь медленно поднял лапу, словно дразня меня. Стоило колоссальному медведю взмахнуть ею, как я активировал Призрачный Шаг и использовал Рывок.

Я стиснул зубы, терпя боль, которая за последние несколько дней становилась лишь сильнее.

Неожиданно мою левую ногу пронзила острая боль. Посмотрев вниз, я увидел, что из пореза на задней части моей икры течёт кровь.

Я ожидал, что зверь атакует меня, как в прошлый раз, но это невидимое заклинание приняло форму чего-то острого.

Как и в прошлый раз, я не ощутил приближения этой атаки.

Улыбка исчезла с морды медведя. Казалось, он не ожидал, что я смогу увернуться от его следующей атаки.

— Хватит убегать! — прорычал он, вновь замахиваясь лапой.

Тут же бросившись на землю, я едва избежал режущей атаки, и кончики моих отрезанных волос посыпались мне на нос.

Это был опасный манёвр, но благодаря последней атаке я смог разгадать принцип. Когда колоссальный медведь нанёс режущий удар лапой, атака тоже стала режущей. Когда он нанёс прямой удар лапой, как он сделал в первый раз, высвободилась атака, похожая на удар тупым предметом.

Медведь снова замахнулся лапой, посылая очередной «пушечный» удар в мою сторону. Даже сосредоточив ману в глазах, я не смог разглядеть его атак, поэтому у меня не оставалось иного выхода, кроме как слепо уворачиваться от них.

Одна из атак зверя маны попала мне в бок, и я ощутил, как трескаются мои рёбра. Не дав мне времени приготовиться к следующей атаке, медведь махнул лапой, посылая новое заклинание вслед за предыдущим.

Я слишком далеко уклонился от предыдущей атаки, поэтому новой избежать не смог.

Стиснув зубы, я повелел мане лучше защитить моё тело, дожидаясь удара.

Сила заклинания колоссального медведя сбила меня с ног. Кровь брызнула из моей груди, когда прямо под моей ключицей появилось четыре горизонтальных пореза.

— Чёрт, — кашляя, выдохнул я, подавляя жгучую боль. Мне не выдержать ещё одного прямого попадания.

Мне нужно было подобраться поближе к зверю, но для этого мне необходимо избежать всех его атак.

Колоссальный медведь, понимая, насколько я теперь уязвим, вновь начал самоуверенно ухмыляться. Я не знал точно, как этому медведю удаётся выполнять практически незаметные заклинания, но был один способ выяснить это.

Я поднялся на дрожащие ноги и стал ждать. Колоссальный медведь, видимо, решил, что я сдался, поскольку его улыбка стала ещё шире, и он снова принялся нетерпеливо облизываться.

Как только колоссальный медведь занёс лапу, я резко пнул землю перед собой, создав облако пыли, скрывающее меня.

Четыре полосы тут же прорезали облако пыли между мной и медведем, позволив мне, хоть и с трудом, различить площадь покрытия атаки, после чего я мгновенно воспользовался Рывком, чтобы избежать её.

— Чёрт побери, — процедил я сквозь стиснутые зубы, ощущая острую и мучительную боль в ногах.

Прокатившись по земле и вновь вскочив на ноги, я опять приготовился уворачиваться. Теперь я знал площадь покрытия одной из его атак, и с этим я уже мог работать. Но мне всё ещё нужно было научиться полностью уходить от его атак, используя минимальное количество движений, если я хотел избежать всех его ударов и сократить расстояние между нами.

Внезапно вспомнив о тренировках с Кордри, я не смог сдержать беспомощной улыбки. Либо это было одно большое совпадение, либо Виндсом просто был расчетливым дьяволом.

Я мельком взглянул на нетерпеливого колоссального медведя, который в очередной раз атаковал меня, на этот раз выбрав прямой удар лапой. Я в ту же секунды поднял в воздух ещё одно облако пыли, чтобы выиграть время, но колокольчик у меня на поясе продолжал выдавать моё местоположение. Мгновенно отреагировав на дыру, образовавшуюся в облаке пыли, я с усилием выполнил очередной Рывок.

— Чем больше ты будешь бегать, тем тебе будет больнее, и тем меньше мне останется покушать.

Противная усмешка зверя маны совсем не подходила его милой внешности.

— Ладно! Я больше не буду убегать! — я застыл и поднял руки вверх.

Я смог чётко разглядеть почти человеческое выражение торжествующей насмешки на морде медведя, когда он снова атаковал меня режущим ударом, взмахнув лапой.

Я едва успел сглотнуть, прежде чем выполнил улучшенный Рывок, над которым я столько работал.

Я повелел мане наполнить нужные мышцы в определённый момент, одновременно усиливая кости, чтобы выдержать мощь этого резкого воздействия, после чего услышал, как затрещали мои ноги, когда меня поразило до боли знакомое ощущение чего-то, приближающегося на огромной скорости, когда заклинание колоссального медведя надавило мне на грудь.

Моё тело сдвинулось вправо чуть меньше, чем на метр, и атака, которая должна была вскрыть грудную клетку, лишь едва оцарапала мне левое плечо.

Кровь начала ещё сильнее литься из глубокого пореза на моей левой ноге из-за внезапного давления, вызванного использованием Рывка. Под моими ногами образовался небольшой кратер от чистой силы движения. Несмотря на успешное выполнение моего нового навыка перемещения, вспышки невыносимо усиливающейся боли заставили меня сомневаться в себе.

При помощи одной лишь силы воли и упрямого желания победить своё непослушное тело, я подавил боль и сосредоточил больше маны в нижней части своего тела.

Колоссальный медведь поначалу озадаченно уставился на меня, но вскоре выражение его морды стало кислым, и он раздражённо прищурился.

Прежде чем он успел направить на меня новую атаку, я снова пнул землю, поднимая облако пыли, разделившее нас.

У меня было меньше секунды, чтобы уйти от атаки медведя, когда она пройдёт через облако пыли, и я мог поспорить, что это будет не просто одиночная атака.

Во время нашей игры в избегание смертельных атак я выяснил основные условия для успешного выполнения моего нового Рывка. Точно так же, как мне приходилось управлять маной в моих мышцах, чтобы заставить тело двигаться вперёд, мне было необходимо отражать поступление потока маны в тело, чтобы остановиться.

Земля под моими ногами вновь просела из-за силы, которую мне пришлось применить для остановки, но этот способ снова сработал.

Облако пыли, образовавшееся благодаря мне, было разодрано в клочья шквалом атак колоссального медведя, который направлял их точно в меня.

Рывок.

Перед моими глазами всё расплылось, когда я рванул вправо. Жёсткая земля треснула от силы моего приземления в двух метрах от прежнего места. Первый шаг заставил меня заскрипеть зубами от боли, но после повторного использования Рывка нижняя часть моего тела взорвалась болью, а все мои мышцы и кости едва не перестали работать от напряжения.

Когда колокольчик зазвонил, выдавая меня, я решительно зарычал сквозь зубы, подавляя крик боли, который был уже готов вырваться из моего горла, и выполнил ещё один Рывок, чтобы добраться до своего врага. Колоссальный медведь обернулся на звон моего колокольчика, но к тому времени я уже оказался рядом с ним.

Тёмные глаза медведя расширились, а пасть распахнулась от изумления. Я нагло усмехнулся сквозь пелену боли. Мана уже была сосредоточена в моём кулаке настолько, что он начал светиться.

Медведь отшатнулся.

— Подож…

Мой усиленный кулак погрузился в живот маленького медведя с оглушительным звуком, после чего тело зверя маны отлетело в сторону стенки ущелья и врезалось в скалу, с которой я упал.

Мои ноги, онемевшие от боли, наконец расслабились, и вскоре я ощутил щекой холодную землю. Воспользовавшись остатками сил, я оторвал колокольчик от моего пояса и сокрушил его в ладони, прежде чем у меня потемнело перед глазами, и сон увлёк меня в своё царство.

POV Виндсома:

Спустившись в ущелье, я осмотрел место происшествия. На его дне лежала мёртвая пантера, и земля под ней была окрашена кровью. Валуны в этом месте были покрыты глубокими царапинами, а земля и стенки пропасти — кратерами.

— Что же именно тут произошло?

Я заметил лежащего на земле мальчика и кратер на скале, возвышавшейся над ущельем.

— Мальчик упал аж досюда?

Артур был в довольно плачевном состоянии. Остатки его одежды были разорваны, у него было, по меньшей мере, три сломанных ребра, и порезы на его груди были слишком глубокими, чтобы считать их пустяковыми ранами. Однако самые пугающие повреждения были, что удивительно, у него на ногах, которые были покрыты отвратительными пятнами красно-фиолетового цвета из-за обильного внутреннего кровотечения. Я не мог сказать точно, насколько серьёзны его раны, но ими срочно нужно было заняться.

— Может, не стоило оставлять Артура тут совсем одного? Лорд Индрат приказал мне предоставить ему возможность стать сильнее самостоятельно, но раз он сейчас в таком положении, он вполне мог умереть.

Позаботившись о ранах мальчика, я посмотрел на существо в центре кратера на каменной стенке ущелья.

— Хм?

Этот зверь был похож на детёныша колоссального медведя, но это было невозможно. Малыш такого размера не смог бы даже защитить себя, а уж тем более нанести мальчишке такие раны.

Взрослый колоссальный медведь был бы ростом не меньше трёх метров и обладал невероятной защитой в виде толстой шкуры, но даже взрослая особь не смогла бы вызвать таких разрушений…

Если только…

Когда я повнимательнее присмотрелся к детёнышу колоссального медведя, его тело вдруг начало неестественно изгибаться. Внезапно его живот вздулся, и из тела мёртвого зверя маны, отчаянно извиваясь, вырвалось чёрное щупальце, которое почти сразу обмякло.

— Ну конечно.

Несмотря на сложившуюся ситуацию, я довольно улыбнулся.

— Это всё объясняет. Подумать только, Артуру удалось победить её… — вздохнул я.

Дьявольская пиявка. Воистину редкий экземпляр, водившийся лишь в Эфеотусе, который был столь же умным, сколь омерзительным. Сама по себе пиявка была слаба, но, прицепившись к зверю маны, она могла захватить его тело и усилить ядро своего носителя до немыслимой степени.

Поскольку эта демоническая пиявка в теле медвежонка была настолько большой, можно было догадаться, что этот монстр был на несколько уровней сильнее обычного колоссального медведя.

Мальчишке повезло, что тело медвежонка было таким хрупким. Если бы пиявка захватила тело взрослого медведя…

Не было смысла рассуждать об альтернативных исходах этой ситуации. Я был уверен, что Артур выбрал целью живот медведя ненамеренно, но именно в этом месте обычно обитала пиявка. Если бы пиявке хватило сил добраться до тела Артура, пока тот лежал без сознания, даже Лорд Индрат не смог бы спасти мальчика, не навредив ему.

Вытащив дьявольскую личинку из трупа медвежонка, я раздавил паразита в ладони.

— Вот ты где.

В моей ладони остался сияющий белый шарик, который пиявка усиливала внутри колоссального медведя.

Я поднял тело мальчишки и поместил белый шарик ему в рот.

— Твои мучения окупились с лихвой, Артур.





Глава 117




Глава 117.

POV Артура Лейвина

Ещё до того, как я смог открыть глаза, я услышал мягкое поскрипывание, издаваемое при ходьбе по старым доскам. Этот скрип эхом отражался в моих ушах, позволяя мне примерно прикинуть размер комнаты, в которой я находился.

Целый букет дурманящих запахов неизвестных мне трав и специй атаковал моё обоняние, отвлекая меня от всего остального. Когда я открыл глаза, первым, что я увидел, была крыша какой-то хижины. Помимо сухости и шершавости языка от обезвоживания, я не ощутил никакого другого дискомфорта в теле. По крайней мере, мне так показалось, пока я не попытался встать.

К моему ужасу, когда я попытался поднять ноги, я ничего не почувствовал: никакой реакции или ощущения хоть чего-то ниже пояса. Я тут же приподнял одеяла, прикрывавшие нижнюю часть тела, и увидел, что мои ноги полностью забинтованы, и к ним крепко привязана деревянная шина, чтобы они не двигались.

— С твоими ногами всё в порядке, Дитя. Я лишь притупила в них ощущения, чтобы ты не страдал от боли всю ночь, — прозвучал мягкий, но слегка ломкий голос, привлекая моё внимание.

Обернувшись на этот добрый голос, я увидел милую улыбку довольно немолодой женщины, у которой уже явно проявлялись признаки старения. Но даже морщины на лице не умаляли её исполненных достоинства и изящества манер. Она была одета в серый балахон, подходящий по цвету к её волосам, которые были заплетены сзади в крепкую косу. Моя сиделка приблизилась ко мне, её глаза сверкали.

Вздохнув с облегчением в ответ на её слова, я вновь опустился на кровать.

— Как ты себя чувствуешь, Дитя? — проворковала она, положив тёплую ладонь мне на лоб.

Я непонимающе моргнул. Последним, что я помнил, это нанесённый колоссальному медведю удар, после которого я отключился. Я повернул голову, изучая комнату. Она была просторной, хорошо освещённой и тёплой благодаря потрескивающему огню в камине. Рядом с ним находилась кухонька, заполненная сковородками и кастрюлями всех размеров: одни висели на стене, другие высоко громоздились друг на друге. Кроме потрёпанных обитых кресел около камина и маленького обеденного стола перед кухней, в доме не было ничего особенного.

— Не понимаешь, в чём дело? — усмехнулась пожилая женщина.

— Ага, — хрипло ответил я и закашлялся. Женщина тут же поднялась с места и вскоре вернулась с кружкой тёплой воды. После нескольких глотков того, что мне показалось похожим на питьё из самого рая, я ощутил, что вполне способен на связную речь.

— Спасибо…

— …Майр. Ты можешь звать меня просто Майр, Дитя, — закончила за меня леди, забрав у меня пустую кружку.

Пока я сидел, в моих ногах начала пробуждаться жгучая боль, словно их пропитало жидким огнём.

Увидев, как моё лицо изменилось от боли, Майр решила, что я испугался, и слегка усмехнулась.

— Не бойся, я тебя не съем. Конечно, технически я похитила тебя у Виндсома. Но тебе повезло. Если бы я сделала это чуть позже, боюсь, твоим ногам понадобилось бы намного больше времени на восстановление.

— Н-не в этом дело. Мои ноги… — едва выговорил я сквозь стиснутые зубы.

— Похоже, целебная мазь уже перестала действовать.

Поставив кружку на тумбочку рядом с кроватью, Майр начала поднимать единственный кусок ткани, скрывавший мою наготу.

Я немедленно попытался прикрыться между ногами, что вызвало у моей сиделки ещё один тихий смешок. Бережно развернув одеяла так, чтобы открылись лишь мои ноги, она мягко накрыла ладонью мои забинтованные ноги.

Когда Майр начала разматывать бинты, я, наконец, полностью разглядел повреждения на своих ногах. Я с недоумением смотрел на свои голые ноги. По обеим конечностям проходили шрамы, которых у меня раньше не было. Больше всего были испещрены порезами колени и лодыжки, но сильно озадачило меня то, что эти шрамы выглядели так, будто им было уже много лет.

Боль в ногах усиливалась, и у меня на лбу выступил холодный пот. Майр принялась осторожно осматривать каждый дюйм моих ног, закончив снимать бинты.

Удовлетворённо кивнув своим мыслям, она принесла ведро, наполненное резко пахнущей травяной жидкостью. Я безмолвно смотрел на то, как моя сиделка усердно резала и обмакивала полоски ткани в ведро, после чего забинтовывала мои ноги проворными пальцами. Я ощутил, как её ритмичные и ловкие движения завораживают меня помимо воли.

— Старейшина Майр…

— Артур, прошу, я буду очень признательна, если ты будешь звать меня просто Майр, — перебила она меня, продолжая бинтовать ноги.

— Эм, Майр, сколько я был без сознания? — спросил я, вспоминая шрамы на ногах и опасаясь, что был в отключке достаточно долго.

— Всего лишь два дня, милый.

Закончив забинтовывать мою левую икру, она повернулась ко мне, изучающе глядя на меня взглядом затуманенных зелёных глаз.

— Теперь тебе лучше?

— Намного. Спасибо, — признательно заверил я её, чувствуя, как боль начинает утихать, благодаря прохладному гелеобразному веществу, которым были пропитаны свежие бинты.

Спокойно улыбнувшись в ответ на мои слова благодарности, женщина собрала использованные бинты и бросила их в наполненную водой лохань. Насыпав в воду какой-то порошок, по виду напоминавший соль, она приподняла подол и залезла в лохань, ногами отстирывая бинты.

— Майр, ты, должно быть, устала. Давай я их постираю, — быстро предложил я, наполняя руку маной и приготовившись управлять водой в лохани.

— Что ты, что ты, не стоит, милый. Такое занятие всё равно что разминка для моих старых костей, — отмахнулась она одной рукой, придерживая другой подол платья.

Продолжая бессмысленно глядеть на то, как она топчется по мокрой ткани, я не удержался от вопроса:

— Майр, я… мы… всё ещё в Эфеотусе?

— А как же, конечно, Дитя. Где бы ещё мы смогли поправить плачевное состояние, в котором находятся твои ноги? — отозвалась Майр, продолжая ритмично топать в лохани.

— Прошу прощения, просто…

Мой взгляд опустился на её ступни.

— О. Что ж, думаю, мне в самом деле было бы проще справиться с работой, прибегая к мане, но что в этом интересного? Даже у асур есть то, что не может предоставить магия. Например, прохлада воды под пальцами моих ног, и мокрая ткань, обвивающая мои ступни. Что весёлого в том, чтобы помахать пальцем и заставить воду сделать всё за тебя? — объяснила женщина, подмигнув мне.

Её слова озадачили меня, но мне было не понять мировоззрение древней расы, в самом существе которой укоренилась магия.

— Прошу прощения, просто я немного растерян после пробуждения в таком состоянии. Не хочу показаться грубым, и я очень благодарен тебе за тщательный уход за мной, но я просто подумал, что, возможно, искусство маны могло ускорить процесс исцеления.

— Если бы на тебе использовали простое лечащее заклинание, то ты бы начал слегка прихрамывать, и твои кости приняли бы несколько иную форму, — хмыкнула старейшина и призвала к себе полотенце щелчком пальцев.

Её губы изогнулись в озорной улыбке, когда она приблизилась ко мне.

— Кроме того, я уже использовала искусство маны, чтобы подлатать твои ноги.

Майр взмахнула рукой и, не успел я отреагировать, как моя грудь взорвалась обжигающим холодом.

Я тут же откинулся на кровать, глядя расширившимися от изумления глазами, как раны, полученные от колоссального медведя, охватил серебристый туман. Когда ледяное пламя в груди утихло, кровоточившие порезы на моей груди начали быстро зарастать.

Мелодичный смех вывел меня из оцепенения, и я взглянул на Майр, которая не сумела скрыть своего веселья.

— И так каждый раз! — вздохнула она, её руки всё ещё окутывал серебристый туман.

— К-как? — промямлил я, проводя пальцами по ранам, которые совсем недавно были открытыми, но теперь уменьшались и зарубцовывались.

— У леди должны быть свои секреты, милый, — смягчившимся голосом ответила женщина, приложив палец к губам. Несмотря на то, что она была уже не молода, я не мог не покраснеть от её игривого поведения.

Прокашлявшись от смущения, я снова сел, частично прикрывшись одеялом.

— Спасибо за заботу, Майр, и за твоё гостеприимство. Я понимаю, что я тут место занимаю.

— Не за что. И потом, я живу вовсе не в этой старой хижине. Я прихожу в это место в поисках тишины и иногда, чтобы вылечить пациента, — улыбнулась она, протягивая мне плошку тёплого супа. — Я не каждого берусь лечить, знаешь ли, но я хотела встретиться с человеческим мальчишкой, который, предположительно, станет спасителем мира, — величественно объявила она, прежде чем ещё раз подмигнуть мне.

Слабо усмехнувшись в ответ, я осторожно отхлебнул из плошки. И тут же мой язык охватил приятный вкус бульона с нотками освежающих трав, что заставило меня с жадностью сделать ещё один большой глоток, прежде чем опустить плошку на тумбочку.

— Даже не пытайся встать сегодня ночью. Повреждения твоих ног — это не маленькие царапины на груди. На то, чтобы привести твои ноги хотя бы в нынешнее состояние, потребовались часы, поэтому пока отдохни, это для тебя сейчас главное, — предупредила меня Майр. — На стойке есть вода, только руку протяни, и если тебе понадобится воспользоваться уборной, рядом с кроватью стоит ночной горшок. Спокойной ночи, милый.

Майр оставила меня наедине с моими мыслями и единственным источником света в тёмной комнате — камином, в котором плясали языки пламени. Я закрыл глаза, вспоминая о том серебряном пламени, которое она наколдовала, но буквально через секунду, как мне показалось, я резко проснулся от нового приступа острой пульсирующей боли. Боль была не такой сильной, как когда Майр меняла бинты, но всё же достаточно тревожащей, чтобы не дать мне заснуть обратно. В хижине стало почти полностью темно, если не считать нескольких лунных лучей, пробившихся сквозь соломенную крышу.

Огонь в камине давно погас, оставив после себя лишь слабый аромат дыма. Я не знал точно, насколько исцелились мои раны, но мне не давала покоя мысль, что я просто бесцельно трачу время.

Махнув рукой на сон, я сел, выпрямившись, и начал заниматься единственным полезным делом, на которое я был способен в таком состоянии: медитацию.

Сосредоточившись на ядре маны, которое находилось глубоко в моей груди, я ощутил вспышку неизвестной энергии. Внезапно та гора, которую я постепенно крошил, чтобы добраться до серебряного ядра, превратилась в плоскую равнину, раскинувшуюся передо мной подобно карте, которую я мог пересечь.

Поглощая ману вокруг меня, я нерешительно начал процесс очистки, как вдруг новоявленная энергия принялась жадно всасывать ману, которую я поглотил, и объединять её с ядром маны. Моё ядро светло-жёлтого оттенка начало светиться, когда мана стала волнами проходить по моему телу, заполняя мои вены, мышцы, кости и кожу обжигающей энергией.

Я ощутил, как моё тело неконтролируемо задрожало, а ядро засветилось ярче, пока его цвет не превратился из жёлтого в сияющий серебряный.

Необузданная энергия, бушевавшая в моём теле, принялась счищать слои моего ядра, делая его всё ярче и ярче с каждым притоком энергии. Я задержал дыхание, боясь, что самое незаметное движение может прервать быстрое развитие моего ядра маны. Вскоре таинственная энергия, улучшившая моё ядро маны до пика середины серебряной стадии, улеглась.

Когда я уже решил, что трансформация завершилась, мои уши наполнил резкий скрежет металла. Казалось, будто невидимая стена, сдерживающая мой разум, пропала, а моё тело принудительно перешло на вторую фазу Воли Дракона Сильвии.

Распахнув глаза, я заметил, как из моих рук и плеч появляются золотистые руны. К моему удивлению, светящиеся руны начали изменяться, их рисунок становился всё более сложным, когда они начали превращаться в символы какого-то древнего языка. Мои взъерошенные волосы начали менять цвета с моего естественного красновато-каштанового оттенка до белого и обратно.

Мебель внутри хижины начала дрожать, и с крыши посыпалась солома со щепками, отчего в комнату проникло ещё больше лунного света. Однако, несмотря на то, что кастрюли и сковородки начали с лязгом стучать друг об друга, единственным звуком в моих ушах был громкий звон.

Пока цвет моих волос возвращался к первоначальному оттенку, новоявленные руны засияли ярче на моём теле, словно высасывая цвет из окружающего мира. Вскоре единственными цветами, которые я мог видеть, стали крошечные частички, парящие вокруг меня. Но что-то изменилось. Когда я раньше использовал Пробуждение Дракона, я мог различать лишь четыре цвета: по одному на каждый из четырёх элементов. Однако теперь массу из синего, жёлтого, красного и зелёного обильно покрывали пятна фиолетового.

После того, как я использовал эту форму, чтобы убить Лукаса, я решил, что стал лучше контролировать резкие порывы, вызванные использованием второй фазы воли Сильвии. Но теперь её воля, похоже, отвергала моё тело сильнее, чем прежде, пока я не ощутил, что не могу больше выдержать муки, раздиравшей моё тело на части.

Я высвободил Пробуждение Дракона, и вся энергия, мощь и боль, которые становились всё нарастали в моём теле, внезапно исчезли, словно кто-то выплеснул ведро воды на бушующее пламя. Вокруг меня повисла жуткая тишина, и я сидел, сбитый с толку, беспомощный и хрупкий, несмотря на весь прогресс, которого достигло моё ядро маны.





Глава 118




Глава 118.

— Значит, это правда.

Я повернул голову на голос и увидел Майр, прислонившуюся к косяку двери.

— Ты действительно унаследовал Сердце Мира… — голос асуры был торжественным и эмоциональным, но почти сразу затих.

— Прошу прощения? Сердце Мира? — эхом отозвался я, когда она медленно приблизилась ко мне.

— Физические воплощения, проявляющиеся благодаря тому, что ты коснулся силы Сильвии, милый — радужка, светящаяся фиолетовым, и эти сияющие руны на твоём теле, которые ни с чем не спутаешь. Даже в кланах такое явление — редкость. Сердце Мира — или Фигура Сердца Мира — это способность, которой обладают лишь представители клана Индрат. Скажи мне, Дитя, смог ли ты их увидеть? — настойчиво спросила асура, не отводя взгляда от бледных линий на моих руках, которые начали постепенно исчезать.

Майр наклонилась ко мне и нежно провела пальцами по рунам.

— Извини, но я не понимаю. Что увидеть? — отозвался я, заставив её очнуться.

— Смог ли ты увидеть все пять цветов, составляющих физическое измерение?

На лице ожидавшей ответа асуры было странное выражение, которое я никак не мог расшифровать.

Я вспомнил завихрения цветов, паривших вокруг меня во время второй фазы.

— Думаю, да…

— Сердце Мира было названо в честь предков клана Индрат, поскольку в этой форме гармония её пользователя с физическим измерением считается беспрецедентной. В то время как сама способность не обладает особенно силой, мощь активации Сердца Мира позволяет использующему её получить знания и понимание, которые недоступны тем, кто не обладает этой способностью, — пояснила Майр. — Ибо правду говорят, знание — это сила.

Я вспомнил о том, как впервые использовал Сердце Мира против хранителя старого леса. Тогда я предположил, что эта форма просто усиливает меня, помогая набрать больше маны, но после объяснения Майр стало ясно, что использование Сердца Мира лишь позволяет мне использовать уже имеющуюся ману с большей эффективностью.

— Я кое-чего не понимаю. Когда я использовал вторую фазу — Сердце Мира — в последний раз, я смог увидеть лишь четыре цвета. Почему же я теперь вижу фиолетовые частички?

Майр задумалась на мгновение.

— Тебе и об этом нельзя мне рассказывать? Похоже, никто из асур не хочет, чтобы низшее существо узнало об их техниках и секретах, — разочарованно вздохнул я.

— Ммм, мы, асуры, воистину гордые существа. Даже среди членов своей расы мы остаёмся хитрыми и жадными, особенно это касается клана Индрат, — Майр хихикнула, после чего с любопытством взглянула на меня. — Не скажу, что я отличаюсь от них, но я прожила достаточно долгую жизнь и столько повидала, что меня уже не беспокоят такие пустяки. Если ты не против компании старушки вроде меня, я буду рада научить тебя паре-тройке вещей.

Честно говоря, я и не ожидал, что она просто возьмёт и предложит обучать меня, но, решив не испытывать судьбу, я тут же согласно закивал, пока она не передумала.

— Отлично! Итак… в таком состоянии тебе противопоказаны практические занятия, но я думаю, что более теоретический подход станет неплохой заменой, — ответила Майр, касаясь пальцем подбородка.

Майр рассказала мне основные факты о мане и о том, как она влияет на мир, или на то, что она называла «физическим измерением». Большая часть того, что она рассказывала, уже была в какой-то степени мне известна. Однако то, как она подбирала слова и объясняла всё в легко усвояемом виде, доказывало, что она знает куда больше, чем любой профессор в Академии Зирус.

Она продолжила рассказывать, уточняя, что для низших существ и даже для асур неестественно управлять неочищенной маной. Магам с определённой склонностью к какому-либо элементу намного проще поглощать атмосферную ману, которая совпадала именно с этим элементом. В глазах человека с фигурой Сердца Мира маг со склонностью к огню сможет поглощать лишь красные частички, но после завершения процесса очищения мана будет выглядеть белой, когда ею воспользуются. Вот почему заклинания усиления тела могут быть использованы вне зависимости от того, какой именно склонностью обладает маг.

— Значит, поглощённая и очищенная мана становится белой, так почему же эти маги не могут воспользоваться другими элементами? — задал я вопрос.

— Хороший вопрос, — Майр, похоже, была довольна, что я прервал её, нежели рассержена. — Тот определённый элемент, что поглощает маг, невозможно контролировать, поэтому, естественно, тело неизбежно будет вбирать те частички маны, к которым его тело склонно больше всего.

Допустим, маг обладает склонностью к водному элементу. Во время процесса очищения маны количество поглощённых частиц водного элемента будет несоразмерно с другими элементами. Поэтому, даже если, в конце концов, получится очищенная белая мана, на этапе очищения магом маны воды, которую он поглотил, неочищенная мана изменяет его тело так, чтобы оно стало более расположенным, а его разум более чувствительным именно к этому элементу.

Похоже, было заметно, что я сбит с толку, поэтому она стала объяснять более подробно.

— Помнишь ли ты, как впервые использовал заклинание дальнего действия, будь то поток огня или сфера ветра? Тебе пришлось сильнее сосредоточиться, чтобы это заклинание приняло правильную форму, верно? Даже младенцев асур учат произносить заклинания словами, чтобы им было проще сосредоточиться и представить то, что они хотят сделать. Однако после стольких раз поглощения и очищения определённого элемента потребность в представлении и чтении заклинания становится куда проще и выходит естественнее.

Вернёмся к магу со склонностью к водному элементу, этот маг, вне сомнений, должен концентрироваться на форме, пропорциях, плотности и даже скорости запуска, если он призывает, к примеру, огненный шар. Но у того же мага не будет никаких проблем с созданием потока воды, разделения его на множество сфер и забрасывания ими противника одним лишь взмахом руки. Почему?

— Благодаря влиянию водного элемента, который поглощался им в большей степени в процессе очищения, — ответил я.

— Правильно! Из-за постоянного влияния определённого элемента маг, вне сомнений, во время медитации получит склонность именно к нему, — Майр продолжила своё повествование, вновь и вновь подчёркивая, что асуры и низшие существа не могут управлять природной маной. Несколько часов пролетело незаметно, пока я слушал эту лекцию о мане, и Майр, наконец, заговорила о том, о чём я хотел узнать больше всего: об эфире.

Вместо того, чтобы начать объяснения, Майр спросила:

— Можешь сказать, что ты знаешь об эфире?

Я принялся рассказывать те обрывки информации, которые были мне известны об эфире, и о времени, когда я на себе испытал то явление, которое вызывает эфир: случаи, когда я сумел остановить время, используя первую фазу воли Сильвии, и то, как я тренировался при помощи сферы эфира.

— Эфир в корне отличается от маны — это известно всем. Несмотря на то, что оба этих вещества образуют мир, в котором мы живём, эфир действует совершенно иначе, нежели мана. Но никто не знает точно, как именно. Некоторые утверждают, что эфир — это что-то вроде строительного блока, из которого изготовлен наш мир, в то время как мана просто наполняет его жизнью и питательной средой. Если говорить проще, эфир — это стакан, а мана — вода, наполняющая её, — Майр подняла стеклянный стакан, наполовину полный, чтобы наглядно продемонстрировать эту идею.

Довольно просто управлять водой внутри стакана без маны, но куда сложнее изменить форму стакана, не разбивая его. Довольно поверхностное сравнение, я знаю, — асура улыбнулась и принялась несильно трясти стакан, заставляя воду внутри закручиваться.

— Вовсе нет, мне это очень помогло, — покачав головой, ответил я.

— Хорошо. Итак, несмотря на множество гипотез и теорий, даже клан Индрат, признанный самым умелым в обращении с эфиром, не имеет никаких убедительных теорий, которые могут объяснить то, что они могут с ним делать. Тем, что удалось достичь им, и чего не смогли достичь другие, стала возможность физически обнаруживать эфир при помощи Сердца Мира.

Майр поднесла стакан к глазам и опустила в него палец.

— Те, кто находятся в физическом измерении, не могут ощущать эфир. Все знают, что существуют законы, которые поддерживают наш мир, ровно как этот стакан удерживает воду. Однако они и представить не могут границ, которые существуют, чтобы сохранять порядок в нашем мире.

— Тогда те фиолетовые частицы, которые я увидел, использовав Сердце Мира… — начал я и замолчал.

— Верно, милый. Это был эфир, — улыбнулась Майр. — Используя Сердце Мира, ты смог увидеть стакан изнутри, границы этого мира.

Теперь я могу рассказать историю о том, как начали изучать эфир, но я сомневаюсь, что тебе пригодятся эти знания. Тебе лишь стоит знать, что ты обладаешь силой, за которую любой асура готов на убийство. Однако я подозреваю, что у тебя есть некоторые ограничения, поскольку твоё тело не принадлежит расе драконов. Но истинная сила Сердца Мира кроется в способности познать сущность, находясь в этой форме.

— Я заметил, что, когда использую Сердце Мира, я становлюсь намного сильнее. Поначалу я решил, что это какое-то усиление, данное мне этой формой, но это, скорее, значительное улучшение контроля, — согласился я, и Майр кивнула.

— Да, в особенности для тебя, обладающего странной смешанной склонностью ко всем четырём элементам, управление маной в форме Сердца Мира разительно отличается. Но пока оставим ману в покое. Не хочу показаться предвзятой, но управление маной куда более прямолинейно, нежели управление эфиром. Когда мы работаем с маной, то чем больше у тебя ядро, тем большим количеством воды ты можешь управлять, — продолжила женщина, всё ещё прибегая к аналогии со стаканом воды. — Твоё понимание и умственные способности заключаются в том, сколькими способами ты можешь повелевать водой в стакане. Но, управляя эфиром, мы можем контролировать сам стакан. Понимаешь?

— Но как управлять самим миром? — с нажимом уточнил я.

— Мы привыкли говорить «управлять», но на самом деле куда важнее думать о том, как влиять на эфир. И ты уже несколько раз пробовал сделать этой, милый. Виндсом упоминал, что тебе однажды удалось остановить время, — Майр опустила стакан на стол и отошла от меня.

— Да! Это было первой же способностью, которую я смог применить с помощью воли Сильвии! — воскликнул я.

— Контроль над временем, эвум, контроль над пространством, спатиум, и влияние на все живые существа, вивиум… — перечислила Майр. — Эти три компонента составляют эфир.

Скорее всего, мне больше не представилась бы возможность получить подобные знания, поэтому я жадно внимал каждому слову, произнесённому асурой.

— Неважно, каким сильным, проницательным или удачливым может быть практик, он сможет овладеть лишь одним путём. Предки клана Индрат потратили целую жизнь, пытаясь познать хоть один их трёх путей, но поняли лишь одно — у них нет способности овладеть им. Но со временем мы нашли способ, благодаря которому некоторые асуры могут понять, к чему они склонны более всего, — призналась женщина.

— Как?

Мы приближались к кульминации, и я жаждал узнать больше.

— Руны, что проявляются на теле от использования Сердца Мира, — Майр закрыла глаза и замолчала.

Почти осязаемая сила внезапно надавила на мои плечи, вынудив меня опереться руками так, чтобы остаться в сидячем положении. Воздух стал густым и тяжёлым, пока я сидел на кровати с восхищённым видом. Давление, излучаемое Майр, не было жестоким или беспощадным, как у Кордри, но по уровню силы оно казалось намного более ошеломляющим. Я не был уверен, что смог бы набраться храбрости для сражения с ней — это было яснее некуда. Я почти видел, как она превращается в дракона.

Золотистые руны, проявлявшиеся на её обнажённой руке, были совсем не похожи на мои. Мои руны казались сложными и детализированными, тогда как её руны переплетались, словно ветви эльфийского дерева, или как соединяющиеся потоки воды.

Наконец открыв глаза, Майр уставилась на меня ледяным взглядом сияющих лавандовых глаз.

— У каждого пользователя Сердца Мира разные руны, но при близком рассмотрении мои показывают, что я принадлежу пути вивиум. Вот почему я способна исцелять тебя.

Я так и не нашёл, что ответить на это, и просто с восторгом смотрел на неё. Само присутствие женщины ощущалось отличным от моего, когда я активировал Сердце Мира. Руны, что сбегали по её руке, были куда более отчётливыми и яркими, по сравнению с моими тусклыми рунами, и её глаза, казалось, пульсировали, словно обладая своим собственным разумом.

— А теперь, милый, активируй своё Сердце Мира, — несмотря на своё пугающее присутствие, асура попросила меня мягко.





Глава 119




Глава 119.

Неописуемое леденящее ощущение вырвалось из моего ядра маны, когда я активировал Сердце Мира. Жидкий холод циркулировал в моих венах, отчаянно ища выход. Я наблюдал за тем, как на моих руках начинают образовываться золотистые руны, обжигая мою холодную кожу, а мир становится бесцветным.

— Я почти не успела разглядеть твои руны в прошлый раз, но это воистину завораживающее зрелище, — пробормотала Майр, разглядывая меня.

Моя сиделка не сходила с места и, не шевелясь, продолжала рассматривать узоры на моём теле, тогда как меня всё больше увлекали происходящие со мной изменения. Я впервые просто остановился, чтобы изучить то, что со мной происходит во время использования Сердца Мира; наблюдая за разноцветными частичками, которые двигались так, будто у каждой был свой разум и своя цель, я понял, почему магия в этом мире описывается как «контроль маны».

Решив опробовать идею, которая созрела у меня в голове, я повелел появиться на кончике пальце маленькому угольку. И действительно, красные частицы вокруг меня тут же отреагировали, когда я создал огонёк. Несмотря на то, что я использовал очищенную ману из своего ядра, частицы у моего пальца явно отозвались на это действие, но, что бы я ни делал, лишь фиолетовые пятнышки оставались неизменными.

— Развлекаемся?

Асура тоже всё ещё была в своей форме Сердца Мира. Её фиолетовые глаза словно просвечивали меня насквозь, а уголки губ приподнялись, образуя весёлую улыбку.

— Как я не замечал этого раньше? — спросил я, больше обращаясь к себе, чем к ней.

— Твоё предыдущее предположение о том, что эта форма обладает усиливающими свойствами, а не является средством наблюдения и изучения, которое практически невозможно распознать, вполне закономерно, — отпустив мою руку, которую она до того рассматривала, Майр сделала несколько шагов назад. — Я не могу сказать точно, сколько ты сможешь оставаться в этой форме, раз ты уже достиг этапа, на котором можешь ощущать эфир, но я хочу показать тебе ещё несколько вещей, прежде чем ты деактивируешь Сердце Мира.

Асура подняла перед собой руку, чтобы показать мне что-то, и сосредоточенно прищурилась. Внезапно фиолетовые частички вокруг нас, которые отказывались подчиняться моей воле, начали медленно притягиваться к Майр. Движения каждой мерцающей точечки фиолетового, казалось, отличались от остальных. Это было больше похоже не на контроль над маной, а на выпас асурой легиона светлячков рядом со своей рукой.

— Как я уже упоминала ранее, действие эфира в корне отличается от действия маны. Ты будешь терпеть неудачу каждый раз, если попытаешься управлять эфиром точно так же, как маной. Позволь мне продолжить аналогию со стаканом воды, раз уж она так хорошо работала до сих пор. Ты можешь пить воду, полоскать ею горло и выплёвывать её, пока знаешь, как это делать, но с твоей стороны будет глупо стараться повторить то же самое со стаканом. Эфир существует повсюду вокруг нас, но, одновременно является барьером, который создаёт нам имеющиеся у нас ограничения, — пояснила она, а частички эфира так и продолжили вереницей тянуться к её руке, пока не окружили её полностью. — Вивиум, влияние на все живые компоненты. Это именно та сила, которую я использовала, чтобы исцелить твои раздробленные ноги.

Серебряный туман, который Майр продемонстрировала мне ранее, был больше похож на фиолетовое облако, окружившее её руку, когда я был в форме Сердца Мира. Однако как только она перестала влиять на эфир, крошечные частицы вновь разделились и вернулись на своё прежнее место.

— Я видел, как в твоей руке собирается эфир, но как он формируется в вивиум? Как он исцелил мои ноги?

В моей голове роился миллион вопросов. С одной стороны, мне сказочно повезло, что мне удалось увидеть и ощутить такое зрелище, но с другой стороны я чувствовал раздражение, что не понимаю всего до конца.

— После того, как я выяснила, что мой путь — это путь жизни, я изучала вивиум веками. Но даже теперь я не совсем уверена, что смогу объяснить тебе то, что ты действительно хочешь знать, — серьёзно призналась женщина. — То, что я могу с уверенностью поведать тебе, довольно ограничено.

— Я хочу знать.

Я смотрел на неё, желая узнать всё, что возможно.

Её глаза всё ещё были серьёзными, но на губах образовалась лёгкая улыбка.

— Прекрасно. Первым делом ты должен уяснить, что, в отличие от маны, эфир ты поглощать не можешь: ты можешь лишь изменить его присутствие в реальности и его влияние на неё.

— Значит ли это, что для влияния на эфир не требуется ядро маны?

— Ядро личности — это то, что соединяет тело с физическим измерением, поэтому, несмотря на то, что эфир не управляется напрямую, как мана, ядро маны всё же необходимо, — ответила женщина. Хоть Майр изъяснялась с помощью простых слов, в них отражалась глубинная мудрость, которая была несравнима с моей.

— Ты поймёшь, каков твой путь, когда придёт время, но раз уж ты всё ещё на начальной стадии своего развитии, лучше будет не перегружать тебя информацией, которая пока тебе без надобности, — продолжила она, мягко улыбаясь мне. — Пока что знай одно, после опредёленного предела твоё развитие перестанет полагаться на механическую способность очистки маны, но будет зависеть от полученных знаний, которые невозможно передать другому.

Я задумался над её загадочными словами. Мой мозг едва не зудел от накопившихся вопросов, но я понимал, что сейчас не лучшее время, чтобы их задавать.

Она удовлетворённо кивнула, заметив, что, что я жду продолжения её слов.

— Я не знаю точно, совпадение ли это или судьба, но существует причина, по которой ты можешь — до определённой степени — использовать эфир. Догадайся, что это?

— Я думал, это из-за воли Сильвии? — предположил я.

— Причина, по которой на тебя свалилась тяжкая ноша контроля эфира, частично связана с волей Сильвии, но это вовсе не причина того, что ты можешь управлять им.

Мне в голову приходил лишь ещё один возможный ответ.

— Из-за того, что я способен управлять всеми четырьмя элементами?

— Именно так! — похвалила меня Майр — Благодаря познанию всех четырёх основных элементов мы смогли заглянуть за пределы воды и осознать, что находимся в стакане.

— Значит ли это, что драконы намного сильнее других рас? — спросил я.

Асура покачала головой и уточнила:

— Мы, конечно, обладаем заметным преимуществом над другими расами. Мы, драконы, способны контролировать эфир, но до какой степени? Даже сильнейшие из драконов способны лишь царапать безбрежную поверхность того, на что способен эфир. Однако другие расы обладают куда более глубоким познанием элементов, к которым они предрасположены, в отличие от драконов.

Я не знал, сколько точно мы разговаривали, но я ощущал, как сила постепенно покидает меня из-за того, что я использую Сердце Мира. Заметив моё напряжённое выражение лица, Майр сказала, что я уже могу отозвать свою способность.

Мир вновь заполнился цветом, когда я деактивировал Сердце Мира, и, как обычно, последними исчезли руны.

— Так что, Майр, ты уже выяснила, какая способность эфира подходит мне лучше всего? — спросил я, с облегчением вздохнув.

— Да, но пока ты не успел слишком обрадоваться, позволь мне предупредить тебя, что даже я не могу предугадать, сможешь ты контролировать эфир сознательно, как мы, или нет. Несмотря на то, что ты действительно обладаешь способностью контролировать все четыре элемента, заполучил волю дракона и Фигуру Сердца Мира, ты всё ещё остаёшься человеком.

Её слова прозвучали жестоко, но в них не было ни притворства, ни снисходительности.

— Понятно, — пробормотал я. Я бы соврал, если бы сказал, что не расстроился. В мире, где, помимо людей, существовали и другие расы — к тому же, более могущественные — я начинал видеть тот незримый потолок, на который я не обращал внимания всю мою предыдущую жизнь.

— Я уже говорила о том, что нельзя сравнивать эфир с маной. Эфир всё равно что организм, практически разумный, который следует уговаривать и принуждать к действию. Именно из-за этого способность управлять эфиром возлагает тяжёлое бремя на своего носителя. Ты наверняка ощущал это каждый раз, когда управлял временем.

— Ты права. И сколько бы раз я ни использовал эту способность, проще не становится, — признался я, облокотившись на деревянное изголовье кровати.

— И я сомневаюсь, что когда-нибудь станет. Милый, хоть я не могу сказать точно, почему тебе, хоть и на короткий миг, удалось воспользоваться способностью управлять временем, тебе никогда не было предназначено ступить на путь эвума.

Достав ручку и небольшой кусок пергамента с тумбочки, она начала рисовать какие-то символы.

— Артур, ты сумел притронуться к управлению маной лишь благодаря воле Сильвии, но я предполагаю, что ты уже примерно понял, как это работает.

— В теории я всё ещё не понимаю, как это происходит, — неохотно признал я. Во время использования первой фазы воли Сильвии я ощутил, словно смотрю на рукопись на иностранном языке: я знал, как она выглядит, но понятия не имел, как её читать, или что означает написанное.

— В этом и заключается причина, — Майр взяла в руки бумагу, на которой писала, показывая мне мешанину из знакомых символов. — Как и Сильвия, ты должен был уметь контролировать ткань границ, что удерживают физическое измерение на месте: ты — гений спатиума.

Узнав об этом, я не был счастлив. Совсем не был.

— Но, как ты и сказала, несмотря на это знание, есть серьёзная возможность того, что я не смогу контролировать эту способность.

Майр окинула меня серьёзным взглядом, но ничего не сказала.

— Из того, что ты успела мне рассказать, я лишь однажды смог использовать способность управлять временем, потому что это было частью воли, которую передала мне Сильви, прежде чем её убили.

Я изо всех сил старался сдержать своё разочарование, но мой голос постепенно становился всё громче.

— Прошу тебя, Майр. Расскажи, что мне нужно делать. Всё, что ты пока рассказала мне об этой великой способности, это то, что у меня есть к ней предрасположенность, но из-за физических ограничений моей расы я не смогу выдержать этой ноши!

Асура долго молчала, просто мягко перебирая мои растрёпанные волосы.

— Мне искренне жаль тебя, Дитя. У тебя такой огромный потенциал, необходимый для величия, но твои возможности ограничены тем, что ты не можешь контролировать. Причиной, по которой я сказала тебе всё это, было вовсе не желание поиздеваться над тобой, указав на то, что ты никогда не сможешь достичь, но решимость подтолкнуть тебя на то, чтобы ты вышел за пределы нормы. Даже если ты дойдёшь до белой стадии и выше, ты, возможно, не сможешь контролировать эфир, как это способны делать драконы, но это не значит, что у тебя нет такой способности. Знание — это неизмеримая сила, которая способна преодолеть те границы, что воздвигли вокруг себя даже асуры.

— Ты права. Прости, что срываю своё раздражение на тебе. Я знаю, что ты желаешь мне только лучшего, — прошептал я.

— Да, дитя моё. Только лучшего, — эхом отозвалась она. Но, когда я взглянул на неё, на её лице явственно прослеживалась печаль.

— В чём дело?

— Артур. Я нарушила множество правил, передав тебе все эти знания. Они обязательно будут использованы против расы драконов, если попадут не в те руки, поэтому, прошу тебя, поверь мне, что я искренне желаю для тебя лучшего.

Я всё ещё не мог понять, почему Майр так заботилась обо мне с самого начала, но ещё в прошлой жизни я научился читать намерения тех, кто находился вокруг меня. У асуры вправду были добрые намерения, несмотря на то, что мы ещё так мало знали друг о друге.

— Даже если Сердце Мира не может быть использовано на максимум, оно способно стать незаменимым помощником в предстоящих сражениях благодаря своим возможностям к ощущению. С Сердцем Мира, твоей способностью к управлению всеми четырьмя элементами, равно как с твоим отличительным мастерством в бою, у тебя есть в распоряжении множество средств, при помощи которых можно получить преимущество… — голос Майр затих, заставив меня с опаской ждать следующих слов.

— Но? — спросил я.

Глубоко вздохнув, она помолчала какое-то мгновение и заглянула мне в глаза.

— Но эта техника, которую ты создал, и из-за которой ты оказался в моём доме в таком ужасном положении… к ним не относится.

Словно посчитав, что выразилась недостаточно ясно, она уточнила:

— Больше никогда не используй эту технику.





Глава 120




Глава 120.

Даже после жутковатого предупреждения Майр я продолжал молчать, практически не шевелясь. Я предполагал, что это и было настоящей причиной того, что я здесь оказался, но её слова сделали моё положение ещё более реальным.

Мои мысли путались от попыток придумать причины, чтобы опровергнуть слова асуры. Но в голову ничего не приходило. Независимо от того, сколько маны я вобрал в тело, чтобы усилить его, то, что я делал с Рывком, судя по всему, напрямую стимулировало мои мышцы до такой степени, что разрывало их — и ломало кости — на куски.

— Я всегда считал, что этот мир содержит бесконечные возможности с магией в качестве эпицентра. Но теперь я понимаю, что где бы ты ни оказался, всегда существует потолок, сдерживающий в клетке тех, кто хочет отправиться в путешествие в неизвестность, — вздохнул я, глядя на деревянный потолок над нами.

— Я знаю, что ты потратил много времени, разрабатывая это искусство маны, и я понимаю, что с моей стороны грубо выпытывать у тебя этот секрет, но как именно работает эта твоя техника перемещения? — спросила Майр, и в её туманно-зелёных глазах блеснула искорка любопытства.

Для начала я рассказал ей, как мне пришла в голову идея этого навыка. Майр уже знала об основах Призрачного Шага, который разработал клан Тайстес, благодаря чему я смог пропустить эту часть. Затем я объяснил ей базовую механику того, как я улучшил Призрачный Шаг, отойдя от его первоначального концепта. Призрачный Шаг был лишь пассивным навыком, который был нужен, чтобы скрыть колебания маны своего пользователя. Рассказывая о тех месяцах, которые я потратил, пытаясь хотя бы твёрдо уяснить для себя принцип действия Рывка, я почувствовал укол боли в груди, когда до меня внезапно дошло, что всё это было зря.

Я впервые разработал искусство маны, которое выходило за рамки этого мира, поскольку это было возможно лишь благодаря моим знаниям из предыдущей жизни. Но я не мог сказать ей об этом. Вместо этого я поведал ей, как я впервые додумался до этого…

— Интригующе, — произнесла Майр, глубоко задумавшись. — Использовать возможности тела до такой степени… я бы до такого никогда не додумалась.

— Поначалу я была поражена, увидев твоё тело в таком состоянии, но теперь, когда ты объяснил мне принцип работы этой техники перемещения, я понимаю, что просто чудо, что твои ноги не были безнадёжно искалечены, — продолжила она, всё ещё выражая восхищение.

— Но это теперь неважно, так? Я не могу использовать этот навык, не сломав моё тело и не разорвав мышцы, поэтому мне придётся придумать какой-нибудь другой способ, чтобы подготовиться к предстоящей войне, — пожал я плечами, не давая лицу принять горького выражения. — Пользуйся на здоровье, Майр. И спасибо, что исцелила мои ноги.

— Дитя моё, должна признаться, что вовсе не уверена в том, что смогу повторить рассказанное тобой. Невероятный контроль и сложные настройки, которые необходимы для правильного выполнения этого Рывка, находятся за пределами моего понимания, — со смешком призналась женщина. — С возрастом я обрела успокоение. Я искала скрытые таинства вивиума, давным-давно забросив практические занятия с маной. Не беспокойся, секрет твоего навыка умрёт со мной.

— Спасибо.

Её слова не помогали разрешить дилемму, в которой я теперь находился.

— Майр, меня немного клонит в сон, у меня не было шанса выспаться…

— Ну конечно, милый, — тут же откликнулась асура. Ещё раз с сочувствием взглянув на меня, она задула свечи, освещавшие комнату, и ушла.

Без освещения в хижине стало темно, и я мог различить в темноте лишь лунный свет, пробивавшийся сквозь соломенную крышу. В потоках мягкого белого света танцевали частички пыли и золы от тлеющих дров в камине, создавая в комнате привлекательную атмосферу.

Я солгал, сказав Майр, что хочу спать. Сон был последним, что мне хотелось делать: я уже и так потратил достаточно времени.

Я закрыл глаза, анализируя ситуацию, в которой оказался.

Мой прорыв до стадии серебряного ядра был более чем приятным сюрпризом, поскольку моё ядро улучшилось до среднего уровня. Количество маны, которую я теперь мог использовать благодаря этому улучшению, наравне с помощью Вращения Маны, было в несколько раз больше, чем то, что было у меня, когда я только пришёл на этот континент. Мои способности к рукопашному бою тоже значительно выросли, благодаря Кордри. Если добавить к этому ещё моё владение мечом, то меня запросто можно причислить к искателям приключений класса АА, даже если не использовать стихийную магию.

Несмотря на всё это, увы, мне было почти нечем похвастаться в магии или искусствах маны. Я надеялся изучить пару премудростей различного использования асурами маны, но пока что я не узнал об этом практически ничего. Асуры предоставили мне отличные средства для тренировки в лучших условиях, чтобы я двигался в верном направлении, но, похоже, они совершенно не хотели делиться со мной своими секретами свободного контроля над маной.

Призрачный Шаг был единственной техникой, которую мне удалось создать самому, но, несмотря на то, что она была довольно важным навыком, на предстоящую крупномасштабную войну она вряд ли могла повлиять.

Знания о контроле над маной состояли из неизбежной коннотации тайны и чуда; им было далеко до эфира, но всё же. В то время как Дикатен, по сравнению с моим прежним миром, был местом невообразимых знаний и возможностей, надо сказать, что мой дом, по сравнению с Эфеотусом или даже Алакрией, был просто младенцем в области знаний о мане и её понимания.

В Алакрии действительно жили какие-то асуры, и можно смело предположить, что они передали свои знания о мане тамошним жителям. С точки зрения военного лидера, если Агрона хочет захватить Дикатен, то ему нужно достаточное количество военных сил, чтобы не только успешно вторгнуться на наш континент, но ещё и защитить свой клан от асур с Эфеотуса, которые, я мог с уверенностью предположить, с нетерпением ждали, когда Вритры проявят слабость.

Чтобы преуспеть в достижении своей цели, ему нужно, чтобы низшие расы этого континента стали сильнее людей в Дикатене. Я знал, что силы Алакрии ограничены тем, сколько человек они могут отправить в долгую экспедицию по морю, или каким-либо другим способом, но мне было интересно, насколько наш враг действительно сильнее.

Мне стало интересно, какую именно информацию Синтия Гудскай передала асурам и лидирующим лицам Дикатена. Я был уверен, что они там предпринимают надлежащие меры обороны, но, пока меня не проинформировали об имеющихся у нас данных, я был вынужден слепо гадать о возможностях врага.

Эти мысли не могли не тревожить, поэтому я начал думать о том, какими возможностями обладают эти Четыре Косы и их пособники. В том докладе, который передал мне Виндсом, сообщалось, что пособник Четырёх Кос был способен уничтожить целую команду под командованием Копейщика.

Смог бы я убить такого пособника с моим теперешним уровнем силы? Я не знал точно. Алеа Трискан, убитая Копейщица, была на белой стадии. Несмотря на то, что развитие её ядра маны происходило благодаря артефактам, врученным каждому Копейщику, оно всё равно давало ей значительную силу. Я понимал, что, раз её так просто убили, мне нельзя недооценивать этих пособников, даже с полученными мною здесь навыками.

Остаток ночи состоял из непонятной смеси смутной осознанности и полноценного сна. Не успел я опомниться, как хижину залил тёплый свет утреннего солнца.

Дотянувшись до пустого ведра около моей кровати, я поставил его себе на колени. Воспользовавшись маной, чтобы набрать воды в ладони, я ополоснул лицо, надеясь так скорее проснуться.

— Я так понимаю, ночь у тебя выдалась бурная? — донёсся до меня голос Майр с другого конца хижины.

— Как ты догадалась? — пошутил я, ощущая себя бодрее после свежей воды.

— Синяки у тебя под глазами почти до подбородка дошли, — усмехнулась она, подходя ко мне.

Убрав накрывавшие меня одеяла, она начала бережно освобождать мою ногу от бинтов. Я заметил, что её глаза, пока она внимательно осматривала меня, стали того же лавандового цвета, какими они были во время использования Сердца Мира.

— Отлично, кости твоих ног теперь правильно встали на место, и я могу их полностью исцелить. Мне пришлось заниматься каждым участком ноги отдельно, чтобы кости и мышцы срослись правильно.

После этих слов руки Майр вновь засияли тем серебристым оттенком, как когда она продемонстрировала мне использование эфира. Она провела руками по моим ногам сверху вниз, оставляя на них серебристый туман. Постепенно туман начал проникать в мои ноги сквозь кожу.

Поначалу я почувствовал небольшое покалывание, когда к моим онемевшим ногам начали возвращаться ощущения. Но вскоре мягкое покалывание превратилось в мучительную боль, которая словно прожигала каждый дюйм моих ног. Если бы я не знал, что Майр исцеляет мои ноги, я бы не удержался и отрезал их прямо там. Тот факт, что я долго сдерживал в себе желание мочеиспускания, лишь прибавлял дискомфорта во время усиливающихся волн боли.

Ощущения в моих ногах совершенно не были похожи на исцеление. Больше это было похоже на то, будто асура решила вырастить мне новую пару ног самым болезненным способом из возможных.

— Га! — приглушённо крикнул я, вцепившись ногтями в кровать в надежде так отвлечь себя от боли.

— Мне стоило предупредить тебя о боли, но я, в общем и целом, заставляю твоё тело исцелять себя в гиперускоренном темпе. Поскольку сейчас твои порванные сухожилия и мышцы вновь пытаются прикрепиться к костям, ты можешь догадаться, почему у тебя сейчас такие ощущения.

Асура не отводила взгляда от моих ног, и над её тонкими бровями начали выступать капельки пота.

Боль длилась около десяти минут, потом постепенно начала утихать. К концу исцеляющего процесса я стал осторожно сгибать пальцы ног. С согласия Майр я опустил ноги на пол и осторожно наступил на обе по очереди, прежде чем встать. Ноги тут же согнулись под непривычным весом, и я упал на бок.

— Осторожнее. Твои ноги исцелились полностью, но во время этого лечения ты потерял много мышечной массы в нижней части тела. Тебе наверняка непривычно ощущать ноги такими слабыми, — абсолютно спокойно сказал Майр.

— По крайней мере, я не ощущаю ни боли, ни дискомфорта, — отозвался я, не в силах сдержать воодушевления в голосе. В моих ногах действительно была слабость, но это временное явление. Я хотя бы мог их полностью контролировать.

— Это не изменяет факта, что Рывок ты использовать больше не можешь. Я не смогу исцелять тебя, пока ты будешь в Дикатене, и с каждым разом лечить мне их будет всё сложнее.

— Я понимаю.

Я вновь попробовал свои силы, пытаясь встать. В этот раз мне удалось сохранить вертикальное положение, хоть мои ноги и дрожали. Примерно через час непрерывного ковыляния по хижине, то и дело прислоняясь к мебели и стенам в поисках опоры, я понял, что мне нужно делать. Я тут же вышел из хижины, чтобы облегчиться, и провёл несколько минут на улице, потягиваясь и вдыхая свежий утренний воздух, пахнущий росой.

— Я думала о том, что ты вчера сказал, милый, — окликнула меня с крыльца Майр. — Касаемо того, что информация, которую я тебе раскрыла, бесполезна, раз у тебя ограничены способности.

— Прости за это, Майр, — ответил я, качая головой. — Я сказал это со злости. То, что ты мне рассказала, я бы не смог узнать больше нигде. Я осознал, как безнадёжно отстают знания о мане в Дикатене.

— Учитывая, что жители Дикатена начали экспериментировать с маной при помощи данных нами артефактами не так давно, они прошли большой путь.

Выйдя из хижины, женщина жестом попросила меня следовать за ней, идя по идеально ухоженному и подстриженному газону.

— Даже мне не позволено раскрывать некоторую информацию, но, раз ты уже кое-что знаешь, мне остаётся лишь подталкивать тебя в нужном направлении, — сказала она, стоя в нескольких метрах от меня.

— Я не понимаю, — отозвался я, оглядываясь. Вокруг не было ничего, кроме густо растущих деревьев, возвышающихся над нами, отчего хижина и подстриженная лужайка выглядели совсем неуместно.

— Не волнуйся. Я уже сказала Виндсому, что заберу тебя ещё ненадолго.

Воздух вокруг нас изменился, и почти сразу же Майр активировала своё Сердце Мира. Золотистые руны мягко светились под её рукавами, а туманно-зелёный цвет её глаз превратился в сияющий лавандовый.

— А теперь, мальчик мой, используй любую комбинацию любых заклинаний, которые у тебя имеются, и атакуй меня ими так сильно, как только можешь.

Глядя на хрупкую и худую Майр, стоявшую на траве, я заколебался. Но жуткое давление, внезапно вырвавшееся из той же хрупкой на вид асуры стёрло все мои опасения, что я могу её ранить. Скорее, именно я окажусь в опасности, если не последую её инструкциям.

— Хорошо.

Я набрал маны в мои руки, но, прежде чем я успел сформировать заклинание, которым хотел её атаковать, донёсшийся до меня голос Майр остановил меня.

— В своей правой ладони ты подготавливаешь сжатую сферу воды, а в левой — небольшой порыв ветра. Дитя, я же просила, чтобы ты атаковал меня так сильно, как только можешь.

Она попала прямо в точку.

Проигнорировав её издёвку, я использовал оба заклинания и тут же сосредоточился на области под её ногами.

— Ты собираешься разверзнуть подо мной землю, довольно неплохая идея, но я бы была очень признательна, если бы ты не испортил траву, — заметила она, без труда избежав обоих заклинаний. Затем Майр легонько топнула по земле, отменив моё заклинание до того, как оно успело подействовать.

Я изумлённо разинул рот на секунду, но тут же успокоился. Мне вспомнилось, как она объясняла вчера, что Сердце Мира можно использовать для усиления восприятия, но я и подумать не мог, что до такой степени.

— Как я и сказала. Это те знания, что у тебя уже есть, — усмехнулась она, касаясь пальцем виска. — Я лишь буду подталкивать тебя в правильном направлении.





Глава 121




Глава 121.

— Ты проглядел заклинание позади себя, милый, — пожурила меня Майр. — Правильное распознавание колебаний маны начинается с ощущения заклинания как раз в тот миг, когда они влияют на физическое измерение. Затем ты должен использовать Сердце Мира, чтобы точно определить форму, которую они примут. Даже если твой противник предпочтёт выкрикнуть название заклинания, его размер, форму и длительность он всё равно будет представлять у себя в голове. Некоторые маги и вовсе могут произнести заклинание вслух, чтобы сбить противника с толку.

Я принял к сведению её совет, но мне становилось всё сложнее оставаться в сознании, поскольку я потерял много крови из зияющей сквозной раны над моей ключицей. Асура продолжала разбирать ошибку, которая привела меня к этой ране, попутно исцеляя меня с помощью эфира. Такое случалось уже не в первый раз — и даже уже не в седьмой — с тех пор, как я начал тренироваться с ней. Множество раз мне не удалось правильно проанализировать поток маны до того, как он превратился в заклинание, но я заметил, что лечение асуры путём использования эфира в корне отличается от исцеляющих заклинаний моей матери.

Ограничений, действовавших на мою мать — да и на любого мага-целителя — для Майр просто не существовало. Она могла избавлять от недугов, закрывать сквозные раны и даже выращивать новые конечности, отчего возникал вопрос: почему же Майр просто не отрезала мне ноги и не вырастила новые?

Из того, что поведала мне Майр, стало ясно, что за использование эфира за определёнными границами приходится платить. Это касалось не всех имеющихся у неё заклинаний, большинства из них, если уж на то пошло. Но, применяя эфир для отращивая абсолютно новой конечности, нужно было извлекать эфир, поддерживающий жизнь чего-то или кого-то.

— Я знаю, о чём ты думаешь, когда противостоишь этим заклинаниям, дитя, — голос асуры заставил меня прийти в себя и сосредоточиться. — Не торопись и не пытайся противостоять заклинанию, прежде чем оно появится. Мне понадобились десятки лет, чтобы научиться правильно это делать, и это считается довольно быстрым даже среди нас, драконов. А теперь не пора ли нам спать?

Я посмотрел в небо. Оранжевый окрас неба у горизонта — вот и всё, что осталось после заката, когда ночь начала брать своё.

— Звучит неплохо, — улыбнулся я, следуя за женщиной в маленькую хижину.

Удивительно, как незаметно проходили недели благодаря бесконечным тренировкам и компании пожилой асуры.

Однако за последние несколько недель тренировок с Майр отчётливо ясно стало одно: кроткий и мягкий темперамент, который асура явно симулировала, помогая мне исцелиться, был ложью. В любой ситуации, кроме тренировки, она была приятным спутником и собеседником, но на тренировочной площадке она проявляла своё истинное я — демоническую сущность, в сравнении с которой тренировки Кордри были невинны, как ласкание щенка.

Хуже всего было то, что из-за способности к исцелению благодаря эфиру её почти ничто не сдерживало. Она множество раз повторяла то, что потом являлось мне в страшных снах: «Лучшее лекарство от раны — это, в первую очередь, её предотвращение. Поэтому, если ты не хочешь, чтобы я тебя ранила — не дай этому случиться».

Она говорила это с неизменной хитрой усмешкой, прежде чем атаковать меня разноцветным сполохом заклинаний, которые мне было необходимо распознавать и избегать при помощи Сердца Мира.

Но тренировки сводились не только к практике. Она учила меня выжидать момент, когда заклинание должно было проявить себя. В зависимости от вида заклинания, частицы начинали колебаться по-разному, поэтому было важно знать, что именно высматривать за краткий промежуток времени. Что и говорить, это было подобно изучению нового языка — вот только здесь на кон была поставлена собственная жизнь.

Поначалу это меня раздражало, и я даже спросил, можно ли Виндсому позволить мне прибегнуть к эфирной сфере, чтобы сохранить время, но женщина воспротивилась, сказав что-то о том, что эфирная сфера не позволяет точно понять, как работает мана в физическом измерении.

Однако, к удивлению Майр, мой прогресс в распознавании маны, как я это назвал, шёл скачками. По словам Майр, на изучение того, что заняло у неё полгода, мне понадобилось чуть менее месяца. Я пока был совершенно не готов применить эти знания в реальном бою, но основы уже закрепил. Как с чтением книги: я мог читать слова, но для скорочтения мне понадобятся месяцы, а может и годы.

За эти шесть недель каждое утро начиналось с анализа маны, когда Майр выпускала несколько заклинаний разных элементов в воздух, и, порой, даже прямо в меня. Постоянное использование Сердца Мира во время подобных тренировок помогло мне несколько увеличить длительность этой способности, но не намного.

В дневное время женщина разбирала со мной допущенные ошибки и нюансы, за которыми я должен следить, чтобы точнее угадывать, какое формируется заклинание. Майр дотошно объясняла принципы работы маны, и это помогало мне достичь прогресса в моих тренировках.

После этого я тренировался самостоятельно, устраивая бой с тенью, которая использовала в моём воображении различные формы атак, вызубренные мной благодаря Кордри. Перед сном я всегда развивал моё ядро маны, но после того огромного прорыва никаких особенных изменений в нём пока не происходило.

Когда мы закончили есть обычную тушёную говядину на ужин, в деревянную дверь кто-то отчётливо постучал.

— Войдите, — окликнула Майр, осторожно отпивая из кружки.

— Прошу прощения за вторжение, — произнёс знакомый голос, и дверь открылась.

Это был Виндсом.

Не могу сказать, что я не был рад его видеть, ведь мы не общались несколько месяцев. Вечно невозмутимый асура с платиново-светлыми волосами, коротко остриженными и подровненными, внезапно опустился на одно колено, явно проявляя почтение по отношению к Майр.

Я понял, что у Майр есть некоторое влияние в клане Индрат, учитывая её силу и факт, что она удерживала меня здесь, несмотря на то, что я должен был проходить тренировку вместе с Виндсомом. Однако то, что он так почтительно отнёсся к пожилой асуре, вызвало у меня несколько вопросов.

— Прошу прощения, что явился без предупреждения, но Лорд Индрат уже нашёл Артуру следующего инструктора, и он с нетерпением ждёт своего нового ученика, — сказал Виндсом, опустив глаза.

— Очень хорошо, но я бы хотела присмотреть за этим мальчиком, поэтому, надеюсь, ты не против, если я буду навещать его время от времени?

Благодаря тону, которым Майр задала вопрос, стало ясно, что это скорее приказ, нежели просьба.

— Разумеется, не против. А теперь нам пора идти, — Виндсом взглянул на меня, намекая, чтобы я приготовился уходить. — Прошу нас простить.

— Тебе пора идти, Артур. Не забывай продолжать тренировки с Сердцем Мира, — Майр пропустила сквозь пальцы мои волосы, которые отросли уже настолько, что их впору было назвать гривой.

— Обязательно. К тому времени, как мы снова увидимся, я уже овладею им, — поддразнил я её, по-детски улыбаясь.

Следуя за Виндсомом, я покинул хижину, и вдвоём мы пошли сквозь заросли деревьев, окружавших жилище Майр.

Пока мы шли, я не мог не заметить, что Виндсом с любопытством поглядывает на меня.

— Что-то не так? — спросил я, переступив через торчащий из земли корень.

— Сама Леди Майр потратила время не только на твоё лечение, но и на тренировку… — голос асуры смолк, и он покачал головой. — Твоя удача не перестаёт удивлять меня.

Я нырнул под особенно низкую ветку.

— Кто вообще такая Майр?

— Леди Майр, — с нажимом поправил Виндсом. — И я не имею права говорить тебе, кто она, раз она не сделала этого сама.

— Знаешь, когда я впервые встретил тебя, я решил, что ты занимаешь здесь довольно высокое положение. Оказывается, что не очень, — усмехнулся я, заходя с ним в лес всё дальше.

— Следи за языком, человек. Даже если бы я занимал самое низкое положение среди асур, я бы всё равно был сильнее, чем любой представитель твоей низшей расы в Дикатене, — парировал Виндсом.

— Прости. Я задел тебя за живое? — я поднял руку, уступая.

Рассерженный Виндсом только молча покачал головой. Вскоре мы добрались до телепортационных врат, которые установил Виндсом, испускающих яркий свет и отражающих место, куда нас должно было перенести.

— Напомни ещё раз, почему ты установил врата так далеко от хижины? — спросил я, подходя к вратам.

— Защитное поле Леди Майр заканчивается здесь, — просто ответил асура, ступив правой ногой в сияющий круг. — А теперь идём. Твой новый инструктор не любит ждать.

Когда тело Виндсома исчезло во вратах, я тут же отправился за ним. За годы я привык к тому, что во время путешествий подобным методом начинает кружиться голова.

Когда я вышел из телепортационного круга на покрытую песком землю, то не смог отвести восхищённого взгляда от ландшафта, совершенно отличного от предыдущего. Мы находились на дне чего-то, напоминающего огромный кратер с внушительными стенами, выточенными самой природой, и возвышавшимися над нами со всех сторон. Выглядело это так, будто когда-то эту огромную яму наполняла вода, но единственным, что от неё осталось, это серебристые лентообразные трещины, которые проходили по стенам на разной высоте. Растительная жизнь — да и жизнь вообще — похоже, не существовала в этом месте. Суровый иссушающий ветер подул мне в лицо. Неровная земля, которая простиралась вокруг нас, как оказалось, постоянно двигалась, поскольку ветер разбрасывал и раскидывал обломки и мусор без какого-то особенного ритма или схемы.

— Значит, моя новая тренировка будет проходить здесь? — уточнил я, и мой голос дрогнул от мысли, что мне придётся провести здесь недели или даже месяцы. Из-за постоянных телепортаций между моими разными тренировочными площадками я никак не мог получше узнать, как выглядит континент Эфеотус: прибудь я сюда при других условиях, я бы непременно захотел исследовать землю асур.

— Ты провёл последние полгода, занимаясь, в основном, усиленной тренировкой рукопашного боя. Проще говоря, ты оттачивал разные навыки в ключевых аспектах, необходимых для сражений в войне. Теперь ты начнёшь соединять всё вместе в единый стиль, который использует и твою стихийную магию, и твои навыки рукопашного боя, — объясняя это, асура, похоже, пытался что-то отыскать, вглядываясь вдаль.

— И этот инструктор поможет мне? — я тоже начал оглядываться вокруг.

— А, он здесь, — объявил Виндсом, проигнорировав мой вопрос.

— Так это он? Этот щенок, который должен стать героем, ведущим Дикатен к победе над выращенными Вритрой армиями и их отвратительными маленькими слугами? — глубокий бас отчётливо разнёсся над пропастью.

Фигура размером с насекомое стояла на краю кратера, затенённая солнцем, светящим ей в спину. Она спрыгнула и стала нестись к нам как метеор, становясь по мере приближения всё больше.

Когда незнакомец приземлился, во все стороны полетел песок и мусор, вынудив нас с Виндсомом прикрыться от них. Пока мы ждали, когда пылевое облако уляжется, из-за него вырвалась огромная рука и оторвала меня от земли. Я сопротивлялся, даже прибегнул к мане, но гигантская ладонь, сжимавшая мою талию, не собиралась разжиматься.

Когда она втянула меня в облако пыли, прозвучал твёрдый и глубокий голос, заставивший меня содрогнуться до глубины души.

— Привет, щеночек.

Облако рассеялось, я смог отыскать источник голоса и разглядеть того, из чьей хватки я так отчаянно пытался освободиться.





Глава 122




Глава 122.

Ни в одной из своих жизней я не видел подобного чудища. Монстр, что схватил меня, казался полностью вытесанным из отполированного камня. Вместо глаз у него было две выпуклых полости, излучающих бледное сияние, которые сознательно изучали меня. Выступающая нижняя челюсть напоминала мне об обезьянах. Чудовище издало низкое рычание, заставив каждый орган в моём теле задрожать.

Мои ноги висели довольно-таки высоко над землёй, метрах в пяти, не меньше. Однако, несмотря на ситуацию, в которой я оказался, я не мог не смотреть с благоговением на то, что было перед моими глазами.

В каменной оболочке зверя не было ни единого изъяна. Казалось, что сама земля кропотливо отполировывала этого монстра миллионы лет, стёсывая малейшую неровность. Гладкий камень, из которого состояли тело и морда гигантской обезьяны, сверкал подобно океану под полуденным солнцем, окружая его почти священной аурой, несмотря на уродливую форму.

Внезапно на теле зверя начали появляться трещины, бесконечно ветвящиеся, и из толстых трещин вырывалось такое же бледное сияние, как и из глаз.

Гигантская рука, схватившая меня, разжалась и рассыпалась мелким песком, также как и остальное тело зверя. Я упал на ноги и уставился на то, как куча песка, которая совсем недавно была каменным монстром, начала медленно растекаться по земле.

Среди останков того, что ранее было големом, стоял худощавый и хрупкий на вид мужчина, одетый в потрёпанное белое пальто.

— По твоему выражению лица я могу догадаться, что я тебя не напугал — максимум, удивил, — пробормотал он, раздражённо цокнув языком.

— Артур, я хочу представить тебе Врена. Он будет твоим инструктором довольно долго, поэтому знакомься.

В глазах Виндсома танцевали весёлые искорки, когда он произнёс это.

Из всех асур, что мне встречались прежде, Врен был пока самым примечательным. Похожий на голодающего, закутавшись в своё непомерно большое пальто, он пристально смотрел на меня, сильно сгорбившись. Большие мешки под его полузакрытыми уставшими глазами были почти такими же тёмными, что и жирные чёрные волосы, которые ниспадали на его лицо как мокрые водоросли, и их явно не мыли уже много дней. Учитывая ещё неровную щетину, которая росла на его подбородке и щеках, даже самые грязные бродяги глядели бы на него сверху вниз.

Тем не менее, я уже знал, что не стоит поспешно судить человека, а уж тем более асуру, лишь по его внешнему виду. Что уж там, я сам, не принимавший душа и не стригшийся несколько месяцев, должен был помалкивать.

Опустив голову, я официально представился своему новому инструктору.

— Приятно познакомиться, меня зовут Артур Лейвин. Рассчитываю на твою поддержку.

— Виндсом, — асура отвёл взгляд, проигнорировав меня. — Какое наказание ждёт опоздавшего в человеческом обществе?

— Прошу прощения? Наказание? — переспросил я.

— Может, отрезать палец на руке или на ноге? Нет, как-то слишком жестоко. Заключение и изоляция от общества звучит более приемлемо, — пробормотал себе под нос сгорбленный асура, потирая заросший подбородок.

— О чём ты говоришь? Нет никаких наказаний, да и вообще каких-либо последствий за небольшое опоздание! — недоверчиво проговорил я.

— Что? — асура явно выглядел удивлённым. — Совсем никаких? За подобное поведение не предпринимается никаких карательных действий?

— На это смотрят неодобрительно, но нет, никаких формальных наказаний за опоздания не применяется, — вмешался Виндсом.

— Как странно. Я предполагал, что раса, чья продолжительность жизни так незначительна, будет уделять больше внимания времени, чем чему-либо другому. Какая же отсталая раса, вы, люди, — пробубнил он.

Несмотря на грубость, в его словах была правда. Я едва смог сдержать смех над явной иронией в сторону нас, «низшей расы».

Пока худой и потрёпанный асура продолжал мысленно что-то анализировать, я не удержался и вопросительно взглянул на Виндсома.

— Несмотря на мою неосведомлённость о социальных сложностях человеческого поведения, нам стоит перейти к тому, зачем ты здесь. И почему я пришёл сюда, в богом забытый кратер на вершине горы.

Махнув рукой, словно отгоняя ненужные мысли, асура приблизился ко мне.

— Артур, верно? — спросил мой новый инструктор.

— Угум.

— Я хочу, чтобы ты разделся, — асура безжалостно смотрел на меня, притоптывая ногой от нетерпения.

— Ещё бы, — пробормотал я почти беззвучно.

— Что ты там сказал? — огрызнулся тот.

— Ничего.

Вздохнув, я разделся до нижнего белья.

— Этого достаточно, или тебе хочется изучить и мои семейные драгоценности?

— Возможный спаситель низшей расы обладает острым языком, — язвительно заметил Врен. Он начал ходить вокруг меня, то и дело тыча в меня пальцем. Когда асура заметил белое перо от Сильвии, обёрнутое вокруг моей руки, он снял его.

— Эй! — крикнул я.

— Драконье перо. Воистину редкий материал, чтобы тратить его на согревание руки, не думаешь? — изумился хрупкий асура.

— Материал? — с любопытством переспросил я.

— Перья наших крыльев состоят из особого вида чешуек, которые обладают множеством уникальных свойств. С того дня, как мы рождаемся, мы никогда не теряем перьев из наших крыльев, поэтому если дракон намеренно отдаёт кому-то своё перо, это означает доверие и привязанность, — ответил мне Виндсом.

Врен отдал мне обратно длинное перо.

— Я и не знал, — проговорил я, глядя на длинное белое перо, которое казалось таким шелковистым в моих пальцах. — Почему Майр не сказала мне об этом? — я повернулся к Виндсому.

— У неё наверняка были свои причины, — пренебрежительно отозвался асура.

Врен продолжил осматривать меня, время от времени касаясь пальцем или двумя главных артерий и что-то рассчитывая про себя.

— Разведи руки, — внезапно приказал Врен. Я сделал так, как он сказал, надеясь, что подчинение его командам ускорит процесс.

Меня веселил тот забавный и немного смущающий факт, что я нахожусь в центре пустого кратера с двумя асурами, изучающими меня, почти полностью голый.

Сгорбленный асура продолжал изучать меня, бормоча себе под нос какие-то цифры. Полуденное солнце обжигало мою кожу, пока меня изучали как лабораторную крысу. Наконец Врен снова заговорил:

— Начнём с того, что ты используешь базовое заклинание всех элементов, которые у тебя имеются. Для высвобождения заклинания пользуйся только правой рукой, — асура положил руку мне на солнечное сплетение и стиснул моё правое запястье. — Начали!

Я выпустил серию простых заклинаний, не особенно задумываясь об их порядке: огонь, вода, лёд, молния, ветер и земля.

Когда я закончил, Врен снова начал бормотал себе под нос.

Затем начались тесты с постепенным усложнением заклинаний. Врен давал мне инструкции о том, какое ему нужно заклинание, вплоть до диаметра каменного столба, который я должен был призвать из земли.

Виндсом молча наблюдал за всем процессом, не произнося ни слова, если только ему не задавали вопрос. Все неудобства и смущение, которые у меня были в начале этого углублённого анализа, испарились к тому времени, как село солнце.

— Базовые измерения и расчёты учтены, — объявил Врен, застонав, и начал разминать спину и шею. — Переходим к эффективному использованию искусств маны в бою.

Внезапно он резко обернулся и указал на меня длинным бледным пальцем.

— Мальчик! Запусти заклинание вон туда. Быстро! — прозвучал надтреснутый голос асуры, и его палец сместился, указывая на маленького земляного голема, которого он только что создал.

Я инстинктивно повернулся к голему, собирая ману в мою ладонь, и, превратив её в молнию, запустил в цель. Голем рассыпался от попадания молнии на небольшую кучку камней примерно в двадцати метрах от того места, где мы находились.

Нисколько не изменившись в лице, бледнолицый асура резко повернулся в противоположную сторону и указал на участок примерно в тридцати метрах от нас, создавая там нового голема.

— Ещё!

Я создал ещё одно заклинание в ладони, но, только я приготовился запустить его, как что-то сильно ударило по моей левой ноге сзади, заставив меня опуститься на одно колено. Заклинание, которое я подготовил, улетело в небо, далеко от голема.

Позади меня стоял ещё один голем, созданный Вреном, который стоял, скрестив руки. Ещё больше раздражало то, что на безликой голове голема была вырезана высокомерная усмешка.

В это время мой инструктор смотрел на огненный залп, прочерчивающий небо, и махал ему вслед рукой.

— Ты промазал! — охнул он в притворном удивлении, всё ещё стоя с полуприкрытыми глазами.

— Вот, значит, ты какой, — я беззвучно выругался. Я опустил ладонь на голема, и, несколько мгновений спустя, он засветился ярко-красным, после чего рассыпался в прах. — Ещё, — повторил я, стиснув зубы и вновь поднявшись на ноги.

— Упрямец, однако, — присвистнул асура, доставая маленький блокнот и ручку из пальто и записывая что-то.

С самого начала Врен вёл себя эксцентрично, во многом напоминая Гидеона, вот только теперь я знал, что его уровень странности отличается от уровня старого учёного в Дикатене.

— Слушай, ты уже весь день заставляешь меня выполнять нелепые задания. Я не против, но я бы терпеливее и послушнее относился к ним, если бы знал, что ты пытаешься выяснить при помощи своих измерений и записей, — заметил я.

— Сомневаюсь, что ты сможешь понять то, что я расскажу тебе, — покачал головой Врен, отмахиваясь от меня.

— А ты попробуй, — вызывающе сказал я, всё ещё практически голый.

Он объяснил мне, что делал вычисления и предположения, основывающиеся на миллисекундах, которые необходимы мане для перемещения в моём теле до своего проявления. Если не считать снисходительный тон, который он использовал во время своих объяснений, его идеи были блестящими.

— Но ведь есть ещё много факторов, которые ты не учёл, — вмешался я. — Нам нужно учитывать местность, в которой я нахожусь. Мне куда удобнее использовать стихийные заклинания воды и огня, но в этом месте не хватает маны, подходящей для водных заклинаний.

— Разумеется, я всё это учёл. Как думаешь, сколько я этим занимаюсь? — отозвался Врен, но его взгляд стал менее презрительным, и он с любопытством уставился на меня. — Сколько, говоришь, тебе лет?

— Почти пятнадцать, — ответил я, подсчитывая про себя, сколько я здесь пробыл.

— Хм. Значит, ещё не совсем безмозглый, — пожал плечами Врен.

Я знал асуру менее суток, но уже понимал, что это самый большой комплимент, который я мог у него получить.

— Так, что дальше?

— Больше тестов. Мы продолжим анализ контроля маны для дальнобойных заклинаний, — ответил Врен, оглядываясь. В кратере было темно, и лишь лунный свет сиял у нас над головами.

Неожиданно земля под нами задрожала. Справа от нас у стенки кратера появилось ещё больше големов. Даже отсюда я мог насчитать сотни каменных големов размером с человека, приближающихся к нам.

Изумившись, я не удержался от вопроса:

— Сколько големов ты можешь создать зараз?

— Зависит от сложности голема, но этих ребят я могу создать несколько тысяч или около того. А теперь задай им жару, — Врен указал на големов, приказывая мне разнести их всех.

Когда армия големов подобралась к нам ближе, я активировал Сердце Мира. Я ощутил, как мои губы изогнулись в улыбке, когда самое захватывающее ощущение, связанное с маной этого мира, наполнило моё тело.

Я применил всё, что было у меня в арсенале, поливая големов настоящим ливнем из заклинаний, пока Врен внимательно изучал меня.

Эти големы были намного прочнее, чем средние, но мне удалось разрушить несколько сотен созданных Вреном големов менее чем за час. Моя грудь начала чаще вздыматься, и я выровнял дыхание. Я устал, но уничтожение несколько сотен големов помогло мне немного избавиться от стресса.

— Всё как ты говорил, Виндсом. Этот малыш действительно любопытный образец. У него есть Сердце Мира, а ещё неплохой контроль над элементами в таком-то возрасте… Из него выйдет идеальный испытуемый.

На лице Врена впервые появилось что-то похожее на улыбку.

— Что дальше? — спросил я, глубоко и удовлетворённо вздохнув.

— Весело стало, не правда ли? Когда они начнут давать сдачи, будет уже не так забавно, — фыркнул Врен. — Как бы то ни было, мне всё ещё нужно учесть физические возможности, которыми ты обладаешь. Виндсом говорил мне, что ты довольно мастерски обращаешься с мечом и недавно учился рукопашному бою под руководством Кордри. Я приму к сведению эти факты, когда мы приступим к следующей фазе.

— Я всё понимаю, но сколько мне ещё ходить голышом? — спросил я, глядя на свою одежду, частично погребённую под обломками.

— Я анализирую каждое совершаемое тобой движение, так что тебе лучше оставаться неодетым, — сказал асура. — Не волнуйся. Мне тоже не доставляет удовольствия разглядывать твою обнажённую кожу.

— Утешил, спасибо, — слабо улыбнулся я.

— Неважно. Дай мне взглянуть на основное оружие, которым ты пользуешься в бою.

Виндсом передал Майр пространственное кольцо, в котором я всегда держал свой меч, пока она заботилась обо мне. Женщина отдала мне его, когда я исцелился.

Вытащив из кольца Балладу Рассвета — которая всё ещё была в ножнах — я отдал её Врену.

Я не знал, чего ждать от худощавого асуры, когда передавал ему клинок. Но чего я точно не ожидал, что он рассмеётся, разглядывая его.

Таинственный клинок, который когда-то попал мне в руки, выглядел как обычная чёрная палка, пока находился в ножнах. Наверное, поэтому Врен решил, что это игрушка.

— Подожди, давай я покажу…

— Я знаю, что это, мальчик! Виндсом, ты знал об этом, когда попросил меня его тренировать? — спросил Врен, повернувшись к стоящему позади меня беловолосому асуре.

— Догадывался, — признался он.

Врен взял Балладу Рассвета обеими руками и потянул.

— Он не выйдет из ножен. Только я могу… — мой голос смолк, и мои глаза широко раскрылись, когда худой асура без труда извлёк меч из ножен.

Меч, с которым я был связан, должен был показываться лишь по моей команде. Но даже я мог вынуть его из ножен только благодаря Воле Дракона Сильвии.

— К-как? — запинаясь, пробормотал я, прежде чем внезапно понял причину. — Ты можешь извлекать меч, с которым я связан, потому что ты асура?

— Нет, — ответил асура, держа мой меч и рассматривая его полупрозрачное бирюзовое лезвие. — Потому что этот меч сделал я.





Глава 123




Глава 123.

— Погоди, этот меч сделал ты? — переспросил я с нескрываемым скептицизмом. С тех пор, как я нашёл этот таинственный меч, я всё гадал, кто такой В.К IV. Не раз я прочёсывал библиотеку Академии Зирус в надежде отыскать кузнеца с такими инициалами, но меня каждый раз ждало разочарование и головокружительное количество королевских имён.

— Ты моего языка не понимаешь? — отрывисто ответил Врен, всё ещё рассматривая Балладу Рассвета.

Я проигнорировал его сарказм и решил сменить подход:

— Хорошо, предположим, что ты действительно выковал этот меч, но почему тогда он оказался в Дикатене?

До это момента я предполагал, что мой меч сделали гномы, поскольку кузнечное ремесло было их специальностью. Когда я пытался представить себе того, кто выковал Балладу Рассвета, в моём воображении возникал смуглый и мощный, как медведь, мужчина с густой бородой, волосатыми руками с бугрящимися мышцами и жёсткими мозолистыми ладонями — типичный образ кузнеца и любого, кто работает с металлом. Но вместо этого костлявый мужчина, в руках которого даже ручка казалась непомерной ношей, заявлял, что он изготовил этот меч.

— Баллада Рассвета был одним из моих экспериментальных оружий — в общем-то, неудачным образцом. Я выбросил его на Звериных Прогалинах вашего континента, когда собирал там минералы, решив, что никто не сможет отличить его от чёрной палки, а уж тем более извлечь его. Подумать только, что он оказался у тебя… Какова вероятность, а?

Асура действительно принялся подсчитывать вероятность такого совпадения, но я его прервал.

— Неудачным образцом? Я ещё никогда не встречал меча лучшего качества и ковки. Что в нём неудачного? — с нажимом спросил я.

— Сколь бы ни были мне лестны твои слова, сравнение моего оружия — какого бы плохого качество оно ни было — с примитивными инструментами, которые использует твоя низшая раса, оскорбляет меня, — он цокнул языком. — Я создавал этот меч как универсальное оружие. Должно быть, я был пьян, когда решил, что это хорошая идея. Этот меч получился лишь острым инструментом, не больше и не меньше. — Врен, наконец, оторвал взгляд от меча и переглянулся с Виндсомом. — Но так даже интереснее.

Чуть обернувшись, я заметил, что на лице Виндсома появилась улыбка, и он ответил:

— Я тоже так решил. Так что ты о нём теперь думаешь? Ты сделаешь это?

— Что происходит? — спросил я, недоумевая. Я начал опасаться, что асура может потребовать свой меч назад или даже полностью избавиться от него ради сохранения своей гордости. Я не сомневался, что никогда не смогу найти меча подобного качества, хоть его и назвали «неудачным образцом».

— Артур, я привёл тебя к Врену по двум причинам. Первую я уже упоминал. Несмотря на нетрадиционные методы, Врен хорошо разбирается в практической теории боя. Вторая причина — я надеялся, что Врен сможет создать меч, который лучше подойдёт твоему уникальному стилю боя.

— Это правда? — я повернулся к Врену. — Ты правда выкуешь мне меч?

— Я не кую мечей, сопляк. Я создаю их. И единственная причина, по которой я пришёл тренировать тебя — долг перед Лордом Индратом. Этот долг не включает в себя трату моего времени на создание меча для низшего существа, — Врен вложил Балладу Рассвета в ножны. — В любом случае, я пока попридержу этот меч.

— Пока? То есть, ты отдашь его мне? — уточнил я, всё ещё опасаясь.

— Мальчик, может, Баллада Рассвета и впрямь лишь заострённый инструмент, но он выбрал тебя. Я не горжусь этим творением, но забирать его у тебя не стану, — ответил он. Затем асура вытянул руку перед собой, и из-под земли перед ним внезапно выскочил меч. Схватив оружие за рукоять, он перебросил его мне. — Пока используй на тренировке его. Я создал его так, чтобы он измерял производимые тобой движения и силу импульса, которую он получает.

— И ты можешь призвать его из-под земли в любое время? — спросил я, держа в руках самый обычный на вид короткий меч.

— Из всего, что я делал, тебя удивляет лишь это? — Врен покачал головой и протянул мне руку. — Ещё отдай мне это драконье перо.

— Что? Почему? — я отступил, накрывая ладонью руку с пером.

— У тебя врождённое стремление подвергать сомнению всё, что я делаю? — огрызнулся сгорбленный асура.

Я неохотно передал Врену белое перо, почесав шрам оставшийся после связи с Сильви. Без пера, прикрывавшего его, я ощущал себя голым, будто с меня сняли кожу.

Врен сунул перо в карман пальто.

— Итак, я осведомлён о том, что вы, низшие существа, нуждаетесь в сне больше, чем мы, поэтому пока отдохни.

— Постой, то есть, мы проведём ночь тут, в центре этого пустого кратера? — спросил я, оглядываясь.

— Кто сказал «мы»? У нас с Виндсомом есть дела. И потом, во время войны тебя не всегда будет ждать мягкая кровать, поэтому я делаю это ради тебя, — асура злобно ухмылялся, пока Виндсом создавал телепортационные врата.

— Постарайся как следует отдохнуть, Артур, — посоветовал мне Виндсом, входя во врата.

После того, как светящиеся руны, создававшие телепортационный круг, погасли, стало до жути тихо. Я вздохнул, слыша лишь свист ветра, изредка звучавший над кратером. Надев свою покрытую пылью одежду, я создал с помощью магии две плиты из земли, чтобы сделать что-то наподобие небольшого жилища.

Наверное, я отключился в тот же миг, как моя голова коснулась сложенных мною в кучу камней, потому что, ощутив, как яростно задрожала вокруг меня земля, я резко ударился головой о мою каменную подушку и тут же проснулся от боли. Я разобрал моё каменное жилище и тут же застыл, увидев, что меня окружили бесчисленные големы. У каждого из них было своё оружие, но все они подняли его над своими каменными головами и тут же синхронно опустили.

Действуя интуитивно, я, не задумываясь, воздвиг земляной купол, защищающий меня. Купол с грохотом осыпался от ударов, и меня завалило обломками. Я всё ещё плохо осознавал, что происходит, пока усиленный голос Врена не зазвучал над моей головой:

— Ты никогда не сможешь по-настоящему отдохнуть, находясь на поле боя, парень. Тебе нужно привыкнуть сражаться эффективно в неблагоприятной ситуации. А теперь раздевайся и продолжай сражаться.

— Проклятый псих, — выругался я. Я всё ещё слышал, как големы ходят вокруг, дожидаясь, пока я вылезу.

Собрав ману вокруг себя, я дождался, когда они подойдут как можно ближе. Как только их шаги приблизились, я применил заклинание.

«Сила Шторма».

Вместо того чтобы целиться в них, я выпустил заклинание в землю подо мной, создав огромное облако песка и обломков, чтобы скрыться от врагов. Нескольких големов, которые подобрались слишком близко, отбросило назад силой заклинания, дав мне больше пространства для манёвра, пока песок скрывал меня от них.

Я бросился на ближайшего голема, одним плавным движением взмахивая моим учебным мечом. Я знал, что Врен хотел изобразить условия поля боя, поэтому вёл себя так, будто големы были людьми. Я нанёс удар по горлу голема, и, как я и ожидал, голем свалился на землю, из его раны хлестала кровь.

Ещё один голем — на этот раз с огромной алебардой в руках — набросился на меня сзади. Когда он присел, чтобы ударить меня своим оружием, я провернул меч так, чтобы парировать удар острой частью алебарды. Но даже несмотря на то, что моё тело было усилено и волей Сильвии, и маной, я потерял равновесие от силы удара. Я закрутился, чтобы погасить часть импульса, вызванного ударом, но у меня не было времени даже вздохнуть, когда следующий голем толкнул меня своим железным щитом.

Рассердившись, я нанёс удар кулаком, окутав его молниями. Железный щит разлетелся, и голем свалился на землю, парализованный электричеством. И тогда голем с алебардой занёс оружие над моей головой.

Но ещё один голем, другой расцветки, заблокировав атаку моего противника щитом.

— У тебя будут союзники в бою, Артур. Поскольку ты — одна из главных фигур в битве, тебе решать, концентрироваться больше на нападении, вспахивая ряды врагов, или же оставаться рядом с товарищами, защищая их.

Я увидел Врена, сидевшего рядом с Виндсомом на парящем в воздухе земляном троне.

Битва возобновилась, и куча трупов големов на поле боя становилась всё выше. Я представлял, что эти человекообразные фигуры действительно живые люди. В моей голове пронеслась сцена в подземелье Склеп Вдовы, и мне слегка затошнило.

Часы проходили один за другим, и притворная война, через которую заставлял меня проходить Врен, постепенно начинала брать своё. Теперь я всё яснее осознавал, почему мне так важно было получить этот опыт.

Я знал войну лишь со зрительских мест, разрабатывая различные сценарии на макроуровне. Теперь же, находясь на поле боя, нужно было учитывать множество факторов, которые отличались от тех, что возникали во время обычных дуэлей, к которым я успел привыкнуть за мою прошлую жизнь: трупы и отрезанные конечности, об которые легко споткнуться, кровь, собирающаяся в лужи, на которых можно поскользнуться. Даже несмотря на яркие цвета, обозначавшие сторону, на которой находились големы, можно было запросто случайно замахнуться на союзника, привести к потере боевого духа неосторожными атаками, которые могли нанести вред союзникам.

Мне совсем не хотелось одобрительно отзываться об эксцентричном асуре, но всё-таки Врен хорошо постарался, создавая оптимальные условия для обучения. Я не знал точно, какую именно магию он применил, но красная жидкость, которая текла из ран големов, была очень похожа на кровь. Вскоре, когда трупов врагов и союзников стало больше, а кроваво-красная жидкость окрасила землю, над полем боя повис смрадный запах.

Я осознал, насколько ценны мои запасы маны, за тянущиеся часы бесконечной битвы. Хоть даже моё ядро маны было в середине серебряной стадии, и я использовал Вращение Маны, мне нужно было знать, как экономить магию. Сверкающие дальнобойные заклинания лучше было оставить магам в задних рядах, а мне стоило тратить ману на свою защиту и то лишь в экстренных случаях.

Во время битвы Врен то и дело выкрикивал указания, советуя мне не дать загнать себя в угол, пока я продолжал косить врагов пачками. Время от времени появлялись големы, которые были сильнее обычных, и заставали меня врасплох, уничтожая големов на моей стороне. Я не хотел этого признавать, но я был уверен, что Врен может запросто создать голема, способного убить меня, если захочет.

День закончился, когда я смог убить всех главных големов, которым Врен так любезно надел золотые короны, чтобы выделить среди остальных.

— Это было жёстко, — вздохнул я, растянувшись на земле. Я почти беспрестанно сражался с момента, когда меня грубо разбудили, не имея возможности поесть, попить или даже сходить по нужде.

Мы поужинали у костра, после того как Врен без труда убрал големов и фальшивую кровь одним взмахом руки. Мы начали обсуждать битву; Виндсом ещё не вернулся оттуда, куда они вчера ходили вместе с Вреном, поэтому на мои ошибки мне указывал только Врен, начав с мелких и заканчивая потенциально роковыми.

— Общее количество погибших на твоей стороне составляет двести семьдесят одного голема, тогда как на вражеской стороне погибших пятьсот двенадцать. Не самая впечатляющая победа, учитывая уровень големов на вражеской стороне, — прочитав заметки, заметил Врен.

— Возможно, причина в том, что все они выглядят как каменные гориллы, и я не ощущаю к ним сочувствия, вне зависимости, на моей стороне они или нет, — возразил я, откусывая что-то, напоминающее тофу, которое дал мне на ужин Врен.

— Я это учту. Теперь ложись спать. Завтра будет ещё сложнее, — отозвался Врен, сделав несколько записей.

Я привык к отрывистой манере речи Врена, который разговаривал так, словно каждое его слово было дефицитным товаром. Отвернувшись, я создал кровать из мягкого песка и понадеялся, что в следующий раз меня разбудит не армия големов.

Мои мысли разбегались, пока я отдыхал. Я думал о моей роли в прошлом мире. Несмотря на то, что в управлении миром моей прошлой жизни было много недостатков, для меня всё было намного проще. Разрешение любой проблемы зависело лишь от одного боя, весь мир делился на чёрное и белое. Войн почти никогда не было, если только не начинались пререкания между несколькими странами. И даже тогда крупномасштабные битвы случались в контролируемых условиях, чтобы уменьшить количество жертв. В этой войне всё было иначе. В ней было слишком много оттенков серого, которые следовало учесть.

Я размышлял о разных сценариях, которые могут произойти из-за этой войны. Сколько будет жертв? И насколько будет результат войны перевешивать количество этих жертв? Я продолжал гадать. На Земле у меня не было никого, кем бы я дорожил. Но был ли я готов пожертвовать дорогими мне людьми в этом мире ради «блага большинства»? Несомненно, нет.

Я не помнил, как я заснул, но за последние дни даже не пытался это делать. К моему удивлению, я смог хорошо выспаться. Мои руки и ноги болели от перетруждения, но, когда я не увидел ни одного голема, я, скорее, ощутил подозрение, нежели облегчение.

Внезапно раздавшийся сзади меня леденящий кровь крик заставил меня резко обернуться. То, что я увидел, одновременно сбило меня с толку и заставило похолодеть от ужаса.

Рядом со мной стоял асура из клана Вритра с двумя чёрными рогами, жутко сверкающими в лучах утреннего солнца. Одетый до самой шеи в чёрную пластинчатую броню, василиск в человеческом облике раздвинул губы в торжествующей ухмылке, обнажая ряды пильчатых зубов, а в его хватке была та, кого я совсем не ожидал увидеть здесь.

Я с трудом смог выговорить слово, когда заложница Вритры издала ещё один душераздирающий крик.

— Т-тесс?





Глава 124




Глава 124.

— Артур! Прошу, помоги! — сдавленно и отчаянно выкрикнула Тесс, пока я стоял, окаменевший от такого поворота событий. Это в самом деле была Тессия Эралит — от длинных волос тёмно-серого цвета до бирюзовых глаз, полных слёз. Каким-то образом мою подругу детства притащили сюда из Дикатена.

Тесс болезненно закашлялась, когда василиск сильнее сдавил её талию.

Не тратя времени, я бросился на рогатого асуру с учебным мечом, который дал мне Врен. Я не задумывался о последствиях своего безрассудного поступка, приближаясь к асуре с мечом наголо.

«Сердце Мира».

Знакомое жгучее ощущение распространилось по моему телу, когда я активировал редкий драконий навык. Моё зрение изменилось, стало лучше, усилилось маной, а под моей одеждой зажглись бело-золотые руны.

Я высвободил необузданную энергию драконьей воли Сильвии.

«Статичная Пустота».

Я впервые использовал навык, который стал мне доступен после открытия первой фазы воли Сильвии. Я видел фиолетовые пятнышки эфира, неожиданно задрожавшие вокруг нас и слетевшиеся в кучу. Внезапно мир вокруг нас застыл. Лицо Вритры застыло в угрожающей ухмылке, а Тесс замерла с развевающимися волосами и ртом, распахнутым в крике.

Я ощущал, как моя энергия истощается с каждой секундой, когда бросился к Вритре. Оказавшись прямо перед противником, я убрал Статическую Пустоту, как только оказался в положении, позволявшем мне нанести удар по руке, сжимающей Тесс.

У рогатого асуры не было времени отреагировать на мою атаку, и клинок моего меча разрубил его предплечье.

Рогатый асура яростно зарычал, хватаясь за рану. Я разжал его пальцы, которые всё ещё стискивали талию Тесс, и мягко уложил её на землю. Она была без сознания и ужасно бледной, но ещё живой и дышащей.

Из отрубленной руки василиска всё ещё хлестала кровь, но, когда я снова повернулся к нему, он уже заменил свою потерянную конечность металлической когтистой лапой.

Я держался рядом с Тесс, правой рукой стискивая рукоять меча, а в левой готовя заклинание. Я видел жёлтые, земляные частички, собирающиеся в фальшивой руке василиска. Я на максимум применил мои ограниченные знания, полученные во время тренировок по чтению маны с Майр, одновременно готовя свою контратаку.

Как я и ожидал, протянутые ко мне кончики когтистых пальцев василиска вспыхнули. Как только пять земляных копий устремились в мою сторону, я поднял руку и выстрелил залпом сгущённого электричества. Три из пяти снарядов разлетелись на куски, остальные я плашмя парировал моим мечом. Я принялся набирать ману в мои ноги, чтобы резко броситься к василиску, но тревожное ощущение заставило меня насторожиться: последнее копьё было выпущено слишком далеко, чтобы попасть в меня.

Я резко обернулся и, увидев, что тёмное земляное копье готово вот-вот пронзить лежащую без сознания Тесс, снова активировал Статическую Пустоту.

Пока я бежал к моей подруге детства, я ощущал себя так, будто кто-то вгонял в моё сердце иголки. Мой разум мутился от страха и близкого к панике состояния, пока я прикидывал варианты. Я мог встать на пути у копья и прикрыть Тесс собой, но рана, которую я получу от этой атаки, сделает меня неспособным защитить девушку от василиска. Ещё я мог расширить зону действия Статической Пустоты, чтобы охватить ею Тесс и оттолкнуть её в сторону от копья, но распространение эффекта Статической Пустоты на ещё одного человека нанесёт огромный урон моему телу.

Я решил прибегнуть к третьему варианту. Бросив меч, я ухватился обеими руками за копьё, которое было уже на полпути к Тесс, и собрался с силами.

Когда я деактивировал Статическую Пустоту, моё тело дернулось вперёд, пока я попытался остановить земляное копьё размером с Тесс голыми руками. Мне удалось удержать это ускоряющееся оружие ладонями, которым едва удалось при такой величине копья крепко стискивать его достаточно долго, чтобы увести чуть в сторону.

Земляное копьё, выпущенное василиском, врезалось в землю лишь в паре дюймов от лежавшей без сознания Тесс, создав паутинку трещин от невообразимой силы, с которым оно было пущено.

Но на том уровне, на котором я теперь находился, необходимо было прибегать ко всем средствам, которые у меня были, чтобы иметь хоть какой-то шанс в бою с василиском. Мысли обо мне и Тесс и о том ужасном состоянии, в котором василиск оставил Алею, бывшую копейщицу, в подземелье, наполнили меня ужасом.

После каждого вдоха казалось, будто мои лёгкие наполняет огонь. Я встал между приближающимся рогатым асурой и бессознательной Тесс. Морщась от боли, я подобрал меч и наполнил его маной. Несмотря на напряжение в теле, которое осталось у меня после активации Сердца Мира и использования Статической Пустоты дважды, маны у меня всё ещё было в изобилии благодаря постоянному использованию Вращения Маны.

Возможно, я мог продержаться дольше, пока не прибудет Врен или Виндсом, но проблема была в том, что по непонятной причине василиск продолжал выбирать своей целью Тесс. Я уже продумывал моё следующее действие, когда до меня внезапно дошло.

— Врен, хватит уже! — прорычал я, воткнув меч в землю.

Поначалу ничего не случилось, и на секунду я уже испугался, что был не прав, но огромный василиск вдруг резко остановился и рассыпался мелким песком.

Позади меня была ещё одна кучка песка в том месте, где лежал голем в образе Тесс.

— Ты довольно быстро догадался. Я надеялся подольше посмотреть на то, как ты справляешься с этой ситуацией.

Из-под каменистой земли появился Врен, отряхивая своё потрёпанное белое пальто.

— Довольно трудно не раскусить такой абсурдный сценарий, Врен. Надеюсь, ты не войдёшь во вкус, — недовольно сказал я.

— Как можно войти во вкус? Это какой-то неприличный метод обучения? Дисциплинарное наказание, которое вы, низшие существа, применяете друг к другу?

— Нет, это идиома… неважно, — вздохнул я, глядя на сбитого с толку асуру и качая головой.

— Несмотря на твоё нелогичное объяснение, я сделал это ради твоего блага. Посмотри на себя: ты истратил большую часть энергии в безрассудных попытках спасти эту эльфийку, — проворчал Врен.

— Слушай. Я понимаю, что я принимал не самые лучшие решения, и мне не хотелось бы этого говорить, но есть те, кого я считаю важнее всего остального, включая себя.

Я не сводил взгляда с Врена, который продолжал изучающее смотреть на меня.

— Хм. Что ж, семейные узы и партнёры важны даже для нас, асу…

— Погоди, что? Партнёр? Тесс не мой партнёр.

— О? Из того, что сказал мне Виндсом, и по твоей реакции, я так понял, что твои чувства к ней превосходят простое увлечение. Вы оба ещё не занимались плотской близостью?

— Нет! Я ещё не занимался… плотской близостью! Послушай, это не имеет значения, Врен.

Я ощутил, как моё лицо начинает гореть, пока асура обдумывал свой просчёт.

— Хм. Тогда приношу извинения.

Врен пожал плечами, выглядя таким же равнодушным, как и прежде.

— Что ж, я хотел показать тебе, что во время войны наступит момент, когда враги захотят воспользоваться любой твоей слабостью. Учитывая, что ты будешь одной из главных сил на стороне Дикатена, это более чем возможно.

— Поверь, я это знаю.

В мыслях промелькнули воспоминания из прошлой жизни, когда мы затронули эту тему. Я знал, что однажды наступит день, когда ценности этой жизни, те самые, что противоречат моим принципам как Короля Грея, будут мешать мне.

— Тогда, полагаю, продолжать этот разговор бессмысленно. Будь готов к тому, что подобные тренировки и испытания будут повторяться, мальчик. Одна из причин, по которой мне поручили воспитывать сопляка, едва вылезшего из пелёнок, это моя способность без труда создать любую ситуацию, — пояснил сгорбленный асура, лениво теребя свои непослушные волосы.

Проживая уже вторую жизнь, я уже хотел возразить насчёт пелёнок, но вспомнил, что даже сложив количество лет, прожитых в обеих жизнях, я всё равно буду младше любого асуры, которого успел встретить до сих пор.

Глубоко вздохнув, я сел на землю.

— Так ты можешь запросто создать из земли манекена, изображающего всё, что угодно?

— Не всё. Я не могу имитировать свойства воды, используя землю, но, по большей части да, — ответил асура, садясь на роскошный золотой трон, который он создал, даже пальцами не щёлкнув.

Я вспомнил о том фальшивом василиске. Каждая мелочь во внешности рогатого асуры и Тесс была безупречна. Однако были две вещи, которые их выдали. Первая, голем василиска не мог излучать то давление и желание убивать, как настоящий. Но даже не это привело меня в чувство. Помимо того, что василиск просто никак не мог притащить Тесс сюда, в Эфеотус, я видел колебания жёлтых земляных частичек вокруг василиска и Тесс, прибегнув к Сердцу Мира. Поначалу я не стал на этом заостряться, потеряв самообладание, но как только я разобрался, в чём дело, моя уверенность возросла до девяноста процентов.

— Неужели низшее существо не способно достичь уровня проницательности, достаточного для применения искусств маны на том же уровне, что асуры? — поинтересовался я вслух.

— В моём понимании ничто нельзя считать невозможным, поэтому я просто скажу, что это крайне маловероятно. И вообще, из всех людей именно тебя меньше всего должны беспокоить вероятности.

— Почему? — спросил я.

— Сам подумай, ты — ходячее свидетельство того, какими неверными могут быть вероятности. С твоей врождённой склонностью к пониманию работы четырёх основных элементов, вдобавок к некоторым их отклоняющимся формам, и аккуратно прибавим к этому факт, что познание четырёх элементов необходимо для раскрытия тайн эфира, которое было так любезно предоставлено тебе самой принцессой драконов: каждый факт о тебе — это аномалия, мальчик, — объяснил Врен. — Даже асуры не обладают столь огромным врождённым талантом и удачей.

— Если ты пытался меня ободрить, то спасибо, — усмехнулся я, поднимаясь на ноги. — Итак, что у нас дальше по списку?

— Для начала протяни мне свою доминирующую руку, мальчик, — сказал Врен, поднявшись со своего трона и подходя ко мне.

Вытянув правую руку ладонью вверх, я с любопытством уставился на асуру. У меня всё никак не выходило читать его выражение лица, потому что оно всегда было уставшим, словно он был готов упасть на землю и захрапеть в любой момент.

Вытащив из кармана своего пальто небольшой чёрный футляр размером с кулак, он открыл его и достал маленький непрозрачный камень пирамидальной формы.

— Этот минерал называется акклорит. Сам по себе он довольно редкий, но бесполезный камешек. Однако правильная переработка и процесс синтеза, который я унесу с собой в могилу, способны сделать из него нечто примечательное.

— Например, даёт возможность ускорить процесс тренировки своего хозяина? — попробовал догадаться я.

— Помнишь, что я говорил о том, что я не кую мечи, а создаю их? — спросил сгорбленный асура, всё ещё держа передо мной маленький камень.

Я кивнул в ответ.

— Что ж, с помощью этого маленького камня и правильных инструментов я могу фактически вырастить оружие.

— Вырастить? Как дерево? — переспросил я, уверенный, что мне послышалось.

— Да, — вздохнул асура, почесав голову. — Клянусь, тебя удивляют какие-то самые странные вещи. Ты практически глазом не моргнул, когда понял, что я могу создать почти идеальную копию твоего партнёра…

— Не партнёра, — отрезал я.

— Да-да, твою любовницу эльфийку, с которой тебе ещё предстоит соединиться, но тебя шокирует тот факт, что я могу вырастить оружие? — закатив глаза, договорил он.

Побеждённо вздохнув, я отмахнулся, прося его продолжить.

— Обычно мне бы потребовались годы, даже десятилетия исследований твоего метода сражения, чтобы собрать точнейшую информацию для создания меча, который тебе идеально подойдёт, но из-за обстоятельств, в которых ты оказался, мне придётся пойти на некоторый риск, — пояснил Врен.

— Что ты име…

Внезапная острая боль, когда асура неожиданно воткнул камень прямо в центр моей ладони, заставила меня резко замолчать.

— Га! Что ты делаешь? — скривился я, пока Врен продолжал погружать непрозрачный камень всё глубже в мою плоть, пока он полностью не скрылся под кожей.

— О, прости, я забыл посчитать до трёх, — проворчал он, стирая мою кровь, попавшую ему на палец, об мою рубашку. — Я соединил акклорит с кусочком пера и чешуйкой Леди Сильвии. Обе эти вещи — незаменимые части, которые делают тебя тем, кто ты есть. Я делаю это в надежде, что так будут учтены некоторые непредсказуемости.

— Что же может быть столь непредсказуемым? — спросил я, глядя на дырочку на моей ладони в том месте, где был воткнут камень.

— Каждое движение, действие и изменение в твоём теле будет влиять на то, как будет выглядеть твоё оружие. Даже я не знаю, каким оно получится, — признался асура. — Если это вообще будет оружие.

— Прости, но я немного не понимаю, Врен. Почему нужно делать это способом, в исходе которого ты не уверен? И вообще, я думал, ты не собираешься делать для меня оружие.

— Ну, тебе понадобится что-то получше острой палки, чтобы выживать в будущем, раз ты собираешься встретиться лицом к лицу с этими хитроумными василисками из клана Вритра и теми существами, которых они порождают, — пробурчал асура.

Его лицо стало торжественным, и он продолжил:

— А ещё потому, что у нас не так много времени.

— Подожди, я думал, что у меня есть два года до начала войны.

Я уставился на Врена, ощутив, как у меня скручивает живот от неприятного предчувствия.

Врен нерешительно помолчал, словно решая, что сказать дальше.

— Парень, Виндсом только что получил весть от Альдира о последних событиях в Дикатене.

— И?

— Прежде чем я скажу тебе, помни, что я делаю это вопреки желаниям Виндсома и Лорда Индрата. Я просто хочу, чтобы ты принял логичное решение. Даже если изредка использовать сферу эфира во время тренировки, пройдёт примерно год, прежде чем акклорит превратится в оружие. Тебе тоже нужно время, чтобы стать сильнее перед войной, — поведал Врен, сморщив лицо в некотором подобии беспокойного выражения.

— Просто скажи мне, — потребовал я.

— Артур, несмотря на то, что армия прибыла ещё не полностью… война уже началась.





Глава 125




Глава 125.

POV Тессии Эралит

— Я могу сражаться, дедушка! — крикнула я, хлопнув ладонями по столу.

— А я тебе говорю, что не можешь, — огрызнулся он, не сводя глаз с документа, который он читал, избегая смотреть мне в глаза.

— Хватит, Тессия. Твой отец прав. Отправлять тебя сейчас на поле боя слишком рискованно и бессмысленно, — прозвучал властный голос Мастера Альдира.

— Но Мастер! Вы же сами сказали, что я теперь намного сильнее, чем раньше! — заспорила я, игнорируя дедушку.

— И этого всё ещё недостаточно, — сухо проговорил одноглазый асура.

Я ощутила, как у меня горит лицо, пока я пыталась сдержать слёзы изо всех сил. Не желая, чтобы они видели меня плачущей, я выбежала из кабинета, слыша, как дедушка запоздало окликнул меня.

Я зашагала по длинному узкому коридору, освещаемому редкими факелами, которые ярко мерцали на булыжных стенах. Ближе к концу коридора я пошла левее, добравшись до двойных железных дверей, охраняемых с обеих сторон бронированным аугментером и прилично одетым магом.

— Принцесса? Что привело вас сюда? — окликнула меня маг с беспокойством.

— Пожалуйста, откройте двери, — приказала я, глядя в точку между створками. Несмотря на моё кислое настроение, я с невольным восхищением рассматривала уникальные двери, которые защищали замок. Я припомнила, что даже Мастер Альдир был доволен мастерством их изготовления, когда профессор Гидеон закончил их.

— П-прошу прощения, но мы не получали никаких уведомлений от командира Вириона или Лорда Альдира о том, что кто-то собирается выходить, — пробормотал бронированный аугментер, переглянувшись со своим товарищем.

— Откройте двери, она выполняет моё поручение, — прозвучал за моей спиной знакомый голос.

— Генерал Варай!

Оба стражника синхронно отдали честь, низко и почтительно поклонившись.

Обернувшись, я с облегчением улыбнулась, увидев копейщицу, которая стала мне почти как старшая сестра за последние два года.

Изящная, но одновременно пугающая копейщица приблизилась ко мне ровной и целенаправленной походкой, полы её облегающего военно-морского костюма изящно тянулись за ней. Левая рука Варай покоилась на навершии её узкого меча, прицепленного к её поясу. Она кивнула мне со своим обычным отстранённым выражением.

Два стражника немедленно приступили к работе, открывая двойные двери. Маг пробормотала длинное заклинание, пока аугментер тянул за различные ручки и опускал всяческие рычаги сложного механизма двери.

— Спасибо, Варай.

Я обняла её руку, и мы отправились в комнату.

Как только мы оказались внутри, двойные железные двери закрылись за нами с громким щелчком. Несмотря на то, что комната строго охранялась дверями с уникальным механизмом, которые требовали сложных заклинаний и точной работы с замками, чтобы открыть её, само охраняемое место было не таким уж и примечательным. Маленькая и довольно затхлая комната цилиндрической формы была почти полностью пустой, не считая единственных телепортационных врат и привратника, который должен управлять местом назначения врат.

Престарелый привратник, увидев нас, тут же выпрямился, выронив книгу, которую читал, чтобы скоротать время.

— Генерал Варай, принцесса Тессия, чем могу помочь?

Варай посмотрела на меня через плечо, дожидаясь ответа.

— Нам в город Этистин, пожалуйста, — ответила я.

— Сию минуту!

Привратник приступил к работе, бормоча что-то над древними рунами, обеспечивавшими эту сложную магию.

Врата, выглядевшие как каменная платформа со сложной печатью в центре, начали светиться разными цветами, прежде чем сосредоточиться на нужном месте.

— Всё готово. Прошу вас, возьмите эту эмблему для опознавания, когда воспользуетесь вратами в Этистин. Только с ней привратник на той стороне позволит вам вернуться в замок, — проговорил пожилой привратник, дав нам обеим по маленькому металлическому медальону с эмблемой, обозначающей три расы.

— Но они же будут знать, кто мы, верно? — спросила я, положив медальон во внутренний карман моего облегающего платья.

Привратник покачал головой.

— Охрану усилили по всему континенту, поскольку участились внешние нападения. Даже несмотря на то, что Этистин довольно далеко от Звериных Прогалин, Командир Вирион ввёл более суровые меры на всякий случай.

— Ясно, — я вздохнула и шагнула на платформу телепортационных врат. — Ты уверена, что хочешь пойти нянчиться со мной, Варай?

— Я только что завершила уроки с принцессой Кэтлин, поэтому мне не помешает небольшой перерыв, — кратко ответила она, встав за мной.

Стоило нам войти во врата, как пространство вокруг нас исказилось, и всё перед моими глазами заполнилось размытыми коллажем из светящихся цветов.

Через пару секунд мы оказались в городе, который был когда-то человеческой столицей страны Сапин. Я вспомнила, как нам рассказывали в школе, что город был построен на западном побережье континента, чтобы он был вне досягаемости гномьих и эльфийских стран, а заодно был как можно дальше от Звериных Прогалин.

Но несколько лет назад, когда была объявлена война, король Глайдер практически разнёс этот город и соседние, приказав перестроить их в качестве укреплённых фортов: ожидалось, что армия Алакрии, скорее всего, прибудет с этой стороны.

— Принцесса Тессия и генерал Варай! — удивлённо воскликнули два привратника и оба низко поклонились нам.

— Мы здесь с неофициальным визитом. Так что расслабьтесь, — успокоила я их, улыбаясь взволнованным стражникам. Мы покинули комнату, где находились врата, и оказались на оживлённой улице. Мы обе скрывали лица под шерстяными капюшонами, чтобы не привлекать нежелательного внимания.

Улицы были наполнены суетой и шумом. Купцы катили свои тележки по широкой улице, а торговцы и артисты, установившие небольшие палатки и навесы по обеим сторонам главной улицы, торговались с домохозяйками. С тех пор, как Этистин был разрушен и перестроен, экономика стала зависеть от солдат и их семей, живших здесь. Кузнецы и другие ремесленники ездили сюда, зная, что их работа тут будет пользоваться большим спросом. Купцы, вопреки своей природе, начали строить магазины, поскольку население всё росло благодаря множеству живущих в городе солдат.

Просто проходя по улице, можно было увидеть солдат, будь то мускулистые аугментеры или худощавые маги, шагающие с оружием в руках. Все они были одеты в одинаковую форму серебряного и мшисто-зелёного цвета с эмблемой Триюниона, которая стала официальным символом Дикатена.

— У тебя здесь какие-то дела? — спросил Варай, замедлив шаг, чтобы идти рядом со мной.

— Да нет, — покачала я головой. — Просто захотелось подышать свежим воздухом подальше от замка.

— Всегда держи свой меч наготове, Тессия, — заметила Варай, указав на мою талию, к которой ничего не было пристёгнуто.

Вздохнув, я ответила:

— Я же с тобой, верно? И потом, этот город находится дальше остальных от всех этих битв.

Этистин был перестроен так, чтобы стать последней линией обороны против алакрианской армии, потому что он находился дальше всех от поля боя и был идеальным местом, поскольку почти со всех сторон был окружён океаном.

Наши основные силы были посланы изучить подземелья в Звериных Прогалинах, раз именно оттуда появлялись алакрианские бойцы. Из того, что успел выяснить дедушка Вирион, необычно частые появления алакрианцев за последние десять лет, включая убийство одной из наших копейщиц, Алеи, были связаны с установкой секретных телепортационных врат в глубине подземелий. Им будет непросто телепортировать зараз целую армию, но при наличии времени и достаточного количества отдельных телепортационных врат алакрианские силы смогут собрать достаточное количество солдат и магов, чтобы нанести нам серьёзный урон, если мы не приготовимся заранее.

После того, как об этом стало известно, Мастеру Альдиру и моему дедушке пришлось придумать, как разместить силы обороны вокруг Звериных Прогалин.

— Во время войны необходимо всё время быть готовой к худшему, — ответила Варай.

Мне больше не хотелось спорить, поэтому я достала меч из моего пространственного кольца и прицепила оружие к поясу под шерстяной накидкой.

— Довольна?

Она кивнула.

— Вполне.

— Как там дела у Кэтлин и Кёртиса с тренировками? — тихо спросила я, остановившись у прилавка, на котором были разложены особенно красивые украшения ручной работы.

— Байрон сказал мне, что Кёртис решителен и трудолюбив, но прогресс идёт медленно. Улучшения есть, но его понимание маны максимум можно назвать средненьким, даже для укротителя. У принцессы Кэтлин же всё идёт хорошо. Мне сказали, что она всегда была более одарённой, чем остальные, и за эти два года я поняла, почему, — рассказала мне Варай, равнодушно глядя на украшения, которые её совсем не интересовали.

— Не намного больше, чем остальные, — поправила я её, ощутив, как в сердце поселилась тупая боль.

— Ты права. Порой я забываю, что мальчику столько же лет, сколько и вам. Артур — аномалия на совершенно ином уровне, в этом нет сомнений, — кивнула своим мыслям Варай. — Я и представить не могу, на каком уровне он будет, когда вернётся после тренировки с асурами.

Хоть лицо Варай по-прежнему ничего не выражало, было легко догадаться, что она немного завидует Артуру. В конце концов, тренировка с асурами была куда выше уровнем, чем даже тренировка с Мастером Альдиром; о таком можно было только мечтать.

Однако я лично знала, какими жестокими могут быть асуры, позанимавшись с Альдиром десяток уроков за последние два года. Каждый раз, когда я представляла, что он непрерывно следит за мной, у меня мурашки бежали по коже.

Пока мы шли по главной дороге, я с восторгом рассматривала внушительные на вид внешние стены, окружавшие город. Я с трудом могла разглядеть крошечные фигурки стражников, патрулировавших на стене, с того места, где находилась. Город был перестроен так, чтобы здания в центре города были самыми высокими. Здания и дома, окружавшие их, становились всё ниже к краю города, чтобы маги и аугментеры дальнего боя могли легко взобраться на любое из центральных зданий и без труда поражать врагов, без загораживающих обзор препятствий. Разумеется, это в том случае, если врагам удастся прорваться через толстые, усиленные маной стены, окружавшие Этистин.

— Как думаешь, алакрианская армия сможет дойти досюда? — спросила я, всё ещё глядя на внешние стены. — Я слышала от дедушки и Директора Синтии, что Алакрия находится на западе от Дикатена. Значит ли это, что наш город ближе всего к врагу?

— Да, но ещё Синтия упомянула, что у них нет никакого эффективного способа переместить значительное количество солдат через океан, вот почему они делают это более неприметным способом — прохождением через телепортационные врата, которые они установили повсюду на Звериных Прогалинах, — ответила она, отворачиваясь, чтобы взглянуть на какое-то выставленное на продажу оружие рядом с небольшой кузницей.

— Ясно, — пробормотала я. Мне было жалко Синтию, которую держали взаперти эти два года. Хоть Мастер Альдир смог достаточно подавить проклятье, не дававшее ей выдать какую-либо информацию о её родине, чтобы она смогла разгласить больше информации о враге, Директор Синтия всё же оказалась в коматозном состоянии. В обмен на своё сознание женщина, ранее управлявшая Академией Зирус, смогла раскрыть нам кое-какую важную информацию, касающуюся её родины. Теперь же она, еле живая, просто лежала в комнате под постоянным наблюдением медсестры.

Большая часть дел, связанная с войной, вызвала напряжение в наших отношениях с дедушкой. Несмотря на грозный вид, дедушка всегда был добрым и скромным мужчиной, который хотел для меня лишь лучшего. Но после того как он стал командующим военными силами вместе с Мастером Альдиром, который всегда действовал из тени, он стал мрачнее и строже.

Меня это огорчало, но я не могла винить дедушку: по крайней мере, я виделась с ним чаще, чем с отцом и матерью. Мои родители и родители Кэтлин работали на общественном фронте, делая всё возможное для дальнейшего укрепления и осуществления действий из городов. Поскольку король и королева Грейсандеры были убиты, гномы подняли восстание, поэтому наши родители работали и над этим, пытаясь вновь заработать их преданность.

— Берегись! — закричал кто-то, стремглав несясь в мою сторону.

Пока мои мысли были в другом месте, тело отреагировало инстинктивно, когда я схватила этого человека за запястье и провернулась вокруг себя. Поставив свою ногу перед его ступнёй, я заставила его споткнуться и прижала его к земле, приставив к горлу наполовину извлечённый из ножен меч, как вдруг я увидела его лицо.

— Эмили? — пробормотала я, встревожившись.





Глава 126




Глава 126.

— П-принцесса? — воскликнула она, удивившись ещё больше меня.

Я быстро убрала меч в ножны и отпустила мою подругу. Эмили Уотскен была единственной девушкой моего возраста, кроме Кэтлин, вместе с которой я провела немало времени. Её мастер, Гидеон, то был в замке, то уходил из него, если не был погружен в создание новых приспособлений и изобретений, которые, он верил, могли помочь во время войны.

— Мне так жаль, Эмили. Просто ты выскочила из ниоткуда, и моё тело само отреагировало, — извинилась я, помогая ей собрать инструменты и книги, которые она несла до того, как я так изящно свалила её на землю.

— Нет, это мне стоило быть осторожнее, ха-ха! Я несла слишком много вещей, и у меня очки сползли, поэтому я сама не видела, куда несусь. Кроме того, это было довольно забавно. Ну, знаешь, в смысле внезапности и ошеломительности, — заверила меня Эмили, но её голос слегка дрожал. Заметив темноволосую копейщицу рядом со мной, она замерла, после чего поклонилась.

— Здравствуйте, Генерал Варай.

— Приветствую, мисс Уотскен, — кивнула Варай, продолжая стоять прямо и даже не пытаясь помочь.

Эмили собрала свои густые кудрявые волосы сзади в хвост, который распустился, когда я её повалила. Сложив вещи Эмили стопкой на её руках, я не могла не заметить истрёпанные листки бумаги, заполненные каракулями, что выпали из истерзанной тетради.

— Кстати, над чем вы теперь работаете с профессором Гидеоном? Я уже давно не видела вас в замке, — спросила я, беря часть ноши Эмили себе, потому что стопка книг на её руках начала доходить ей до лица.

— Уф, не называй его профессором. Мой чокнутый мастер с трудом может считаться вменяемым, я уже не говорю о наставнике следующего поколения, — устало вздохнула Эмили.

— Ну, он же был профессором в Зирусе какое-то время, до того, как всё это случилось, — заметила я, идя рядом с ней.

— Да, но ты и сама прекрасно знаешь, сколько учеников оказалось в медпункте из-за всех взрывов и огня, которые он вызвал за это «какое-то время», — пробормотала Эмили, поправляя очки стопкой книг.

— Нелегко тебе пришлось, да? — усмехнулась я, мягко толкнув её плечом.

— Клянусь, я уже счёт потеряла, сколько раз мне приходилось доставать моего мастера из-под обломков и бесполезного мусора после вызванного им взрыва. В любом случае, я несла эти записи наблюдений, которые составила команда искателей приключений и послала Мастеру Гидеону. Хочешь пойти со мной?

— Можно? — спросила я, повернувшись к Варай и ожидая согласия. Она коротко кивнула в ответ, и я решила пойти с Эмили.

— Как у тебя дела в последнее время, принцесса? — спросила Эмили, пока мы пробирались через толпу по главной дороге.

— Хватит уже звать меня «принцесса», Эмили, ты знаешь, я это терпеть не могу, — пожурила я её. — И всё ужасно. Ты не представляешь, как мне душно находиться в замке.

— О, не сомневаюсь. Коридоры довольно узкие, а потолки слишком низкие для замка, — согласилась она, неуклюже обходя прохожих.

— Ха-ха. Думаешь, ты такая умная? — закатила глаза я.

— Да я просто сокровище! — гордо надулась она. — И потом, сама попробуй торчать с кем-то вроде Мастера большую часть дня, и увидишь, что станет с твоим чувством юмора.

— О, горюшко моё! Ты настоящая дама, которой требуется чаще выходить в общество, — я показала ей язык. Эмили сделала то же самое, и вскоре мы захихикали.

— Но, вообще-то, я серьёзно. Ты понятия не имеешь, что такое торчать в замке с асурой и властным дедом, который видит опасность даже во вдыхании воздуха.

— Фе, мне аж дышать тяжело стало, — поморщилась Эмили.

— И не говори, — вздохнула я.

— Но не будь так строга к своему дед… то есть, к Командиру Вириону, — сказала, но тут же поправилась она, быстро взглянув на Варай. — После того, как тебя похитили и едва не убили, я и представить не могу, каково пришлось твоим родителям…

— Я знаю. Я пытаюсь, но он держит меня взаперти, как птицу, и я ничего не могу поделать. Тренировки были для меня единственным способом снять стресс, но алакрианские силы прибывают из Звериных Прогалин и атакуют всё чаще, поэтому ни у кого нет времени тренироваться со мной.

Эмили надула щёки, пытаясь придумать, что сказать. Вскоре мы свернули на менее запруженную улицу, а Варай всё следовала за нами как тень на случай, если что-то случится.

— Ах, да, есть новости об Артуре? — спросила Эмили.

— Кроме одних и тех же новостей, которые Мастер Альдир повторяет как нервный попугай? — покачала головой я.

— Он тренируется. Это всё, что тебе нужно знать, — произнесла Эмили глубоким голосом, в точности копируя меня, когда я сказала так в последний раз.

— Ага! — хихикнула я.

На какое-то время мы замолчали, затем Эмили спросила приглушённым шёпотом:

— Что насчёт Элии?

Острая боль пронзила мою грудь при упоминании этого имени, но не оттого, что мне было грустно, а потому, что я и представить не могла, каким виноватым чувствовал себя Артур.

— Никаких вестей. Честно говоря, я понятия не имею, почему Элию забрали в Алакрию живым, — призналась я, крепко вцепившись в книги.

Частично в произошедшем с Элией была и моя вина. Я почти ничего не знала об этом парне, кроме того, что он был самым близким другом Артура. Из того, что видели и рассказывали другие, было похоже, что он пытался спасти меня, перед тем как его забрали.

Было очевидно, что Элия пытался спасти меня ради своего лучшего друга; как знать, может, его теперь пытают, чтобы выведать информацию, или его взяли в заложники, чтобы выманить Артура, а может, уже убили. Я понимала, что некоторые из этих возможностей немного преувеличены, но я боялась думать о том, что это произошло с ним из-за меня.

Хуже всего было то, что я не столько жалела Элию, сколько боялась, что Артур возненавидит меня из-за того, что произошло с его лучшим другом. Я думала, что я сильна; с того дня, как я получила волю хранителя старого леса от Артура, я ощущала себя неуязвимой — даже несмотря на то, что не могла полностью контролировать её.

Какой же глупой и наивной я была. Я должна была послушаться Артура, когда он сказал, что пойдёт со мной в школу. Я могла подготовиться лучше.

Эти мысли не давали мне спать по ночам, но они же заставляли меня тренироваться упорнее. Тренироваться, чтобы стать сильнее… тренироваться, чтобы не быть для других обузой.

— …ссия? Тессия? — голос Варай заставил меня очнуться от дум.

— Да? — я подняла голову и внезапно оказалась лицом к лицу с копейшицей.

— Ты в порядке? — спросила стоявшая рядом Эмили, в её голосе слышалось волнение.

— Что? А, да, конечно. Почему ты спрашиваешь? — пробормотала я, и Варай безмолвно положила ладонь мне на лоб.

— Жара нет, — просто сказала она и немного отошла.

— Ты словно в облаках витаешь, — сказала Эмили, когда мы приблизились к большому квадратному зданию. — Неважно, мы пришли.

Пока мы подходили к месту, где работали Гидеон и Эмили, я невольно поражалась этой постройке. В ней не было ничего особенного с традиционной точки зрения, но она была стоящим зрелищем. Квадратная постройка была высотой лишь в один этаж, но для того, чтобы дойти до главного входа, нужно было спуститься на один лестничный пролёт вниз, и это значило, что в этом здании есть как минимум один подземный этаж.

Устрашающе толстые стены больше напоминали об убежище, куда люди приходят в случае катастрофы, нежели об исследовательском центре.

— Идём. Эти книги словно становятся тяжелее с каждой минутой, — окликнула меня шедшая впереди Эмили.

Втроём мы спустились по лестнице и прошли через железную дверь, напоминавшую ту, за которой в парящем замке скрывались телепортационные врата.

Эмили опустила свои вещи на землю и положила обе ладони на разные части двери. Я не слышала, что она бормочет, но вскоре из-под её ладоней ярко засиял свет, и единственная дверь открылась с громким щелчком.

Когда мы вошли внутрь, меня переполнили ощущения. Вокруг с безумной скоростью сновали рабочие и ремесленники, и это место наполнял звон металла. Внутри этого большого здания было огромное пространство, разделённое лишь переносными перегородками, отделяющими разные проекты, выполняемые одновременно. На протяжении всего этого я невольно зажимала нос из-за неописуемо острого запаха.

— Чем это воняет? — спросила я гнусаво.

— Чем только не воняет! — покачала головой Эмили. — Здесь плавят и обрабатывают столько минералов и материалов, что становится тяжело различать запахи.

Даже Варай поморщилась, пока мы спускались по лестнице дальше.

— Проклятье, Амил! Сколько раз я должен всверливать в твою твёрдую черепушку, что нельзя держать два минерала в одном ящике! Они вытянут свойства друг друга, и у меня останутся лишь два бесполезных куска камня! — прогремел голос из дальнего угла здания.

— О, вот и мой любимый мастер, — вздохнула Эмили и поманила нас за собой.

Пока мы шли к источнику грубого голоса, мы врезались в мужчину, который, очевидно, и был тот Амил, судя по потрясённому выражению лица и факту, что он нёс ящик, полный камней.

— П-прошу прощения, — прохрипел он надтреснутым голосом. — О, п-привет, Эмили. Осторожнее с Мастером Гидеоном, он сегодня немного на взводе.

Бедный мужчина быстро поклонился нам, почти на нас не глядя, и быстро побежал дальше, исправлять свою ошибку.

Продолжая нашу небольшую экскурсию по месту работы Эмили, мы увидели пожилого джентльмена, который говорил с группой из нескольких мужчин в традиционных коричневых балахонах, которые носили большинство ремесленников. Этот джентльмен, услышав, как мы приближаемся, обернулся, и его глаза загорелись. Он отпустил группу мужчин и направился к нам.

Судя по одежде, было бы разумно предположить, что он — просто дворецкий, но что-то в его поведении, не говоря уже об уважительном поведении тех мужчин по отношению к нему, показывало, что всё не так просто.

— Добрый день, принцесса, генерал и мисс Эмили. Я рад, что вы пришли так быстро, мастер Гидеон ждёт вас.

Мужчина слегка поклонился нам и повёл нас, обсуждая по дороге с Эмили те вещи, которые мы с ней несли.

— Спасибо, Хаймс. Мастер опять сегодня не в духе? — спросила Эмили, следуя по пятам за дворецким.

— Боюсь, что да, мисс Эмили. Я уверен, что он просто взволнован, дожидаясь их, — ответил он, забрав кучу тетрадей в кожаном переплёте.

Мы шли через лабиринт перегородок, пока не прибыли в особенно изолированное место, угол, огороженный довольно высокими перегородками. Как только мы вошли через небольшой проход между ними, нас встретил Профессор Гидеон, который едва не запрыгал, увидев тетради, которые нёс Хаймс. Гениальный ремесленник и изобретатель выглядел как обычно: те же стоящие дыбом волосы, глаза бусинками и брови, которые казались постоянно нахмуренными. Морщинки на его лбу казались ещё глубже, чем всегда, а круги под глазами словно стали ещё темнее.

— Я тоже рада вас видеть, Мастер, — пробубнила Эмили. Она повернулась ко мне и Варай и пожала плечами.

Сначала я хотела исследовать этот центр, но тут профессор Гидеон принялся пролистывать кипу тетрадей с головокружительной скоростью, едва не отрывая страницы, которые так быстро листал, отчего моё любопытство вынудило меня остаться и подождать. Похоже, Эмили и Варай думали так же, поскольку они обе тоже не сводили глаз с профессора Гидеона.

Внезапно, пролистав тетрадей шесть, он остановился на какой-то странице.

— Дерьмо!

Профессор Гидеон хлопнул обеими ладонями по столу, после чего яростно почесал голову под своими непослушными волосами.

Мы промолчали, не зная, что сказать. Даже Эмили безмолвно смотрела на своего мастера, ожидая, что он скажет дальше.

— Генерал, не могли бы вы пройтись со мной? — спросил профессор Гидеон, не сводя глаз с тетради.

— Я тут с принцессой, — просто ответила копейщица.

— Возьмите её с собой. Эмили, ты тоже можешь пойти, — ответил Гидеон, собрав тетради и разбросанные листки бумаги в кучу.

— Постойте, Мастер. Куда это мы?

— На восточное побережье, северная граница Звериных Прогалин, — коротко ответил изобретатель.

— Командир Вирион запретил принцессе Тессии посещать такие места. Если мы возьмём её…

— Тогда оставьте её здесь. Просто мне нужно, чтобы вы или какой-нибудь другой генерал отправились со мной на случай, если что-то случится, что маловероятно, — перебил он Варай, продолжая собирать вещи. — Нам просто нужно собрать все вещи как можно скорее. Эмили, принеси мой набор для осмотра.

Эмили тут же выбежала из самодельного офиса своего мастера. Варай доставала коммуникационный артефакт из своего пространственного кольца, когда я быстро схватила её за руку.

— Варай, я хочу пойти, — сказала я, сжимая её ладонь.

Варай покачала головой.

— Нет, твой дед ни за что не позволит. Слишком опасно.

— Но Ая на миссии, а Байрон занят, тренируя Кёртиса. Прошу — ты же слышала профессора Гидеона, ничего не случится, — настаивала я. — К тому же, профессор Гидеон явно спешит!

— Чертовски верно, я спешу, а теперь пошли. Мне просто нужно кое в чём убедиться, увидев это своими глазами. Мы вернёмся ещё до конца дня, — пообещал профессор Гидеон, надевая плащ.

Я видела, что копейщица колеблется, поэтому я пустила в ход свой последний козырь.

— Варай, ты сама видела, как я тренировалась последние два года. Ты знаешь, насколько сильнее я стала, — сказала я, непреклонно глядя на неё.

Подумав немного, Варай вздохнула.

— В таком случае ты должна слушаться каждой моей команды во время этого похода. Ослушаешься — и это будет последний раз, когда я помогаю тебе сбежать из замка.





Глава 127.




Единственной остановкой, которую мы сделали, была в конюшне, где мы взяли лошадей для нашей поездки после того, как прошли через телепортационные врата. Нам пришлось немного задержаться, чтобы найти лошадей, привыкших ходить через телепортационные врата, и это заставило Профессора Гидеона ёрзать от нетерпения.

Мужчина был на грани нервного срыва всю дорогу. Он почти ничего не говорил после того, как мы прошли врата, лишь щёлкал поводьями своего чёрного жеребца, чтобы он шёл быстрее. Вскоре мы оказались на довольно узкой тропке, слева от которой был Лес Эльшир. Я видела слабый туман, проникающий на тропку, отчего она выглядела жутковато. Справа от нас был узкий ручей, обозначавший границу между Лесом Эльшир и окраиной Звериных Прогалин.

Эмили сидела позади Хаймеса на белом жеребце, а я ехала с Варай на удивительно послушной коричневой лошади. Кроме разговоров, делать было больше нечего. Но большую часть пути мы ехали молча; было довольно трудно перекрикивать цокот лошадиных копыт.

Вскоре воздух наполнил знакомый солёный запах океана. Я почти ощущала соль на языке из-за усиливающегося бриза, который дул мне прямо в лицо. Несмотря на прохладную погоду, было заметно, что воздух быстро становится влажным. Рубашка начала прилипать к моей коже, отчего мне становилось неуютно, и я ощущала себя грязной.

— Почти приехали! — крикнул профессор Гидеон, перекрикивая свист ветра. Вскоре деревья, из которых состоял густой магический лес, начали редеть, и мы оказались на широком поле, заросшем дикой травой и кустарником.

Перед нами предстал океан, быстро расширяющийся от горизонта по мере нашего приближения к берегу. Чем ближе мы подъезжали, тем больше росла сила и скорость ветра, и через какое время его свист заглушил даже стук копыт наших скачущих галопом лошадей. На травяном поле стало появляться всё больше камней, окружавших нас с обеих сторон, пока мы не остановились на краю скалистого уступа, возвышавшегося над берегом.

Мне пришлось загородить лицо от резкого солёного ветра, обрушивающегося на меня, капюшоном моей накидки. Я уже хотела спросить, приехали мы или нет, когда внезапно заметила на побережье нечто неестественное.

Это была огромная лодка, точнее, то, что от неё осталось. Видя, как на её металлический бок накатывают волны, я невольно ощутила, что уже видела это однажды, и вдруг до меня дошло.

— Погодите, разве это не Дикатеус? — охнула я, повернувшись к профессору Гидеону и выглянув из-под плаща.

— Нет, — сказал он, и его голос было едва слышно из-за ветра. — Хуже.

— Постойте, это не Дикатеус? — спросила я, вновь взглянув на знакомый корабль, дабы убедиться.

Хоть мне не довелось увидеть отплытие монументального корабля, поскольку это случилось в начале второго года моего обучения в Академии Зирус, я видела его, когда он ещё только строился. Я всё ещё ясно помнила, как в первый раз взглянула на таинственное сооружение, которое исторгало из себя чёрный дым, словно какой-то металлический дракон. Он мог перевозить сотни людей, преодолевая неизвестные опасности океана — тогда в такое было сложно поверить.

— То есть как, хуже? — вмешалась Варай, изучая окрестности. Её рука неподвижно лежала на вершине эфеса узкого меча, прицепленного к поясу.

— Оставьте лошадей здесь. Нам придётся пойти пешком, если мы хотим добраться до места крушения.

Проигнорировав нас обеих, профессор Гидеон свесил ноги с лошади, довольно неуклюже слезая с неё.

— Эмили, Хаймс! Возьмите сумку!

Я уже открыла рот, чтобы повторить вопрос, раздражённая тем, что профессор постоянно делает всё в своём темпе, не обращая внимания на других. Но, ощутив, как Эмили ободряюще сжала мне плечо, я только вздохнула и пошла за профессором Гидеоном. Старый изобретатель уже довольно проворно спускался вниз по каменистому склону к берегу, несмотря на то, что камни там были очень скользкими. Варай и Хаймс шли следом за ним, вытянув шеи, чтобы не упустить ни одного признака опасности, и легко перепрыгивая с одного камня на другой.

— Мне нужно полностью извлечь корабль из воды. Леди, кто-нибудь из вас может оказать мне такую честь? — профессор Гидеон обернулся, переводя взгляд с Варай на меня и обратно.

Моя рука взметнулась вверх.

— Давайте я поп… — с энтузиазмом начала я, но тут же вспомнила, о чём меня постоянно предупреждал Мастер Альдир. — Я хотела сказать, давайте Варай это сделает.

Копейщица с сочувствием посмотрела на меня и взялась за дело. Для неё это было несложным заданием; одним взмахом руки она заставила волны отхлынуть достаточно далеко, чтобы корабль показался полностью, затем за одно мгновение она наколдовала стену льда вокруг останков корабля, чтобы вода не залила их снова.

Варай сделала в ледяной крепости проход для нас, и как только мы вошли, я застыла в восхищении.

Возможно, дело было в том, что я видела Дикатеус только во время его постройки, но многие части этой махины, которые я помнила в корабле, сильно напоминали мне о нём, начиная с огромного металлического каркаса и множества цилиндрических труб. Но ни одно из этих металлических чудовищ не было похоже на деревянные лодки, к которым я привыкла.

Во время дальнейшего осмотра огромного сооружения я поняла, почему оно оказалось здесь, наполовину затонувшим. Помимо очевидных вмятин, деформировавших основание корабля, по нему проходили ряды проколов.

— Вам это не напоминает… следы укусов? — удивилась я, подходя ближе.

— Чёрт, ты только представь, каким должен быть монстр, чтобы укусить такой корабль, — вздохнула Эмили.

Любопытство продолжало нарастать во мне, пока я изучала гигантский корабль. Если это не был Дикатеус, тогда что? Кто построил его? Зачем он прибыл к этому континенту?

Я обнаружила ещё кое-что: несмотря на значительные повреждения металлического каркаса корабля, он не казался… старым. На нём не было никаких следов ржавчины, которые появлялись, как я знала, на большинстве металлов, если оставить их в таком месте надолго.

— Что ж, заходим, — пробурчал профессор Гидеон, залезая в одну из самых больших дыр, находившихся на днище корабля.

— Подождите, — Варай подняла руку, чтобы остановить профессора. Не успел он ничего сказать, как копейщица послала сквозь брошенный корабль большой импульс маны.

— Признаки жизни отсутствуют, — подтвердила она.

— Лишняя предосторожность, но спасибо, — проворчал профессор Гидеон, забираясь в дыру в основании корабля.

— Подождите меня, Мастер! — Эмили побежала за ним, и её глаза почти сверкали от нетерпения.

Взглянув на Варай, я не могла не приметить едва заметные следы волнения на её обычно безэмоциональном лице. Даже проверив, нет ли какой потенциальной опасности, копейшица всё равно из-за чего-то переживала.

Когда я зашла в корабль за Хаймесом, мой нос уловил едкий запах гниющего дерева. Воздух был тяжёлым и теплым, оставлял горечь на языке, поэтому мне приходилось дышать через нос, несмотря на совершенно не приятный запах гнилых пиломатериалов.

Нижние уровни были просторными, и на них не было ничего особенного, если не считать железных колонн — одни были сломанными, другие погнутыми — которые поддерживали потолок. Обломки ящиков захламляли весь пол, но то, что в них перевозили, чем бы оно ни было, либо испарилось, либо было смыто океанской водой.

Я увидела, как старый изобретатель изучает останки всего, что ему удалось найти до того, как мы с Хаймесом взобрались по металлической лестнице на следующий уровень. Мне, Эмили и Варай оставалось лишь исследовать заброшенную посудину самостоятельно. Вот только мы понятия не имели, что мы ищем, и что мы вообще тут забыли.

Не обнаружив ничего, заслуживающего интереса, мы стали пробираться через кучи водорослей и песка, которые наводнили корабль, и пошли следом за профессором Гидеоном и его дворецким на уровень выше.

Было нетрудно догадаться, самые нижние уровни брошенного корабля использовались, в основном, в качестве склада, но странным было то, что всё было разрушено. Варай была той, кто указал на это, но даже если бы она промолчала, я бы всё равно связала воедино увиденное. На металлической двери — где были разбросаны останки каких-то вещей — остались чёрные следы чего-то, напоминавшего сажу. Какой-то человек или даже группа намеренно уничтожили все следы того, что могло бы стать ценной информацией.

— Похоже, что те, кто были на этом корабле, не хотели, чтобы кто-то узнал, кто они, — сказала я, пиная какие-то обломки в надежде найти что-то полезное.

Варай огляделась, но всё равно продолжала держаться поближе ко мне и Эмили на случай, если что-то произойдёт.

— Страннее всего то, что и верхние уровни почему-то тоже мокрые. Как до них добралась вода, если корабль был затоплен лишь наполовину? — заметила Эмили, проведя ладонью по деревянному полу, и на её ладони остались следы влаги.

— Потому что несколько недель назад этот корабль был полностью затоплен.

Мы обернулись и увидели, как профессор Гидеон и Хаймес спускаются по лестнице с верхнего уровня.

— Так вот почему никто не заметил этого корабля до сих пор, — заключила Варай.

Изобретатель кивнул в ответ, и они с Хаймесом подошли к нам.

— Журнал, который я прочёл ранее, был написан группой искателей приключений, вернувшихся после разведывательной миссии. Они шли к месту назначения той же дорогой, но лишь на обратном пути волны схлынули достаточно, чтобы можно было увидеть корабль.

— Ясно. Мастер, как вы думаете, что произошло со всеми членами экипажа, которые были на этом корабле? — спросила Эмили. — Думаете, они все утонули?

— Нет, — покачал головой профессор Гидеон. — Тогда бы на этом корабле были хоть какие-то человеческие останки.

Мы с Эмили переглянулись, не совсем понимая, к чему клонит старый изобретатель.

Вздохнув, профессор Гидеон присел перед чёрной отметиной на двери и поскрёб её пальцем.

— Это значит, что вы правы, принцесса. Люди, которые были здесь, явно не хотели, чтобы кто-то увидел их корабль, а уж тем более то, что они хранили внутри.

— Тогда, выходит…

— Именно. Либо они все сбежали и находятся где-то в другом месте… или, возможно, капитан любезно сбросил их с корабля.

— Я догадывалась, когда впервые увидела этот корабль, но значит ли это… — голос Варай умолк, и она внимательно взглянула на профессора Гидеона.

— Прочитав этот доклад, я всей душой молился божественному существу, что присматривает за нами, кем бы оно ни было, чтобы мои догадки оказались неверны, но, похоже, это не помогло, — вздохнул он.

— Что… в чём дело? О чём это вы? — вмешалась я, ощущая себя неуютно от их серьёзного тона.

— Я предполагал, что у команды Дикатеуса были какие-то проблемы, когда мы потеряли с ними связь несколько лет назад, но, прочитав доклад, я подумал, что, возможно, просто возможно, команда как-то смогла починить корабль и почти доплыть обратно. Но материалы, которые использовались для постройки этого корабля, вплоть до самого каркаса корабля, немного отличаются строением.

— После того, как мы сюда пришли, я уверен, что этот корабль — не Дикатеус, и никогда им не был. Он слегка грубоват на вид, но технологии, использовавшиеся при постройке Дикатеуса, держались в строжайшем секрете, который знал только я и несколько ключевых проектировщиков, — объяснил профессор Гидеон.

Эмили резко вдохнула, её глаза расширились от страха, и до всех присутствующих начала доходить ужасная правда.

— Мастер, вы же не пытаетесь сказать, что…

— Я именно это пытаюсь сказать, — перебил её профессор. — Сама подумай: то, что здесь нет ни трупов, ни оставленных личных вещей — это факт. Нет практически никаких ярко выраженных следов того, что здесь вообще кто-то был. Почему? Потому что лидер этого корабля не хотел, чтобы его враги узнали, что они способны построить такое. И причина у них веская: сам факт существования этого корабля меняет динамику этой войны.

— И это значит, что война… — я замолчала и переглянулась с Варай. Она кивнула, её глаза были суровыми и мрачными. Я поднесла дрожащие ладони ко рту.

Профессор Гидеон вскочил с пола, протягивая свою сумку Хаймесу.

— Да, принцесса. Это значит, что теперь у Алакрии есть возможность строить корабли, способные перевозить целые батальоны солдат через океан к Дикатену.





Глава 128.




POV Вириона Эралита

— Проклятье! — выругался Глайдер, стукнув кулаками по длинному прямоугольному столу, за которым мы собрались. — Ты точно уверен в этом, Гидеон?

— Как я и говорил, Ваше Величество, то, что корабль принадлежит алакрианской армии — лишь моё предположение. Но я абсолютно уверен, что корабль, с которого мы только что вернулись, не Дикатеус, — ответил старый изобретатель.

Не прошло и часа с тех пор, как Гидеон, Варай и моя внучка вернулись в замок. После того, как Варай рассказал нам о найденной ими информации, на собрание были созваны все, включая короля и королеву Глайдеров. Как только все прибыли, включая асуру, Лорда Альдира, моего сына и его жену, которые вели переговоры с гномами, собрание поспешно началось…

— Откуда такая уверенность? — продолжал донимать профессора вопросами Глайдер.

Гидеон раздражённо вздохнул, прежде чем продолжить:

— Потому что во время строительства Дикатеуса я расположил метки на всём основании корабля — что-то вроде автографа, если вам угодно.

— Автографа? — переспросил мой сын, Альдуин.

— Дикатеус был изобретением, которым я гордился более всего. Я хотел, чтобы будущие поколения знали о моей работе, — признался он, смущённо почёсывая нос. — В любом случае, ни на одной выступающей части каркаса, который я осмотрел у этого корабля, не было меток. По правде говоря, для создания каркаса были использованы совершенно другие материалы.

— Будь всё проклято! — снова выругался Блейн Глайдер, поднявшись со своего места.

— Успокойся, Блейн, — осадил я его.

— Успокоиться? Ты что, не слышал, что сказал Гидеон? Прости, но я просто не могу спокойно сидеть, узнав, что наш враг способен послать десятки, нет, сотни тысяч солдат и магов через океан. Мало того, что нам непросто разведывать, где прячутся эти ублюдки из подземелий Звериных Прогалин, так ещё…

— Хватит, — произнёс Лорд Альдир, тут же заставив человеческого короля замолчать. — Варай, что ты думаешь об этом?

— Несмотря на отсутствие у меня обширных знаний о строительстве Дикатеуса, я согласна с изобретателем. Одно лишь отсутствие улик на корабле говорит о том, что кто бы ни был на этом корабле, они не хотели, чтобы хоть кто-то узнал, кто они, — подтвердила копейщица, стоя у стены позади Присциллы Глайдер.

— Как вы думаете, какова вероятность того, что это ловушка, или даже часть их стратегии, чтобы заставить нас подумать, что у них есть технология, позволяющая им посылать корабли, заполненные солдатами, в Дикатен? — спросил я, конкретно ни к кому не обращаясь.

— Хм, возможно, так и есть.

Именно Гидеон ответил первым, обдумывая этот вполне возможный сценарий.

— Вот именно! — Блейн вернулся к столу, радуясь, что худший исход событий может быть не единственным возможным будущим этой войны. — Вполне логично! Если алакрианцы заставят нас думать, что они умеют делать такие корабли, то мы будем вынуждены разделить наши военные силы!

— Может и так, но местонахождение этого корабля вызывает у меня сомнения. Если бы целью алакрианцев было разделить наши силы, они бы, скорее, оставили свой корабль где-то у западного берега, чтобы мы, как им и хочется, решили, что они нападут оттуда. К тому же, та бухта, где был найден корабль, слишком незаметное место, чтобы надеяться, что мы случайно там окажемся. Учитывая, как часто меняется уровень приливов и постоянно проседает дно, просто чудо, что корабль вообще смогли найти, — возразил мой сын.

В зале заседаний стало тихо, но тут заговорил Лорд Альдир:

— Какой бы ни была возможность, вопрос в другом, стоит ли рисковать? У алакрианки, Синтии, сложилось впечатление, что её люди пытались постепенно собирать армию в глубине Звериных Прогалин, но глупо было бы наивно поверить, что это единственный ход, который задумали Вритры. Я знал нескольких из клана Вритра: они умные и коварные враги. Не похоже на них действовать так прямолинейно.

— В любом случае, у нас нет другого выбора, кроме как подготовиться к двустороннему нападению, — заключил я, потирая виски. — Альдуин, Мериал, как проходят переговоры с гномами?

— Они всё ещё скептически относятся к идее полного сотрудничества, но они согласились прислать к нам несколько своих мастеров, чтобы помочь с укреплением стен вдоль Великих Гор, — ответила Мериал, протягивая мне стопку бумаг.

— Хорошо, — кивнул я. — Это уже начало. Нам ещё нужно больше их магов, чтобы закрыть дыры между Сапином и Звериными Прогалинами, которые не прикрывают Великие Горы.

— Мериал, позволь мне и моей жене присоединиться к вам, когда вы в следующий раз отправитесь в королевство Дарв. После этих новостей нам понадобится помощь гномов, если мы собираемся вовремя укрепить города вдоль западного берега. И потом, мы знали Грейсандеров лучше, чем вы двое. Возможно, гномы будут лучше настроены на сотрудничество, если мы будем с вами.

И Блейн, и Присцилла неловко поглядывали на моего сына, его жену, и на Лорда Альдира, который и был тем, кто убил вероломных короля и королеву гномов.

— Звучит неплохо. Нам понадобится помощь эльфов, если мы хотим победить в этой войне. Я думаю, гномы будут охотнее помогать нам, если узнают, что у наших врагов есть возможность послать тысячи солдат через океан, — вслух заметил я. — А теперь прошу меня простить, я собираюсь немного отдохнуть впервые за несколько дней.

Я склонил голову перед Лордом Альдиром и отпустил всех остальных, махнув рукой. Выходя из зала заседаний, я глубоко вздохнул. Несмотря на то, что Лорд Альдир жил здесь уже два года, я всё ещё задыхался, находясь рядом с асурой.

Он многое сделал, чтобы подготовить нас к войне, и вёл себя тактично. Он практически не показывался на собраниях, нередко индивидуально обучая меня, чтобы я мог стать хорошим лидером в войне. С его познаниями в тактике ведения как крупномасштабного боя, так и небольшого, мы неплохо справлялись, сдерживая бои подальше от широкой публики. Но если Гидеон прав, то вскоре не останется людей, будь то солдаты или ещё кто, которые не будут так или иначе вовлечены в войну.

— Командир Вирион, — окликнул меня сзади тихий голос.

Я развернулся и увидел Варай, идущую ко мне с лицом, полным беспокойства.

— Командир, прошу простить меня за то, что я позволила принцессе Тесии пойти с нами. Я знаю, что вы приказали мне держать её подальше от опасностей, но…

— Варай, всё в порядке, — я поднял руку, останавливая её. — Я знаю, какой она бывает, и, по правде сказать, я подозревал, что она устроит что-то такое. А теперь иди, юная принцесса Глайдер, должно быть, ждёт тебя.

На лице копейщицы всё ещё отражались беспокойство и вина, но после моего очередного взмаха рукой она опустила голову в поклоне и отправилась в сторону тренировочной площадки.

Свернув налево в конце длинного коридора, я остановился около некой дубовой двери. Сделав ещё один вдох, я сжал руку в кулак и трижды постучался.

— Кто там? — раздался изнутри приглушённый голос моей внучки.

Я прочистил горло.

— Это твой дедушка.

— Я хочу побыть одна, — немедленно ответила она.

— Будет тебе, — вздохнул я. — Не говори так.

Она замолчала, но через несколько секунд я услышал тихий звук приближающихся шагов. Усиленная деревянная дверь открылась лишь на щёлочку, и моя внучка выглянула с другой стороны.

— Ты хочешь поругать меня за то, что я отправилась на корабль с Варай? — спросила она. Дверь скрывала её рот.

— Нет, не хочу.

Девочка молча оглядела меня, с подозрением приподняв бровь.

— Это же я заставила её взять меня с собой.

Я кивнул.

— Да, я так и понял.

— И я не собираюсь за это извиняться, — с нажимом добавила внучка, стараясь сохранить суровый взгляд.

— Я и не сомневался.

— Н-ну ладно.

Её выражение лица стало растерянным.

Я сделал шаг назад.

— А теперь, не прогуляешься ли со своим дедушкой?

Я дождался, когда моя внучка закроет дверь и скромно пойдёт за мной, как тень.

— За мной, — кивнул я ей. — Я хочу показать тебе кое-что.

Мы шли по коридору молча, я мычал под нос какую-то мелодию.

— Эй, это же колыбельная, которую отец пел мне когда-то, — воскликнула моя внучка.

— А как ты думаешь, кто его научил? — усмехнулся я. — Моя мать, твоя прабабушка, всегда пела её мне, когда я не мог заснуть. Я пел её твоему отцу каждый раз, когда он был слишком напуган, чтобы отправиться на боковую. Но не говори ему, что я тебе это рассказал.

Девочка хихикнула и кивнула.

— А куда мы идём, дедушка?

— Скоро увидишь, дитя.

Мы сделали ещё один поворот и спустились на один пролёт по спиральной лестнице, остановившись перед дверями, которые были достаточно высокими, чтобы в них запросто мог пройти великан.

Положив ладонь в центр двери, я высвободил волну маны. Замки и механизмы, оберегавшие эту комнату, быстро поочерёдно защёлкали, когда бесчисленные сложные комбинации начали выстраиваться в нужном порядке. Когда звуки стихли, дверь открылась, демонстрируя находящееся за ней огромное земляное поле, окружённое металлом, усиленным маной. Чуть в стороне была ещё одна дверь, которая была из того же материала, что и стена рядом.

— Мы почти пришли, — сказал я, указывая на дверь.

— Я тут ещё никогда не была. Зачем нужна эта комната? — спросила внучка, оглядываясь.

— Это место, где копейщики, лидеры гильдий и я тренируемся с Лордом Альдиром. Асура сам создал его таким, чтобы оно могло выдержать атаки даже магов с белым ядром, разумеется, если только Лорд Альдир находится с нами, чтобы активировать его. Но прежде чем ты начнёшь его исследовать, тебе нужно кое-что увидеть, — я распахнул дверь внутри изолированной тренировочной арены.

Внутри комнаты не было ничего, кроме нескольких стульев, доски для рисования и пустого экрана с артефактом визуальной записи перед ним.

— Сядь, ди… — я заставил себя замолчать и встал рядом с артефактом. — Сядь, Тессия.

Моя внучка села на стул передо мной, глядя на белый экран. Она неуверенно взглянула на меня, и на секунду мне захотелось просто взять и отвести её обратно в комнату, где она будет в безопасности.

Глубоко вздохнув, я включил артефакт визуальной записи. Вспыхнувший яркий свет осветил экран, проецируя двигающиеся картинки, запись с поля боя.

— Вот так, Тессия, выглядит война.

Я отошёл в сторону, давая ей посмотреть.

Это была особенно жестокая битва в глубоком подземелье, где алакрианские солдаты устраивали свой лагерь. Сотни магов и воинов ждали дальнейших указаний. Наши люди плохо представляли, во что они ввязались, поскольку алакрианская сторона уже получила оповещение от своих разведчиков о том, что враг вот-вот заявится.

Я видел ужас в глазах своей внучки, наблюдавшей с открытым ртом за разворачивающейся резнёй. Потери на нашей стороне составили пятьдесят человек в первые же секунды, но даже после того, как мы пришли в себя, битва осталась кровавой и напряжённой. Свежие трупы валялись на земле повсюду, а маги и воины продолжали стрелять во врагов и друг в друга. Даже без звука я мог ясно представить себе крики раненых и умирающих.

Видео внезапно оборвалось, когда маг, державший артефакт, был убит. На мгновение в комнате воцарилась тишина, пока мы с внучкой переваривали произошедшее на экране.

— Это была запись реальной битвы, произошедшей всего пять дней назад. В этой битве мы потеряли двести человек и двадцать магов из четырёхсот отправленных туда нами человек. Я был тем, кто приказал им спуститься в это подземелье, и вина за то, что они погибли, лежит на моих плечах.

Я посмотрел внучке в глаза, мой взгляд был холодным и непреклонным.

— Война только началась, но я уже делал вещи — принимал решения — за которые я никогда себя не прощу. Будучи твоим дедушкой, я хочу уберечь тебя от всего этого, — произнёс я, показывая на экран. — Из-за своего эгоизма, как твой дедушка, я хочу сохранить тебя в безопасности, подальше от угрозы, несмотря на то, что ты можешь стать полезным подспорьем в бою.

Тесс опустила взгляд.

— Дедушка…

— Тессия. Ты, вне сомнений, чудовищно талантливый маг, и со всеми тренировками, которые ты прошла за последние два года, ты будешь силой, с которой нужно считаться на войне. Но какой бы сильной ты ни была, ты всего лишь один человек. Достаточно лишь одной ошибки, одного небольшого просчёта. Вот почему я запрещал тебе принимать участие в боях… до сих пор.

— До сих пор? — внучка подняла глаза. Я мог не отвести глаз от её маленького личика. Казалось, всего лишь неделю назад она всё ещё сидела у меня на коленях и щебетала «дедушка», высоко подняв ручки в воздух.

— Тессия. После того, как ты увидела лишь часть войны, которую тебе предстоит выдержать, ты всё ещё хочешь принять участие в битве? — спросил я, идя в заднюю часть комнаты.

Лицо моей внучки посуровело, и она встала.

— Да.

Взяв со стойки два затупленных тренировочных меча, я бросил ей один.

— Тогда докажи свою решимость.





Глава 129.




— Так ты понимаешь правила этой битвы? — уточнил я, сжимая незаострённый меч в правой руке.

— Дедушка… — взгляд моей внучки смягчился, и она замялась. Но, видя моё непоколебимое выражение лица, она взяла себя в руки и подняла меч. — Я понимаю.

Я одобрительно кивнул.

— Слияние.

Моё тело загорелось необузданным возбуждением, когда я высвободил вторую форму воли зверя. Когда моя кожа и даже моя одежда потемнели, окутавшись теневой вуалью, я шагнул к Тессии.

С моими обострившимися чувствами я услышал, как ускорилось сердцебиение моей внучки в ожидании моей атаки.

Насколько я понимал, битва уже началась.

Сократив расстояние между нами, я ткнул рукоятью моего меча в живот Тесии. Завалившись вперёд, я понял по силе импульса, что она вовремя отошла назад, чтобы уменьшить силу моего удара.

Тессия разорвала дистанцию между нами, на её лице не осталось ни следа неуверенности, и теперь она смотрела на меня оценивающе, как на противника.

— Хорошо, — прорычал я, медленно обходя её. Сердцебиение Тессии успокоилось, и она приготовилась.

— Обретение, — пробормотала она, и тонкий слой изумрудно-зелёного сияния окутал её, как вторая кожа. Затем аура, охватившая её, вспыхнула под её ногами, растекаясь по траве.

Я вовремя отпрыгнул, чтобы избежать вырвавшегося из-под земли под моими ногами корня толщиной с дерево. Вся земля, подвергшаяся воздействию ауры, вскоре превратилась в паутину из толстых лиан, которые извивались рядом с девочкой, подобно змеям, защищающим своего хозяина.

Тессия уже приближалась ко мне, несясь по тропинке из лиан, ведущей ко мне, её меч окутывало ярко-зелёное свечение.

Я не мог не улыбнуться, ощущая явное давление, которое излучало её достояние с точки зрения противника.

Я поднял меч, легко обходя очередной толстый стебель. Используя огромные корни в качестве ступенек, я вовремя усилил мой меч, чтобы встретить им клинок Тессии.

Наши клинки со звоном столкнулись, и в воздух полетели искры. Воспользовавшись её импульсом движения вперёд, я отклонился назад, схватившись за её правую руку и наступив на её ведущую ногу, чтобы не дать ей восстановить равновесие.

Когда она упала вперёд, я приготовился закрутить и швырнуть её, как вдруг тонкая лиана обвилась вокруг талии девочки, не давая ей упасть.

Воспользовавшись лианой, чтобы повиснуть в воздухе, Тессия ударила по мне обеими ногами, чтобы отбросить меня назад.

Заблокировав её атаку плоской частью моего меча, я не смог удержаться от восхищённого восклицания:

— Ха-ха! Твой контроль над волей зверя стал намного лучше!

Будь на моём месте кто-то другой, я бы удивился, если бы он смог защититься от её необычной контратаки.

Добавив больше маны в свои конечности, я бросился на Тессию, обходя заграждение из отростков, защищающих своего мастера.

Мы обменялись ударами, стоя на постоянно меняющейся поверхности корней, которые извивались и корчились по мановению рук моей внучки. Тессия грациозно двигалась по лианам, без труда пользуясь ими, как платформами, чтобы перемещаться во всех направлениях. Её передвижение и фехтование с одновременным использованием воли зверя и заклинаний ветра напоминали элегантный танец в воздухе, словно каждый шаг, взмах и выпад был поставлен хореографом. Я был невероятно горд моей внучкой, которая выросла таким сильным магом — она прошла долгий путь, в этом нет сомнений. Но если я позволю ей победить так просто, она задерёт нос.

Её достояние изменяло территорию так, как ей было удобно. Но если её противник был достаточно быстр и ловок, как я, то он тоже мог воспользоваться лианами и применить их в качестве способа добраться до Тессии. В особенности обладая таким боевым стилем, как у меня, состоящим из хаотичных движений, максимально использующих потенциал врождённой способности теневой пантеры к скрытности, которая становилась ещё лучше в таких условиях.

Отросткам и Тессии становилось всё тяжелее успевать за моими перемещениями, поскольку я безостановочно прыгал по волнам лиан, созданным моей внучкой.

Девочка уже была на расстоянии удара мечом от меня и практически потеряла меня из виду, но стоило мне замахнуться, как она погрузилась в сплетение лиан под нами. Как только Тессия исчезла под ними, многочисленные отростки подо мной начали сплетаться в одном месте.

Я быстро отпрыгнул в сторону, когда зелёные ростки начали образовывать защитную сферу вокруг того, что, как я думал, было Тессией.

На секунду я испугался, что она снова потеряла контроль как в прошлый раз. Но когда защитный барьер из лиан разлетелся на части, я восхищённо присвистнул, глядя на свою внучку.

— Ты сделала это! — воскликнул я голосом, более хриплым, чем всегда, из-за слияния.

— Хе-хе! — моя внучка указала на меня кончиком меча, широко улыбаясь. — Берегись, дедушка!

Теперь её тело было окутало густой изумрудной аурой. Светлая кожа Тессии стала бледного оттенка слоновой кости, а волосы и даже брови изменили цвет на травянисто-зелёный. Бирюзовые глаза девочки сияли ещё ярче, и вокруг них появились мудрёные узоры, отчего она стала выглядеть… как потустороннее, почти небесное существо.

Когда она рванула в мою сторону, прозрачная аура вокруг неё уже применяла атаки. Хоть давление Тессии всё ещё не содержало такой же кровожадности как у Артура и у других опытных магов и воинов, это всё равно было ошеломительное улучшение по сравнению с её прежней тусклой аурой.

Я уже знал, что воля зверя Тесии была намного могущественнее, чем воля моего, поэтому в прямом противостоянии воля моего зверя была бы в проигрышном положении. Но я не мог удержаться от желания сразиться с моей внучкой лицом к лицу, когда её сила находится на пике, с девушкой, которая неустанно тренировалась два года, чтобы не быть бременем ни для кого из тех, кто ей близок.

Тессии не был нужен тренировочный меч: прозрачная аура, окружавшая её, превратилась в изумрудные мечи в её ладонях. И, когда она закружилась, непрерывно нанося удары двумя своими мечами маны, я не смог противостоять бесконечному вихрю атак. Она без устали взмахивала мечами и кружилась, то подгадывая удобный момент, то сама его создавая. Тессия не была мастером владения двумя мечами, но если она открывалась для атаки, аура защищала её. И дело было не только в двух клинках, что были её оружием, а в том, что она могла придать своей ауре почти любую форму, которая была ей удобна.

Каждый раз, когда мне казалось, что она открылась, аура вокруг неё тут же превращалась в другое оружие, блокирующее мою атаку, и Тессия продолжала бомбардировать меня атаками.

На моём теле появились свежие царапины и порезы, окропляя кровью траву вокруг меня, пока я применял всю мою мудрость, уворачиваясь от атак и удивляясь тому, как я был глуп, решив, что атаковать её в лоб — хорошая идея. Ещё неуютнее мне становилось от того, что девочка, похоже, тоже получала ранения; под облегающей блузкой, которую она носила во время боя, расплывались красные пятна.

Но вскоре я заметил, что изумрудная аура, покрывающая её, становится всё тоньше и прозрачнее. Сияющие руны, украшавшие лицо девочки, пропали, и она болезненно скривилась.

Когда её движения стали вялыми, а атаки замедлились, я схватил её за руку и ударил её под коленку, аккуратно укладывая на землю, пока оставшаяся воля её зверя рассеивалась.

— Я… я проиграла. Я не смогла сделать этого, дедушка. Я даже не смогла нанести точный удар после всего этого, — выдохнула она, хватая ртом воздух. Пока моя внучка лежала, растянувшись, на заросшем травой поле, покрытая порезами и синяками, которые были получены даже не от меня, но от силы воли её зверя, я невольно представил её на поле боя в состоянии после битвы с противником, которому нет дела до её самочувствия.

Заставив замолчать эти отвратительные мысли, я присел рядом с ней.

Я молча изучал лицо девочки какое-то время, но потом побеждённо вздохнул и покачал головой.

— На поле боя ты должна обращаться ко мне «Командир», а не «дедушка».

Глаза Тессии загорелись ярче, чем когда она вошла в фазу слияния.

— То есть, я?.. С-спас…

— Но! — прервал я её. — У меня есть несколько условий.

— Хорошо, — ответила она, твёрдо глядя на меня.

— Ты должна получить разрешение как от отца, так и от матери. Ещё ты должна всегда помнить важность того, кем ты являешься на самом деле. Тот, кто будет возглавлять твою команду или батальон, обязательно упомянет об этом, но ты сама должна сделать всё, чтобы не быть обузой. Если у твоих товарищей сложится впечатление, что ты неспособна позаботиться о себе, я немедленно отзову тебя из боя, поскольку если люди вокруг тебя будут беспокоиться за твою безопасность, то они не смогут эффективно сражаться. Это ясно?

— Да! — яростно закивала Тессия.

— О, и ещё кое-что. Старайся не попадать в ситуации, где ты будешь вынуждена применить свою вторую фазу. Я не могу сказать точно, почему, может, дело в том, что ты пока не научилась полностью контролировать её, но эта форма делает тебя чересчур безрассудной, — добавил я, вспоминая о том, как она бешено атаковала меня, полагаясь лишь на волю зверя, защищавшую её.

— Мастер Индрат тоже говорил об этом. Он сказал, что полученная мной воля зверя какая-то другая, но он не мог понять, почему именно, — подтвердила девочка.

Когда мы оба поднялись и пошли к выходу из тренировочной комнаты, я остановил её, чтобы сказать ещё кое-что:

— Дитя. С этого момента я больше не твой дедушка. Действия, которые я совершал, и решения, которые я принимал в отношении тебя, всегда были направлены на твою безопасность и счастье. Но теперь, раз ты солдат, я обязан относиться к тебе соответствующе. Буду ли я лично отдавать тебе приказы, или же это будет человек, возглавляющий твою команду, ты должна помнить, что отданные тебе приказы не ставят твою безопасность превыше всего Дикатена. Это моё последнее предупреждение.

Внучка взглянула на меня, рассматривая болезненное выражение моего лица, после чего уткнулась свои лицом мне в грудь, обнимая меня.

— Всё в порядке, дед… то есть, Командир. Дикатен — мой дом, и я сделаю всё возможное, чтобы защитить его и людей, которых я люблю.

— Да, я знаю, — пробормотал я. — Этого я и боюсь.

Шуганув её, я побыл в тренировочной комнате ещё какое-то время, после чего отправился в другую комнату этажом ниже.

Пока я шёл к изолированной комнате под основанием замка, мой нос заполнял острый запах медицинских трав.

Я открыл дверь в самом конце узкого коридора.

— К-командир Вирион! Мои извинения, я не ожидала посетителей, — воскликнула медсестра средних лет, лихорадочно вскочив со своего стула.

— Не стоит извиняться, Анна. Я пришёл сюда спонтанно. Как она? — спросил я, глядя на женщину, лежавшую без сознания на кровати.

— Я только что закончила вводить ей необходимые добавки, чтобы сохранить её тело здоровым. В физическом смысле она в великолепной форме, но как бы мы ни пытались, мы не можем разбудить её, — вздохнула Анна, мягко положив ладонь на предплечье Синтии.

— Значит, как всегда? — я слабо улыбнулся. — Анна, не могла бы ты ненадолго оставить нас с ней наедине?

— Не могла! Ой, то есть, конечно же! Я вас оставлю. Не торопитесь! — ответила она и поспешно отправилась к двери, подбирая какой-то мусор по дороге.

Плюхнувшись на деревянный стул у кровати, я закрыл глаза. Это был не первый и даже не второй раз, когда я приходил сюда. Похоже, в последнее время я заявлялся сюда каждый раз, когда я хотел побыть один или хотел сбежать от удушливого давления, которое оказывала на меня война.

— Мой старый друг. Как спится? Не могу сказать точно, знала ли ты об этом, но я думаю, что алакрианская армия способна строить пароходы и, скорее всего, использует их, чтобы перевозить сотни тысяч солдат. Я уверен, что ты не знала об этом. В конце концов, когда Дикатеус начали строить, ты уже была здесь, — вздохнул я, глядя невидящими глазами на спокойное лицо Синтии.

— Знаешь, я только что дал Тессии разрешение сражаться в настоящих боях. Можешь в это поверить? — я громко рассмеялся. — Я уверен, что ты была бы удивлена, узнав об этом решении, будь ты в сознании. Но… мне было страшно. Я знал, как сильно она хочет всё изменить и стать частью армии, а ещё я знаю, какая она упрямая. Я боялся, что она сбежит и отправится в бой без моего разрешения. Я просто подумал, раз уж она хочет принять участие в войне, пусть, по крайней мере, сделает это под моим наблюдением.

Я склонился вперёд, упёршись локтями в колени.

— Наверное, я вру. Думаю, скорее, я просто хотел, чтобы она перестала ненавидеть меня. Пф! И тут же сам сказал, что буду относиться к ней как к солдату, а не как к внучке. Какая чепуха, верно? — усмехнулся я, качая головой.

— Но всё же это тяжело, Синтия, делать всё это. Я ушёл в отставку как король, потому что я хотел избежать всего того, что делаю сейчас. Но то, что я теперь делаю, находится на много уровней выше. Со мной находится асура, который обеспечивает мою эмоциональную, психическую и физическую пригодность к ведению войны, а все копейщики и лидеры гильдий находятся у меня на побегушках. Неужели я жалок, раз только и хочу, что сидеть в моём саду и смотреть, как моя внучка подрастает в мире? Что за жестокая шутка — отправить мою собственную внучку в бой?

— Альдуин и его жена, Блейн и Присцилла… они делают всё, чтобы помочь, но, в конце концов, за приказами они обращаются ко мне, поскольку теперь Лорд Альдир своими словами о том, что лишь я могу быть лидером, обрёк меня на эту позицию, — я глубоко вздохнул и провел ладонями по лицу. — Синтия, я уже прожил на несколько десятков лет дольше, чем моя жена. Я не хочу пережить моего сына и мою внучку. Не думаю, что смогу выдержать это.

Я протянул руку к Синтии, боясь, что она может рассыпаться от моего прикосновения. Наконец я набрался смелости и положил ладонь поверх её руки.

— Я так и не извинился перед тобой. Даже после того, как Лорд Альдир снял с тебя проклятье, меня не покидало ощущение, что что-то не так. Ты знала это, верно? Ты знала, что оно было снято не полностью, и что ты можешь умереть, если выдашь информацию об Алакрии, касающуюся клана Вритра, так? Я думаю, я тогда тоже это почувствовал. Но я не остановил тебя. Ради шанса получить преимущество в этой войне, я позволил тебе оказаться в таком состоянии… — я замолчал, пытаясь выровнять голос. — И я прошу прощения за это. Я не должен был позволить тебе сделать такое с собой. Может и есть люди, которые избегали тебя, считая шпионкой, но я бы никогда не стал одним из них. Ты выбрала пойти против своих, чтобы помочь нашим людям. Этот выбор сделал тебя сильнее, чем кто-либо из нас.

Я встал со стула, быстро вытирая глаза манжетами рукавов, прежде чем выйти. Обернувшись, я в последний раз взглянул на моего старого друга.

— Скоро война начнётся по-настоящему. Я какое-то время не смогу навещать тебя, друг мой, но я обещаю, что как только война закончится, я сделаю всё, чтобы разбудить тебя.





Глава 130.




POV Тессии Эралит

— Дарвус, поменяйся местами со Станнардом!

Я взмахнула мечом, создав порыв воздуха, чтобы сбить с ног бронированного гнолла — отвратительного зверя маны, напоминавшего двуногую бешеную собаку — который пытался застать меня врасплох.

— Осторожнее, Лидер! Если вы погибнете при нас, ваш дедушка нас всех убьёт! — предупредил Дарвус, широко улыбаясь под своим помятым шлемом.

— Да пошёл ты! — фыркнула я, парируя мечом топор напавшего на меня мага. — Хочешь, я посчитаю, сколько раз я спасала твою задницу?

— Не вступай в бой, в котором тебе не победить, Дарвус! — поддразнила Кария, проворно уклонившись от шипастой дубинки, после чего нанесла апперкот по зубастой челюсти орка.

— Станнард, ты уже нашёл лидера стаи? Эти гноллы продолжают лезть из ниоткуда. — Дарвус провернул в руках два топорика в руках, прежде чем швырнуть их в гнолла неподалёку.

— Ещё нет, — отозвался сзади него светловолосый маг.

— Эй, Лидер, я думаю, нам стоит отступить. Их слишком много, чтобы наша команда могла победить их, не переутомившись, — заметил Дарвус, сняв со спины два огромных боевых топора и обезглавливая крупного орка.

— Думаю, ты прав. Нам стоит отступить хотя бы до места, где находятся наши маги, — согласилась я, воткнув мой узкий меч между нагрудными пластинами бронированного гнолла. Морда бешеного пса скривилась от боли, и он сполз на пол.

— Эти удачливые клоуны с палочками, сидящие вдали от боя и запускающие заклинания, обмениваясь сплетнями, — проворчал Дарвус, вдавив гноллу-мечнику в грудь рукоять своего топора.

— Эй! — крикнул Станнард. — Это обидно!

Не обращая внимания на жалобы своих товарищей по команде, я подскочила к Станнарду.

— Станнард, я собираюсь их задержать. Выложись по полной!

— Вас понял, — произнёс он. — Дарвус, Кария, нам пора убираться!

Вложив меч в ножны, я активировала первую фазы воли моего зверя, чтобы усилить моё заклинание. Положив ладони на землю, я сосредоточилась.

«Клетка из Плюща».

Из земли вырвалась волна лиан, опутывая и крупных орков, и гноллов, которые прибывали через дыру в дальней части пещеры.

Станнард, хрупкий на вид маг, стоявший рядом со мной, прицелился из какого-то устройства, похожего на узкий арбалет, в орду зверей маны, обездвиженных корнями. Сосредоточенно прищурив свои бледно-голубые глаза, он вложил в свой арбалет небольшой шарик вместо стрелы.

Вставленный в арбалет шарик засветился ярко-красным, и маг стал поджидать нужный момент. Как только и Дарвус, и Кария ушли, Станнард выстрелил.

«Вышибающий Взрыв».

Яростный взрыв вырвался из устройства Станнарда, едва не сбив хрупкого мага с ног, словно выстрелила обезумевшая пушка.

Мы все ошарашено смотрели на открывшееся нам зрелище: все орки и гноллы горели, а следовавшая за ними волна монстров была отрезана от своих стеной огня, пожиравшей их товарищей.

— Ты ещё одно заклинание смешал? — спросил Дарвус, глядя на яростное пламя в нескольких десятках метров от себя.

— Ага! — отозвался Станнард, повесив своё оружие через плечо. — Но отдача была немного неприятной.

— Вот почему я говорю тебе, что ты должен чаще делать упражнения для своего тела со мной, — проговорила Кария, помахав перед ним пальцем руки в перчатке.

— А я тебе говорю, что в жизни не стану тренироваться с тобой, ходячее пособие жестокости! — возразил Станнард. — Мне до сих пор о том дне кошмары снятся!

— Ребята, давайте оставим перебранку до нашего возвращения к другим командам. Огонь врагов надолго не задержит, — вмешалась я. После этого мы отправились обратно через узкий коридор, по которому туда пришли, удостоверившись, что никто из зверей маны за нами не увязался.

После того как мы вышли из длинной пещеры, я заметила мерцающий фиолетовый свет, обозначавший главную базу — место, которое я звала домом последние два месяца.

— Интересно, что они приготовили? — задумчиво спросил Дарвус, облизываясь.

— Наверняка всё ту же кашу, которую они называют «пищей». Клянусь, повара специально готовят её такой невкусной, чтобы никто не захотел добавки, — вздохнул Станнард, приближаясь к фиолетовому свету.

— Можем ли мы рассчитывать на то, что наш лидер, которую мы так сильно любим и ценим, и которая, ко всему прочему, является принцессой, снабдит своих драгоценных товарищей какой-нибудь настоящей едой? — спросил Дарвус, сверкнув глазами.

— Фе! — поморщилась шедшая рядом со мной Кария. — Если хочешь клянчить подачки, то сперва прикрой своё лицо.

— Не стоит так ненавидеть меня за мою красоту, коротышка! — Дарвус выпятил подбородок, чтобы мы могли своими глазами разглядеть его обветренное лицо с острыми чертами. С такими чертами он мог объективно считаться привлекательным среди людей, несмотря на неопрятный внешний вид и самодовольное поведение.

— Я миниатюрная! И миленькая! — огрызнулась она и, повернувшись ко мне, схватила меня за руку. — Правда же, Тессия?

— Ох, я тебя умоляю. Вот Станнарда можно назвать миниатюрным. Он, в конце концов, может сойти за десятилетнего. А вот ты просто неотёсанная коротышка, — показал ей язык Дарвус.

— Вам обязательно включать меня в свой спор?! — воскликнул Станнард, обидевшись. Его всегда задевало, когда кто-нибудь называл его маленьким или миниатюрным.

— Ребята! Какая разница, красивые мы, милые или симпатичные? Мы в подземелье, покрыты кровью, потом и грязью. Вам что, так важно здесь казаться привлекательными? — вздохнула я, пока мы шли к железной стене, защищавшей лагерь.

— Тц. Что ещё ожидать от человека, которого сами небеса наградили истинной красотой. Наш лидер никогда не поймёт трудностей, с которыми сталкивается любая нормальная девушка в поисках мужчины, — надулась Кария.

— Хватит уже. Какая ещё истинная красота? — усмехнулась я, качая головой.

— Это правда, — согласился с Карией Дариус. — Если бы вы не были драгоценной внучкой Командира Вириона и не могли побить меня одной левой, я бы уже к вам подкатил.

— Я могу победить тебя, лишь активировав волю моего зверя, — возразила я.

— Увы, но всё же нашей любви не суждено состояться. Я предпочитаю претенциозных и податливых женщин, — томно вздохнул Дарвус.

— Фе, — в голос сказали мы с Карией.

После того, как я постучала в усиленную маной железную стену, посередине открылась щель, через которую нас какое-то время рассматривала чья-то пара проницательных глаз.

И как только эти глаза остановились на мне, они расширились.

— Принцесса Тессия!

— Да, а теперь открывай дверь, — ответила я, глядя на мерцающий фиолетовый свет фонаря, свисающего с потолка.

Щель закрылась, и фиолетовый свет сменился на красный, призывая отойти с дороги.

Только после этого чёрная стена разделилась посередине. По узкой пещере разнёсся скрежет металла по камню, пока двери раскрывались так, чтобы дать нам пройти внутрь по одному.

Когда мы вошли внутрь, нас встретило тепло нескольких костров в земляных ямах и запах каких-то трав и мяса. Узкий коридор, который мы только что прошли, заканчивался огромной пещерой с естественным высоким сводчатым потолком. Ближе к потолку в стенах были сделаны дыры, где лежали лучники и маги, готовые стрелять в любых незваных гостей.

Искусственный свет из сфер, расположенных на стенах под ними, освещали всю огромную пещеру, в которой устроили лагерь более сотни солдат и магов. У стены пещеры бурлил подземный источник, снабжая всех присутствующих свежей водой.

— С возвращением, принцесса, — поклонился мне часовой, охранявший вход. Я кивнула ему в ответ, и мы с товарищами последовали дальше.

Дойдя небольшого участка, где у нашей команды было своё место, я сразу зашла в нашу с Карией палатку и взяла чистую одежду и полотенце.

Выглянув из палатки, я увидела, как Дарвус пытается развести костёр, а Кария наблюдает за тем, как Станнард разбирает и чистит своё арбалетоподобное оружие. Я не смогла сдержать улыбки, вспомнив, сколько всего мы пережили за последние три месяца.

Я до сих пор отчётливо помнила, как меня впервые представили этой группе после того, как я получила от деда разрешение идти в бой. Дарвус, четвёртый сын из дома Кларелл, был ленивой, избалованной и самодовольной задницей. Но ещё он был невероятно талантливым гением контроля маны, и его рефлексам можно было только позавидовать.

Семья Кларелл на протяжении веков была выдающейся семьёй, известной за свой уникальный секретный стиль владения топором. Несмотря на истории, которые мне рассказала Кария, о проделках и пропускании Дарвусом тренировок, этот топорник с растрёпанными волосами обращался со своим оружием намного лучше, чем его старшие братья. Его отец, устав от неуважительного отношения сына ко всему миру, отправил его на войну, как только Дарвус достиг прочной жёлтой стадии ядра.

Кошмар только начинался; Дарвус смотрел на меня свысока и посчитал меня обузой, лишь раз взглянув на меня. Даже после того, как я победила его, прибегнув к помощи воли моего зверя, он всё ещё считал меня не подходящей на роль лидера и делал, что вздумается. Единственным, что было ему небезразлично — это флирт с мерзкими женщинами и забота о своей подруге детства, Карии.

— Тессия? Знаешь, ты выглядишь довольно забавно, высунув из палатки одну только голову, — заметила Кария, склонив голову.

— А, нет, я уже собиралась выходить. Я схожу, ополоснусь, — ответила я, слегка покраснев.

— Не задерживайтесь, принцесса. Чем дольше вы моетесь, тем сильнее мне захочется сходить и подсмотреть, — лениво сказал Дарвус, лёжа на боку у костра.

— Тогда я позабочусь о том, чтобы тебя каждую ночь запирали с теми старыми пузатыми мужиками, которых ты так любишь, — пригрозила я, забросив одежду и полотенце себе на плечо.

— Может, хватит уже этих неприличных насмешек? — не выдержала Клаура и пнула Дарвуса по руке, на которую он опустил голову, заставив топорника удариться головой об твёрдый каменный пол.

— Га! Оой! А можно не прибегать к насилию каждый раз, ты, маленькая злая мышка? — взвыл Дарвус, потирая голову.

— Сам напросился, — усмехнулся со своего места Станнард, опустив своё оружие. — Дарвус, куда ты положил те звериные ядра, которые мы собрали?

— Туда, — пробурчал он, указывая на сумку около их общей палатки.

По дороге к источнику я обернулась через плечо и увидела, как Кария поглаживает голову своему другу детства, убеждаясь, что с ним всё в порядке. Интересно, когда она наберётся смелости и признается Дарвусу.

Кария Реде была такой же своевольной, как Дарвус, если не хуже, но ещё яркой и оптимистичной натурой, несмотря на то, что её детство прошло в суровых условиях. Семья Реде служила семье Кларелл много поколений, но, когда мать Карии не смогла принести в этот мир ни одного мальчика, Карию, поскольку она была самой старшей, начали воспитывать как мальчика, чтобы она защищала члена семьи Кларелл: Дарвуса.

Эта девушка, которая выглядела лет на тринадцать, но на самом деле была на несколько лет старше меня, была тем связующим элементом, который объединял нашу команду. Кария была бодрой, весёлой и чувствительной, и эти черты помогали ей не позволить нам с Дарвусом вцепиться друг другу в глотки. Лишь через месяц, или около того, она призналась мне, что безнадёжно влюбилась в своего ленивого извращённого друга. Что и говорить, поначалу я была в ужасе, но после не смогла удержаться и посочувствовала ей, девушке, влюблённой в парня, который видит в ней лишь малышку, нуждающуюся в защите.

Помимо роли посредника, которую Кария исполняла в нашей группе, она была настоящей звездой на поле боя. Даже проведя в боях более трёх месяцев, я ещё не видела никого такого же ловкого, проворного и гибкого, как Кария. Её оружием был артефакт, который выглядел как пара перчаток. Но после активации они превращались в рукавицы, доходившие ей до плеч.

Войдя в открытую кабинку, которую создали с помощью магии у источника, я сняла свою грязную одежду, стараясь не потревожить синяки и царапины, полученные в последнем бою. Окунувшись в холодную проточную воду потока в дальнем конце закрытой комнаты, я быстро протёрла себя очищающей травой, которую принесла собой. Мне приходилось постоянно двигаться, борясь с холодом воды. Вымывшись и выстирав одежду, в которой я сражалась, я вытерлась и переоделась в чистые вещи, намотав полотенце на голову.

Вернувшись в лагерь, я села ближе к огню, осторожно согреваясь после мучительной ванны. Дарвуса нигде не было видно, наверняка ушёл флиртовать с одной из магов, охранявших главную базу. Я видела зад Карии, торчавший из нашей палатки, пока она рылась в своих вещах, поэтому у огня были только мы со Станнардом.

— Тебе тоже лучше помыться, — посоветовала я, повернувшись к костру спиной, чтобы моё тело поджаривалось равномерно. — Будет хуже, если в твои раны попадёт инфекция.

— Уф, клянусь, со зверями маны сражаться менее мучительно, чем принимать ванну в этом ледяном источнике, — поморщился Станнард. — Но, думаю, сходить стоит. Позвольте мне только сначала разобраться с этим звериным ядром.

Я кивнула в ответ, наблюдая за пареньком со светлыми волосами, сосредоточенно читающим заклинание, крепко сжав звериное ядро, которое мы вытащили у одного из гноллов.

Станнард Бервик, последний член нашей команды, оставил о себе после оценивания ощутимое впечатление. Именно профессор Гидеон был тем, кто представил его моему дедушке. Когда миниатюрный мальчик, казавшийся не старше Карии, оказался на тренировочной площадке, мы трое поначалу засомневались. В то время он был магом на тёмно-жёлтой стадии со склонностью к огню и ветру. Это было здорово и всё такое, но у ядра маны Станнарда был недостаток — оно не позволяло ему хранить количество маны, которое обычно мог хранить маг на жёлтой стадии.

Поначалу я думала, что Станнарда, как и других «клоунов с палочками», как их называл Дарвус, будет лучше оставлять в тылу, учитывая его состояние. Однако Гидеон гарантировал, что мальчишка будет полезен как член команды в тылу врага. Как выяснилось, дар Станнарда был очень необычным. Его уникальная способность позволяла ему каким-то образом хранить заклинания в звериных ядрах. Но только он сам мог активировать приготовленное заклинание, иначе мы бы все таскали мешки, набитые заряженными звериными ядрами.

Видя приближающегося Дарвуса, я окликнула его:

— Вечно сексуальный и обходительный Дарвус из семьи Кларелл не смог заполучить девушку сегодня?

— Ха-ха, обеспеченная эльфийская принцесса потихоньку учится сарказму, — фыркнул он. — И дело не в том, что я не смог, а в том, что здесь нет девушки, достойной меня.

— Знаешь, этим ты лишь причиняешь ей боль, — вздохнула я, указывая на Карию, которая всё ещё возилась в палатке.

— Да разве ей есть дело до того, что я делаю с другими женщинами? — спросил Дарвус, озадаченно приподняв бровь.

Я покачала головой.

— Забудь, дурень.

В этот момент из палатки вылезла Кария, держа в руках сушёный фрукт и мясо.

— Наконец-то я нашла, куда их спрятала!

Дарвус нетерпеливо охнул, разглядывая еду.

— Зачем ты их спрятала?

— Чтобы наш вечно сексуальный и обходительный товарищ не слопал всё в один присест, — пропел Станнард, опустив только что заряженный звериный камень.

— И ты туда же, — простонал Дарвус.

Мы засмеялись, и тут за моей спиной послышался знакомый голос:

— Принцесса!

Обернувшись, я не смогла сдержать улыбки от приятной неожиданности:

— Хелен?





Глава 131.




Увидев знакомое лицо, принадлежавшее Хелен Шард, лидеру Двух Рогов, которыми когда-то управлял отец Артура, я радостно помахала рукой ей и остальным из Двух Рогов, стоявших за ней.

— Привет, ребята!

Я крепко обняла лидера Двух Рогов, прежде чем поздороваться с остальными из её группы.

— Ребята, я хочу познакомить вас с Хелен Шард, Дурденом Уолкером, Жасмин Флэймсворф, Адамом Креншем и Анжелой Роуз из Двух Рогов. Я вам уже рассказывала о них, верно? — я указала на моих товарищей и представила их тоже. — Это Кария Реде, Дарвус Кларелл и Станнард Бервик.

— Приятно познакомиться с вами, Мадам, — Дарвус бросился пожимать руку Анжеле, магу из Двух Рогов. — Дарвус Кларелл, четвёртый сын Дариуса Кларелл, и, должен сказать вам, что вы просто услада для моих утомлённых глаз.

— Уф, как обычно, — шёпотом заметила Кария. — Он всегда сразу же идёт к той, у кого самые большие… — она не стала заканчивать предложение и просто изобразила руками перед грудью преувеличенно большой объём.

Я опустила глаза на свою грудь. Раньше я никогда не переживала из-за своей фигуры, но при виде двух парней, практически пускавших слюни на женственную фигуру Анжелы, я невольно подумала, вдруг и Артур тоже предпочитает…

— Сколько вы здесь пробыли, принцесса? — голос Хелен заставил меня вернуться к реальности.

— А? О, мы здесь уже примерно три месяца, кажется, — ответила я. — И ещё, прошу тебя, зови меня Тессия.

— Прошу прощения. Мы виделись всего несколько раз и недолго, поэтому я решила, что такое обращение будет невежливым, — усмехнулась она.

— Ты только прибыла сюда? — спросила я, поглядывая на Станнарда и Дарвуса, пытавшихся флиртовать с Анжелой.

— Ещё днём. Мы были у Стены примерно четыре месяца, прежде чем нас отправили сюда помогать с разведкой, — пояснила она, и я жестом пригласила её сесть рядом со мной перед нашим потрескивающим костром.

Стеной все называли линию фортов, выстроенных вдоль Великих Гор, чтобы бои не дошли до другой стороны. Хоть я знала, что алакрианские силы могут нагрянуть с западного побережья, дедушка приказал всем, включая меня, держать это в тайне, пока не будут сделаны необходимые приготовления.

К счастью, переговоры с гномами за последние несколько месяцев проходили успешно, и они согласились позволить людям и эльфам укрыться в их подземном королевстве, если потребуется.

Все надеялись, что до этого не дойдёт, особенно эльфы, потому что расстояние между Королевством Дарв и Королевством Эленоир можно было преодолеть лишь при помощи телепортации. На данный момент многие племена и половина населения южной части Эленоира перебрались через Лес Эльшир и Великие Горы поближе к центральным городам Сапина. Пока что дедушка, как и большая часть Совета, планировал перевезти как можно больше гражданских подальше от западного побережья и Звериных Прогалин.

— Каково это, сражаться рядом со Стеной, Хелен? — спросила я с любопытством, желая узнать о месте, где проходили основные сражения. — Ты уже сражалась с алакрианскими магами?

— Да, — мрачно подтвердила она. — Алакрианские бойцы сильны. У Стены нам приходится сражаться не только с алакрианцами, но ещё и со зверями маны, которыми они управляют.

— Ясно, — я взглянула на свой меч, недовольная тем, что с самого вступления в армию я сражалась только со зверями маны под контролем алакрианских сил.

Заметив моё выражение лица, Хелен добавила:

— Но бои, ведущиеся здесь, ровно настолько же важны, если не больше, поверьте мне. Чем больше зверей маны мы убиваем тут, тем реже они показываются снаружи. А если мы найдём и убьём мутанта, алакрианские силы потеряют сотни марионеток, сражающихся за них.

Я молча кивнула в ответ. Я понимала, что наши победы здесь имеют решающее значение в этой войне. Главной задачей собравшихся здесь людей было отыскать мутанта в глубине подземелья. Мутанты были зверями маны, чаще всего лидерами своего подземелья, которых контролировали алакрианцы. Они использовали мутантов, чтобы управлять сотнями зверей маны, служивших им. Пока мутанты существуют, звери маны их вида будут следовать за ними, сражаясь на стороне алакрианских солдат.

В глубине различных подземелий находились десятки отрядов, пытавшихся найти и уничтожить мутантов, прежде чем они соберут достаточно зверей маны и пойдут к Стене.

Обычно в одном подземелье находилось не так много солдат, но один из четырёх разведчиков обнаружил признаки того, что зверь класса S превратился в мутанта.

— В любом случае, поскольку мутант, прячущийся в этом подземелье, предположительно класса S, ваш дедушка отправил сюда ещё магов, вот почему мы здесь, — вмешался крупный мужчина по имени Дурден, подслушав наш разговор.

— Хвала небесам за это. И дорогому дедушке, за то, что привёл в мои объятья такого прекрасного ангела, — добавил Дарвус, скользнув рукой по спине Анжелы.

Анжела только хихикнула, воспринимая Дарвуса как милого щенка, а Кария стукнула Дарвуса по голове и оттащила в сторону, чтобы он не распускал руки.

Станнард, которого Анжела не восприняла всерьёз, воркуя и гладя его по голове, как какую-нибудь зверушку, отошёл к Дурдену, вертя в руках своё похожее на арбалет оружие и хмурясь.

— Расскажи мне ещё о боях возле стены, Хелен, — я повернулась к лидеру Двух Рогов.

— Послушайте, принцесса, — зло проговорил Адам Кренш, — бои, что происходят у стены — это не сказочки на ночь, которые вам читает нянюшка, сидя на вашей чудненькой кроватке с балдахином. Это война! Люди погибают как здесь, так и там.

Мужчина с копьём и копной рыжих волос, напоминавших костёр, вокруг которого мы собрались, недобро смотрел на меня, отчитывая, как ребёнка. Я уже собиралась ответить ему, как между нами оказался Дурден.

— Не стоит принимать слова Адама близко к сердцу, если бы мы так делали, то давно бы убили его во сне.

Когда Дурден вмешался, я уже, сама того не понимая, вскочила на ноги. Его слова немного утихомирили меня, и я села, но всё ещё сердито поглядывала на долговязого огнеголового. Артур упоминал, как ведёт себя Адам, рассказывая о Двух Рогах, но я только теперь поняла, насколько он всё преуменьшил.

— Адам, иди и расставь наши палатки около одной из пустых ям для костра, — приказала Хелен удивительно властным голосом, которым она никогда не говорила со мной. — Анжела, можешь ему помочь?

С весёлым видом отдав честь, Анжела поволокла ворчащего Адама подальше от нашего лагеря, оставив только Хелен, Дурен и Жасмин, которая молчала с самого прибытия.

— Несмотря на то, какие слова образует его дефектная мышца, именуемая языком, Адам сказал это лишь потому, что он не хотел, чтобы вы знали об этом, — вздохнула Хелен. — Вы думаете, что вы здесь сражаетесь с монстрами, но на самом деле алакрианские солдаты куда большие монстры, чем любой здешний зверь маны. По крайней мере, те существа, с которыми вы сражаетесь, действуют из инстинкта ради выживания. Они сражаются, чтобы убивать, и это, в каком-то смысле, может считаться милосердным.

— Что вы имеете в виду? — спросил Станнард, оторвавшись от своего оружия, которое он в очередной раз чистил.

На лице Хелен мелькнула нерешительность, и, пока она пыталась придумать, как бы помягче ответить ему, Жасмин пришла ей на помощь и объяснила вместо неё:

— Информация — самая важная вещь на войне, — спокойно сказала она. — Обе стороны пытаются выудить информацию друг о друге. Это означает похищения… пытки.

Все мы на мгновение притихли, даже обычное равнодушное лицо Дарвуса ожесточилось.

— Битвы, что проходят здесь, чёрно-белые: звери плохие, вы хорошие. Когда вы сражаетесь с другими людьми, эльфами и гномами, которые могут говорить, кричать от боли и молить о пощаде… всё делается серым, и становится труднее определить, что хорошо, а что плохо, — продолжила Жасмин с каменным лицом, несмотря на те ужасы, которые она описывала.

Оживлённая атмосфера воссоединения стала напряжённой, и я переглядывалась с моими товарищами.

Внезапно звуки громких ударов заставили нас обернуться в сторону одного из входов, которые вели глубже в подземелье.

— Пожалуйста, скорее, впустите меня! — послышался из-за двери приглушённый крик. Часовой у этого входа быстро подтвердил личность мужчины, прежде чем отпереть дверь и распахнуть её.

Во всей пещере повисла мёртвая тишина; все, кто находился внутри и отдыхал после вылазки, вставали со своих мест, сжимая в руках своё оружие и не сводя глаз со входа.

После того, как две тяжёлых створки двери разделились, мужчина, кричавший с другой стороны, упал между ними без сознания.

— И часто такое происходит? — спросила Хелен, держа наготове лук в одной руке, а другую протянув к колчану.

— Нет, не часто, — ответила я, положив руку на эфес своего меча.

Часовой немедленно втянул разведчика внутрь и закрыл двери.

— Позовите медика! — прорычал он, взваливая окровавленного разведчика на плечи. В данный момент в пещере не было эмиттеров, поскольку большинство из них были у стены, исцеляя там раненых. Но всегда находилось несколько людей, хорошо разбирающихся в оказании врачебной помощи.

— Не хотите узнать, в чём дело? — спросил Станнард, взглянув на меня.

— А у нас есть разрешение зайти? — спросила Хелен, вытягивая шею, чтобы видеть лучше.

— Быть принцессой — разрешение само по себе, верно? — пожал плечами Дарвус, которому не терпелось узнать, что случилось.

Вздохнув, я жестом позвала их за собой.

— Но только не все.

Со мной вызвались пойти Хелен и Станнард. Когда мы подошли к белой палатке, находившейся ближе всего к выходу на поверхность в противоположной стороне от входа, двое стражников попытались остановить нас, не сразу узнав меня.

— П-принцесса? Что привело вас сюда? Вы ранены? — спросил один из них, выглядевший покрупнее своего товарища, и склонил голову, чтобы лучше меня разглядеть.

— Нет. Я знаю разведчика, который только что прибыл, и я волнуюсь за него. Ничего, если мы пройдём? — соврала я, улыбнувшись им с торжественным видом.

Стражники обменялись нерешительными взглядами, но всё-таки подняли съёмный брезент, служивший дверью.

Я ожидала, что внутри будет намного больше возни, учитывая, каким шокирующим было появление разведчика, но в палатке никого не было, кроме медика, её помощницы, лидера нашей экспедиции и разведчика, который всё ещё лежал на кровати без сознания.

Когда мы вошли, помощница медика и лидер экспедиции с грудью, напоминавшей бочонок, аугментер по имени Дрого Ламберт, встали со своих мест.

— Принцесса? Что случилось? Получили ранение? — спросил Дрого, и на его лице отразилось волнение. Он посмотрел на Станнарда, затем перевёл взгляд на Хелен и просиял.

— Хелен Шард?

— Рада видеть тебя, Дрого, или мне стоит звать тебя лидером? — спросила Хелен, выходя вперёд и пожимая руку крупному мужчине, чья броня скорее сковывала его мышцы, нежели защищала его.

— Ха-ха, я тебя умоляю, ты куда больше подходишь на моё место, да и выше, — сказал Дрого. Его улыбка погасла, пока он с интересом разглядывал нас. — Что привело вас обеих сюда? Всё в порядке?

— Принцесса наверняка интересуется, какие новости принёс нам наш юный спящий принц, верно? — уточнила медик, пожилая женщина с горбом и подходящим к нему всегда хмурым лицом.

— Ха-ха, от вас правды не скроешь, Старейшина Альбреда, — подтвердила я, почесав в затылке.

— Ба! По-вашему, это жалкое подобие лечебного центра похоже на уголок для сплетен? — проворчала она, прибираясь на полках, уставленных травами и растениями.

— Разумеется, нет, — вмешалась Хелен. — Но меня с командой направили сюда, чтобы обнаружить зверя маны класса S, который превратился в мутанта, и периодически отправлять отчёты моим начальникам у Стены. Я решила, что быстрее всего будет поговорить с этим парнем, — она взглядом указала на мужчину, лежавшего на кровати без сознания.

— Верно. Ты всё верно решила, но он, к сожалению, ещё не очнулся, — вздохнул Дрого, глядя через плечо на мирно спящего разведчика.

Станнард опасливо приблизился к мужчине.

— Что с ним случилось?

— Обезвоживание и сильная слабость. Парнишка не ранен, но явно ничего не ел и не пил несколько дней, и по состоянию его ступней я могу сказать, что он неизвестно сколько бежал без остановки, — ответила Старейшина Альбреда, поднимая простыни, чтобы показать забинтованные ступни разведчика. Сквозь бинты уже просачивались красные пятна.

— Ясно, — отозвалась Хелен. — Дрого, можешь сообщить нам, когда он очнётся?

— Конечно, — кивнул лидер солдат этого подземелья.

Но когда мы уже собирались покинуть палатку, резкий вздох заставил нас обернуться. Разведчик сел и закашлялся.

— С-сколько я был без сознания? — еле выговорил он между приступами кашля.

— Успокойся, солдат. Один из часовых узнал тебя, ты — Сайер, верно? — спросил Дрого, одной рукой поддерживая разведчика.

— Так точно, сэр, — ответил он, после того как с жадностью осушил стакан воды, который ему подала помощница.

— Что ж, Сайер, прошло примерно десять минут, или около того, с тех пор, как ты вернулся. Что случилось? Где товарищи из твоей команды? — начал допрашивать его лидер.

— Мертвы, сэр. Я остался… — разведчик по имени Сайер замялся. — У нас были кое-какие разногласия, поэтому я остался.

— Разногласия? — переспросил Дрого.

— Я чувствовал себя ужасно, позволив им идти дальше одним, поэтому отправился за ними почти сразу после того, как они ушли! — продолжил Сайер, и вина была практически отпечатана на его лбу. — Но они по незнанию угодили в засаду гноллов, которые были намного смертоноснее здешних, сэр.

Все замолчали, обдумывая слова Сайера.

— Их там, должно быть, целые сотни, сэр. И… и ещё позади них была огромная дверь. Они словно защищали что-то на другой стороне! — пробормотал разведчик, выпив ещё глоток воды перед тем, как продолжить. — Думаю, мы нашли его, сэр. Мы нашли логово мутанта!





Глава 132.




POV Станнарда Бервика

Внутри меня всё сжалось от зловещих слов разведчика.

Вот и всё, подумал я. Это то, за чем мы прибыли сюда. Когда всё закончится, я смогу вернуться ненадолго домой, чтобы поспать в нормальной кровати, поесть еды с приправами ради удовольствия, а не ради насыщения. Так почему же мне так страшно?

— Лидер, у меня получилось, — проговорил разведчик, в очередной раз мучительно выдохнув. — Мне удалось установить врата для массовых телепортаций у входа.

— Ты хорошо потрудился, Сайер, — произнёс Дрого, стиснув руку разведчика, после чего вышел из палатки.

— Идёмте, нам тоже нужно подготовиться, — позвала нас женщина по имени Хелен Шард, следуя за ним.

Тессия решительно кивнула в ответ и махнула мне рукой, зовя за собой. Но я не мог идти.

Мои ноги не двигались с места, словно к ним прицепили два якоря, и всё моё тело отказывалось идти за ними, потому что это могло привести к моей гибели.

— Станнард? Ты в порядке? — спросила лидер нашей команды, склонив голову и глядя мне в глаза, попутно приподнимая полог палатки.

— Д-да, я в порядке, — отозвался я, не столько отвечая на её вопрос, сколько пытаясь себя обмануть.

Мы вернулись к месту, где расположилась наша команда, и там Тессия рассказала о том, что нам сообщил разведчик.

— Наконец-то! — с облегчением простонал Дарвус. — Когда всё закончится, я наконец-то смогу принять горячую ванну.

— Ты можешь хоть иногда говорить, как взрослый, а не как избалованный ребёнок? — покачала головой Кария, направляясь к своей палатке.

— А что? Все же так думают, разве нет? — Дарвус повернулся ко мне. — Скажи ей, Станнард. Тебе же смерть как хочется в горячую ванну после всего этого, так?

— А, да. Конечно, — тупо ответил я, опустившись на землю со своим манострелом в руках.

— Что-то не так, Стан? — спросил Дарвус, приподняв бровь.

Раздражённо вздохнув, я ответил:

— Нет, всё нормально. Я просто хочу, чтобы это скорее закончилось.

Говорить что-то было бессмысленно. Дарвус, Кария и Тессия были гениальными магами и воинами. Они не ощущали страха в таких ситуациях. Они бы меня не поняли.

— Ладно. Мы сходим к нашему лагерю и тоже подготовимся. Всё-таки Саманта и Адам понятия не имеют, что произошло, — сказала лидер Двух Рогов с короткими волосами и пошла прочь вместе со своими людьми.

Через несколько минут после того, как они ушли, по огромной пещере прокатился голос Дрого, оповещая всех об открытии разведчика. Вскоре вокруг воцарилась безумная неразбериха, когда более сотни солдат начали поспешно готовиться к предстоящей битве.

Кария, находившаяся рядом со мной, уже надела своё боевое снаряжение, состоявшее из лёгкой кожаной брони, закрывавшей её жизненно важные точки, не сковывая при этом движений. Она лежала, потягиваясь своим упругим телом так, что, не видь я это собственными глазами, я бы счёл это невозможным.

Дарвус, сидевший напротив меня у костра, подбрасывал небольшие топорики, которые он метал во врагов. Обычное небрежное выражение лица избалованного четвёртого сына семьи Кларелл пропало, сменившись спокойной и сосредоточенной маской, которая у него была во время серьёзных битв.

Я повернулся к нашему лидеру, Тессии, которая была самой юной в нашей команде — младше меня лишь на год — но выглядевшей самой собранной. Она уже была полностью готова к схватке, облачив своё точёное стройное тело в лёгкую броню, состоявшую из плотно облегавшей чёрной кожи под кольчугой, защищавшей её грудь. Изящно изогнутый металлический наплечник, украшенный замысловатыми узорами из гибких ветвей, покоился на плече её рабочей руки. Её щитки для запястий были украшены в том же стиле, что единственный наплечник и латная юбка, защищавшая её бедра.

Когда Тессия собрала волосы сзади, обнажив заднюю часть своей шеи кремового цвета, я невольно отвёл взгляд. Я ощутил, как пылает моё лицо, в то время как образ изящной фигуры Тессии отпечатывается на подкорке моего мозга.

Возьми себя в руки, Станнард. Она тебе не ровня! Тем более, она влюблена в того парня по имени Артур. Я покачал головой, пытаясь сосредоточиться на подсчёте своих боеприпасов. Мы тронемся в путь не раньше, чем через несколько часов, поэтому у меня ещё было время зарядить побольше звериных ядер заклинаниями.

У меня было около двадцати пяти снарядов с низким уроном и где-то восемь ядер с высоким уроном. Произведя примерные расчёты, я пришёл к выводу, что мне хватит примерно пяти снарядов с низким уроном и двух с высоким.

Подняв голову, я увидел, что маги начали подготавливать соединение между телепортационными вратами, чтобы прибыть именно туда, куда разведчик поместил артефакт. По мере того, как сверкающий портал рос в размерах, я ощущал, как моё тело тяжелеет с каждой секундой.

Я неплохо держался последние три месяца, пока был здесь. Но теперь дело было серьёзным. Я и раньше бился со зверями маны, но сразиться с мутантом я собирался впервые.

— Давай, Станнард. Тебе тоже стоит размяться. Нехорошо получится, если твоё тело сведёт судорогой во время битвы.

Голос Карии привёл меня в чувство. Оглядев меня своими яркими глазами, она протянула мне руку.

На моих губах возникла невольная улыбка, когда я взял её за руку.

— Только ты полегче со мной.

Примерно через два часа врата были готовы, и команды пошли к ним, каждая из них желала пройти первой. Я крепко стиснул рукоять моего манострела, чтобы руки перестали дрожать.

— В путь, — наконец объявила Тессия. В её глазах пылало вновь возродившееся пламя, и она буквально источала решительность.

— Так точно, капитан, — отозвался Дарвус, ехидно улыбнувшись.

Мы прибыли к толпе около телепортационных врат, способных перемещать несколько десятков солдат зараз.

— Вы готовы, ребята? — прозвучал слева знакомый голос.

— Готовы как никогда, — ответила Тессия с уверенной улыбкой на лице, глядя в глаза Хелене и её людям из Двух Рогов.

— Передовые отряды, приготовьтесь к отправке. Мы не знаем точно, сколько зверей маны будет на той стороне, — крикнул Дрого, стоявший у портала. Команды, которые он специально подобрал заранее, были теми, кто возглавит атаку, а команды вроде нашей будут ближе к тылу, чтобы сражаться с отбившимися от основной массы противниками, пока дело не дойдёт до главной битвы.

— В бой! — прорычал Дрого, выхватив свой меч из ножен и возглавляя солдат. Толпа, собравшаяся перед телепортационными вратами, начала редеть, когда команды стали поочерёдно проходить сквозь них с оружием наголо.

Тессия, находившаяся во главе нашей команды, оглянулась через плечо.

— Мы все выберемся оттуда живыми и поедим хороших, вкусных блюд. Договорились?

— Договорились! — в унисон крикнули мы, входя в светящиеся врата.

Я издал безумный клич и прошёл сквозь врата как раз в тот момент, когда один из аугментеров команды, шедшей впереди нас, был сбит с ног двумя гноллами с мордами гиен.

— Граннит! — отчаянно закричала женщина позади него, прежде чем та же пара гноллов набросилась на неё.

Пока я поспешно заряжал своё оружие ядром с низким уроном, Дарвус уже вступил в бой. Мощным прыжком он преодолел расстояние между ним и гноллами, которые атаковали женщину-мага, взывавшую к своему погибшему товарищу.

Сняв со спины два коротких топора, он взмахнул ими. Воздух вокруг него засвистел, охватывая оба его оружия, и он испустил яростный боевой клич.

Головы обоих гноллов были начисто срублены в тот же миг. Кровь из шей брызнула спустя секунду после того, как Дарвус проверил состояние мага.

— Чёрт побери! — выругался он, пинком отшвырнув обезглавленные тела. — Она уже мертва.

— Идём же, не стой долго на одном месте. Держимся вместе, но оставляем пространство для манёвра, — скомандовала Тессия, оглядываясь.

Похоже, нас поджидала довольно большая группа гноллов и орков, поскольку несколько команд, что шли впереди нас, уже ввязались в бой со зверями маны.

Мы были в пещере примерно вполовину меньше, чем та, в которой расположился наш лагерь. На секунду мне подумалось, что мы прибыли к тем высоким дверям, за которыми, как утверждал разведчик, скрывался мутант, но, вглядываясь вперёд, я видел лишь узкий вход в затенённый коридор.

— Станнард, слева! — окликнула меня сзади Кария.

Я тут же резко обернулся и вовремя сделал шаг назад, уходя от удара наконечником алебарды. Подняв мой манострел на уровень груди орка, я выстрелил звериным ядром с низким уроном, пробив сердце противника.

Монстр рухнул на пол, уронив своё оружие с тяжёлым грохотом. Не успел я опомниться, как ко мне уже нёсся следующий гнолл.

— Он мой, — выдохнула Кария во время рывка. Пригнувшись к земле, она неслась, словно пушечное ядро, прижав кулаки к груди, готовые наносить удары.

— Ха!

Тело Карии выстрелило вперёд с головокружительной скоростью, когда она оттолкнулась от небольшой земляной плиты, чтобы ускорить себя. Она возвела руки над головой, словно желая нырнуть в приближающегося гнолла, и её пальцы были сложены в форме наконечника копья.

С глухим ударом латная рукавица Карии пронзила живот гнолла, который был выше её раза в два. Когда гигантский монстр дрогнул, а его уродливая пёсья морда исказилась в шоке, я добил его, выстрелив ещё одним ядром с низким уроном.

Ловко приземлившись, Кария восстановила равновесие и, стряхнув кровь со своих металлических рукавиц, бросилась в другую сторону.

Моё внимание привлёк мучительный рёв. Обернувшись, я мельком увидел, как Тессия поражает пару орков и огромного гнолла. Она была похожа на вихрь клинков, бросаясь от одного зверя к другому. Ни одного лишнего шага или взмаха, она налетала на гноллов и разрубала их так, словно исполняла разученный танец.

Каждый раз, когда я видел её сражающейся, я не мог не восхищаться. Я всегда завидовал врождённым талантам Дарвуса и Карии к управлению маной и боевому мастерству, но навыки и изящество Тессии были на том уровне, которым можно было лишь восхищаться.

— Наконец-то от тебя есть польза, а, Станнард? — крикнул Дарвус, вытаскивая топорик из черепа мёртвого орка

— Заткнись ты! — с улыбкой отозвался я. — Может, пора уже покончить с ними?

Я вытащил большое звериное ядро, излучавшее красно-оранжевое сияние.

— Перекрёстная магическая атака! — крикнул Дарвус, предупреждая других солдат, которые могли попасть под удар, сгоняя орков в кучу.

Остальные солдаты знали, что делать; одни начали отступать, чтобы не попасть под атаку, тогда как другие подталкивали своих противников к линии огня.

Ко мне приблизился довольно крупный маг и, многозначительно кивнув, поднял свой посох, готовясь атаковать. Вскоре к нам присоединилось ещё несколько магов, и мы начали готовиться к атаке, в то время как наши товарищи сгоняли всё больше и больше орков и гноллов в центр тёмной пещеры.

Несколько отбившихся от толпы противников были быстро уничтожены аугментерами, защищавшими нас.

Глубоко вздохнув, я зарядил светящееся звериное ядро в манострел. Наведя кончик своего оружия на центр толпы из гноллов и орков, защищавших свою пещеру, я стал ждать сигнала.

Солдат, нанёсший удар по последнему отбившемуся гноллу и толкнувший его обратно в толпу согнанных в кучу зверей, крикнул глубоким баритоном:

— Всё готово!

Все маги, собравшиеся вокруг меня, выстрелили своими самыми мощными заклинаниями в толпу, а я спокойно ждал подходящего момента. Как только в монстров прилетело последнее заклинание, я выстрелил.

«Адская Тюрьма».

Отдача от выстрела сферой огня, которая была больше меня в три раза, отбросила меня в стену пещеры. Пылающий шар рос в размерах, приближаясь к группе орков, пытавшихся сбежать, но безуспешно. Пламя охватило их и заклинания, использованные другими магами.

Пылающая сфера угасла, оставив после себя лишь обугленные останки нескольких десятков зверей маны, которые оказались пойманными в неё. По рядам солдат прошла волна радостных восклицаний. Аугментеры без труда разобрались с оставшимися зверями маны, и я смог немного перевести дух.

— Хорошая работа, странный маленький маг, — подмигнул мне Дарвус и помог мне подняться на ноги. Зверей маны здесь было в два раза больше, чем солдат, но к концу битвы мы насчитали не более десяти погибших.

— Это грандиозный триумф, и это при том, что звери маны устроили нам засаду, — прозвучал в пещере твёрдый и властный голос Дрого. — Продолжим же наступление, чтобы смерти наших товарищей не стали напрасными!

Пылкие восклицания пронеслись среди солдат, включая Дарвуса и Карию. Тесс лишь очистила свой клинок и вложила его в ножны с мрачным видом. Её опустевшие бирюзовые глаза следили за эльфом, которого внесли в портал, через который мы пришли сюда. Лидер не сводила глаз с зазубренного копья, торчавшего из безжизненного тела эльфа.

Я не знал, была ли Тессия знакома с этим эльфом, но невольно посочувствовал ей.

Можно ли было назвать это победой, если для нескольких человек смерть десяти значила куда больше, чем простое число?





Глава 133.




По напряжённой и мрачной атмосфере в пещере было очевидно, что этот бой застал нас врасплох. Обычно все мы были умелыми бойцами, но последние месяцы, состоявшие из повторяющихся экспедиций в надежде найти хоть какие-то признаки находящегося поблизости мутанта, сделали нас унылыми и медлительными.

Несколько команд уже перегруппировались и отдыхали, пока раненых и убитых относили обратно в лагерь, чтобы уделить им должное внимание. Несколько самых неугомонных аугментеров точили свои клинки, а маги неподвижно сидели, медитируя, чтобы быть в лучшей форме, прежде чем столкнуться с тем, что ждёт нас впереди.

Пока наш юный лидер продолжала изучать поле боя, как зомби, я, наконец, позвал её, чтобы она к нам присоединилась.

— В чём дело? — спросил я. — Вы в порядке, Тессия?

Она повернулась к нам и улыбнулась слабой и явно натянутой улыбкой.

— Всё в порядке. Я рада, что мы победили… но мы всё-таки позволили погибнуть почти десяти солдатам…

— Наша вечно сострадательная принцесса излучает доброту и благодать по отношению к нам, простым людям! — воскликнул Дарвус. — Мы недостойны!

— Заткнись, — колко ответила Тессия, но её голос прозвучал намного тише, чем обычно.

— Мы сделали всё, что могли, — утешила её Кария, нежно поглаживая по спине.

— Она права, Тессия. Всех спасти было невозможно, — добавил я. Но вместо того, чтобы утешить её, я, похоже, добился обратного эффекта: её лицо стало печальным.

— Думаю, ты прав. Я не могу спасти всех, — мрачно повторила она.

— Ну, ты молодец, — шепнул позади меня Дарвус.

— Эй! Это было лучше, чем твоё саркастическое замечание, — тихо парировал я.

— Если так пойдёт дальше, я только разочарую его, — продолжила Тессия так тихо, что мы её едва услышали.

— «Его» — это того парня, про которого ты рассказывала? Артур, верно? — вмешалась Кария и наклонилась, желая услышать о юноше, которого Тессия описывала как какого-нибудь фантастического героя из детской книжки.

— Уф, только не он, — простонал Дарвус. — Принцесса, когда вы очнётесь от своих иллюзий?

Тессия спокойно покачала головой.

— Всё совсем не так.

— Что вы хотите сказать? — продолжил Дарвус. — Вы описываете его как какого-то всемогущего харизматичного позёра без единого человеческого изъяна.

— Ох, да ладно тебе. Ты просто завидуешь, потому что Артур — воплощение всего, чем ты хотел бы быть, а ещё он намного более симпатичный, — упрекнула его Кария. Затем она повернулась к Тессии, её глаза сверкали. — Он правда такой красивый и очаровательный?

— Ну, да, — хихикнула Тессия. — Он был довольно популярен в школе, но я сомневаюсь, что он это осознавал.

— Я ненавижу этого парня всё больше, — проворчал Дарвус.

Тессия покачала головой.

— Он тоже не без недостатков. Честно говоря, когда я впервые его встретила, Артур выглядел довольно устрашающе.

— Ты рассказывала, что он спас тебя от работорговцев, когда ты сбежала из дома, так? — уточнила Кария.

— Д-да, — Тессия слегка покраснела, со стыдом вспоминая об этом. — Он спас меня, но мне показалось, что он сделал это не по доброте душевной, а по какому-то продуманному плану. Разумеется, я тогда была ребёнком, поэтому могла ошибаться, но у Артура всегда была эта жуткая сторона, когда он кажется холодным — даже бессердечным.

— Оу, плохой парень, — проворковала Кария.

— Меня сейчас стошнит, — поперхнулся Дарвус. — Что до меня, мне он не кажется таким уж крутым парнем. Он же не раз оставлял вас одну в опасной ситуации, верно? И он просто взял и ушёл после того, как вас похитил тот алакрианский маг, который проник в Академию Зирус! Он даже не убедился, в порядке ли вы, просто ушёл чёрт знает куда.

— Он связался с дедушкой, чтобы обеспечить мне безопасность, и он спешил, — возразила Тессия, опустив голову.

— О, точно, чтобы уйти и где-то тайно «тренироваться», — закатил глаза Дарвус. — По мне так он просто сбежал от войны, боясь сдохнуть.

Я краем глаза взглянул на Тессию, опасаясь, что она разозлится, но наш лидер выглядела невозмутимой.

— Ты не прав, Дарвус. Артур порой бывает бестолковым, когда дело касается выражения или даже ощущения эмоций, и немного наивен в некоторых вещах, — щёки Тессии слегка покраснели, — но он не из тех, кто убегает в страхе; его желание защитить дорогих ему людей слишком сильно.

— Да, да, Артур будет тем самым героем, который спасёт нас от гнева алакрианцев, — вздохнул Дарвус, уступая под решительным взглядом Тессии.

— Но он же не настолько силён, так? — спросил я. Мне становилось всё интереснее и интереснее слушать рассказы о юноше, которым Тессия так сильно дорожила.

Губы нашего лидера скривились в усмешке, а взгляд устремился вдаль.

— Он очень силён.

— Что ж, я с нетерпением жду встречи с ним! — добавила Кария. — Ты ведь познакомишь нас с ним, верно?

— Да, — улыбка Тессии померкла. — Надеюсь, этот день поскорее настанет.

Дарвус покачал головой, обхватив себя руками.

— Бе. На меня можете не рассчитывать. У меня такое ощущение, будто я и так знаю об этом парне слишком много. И потом, раз уж вы сражались бок о бок со мной столько времени, могу поспорить, этот парень будет выглядеть на моём фоне как какой-нибудь второсортный маг.

— У твоей надменности вообще есть предел? — покачала головой Кария, и я невольно усмехнулся её словам.

Мы встали, заметив, что остальные команды были перестроены. Когда Дрого завершил подсчёт лидеров команд, мы пошли по тёмному коридору в дальний конец пещеры.

Команды, шедшие по узкому коридору, поглощали тени. Наша команда была следующей, и резкое изменение атмосферы после того, как мы вошли в коридор, было шокирующим. Воздух был сух, неподвижен и слегка кисловат, а единственным звуком, отражавшимся от стен, был звук наших шагов.

Я едва мог различать фигуры солдат, идущих впереди нас, и покачивающийся крошечный источник света, который кто-то нёс вдали. Я недоумевающе огляделся; казалось, что свет из пещеры, из которой мы только что пришли, убегал из коридора.

— Какая-та жуткая чертовщина, — прозвучал сзади шёпот Дарвуса.

— И не говори, — отозвался я.

Несколько других магов пытались осветить коридор с помощью заклинаний, но, какой бы шар света они ни создали, тьма его вскоре поглощала.

— Похоже, что работает только освещающий артефакт у людей впереди, — сказала Кария, находившаяся рядом со мной.

Тессия, опережавшая нас на несколько шагов, продолжала идти, безучастно относясь к неестественному отсутствию света.

Мы продолжали идти, и свет из пещеры, которую мы покинули, превратился в пятнышко. Все шли молча или лишь перешёптываясь, сосредоточившись на своих шагах и на качающемся источнике света, указывавшим нам путь.

Казалось, прошло много часов, прежде чем увидели новое пятно света. Оранжевый огонёк освещающего артефакта замер, и Дрого вновь заговорил.

Лидер нашей экспедиции говорил тихим голосом, опасаясь, что звери маны услышат наш разговор, несмотря на то, что мы были очень далеко.

— Вскоре мы достигнем того места, куда прибыл Сайер, наш разведчик, и его команда, прежде чем им устроили западню звери маны. Из того, что мы увидели, нам следует ожидать несколько сотен гноллов и орков, и некоторые из них будут крупнее, чем те, с которыми мы сталкивались ранее. Приготовьте свои тела и сердца, и пусть тот, что приглядывает за нами, будет на вашей стороне.

Мы принялись бежать трусцой, и белое пятно света впереди нас становилось всё больше по мере того, как мы продвигались дальше по коридору. К счастью, земля под ногами была довольно ровной, если бы кто-то впереди споткнулся, это бы, несомненно, вызвало цепную реакцию.

Скорость удаления качающегося оранжевого огонька впереди нас увеличивалась, и мы начинали догонять его, пока, наконец, освещающий артефакт не оказался почти прямо перед нами.

Пробыв какое-то время в почти кромешной тьме, я ощутил, как мои глаза начинают приспосабливаться к освещению, когда мы вышли из коридора. Я выхватил мой маномёт, готовясь разнести всё, что встанет у меня на пути.

Однако моё ожидание боя оказалось бесцельным, потому что перед нами на земле распростёрлись до жути неподвижные тела.

Сотни орков и гноллов валялись на земле, истреблённые. Мне приходилось смотреть под ноги, чтобы не наступить случайно на оторванную конечность или тело мёртвого зверя, пока я пытался понять, что тут произошло.

Я огляделся, слегка успокоенный тем, что остальные были в том же недоумении, что и я.

— Что за наваждение? — пробормотал Дрого, безостановочно озираясь и осматривая пещеру. Его ладони стискивали рукоять его длинного меча.

— Я не знаю, радоваться мне или бояться, — сказал Дарвус, с подозрением хмуря брови.

— К двери! — скомандовал Дрого, очнувшись.

Все головы разом повернулись к огромным дверям на другом конце круглой пещеры. Единственной впечатляющей особенностью двойных дверей был их размер. Металл, которым они были обшиты, был толстым и покрытым вмятинами и царапинами, отчего двери казались древними и устрашающими.

Когда мы направились к предполагаемому логову мутанта, напряжение среди нас начало расти. Никто не произнёс ни слов, когда мы все остановились у огромных дверей, каждая створка которых была метров пять в ширину. Оставшиеся сто с лишним человек выстроились около дверей полукругом, приготовившись атаковать или защищаться, а десять аугментеров собрались открывать двери.

— Дверь, — раздался голос одного из мужчин. — Она закрыта не до конца.

Все переглянулись, озадаченные странной цепочкой событий, но Дрого привлёк всеобщее внимание, решительно топнув.

— Откройте её! — присев, приказал он, готовый сражаться с тем, что поджидало его на другой стороне.

Резкий скрежет металлических створок дверей по камню раздавался в пещере до тех пор, пока они не были полностью раскрыты.

Какое-то мгновение никто не произносил ни слова, и все солдаты, приготовившиеся драться за свои жизни, застыли, разинув рты.

На горе из трупов, возвышавшейся над нами, сидел одинокий человек. Его руки лежали на рукояти узкого бирюзового меча, который слабо светился под покрывшим его слоем крови убитых им орков. Под горой трупов лежало ещё больше тел орков и гноллов: одни были заморожены, другие сожжены, третьи просто разрублены пополам.

На первый взгляд казалось, что гора трупов, на которой отдыхал человек, была однородной кучей из нераспознаваемых останков зверей маны, но, приглядевшись, можно было заметить на вершине кое-что, отличавшееся от общей массы. В кровавой мешанине, растянувшись, лежало тело с головой гигантского льва и телом чешуйчатого монстра. Его серое тело было безжизненным, а неестественно чёрные рога, торчавшие из головы, были раздроблены.

Сомнений не осталось. Это был мутант класса S, ради которого мы прошли весь путь, ради которого мы поставили на кон свои жизни — вот только он уже был мёртв.

Я внимательнее присмотрелся к человеку, устало восседавшему на троне из трупов, и он наконец-то поднял голову.

Человек на горе трупов даже не взглянул на меня, но я ощущал, как его доминирующее давление угнетает меня до глубины души. Каждая частичка моего тело вопила, чтобы я бежал от этого человека как можно дальше. Моё чувство страха усилилось, когда лазурные глаза человека блеснули над нами.

Это было несравнимо с тем крошечным страхом, который я испытал в лагере, нет, это был настоящий ужас.

Я знал — как и, скорее всего, знали все люди вокруг меня — что против него количество не сыграет большой роли.

Я заметил, что кто-то рядом со мной сделал шаг вперёд. Я едва не накинулся на этого человека, опасаясь за его жизнь, как вдруг до меня дошло, что это Тессия. Внезапно обуявший меня страх стал сильнее, и я беспомощно застыл, скованный нерушимыми оковами ужаса, в то время как Тессия сделала ещё один шаг вперёд.

Время словно замедлилось, когда наш лидер выронила из ладони свой узкий клинок. Одинокая слеза прокатилась по щеке Тессии, и её лицо исказилось смесью различных эмоций.

Она произнесла одно слово, которое ошеломило меня ещё больше, чем человек, сидевший на вершине горы трупов.

— Арт?





Глава 134: Его Возвращение




Тессия сделала еще один шаг вперед, на этот раз более решительно «А-Артур? Это ты?» пробормотала она еще раз, голос застрял у нее в горле.

Все солдаты, новое пополнение и волшебники одновременно повернули свои головы в сторону нашего лидера, пока она приближалась к человеку, словно в трансе сидящему на вершине горы из трупов.

Вдруг тишина, заполнявшая пещеру, была нарушена пронзительным писком. Казалось, что она появилось из ниоткуда, белая полоска начала стремительно двигалась в сторону Тессии, и добежав до нее остановилась у нее на руке.

Она была похожа на миниатюрную белую лису.

«Сильви!» Вскликнула Тессия и обняла существо, перед тем как оглянуться назад.

«Т-ты! Назови свое имя!» Голос принадлежал Дрешу, его обычно уверенный голос на это раз был сбивчивым при виде представшей перед ним картины.

Человек с голубыми глазами, какое-то время, не произнося ни слова в упор на него смотрел, что заставило Дреша инстинктивно сделать шаг назад, прежде чем ответить. «Артур Лейвин.»

Вытащив из трупа свой окровавленный меч, человек ловко спрыгнул вниз по большой куче тел, приземлившись перед большим дверным проемом.

Когда человек вышел из тени, я наконец-то смог увидеть остальную часть его внешнего вида, ранее скрытого тьмой.

Он выглядел довольно молодо, несмотря на ауру, исходившую от него. Взъерошенные каштановые волосы, спадавшие до плеч, контрастировали с его яркими глазами, которые казалось смотрели сдержанно-как всегда, почти-спокойно в такой обстановке. Пятна крови и сажи, покрывавшие его лицо и одежду ни в коей мере, не умаляли его взгляда.

Этот человек был великолепен. У него не было ничего общего с другими знатными особами, которые чопорно выпирали свою грудь и задирали свой нос так высоко, что казалось, что они разглядывают небо. Нет, за его беспечным взглядом и слегка

вверх приподнятыми уголками губ ощущалась атмосфера независимости, превосходящая всех этих напыщенных знатных павлинов, потрясывая своей властью как цветным опереньем.

Засунув свой голубовато зеленого цвета меч в черные, без каких-либо украшений ножны, он с поднятой вверх рукой сделал один шаг в нашу сторону. «Я на вашей стороне,» устало сказал он.

Солдаты начали обмениваться многозначительными взглядами между собой, когда Тессия снова сделала шаг вперед.

«Артур?» закричали несколько членов Двойные Рога, и все начали бежать в их сторону.

Однако, Тессия оставалась на своем месте. Я видел, как их взгляды были устремлены друг на друга и на какое-то мгновение мне показалось, что я даже заметил, как легкая улыбка коснулась губ Артура, но ни один из них не подошел к друг другу.

Действия Тессии застали меня врасплох, но способ действия Двойных Рогов во главе с парнем по имени Артур, казалось должны были развеять напряженность и подозрение, наполняющее пещеру. Но это только принесло еще большего вопросов в мою голову.

Если предположить, что Артур Лейвин на самом деле был нашим лидером, то это говорило о многом, что он здесь делал? Как он сюда попал? Собственноручно ли он убил мутанта класса С?

Я повернул свою голову в сторону Дарвуса и по его сдвинутым бровям и недоумевающему взгляду, я понял, что его интересовали те же самый вопросы, что и меня. Каира, с другой стороны, с глупой улыбкой, приклеенной на ее лице глазами пожирала человека, окруженного Двойными Рогами – не обращая внимания на тот факт, что прямо за ним находилась гора окровавленных и издающих вонь трупов.

«Как бы мне не хотелось прерывать ваше воссоединение, но у нас есть более важные вопросы, требующие рассмотрения,» сообщил Дрешь.

«Что именно здесь произошли? Никто меня не оповестил, что некто по имени ‘Артур’ присоединится к нам в подземелье.»

«Я уверен, что никто не был уведомлен об этом, так как я прибыл сюда час тому назад.’ Ответил Артур, выходя немного вперед из толпы своих друзей, окружавших его. ‘Даже я был удивлен, что был встречен таким количеством мана зверей.»

«Т-ты хочешь сказать, что ты одной рукой убил всех этих мана зверей – в том числе мутанта класса С – позади тебя?» заикаясь спросил кто-то из солдат.

«Видишь ли ты ещё кого-нибудь живым рядом со мной?» Артур склонил голову на бок.

«Это невозможно!» выкрикнул другой солдат. «Как это совсем мальчишка делает то, что было поручено выполнить целому батальону магов?»

Артур просто приподнял вверх одну бровь, не обращая внимания на замечание. «Это действительно не имеет значения верите ли вы мне или нет. Дело заключается в том, что мутант, которого вам поручили уничтожить – убит.»

Все больше и больше солдат начали задавать вопросы и извергать обвинения, но все они игнорировались загадочным человеком. Он как ни в чем не бывало подошел к Дрешу и протянул ему свою руку. «Ты похож на лидера экспедиции. Ты не против если я остановлюсь на ночь в вашем лагере? Я немного устал и хотел бы хорошенько выспаться прежде чем отправиться снова в путь.»

Ошеломленно Дрешь согласился пожать ему руку и молча кивнул.

«Как насчет внутренностей всех этих зверей?» Проговорил один волшебник с бородой, указывая в сторону горы мана зверей.

И снова все начали обмениваться друг с другом многозначительными взглядами, как будто ответы содержались в них. Обычно, внутренности зверей, которые были собраны после сражения были разделены между солдатами. Глядя на огромное количество трупов, которые были сложены друг на друга на этой большой горе тел, даже у самого скромного человека потекли бы слюнки от потенциала, который можно было бы получить.

«Они все съедены,» спокойно ответил Артур. «Извините, но у моих ребят хороший аппетит на внутренности зверей,» он продолжал, указывая на пушистую белую лисицу, которая умывала свою мордочку.

«Ты хочешь сказать, что эта малюсенькая зверушка сожрала сотни звериных внутренностей?» с недоверием возразил крепкий новобранец и крепко сжал рукоятку своего меча.

«Да,» сухо ответил Артур.

«Как насчет внутренностей мутанта класса С? Что случилось с ними?» спросил Дрешь, вновь обретая свое хладнокровие.

«Я взял его себе.» Артур вздохнул. «Будут еще вопросы? Я буду счастлив прочитать доклад позже, но стоять здесь и отвечать на вопросы каждого, это не самый лучший метод использования нашего времени.»

«Мы проведем его обратно на базу, Лидер,» заговорила Тессия и все члены Двойных Рогов закивали в знак согласия.

«Очень хорошо. Я хочу, чтобы несколько команд остались позади и обнаружили любых отставших и собрали все ценное, стоящее для продажи. Остальные, мы вернемся в лагерь и будем ждать дальнейших распоряжений.» скомандовал Дрешь, успокаивая недовольных солдат.

Возвращение обратно в лагерь было таким же напряженным и удушающим, как и в первый раз, когда открылись двери подземелья. Кария, Дарвус и я все мы сохраняли молчание, так как мрачное настроение почти каждого солдата тяжелым бременем взваливалось на наши плечи. Даже Тессия и Двойные Рога разговаривая с Артуром, не повышая голоса с едва различимым шепотом.

Позади меня слышались разговоры солдат, некоторые радовались, что не надо будет сражаться, другие были разочарованы тем фактом, что им не придется иметь внутренности зверей, в качестве добычи и некоторые открыто выражали свой гнев, из-за того, что не стало возможности учувствовать в сражении против сильных мана зверей. Однако, несмотря на перемешанные эмоции, мы все разделяли одно чувство — страх.

По прибытию обратно в главный лагерь, парень по имени Артур, прямиком отправился в бани возле реки, когда как Тессия и Двойные Рога следовали за Дрешь, направлявшегося в свою личную палатку.

«Да, это было разочаровывающе,» вздохнул Дарвус бросил себя на землю возле тлеющих остатков нашего костра.

«Я бы сказал, что это было насыщено событиями,» отреагировала Кария. «Вы видели эту гору из мана зверей? И этого гиганта мутанта? Я сомневаюсь, что даже при наших объединенных усилиях, нам врятли удалось бы выйти из сражения невредимыми.»

«Точно!» воскликнул Дарвус. «Этот парень, Артур…Как ему, черт возьми, удалось их всех убить – если же конечно это он их убил, начнем с того?»

Я покачал головой. «Что, вы думаете, что парень просто там сидел, рисовался, ждал, когда мы подойдем, чтобы взять всю славу себе?»

«Д-да уж, я не совсем уверен в этом, но я имел ввиду…это не нормально. Тессия сказала, что он примерно того же возраста, что и она, а это значит, что он чуточку моложе нас. В какой огненной яме он должно быть вырос, чтобы превратиться в такого монстра? Дарвус глубоко вздохнул, глядя на пару топоров, которые он теребил в руках. «Если он и в самом деле сам убил всех этих мана зверей и гигантского мутанта класса С, то тогда зачем мы нужны, ребята?»

«Чую запах ревности?» ухмыльнулась Кария, легонько тыкая в бок Дарвуса.

«Ты имела ввиду зависти, Кария,» я поправил ее высказывание.

Она повернулась ко мне. «В чем разница?»

«Ревность — это то, когда ты тревожишься из-за того, что кто-то может забрать себе то, что принадлежит тебе. Завидовать— это хотеть того, что есть у кого-то другого.» Я покачала головой. «Знаешь что? Не обращай внимания; это не имеет значения.»

Кария только пожала плечами и положила свою руку на плечо друга ее детства. «Как бы там ни было, он же только один, Дарвус. Не имеет значения насколько он силен, просто он не может выиграть войну в одиночку. Ты же видела в каком он был состоянии. Он не был ранен, но выглядел изнуренным!»

Дарвус закатил глаза. «Спасибо. Наконец то он устал, после того, как в одиночку уничтожил целую армию мана зверей и мутанта класса С.»

«Нет необходимости придираться ко мне, Дарвус. Я стараюсь помочь.» Отрезала Кария, ее лицо залилось краской.

«В таком случае, прекратите! Я не нуждаюсь в вашей жалости. Кроме того, этот парень не естественный. Не надо сравнивать меня с таким чудом природы, как он.»

«Я не знаю, мне он показался вполне нормальным,» добавил я. «Если не обращать внимания на его силу, то он казался вполне приличным человеком во время разговора с Двойными Рогами.»

«Да-а, я даже заметила, как он улыбался, когда смотрел на Тессию!» добавила Кария, уголки ее губ то же поднялись вверх при этой мысли. «Я даже ожидала чего-то большего, чего-нибудь в роде страстных объятий или вроде того.»

«Прошу тебя, ты же видела его манеру общения со всеми. Он вел себя как ничтожный сноб.» продолжал Дарвус, покачивая головой.

«Ну вообще-то, все относились к нему как к идиоту,» возразил я. Я не знаю, почему я защищал этого парня, но были времена, например, как сейчас, когда Дарвус и в самом деле действовал мне на нервы. Как только что-то шло не так, как ему нравится, он всегда переваливал вину с больной головы на здоровую и делал выводы, чтобы чувствовать себя лучше.

Дарвус прищурил глаза. «Почему ты на его стороне?»

«Не то чтобы я окончательно на его стороне» — я покачал головой – «я просто считаю, что это наивно основывать наше суждение о человеке даже не поговорив с ним. Вы же слышали, что Тессия всегда говорила об Артуре. Не кажется ли вам, что мы должны дать ему возможность высказаться по поводу наших сомнений?»

«Разум Тессии кажется заволокло прошлыми воспоминаниями о парне,» с издевкой произнес Дарвус. «Ты же видела какое напряжение было между ними. Эй, может под конец ты захочешь попробовать с ней.»

Я не мог больше этого выдержать. «Ты дошел до такой низости? Это похоже на детский лепет, впутывая меня в это. Скажи, на каких основаниях ты делаешь свои умозаключения по поводу этого парня, конкретно?»

«Р-Ребята, не будем ссориться,» послышался голос Карии, ее глаза бегали с меня на Дарвуса.

«Я основываю их на своих инстинктах, идиот!» зашипел Дарвус поднимаясь на ноги. «Возможно это то, на что ты не способна, из-за твоей деформированной сердцевины маны.»

После этого оскорбления я почувствовал, как кровь ударила мне в голову.

«Хорошо, но во всяком случаем мне не требуется доказывать самому себе и всем другим, что лучше меня может быть только монстр, дабы умалить свою никчемную гордость!» я плюнул.

Лицо Дарвуса побагровело и его затрясло от ярости. Сжимая в руках топор так что суставы пальцев побелели, он бросил его

вниз перед собой, резко развернулся и топая ногами дошел до нашей палатки и скрылся внутри нее.

«Станнард…» Кария подошла ко мне после того, как ее лучший друг ушел. «Т-Ты знаешь, что он не это имел ввиду, не так ли? Ну, ты же знаешь каким он становится, когда раздражен.»

Вздыхая, я попытался выдавит из себя что-то вроде улыбки для девушки, которая был всего лишь чуточку выше меня. «Все нормально. Это не первый раз, когда мы ругаемся. Обычно я не иду на пролом как Тессия, а в большинстве случаев я сдерживаю себя. Только когда я не могу больше выдержать, я взрываюсь и происходит что-то вроде этого.»

«И тем не менее, ты прав,» немного помолчав произнесла Кария. Сейчас Дарвус уже стал немного лучше, чем раньше, но так как он является необыкновенным сыном знатного рода, ему было предоставлено все: богатство, ресурсы, внимание и даже талант.»

«Целая куча добра, но он все равно остается быть ослом.» я округлил свои глаза. «Послушай Кария, я не сержусь на тебя, я даже не сержусь на то, что сказал мне Дарвус. Мне просто надоело иметь дело с нарциссическим эго, которое так и прет, вне зависимости от того, как бы ты ни старалась запихнуть его обратно.»

Кария хихикнула. «Расскажи мне об этом. Я знакома с ним двенадцать лет, и я могу поспорить, что зверь бешеной маны может возмужать намного быстрее, чем Дарвус. Но с тех пор, когда он повстречался с Тессией и тобой, он стал намного лучше. Это факт.»

«Да-а, я знаю.» Я кивнул, готовый растопить лед со своим эгоцентричным товарищем по команде.

Кария и я еще побеседовали какое-то время, сидя вокруг огня и пытаясь разжечь его еще раз. В темноте показались два силуэта, мы встали на ноги.

«Эй, ребята,» зазвенел голос Тессии. Когда оба подошли поближе, я распознала в них нашего лидера и одного молодого человека.

«Я бы хотела познакомить вас с моим другом детства, Артуром,» сказала она, ложа свою руку на плечо человека, стоявшего рядом с ней. Когда я приблизилась к ним, я заметила очень четко, что глаза нашего лидера немного покраснели.

Его волосы были все еще мокрые после принятия ванны, Артур приклонил свою голову. «Станнард Бервик и Кария Реде,

правильно? Приятно познакомиться с вами ребята, и благодарю за оказанное внимание моему другу. Я знаю, что она может быть очень полезной.»

Это заставило Карию хихикнуть и тогда Тесса толкнула ее локтем в ребро. Видеть обоих в таком виде, заставило меня усомниться в чувстве, которое образовалось, когда я первый раз увидел парня. Без крови, покрывающей большую часть его лица, с абсолютной уверенностью можно было сказать, что Артур действительно был врагом всех одиноких мужчин. Черты его лица были тонко очерчены, но не слишком чрезмерны, с тонким обаянием, которое выходило за рамки описания термина ‘красивый’ из стандартного учебника. Его красновато-коричневые волосы были немного длинными, так словно он не подравнивал их пару лет, но это только помогало ему скрывать свой взгляд – не откидывая их.

Он был на целую голову выше Тессии, что делало его довольно высоким, так как наш лидер была всего лишь пару сантиметров короче, чем Дарвус. Даже под просторной одеждой, которую он носил, я мог сказать, что он обладал бойцовским телосложением. Манера, с которой Артур приподносил себя, его манера двигаться, и то как его глаза осматривали все вокруг себя, на самом деле являлись подтверждением того, что аура, которую он источал, не была только моим воображением.

Как только Тессия и Артур собрались присесть к нашему огню, Дарвус вырвался из своей палатки. Проходя мимо меня, он смущенно посмотрел, как обычно он выглядел всегда прежде чем попросить прощения. Но я остановил его своей рукой. С жульнической ухмылкой я изрек: «Все нормально, идиот.»

Дарвус почесал затылок и слабо улыбнулся мне в ответ. Однако взгляд его ожил, когда он увидел Артура. Тессия, Кария и я смотрели на него, беспокоясь о том, что он мог сказать, когда как Дарвус подняв палец вверх громко сказал: «Артур Лейвин. Я, Дарвус Кларель, четвертый сын Дома Кларель, совершенно официально вызываю тебя на дуэль!»





Глава 135: Невинное Сердце Воина




С Точки Зрение Тессии Эралит:

Образ Артура на этой горе трупов, пропитанного кровью, смотревший на нас холодными глазами, долгое время не выходил у меня из головы. Я узнала его практически моментально, но мой голос застрял у меня в горле. Я не могла окликнуть его; я испугалась.

Даже после того, как набравшись мужества я наконец-то вымолвила его имя, он продолжал хранить молчание. Когда я увидела его, жуткая мысль, что он мог измениться за время его тренировок сразу же промелькнула у меня в голове. Я была счастлива, когда появилась Сильви, но даже после того, как Артур наконец то начал говорить, я не могла отделаться от тяжелого чувства в моей груди.

Его облик, когда он вышел на свет, заставил мое сердце сжаться в комок. Он был весь в грязи и его глаза практически кричали от усталости, но это действительно был Артур. Я хотела обнять его прямо там, так же как это сделали Двойной Рог, но что-то внутри меня не позволило мне сделать этого. Глядя на друга моего детства, я чувствовала четкое расстояние, которое выходило за пределы нескольких метров, разделявшие нас. И я как прикованная, осталась стоять без движения. Я улыбнулась ему нерешительной улыбкой, которая даже не коснулась моих глаз.

Он улыбнулся мне в ответ, но это был всего лишь миг, потому что солдаты тут же забросали его вопросами.

На протяжении всей поездки в главный лагерь Артур оставался относительно безмолвным, несмотря на неумолкающего Двойного Рога, который все время находился рядом с нами. Они все были очень рады его возвращению, несмотря на общее недовольства солдат. Артур улыбался, когда к нему обращались и отвечал на вопросы минимальным количеством слов, и это было все. Сразу же после прибытия на место, он заметил речку и пошел туда вместе с Сильви искупаться. Я же отправилась прямиком к главной палатке с Дрешем и Двойным Рогом для того, чтобы помочь снизить напряжение, которое наш лидер вместе с солдатами испытывали к моему другу детства.

После купания, Артур пришел к главной палатке, но даже без крови и грязи, покрывающих его, на вид он был просто неприступен. Он доложил обо всем необходимом, заявляя, что

остальная информация будет представлена лично моему деду. За все время нашей короткой встречи я сохраняла молчание, так как Дрешь и Двойной Рог буквально завалили его вопросами.

Дрешь покинул нас первым, чтобы известить всех оставшихся солдат о их последующих действиях.

Когда в палатке остались только я и Артур, я все еще оставалась в напряжении, уставившись в пол я чувствовала, как взгляд Артура бурил меня насквозь. Я не знала, что сказать, что делать или даже что чувствовать. После двух лет Артур неожиданно появился передо мной, и вел себя так…отдаленно, я была сбита с толку. Вся моя уверенность, которая еще была во мне, чтобы приблизиться к другу моего детства вылетела через окно, как только я посмотрела на свой жалкий вид. Здесь, я была одета как мужчина, с головы до ног перепачканная в саже. Хуже всего, мои волосы были собраны в пучок и от меня пахло как от недельного мусора.

Я увидела, как он начал приближаться ко мне, каждый его шаг заставлял биться мое сердце быстрее. Но я отказывалась посмотреть вверх. когда он подошел ближе, до меня донесся слабый аромат трав, исходивший от него. Не подходи ближе, я молилась про себя, боясь, что он отпрянет от моего запаха.

Его ноги остановились прямо передо мной, но мои глаза были приклеены к земле, я странно поежилась. Какой-то момент мы молчали. Единственное что я могла слышать, это стук моего не желающего сотрудничать сердца.

«Боже, как мы давно не виделись, Тесс,» наконец то произнес Артур. «Я соскучился.»

После этих нескольких слов, лед сковавший мое тело начал таять. Мой взор подернулся дымкой, так как я отказывалась смотреть куда-либо, кроме своих ног.

Я сжала свои кулаки, чтобы предотвратить мое дрожание. Мои глаза предали меня, когда я увидела, как слезы капнули на мои кожаные сапоги.

Теплая рука Арта нежно прикоснулась к моей руке, и я непроизвольно заметила какая большая она была. Я знала его с тех пор, когда он был короче меня, но сейчас, простое прикосновение его ладони заполнило меня ощущением защищенности. Я изо всех сил старалась держаться непоколебимой, но вместо этого я начала бесконтрольно шмыгать носом и мое тело задрожало.

Я не знала, что происходило со мной, почему я так реагировала. Возможно это было от того, что я снова смогла увидеть друга своего детства. Может потому что его слова стали подтверждением того, что это действительно был он, а не хладнокровный убийца, как мне казалось в которого он превратился, когда я первый раз увидела его. Но возможно это не имело никакого отношения к вышесказанному вообще; я не могла понять причину почему каждый барьер, который я подсознательно создала, чтобы выдержать эти последние два года, просто взял и рухнул. Все что я чувствовала это была волна облегчения, что сейчас все было хорошо и что мне не надо больше переживать. Внезапно, все, о чем прежде беспокоились Дедушка, Мастер Алдир и другие, оказалось, что присутствие Арта их вполне устраивало.

Это было так смешно, как один человек был способен на такое – как один человек был способен заставить тебя почувствовать…в безопасности.

«Арт…ты…идиот!» Я икнула между всхлипами. Я занесла свой кулак, чтобы ударить его, но в тот момент, когда мой кулак достиг груди, силы за ним не последовало.

Я должно быть выкрикивала все ругательства, какие я только знала в его адрес, обвиняя его во всех и вся: его холодную отчужденность, его безвкусные длинные волосы, которые придают ему зловещий вид, отсутсвие контакта до сегодняшнего дня – и до момента, что это по его вине я находилась в теперешнем состоянии. Арт просто стоял, молча выслушивая все, в то время как его большая рука продолжала греть мою руку.

Я была очень рассержена, я была разочарована, мне было неловко, но я чувствовала облегчение. Весь этот каскад эмоций заставили меня пролить немало слез, пока я продолжала нападать на Арта – по большому счету из-за того, что я ненавидела себя за то, как я сейчас поступала.

Выплакав все слезы, которые только у меня были, я положила свою голову на его грудь, смотря на его ноги, которые тоже были закапаны моими слезами, икая и всхлипывая.

Молчание продолжалось около минуты, прежде чем я набралась смелости посмотреть ему в лицо, только увидеть, что он в упор смотрел на меня.

Я готова была отвернуться, как вдруг его улыбка заставила меня остановиться. Это не была улыбка, которую он имел, когда мы видели друг друга возле входа в логово мутанта. Его

глаза приняли форму двух полумесяцев, и теплая искренность виднелась на кончиках его губ, образуя лучезарную улыбку.

«Ты все такая же плакса, не так ли?» пошутил Арт, убирая свою руку с моей, для того чтобы смахнуть слезинку, которая никак не хотела капать на землю.

«Замолчи,» ответила я, мой голос звучал через нос.

Издавая легкий смешок, он взмахом головы указал мне следовать за ним. «Пошли, твои друзья, наверное, заждались.»

Я кивнула ему в знак согласия и подняла Сильви, которая спала на земле. Пока мы шли, мой взгляд постоянно перемещался со спящей Сильви на Арта.

«Ты стал выше,» подметила я, мои глаза были сфокусированы на Сильви.

«Прости, я не могу тоже самое сказать о тебе,» поддразнивая произнес Арт, усталость просматривалась в его глазах, когда он попытался слабо улыбнуться.

«У меня довольно высокий рост.» Я показала ему язык.

Заметив, что Кария и Станнард беседовали вокруг костра, мы прибавили шагу, в то время как я пыталась сделать все, чтобы скрыть следы моих слез.

После того, как я представила Арта им обоим, мы продолжали оставаться возле костра, как внезапно Дарвус топая ногами, начал приближаться в нашу сторону с решительным выражением на лице.

«Артур Лейвин. Я Дарвус Кларель, четвертый сын Дома Кларель, официально вызываю тебя на дуэль!» заявил он без какой-либо злости и ненависти; наоборот, он казался очень решительным.

«Что?» воскликнули мы все почти в унисон, за исключением Арта.

Мой взгляд сразу же повернулся в его сторону, чтобы посмотреть, как он отреагирует. Так как физически и умственно он был истощен за эти последние несколько часов, то я не знала, как он примет такую конфронтацию. Однако, к моему облегчению, я увидела выражение изумления на лице моего друга детства.

«Приятно познакомиться, Дарвус Кларель, четвертый сын Дома Кларель. Могу ли я спросить о причине этой дуэли?» ответил Арт не вставая.

Кария немедленно поднялась и начала удерживать Дарвуса. «Н-Не обращайте внимания, м-р Лейвин—«

«Прошу, называйте меня просто Артур.»

«Артур,» поправила она. «Он просто ведет себя по-дурацки.»

«Со мной все в порядке, Кария. Я не в ярости или что-нибудь еще.» Дарвус отмел своего друга детства, прежде чем снова встретиться лицом к лицу с Артом. Это было так странно видеть, что Дарвус с такими формальными и уважительными манерами обращался к Арту, хотя он был старше его на несколько лет.

«Что касается причины,» — Дарвус выдержал паузу- «если отбросить все в сторону, то – человеческая гордость.»

Я была крайне озадачена его ответом, и стала смотреть на удивленные выражение лиц Карии и Станнарда.

Но, Арт пытаясь подавить смех, начал прикрывал свой рот рукой. Его плечи тряслись, пока он старался не разразиться громким хохотом.

Все четверо из нас глядели друг на друга с выражением ещё большего замешательства, так что даже Дарвус казалось был сбит с толку. Солдаты, внимание которых привлек неудержимый смех Арта, собрались вокруг нашего лагеря, пытаясь понять, в чем было дело.

«Извини, я не хотел вас обидеть,» наконец-то произнес Арт, подавливая свой смех. «После проведенных мною многих лет с этими старыми простофилями, я просто подумал, что то, что вы сказали было забавным.»

«Спасибо?» ответил Дарвус, все еще пытаясь понять, было ли это оскорблением или же комплиментом.

«Конечно, до тех пор, пока наши жизни не являются ставкой, я ничего не имею против дуэли,» сказал с довольной улыбкой Арт, и поднялся со своего пня, на котором сидел.

Когда оба молодых человека отправились в сторону южной стены пещеры, группа любопытных солдат живо последовала за ними.

«Ты знаешь, что все это значит?» поинтересовалась я у Карии, когда все трое из нас последовали за группой.

Моя миниатюрная напарница тяжело вздохнула и покачала головой. «Он чувствует себя неуверенно, потому что Артур моложе и предположительно сильнее, чем он.»

«Не говоря уже о том, что он раздосадован тем, что Артур выглядит намного лучше, чем он,» добавил Станнард, тоже глубоко вздыхая.

«Что? Так значит вот что он имел ввиду под ‘мужской гордостью’?» выпалила я ошарашенно.

«Да-а, я знаю. Это так низко.» кивнула Кария, глядя на мое выражение лица. «Интересно, все мужчины такие как он?»

Мы оба повернулись в сторону Станнарда, который тоже смотрел на нас с забавно поднятой вверх бровью. «От имени всех мужчин позвольте мне сказать, что мы не все такие.»

«Может быть и не все, но должно быть большинство, не так ли?» спросила Кария, на что я издала смешок.

Повержено выдыхая, Станнард кивнул. «Скорей всего.»

Мы прибыли на импровизированное место дуэли как раз в тот момент, когда все началось. Казалось, что весь лагерь оставил все свои дела, только для того чтобы увидеть происходящее. Я с пониманием относилась к любопытству солдат, которым хотелось увидеть силу Арта, так как нам довелось увидеть только результаты его сражения, но я не ожидала увидеть Дреша в первых рядах, с нетерпением находившегося в ожидании рядом с Двойным Рогом. Обычно беспристрастная Хелен, лидер Двойного Рога, с энтузиазмом приветствовала Арта наряду с остальными членами ее группы. Солдаты из этой экспедиции, которые все видели Дарвуса в действии и знали о его доблести, приветствовали его свистками и гиканьем.

Стоявшая рядом со мной Кария простонала. «Кого я должна приветствовать?»

«Разве это не очевидно, что им должен быть друг твоего детства? Подразнивая произнесла я, посмеиваясь над тем, как Дарвус помпезно принимал все приветствия с выставленной вперед грудью. Сильви, которая все еще была у меня на руках, повернулась в своем сне на шум толпы, приоткрыв на какой-то момент свой глаз, прежде чем решить, что ее сон было более важным.

«Эй! Мы не обязаны всегда выбирать друзей нашего детства,» ответила Кария, покачивая головой, на непристойное поведение Дарвуса.

«Вроде бы как обязаны, Кария,» хмыкнул Станнард, пристально глядя на мои руки. «Ну ладно, я не спросил раньше, но это всегда было у меня на уме; с какого рода зверем маны Артур имеет связь?»

«Вы мне не поверите, даже если я вам скажу,» я ухмыльнулась, полностью концентрируя свое внимание на предстоящую имитацию дуэли.

Арт спокойно стоял левой рукой упираясь на рукоятку своего меча, в то время как Дарвус начал жонглировать своими топорами, демонстрируя свое шоу зрителям.

«Как раз перед тем как ты пришла Тесс, он был в таком кислом настроении; Боже, я клянусь, у него эмоциональная устойчивость четырехлетнего ребенка,» проворчала Кария.

«Скорей всего даже меньше,» я издала смешок, вспоминая, каким взрослым был Арт в свои четыре года.

Один бывалый солдат, вызвался быть рефери и встал между Дарвусом и Артом, с поднятою вверх рукой.

«Я уверен, что общий консенсус заключается в том, что мы хотели бы сохранить эту пещеру в целости и сохранности, поэтому я хочу, чтобы вы оба сохраняли использование маны строго для укрепления тела. Все понятно?» спросил солдат, взглянув для подтверждения на Дреша.

Получив одобрение от лидера этой экспедиции, а также одобрительные кивки от Дарвуса и Арта, солдат быстро опустил свою руку вниз. «Тот, кто сдастся первым или не сможет продолжать сражение – проиграл. Начинай!»





Глава 136: Так Же Быстро Как Он Появился




С Точки Зрения Станнард Бервик:

По сигналу рефери матч начался.

Все следы от помпезности Дарвуса исчезли, когда он осторожно обошел вокруг Артура. Пока друг детства нашего лидера оставался в том же положении, Дарвус продолжал кружить вокруг него, осторожно выискивая удобный случай для атаки.

В руках Дарвус держал две идентичные секиры, которые отличались друг от друга только цветом. Эти два оружия были драгоценными семейными реликвиями, которые передавались из поколения в поколение сильнейшему практикующему стиля Кларель пользующийся секирами. Оружие больше походило на деформированный меч, лезвие которого сливалось прямо над рукояткой, а не сверху. На плоскостях лезвий имелись чудные знаки, выгравированные на обоих из них, что не соответствовало простым, не имеющих украшений рукояткам оружия. Я знал, что Дарвус был настроен серьезно, только потому, что он выбрал именно это оружие. Я видел эти секиры всего лишь один раз, и это было только потому что Кария упросила его показать оружие нам.

Дарвус продолжал медленно кружить вокруг Артура, все время сохраняя устойчивую позицию, во время движения ни разу не переступив через свою ногу. Артур же по какой-то причине оставался абсолютно без движения, даже когда Дарвус находился за его спиной.

Дарвус остановился прямо за открытой спиной оппонента. Пот градом лился по его лицу. После того как приветствия толпы затихли, единственным звуком внутри пещеры был слабый поток воды из ручья. Все с тревогой смотрели на двух соперников, не сомневаясь в причине промедления Дарвуса, хотя он обладал более выгодной позицией.

Проделав еще один шаг в сторону, Дарвус поменял свою стойку и резко бросился на спину Арта. Невольно я был полностью поглощен ходом сражения, когда Дарвус двумя огромными шагами перекрыл пятиметровое расстояние.

Обе секиры Дарвуса были занесены вправо, готовые к так называемому удар сверху. Но когда расстояние между ними почти сократилось, Дарвус резко поменял свой курс. Казалось все еще опасаясь спокойно стоявшего Арта, он вернулся на

свою исходную позицию. С него градом лил пот, и из-за нехватки воздуха его грудь тяжело вздымалась.

«Что это было, Дарвус?» прокричал один из солдат.

«Не будь слабаком!» послышался другой голос.

Тессия, Кария и я переглянулись, не уверенные в том, что происходило с нашим другом. Не прошло ещё и две минуты, с начала дуэли, но он уже находился в более худшем состоянии, чем, состояние нашей команды, после пребывания в сражении, продолжавшееся несколько часов.

Это было немыслимо для Дарвуса быть уставшим до такой степени всего лишь через несколько минут, но это было не единственное, что тревожило меня.

Я был с Дарвусом, когда он безжалостно рубил мана зверей класса А, известных своими жестокими действиями, когда он с самодовольной улыбкой на лице побил искателей приключений, которые были в два раза больше его по размеру и принадлежали к тому же классу, что и он. Поэтому я не мог поверить своим глазам. Даже отсюда я различал отличительную черту эмоций, которая отсутствовала у испытывавшего голод к сражению Дарвуса: страх.

На недовольные окрики еще нескольких солдат, Дарвус щелкнул языком, прежде чем окрикнуть толпу, чтобы она замолчала.

Делая глубокий вдох, Дарвус наклонился поближе к земле и с новым рвением в глазах начал внимательно наблюдать за Артуром, который продолжал стоять как статуя.

Края обоих секир моего товарища по команде засветились янтарным светом, когда он опустил их вниз, так чтобы концы касались земли. Дарвус топнул своей правой ногой, словно собирался сделать прыжок в сторону оппонента, но вместо этого, он остался стоять на месте и медленно поднял секиры вверх скрестив их между собой.

Заклинание Дарвуса, перед тем как инициировать атаку крестообразной формы, вызвало появление мелких песчинок, образовывавших след за лезвиями секир.

Когда галька в форме полумесяца были выпущена в сторону Артура, я просто не смог удержаться от восхищения, что заклинание оказалось таким эффектным. Хотя обычные камушки не производили большого впечатления, но со скоростью перелома шеи, они могли проделать десятки маленьких отверстий в ничего не подозревающем оппоненте.

Барраж из мелкой гальки достиг свою жертву практически молниеносно, но вместо того, чтобы образовать отверстия или пробить кожу, камушки отскочили от друга детства Тессии, не причиняя вреда, как будто бы их бросил малыш.

Сначала я подумал, что Дарвус не смог как следует применить заклинание, но остаток гальки, который не попал на Артура, врезался в стену пещеры позади него один за другим, взрываясь при попадании. К счастью, галька не задела никого из зрителей, находившихся рядом, потому что область, на которую пришлось заклинание Дарвуса, разрушило слой стены пещеры.

Все в шоке переводили свои взгляды с Артура, на которого пришелся главный удар атаки и тем не менее он остался невредимым, а потом обратно на стену пещеры, откуда небольшое облако пыли образовалось из стремительной силы небольшого скопления камней. Все до одного, находившихся в пещере, безмолвно проявляли выражение удивления и благоговения – все, кроме Дарвуса. Мой избалованный друг стоял с недовольной гримасой на лице, как будто бы он предполагал, что что-то подобное произойдет.

Артур же с другой стороны, наконец-то повернулся лицом к своему оппоненту, в то время как небрежно стряхивая пыль со своего рукава, откуда заклинание Дарвуса рикошетом отскочило от него – не повредив даже его одежды.

Очередным раздраженным щелчком языка, Дарвус отпрыгнул назад и еще раз водрузил секиры в землю для повторной попытки забросать своего оппонента камнями. Однако, как только Дарвус замахнулся своим бесценным оружием, Артур поднял свою руку вверх.

Вдруг, следы гальки, которые следовали за лезвием секир моего товарища по команде все до одной упали, прежде чем образовать заклинание. Глаза Дарвуса расширились, и я знал, что каким-то образом, его монстр оппонент нейтрализовал или остановил формирование его заклинания.

Разочарование Дарвуса было слишком хорошо видно на его лице, так как он с силой закусил свою нижнюю губу и сердито сдвинул брови. Однако, когда Дарвус продолжал пытаться применить свое заклинание, то это выглядело так, будто он метал свои топоры в призрака, стоящего перед ним.

«Черт бы его побрал!» в заключении взревел Дарвус, фиксируя свой взгляд на Артуре, краешки губ которого чуть-чуть приподнялись вверх. Мой белокурый друг наконец-то решил положить конец атакам издалека и ринулся вперед. Он покрыл

расстояние и свирепо замахнулся на безоружного Артура. Пока его светящиеся секиры образовывали полоски маны позади него, его оппонент с легкостью блокировал их передней частью руки.

Дарвус ударил опять – на этот раз одновременно – стараясь застать его оппонента врасплох, но Артур просто уклонился от правой секиры, которая метила в его голову и повернувшись парировал левую, которая была направлена на его торс.

Однако, мой товарищ по команде сохранял самообладание и проделал комбинацию, сделав движение влево, а потом резко изменив направление, его вторая секира поднялась вверх для нанесения молниеносного удара вправо. Артур превосходно уклонился от атаки, сохраняя обычное равновесие в тот момент, когда его тело уклонялось и изгибалось в ритмичном трансе.

Шквал атак Дарвуса, вперемешку с быстрыми ударами ног и локтей, не прекращался, в то время как толпа – я в том числе – молча таращились на зрелище одного человека, атакующего с чудовищной скоростью и контролем, в то время как другой человек уклонялся или парировал все эти атаки в совершенстве, не позволяя причинить вреда даже его широким одеждам.

Мое внимание было сосредоточено исключительно на обоих за все время дуэли, поэтому, когда Дарвус внезапно опустил свои секиры и опустился на одно колено, я не мог сообразить, что произошло.

С этого момента это выглядело так, как будто бы мой упрямый и гордый друг просто сдался, но по его широко раскрытым глазам, оцепеневшему взгляду, которым он смотрел на оппонента, я знал, что все не так просто.

На своих коленях, Дарвус поднял свое левое плечо – словно хотел замахнуться своей рукой. Однако, его рука осталась обмякшей, свисая на его бок. Затем он попытался встать. Его дрожащие ноги отказали, заставляя упасть Дарвуса на спину.

Зрители начали перешептываться друг с другом и обмениваться поднятыми бровями и взглядами похожими на замешательство.

«Ч-Что происходит? Почему я не могу двигаться?» лежа на своей спине запинаясь произнес Дарвус.

«Все будет нормально, парень,» успокаивающе прозвучал хриплый голос из толпы. «Не так ли, Артур?»

Доносившийся сзади наполненный силой знакомый тон, сразу же заставил Дарвуса замолчать. Все остальные выказывали недовольство обладателю голоса.

Я выпустил испуганный вздох, прежде чем сразу опуститься на колено.

Из толпы, перемешанный с удивлением и опасением, раздался голос Дреша. «Мы приветствуем вас, Командующий Вирион.»

Как только он это сказал, мой взгляд остался прикованным к земле, не осмеливаясь посмотреть вверх, пока не будет сказано иначе.

Он был всего лишь своего рода фигурой для всех нас.

Я читал о Вирионе Эралит в учебниках и справочниках начиная со времён старой войны между людьми и эльфами. В то время он был королем, и как я слышал, исключительным. Благодаря его руководству и хитрости армия людей, несмотря на перевес в количестве, под конец была вынуждена отступить. Неудивительно что Совет, состоящий из нынешних царей и королев своих народов, обратился к Командующему Вириона за руководством в этой войне.

Однажды я имел честь повстречаться с ним, когда впервые в жизни я был избран в одну и ту же команду с его внучкой. В то время я мог только представить, что она была испорченной, невоспитанной девочкой, которая хотела преследовать какую-то сумасшедшую сказку. Она была сильнее, более зрелой и более посвященной войне, чем когда-либо был я. Если это была девушка, воспитанная ее дедом, то я мог только представить себе, каким зверем Командующий Вирион мог быть.

Так как мы все были опущены на одно колено, то я начал прислушиваться к тому, как к нам начали приближаться две пары ног.

«Он прав,» послышался голос Артура сзади. «Ты скоро вернешься нормальное состояние.»

За короткий момент, который у меня был, я не смог распознать необычного вида человека рядом с Командующим Вирион. Большая часть его лица была покрыта шерстяным капюшоном, но его чисто выбритое лицо было четко очерченным, пара тонких плотно сжатых губ, скрывающих любые признаки проявления эмоций.

«Артур! Тессия,» снова раздался грубый голос Командующего Вириона. «За мной.»

Шаги, по которым я предположил, что это был Артур, приблизились ко мне сзади, также, как и Тессия пробиравпаяся в сторону своего деда.

Через несколько мгновений, лидер нашей экспедиции отдал команду всем подняться, Командующий, его компаньон, Тессия и Артур все ушли.

«Что все это значит?» обратился я тихим голосом к Карии.

Моя подруга покачала головой. «Не имею понятия. Я никогда не видела Командующего Вириона на поле боя, стало быть он проделал весь этот путь только из-за одного человека?»

«Серьезно,» согласился я. «Даже высокопоставленные лидеры, находящиеся за Стеной, редко контактируют с Командующим Вирион напрямую.»

«Но возможно это объясняется присутствием его внучки, не так ли?» поинтересовалась Кария.

«Я не очень-то в этом уверен», пробормотал я, прежде чем вспомнить своего раненого друга. «Кария! Дарвус!»

Мы поспешно направились к нашему товарищу по команде, который все еще лежал на спине. Стоя на коленях рядом с ним, Кария подняла голову друга детства и положила ее на свои колени. «Дарвус, ты в порядке?»

«Да, да, — вздохнул он. «По крайней мере, я могу пошевелить пальцами рук и ног. Что случилось? Я думал, что услышал знакомый голос? Кто это был?»

«Это был командир Вирион!» — ответил я, засучивая рукава Дарвуса, чтобы лучше рассмотреть его состояние.

«Что ?!» — закричал он, пытаясь встать, прежде чем со стоном снова упасть на руки Карии.

«Не двигайся, идиот. Ты ранен!» поругала его Кария. «В любом случае, вы слышали командующего Вириона. Он сказал, что с тобой все будет в порядке, и я не думаю, что Артур атаковал тебя с намерением причинить тебе вред.»

«Спасибо.» Дарвус закатил глаза. «Потому что, одну вещь, которую парень хочет слышать, после того, как быть окончательно побежденным – это то, что его оппонент даже не пытался причинить ему вреда.»

Я снова обратил свое внимание на его руку и заметил странное ранение возле его запястья и внутри его локтя. Странным было то, что я ощущал следы маны, исходящих из красных синяков.

Не говоря ни слова, я разорвал рубашку Дарвуса, вызвав тем самым протестующий крик моего друга и визг Карии. Как я и ожидал, еще больше красных рубцов находились на его теле.

«Дарвус, ты не чувствовал, что тебе наносился удар, в то время, когда ты атаковал?» спросил я.

«Должно быть, кровь ударила мне в голову. Я ничего не чувствовал,» ответил он. «Почему? Что так плохо?»

«Я не об этом.» я покачал головой. «Но местонахождение всех этих рубцов, которые у тебя есть, находятся в очень важных местах.»

«Что ты имеешь в виду?» Вмешалась Кария, заглянув под рубашку своего детского друга краснея.

«Я прочитал пару книг по анатомии потоков маны – вы знаете, теория движения маны внутри тела мага – и в одной из них упоминалось, что, как известно, существуют области, в которых сливаются кластеры каналов маны. Естественно, эти области, обычно, более защищены, когда эликсир укрепляет его тело, но при правильном ударе он может препятствовать потоку маны в этот конкретный регион.»

«О! Мы тоже это изучали! Мой тренер учил меня этому. Но я не допускаю, что он имел возможность нанести туда удар, правда? Мой тренер сказал, что это непрактично — почти невозможно – целиться в них во время сражения, потому что эти точки были слишком малы и хорошо защищены,» воскликнула Кария.

«Верно, — признал я, — и я читал, что точки объединения у каждого человека разные. И все-таки мне кажется, что эти метки связаны именно с этим.»

«Ну хорошо, это может быть дает объяснение рубцам, но это не объясняет почему Дарвус неожиданно упал, как сломанная кукла-«

«Эй!» Дарвус пристально смотрел, лежа на земле.

«Чрезмерный Выброс Маны», заявил я, и мои глаза зафиксировались к постепенно исчезавшим ранам Дарвуса.

«Вы имеете в виду обратный эффект? Это когда маг использует слишком много своей маны?» осведомилась Кария. «Я видел, как Дарвус использовал заклинания, требующие гораздо большее количество маны и более продолжительное время, чем в этот раз.»

«Что ж, если друг детства Тессии смог поразить все эти соединенные точки, то утечка маны из этих областей может потенциально вызвать обратный эффект. Конечно, это только предположение, что он каким-то образом смог найти все эти миниатюрные точки соединения,» уточнил я, размышляя над тем, как черт возьми Артуру удалось нанести удар так, что никто не заметил – даже сам Дарвус – не догадался.

«Как насчет того, чтобы мы перестали восхищаться человеком, который привел меня в этом состояние и помочь мне подняться?! Думаю, теперь я смогу ходить с некоторой помощью,» прервал Дарвус, осторожно шевеля ногами.

Когда мы с Карией помогли нашему другу встать на ноги, мы медленно направились к палатке, в которой находился Командующий Вирион, вместе с Артуром и Тессией, надеясь первыми услышать новые обновления.

Однако, когда мы приблизились к большой белой палатке, Тессия выбежала с недовольным выражением, запечатлевшемся на ее белом лице.

«Тессия! Мы здесь!» крикнула Кария, но принцесса проигнорировала ее. Спустя несколько мгновений из палатки вышли Командующий Вирион и Артур вместе с таинственным спутником.

Человек с капюшоном поднял руку, и в пространстве перед ним появился телепорт. Солдаты, которые неторопливо прогуливались поблизости, очевидно, скучавшие от нечего делать, все вскочили от внезапного появления ворот телепортации.

«Они уходят?» — спросил Дарвус, обхватив руками наши шеи.

Мои глаза были зафиксированы на трех фигурах, когда они приблизились к воротам. Командующий Вирион вышел первым, а за ним последовала фигура с капюшоном. Прежде чем Артур вошел в ворота, он посмотрел на нас с сожалением — почти извиняющимся — выражением. Я не мог расслышать его голос издалека, и я даже не был уверен, что он говорил что-либо вслух вообще, но я достаточно ясно понял слова, которые формировали его уста – ‘позаботься о ней, пока я не вернусь.’

Он исчез в свете, когда за ним закрылись ворота телепортации.





Глава 137: Прибытие




С Точки Зрение Артура Лейвин:

Когда я вошел в большую белую палатку, меня сразу же схватил Грэмпа Вирион.

«Черт бы тебя побрал, сынок! Почему ты не сказал мне, что вернулся? Он ослабил свою хватку, схватив меня за руку, чтобы лучше посмотреть.

«Я так рад видеть тебя опять, Грэмпс.» Я повернулся, чтобы выразить свою признательность к асура в капюшоне. «Алдир.»

«Артур. Леди Сильви,» он тоже нас поприветствовал. «Вы оба очень изменились.»

«Надеюсь, что это так,» я тихо рассмеялся, Сильви тоже в знак согласия сделала легкий кивок головой. «Как вам удалось узнать так быстро о моем прибытии?» Я снова повернулся к Вириону.

«Лорд Алдир получил сообщение от Лорда Виндсом,» ответил Вирион.

«Он сказал, что тебя послали куда-то сюда, поэтому я сразу же пришел.»

«Думать, что тебя отправили туда, где находилась Тессия. Скажи мне, был ли это дело рук Врена? — взволнованно произнес Алдир, с забавным тоном в голосе.

Я кивнул, обращая свой взгляд на моего молчаливого друга детства. «Было ли его чувство юмора всегда таким … тонким?»

«Врен всегда считал себя непредсказуемым, несмотря на то, что зачастую у него был безразличный вид,» добавил асура.

«Я была так удивлена увидеть его во время ожидания сражения с мутантом,» произнесла Тессия, покачивая головой.

«Да-а. Как только я прибыл, целая свора мана зверей атаковали меня и Сильви. У нас даже не было времени на то, чтобы перевести дыхание, пока мы не убили их всех до одного,» я вздохнул, поглаживая своего компаньона.

«А как насчет дверей? Когда мы прибыли на поле битвы, мана звери, находящиеся за пределами комнаты, в которой вы были, все умерли,» настаивала Тессия. Я знал, что с момента моего приезда ей было любопытно знать о тысяче вещей, но по прибытии Алдира и Вириона я мог сказать, что времени у нас не было.

«Не сейчас, Тессия, успокойся,» вмешался Вирион, положив свою руку на плечо внучки. «Есть вещи, которые я должен обсудить с Артуром, и здесь не самое подходящее место для этого».

«Мы уходим?» Ответила Тессия, переводя свой взгляд с дедушки на Алдира.

Асура покачал головой. «Но не ты, Тессия. Ты остаешься здесь.»

«Что? Артур прибыл сюда несколько часов назад, и вы тут же забираете его опять?» ответила Тессия, со страхом в глазах.

«Тесс,» я прервал ее. «Не волнуйся. Я вернусь сразу же, как отчитаюсь.»

«Кроме того, у тебя есть команда, за которой нужно присматривать. По окончании дел в подземелье, я уверен все очень скоро покинут это место. У тебя есть свои сражение, за которые ты отвечаешь, не так ли?» добавил Вирион. «Об этом мы договорились раньше, прежде чем дать тебе разрешение присоединиться к этой войне.»

«Да. ‘Прокладывай себе путь из битв, используя свою силу.’,» процитировала Тессия, выпустив побежденный вздох.

Я практически увидел, как несуществующий хвост друга моего детства опустился из-за печальных известий, но я был уверен что то, о чем хотел поговорить со мной Вирион было очень важным.

«Тогда давайте немедленно отправимся в путь. Тессия, за эти последние несколько месяцев ты стала намного сильнее. Сражения, через которые вам довелось пройти, достаточно хорошо закалили вас,» подметил Алдир, одобрительно кивнув.

«Спасибо, Мастер.» Тессия втянула свою голову, но горечь на ее лице осталась неизменной.

То, что между ними двумя существовали такие отношения, для меня стало полной неожиданностью. Я никогда бы не подумал, что одноглазый асура возьмет Тессию под свое крылышко, но я оставил эту мысль при себе.

Прежде чем выйти из палатки, Тессия быстро поклонилась своему деду и мастеру. Приподняв брезент, она оглянулась и посмотрела на меня взглядом, в котором было множество эмоций.

«Скоро увидимся», я улыбнулся, когда она ушла.

«Приступим к отбытию?» попросил подтверждения Алдир.

Мы оба кивнули в знак согласия и вышли из палатки.

Снаружи, прежде чем войти в ворота телепортации, которые вызвал Алдир, я встретился взглядом с членом по команде Тессии, Станнардом и прошептал, чтобы он позаботился о ней для меня.

Я не хотел, чтобы он это услышал, но Станнард, казалось, понял, потому что он многозначительно кивнул.

После того, как мы прошли через ворота нам потребовалось несколько минут, чтобы добраться до плавучего замка, который Совет сделал своей базой, потому что плавающая крепость постоянно на мили удалялась от земли без какого-либо паттерна и места назначения.

После того, как наше искаженное окружение сфокусировалось, я заметил, что мы вошли в маленькую цилиндрическую комнату без окон и только с одной двойной железной дверью.

«Как так получилось, что ты не поговорила с Тесс, когда была там?» Я спросил своего компаньона, пока она бежала рядом со мной.

«Я хочу сделать сюрприз Тесс в следующий раз,» ответила она, посмеиваясь про себя.

Вирион и Алдир оба оглянулись назад, очевидно заинтересованные тем, о чем я и моя спутница общались телепатически.

Разговаривать не являлся единственным навыком, который Сильви приобрела во время тренировок, но из-за ее юного возраста, большую часть времени она посвящала укреплению тела, для того чтобы ее мана и навык эфира не перестали быть управляемыми.

Лорд Индрат лично учил ее каким образом нужно было укреплять свое тело, что было уникальным для асуров расы дракона. По-видимому, почти все молодые асуры сталкивались с опасностью того, что их тела будут не в состоянии противостоять их врожденным способностям.

«Ну, раз мы все здесь, тогда пошли», — с улыбкой объявила Вирион.

По сигналу стража, стоявшего у ворот, большая железная дверь щелкнула и заскрипела, когда механизм замка внутри нее открылся. Скрип металла по гальке резал уши, в то время как в центре открылся узкий металлический проход.

Я ожидал, что по другую сторону двери будут находиться один или два стража, но вместо этого, надо мной возвышался огромный коричневый медведь. Он злобно смотрел вниз, две белые отметины поверх его глаз, создавали выражение похожее на злость. Он был примерно трех метров в высоту, его задние лапы были прикованы к земле и на его груди внизу виднелся белый треугольник. В отличии от его зло смотрящих глаз, его оскал был похож на улыбку, два ряда острых передних зубов зигзагом выступали из его пасти.

«Брат!» прощебетал мелодичный голос.

На какую-то долю секунды я подумал, что это был медведь, но Элли, моя младшая сестра появилась из-за спины зверя с глупой усмешкой на ее невзрослом лице.

Хотя и не очень заметно, но за последние несколько лет моя сестра определенно изменилась. Ее пепельно-коричневые волосы свободно падали ей на плечи, и они уже не были в косичках, как когда-то она заплетала их, когда была поменьше. В то же самое время ее темные круглые глаза все еще невинно блестели, но ее вдумчивый взгляд, устремленный на меня, содержал глубокую зрелость.

«Элли!» я заключил свою сестру в объятья, а она в свою очередь обняла меня и повесилась на моей шее.

«Артур!» послышалось еще пару голосов. Это были мои родители.

Опустив сестру вниз, я повернулся к ним. Я стоял не двигаясь, напряженный. Чувства сомнения и раскаяния не позволяли мне обнять моих родителей. Я не знал, как приветствовать их после того, как мы расстались в последний раз.

«Иди сюда, Сын!» Отец подбежал и обойдя меня вокруг, крепко обнял меня своими руками.

«Я … я не понимаю», пробормотал я, ошеломленный его действиями. «Я думал-«

«Что ты думал?» прервал меня отец. «Только потому что у тебя есть воспоминания о каком-то предыдущем существовании, ты можешь перестать быть моим сыном?»

Я тихонько рассмеялся, когда отец наконец то выпустил меня из своих объятий. Моя мать, которая осталась в нескольких шагах поодаль, с тревогой подошла ко мне. Мои воспоминания вернулись ко мне назад, когда она так отчаянно пыталась все отрицать, и я потерял последнюю уверенность, которая у меня оставалась, чтобы встретить ее.

Каждый медленный шаг, который она проделывала в мою сторону, делал мой комок, который застрял у меня в горле, становиться еще больше.

Я смотрел вниз, и увидел, что ее нога остановилась в нескольких сантиметрах от моей. Я не мог смотреть ей в глаза.

Внезапно моя мать крепко сжала мои руки, приближая их к себе.

«Дай мне немного времени», прошептала она, когда капли слез капнули на наши руки. «Я пытаюсь. Честно. Просто дай мне немного времени.»

Я почувствовал словно камень, окружавший меня, разбился в дребезги, волна счастья и облегчения нахлынула на меня, когда я согласился принять ее искренность.

«Конечно,» кивнул я, не осмеливаясь посмотреть на свою мать, опасаясь, что тоже мог расплакаться в любую секунду.

«Брат! Брат!» щебетала моя сестра, держа в своих руках Сильви. «Скажи привет моему Боо!»

Когда моя мать выпустила меня из своих объятий, я прочистил свое горло и снова посмотрел в упор на мана зверя.

«Твой Б-Боо?» недоверчиво повторил я, глядя на свою сестру и обратно на Вириона и Альдира. Я знал, что мана зверь не был врагом, но я не понял, что он принадлежит моей семье.

«Да!» кивнула она. «Боо, скажи привет моему Брату!»

Боо и я посмотрели друг на друга какое-то время, пока мана зверь не фыркнул. Поднимая огромную лапу, Боо замахнулся на меня.

Поднимая руку, я немедленно направил ману в свое тело. Под силой атаки Боо, земля подо мной треснула.

Я в шоке уставился на свою сестру, с лапой медведя, все еще висящей в моей руке.

«Я вижу, что у Боо крутой нрав». Я схватил запястье зверя и подтащил его до уровня моих глаз.

«Просто Боо хотел проверить, был ли ты на самом деле таким сильным, как я ему рассказывала. Он немного конкурентный,» она пожала плечами, когда ее компаньон пытался освободить себя из моего захвата. «Плохой Боо!»

«Подожди. Элли, ты можешь разговаривать с этим зверем? Вы с ним связаны?» затараторил я. Сила этого мана зверя удивила меня, но факт, что этот мана зверь мог общаться с моей сестрой телепатически, указывало на то, что он был довольно высокого уровня.

«Лорд Виндсом разве не упоминал об этом?» Вирион спросил не оборачиваясь. «Он дал этого мана зверя вашей семье, в качестве подарка, после того как вы ребята отбыли в Ифэтос.»

«Нет, ничего такого он не упоминал,» я покачал головой, все еще ошарашенный происходящим. «Итак, Виндсом просто дал этого ватой набитого гигантского животного моей сестре для того, чтобы она могла ездить на нем верхом во время сражения?»

Боо сопение на мои слова недовольно засопел.

«Да, я назвал тебя игрушечным медвежонком,» я возразил, все еще удерживая его за лапу.

«Нет, он был всего лишь малышом, когда Виндсом подарим его нам,» улыбнулась моя мать. «И тем не менее, я должна сказать, Боо рос очень быстро за последние два года.»

«Я согласен,» согласился мой отец, посмеиваясь сам себе.

«Артур, я уверен, что ты хочешь побыть со своей семьей, но давай сделаем это после нашей дискуссии,» голос Алдира звучал очень серьезно. «Твоя семья все время проживает здесь, и подумал, что это тоже будет в твоих интересах.»

«Правильно. Спасибо,» я кивнул, поворачиваясь к своей семье. «Скоро я поговорю с вами, ребята, хорошо?»

Я обнял всех, кроме Боо, и последовал за Вирионом и Алдиром вниз по узкому коридору, ведущего в зал заседаний.

Сильви бежала сзади, держась ближе ко мне, оглядываясь назад на Боо. ‘Хочешь, чтобы я избила его для тебя?’

‘Я сам позабочусь о нем,’ ухмыльнулся я, спустившись, чтобы погладить мою спутницу.

Когда мы вошли в охраняемую комнату, мы сели вокруг большого круглого стола. В довольно мягко оформленном зале для собраний кроме нас троих больше никого не было, так что пустых стульев в нем было довольно много.

«Только мы?» Я огляделся. «А как насчет королей и королев, и копей? Я подумал, что по крайней мере увижу здесь Директора Гудскайя.

Асура Алдир, отдернул капюшон, покрывавший большую часть его лица, чтобы показать свой фиолетовый глаз, светящийся в центре лба. Сначала он посмотрел на Вириона и кивнул ему.

Когда дед Тессы повернулся ко мне, я заметил каким уставшим и обремененным он казался по сравнению с тем, когда он был во время войны. «Синтия на данным момент находится в состоянии само-индуцированного сна, который помогает ей справиться с последствиями проклятия, которое активировалось после того, как она обнаружила интеллект в Алакрии.

«Так плохо?» воскликнул я. В докладе, который Виндсом показал мне, упоминалось о состоянии директора, но ни слова не упоминалось о том, что она находилась в коматозном состоянии.

«Ммм, — торжественно кивнул пожилой эльф. «Позже я покажу вам, где она отдыхает, но я уверен, что вас интересует еще несколько вещей».

Я кивал в ответ, задавая все вопросы, которые приходили мне на ум. По каждому вопросу я бомбардировал двух лидеров этой войны, а они терпеливо отвечали. Я узнал, что, хотя моя семья удерживалась ради ее безопасности, то семья Хелсти отправилась в неизвестном направлении. Винсент использовал свои ресурсы в торговле для содействия военным устремлениям. Думая о том, что они могли подвергнуться опасности, пугало, но казалось, что Хелстис в основном оставались на заднем плане – никогда не приближаясь близко к тем местам, где велись реальные сражения.

Что касается бывших короля и королевы Сапин, они оба регулярно докладывали в замок, надеясь обрести лояльность гномов к этой войне, они тратили большую часть своих усилий на Королевство Дарв, в то время как Куртис и Кетлин Глейдер занимались тем же, чем и Тесс — присоединялись или собирались команду, чтобы в реальной битве настоящей войны получить настоящий опыт.

«Думали ли мои отец и мать о том, чтобы принять участие в этой войне?» — спросил я.

«Твой отец думал,» ответил Вирион. «Но, я сказал ему дождаться или твоего возвращения, или же подождать пока Элеонор немного подрастет. Он настаивал на оказании помощи, но я был непреклонен.»

«Спасибо. Я даже не могу себе представить, если бы мой отец погиб во время войны, пока меня здесь не было,» вздохнул я.

Пока Вирион продолжал докладывать о положении дел на войне, и многое о стратегиях, направленных на обеспечение безопасности граждан, я молча слушал, праздно глядя на мою спутницу, которая тоже слушала его.

«Что-то случилось, мой мальчик?» — спросила Вирион. «Ты ужасно спокоен».

«Ничего,» улыбаясь ответил я. «Хотя, я бы просто хотел побыстрее узнать реальную причину, по которой вы привели меня сюда, видя, как вы хотели оставить свою внучку в полной неведомости обо всем. И я знаю, что вы привели меня сюда не только для того, чтобы я смог увидеться со своей семьей.»

«Да. Хорошо, Тессия честолюбива и тщательно подготовилась, чтобы внести свой вклад в эту войну … Голос Вириона затих.

«Но ты, все еще беспокоишься о ее безопасности больше всего,» закончил я вместо него. «Так значит вся твоя речь, которую ты по-видимому дал ей для того, чтобы она проложила свой путь к главному сражению, была для того, чтобы оттянуть время?»

Сделав глубокий выдох, Вирион кивнул. «Можешь ли ты меня в этом винить?»

Я покачал головой. «Я бы поступил точно также.» «Насколько плохо это ‘главное сражение’ кстати?» Спросил я, переглядываясь между двумя главными фигурами этой войны.

«На данный момент главный бой состоится у Стены где была построена крепость, которая простирается через Большие Горы. Ни один мутант или Алакриянский солдат не смогли покинуть Поляну Зверя, благодаря этой линии обороны.» Несмотря на хорошие новости, Вирион глубоко вздохнул.

«Я бы хотел, чтобы вы делали свои выводы, опираясь только на том, что мы вам говорили до сих пор,» голос Алдира звучал так, как будто бы он проверял меня.

Я на какое-то время задумался. «Давайте посмотрим, правильно ли я вас понял. Исходя из того, с чем вам довелось иметь дело до сегодняшнего дня, кажется Алакрианская Армия каким-то образом планирует инфицировать лидеров мана зверей, чтобы они сами могли контролировать этих зверей и вести свои собственные орды для того, чтобы они сражались за них. Это наряду с магами Алакрии, которые при помощи скрытых ворот телепортации, созданные шпионами, увеличивают количество своих солдат здесь на Дикатене, и тем самым представляют собой довольно опасную боевую силу».

«Согласен,» признал Алдир.

«Но это подозрительно.» Я изучал лица Алдира и Вириона. «Я имею ввиду, я понимаю, что Поляна Зверя — это прекрасная территория для их обоснования, особенно если у них есть несколько S класса или SS класса мана зверей под контролем, но это кажется слишком просто. Если никто из них не сможет пройти через эту защиту, то это будет означать, что или же наша сторона намного сильнее, или же они оттягивают время. И глядя на выражение твоего лица, Вирион, я бы сказал, что это второе.»

«Доказательства, выявленные не так давно, подтвердили наши подозрения,» с сочувственным тоном согласился Вирион. «Теперь, Артур. Я не могу винить тебя в том, что я собираюсь тебе сказать.»

«Что это?» спросил я, приподнимая бровь.

Алдир достал что-то из-за стола и протянул это мне.

Это были изображения покинутого корабля. Но по его строению и конструкции я был уверен, что я видел уже нечто подобное раньше.

«Это не Dicatheous, если это то, о чем ты думаешь,» объяснил Алдир. «Увидев это, изобретатель Гидеон наконец то признался в том, откуда он взял гениальную идею о так называемом ‘паровом двигателе’, которым он так гордился.»

Я просмотрел на изображения еще раз, пытаясь убедить себя согласиться с тем, что мой мозг давно уже постиг.

«Это был корабль, построенный Алакриянцами, используя твой дизайн,» сообщил Вирион мрачным голосом.

Прежде чем я имел возможность дать ответ, темная деревянная дверь в зал собраний вдруг распахнулась, и вооруженный солдат спотыкаясь отчаянно вбежал внутрь.

«Командующий, Лорд», торопливо отдал приветствие солдат, все еще пытаясь отдышаться.

«Что случилось?» нетерпеливо спросила Вирион.

«О-Они появились, Командующий. Приближаются к западному побережью.» От страха, голос солдата дрогнул. «Ко-Корабли.»





Глава 138: Исправить Мои Ошибки




Я вскочил с моего места, услышав сообщение солдата. «Где конкретно, ты их видел?»

«Н-Несколько миль южнее Этистин…Сэр,» ответил он, не зная как ко мне обратиться из-за моего возраста.

Я бросился мимо охранника и направился к двери. «Пойдем, Сильви.»

«Подожди! Артур, что ты задумал?» окликнул сзади Вирион, его голос звучал обеспокоенно.

«Я хочу увидеть своими глазами, что я натворил,» ответил я, не поворачиваясь.

Сильви и я, протискиваясь между несколькими удивленными рабочими и охранниками, направились к месту телепортации.

Подойдя к знакомым двойным железным дверям, через которые мы когда-то проходили, мы увидели двух охранников, находящихся по обоим ее сторонам, раньше которых там не было.

«Пожалуйста, откройте двери,» с нетерпением попросил я.

Охранник, одетый в тяжелые доспехи с длинным мечом, прикрепленным к его спине и двумя клинками поменьше, висевших по обоим его бокам, шагнул вперед с суровым выражением лица. «Все входы и выходы должны быть одобрены или Командующим Вирионом, или же Лордом Алдиром. Мы ничего не слышали по поводу твоего отбытия ни от одного из них, парень.»

«Послушай, я только что вернулся в этот замок с Вирионом и Алдиром. Они знают, что я уезжаю, поэтому я настаиваю, чтобы вы позволили мне пройти,» возразил я.

«Командующим Вирион и Лорд Алдир,» снова повторил охранник. «Независимо от того, как бы вы, королевские дети себя высоко не ценили, сначала научитесь уважать своих старших.»

Средних лет женщина маг, одетая в роскошный плащ и с капюшоном, надвинутым поверх ее волос, быстро вмешалась в разговор, в надежде подавить надвигающиеся неприятности. Она говорила ласковым тоном, будто разговаривала с ребенком. «Это очень опасно для вас одному выходить наружу в такое время. Но если вы возьмете с собой охранника—«

Она приостановила вереницу своих слов, запнувшись на последнем из них. Оба охранника упали на колени и в отчаянии схватились за свое горло. Как только я сделал шаг вперед, они начали задыхаться, точно так же как рыба, вынутая из воды, и я смотря на них сверху вниз, невинно улыбался. «Было бы разумней если бы вы не указывали, что мне делать.»

Я остановил давление, которое применил, чтобы выразить свою точку зрения и помог им встать на ноги. «Давайте попробуем все еще раз.»

Оба охранника с трудом шагая, направились в сторону двери и торопливо открыли замок. Тяжелая дверь заскрипела, царапая пол, усыпанный гравием, я тут же бросился через нее и направился к центру комнаты.

«Сэр. Пожалуйста, настройте ворота на Этистин,» попросил я вздыхая. Я чувствовал себя виноватым, что был так жесток к людям, которые всего лишь выполняли свою работу, но мое настроение тоже было не звездным.

Старший охранник обменялся нерешительным взглядом с растрепанного вида стражниками, но все-таки не стал возражать. Как только светящийся портал загудел и зашипел, вид на Этистин появился в ракурсе.

Не говоря ни слова, Сильви и я снова переступили через ворота, чем ближе мы подходили к месту назначения, тем сильнее билось мое сердце.

Прибыв в незнакомую комнату, заполненную охранниками, я спустился с приподнятого помоста, удерживающего ворота телепортации, Сильвия находилась в нескольких шагах позади меня.

«Кто разрешил этому ребенку пройти через охраняемые ворота?» рявкнул лидер с бочкообразной грудью на сгорбившегося начальника охраны. ответил

«Он из Замка, Сэр,» смиренно начальник охраны, с любопытством глядя на меня.

Мне было неприятно, что все думали обо мне как о ребенка, хотя я был уже в подростковом возрасте. Я был выше ростом всех находящихся там охранников, но мои непокорные длинные волосы и юношеский вид, кажется препятствовали всем солдатам принимать меня в серьез.

Не имея терпения объяснить свою ситуацию, я пробрался к выходу, пройдя мимо здоровенного лидера.

«Сынок! Что ты тут делаешь? Ты что не знаешь в каком положении находится город?» Солдат в доспехах, который почти на голову был выше, крепко меня схватил, оттаскивая назад.

«Командующий Вирион послал меня сюда. Сейчас же открывайте двери или же я сделаю это сам,» предупредил я.

Лидер усмехнулся, закатывая глаза. «Ну да, конечно. Командующий Вирион послал сюда какого-то хлюпика смазливого мальчишку. Держу пари, что ты избалованный знатный отпрыск, у которого просто истерика. Лест, Скраум, отведите его обратно к воротам! Мне не нужно больше гражданских, о которых я должен заботиться!»

Тяжело вздыхая я сконцентрировал ману, позволяя ей вырваться из моего тела, точно так же, как я сделал это раньше в замке.

Многие из присутствовавших солдат были аугментерами, поэтому, когда все они беспомощно упали на землю, они точно знали, что произошло. Воздух в комнате застыл, когда солдаты с широко раскрытыми глазами в шоке смотрели друг на друга. Начальник охраны, будучи обычным гражданским лицом, не мог справиться с давлением и потерял сознание.

«Сильв. Пошли отсюда.»

‘Но как же двери—’

Я обвел комнату взглядом, и увидел, что некоторые из более дееспособных магов уже призывали резерв.

«Я сделаю один,» сказал я коротко, не желая привлекать еще больше внимания.

‘Отлично.’

Белое тело моей спутницы, похожее на лису, начало светиться до тех пор, пока она не была полностью окутана пеленой золотистого света. С грохочущим взрывом маны, исходившим из ее тела, форма Сильви превратилась в форму черного дракона. За последние несколько лет, ее форма стала более очерченной и повзрослевшей. Небольшие детали, такие как форма ее рогов и чешуи, которые сейчас были похожи на тысячи отшлифованных драгоценных камней, все это придавало Сильви устрашающий, но в то же время и божественный вид.

Солдаты, которые еще находились в сознании, увидя происходящее, ахнули от удивления, но я не стал терять времени наслаждаясь их стрессом.

Подняв мою руку, я объединил свирепствующую во мне ману, и собрал ее у меня на ладони.

[Вспышка Молнии]

Голубая молния шквальным огнем обстреляла потолок над нашими головами, отчего содрогнулась вся комната. Когда Сильви распахнула свои крылья, я запрыгнул ей на спину, и мы полетели.

Когда мы пролетели через сделанное мною отверстие и начали подниматься в небесную высь, крик и шум, исходивший от мирных жителей и солдат раздававшийся снизу стал слышаться все слабее.

Свежий зимний воздух обжигал мои щеки, когда мы поднимались над облаками, пока мы не увидели, что заходящее солнце перекрасилось в оранжевый цвет на горизонте. Потрясающий вид на Дикатен предстал пред нашим взором во всей красе, простираясь внизу как на холсте. Какое-то время я полюбовался мирной картиной, от заснеженных вершин гор и зеленых долин до сверкающего океана и пышного леса, прежде чем повернуть Сильви на юг.

‘Давай сделаем это до наступления темноты,’ посоветовал я, приклонившись к большой спине Сильвии.

‘Роджер,’ прозвенел ее голос в ответ, он был все еще веселым, несмотря на ее устрашающий вид.

Земля пронеслась мимо нас, как разноцветное размытое пятно, как будто сам фон был вытянут снизу. Я уплотнил слоя маны вокруг себя, чтобы уберечь мои одежды от резкого ветра.

Летя на юг и приближаясь к береговой линии, вид городов становился все более отличительным.

‘Идем на снижение, Сильв,’ передал я, прижимаясь к ней своими плечами.

Моя спутница, сложив свои массивные крылья перешла на резкое снижение в сторону скал прямо над городом Трелмор Сити. Мы покружились среди облаков, которые застилали наш взор, падая вниз как черный метеор. Во время нашего спуска вскоре появилось сверкающее море, и вместе с ним прямой эффект моей необдуманной ошибки.

Я громко выругался на кошмарный вид внизу, мои слова затерялись на ветру. Когда мы приземлились на обширную заснеженную пропасть на краю леса с видом на город Трелмор и океан, я спрыгнул со своей спутницы, еще раз выругался, на этот раз, мой голос эхом раздался вокруг нас, как будто насмехаясь надо мной.

Я мог только молча смотреть на сцену.

Сотни кораблей, приближающихся со светящегося горизонта, не более, чем несколько десятков миль от берега, заставляли войска, расположенные на Полянах Зверей, выглядеть как маленькие пятнышки.

В этот момент мне вспомнился последний совет Вириона. Он сказал, чтобы я не винил себя, но это было единственное, что я мог делать в данную минуту.

Это была моя вторая жизнь, у меня были проницательность и знания, которых не было у людей этого мира. Несмотря на эти знания и мою мудрость, я не думал о последствиях, которые могут возникнуть в результате, казалось бы, безвредного действия, которое принесло бы пользу окружающим.

Воспоминания о том, что я дал Гидеону чертежи для парового двигателя, стали слишком отчетливыми и мучительными. Из-за моей рекомендации, корабль, который мог быть построен, чтобы пересечь океан, оказался в неверных руках. Я не мог не спросить себя, имел ли Клан Вритра какое-нибудь отношение к этой технологии, что ускоряло войну, которую они явно готовили.

«Это выглядит не слишком хорошо,» пробормотала Сильви, когда она смотрела на зловещую картину впереди нее.

Я пристально вглядывался вперед, затерявшись в миллионе мыслей, мелькавших у меня в голове. За последние два года я пролил слезы, пот и кровь для того, чтобы защитить эту землю и людей, проживающих на ней, и остановить Вритру от захвата всего мира. Но это будет уже не так просто.

Вскочив обратно на мою спутницу, я ласково погладил ее по шее.

«Возвращаемся, Сильв. У нас есть война, которую надо выиграть,» процедил я сквозь зубы.

Я не был каким-то праведным героем, чтобы спасти мир. Черт, я даже не мог назвать себя хорошим самаритянином, надеясь сделать все возможное, чтобы сражаться за своих людей.

Нет. Это была моя вина, что эта война дошла до такого состояния. Это была моя ошибка, что этот флот кораблей был почти над нами, и это будет моей виной, если эти корабли придут и разорят эти земли.

Если бы у меня была причина сражаться, то это было бы не просто защитить несколько дорогих мне людей.

Это было бы исправить свои ошибки.

С Точки Зрения Синтии Гудскай:

Я была в комнате или каком-то месте – какое-то пространство, полностью погруженное в темноту с единственным лучиком света, светящего на меня.

«Крайне важно, чтобы вы предоставили нам как можно больше информации,» сказал глубокий голос из тени.

Я чувствовала, как мои губы двигались и мой язык формировал слова, но мой голос застрял у меня в горле. После этого, острый звон пронзил мой мозг.

«Ваши знания могут выиграть нам войну, Директор,» другой голос, на этот раз тонкий и хриплый, прозвучал из ниоткуда. «Подумайте о миллионах жизней, которые вы можете спасти, если согласитесь сотрудничать.»

Я согласилась. Я хотела говорить, но не могла произвести озвученных слов. Я упала на колени, так как звон вскоре стал невыносимым, но голос в темноте продолжал докучать мне.

Они хотели ответы, не взирая на цену. Они были в отчаянии, но я была тоже.

«Это нормально для вас умереть от эффекта проклятия. И только когда мы получим нужные нам ответы, ваша работа будет считаться выполненной,» произнес чей-то мелодичный голос.

‘Я думала, что проклятие было снято Лордом Алдир,’ я хотела протестовать, несмотря на то, что я знала, что моя жизнь всегда была в опасности. Однако, мой голос предал меня, и мучительный звон обрушился на меня. Перед глазами у меня побелело, когда боль начала стихать.

Я подумала про себя, что если смерть чувствовалась как это, то я бы приветствовала ее от всей души. Я закрыла глаза, но мое видение все еще было полностью покрыто белым туманом.

Я начал задаваться вопросом, что будет дальше, когда темная фигура издалека начала приближаться ко мне. Даже когда фигура становилась все ближе и ближе, я не могла различить ее черты. Единственное мое утешение заключалось в том, что очертания фигуры походили на человека.

Когда фигура появилась прямо передо мной, она наклонилась вниз и протянула руку, чтобы помочь мне подняться.

Если честно, независимо на какой стадии смерти я находилась – мне не хотелось подниматься.

Однако любопытство превзошло мое недоверие, и я протянула руку, ожидая, пока он возьмет ее.

Когда наши руки соприкоснулись, завеса тени, окутывающая моего таинственного помощника, исчезла.

Я сжала руку еще сильнее, понимая, что тот, с которым я сомкнула их, был Вирион.

Его рука была теплой. Я хотела подойти и обнять его, но мое тело не слушалось меня. Вместо этого, я осталась лежать на полу, с его рукой поверх моей. Он с нежностью держал ее, как только что вылупившегося цыпленка, как будто мои пальцы сломаются от малейшего давления.

Я хотела взять его вторую руку, но опять же, я не могла пошевельнуться.

«Я никогда не просил у тебя прощения…» начал он, тихо бормоча о том, как он меня не остановил, даже когда он понял, что что-то может случиться со мной. Голос Вириона, обычно такой яркий и уверенный, сломался и дрогнул, когда он заговорил.

Я перевела взгляд с руки Вириона и посмотрела на своего старого друга. Его лицо было расплывчато, и я не могла понять, куда смотрели его глаза, но по какой-то причине я могла отчётливо видеть слезы, стоявшие в них.

Вдруг, Вирион разжал свою руку и его снова окутало тьмой. Пока он уходил, я кричала ему вслед, чтобы он вернулся, но мой голос не был слышен.

Безликая тень, в которую превратился Вирион тут же остановилась и заговорила опять. Было плохо слышно, и я не могла разобрать некоторые слова, но тем не менее они принесли мне покой. Я больше не пыталась кричать ему, чтобы он вернулся, и я смирилась с его уходом.

Когда его фигура исчезла в белой бездне, сцена переместившаяся в мою память, в которой я всегда находила свое утешение, ожила.

Это было сразу после окончания войны между людьми и эльфами. Обе стороны имели огромные потери и договорились о подписании мирного договора.

Вирион, в то время был гораздо моложе, шагал рядом со мной. Сцена была именно такой, как я ее помнила, вплоть до поля увядших тюльпанов, которые находились слева от нас.

Когда мы зашагали по вымощенной дорожке, мое тело начало двигаться само по себе, но я не обращала на это внимания.

«Что ты собираешься делать, когда закончиться война?» спросил Вирион, его взгляд был устремлен вперед.

После окончания войны я планировала спокойно следить за состоянием континента — это был мой долг. Но так как я не могла напрямую сказать об этом королю эльфов, я просто загадочно пожала плечами и надеялась, что мои очарование поможет сменить тему разговора.

«Я знаю тебя много лет. Некоторые из них мы были врагами, и некоторые не были, но во все остальные годы, я все время думал только об одном.» Он показал палец, чтобы подчеркнуть свою точку зрения.

«О?» Вырвалось из меня непроизвольно. «И что же это было? Твоя бессмертная любовь ко мне?»

«Извини, но нет,» он тихо засмеялся. «Ты что забыла, я же женат?»

«Это не остановило еще ни одного из человеческих вельмож,» я пожала плечами, чтобы изобразить невинность.

«Мы, эльфы верны,» ответил он, покачивая своей головой. «Но я отвлекся. Я думал о том, что из тебя получится замечательный наставник и вдохновитель. Черт, я вижу в тебе будущего руководителя престижной академии, ведущей предстоящие поколения к великому будущему.»

«Да уж, это так неожиданно,» ответила я, искренне удивляясь. «Что заставило тебя прийти к такому решению?»

«Много чего,» подмигнул он. «Но, если серьезно, подумай о том, чтобы стать сперва учителем. Я знаю, тебе понравится.»

«Может я просто открою свою собственную академию.» Уголки моих губ приподнялись вверх в насмешке. «Мне нравится город Ксирус Сити.

«Академия для магов на плавучем городе,» подумал он. «Мне это нравится!»

Мое тело остановилось, и я начала смотреть на Вириона, как он продолжал шагать. «Тогда, что ты скажешь на то, чтобы открыть школу вдвоем?»

Оглянувшись через плечо, он едва сдержался, чтобы не рассмеяться. «Да, и мы можем назвать это ‘Школа Магов Гудская и Эрилита’».

Я чувствовала, что мое лицо от смущения залилось краской.

«Нет, но возможно я пошлю туда своих детей или может быть моих внуков, когда они подрастут. Но при условии, если школа окажется достаточно хороша для них,» он подмигнул перед тем как повернуться.

«Я на самом деле открою академию,» обиженно сказала я. «Подождёшь увидишь. Академия Ксируса станет самым величайшим учреждением для магов.»

«Академия Ксируса? В Ксирус Сити?» Вирион склонил свою головуна бок. «Не оригинально…»

«Хорошо, но я не могу назвать ее ‘Школа Магов Гудская и Эрилита’, не так ли?» Возразила я, надувая щеки. «И тебе повезет, если я позволю кому-нибудь из твоих потомков ее посещать.»

«Ой,» усмехнулся он. «Ну, тогда за успех в Академии Ксируса.» Вирион произнес тост и поднял воображаемый стакан в руке вверх.

Видя его шутливое выражение, я ударила его в голень, и он рассмеялся еще больше.

Я отчетливо помнила, что тогда там я желала, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Я также помнила четкое чувство сожаления, что я не встретила этого человека раньше. Возможно, если бы мы встретились раньше, то моя верность к моему континенту и Вритре могли бы не устоять.

«Это я, с травмированной ногой здесь,» Вирион крикнул вперед. «Поторопись.»

Я шагнула вперед, надеясь наверстать упущенное, когда пронзительная боль прорезала отверстие в моей груди. Устланный цветами пейзаж приобрел оттенок красного цвета. Я посмотрела вниз, наконец то я обрела контроль над своим телом, только чтобы увидеть, что черное острие высунулось из меня с моим сердцем на конце.

«Поторопись,» снова позвала Вирион, на этот раз издалека.

Я потянулась к нему и позвала его, но осталась прикованной черным копьем, выступающим из моей груди.

Как будто бы копье отталкивало меня назад и некогда очаровательная сцена, которую я проживала вновь, словно отодвигалась от меня. Когда мой мир постепенно начал исчезать в темноте, удалявшаяся фигура Вириона, была последним, что я увидела, прежде чем железная хватка полностью окутала меня. Чем дальше я тонула, тем больше притягивала меня к себе бездна, и я могу поклясться, что слышала детский голос, просящий у меня прощения.

С Точки Зрения Вириона:

Пронзительный крик заставил меня подскочить. Я не знаю, когда я успел заснуть, но мое тело немедленно поднялось из кресла возле моего стола. Выходя из моего рабочего кабинета, я едва ли успел отвернуться от охранника, бежавшего на услышанный крик.

«К-Командующий Вирион,» приветствовал охранник, останавливаясь на бегу.

«Что происходит?» Я осмотрелся вокруг, глядя как другие охранники все до одного направлялись в одном и том же направлении.

«Я точно не знаю, Командующий. Крик был слышен кажется с этажа ниже.»

«Но там никого не должно быть – Анна!» Я ахнул. Единственная комната, которая была занята ниже этого уровня была комната Синтии, а Анна ухаживала за ней.

Глаза стража расширились, когда он повернулся и направился вниз. Следуя сразу же за ним, я оттолкнул толпу охранников в доспехах. Семья Артура стояла прямо у дверей, но все они пристально смотрели во внутрь. Все смотрели внутрь.

Подняв мой взгляд, мои глаза остановились на сцене всего несколько футов впереди.

«Н-Нет», выкрикнул я, подойдя поближе и не в силах поверить своим глазам.

«К-Как? Кто?» заикаясь произнес я, но Анна была тоже в шоке и только трясла головой.

Моя голова закружилась, когда окружающие меня шум и шепот начали приглушаться. Я сделал шаг вперед, но мои ноги отказали мне, и я оперся о кровать.

Синтия Гудскай спокойно лежала в кровати, ее руки находились подле себя и тонкий лист белой бумаги лежал на ее теле. А из груди торчало черное копье, покрытое кровью. Покрытое кровью.

Едва различимый вой вырвался из моей груди, когда я опустился на колени, крепко сжимая холодную, безжизненную руку моего старого друга.





Глава 139: Предчувствие Войны




“Нико, ты в порядке. Побыстрей!» Прошептал я, оглядываясь через плечо, на случай если кто-то будет проходить мимо, так как видеть двух плотно прижавшихся друг к другу парней прямо перед дверью дома, не было хорошим предзнаменованием.

«Только оставайся на чеку, Грей. Мне кажется я вот-вот ее открою,» прошипел в ответ мой темноволосый спутник, продолжая работать над дверной ручкой.

Я с недоверием посмотрел, как Нико не умело вставил шпильку для волос, которую он украл у девушек постарше, в отверстие для ключа. «Ты уверен, что сможешь ее открыть?»

«Это,» ответил он раздражительно цедя сквозь зубы, «намного тяжелее, чем показывал тот парень из переулка.»

Вдруг, дверная ручка щелкнула и у нас обоих от удивления расширились глаза. «Ты открыл ее!» Громким шепотом воскликнул я.

«Приклоняйся перед моим могуществом!» Торжественно заявил Нико, поднимая вверх разноцветную шпильку, с помощью которой он сумел вскрыть замок.

Я хлопнул его по плечу и поднес палец к губам. Нико засунул шпильку обратно в карман с молнией и кивнул, перед тем как на цыпочках пройти через деревянную дверь.

«А ты уверен, что хозяева сегодня не вернуться?» Для предосторожности я осмотрел хорошо обставленный дом.

«Я проследил за домом на прошлой неделе. Оба, муж и жена, выходят из дома в один и тот же час и не возвращаются обратно в течение часа или больше. У нас достаточно времени прихватить пару вещей и уйти,» ответил Нико, его глаза выискивали что-нибудь ценное, чтобы положить это в нашу сумку.

Издав глубокий вздох, я оправдывался перед собой, что это было необходимо. Воровать у кого-то – как бы богаты они не были – казалось мне неправильным, но мне довелось стать свидетелем одного разговора между директором приюта и государственными чиновниками. Мне удалось расслышать все несколько комментариев, но было похоже, что наш сиротский приют находился в опасности, потому что у нас не было достаточно денег.

«Этого должно хватить,» кивнул Нико, когда мы посмотрели на содержимое нашего рюкзака, который мы принесли с собой.

«И теперь как мы собираемся обменять это на деньги?» спросил я. «Мы не можем дать Мисс Голдри все эти драгоценности.»

«Я подумал об этом раньше,» с ухмылкой ответил я на его вопрос. «Есть один тип, который заплатит наличными за все, что посчитает интересным.»

«И этот ‘тип’ согласится покупать от двенадцатилетних пацанов?»

«Он не задает вопросов, я не задаю вопросы. Проще простого,» Нико пожал плечами, когда мы направились к выходу.

Возвращаясь обратно в другой конец города, мы смешались в толпе идущих людей, шагающих по тротуарам. Прижимая наши головы вниз и шагая быстрым шагом, мы свернули влево в переулок. Пробираясь через кучи мусора и старых ящиков, бог знает чем набитыми, мы остановились перед выцветшей красной дверью, за которой находилась еще одна металлическая дверь для безопасности.

«Это здесь,» заговорил Нико и потянулся за сумкой. Снимая ее со своих плеч, я передал сумку ему, пока мой друг постучал в дверь четыре раза в незнакомом мне ритме.

Приглаживая свои волосы назад и выпячивая грудь вперед, он откашлялся пару раз и прищурил свои глаза, чтобы придать себе более устрашающий вид – до такой степени устрашающий, как костлявый десятилетний мальчишка только может быть.

Через несколько секунд с другой стороны красной двери вышел худощавый старик в изношенном костюме. Он пристально посмотрел на нас из-за металлической двери, а потом стал смотреть оценивающим взглядом.

«Ага, этот настойчивый паренек. Я смотрю ты привел с собой товарища,» сказал он, не желая открывать двери.

Нико еще раз прочистил свое горло. «Я принес пару вещей, которые могут представлять для вас интерес.»

Мой друг говорил тоном ниже обычного, но к моему удивлению, это не звучало фальшиво. Он открыл сумку и показал долговязому с прищуренными глазами старику несколько ценностей, которые мы украли.

Поднимая одну бровь вверх, старик отпер замок на дверях, приоткрыл ее, послышался пронзительный скрип. Он осмотрелся вокруг нас, и наклонился чтобы изучить содержимое сумки. «Не плохая коллекция. Вы украли это у своей матери, скорей всего?»

«Никаких вопросов, не забыли? Напомнил Нико, затягивая застежку, чтобы закрыть сумку. «А теперь можем ли мы войти и обсудить цены?»

Худой старик еще раз подозрительным взглядом осмотрелся по сторонам и наконец-то нас впустил во внутрь. «Закройте за собой дверь.»

Когда мы вошли в магазин подарков, нас встретил густой слой табачного дыма. С другого конца комнаты, двое мужчин выдували клубы дыма, каждый с сигаретой в руках. Хотя густой дым скрывал большую часть их лиц, я все-таки смог различить их общие черты. Одни из них был плотный – его мышцы отчетливо выделялись из-под его майки. Другой мужчина был более тучный, но с полными и крепкими руками и ногам, которые показывали, что он не был ничуть слабее своего напарника.

«Входите, дети. Давайте завершим наш бизнес,» сказал худой старик и почесал свою небритую щеку.

Нико и я обменялись взглядами, но только он пошел к стойке, когда как я остался и стал рассматривать полки, заставленные книгами и разыми приборами.

Через несколько минут мой взгляд упал на тонкую, потрепанную книгу. Из нескольких слов, которые я сумел прочитать на задней обложке, кажется это были старое руководство по ки. Осторожно беря ее с полки, первое что бросилось мне в глаза было то, что половина лицевой обложки была оторвана.

Мой первый порыв был положить книгу обратно; да и в приюте имелись книги по развитию ядра для использования ки в гораздо лучшем состоянии. Но казалось мои пальцы, не слушаясь меня сами начали перелистывать страницы. Внутри находились изображения и диаграммы человека в разных позах со стрелкий и другими линиями вокруг фигуры. Я хотел взять ее с собой и мне не терпелось спросить о цене, но я сдержал свое желание. Эта книга был люксом, с тех самых пор, когда нам были нужны деньги, чтобы спасти наш дом.

Когда я продолжал свою попытку распознать неясные инструкции, я начал терять свой интерес и мои глаза стали все чаше посматривать в сторону двух мужчин, игравших в карты за столом. Оба они поглядывали на Нико и хозяина магазина, пока те договаривались. Я погрузился в старую книгу, подглядывая за ними из-за страниц. Я не был уверен, что они собирались делать, но мне не хотелось оставаться здесь до тех пор, пока мне станет об этом известно.

К счастью, Нико закончил свои дела и подошел ко мне, сверкнув мне улыбкой и принимая стоическое выражение лица опять.

«Приглядел что-нибудь интересное?» спросил он, рассматривая книгу, которую я держал в руках.

«Да так, ничего,» ответил я, быстро возвращая тонкую без обложки книгу обратно на полку.

«Ты можешь взять ее, если хочешь,» сказал худощавый хозяин магазина позади меня, прислонившись локтем к передней стойке. «Никто не знает, как ее читать, и она только пылится здесь на полке.»

«В самом деле?» Спросил я, недоверие было написано на моем лице.

На его лице появилось что-то вроде улыбки, обнажая его неестественно белые зубы и он кивнул.

Не говоря больше ни слова, я быстро засунул книгу в сумку и пробормотал слова благодарности. Как только я и Нико вышли из магазина через заднюю дверь, мой друг расстегнул змейку своей куртки и показал мне пачку помятых купюр.

«Видишь, я же говорил тебе, что у нас все получится,» засиял он.

«Да, кажется так и вышло,» ответил я, все еще скептически относясь ко всему делу в целом. Мне было очень жалко пару, проживающую в том доме, но я пытался утешить себя фактом, что мы не взяли слишком много из их драгоценностей. Нико пояснил, что если взять всего лишь несколько драгоценностей, то это может показаться подозрительным, но они не станут спешить вызывать полицию, чтобы найти потенциальных грабителей.

К тому же учитывая, что проживающая там пара была уже давно пенсионного возраста, то полицейские могли просто подумать, что они забыли о них или переставили эти предметы куда-то в другое место сами. Я с облегчением вздохнул, когда мы начали возвращаться обратно в наш приют. Чем дальше мы удалялись от места преступления, тем лучше я себя чувствовал.

«Зачем я вообще сюда пришел, Нико?» спросил я, обходя людей, пока мы шли по улице. «Кажется ты со всеми делами справился сам.»

«Эй, но ты же получил книгу бесплатно, не так ли?» Нико похлопал меня по плечу. «К тому же это было весело –«

«Нас преследуют,» прошептал я, перебивая его на полуслове и продолжал смотреть вперед. Я ощущал на себе пронзительный взгляд практически все время, как только мы вышли из магазина, но так как мы шли только прямо, я не хотел делать предположений. Но, мне удалось рассмотреть одного из наших преследователей, и я его сразу же узнал, это был один из курильщиков в магазине.

«Сюда,» тихим голосом сказал Нико.

Когда мы достигли окраины города, мы свернули в переулок по правой стороне улицы, и забравшись на мусорный бак, перебрались на другую сторону забора.

Я ловко приземлился на ноги, когда как Нико держась за забор, чтобы не потерять равновесие, спрыгнул вниз. Быстро, мы побежали вдоль старой аллеи, в которой перемешались запахи крысиных испражнений и гнилых яиц. Спрятавшись за одну из больших куч мусора, мы начали ждать.

Вскоре, послышались две пары шагов, они становились все отчетливее с приближением.

«Маленькие крысеныши облегчили нам работу,» хихикнул хриплый голос.

«Подходящее место для их захоронения,» ответил резкий голос.

«Это же те двое из магазина!» послал проклятие Нико и снова быстро спрятался позади мусора.

«Я так и знал,» щелкнув языком, я стал подыскивать что-нибудь пригодное для самообороны.

«Скорей всего они здесь для того чтобы забрать деньги хозяина магазина обратно для него или же украсть их для самих себя,» сделал выводы Нико и крепко сжал деньги в своей куртке.

Вдруг, с другой стороны кучи мусора за которой мы прятались, появилась темная фигура, накрывшая нас огромной тенью.

«Сюрприз!» со зловещей усмешкой воскликнул бандит с выпяченной грудью.

«Беги!» закричал я Нико, подталкивая его вперед.

Не успев отреагировать, он начал быстро пробираться между узкими улочками, затемненными высокими зданиями вокруг нас.

Как только мускулистый тип замахнулся своей мясистой рукой, я отступил за пределы досягаемости. Резкий воздух от его удара пощекотал мой нос, и я тут же нагнулся вниз и замахнулся переломанной доской, которую я приметил на земле, прямо по его ребрам.

Коренастый бандит согнулся, больше от удивления чем от боли. Я использовал этот момент, чтобы догнать Ника, за которым гонялся компаньон коренастого бандита. Но прежде чем я успел добежать, бандит одним ударом приложил Нико к земле, не давая ему возможности дышать.

Пока Нико пытался вобрать в себя воздух, болван с телом похожее на тыкву, занес свою правую ногу над телом моего друга.

«Эй, посмотри сюда, свинья!» зарычал я, надеясь, что провокация заставит его обернуться.

«Что ты сказал?» прорычал бандит, и повернулся в мою сторону.

Я побежал не останавливаясь, а крепкий бандюга бежал прямо следом за мной. Мой мозг судорожно обдумывал все возможные варианты, чтобы выбраться из этой ситуации, несмотря на то, что она казалась такой безысходной.

Мои глаза рыскали вокруг, пока не наткнулись на один гвоздь, торчавший из кирпичной стены недалеко, приблизительно на расстоянии трех метров от земли.

Грязно выругавшись ещё раз себе под нос, я сделал обманное движение вправо, как раз в тот момент, когда мускулистый бандит готов был схватить меня. Сделав шаг в сторону, даже не оборачиваясь назад, я подпрыгнул в надежде дотянуться до гвоздя.

Когда мое тело взлетело, по какой-то причине, все вокруг меня вдруг затихло. Мир вокруг меня замедлил свое движение, и я отчетливо слышал неспокойное биение моего сердца, словно все другие звуки были отключены.

В середине моего полета я понял, что до гвоздя мне не дотянуться, но к моему удивлению я был спокоен. Мое периферийное видение пришло в фокус, так как будто я смотрел на все окружающее меня сразу. Используя глубокий выем в стене, я ступил туда, чтобы оттолкнутся и дотянуться до ржавого гвоздя.

Когда я вытащил гвоздь, я оттолкнулся от стены своими ногами, чтобы ускориться к здоровенному бандиту. Я мог медленно видеть, как выражение лица бандита поменялось от удивления к мрачной концентрации. Я отчетливо видел, что он был готов заблокировать мою атаку своей правой рукой, вычислив это только по подергиванию его правого плеча.

Я оперся своей свободной правой рукой о его правую руку, когда он согнул ее в форме дуги и направил в мою сторону. В этот самый момент, я впихнул гвоздь, который я держал в руке прямо в его глаз – даже почувствовал, как острие вошло внутрь.

После дикого воя приземистого бандита, мир вернулся в прежнее состояние. Я неловко упал на груду старых ящиков, в то время как мой оппонент неистово хватался за свое лицо, не осмеливаясь прикоснуться к тому месту, где находился гвоздь в его левом глазу.

«Пошли,» поторопил я, поднимая на ноги Нико с широко раскрытыми глазами. Я посмотрел назад еще раз и заметил, что мускулистый бандит пытался помочь своему сотоварищу с травмой, но безрезультатно.

Бездыханные и потея каждой порой на своем теле, мы свалились позади местного магазина удобств, находившегося за чертой города.

Когда мы, опершись о стену, слишком уставшие, чтобы побеспокоиться о том, сколько пьяниц и бездомных мочилось и рвало под ней. Нико сорвал с себя куртку и поднял свою рубашку вверх, чтобы охладить свое тело.

«Вот почему ты пришел со мной,» он отрывисто дышал, шлепнув меня по бедру.

«О боже мой, если бы ты только мог видеть каков ты был, Грей! Твое тело просто летало тут и там, точно так же, как те короли, сражавшиеся на дуэли!»

Я покачал головой, все еще пытаясь отдышаться. «Я не знаю, что я делал. Все движения как-то замедлились.»

«Я знал, что ты обладаешь этим!» с отдышкой воскликнул мой друг. «Помнишь, когда Павия уронила все эти блюда рядом с тобой?»

«Да-а. Я поймал их, и что?»

«Ты поймал три блюда и две пиалы, Грей!» воскликнул Нико.

«И ты даже не обращал на нее внимания, когда она уронила их.»

«Я имею ввиду, поймать что-то это одно, но это не имеет никакого отношения к сражению,» я продолжал спорить, опираясь все больше о стену.

«Ты скоро сам все поймешь,» ответил он, слишком уставший, чтобы продолжать дискуссию. «А сейчас, давай пошли. Я не хочу схлопотать наряд, за то, что вернулся в приют после захода солнца!»

«Давай пошли,» согласился я, и я побежал трусцой рядом с ним.

Мы прибыли в старый, двухэтажный дом, который служил детским приютом как раз перед самым обедом – у нас было достаточно времени, чтобы вымыться, чтобы не вызывать подозрение. Нико медленно открыл заднюю дверь, морщась, когда старые петли начали скрипеть. Не включая света, мы на цыпочках прошли до половины коридора, и как только мы были готовы войти в свои комнаты, как из гостиной послышался четкий голос директора приюта.

«Грей, Нико. Не могли бы вы зайти на минуту?» тихим, но довольно суровым голосом позвала директор приюта.

Мы с Ником обменялись взглядами, страх отчетливо просматривался в наших глазах. Нико быстро забросил куртку и сумку в комнату, а потом закрыл дверь.

«Ты думаешь, она уже узнала?» прошептал я.

«Вообще-то я думаю, что это невозможно, но это же директорша, ты знаешь,» ответил Нико, от его недавней уверенности не осталось и следа.

Мы зашли в ярко освещенную гостиную, наша одежда, волосы и лица все было в грязи.

На диване в безупречной позе сидела наш директор приюта, пожилая женщина, которую все ребята назвали Волшебницей. Возле нее сидела девочка, примерно нашего возраста с запыленными каштановыми волосами, спадавшие ей на плечи и кремовым цветом лица. Она была одета в роскошное красное платье, которое мы не смогли бы купить за те деньги, которые мы только что приобрели.

Директорша встретила нас с поднятой бровью, но не стала спрашивать про наш растрепанный вид. Нежно взяв незнакомую нам девочку за руку, они обе начали приближаться в нашу сторону.

Когда они подошли, я не смог удержаться и съежился от холодных бесчувственных глаз девочки, когда она в упор посмотрела на меня.

«Грей. Нико.» Директорша легонько подтолкнула девочку с каштановыми волосами.

«Я хочу познакомить вас с Сесилией. Вы трое все одного возраста, поэтому я надеюсь, что вы сможете показать ей окрестности и станете друзьями.»

С Точки Зрения Артура Лейвин:

Мои глаза открылись как будто я только что моргнул, но чувствовалось, что я проспал несколько дней. Присев на край кровати, я ощутил, как вереница чувств тяжелым бременем упали на мои плечи.

‘Почему эти воспоминания снова вернулись ко мне после столь долгого времени?’ Подумал я. Внутри у меня все переворачивалось от чувства вины перед Нико и Сесилией.

«У тебя все в порядке?» Спросила Сильви, свернувшись калачиком возле моих ног.

«Да-а, все в порядке,» солгал я, поглаживая себя по своим растрепанным длинным волосам, которые свисали до подбородка.

Сон был настолько отчетливый и ясный, что я чувствовал, как будто бы я снова очутился на Земле в своей прежней жизни.

Я продолжал оставаться в оцепенении, неспособным встать с постели, когда кто-то постучал в дверь моей комнаты.

«Войдите,» произнес я, думая, что это были или мои родители, или же моя сестра. Однако, молодой человек лет двадцати, одетый во все черное под тонкими кожаными доспехами, которые использовали скауты, вошел в мою комнату. Он учтиво поклонился, прежде чем передать мне сообщение.

«Генерал Лейвин, место встречи с посланником Алакрии было назначено. Командующий Вирион попросил меня проинформировать вас, чтобы вы приготовились к встрече с посланником, им самим и Лордом Алдиром.»

«Понял. Я буду готов через десять минут,» ответил я, вставая с постели.

«Хотите я пошлю служанку, чтобы помочь вам собраться?» Спросил он.

Я покачал головой. «Не надо.»

«Очень хорошо.» Молодой человек ещё раз поклонился и скрылся, закрыв за собой дверь.

Я быстро умылся и собрал свои волосы в пучок, оставив небольшую челку, покрывавшую мой лоб. С моими аккуратно причесанными волосами и одетым в белую тунику, отделанную золотом и темного цвета плащом поверх нее, я выглядел как лихой благородный. Я все еще не мог привыкнуть к узким штанам, используемые в этом мире, но должен признать, что они обеспечивали отличную маневренность и свободу действий во время сражения.

«Слишком аккуратная внешность для того, кто собрался на войну,» подметил Вирион, когда я подошел к нему и Алдиру с Сильви позади меня. В то время как гардероб Алдира буквально светился от золота и драгоценных камней, Вирион предпочитал простые черные одежды, и он все еще был в трауре из-за убийства Директора Синтии.

«Спасибо,» я подмигнул, расправляя свои рукава.

С того самого дня прошло всего несколько дней, но Вирион казалось за это время постарел не целый век.

По почерку черное копье, пронзившее грудь Синтии, было покушением, говорившее о том, что оно было совершено тем, кто обладал полномочиями Клана Витра. Было маловероятно, что какой-то конкретный член клана совершил нападение, поскольку это поставило бы под угрозу договора о неприкосновенности асура во время войны, но это не означало, что какой-нибудь из отпрысков клана не смог бы решиться на такую дерзость.

Единственный вопрос, который не давал мне и Вириону покоя, был вопрос о том, как это было сделано. По словам охранников и медсестры, заботившейся о ней, никто не видел, чтобы кто-то вошел на этаж или вышел, и дверь, которая была заперта на ключ, не имела следов насильного вскрытия. Все, кроме факта, что Витра каким-то образом имела к этому отношение, было покрыта мраком.

«В течении суток корабли достигнут наших берегов, Артур. Ты готов к встрече с этим посланником?» Спросил Вирион.

«Готов ли ты?» Спросил я его, с искренним беспокойством. «Ты не собираешься убить посланника, не так ли?»

Едва заметно улыбаясь, дед Тессии покачал своей головой.

Алдир сделал шаг вперед перед сияющими воротами телепортации.

«Отлично, тогда отправляемся..»





Глава 140: Ультиматум




Отрывки воспоминаний, которые, как мне казалось я уже позабыл, мелькали у меня в голове каждый миг, преследуя меня средь бела дня, пока мы готовились к отправлению в указанное место, где должны были встретиться с посланником.

‘У тебя все в порядке, Артур?’ встревоженность Сильви достигая моего разума.

‘Я в порядке, Сильв. Кроме того, что ты можешь называть меня сейчас по имени,’ ответил я ей, почесывая ее за ушами.

‘Дедушка сказал, что очень важно, чтобы я несла в себе достоинство дракона.’ Моя маленькая спутница держала свою мордочку носом вверх, неторопливо вышагивая рядом со мной, когда мы вышли из ворот телепортации, которые Алдир создал при помощи магии.

Мы только что прибыли в маленький рыбацкий городок под названием Слор, расположенный примерно десять мил на юг от Этистин.

‘Ну, я не могу сказать, что ты не выглядела очаровательно раньше, когда ты называла меня «Папа»,’ ухмыльнулся я.

‘Не переживай. Ты все равно остался для меня отцом!’ утешила она меня, потираясь своим боком о мою ногу.

«Я все еще не думаю, что это разумно, проводить эту встречу без какой-либо подстраховки.» Осторожно произнес Вирион.

Мы были на небольшой поляне на подъеме над городом Слор. Иногда влажный бриз приносил с собой сильный запах моря, делая меня липким, несмотря на холодный воздух.

«Если у этого посланника хватит наглости действовать против нас, то я буду иметь полное право вмешаться,» заверил Алдир, едва заметная ухмылка появилась на его вялом выражении, когда как его единственный открытый глаз был устремлен прямо перед собой.

То каким образом сторона Витра спланировала все – разведение полу-кровных асуров, создание мутантов из мана зверей с нашего континента, и сейчас корабли – я даже не могу себе представить, как долго Агрона все это планировала. И я не могу отделаться от предчувствия, что эта война для него не больше чем игра, чем какое-то страстное посягательство.»

«Если Агрона был так легко предсказуем, он никогда бы не смог зайти так далеко,» неохотно произнес Алдир. «Поскольку он такой же как все остальные асура, проживающие в его мире, и не может принимать участие в войне напрямую, но он пытается обойти это препятствие, становясь могущественной рукой, передвигающая шахматные фигуры – по крайней мере на свой стороне.

«И кто же в таком случае могущественная рука, передвигающая фигуры на нашей стороне?» Спросил Вирион с приподнятой бровью.

«Вы тот, кто ведет эту войну, разве не так?» напомнил Алдир.

Вирион скептически пожал плечами. «Это то, что я говорю себе по ночам.»

«Ну хорошо,» перебил я. «Место встречи тут?»

«Конечно же нет,» выдохнул Вирион, собирая свои длинные белые волосы назад.

Место, в котором мы находимся сейчас является самой дальней точкой, в которую я могу вас телепортировать с собой, прежде чем мы отправимся к нашему настоящему месту встречи», пояснил Алдир. «А оно находится посреди океана».

«Показывай дорогу,» жестом указал я.

Ноги Алдира медленно оторвались от земли, в то время как какая-то мягкая аура окутала его и Вириона. Губы Вириона были плотно сжаты и все мышцы напряжены, как у кота, поднятого вверх за его загривок.

Как только они оба взлетели ввысь и скрылись за облаками, Сильви внезапно подбежала к краю обрыва.

‘Прыгай!’ прощебетала Сильви, спрыгивая с края обрыва.

Не раздумывая, я последовал за своей спутницей. Когда я прыгнул вверх с обрыва, я не забыл полюбоваться видом с птичьего полета, на беспокойный город, лежавший прямо подо мной.

Как только мое тело начала спускаться, внизу показалась массивная фигура Сильви, подбирая меня в воздухе при помощи своих мощных крыльев.

Я потрепал основание длинной черной шеи, когда мы быстро полетели среди облаков.

‘Сильви, ты поправилась?’ Пошутил я, заметив две едва заметные фигурки Алдира и Вириона впереди нас.

‘Эта шутка устарела, да будет тебе известно,’ проворчала Сильви.

‘Но не для меня.’ Я издал освежающий выкрик, который был унесен суровым порывистым ветром, обдувавшего нас, пока мы ускорялись еще больше.

Сильви выдерживала расстояние позади Алдира, пока мы летели среди облаков. Так высоко над облаками, единственный звук, который был различим, был резкий свистящий воздух, придававший нашему путешествию мир и покой, несмотря на его цель.

Пока я с изумлением смотрел на сине-белую сцену вокруг нас, одно воспоминание привело меня обратно к Эфотосу, после того как я только закончил тренироваться. Бесцеремонный король асуров хотел увидеться со мной, перед тем, как я уеду обратно в Дикатен. Это было тогда, когда состоялась моя вторая встреча с Лордом Индрат, а также момент, когда я понял кем была Мира.

Почтенная асура, исцелившая меня и научившая читать заклинания используя Королевство Сердец сидела рядом с каменным выражением на лице Лордом Индрат, с забавной усмешкой на ее теперь-юном лице.

Пока я безмолвно стоял с открытым ртом, Лорд Индрат позвал меня просто: «Я уверен, что ты помнишь мою жену Миру.»

Не стоит упоминать, что митинг прошел не так как я думал, он пройдет. Хотя бы потому, что Лорд Индрат на этот раз был менее критичным по сравнению с тем, когда мы встретились в первый раз; он даже признал, что я продвинулся, правда совсем немного, но добавил, что если бы я не научился без помощи Миры, то я стал бы пустой тратой времени.

Перед отъездом, Лорд Индрат оставил мне один совет. Что было странно, так это то, что он активировал свой навык эфира, заморозив время для каждого присутствующего – даже время свой жены – кроме нас двоих. Когда я в недоумении уставился на короля асуров, в то время как Мира, Сильви и охранники оставались неподвижными, он оставил мне загадочное сообщение:

‘Умнейший поступок – закрыть свое сердце для принцессы эльфов.’

Это было все, что он сказал мне перед тем, как деактивировать свои силы и дать указ охранникам, чтобы они провели меня и Сильви обратно в Виндсом, где нас дожидался Врэн.

‘Мы почти на месте,’ сообщила Сильви, возвращая меня обратно к реальности.

Алдир и Вирион остановились над облаками, поджидая, пока мы подтянемся.

«У меня нет никаких сомнений в том, что я не должен тебе об этом говорить, но все-таки я скажу. Никто не знает, как много знает Витра, поэтому было бы разумней скрыть вашу настоящую силу во время митинга.» Голос Алдира раздражающе звучал в моих ушах, так словно он шептал это, стоя рядом со мной.

«Как насчет Сильви?» Прокричал я, неуверенный в том, что Алдир сможет расслышать меня.

«Леди Сильви должна снова вернуться свою миниатюрную форму,» ответил Алдир. «Вниз повезу тебя я, Артур.»

«Пока я буду вести себя тихо, но я не собираюсь оставаться в укрытии во время войны. Если я хочу защитить тебя, то это будет с тобой на моей спине,’ заявила Сильви и превратилась обратно в форму белой лисицы.

Немного погодя после моего свободного полета, Алдир нырнул вниз под Сильви и меня, окутывая на той же аурой, что и Вириона.

Когда мы спустились под слой облаков внизу, резко падая через белое покрывало, влага в воздухе увлажнила наши одежды, пока мы не заметили мерцающий океан, нежно колеблющийся во все стороны.

Несмотря на феноменальный вид никогда-не-кончающейся воды, мой взор моментально был притянут к темным точкам посреди океана справа от меня. Несколько десятков миль на север, я увидел флот кораблей Алакрии, направляющийся в сторону берегов возле Этистин Сити, столицы Сапин.

‘Посмотри вниз,’ обратила внимание Сильви. На поверхности океана плавала черная как смоль платформа размером с дом.

Когда мы спустились на несколько десятков метров над Вирион и Алдиром, я смог различить две маленькие фигуры, сливавшиеся с платформой, на которой они стояли.

Вдруг дрожь пробежала по моему телу. Все волоски на моем теле поднялись дыбом, и мое сердце забилось быстрее, чем ближе мы приближались к платформе.

«Они там,» сказал я громким голосом, не обращаясь ни к кому конкретно. «Но я не думаю, что они обычные посланники.»

Совершив мягкую посадку на платформу, трое из нас, с Сильви позади меня, прошли к центру платформы, мои скулы сжимались от негодования при виде так называемых посланников.

По знакомой мне бледно серому цвету кожи и необычными красными глазами, я знал, что они принадлежали к Клану Вритра.

«Добро пожаловать в нашу скромную обитель,» из двух встречающих нас, один, который был повыше насмешливо произнес и широко развел в стороны свои тощие руки.

Вирион прищурил свои глаза. «Мы предполагали, что у нас состоится встреча с посланником. Но как мне кажется эта позиция, ниже вас.»

«Я очень польщен, но на данный момент мы являемся просто посланниками!» ответил он с преувеличенной улыбкой, в то время как его напарник хранил молчание.

Изучая обоих Вритра по отдельности, несмотря на их родословную и кровь, они не могли быть более разными. Тот, который стоял слева от меня был немного выше, чем я, с прямой осанкой, как будто проглотил кол. У Вритры были глубоко посаженные глаза под тяжелыми веками, придавая его строгому лицу загадочный и очаровательный вид. У него были аккуратно подстриженные пепельно-черные волосы и облегающие доспехи, под роскошным пурпурным плащом. Вритра выглядел как мечта любой женщины, если бы только не пара рог, выступающих прямо над ушами.

Второй Вритра, тот который разговаривал, был около двух метров роста, возвышаясь над всеми, несмотря на его сгорбленную осанку. Его длинные, тонкие руки болтались по бокам, как будто бы они выскочили из своих розеток. Этот Вритра был без доспехов; вместо этого, его тело было плотно обмотано темными бинтами, и на нем была потрепанная черная мантия, которая свисала с его плеч. Растрепанная челка выглядывала из-под его поношенного капюшона, подчеркивая его странную внешность.

Это была моя первая встреча с Вритра лицом к лицу, поэтому я был удивлен увидеть, насколько меньше были рога у Вритры с пурпурным плащом по сравнению с Вритрой, который атаковал Сильви в пещере во времена моего детства. Однако, сам факт, что я не мог ощутить уровень, на котором были эти два посланника означало, что-либо они намеренно скрывают свои ауры или же они были намного сильнее, чем я.

«Меня зовут Сильрит и это – Уто. Это большая честь познакомиться с вами, Алдир. Мы – помощники, многое слышали о знаменитых асурах в Эфотосе.» Как будто я и Вирион не существовали вообще, взгляд Сильрита был прикован к Алдиру, но даже это было не из уважения. «Я верю, что вы выполните условия соглашения и сохраните не вмешательство в боевые действия.»

Я не мог не удивиться тому, как он неумышленно упомянул, что он был помощником. Это означало, что он был одним из ведущих фигур в этой войне, и которому практически разрешалось сражаться – прямо под Четырьмя Косами.

«Предполагая, что ваша сторона будет делать то же самое? Тогда да,» ответил Алдир, его взгляд был не менее пронзительным, чем у Сильрита.

«Это позор. Я хотел попытаться сразиться с асурой, но наверное, мне придется согласиться на то, чтобы убить несколько тысяч из вас,» Вритра по имени Уто плюнул и остановил свой взгляд прямо на мне.

Долговязый Вритра сделал шаг ко мне, вытягивая свою шею с ухмылкой сказал. «Я вполне понимаю почему М-р Один-Глаз и Гремпа Эльф находятся здесь, но я не ожидал что мальчик чудо, Артур Лейвин, тоже украсит нас своим присутствием.

Я не был уверен в том, каким образом Вритра узнали обо мне, но я старался сохранять спокойствие. «То же самое я могу сказать о вас. За что нам выпала такая честь видеть лица таких помощников, как вы?»

«Как уже сказал Сильрит, мы просто не хотели, чтобы невинный посланник был схвачен и подвержен пыткам из-за информации. Потому что это то, что мы делаем.» Косые красные глаза Уто всматривались в меня, пытаясь отыскать признаки страха или гнева.

Вместо этого я отреагировал на его провокацию с ухмылкой. «Не могу дождаться того часа, когда я встречу вас на поле боя.»

Он ответил убийственным взглядом, его губы расплылись в злобной усмешке. «Зачем ждать? Больше всего мне нравиться резать детей.»

«Уто! Хватит,» выговорил Сильрит.

«Что?» Уто невинно пожал плечами. «В любом случае м-р Один-Глаз не сможет нам ничего сделать.»

«Я тоже не хочу пачкать свои руки о такую мразь, как вы,» равнодушно ответил Алдир, не спуская глаз с долговязого Вритры. «Сейчас. Поскольку мы пришли сюда не для того чтобы заниматься перебранкой, выкладывайте свое сообщение и исчезните с моих глаз.»

По подёргивающейся брови Уто, я мог сказать, что попытка спровоцировать Алдира потерпела неудачу. Но, прежде чем долговязый Вритра имел возможность ответить, Сильрит, протянув свою руку, остановил его.

«Сообщение, которое Его Величество поручил мне доставить лидерам Дикатена очень просто: Сдайте нам правящую семью и милость будет пожалована тем, кто ее заслужит. Продолжите сопротивление, и наша армия уничтожит всех и каждого без исключений,» процитировал Сильрит, его взгляд был устремлен только на Алдира.

«И вы называете это условиями?» Взорвался Вирион. «Это же просто ультиматум?»

На лице Уто появилась дерзкая усмешка, когда он опустил свою голову ниже на уровень глаз с Вирионом. «Скажи спасибо, что у вас все еще есть выбор. Не волнуйся. Если вы выберете первое предложение, я обещаю, что буду предельно внимательным, когда буду отрезать тебе голову.»

Сильрит сердито смотрел на своего компаньона. «Нас прислали сюда не для того, чтобы устраивать драку, Уто.»

«Я не имел таких намерений, просто дружеское предупреждение о надвигающемся сражении,» ответил долговязый Вритра, но потом повернулся к Вириону с извращенной усмешкой. «Надеюсь встретить вас и вашу внучку, Король Эльф. Я приложу все усилия для того, чтобы повеселиться, в то время как вы будете беспомощно наблюдать.»

Голова Уто моментально откинулась назад от удара, поднимая его в воздух и сдувая с него капюшон, покрывавший его голову.

«Это было щекотно,» проворчал долговязый Вритра, похрустывая своей шеей. Нос Уто выпячивался под странным углом, но мои глаза были прикованы к его рогам.

Это был не размер или форма рогов, что удивило меня.

Нет, это был знакомый чип на его левом роге. Чип, который Ланс, Алеа изготовила из своего умирающего дыхания.





Глава 141: Что Война Значит Для Каждого Из Нас




Преследующие образы окровавленного трупа Алеи, зверски оторванными конечностями и разорванными внутренностями, заполонили мой разум, когда я смотрел на чип на левом ухе Уто.

Любая форма сдерживания, которая предотвращала меня от убийства Вритра исчезла, и я направился в сторону Уто.

«Это был ты?»– спросил я, мой голос был пропитан злостью, когда я подошел к нему.

Обеспокоенность Сильви просочилась в мою голову, но все было бесполезно.

С каждым шагом, которым я делал, мой самоконтроль, позволяющий мне оставаться нейтральным во время митинга, улетучился. Мана вырвалась из моего тела, как буря, приведя Вритра в шоковое состояние и прерывая гнев Вириона.

«Это был ты, кто убил Алеа?» Продолжил я, делая еще один шаг вперед.

«Что это было, щенок?» Огрызнулся Уто, прищурились от нетерпения.

«Ланцет в подземелье, которым отрезали все ее конечности, прежде чем она умерла,» объяснил я ледяным голосом. «Был ли это ты?»

«Ахх,» произнес Вритра, его губы искривились в усмешке.

Только по тону его голоса я уже знал ответ. Издевки над Вирионом и использование его внучки для разжигания страстей, было одно, но факт того, что он был ответственным за ужасные пытки и смерть Алеа, теперь придали серьезность его угрозам.

Он должен умереть.

«Этот симпатичный маленький эльф? Что с того, если это был я, сорванец?» Самодовольно улыбнулся Уто.

Я открыл свой рот, чтобы дать ответ, но Алдир, не дал мне возможности действовать спонтанно, появляясь передо мной с суровым взглядом. «Это то, что он хочет, чтобы ты сделал. Не позволяй ему спровоцировать себя.»

Я сделал глубокий выдох. Ну конечно же я знал, что Уто намеренно провоцировал нас – каждый у кого хоть немного было мозгов, понимал это. Что касается того, было ли это продуманно заранее или из-за того, что он был таким импульсивным, но у меня было ощущение, что это было все сразу.

Проглотив горький привкус во рту, я проигнорировал Уто. Повернувшись к Сильриту, я спросил: «Есть ли еще что-нибудь, что мы должны обсудить? Или же эта предсказуемая угроза было все, что вы хотели сказать?»

«Вам дано два дня на размышление,» черство ответил Сильрит. «Если королевская семья Дикатена не будет передана к этому времени, мы будем рассчитывать это как ответ.»

Обернувшись я посмотрел обратно на Вириона, который уже сумел взять себя в руки.

«Мы дадим вам знать» скоропалительно сказал Вирион, небрежно разглаживая складки на свой одежде.

Как только я повернулся, чтобы покинуть это мести вмести с Вирионом и Алдиром, сзади прозвучал голос Уто.

«Ты, наверное, слышал ее крик,» он жутко рассмеялся. «Из-за этого я почти не хотел ее убивать, таким образом я мог бы заставить кричать ее дольше, ты знаешь?»

Я чувствовал, как кровь ударила мне в голову, когда я шагнул на край платформы, моя голова гудела.

Алдир поймал мой взгляд, когда он был готов поднять меня вверх со своей аурой, но я остановил его. Вложив в мою ладонь атрибуты маны льда, молнии и ветра, я поднял руку и повернулся лицом к Уто.

Тонкий полупрозрачный луч растворенных элементов пронзил узкий зазор между двумя Вритрами, создавая потрескивающий шлейф на своем пути. Когда луч пролетел мимо них и попал в воду, океан раскололся от силы моего заклинания. Волны мгновенно застыли, прежде чем ток электричества раздробил образовавшийся лед в осколки сверкающего стекла.

Я мог видеть, как выражение на лице Уто медленно сменилось сомнением и шоком, и даже всегда холодное лицо Сильрита выразило удивление, когда дождь из осколков льда посыпался нас.

«Я не знаю, что мы решим предпринять дальше с войной, но я очень надеюсь встретить тебя снова, Уто.» Я повернулся обратно, в то время как платформа, на которой мы стояли задрожала.

Когда Алдир поднял Вириона, Сильви и меня в воздух, я сдерживал себя, чтобы не обернуться. Уставившись в лицо Вириона, на котором были отпечатки тревоги и разочарования, я был уверен, что он размышлял над словами Вритры.

«Вы не собираетесь всерьез раздумывать над их предложением, не так ли?» Спросил я, когда мы поднялись над облаками.

«Нет, но если бы они могли выполнить свое обещание, только подумай сколько невинных жизней могло бы быть спасено,» сказал Вирион, складки между его бровями сделались еще глубже.

Я не удержался, что бы не сказать с иронией. «Это очень важно, если вы пожертвуете своей жизнью и жизнью своей семьи».

«Артур прав,» вмешался Алдир. «Вы знаете, что станется с миром под правлением Вритра. Даже Эфотос не останется в безопасности, если Агрона удастся заселить оба континента со смешанной кровью расой. И всего лишь через несколько поколений они будут готовы нападать на остальных асуров тоже.

«Я знаю,» вздохнул Вирион. «Я не буду приветствовать протесты, которые несомненно сформируются из-за моего выбора.»

«Ты собираешься всем рассказать?» Удивленно спросил я.

Дед Тессы торжественно кивнул. «Доверие – это переменчивая змея; завоевывается с большим трудом, но легко теряется. Для лидера очень важно, чтобы его люди доверяли ему, но как долго ты думаешь они будут доверять мне, после того, как выясниться что я вообще то использую их жизни как ставки в азартных играх?»

«Да, не долго,» признался я, все еще не испытывая симпатии к самой идее. Тем не менее, я бы не стал сомневаться в решениях Вириона. Что касается лидерства, у него было гораздо больше опыта, чем у меня, даже с обеими жизнями под моим поясом.

Я мог бы предложить другую точку зрения, но в конечном счете, я доверял его выбору, как и Алдир. Когда асура впервые приехал в Дикатен, и убил Грейзандерса сразу же после своего прибытия, я подумал, что он попытается контролировать Вириона, также как кукольник, оставаясь на заднем плане. Однако Алдир просто защищал Вириона и советовал ему, но никогда не заставляя его действовать. Это во многом говорило о том большом уважении, которое асура испытывал по отношению к Вириону.

Пока мы летели обратно к западному побережью, Вирион скоординировал планы с артефактом передачи, для публичных выступлений, которые предположительно будут проходить завтра.

Только по тем нескольким словам и отрывкам, которые мне удалось разобрать, пока Вирион бормотал их в артефакт, стало ясно, что скорей всего все основные фигуры в войне будут присутствовать на выступлении. Королевские члены трех рас и других влиятельных дворянских семей соберутся и будут стоять рядом с Вирионом, когда он будет произносить речь, как дань уважения.

Мы вернулись обратно в круглую комнату замка через ворота телепортации всего за пару часов. Перед тем, как выйти из обычной кирпичной камеры, Вирион похлопал меня по спине.

«Иди и немного отдохни, Артур. Лорд Алдир и я обсудим все остальное сами,» сказал беловолосый эльф с печальной улыбкой на усталом лице.

«Я могу помочь,» запротестовал я. «Необходимо много чего спланировать, если вы хотите, чтобы объявление было оглашено завтра, не так ли?»

«Позволь мне самому побеспокоиться об этом,» отказал мне Вирион. «Твоя семья находится здесь, и прямо сейчас дожидается тебя. Боюсь, что когда настоящая война начнется, то время для проведения с любимыми тобою людьми будет весьма ограниченным.»

«Слушайся Вириона,» согласился Алдир. «Судя по тому подарку, который ты оставил для так называемых посланников ранее, ты хорошо подготовил свое тело. А сейчас, используй это время для подготовки своего ума и сердца.»

Уставший и грязный после поездки, я не стал сопротивляться больше, и мы разошлись каждый своей дорогой. Жилые помещения в замке были на верхних этажах, куда я теперь направлялся. Сколько бы раз я ни приходил в этот замок, для меня было невозможным представить себе насколько велика была эта плавающая структура, предоставляющая место для жительства около ста человек, и при этом все еще имея место для роскошных сооружений.

Идя по лестничным пролетам, Сильвия бесшумно следовала позади меня, и я подумал о том, как жизнь каждого из нас изменится во время войны. До сегодняшнего дня, сражения были изолированы Великими Горами, ни разу не достигнув цивилизацию. Не было никаких жертв среди гражданского населения, кроме военных. Но как только корабли доплывут до западных границ, все изменится, и для несведущих гражданских это станет абсолютной неожиданностью.

Я боялся, что нормальные жители — не-дворяне — примут объявление Вириона. В лучшем случае они неохотно согласятся, но в худшем случае возникнут протесты, и граждане, которых пытались защитить солдаты Дикатена, предадут нас в слепой надежде на то, что Алакрийские силы позволят им жить, если они будут сотрудничать.

Я сошел с лестницы на четвертом пролете и пробрался по широкому коридору, тепло освещенному шарами, установленными на обеих стенах. Коридор разветвлялся в более узкие проходы с дверями через каждые несколько футов или около того.

«Каким образом ты собираешься найти наших родителей, Сильв?» спросил я, сворачивая с первый попавшийся проход в надежде встретить кого-нибудь, кто знает.

«Поиск следов маны здесь кажется не уместным и скорей всего растревожит некоторых магов,» вмешалась Сильвия. «Как насчет того, чтобы стучаться в каждую дверь до тех пор, пока кто-нибудь не скажет нам?»

Я еще раз свернул направо и последовал дальше, как вдруг я заметил знакомые мне места. Широкая аллея вела в сад, находившийся за замком. Я никогда не думал, что смогу увидеть такую открытую террасу летающего замка, но огромное оранжевое небо прекрасного заката, затемненного прозрачным барьером, окружавшего его, освещало площадку. На ухоженной травяной площадке играли дети, некоторые из них общались с друзьями, а некоторые просто гонялись друг за другом.

Что меня остановило, был возвышающийся темно-бурый медведь, игравший среди резвившихся детей. Я заметил неловко чувствующую себя Элли сразу же возле своего спутника, разговаривающую с каким-то белокурым мальчиком ее возраста.

Выпяченная вперед грудь, подбородок приподнят, фальшивая улыбка, которая не касалась его глаз…Если бы я не знал лучше, то я бы сказал, что он пытался флиртовать с моей драгоценной сестрой.

«Врежь ему, Сильв. Заставь его кричать, как кастрат,» я зловеще улыбнулся.

Моя злостная спутница неслась в сторону моей сестры, спрашивая в моей голове, что такое ‘кастрат’, когда как мана зверь Элли поднял белокурого юношу за шиворот и отбросил его прочь.

Медведь – насколько мне помнится его звали Боо – и я на секунду встретились взглядом. Я кивнул ему с суровым выражением лица и поднял вверх большой палец в знак одобрения.

Боо тоже ответил мне поднимая свои мохнатые пальцы вверх, продолжая сидеть возле моей сестры, и это был как раз тот момент, когда я подумал, что Боо был не такой уж и плохой компаньон для нее.

«Сильви?» воскликнула Элли, когда она заметила белую лисицу, бегущую ей навстречу. Подняв голову, ее лицо засветилось от счастья, когда она увидела меня. «Брат?»

Дети – вся знать, которая пришла сюда для безопасности – все повернули свои головы, бросив все, чем они занимались раньше. Некоторые из родителей, сидящих на террасе и разговаривающих друг с другом, повернулись, чтобы посмотреть на меня.

Пока я шел в сторону моей сестры, я чувствовал, что все взгляды были обращены на меня. Элли крепко прижала Сильви в своих объятиях, перед тем как посмотреть обратно. «Брат, ты уже вернулся?»

«Да,» улыбнулся я, оглядываясь на смотревших. Наклоняя голову, я прошептал на ухо моей сестры. «Почему они все смотрят на меня?»

«Нет ни одного из знати, кто бы не знал, кто такой Артур Лейвин,» хихикнула она. «Если бы ты только видел, как эта знать относится ко мне.»

«Стало быть это было то, что было. Я то думал, что я сделал что-то не так для твоих друзей здесь.» Я с облегчением издал смешок. Повернувшись в сторону к Боо, который продолжал сидеть на своих задних лапах, я подал руку. «Рад тебя видеть, Боо!»

Гигантский мана зверь ответил низким рычанием и пожал мне руку своими огромными лапами.

«Когда-то это вы успели сблизиться?» с изумлением спросила Элли.

«Мужчины с общими целями склонны к быстрому сближению,» ответил я, мы опять кивнули друг другу.

«Что? Нет – не имеет значения – это не важно. Хорошо, что ты здесь прямо сейчас. Ты должен остановить их,» поправила Элли, качая головой.

«Что? Остановить кого и отчего? Я отчетливо слышал тревогу в ее голосе. Она потащила меня с террасы, подальше от других детей и их родителей, когда ее глаза нервно забегали по сторонам.

«Это мама и папа,» торжественно объявила она. «Они решили пойти на войну.»





Глава: 142 Неожиданность




Оставив Сильви с моей сестрой, я направился в комнату своих родителей. Идя по коридору, с каждым шагом я шел все быстрее, когда я подошел к двери с надписью «Семья Лейвин».

Я сделал глубокий вдох, чтобы успокоить свои нервы. Мысли о том, что рассказала Элли, как мои родители планировали принять участие в войне, наполнили меня беспокойством. Когда я постучал в деревянную дверь, раздался глухой звук.

«Открыто,» послышался с другой стороны теплый голос моей матери.

Петли заскрипели, когда я повернул ручку и открыл дверь. На полу лежали открытые сумки с аккуратно сложенной одеждой возле них. Я вошел внутрь и оглянувшись нашел отца, полирующего рукавицы, рядом с ним разложенный на полу, лежал набор кольчужных доспехов. Моя мать, которая направлялась в сторону двери, чтобы встретить посетителя, остановилась, когда увидела меня. Она замаскировала свое удивление печальной улыбкой, а отец уставился в пол, когда увидел выражение моего лица.

«Так стало быть это правда,» пробормотал я, беря в руки щиток для голени, лежавший возле моего отца.

«Сын.» Мой отец отложил рукавицу и тряпку, но остался сидеть на месте.

«Мы не ждали тебя вернуться так скоро,» добавила моя мама, делая еще один шаг в мою сторону.

«Планировали ли вы уехать, не поставив меня в известность?» Спросил я, мой взгляд все еще был устремлен на щиток для голени, который я держал в своих руках.

«Ну конечно же нет. Но мы хотели закончить все приготовления перед тем, как ты вернешься обратно.» Моя мать подняла свою руку вверх, немного помедлив, прежде чем положить ее мне на плечо.»

Перемешанные чувства переполняли меня, когда я крепко сжал металлическую доспехи – замешательство — от того, что они неожиданно решили принять участие в войне, недовольство — от того, что они не удосужились обсудить это решение со мной, и я был зол, потому что они хотели рисковать своими жизнями, когда Элле было всего лишь двенадцать.

Наконец то я оторвал свои глаза от моих рук и посмотрел на отца. «Я думал, что вы ребята подождете, пока Элли станет постарше, прежде чем пойти на войну.»

«Командующий Вирион посоветовал нам остаться, до тех пор, пока Элли не подрастет, или пока ты не вернешься,» сказал мой отец, его взгляд был непоколебим.

«Я не верю вам ребята, что вы вот так неожиданно решили сражаться на войне, только потому что я вернулся,» с сомнением ответил я.

«Мы не решили,» ответила моя мама, ее рука сжала мое плечо еще крепче.

«Я получил сообщение от Хелен.» Мой отец встал, его взгляд был необычайно жесткий, когда он проверил свой рукавицы. «На них напали в подземелье, когда все готовы были уйти. Они остались, чтобы дать время молодым солдатам скрыться, но…»

«Но?» эхом отозвался я. Мой отец, Рейнолдс Лейвин, человек, который всегда противостоял любым трудностям с улыбкой оптимиста, посмотрел с ледяным ядом в его глазах. «Адам не смог выбраться.»

«Нет,» я покачал головой. «Этого не может быть. Я был там только вчера. Это был я, кто очистил подземелье и убил мутанта, запертого внутри.»

Отец торжественно кивнул. «Видимо, после того, как вы ушли, когда все готовились к отъезду, на них напала другая орда мана зверей во главе с мутантом. Хелен думает, что нижний этаж первого подземелья был связан с другим подземельем.»

«Борьба происходила в полной неожиданности, потому что никто не ожидал сражения. Двойные Рога и несколько других ветеранов остались, чтобы дать всем другим время уйти,» продолжила моя мать. «К счастью, мутант оказался только класс В, но поскольку его армия была многочисленней и застала всех врасплох, было много ненужных смертей…в том числе и Адам.»

Когда моя мать закончила говорить, в комнате замерла тихая тишина. Я не мог поверить, что тот, кого я только что видел вчера, был мертв. Внезапно четкое осознание заставило меня вскочить на ноги; Тесс была в этом подземелье!

«Кто еще умер?» спросил я. Несмотря на мою озабоченность, я не хотел выглядеть безучастным к смерти Адама, спрашивая была ли Тесс в порядке.

«Это было все, что я узнал от Хелен. Это было чрезвычайное сообщение, поэтому оно было довольно кратким, но судя по тому, что она не упомянула никого другого, я так понимаю, что остальные, кто погиб, были солдатами, которых мы не знаем,» добавил мой отец вздыхая. «К тому же Командующий Вирион скорей всего осведомлен лучше, поскольку прошло немного времени.»

Хелен обязательно бы сообщила, если бы что-то случилось с Тесс, но все равно, я чувствовал себя как на иголках.

«Мне очень жаль, что случилось с Адамом,» утешил я своего отца. Адам не был моим фаворитом из Двойных Рогов из-за его своенравия и циничного сарказма, что было мне не по душе, но он был верным. Под его нетерпеливым и разболтанным внешним видом находился надежный товарищ, который был на стороне моих родителей, когда они находились в Двойных Рогах.

Сейчас я понимал, почему атмосфера вокруг моего отца была такой тяжелой.

«Пойми правильно, Артур. Мы делаем это не из-за чувства вины – жизнь солдата всегда в опасности,» сказал мой отец.

«Даже еще,» сказал я, покачав головой.

Я знал, что я поступал необдуманно. Мой отец имел все права сражаться в любом сражении, которое он выберет. Но это был только мой собственный эгоизм, желающий сохранить тех, кого я любил, и поэтому я попробовал их остановить.

Не имело значения каков был уровень твоего ядра или до какой степени ты был осведомлен по поводу манипуляции маны. Не имело значения насколько ты укреплял свое тело или доспехи, смерть во время сражения могла прийти в любой момент; независимо от того, насколько сильным я стал, я твердо верил в это. И вот, мой отец был готов рисковать своей жизнью и жизнью моей матери, когда это было не только ненужным, но и безрассудным.

«Артур, он не виноват,» утешила моя мама. «Это я настояла на том, чтобы вернуться в Двойные Рога и помочь в войне.»

«Что?» выпалил я, абсолютно в шоке. «Ты хочешь идти на войну?»

Она кивнула. «Да.»

«Н-Но ты не можешь,» я повернулся к своему отцу, изумление практически было написано на моем лице. «Я имею ввиду, отец сказал, что ты избегаешь применение магии, из-за того, что что-то случилось в прошлом. Тогда почему сейчас…?»

Мать бросила взгляд на моего отца, который значительно кивнул головой. «Артур, сядь».

Я повиновался, садясь у подножия кровати, пока моя мать собиралась со своими мыслями.

«Что еще мой му – твой отец сказал тебе?» Она виновато посмотрела на меня, поправляя ее слова, но я не принял это близко к сердцу. Она сказала мне, что ей необходимо время, для того, чтобы согласиться с тем, кто я был, и я мог сказать, что будучи чрезмерно заботливой, она пыталась это сделать.

«Это все, что он мне сказал,» ответил я. «Он сказал, что остальное должно быть рассказано тобой, когда ты будешь к этому готова.»

«То, что мы никогда не рассказывали тебе про Двойные Рога, было то, что существовал еще один человек в группе.»

Мои брови сдвинулись, когда я посмотрел в сторону своего отца, который хранил молчание.

«Ее звали Ленса, в то время талантливая и молодая аугментер,» продолжала моя мать.

Она продолжала рассказывать мне историю очень яркого и обнадеживающего мага, которая присоединилась к Двойным-Рогам вскоре после того, как мой отец привел молодую Алису из города Вальден. Глаза моей матери потускнели, когда она рассказала о том, как она и Ленса сразу же нашли общий язык, дерзость и прямолинейность Ленсы хорошо сочетались с кротостью моей матери. Ленса зарекомендовала себя как хорошего путешественника, до такой степени, что даже без помощи группы она была уже хорошо известна. Поэтому, когда она спросила Двойные Рога о том, может ли она присоединиться к группе, то для всех это стало неожиданным сюрпризом.

Моя мать закрыла глаза и остановилась перевести дыхание. «С тех самых пор прошло два года, как она присоединилась к группе, когда произошел несчастный случай.»

Мои брови сдвинулись в опасении, когда я представил, что за несчастный случай мог иметь место, как вдруг моя мама слабо улыбнулась. «Это не какое-то драматическое бедствие, которое постигло нас; жизнь не каждого человека насыщена и захватывающая, как у тебя.»

Я смущенно издал неловкий смешок, почесывая свою щеку.

«Мы по неосторожности угодили в засаду, устроенную роем стингеров. Никто из нас особо не пострадал, и я совсем мало об этом думала, пока была занята исцелением поверхностных ран каждого пострадавшего.» Моя мать сжала свои губы, чтобы не расплакаться. «Дело в том, что когда вы являетесь эмиттером, то все ожидают от вас того, что вы знаете как исцелить любое ранение – что ваша магия — это одно-заклинание-исцеляет-все, когда как на самом деле это не так.»

Мой отец утешающе положил руку на мамину спину, когда ее тело начало подрагивать от рыданий.

«На тот момент я не знала, так как я была совсем недавно посвящена и не была полностью обучена о разных аспектах исцеления; я не думала, что мне это понадобиться.» Вытирая слезы, она посмотрела на меня покрасневшими глазами. «Я перевязала рану каждого, но яд из кончика жала заразил нижележащую плоть. Твой отец и все остальные смогли вылечиться вовремя, прежде чем был нанесен какой-то вред, но Ленса, ее рана находилась очень близко к ядру маны и после того как я перевязала ее, яд разошелся по телу.»

Я резко вздохнул. «Затем…»

«Да. Ядро ее маны заразилось до такой степени, что она потеряла возможность практику манипулирования маной. Я лишила своего друга и товарища по команде радости в ее жизни.»

«По крайней мере она все еще была жива,» сказал я, пытаясь утешить ее, но она потрясла головой.

«Она сама одна отправилась в подземелье и больше не вернулась,» сказала моя мать. «Она всегда говорила, что хотела умереть достойной смертью в сражении, но она выбрала подземелье с высоким риском и без возможности пользоваться магией, погибла. И знаете, что было самое смешное?»

Моя мама посмотрела вверх, чтобы слезы перестали капать, когда она усмехнулась. «Если бы я не перевязала эту рану, доктор мог бы без труда избавиться от яда. Она могла бы быть в полном порядке, если бы я не лечила ее.»

Я открыл свой рот, надеясь, что слова сформируются сами по себе, но этого не произошло. Мой отец тоже молчал, его рука нежно поглаживала спину матери.

Через несколько минут моя взяла себя в руки. «С тех самых пор я боялась применять магию для чего-то большего, чем небольшие травмы. Затем, когда мы были на пути к Ксирусу, и нас атаковали, я едва смогла заставить себя исцелить твоего умирающего отца. Но когда ты рассказал нам о своем …секрете, и ушел тренироваться, Старейшина Риния тоже помогла мне, пока мы были заперты в этом пещере. Я сомневаюсь, что смерть Адама была знамением, но после всего, что Двойные Рга сделали для твоего отца и меня, я думаю, что пришло время для нас быть там для них».

Решительность в глазах моей матери говорила о том, что все что она сказала было сказано не для того, чтобы получить мое одобрение.

«И к тому же это не единственная причина,» тихим голосом произнес мой отец. «Сейчас, когда ты вернулся, это так мучительно, когда ты сражаешься там на войне, а мы находимся здесь, скрестив наши пальцы в надежде получить хорошие известия.»

«Но что будет, если с вами что-нибудь случиться? Что же будет с Элли?» не сдавался я, все еще не смирившись с тем, что они собираются на войну.

«То же самое относиться и к тебе, Артур. Не имеет значения как ты силен, смерть редко наступает только из-за слабости; она подкрадывается незаметно, когда ты ее не ждешь. Я защищу твою мать, и ты можешь поспорить, что наша цель в этой войне – это вернуться в целости и сохранности обратно к тебе и твоей сестре, но вы должны сделать то же самое.» Мой отец остановился на секунду, взгляд его потяжелел. «Возможно мы вырастили тебя не так, как хотелось бы из-за воспоминаний твоей прошлой жизни, но ты можешь быть абсолютно уверен в том, что Элли видит в тебе своего любящего брата, поэтому не спеши жертвовать собой ради неопределенного ‘большого блага’ и вернись из этой войны живым. Даже если мы проиграем эту войну, у нас всегда будет шанс начать борьбу заново. В одном случае ты проиграешь наверняка, когда умрешь, потому что после этого второго шанса уже не будет.»

Я не выдержал и издал смешок. «Ну что ж…»

«Ты знаешь, что я имел ввиду!» вспылил мой отец, вызывая тем самым слабую улыбку моей матери.

Внезапно поспешный стук в дверь привлек наше внимание. Обменявшись взглядами с моими родителями, я сказал, «Открыто.»

Деревянная дверь открылась и показался Вирион в той же черной одежде, в которой он был сегодня на нашей встрече с Вритра. «Мальчик мой, ты слышал?»

«Командующий Вирион!» Мои родители поднялись со своих мест.

«Прошу вас. Просто Вирион для родителей Артура,» ответил он с быстрым взмахом своей руки.

«Это атака?» предположил я, судя по его обеспокоенному выражению.

«Хорошо, значит ты сказал,» Вирион кивнул. «И сказал ли ты своим родителям?»

«Мои родители сами сказали мне об этом.»

Брови Вириона удивленно поднялись вверх, но он только вздохнул, когда посмотрел на моих родителей. «В таком случае вы должно быть слышали, что произошло с вашим бывшим членом группы.»

Мой отец многозначительно кивнул.

«Я выражаю вам свои самые глубокие сожаления,» горестно произнес дедушка Тессы «Некоторые из солдат, которые были там, прибыли прямо сейчас в замок. Я пришел забрать Артура, но рад, что по крайней мере лидер Двойные Рога находится здесь. Хотите пойти с нами?»

После того, как я послал короткое сообщение Сильви – о том, что мы будем находиться на нижнем этаже и остаться с Элли – все четверо из нас поспешили в комнату телепортации.

Высокие железные двери, которые защищали комнату телепортации, были оставлены открытыми, поскольку солдаты, все еще изнуренные после битвы, вывалились из светящихся ворот в центре комнаты, а некоторые все еще были с окровавленным оружием на готове.

Охранники заняли свои места на стенах на случай если кто-то кроме солдат Дикатена прорвется через портал. Служанки и медсестры ожидали со свежими бинтами и флаконами с антисептиками и мазью, чтобы оказать необходимую помощь тяжело раненым солдатам.

Увидев Хелен, я привлек внимание своих родителей в ее сторону.

Ненужно было говорить, что она была в плачевном состоянии. Ее металлические нагрудные доспехи были сломаны, и только один уцелевший щиток на плече все еще оставался прикрепленный к ней. Кожаные доспехи, защищавшие тело Хелен, имели порезы наряду со следами высохшей крови вдоль них, но выражение ее лица было не из-за усталости или из-за боли. В ее глазах сверкали гром и молния, когда она шла по платформе, держа свой сломанный лук в своих руках.

«Хелен?» окликнул ее мой отец. Мои родители немедленно кинулись в ее сторону. Выражение лица лидера Двойные Рога смягчилось при виде моих родителей, когда они обнимали ее.

Оставив Вириона, который все еще с нетерпением ждал, когда Тесс пройдет через портал, я направился к Хелен.

«Я рад, что ты в безопасности», сказал я, нежно обняв ее. «Мне очень жаль, что случилось с Адамом … Если бы я только остался с вами там ребята …»

«Не надо», Хелен остановила меня. «Ничего хорошего из этого не выйдет, если мы станем думать так. Случилось то, что случилось. Самое лучшее, что можно сделать, это сосредоточиться на том, как мы заставим этих проклятых Алакрянцев и их мутантов заплатить за содеянное.»

«То, на чем ты должна сосредоточиться – это отдых,» сказала моя мать. «Идем, пусть тебя осмотрит медсестра.»

Моя мать повела Хелен, которая утверждала, что она была в порядке, а мой отец следовал позади них. Я предположил, что они хотят сообщить Хелен о том, что снова возвращаются в Двойные Рога, но я продолжал оставаться в комнате в ожидании Тесс.

Выбравшиеся солдаты – это были те, кто сумел добраться до скрытых ворот телепортации, находившихся на Поляне Зверей. Но из-за того, что у них не было времени для подсчета и тот факт, что орда мана зверей все еще могла устроить им засаду за пределами подземелья, начинали тревожить меня все больше, чем дольше не появлялась Тесс.

Прошло не более нескольких минут, но это было похоже на вечность, когда незнакомые лица выходили из ворот телепортации. Наконец, из порта появилось знакомое лицо; это был мальчик по имени Стэннард.

Его туника и штаны были разорваны в нескольких местах, а лицо было перепачкано грязью, но я принял отсутствие крови как хороший знак.

Я не колеблясь бросился к нему, почти мгновенно отведя его в сторону, когда он вышел из ворот.

«Ого! Что отп- «

«Где Тессия? Была ли она с тобой?» обрушился я на него, крепко сжав его руку.

«Артур Лейвин?» Его лицо передернулось. «Ой. Твоя хватка немного с перебором.»

Я сразу же отпустил его, но мой взгляд все еще двигался между Станнардом и воротами телепортации на всякий случай, если появится Тесс.

«Извини, Станнард. Я слышал о засаде в подземелье. Где остальная часть вашей команды?» —нетерпеливо спросил я. Уровень шума в комнате увеличился по мере того, как все больше солдат заполняли это место. Некоторые из них стонали от боли, а другие разговаривали с охранниками и рассказывали им о том, что произошло.

«О-Они должны были быть позади меня,» ответил он, осматриваясь назад. «Это было какое-то сумасшествие. Мы должны были бежать, в том случае, если они будут преследовать нас.»

Станнард дрожал и его коленки подогнулись. Я положил его руку себе на плечо и помог ему сесть и облокотиться о стену.

Глядя на состояние каждого, Хелен явно недооценила серьезность нападения на моих родителей. Когда я оглядел толпу солдат, я заметил остальных товарищей их команды Тесс.

Девушка по имени Кария, несла юношу, с которым у меня была дуэль – Дарвус, мне кажется, на свей спине, его ноги волочились по земле, из-за разницы в росте.

Невысокая аугментер с легкостью несла своего товарища, несмотря на многочисленные раны на своем теле. Ее кудрявые каштановые волосы были растрепаны, с засохшей кровью на концах, а кожаные доспехи были изодраны без права на восстановление.

Я бросился к ним, поднял находившегося в бессознании Дарвуса и понес его, тем самым очень удивив Карию.

«Спасибо,» кротко поблагодарила она, когда я отвел ее к Станнарту.

Когда я опустил Дарвуса вниз, аугментер с взъерошенными волосами пришел в сознание. Издавая стон от боли, его взгляд остановился на мне. Когда Дарвус сообразил на кого он смотрел, то прищурил свои глаза. «Ты…только из-за твоей чертовой техники, я не смог собрать достаточно маны для сражения!»

Несмотря на гнев, его голос был слабым и хриплым.

«Мне очень жаль. Прости меня.»

Дарвус оперся о стену перед тем, как снова вернуться в беспамятство, присоединившись к спящему Стэннарду.

Я взял кувшин с водой у мимо проходящей служанки и дал его Карии. Она тут же начала жадно пить воду из кувшина, пока не осталось ни капли и вернула кувшин снова обратно мне.

«Кария.» Я нежно потряс ее за плечо, что бы она не уснула. «Я должен знать, что случилось с Тессией.»

Глаза Карии были полузакрыты, когда она открыла рот, чтобы объяснить. Как только она собралась что-то сказать, но вместо этого ее губы изогнулись в улыбке. Она без слов указала в сторону позади меня.

В замешательстве, я посмотрел через свое плечо. Из ворот телепортации выпрыгнула грязная, с разорванной одеждой, растрепанными волосами, с помятыми и расколотыми доспехами, но живя в целости и сохранности Тессия.





Глава 143: Числа За Возрастом




С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ТЕССИИ ЕРАЛИТ:

Я вышла из ворот телепортации на платформу, чувствуя себя уставшей и разочарованной. Я могла бы остаться и помочь, но мне не дали. Солдаты, оставшиеся позади для сражения, все как один повторяли одно и тоже – что я должна идти и моя безопасность была превыше всего.

Зачем же я так долго и упорно тренировалась черт возьми, если все относились ко мне как к какой-то стеклянной скульптуре?

Я сделала глубокий выдох, надеясь избавиться от разочарования в моей системе, но все что я сделала было то, что я напомнила моему телу как сильно я хотела пить. Глядя на толпу солдат, охранников и медсестер, я искала кого-то со стаканом воды в руках, чтобы промочить мое пересохшее горло. Затем я заметила своих товарищей по команде.

Станнард и Дарвус спали, облокотившись о стену, в то время как Клария сидела и с кем-то разговаривала, и вдруг она стала указывать на меня.

Человек, с которым она разговаривала, оставался сидеть на корточках, когда он повернул голову.

Моя грудь сжалась, когда он поднялся. Его поднятые брови и зоркий взгляд, постоянно осматривающие вокруг сразу же расслабились, когда мы встретились с ним взглядом.

Это был Арт.

Я ничего не могла поделать, только стоять и бездумно смотреть как он приближался ко мне. Первый раз, когда я видела его за последние 2 года, он был весь в крови и в грязи, на вид больше похожий на монстра сам. Но, Арт, приближающийся ко мне сейчас был совершенно другим. Одет в белоснежно белую тунику, роскошно окаймленную золотом и поверх ее, был накинут длинный черный плащ, который казалось придавал ему таинственность, он излучал какую-то грандиозную ауру, которая умаляла каждую королевскую семью в Дикатене. Его длинные волосы были связаны, подчеркивая острые линии его подбородка, в то время как на его лоб беспорядочно спадали локоны золотисто-каштановой челки, прикрывая его лазурные глаза, которые прищуривались от его захватывающей дух улыбки.

Он почти что дошел до меня, когда я очнулась ото сна. Поблизости было много солдат и охранников, поэтому я должна была держать себя в руках. Не прошло еще и целого дня с того момента, когда я в последний раз видела Арта и судя по его манере поведения с прошлого раза, когда мы виделись публично, я была уверена, что ему не нравились эмоциональные воссоединения.

Громко откашлявшись, я пыталась выглядеть выше, стараясь держать осанку и выглядеть с достоинством, насколько я могла, несмотря на мою растрепанную внешность.

Я протянула ему руку для пожатия, стоически выдерживая выражение на лице.

«Рада видеть тебя снова, Арт—«

Мой жест был проигнорирован, и сильная рука пробралась вниз под мою руку и твердо остановилась на моей спине, когда он прижал меня к себе. Я была притянута вперед неожиданной силой и мое лицо уткнулось в белую тунику, окутывая меня своим теплом.

Ко мне приближались, преследовали и ухаживали практически все мужчины, у кого хватало смелости не обращать внимание на мое происхождение, но единственное, что я чувствовала по отношению к ним, были или жалость, или раздражение. Но, в этот момент, мое тело чувствовало так, как будто оно было заморожено и таяло одновременно, пока я неподвижно оставалась в его объятии.

То ли вся комната впала в тишину, то ли мое чувство слуха исчезло, я не могла сказать, но мои другие чувства были переполнены. Внутри этой райской безопасности его сильных рук, слабый запах дуба и свежего океанского бриза ударил мне в нос, когда я почувствовала, как его лицо уткнулось в мою шею.

Мои конечности оставались в оцепенении, но мой пустой желудок продолжал урчать непрестанно, когда рука Арта прижала меня чуть-чуть крепче.

«Я так рад, что ты в порядке,» наконец то заговорил Арт. Его теплое дыхание чувствовалось на моей шее, посылая дрожь вниз по моей спине.

Мои руки дернулись, инстинктивно желая обнять его в ответ, но пронзительные взгляды всех окружающих нас, заставили меня остановиться.

«К-Конечно я в порядке,» сказала я, едва найдя в себе силы оттолкнуть его, несмотря на то, что каждая клеточка моего тела хотела прижаться к нему поближе. Я чувствовала, как кровь прилила мне в шею вплоть до самой головы, когда я смотрела на Арта, его лицо было всего лишь в нескольких сантиметрах от моего.

Я могла видеть, как двигались его глаза, осматривая каждую черту на моем лице, когда он изучал меня. Он глубоко вздохнул, как будто поднял тяжелый груз, и посмотрел на меня нежно улыбаясь. «Пошли. Я отведу тебя к твоему дедушке.»

Было ощущение, что я плавала в каком-то густой вязкой жидкости у себя в голове. Мир был размыт с приглушенными разговорами и тенями людей, которые я не могла разглядеть.

Мое тело двигалось само по себе, действуя и реагируя инстинктивно, когда как мой мозг продолжал вспоминать мое прибытие обратно в замок. Теперь, когда я только что вспомнила об этом, мой разум начал анализировать каждое действие и бездействие сцены, пытаясь вложить смысл во все, что делал Арт в этот момент: твердость, но нежность его объятия, отчаяние и облегчение, которые исходили от него, когда его глаза остановились на мне.

Я воспроизводила сцену снова и снова в своей голове, скрупулёзно обдумывая каждую деталь. Но я все время приходила к одному и тому же выводу. Я ненавидела его за его невозмутимость каждый раз, когда мы встречались. И после всего этого, я ненавидела себя за то, какой слабой и беспомощной я чувствовала себя перед ним.

Мне не довелось видеть много Арта после нашей первой встречи в замке. Как только мой дедушка выпустил меня из своих объятий, Меня тут же смело командой медсестер, которые повели меня в мою комнату. Удостоверившись, что моим товарищам по команде тоже было уделено должное внимание, я осторожно бросилась на кровать, находя утешение в том, что моя просто обставленная комната была именно такой, какой я ее оставила.

Когда медсестры сняли мои доспехи и вытерли меня благоухающими полотенцами, я почувствовала, как мое тело тонуло все глубже и глубже в простынях, до тех пор, пока мир погрузился в полную темноту.

«- должен сказать ей, Вирион.» Знакомый голос Арта вывел меня из сонного состояния. Протерев глаза, я зажмурилась от солнечного света, только чуть-чуть поглядывая поверх слоя облаков внизу нас.

Мне понадобилась секунда, чтобы оценить ситуацию, прежде чем страшная мысль осенила меня. Я немедленно посмотрела под одеяло, облегченно вздыхая, увидев, что я была в одежде.

«Рано или поздно она все равно узнает. Ты не можешь скрывать такое от нее, это невозможно.» Приглушенный голос Арта раздавался с другой стороны двери. Он разговаривал приниженным голосом, но его слова отчетливо звенели в моих ушах.

«Это ничего, что она узнает об этом позже, но она еще не готова к этому. А сейчас ш-ш! Что если она услышит?» прошептал в ответ мой дедушка.

«Она послушается тебя, если ты окажешь ей должное уважение и расскажешь ей. Если она узнает от кого-нибудь другого, как ты думаешь, как она поступит?» спорил Арт, его голос становился резче.

«Черт возьми, парень. А что если она решит пойти? Что тогда?»

«Мы что-нибудь придумаем, после того как поговорим с ней. Вирион, я и ты очень хорошо знаем на что способна твоя внучка, если она что-то решит сделать.»

«Я знаю,» вспылил мой дедушка. «Я просто не могу…потому что Синтия умерла от рук этих подонков Вритра прямо здесь в замке. Что если…»

Я не могла слышать остаток их разговора, потому что мое сердце начало биться все сильнее и сильнее. Мастер Синтия умерла? Это невозможно, правда?

Мастер Синтия всегда была на несколько лиг выше тех, кого я знала с точки зрения магических способностей. Ее опыт в манипуляции маной был наравне с дедушкиной, а может быть, даже и выше. Она научила меня всему, от элементарного контроля до продвинутого применения заклинаний во время сражения с мечом.

Ее невозможно было убить так легко. Я пытался убедить себя, но мои руки дрожали, когда я крепко держался за одеяло.

Я села на кровать, вытирая слезы, которым удалось убежать из моих глаз, и ждала пока они оба войдут.

«Войдите,» я ответила сразу же после стука в дверь.

Арт, одетый в простую серую тунику и черные штаны с волосами туго собранными назад, вошел первым, за ним следовал дедушка, который был одет в ту же черную одежду, которую он одевал вчера.

Арт взглянул на меня и тяжело вздыхая, закрыл свои глаза. «Как много ты слышала?»

«Все,» проконстатировала я.

Мой дедушка сделал шаг вперед, его лицо было обеспокоенно. «Дитя мое—«

«Отведите меня к ней, пожалуйста,» прервала я их, вставая с кровати, чтобы найти что-то, что можно было одеть поверх моей ночной рубашки.

Мой дедушка продолжал все время оглядываться назад, но ничего не говорил, пока мы не достигли самого нижнего этажа, где находились подземелья и камеры.

«Почему Мастер Синтия содержится в таком грязном и омерзительном месте, предназначенном для убийц и предателей?» спросила я.

«У нас нет места для ее захоронения в этом замке, Тессия. Мы содержим ее здесь, пока обстоятельства не позволят благополучно провести ее похороны,» терпеливо ответил дедушка. «И подземелье пустовало с самого начала этой войны после того, как мы перевели всех заключенных в более отдаленные подземелья на земле».

Пол в подземелье очень отличался от остальной части замка. Грибы росли между каменными блоками и деревянные петли дверей были покрыты плесенью, на которых покоился освещающий артефакт. Дурной, затхлый запах, смешанный с почти токсичным запахом гнили и отходов. Место казалось, как будто бы намеренно было предназначено для того, чтобы вызвать чувство отвращения у заключенных, содержащихся здесь. То, что сказал мой дедушка, было правдой – здесь сохранилась только глухая тишина, а не крики и стоны заключенных.

В самом дальнем конце этажа была одна металлическая дверь, которую охранял солдат.

«Откройте дверь,» приказал мой дедушка.

Вооруженный охранник кивнул, его лицо было скрыто под шлемом, когда он шагнул в сторону и повернул ржавую ручку, не оборачиваясь. Когда металлическая дверь заскрежетала, царапая по неровному полу, пред нами предстал безупречный каменный гроб, стоявший посредине пустой камеры с небольшой горкой цветов, лежащих сверху.

«О ее смерти знают всего несколько человек,» объяснил дедушка, проходя во внутрь и нежно кладя свою руку на крышку каменного гроба.

«Она заслуживает публичной церемонии. Все ее бывшие ученики, профессор, которые преподавал в Ксирусе … она не заслуживает того, чтобы быть здесь,» пробормотала я.

Мой дед кивнул. «Я знаю-«

«Тогда почему?» резко спросила я. «Почему мой учитель гниет в углу этого грязного подземелья? За все, что она сделала для этого континента, она заслуживает алмазного гроба и общенациональных похорон! О-Она заслуживает все что угодно, но … только не это.

«Тессия …» Дедушка мягко положил свою руку мне на спину, надеясь подавить мой гнев.

«Как ты мог держать это в тайне от меня, Дедушка? Если бы я не слышала ваш разговор у двери, когда бы я узнала об этом? После войны?» Я ухмыльнулась, сбрасывая его руку, пока мой взор застилали слезы. «Есть ли что-нибудь еще, что ты скрываешь от меня? Несмотря на то, что я всячески пыталась показать тебе, что уже стала взрослой, ты все равно относишься ко мне как к ребенку—«

«Это потому что ты – ребенок,» вмешался Арт.

«Что?» выговорила я, мое лицо покраснело больше от негодования, чем от стыда. «Как ты можешь – ты должен больше других понимать, как я себя чувствую, но ты называешь меня ребенком? Кто угодно, но — ты?»

На лице друга моего детства появилось выражение безразличия, пока я тяжело отдыхивалась от разочарования, глядя на меня суровыми глазами, что заставило меня сомневаться во вчерашних воспоминаниях о том, как он нежно обнимал меня.

«Может я все это говорю из-за того, что я очень хорошо вас обоих знаю, тебя и твоего дедушку Вириона, Тесс. То, что ты делаешь сейчас – это бесполезное нанесение вреда самой себе, чтобы доказать свою точку зрения – а это, не лучше, чем ребенок, бросающийся в истерику,» продолжал Арт.

«Артур,» прервал мой дедушка. «Хватит.»

«К-Как ты смеешь!» Я вскипела, слезы катились по моим щекам.

«Если ты потратишь всего минуту, чтобы продумать всю эту ситуацию, то поймешь, почему твой дедушка должен был держать это в секрете. Как ты думаешь, что произойдет, если он объявит, что кто-то был убит нашим врагом в предполагаемом безопасном месте на континенте?» сказал Арт, его взгляд был неумолим.

«Ну что ж, прошу прощения, что не все такие умные как ты!» Резко ответила я.

Взгляд Арта смягчился. «Тебе только семнадцать, Тесс—«

«И тебе только шестнадцать. И тем не менее Дедушка, Мастер Алдир и даже Мастер Синтия никогда не относились к тебе как к ребенку, даже несмотря на то, что ты младше меня,» аргументировала я.

«Если они смотрели на меня как на взрослого, то это было то, что они сами видели во мне, не то чтобы я пытался это доказать,» ответил он.

«Разве это справедливо?» я захлебнулась в рыданиях. «Ты делал то, что хотел, потому что ты был достаточно хорош, но я, не имеет значения как бы я ни старалась делать то, что хочу, я всегда буду оставаться всего лишь барышней, требующей защиты!»

«Это не совсем так, Тессия. Твой дедушка и я –«

«Что? Вы ребята хотите, чтобы я сидела взаперти и была изолирована от всего представляющего потенциальную угрозу или потенциального огорчения, настолько что вы даже не можете сообщить мне о том, что мой учитель был убит?» Прервала я, мое лицо побелело от гнева. «Или же это потому что—«

«Потому что, если бы мы сказали тебе, то первое, что пришло бы тебе в голову это встретиться с Вритра, который убил Синтию, пытаясь отомстить, и таким образом убить себя!» Взорвался Артур.

Это был первый раз, когда я услышала, как он повысил свой голос до такой степени, что ошеломил не только меня и дедушку, но и охранника, стоящего снаружи.

«Ты … ты не можешь этого знать», отрицала я.

«Не знаю?» настаивал Артур. «Потому что я думаю, что знаю наверняка, что ты поступишь таким образом не потому что Вирион не сообщил тебе о смерти Директора Гудскай. Ты злишься не на него, ты злишься на саму себя, что оставила своего мастера, чтобы доказать всем остальным, какая ты сильная и полезная, если ты присоединишься к войне.»

«Э-Это не касается…» Я не могла закончить свое предложение, как сломалась, и начала бесконтрольно рыдать у себя на коленях.

«Артур! Я думаю ты сказал достаточно,» прогремел голос моего дедушки.

«Стража. Проведите его.»

Я не стала смотреть как уходил Арт. Я не знала, какое выражение было на его лице, сожалел ли он о сказанном. Это было слишком.

«Тессия, давай какое-то время останемся здесь и отдадим дань уважения Синтии. Я уверен, что она предпочла бы пару человек, по-настоящему скорбящих по ней, чем иметь полумиллионную церемонию захоронения.» Дедушка преклонил свое колено возле меня, нежно поглаживая меня по спине. «После этого, я тебе все расскажу.»

Сделав кивок, я хрипло прошептала. «Спасибо.»

Мы оба повернулись лицом к гладкому каменному гробу, в котором покоился мой мастер, волны эмоций продолжали бурлить внутри меня.





Глава 144: Бесценные союзники




«Я понимаю твою проблему, Грей, но я не уверен, что я самый подходящий человек, чтобы помочь тебе с этим,» сказала директор школы со вздохом. «Не имеет значения каков бы ни был недостаток твоего ки резерва по сравнению с большинством ребят твоего возраста, ты все еще ребенок, у которого есть достаточное количество времени, чтобы это изменить. Но, и это я повторю, как главный жизненный урок, если ты обнаружишь, что у тебя недостаток в ресурсах, используй то, что есть, когда станет нужней всего.»

Я размышлял над ее загадочным решением моей проблемы с ки.

«Спасибо вам, Директор Уилбек,» я улыбнулся, прежде чем выйти за дверь.

«Ох, и Грей?» окликнула директор из-за своего стола.

Я задержался, высовывая голову через дверь. «Да?»

«Как Сесилия ладит с тобой и Нико?»

«Хорошо», я сделал паузу. «Если не учитывать ее маленьких происшествий, я бы сказал, что мы медленно добираемся до нее!»

«Она не сказала тебе ни слова, не так ли?» вздохнул директор Уилбек.

«Нет!» Уверенно подтвердил я. «Ни одного».

«Очень хорошо. Я действительно надеюсь, что вы все еще сможет вырвать ее из ее замкнутости. Если кто-то и сможет это сделать, так это только вы.»

Я вернулся в ее кабинет. «Госпожа Директор?»

«Хмм?»

«Почему вы так настаиваете на том, чтобы мы были друзьями с Сесилией?» спросил я.

Губы директора изогнулись в ласковой улыбке, когда она встала со стула. «Это, дитя мое, история, которую, я надеюсь она расскажет вам сама.»

«Ну, я имел ввиду, что она выглядит вроде бы нормально, но все боятся ее, из-за этих несчастных случаев, которые случаются с ней последнее время.» Я почесал свой затылок. «Я имею ввиду, что я и Нико не боимся этого, но есть пару ребят, которых из-за нее пришлось отправить в изолятор, поэтому я подумал, что было бы не плохо знать побольше, чтобы было можно ей помочь.»

Обойдя вокруг стола, Директор Уилбек потрепала меня по голове. «Твоя работа не помогать ей; а быть ее другом. А помощь – предоставь это дело мне.»

«Так точно, Мама,» отсалютовал я.

Глаза директора слегка расширились от удивления от моих слов.

Я не хотел уходить. Я хотел остаться в ее офисе и помочь ей с кучей документов, которые, казалось бы, никогда не уменьшались, но я знал, что она никогда не разрешит мне помочь; как сломанная пластинка, она всегда говорила, что это была ее работа, а не моя.

Шоркая ногами по полу, я вышел из маленького офиса, и медленно потащился в свою комнату.

Я очень часто представлял свою жизнь в качестве сына Директора Уилбек. Ее суровый, но любящий голос ругал меня каждый раз, когда я попадал в беду. Я бы помогал чем мог по дому: мыл бы посуду, выносил бы мусор и подстригал бы газон. И когда она возвращалась бы с работы домой я бы массажировал ей плечи, которые она всегда потирала от стресса.

Нико говорил, что это было странно для меня, делать так много для своей матери, говоря, что обычно это было занятие дочерей баловать своих матерей, но я был не согласен. Если бы у меня была такая мать, как Директор Уилбек, то я бы позаботился о том, чтобы побаловать ее. Я бы помог покрасить седые пряди ее коричневых волос, и как только бы я достаточно повзрослел, я заработал бы много денег и купил бы для нее красивую одежду и даже машину и дом.

Может быть это была разница между тем, кто когда-то имел родителей, как Нико, и тем, у кого не было ни одного воспоминания о том, как выглядели его родители. Нико ненавидел своих отца и мать, и малейшее напоминание их второго имени, Север, выводило его из себя.

Что касается такого как я, у которого не было фамилии, то было странное ощущение представлять себя как Грей Уилбек, сын Оливии Уилбек.

Резкий скрип деревянной доски под моими ногами вывел меня из мира фантазий, и я побежденно вздохнул.

Я опустился на колени перед старой половицей и вправил ее на место. Проверил ее своей ногой и удовлетворенно кивнул, доска больше не скрипела.

Глянув вверх, я увидел группу детей, гонявшихся друг за другом в коридоре.

«Грей! Я тебя засалю!» маленькая девочка по имени Теда хихикнула и стала приближаться ко мне со протянутыми руками.

«О да?» Я показал ей язык. «Спорим, что нет!»

Теда приняла вызов и ускорила свой шаг. Как только она была в зоне досягаемости, она махнула по моей талии, в надежде схватиться за мою рубашку, но я с легкостью увернулся от захвата.

Я издал победоносный смех. «Тебе надо постараться лучше, чем-«

Я уклонился вправо, как раз вовремя, чтобы избежать руки Одо.

Все остальные ребята, с которыми Теда играла, присоединились к игре, решив, что все они были «это» в этой импровизированной игре в салки.

Когда мальчики и девочки окружили меня с распростертыми руками, чтобы занять больше места, я с легкостью уклонялся и маневрировал между ними. Они отчаянно размахивали руками, пытаясь использовать каждую частичку своих тел, в надежде засалить меня, но все было бесполезно.

В один момент, когда они подошли совсем близко, у ребят кончилось терпение, и они все разом прыгнули на меня.

Как только их руки вот-вот были уже готовы дотронуться до меня, я подпрыгнул и схватился за сломанную цепь, которая использовалась для поддержки старой люстры, перед тем, как ее нужно было продать. Используя импульс прыжка, я качнулся с цепью, крепко сжимая ее руками, чтобы не соскользнуть.

Теда, Одо и остальные их друзья врезались в друг друга, упустив свою цель.

Качнувшись на старой цепи, я приземлился несколько футов поодаль и поставил руки в боки, заливаясь победоносным смехом. «Вы ребята на пять лет совсем младше, чем могущественный Грей!»

«Это нечестно!» Пожаловался Одо, почесывая свою голову.

«Да! Ты слишком быстр!» Согласилась Теда, выбираясь из толпы ребят.

«Ш-ш! Только слабаки плачутся после своего поражения!» Сказал я, понижая свой голос. «Сейчас я удаляюсь! Мои силы героя требуются в другом месте!»

Я устремился вперед, когда все ребята весело засмеялись.

«Могущественный Грей прибыл!» Оповестил я, открывая двери своей комнаты.

«Да, да. Закрой за собой двери, когда войдешь,» ответил Нико, даже не поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня, когда он что-то бормотал на своей загроможденной кровати.

«Дети намного веселей, чем ты,» я прищелкнул языком. «Чем ты там занимаешься?»

Нико поднял в воздух свою правую руку, одетую в черную перчатку с гордой усмешкой на своем лице.

«Ты увлекся вязанием?» насмешливо спросил я, дотрагиваясь до перчатки.

Нико протянул свою руку в перчатке, схватив меня за предплечье.

Вдруг, от захвата Нико начала излучаться волна боли, заставляющая интенсивно в судороге сжиматься мои мышцы.

Мой друг и сосед по комнате сразу же отпустил меня с самодовольным выражением на лице. «Никогда недооценивай силу вязания.»

«Что за черт?» Мой взгляд блуждал между его перчаткой и моей все еще ноющей от боли рукой.

«Очень круто, правда?» Нико пристально глядел на свою перчатку. «После погони этих головорезов, я пытался найти способ защитить себя, на случай если такое снова произойдет. И после изучения моих заметок, из довольно интересной книги, содержащей информацию по ки, я смог разработать эту перчатку!»

«Как она работает? Почему мою руку свела судорога после того, как ты схватил меня?» Спросил я, моим пальцам не терпелось схватить новое творение Нико.

«На самом деле это довольно круто», сказал Нико, ударив мою руку. «На ладони этих перчаток есть некие микрофибры, которые в какой-то степени могут вырабатывать ки. Эти микрофибры пролонгируются в реакцию с моим собственным ки и достигают мышц, когда я кого-нибудь схвачу. На внутренней стороне перчатки есть небольшой камень проводник, который использует ки, выделенный мною, и направляет его сквозь микроволокна в мышцу моего врага, которым в данном случае была твоя рука.»

«Это то, что надо, но почему бы тебе не научиться сражаться как я?»

«Ну, во-первых, ты никогда не учился сражаться. И мне нужно иметь такие игрушки, потому что в отличие от других» — его глаза метнулись в мою сторону- «Я не обладаю рефлексами какого-то примитивного хищника. Если можно так выразиться, то мои рефлексы что-то среднее между ленивцем и черепахой.»

Я не мог не рассмеяться, услышав такое сравнение. «Ну что ж, перчатка кажется очень полезной и все такое, но она купит тебе лишь немного времени,» заметил я, сгибая свою сведенную судорогой руку.

«Ага. И еще один недостаток заключается в том, что микроволокна, которые я должен был купить за счет части денег, которые мы получили от закладывания ювелирных изделий, имеют короткий срок годности,» вздыхая, Нико снял с руки ворсистую черную перчатку.

Я посмотрел на стопки книг, разложенных по всей комнате. «Я уверен, что ты что-нибудь придумаешь. Кстати, как тебе удалось дать деньги, которые мы обменяли, директору приюта?»

Я застонал. «Сколько денег на самом деле достанется приюту вообще? Когда ты постоянно покупаешь книги и материалы, и платишь парню, которого ты едва знаешь. Я сомневаюсь, что даже половина этих денег дойдет до директора.»

«У меня не было другого выхода. Оливия ни за что не согласиться взять деньги от нас. Она только завалит нас расспросами.»

«Это Директор Уилбек,» поправил я, отвесив затрещину своему другу по голове.

«Кроме того, я приобрел пару книг, которыми ты тоже можешь пользоваться! Посмотри сам!» Воскликнул Нико, указывая на небольшую кипу книг своим большим пальцем.»

«О!» Я почувствовал, как мои глаза загорелись, когда я потянулся к книгам. «Очень хорошо. Этот величественный джентльмен прощает тебя.»

«Этот великодушный,» рассмеялся Нико, покачивая своей головой.

Не имея возможности подумать об остроумном ответе, я решил промолчать, как вдруг комната затряслась.

Я простонал. «Только не говори мне-«

«Ага. Это опять Сесилия. У нее очередной несчастный случай,» сказал Нико.

Когда дрожание ритмичных волн продолжалось, мы оставались в наших кроватях. «На этот раз это было дольше обычного,» заметил я.

Нико встал и положил перчатку. «Пойдем, посмотрим.»

«Это опасно! Помнишь, что произошло с одним волонтером, который пытался ее удержать?»

«Ага. Этот медведь не смог даже подступиться к ней.» Нико покачал головой от травматичного воспоминания. «Я просто не могу смотреть и ждать, когда Сесилия потеряет сознание. Я даже не могу представить, какую боль она при этом испытывает.»

Я тяжело вздохнул и тоже поднялся с кровати, как вдруг одна мысль пришла мне в голову. Мои губы искривились в улыбке. «Она тебе нравиться, не так ли?»

«Да ну тебя. Я ее даже не знаю!»

Я не ответил, как расплылся в широкой улыбке.

Брови Нико вздернулись. «Просто я считаю, что она очень даже симпатичная. Это все!»

«Мхммм,» я пожал плечами, уклоняясь от удара моего друга.

Штукатурка осыпалась с потолка вдоль всего коридора, когда как весь приют трясло.

Я заметил Теда и Одо прятавшихся под обеденным столом вместе с другими ребятами, по дороге в комнату Сесилии.

Сворачивая налево в конце коридора, Нико и я остановились перед железной дверью, которая была изолирована от других комнат в огромном доме. Директор Уилбек находилась уже там с несколькими взрослыми волонтерами, которые убирали и помогали в поддержании чистоты в приюте.

Сотрясение усилилось и один из волонтеров по имени Рендалл, спокойный крепкий человек средних лет, который присматривал за садом, приготовился войти внутрь, после того как другой работник должен был открыть дверь.

И речи быть не могло о том, что Рендалл смог бы добраться до Сесилии после такой интенсивной вспышки. Выхватив перчатку из рук Нико, я метнулся к двери.

«Что — Грей!» окрикнул меня Нико.

Прежде чем кто-либо смог отреагировать, я протиснулся мимо Рендалла и зашел в комнату, сразу же как дверь открылась. Находясь внутри, мое тело двигалось сугубо инстинктивно, едва успев отклониться от силовой волны, которая прижала Рендалла к стенке коридора. Я был наслышан о причудах Сесили, но несмотря на это, рассказы звучали как сказка, рассказанная на ночь.

Сжавшись, я побежал к центру большой комнаты, где в судорогах лежала Сесилия, выражение паники появилось на ее лице, когда она заметила мое присутствие. Эта загадочная девочка, которую привела Директор Уилбек, была исключением среди пользователей ки. Когда как даже самый способный практик при помощи своего ки в лучшем случае мог бы произвести небольшой взрыв энергии, то Сесилия вокруг себя могла создать целые вихри ки– таким огромным был ее запас.

Однако, она не могла его контролировать, и по словам директора школы, взрывы ки происходили при малейшей провокации ее эмоций.

В то время как многие ки-пользователи расценивали эту силу как подарок, но для такой девушки-подростка, я мог видеть, что это было только проклятием.

Полагаясь сугубо на свой инстинкт, я сумел неумело уклониться от взрыва ки, который был направлен на меня. Один удар мог по крайней мере лишить меня чувств.

Холодный пот градом катил с меня, когда я играл в салки с невидимой силой, которая с легкостью могла переломать мне кости как ветки.

Я ощутил легкий бриз, я сразу же сделал кувырок в лево. На стене позади меня раздался громкий удар, когда я искусно уклонился от очередного взрыва ки.

Я вытянул свою руку в перчатке, в надежде, что я смогу дотянуться до нее, когда мой инстинкт сработал еще раз и я неуклюже отпрыгнул вправо. Еще один удар эхом раздался позади меня, когда волна ки Сесилии ударилась о стену.

«Т-Ты не сможешь!» процедила сквозь зубы Сесилия. «Тебе будет больно.»

Кровать, на которой она лежала была разрушена, перья из подушек и вата из матраса все были разбросаны по полу. Я начал подползать к ней, сразу же переворачиваясь, когда чувствовал, что приближался еще один взрыв ки.

Однако на этот взрыв достиг до моей руки.

Я издал сдержанный вопль и заставил себя ползти быстрее, игнорируя мою болевшую руку. Отчаянно протягивая свою левую руку, я послал то небольшое количество ки, которое мне удалось накопить в перчатку, сделанную Нико, и молился, чтобы моя идея сработала.

Мне удалось положить свою ладонь поверх желудка Сесилии, там, где был центр ее ки. Выкладывая весь мой ки, я почувствовал, как перчатка Нико начала пульсировать.

Сесилия издала болезненный вздох, ее миндалевидные глаза расширились, прежде чем потерять сознание. Локоны ее белокурых волос упали на ее лицо, когда ее раскрасневшиеся щеки начали возвращать свой первоначальный кремовый цвет.

Я пытался подняться, но мое тело не слушалось меня от чрезмерно переданного ки.

Как жаль, подумал я, прежде чем присоединиться к Сесилии к ее бессознательному состоянию.

С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ АРТУРА ЛЕЙВИН:

«Сэр! Пожалуйста, проснитесь!» напугал меня незнакомый голос, возвращая меня от нежелательных воспоминаний в своем сне.

Когда мой взгляд прояснился, я едва смог различить фигуру женщины, ее очертания были затенены прямым солнечным светом, падающим на ее лицо. «Сэр! Умоляю вас. Пожалуйста, нам необходимо помыть вас и приготовить для выступления Командующего Вириона!»

Служанка нежно потрясла меня за руку, когда я отвернулся от нее, все еще не проснувшись.

«Отойди с дороги. Я разбужу его,» прогремел знакомый голос, когда как громкий треск раздался с его стороны.

Я немедленно вскочил на ноги, ловя проекцию молнии своей рукой.

«Байрон. Как я не рад снова видеть тебя,» резко сказал я, все еще находясь в плохом настроении из-за вчерашнего спора с Тессией.

«Я смотрю ты научился новый трюкам,» ответил Байрон со все еще протянутой рукой.

Прошло почти два года с тех пор, когда в последний раз я видел блондина копьеносца. Он не очень изменился, за исключением того, что коротко остриг волосы и выражение лица стало еще более хмурым.

«Разве ты не знаешь, что это не достойно атаковать сзади?» спросил я, вскакивая с кровати.

«Да, но сейчас военное время,» он пожал плечами перед тем как развернуться и выйти за дверь. «Переоденься. Все остальные копьеносцы уже у ворот телепортации.»

Я смотрел как Байрон, брата которого я убил, выходил из моей комнаты. Между нами, всегда существовала разница, но я понял, что он имел ввиду, когда говорил, что сейчас настало военное время: мы оба были бесценными союзниками.

Служанка робко подошла ко мне. «С-Сэр, пожалуйста. Я терпеть не могу нытье, но-«

«Все в порядке, Роза. Я получила прямое согласие от Командующего Вириона, чтобы ускорить этот процесс,» вмешалась другая, более громоздкая служанка, когда она протопала внутрь, тянув за собой большую тележку, накрытую простыней.

Служанка по имени Роза посмотрела сначала на свою сослуживицу, а потом на меня. «Т-Ты уверена, Мильда? Я не думаю, что мы должны делать что-нибудь оскорбительное-«

Мильда поднесла свой мясистый палец, чтобы заставить замолчать свою напарницу. Потом она повернулась ко мне с суровым взглядом, и начала засучивать рукава своей блузки. «Теперь, Сэр. Если у вас нет настроения или вы не в состоянии помыться сами, я буду более чем рада присоединиться к принятию душа вместе с вами и помыть вас.»

Я неумышленно в ужасе сделал шаг назад. «Нет, нет. Я даже очень в хорошем настроении, чтобы помыться самому.»

«Очень хорошо,» сказала она. «После того, как вы помоетесь, пожалуйста оденьте эти доспехи, которые Лорд Алдир приготовил для сегодняшнего выступления.»

Мильда драматическим движением скинула простыню, покрывающую тележку, выставляя на показ манекена, одетого в сногсшибательные доспехи, которые скоро я должен был надеть.





Глава 145: Балкон




«Я выгляжу глупо,» проворчал я и ковыляя подошел ближе к зеркалу.

Дизайн бронированных доспехов был броским и неэффективным. Моя грудь и плечи были защищены серебряными наплечниками и латным воротником, который доходил до моего подбородка, позволяющий делать только минимальные движения шеей. Еще более ограничивающим движения было то, что мои бедра и задняя часть были защищены набедренными щитками, что препятствовало поднятию моих ног. Изысканные детали на моих латных рукавицах и поножах соответствовали деталям на кирасе и пылающий красный плащ спадал до моих коленей, покрывая большой, декоративный меч, прикреплённый к моему поясу.

«Вы выглядите впечатляюще, Сэр,» похвалила робкая служанка, когда она начала причесывать мои волосы.

«Любой, кто умеет мастерски сражаться, в этой смертельной ловушке, заслуживает моего уважения», ответил я, пытаясь поднять руки выше своих плеч.

‘Но по крайней мере ты будешь выглядеть впечатляюще перед народом,’ заметила Сильви с кровати, все ещё в полу спящем состоянии.

‘Ты вообще молчи. Скажи спасибо, что я не заставляю тебя одевать доспехи,’ скоропалительно ответил я.

‘Мой панцирь – моя броня.’ Сильви выгнула спину, потягиваясь как кошка и ловко спрыгнула с кровати.

«Ну вот! Готово,» объявила служанка, аккуратно прикрепляя золотую ленту, чтобы мои волосы держались на месте. «Эти доспехи не только величественны, но и содержат в себе множество рун, выгравированных на них!»

«Я понимаю доспехи, но должен ли я носить этот меч тоже? У меня есть один, и он тоже очень хороший!» Сказал я, доставая свою Балладу Рассвета из кольца измерений.

Застенчивая служанка погладила свои короткие коричневые волосы и смущенно опустила глаза вниз. «Э-это очень мило, Сэр, но-«

«Он очень тонкий, он не придает вам могущественного вида!» вмешалась в разговор похожая на медведя служанка, уверенно поправляя мой латный наплечник своими мясистыми руками. «Отлично. Вы готовы и можете идти!»

Я посмотрел на свой меч, который мне мастерски вырастил один эксцентричный асура, и вложил его в ножны, прежде чем тяжело вздыхая положить его обратно в кольцо измерений.

Когда я неуклюже вышел из комнаты, Сильви, все еще не желавшая говорить, пока мы не остались наедине, пропела в моей голове. ‘Спорим, что ты произведешь фурор со своими новыми доспехами!’

‘Надеюсь, что я останусь стоять в стороне во время всего выступления. Я знаю, что Вирион хочет показать всех главных игроков сегодня для поднятия духа, но я думаю, что для этого будет достаточно и рыцарей,’ подумал я, когда мы пробирались по пустому коридору.

Жителей и большинство рабочих внутри замка сегодня утром провели через ворота, чтобы они могли найти себе место в толпе. Сегодня у меня не было возможности увидеть мою семью, но они оставили свое сообщение этой робкой служанке, в котором сообщалось, что они с нетерпением ждут встречи со мной на балконе.

‘Не могу поверить, что Вирион решил сделать речь в Этистин. Разве это не там, куда направляются Алакриянские корабли?’ спросила Сильвия, обеспокоенная, когда она устроилась у меня на плече.

‘Мне кажется в этом есть смысл. Это похоже на козырь, но если сыграть правильно — и я уверен, что Вирион сможет сделать это – то, народ увидит, что наши силы куда более внушительней, чем те корабли издалека.»

‘Наверное.’

Даже спускаться по лестнице в этих громоздких доспехах было не просто, и мне хотелось все больше и больше просто спрыгнуть по центру винтовой лестницы, независимо от того, кто мог находиться там внизу.

Резкий звон моих металлических поножен по каменному полу к комнате телепортации эхом разносился по узкому коридору, предупреждая двух охранников, приставленных из-за моего присутствия. Как только я добрался до знакомых мне железных дверей, оба охранника маг и волшебник, поприветствовали меня почтительно кланяясь, и начали отпирать вход в круглую комнату.

«Всем дожидаться внутри,» объявил охранник маг, раздвигая металлическую дверь, выставляя на показ центральные фигуры этой войны.

Это было впечатляющее зрелище, когда Байрон Вайкс, Варай Аура и Айа Грефин, три оставшихся рыцаря, стояли, одетые в белые доспехи, такие же яркие, как и мои.

Я заметил, что Вирион, находящийся ближе всех к воротам телепортации, сменил свою траурную одежду на тунику насыщенного оливкового цвета, покрывавшей его колени и на пару белых штанов из шелка. Туника имела величественное украшение; она была отделана золотой кромкой, которая соответствовала золотому поясу, которым была обмотана его талия. Бронзовый ободок удобно лежал на его голове, когда как его волосы, подобно белому занавесу, свободно спадали на его плечи.

Рядом с командующим находились вершина авторитетов этой войны – его сын, отец Тессы, Алдуин Эралит и его жена, Мериал.

Алдуин был одет в серебряную тунику с отделкой и дизайном похожей на тунику его отца, когда как Мериал была одета в элегантное серебряное платье, явно предназначенное для того, чтобы соответствовать своему мужу.

«Посмотрите, кто наконец решил показаться,» одобрительно кивнул Вирион, глядя на мою одежду.

«Командующий Вирион». Я почтительно опустил голову, поворачиваясь к родителям Тесс. «Король Алдуин и Королева Мериал. Давно не виделись.»

«Да, давно,» улыбнулся Алдуин, потирая свой подбородок, встречая меня оценивающим взглядом, Мериал ответила легким кивком.

Затем я повернулся к Блейн и Пресцилле Глейдер, бывшие Король и Королева Сапин.

«Король Блейн и Королева Пресцилла. Это было еще дольше,» произнес я, вежливо улыбаясь, наклоняясь, насколько это мне позволяли мои доспехи.

Блейн казался постарел еще больше, когда я видел его в последний раз. Еще больше седины добавилось в его огненно-коричневых волосах. Черная шелковая туника была одета под его большими наплечниками серебристо-серого цвета, полностью покрывавших его плечи и воротник, придававший ему устрашающую ауру. Его жена, Пресцилла, решила одеть черное платье, с выгравированными на нем серебряными цветами. Ее черные волосы были туго стянуты, обнажая ее шею, которая казалось была чисто белой в отличие от ее темного наряда.

Два короля и две королевы не могли выглядеть и чувствовать более разно, но каждый из них держался с чувством достоинства, которое могло только поразить народ, ожидающий их появления.

«Ты вырос,» заметила Мериал, ее пронзительные глаза казалось смотрели скорей всего сквозь меня, а не на меня.

«Взросление приходит с годами,» ответил я.

«Конечно приходит,» пробурчал Блейн. «И ты будешь продолжать расти, но не только в рост, но в силе, что мне и нужно от одного из моих лучших солдат.»

Я обернулся назад и посмотрел на Байрона и Варая, рыцарей Блейна, и покачал головой. «Независимо от моего происхождения или расы, в войне такого масштаба, я предпочитаю считать себя солдатом этого континента.»

«Наконец то рад тебя увидеть, Артур.» Пожилой дворф, который стоял, сгорбившись рядом с Вирион и двумя королями и королевами, сделал шаг вперед, становясь между Блейном и мной, он протянул мен руку.

Его рост доходил почти до моей груди, он стоял абсолютно прямо со своими расправленными плечами, что делало его выше, чем он был на самом деле. На левой стороне его лица был шрам, тянувшийся от закрытого левого глаза до челюсти. Но глаз, который был открыт, излучал мягкость, в прямую противоположность с его суровой внешностью.

Я пожал его большую руку, заметив шершавость его ладоней. «Я прошу прощения за мое неведение, но я не думаю, что я имел честь видеться с вами раньше.»

«Меня зовут Рахдеас, и мы не встречались раньше,» тихонько засмеялся он. «Но я много слышал о вас из писем, которые Элиджа мне посылал.»

Мои глаза расширились, когда я наконец то понял. «Тогда вы должно быть-«

«Да. Я был одним из тех, кто взял ребенка, когда он был младенцем.» Он посмотрел на меня с торжественной улыбкой, которая отозвалась острой болью в моей груди.

‘Это опекун Элиджы?’ с удивлением прозвучала Сильви в моей голове.

«Я-я прошу прощения, что не смог вовремя прийти и помочь ему,» сказал я, опуская свои глаза и не обращая внимания на свою спутницу.

Рахдеас покачал головой. «Это не ваша вина. Он всегда предрасполагал к проблемам.»

Пожимая его руку обоими своими руками, я смотрел прямо ему в глаза. «Если он все еще жив, я обязательно приведу его обратно к вам. Я даю вам свое слово.»

«Спасибо,» прошептал он, опуская руки, которые теперь казались такими хрупкими.

«Рахдеас – новый делегат дворфов. Сначала мы пройдем вперед,» заговорил Вирион. «Начальник стражи получит мою команду и подаст вам сигнал для прохода, когда придет время.»

Когда все шестеро из них прошли через ворота, в комнате телепортации водрузилась тишина. Я сделал пометку в своей голове, что необходимо больше уделить внимания Рахдеасу. Мне было любопытно, как выглядел молодой Элиджа и человек, который его воспитывал.

Внезапно я почувствовал легкий стук на своем плече, или скорее всего, я услышал легкое постукивание по моему наплечнику. Повернувшись, я встретился лицом к лицу с рыцарем по имени Айя Грефин.

«Мы встречались с вами и раньше, но у меня никогда не было удовольствия представиться вам лично,» она смущенно улыбнулась, заправляя свои волнистые черные волосы за ухо, протягивая свою руку в ожидании рукопожатия. «Меня зовут Айя Грефин.»

Что-то в ее голосе было не так. Соблазнительный тембр едва уловимой сладости произносимый так, что вы хотели наклониться к ней поближе, чтобы расслышать то, что она говорила. Очарование ее голоса и то, как она преподносила себя, делало ее неотразимой. Каждое движение, которое она делала руками и пальцами, заставляло мои глаза сосредотачиваться на них, но это казалось не естественным. Я чувствовал присутствие магии в ее голосе.

«Ну что ж,» я улыбнулся, делая шаг назад. «Приятно было познакомиться с вами официально, Айя Грефин.» Я знал, что она ждала, что я поцелую ее руку, но вместо этого я просто взял ее и пожал.

«Я надеюсь мы сможем поладить,» сказала она и не переставая улыбаться, выхватила свою руку обратно. Глядя как она повернулась и покачивая бедрами начала возвращаться на свое прежнее место, я почувствовал себя неловко.

Помимо ее претенциозной соблазнительности, только находиться возле нее, уже свидетельствовало о том, что с оставшимся эльфом рыцарем шутки были плохи. Я и сам видел, что Варай был сильнее Байрона, но я еще не видел сражающуюся Айю. Исходя из того, что я слышал и судя по ее рыцарскому нику, Фантазм, предположительно она была самая опасная из рыцарей. Находиться в ее близости и ощущать на себе ее пристальный взгляд, сразу становилось понятно, что эти утверждения имели под собой основу.

«Насколько мне видно, ваше обучение проходит успешно. Вы вышли со стартовой серебряной стадии и вошли в среднюю,» молча наблюдавшая за мной Варай, наконец то прервала свое молчание.

В противоположность Айе, Варай держалась очень сдержанно и величаво. Я заметил, что она до плеч остригла свои длинные белые волосы. Челка Варай была зачесана набок, показывая небольшой шрам, как раз чуть выше ее правой брови, который никто бы не заметил, если не присмотреться.

Ее темный коричневые глаза были зоркими и острыми, в то время как ее брови, казалось, постоянно хмурились, когда она продолжала смотреть на меня.

Сильви сжалась и показала рыцарю свои маленькие клыки. ‘Все в порядке, Сильв. Она наш союзник, помнишь?’

«Мне еще предстоит долгий путь, если я хочу добраться до белой стадии,» сказал я Варай, отводя свой взгляд от ее пристальных глаз.

«Не такой уж долгий, как вам это представляется,» ответила беловолосая рыцарь.

«Что все это-«

«Начальник охраны! Сколько еще ждать?» Прервал Байрон, с нетерпением постукивая ножными доспехами по земле.

«Г-Генарал Байрон,» вздрогнул пожилой начальник охраны. «Командующий Вирион не—Ах! Только что получил от него сообщение. Пожалуйста проходите!»

К воротам телепортации первым прошел Байрон, страстно жаждущий выйти из этой тесной комнаты.

‘Да, это было неудобно,’ подумала Сильви.

‘Тебе ли говорить.’ Я жестом указал Айе и Варай следовать передо мной. Фигуристая эльф подмигнула мне и покачиваясь прошагала мимо, когда как Варай с каменным выражением на лице смотрела на меня и Сильви.

Когда я переступил ворота телепортации, все вокруг меня стало расплывчатым. По прибытии, я не мог не сжаться от внезапной разницы в уровне шума. Приветственные восклицания раздавались снизу, когда как замок или здание, в котором мы очевидно находились, содрогался.

Сильви и я прибыли в большую прямоугольную комнату, которая имела выход к большому балкону, где Вирион и остальные короли и королевы стояли, приветствуя находившийся внизу народ. Кроме них там еще была Тесс, стоявшая рядом со своими родителями, Куртис и Кэтлин, все приветствовали огромную толпу, которую я мог видеть даже отсюда.

«Пожалуйста, Генералы, приготовьтесь идти по сигналу Командующего Вириона,» прозвучал тонкий голос помощника, в то время как он поправляла волосы Айя, которые раздуло холодным ветром, дувщего с океана.

«Генералы?» спросил я в недоумении помощника.

«Артур, Леди Сильви, я вижу, что вы оба наконец то здесь,» раздался позади нас знакомый голос.

Обернувшись через плечо, я заметил Алдира, сидевшего перед чайным набором с чашкой в руке, его третий глаз смотрел на меня.

«А я смотрю, вы остаетесь в тени,» поприветствовал я асуру, когда как Сильви кивнула маленькой головой.

«Это моя работа,» сказал он, приподнимая чашку, имитируя тост.

«Тогда, не могли бы вы сказать, в чем заключается моя работа здесь? Поскольку я — не рыцарь, откуда следует, что я — не генерал.»

«Терпение. Вам необходимо потерпеть всего лишь пять секунд,» сказал он, наливая себя еще одну чашку чая из чайника.

Возгласы и приветственные крики умолкли к тому часу, когда Вирион начал свою речь. «Многие из вас преодолели большие расстояния, чтобы присутствовать здесь, и это наполняет меня гордостью. Как вы все уже успели заметить, рядом со мной стоят ваши лидеры, те люди, которые защитили этот континент, а также те, кто защитит этот континент в будущем.»

Послышалась еще одна волна восторженных возгласов, когда как Рахдеас, семейство Глейдер и Эралит поприветствовали толпу еще раз.

«Но, это не все герои, которых вы видите сейчас, есть еще герои, которые остаются в тени и постоянно рискуют своей жизнью, сражаясь за континент. Я хочу, чтобы вы все помогли мне приветствовать Рыцарей Дикатена!»

Варай, Айя и Байрон вышли с края балкона с высоко поднятыми головами и расправленными плечами, когда как Вирион и все королевские семьи повернулись, чтобы поприветствовать их.»

Даже еще более громкие овации пронеслись по толпе, когда три рыцаря появились у все на виду. Хаотичная совокупность криков и возгласов очень скоро переросло в коллективное скандирование, которое становилось все громче и громче.

«РЫЦА-РИ, РЫЦА-РИ, РЫЦА-РИ.»

После десятиминутного непрерывающегося скандирования, Вирион поднял свою руку, заставляя затихнуть сотни тысяч – если не миллионы – людей, эльфов и дворфов.

«Я обращаюсь ко всем вам! Мы находимся на пороге войны,» твердо говорил Вирион после минутного затишья. «Я знаю, что половина рыцарей отсутствует, и это не по ошибке. Некоторые из них находятся при исполнении своих заданий и не смогли прийти.»

Я обменялся взглядами с Алдиром на ложь Вириона, но не стал акцентировать на этом внимание. Я знал, как это повлияет на толпу, если рассказать правду, что один из рыцарей был убит.

Вирион продолжал. «Рыцари день и ночь проливают свою кровь и слезы, чтобы обеспечить Дикатену безопасность, но пришло время, когда мы уже не можем полагаться только на силу. Мы должны сражаться вместе, чтобы обеспечить нашему дому безопасность.

«На инаугурации рыцарей почти четыре года тому назад, мы поклялись, что звание рыцаря не будет предопределяться происхождением или статусом, но заслуженным кропотливым трудом, талантом и силой. Сегодня – начало новой эры и с новой эрой приходят новые герои. Один из таких героев был найден и сегодня он находится здесь вместе с нами. Прошу поприветствовать вместе со мной нашего нового рыцаря: Артур Лейвин!»





Глава 146: Речь и Заявление




Вирион, Рахдеас, рыцари и обе королевские семьи все повернулись ко мне, когда я зашагал в сторону балкона. С моим появлением аплодисменты достигли оглушающего крещендо, пока Вирион ожидал меня в самом конце.

Когда я проходил мимо Байрона и Варай на их лицах было запечатлено безразличие, в то время как губы Айи искривились в кокетливой улыбке, и она одобрительно кивнула.

Выражение на лице Тесс было мрачным из-за вчерашнего спора, когда как глаза Кетлин радостно сияли. Ее брат Куртис помахал мне рукой, пока его родители и все остальные основные фигуры на балконе присоединились к аплодисментам толпы.

Сделав первый шаг на балкон солнце радостно засияло над моей головой, освещая весь мир внизу своим светом. Когда мои глаза свыклись с ярким светом, я не мог не восхищаться тем, что увидел перед своими глазами.

Миллионы людей – люди, эльфы и дворфы – все собрались воедино, словно касаясь горизонта. В тесной толпе, они надеялись приблизиться к своем лидеру хотя бы на дюйм. Атмосфера волнения, уважения и радости чувствовалась повсюду.

«Что?» ухмыльнулся Вирион. «Никогда не видел приветствующую тебя толпу более чем в миллион человек?»

Я покачал головой с беспомощной улыбкой на лице, думая про себя, сколько раз это было в моей прошлой жизни. «Это была твоя идея?»

«А что? Тебе не понравилось?» Вирион повернулся к толпе, пододвигая меня поближе, чтобы люди внизу смогли получше разглядеть меня.

«Если бы это был кто-то, кроме тебя? Да.»

«Хорошо. Теперь продолжай улыбаться и помаши им. Они могут видеть тебя в широкомасштабной проекции позади нас.»

Взглянув на огромную проекцию позади меня, я не мог не вспомнить Эмили Ватскен, когда она рассказала мне в классе, что это именно она разработала эту проекцию. Оглянувшись назад, я поднял руку и помахал толпе, Сильви сидя у меня на плече, последовала моему примеру.

Громыхающие аплодисменты потихоньку стихли в волнительный гул, когда все, кроме Вириона и меня, отступили к задней части балкона. «Итак. Никто не будет готовить речь на случай войны, не так ли?

«Ты шутишь, наверное?» Я изо всех сил старался сохранять спокойную улыбку.

«Я хочу, чтобы ты обнародовал сообщение,» сказал Вирион, его голос был твердым, когда он дал мне в руки артефакт усиливающий голос, который был прикреплен к его воротнику.

«Вирион. Я не могу.» Мой голос дрогнул, в то время как люди внизу с волнением ожидали как кто-то начнет говорить. «Я даже не готов согласиться на позицию рыцаря, не говоря уже о том, чтобы произносить речь.»

«Я не хотел, чтобы ты готовился. Это твои люди, Артур. Ты вырос среди них, и они будут слушать тебя с гораздо большей искренностью и сопереживанием, чем если бы говорил какой-то благородный дворянин.”

«В том случае, если я смогу произнести хорошо продуманную речь,» продолжал спорить я и повернулся, чтобы пожать руку Вириона, как предлог для отсрочки неизбежного.

«Я верю в тебя. Просто говори от всего сердца.» Вирион сделал шаг назад, когда редкие возгласы сменились тревожным ожиданием.

Несмотря на то, что даже самые близко стоящие люди были размером с мой ноготь большого пальца, я все равно сумел различить в толпе своих родителей и мою младшую сестру, сидящую на огромном плече медведя Боо.

Опасение неподготовленности уменьшилось, когда я встретился со взглядом свой матери. Даже с усиленным видением я с трудом смог различить едва заметную улыбку на ее лице, но это было достаточно.

Я знал, что нужно было сказать.

Сделав глубокий выдох, я стоял на краю балкона со включенным артефактом усилителя голоса.

Громкий гул эхом раздался в резонансе, оповещая меня о том, что артефакт был уже включен. Я сделал еще один шаг вперед и оперся о перила балкона, ожидая, когда стихнут последние приветствия.

«Несмотря на мой возраст, я прочитал множество книг об истории и экономике этого континента. Но ни в одной из этих книг не рассказывается, что заставляет жителей этого континента любить свою страну. Некоторые историки спекулируют, что это из-за того, что они были рождены здесь и поэтому имеют натуральную тенденцию любить свою родину. Один писатель по имени Джеспик Лемптер утверждает, что это сложный просачивающийся вниз эффект, начинающийся с лидеров, способных обеспечить существование своего народа до родителей, способных прокормить своих детей. Он заявил, что до тех пор, пока сохраняется этот поток безопасности в средствах к существованию, сохраняется естественная лояльность к стране, обеспечивающей это.

«Я говорю вам это, потому что я не согласен с обоими утверждениями. Я верю, что преданность — это не расчетный маневр со стороны граждан, и также я не думаю, что это исключительно потому что жизнь может поддаваться риску, основываясь на территории где некто был рожден. Я думаю, что это довольно самонадеянно даже пытаться найти единую, всеобъемлющую формулу преданности.

«Но одно можно сказать наверняка: преданность всегда легче, когда все стабильно. Очень легко приветствовать своего короля, когда твои дети сыты и ваша земля процветает. Легко объединиться с армией, когда знаешь, что она победит. Но сейчас все обстоит по-другому. Во время этой войны ваша преданность к этой стране – ко всему континенту – будет проверена, потому что настанет час, когда вы станете перед выбором либо умереть со своим народом или же остаться жить с вашими врагами.» Атмосфера в толпе становилась тяжелее, когда мой голос перешел на шепот, но я продолжал.

«Сам факт, что я сейчас предстал перед вами говорит о выборе, который я собираюсь сделать, когда этот час настанет для меня, но это не из-за моего рыцарского титула. Моя преданность не была куплена, и она не была приобретена просто так. Моя преданность к этому континенту и к каждому кто в ней находится, была заложена с самого детства в этой стране, сначала как путешественник, потом как студент, потом как учитель, и сейчас, она будет доказана в качестве рыцаря.

«Конечно, этот континент и его лидеры имеют свои недостатки, но никто не может отрицать, что они не пытались их устранить. Объединение трех королевств для формирования Совета было бы неслыханным несколько поколений тому назад, и тем не менее лидеры трех королевств отбросив свою гордость и различия, объединились, чтобы поделиться ресурсами друг с другом на благо континента и на благо проживающих в нем. Хотя дискриминация все еще существует, но эта земля, в которой мы живем, принадлежит всем нам, и сразу за этим городом находится армия, насчитывающая сотни кораблей, которые приближаются к нашим берегам. Нам предоставили возможность либо отказаться от жизни всех королевских семей, которые служили этому континенту, в обмен на то, чтобы взять наши земли без боя, или же будет предполагаться война в гораздо более разрушительных масштабах.

«Командующий Вирион был готов пожертвовать своей жизнью для защиты континента – но я сказал, что такое решение не может быть принятым только им самим, поскольку это затрагивает не только его жизнь и жизнь его семьи, но и жизни каждого из нас.»

Я повернулся и жестом попросил Вириона и всех остальных выйти вперед. «Я предпочитаю сражаться и умереть за жизнь, которую я полюбил здесь, чем предать моих собратьев в надежде, что обещание, которое наши враги – враги, которые уже разделяют наши семьи – возможно сдержат, а возможно и нет.

Но я не смею говорить за всех на этом континенте. Единственное, что я могу сказать с полной уверенностью так это то, что, если будет предоставлена возможность, то каждый из нас здесь будет бороться до последнего дыхания, чтобы защитить этот континент от тех, кто осмелился посягнуться на наши земли.»

Наступила абсолютная тишина, длившаяся казалось бесконечно, пока один единственный голов не нарушил ее.

«Да здравствует Дикатен.»

Это единственное воззвание стало началом извержения. Как будто более миллионная толпа спланировала свои приветствия, раздались громыхающие скандирования, сотрясающие землю и сам замок, в котором мы находились.

«Да здравствует Дикатен. Да здравствует Дикатен. Да здравствует Дикатен.»

Я выключил артефакт усилителя голоса и облегченно вздохнул, когда Сильви спрыгнула с моего плеча.

Когда скандирование достигло своего пика, моя спутница из жемчужной лисы превратилась в могущественного дракона.

Это произошло в тот момент, когда она распахнула свои крылья, и я увидел еще раз, как она выросла за последние десять лет. Размах ее крыла превышал ширину балкона, когда порывы воздуха дули на толпу с каждым взмахом ее крыльев.

В то время, когда я был поражен тем, что она без каких-либо предупреждений раскрыла себя, я подыграл ей и выхватив из-за спины свой огромный меч, поднял его высоко в воздух, как раз в этот момент моя спутница, повернувшись к небу издала громовой раскатывающийся рев, сотрясая воздух вокруг нас, внушая страх и восхищение людей, собравшихся под нами.

Хотя вмешательство Сильви прервало скандирование толпы, но даже еще более мощные возгласы разразились после демонстрации нашей силы.

Я осмотрелся по сторонам и увидел, что все смотрели с широко раскрытыми глазами на разворачивающиеся события.

«Я думал, что ты ничего не подготовил,» сказал Вирион с приподнятой бровью.

В ответ на это я пожал плечами, в то время как Сильви снова превратилась в лисицу и запрыгнула на мое плечо. «Я не готовил.»

‘Я хорошо сделала, правда?’ пропела Сильви в моей голове.

‘Твое сообщение разошлось повсюду, хвастунишка,’ ответил я, теребя за ушами моей маленькой спутницы.

Куртис подошел ко мне, сияющий от волнения. «Этот последний момент был захватывающий. Я имею ввиду, я слышал, что Сильви была драконом от студентов, которые были в школе, когда мы подверглись нападению, но…»

Принц задумчиво вздохнул, перемещая свой взгляд с меня на Сильви, прежде чем выйти вперед и помахать рукой очарованной массе людей, скандировавшей наши имена.

После нескольких минут, проведенных на балконе с выкрикивающей приветствия толпой, мы потихоньку начали возвращаться обратно в замок. Пока я шел обратно, я не мог не заметить, как Тесс зашагала, направляясь обратно в сторону ворот телепортации, из которой мы пришли, не проронив при этом ни слова.

«Уверен, что Тессия все еще сердиться на меня?» спросил я у Вириона, который шел рядом со мной.»

«Сердитая, разочарованная, обозленная, оскорбленная – я не уверен какая точно, но уверен только в одном, какое бы чувство она к тебе не испытывала — оно не хорошее,» тихо засмеялся Вирион. «И сейчас, я уверен, что у тебя есть незаконченные дела с твоей семьей, но ты мне нужен здесь в замке как можно скорее, сразу после того как закончишь свои дела.»

«Я буду в замке сразу после того, как отправлю своих родителей, но я все еще не уверен, будет ли безопасней оставить мою сестру в замке или же отправить ее вместе с родителями,» сказал я.

«Многие дети и их матери останутся в замке. Некоторые из них даже являются преподавателями магии в академии, поэтому для ее же пользы ей лучше остаться в замке, но только в том случае, если она согласна оставаться там вдали от своих родителей или тебя,» добавил он.

«Да, ты это правильно подметил. Я постараюсь уговорить ее.»

Вирион кивнул и засунул руку во внутренний карман своего плаща. «И еще одна вещь, о которой тебе стоит подумать.»

Он вытащил руку и раскрыл ее, показывая черную монету размером с его ладонь. Она заблестела при малейшем же движении, притягивая мое внимание своей сложной инкрустацией, выгравированной по всему диаметру монеты. «Это один из артефактов, который достался мне по наследству. Этот артефакт и еще один я дал своему сыну, когда отрекся от престола, но после смерти Алея, он вернул их обратно мне, говоря, что я должен выбрать следующего рыцаря.»

Я молча стоял какое-то время, очарованный овальной монетой, которая казалось пульсировала в руках Вириона. «Так значит это артефакт, принадлежал Алее?»

«Да. Установление связи между монетой и между твоей и моей кровью, даст тебе стимул, позволяющий всем другим рыцарям прорваться до белой стадии, я знаю, что ты не эльф, но ты бы оказал мне большую честь, если бы согласился стать рыцарем и служить под нашими знаменами.»

Мои руки дрогнули в соблазне принять подарок, который бы дал мне лучшую возможность сражаться с Четырьмя Косами и ихними подданными.

Тяжело вздохнув, я покачал своей головой. «Я буду сражаться за тебя даже без установления связи, но я не могу взять это. Возможно я буду сожалеть об этом, но я не чувствую, что это правильно для меня, стать обладателем белой стадии окольный путем. Я доберусь до нее своими силами.»

«Отличный выбор,» знакомый хриплый голос определенного асура прозвучал позади меня.

«Лорд Алдир,» кротко поклонился Вирион, все еще держа ладонь открытой, чтобы асура тоже смог разглядеть артефакт.

Алдир взял монету с ладони Вириона и принялся ее изучать, глядя на нее сверху вниз. «На ряду с тем, что этот артефакт может дать тебе огромный прирост в силе, он в большой мере содержит в себе потенциал для дальнейшего роста.»

Асура подбросил монету обратно в сторону Вириона, продолжая говорить. «Обычно я рекомендую всем начинающим воспользоваться возможностью и использовать это, особенно в такое опасное время как сейчас, но Артур, ты – это совсем другое дело. Помимо своего таланта, у тебя есть ледяная кровь Леди Сильви, текущая в твоих венах, крепчайшая воля твоей матери внутри ядра твоей маны. Все это может служить риском во время войны, но я бы посоветовал тебе не принимать его.»

«Спасибо за ваш прогноз,» ответил я. Осматриваясь по сторонам, я заметил, что Блейн и Пресцилла Глейдер оставались с нами, в то время как Куртис и Кетлин вместе с Тесс и ее родителями уже ушли.

«Ты тоже собираешься вернуться в замок?» Спросил я Вириона.

Вирион мрачно кивнул. «Я должен много чего подготовить. Блейн и Пресцилла будут помогать в подготовке города одновременно используя помощь рыцарей. Мы не знаем наверняка, куда они приземлятся или как будут распространяться, но это жизненно важно, чтобы мы подготовили этот город. К счастью, корабли все еще на расстоянии нескольких дней от нас.

«Я понял. Я встречусь с тобой снова, как только закончу свои дела.»

В тот момент, когда Вирион и Алдир были готовы отправиться в сторону ворот телепортации, беловолосый асура повернулся назад и посмотрел на меня своим единственным фиолетовым глазом. «Артур, ты готов к этой войне?»

Мои губы искривились в усмешке, и я тихо засмеялся. «Нет, но я не собираюсь проигрывать этим чертовым Вритрам.»

Алдир тоже рассмеялся в ответ и повернулся обратно. «Хорошо. Это то, что я хотел от тебя услышать.»





Глава 147: Роль




Когда Вирион и Алдир отправились обратно в замок, я остался позади, чтобы попрощаться с моими родителями, которые настаивали на том, чтобы воссоединиться с Двойными Рогами и помочь на войне. Когда мы попрощались, я попытался отговорить их от приближения к западному берегу, где сражения были бы самыми тяжелыми, но они были против этого.

Что разочаровывало меня, так это то, что я не мог их винить за это; для них эта земля была их домом, и защищать ее для них считалось святым делом. Что касалось меня, то несмотря на то, что я вырос здесь то возможно во мне все равно присутствовал какой-то момент отчуждения, из-за того, что я помнил свою прошлую жизнь. Я считал Дикатен своим домом, потому что это было место, где была моя семья, и это было большим фактором почему я решил сражаться против Вритра.

Сняв последние доспехи, я погрузился в свое кресло и сделал глубокий выдох.

«К черту это,» выругался я, потирая себе виски.

«Вступать с ними в спор было не лучшим способом для расставания,» сказала Сильви, когда она улеглась на полированном чайном столе, ложа свою голову на передние лапы.

«Спасибо за просвещение» — я закатил свои глаза – «Я только не понимаю, почему они не хотят прислушаться к моему совету. Я не сказал ничего плохого.»

«В общих чертах ты посоветовал им пойти в какую-нибудь отдаленную территорию и спрятаться там до поры до времени,» ответила она.

«Я таких слов не говорил,» возразил я, скидывая с себя сапоги.

«Но это было то, что ты имел ввиду.»

«Я только хочу, чтобы они были в безопасности,» пробормотал я, уступая.

Сильви спрыгнула с чайного столика на ручку моего кресла. «Если бы они думали о своей собственной безопасности, твои родители не стали бы присоединяться к войне.»

«Я вообще то больше беспокоюсь о безопасности моей семьи, чем о войне. Я благодарен им, что по крайней мере они не взяли с собой Элли, но это не означает, что они должны идти и рисковать своими жизнями.»

Моя спутница кивнула своей головой. «Я знаю.»

«Я просто очень надеюсь, что они знают, что я очень переживаю за них как сын, а не как …» Я решил не заканчивать предложения и снова тяжело вздохнул.

«Поскольку теперь они уже знают, то для них это будет очень сложно,» ласково сказала Сильви, кладя утешающую лапу мне на руку.

Я глубже погрузился в свое кресло пока смотрел на свою спутницу. «Когда точно ты поняла, кем я был?»

«Мне кажется я знала об этом всегда, но никак не могла найти подходящее слово, чтобы описать это. В конце концов, мы делимся мыслями.»

«Каждой мыслью?» спросил я ошарашенный.

«Мхммм.»

«Но ты отвечаешь только когда я прямо обращаюсь к тебе. И я не слышу твои мысли до тех пор, пока ты сама не произнесешь их в моем уме.»

«Для меня говорить с твоим умом это как будто разговаривать вслух. Я научилась держать некоторые мысли при себе; но я не могу сказать тоже самое о тебе,» она хихикнула.

Мои глаза расширялись от ужаса. «Это значит-«

«Знаю ли я о твоих постоянных эмоциональных потрясениях, когда речь заходит о Тессие? Да,» — усмехнулась она.

Я издал стон.

«Не волнуйся. С тех пор, как я родилась, я слушала все ваши мимолетные мысли. Я не понимала их до недавнего времени, но я привыкла к этому на протяжении многих лет,» утешала она, ее острые зубы все еще виднелись, пока улыбка не сходила с ее лица.

«Ну, я не ‘привык’ к чему-либо вообще,» — проворчал я.

Усмешка Сильви исчезала, когда она начала пристально смотреть на меня своими яркими жёлтыми глазами. «Скоро мы будем сражаться. Во время моей тренировки дедушка мне сказал, что поскольку я все еще очень далека от того, чтобы достичь уровня настоящего асуры, то его кровь продолжает течь в моих жилах. А это значит, пока я могу сражаться с тобой бок о бок в бою, я не непобедима. Лучший способ остаться в живых это полагаться друг на друга.»

«Конечно,» сказал я, смущенный тем, что это повлекло за собой.

«Я говорю это потому что, у меня есть вещи, которые я утаила от тебя – кое-что, что я обнаружила только недавно, и я чувствую, что ты – единственный, кому я могу доверить свою жизнь,» ответила она, читая мои мысли.

«Сильв, ты знаешь, что ты можешь доверять мне, что бы это ни было. Я вырастил тебя с самого твоего рождения, в конце то концов.»

«Спасибо.» Моя спутница спрыгнула с ручки кресла мне на колени и положила свою голову на мои руки.

Наступил момент молчания, пока я размышлял над тем, что она сказала. Я знал, что она может читать мои мысли, но, как она уже упомянула, это не имело значения. Каким любопытным бы я не был, я не утруждал себя спросить ее, что это были за ‘вещи’, которые она недавно обнаружила; если бы она хотела рассказать, то давно бы уже это сделала. Что беспокоило меня больше всего, было то, что она вообще первый раз выразила свой страх перед чем-либо. Несмотря на наши бесчисленные опасные ситуации, в которые мы попадали, она всегда оставалась сильной и бесстрашной, но сейчас, я чувствовал ее ощущение этой войны.

Я ласково погладил голову Сильви. «Когда ты стала такой умной, скажи пожалуйста? Кажется, после того, как мы вернулись из Эфотоса, у тебя произошел этот огромный рост. И пожалуйста не заставляй меня начинать с твоего растущего эго.»

«Тебе горько, потому что ты принимаешь советы от лисы, которая младше тебя. И я всегда всему быстро училась – почему ты думаешь я всегда находилась на твоей голове?»

«Так значит, ты училась, наблюдая за нашим окружением?» спросил я.

«Ага. И еще очень помогает то, что ты знаешь много и я имею свободный доступ к твоим мыслям,» подтвердила она, прижимаясь ближе к моей ноге.

Я определенно видел, что она была уставшая, когда как у меня имелись тысячи вопросов, относительно ее внезапного изменения в поведении, но я знал, что мне придется подождать.

Мои глаза были сосредоточены на ровном дыхании моей спутницы, пока она крепко спала. Она не сильно изменилась. В ее голосе все еще прослеживались нотки незрелости, несмотря на изменение в ее манере говорить; похоже, она заставляла себя становиться более взрослой.

Я не был уверен, чему Лорд Индрат обучил мою спутницу во время ее тренировок, но одно было ясно наверняка – она стала осознавать, что она была асура.

Тогда как Вирион и другие не знали об этом, Виндсом рассказал мне, кем были Агрона и все остальные в ее клане. Он и остальные Вритра экспериментировали на том, что асура называли ‘меньшие расы’ еще до того, когда они убежали в Алакрию. Пару магов, появившихся у Стены не были чем-то особенным, но я знал, что они были порохом, предназначенные для создания хаоса наряду с мана зверями под их руководством, чтобы расчленить наши силы.

Если то, что Виндсом рассказал было правдой, то орда кораблей, приближающаяся к нашим берегам, будет включать в себя магов, с кровью асура, текущих в их венах. И это было много веков тому назад. Я могу себе только представить, насколько они смогли продвинуться с того самого времени и что они собираются сделать с людьми в Дикатене, если Вритра выиграет эту осаду. Это место превратиться в ферму по разведению солдат, которых Агрона будет использовать, чтобы завоевать Эфотос.

«Артур.»

Хриплый голос баритона оторвал меня от моих мыслей. «Разве нет какого-нибудь этикета постучать в дверь прежде, чем войти в комнату, или по крайней мере воспользоваться дверью?»

«Тон твоего голоса говорит мне о том, что твои дела, о которых ты должен позаботиться не пошли должным образом?» Сказал Алдир, когда он спокойно прошел и сел в кресло напротив меня.

«Почему ты здесь? Я думал, что ты будешь заседать на Совете,» сказал я, игнорируя его слова.

«Мне от тебя кое-что нужно,» ответил Алдир, его сверкающий пурпурный глаз пронзительно смотрел прямо на меня.

Я тоже смотрел прямо на него, не отрывая глаз. «И что же это?»

Наступила напряженная тишина, затем Алдир тяжело вздохнул.

«Твоя помощь,» признался Алдир. «Лорд Индрат велел мне полагаться на твое суждение на протяжении всей этой войны, и после твоего выступления я думаю, что понимаю, почему.»

«Что Лорд Индрат имел ввиду, когда сказал, что ты можешь полагаться на мое суждение?» спросил я. Когда я сел, Сильви встрепенулась проснувшись, но продолжая дремать и почти сразу же уснула опять.

«Лорд Индрат понял, что твой вклад в эту войну не должен ограничиваться только мечом. Конечно будут моменты, когда ты будешь нужен на поле боя, но посылать тебя в каждое сражение, которое будет иметь место, только изнурит тебя. В те моменты, когда такая помощь не понадобится, ты будешь рядом со мной в совете, разрабатывать стратегию и делиться своими соображениями.»

«Позволь назвать вещи своими именами; ты хочешь, чтобы шестнадцатилетний парень принимал участие в принятии жизненно-важных решений вместе с Советом?» посмеялся я.

«Помимо того факта, что ты являешься представителем низшей расы, ты к тому же еще и необычный ребенок. Не думай, что этот глаз — просто красивое украшение. Я знал, что что-то было не так, когда мы встретились с тобой в первый раз, но только после слов Лорда Индрата,я понял насколько это было серьезно.»

«Есть ли у тебя что-нибудь предложить мне взамен за мою помощь?» Спросил я, облокачивая свою голову на руку.

Глаза Алдира сузились. «Я пришел сюда с чистосердечной просьбой о помощи, и твое сотрудничество в наших общих интересах. Проиграть эту войну означает умереть, быть порабощенным или хуже. Не только для тебя, но и для тех, кого ты любишь тоже.»

«Ты мог бы хотя бы бросить мне кость,» вздохнул я. «Да, я помогу, но я не уверен, сколько моих советов Совет готов выслушать. Вирион слушает, но все остальные …»

«Я об этом позабочусь сам,» ответил Алдир. «Кроме того, ты будешь не только на собраниях. У меня насчет тебя есть и другие планы.»

«Когда ты говоришь ‘другие планы’, это звучит опасно,» тихо засмеялся я.

«Как я уже сказал, в этой войне ты являешься мощной ударной силой – возможно большей, чем все рыцари. Я против того, чтобы твои способности растрачивались впустую, сидя вместе с этими представителями меньшинств — я имею ввиду совет — препирающийся друг с другом.»

Я покачал головой и беспомощно рассмеялся. «Это должно быть неприятно для тебя находиться здесь и быть лишенным возможности помочь, несмотря на то количество силы, которую ты можешь обеспечить только один сам.»

«Мое время придет, если оборона осады будет успешной, то тогда наша армия асуров сможет позаботиться об Агроне и его ослабленных войсках при помощи армии Дикатена.»

«Похоже, что эта война кончится не скоро,» я вздохнул.

«Да, но эта борьба станет началом новой эры. Если Дикатен победит и будет сражаться наряду с нами асурами, то Аргона и его клан предателей и болванов падут и каждый получить доступ к новому континенту.»

Алдир звучал обнадеживающе, даже возбужденно, в отличие от своего обычного спокойного поведения.

«Ты потерял кого-то из-за Агрона, не так ли?» спросил я, видя выражение на лице асуры.

«Многие из нас потеряли дорогих нам людей в этом сражении – нет, лучше будет сказать резне,» ответил Алдир, бровь под его третьим глазом дрогнула.

«Ты слышал, что я сказал Вириону; у меня нет никаких намерений проигрывать эту войну, но если ты собираешься просить меня о помощи в этом, то ты должен доверять моим советам, которые я дам.»

Вспрыснув от смеха, он ответил, «Никогда бы в жизни я не подумал, что один из низшей расы будет разговаривать со мной вот так.»

«Да, но мы сражаемся в ваших битвах для вас, поэтому будь так любезен называть их именами их непосредственной расы,» ответил я ухмыляясь.

«Ты хочешь слишком многого, Артур Лейвин, но ничего.» Беловолосый асура поднялся, расправляя складки своего плаща цвета слоновой кости. «Пришло время отправляться обратно в комнату совещаний. Я беспокоюсь каждый раз, когда оставляю их – людей одних на слишком долгое время. Мы будем ожидать твоего скорого прибытия.»

Я тихо засмеялся. «Конечно, я скоро приду, но мне ужасно интересно узнать одну вещь.»

«Что это?» ответил асура, глядя назад через свое плечо.

«Два рыцаря, которые не присоединились к нам сегодня. Я знаю, что ты сказал два года тому назад, что они работали под твоим руководством, но ты не убивал их или что-то в этом роде, так?»

Алдир покачал головой. «Это не в моих правилах убивать рыцарей сгоряча. Когда как политическому деятелю можно найти замену, то могущество рыцаря может занять годы для развития, даже при условии, что они имеют очень высокую сопоставимость с артефактом. Я планировал затронуть эту тему по поводу двух рыцарей на собрании, но поскольку ты сам заговорил об этом, то я хочу просветить тебя на этот счет.»

Я энергично закивал. После этого асура рассказал мне, что он планировал, используя этих двух рыцарей, как вдруг одна идея пришла мне в голову. Мои губы искривились в злорадной усмешке, и я дико рассмеялся. «Не плохо, но у меня есть идея получше.»





Глава 148: Первое Задание




Облако холодного воздуха формировалось при каждом дыхании, пока я шагал в сторону шумного лагеря. Солдаты установили свои палатки и разожгли костры позади скопления больших скал под утесом возле берега. Тусклое мерцание костров и следы от дыма были видны издалека, но возвышающаяся баррикада валунов служила естественной защитой от любого, приближающегося с моря.

Я смог различить несколько охранников, стоящих на вершине утеса, охватывающего лагерь, едва видимых даже при помощи усиленного видения из-за слоя дымки, застилавшей весь берег.

Завернувшись поплотнее в шерстяной плащ, я укутал себя еще одним слоем маны, чтобы защититься от зимних ветров.

Находясь почти на месте, я известил Сильви, которая глубоко зарылась в слои моей одежды.

Моя спутница высунула свою мордочку наружу и почти что сразу же спрятала ее обратно, издавая недовольное ворчание.

‘Для такого могущественного существа ты совершенно не переносишь холода,’ подразнил ее я, продолжая последний этап нашего похода.

‘Это мне, а не тебе придется лететь сквозь этот проклятый ветер. Даже в такой форме, я чувствую словно у меня дырки в крыльях,’ жаловалась она. ‘И я очень хорошо переношу холод, но я его на дух не переношу.’

Я тихонько рассмеялся и ускорил свой шаг. С тех пор, как мы отказались от какого-либо перемирия с Алакрией, Алдир не мог рисковать соглашением асуры, создавая телепортационные ворота. Это означало, что я должен был полагаться на Сильви для транспортировки на большие расстояния в любом месте от уже существующих ворот телепортации. И только за милю до нашего места назначения, я заставлял ее преобразоваться обратно, чтобы не привлекать внимание.

Согласно просьбе Вириона, я должен был остаться с этим подразделением и помочь им в маловероятном сценарии, на случай если Алакриянские корабли будут посланы так далеко на побережье. Однако, в тайне от него, я добавили ещё один пункт в его повестку дня.

Прогуливаясь у подножия скалы, я скрыл свое присутствие. Когда как многие маги скрывали свое присутствие не применяя использование маны вообще, мое же обучение в Эфотосе научило меня, что идеальный баланс выхода маны через мои каналы маны и ее вход через мои вены позволил бы мне скрыться от даже самых бдительных мана зверей, в то же самое время сохраняя возможность ее использования.

Возле подножия скалы, где находилось скопление валунов, мне удалось заметить подозрительно большую, размером с дом палатку. Судя по тому, что она была расположена в самом безопасном месте большого полукруглого лагеря, и потому что она была в три раза больше, чем любая другая палатка в округе, я мог предположить только одно, что она принадлежала капитану.

Когда я прибыл на окраину лагеря, я подобрал пару сломанных кусков дерева и как ни в чем не бывало прошел мимо отдыхающих солдат.

Никто не обращал на меня внимания; с моим капюшоном на голове и охапкой веток и прутьев под мышкой, я возможно выглядел, как и все другие молодые солдаты, надеющегося получить титул, внося свой вклад в войну.

Некоторые из бывалых солдат, начищали свое оружие и доспехи при свете костра, поглядывая на меня без особого интереса, в то время как группа молодых солдат – скорей всего маги знатного происхождения, судя по их украшениям на одежде и бросающимся в глаза посохам – ухмылялись и издевались при виде моего простого одеяния.

‘Эти невежественные клоуны не имеют ни малейшего представления над кем они надсмехаются,’ зашипела Сильви, когда она высунулась, чтобы посмотреть на их физиономии. ‘Их лучше использовать в качестве приманки.’

‘Спокойно,’ утешил я. ‘Ты конечно научилась некоторым красочным оскорблениям от Лорда Индрат.’

Когда я зашел вглубь лагеря, я прошел мимо кухни. В глиняных ямах, образованных магией, горели большие костры, в которых были аккуратно выложены горшки с тушившихся в них мясом, аппетитно побулькивая, в то время как здоровые мужчины с бочкообразными грудями нарезали мясо на куски.

«Вычистите горшки для мяса с вертелов! Бенфир и Шрен, приготовьтесь раздавать тушеное мясо!» Маленькая женщина довольно хрупкого телосложения с жестким выражением выкрикивала приказы с поварешкой в руке, которое больше походило на оружие, чем на инструмент.

Когда я прошел мимо, женщина, орудующая поварешкой, оглянулась назад через свое плечо. Она в знак уважения кивнула мне головой, чему я был крайне удивлен, так как не ожидал, что кто-либо сможет узнать меня, находясь так далеко от моей цивилизации.

Я почти дошел до большой палатки в самом отдаленном углу лагеря, когда мое внимание привлек пронзительное лягание металла о металл. Бросая ветки и прутья, которые были у меня в руках на землю, я посмотрел в сторону группы солдат, кольцом окруживших источник звука, наблюдая как два мага принимали участие в дружеском поединке. Резкие звуки, издаваемые мечами, образовывали искры даже при том, что их лезвия были покрыты слоем маны, когда они отражали удары друг друга с очевидной легкостью.

«Ты стала лучше, Седри,» сказала солдат с коротко-остриженными волосами. Хотя на вид она казалось была меньше меня ростом, но ее руки выглядели неестественно длинными. Она использовала свое стройное телосложение и гибкие конечности в качестве преимущества, нанося быстрые нерегулярные удары двумя клинками одновременно.

«И тем не менее, с тобой тоже не легко было справиться, Джона,» ответила с уверенной ухмылкой девушка по имени Седри, пригибаясь от взмаха ее меча. Она явно была в невыгодном положении в своих защитных рукавица против оппонента, который превосходно пользовался длинными выпадами, но она не сдавалась.

Когда она быстро нагнулась и парировала двойной удар Джоны, что-то в ней заинтересовало меня.

Это продолжалось до тех пор, пока я не обратил внимание на ее уши, тогда я понял почему я так себя чувствовал.

Она – полу-эльф, указал я на нее Сильви, которая потеряв интерес к поединку, спряталась обратно в мой плащ.

Чтобы посмотреть своими глазами, моя спутница снова высунула свою мордочку. ‘О! Это действительно так. Мы не сталкивались с такими как она за исключением этого злобного Лукаса.’

‘Злобный – легко сказано,’ тихо засмеялся я, мой взор был обращен на поединок.

‘Не следует ли нам сначала сообщить капитану о нашем прибытии?’ напомнила Сильви.

‘Ты права. Я кажется отвлекся,’ отрываясь от дуэли сказал я.

‘Ты всегда отвлекаешься, когда выпадают такие поединки,’ подразнила она.

‘Есть что-то особенное в поединке ближнего боя в отличии магии на длинные дистанции,’ согласился я возвращаясь обратно.

Когда мы дошли до большой белой палатки, вооруженный охранник с алебардой в руках, остановил меня. «Что вы здесь делаете?»

«Это палатка капитана?» спросил я, мой капюшон все еще закрывал мое лицо.

«Я сказал, что вы здесь делаете?» повторил охранник, его взгляд был неумолим.

Тяжело вздыхая я показал ему медальон.

Увидев медальон, прищуренные глаза охранника расширились в шоке. Его взгляд переместились от золотого медальона на меня в ужасе от того, что допустил такую оплошность. «Я-я прошу прощения, Ген-«

«Ш-ш,» зашушукал я на него, прежде чем он смог закончить свое предложение. Я поднял руку. «Я не хочу, чтобы мой визит вызвал волнение, поэтому давайте просто это останется между нами».

«Да, сэр,» ревностно кивнул он, открывая брезент палатки.

Когда я вошел внутрь просторной палатки, волна тепла окутала мое тело. Было такое ощущение как будто бы слой льда растаял на моем лице, когда я снял свой плащ. Первым делом я не мог не заметить ястреба, расположенного у входа.

‘Я ее помню,’ пропела Сильви в моей голове, когда она спрыгнула на землю.

Я повернулся к женщине, сидящей за маленьким деревянным столом, не обращавшей внимание на вторжение.

«Профессор Глори,» поприветствовал я, слегка улыбаясь, когда она наконец то посмотрела вверх, ее лицо просветлело при виде ее старого студента. Мой старый профессор по Механике Ведения Боя Группой выглядела как всегда с ее загорелым лицом и черными волосами туго связанными на задней части ее головы. Даже при том, что она находилась в палатке, на ней были легкие доспехи, в то время когда ее два огромных меча были приставлены к ящику, стоявшего позади ее.

«Рада вас видеть, Генерал Лейвин,» усмехнулась она, выходя из-за своего стола.

«Прошу вас, зовите меня просто Артур,» беспомощно сказал я.

«В таком случае я предпочитаю, чтобы вы называли меня просто Ванесси,» сказала она, раскрывая свои объятия. «Более того, я больше не являюсь вашим профессором.»

Принимая ее объятие, я заметил, что это было впервые, когда я узнал какое было имя у Профессор Глори. «Ну что ж. Не могли бы вы дать мне краткий отчет о ситуации здесь, Ванесси?»

Выпуская меня из своих крепких объятий, Ванесси вежливо кивнула в сторону Сильви, прежде чем снова сесть за стол. После минутного поиска, она протянула свернутый пергамент, но начала говорить, прежде чем я успел открыть его.

«На данный момент, здесь находимся только я и моя дивизия примерно из трех тысяч. Хотя дивизия не большая, но у нас есть пятьдесят восемь магов, двадцать из которых волшебники, а десять обладают магией на дальние расстояния, так сказать компенсация малочисленности,» перечислила она.

Я кивнул в знак понимания, просматривая пергамент.

«С вами должен находиться еще один капитан, правильно?»

«Капитан Одир и его дивизия продвигаются в нашем направлении из города Мейбур-Сити. Если хотите, я могу послать сообщение,» ответила мой старый профессор.

«Нет необходимости. Если честно, то я даже не думаю, что корабль будет послан так далеко на юг,» признался я, отдавая пергамент обратно Ванесси.

«Я слышала о вашем грандиозном плане, приготовленный для Алакриянских мерзавцев на побережье,» тихо засмеялась она. «Вы думаете это сработает?»

«Это охладит их пыл, и если мне повезет, затопит пару их кораблей.»

«Жаль, мы не сможем при этом присутствовать, чтобы увидеть,» с сожалением сказала она. С ярко-горящими глазами профессор, с которым я сражался у Вдовьего Склепа, вытащила из ящика стола кожаную фляжку, откусила от нее пробку, прежде чем отпить содержимое, которое, как я мог только догадываться, было спиртным.

«Не хотите ли глоток, Генерал Лейвин?» подмигнула она, приподнимая фляжку вверх.

«Я не совершеннолетний, вы же знаете.»

Ванесси ухмыльнулась. «Если вы достаточно взрослый, чтобы идти на войну, то вы достаточно взрослый для употребления спиртного.»

Мои губы искривились в усмешке, когда я взял фляжку и отпил глоток. Туманная жидкость обожгла мое горло, когда она прокатилась вниз до моего желудка, согревая все внутри.

‘Разве это разумно, затормаживать себя таким образом перед сражением?’ спросила Сильви неодобрительным тоном.

‘Не волнуйся. Это всего лишь один глоток,’ ответил я.

Сдерживая кашель, я передал кожаную фляжку обратно своему бывшему профессору. «Крепкая вещь.»

«Мхмм,» согласилась Ванесса. «Вам потребуется больше, чем это, чтобы не замерзнуть на этом холоде. Как вы только не замерзаете в этой тонкой одежде?»

Я посмотрел на свою одежду. Хотя я не ожидал, что битва произойдет, но я был одет так, чтобы быть готовым к ней в любую минуту. Мое нижнее белье было серого цвета и плотно облегало мое тело, рукава доходили до моих запястий. Хотя оно было тонкое на вид, но оно было достаточно эластичным для меня, чтобы свободно двигаться и достаточно прочным, чтобы выдерживать острые края до определенной степени. Единственное, что я одевал поверх этого была простая черная туника, свободно свисавшая у меня на плечах. Рукава доходили до локтей, предоставляя мне абсолютную свободу действий.

Я потряс своей головой. «Я привык постоянно окружать себя маной, чтобы согреться. Честно говоря, даже этот плащ только ради внешнего вида.»

«Почему же так? Командующий Вирион хотел, чтобы вы произнесли речь перед солдатами в любом случае — для мотивации, вы знаете.»

«Ах, вы про это,» я заулыбался. «Давайте подождем, пока не прибудет Капитан Одир. Я бы хотел устроить в лагере небольшое веселье.»

«Ух ох,» простонала мой бывший профессор. «Что вы собираетесь делать?»

Я неодобрительно покачал головой. «Это что новый способ, разговаривать со старшим по званию?»

«Ладно,’ уступила она. «Только не причиняйте смертельно-опасные раны моим солдатам.»

«За кого вы меня принимаете?» невинно ответил я, одевая на себя обратно плащ и направляясь к выходу.

«Есть ли еще кто-нибудь из солдат, кто сможет узнать, кто я такой?» спросил я, вспомнив как главный повар кивнула мне в знак приветствия.

«Мы находимся довольно далеко от любых средств массовой коммуникации. Недавно я получила письмо, доставленное курье с последними известиями, но я еще не сообщила ни об одном из них,» ответила она. «Кроме того, с вашими растрепанными волосами и невзрачной одеждой, вы без труда сойдете за молодого рекрута из деревни.»

«Есть старая пословица, что умный человек прикидывается слабым, когда он силен, и сильным, когда он слаб,» ответил я, указывая на ослепительно блестящие доспехи, с интригующей инкрустацией, выгравированной на них.

«Это для защиты, а не для показа,» возразила она.

«Но не в том случае, когда дизайн доспехов соответствует доспехам вашего спутника,» пошутил я, поглядывая на серебряные доспехи, висевшие на стенде рядом с Торчем.

«Вы стали умной задницей с тех пор как получили титул рыцаря,» проворчала она.

«О, прошу вас, я был умной задницей задолго до того, как получил титул рыцаря,» парировал я.

Мой бывший профессор сдавленно рассмеялась, откидываясь на стол. «’Кажись слабым, когда ты силен’; мне понравилось.»

«Не стесняйтесь, можете свободно присвоить это себе,» сказал я и вышел из палатки. Я не мог сказать своему бывшему профессору, что эта цитата принадлежала одному древнему генералу из моей предыдущей жизни, но похоже, она не интересовалась ее происхождением.

‘Что ты собираешься делать?’ с любопытством поинтересовалась Сильви, устроившись поудобней у меня на голове.

‘Разумеется, оценить компетентность нынешнего состояния наших солдат.’

Чувства сомнения, охватившие Сильви заполонили мой разум, когда она вздохнула. ‘Ты имеешь ввиду провести с ними поединок-игру?’

‘Всего лишь чуточку.’

‘Даже несмотря на то, что я твоя спутница, иногда я беспокоюсь о том, что судьба целого континента зависит только сугубо от тебя.’





Глава 149: Просто Повар




Когда я приподнял брезент палатки, я поймал на себе взгляд охранника, стоявшего снаружи. Как только наши взгляды встретились, его огромное тело застыло в неистовом салюте. «Г-Ген—«

«Помни…» Я напомнил, подмигивая до смерти перепуганному охраннику, и приложил свой палец к губам.

Не дожидаясь ответа, я зашагал в сторону увеличивающейся толпы солдат, выкрикивавшие свои возгласы еще громче, чем раньше.

Поединок между девушкой полу эльфом по имени Седри и длинноруким Джона, похоже подошел к концу, потому что новая пара бойцов сражались в поединке на земляной платформе, воздвигнутой магами.

Обыкновенный спарринг между двумя солдатами перерос в полномасштабное событие, поскольку зрители подтягивали бревна и деревянные чурки для сидений. Некоторые самые энергичные члены толпы начали делать ставки на своих фаворитов, от куска мяса до их следующего обеда до более ценных ресурсов, такие как спиртное, которое они пронесли в своих флягах для воды. В целом по лагерю царила ликующая атмосфера, которая не соответствовала данному состоянию континента.

Смешиваясь с толпой, я направился к передней части импровизированной арены, где я нашел Седри и Джона, наблюдавших за поединком с земли.

«Это был хороший поединок,» заметил я, присаживаясь рядом с солдатом по имени Джона, пользовавшегося кинжалом. «Кто победил?»

Полу эльф, который сражался с использованием перчаток с крагами. Точно, как мой отец. Смотрела на меня с победоносной улыбкой, поднимая свою руку на показ перед Джона.

Джона раздраженно взъерошил свои короткие растрепанные волосы. «Всего лишь раз, Седри. Ты выиграла всего лишь один раз.»

«Первая победа – предвестник многих последующих,» подсмеялась она.

Я тихонько посмеивался, когда двое спорили. «Хотелось бы видеть, как это закончилось.»

Засмеявшись, Джона протянул свою руку. «Меня зовут Джона, а юную леди рядом со мной зовут Седри. Я не думаю, что видел вас здесь раньше. Вы новый рекрут?»

«Можно и так сказать.» Я пожал им обоим руки. «Вы можете называть меня Артур.»

«Судя по тому как ситуация развивается, Артур, кажется, что сегодня мы сможем вдоволь насладиться боями,» сказал Джона, концентрируя все свое внимание обратно на поединке, который происходил в данным момент.

Бой закончился тем что здоровенный как медведь маг, нанес свой заключительный удар своему быстроногому оппоненту. Когда потерпевший поражение солдат спрыгнул с платформы, поглаживая свою разодранную щеку, мой взгляд упал на Джона и Седри еще раз. Очертания лица Джона были обыкновенными, острые углы и слегка клювообразный нос. Седри же имела более выразительную внешность. Ее сияющий взгляд, казалось был полон жизни и ее игривого поведения. Я бы не удивился, если бы узнал, что она популярна с обоими и женщинами, и мужчинами. Только за то короткое время, когда я сидел рядом с ними, более чем дюжина людей проходя мимо, шутили с ней и поздравляли с ее победой.

«—деревенщина! Вытащи голову из своей задницы,» послышался громкий смелый голос.

Я повернулся в сторону голоса только чтобы увидеть, как здоровый как медведь маг стоял рядом и смотрел на меня сверху вниз.

Я посмотрел по сторонам прежде чем понять, что он разговаривал со мной. «Я что действительно похож, как будто бы я пришел из деревни?» спросил я Джона.

«Прекрати охотиться за новичками рекрутами, Херрик, и наберись смелости для спарринга с кем-то из своей весовой категории,» сдавленным голосом сказала Седри, вызывая волну смеха у остальной толпы.

Я поднялся на ноги. «Ничего страшного. Мы ведь просто развлекаемся, правда?»

«Д-да,» лысеющий Херрик быстро подтвердил. «Пользуясь случаем, я даю новичкам новые советы!»

Снимая с себя плащ с Сильви внутри, я запрыгнул на платформу и протянул свою руку. «В таком случае, дай мне как можно больше советов.»

Херрик схватил мою руку, пожал ее немного крепче, чем следовало бы для радушного приветствия. «Я даю тебе право начинать первым.»

Отпустив мою руку, он расставил свои руки в ширину и с самодовольной улыбкой, запечатленной на его жирном лице, посмотрел в сторону ряда, где сидела группа девушек.

Хотя тело Херрика казалось слишком тучным, чтобы быть эффективным в бою, слой маны, окутанной вокруг него, говорил мне о том, что он был компетентный маг.

Когда мой кулак приблизился к его животу, я увидел, как мана собралась в том месте, в котором он думал, что я буду наносить удар. Здоровенный маг едва ли пошатнулся, когда мой кулак утонул в его куче желудка.

«Тебе придется постараться получше, деревенщина!» он издал смешок, когда я отпрянул.

Я потряс своей рукой. «Какой сильный.»

«А сейчас я покажу тебе пару подсказок.» Его улыбка становилась все шире, когда он снова посмотрел в сторону группы девушек.

Он замахнулся огромной ручищей, чтобы смести меня с платформы. Принимая удар, я приземлился на свои ягодицы, немного стыдно, но зато обошлось без повреждений. «О боже, я не смог даже отреагировать.»

На лице моего оппонента появилось раздражение, поскольку он ожидал, что меня сметет с платформы, но его нахальная ухмылка все еще была там. «Тебе повезло, что я придержал удар, иначе ты бы уже слетел. Но, Алакриянские сволочи не будут с тобой панькаться, как я.»

«Ты прав. Спасибо.» Я пытался звучать с энтузиазмом, как деревенский кабак, который сейчас был частью армии, включающей магов благородных кровей, но все это начинало меня утомлять.

Поединок продолжался еще несколько минут, пока Херрик пытался смести меня с платформы своими мясистыми руками, когда же я притворился, что был полностью повергнут его атакой и запинаясь, отступил на несколько шагов.

«Давай Херрик. Я знаю, что ты играешь с ним, но не надо возиться с ним целый день!» прокричал один из солдат и его поддержали другие.

«Я-я просто не хочу причинить ему ущерба, ты же знаешь?» ответил он, разочарование было написано на его лице.

Пока я сражался, я понял, что мозоли на ладонях Херрика и манера его атаки руками, были от того, что он пользовался тяжелым топором, как своим первоначальным оружием. Но помимо того, что он умел хорошо контролировать силу своего тела, других трюков про запас у него не было. Решив, что моя оценка на этом закончилась, я воспользовался случаем, когда Херрик потянулся, чтобы схватить меня, но увернувшись всем телом, я бросил его через свои плечи прямо с арены вниз.

Все произошедшее выглядело как большая ошибка. Даже Херрик был удивлен и смотрел на меня снизу-вверх.

«П-Подожди, я споткнулся!» закричал он, отчаянно глядя по сторонам и размахивая руками. «Это не считается.»

Толпа взорвалась смехом и насмешками, когда она насмешливо освистывала Херрика со сцены.

Даже при десятипроцентном использовании маны и полностью воздерживаясь от использования стихийных заклинаний, Херрик был для меня семечки. Но разумеется, я не мог говорить об этом вслух.

«Кажется мне повезло,» беспомощно сказал я, почёсывая свою щеку.

«Я просто хотела надрать Херрику его большую задницу, но кажется не успела.» Высокая женщина с черными волосами, туго собранными назад запрыгнула на платформу. «Давай посмотрим, действительно ли тебе повезло, новичок.»

«Пожалуйста, будь полегче со мной,» умиротворенно сказал я.

Мой оппонент была около шести футов в высоту и всего на несколько дюймов выше меня, но ее стройное мускулистое телосложение заставляло выглядеть ее еще выше, чем она была самом деле. Темная кожа и острые узкие глаза соответствовали ее прямым черным волосам, она была похожа на пантеру, готовую к прыжку.

«Я привыкла сражаться с шестом, поэтому буду благодарна, если ты тоже воспользуешься оружием,» сказала она и тут же из ее кольца измерений на ее пальце появился деревянный шест. Судя по ее кольцу, которым она только что воспользовалась и яркими цветами ее одежды, было очевидно, что она была из благородного рода, но этот факт нисколько ее не беспокоил.

«Смотри не убей парня, Нифия!» выкрикнул ее друг с искренним беспокойством.

Я робко усмехнулся. «Извините, кузнец ремонтирует мой меч прямо сейчас, но я могу—«

«Кто-нибудь, дайте ему меч его размера,» нетерпеливо выкрикнула Нифия, разминая свою шею.

Почти что в ту же минуту какой-то солдат бросил свой меч все еще находившийся в ножнах. Я вздохнул и вытащил меч, окутывая его маной, чтобы затупить края.

В отличие от Херрика, мой оппонент не расслабилась, когда перешла в низкую позицию. Она держала свой шест с его острием, направленным в землю, когда как ее кошачьи глаза смотрели прямо на меня.

«Бедный парень, был помечен Нифией,» кто-то пробормотал за моей спиной.

Вздыхая, я тоже встал в боевую стойку. Благодаря этому событию я надеялся получить представление о некоторых солдатах здесь, но у этой девушки казалось были другие планы. «Вы готовы?»

Темнокожая маг выпалила раздражительную насмешку, как будто бы я чем-то обидел ее. «Ты готов?»

Не успел я в знак согласия кивнуть головой, как она бросилась на меня со скоростью молнии. Ее тело оставалось находится в низкой позиции и когда она была на достаточно близком расстоянии, она дернула свой шест поближе к своему телу, готовая нанести удар.

Только по ее первому удару, я мог определить какого рода боец Нифия была. Ее контроль над маной был идеален – в другом ранге, чем Херрик – но ей не хватало настоящего опыта. Ее движения были быстры, но очевидны. Ее намерения можно было понять по ее телу с каждой атакой, которую она пыталась провести. Скорей всего у нее был опыт сражения против охраны или же другого профессионала, который очень боялся не причинить ей вреда, что не помогало ее вспыльчивости и чрезмерной уверенности.

Каждый рывок, замах, выпад и удар я парировал или уклонялся – но всего лишь чуть-чуть. Со стороны это выглядело так, как будто бы я отодвигался назад и отчаянно старался выдержать атаку. Нифия же казалось вышла из себя из-за того, что не смогла нанести значительный удар.

Когда моя левая нога достигла края платформы, на которой мы сражались, я пользуясь импульсом Нифии чрезвычайно эмоциональным выпадом, послал ее за пределы платформы, чтобы закончить поединок, но она сохранила свой баланс при помощи шеста.

Прыгнув обратно в центр, она покачала головой. «Не сейчас. Амбер, подними клетку вокруг арены!»

«Это всего лишь дружеский поединок, а не бой на смерть,» возразил я.

Она не согласилась. «Нет, это подготовка к войне, которая у нас под носом. И во время войны не существует ‘за пределами площадки’ – она вытерла свою голову о плечо – «Амбер. Клетку.»

Ее подруга или лакей, встала и образовала земляные ворота вокруг арены при помощи короткого заклинания и взмахом ее волшебной палочки, заточая меня с этой бешеной кошкой, которая возомнила себя могущественным тигром.

Я осмотрелся по сторонам, когда некоторые из солдат делились тревожными взглядами, но никто из них не возразил. Я уже было пожалел о всей этой затее ‘смешаться с толпой’ и был готов просто подорвать эту арену и уйти прочь, но я сдержался. С возможностью того, что Алакриянский корабль или несколько, могли достичь этого побережья, я не хотел рисковать.

Судя по опыту из моей прошлой жизни, я понял, что люди становятся самодовольными в присутствии могущественного союзника.

Они в ожидании легкой победы, комфортно находясь на задних линиях в тылу, когда кто-то из них почитается как рыцарь. По крайней мере так было в моей жизни. Здесь могло быть все наоборот – кто знает, может быть иметь в наличии рыцаря придаст им уверенности и придаст стремления сражаться сильнее, но я относился к этом очень скептически.

«Вы затронули важный момент,» я фальшиво улыбнулся, не выходя из роли. «Пожалуйста, научите меня.»

С нашим оружием на готове, мы еще раз начали наш поединок. Настоящий поединок, особенно если применяется режущее оружие, занимал всего лишь несколько секунд, чтобы сделать вывод.

Но с маной, столь же обильной, как это было в этом мире, сделанные ошибки были более прощающимися, чем это было в моем предыдущем мире, солдаты делали очень немного, чтобы исправить свои ошибки и вместо этого сосредотачивались на повышении своей силы. Даже я поддался на ошибку, когда я впервые пришел в этот мир; до тех пор, пока это не было выбито из моей головы асурами в Эфотосе.

Нифия набросилась на меня еще раз, на этот раз делая обманное движение влево, прежде чем применить другой конец шеста быстрым восходящим ударом.

Я уклонился достаточно близко, чтобы почувствовать дубовый запах, исходящий от ее отполированного шеста и контратаковал, нанося удар по ее шесту своей свободной рукой. Это нарушило ее баланс; я закончил скольжением моей ноги по ее спине и толчком вперед.

С силой моего ассимилированного тела и вместе с добавленной маной, Нифия споткнувшись была откинута назад. Толпа солдат, которые были напряжены с тех пор, когда появилась клетка, начали издавать возгласы изумления на происходящие события.

Яростно взглянув на меня, ее лицо стало красным от стыда и от гнева, Нифия не могла сформировать нужные слова, чтобы выразить себя, когда послышался мягкий хриплый голос из толпы. «Не возражаете, если я присоединюсь к веселью?»

«Вы никуда не присоединяетесь, я просто подско—’ слова застряли в горле у темнокожей знатной дамы, когда она поняла, чей это был голос. «М-Мадам Астера!»

Нифия наклонив голову, заговорила. «Простите за мою бестактность!»

Женщина, к которой мой оппонент обращалась как Мадам Астера был никто иной, как шеф повар, которая поприветствовала меня уважительным кивком, когда я только что прибыл сюда. Шеф повар перескочила через клетку с ловкостью, которая заставляла движения Нифии казаться младенческими.

Я быстро поклонился, не забывая о том, что все еще находился в роли. «Могу ли я удостоиться вашего имени, миледи?»

Мадам Астера сделала быстрый реверанс со своим фартуком. «Просто повар.»





Глава 150: Размышление




«Просто повар?» Повторил я. «Почему-то я затрудняюсь в это поверить.»

Главный повар пожала плечами, развязывая ее передник и перебрасывая его через Нифию.

«Титулы — это просто украшение, стоящее перед вашим именем, чтобы установить иерархию, так что да, я шеф-повар Астера. Приятно познакомиться.»

Я был немного ошеломлен ее словами, полными мудрости, я поклонился в ответ. «Меня зовут Артур. Удовольствие принадлежит мне.»

«Ну что ж, Артур, давайте устроим шоу для нетерпеливых солдат, прежде чем они начали сердиться.» ее губы искривились в уверенной улыбке, когда он держала поварешку в своих руках.

«Конечно. Это будет вашим оружием?»

«Не глупите. Это было бы неуважение сражаться прибором, предназначенным для приготовления пищи.» Искренне рассмеявшись Мадам Астера жестом указала одному из солдат на ее оружие — короткий меч, похожий на тот, который я позаимствовал. «А сейчас, прошу вас будьте полегче с такой пожилой леди, как я.»

После этих слов она исчезла из виду с такой скоростью, что ни один ‘обыкновенный повар’ никогда бы не смог этого повторить. Мадам Астера мелькнула в воздухе поверх меня, с мечом в руках, готовая к атаке, ее симпатичное лицо восторженно сияло.

Делая быстрый шаг в сторону, я тоже поднял свой меч. Искры рассыпались вокруг нас, когда лезвие моего меча встретилось с ее. Перед тем как меч Мадам Астеры успел коснуться земли, она оттолкнулась ногой от защитной стойки моего меча, чтобы сохранить дистанцию.

С минимальным количеством маны, в моем теле и мече, моя рука онемела от блокировки ее атаки. «Просто обыкновенный повар?» подтвердил я.

«Просто обыкновенный повар,» ответила она, подмигивая мне и кинулась в атаку еще раз.

Наших мечей почти не было видно из-за серии атак, произведенных нами обоими Мадам Астерой и мной.

Ее миниатюрное тело двигалось с координированной ловкостью, что повергло бы в изумление даже Кордри, асуру, который меня тренировал. Мы оба уклонялись от ударов друг друга с минимальными движениями. Если бы не градом катившийся пот по нашим лицам и шеям, то со стороны казалось, что мы не попадали в друг друга намеренно.

Я смог повысить свое наличие маны на двадцать процентов, также, как и я, она тоже сдерживалась, потому что мы все еще находились в патовой ситуации.

Никто из нас не имел такой роскоши как разговаривать, так как все наше внимание было сосредоточено на том, чтобы следить за атаками друг друга, но наши эмоции проявлялись через наши выражения на лице. Это не была дуэль магии; это был поединок абсолютного мастерства владения клинком.

На потном лице Мадам Астера застыло восторженное выражение, когда она продолжала наносить свои непрекращающиеся атаки, и в какой-то момент я понял, что тоже улыбался.

На каждый ее удар я отвечал новым, но она безошибочно уклонялась до тех пор, пока не уперлась в земляную стену. Я предпочел не использовать ману, а вместо этого воспользоваться моим территориальным преимуществом. Наклоняясь до уровня ее пояса, я приготовил свой меч в позицию близкой для нанесения удара.

Ей некуда было деваться, кроме как уйти вправо, точнее это то, что я думал.

Даже несмотря на то, что она была почти на расстоянии вытянутой руки от меня, она оттолкнувшись от стены, двинулась прямо на меня. Я быстро повернулся на своей правой ноге, уворачиваясь как раз вовремя, когда ее клинок пронесся мимо моей щеки. Положение изменилось; сейчас это была моя спина, упиравшаяся в стену.

«Я уверена, что была одна старая пословица, в которой говорится, что даже мышь, загнанная в угол будет атаковать,» сказала Мадам Астера держа свой меч в защитной позиции.

Я улыбнулся, «Кажется мышь в углу — это теперь я.»

«Отсюда моя осторожность?» Ухмыльнулась она, крепче обхватила занесенный вверх меч. «А сейчас, Артур, почему бы тебе не перестать воздерживаться?»

«В разгаре такой захватывающей дуэли, я думал, что применение любой магии, кроме основной, было бы неуважительно по отношению к мечу,» ответил я.

«Какие мудрые слова от такого молодого человека,» одобрительно кивнула она. «В таком случае следует ли нам ускорить события?» Всплеск маны внезапно вырвался из моего противника, когда она сделала шаг назад.

Солдаты, стоявшие в первом ряду, отхлынули от внезапно появившегося потока энергии, когда как другим пришлось наклониться вперед, чтобы не свалиться со своих мест.

Улыбаясь, я увеличил выпуск маны до сорока процентов. Густая волна маны тоже вырвалась из меня наружу, но она приняла другую форму, в отличии от Мадам Астера. В то время как ее мана приняла форму острого и хаотичного шторма, моя мана превратилась в изящную пульсирующую волну.

Улыбка сошла с лица Мадам Астера, когда она со страхом посмотрела на меня. Встряхнувшись от оцепенения, она превратила свою ману в толстую броню вокруг себя, прежде чем броситься на меня. Сила ее первого шага создала небольшой кратер под ее ногами, сотрясая всю арену.

На одном дыхании ее меч оказался в нескольких дюймах от моего горла, но образовавшийся от силы ее удара порыв ветра, пронесся мимо моей шеи, и проделал отверстие в стене позади меня.

Теперь я понял, почему такой человек как Нифия, так боялась этого ‘обыкновенного’ повара. Когда ее начатая атака не удалась, она отпрыгнула назад и изменила свою позицию, напрягая свой тело, как свернутая змея, готовая к нанесению удара.

Но на этот раз наносившим удары был я. Я беззвучно кинулся вперед, и мелькнув позади нее со своим мечом как раз по середине удара, она внезапно присела. Не имея времени на подготовку, ее движения были неловкими, но сам факт, что она смогла отреагировать на мою атаку, говорили о том, насколько ужасающи были ее инстинкты.

Она отпрянула назад с резким разворотом, прежде чем отпрыгнуть назад опять. На этот раз она не стала дожидаться моей атаки, сделав предпочтение атаковать еще раз. Я поднял мой меч, но на полпути понял, что ее удар был обманным, так как она резко присела, чтобы большим размахом нанести удар по моим ногам; она вынуждала меня подпрыгнув вверх для избежания удара, чтобы поймать меня в воздухе.

Вместо этого я заблокировал ее удар мечом.

От столкновения наших мечей раздался резкий звук. Мою руку обдало дрожью от удара, прежде чем мой меч рассыпался на мелкие кусочки.

На какой-то момент мы все оцепенели от происходящего, до тех пор, пока я не сказал. «Я проиграл, Шеф Астера.»

«Я не могу согласиться на это. Просто качество твоего меча—«

Я покачал головой. «Мне кажется настало время поужинать, не так ли?» Я подошел к солдату, у которого одолжил меч. «Я очень сожалею о том, что случилось с твоим мечом. Я принесу тебе другой.»

«Что – о, да, конечно. Не имеет значения…» Его голос умолк, когда он молча уставился на меня. так продолжалось пока я не заметил с каким благоговением он смотрел на меня и я понял насколько тихим стал лагерь. Я осмотрелся по сторонам и увидел, что у всех было точно такое же выражение лица, и единственным звуком было потрескивание дров в костре.

«Вы что не слышали, что парень сказал, шевелите свои задницы или умирайте с голоду всю ночь!» взревела Мадам Астера. «Мы все сегодня гуляем!»

После этого безмолвная толпа взорвалась восторженными криками, когда как здоровые повара начали раздавать тарелки с горячей пищей.

Атмосфера тут же превратилась в праздничную, когда Мадам Астера принесла бочки с ликером. Я заметил, что Ванесси пыталась ограничить количество алкоголя, но позже сдалась и взяла один стакан для себя.

Я не был уверен в том, что это была хорошая идея пить спиртное, когда мы должны были наблюдать за приходом вражеских кораблей, но шансы, что такое произойдет были слишком малы, чтобы лишать солдат по крайней мере одной ночи веселья.

После нескольких стаканов алкоголя, солдаты стали более общительными. Некоторые начали петь, пока другие аккомпанировали, использую полую чурку как самодельный барабан. Песни больше походили на мелодичные рассказы о путешественниках, без главной мысли в них, но это было весело – особенно после пару стаканов спиртного.

‘Должен ли рыцарь поддаваться давлению со стороны и так много пить?’ Бранилась Сильви, предпочитая оставаться внутри моего плаща для согрева.

Кто говорит о давлении? Ответил я, делая еще один глоток, наслаждаясь разливающимся по телу теплом, поступающего от алкоголя и от костра.

«Вы не против, если я присоединюсь?» Мадам Астера присела возле меня, с бокалом ликера в руке, на котором отражались танцующие огни от костра. «Так кто же такой Артур?»

«Конечно же нет,» ответил я, благодарный тому, что с ее приходом любопытные солдаты начали рассеиваться. «И я думаю, что вы уже знаете.»

«Я знала, что вы были не обыкновенный молодой человек,» она пожала плечами, залпом оглушая оставшийся в ее бокале ликер.

Я, следуя ее примеру тоже отпил один глоток. «Тогда могу я спросить кто вы?»

«Я же сказал, я просто –«

«Да, ‘простой’ повар, такой ответ не удовлетворителен,» перебил я.

Она искренне рассмеялась, что не соответствовало ее небольшой комплекции. «Ну что ж, я отвечу. Но вы возможно уже узнали от некоторых солдат, — многие из них были моими учениками, в конце то концов.»

«Так вы были учителем? В Ксирусе?»

«О прошу вас, я предпочитаю съесть галлон песка для тушения пожара, чем стану преподавать в этой школе.»

«Я в свое время учился там,» ответил я обиженным голосом.

«Тогда вы знаете, каким образом туда попадают некоторые ученики,» ответила она с ухмылкой.

«Не могу не согласиться с этим,» я вздохнул, когда моя грудь сжалась от неприятных воспоминаний.

«После войны с эльфами, я решила уйти в отставку, преподавать в Академии Ланселер,» сказала она, любуясь на пылающее пламя через ее пустой бокал. «Вы, наверное, слыхали про нас, не так ли?»

«Конечно,» ответил я, вспоминая время, когда я исследовал некогда знаменитую школу, расположенную в городе Кальберк, недалеко от центра Сапина. «Легендарная школа для любых потенциальных элитных солдат».

«За исключением того, что после войны потребность в солдатах стала невелика,» она дохнула на бокал. «Многие знатные семьи предпочитали, чтобы их дети учились в Ксирусе, когда напряжение между расами значительно уменьшилось.»

«Ясно,» пробормотал я. «И все-таки. Эта война с Алакриянцами должна была принести новых учеников в Ланселер. Прошу вас не обижайтесь, но что вы здесь делаете в качестве повара?»

«Это история для другого раза,» тихо рассмеялась она. «В другой раз и с большим количеством алкоголя.»

«Сейчас, вернемся к вашей истории. Что такой талант как вы здесь делает? И почему вы решили идти в Ксирус, обладая таким уровнем навыков в использовании меча?»

«Потому что с мечом я сам мог разобраться. Но мне была нужна помощь с магией, чтобы стать лучше,» ответил я.

Ее глаза расширились от удивления. «Вы шутите?»

Я тихонько рассмеялся, когда потягивание доспехов привлекло мое внимание.

«Генерал – я имел ввиду Сэр.» Охранник, стоявший у палатки Профессора Глори, прикрыл свой рот рукой, когда понял, что проболтался, его глаза широко раскрылись от ужаса, когда он начал переводить взгляд с меня на Мадам Астера.

Несмотря на окружающий нас шум, все в непосредственной близости казалось услышали, когда они вдруг повернули свои головы в нашу сторону.

Охранник продолжал говорить, понизив свой голос в бесполезной попытке исправить свою ошибку. «Капитан Одир прибыл и Капитан Глори нигде не видно.»

Вздыхая, я повернул свою голову к шеф повару, ее брови сдвинулись вперед в недоумении. «Ну, а это уже моя история.»

«Он только что сказал, ‘Генерал’» — Мадам Астера повернулась к охраннику – «Ты сказал ‘Генерал’, правда?»

Не зная как ответить, охранник смотрел на меня, ожидая моего ответа, но я просто стоял, стараясь не разбудить мою спящую спутницу.

«Пошли. Найдем твоего капитана.» Я повернулся к шефу, держа мой пустой бокал. «Когда будет больше выпивки.»

Ее лицо смягчилось, когда она улыбнулась. «Да.»

Когда мы вернулись к основной палатке, я осмотрел верх больших валунов, надеясь найти моего бывшего профессора. Зная ее, я сомневался, что она сможет полностью расслабиться.

«Ах, вот она,» сказал я, прищуривая глаза.

Охраннику потребовалось какое-то время, чтобы различить затемненную фигуру, сидящую на верху валуна, составляющим переднюю стену лагеря.

«Спасибо,» Охранник собрался было взлететь, но я его удержал.

«Разреши мне. Скажи Капитану Одир, что я встречусь с ним завтра утром.»

«Но капитан—«

«Все в порядке,» прервал я, давая ему мой пустой бокал. «Здесь ничего такого не происходит, и я слишком много выпил, чтобы заниматься человеком, которого я абсолютно не знаю.»

«Да, Генерал.» Отдавая честь, охранник направился в сторону палатки.

Сделав глубокий вдох, образовавший кубы пара передо мной, я окутал свое тело в порыв ветра, прежде чем приготовиться прыгнуть. Тонкий слой льда под моими ногами треснул, когда я оттолкнулся то земли.

‘Куда мы направляемся сейчас?’ спросила Сильви, ее голос звучал сонным даже через умственную трансмиссию.

‘Удостовериться, в том, что бесценный подчиненный в полном порядке,’ ответил я когда зашагал позади Ванессы.

Мой бывший профессор быстро взглянула на меня через плечо, перед тем как повернуть свою голову в сторону серого залитого лунным светом океана. «Еще выпить?»

«Разве постовой должен пить?» тихонько рассмеялся я, подсаживаясь рядом с ней, когда как Сильви высунулась из шерстяного плаща.

«Вам решать, Генерал, с вашими щеками цвета спелых помидор,» пошутила она, поглаживая мою спутницу, прикорнувшую между нами.

«Дайте мне это.» Взяв фляжку из ее рук, я сделал небольшой глоток огненной жидкости, которая защекотала мое горло.»

Опираясь назад на свои руки, мой бывший профессор посмотрела вверх на луну. «Вам не кажется, что мы имеем возможность выиграть эту войну?»

«Я не совсем уверен, но я сделаю все, что в моих силах, что бы было именно так,» пообещал я.

«Каким-то образом, не взирая на тот факт, что вы наполовину младше меня, ваши слова меня успокаивают – как будто вы действительно, так и сделаете.»

Я вспомнил один случай, который имел место три года тому назад, который навсегда врезался в мою память. «Я подвел слишком много людей раньше. И я хочу быть уверенным, чтобы это больше не повторилось.»

«Вы имеете ввиду то, что случилось в Ксирусе?» спросила она, ее брови тревожно надвинулись на глаза.

Я слегка кивнул в ответ, смотря на завораживающую гладь океана, прежде чем повернуться к моему бывшему профессору. «Что осталось от Академии Ксирус сейчас?»

Ванесси посмотрела на меня, ее лицо искривилось гримасой, но она оставалась безмолвной.

Я продолжил. «Тессия мало что помнит, а Куртис и Кетлин делают вид, как будто бы ничего не случилось – как будто бы они не хотят смириться с тем, что случилось. Что случилось на самом деле перед тем, как я приехал?»

«Артур. Что сделано, то сделано. Мне говорить вам такие вещи, только усугубит-«

«Я должен знать, Ванесси. Я должен был спросить об этом намного раньше, но я все время находил предлоги, чтобы не спрашивать.»

Делая глубокий вздох, мой бывший профессор кивнула. ««В дисциплинарном комитете Дорадри был первым, кто был найден мертвым. Теодор был тяжело ранен и не смог выкарабкаться, даже при помощи эмиттеров гильдии путешественников. Клара Блейхарт с тех самых пор исчезла, и даже ее дядя не знает, где на сейчас находится…»

Мое сердце сильно билось, когда она перечисляла имена людей, которых уже не осталось в живых. Ее голос звучал глухо, но имена, которые она произносила, четко звучали у меня в голове. «А еще?»

«Кай Крестлесс был одним из радикальных членов, с которым Вритра, Дранив сотрудничали. Кай и остальные лакеи исчезли вместе с Дранив, вместе с Элиджа,» продолжала она. «Он стал причиной, по которой Куртис возможно не хотел говорить о бедствии.»

«Ясно,» пробормотал я, снова глядя на океан.

Какое-то время никто из нас не говорил. Суматоха внизу нас и легкий шум ночного прилива были все, что заполняли тишину, когда я размышлял о моем недолгом пребывании в Ксирусе. Зная, что произошло, дало мне шанс для истинного сопоставления вешей. Зачастую я ловил себя на том, что я стал забывать старые воспоминания о моей прошлой жизни. Все больше и больше мое прежнее «я» удерживало меня, уменьшаясь, позволяя мне стать тем человеком, которым я хотел быть в этом мире. Но в этот момент я обнаружил, что я хотел вернуться к старому мне — к беспристрастному, рациональному мне, который подавил свои эмоции ради того, чтобы ими не использовались против него же.

Не то чтобы я совсем не мог представить себе, что случилось, но слышать о том, что случилось, делало все это невероятно достоверным. Грудь моя сжалась, как будто бы кровь, проходящая через мое сердце вдруг загустела, и сердце уже не могло поддерживать стабильный ритм.

Теплая капля скатилась по моему холодному лицу, когда я почувствовал, как мой подбородок задрожал, как у младенца. Стискивая зубы, в надежде подавить мои нежелательные эмоции, я отвернулся от своего подчиненного. Я не мог себе не вообразить сколько людей, которых я знал, умрут, и я ничего не смог бы предпринять, чтобы остановить это – даже людей, которых я встретил сегодня. Сколько из них останутся в живых?

Я повернулся к Ванесси, я увидел, что плечи ее дрожали, когда она крепко сжала свою фляжку. Быстро вытирая слезу, я встал.

‘Сильви. Сделай мне одолжение продолжай ночное наблюдение.’

‘Конечно,’ ответила она мягким ласковым тоном, который я очень редко слышал. Моя спутница превратилась в свою оригинальную форму, пугая моего профессора. Мощным взмахом своих крыльев, Сильви, взлетела в небо, едва заметная, смешиваясь с ночным небом.

«Пошли.» Я протянул свою руку Ванесси. «Ночь только начинается, и у солдат нет желания останавливаться. Будучи их капитаном, это твоя прямая обязанность присоединиться к ним, вместо того, чтобы валять здесь дурака.»





Глава 151: На Следующее Утро




Я поднял свой самодельный меч для практических занятий, грубо вырезанный их куска дерева, замотанный в полотенца для придания тяжести. Когда я считал про себя каждый удар вниз, тихий голос вывел меня из транса. «Грей. Время завтракать.»

Посмотрев через свое плечо, я увидел Сесилию, стоявшую возле двери со свежим аккуратно сложенным полотенцем в руках. «О, спасибо!»

Когда я к ней подошел, Сесилия подала мне полотенце. «Мне еще нужно помочь накрыть на стол,» произнесла она и быстро зашагала прочь.

Я смотрел в следе уходившей Сесилии по тусклому коридору, вспоминая инцидент, случившийся почти год назад, когда я чуть не умер, пытаясь спасти ее от внезапного выброса ки.

Несмотря на ее отчужденную манеру речи, ее отношение ко всем в приюте определенно улучшилось.

После того как я вытерся, я вернулся обратно, удостоверившись в том, что сетчатая дверь была закрыта от летних жуков, жужжащих снаружи.

«Кто-то, по-видимому, переживает половую зрелость, судя по запаху, исходящего из твоего тела,» худощавая фигура Нико приблизилась ко мне из пересекающегося коридора.

«Твой пот начинает пахнуть, когда у тебя половое созревание?» Спросил я, нюхая свою рубашку с коротким рукавом.

«Предположительно, судя по статье о гормонах, которую я читал,» пожимая плечами ответил Нико.

Когда я впервые почувствовал запах омерзительного запаха, я отпрянул. «Сесилия, вероятно, тоже почувствовала это».

«И как она отреагировала?»

«Никак, она просто подала мне полотенце и ушла,» сказал я и стал вытирать свое тело еще старательней, в надежде избавиться от запаха пота.

«Ее преданность оставаться верной ее беспристрастному характеру сильна,» кивнул Нико.

Я подавил свой смех. «Я не думаю, что она старается показать свой характер.»

«Позволь мне с тобой не согласиться, друг мой. На прошлой неделе, когда я закончил переделку шоковых перчаток – работая над названием, кстати – я переделал их в кулон, который бы она могла носить на своей шее, но она отказалась!»

Приподнимая бровь, я ухмыльнулся. «О? Ты дал Сесилии ожерелье?»

«Каким образом тебе всегда удается выбрать то, о чем тебе хочется слышать? Что ты собираешься делать, когда будешь учиться в настоящей школе?» Вздохнул он. «И кроме того, я думаю, что ты ей нравишься больше – с ее принесенным для тебя полотенцем и все такое.»

«Ну, как ни как я спас ей жизнь, помнишь,» подразнил я, кладя свою руку на моего худощавого друга, которого я перерос за последние несколько месяцев.

«Ее рыцарь в потных доспехах,» сказал он, зажимая нос пальцами.

В последнее время стало все более заметно, что у Нико были чувства к Сесилии, нашей ледяной королеве приюта. Это был не секрет, что Сесилия пользовалась популярностью среди мальчиков, но все, кто набрался мужества, чтобы сделать ход, были отвергнуты. Нико, с его патентной смесью гордости и низкой самооценки, нашел другие способы заставить Сесилию заметить его, не раскрывая его интереса к ней.

Вздыхая, я еще больше наклонился на своего тощего друга, заставляя его изо всех сил удерживаться, чтобы не упасть вниз. «Я уже не совсем уверен, что хочу продолжать учиться в школе.»

«Что?» Нико наконец то удалось отделаться от моей руки. «Почему? Ты же знаешь, я только шучу над твоим интеллектом.»

«Да нет, не поэтому,» тихо рассмеялся я. «Это слишком дорого и Директор Уилбек и так еле-еле справляется, посылая в школу нескольких ребят из приюта.»

«И что же ты планируешь делать?» Спросил мой друг, его брови серьезно сдвинулись.

««Я еще не знаю, но, возможно, просто помогу в качестве персонала в приюте, как только достаточно повзрослею. Намедни, я даже подумывал пойти в институт, чтобы улучшить свой ки. Я знаю, что они предоставляют бесплатное обучение и прочее, если пройдёшь квалификацию,» пожал я плечами.

«Ты должно быть шутишь?» закипел он, останавливаясь посреди коридора.

«Я знаю, что мы многим должны Директоры Уилбек, и я понимаю, что ты хочешь отплатить, но оставаться здесь ради этого – это слабоумие; с твоим талантом, ты можешь сделать намного больше, если только получишь соответствующее обучение!»

«Что и привело меня к тому, что я стал думать об инстит—«

«Это не обучение,» прервал Нико. «Эти институты предназначены для того, чтобы промывать мозги безмозглым солдатам и найти среди них потенциальных кандидатов в короли. Я читал кое-какие журналы про эти места – как студенты работают там почти до смерти; как кандидатов выгоняют, если они не справляются.»

«Ты стал похож на Директора,» проворчал я и снова зашагал.

«Потому что у тебя нет никакой мотивации что-то делать. Конечно, ты любишь тренироваться, но у тебя нет никакой цели помимо этого,» он вздохнул. «Школа – это место, где ты можешь найти, то чем бы ты хотел заниматься, пока получаешь знания об этом мире без каких-либо ограничений или предубеждений, как в институте.»

«Да, но деньги все еще проблема,» заметил я. «Если мы хотим идти в школу, то мы должны начинать со следующего года.»

Выражение на лице Нико смягчилось после моего согласия. «Тебе повезло, что у тебя есть друг, который думает и планирует на будущее. Мне почти удалось сэкономить деньги с нашей небольшой ‘миссией’ для того, чтобы мы смогли пойти в школу – конечно, полагаясь на то, что я получу хотя бы частичную стипендию.»

«Подожди, разве ты не собирался отдать деньги для приюта?»

«Да, собирался,» на лице Нико появилось невинное выражение – «но не все.»

Я застонал и покачал своей головой. «Я так и знал.»

«После получения должного обучения, мы по-настоящему сможем помочь директору и ребятам в приюте. Я обещаю, что таким образом для них будет гораздо лучше.» Мой друг похлопал меня по спине. «Давай. Пошли в столовую, пока еда еще горячая.»

«Почему бы не сэкономить денег, чтобы взять Сесилию вместе с нами тоже?» подразнил я его еще один раз, когда мы шли по коридору.

«Прекрати это! Я же сказал тебе, что не интересуюсь ей!» Резко ответил Нико, не желая смотреть мне в глаза.

АРТУР ЛЕЙВИН POV:

Я открыл глаза, чтобы встретить сияние утреннего солнца. Даже его мягкие лучи, скрытые за слоем облаков, каким-то образом смогли пробуравить отверстия в моей ретине. Боль в моем черепе ритмично пульсировала – постоянное напоминание о стаканах, если не бутылках алкоголя, которое я принял в течении оставшейся ночи.

Прищурившись, я попытался встать, но немедленно отпрянул назад под свой шерстяной плащ, который я использовал в качестве одеяла, издавая болезненный стон через мой пересохший рот, липкий от загустевшей слюны.

Вдруг мой плащ – единственное, что защищало меня от наружного мира – был сдернут с меня.

«Доброе утро, Генерал,» зазвучал знакомый голос Ванесси. Яркий тембр моего бывшего профессора обычно был приятен для уха, но из-за воздействия алкоголя, ее голос звучал остро и раздражающе.

«Будучи старше вас по званию, я приказываю вам отдать мое одеяло и дать мне спать,» нетерпеливо пробормотал я.

«Нет, не могу. Это были вы, кто отложил встречу с Капитаном Одир на утро,» сказала она, поднимая мое неохотное тело вверх. «умойтесь холодной водой и встретьте нас в палатке.»

«Вот. Прочитайте это перед тем как встретиться с Капитаном Одир.» Ванесси сунула мне в руку стопку бумаг, скрепленных вместе, перед тем как уйти.

Ворча себе под нос, я поднялся, осматриваясь по сторонам первый раз. Каким-то образом мне удалось забраться на утес, простирающийся над лагерем.

‘Вы ничего не смогли сделать прошлой ночью,’ голос Сильви звучал в моей голове, как удар в мозг.

‘Сильв, полегче. Моя голова раскалывается,’ я пожаловался, когда я обнаружил мою спутницу в форме дракона, приближающуюся ко мне со стороны леса позади меня. ‘Что-то произошло?’

«Я тащила твой пьяный труп сюда наверх, чтобы ты мог спать, не выставляя себя дураком, прежде чем поставить в известность все о твоем занимаемом положении,» она бранилась приятным голосом, который я не слышал уже несколько дней.

«Как прошел дозор прошлой ночью? Что-нибудь необычное?» Спросил я, пытаясь сменить тему.

Ярко просияв, перед тем как превратиться в жемчужно-белую лисицу, она запрыгнула на мое плечо. «Все было тихо. Западный берег был покрыт густым слоем тумана, поэтому я не смогла разглядеть никаких вражеских кораблей. Я бы полетела дальше, но побоялась, что меня обнаружат.»

«Ты очень хорошо сделала,» сказал я. «А теперь, где я могу умыться?»

«Там должны быть умывальные станции в лагере, но здесь неподалеку есть ручей, немного вглубь леса, который я думаю, тебе подойдет больше,» ответила она, клубы пара образовывались перед ее мордочкой, пока она говорила.

«Ручей подойдет.»

Морозный воздух помог моему восстановительному процессу, но это был первый всплеск холодной воды, который по-настоящему прояснил мои мозги. Я желал, чтобы у меня была возможность выполоскать все токсины из моего мозга тоже, но по крайней мере я уже находился в полной дееспособности, к тому времени, когда мы прибыли в палатку капитана.

Просмотрев бумаги, которые Ванесси дала мне, я заметил знакомого мне охранника, стоящего у палатки моего бывшего профессора. «Вы. Как ваше имя?»

«Меня зовут Мабл Эстерфильд, Сэр – я имел ввиду, Генерал,» отчеканил он, смотря прямо перед собой в застывшей позе.

«Какое неподходяще красивое имя,» прокомментировал я, похлопывая его по плечу, когда он встретил меня с недоумением на лице.

Зайдя в палатку, меня встретила горячая волна, исходящая от маленькой печки, находящейся позади стола.

Рядом возле моего бывшего профессора стоял человек, с головы до ног чопорно одетый в сверх элегантные военные одеяния. Стоящая рядом с ним Ванесса была похожа на обыкновенного рядкового солдата, по сравнению с ними обоими, я уже больше не считался крестьянским парнем.

С серебристо-белыми волосами, аккуратно зачесанными назад за узкие уши, Капитан Одир, стоял прямо, как осиновый кол. Хотя на вид он выглядел не старше моего отца, лицо его было в морщинах, что говорило о том, сколько этот человек провел в своей жизни хмурым. Его вздернутые брови, и глубоко посаженные глаза, казалось пронзали меня насквозь, с выражением на лице, как будто он смотрел на бунтующего сына.

«Капитан, это Генерал Артур Лейвин. Арт – Генерал Лейвин, это Капитан Ярнас Одир, Капитан 2-ой Дивизии,» познакомила нас мой бывший профессор, когда я и Капитан Одир впервые посмотрели друг другу в глаза.

«Рад вас видеть, Капитан,» поприветствовал я с улыбкой, подавая руку.

Капитан в ответ пожал мне руку. «Приятно познакомиться, Генерал,» сказал он каким-то ворчливым голосом и сразу же повернулся к Ванесси. «Капитан Глори. Моя дивизия разбила лагерь в соседних лесах у скалы. Было бы неплохо, если бы перед объединением сил, наши дивизии сначала бы познакомились.»

Мой бывший профессор неловко посмотрела в мою сторону прежде чем ответить своему капитану. «Я согласна. Нам необходимо, что бы обе дивизии ознакомились друг с другом в кратчайшее время. Генерал Лейвин, как вы думаете, какой лучший способ разделить наши силы в случае нападения?»

Я посмотрел на кипу бумаг, которые Ванесси дала мне утром. В них содержалось точное количество отрядов в каждом подразделении, которые командование собрало для Капитана Одир, чтобы стать частью его дивизии. Я посмотрел на количество магов и пехотинцев, когда Капитан Одир снова заговорил.

«Интегрируя наши дивизии таким образом, чтобы наши пехотинцы выстроились линию, для отражения атаки с побережья было бы самой лучшей стратегией,» заявил он.

Мой бывший профессор покачала головой. «Капитан Одир. Генерал Лейвину было поручено руководить нашими дивизиями, поэтому было бы лучше оставить это—«

«Генерал Лейвин – ответственный как рыцарь, за то, чтобы наши дивизии были готовы в случае атаки, но как могучий рыцарь, он должен признать, что капитаны являются наиболее осведомленными о своих собственных подразделениях,» прервал Капитан Одир и продолжил просматривать пакеты бумаг.

‘Мне хочется треснуть ему моим хвостом,’ проворчала Сильви, почти заставив меня рассмеяться.

После беглого осмотра бумаг дивизии Капитана Одир, я отдал документы обратно Ванесси. «Кажется я здесь не нужен. Я пойду что-нибудь перекусить.»

«Генерал Лейвин!» позвала меня Ванесси.

Я обернулся через мое плечо. «Да?»

«Разве вы не хотели что-нибудь добавить?» ответила она, чувствуя себя неловко, по поводу того, как закончилась встреча.

«Ну что ж, если вы хотите знать мое мнение, то я скажу, что выставлять 100 % силы в одну линию – не самое умное решение,» я пожал плечами.

Бровь Капитана Одир вздернулась, когда он пытался скрыть свое негодование. Было очевидно, что он не привык, чтобы его мнение оспаривали, особенно кем-то кто был намного моложе его.

«Мы – это последняя форма защиты, на случай если Алакриянские корабли придут с океана. Откуда ещё они могут атаковать, Генерал?» прошипел он, делая ударение на мой титул, как будто бы это было оскорбление.

«Капитан. Я пытаюсь вести себя цивилизованно,» сказал я, поворачиваюсь к нему. «Как вы и сказали, Командующий Вирион попросил меня быть здесь, на случай если произойдет самое худшее, я исхожу из этой перспективы.»

Я сделал ещё один шаг в его сторону, мое бесстрастное отношение улетучилось. «Но, я бы посоветовал вам не путать мое безразличие по этому вопросу с некоторым ошибочным представлением, что бразды правления находятся в ваших руках. Понятно?»

Капитан Одир невольно отступил шаг назад, пот градом катил по его сморщенному лицу. «Понятно.»

Я кивнул. «Хорошо. Я никогда не собирался играть главную роль в принимаемых вами решениях, поэтому я оставлю это на вас обоих.»

Когда я повернулся чтобы уйти, мое внимание привлек крик отдаленного воя. Трое из нас обменялись взглядами, находясь в замешательстве из-за происходящего.

Мы выбежали из палатки, чтобы увидеть, как все солдаты смотрели вверх — некоторые все еще с чашами еды в руках – в сторону скалы, откуда раздавались крики и вопли. Все стояли в оцепенении, пытаясь понять, что происходит, когда продолговатый предмет упал с края скалы и скатился вниз, приземлившись рядом с нами.

Это был окровавленный меч с оторванной рукой, одетой в доспехи, все еще сжимающая рукоятку.





Глава 152




Оба капитана позади меня в оцепенении смотрели на оторванную руку – все еще сжимающую меч – образовывая лужу крови под собой.

«Солдаты, тревога! Приготовиться к бою!» взревел я, проецируя свой голос настолько громко и отчетливо, насколько это было возможно, чтобы привлечь всеобщее внимание.

Услышав мою команду, присутствующие солдаты начали выходить из оцепенения. Новички рекруты, доставая из своих принадлежностей доспехи и неумело пытались одеть их на себя. Ветераны и опытные солдаты, уже одетые в одежды для доспехов, ловко пристегивали свои защитные доспехи, когда как крики и лязгающий звук металла продолжали раскатываться эхом над утесом.

Капитан Глори и Одир тоже были одеты в легкие доспехи и уже пришли в себя, оба смущенные тем, что не отреагировали на ситуацию должным образом.

«Капитан Одир. Доспехи на этой руке, это не доспехи прохожего – а военное обмундирование. Разве вы не сказали, что ваша дивизия разбила лагерь на скале?» Я кричал, потому что из-за происходящей активности в лагере стало очень шумно.

До недавнего времени сердитое лицо капитана побледнело, когда он еще раз изучил доспехи. Как только он был готов ринуться вверх по скале, я удержал его за металлическую горжетку, защищающую его плечи и грудь. «Оставайтесь здесь, пока дивизия не будет готова.»

«Отпустите меня! Мои солдаты подверглись атаке, и лидер отсутствует!» Зашипел Капитан Одир, от его прошлой напыщенности и самообладания и след простыл.

Сжимая крепче свой захват, я притянул его поближе. «Капитан. Если вы пойдете туда в одиночку и будете убит, то ваши солдаты окажутся в еще худшем положении, чем они сейчас.»

Я обследовал лагерь, когда как Капитан Глори повела дивизию в организованной формации. Большинство солдат были уже готовы и разбиты на группы, согласно их позиций.

Вместо одной большой группы, Ванесси разделила свои силы на отдельные части, каждая из которых состояла из солдат одного и того же ранга — пехотинцев, аугментеров, лучников и магов.

Впереди всех находились пехотинцы – обычные люди и эльфы с прочными доспехами и большими щитами, поскольку главный удар атаки они принимали на себя. Вдоль флангов располагались аугментеры, ответственные за безопасность магов и лучников, стреляющих стрелами и заклинаниями.

Командир – лидер подразделения, как Дрешь – находился позади пехотинцев, идеальное место как для отдачи команд, так и для защиты магов.

Ванесси посмотрела на меня и просигналила, что она была готова. Отпуская Капитана Одира, я жестом показал ему, чтобы он присоединился к своему коллеге, когда я двинулся в тыл, где были сгруппированы кузнецы и повара.

Когда дивизия начала пробираться вверх по крутому склону вверх по скале, я стал размышлять о том, кто бы мог атаковать. Мы были у южной границы Сапина, где начиналось подземное царство Дарва. Сначала я сразу же подумал, что это была атака мана зверей, но судя по тому, как рука была аккуратно отрезана, что было не похоже на разрыв клыков или когтей. Была вероятность того, что они подверглись нападению отряда кочующих бандитов, про которых я читал, что они разгуливали вдоль южных границ Дикатена. А еще это могла быть какая-нибудь радикальная группа, выступавшая категорически против войны с Алакрией, но нельзя было знать наверняка.

«Мадам Астера, я надеюсь вы будете здесь в порядке?» Спросил я, как только заметил главного повара, уже одетой в доспехи.

«Все в порядке. Капитан Глори приказала нескольким аугментерам остаться здесь, чтобы охранять нас, но я ведь тоже здесь, помните?» Она самодовольно ухмыльнулась.

«Вы правы. Тогда мне нужно идти.» Как только я собрался повернуться обратно в сторону скалы, как Мадам Астера схватила меня за руку.

«Артур,» сказала она, ее выражение было очень серьезное. «Ты никогда не будешь слишком осторожным.»

Я быстро кивнул ей в ответ и просигналил Сильви, чтобы она выходила. «Я надеюсь вы применяете, то что проповедуете.»

‘Я уже могу так скоро превращаться в открытую?’ Спросила моя спутница, спрыгивая с моего плаща.

‘Нет необходимости скрываться прямо сейчас. Я должен узнать, что там происходит как можно скорее.’

Маленькое тело Сильви начало переливаться светом и увеличилось до размеров могучего дракона. Ее обсидиановая чешуя мерцала в лучах утреннего солнца, даже затмевая мерцание океана. Ее полупрозрачные глаза смотрели на меня с умом и звероподобной свирепостью. Дородные повара и кузнецы с бочкообразными грудями и с бицепсами размером с мое туловище, с благоговением уставились на меня, когда как некоторые даже упали на землю, как младенцы, начинающие ходить.

Я забрался на шею моей спутницы и ухватился за выступающий шип. Затем обернулся через свое плечо еще раз, только чтобы увидеть изумленное выражение, запечатленное на деликатном лице Мадам Астера, когда как огромные крылья Сильви, при взмахе образовывали мощнейший порыв ветра.

Я планировал лететь прямо туда, где находилась дивизия Капитана Одир, но вместо этого Сильви взлетела до уровня облаков.

‘Артур, я должна сообщить тебе, прежде чем мы ввязались в сражение, что моя помощь будет ограничена.’

‘Ты имеешь ввиду договор, обязывающий асуру, невмешательства в боевые действия?’ Спросил я, боясь, что я не смогу сражаться вместе со своей спутницей.

‘Это и есть место, относительно которого Алдир предупредил меня, но дело не только в этом. С процессом пробуждения, через который дедушка Индрат заставил меня пройти, чтобы обладать силами эфира, это значит, что мне все еще понадобится какое-то время, пока я смогу помочь тебе с какой-нибудь магией. До тех пор, пока мои силы полностью не пробудились и полностью находятся под контролем, находясь в этой форме мои действия будут весьма ограниченны. Я прошу прощения, что не сказала тебе об этом раньше.’

Я погладил бок огромной шеи моей спутницы, ругая самого себя за то, что не учел ее особое состояние. Я знал, что ее обучение было прервано мной самим, но я даже и не подозревал, какое это важное было для нее время. Нет, не было. По крайней мере, я уже знал сейчас.

Добраться до места сражения не заняло много времени, но тот факт, что отрезанная рука могла каким-то образом скатиться со скалы, подсказывала мне, что там происходило что-то другое. До нас доходили звуки приближающегося сражения, но не до тех пор, пока мы не спустились ниже уровня облаков, блокирующих наше видение, когда мы поняли всю серьезность ситуации, в которой находились.

‘Этого не может быть.’ Сильви затруднялась поверить в увиденную внизу картину, но для того, кто видел, что неожиданные войны приносили, я мог видеть только грубый просчет – и довольно огромный.

Прямо внизу, на травяном поле, окрашенным красным и черным, кровью и сажей, было то, что только могло быть – Алакриянская армия.

Их войска примерно в пять тысяч на данный момент сражались с дивизией Капитана Одира. Отсюда солдаты были размером не больше, чем насекомые, но они легко различались. В отличие от армии Дикатена, у Алакриянских солдат, казалось, был стандартизированный цвет темно-красного цвета, украшенный темно-серыми доспехами.

Спина Сильви выгнулась в готовности спуститься вниз, но я остановил ее. Нет. Останемся пока скрытыми.

‘Останемся скрытыми? Союзники погибают там внизу, а ты хочешь оставаться скрытым?’ Гнев явно различался в ее словах, но я знал, что она уже знала о моих намерениях.

‘Мы не можем принимать участие в каждом сражении. Прямо сейчас наша приоритетная задача состоит в том, чтобы согласовать наши дальнейшие действия. Я зорко наблюдал за происходившим внизу, сожалея о том, что не имел при себе ни одного заклинания трансмиссии для того, чтобы установить связь с Вирионом. Я только проскрежетал зубами, чтобы совладать со своей бесполезностью.

‘Как им удалось пройти весь этот путь не замеченными? Они пока не проходили через главные города, но дворфы должны были знать, что армия маршировала по их земле.’

«Возможно они знали,» пробормотал я сам себе, обращая внимание на едва заметный путь, образовавшийся во время перехода. Изменение в планах. Сильв, можно не выявляя своего присутствия, отследить путь, по которому пришла Алакриянская армия? А я помогу им, присоединившись в качестве обыкновенного солдата.

‘Что, если у тебя возникнут проблемы? Я буду слишком далеко, чтобы поспешить на помощь.’ Я чувствовал неодобрение в ее голосе.

Дивизия Ванесси уже на подходе, и у меня очень плохое предчувствие, что, если даже мы превзойдем их по численности, это будет проигрышное сражения для них без моего участия.

‘Еще одна причина для меня остаться здесь и помочь тебе,’ продолжала возражать Сильви.

‘Пожалуйста. Если то, что я подозреваю правда, то эта война не такая уж простая как — они против нас. Ты здесь единственная, которая может проделать это путешествие туда и обратно быстрее всех. Я буду в порядке, Сильв.’

‘Ладно. Но как только я почувствую, что ты в опасности, я вернусь обратно и заберу тебя, не взирая на твои усмотрения.’ Проворчала в ответ Сильви.

‘Спасибо.’ Я похлопал свою спутницу прежде чем спуститься вниз. Морозный зимний воздух словно кнутом хлестал по моему телу, пока я спускался вниз. Я намеренно обогнул сражение, чтобы не привлекать внимания.

Как только я был готов приземлиться среди группы деревьев, я окутал свое тело слоем маны, удаляя мое присутствие прежде чем применить заклинание ветра. При обилии ветвей и листьев, замедливших мое падение, и при помощи магии, смягчившей мою посадку, я, хотя и немного неловко, но не вызывая слишком много шума, смог достичь земли.

«Это то, что я делаю, чтобы не привлечь внимания,» пробормотал я, доставая из волос сломанные ветки и застрявшие листья. Я продолжал оставаться в укрытии до тех пор, пока не услышал, что дивизия Ванессы прибила на место сражения.

«Тред! Вестер! Возьмите свои подразделения к левому флангу. Дирк! Саша! Направо!» Голос Ванессы звучал с уверенной точностью. «Все остальные, мы присоединимся к силам Капитана Одира и будем бить этих Алакриянских ублюдков спереди!»

Выбегая вперед я нагнал Капитана Глори. Инстинктивно, Ванесси выхватила свой меч в мою сторону, когда поняла, что это был я.

«К черту, Артур. Не пугай меня больше так!» вздохнула она. «Что ты здесь делаешь? Я видела, как ты и твоя спутница улетали отсюда.»

«И оставили мою драгоценную подчиненную одну?» Ухмыльнулся я. «Нет. Я послал Сильви на не менее важное и секретное задание.»

«Ну что ж, это просто здорово, что ты с нами, но есть ли у тебя представление о том, как такая Алакриянская сила смогла пройти мимо нас?»

Я покачал головой. «Как насчет того, чтобы оставить пару из них в живых и попытаться получить ответы на наши вопросы?»

Губы Ванесси искривились в злобной ухмылке, когда она подняла оба ее длинных меча. «Похоже звучит как план.»

Солдаты Ванесси, как мужчины, так и женщины, с ревом бросились на Алакриянскую армию. Я постоял с минуту позади, наблюдая за тем, ка сталь врезается в плоть. Неразличимые бормотания доносились от магов, готовивших заклинания, в то время как лучники залпами выпускали стрелы, чтобы защитить пехотинцев и магов.

Но все мое внимание было приковано к алакриянским солдатам. Тяжелое предчувствие, которое образовалось у меня в воздухе, стало еще тяжелее, когда они начали наносить ответный удар.

По какой-то абсурдной причине, я ожидал, что наши враги будут что-то вроде Вритрас – злобные монстры. Но, глядя на них, они ничем не отличались от наших солдат за исключением того, что были окрашены в красно-серый цвет. На меня нашло прозрение только после того, когда я встретился взглядом с вражеским солдатом.

Глаза солдата прищурились, он был готов нанести удар. Я подобрал с земли окровавленный меч, как вдруг он кинулся в мою сторону. Когда я пытался определить, какого уровня было его ядро, я был удивлен тем, что не мог его прочитать. Солдат развел свои руки, когда как его пальцы скрючились как когти. Вдруг, без всякого притока маны о моем предупреждении, рукавицы маны в форме гигантских когтей появились вокруг его рук. Он на огромной скорости кинулся на меня со своими мана когтями.

Я присел, и увидел, как ряд деревьев позади меня от силы атаки моего оппонента, свалились один за другим. С его скоростью приготовления заклинания и силой, я мог только представить себе, что он был маг желтого ядра – возможно серебряного.

Я парировал его атаку ударом моего усиленного меча ударом снизу вверх, когда как раз внизу под магом блеснул прозрачный барьер, защищавший его грудь, в которую я целился.

Что за черт. Я вытер свою голову о плечо, чувствуя, что заклинание исходило не от него. Примерно тридцать футов от меня был другой солдат, его руки расставлены и брови сосредоточенно сдвинуты. Поняв, что мое внимание было приковано к нему, его глаза расширились от удивления и он нацелил свои руки на меня.

Прозрачная панель, защищавшая моего первого оппонента, сдвинулась и расширилась, ставши стеной между мной и магом. Я никогда еще не видел кого-то, кто бы так мастерски манипулировал барьером, поэтому стало ясно, кого нужно был ликвидировать первым. Но, в этот момент, солдат с когтями уже поменял свою позицию, не оставляя мне другого выбора, ка прикончить его.

Бросая меч, который я нашел на земле, я ринулся к своему оппоненту. Как только я уже был на расстоянии, когда я мог нанести удар, я топнул левой ногой, создавая земляной столб прямо перед ногами моего оппонента.

На этот раз, или из-за того, что маг позади меня не ожидал заклинания или не чувствовал, что была необходимость его блокировать, барьер не образовался. Маг попытался отступить в сторону, но земляной столб ударил ему в ребра. Что шокировало меня, это звук, произведенный в момент, когда я применил заклинание; это был звук сломанных костей под его помятыми доспехами. Разве этот идиот не укрепил свое тело магией?

Скрежечя зубами с выражением боли на лице, маг, не обращая внимания на полученную травму, кинулся на меня со своими мана когтями. Я встретил его со своими кулаками и электричеством вокруг них, ожидая что он применит еще одно заклинание, но он не применил. Мой молниеносный удар кулаком, разбил его мана когти и сломал его запястья.

Я немного подождал, прежде чем прикончить его, меня доставало любопытство. Он был тем, кто не представлял реальной угрозы для меня, но что-то о том, как он … как они сражались, не имело никакого смысла. Я думал, что оппонент передо мной был опытным аугментером, но его тело даже не было защищено маной. Если бы не барьер, который охранял его руку в последнюю минуту, его рука была бы оторвана.

Солдат маг опустился на одно колено, его левая рука свисала сбоку. Следы неверия и трепета мелькнули на его лице, перед тем как он прищелкнул своим языком, повернув свой взгляд в сторону солдата, применяющего заклинание барьера. «Ой, Щит!» рявкнул он. «Полное улучшение тела, сию секунду!»





Глава 153: Обыкновенный Солдат




Многочисленные сражения происходили в одно и тоже время, звук скрежета металла и примененных заклинаний резонировали в воздухе. Затхлый запах горящей древесины перебил все остальные, когда вокруг нас образовался тонкий слой дыма.

Но, несмотря на хаос, мой поединок с аугментером казалось была ограниченным, — почти изолированным – как будто все другие солдаты преднамеренно оставили нас одних. То ли люди были слишком сосредоточены на своих собственных сражениях то ли была задействована какая-то иллюзия, я не мог сказать точно, но это оставило еще больше вопросов у меня в голове.

Только после короткого обмена, который у меня произошел с аугментером и его помощником, теперь находящегося всего в нескольких футах от меня, я мог сказать, что их боевая тактика была принципиально иной, чем наша. Маг, по команде аугментера, образовал вокруг его тела тонкий покров маны. Хотя травмы у моего оппонента оставались прежними, но он больше не выглядел усталым, и поднялся с колена с новой энергией.

Щелкнув языком, он перевел свой взгляд с меня на другое место. Было совершенно ясно, что он сигнализировал кому-то еще, но он смотрел не туда, где находился маг, который его охранял.

Решительно кивнув, его взгляд опять вернулся ко мне. Мана, как и раньше, снова появилась вокруг его когтеобразных форм, и как только он приготовился к атаке, слабое шипение за моей спиной стало слышаться все громче, подтверждая мои подозрения.

Вспоминая свое обучение интерпретации маны с Мирой в Эфотосе, у меня возник соблазн применить ‘Сердце Мира’, чтобы поскорей положить всему этому конец, но решил лучше пока не применять, чтобы не привлекать слишком большого внимания к себе.

Я повернулся вокруг себя и увидел, как огненный взрыв приближался прямо на меня. Конденсируя ветер по спирали вокруг своей руки в форме сверла, я рассосредоточил огненное заклинание и моментально уклонился от атаки аугментера. Находившиеся поблизости покрытые мхом корни загорелись от упавших на землю тлеющих угольков, рассыпавшихся от заклинания мага. Когда-то открытая часть земли посреди леса превратилась в яму из крови и огня, когда все больше и больше солдат с обеих сторон начали падать на землю.

Действия мага были точными и хорошо скоординированными, несмотря на неровный ландшафт, но годы спарринга против Кордри казалось замедлили его скорость атак. Аугментер искусно приземлился на землю, но его когти ударили только воздух.

«Он был прав. Ты не просто какой-то пехотинец,» сплюнул он и снова вернулся назад, готовясь к следующей атаке на меня.

Мог он пользоваться только этими мана когтями?

«Он?» Спросил я с недоумением, кто мог бы дать ему эту информацию.

Аугментер продолжал хранить молчание и кинулся в мою сторону, используюя пень в качестве плацдарма для прыжка со своими мана когтями, готовыми атаковать.

Я приготовился к его атаке, выставив немного голову вперед, но, когда его когти были в нескольких дюймах от моего лица, я приготовил свой левый кулак и нанес удар. Кулак попал в открытые ребра аугментера, когда как покров маны, окутывающий его тело, собрался в том месте, куда я намеревался атаковать.

Мой усиленный кулак был встречен прочным барьером маны, защищающим ребра моего оппонента от перелома. От силы моего удара, мой оппонент споткнулся и упал на землю, но он поднялся, на его лице было выражение разочарования, а не боли.

Я посмотрел себе через плечо, сосредоточив все свое внимание опять на маге. По его сдвинутым бровям, сосредоточенному взгляду и дрожащим рукам, я был уверен, что это был он, кто блокировал мой удар, а не аугментер. Что поразило меня больше всего, и тем самым еще больше увеличило мои подозрения, было то, каким образом солдаты вокруг мага игнорировали его – будь то союзники или же враги.

Может быть здесь вокруг нас и в самом деле существовала какая-то иллюзия?

Как раз в этот самый момент еще один огненный шар снова летел в мою сторону, но на этот раз это уже было нечто более, чем простое раздражение. Заклинание пришло совсем с другой стороны, но я знал, где прятался маг: пятьдесят футов по прямой от меня, расположенный на груде поросших мхом камней.

«Она вон там, правильно?» Спросил я с ухмылкой, указывая в ее сторону.

Лицо аугментера побледнело, но он продолжал хранить молчание. Несмотря на свое изнеможение, он при помощи близстоящего дерева поднялся на ноги, отчаяние было очевидным на его жестком лице. Не сводя с меня свои глубоко посаженные глаза, он хлопнул в ладоши один раз. Как только он это сделал, множество изображений аугментера окружили меня, принося подтверждение моим подозрениям – использовалась иллюзия и обманчивая магия.

Вскоре, вокруг меня образовалось около дюжины изображений аугментера, все в различных позах, все готовые атаковать.

Я смотрел на произведенные иллюзии вокруг себя, замечая, что ни солдаты Дикатена ни Алакрияна не знали о происходящих событиях, и издал сдавленным смешок.

«Это смешно?» проворчал аугментер, его голос послышался ото всех клонов одновременно.

«Извини,» я вздохнул, продолжая смеяться. Глянув вверх я насчитал более дюжины аугментеров, у всех были сверкающие мана когти, которые было невозможно отличить друг от друга. «Благодаря этой иллюзии, я могу немного расслабиться.»

Окуная мое сознание глубоко в мое мана ядро, я активировал Сердце Мира. Поток маны вырвался из меня, когда как мое видение исчезло в ахроматическом состоянии. Я ощущал, комфортное тепло, когда как сияющие руны достигли моих рук, моей спины, когда мои длинные волосы начали сиять с оттенком серебристого оттенка и затем стали абсолютно белыми.

Клоны, казавшиеся мне совершенно одинаковы в моем нормальном состоянии, сейчас были всего лишь скоплениями маны в форме человека. Только один, кроме всех выглядел как скопление белых частичек маны. Что повергло меня в изумление, так это то, что иллюзия исходила не от скрытого мага, а от ‘щита.’

Я не сводя глаз смотрел на аугментера, по его выражению лица было видно, что он понимал, что что-то насчет меня было ужасно угнетающим. Капельки пота скатывались вниз по его лицу, когда он с ужасом посмотрел на меня. Пренебрегая всеми предосторожностями, аугментер со всеми своими клонами кинулись в мою сторону.

В то же самое время, маг применил еще одно заклинание огненного шара – на этот раз он был еще больше – синхронно с атакой аугментера. Повышая свой выход маны, и игнорируя изображения аугментера я нацелился на настоящего аугментера с мана когтями, разбивая его заклинание. Крепко схватив его за вытянутую руку, я используя его же импульс, перенаправил его на место взрыва.

Я заметил, как глаза моего противника расширились от ужаса, прежде чем на него обрушилась полная мошь удара заклинания его же союзника.

Многослойный барьер попытался защитить аугментера, но они все рассыпались от силы ударной волны. И все-таки благодаря этому его жизнь была сохранена.

Все иллюзорные клоны замигали прежде чем исчезнуть, после чего я устремил свое внимание на заклинателя, прятавшегося на дереве.

Без единого слова, я поднял свою левую руку и собрал ману на кончиках своих пальцев.

«Шил-Сайфер! Защитите Мейлина!» взревел аугментер, все еще не в силах подняться на ноги.

Заклинатель по имени Сайфер, к которому аугментер обращался как ‘щиту’ ожесточенно закивал, когда как я закончил приготовление своего заклинания. Как лоза с острыми зазубренными краями, электричество, как змея, обвило мою руку, собираясь на кончиках моего указательного и среднего пальцев.

Используя свою правую руку для прицела, я сосредоточился на прятавшемся заклинателе, которого в данный момент было отчетливо видно, благодаря заклинанию Сердце Мира.

«Пуск,» произнес я.

Тонкая пуля молнии выстрелила из моих кончиков пальцев, направляясь прямо в сторону дерева, которое стояло как раз между мной и прятавшимся заклинателем.

Слои прозрачного барьера, сформированного на пути пули были моментально уничтожены, до тех пор, пока пуля не достигла груду камней, в которую я целился.

Никакого драматического крика или болезненного стона не послышалось, был различим лишь только глухой удар, когда обмякшее тело заклинателя свалилось с валуна на землю.

«Нет! Мейлин!» Закричал заклинатель барьеров, когда он начал бежать в сторону своего упавшего друга, бросая свой пост.

Когда маг пал и концентрация Сайфера исчезла, иллюзия, окружавшая нас тоже исчезла. Как будто открылось окно, мир вокруг меня стал яснее и почти что приглушенный звук сражения снова раздался с новой силой. Не прошло много времени, как я снова оказался вовлеченным в сражение.

Я выпустил Сердце Мира, но из своего кольца измерений я достал Балладу Рассвета. Прозрачный меч из тикового дерева мерцал, когда его клинок изогнулся вокруг меня, вытягивая кровь из того, в кого бы он ни попал.

Битва между двумя сторонами продолжалась менее часа, но земля была усеяна трупами и отрезанными частями тела, отрубленные головы и руки, все еще извергали кровь.

Холодный зимний воздух мало что сделал для маскировки едкого запаха крови и горящей плоти, в то время как плотный массив деревьев, окружающих битву, еще больше усиливал какофонию криков.

Хотя противников было меньше, но у них было гораздо больше магов, чем у наших дивизий. Аугментеры пронзали пехотинцев оружием, пропитанным маной, когда как заклинатели наносили атаки на расстоянии.

Враги завлекли меня в самый разгар сражения, некоторые с такой уникальной техникой как аугментер с мана когтями, которого нигде не было видно – огненный хлыст, доспехи, сделанные из камня. Было один вражеский аугментер, который убил несколько наших солдат, применяя заклинание воды, которую он заливал им в горло до тех пор, пока они не захлебнулись.

Но все это для меня было одно и тоже. В какой-то момент мой мозг онемел и казалось мое тело двигалось по своему собственному усмотрению. Я убил всего несколько человек, но я уже был скользкий от крови. Моя туника и штаны прилипли к моей коже, но я не мог сказать, было ли это из-за крови или из-за пота.

В разгар битвы словами едва ли кто пользовался. Слова были бесполезны. Вместо этого, солдаты с обоих сторон во время сражения выкрикивали примитивные крики, опьянев от адреналина размахивали своим оружием.

Когда я вытащил клинок из окровавленной груди другого человека, я прищелкнул языком. Ничего хорошего в этом не было. Смерть зверя было одно, но обе стороны были одного и того же вида.

Я отпихнул обмякшее тело и пользуясь его одеждой вытер кровь с моего меча. Я сохранил большую часть своей маны, но постоянно сражаясь в течении часа оставило свой след на моем теле.

Я проверял других солдат, когда среди них заметил знакомую мне фигуру. Она только что парировала топор оппонента вниз к земле, когда она тоже увидела меня. Ее губы были изогнуты в уверенной улыбке, когда она собиралась двинуть своей перчаткой в лицо оппонента.

СЕДРИ

Я бросилась вперед, ускользая и уклоняясь от алакрианского удара, до того момента, когда он стал открыт. Затем я нанесла ему удар перчаткой в бок, удовлетворяющий хруст ребер говорил о том, что он был готов.

«Свол*очь,» прошипел узкоглазый мужчина, согнувшись, кровь закапала с его губ. В отчаянии он схватился за меня, чтобы не упасть, его руки держались за кожаные доспехи, защищающие мою грудь. С непристойной ухмылкой на полузакрытых глазах он использовал все оставшиеся силы, чтобы сорвать доспехи с меня.

Сломав его запястье, я избавила этого ублюдка от его страданий твердым ударом головы. Я не могла сдержать улыбки, в восторге от победы внутри меня начал образовываться настоящий фурор.

Еще один идиот пытался пробраться ко мне за спину, но я уклонилась от его меча и развернулась на месте. Алакриец с короткой бородой поднял свой щит, когда он намерился снова атаковать.

Сердце мое подпрыгнуло и все вокруг меня как будто застыло, как ночь после десяти кружек пива. Я занесла мой кулак, усиливая мое тело и перчатки, и нанесла удар прямо по металлическому щиту солдата.

От удара образовался резкий звон, пронзивший мое ухо, но сила моего удара заставила бородатого солдата бросить щит. Не давая ему времени прийти в себя, я подняла свою ведущую ногу, для того чтобы с разворота произвести удар наотмашь.

Глаза солдата расширились, когда он отчаянно пытался руками заблокировать мой удар, но его рука, державшая щит не поднималась, все еще онемевшая от удара, который я нанесла раньше. Он не сумел поднести свой меч достаточно быстро, когда клинок в моей руке уже достиг выступающее Адамово яблоко.

Солдат упал назад изгибаясь, его руки, обхватили шею, когда он пытался сделать вдох. После отчаянного бульканья, его тело обмякло передо мной.

Я издала грозный рев. ни один мужчина не может унизить меня. Только сила на поле битвы является абсолютной!

Мой крик привлек внимание, стоявшего неподалеку солдата, вооруженного топором. Хотя он был намного больше меня, его движения были слишком медленны. Когда он замахнулся, его топор засиял желтым, в то же время слой маны начал окутывать его тело. Смотря на отличающиеся элементные свойства маны вокруг его топора по сравнению с маной вокруг его тела, казалось, как будто кто-то другой готовил заклинание, чтобы защитить его, но у меня не было времени на вопросы. У меня не было времени на изумление. Сила — абсолютна.

Я послала всю мою ману в правый кулак и повернулась боком, чтобы уклониться от его атаки. Я уловила свое отражение в поверхности его топора, когда он опустил его вниз; на нем была эйфорическая – почти сумасшедшая – улыбка на моем лице.

Пользуясь инерцией его атаки и отпарировав его топор вниз к земле, я вдруг видела его. Это был деревенский парень, который выиграл все спарринги – даже с Мадам Астера. Некоторые солдаты поговаривали, как будто бы он был рыцарем. Тогда я посмеялась над нелепыми рассказами, но когда я стоя здесь, всего лишь несколько дюжин футов от него и от кучи трупов разбросанных вокруг, я поймала себя на мысли, что все это могло быть правдой.

Мои глаза наконец то встретились с его, но в них не было того спокойного, игривого выражения, которое присутствовало в них прошлой ночью, его глаза были расширены, когда он отчаянно что-то пытался сказать мне.

Я не могла расслышать, что он хотел сказать, но это не имело значения, я спрошу его позже. Солдат, вооруженный топором все еще пытался вытащить свое оружие из земли, когда я почувствовала острую обжигающую боль в груди.

В одно мгновение вся моя сила и фурор улетучились. Мои руки больше не сжимались в кулаки. Земля внезапно показалась ближе, когда я поняла, что упала на колени. Я посмотрела вниз на источник моей боли, только чтобы увидеть зияющую дыру, в том месте где раньше была моя грудь.

Я инстинктивно пыталась закрыть отверстие руками, ощущая только обжигающую боль, расходящуюся по ладони. Я перевела взгляд со своей раны на землю перед собой, находя ответ там –несколько футов впереди был выжженный кратер.

Я не чувствовала своих ног, когда я сжалась на земле. Стало холодно и очень захотелось спать, моя последняя мысль была о том, какой высокой казалась окровавленная трава отсуда.





Глава 154.




АРТУР

Я заскрежетал зубами, когда увидел, как обмякшее тело Седри упало на землю. Враг, гордым тем, что сумел вытащить свой топор из земли, приготовился к следующему удару. Его высокомерная усмешка обнажила его желтые зубы. Как раз в этот момент из его горжетки показался тонкий клинок.

Когда тело врага рухнуло, Джона – друг Седри – попал в мое поле зрения. Сильным рывком, он вытащил свой клинок из человека, которого заколол перед тем, как опуститься на колени рядом с Седри.

Идиот. Что ты делаешь посреди сражения?

Я намеревался оставить его; это было то, что сделал бы Грей. Но мне вспомнилась прошлая ночь – тот маленький разговор, который произошел между нами, перед тем как я пошел сражаться на Арену, и беззаботная ночь с выпивкой, следующая после этого. Я едва ли знал их больше, чем врагов, которых встретил, но чувства, которыми мы обменялись прошлой ночью, хотя я и был в полупьяном состоянии – давили на мою совесть, заставляя меня помочь ему.

Сердито прищелкнув своим языком, я кинулся к Джона, который осторожно держал в своих руках тело Седри. Один вражеский аугментер, вытащил из головы солдата конец своего копья и заметил Джона. Даже под его шлемом наполовину скрывающего его лицо, я чувствовал, как лицо его расплылось в улыбке от неожиданной удачи.

Сосредоточившись на участке земли как раз возле его ног, я бросил заостренный камень во врага. Копьеносец едва успел избежать смертельной травмы, неуклюже плюхнувшись на землю и прижимая кровоточащее место.

Я увеличил выпуск маны к своему телу и бросился к раненому солдату. Когда он лежал, катясь на землю от боли, я наступил ему на грудь, чтобы он остался лежать неподвижным.

Безжалостно я вонзил Балладу Рассвета глубоко в нагрудник копьеносца и смотрел как последний огонек померк в его глазах.

Одним плавным движением, я вытащил свой меч и обрисовал им дугу, чтобы избавиться от крови на клинке, перед тем как схватить Джона за шиворот.

«Тебе нужно убираться отсюда,» проворчал я, встряхивая его.

Он посмотрел обратно на меня, в глазах его застыли слезы. «Седри, с тобой все будет в порядке.» Пробормотал он, с отчужденным взглядом цепляясь за тело своего компаньона полу-эльфа как маленький ребенок.

Острый свист приближающихся стрел и едва различимое шипение приближающихся заклинаний, привлекли мое внимание, но обе мои руки были заняты, и я не мог сделать пока большего. Я скупился на использовании маны, только из-за маловероятного сценария, что я буду сражаться против четырёх кос или помощников, но если я хотел, чтобы Джона и Седри дошли до безопасного места, я должен был потратить большее количество маны, чем я бы хотел потратить.

Голос Грея эхом отдавался у меня в голове, критикующий и призывающий меня оставить их, дабы сохранить мою ману для наихудшего сценария.

Произнося проклятия себе под нос, я сильно ударил Джона в солнечное сплетение. Шок от спазма на его теле увеличился, когда я забросил его себе на плечи и используя свою свободную руку, подобрал тело полу-эльфа.

Тонкий труп Седри весил больше, чем тело Джона, когда я держал ее за талию Я ничего не мог поделать с ее руками и светлыми волосами, волочащимися по земле, но бессознательное тело Джона, казалось, было против такого оскорбительного отношения и его руки как бы тянулись к ней с моего плеча, словно пытаясь поднять ее.

Не обращая внимания на нарастающее желание просто отбросить их на землю, я свободно выпустил ману, которую я сохранил. Опьяняющее чувство силы расплылось по моему ядру, оттуда расходясь по моим конечностям, наполняя меня с новой силой. Выключив вокруг себя хаотический шум, я полностью сосредоточился на окружающей меня мане.

Из-за расширяющегося слоя дыма и огня, я хотел, чтобы вокруг нас образовался спиральный барьер, когда я приготовился быстро доставить их обратно на базу. Вращающийся вокруг нас полупрозрачный слой маны, начал формировать сферу из потока ветра и камней.

Укрепив свое тело, я оттолкнулся от земли. Моментально мне пришлось укрепить свой захват вокруг Джона и Седри чтобы предотвратить их падение. Барьер, который я создал оставался невредимым, когда стрелы и заклинания попадали в него. Каждый раз когда враг стрелял в мой барьер образовывались искры, уничтожая или перенаправляя все встречающееся на нашем пути, но заклинание постоянно потребляло определенное количество маны из моих резервов.

Благодаря технике вращения маны, которой я обучился от Сильвии, даже после такого чрезмерно потребляющего ману заклинания, я мог восстановить затраченную ману в самый короткий промежуток времени.

Стиснув зубы, я продвигался по полю сражения, чтобы справиться с весом двух моих пассажиров, когда как сам сосредоточился на поддержке барьера в активном состоянии, несмотря на постоянно увеличивающееся число атак.

Мое тело вздрагивало, когда какое-нибудь особенно сильное заклинание попадало в мой барьер, но я твердо держался и добавил подачу количества маны в барьер. Крики вражеских солдат, приказывающим своим подчиненным уничтожить меня, эхом раздавались над лесом.

Под конец, со всеми ихними заклинателями сосредоточившихся на мне, Ванесси и солдатам станет немного легче, подумал я.

Как только я вышел из разгара основной битвы, я отпустил свое заклинание. Моментально, усиленные заклинаниями стрелы чиркнули мне по щеке, выступила кровь. Сила стрелы, свалила позади меня дерево, чем повергла меня в изумление.

Обмякшее тело Джона, свисало с моего плеча, когда я повернулся, чтобы посмотреть с кем мне придется иметь дело. Прежде чем я смог остановить атаковавшего меня, еще две стрелы полетели в мою сторону.

У меня едва ли была секунда на реакцию, но этого было достаточно. Делая глубокий выдох, я пробормотал, «Статический Вакуум.»

Смертельные стрелы были всего лишь в нескольких дюймах от меня, когда я выпустил свою первую фазу воли моего дракона. Мир застыл на месте и даже хаотический шум сражения затих.

Одним быстрым движением, я поставил свою ногу поверх стрелы и ударил по древку второй. Выпуская Статический Вакуум, моя шея моментально отдернулась от силы стрелы в моем рту, когда как стрела под моей ногой зарылась в грунт.

Поворачивая голову в сторону моего противника, я выпустил поток чистой маны.

На какое-то мгновение вечернее небо потемнело, когда испуганные птицы взметнулись с деревьев и устремились небо, чувствуя исходившую опасность от выпущенного мною намерения.

Я простоял там всего лишь секунду, вглядываясь в то место, в котором, по моему мнению, должен был быть вражеский лучник, его стрела в моем рту, предупреждала его – предупреждала его о том, на что я мог быть способен, если он встанет на моем пути.

Моя невысказанная угроза, похоже, сделала трюк, потому что больше стрел или заклинаний в мою сторону не последовало. Повернувшись назад, я помчался в густой лес, продвигаясь обратно ближе к скале, откуда мы пришли.

«Артур? Что случилось?» Раздался голос, когда я опустил Седри и Джона на землю на краю лагеря.

Я посмотрел вверх и увидел Мадам Астера, ее лицо и когда-то белый фартук были в крови. Заметив, что я на нее смотрел, она только глянула и покачала головой со слабой улыбкой. «Не переживай, это не моя кровь. Я только помогаю медикам и эмиттерам залечивать раненых, которые вернулись с поля боя.»

Я кивнул. «Понятно. В таком случае, позаботься о ней» — Я указал на Седри, готовый вернуться обратно, когда что-то потянуло меня за ногу.

«Почему? Почему ты не мог спасти ее, как ты спас меня?» Хриплый голос Джона дрожал, когда он еще крепче ухватился за мою лодыжку.

«Я не могу спасти каждого солдата на войне,» ответил я, не имея сил повернуться и снова посмотреть на него.

«Ложь…Я могу поспорить, что ты мог, если бы захотел. Ты же рыцарь, правильно? Я не был уверен, до тех пор, пока ты не поймал эту стрелу своим ртом. На какую-то секунду мне показалось, что я вижу сон, потому что стрела просто остановилась посреди своего полета.»

Я стиснул зубы от разочарования – не из-за него, а из-за себя – и одернул свою ногу от его захвата. «Как я уже сказал, мой приоритет не заключается в том, чтобы спасти каждого солдата, которого я встречаю на поле боя.»

«Возможно мы не были знакомы слишком долго, но если бы Седри была жива, то она никогда бы не стала думать о тебе как о ‘просто солдате’, Генерал.» Он с ядом прошипел мой титул.

Повернувшись вокруг себя, я поднял Джона шиворот его рубашки ещё раз и поднес его поближе к себе. «Я очень сожалею о твоей подруге, Джона, но вытащи свою голову из своей задницы. Повсюду враг, который намного сильней, чем ты можешь себе это представить – сильнее любого путешественника, которому ты когда-либо покланялся – и ты хочешь, чтобы я потратил всю свою энергию на спасение каждого присутствующего здесь? Если я это сделаю, кто же остановит их? Кто остановит вражеских лидеров, которые могул сравнять горы с землей, если захотят?»

Ненависть и обвинение в глазах Джона исчезли, заменяясь на вину и боль, когда как слезы потекли из его глаз. «Что же мне тогда делать? Я обещал ей, когда мы были маленькими. Я собирался сдержать свое слово…Я собирался сделать ей предложение.»

От этих слов у меня кольнуло в груди, мое дыхание стало прерывистым и неровным. Я затруднялся держать себя в руках, когда я посмотрел на перекошенное от горя лицо Джона.

«Я позабочусь о нем, Артур,» прошептала Мадам Астера, поднимая Джона за его плечи. «Идем.»

Я быстро кивнул и отвернул свои глаза от Джона. Возвращаясь обратно по скале, мои мысли были полностью поглощены Джона и Седри. Я видел их в спарринге, я видел их в споре, и я видел, как они вместе смеялись, но я никогда не думал об их отношениях.

«К черту все,» выругался я, когда я кружил между густыми деревьями. Звук сражения становилось все громче, но мои мысли были сосредоточены на последних словах Джона.

Слабый свист стрелы вернул меня к реальности. Я увернулся от вражеской стрелы и применил заклинание метательные ножи из конденсированного льда, бросая их во вражеского лучника, не сбиваясь с шага. Я услышал позади себя крик боли и глухой звук падающего с дерева тела.

Несколько футов дальше, электрическая дуга приближалась в мою сторону. Заклинание было очень сильное, но оно было слишком разветвлено и поэтому ослабело, я мог сказать, что заклинатель был неопытным в девиантной магии. Уклоняясь в сторону, я собрал ману на кончики своих пальцев еще раз и выпустил заклинание.

В отличие от молнии моего оппонента, я выстрелил как пуля. Но, как только мое заклинание было готово попасть в цель, металлическая дверь была воздвигнута из-под земли, безвредно отклоняя молнию в небо, пока она не исчезла.

Раздражает. Воюя с алакриянцами, я начал подмечать образец. На каждого сражающегося аугментера или заклинателя, казалось приходился еще совсем другой заклинатель, обязанностью которого было сугубо их безопасность. Лучник, который был раньше, не являлся аугментером, что и объясняет его легкую смерть.

Потому что вражеские заклинатели и аугментеры не тратили свое внимание на защиту во время сражения, поэтому их атаки были более безжалостными и дерзкими.

Мое настроение резко испортилось после того, как я доставил Джона и Седри в лагерь, и чем больше врагов начинали атаковать, тем раздражительнее я становился.

«Ну что ж! Вот что я вам скажу! Чем больше я вас убью, тем меньше умрет наших солдат!» Плюнул я, грозно ухмыляясь. «Сердце Мира!»

Прятавшиеся заклинатели и аугментеры, показались, как забинтованные пальцы, когда они стали готовиться к своим атакам. Когда частички собрались вокруг них, кружась и закручиваясь в процессе подготовки, стало ясно, какие заклинания они все готовили, но мне требовалось еще немного времени, чтобы подготовиться.

Все мысли о защите улетучились, когда я снова выпустил первую фазу воли дракона. Мир снова застыл, и я быстро приготовил все заклинания необходимые для контратаки двенадцати отдельных врагов. «Три огненных взрыва, барьер из острых камней, усиленные стрелы, заклинание молнии, конденсированные водяные пули, и один из заклинателей планировал на захоронение моей ноги под меня, чтобы остановить мое движение. Достаточно легко,» прошептал я. Как я и думал, применяя барьер так рано, чтобы спасти Джона привлекло слишком много внимания.

Секунды тикали внутри остановленного мира Статического Вакуума. Мое тело чувствовалось тяжелее, но я не обращал внимания. Это было неважно. Я отпустил Статический Вакуум, когда я был готов к ответному удару.

Моментально, заклинания взорвались вокруг меня, какофония криков и воплей смешалась тоже. Враги и союзники солдаты все оглянулись по сторонам, в недоумении от внезапного взрыва.

Когда я выдохнул, я не мог не улыбаться от удовлетворения. Вместо того, чтобы аннулировать заклинания врагов, как учила меня Леди Мира, используя интерпретацию маны, я перезарядил заклинания алакриянских солдат, заменяя их на смертельный взрыв.

«Ну как, Джона! Ты доволен?» злорадно закричал я.

«Артур!» Чистый голос послышался позади меня.

Посмотрев через плечо, я заметил Капитана Глори. У нее было ожесточенное выражение на лице, когда как с ее двух длинных мечей капала кровь. Когда-то опрятно зачесанные назад волосы растрепались и на них была засохшая кровь и грязь, ее доспехи тоже желали были не лучше, но в ее глаза все еще полыхал огонь.

«Ты выглядишь как дер*мо.» Мои губы сформировали страдальческую улыбку, когда я с облегчением увидел ее лицо.

Уголки ее губ искривились в ухмылке. «Это не то, что можно говорить женщине, даже во время войны.»

«Я запомню,» я тихо засмеялся.

«Это твоих рук дело?» спросила Ванесси, оглядываясь вокруг.

Я кивнул. «Я кое-что тестировал.»

«Тестировал что-то во время сражения? Ты не исправим.» Она вздохнула.

«Ты думаешь ты сможешь сделать это еще раз?»

«Вероятно,» ответил я, как вдруг мысли Сильви прозвучали у меня в голове. ‘Артур, я возвращаюсь.’ Вместе с сообщением пришел поток эмоций, перемешанных вместе: беспокойство, отчаяние и страх.

Что случилось? Ты что-то обнаружила? Ответил я обратно своей спутнице, ее чувства затронули меня.

‘Нет, мне пришлось остановиться на полпути…’ Она замолчала на мгновение, но у меня было мрачное предчувствия, из-за чего мое сердце забилось быстрее, пока она не заговорила снова. ‘Кто-то идет в твою сторону. Артур, он … он сильный.’





Глава 155.




Мое сердце учащенно забилось и ладони вспотели, когда эмоции Сильви перешли на меня, но у меня не было времени на отдых; когда их близлежащие заклинатели и лучники несли серьезные потери, вражеские аугментеры и солдаты быстро приближались в нашу сторону.

«У нас ожидаются гости. Только не надо нервничать,» тихо засмеялась мой бывший профессор. Ее беспечный тон не вписывался в крики и звуки бряцающего оружия, слышащихся позади.

«Нервничать? Я отражал всю мощь атак их заклинателей и лучников, пытаясь установить схему образцов их атак,» ответил я вытаскивая Балладу Рассвета и одним быстрым движением вонзил острый конец меча в нагрудные доспехи вражеского солдата

«Так вот как тебе удалось устроить все эти взрывы?» Спросила Ванесси, парируя удар огромного молота. Было невероятно интересно наблюдать за тем, как мой бывший профессор сражалась, не сдерживая себя. Ее боевой стиль, в сочетании с применением как земли, так и огня и своим уникальным способом применение стекла, в итоге производил серию блестящих атак. Она была способна образовать слой острого стекла вокруг своего меча, таким образом удлиняя его она могла резать врагов на расстоянии в несколько ярдов.

«Нет, это было что-то другое.» Я вытащил свой меч из другого врага. «Ванесси. Мы вскоре должны закончить это сражение, или как минимум перебросить его отсюда.»

«Ты так говоришь, как будто бы» — Ванесси присела, едва успевая уклониться головой от топора — «целенаправленно продлевали это сражение.»

Я взмахнул Балладой Рассвета, посылая острый полумесяц ветра на нападающего моего бывшего профессора. С острым шипением, кровь хлынула из незащищенной шеи алакриянца с бочкообразной грудью. Все что он успел сделать это издать глухое бульканье, перед тем как свалиться на землю, с широко открытыми глазами и рукой, сжимавшей свою смертельную рану.

Мой тон становился все резче, когда я ответил. «Признаюсь, что мои приоритеты были немного другими до этого времени,

но у нас совсем мало времени. Перенеси сражение отсюда, куда угодно, в любое другое место.»

Ее лоб наморщился. «Что происходит?»

«Кое-кто сюда направляется, кто-то очень сильный, как я — или даже сильнее, — чем я. Убери всех подальше отсюда, чтобы они не попали под перекрестный огонь.»

Брови Ванесси сдвинулись еще больше. «Наш? Ты не можешь сказать-«

Я серьезно кивнул. «Вот почему я здесь на случай, если это случится. Отведите всех отсюда.»

«Я знаю, что ты силен – в самом деле, я даже не знаю насколько ты силен на самом деле – но черт возьми, это не значит, что ты не можешь воспользоваться нашей помощью!»

Я с беспокойством посмотрел на своего бывшего профессора, но хранил молчание.

«Черт,» выругалась мой бывший профессор, окидывая взглядом сражение. Она решительно посмотрела на меня. «Ну хорошо, но тебе лучше вернуться живым, иначе я вытащу тебя из ада, чтобы отправить тебя туда обратно.» Я не мог не рассмеяться на ее смешную угрозу. «Я обещаю.»

Ванесси сделала шаг назад и поприветствовал меня, прежде чем Факел пикировал сверху вниз. Капитан вскочила на ястреба и выкрикнула: «Дикатенцы! Отступаем!»

Таким образом, ход битвы изменился. Ванесси взлетела над головами, собирая своих людей, которые возможно не слышали, но наши солдаты начали отступать, защищаясь от наших врагов.

Я наблюдал, как наши солдаты отступали, удерживая каждого врага, которые пытались преследовать, но врагов было слишком много.

Ну ничего, сказал я сам себе. Алакриянские солдаты были не проблема. Дивизии Ванесси и Капитан Одира должны были справиться.

Я отложил Балладу Рассвета и зашагал в сторону пролеска. Запрыгнув на дерево и применяя заклинание я под своими ногами образовал ветряную подушку и начал двигаться на юг, перепрыгивая с одной ветки на другую.

Как раз за пролеском, за ухоженными деревьями, равномерно распределенными один за другим, за которыми присматривали

лесорубы из ближайшего города, деревья становились более густо посаженными и неухоженными.

Внизу находились большие деревья, свалившиеся во время бури. Суровая зима лишила их большей части коры, оставляя только тонкий слой льда на нетронутой земле, что говорило о том, что Алакриянская армия этим путем не пользовалась.

Единственным звуком вокруг меня был шелест листьев и случайные потрескивания ветвей в живой природе.

Сильви. Ты здесь? Как близко ты находишься?

Меня встретили только молчание от моих неоднократных попыток установить контакт с моей спутницей. Она была либо слишком далеко, что не должно было быть, или умышленно игнорировала меня.

‘Разве ты не сообразительный мальчик. Неужели ты потерялся?’

Я вздрогнул от незнакомого мне голоса, и чуть не упал с ветки, на которой я сидел. Поворачивая голову налево и направо, я пытался определить источник голоса.

Я хотел пошевелиться, но мое тело не двигалось – не от холода, а от осязаемого страха. Глубокое ощущение ужаса нарастало как прилив, медленно, но уверенно, когда я исследовал этот район.

Даже с усиленным видением и слухом, я не мог ее найти. И все же, я знал, она была здесь, ее высокий, раздражительный голос все еще резал мое ухо.

‘Возможно ты ищешь меня?’ ее визгливый голос скрежетал в моей голове, как грубый клинок царапая по льду. Я стиснул зубы, пытаясь сохранять спокойствие. Мой разум знал, что она преднамеренно запугивала меня, но мое тело становилось жертвой ее тактики.

Ее голос кажется звучал со всех сторон вокруг меня и в то же время внутри меня. Мои конечности окоченели, когда как мое сердце так бешено колотилось, что готово было проломить грудную клетку.

Не раздумывая, я прокусил свою нижнюю губу. Когда боль и металлический привкус крови на моем языке освободили меня от ее хватки намерения убить, я сразу же активировал Сердце Мира.

Когда-то пышный зелено-коричневая пейзаж превратился в оттенки серого, единственным цветом были только пятнышки, исходящие от маны вокруг меня.

Не найдя никаких источников колебания маны, я начал сомневаться в том, что я слышал – нет, я хотел сомневаться в том, что я слышал. Внезапно вспышка света пронеслась мимо угла моего глаза, как зеленая тень. Проследить движения тени было практически невозможно, но если я продолжал смотреть, не фокусируя глаза, то я мог видеть ее мелькающие движения.

Зеленая тень остановилась. С ее месторасположения, она находилась внутри дупла дерева на расстоянии тридцати футов от меня.

‘Острый глаз, маленький мальчик.’ Она сделала еще одно движение, перебравшись с одного дерева на другое, используя ветки, как будто бы они были туннели, оставляя позади следы болезненно-зеленой маны. Мои глаза метнулись, пытаясь проследить ее движения, когда она издала смешок, раздавшийся по всему лесу.

«Твои глаза похожи на вертушки, дорогой,» подразнила она, ее пронзительный голос звучал так оглушительно как будто он был у меня в голове.

«Я здесь?» спросила она, на этот раз подальше.

«А может здесь?» Ее скрипящий голос прозвучал от меня слева.

Она издала детский смешок. «Может быть я здесь!»

Ее голос казалось звучал более отдаленно, чем раньше. Возможно она пыталась избежать меня?

«Я могу быть где-то здесь…» она продолжала играть со мной, ее голос внезапно прозвучал несколько ярдов справа от меня.

«Или я могу быть прямо здесь!» Неожиданно, рука высунулась изнутри дерева, на котором я сидел.

У меня не было времени отреагировать, когда как ее рука ухватилась за мою шею, распространяя жгучую боль по моему горлу. Я был поднят в воздух, меня держали за шею, когда источник визгливого голоса вышел из-за дерева.

Я схватился за ее костлявую бледную руку, усеянную обесцвеченными пятнами, когда пытался освободиться от ее захвата. На ней был блестящее черное платье, которое подчеркивало высокую и болезненную конституцию ее тела. Я мог практически видеть ее ребра сквозь тонкую ткань, которая выглядела бы элегантно, если бы ее носила любая другая женщина.

Я всячески пытался поднять свой взгляд достаточно высоко, чтобы увидеть ее лицо, но то, что смотрело на меня была

керамическая маска с искусно нарисованным лицом куклы. Длинные неряшливые волосы были собраны в два хвоста позади ее головы с бантиком, на каждом конце.

«Боже, какой ты красивый молодой мальчик,» прошептала она из-за своей маски, нарисованные глаза смотрели прямо на меня.

Как поток электрического тока, дрожь прошла по моей спине от ее слов, заставляя меня мучиться еще больше. Было ощущение того, что мою шею постоянно клеймили, поскольку жгучая боль стала почти невыносимой. Пытаясь изо всех сил не потерять сознание, я вводил ману в свои ладони.

С все еще действующим Сердцем Королевства, я мог визуально видеть, как пятнышки голубой маны собирались вокруг моих рук, превращаясь в белое мерцание, когда я сформировал заклинание. Крепче держа ее за запястье, я выпустил свое заклинание.

[Абсолютный Ноль]

Она немедленно отпустила мою шею и одернула свою руку прочь от моей хватки. При отпускании я упал с дерева, свалившись на тухлое бревно на земле.

«Маленький щенок немного укусил,» выговорила она с вершины дерева.

Я поспешил подняться на ноги, не обращая внимания на жгучую боль все еще пульсирующей в моей шее, но женщина уже находилась передо мной, смотря через узкие щелки своей маски. Ее правая рука была бесцветна и опухшая в том месте, где я быстро дотронулся до нее заклинанием.

Она покачала головой. «Не важно. Мне придется быть немного поострожнее с твоим обучением.»

Мое тело непроизвольно сделало шаг назад. У нее не было намерений убивать меня; она просто хотела меня в качестве домашнего животного поиграть.

«Как тебя зовут, мой дорогой?» прошептала она, смотря в другую сторону, когда как она спрятала свою правую руку внутри дерева, находящегося позади нее.

«Мама говорила не разговаривать с незнакомцами, особенно с такими…странными как она сама,» ответил я, морщась от боли, когда я осторожно дотронулся до раны на своей шее. Обычно, благодаря ассимиляции с волей Сильвии, я почувствовал бы, что мое тело уже заживало, но травма, которую она нанесла, была иной.

«Не переживай. Мы скоро познакомимся,» ответила она, вытаскивая свою руку обратно из дерева, от травмы от моего заклинания не осталось и следа. В дереве, из которого она выдернула свою руку, образовалась дырка, как будто выжженная кислотой.

Она шагала длинными шагами, ее усеянные шрамами ноги, проваливались в земле, как будто она пробиралась сквозь воду. «К сожалению, у нас мало времени, так как у меня есть дела, которые я должна закончить. Есть ли шанс, что ты по своей воле захочешь стать рабом этой прекрасной дамы?»

Я достал Балладу Рассвета из своего кольца измерений. «Извини, должен отказаться.»

«Они всегда отказываются.» Костлявая женщина тяжело вздохнула и покачала головой.

«Ничего страшного, половина удовольствия заключается в преломлении воли непослушного раба.»

Когда она закончила говорить, мана цвета гниющих морских водорослей начала собираться под моими ногами. Немедленно, я отпрыгнул назад, как раз вовремя, чтобы избежать грязных рук, появившихся из-под земли. Руки гуманоиды или мана схватили воздух, прежде чем погрузиться обратно в зараженную землю.

Женщина наклонила свою голову, но я не мог видеть выражения ее лица через раздражающую маску. При помощи Сердца Королевства заклинания казалось имели схожие атрибуты к дереву, как у Тессии, но каждое произведенное ею заклинание причиняло коррозию.

Я легонько провел пальцами по моей горящей от боли шее, со страхом ожидая того, что я увижу в отображении. Еще больше грязно-зеленой маны собралось вокруг загадочного врага, но прежде чем она имела шанс закончить свое заклинание, я выстрелил каменным копьем из-под земли рядом с ней. Я наблюдал, как копье моментально растворилось в тот самый момент, как только прикоснулось к ней.

«Ты только оттягиваешь неизбежное, мой дорогой,» ворковала она своим визгливым скрипящим голосом, от которого хотелось выцарапать свои уши.

Она подняла обе руки, создавая еще больше лужиц маны на земле и на дереве вокруг меня, видимые только благодаря тому, что я обладал уникальным видением.

Моя первая мысль была о том, как можно было сохранить ману во время этого сражения, когда я понял за все это длительное время, что у меня не было причин сдерживать себя. Скорей всего она была либо помощник, либо коса, одним из ключевых врагов, из-за которых я провел годы тренировок, чтобы сражаться на земле асуров.

Разбивая метафорическую стену, которую я построил, чтобы контролировать свою ману, я почувствовал, как поток маны хлынул в сторону моего ядра. Когда-то поблекшие руны на моих руках и спине ярко засияли, становясь заметными даже сквозь мой толстый плащ, который был одет поверх моей рубашки.

Частички маны в голубом, красном, зеленом и желтом устремились из моего тела, пока мана вокруг меня закручивалась и собиралась, притягиваясь к моему телу как бабочка к огню.

«Похоже я нашла кого-то особенного,» изрекла женщина и скрестив руки, подняла их вверх, инициируя свое заклинание. Дюжина рук похожих на виноградную лозу начали появляться из-под земли, из стволов и из веток близлежащих деревьев.

Мое выражение оставалось спокойным, ее навязчивое намерение больше не действовало на меня, когда обесформленный руки маны дотянулись до меня своими веретенообразными пальцами. Маленький кратер образовался в земле подо мной, когда я кинулся в сторону худющей женщины ведьмы, игнорирую ее заклинание.

Я приседал и уклонялся, уворачиваясь от рук похожих на виноградную лозу, которые преследовали мои движения, ни разу не сбиваясь с моего темпа, до тех пор, пока я не добрался до ведьмы. До нее оставалось несколько дюймов, но женщина даже не пошелохнулась, уверенность в ауре, которая растворила мое прежнее заклинание.

«Абсолютный Ноль,» прошептал я, полностью окутывая свое тело заклинанием.

Грязно-зеленые руки замерли в дюйме перед контактом превратились в раздраженную статую, смысл которой могли определить только философы.

Мой первоначальный инстинкт подсказывал мне выхватить Балладу Рассвета, но я опасался, что с ним произойдет то же, что и с каменным копьем, поэтому я сделал свой последний шаг, как раз перед ее ногой, и выпустил ауру льда, чтобы сформировать когтеобразную перчатку вокруг моей левой

руки, также как и аугментер делал при старте нашего сражения раньше. Когда мое заклинание столкнулось с ее аурой, облако пара зашипело, блокируя мое видение.

Достаточно было всего лишь одного вдоха, чтобы понять, что облако было токсично. Мое тело тут же начало реагировать, заставляя меня опуститься на колени в приступе кашля, когда мои внутренности и кожа начали гореть. Ядовитый газ окружающий меня расплавил уже большую часть моей одежды, обнажая руны на моих руках. Блеклость золотых рун, было то, что вывело меня из моего оцепенения.

Руны, переданные мне Сильвией, символ того всего, как это началось, вытащило меня из холодного владения тьмы.

Я сразу же образовал маленький вакуум, чтобы отсосать ядовитые газы из моих легких. Это помогло, но без воздуха чтобы дышать и всем кислородом, отсосанным из моих легких, мне осталось всего несколько секунд прежде чем я потеряю сознание.

Туман, такой же токсичный, закрывал меня от глаз ведьмы. Она предполагала, что к этому времени я уже должен был упасть в обморок, или хуже того, поэтому я воспользовался этой возможностью. Определив месторасположение ее мана подписи при помощи Сердца Королевства, я начал выжидать правильный момент для атаки, в тоже самое время сопротивляясь своему телу с его нежеланием оставаться в сознании.

Секунды казались часами, напоминая мне о моем времени, проведенном с моим сознанием в эфирной сфере, когда она наконец подошла достаточно близко. В то время как она не должна была учуять колебания маны вокруг меня от эффекта Прогулка Миража, я мог только молиться о том, чтобы она не заметила тусклое поблескивание моего меча.

Собираясь с последними силами, я применил Статический Вакуум, останавливая время вокруг меня, когда я поднялся на ноги и нанес ей удар Балладой Рассвета. Мой меч казалось треснул, когда он проходил сквозь пространство, пронизанный сверкающей белой молнией, которая казалась почти святой, когда я выпустил время перед тем, как лезвие коснулось ее лица.

Сила моего удара рассеяла токсичное облако, окружающее нас обоих, но даже не видя результата я знал, что каким-то образом я промахнулся. Я вздрогнул, когда мой взгляд упал на лезвие меча в моих руках, или же скорей всего, то что от него осталось.

Конец меча выращенного асурой, был разъеден кислотой и от лезвия практически осталось несколько дюймов. Но, все-так я сумел различить слабый след крови на моем клинке, я перевел свой взгляд на ведьму.

Я мог только видеть ее острый подбородок, когда ее голова откинулась назад, тоненькая струйка крови скатывался вниз по ее шее. Весь лес казалось застыл в злостной тишине, когда единственным звуком, который я услышал был звук разбитой маски на грязном грунте.





Глава 156.




«Где моя маска?»

Руки ведьмы начали ощупывать свое лицо, все еще повернутое под углом и скрытое от моего взора.

«Моя маска. Мне нужна моя маска,» она продолжала повторять, когда она поняла, что лицо ее было сейчас открытым. Ведьма оторвала свои непослушные черные волосы, разрывая свои хвосты и используя их как занавес, чтобы прикрыть свое лицо. Она опустилась на колени на землю, собирая маленькие осколки ее разрушенной маски, и продолжая бормотать.

Неровно выдохнув, я начал потихоньку удаляться, опасаясь ее непредвиденной реакции. После моего применения Статического Вакуума с активированным Сердцем Мира, конец моего меча был изъеден кислотой на несколько дюймов.

Шевелюра из непослушных черных волос, спадавшая на ее лицо зашевелилась, когда она начала собирать разбитые куски в отчаянной попытке собрать их во единое целое опять. Внезапно она схватила кучу, которую так отчаянно собирала, за цепляя землю вместе с ней.

«Моя маска!» завизжала она, сжимая осколки, пока из ее рук не потекла кровь.

Наблюдая за тем, как частицы маны собираются, чтобы образовать вокруг нее туманную зеленую ауру, у меня не осталось времени на раздумье.

Слабые фиолетовые частицы эфира начали вибрировать, когда я снова активировал Статический Вакуум. Не обращая внимания на протесты моего тела, я бросился навстречу ведьме, прежде чем кислотная аура полностью окутала ее.

С остановленным временем, я мог сократить разрыв между нами не опасаясь, что она сможет отреагировать на мои действия, но в отличие от моей предыдущей попытки, я не мог применить ману, находящуюся в атмосфере – я мог использовать только скудные запасы, которые я оставил в своем ядре.

По всей длине моего меча были видны белые трещины, когда я ринулся в сторону ведьмы. С заклинанием намного слабее, чем моя предыдущая атака, чувство сомнения начало расти внутри меня.

Я отпустил время-останавливающую ману в тот момент, когда тупой конец моего меча пронзил зеленую ауру, как раз над ее левым коленом. Знакомое мне ощущение, когда металл пронзал плоть, сопровождался разрядами электричества, распространяющегося по телу ведьмы. Тем не менее кровь, сочившаяся из ее раны, не была того же красного цвета, как была кровь, текущая из ее руки, она была грязно-зеленого цвета.

Мутно зеленая кровь, вытекающая из того места, которое пронзил мой меч, начала замораживаться.

Когда ведьма, оторвав свой взгляд от земли посмотрела вверх, ее густые грубые волосы откинулись, и она показала мне то, что так отчаянно пыталась скрыть.

Я вытащил Балладу Рассвета, желал только одного – побыстрей отступить. Это была не только ее заскорузлая кожа, которая выглядела более старой, чем кора на вековых деревьях, окружавших нас, или же узкие прощелки между ее впавшими щеками. Это даже не были ее жесткие губы, цвет которых был темнее, чем ее волосы или ее зубчатые зубы с желтизной.

Это был ее леденящий кровь взгляд, исходящий из омерзительной пары деформированных глаз, которые наполняли меня чувством ужаса. В отличии от любого монстра или зверя, с которыми мне доводилось встречаться в этом мире, ее темные полые глаза, которые, казалось, были выколоты и засунуты обратно глубоко внутри ее черепа, заставляли меня задуматься, был ли это тот демон, который был порождением глубины ада.

«Теперь, когда ты видел меня в таком состоянии, я боюсь, что я не смогу оставить тебя в качестве домашнего животного,» пробормотала она, почти что шепотом, когда она схватила мой меч одной из ее окровавленных рук.

Я невольно вздрогнул, когда она заговорила. Мой разум закружился, когда я слабо попытался вытащить Балладу Рассвета из ее рук, пытаясь понять, что делать в этой ситуации.

Когда я оторвал свои глаза от ее страшного взгляда, я в отчаянии смотрел, как ее аура почти охватила все ее тело.

Не имея возможности собрать сил для инициирования Статического Вакуума еще раз, я посмотрел вниз на свои ноги. Голос Леди Миры все еще звенел у меня в ушах, предупреждавший, чтобы я больше не применял Разрывной Шаг опять. Глянув вверх, я увидел, как мутное зеленое облако потихоньку расстилалось до тех пор, пока только не остались небольшие щели шириной с перо.

Я принял решение.

Отпустив мой драгоценный меч, я резко выдохнул, подготавливая себя к боли, которая очень скоро начнется. Как поршни двигателя в моем старом мире, вспышки маны в конкретные мышцы в прогрессии с точным временем в промежутке в миллисекунды, позволяли моему телу почти мгновенно передвигаться из моего изначального положения.

Я стиснул зубы из-за ошеломляющей боли, которая давала ощущение, как будто кости в моем нижнем теле медленно тлели внутри костра, я просунул свою руку через слабое расщелину в ее ауре. Несмотря на то, что моя рука была смешана с Абсолютным Нулем, разрушающий эффект ее защиты просочился на мою руку при контакте с ее кожей.

Ведьма зарычала от боли, пытаясь вырваться из моей хватки, но я продолжал крепко держать ее за правую руку.

Плоть моей голой руки вскоре стала болезненно красной, когда как все больше и больше слоев плоти подверглись коррозии. Но, эффект моего заклинания показывал признаки того, что он сработал. Ее правая рука, державшая мой меч, проткнула ее левое бедро и приняла болезненно темный цвет. В отличие от обморожения, которое имело место в природе, ее рука начала замерзать с места моего захвата, а не с ее пальцев. Она больше была не в состоянии пошевелить своей рукой, поскольку слои кожи и мышц уже заморозились.

Прежде чем эффект Абсолютного Нуля смог распространиться по всему ее телу, ведьма расправилась со своей обмороженной рукой полностью вырвав ее из своего плеча.

Острая обжигающая боль обдала мою руку, напоминая мне о травме, которую я получил в обмен на ее руку, которая разбилась как стекло, когда я бросил ее на землю.

Я не был уверен, было ли это хорошо или плохо, но посмотрев на рану, я увидел, что она был в худшем состоянии, чем я предполагал. Почти как если бы кожа на моей левой руке была обмакнута в кислоту, желтый гной сформировался на ее сыром мясе, посылая волну боли даже при малейшем движении.

Оторвав кусок ткани от конца моего плаща, я аккуратно обвернул ее вокруг моей раненой руки, стискивая зубы в течение всего процесса.

«Как ты смеешь!» Прорычала ведьма. С безумным огнем в ее полых зеленых глазах, она сорвала остатки ее густых черных волос, обнажая маленький пень прямо над ее лбом.

«Я – Вритра! Я позабочусь о том, чтобы ты до конца прочувствовал, что значит заставить леди пройти через такой…позор!» закричала она, вырывая еще больше своих изуродованных волос. «Я расплавлю твои конечности и буду содержать тебя в качестве трофея! Я отрежу тебе язык и буду кормить тебя через питательные трубки, чтобы ты мог только мечтать о смерти!»

«О? В таком случае тебе нужно быть как минимум косой, чтобы только подумать об этом,» выдохнул я, в надежде, что она клюнет на приманку.

«Коса? Коса?» завыла она, ковыляя к близлежащему дереву, все еще с Балладой Рассвета воткнутым в ее левом колене. «Я сотру с лица Алакриянский земли эту высокомерную женщину и займу ее место! Только потому, что она более привлекательна и ее почитатели подлизываются к ней, она думает, что является лучше, чем я? Я покажу ей, как это унизительно быть ее хранителем!»

Вспоминая как ведьма, погрузив свою руку в дерево, исцелила ее в прошлый раз, я игнорируя протестующую боль в ногах, кинулся в ее сторону.

Она взмахнула своей единственной рукой и появившийся выхлоп ядовитого дыма чуть было не расплавил мои легкие.

Я активировал Разрывной Шаг еще раз, уклоняясь от ядовитого дыма и за доли секунды сократил расстояние, разделяющее нас. Черная молния обвила мою правую руку. Вместо того, чтобы пытаться прорваться через ее кислотную ауру и рискнуть покалечить свою руку, я ухватился за рукоятку меча, который все еще был воткнут в ее бедро. Действуя как проводник, электричество по спирали обвиваясь по лезвию меча, попало в тело ведьмы.

Оно тут же напряглось и начало дергаться в конвульсиях от поступающего разряда молнии. Я видел, как она пыталась сопротивляться, но стал надеяться, что все обойдется, когда ее полые глаза начали закатываться назад.

Ее голова билась в конвульсиях, но в ней все еще была сила, но в ее глянцевые глаза уже медленно возвращался фокус. Заскорузлое лицо ведьмы треснуло как пересохшая земля, клочки обугленной кожи были видны по всему телу.

Пожалуйста, просто умри, я умолял в своей голове, когда я начал опасаться, что из-за моих уменьшающихся резервов маны я скоро потеряю сознание.

Вдруг, меня одернуло от ведьмы. Как будто меня толкнули железным клеймом, жгучая боль разлилась по моему плечу, когда я отлетел назад и споткнувшись упал на землю. Даже не оборачиваясь назад, я окутал свою руку в ледяную ауру и дотронулся до своего плеча, чтобы вырвать пальцы маны, которые она произвела.

Ведьма еще раз отчаянно попыталась добраться до ближайшего дерева, которое находилось всего лишь в нескольких футов от нее, когда я применил заклинание земляной стены.

Несмотря на окружавшую ее толстую стену, она продолжала идти своей потрясающей поступью, даже не спотыкаясь. Окружающая ее зеленая аура несмотря на то, что была ослаблена моей предыдущей атакой, все еще с легкостью могла растворять стену.

У меня не было другого выбора, кроме как снова положиться на Разрывной Шаг, чтобы не дать ей возможности исцелить свои раны, когда в голове у меня зазвучал слишком знакомый голос.

‘Артур!’ закричала Сильви, когда ее огромное тело образовало тень над моей головой.

Как раз вовремя, ответил я, мой голос звучал напряженно, даже в моей голове. Собирая столько маны, сколько мое тело могло только позволить себе собрать без риска потери сознания, я произвел вихрь ветра под ногами ведьмы.

«Лови!» зарычал я и послал своего оппонента по спирали вверх в сторону своей спутницы.

Сильви сразу же спикировала вниз и схватила ведьму своими длинными когтями. Ведьма в своем ослабленном состоянии, своей аурой не причиняла большого вреда моей спутнице. Бронированный панцирь защищал ее достаточно долгое время, необходимое, для того чтобы взлететь высоко в небо.

Они обе скрылись за облаками, когда Сильви все еще продолжала поднимать Вритру.

‘Она потеряла сознание,’ сообщила Сильви, ее ментальная трансмиссия звучала отдаленно и приглушенно.

Брось ее здесь, передал я, находясь все еще на земле.

‘Я сделаю немного больше, чем бросить,’ прорычала Сильви.

Помедитировав еще немного, чтобы закончить свое последнее заклинание, я с трудом смог подняться на ноги и еле удержался на них.

Подняв свою здоровую руку вверх, я собрал ману, чтобы создать наконечник копья. Руны на моей руке сверкнули и снова погасли, но продолжали оставаться на месте, помогая мне утилизировать ману в атмосфере, насколько это было возможно. Я почувствовал, как температура упала вниз, когда ледяное копье увеличилось до размера с дерево.

Пока я постоянно конденсировал лед, грубое копье, которое я создал приняло форму копья такого большого размера, что им мог пользоваться даже титан. Копье постоянно изменялось, улучшая себя, пока я конденсировал и формировал его с окружающей маной.

Чувствуя, что мои ноги начали подкашиваться, я быстро возвысил грунт вокруг себя, чтобы создать опору для моих ног, усевшись на образованный грунт.

Скомпрессованное и заостренное ледяное копье, которое раньше было размером с дерево, сейчас было несколько футов в длину, все еще подвешенное в воздухе, оно мерцало как небо во время Созвездия Авроры, которое происходило один раз в каждое десятилетие.

Вкус металла заполнил мой рот, когда тоненькая струйка крови начала стекать по моему подбородку, мое тело предупреждало меня в каком ужасном состоянии я находился.

Спустя несколько мгновений ведьма появилась в поле зрения. Когда-то могущественная Вритра, которая казалось была почти неприкасаемая, мчалась вниз как обломок метеора. Сильви должно быть бросила ее вниз со скоростью, с которой она летела в мою сторону; понадобилось всего лишь несколько коротких вдохов, чтобы определить куда она собирается упасть.

Изуродованное тело Вритры упало на наконечник моего копья, и моментально мое тело дернулось от силы удара.

Я чувствовал, что подпорка, которую я сотворил из грунта, просела, когда копье вошло в тело ведьмы.

Из последних сил, которые у меня оставались в ногах, я сумел отскочить с дороги, прежде чем я был полностью вовлеченным в удар Вритры с моим копьем.

Взрыв камней и расщепленных деревьев обрушились на мою спину, когда послышался громовой взрыв, эхом раздавшийся по всему лесу и сотрясая каждое дерево в окрестности.

Я терял сознание и снова приходил в себя, когда споткнулся и упал на землю, мое тело начало пробиваться между старыми бревнами и ветками и чего-то еще, что было на лесном грунте, перед тем как большое дерево наконец то остановило меня.

‘Держись, Папа!’ закричала Сильви.

‘Я думал…это было ниже тебя…ты назвала меня …Папа, произнес я, мое сознание менялось.

Она продолжала хранить молчание; я мог только ощущать, как неудержимые эмоции исходили из нее – отчаяние, вина, гнев, горе.

Поскольку мое восприятие времени было ненадежным, я не мог сказать, как много времени потребовалось Сильви, чтобы добраться досюда, но ее большая черная голова возвышалась надо мной, в то время, когда я понял, что она была рядом со мной.

В ее полупрозрачных желтых глазах стояли слезы, когда она медленно раскрыла свой рот. Моя спутница выдохнула легкое дыхание, но вместо воздуха исходивший мерцающий фиолетовый туман полностью окутал меня.

Какофония боли во всем моем теле начала притупляться, когда исцеляющий туман проник внутрь меня.

«Вивум,» слабо прошептал я.

‘Не разговаривай,’ побранилась она, продолжая мое исцеление.

‘Точно, как твоя бабушка.’ Я сумел слабо улыбнуться. ‘Для такого страшно выглядящего дракона, твои силы выглядят довольно…покорными.’

Слабое ощущение изумления промелькнуло в моей спутнице на мое замечание, ‘если у тебя есть энергия для такого безвкусного юмора, то я уверена, что с тобой все будет в порядке.’

‘Конечно; кто, ты думаешь, я такой?’

‘Не думающий и идиотский ребенок, у которого отсутствует чувство самосохранения,’ проворчала она, закрывая свой рот. ‘Я предупредила тебя о том, что враг направлялся в твою сторону, но ты все-таки решил, что тебе было необходимо сражаться одному!»

Покашляв несколько раз я ласково погладил свою спутницу по голове.

‘Я извиняюсь. По крайней мере все уже закончилось, правда?’

«Смотри сам,» произнесла вслух Сильви, мягкий тембр ее голоса, после визгливых выкриков ведьмы, действовал успокаивающе.

Я уперся локтем о дерево, которое меня остановило, когда как моя спутница отошла в сторону.

Менее чем в пятидесяти футах от меня был кратер размером с дом, покрытый все еще видимым тонким слоем пыли. Посредине было огромное ледяное копье, наполовину вошедшее в землю, когда как безжизненное тело ведьмы болталось в воздухе, копье вонзилось ей прямо в грудь.

Пар все еще шипел и выделялся из тела ведьмы, когда ее кислотная кожа пыталась разъесть лед, но все было напрасно.

Она была мертва.





Глава 157.




КАПИТАН ЯРНАС ОДИР

«Ульрик,» прошептал я, подавая ему сигнал, чтобы он отошел влево, когда я проползал под упавшим бревном. Массивный аугментер молча собрал свою небольшую команду из пяти магов и начал пробираться через густую чащу.

«Брайер.» Я кивнул головой в сторону маленькой тропинки справа, подавая сигнал моему другому помощнику и его войскам следовать за мной. Брайер кивнул в ответ и вытащил из ножен оба своих кинжала с зазубринами. Крепко-сложенный аугментер уверенными и длинными шагами быстро маневрировал по густому лесу. Я следовал за ним и его войсками в нескольких шагах позади, мои пальцы все время находились на моем артефакте, готовые применить его в любой момент.

Я пришел, чтобы поблагодарить за холодный шторм, который постоянно завывал между деревьями, раскачивая ветки и срывая их листья. Он служил хорошим прикрытием наших шагов, когда мы уходили все глубже в лес.

На нашем пути часто встречались поляны, но я старался держать мои войска подальше от них, на случай если мы встретимся с той опасностью, о котором нас предупредила Капитан Глори. Я подавил в себе желание посмеяться над ее нелепостью – веря в слова какого-то подростка, который каким-то образом удалось пробиться в рыцари. Возможно он выдумал свои подозрения об этом могущественном враге, для того чтобы он сам смог скрыться и избежать сражения.

Я арестую его при первой же возможности, если поймаю, подумал я. Возможно моя критическая роль в разгроме Алакриянских войск и захвате мерзавца рыцаря принесет мне заслуженное повышение.

Я неохотно следовал за Капитаном Глори, когда она внезапно начала приказывать своим войскам отступать. Это была моя ошибка, что я так слепо доверял ее решениям.

После того как Капитан Глори сообщила о том, какое задание ей поручил рыцарь, я немедленно повернул свои войска обратно. У нее хватило смелости бросить сражение, тем самым рискуя довести бои до поваров и медиков, находящихся в лагере, но я не был ее подчиненным.

Сражение превратилось в кромешный хаос, после того как войска Капитана Глори начали отступать, оставляя только мои войска для сражения. Но, пользуясь преимуществом того, что Алакриянские войска пытались преследовать войска Капитана Глори, тем самым предоставляя моим солдатам возможность с легкостью подавлять силы противника.

В добавок ко всему, Капитан Глори получила по заслугам за свое недальновидное решение, принятое в середине сражения; она получила значительное повреждение, после которого мне пришлось принять командование обоих дивизий на себя. С моим опытом командующего я быстро объединил две разрозненные союзные силы, и мы возобновили бой, до тех пор, пока не прозвучал взрыв чуть южнее того места, в котором мы сражались.

Неожиданно вражеские лидеры начали приказывать своим войскам отступать, оставляя нас с исключительной победой. Одобрительные возгласы моих войск наполнили меня чувством удовлетворения, которое напомнило мне, что это значит быть фигурой власти.

Возобновляя свои обязанности действующего генерала, отвечающего за обе дивизии, я приказал каждому дееспособному солдату подобрать по одному телу союзника и отправляться обратно в лагерь. Я также приказал заняться поисками оставшихся в живых алакриянских солдат, чтобы их можно было допросить позже.

Я хотел отправиться прямо в Совет и доложить о происходившем, но Капитан Глори остановила меня. Она подозревала, что юноша рыцарь и враг, с которым он сражался, имел какое-то отношение к взрыву, и хотела взять несколько солдат и пойти посмотреть, что произошло.

Если бы не появившаяся возможность арестовать мальчишку, сбежавшего в разгар сражения и шанс занять его рыцарское место, я бы ей отказал.

Возможно, божества наконец вознаграждали меня за мое служение королю Глэйдеру, а теперь и всему Дикатену. Я скоро мог стать одной из вершин власти на этом континенте.

Чем дальше мы стали продвигаться на юг, тем более осторожно мы должны были продвигаться. Когда солнце зашло, туман начал собираться между толстыми стволами деревьев, заслоняя землю даже прямо под нами. Я хотел застать юношу врасплох больше, чем иметь возможность увидеть воображаемого врага, и нечаянно сломанная ветка могла спугнуть его и усложнить мою задачу.

Мои информаторы в замке Совета сообщили мне, что Артур отказался принять артефакт, полагающийся каждому рыцарю для увеличения их сил, но неосмотрительность приводила к ошибкам; каким бы трусом он не был, в конце то концов он все еще был рыцарем.

Брайер, моя правая рука, остановился и молча просигналил мне, чтобы я приблизился. Проходя мимо солдат его подразделения, я пришел и увидел перед собой, то что раньше могло бы называться деревом.

Глядя на темную жидкость, вытекающую из центра ствола дерева, я медленно потянул руку, когда Брайер ударил меня по ней. Мои глаза сузились и я резко посмотрел на своего подчиненного, но Брайер только покачал своей головой и окунул свой нож, привязанный к его бедру в лужу.

Со слабым шипением лезвие ножа полностью растворилось за считанные секунды. Переместив мой взгляд на остальную часть дерева, которое упало совсем недавно, я указал на него, убедившись в том, что причиной этого была кислота.

Брайер кивнул в ответ, и мы продолжили наше продвижение, до тех пор, пока один из его людей – а точнее, женщина — указала еще на несколько деревьев с такой же коррозией в середине своих стволов. Некоторые деревья все еще стояли, кислота проделала только небольшие отверстия в них, когда как другие были расплавлены до корней.

Резкий щелчок над нами заставил всех нас немедленно повернуться в сторону звука. Женщина быстро вытащила лук и стрелы и мгновенно выстрелила.

Стрела точно попала в источник звука…ветку. Резко выдохнув, я изучил ветку, которая только что упала и понял, что на ней были следы коррозии, сделанные той же кислотой, что и на деревьях. Я злобно посмотрел в сторону лучницы, и она немедленно втянула в себя голову, извиняясь. Некомпетентная.

Подавая всем сигнал, чтобы продолжать, я держался позади всех, на случай если что-нибудь случится.

Пока ветер продолжал раскачивать вокруг нас деревья, в лесу стояла жуткая тишина. Не было даже слышно шагов разбегающихся животных, доносилось только карканье вороны, единственной птицы – как будто все обитатели леса, сбежали, спасая свои жизни.

Внезапно раздался страшный крик, пройдя через деревья пронзивший наши уши. Тишина леса казалось только увеличила звучание, когда как все посмотрели на меня в ожидании дальнейших указаний.

По низкому тембру голоса это было похоже на голос Ульрика, но стоило ли раскрывать наше месторасположение, если он уже все равно был пойман? Будь это рыцарь или же предполагаемый враг, с которым он сражался, элемент внезапности был единственным нашим преимуществом.

Брайер, который был близким другом Ульрика задолго до того, как он присоединился в мою дивизию в качестве помощника, уставился на меня со сдвинутыми бровями. Его глаза, казалось, просили, чтобы отпустить его, но я приказал ему ждать. Разделив наш отряд на две группы, с Брайером в группе из трех, мы медленно разошлись. Лучник остался рядом со мной, а группа Брайера начала пробиваться в сторону крика Ульрика.

Деревьев становились все меньше, когда мы вышли к большой поляне, на которой мы увидели еще больше следов кислоты вокруг нас. Земля под нами резко обрывалась, почто заставляя нас упасть вниз в таинственный туман, становившийся все плотнее, когда мы стали приближаться ближе. С лучником, прикрывающим меня, и Брайером и его группой в нескольких шагах впереди слева от нас, я отстегнул застежку моего артефакта, Штормовой Ворон, и пропитав его маной, превратил в мощную алебарду.

Наш взор заблокировал наводящий ужас зеленый туман, и я подавил в себе желание развернуться, только подумав о том, что смогу стать рыцарем. Я поднял вверх руку с тремя пальцами и начал про себя отсчет.

Три.

Два.

Один.

Издавая рев, Брайер взмахнул своими кинжалами с зазубринами, образовывая резкие порывы ветра, чтобы развеять потенциально опасный туман.

Что же это…

Мое желание сражаться сразу же пропало при виде того, что открылось перед нашим взором, когда туман рассеялся. Штормовой Ворон чуть не выпал у меня из рук, когда мы все встали с раскрытыми ртами перед картиной в несколько ярдах впереди нас.

Мы споткнулись о край массивного кратера. В центре стояло огромное и внушающее страх копье, которое сделало мой бесценный артефакт, передававшийся в моей семье на протяжении многих поколений, похожим на использованную зубочистку. И то, что копье пронизывало было похоже на долговязого импообразного дьявола.

Земля шипела внизу под подвешенным монстром с той же мутной кислотой, капающей с безобразного тела. Слабое шипение исходило от дьявола, когда зеленый туман постоянно извергался из его зияющей раны, но он без сомнений был мертв.

Но, пожалуй, единственное, что было более поразительно, чем сцена внизу, — это то, что обсидиановый дракон беззаботно спал рядом с юношей, упершимся о дерево на другом краю кратера – юноша, который был не кто иной как Артур. Если бы не тот факт, что я видел дракона, когда Артур впервые был посвящен в рыцари, то страх, который теперь охватил всю мою грудь, мог просто выдавить жизнь из моего сердца.

На секунду я подумал, что оба юноша и дракон погибли во время боя, но ровное дыхание на теле дракона говорило о другом. Я перевел свой взгляд с черного дракона и увидел Ульрика, сидевшего на земле по другую сторону кратера. Его солдаты – за исключением одного – все столпились вокруг него, помогая перевязать ему раны в том месте, где когда-то были его рука и нога.

Возможно мальчишка погиб в сражении, с надеждой подумал я, оценивая ситуацию с расстояния как можно лучше. Состояние юноши было нелегко рассмотреть с такого расстояния из-за вздымающегося при дыхании тела огромного дракона рядом с ним. Но можно было с уверенностью сказать, что оба получили какие-то ранения.

Я ослабил хватку вокруг Штормового Ворона. «Принесите сюда тело генерала.»

Брайер подал сигнал одному из своих людей, чтобы он отправился вперед, когда Ульрик, с того места на котором находился, энергично замахал свой единственной рукой.

«Нет!» Кричали Ульрик и его солдаты, но подчиненные Брайера уже прыгнули в кратер, чтобы добраться до Артура.

Вдруг, как только подчиненный Брайера промчался возле долговязого дьявола, щупальце мутно-зеленого цвета вырвалось из его тела, хватая его за лодыжку.

Солдат взвыл от боли, но, вместо того чтобы отпрянуть всем своим телом, щупальце повредив его ногу заставило его упасть и скатиться прямо в центр кратера. Рука солдата, которая попала в лужу с темной жидкостью. И практически в тот же самый момент кислота разъела его доспехи и плоть, не оставив даже костей.

Солдат кричавший в агонии, прижал обрубок своей руки к себе, когда щупальце, которое схватило его ранее начало затаскивать его в лужу с кислотой.

Мы стояли как вкопанные, единственный звук, который был слышан это кислота разъедающая тело солдата и лучник, приближающийся сзади меня.

«Не приближайся к этому монстру!» Выкрикнул Ульрик, его голос звучал, превознемогая боль. «Генерал сказал, что он не будет атаковать, если выдерживать дистанцию.»

«Что здесь происходит?» зарычал я, выходя из себя. «Доложите!»

«М-Мы точно не знаем, Капитан!» Заикаясь ответил один из солдат Ульрика.

«Мы обнаружили колебания маны поблизости, поэтому мы разведали территорию, когда Помощник Ульрик и Эсвин, подскользнулись и свалились в кратер. Помощник Ульрик сумел выбраться, но Эсвин…»

«Этот монстр все еще жив?» Спросил я, делая шаг назад, на случай если еще одно щупальце выскочит из его тела.

«Нет, он мертв.»

Я повернул свою голову в сторону источника хриплого голоса, и увидел, что юноша проснулся. «Ты!» Я поднял Штормового Ворона, нацеливая на Артура. «Имеешь ли ты какое-нибудь отношение ко всему этому?»

Взгляд рыцаря стал жестким, его зрачки почти засветились голубым сиянием, пристально глядя на меня из-под своей каштановой челки.

«К смерти этого хранителя? Да.» Его взгляд оставался суровыми и голос твердым. «К смерти вашего солдата? Это произошло из-за автоматических защитных заклинаний, которые все еще активизированы, даже после его смерти.»

Я чувствовал, как мои щеки горели от стыда, в то время как юноша говорил со мной, как будто я был дураком. «П-Почему вы не помогли им, или не предупредили нас?»

«Простите; вы хотите, чтобы я выставил предупредительный знак?» Посмеялся юноша. «Честно говоря, мне тяжело оставаться в сознании, не говоря уже о предупреждающих магах, которые явно не хотят, чтобы их нашли.»

«Генерал Артур, вы подозреваетесь в бегстве с поля боя, но теперь, когда появилась новая информация, мы попросим вас пройти с нами, чтобы мы могли пригласить вас в Совет для дачи дальнейших показаний», объявил я, боясь сделать хотя бы один шаг, несмотря на более раннее заверение Ульрика.

«Я поеду в замок, когда посчитаю нужным. А сейчас у меня есть другие вопросы, которые требуют моего внимания,» ответил юноша.

«Боюсь, это невозможно, Генерал,» процедил я сквозь зубы. «Информация о лидерах противника имеет решающее значение, и Совет должен быть проинформирован немедленно.»

Собрав свои соображения, я направился в сторону юноши – стараясь не попасть в досягаемость щупальца – когда обсидиановый дракон открыл свои глаза, от взгляда которого мы все застыли на месте.

Его мерцающий взгляд топаза устремился прямо на меня, заставляя мое тело инстинктивно сжаться. В глазах дракона были свирепость и мудрость, что делало каждого мана зверя, которых я когда-либо видел, похожими на плюшевых кукол.

«Сделай еще один шаг, если хочешь потерять свою голову,» прогремел дракон, обнажая свои клыки.

«О-Он разговаривает!» Закричал Брайер, отступая в страхе.

Я обхватил рукоятку Шторомового Ворона покрепче, чтобы унять мое инстинктивное желание отступить, и ответил. «Приношу свои извинения, могущественный дракон. У нас нет ни малейшего намерения причинить вреда вашему мастеру. Мы просто хотим благополучно доставить его в Совет и проследить за тем, чтобы его раны залечились должным образом.»

Дракон выпустил облако пара из своих ноздрей, как будто бы надсмехаясь над моими словами. «Мое обещание все еще в действии, Капитан. Сделай еще один шаг –«

«Хватит,» вмешался Артур, прислонившись к дракону, чтобы встать на ноги. Он начал медленно приближаться в мою сторону, и не имел намерений останавливаться.

Он был довольно высоким для своего возраста, стоя всего лишь в нескольких дюймах от меня, но меня охватило чувство, как будто бы он возвышался надо мной. Непроизвольно мое тело отступило назад, давая дорогу Артуру, когда он проходил мимо меня – не произнося ни слова – он продолжал идти к середине кратера, где щупальца убили одного из моих солдат.

Я выругался в своей голове – не на Артура, а на самого себя, за то, что был таким наглым. Только сейчас я начал понимать разницу между собой и этим юношей.

Я молча стоял пока Артур утомленно спускался вниз по склону. Когда он достиг зоны досягаемости коррозийной лозы, сделанной из таинственной маны, щупальце замерзло и рассыпалось на мелкие кусочки от контакта с ним.

Артур нечаянно ступил в лужу с кислотой, которая был способна разъесть даже броню и кости. Кислота тут же превратилась в твердое вещество, юноша наступил на нее и потянулся в сторону монстра, вытаскивая из него подержанный зеленовато-голубого цвета меч.

«Сильви, пойдем.»

Обсидиановый дракон взмахнул крыльями, образуя порывы ветра позади себя. Дракон взлетел над Артуром и опустил свой хвост, чтобы его мастер мог ухватиться.

Сидя на могучем звере, Артур вложил свой меч в ножны и сурово посмотрел на меня. «Позовите Капитана Глори или кого-то другого, кто сможет доставить тело хранителя в Совет.»

В его словах звучала резкость, за которую я бы наказал, если бы это был кто-нибудь другой, но я держал свой язык за зубами. Страх все еще находился внутри меня и чрезвычайное импозантное давление, исходящее от Артура, давая мне указания, заставили потерять ту последнюю уверенность, которая у меня оставалась.

Он был настоящий рыцарь.

Я убрал свое оружие и преклонил колено. «Да, Генерал.»





Глава 158.




Нико, Сесилия и я молча сидели вокруг деревянного стола патио, глядя на напечатанные слова на листе бумаги похожего на ткань.

«Н-Нас приняли,» прошептал я, не отрывая глаз от письма о принятии. «Я не могу поверить, что нас приняли.»

«Говори сам за себя. Единственный за кого я и Сесилия переживали — был ты, Грей,» посмеялся Нико, но даже он не смог скрыть своего волнения и его лицо расплылось в широкой улыбке.

«Я тоже не могу в это поверить,» прошептала Сесилия, ее голос дрожал.

«Вау! Ты плачешь, Сесилия?»

«Н-Нет. Просто что-то попало мне в глаз – это все.»

Наконец то я оторвал свои глаза от письма о принятии, чтобы увидеть, как Сесилия поспешно вытирала рукавом свои заплаканные глаза, ее обычно кремовые щеки были ярко красными.

«Поздравляю вас троих,» прозвучал звонкий голос Директора Уилбек со входа на задний двор.

«Директор!» Воскликнул Нико, гордо подняв письмо, чтобы она увидела трофей.

«Надо найти рамки, чтобы повесить эти письма на стену,» она улыбнулась и подойдя к нам, обняла каждого из нас.

Глядя на ее ласковую улыбку, я почувствовал себя виноватым у меня сжалось в груди. Она была женщина, которая растила меня как сына, с тех самых времен, как только я мог помнить, и тем не менее я эгоистично уходил от нее в отдаленный город. «Директор…вы уверены, что все будет в порядке, если мы уйдем? Я могу остаться и помогать в приюте! Это не проблема. Я не такой уж способный к обучению, как Нико и Сесилия; к тому же это очень дорого, и вы становитесь еще старше – ой!» вскрикнул я, потирая от боли мой лоб.

«Я сама отвезу тебя в академию, если даже придется тащить тебя туда за нижнее белье,» побранила она, ее палец был готов дать мне еще один щелбан. «Все эти годы растить нарушителя спокойствия как ты, и наконец когда дело дало результат, и ты хочешь, что – остаться здесь? Да ни в жизни.»

«Нарушитель спокойствия – это Нико. Я только присоединялся к нему!» Возразил я, закрывая свой лоб, чтобы не получить еще один щелбан.

«В таком случае я думаю, что М-р Север заслуживает тоже точно такой же,» заявила директор, давая щелбан в его лоб со скоростью и аккуратностью тренированного солдата.

«Ой! Грей! Предатель!» Закричал Нико, энергично потирая от боли свой лоб.

Я победоносно ухмыльнулся, когда вдруг услышал тихое хихиканье рядом с собой. Нико и я быстро повернули головы в сторону Сесилии, чтобы увидеть, как она смеялась первый раз в своей жизни.

Мы оба уставились на нее с широко открытыми глазами и ртами, даже директор приюта была поражена.

«Может наконец то она пришла в себя?» прошептал Нико, приближаясь ближе к моему уху.

Я толкнул его локтем, мои глаза странным образом прикипели к сцене, когда Сесилия хихикала. Грудь моя сжалась, и я почувствовал, что мое лицо становится горячим, и только когда Сесилия поняла, что мы все смотрели на нее, я понял, что я начал краснеть, также, как и она.

Я быстро обернулся и встал, чтобы избежать ее взгляда, потягиваясь без причины, для того чтобы отвлечь внимание от моего лица.

Директор Уилбек насквозь видела меня, поэтому она улыбнулась мне коварной улыбкой, которая делала ее на десять лет моложе.

«Мне нужно возвращаться обратно, ребята. Обучение начнется только через пару недель, но вам лучше сейчас составить список необходимых вам вещей, чтобы ничего не забыть, когда все будет готово, один из добровольцев отвезет вас в город.» Директор направилась обратно к раздвижной двери, из которой она вошла, прежде чем переступить порог, она обернулась еще один раз. «И еще раз поздравляю вас троих.»

АРТУР ЛЕЙВИН

‘Мы приближаемся к границе,’ раздался голос Сильвии в моей голове, выводя меня из моей дремоты. Белые облака, все еще неясно видневшиеся в моих непривычных глазах, потихоньку начали приходить в фокус, когда я поморгал. Я посмотрел вниз

и заметил, что мы только что пролетели через Сехский канал, который протекал через Карн и Майбур-Сити в сторону западного побережья.

Как ты себя чувствуешь? Спросил я, разминая мою затекшую шею и спину, когда мои ноги свисали вниз с шеи моей спутницы.

‘Это я должна спросить тебя. Признаюсь, применяя свои силы для исцеления, истощило меня более, чем я предполагала, но ты тоже определенно перенапряг себя,’ пропела Сильви, расправив крылья, чтобы замедлить наше снижение.

Я сделал выдох, который унес встречный ветер. Я знаю. Мне предстоит еще многому научиться, чтобы сражаться с косой один на один.

‘Мы оба молоды; время – это дар, которым мы располагаем. Мы просто должны быть осторожными и не делать ничего необдуманно…как например сражаться против хранителя в одиночку.’

Я обещаю, что такого больше не повториться, к тому же, ты здорово помогла мне в конце, утешил я свою спутницу, поглаживая ее по шее.

Она не ответила, вместо этого послала волну разочарования и беспомощности, на что я только тихонько рассмеялся.

Мы приземлились на незаселенную землю чуть выше границы, ведущей в Королевство Дарв. Когда-то влажная почва леса пересохла и затвердела, образуя трещины практически через каждый дюйм. Торговый путь, который дворфы и люди использовали для обмена товаров был неподалеку от восточного угла Дарва, рядом с Большой Горой, поэтому там не было явно виднеющихся дорог в сторону побережья.

«Все еще холодно,» проворчал я, когда мой плащ вздымался на ветру.

‘Тебе следует отрастить панцирь, как у меня,’ пошутила Сильви, опуская свое тело, давая мне возможность спуститься вниз.

«Я просто рад, что все еще могу собрать достаточное количество маны, чтобы не околеть.» Я медленно перекинул свою ногу через шею моей спутницы, но как только я ступил ногой на землю, острая боль обдала всю мою нижнюю часть тела, заставляя меня корчиться на земле.

‘Травмы ноги не улучшаются.’ Голос Сильви звучал беспокойно и виновато, как будто это она была ответственна за

его боль. ‘Возможно будет лучше, если ты останешься верхом на мне.’

«Нет,» резко выдохнул я, посылая еще больше маны в свои ноги, как временное разрешение проблемы.

«Если мои подозрения оправдаются, то нам придется затаиться, и мы и так уже взяли на себя риск быть обнаруженными, пролетев весь этот путь сюда.»

‘Очень хорошо.’ Большое тело Сильви засияло, и она снова превратилась в форму лисы. Вместо того, чтобы быть на моем плече, она предпочла бежать рядом со мной.

«Кажется предсказание Леди Миры сбылось,» сказал я, осторожно шагая.

«Даже после лечения эфиром вивиума, моя нижняя часть тела чувствовала также, как я чувствовал себя, когда был новорожденным.»

‘Знания и контроль эфира в вивиуме у бабушки намного лучше, чем мои. Если бы она была здесь…’ Еще одна волна чувства вины прошла через мою спутницу, когда она опустила свои острые уши вниз.

Перестань огорчаться, упрекнул я, подбирая шаг, когда мы шли по территории дворфов. Предупреждения твоей бабушки были довольно расплывчатыми, но я думаю при помощи моего ассимилированного тела и немного отдыха я смогу снова быть в порядке.

Я пытался скрыть свою неуверенность, когда произносил эти слова, но было видно, что мои эмоции передались ей. Из-за того, что взрывы маны были слишком интенсивными на обоих моих мышцах, я должен быть благодарным, что я вообще мог передвигаться, но я не мог сдержать свое разочарование из-за того, что мое тело было настолько слабым. Применяя Разрывной Шаг два раза к ряду оставили меня с раздробленными костями и разорванными мышцами, восстановление которых было практически невозможно, если бы не Сильви. Я вздрогнул только от одной мысли, когда представил выражение лица моей матери, если бы она увидела в каком состоянии я был…смогла бы она или какой-нибудь другой эмиттер исцелить меня?

Разогнав унылые мысли, я начал исследовать место. Впереди меня находилось огромная открытая территория с различными оттенками коричневого и желтого цветов. Несколько разбросанных растений, состоящих из сломанных ветвей и

кустарников, переносимых ветром из леса или сорняков, прорастающих между трещинами на земле. Я заметил наличие больших валунов, в случае необходимости за которыми мы могли укрыться от сильного ветра, но до сих пор никаких признаков активности не было.

Неровные равнины углублялись вниз и резко поднимались, образуя овраги. Из прочитанных мною книг и из того, что рассказал мне Элиджа, многие из оврагов и ущелий, разбросанных по Королевству Дарв, имели скрытые входы в подземные города, где фактически жили дворфы.

Я сделал глубокий выдох. «Давай начнем.»

Достигая глубин моего ядра маны, туда где зверь Сильвии будет находится, я активировал Сердце Королевства еще один раз.

Когда я еще раз почувствовал знакомое мне ощущение, мое тело немедленно запротестовало. Я быстро нагнулся в сторону и вырвал все что осталось от моей полу усвоенной пищи, которую я имел у себя в желудке и когда все закончилось я сплюнул темного цвета желчью.

Моя грудь тяжело вздымалась и мир вокруг меня кружился, но к счастью, я все еще мог справляться с Сердцем Королевства, что был жизненно необходимо для этой задачи.

‘Может нам лучше прийти в следующий раз. С моей родословной, я просто уверена, что я унаследую Сердце Королевства, когда мои силы полностью разовьются. Мы можем вернуться позже и поискать вместе – ‘

Я покачал головой. Это не работало таким образом. К тому времени колебания маны в атмосфере, вызванные солдатами и хранителем, будут уравновешены. Поиск должен быть произведен сейчас.

‘Уравновешены?’

Я объяснил, что мана в атмосфере вернется в свое первоначальное состояние, и обратит мое внимание на частицы маны, если имелись какие-либо признаки аномалии.

Когда я впервые испытал этот ракурс при активированном Сердце Королевства, частички находились в хаотическом состоянии, как пылинки, раздуваемые ветром, но здесь все было иначе. За тот короткий период, который я имел с Леди Мира, она объяснила мне как мана и эфир ведут себя в естественном состоянии.

Каждый элемент атмосферной маны имел свой собственный паттерн. Мана с атрибутом земли держалась ближе к земле, едва заметно колыхаясь как песок, скатывающийся с холма. Мана с атрибутами воды и ветра двигалась в похожем состоянии, но частички маны воды были намного реже. Мана с атрибутом огня была разбросана повсюду, пульсируя и ритмично двигаясь, так будто бы вдыхая жизнь в планету.

Эфир же в свою очередь вел себя как так словно каждая его частичка обладала сознанием. Некоторые двигались вместе с частичками маны земли, когда как другие скоплялись вокруг маны ветра и воды, сопровождая их словно они были бараны. Леди Мира сказала, что эфир — это стакан, держащий жидкость – эта сила казалось взаимодействовала с маной своим особым путем.

Из-за огромного количества алакриянских солдат, которые каким-то образом пробрались в Королевство Сапин, я надеялся, что там будут находиться хорошо заметные следы колыхания маны, но задача выбора минутных расхождений в бесконечном небе частиц, говорило о том, что сказать было проще, чем сделать.

Чтобы сделать эту задачу еще сложнее (потому что все остальное было и так уж слишком легко), я должен был ограничить использование маны и применять ее только для укрепления своего тела. Даже сам акт поглощения маны создавал бы колебания, которые перемешались бы; и тогда я бы не смог использовать только ману принадлежащую мне, отделяя ее от алакриянской.

Делая большие шаги Сильви и я обошли скалистое формирование вдоль границы, отделяющей Сапин от Дарва. К счастью, солдаты не могли прятать свои следы в лесу. Сильви удалось обнаружить, куда они простилались, но в этой каменной пустыне, где ветер постоянно стирал все следы деятельности, я должен был найти признаки колебания маны.

По прошествии часа Сильви, наконец, потеряла терпение.

‘Разве нам не следует идти в сторону побережья, для поиска следов Алакриянских кораблей? Я не понимаю, почему мы теряем здесь время. Тебе необходим покой, а не странствия по пустыне.’

Я думал, что ты можешь читать мои мысли, подколол я, поворачивая свою голову от сильного порыва ветра.

‘Это работает не так, как ты думаешь. Передаются главным образом эмоции и основные мысли. Прямо сейчас я только

чувствую сильное ощущение подозрительности, исходящую от тебя, но еще больше чем это – ‘

Я что-то нашел, я почти произнес это вслух, когда я резко остановился. Все это время я наблюдал за небом, но не заметил ничего необычного, до того момента, когда я обнаружил темное пятно на земле. Даже несмотря на то, что оно было покрыто тонким слоем сухого песка, там была небольшая, но несомненно влажная в виде круга часть земли.

Упав на колени, я между пальцами потер влажную землю, чтобы удостовериться. Я посмотрел на небо еще раз и наконец то понял, чего не хватало. На этом месте, где находилась влажная земля была едва заметная нехватка маны с атрибутом воды.

‘Что происходит?’ пропела Сильви, уставившись на грунт в моих руках.

Кажется, кому-то очень хочется пить, ответил я.

Обследуя место, я обнаружил еще несколько мест с нехваткой маны с атрибутом воды. Преследуя слабый след, мы начали продвигаться на юго-восток, в другую сторону от берега, до тех пор, пока мы не прибыли в узкое ущелье.

Давай. Спускаемся.

Мы осторожно спустились вниз по крутому ущелью, завывающий ветер маскировал все остальные звуки. Когда мы достигли дна ущелья, слабый след нехватки маны с атрибутом воды исчез, но это уже не имело значения.

«К черту все,» прошептал я, вглядываясь в скалу. «Я действительно надеялся, что ошибусь.»

‘Твои подозрения…только не говори мне…’ Волна понимания исходила от моей спутницы, когда она почувствовала грохот пустоты под нашими ногами.

Да. После этого я все еще только на восемьдесят процентов уверен, но я подозреваю, что армия Алакриян, с которой мы сражались, попала в Дикатен с помощью дворфов.





Глава 159.




Существовали радикальные последствия того, если дворфы действительно были связаны с алакриянцами, но, несмотря на мою догадку, мне нужно было удостовериться, что мои подозрения имели место не из-за того, что по натуре своей я был скептиком.

Мне понадобился целый час, чтобы обнаружить ещё один скрытый вход в подземное королевство дворфов, но даже это стало возможным только при помощи применения заклинания Сердце Королевства.

‘Твое дыхание напряжено,’ заметила Сильви изнутри моего плаща, когда я осторожно провел пальцами по едва заметной линии на крутой скале, замаскированной под обычную трещину.

Ничего страшного. Просто я применяю Сердце Королевства слишком долгое время, вот и все, ответил я, пристально глядя на свои руки. Без золотых рун, выгравированных на них и с моим зрением, вернувшимся в нормальное состояние, я понял насколько бледным стало мое тело – это не была кремовая бледность, которую так желали девушки, это была болезненная бледность, которая заставляла вас беспокоиться о вашем благополучии.

‘Я не думаю, что мне нужно напоминать тебе, но знаешь ли ты, что существует такая концепция, называемая умеренностью, которая творит чудеса как с умом, так и с телом?’

Не обращая внимание на ворчание моей спутницы, я попытался надавить на скрытый вход еще раз. Несмотря на добавленную ману для укрепления моего тела, земляная дверь не поддавалась.

Обязательно должен быть способ открыть эту дверь. Я что-то упустил. Я продолжал водить руками, окруженных маной с атрибутом земли по всему периметру двери.

‘Возможно ты должен быть дворфом, чтобы пройти через эту дверь,’ размышляла Сильви.

Нет. Я очень сомневаюсь, что здесь задействована какая-то особая специфическая мана, которой обладают только дворфы, кроме аномалий, и если это так, то более чем восемьдесят процентов из населения не смогут пройти через свои собственные двери. Нет, это должно быть что-то другое – и кажется я знаю, что это!

Я сразу же опустился на колени, заставляя Сильви выпасть из моего плаща из-за своего неожиданного движения.

Тебе не надо быть обязательно дворфом, чтобы открыть эту дверь, но ее определенно построил дворф, поэтому я должен действовать так, как будто бы я был один из них Я еще раз провел руками по скалистой стене, отталкивая кустарник, который покрывал большую часть нижней половины скрытой двери.

‘Ах, высота!’ Воскликнула она, ее возбужденный голос звенел в моей голове, когда она поднялась на мое плечо.

После нескольких минут, проведенных в поисках ручки двери, кнопки, рычага – чего-нибудь – открывающего механизма, наконец то я нашел его. Приблизительно четыре фута над землей, возле кромки двери, моя левая рука погрузилась в скалу. Сначала мне показалось, что я случайно коснулся какого-то сока или клей-подобной субстанции, но, когда я поднял добытую в руке ману, вязкость стены изменилась. Пока я возился с уникальным механизмом двери, я понял, что дело было не в том сколько маны с атрибутом земли ты положишь себе в руку, а о точной структуре уровней маны, которую ты вызывал, когда вставлял свою руку глубже в скрытый замок.

Если уровни выхода маны можно было измерить значениями от одного до десяти, мне нужно было найти правильную комбинацию между этими числами, чтобы успешно разблокировать этот вход.

Каждый раз, когда я пытался угадать уровни маны и протолкнуть свою руку глубже в отверстие замка, но ошибался, окружающая мою руку земля становилась вязкой и выталкивала меня из замка.

«Черт бы ее побрал,» выругался я про себя после двадцатой неудачной попытки разблокировать дверь. Наполовину поддаваясь соблазну разнести дверь на мелкие кусочки, я глубоко вздохнул и применил Сердце Королевства еще раз.

В ту же секунду обжигающая боль хлынула из моего ядра в мое тело и конечности. Я пошатнулся и упал на колени с приступом кашля. На этот раз меня рвало не только остатками пищи, но кровью и желчью.

От Сильвы повеяло волной недовольства и тревоги.

Я клянусь, если ты скажешь хоть что-нибудь про умеренность еще раз…

‘Давай просто завершим эту миссию и тогда ты сможешь отдохнуть,’ ответила она.

Бессильно кивая, я переместил свой вес снова на ноги, только чтобы поддержать себя прежде чем снова оказаться на спине своей спутницы. Всю оставшуюся ману я потратил на поддержание Сердца Королевства, отменяя поступление маны к ногам, чтобы сэкономить ее на разблокирование входа.

Я снова ощущал эмоции, исходившие от моей спутницы, кода она смотрела прямо на меня. Не произнося ни слова Сильви помогла мне взобраться на ее спину и принять сидячее положение, подталкивая меня своей головой.

Делать вдох было похоже на то, как будто я глотал иголки, но я был благодарен, что вообще смог активировать Сердце Королевства ещё раз. Не теряя времени, я сосредоточился на том месте, где находилась замочная скважина, моя рука еле туда дотягивалась при помощи Сильви. Используя оставшуюся ману, которую я сэкономил, я пустил ману с атрибутами земли в свою руку.

Моментально я увидел колебание частичек маны, собравшихся вокруг скрытого отверстии замка. Когда я впустил правильное количество маны в руку, частички засветились и рассосредоточились, позволяя ей продвинуться дальше, и я перестал беспокоиться о том, что мне придется начинать все с начала.

Могу поспорить, что вы драконы никогда не стали бы применять Сердце Королевства в подобной ситуации, ухмыльнулся я, когда моя рука погрузилась на этот раз уже по локоть.

‘На открытие дверей? Нет, это ниже нашего достоинства,’ проворчала моя спутница.

Ситуации требуют адаптации, мой пушистый маленький дракон, ответил я, дергая ручку, глубоко погруженную в механизм замка скрытой двери. С удовлетворительным щелчком земляная стена загрохотала, прежде чем открыться.

Я повернулся и гордо подмигнул своей спутнице, которая все еще поддерживала мое изломанное тело.

‘Мне так стыдно, что я когда-либо обратилась к тебе как к ‘папе.’ Даже в ее маленькой пушистой форме лисы, имелось весьма ощутимое чувство насмешки, когда она закатила свои глаза под лоб.

Эй, это ты вылупилась из яйца для меня. Отпуская Сердце Королевства, я вытер след крови со своей щеки в углу моего рта и переместил мои минимальные остатки маны обратно в ноги.

Используя процент маны в пределах одноразрядных чисел, что едва ли давало мне возможность устоять на ногах, и даже в этом случае устоять на ногах было трудной задачей.

Опираясь на стену для поддержки, я встал, и не теряя времени зашагал по узкому коридору. Проход в пять футов ширины и с потолком касающимся моей головы, был настолько низким, что даже мне пришлось пригнуться, был больше похож на необработанный туннель, чем на настоящий проход. К счастью, там находились свечи, дающие тусклые свет внутри кубических отверстий, сделанных по обеим сторонам стены. Используя ману только для укрепления своих ног и не испытывая необходимости тратить ее на что-либо еще, я воспользовался этим преимуществом короткой передышки и пополнил запас маны своего опустевшего ядра при помощи Ротации Маны.

Я мог чувствовать исходивший от свечей жар, но после суровых песчаных бурь я всем сердцем приветствовал это. Я остался в левой части коридора, частично от того чтобы оставаться незамеченным и также от того, что мне просто было необходимо опираться на шероховатую стену, когда я шел вниз по небольшому склону. В то же самое время Сильви осторожно бежала в нескольких шагах позади меня, проверяя и контролируя все что вызывало малейшее подозрение и могло быть скрытой ловушкой.

‘Ты все еще думаешь, что это хорошая идея? Ты находишься в состоянии сражения, если мы повстречаем врага. Я ограничена в своих действиях находясь в этой форме, и даже если мы увидим, что дворфы являются союзниками Алакриянцев, что мы сможем сделать?’ Моя спутница продолжала убеждать меня, пока мы шли по коридору.

Это не самая лучшая идея, но я обязан сделать это, ответил я на полном серьезе. Ты права; я не могу сражаться и здесь не так уж много мест для укрытия, если мы повстречаем кого-то, но у нас нет времени на восстановление. Если я окажусь прав, и даже если я не смогу найти этому доказательство, я знаю, что по крайней мере Вирион и Алдир прислушаются ко мне.

‘Ладно, но наш уговор все еще в действии. Как только мы нарвемся на неприятности, я разобью эти стены, и мы отсюда уходим.’

Конечно, я подчинился, когда мы продолжали пробираться по тускло освещенному коридору, пока вдалеке не появилось что-то люминесцентное — это была не свеча. Обменявшись друг с другом взглядом, моя спутница и я начали пробираться в сторону света.

Туннель начал слегка искривляться, чем ближе мы подходили к не двигающемуся свету, и я смог различить отдаленное эхо звуков. Звуки становились все громче, пока мы продолжали идти по коридору, но так как одновременно происходило множество вещей, мне было сложно отличить конкретные звуки. Были слышны разговоры и эхо, множество быстрых шагов и вместе с ними бряцание металла. Наконец то после нескольких минут петляний по коридору мы увидели перед собой выход.

Опершись спиной на стену, я осторожно шагнул к выходу, стараясь не наткнуться на камень или создать какой-то другого шума, который мог привлечь внимание охранников, возможно стоящих за углом. Не ощущая никаких признаков активности за пределами туннеля, мы с Сильви быстро подобрались к началу выхода, где образовавшаяся тень, скрывала нас от любопытных глаз.

Мы безучастно глядели на то, на что наткнулись. Коридор переходил в громадную пещеру с куполообразным потолком, что на какое-то время я даже позабыл, что мы находимся под землей. Вместо свечей в стенах были зажжены факелы, тянувшиеся вдоль стены, чтобы показать, насколько огромна на самом деле была пещера и кто в ней находился.

Я произнес несколько проклятий после того как посмотрел вниз. В центре пещеры – примерно двумя этажами ниже- находились массивные ворота телепортации, окруженные дворфами и из мерцающих ворот все время, появлялись Алакриянские солдаты.

Прежде чем я смог подойти поближе и разглядеть происходящее получше, я услышал звук приближающихся шагов из туннеля, по которому мы пришли, заставляя меня резко обернуться. Огромная пещера была похожа на улей, с десятками других туннелей, проделанных равномерно вдоль стены. Десятки лестниц, вырезанных из камня, соединяли стены, каждая из которых вела к другому туннелю. По

туннелю, с которым мы с Сильви прошли, приближался взвод алакриянских солдат.

‘Я выведу нас отсюда,’ заявила моя спутница, ее тело уже начало переливаться светом.

Не сейчас! Я сосредоточил свое внимание на одном из входов в туннель всего в нескольких ярдах от меня, когда мне удалось бросить вниз несколько камней. Я сразу же услышал суматоху движений, когда взвод начал бегать во все стороны, бряцая оружием и доспехами.

Пользуясь возможностью, я быстро поднял мою спутницу и крепко прижал ее к своей груди. Прижимаясь к углу входа и к стене как можно ближе, я сумел наскрести достаточное количество маны, чтобы возвести занавес из каменной стены, которая окружила нас.

«Просто свалившийся камень. Давай пошли,» проворчал лидирующий солдат взвода.

Задержи дыхание, приказал я Сильви, активируя Прогулку Миража. Объединяя атмосферную ману вокруг нас, чтобы скрыть свое присутствие, было то, в чем я никогда не испытывал необходимости использования со времен прибытия в Дикатен, но в этой ситуации, когда вражеские маги находились в нескольких дюймах от нас, я не хотел рисковать своими шансами.

Внутри гроба из земли, я был окружен кромешной тьмой. Я мог слышать синхронное марширование солдат, которые прошли мимо нас, их размеренные шаги эхом отдавались от стен туннеля. Они были так близко, что я мог различить их приглушенный шепот.

«Как ты думаешь, когда мы сможем вернуться домой?» Послышался один голос.

«Почему? Уже соскучился по своей семье?» Насмешливо ответил хриплый голос. «Лучше сосредоточься на достижении успехов в этой войне. Твоя родня будет тебе благодарна, если ты сможешь вытащить их из этой лачуги, которую ты называешь домом.

«Великие Вритра, оба замолчите,» прошипел грубый голос. «Из-за вас наш отряд заставят патрулировать ночью.»

Я не смог удержаться и полностью погрузился в их разговор. Их манера разговора была схожа с нашей, разве что некоторые термины как ‘родня’ и ‘Великие Вритра’, я только мог догадываться их значение из контекста. Это заставило меня

задуматься. Как могли настолько разных два континента, которые практически не имели между собой никаких контактов быть настолько схожими в языке общения?

‘Дедушка рассказывал мне, что все произошло из-за интервенции асуры,’ пропела моя спутница, ее голос звучал напряженно даже у меня в голове. ‘Асура обычно посылают представителя, чтобы секретно помочь продвижению Алакрии или Дикатену. Он объяснил, как они будут принимать формы чрезвычайно умных меньших, и помогать им продвигаться через столетия.’

Что-то вроде того, как вы асуры предоставляете нам свои артефакты? Спросил я.

‘Ага. За исключением того, что мы проделывали это уже очень долгое время. Артефакты были своего рода радикальным изменением, которое асуры выбрали, чтобы предотвратить вымирание меньших.’

Я понял. Сказал я и задумался. Даже страшно себе представить, что возможно гении моего мира на самом деле были божествами, посланные сверху, чтобы помочь нам выжить и прогрессировать.

По мере того ка минуты шли одна за другой, разговоры солдат ни коим образом не облегчили ситуацию, в которой мы находились. Не имея даже слабой трещины в возведенной стене для обеспечения доступа воздуха, внутри нашей камеры стало невыносимо жарко и душно. Я изо всех сил старался поддерживать Прогулку Миража, чтобы скрыть нас от любого, у кого были повышенные ощущения, когда место, в котором мы находились, содрогнулось от сильного удара.

«Ты что делаешь?» Нетерпеливо зашептал один из солдат.

Земляной заслон содрогнулся еще раз, когда тот же самый солдат ударил по стене, которую я воздвиг.

‘Я готова к сражению. Только держись позади меня,’ сообщила моя спутница, ее голос понизился до угрожающего рычания в моей голове.

Просто не шевелись. Быстро произнес я, пытаясь успокоить свое сердце, чтобы оно не выскочило из грудной клетки.

«Этот конец входа отличается от другого,» нерешительно ответил солдат своему товарищу. «И издает звук пустого места, когда я ударяю по нему.»

Наступила долгая пауза, когда я уже было подумал, что они собрались продолжить свои исследования, но к моему удивлению его товарищ решил просто поиздеваться.

«Милосердный Вритра. Я знаю, что ты зеленый, но не задерживай всех нас из-за того, что ты увидел что-то странное. Мы находимся на другом континенте.»

Я чуть было не издал слышимый вздох облегчения, когда звук шагов снова возобновился и солдаты начали уходить в другой конец туннеля, из которого мы пришли.

Убедившись, что все солдаты прошли мимо и больше никто не приближался, я проделал небольшое отверстие, чтобы исследовать окрестности. И только несколько минут спустя я отпустил свое заклинание.

‘Мы добились своей цели, за которой мы сюда пришли. Сейчас давай вернемся обратно и сообщим Вириону, после чего ты сможешь нормально отдохнуть и залечить свои раны,’ умоляюще просила Сильви.

Да, пойдем, согласился я. Даже с помощью уникальных методов лечения Сильви, использующих эфир, мои ноги были на грани коллапса, и единственным кратким отдыхом, который я имел, был момент, когда я, потеряв сознание летел на спине моей спутницы.

Уже обдумывая лучший способ как рассказать все критические новости Вириону и Алдиру и все те предосторожности, которые я должен предпринять, на случай того, если действия переместятся на юг и мне придется сражаться против двух рыцарей дворфов, я всего лишь повернулся и глянул назад на куполообразный потолок пещеры, когда Алакриянские солдаты, находившиеся там внезапно все как по команде, преклонили колено, поворачиваясь в сторону ворот телепортации.

После встречи двух хранителей и даже после одержания победы над одним из них, я думал, что я встречусь с косой. Даже имея сильные подозрения того, что дворфы предали Дикатен, я был уверен в возможности выиграть эту войну. Но когда фигура, одетая в обсидиан, вышла из ворот телепортации, я не мог удержаться от потрясения. Находясь здесь, едва держась на своих ногах, я чувствовал себя щелчком против ветра. Я был в полном отчаянии.





Глава 160.




После того как таинственная фигура сделала первый шаг из ворот телепортации, по всей пещере пробежала волна подавляющей напряженности. Даже Сильви которая так стремилась уйти, застыла на месте, беспомощно глядя на происходящее внизу.

Когда фигура полностью вышла из ворот телепортации, мои глаза моментально остановились на ее рогах.

Рога, которые я видел до этого момента у всех Вритра выглядели устрашающе — как будто они были частью самого зверя – но глядя на эти два острых шипа, нависших над висками фигуры, огибающих голову как корона, я ощущал, что они излучали чувство престижа и власти, также как тиара, осторожно расположенная на голове. В отличие от темных черных рогов, которые я видел раньше, обсидиановые рога Вритры сверкали, как драгоценные камни, резко контрастируя с ее жемчужного цвета волосами, свободно спадавшими на ее узкие плечи.

Когда Вритра безразлично осмотрелась по сторонам, мне удалось мельком увидеть ее лицо, прежде чем вернуться обратно к входу туннеля, опасаясь, что Вритра сможет ощутить мое присутствие, даже несмотря на то, что я применил Прогулку Миража.

И только потом я понял, что эта угнетающая аура исходила от девушки, которая выглядела не старше, чем Тессия. У нее были элегантные черты лица, темные глаза и хрупкая фигура под обитой мехом обсидиановым плащом, и тем не менее среди толпы дворфов она казалась маленькой и изящной.

Через несколько секунд я снова набрался смелости, чтобы еще раз посмотреть вниз.

«Л-Леди Незера?» Ошарашенно поприветствовал ее алакриянский солдат с бочкообразной грудью, продолжая преклонять колено перед толпой склонивших колено дворфов.

«Где Килрит?» невозмутимо спросила женщина Вритра, обращаясь к одному из множества алакриянских солдат, окружающих ворота и преклонивших колено дворфам.

Женщина солдат, к которой обратилась Леди Незера мгновенно поднялась на ноги. «Командир Килрит в настоящее время находится возле северного побережья Сапин, ожидая вас, прежде чем начать атаковать, Леди Незера».

«Прекрасно. В таком случае отправляемся.» Ее голос раздавался как холодный бриз, посылая холодную дрожь вниз по моей спине, даже несмотря на расстояние, которое было между нами.

«Слушаюсь, Леди Незера!» Отдавая честь произнесла женщина солдат, собирая свои войска, чтобы следовать за божественной Вритра.

Но, когда она проходила мимо солдата, который от удивления первым окликнул ее по имени, он произнес. «Простите за грубость, Леди Незера, но как насчет новой косы? Мне было приказано доставить его к Командиру Уто.»

Наступила пауза, когда все вокруг начали переводить тревожные взгляды с Леди Незеры на большого солдата. Она пристально уставилась на него своим холодным ничего не выражающими глазами, когда наконец произнесла. «Он не готов. Мелцри и Виесса все еще работают над ним.»

«Я-Я понял,» ответил солдат, его плечи заметно расслабились. «Приношу свои извинения за то, что занял ваше время.»

По ее речи, было видно, что она сама тоже была косой, но какая-то часть внутри меня отказывалась поверить в то – что такое существо, сравнимое даже с асурой, было оппонентом, с которым мне рано или поздно придется встретиться. Более того, число кос, о которых мы должны беспокоится увеличилось.

‘Еще одна коса?’ эхом отозвалась Сильви, ее голос был пронизан тревогой.

Давай выберемся отсюда, ответил я своей спутнице. Сейчас, когда коса присоединилась к войне, нужно как можно скорее сообщить эту информацию в замок.

Я еще раз быстро глянул на косу по имени Незера, когда она обернувшись тоже посмотрела через свое плечо.

На какую-то долю секунды ее взор пал на туннель, в котором мы скрывались и наши взгляды встретились.

Ее взгляд в конце концов прошел мимо меня, но в этот миг ее холодные глаза зафиксировались на мне с готовностью хищника.

У меня не было никаких сомнений; она знала, что я здесь.

Мое тело сжалось, как будто бы каждый грамм моей крови был заморожен. Мои руки стали липкими, а сердце так колотилось, что я боялся, что вся пещера услышит стук моего сердца. Тем

не менее, она повернулась и продолжила идти вверх по лестнице с такими же манерами, как и раньше — невозмутимо и беззаботно.

‘В чем дело?’ спросила моя спутница.

Я стоял неподвижно, боясь пошевельнуться. И только после того, как она ушла я сделал глубокий выдох. Я думаю, что она видела меня.

Видя мою озабоченность, она знала, что я не шутил, что сделало ее еще более беспокойной. ‘Тогда мы можем идти? Или ты хочешь, чтобы вся оставшаяся Алакриянская армия тоже узнала, что мы находимся здесь…’

Я не мог сдержать улыбки. Именно в такие моменты как этот, моя спутница проявляла проблески своей незрелости. Да. Поехали.

Выйдя из туннеля, нас встретил вечно приятный ветер пустыни. Сильви и я договорились не лететь до тех пор, пока мы не достигнем леса на границе между Сапин и Дарвом. Но после мили осторожной ходьбы по моему телу пошли судороги. Постоянное применение Прогулки Миража, на случай того, что поблизости могли оказаться алакриянские солдаты и обнаружить мои колебания маны, истощили мой и без того скудный запас маны. Используя остаток маны для укрепления своих ног, у меня остался лишь плащ, который защищал меня от резкого ветра, пронизанного песком.

Давненько я не ощущал такого холода. Я сжал челюсти, чтобы мои зубы не стучали. Опираясь спиной на валун для временного укрытия от ветра, я плотно укутался в плащ.

‘Еще немного и мы почти на месте. Стоит ли мне применить эфир еще раз?’ спросила моя спутница, глядя на мое жалкое состояние.

Нет. В таком состоянии я едва ли мог поддерживать Вращение Маны. Применение эфира могло привлечь внимание солдат или еще хуже самой косы.

‘Хорошо.’ Прижимаясь к моим ногам, пытаясь согреть меня хоть немного, мы оставались без движения до тех пор, пока ветер не стих на какое-то время.

После усердной ходьбы по направлению к лесу, пробираясь зигзагом от одного камня к другому, на случай если кто-нибудь из алакриянских солдат скрывался в слабом освещении луны, я чуть было не заплакал, когда наконец то увидел затемненные силуэты деревьев неподалеку от нас.

Несколько минутами позже находясь в лесу, ветер заметно стих – и несмотря на то, что температура была одинаковой – мое тело начало отогреваться.

‘Давай отдохнем немного,’ предложила Сильви, указывая мордочкой на близлежащее бревно.

Мы должны…вернуться в замок, ответил я, мои веки с каждым словом становились все тяжелее.

Моя спутница подтолкнула меня к бревну. ‘Мы должны увеличить дистанцию между нами и солдатами, находящимися впереди нас так или иначе. Всего лишь один час сна. В противном случае ты околеешь без наличия маны, во время перелета.’

В ее словах была успокаивающая сила, которая истощала последнюю часть той энергии, что оставалась во мне. Внезапно волна усталости набежала на меня, и я провалился в пустоту. Мое сознание медленно превратилось в темноту и последнее, что я видел была Сильви, пытавшаяся укрыть меня листьями, чтобы меня согреть.

Несмотря на мое немощное состояние я не мог погрузиться в глубокий сон. Из-за напряжения, что я находился в опасной зоне и не имел достаточно сил, чтобы защитить себя и недавно происшедшие события заставляли мой мозг работать сверхурочно, предоставляя мне возможность оставаться хотя бы в полусознательном состоянии.

Давая отдохнуть моему телу и глазам где-то около часа, я и Сильви выбрались из нашего комфортного одеяла из листьев и отправились в путь. Сидя верхом на Сильви и не нуждаясь в использовании маны для укрепления своих ног, я получил возможность защитить себя от господствующих ветров.

Путешествие назад в замок происходил в абсолютной тишине за исключением завывающих порывов ветра. Мы практически не беседовали, полностью погрузившись в свои собственные мысли.

Война нарастающими темпами становилась все более запутаннее, теперь, когда мы узнали, что дворфы помогали алакриянской армии. Сейчас это уже не были как черные против белых – мы против них. Все еще существовала возможность того, что это была какая-то отдельная фракция дворфов, которая помогала нашим врагам, но если Рахдеас, приемный хранитель Элиджы и теперешний лидер дворфов имел к этому какое-то отношение, то это означало, что нашего потенциала стало меньше на два рыцаря.

Предположим, что произошло самое худшее, единственный позитив, вытекающий из этого, было то, что Рахдеас все еще действовал как будто он был на наше стороне. Что в свою очередь означало, либо он надеялся получить еще большую награду за работу двойного агента, либо он не был до конца уверен, чтобы в открытую противостоять Совету.

«Мы дома,» объявила Сильви.

Взглянув вверх, я увидел плавающий замок, дрейфующий среди слоев облаков. По всему периметру огромного сооружения находились солдаты верхом на мана зверях. Когда безмятежное солнце, сиявшее сверху, отбрасывало тени на море облаков, находящихся под замком и летающими стражами, это создавало довольно впечатляющее зрелище, от которого многие бы остались с открытым ртом, если они никогда не бывали здесь раньше. Но что касается меня, то я выискивал первую же удобную поверхность, чтобы устроиться покомфортнее и уснуть.

Большинство форм входа проходили через ворота телепортации, поэтому, когда мы подошли, охранники немедленно собрались между нами и замком. Их оружие ярко засияло, когда солдаты и их звери-спутники все вместе приготовились к сражению. Но когда мы подошли достаточно близко, и солдаты смогли распознать наши лица, они сразу же выстроились в две шеренги, создавая воздушный коридор для Сильви и меня, ведущего прямо к входу.

«Генерал Артур!» Солдаты в унисон отдавали честь, сидя верхом на своих летающих зверях. Когда мы постепенно продвигались через проделанный коридор, двойная дверь, возвышающаяся над Сильви медленно и со скрипом, открылась прямо перед нами.

Было понятно, что Капитан Одир уже задолго до этого прибыл в замок, поскольку группа медиков и эмиттеров уже поджидала меня. В посадочной камере началось активное движение сразу после того как двойная дверь распахнулась. Медики и эмиттеры, которые получили предписание оставаться на своих местах, до тех пор, пока я не приеду – некоторые из них коротавшие время за игрой в карты – бросили все свои дела и немедленно приготовились к моему лечению.

Все вокруг нас пришло в движение. Неразличимые звуки долетали до моих ушей со всех сторон огромной комнаты. Как только мы с Сильви приземлились, медики приступили к работе и приготовили приспособление, похожее на каталку.

«Я в порядке,» прохрипел я, мой голос был почти не слышен. «Позвольте мне сначала поговорить с Вирионом.»

«Привяжите его и не позволяйте ему ходить,» прогремела Сильви, пугая всех находящихся в комнате – в том числе и меня. Моя спутница всегда воздерживалась от общения со всеми, кроме меня, и даже тогда она предпочитала общаться телепатически.

Застигнутый врасплох неожиданным приказом от моей спутницы, я подчинился желаниям Сильви и позволил везти себя на каталке, когда как оба медик и эмиттер начали меня осматривать. Моя спутница трансформировалась в свою форму лисы, и бежала рядом со мной, когда меня транспортировали из посадочной кабины в надлежащее медицинское учреждение.

За время нашего короткого переезда, медикам не потребовалось много времени, что бы определить в каких местах находились мои повреждения; более того, я услышал, как один из медиков глубоко вздыхая сказал, что легче было составить список тех мест, у которых не имелось повреждений.

Все это звучало обнадеживающе.

Придя из периода и места с продвинутыми технологиями, я всегда с высока смотрел на сферу медицины этого мира, но получилось так, что я слишком недооценил ее. То, чего в этом мире нельзя было достичь с помощью технологий они добивались с помощью магии. Команды девиантных магов, чьи силы были направлены на специализацию в области медицины, все ожидали моего прибытия, когда меня втащили в большую квадратную комнату со сводчатыми потолками.

По прошествии времени я почувствовал, как раны и повреждения на моем теле давали о себе знать все сильней. При помощи адреналина, который давал мне возможность оставаться в сознании, я чувствовал, что все мои конечности превратились в свинцовые массы. Я изо всех сил старался не уснуть, когда медики и эмиттеры приступили к детальному обследованию моего тела.

После того как они закончили предварительное обследование, в комнату прибыл старейшина магов по имени Мендуль. Полный, с квадратными челюстями маг представился в качестве мага девианта, способного настраивать свое видение используя ману, и таким образом иметь возможность индивидуально воспринимать различные слои тела любого живого существа. Будь то скелетная, мышечная или даже нервная система, он мог видеть все.

Мендуль продолжал сканировать мое тело, используя чернильную ручку для нанесения десятков пометок прямо на моем теле, записывая их потом в свою тетрадь, когда как я изо всех сил пытался оставаться в сознании.

«Где Командующий Вирион?» Спросил я, после того как Мендуль закончил делать пометки на моем теле как на карте.

«Приношу свои извинения, Генерал Артур. Командующий Вирион в настоящее время находится вдали от замка,» заявил худой мужчина средних лет, одетый в бледно-зеленый одежды.

Судя по тому как, он координировал медиками, эмиттерами и другими десикантами в комнате, я мог только предположить, что здесь он был руководителем медицинской бригады. Хотя обычно я вел себя более сдержанно с человеком пытавшегося исцелить меня, но на этот раз я не удержался и нетерпеливым тоном спросил. «Он ушел? Куда? Когда он вернется обратно?»

«О-Он не сообщил,» извиняющимся тоном ответил он. «Я только смог увидеть, как он уходил вместе с Капитаном Одир, Капитаном Глори и Генералом Айя.»

Я присел на кровать, в которой я находился с тех пор, как прибыл в эту комнату, пытаясь не держать свои глаза закрытыми слишком долго, опасаясь, что я могу впасть в забытье. Если Вирион отправился с Одир и Ванесси и был вынужден взять с собой рыцаря, скорей всего они направлялись именно в то место, в котором я сражался с хранителем поблизости южной границы Сапин.

Несмотря на мое состояния, я не мог перестать беспокоится. Они могли нарваться на алакриянский отряд, марширующий в сторону севера. Хуже того, коса могла захотеть отыскать убитого мною хранителя.

‘Я не так переживаю о косе, поскольку она направлялась в противоположном направлении, но ты прав насчет алакриянского отряда,’ ответила моя спутница.

Может быть ты должна пойти и предупредить их.

‘И оставить тебя здесь одного? Узнав, что дворфы являются союзниками Вритра? Ты что, потерял свои мозги?’

Я быстро обвел взглядом комнату, в которой эльфы и дворфы наряду с медиками человеческой расы, все ожидали дальнейших указаний, когда как они приготовили инструменты и различные лекарства.

Черт, выругался я, зная, что она была права. Думаю, что мы можем только молиться, чтобы они остались в целости и невредимости.

‘В конце концов, Вирион имеет при себе рыцаря. Не старайся сделать все сам. С ними все будет в порядке, даже без тебя,’ утешала она. ‘Я буду прямо здесь, чтобы удостовериться в том, чтобы эти медики не сделали ничего подозрительного. Просто отдыхай и сконцентрируйся на исцелении.’

«Как насчет Алдира?» С надеждой спросил я.

«Еще раз, прошу прощения.» Главный медик опустил свою голову. «Только Командующий Вирион знает о местонахождении Лорда Алдира. Я сам видел его всего лишь один раз – и то очень быстро.»

Я мог только вздохнуть от разочарования и последние силы покинули меня. «Хорошо. Итак, в чем заключается ваш план? Смогли ли вы поставить диагноз моим повреждениям?»

Главный медик повернулся к Мендулю, который выйдя ко мне и посмотрев на свои записи еще раз, принялся говорить. «Генерал Артур, ваши повреждения скорей всего уникальны, исходя их комплексности. Если честно, то только благодаря вашему ассимилированному телу и уровню ядра маны вы имеете возможность все еще оставаться в сознании. И даже с учетом всего этого, я не могу не выразить своего удивления, что вы все еще так активны – я имею ввиду все, конечно.»

Я сумел перевести мой взгляд вниз на Сильви, которая сидела на полу рядом с моей кроватью. Я должен благодарить за это тебя.

‘Не за что,’ ответила она кратко. ‘Хотя, боюсь, что мне придется проделывать это в будущем.’

Я слабо улыбнулся на слова моей спутницы, глядя обратно на Мендуля. «Итак, какие процедуры я должен ожидать?»

Девиант маг неловко поежился и почесал себе затылок. «Повреждения в нижней части вашего тела залечены, но не досконально. Для того чтобы вы снова обрели возможность передвигаться без помощи маны, мы будем вынуждены очень аккуратно разбить ваши кости и плоть на очень маленькие инкременты и направлять их для надлежащего исцеления.»

Подняв усталые глаза, я встретился со взглядом главного медика, который молча стоял в ожидании дальнейших указаний. Я не был уверен, что это было, то ли от того что я отчаянно хотел восстановить свое здоровье снова, то ли от того,

что я уже перенес бесчисленное количество операций после сражений, когда я был королем в моей прошлой жизни, но мой разум находился в состоянии полнейшего покоя.

Я в последний раз многозначительно посмотрел на свою спутницу, прежде чем закрыть глаза. В таком месте, когда каждый предположительно мог причинить мне вред, я был благодарен, что я имел Сильви рядом с собой.

«Продолжайте.»

«Есть, Генерал Артур!» энергично кивнул худой медик. «Будьте уверены; услышав известие о вашем состоянии от Капитана Одира, Командующий Вирион приложил все усилия, чтобы собрать самых элитных магов всех трех рас, чтобы вернуть вас в прежнее состояние.»

«Я буду под вашим зорким вниманием каждого.» От моих прошептанных слов, маги и медики в комнате немедленно поклонились.

«Сельдия, ты остаешься.» Приказал Мендуль.

Молодая женщина эльф подошла ко мне, ласково улыбаясь. Она протянула свою руку, нажимая на мой лоб кончиками пальцев. «Извините за беспокойство.»

Как только она закрыла свои глаза, успокаивающая волна начала исходить из кончиков ее пальцев в мою голову и по всему моему телу. Мои глаза закрылись, когда мягкое одеяло тьмы полностью окружило меня.





Глава 161. Почему Ты Плачешь?




— «Куда теперь, Нико?» – спросил я, весело покачивая пластиковые пакеты со школьными принадлежностями внутри.

«Нам все еще надо забрать нашу форму, верно?» — ответила Сесилия, баюкая на руках учебник, как будто бы это ребенок.

— «Не прошло еще и двух часов с тех пор, как с нас сняли замеры. Это будет наша последняя остановка», — ответил Нико. Он опустил взгляд в свой маленький блокнот.

— «Нам нужно купить рюкзаки и калькуляторы.»

Мы втроем небрежно прогуливались по тротуару. Улицы были старыми и изогнутыми, с мощеными булыжниками, которые шатались и смещались от веса проходящих пешеходов. Унылые здания возвышались над нами, сливаясь с мрачным серым небом. Недавний ливень покрыл зловонные места свежим земляным запахом, в то время как лужи накапливались в ямах и трещинах заброшенных улиц.

Аркастид отнюдь не был приятным или привлекательным городом. И все же все вокруг меня было, по крайней мере в этот момент, терпимо. От бездомных, прячущихся за мусорными баками в переулках, до хмурых солдат, угрожающих арестовать любого случайно столкнувшегося с ними прохожего, это обычное зрелище для этого места, которое я так ненавидел, почему-то казалось очаровательным.

Нико вздохнул, выведя меня из оцепенения. – «Наша форма может быть такой же, как у всех, но если мы пойдем туда с изношенными рюкзаками, то будет очевидно, что мы сироты. Я бы не хотел, чтобы мы стали изгоями для других учащихся.»

— «Хорошо», — сдалась я, следуя за Нико, пока он переходил улицу.

Солнце уже село, когда мы закупили все необходимое для начала нашей новой студенческой жизни. По мере того как мы приближались к окраинам Аркастида, количество патрулирующих солдат и уличных фонарей стремительно уменьшалось, заставляя нас быть начеку. Мы с Нико знали местность достаточно хорошо, чтобы избежать потенциальных воров или похитителей, но присутствие Сесилии осложняло возвращение в приют.

— «Тебе не терпится пойти в школу, Сесилия?» — тихо спросил Нико, надеясь убрать неловкое молчание.

Она задумчиво нахмурила брови, но в итоге кивнула с улыбкой, которая в последнее время стала появляться все чаще. “Я нервничаю и мне страшно, но да.”

Я уже собирался вступить в разговор, как вдруг, мое внимание привлек слабый шорох. Притворившись, будто роюсь в пластиковом пакете со школьными принадлежностями, я оглянулся и увидел тень, промелькнувшую за переулком.

— «Верно, Грей?» Нико толкнул меня в плечо.

— «А?» Я повернул голову обратно.

— «Шшш, не бросай нас», — предупредил Нико. «Я знаю, что мы шлялись через этот район сотни раз, но не стоит забываться в мечтах».

Почесав затылок, я криво усмехнулся. «Моя вина.»

«А я как раз говорил Сесилии, что мы будем рядом на случай, если с ней что-нибудь случится», — вздохнул Нико.

Сесилия, шедшая по другую сторону от Нико, хихикнула, когда я услышал еще один слабый шум.

Дрожь пробежала по моей спине. Я чувствовал, как сильно бьется мое сердце, словно хочет выпрыгнуть из груди. Неожиданно, я услышал дыхание, и осознал, что оно принадлежит мне. Неглубокое, прерывистое дыхание, которое я столько раз слышал в фильмах, когда главный герой был напуган.

Мне было страшно. Я не знал почему, но мое тело говорило мне бежать как можно дальше отсюда.

Краем глаза я заметил, как что-то быстро мелькнуло на фоне мерцающего уличного фонаря, и мир вокруг меня снова замедлился.

Я отскочил в сторону, бросая Нико и Сесилию на землю.

— «Беги!» – Закричал я, услышав щелчок другого снаряда, заряженного из тени.

Хотя Нико и был сбит с толку, он сумел взять себя в руки. Бросив сумки, он потащил нашу ошарашенную подругу в ближайший переулок.

Как будто бы управляемый кем-то другим я инстинктивно наклонился и взял учебник Сесилии. Я вовремя поднес толстую книгу с твердом переплетом к груди, потому что следом почувствовал силу ударившего снаряда, который откинул меня назад.

Я бросил вниз быстрый взгляд и увидел в учебнике что-то похожее на шприц. Прозрачная жидкость сочилась из иглы и капала на землю.

Это была не пуля. Я знал это наверняка.

Воспоминание о моей поездки в зоопарк с директором Вилбеком сразу всплыло в моей памяти. Это была одна из тех иголок, которыми стреляют в животных, чтобы усыпить их.

Выдернув иглу из учебника, я последовал за Нико и Сесилией в узкий переулок.

— «За ними! Мне все равно, что будет с мальчишками, просто доставьте девочку живой», — рявкнул грубый голос позади меня.

— «Продолжай бежать!» Мой голос отражался эхом от потертых каменных стен, когда я бежал, ныряя под ржавые пожарные лестницы и перепрыгивая через мусорные баки.

Я быстро смог нагнать моих друзей, а это означало, что и преследователям позади нас тоже не потребуется много времени, чтобы добраться до нас.

Нико был в порядке, но по его рукам и ногам текла кровь от царапин, полученных во время бега. Я опрокидывал мусорные баки и коробки, швыряя в преследователей все что попадется под руку, отчаянно пытаясь замедлить их бег.

— «Они … собираются … догнать», — задыхаясь прохрипел Нико.

«Почему они преследуют нас?» Сесилия тяжело дышала, изо всех сил стараясь не споткнуться обо что-нибудь.

Я покачал головой, притворяясь, что не слышал крик мужчины позади. — Нико, перчатка еще при тебе?”

—Я должен … погоди, ты же не думаешь всерьез … —”

“Ты можешь придумать что-нибудь другое? Я оборвал его, с хорошо различимым нетерпением в голосе.

По сигналу Нико, мы свернули налево в узкий переулок. Шаги наших преследователей становились все громче по мере того, как они приближались к нам.

Нико неохотно порылся в карманах куртки. Найдя перчатку, он протянул руку, чтобы отдать ее мне, но Сесилия выхватила ее у него из рук.

— Сесилия?- Воскликнул Нико.

-Я … я сделаю это, — пробормотала Сесилия, надевая пушистую черную перчатку.

Ошеломленный внезапной смелостью девушки, я чуть не споткнулся о кучу выброшенной кем-то одежды. “Это слишком опасно. И ты все еще не можешь контролировать свою ки!”

— Мы с Нико оба слышали, что кричал тот мужчина, — фыркнула Сесилия. — Им не разрешается убивать меня, верно?”

Я взглянул на Нико, ища помощи, но он тоже не смог придумать, что сказать в ответ.

Ругаясь себе под нос, я крепче сжал шприц в руке.

“Ладно. Нико, у тебя есть план?”

Глаза моего друга сузились, также, как и всегда, когда он думал. “Там направо, — тихо приказал он.

Я оглянулся через плечо и увидел двух преследователей, одетых в черное, они были менее чем в двадцати футах от нас.

Мы резко свернули в широкий переулок за старым рестораном. Я думал, что мы продолжим бежать, но Нико потянул меня за рукав.

— Сесилия, упади, как будто ты обо что-то споткнулась. Грей, со мной, — прошептал Нико, таща меня за груду мусорных баков.

Мое сердце стучало, как бешенное, и настолько громко, что я боялся, что наши преследователи могут услышать.

Через пару секунд двое мужчин в черном остановились за углом.

Тот, что справа, заговорил в запястье: — Сэр, девушка у нас на прицеле.”

— Девочка споткнулась, и, похоже, что мальчики ее бросили. Разрешите продолжить? — спросил преследователь слева.

В отличие от тех жуликов, которые пытались ограбить нас с Нико несколько месяцев назад, эти двое были профессионалами. Они шагнули вперед.

Сесилия наша робкая и тихая подруга к нашему удивлению осторожно разревелась.

— Ребята! Не оставляй меня! Она завыла и поползла прочь. — Пожалуйста!”

Человек справа усмехнулся и покачал головой. Он шагнул вперед и наступил Сесилии на ногу.

Я заскрежетала зубами, когда Сесилия вскрикнула, я взглянул на Нико, он выглядел еще более сердитым, чем я. Его глаза были такими свирепыми, что даже я испугался.

В то время как человек, просивший разрешения на дальнейшие действия, оставался в нескольких футах от нее, преследователь справа потянулся и схватил Сесилию за шиворот.

Он поднял коммуникационное устройство на запястье и произнес. — Она у нас.”

Сесилия воспользовалась этой возможностью, развернулась и положила руку в перчатке на лицо преследователя.

Из горла Сесилии вырвался пронзительный крик. Как и всегда, когда она выходила из-под контроля, взрыв ки вырвался из нее. Тем не менее, часть ее необузданного » ки » стекла вниз по руке. Из черной перчатки вырвался электрический разряд, осветив грязный переулок.

Преследователь, который схватил Сесилию, даже не успел закричать, его тело просто содрогнулось.

Между ног жертвы образовалась лужа, когда Сесилия вырвалась из его захвата.

Нико сжал мою руку, и мы начали действовать. Нико нырнул к ногам невредимого преследователя, а я — к его грудине.

Я думал, что вспышка света дезориентирует его настолько, что мы резко закончим бой, но он пришел в себя достаточно быстро, чтобы отреагировать на нашу атаку.

Увернувшись от Нико, он отшвырнул моего друга в сторону и опустил правую руку.

Я отступил от его удара и снова приблизился, чтобы ударить его по горлу, думая, что застану его врасплох.

Уверенный в том, что смогу нанести удар, я шагнул вперед, но он наклонил голову и с пугающей скоростью вытянул левую руку к моей шее.

Я задохнулся, когда его холодная рука обхватила меня за горло и оторвала от Земли.

“У тебя есть потенциал, малыш, — усмехнулся он, притягивая меня к себе. – Жаль, что ты умрешь здесь.”

Он был на расстоянии вытянутой руки от меня, и я впервые смог разглядеть лицо мужчины. Нос и рот были прикрыты маской, но это не имело значения. С его левым глазом карего цвета, покрытого шрамами, и правым зеленым, я смогу узнать его за милю.

Мой взгляд помутнел, и я почувствовал, как силы покидают меня, но, несмотря на ситуацию, я ухмыльнулся двухцветному мужчине.

Молясь тому всевышнему существу, которое смогло бы мне помочь, я вонзил острие шприца в шею мужчины.

— Что … — выдохнул он, отпустив меня и упав на землю.

Не теряя времени, я поспешно разбудил потерявшего сознание Нико и помог Сесилии подняться на ноги.

-Мы сделали это, — прошептала Сесилия, опираясь на меня. Ее ноги дрожали, но не от холода, а от страха, а на щеках выступили слезы.

— Хорошая работа, вы двое молодцы, — слабо пробормотал Нико, положив другую руку Сесилии себе на плечо.

“Да, мы сделали это. Я кивнул. — А теперь пошли. Нам нужно убираться отсюда, пока не пришли еще.

— Лучше убейте нас, сопляки.”

Я оглянулась через плечо и увидела мужчину с карими и зелеными глазами, корчащегося на земле.

“Тебе некуда идти, — пробормотал он, его язык заплетался от воздействия прозрачной жидкости. “Я об этом позаботился.”

— Пойдем, Грей, — позвал Нико, крепче обняв Сесилию, чтобы она не упала.

Никто из нас не разговаривал, пока мы шли в приют. Даже на улицах было тихо, если не считать сирен, завывающих вдалеке. Как будто мы не хотели смириться с тем, что с нами случилось, —с тем, что нас чуть не убили без причины. Я старался смотреть вперед, и вместе с этим я думал о том, что скоро мы будем учиться в школе в новом городе. Придется покупать новые вещи, но это ничего. Все будет хорошо, когда мы доберемся до приюта и тогда директор Уилбек вытащит нас из Аркастида.

Пройдя несколько кварталов, Сесилия смогла идти самостоятельно, она намного быстрее отошла, раньше она часами лежала без сознания после очередного приступа ки.

— Спасибо за помощь, — пробормотала Сесилия, нарушая молчание и робко возвращая Нико то, что осталось от черной перчатки. Шоковая перчатка, которую сделал мой друг, превратилась в комок шерсти из-за перегрузки ки Сесилии. — Извини за перчатку.”

“Не беспокойся об этом. Нико засунул остатки перчатки в потрепанный пиджак и с ухмылкой посмотрел на меня. — По крайней мере, благодаря тебе я смог увидеть, на что он способен. От Грея не было никакой пользы.”

Я тот, кто спас вас сегодня, ребята, — злорадствовал я, показывая язык Нико.

Неожиданно Нико ответил серьезно: — Ты прав. Я ничем не помог в той драке.”

-П-Эй, я просто пошутил, — пробормотал я, чувствуя укол вины.

— Нико, только благодаря твоей перчатке мы смогли от них убежать, — утешила Сесилия.

— Угу!- Быстро согласился я, шагая впереди. «И я уверен, что вы можете научиться делать намного больше качественных инструментов и оружия после школы!”

При этих словах угрюмое лицо Нико просветлело. Вынув остатки ударной перчатки, он крепко сжал ее с новообретенным пылом в глазах. — Сначала нам нужно пополнить запасы. Директор Уилбек взорвется, когда узнает об этом!”

Сесилия хихикнула. “Она даже может заставить нас вернуться завтра утром, чтобы найти это!”

Я позволил им насладиться моментом позади меня, и они оба разразились смехом. Летние ночи обычно были теплыми, но сейчас все было по-другому. Воздух был сухим, с запахом дыма, который становился все сильнее и сильнее…почему?

Я свернул из-за угла на улицу, где находился наш приют, и нашел ответ.

Нико и Сесилия приблизились ко мне, но их шаги, казалось, отдалились, и стали эхом, а их голоса приглушил стук крови в моих ушах.

Внезапно в моей голове зазвучали слова человека с карими и зелеными глазами: «у тебя нет дома, куда ты можешь пойти.”

Я остановился как вкопанный, когда мой взгляд упал на приют, который сгорел дотла. Полицейские, пожарные и машины скорой помощи стояли перед нашим домом.

И тут я увидел ее.

Несут на носилках. Фельдшер только что накрыл ее лицо брезентом, но я разглядел ее. Я увидел директора Уилбека.

Я побежал, оставив позади Нико и Сесилию. Я увернулся от полицейских, охранявших периметр, и оттолкнул санитаров.

Люди вокруг кричали, но я не слышал, о чем они говорили. Все, что я слышал, — это стук крови в ушах.

Я сорвал брезент с головы директора Уилбека.

Кровь—слишком много крови. Ее глаза были закрыты.

Почему они закрыты?

Я встряхнул ее. Ей нужно было проснуться.

Нико, Сесилия и я были атакованы плохими людьми, но мы сбежали. Теперь все должно было быть хорошо.

Я тряс ее слишком сильно. Ее рука безвольно упала с края носилок. Но ее глаза все еще были закрыты.

Слова этого человека снова прозвучали в моей голове, и ударили как раскаленный железный прут. “Тебе некуда идти.”

АРТУР ЛЕЙВИН

— Артур!”

Мои глаза распахнулись, а слезы продолжали катиться по лицу.

Все было еще расплывчато, но я мог сказать, что нахожусь в своей комнате внутри замка. Мое дыхание все еще было прерывистым, когда моя левая рука ухватилась за что-то мягкое и теплое.

— Артур, — снова позвал меня знакомый успокаивающий голос.

Я повернул голову, смаргивая слезы, все еще стоявшие в моих глазах.

Рядом со мной, держа меня за руку, стояла Тессия. Ее глаза были красными, и в них тоже стояли слезы.

“Тессия?- Мой голос прозвучал сухо и хрипло. “Почему ты плачешь?”

“Болван. Она подавила смех и улыбнулась, когда слезы покатились по ее щекам. “Я могу задать тебе тот же вопрос.”





Глава 162. Перерыв




Я не сводил глаз с Тесс. Она улыбалась—даже смеялась—от облегчения и смущения, вытирая слезы.

Это была моя первая встреча с другом детства после церемонии, на которой мне дали титул копья, но с тех пор, как мы разговаривали в последний раз, прошло еще больше времени.

С тех пор эльфийская принцесса изменилась. Над правым ухом у нее был едва различимый шрам, который остался бы незамеченным, если бы она не завязала волосы. Следы от сражений были видны на всей ее руке, а ее левое предплечье было обмотано свежей повязкой.

“Ты ранена, — заметил я, осторожно проводя пальцами по линии крови, просачивающейся сквозь повязку.

Заметив мое угрюмое выражение, она нежно схватила обеими руками мою руку, точно также покрытую шрамами.

— О, пожалуйста не беспокойся, у меня больше травм от попыток что-нибудь приготовить на кухне, чем от настоящей драки.”

Я усмехнулся при этой мысли, и не вырвался из ее объятий. Несмотря на мозоли на ладонях и пальцах, ее рука, по сравнению с моей, была мягкой и теплой.

Тессия продолжала выражать свое беспокойство, покачивая головой.

— Ты хоть представляешь, как я испугался, когда услышала новости от капитана?”

— Ваш капитан? Значит, тебя повысили до главы? — Спросил я, глядя на ошеломленное лицо принцессы.

— Ты невероятен. Твои мысли сразу же идут о том, получила ли я повышение до главы? Ты чуть не умер, Артур!”

“Я просто рад, что у тебя все хорошо, — ответил я с улыбкой на лице.

Тесс вздохнула и положила голову мне на руку. “У меня нет сил даже спорить с тобой.”

Я усмехнулся и сжал руку Тесс. Время, казалось, замедлилось, хоть и на на короткое мгновение, пока мы оба оставались наедине.

“Ты пошел на такие меры, чтобы все были в безопасности, что я даже не подумала, насколько опасна эта война для тебя. Тесс подняла голову и посмотрела на меня своими блестящими бирюзовыми глазами. — Видеть тебя в таком состоянии в постели, истерзанным от ран, было ледяным напоминанием, о том, что ты всего лишь человек, а не какой-то несокрушимый маг и воин.

Я фыркнул.

“Вот как я выгляжу для тебя большую часть времени? Какая-то несокрушимая фигура?”

— С эмоциональной зрелостью ребенка, — закончила она с широкой улыбкой.

“Разве так разговаривают с генералом?- Выругался я, пытаясь сохранить серьезное лицо, пока она старалась сделать то же самое.

— Прошу прощения, генерал Артур, — ответила она со смехом.

Внезапно дверь в мою комнату распахнулась. В комнату ввалился Вирион Эралит, командующий всей армией Дикатенов, и вместе с ним его сын — Алдуин Эралит, за ним его жена, моя младшая сестра Элеонора, Сильвия и пара охранников. За ними шел восьмифутовый медведь, принадлежавший Элеоноре, небрежно жующий кусок мяса и не проявляющий никакого интереса к происходящему.

В комнате снова воцарилась тишина. Родители Тессии и моя сестра притворились, что не знают о ситуации, отказываясь смотреть нам в глаза.

Стражники неуклюже зашаркали прочь, а Вирион неловко кашлянул, расправляя мантию.

Командир Дикадена откашлялся и обвел взглядом комнату, стараясь держаться с достоинством.

— Дедушка?- Ошеломленно воскликнула Тесс.

— Вижу, ты не очень-то стараешься обставить эту комнату, Артур, — заметил он, все еще не в силах взглянуть нам в глаза.

— Вы, ребята, подслушивали? Лицо Тесс побагровело, когда она обвиняюще подняла палец на свою семью.

Вирион отрицательно покачал головой.

“Конечно нет, дорогая. Мы просто услышали разговоры о благополучии Артура, высоко ценимого генерала, который трагически погиб.—”

Командир не смог закончить свое оправдание, увернувшись от книги, которую Тесс схватила с тумбочки и запустила в него.

Я усмехнулся, садясь на кровати, и мой взгляд остановился на сестре, неловко держащейся за моего.

— Твоя сестра терпеливо ожидала, когда ты проснешься, — сообщила Сильвия.

Прошло не так много времени с тех пор, как я в последний раз видел свою сестру, но только сейчас я заметил, какой большой она стала. Я больше не мог назвать ее своей маленькой младшей сестричкой.

— Иди сюда, Элли, — мягко сказал я.

Нижняя губа моей младшей сестры задрожала, по лицу потекли слезы. Отпустив поводок, она бросилась меня обнимать, почти выдавив из меня дух.

“Я так волновалась! — сердито сказала она, ее голос сорвался, и он зарыдала. “А что было бы, если бы ты умер?!”

— Я в порядке, Эл, — успокаивал я ее, пока она уткнулась лицом в мою грудь. Я протянул руку, чтобы погладить сестру по каштановым волосам, когда заметила, что раны, которые я получила от ведьмоподобного слуги, все еще были там. Мое лицо потемнело при виде уродливого красного шрама, который простирался по всей левой руке до запястья, как будто кожа была сожжена. Рана сильно уменьшилась и выглядела так, словно ей было несколько лет, все благодаря способностям Сильви, но теперь рука стала болезненно розовой.

Бу, медведь Элли, подозрительно посмотрел на меня, грызя кость мяса, но позволил мне продолжать обнимать его хозяина.

Сильвия небрежно запрыгнула на мою кровать и свернулась калачиком рядом со мной. Она ничего не сказала, но волна облегчения захлестнула меня.

После того как первоначальный шум от случившегося немного улегся, Алдуин и Мериал были вынуждены уехать из-за проблем с одним из эльфийских городов на севере. Моя сестра еще какое-то время хлюпала носом и икала, пока ее эмоции от горя и вины не перешли в гнев.

Вытирая слезы, Элли посмотрела на мою покрытую шрамами руку.

— Как ты мог позволить себе так пострадать?”

— Шрамы исчезают, — сказал я со слабой улыбкой, надеясь успокоить от ее беспокойство.

Внешность никогда не имела для меня большого значения, но все же было немного обидно видеть, насколько плохие последствия оставили мои раны. Набравшись храбрости, я осторожно выбрался из постели, прежде убедившись, что ноги меня слушаются.

Стоять на собственных ногах без использования маны было даром, которое я всегда принимал как должное. Я медленно, но уверенно подошел к зеркалу, и все в комнате смотрели на меня с опаской.

Сделав глубокий вдох, я посмотрел на свое отражение и сразу же увидел, какие потери понесло мое тело при сражение. Даже не снимая халата, мой взгляд сразу же устремился на мою шею. Те же красные шрамы, что покрывали мою руку и запястье, были выжжены поперек горла.

Развязав пояс на талии, я выскользнул из халата, так что на мне осталось только нижнее белье.

Ух, я в очень плохом состоянии.

— Могло быть и хуже, — пропела Сильви, ее обычная резкость исчезла.

Шрамы разной длины покрывали все мое загорелое тело, как расколы и трещины на древней статуе, разрушаемой временем и силами природы. Еще больше красных шрамов покрывали плечо и часть спины. Шрамы, спускавшиеся по моей талии и до колен, были особенно ужасны — как будто кто-то разорвал мои ноги на куски и грубо сшил их вместе.

— Считай даром Божьим, что ты вообще смог прийти в себя, — раздался ясный голос, отрывая меня от моих мыслей.

Бросив взгляд в сторону, я увидел трехглазую асуру, Алдира, входящего в мою комнату.

— Мастер, — поприветствовала Тесс, приподнимаясь со своего места. Щеки моей подруги детства вспыхнули, когда она неловко отодвинулась от меня.

Сообразив, что ее, вероятно, смущает отсутствие одежды, я снова накинул халат, прежде чем поздоровался с асурой. «Алдир.”

— Артур Лейвин.” он кивнул, и поднял голову в сторону Сильви. — Леди Сильвия.”

“Что вы сказали только что? Что вы имели в виду?- Спросил я, садясь рядом с Вирионом на кожаный диван.

Он сел напротив нас с Тесс, и указал пальцем на кольцо на пальце его левой руки.

-Ты помнишь, эликсир жемчуга, который Виндсом дал вам несколько лет назад? Вы никогда его не использовали?”

После поисков внутри моего кольца измерения, я не смог найти жемчужину с золотыми крапинками, которую я сохранил в надежду, что кольцо поможет пробиться вутрь белой стадии ядра.

“Что с ним случилось?”

“Оно это то, что дало твоему телу силы прийти в то состояние, в котором ты сейчас находишься, — вздохнул Асура, расправляя свою темно-лиловую мантию.

— Даже с командой лессеров, специализирующихся на искусствах с использованием медицинской маны, а также с Леди Сильвией, использующей эфирное искусство—хотя и не совсем опытной—потребовалось полное воздействие мощного эликсира, чтобы исцелить тебя.”

“Я предполагаю, что вы или Виндсом не можете дать мне еще один эликсир, верно?- С надеждой спросил я.

Трехглазый Асура покачал головой.

— С тех пор как началась война, мы не можем рисковать тем, что договор будет нарушен.”

— Черт, — выругался я, откидываясь на спинку дивана.

— Извини, что достаю тебя, пока ты лежишь, но я подумал, что ты все еще хочешь вот это, — вмешался Вирион, доставая Балладу Рассвета из своего кольца измерения. — Я взглянул на него, когда услышал о его форме, пока ты спал, но решил, что мне не стоит прикасаться к нему, потому что, его повреждения могут стать еще хуже.”

Мое сердце упало на самое дно, когда мне вручили когда-то ошеломляющий меч. Полупрозрачный бирюзовый клинок Баллады Зари потускнел, а его кончик был расплавлен разъедающими способностями слуги, нарушив хрупкий баланс меча.

Убрав его в ножны, которые я носил в кольце, я лениво уставился на свою правую ладонь. Рен вложил драгоценный камень, который он усовершенствовал, и назвал акклоритом, камень должен был каким-то образом превратиться в особое оружие.

«Сейчас самое время для нового оружия», — подумал я.

— Артур, — послышался голос Сильви. ‘

Я рассказала Алдиру о некоторых моментах происшествия, но думаю, будет лучше, если ты расскажешь все подробно ему и Вириону.’

Ты права.

Медленно поднявшись со своего места, я подошел к сестренке, которая все это время молчала.

“Элли. Ты можешь подождать меня снаружи, пока я кое о чем поговорю?”

Подняв скептически бровь, она ответила: “Только если ты обещаешь не покидать меня без крайней меры.”

Почесав щеку, я криво усмехнулась.

— Обещаю.

-Хорошо.

Она встала со своего места и направилась к двери, но прежде чем выйти она оглянулась через плечо и с гордым выражением сказала

-Я хотела показать тебе, над чем работаю.

«О? Я приподнял бровь, думая, что она имеет в виду заклинание, которое она практиковала. — Не могу дождаться!”

После того, как сестра закрыла за собой дверь, в моей комнате остались только нынешний командир Дикафена, Асура, медведь и Тессия.

— Позвольте мне рассказать вам, что произошло после битвы со слугой, — начал я.

“Погоди. Давай созовем официальную встречу с остальными членами Совета, — прервал меня Вирион, вставая с кресла.

“Нет. Я хочу, чтобы это услышали только вы. Что вы решите делать с этой информацией, зависит от вас.”

Тесс робко подняла руку.

— Мне уйти?”

— Все в порядке. Я покачал головой.

— Но прежде чем начать, я хочу знать одну вещь.”

“И что же это?- Ответил алдир, заметив, что мой взгляд направлен на него.

“Кто управляет Мисой Землерожденной, и Альфредом Предупрежденным, двумя гномьими копьями-ты или Радеас?”

Единственный открытый пурпурный глаз Азуры задумчиво прищурился, продолжая смотреть на меня.

-Я все еще контролирую два копья. Почему ты спрашиваешь?

Мне потребовалось больше времени, чем я ожидал, чтобы рассказать им о событиях, последовавших за битвой со слугой.

Как и ожидалось, Вирион и Тессия были ошеломлены очевидным предательством гномов. Выражение лица Алдира оставалось непоколебимым; если он и был удивлен, то прекрасно это скрывал.

Однако, несмотря на первоначальное удивление, Вирион быстро пришел в себя. “Если гномы действительно в союзе с алакрийской армией, тогда будет гораздо труднее предотвратить сражения в гражданских городах. Вы смогли определить, была ли это просто отдельная фракция гномов или это было более масштабно?”

“Я не могу сказать с уверенностью, не получив некоторых ответов от Радеаса, — сказал я сквозь стиснутые зубы, сожалея об обстоятельствах, связанных с бывший опекуном Элайджи.

— Известие о появлении косы вызывает тревогу, — добавил Алдир. “Если она намеревается нанести урон своему слуге и целой дивизии войск, то это не то, с чем может справиться одно или два копья даже при поддержке армии.”

“Именно поэтому мне нужно знать, кому верны два гномьих копья, — ответил я. «Приближается огромная битва, и я не хочу никаких непредвиденных обстоятельств.”





Глава 163. От Копья до Брата




Оставив Сильвию отдыхать в своей комнате, я рискнул пройтись по ярко освещенным коридорам замка. Глядя вниз на мои ноги, пока я делал осторожные шаги, я заметил, яркие орнаменты на толстых коврах, находившихся в верхних жилых помещениях, и это был первый раз, когда я обратил на это внимание. Забавно, но я всегда был в такой спешке и всегда был куда-то устремлен, что даже не смотрел вниз, чтобы насладиться украшениями вокруг меня.

Мне не потребовалось много времени, чтобы найти Элли. Она сидела у большого окна, глядя на море из облаков, и лениво расчесывала пальцами густую шерсть своего медведя. Бу открыл один глаз, почувствовав чье-то присутствие, но, убедившись, что это я, снова задремал.

“Могу я присоединиться к вам? — Спросил я.

“Тебе не нужно спрашивать” — слабо улыбнулась она, оглядываясь на меня, прежде чем снова посмотреть на голубое небо.

Я сел рядом с ней, любуясь мерцанием и блеском облаков над головой. Вдалеке виднелась вершина горы, но, кроме этого, не было ничего вокруг, только бесконечное пространство белого и синего.

“Ты скучаешь по ним? Элли заговорила мягким голосом: — По маме и папе.”

— Не так часто, как следовало бы, — признался я. —Я беспокоюсь за них-я знаю, что они в безопасности, но столько всего произошло.”

На мгновение воцарилось молчание, сестра просто продолжала гладить шерсть животного.

-Знаешь, многие взрослые и дети подходят ко мне и говорят, как мне повезло, что у меня есть такой брат, как ты. Те, кто не завидует мне, завидуют тебе—что ты копье, что ты так талантлив в магии и сражениях, и что у тебя есть признание всех лидеров этого континента. Знаешь, некоторые даже говорят, что ты можешь стать одним из следующих лидеров, когда вырастешь.

Моя сестра усмехнулась.

— И это забавно. Я никогда не говорила тебе этого, но было время, когда я ненавидела тебя. Мне казалось, что это из-за тебя моя жизнь стала такой. Я винила тебя в том, что мама и папа тоже хотели помочь на войне, и я винила тебя в том, что у меня не было нормальной жизни в школе с классами и кучей друзей.”

Сестра отвернулась от меня и повернулась к БУ, но я увидел, как дрожит ее рука, поглаживающая медведя, и как дрожат ее плечи.

-Элли…

— Но самое смешное, что я больше не виню тебя. Как я могу винить тебя, если твоя жизнь была хуже моей? Большинство моих воспоминаний о тебе были о том, как ты входил и выходил из дома, полный травм, с невероятными историями о том, как ты столкнулся с тем или иным монстром. Это было действительно весело и удивительно слышать тогда—я думала, что ты такой крутой и сильный—но я чувствую, что сейчас я все поняла. Та жизнь это то от чего ты должен был отказаться, чтобы стать тем, кто ты есть сегодня.…”

Сестра поспешно вытерла глаза рукавом и повернулась ко мне с красными глазами и широкой натянутой улыбкой.

Я потянулся к ней, но она схватила мою руку и пожала ее, прежде чем я успел дотронуться до нее.

— Фухх! Теперь, когда я сняла этот груз с моих плеч, давай пошли! Я хочу тебе кое-что показать.

***

-Что все это? — спросил я, когда мы вышли на открытую террасу замка.

Мой взгляд скользнул по десяткам деревянных досок, свисающих с ветвей деревьев. Одни стрелы торчали из досок, другие были на земле и в стволах деревьев вокруг них.

-Это то над чем я работаю! — гордо провозгласила моя сестра, когда ее медведь свернулся калачиком на земле рядом с ней, издав отчужденный зевок.

После нашего разговора у окна Элли была необычайно оживленной.

Стараясь не слишком зацикливаться на непоследовательном поведении сестры, я наблюдал, как она подняла странного вида короткий лук, прислоненный к колонне, и случайную стрелу, воткнутую в землю.

Подняв лук так, чтобы стрела оказалась на уровне глаз, она задержала дрожащее дыхание и на мгновение прицелилась, и затем отпустила тетиву.

Тонкая стрела просвистела в воздухе, слегка изогнувшись вокруг доски и попав в другую деревянную мишень позади нее.

Искренне впечатленный, я зааплодировал сестре, но она подняла руку и покачала головой.

-А теперь смотри.

Снова подняв лук, она пробормотала короткое заклинание. Кончик ее указательного пальца, который держал лук, начал испускать мягкое свечение, а когда моя сестра медленно оттянула тетиву назад, мана приняла форму тонкой светящейся стрелы и легла в ладонь Элли, где только что была настоящая стрела.

Я молчал—наполовину от сосредоточенности, наполовину от удивления, —пока Элли целилась стрелой из маны в ближайшую мишень, а затем выстрелила. Стрела, быстро приближаясь к цели, издавала не резкий свист, а тихое жужжание, но прежде чем она успела достичь доски, стрела рассеялась.

Вздохнув, моя сестра опустила плечи.

— Клянусь, я смогла добраться до цели пару дней назад.

“Это было потрясающе! — Воскликнул я.

“Но я потерпела неудачу, — разочарованно ответила она.

— Тебе только двенадцать, Элли! Большинство детей твоего возраста едва могут наколдовать шар маны, не говоря уже о том, чтобы выстрелить так далеко, — сказал я, мой голос все еще был полон восхищения.

Сестра с минуту молчала, рассеянно глядя на свой лук.

“Разве ты не рада, что твой дорогой брат впечатлен после всего этого представления?” голос поддакивал из-за спины.

Я оглянулся через плечо и увидел довольно странную пару, выходящую на террасу: Эмили Уотскен и Хелен Шард.

— Удивлены, Генерал?

Хелен ухмыльнулась, заметив мое замешательство.

Для Эмили было разумно находиться в замке и не выходить из него пока она обучалась, так как она была ученицей Гидеона, не думал увидеть ее с лидером Близнецов

Солдаты сделали на мгновение наклон головы.

Лук в руке Элли и ее неожиданная ловкость в стрельбе из лука. Я смог сложить два и два, и понял что к чему.

— Не стану отрицать, — ответил я с улыбкой.

— Ты выглядишь так, будто через многое прошел.”

Эмили заметила мои раны.

-Как и любой другой солдат, — пожал я плечами.

После того, как мы с Элли поздоровались с двумя старыми друзьями, мы пошли поговорить за круглым столом во внутреннем дворике. Мы обсуждали, как моя сестра управлялась с манипуляцией маной, несмотря на пробуждение в раннем возрасте.

“У тебя трудные времена?-

Спросил я сестру.

— Почему ты мне не сказала? Я мог бы помочь.”

— Ты теперь генерал, и даже раньше ты всегда был занят. Я не хотела тебя беспокоить. Кроме того, мама и папа помогали мне перед отъездом.”

Сестра старалась говорить бодро, но от ее угрюмого тона и нашего разговора у меня заныло в груди.

“Однажды я зашла проведать ее после экскурсии по подземелью, и она попросила меня о помощи, — вмешалась Хелен, пытаясь поднять настроение.

“Я не фокусник, поэтому не могу ей помочь, поэтому я попросил мастера Гидеона провести несколько тестов. Он научил Эмили тому, что называл «рутинной работой», и тогда мы узнали о ее маленьком подарке.”

Элинор смущенно рассмеялась и потерла голову. “Я бы не назвала это подарком.”

— Какой подарок?- Спросил я, мое любопытство росло.

— Думаю, тебе будет легче показать это своему нетерпеливому брату, Элли, — усмехнулась Хелен.

— Хорошо, — согласилась она.

Подняв руку, она сосредоточилась на центре ладони, когда появился слабый шар маны. Пока не было никаких атрибутов, чистый шар маны начал медленно менять форму, пока его некогда сферическая форма не превратилась в семиконечную звезду.

— Видите ли, после того, как я оценила Элеонору, — Эмили подчеркнула свое участие, наклонившись вперед, — я поняла, что у нее настоящий талант придавать Мане детальную форму. Обычно, можете ли вы превратить огненный шар в огненный куб, на самом деле не имеет значения, но если вы можете вызвать точную форму древка вместе с конкретным наконечником стрелы, тогда у вас может быть бесконечный Арсенал стрел, которые враги не смогут предсказать.”

“Ну, решение проблемы со стрелой было моей идеей, — добавила предводитель Рогов-Близнецов.

— Ладно, хватит препираться, — перебил я.

Моя сестра хихикнула. “Они оба очень помогли! Хелен была очень строгой, но хорошим учителем стрельбы из лука, а Эмили сделала мне этот лук в качестве учебного инструмента.”

“Это я к тебе снисходительна, — ухмыльнулась Хелен. Она повернулась ко мне.

Я бывала в замке и за его пределами, так что она училась самостоятельно, но ее прогресс на самом деле довольно пугающий. Как будто это талант члена семьи Лейвинов.

Откашлявшись, чтобы привлечь наше внимание, веснушчатая мастерица поправила очки и объяснила механизм тетивы, который она сделала специально для моей сестры.

— Лук все еще находится в стадии испытания, и он требует определенной тонкости, но, как сказала Хелен, твоя сестра схватывает все пугающе быстро.”

— Но мне еще предстоит долгий путь, чтобы все получилось,- сказала Элли.

Присмотревшись, я заметил мозоли и свежие волдыри на ее пальцах и ладонях—доказательство ее усилий.

— Спасибо вам обоим за то, что помогли моей сестре. Я повернулся к сестренке и взъерошил ей волосы.

— И мне жаль, что меня не было рядом с тобой.

-Как я уже сказала, я тебя не виню. Ты просто делаешь то, что должен.

Она пожала плечами.

— Кроме того, Хелен сказала мне, что мама и папа далеко от сражений, так что я не слишком беспокоюсь о них, и я просто рада, когда ты возвращаешься целым и невредимым.”

Мое сердце снова сжалось от чувства вины, и я понял, почему она сказала, что обвиняет меня в участии наших родителей в войне. Вот почему они ушли—они не хотели просто сидеть в безопасности и ждать, молясь, чтобы они не услышали новости о моей смерти.

— Прости, что заставляю тебя волноваться, — тихо сказал я, не в силах ничего сделать, кроме как извиниться.

Взгляд Элли был прикован к шрамам на моем горле, но она ничего не сказала, и в каком-то смысле это причинило мне еще большую боль.

Моя младшая сестра действительно выросла гораздо быстрее, чем мне хотелось бы. Детская невинность и эгоизм, которые у нее когда-то были, бесследно исчезли.

— Что ты делаешь в замке так поздно, Хелен?” моя сестра сменила тему.

— Ах, вот как! Главы и все кто стоят выше были вызваны в замок на большой праздник сегодня вечером, — ответила она.

— Истинная причина этого события должна была остаться в тайне, но она уже просочилась—очевидно, что слуга потерпел поражение!”

— Неужели? Глаза Эмили загорелись. “Ты думаешь, это было копье?”

— Ничего не подтверждено, но это очень вероятно! Все, что я знаю, это то, что сам командир Вирион взял небольшую команду, чтобы забрать труп.” ответила Хелен.

— Значит, дела идут на лад! Моя сестра оживилась.

— Я рада.

Переводя взгляд с Хелен на Эмили, затем на мою сестру и обратно, я на секунду подумал, что они дразнят меня, но после нескольких минут, я понял, что они серьезно просто сплетничают. Неужели они действительно не знают, кто убил слугу?

Однако, вспоминая все, что произошло недавно, я понимаю, что прибыл в замок через несколько дней после того, как тело слуги было найдено. Меня ждала бригада медиков, но теперь я сомневался, что им вообще сообщили причину моих травм.

— Погоди, так сегодня будет праздник?- Спросилл я, возвращая разговор в первоначальное русло.

“Да, разве ты не поэтому вернулся в замок?- ответила Хелен, приподняв бровь.

Вместо меня ответила сестра:

— Моему брату пришлось вернуться, потому что он был ранен.

— Что? Как? Куда? Ты в порядке?- Эмили залепетала без остановки.

— Я просто был неосторожен. Ничего страшного.

Меня так и подмывало сказать им правду, особенно сестре, но я решил, что у вириона есть причина держать все это в секрете.

Это было очень серьезно!

Сестра ущипнула меня за бок.

— Ты был без сознания больше суток, и у тебя даже остались эти шрамы.

Поморщившись от того, что она еще сильнее скрутила мою кожу, я еще раз извинилась перед сестрой, заверив ее, что больше не повторю ту же «ошибку».

Тема разговора изменилась, но до конца нашей небольшой встречи Хелен смотрела на меня с подозрением.

Вернувшись в свою комнату, я был встречен фамильяром.

‘Как провел время с сестрой? ’

— Элли уже очень взрослая, — вздохнул я.

— Ты говоришь так, будто это плохо, — ответила Сильвия.

«Мудрость и зрелость, проистекают из тяжелых обстоятельств, — и это болезненная вещь для старшего брата. Но я смог хотя бы понять ее и узнать немного больше о том, что происходит в ее жизни. Ты знала, что она учится стрельбе из лука у Хелен? Она и Эмили даже придумали эту новую практику сочетания колдовства с стрельбой из лука для Элли!”

Сильви выдохнула из ноздри, и только через секунду я понял, что она смеется.

— Я давно не видела тебя таким возбужденным.

— Это неправда, — возразил я.

— О? Сильви подняла голову и посмотрела на меня с кровати.

— Скажи это своим ухмыляющимся губам.’

-Шшш

-Несмотря на слова моей сестры, мне было приятно проводить с ней время.

-Как ты себя чувствуешь?

— Вялая, сонная и слабая, — ответила она, снова сворачиваясь в клубок.

— Это все равно что снова стать детенышем.

— Ну, сегодня вечером должно произойти важное торжество. Ты готова к этому?- спросил я.

— Я пас, — ответила она вялым голосом.

— Только оставь мне немного еды.

Усевшись на диван, я усмехнулся.

— Я попрошу горничных принести.

— Убедись, что это мясо.

-Идете спать.

***

Под тихое жужжание Сильви, делавшее холодную и тихую комнату немного уютнее, я потратил некоторое время, чтобы привести в порядок свои мысли.

Сунув руку в кольцо измерений, я вытащил Балладу Рассвета и осторожно положил ее на чайный столик перед собой.

Я не мог не позволить себе сорваться еще одному вздоху с моих губ, когда я взглянул на ужасное состояние моего оружия. Этот меч со мной почти пять лет. Не было необходимости полировать, точить или даже чистить клинок, и будучи в таком состоянии он смог выдержать почти все, Баллада Рассвета была действительно ценным предметом в моем снаряжении.

Изучая меч, я оценил, что даже поврежденный, он был лучше любого другого меча, с которым я сталкивался.

Я понятия не имел, когда появится оружие, которое имплантировала мне причудливая Азура Рен, и появится ли вообще. Так что было бы опрометчиво полагаться на него во время предстоящей битвы.

Затем мои мысли вернулись к недавнему путешествию в Дарв. Мне нужно было удостовериться, является ли Радеас лидером этого восстания, и если да, то что я должен делать. По словам Алдуина и Мериала, даже если приемный родитель Элджии не контролировал два копья гномов, он все равно пользовался поддержкой большинства гномов. Наряду с тем, что общим глубоким недовольством гномов семьей Глайдеров и людьми, его убийство означало бы массовое восстание гномов.

Я не мог сказать, сколько прошло времени, но, судя по тому, как потемнело в комнате, до торжества оставалось совсем немного времени.

— Артур? Ты ведь там, да? Я вхожу!

С громким стуком дверь в мою комнату распахнулась, и в нее ввалилась толпа горничных и охранников.

Вирион сзади.

У меня не было времени подготовиться или хотя бы отреагировать, когда стражники отодвинули мебель, чтобы освободить место в центре, в то время как орда из служанок начала раздевать меня.

Но больше всего меня беспокоило то, что я привык к подобным ситуациям. Могу я назвать это «эффектом вириона»?

Подошел Вирион, уже элегантно одетый в черную мантию с серебряной отделкой, которая подчеркивала его серебряные волосы, аккуратно завязанные сзади.

— Теперь ты, наверное, удивлен.

—Нет, — перебил я. “Что ты задумал на этот раз, старик?”

Несколько служанок ахнули от моего грубого ответа, но Вирион только махнул им, чтобы они продолжали.

— Я вижу, что, ворвавлся в твою комнату и заставил горничных раздеть тебя догола, когда ты не в лучшем настроении. Без обид. Я взял на себя смелость устроить это событие как своего рода ловушку—безвредную—для нашего дорогого Радеаса, и ты, мой будущий внук, будешь играть главную роль.





Глава 164. Старое Лицо




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ТЕССИЯ ЭРАЛИЗ

Фигура, стоявшая передо мной, была одета в роскошно украшенное платье мерцающего черного цвета. Шелковистая ткань доходила чуть выше основания шеи, с тонкими оборками, добавляющими девичьи нотки. Рукава закрывали руку по всей длине с такими же изящными кружевами на концах, а низ платья одной стороной опускался чуть ниже бедра, а другой доходил до колен.

Пряди волос цвета бронзы ниспадали на одну сторону идеально уложенными прядями, резко контрастировавшими с темным цветом ее одежды.

После того, как я носила доспехи и была покрыта грязью в течение последних месяцев, я не могла поверить, что девушка, стоящая перед зеркалом, была мной.

— Ты прекрасно выглядишь.

Моя мать переводила взгляд с меня на мое отражение с теплой улыбкой на лице. Однако, глядя на нее, сидящую в кресле рядом со мной, я не могла не потерять уверенность даже в своем новом платье.

Я знала, что она намного моложе моего отца, и моя мать все еще должна быть в расцвете лет. И ее блестящие серебристые волосы все еще были пышными, голубые глаза все еще сияли, а кожа все еще оставалась молодой и гибкой. Они с отцом уже закончили подготовку к торжеству, и, в отличие от моего темного платья, мама была одета в красивое пышное розовое платье, которое мягко обтягивало, подчеркивая ее тонкую талию и широкие бедра, сохраняя при этом сдержанную элегантность.

Я изучала себя, поворачиваясь налево и направо, чтобы видеть каждый угол, в то время как группа горничных кивала со сдержанным удовлетворением.

Я в этом не уверена.

-Платье немного унылое, не так ли? Может, мне надеть что-нибудь поярче?”

-Мне кажется, в черном ты выглядишь взрослой, — ответила она.

-Что вы, девочки, думаете?”

-Я согласна, — быстро ответила старшая горничная.

— Это было сделано известным ткачом шелка в Кальберке, который сшил его специально для вас, леди Тессия. Шнуровка и кружева добавляют очень милый штрих, в то время как общая форма и цвет платья дают очень—извините мой язык—чувственный образ.”

— Чувственный? Я задумалась, снова поворачиваясь направо и налево.

— Лейлак, дизайнер, считает, что сама одежда не должна быть красивой. Скорее, одежда должна подчеркивать и добавлять красоту владельца», — добавила молодая горничная.

— Я думаю, это платье отлично с этим справляется. Если бы я не знала тебя лучше, то подумала бы, что твои волосы и глаза светятся в отличие от платья.

-О, пожалуйста. Вы, девочки, говорили мне то же самое, когда я впервые надела доспехи! Я не могу доверять никому из вас, — возразила я, не в силах скрыть улыбку, расползающуюся по моему надутому лицу. Волна смеха наполнила комнату, когда горничные поспешно закончили последние штрихи.

Выйдя из комнаты, я увидел Стэннарда, Дарвуса и Карлу, болтающих друг с другом.

— Ваше Величество, — все трое застыли при виде моей матери, прежде чем поприветствовать ее в унисон.

“Мистер Бервик, Мистер Кларелл и Мисс Реде, — ответила мама с мягкой улыбкой, прежде чем повернуться ко мне. — Тессия, увидимся наверху. У меня есть дела с твоим отцом и другими членами Совета.”

Поскольку мероприятие проходило на самом верхнем этаже замка, мою мать проводили к лестнице, а мы остались в коридоре с парой охранников.

Трое моих друзей и членов команды молча ждали, пока мама и ее горничные уйдут, прежде чем повернуться ко мне с нахальной ухмылкой.

— Хорошо выглядишь, принцесса.

Дарвус, одетый в элегантный черный костюм, подтолкнул меня локтем, когда мы шли к лестнице. Его обычно непослушная грива была зализана назад маслом, в то время как костюм задавал привлекательный вид его плечам.

— Ты ведешь себя отвратительно, Дарвус, — вздохнула Карла, поворачиваясь ко мне.

— Но он не лжет. Ты выглядишь великолепно.

Было очевидно, что моя маленькая подруга приложила много усилий для этого случая, и это полностью окупилось. В дополнение к ее милой внешности и кучерявым коротко подстриженным волосам на ней было трепещущее зеленое платье, доходившее до середины бедер, длина, которая была бы неодобрительна со стороны старшего поколения, если бы она не носила колготки под ним.

— Спасибо, но я не представляла, как мне будет неудобно в этом наряде.

-По крайней мере, ты хорошо выглядишь в своем наряде, — пожаловался Стэннард сзади. “В этом наряде я выгляжу как декоративная птица.

Остальные засмеялись, когда Стэндард взмахнул своей ярко-синей мантией, словно крыльями. Вместо облегающего костюма, как у Дарвуса, Стэннард предпочел более роскошный халат фокусника, который выглядел скорее декоративным, чем функциональным.

— В любом случае, — я повернулась к Карле, которая шла рядом со мной.

“Ты и сама выглядишь очаровательно. Ты пытаешься подцепить одного из благородных мальчиков на мероприятии?”

Лицо Карлы тут же покраснело, но она постаралась выглядеть спокойной.

-П-Пожалуйста! Большинство молодых дворян, вероятно, являются их семейными наследниками, что означает одно: они очень претенциозны! Серьезно скрываясь, чтобы защитить свою родословную, потягивая вино.”

“Мой старший брат-один из тех наследников, о которых ты говоришь, — ответил Дарвус. “А ты, оказывается, совершенно точно о нем знаешь.”

— Тогда, может быть, поможешь Стэннарду найти милую леди, с которой он сможет жить после войны, — добавила я.

— Да, пожалуйста, — горячо кивнул он. “Мне бы очень этого хотелось.”

— Эй! Почему бы тебе не помочь мне? — Пожаловался Дарвус.

— Тише! Карла потянулась и шлепнула подругу детства по руке. “Почему принцесса Элинора должна знакомить людей с таким грубым комком мышц?”

— Прошу прощения? Дарвус схватился за сердце, словно его ударили ножом. “После того, как я так любезно пригласил вас двоих… это и есть благодарность?”

— Тессия пригласила бы нас, даже если бы ты этого не сделал, — возразил Стэннард.

— Все равно! Я просто собираюсь использовать возможность послушать большое объявление и поесть хорошей еды”, — сказала Карла.

“Мне также интересно, что будет объявлено, — сказал я.

“Твой дедушка даже не сказал тебе? Должно быть, это что-то очень важное, — сказал Дарвус, подняв брови.

К тому времени, как мы добрались до лестницы, движение остановилось из-за огромного количества людей, пытающихся подняться, но среди наших бессмысленных шуток и разговоров о недавних миссиях время двигалось довольно быстро.

В отличие от некоторых прошлых торжеств, проводимых Советом, это было открыто и для дворян за пределами замка, поэтому большая винтовая лестница была забита дворянами, непривычными к тесноте, громко выражающими свои жалобы. Некоторые использовали эту возможность, чтобы небрежно похвастаться перед своими сверстниками обширными земельными угодьями и богатствами, которыми обладали их семьи, в надежде произвести впечатление на потенциальных поклонников поблизости. Хотя я чувствовала, что некоторые взгляды направлены в мою сторону, несколько дворян имели наглость, попытаться приблизиться ко мне. Тех, кто это делал, легко отпугивали мои охранники.

Было очевидно, как неловко Карле и Стэннарду находиться в окружении такого количества знати. В то время как Карла видела подобное с тех пор, как ее семья служила семье Дарвуса на протяжении многих поколений, Стэннард происходил из более скромной семьи.

— Я уже устал, — пробормотал Стэннард, когда толпа начала подталкивать его.

— Если ты думаешь, что здесь плохо, представь, как тесно на нижних этажах, ближе к воротам телепортации, — утешил Дарвус.

Карла согласилась. — Да, я слышала, что многие дворяне приезжают из-за пределов замка, так как это первый раз с начала войны, что замок открыт не только для жителей.”

Медленно продвигаясь к верхнему этажу, я не могла не оглядываться время от времени, надеясь увидеть Артура. Возможно, он все еще отдыхал или прийдет позже, но мои глаза, казалось, подсознательно искали голову с длинными каштановыми волосами.

Как будто читая мои мысли, Карла спросила: “кстати, а где твой красивый любовник?”

“Он не мой любовник!- Сказала я слишком громко, поворачивая головы вокруг нас. — И он недавно получил травму, так что я думаю, он отдыхает… вероятно.”

— Мистер Копье пострадал?- Насмешливо выдохнул Дарвус. — Думаю, он не так силен, как о нем говорят.”

“И все же ты получил по заднице, — невинно подхватил Стэннард.

— Заткнись!- возразил мой друг, прежде чем оглянуться на Карлу.

-И он не настолько красив. С его длинными волосами, держу пари, люди принимают его за девушку.

“Ой, кто-то ревнует? Карла усмехнулась. “Я слышала, что после того, как Артур появился в подземелье, в него влюбились несколько девушек.”

— Похоже, нашей принцессе теперь придется отбиваться от соперниц поверх Алакрийцев и мутантов маны, — усмехнулся Стэннард.

— Ребята, вы же знаете, что я могу понизить вас всех в должности? — пригрозила я.

Через полчаса, медленно поднимаясь по лестнице, мы, наконец, достигли верхнего этажа замка. Подняв глаза, я вместе со всеми, кто только что спустился с лестницы, ахнула от изумления. Как и терраса на жилом этаже, верхняя часть замка была окружена прозрачным куполообразным барьером, так что все место, казалось, происходило на открытом воздухе.

Солнце только начинало садиться, так что весь замок был окружен бесконечным пространством безмятежного пурпурного и горящего оранжевого. Шары света плавали над нами внутри куполообразного барьера, отбрасывая мягкое сияние. С сотнями дворян, от эльфов до людей и гномов, тщательно одетых, и оркестром, играющим на разнообразных флейтах и струнных инструментах, чтобы заполнить паузы в разговорах, поднимаясь на верхний этаж, я чувствовала себя так, будто перенеслась в завораживающую сказочную страну.

Дарвус одобрительно присвистнул, а Стэннард в изумлении переводил взгляд с одного места на другое.

— Как красиво, — вздохнула Карла.

— Фу, я заметил свою семью, — простонал Дарвус. — Карла, перестань. Давайте поприветствуем их и покончим с этим.”

Когда он неохотно оттащил Карлу, я заметила Эмили, одетую в ярко-желтое платье, на котором, казалось, были какие-то пятна, она наливала себе напиток возле пустой сцены. Подмастерье ремесленника, казалось, ничуть не смутили презрительные взгляды знати, когда она небрежно допила свой напиток одним глотком.

— Эмили! — Крикнул Стэннард, прежде чем я успела окликнуть ее.

— Ах! Маленький Стэннард! Принцесса! — Приветствовала Эмили, размахивая пустым стаканом.

Я засмеялась при виде ее, которая, не обращала ни малейшего внимания на внешний вид, неуклюже бежала, придерживая платье.

Эмили тяжело дышала, когда подошла к нам.

— Наконец-то, люди, которых я знаю!”

“Не ожидала увидеть тебя здесь, — сказала я, обняв подругу.

“Как вы думаете, кто ответственен за установку всех этих осветительных приборов? она закатила глаза.

“Ты все это сделала?- Воскликнул Стэннард.

“Ну, уж точно не мой беззаботный и ленивый хозяин, — кисло пробормотала она.

“Так вот откуда у тебя эти пятна? Я хихикнула.

Эмили посмотрела вниз и ахнула. — О нет! Я их даже не заметила! Должно быть, когда я заполняла сосуду жидкостью, проводящие ману.”

— Привет, Эмили. Разве это не твой хозяин? Стэннард указал на столики, за которыми мастер Гидеон попеременно то откусывал куриную ножку, то потягивал вино из бокала.

— Проклятый старый болван, — пробормотала Эмили, прежде чем последовать за ним.

— Мастер Гидеон!

Старый ремесленник поперхнулся куриной ножкой, которую он ел, услышав громкий крик Эмили, и мы вдвоем последовали за ней, опустив головы в смущении.

“Старая летучая мышь! После того, как вы отложили всю работу, сказав, что вам «нездоровится», вы появляетесь здесь, чтобы пить и есть?- Фыркнула Эмили, выхватывая лапку, которую Гидеон пытался откусить еще раз.

— Тебе обязательно повышать голос, дорогая ученица? Я стою прямо перед тобой, — проворчал Гидеон, делая глоток из своего бокала, прежде чем признать наше существование. — Принцесса Тессия, Стэннард … рад видеть вас обоих живыми. Это всегда хорошо.”

“Давно не виделись. Я поздоровалась в ответ, а Стэннард почтительно поклонился.

Эмили подавленно вздохнула, возвращая хозяину еду. — Обычно тебя не интересуют такие события. Что привело тебя сюда, кроме бесплатной еды и выпивки?”

— Твой дед дал мне довольно интересное задание,—он посмотрел на меня, — так что я просто убиваю время. К тому же, я вижу единственного человека, который, осмелюсь сказать, умнее меня на всем континенте.”

— Есть кто-то умнее вас, мастер Гидеон?- спросил искренне удивленный Стэннард.

Тем временем Эмили наклонилась к нему, ее глаза светились любопытством.

-Что это за задание?

— Любовник принцессы, Артур, — удивленно вздохнул Гидеон. — Парень, я бы все отдал, чтобы вытащить все секреты из его головы.”

“Ч. Т. О. З. А. З.А. Д. А. Н. И. Е?. Эмили ущипнула хозяина за руку.

— Э. Т. О. С. Е. К. Р. Е. Т.- передразнил ее Гидеон, и оттолкнув, прежде чем потереть руку.

Эксцентричный старый ремесленник последовал за дворецким, державшим тарелку с закусками, в то время как Эмили преследовала своего хозяина, пытаясь получить больше информации.

Так ты все же будешь здесь… Слабая улыбка сорвалась с моих губ.

“Как это возможно?- Пробормотал Стэннард. — Артур не может быть умнее мастера Гидеона.”

“Если бы я не знала Артура с тех пор, как мы оба были детьми, я бы, вероятно, тоже не поверила Гидеону, — утешила я.

Когда я последовала за Эмили и ее наставником, мой взгляд упал на собравшуюся толпу на верхней площадке лестницы, откуда мы пришли.

Я узнала голову, торчащую из толпы. С его черными волосами, все еще разделенными посередине, и острыми глазами, смягченными толстыми стеклами очков, это был, несомненно, управляющий Гильдией Ксируса.

“Тессия?-крикнул мой светловолосый друг, выводя меня из оцепенения.

— Д-Да? Что это?”

“Я просто спросил, не хочешь ли ты поискать Дарвуса и Карлу. Его бледно-голубые глаза метались между мной и тем местом, куда я смотрела.

“Иди вперед, — сказал я, уже направляясь к небольшой толпе. — Встретимся позже.

Расталкивая собравшихся, я направилась к знакомому мужчине, когда мои глаза заметили девушку моего возраста, которую он и несколько охранников защищали от толпы.

— Клэр!- выпалила я.

Бывший руководитель дисциплинарного комитета, чье состояние и местонахождение скрывала семья Блейдхарт, стоял в центре, где собралась знать.

— Принцесса Тессия, — приветствовал ее Каспиан Блейдхарт, дядя Клэр.

— Давно не виделись, — ответила я.

— Дядя, здесь немного душно. Позволь мне подышать свежим воздухом с принцессой Тессией” — сказала Клэр.

Брови менеджера гильдии нахмурились от беспокойства. “Но…”

“Все будет хорошо. Она мягко улыбнулась дяде и потащила меня через толпу.

Я молчала, пока мы шли к краю крыши замка, где небольшая лестница вела на террасу, выходящую на небо.

Прислонившись к перилам, мы молчали. Мешанина звуков вокруг большого события была заглушена свистом ветра о барьер, окружающий нас.

— Ты выглядишь великолепно, — наконец сказала я.

Я не лгала. Клэр была старшеклассницей, к которой я, как и многие другие ученики, относился с уважением в школе — всегда умная и никогда не боялась трудностей. Увидев ее сегодня, одетую в платье цвета слоновой кости, с тонкой шалью на плечах, я почувствовала, как мягкий и спокойный воздух сменил ее обычно живую и энергичную ауру. Но дело было не только в этом. Я не могла точно определить, что именно, но что-то в ней изменилось.

“Я ценю это.” Она издала мягкий смешок, и слегка улыбнулась. “И я думаю, ты уже достаточно наслышана о том, как прекрасно ты сегодня выглядишь.”

— В основном друзья и родственники, — усмехнулась я в ответ. — Их слова более важны, чем что-либо другое.”

Клэр весело улыбнулась в ответ, но между нами снова воцарилась тишина, когда я проглотила вопросы, которые хотела задать вместе со многими собравшимися вокруг дворянами.

“Я слышала, ты возглавляешь команду на поле, — сказала она.

“Да. Хотя это было совсем недавно.”

— Я завидую, — продолжала она. — Ты, должно быть, стала намного сильнее.”

— О Нет, мне еще многому нужно научиться, — ответила я. “Я все еще не полностью контролирую волю своего зверя, а мое дальнобойное колдовство -это беспорядок, так как я была сосредоточена на том, чтобы стать лучше в управлении моим мечом.”

— Понятно, — кивнула она.

“Не думаю, что когда-либо говорила тебе об этом, но техника клинкового сердца сыграла большую роль в формировании моего мастерства, — продолжила я. “Говоря об этом…”

Заметив мое замешательство, она покачала головой.

-Я все еще время от времени упражняюсь с мечом, но уже не так часто, как раньше.”

— Твои раны еще не зажили …

Она покачала головой.

–Мои телесные повреждения, от Ксирис почти исцелены.”

— Это здорово!” я сказала слишком громко. — Значит, вы собираетесь принять участие в войне?”

— Нет, — решительно ответила она.

“О. Ответ Клэр меня удивил. У нее всегда было сильное чувство справедливости, и именно поэтому ее выбрали главой дисциплинарного комитета.

— Твоя семья не одобрила то, что произошло в школе?”

-Дело не в этом. Она посмотрела на звезды, окружающие нас над головой.

— Я не понимаю, — настаивала я. — Всего несколько минут назад мне казалось, что ты хочешь принять участие в войне. И если ваша семья не против, и твои раны почти зажили—”

— …Мои физические раны затягиваются, но… — перебила она, снова глядя на меня.

Она начала снимать бретельки платья, Застав меня врасплох. Она повернулась ко мне спиной, а потом опустила платье, обнажив большой шрам на пояснице.

Хотя у нее были и другие шрамы от прошлых ран, ни один из них не шел ни в какое сравнение с большим уродством рядом с позвоночником. Приподняв платье, она повернулась ко мне с каменным лицом.

— Но единственное, что не смогли починить целители и медики, — это мое ядро маны.”

Моя рука поднялась ко рту, когда я резко выдохнула. Теперь я поняла, что изменилось в бывшем руководителе дисциплинарного комитета. Вещь, на которую я не могла указать пальцем.

-Т-Тогда…

Она кивнула, ее лицо было скрыто выражением, которое говорило мне, что она приняла это давным-давно.

-Я больше не могу использовать магию.





Глава 165. Центр внимания




Несмотря на то, что большую часть своей жизни я училась вести себя правильно—что и как говорить в различных ситуациях—я все еще не могла найти подходящих слов, чтобы ответить Клэр.

Я знала, что любые извинения или утешения кажутся жалкими или бесчувственными; в конце концов, как я могла сказать ей «все будет хорошо» после того, как она сказала, что у нее больше ничего не будет в той части ее жизни, которую она никогда не сможет вернуть?

К моему удивлению, Клэр тихо рассмеялась.

— Извини—просто у тебя такое выражение лица. Если бы я не знала тебя лучше, то подумала бы, что ты проглотила жука или что-то в этом роде, — объяснила она, заметив мое замешательство.

-Не волнуйся. Я почти смирилась с этим.

— Но все же… — пробормотала я.

— Все в порядке, — покачала головой Клэр. — Я уже говорила об этом дяде, и планирую помогать, чем смогу, в Институте Блейдхарт, которым управляет моя семья. Я решила, что обучение новых солдат может быть моим способом помочь в этой войне.”

Я не смогла ответить. Это она чуть не умерла и теперь не могла практиковать магию, но именно она пыталась поднять настроение, пока я стояла здесь в унынии.

— Клэр!- внезапно сзади раздался ясный голос.

Мы оба подняли глаза и увидели на верхней ступеньке старшего сына семьи Глэйдеров и его сестру. Глаза принца Кертиса были прикованы к Клэр, его острые брови нахмурились от беспокойства и разочарования. Принцесса Кэйтлин, закутанная в мерцающее белое платье, хотя и была известна своей бесстрастностью, имела красные глаза, и тонкие бледные руки, сжатые в кулаки.

Прежде чем Клэр успела сказать хоть слово, они оба бросились вниз и обняли своего бывшего лидера.

— Я тоже рада видеть вас обоих, — выдохнула Клэр, пытаясь дышать.

Принц Кертис отпустил Клэр, на его лице все еще была смесь беспокойства и гнева.

— Знаешь, как мы все волновались? Ты здесь, а значит, ты в порядке?”

“Что случилось? — Добавила Кэйт.

Я села и стала смотреть, как они узнают тоже, что и я. Клэр рассказала Кертису и Кэйтлин ту же историю, что и мне. Увидев, как потемнели их лица, я подумала, что, должна быть, очень похожа на них сейчас.

Как и я, Кертис замер, не в состоянии сформировать ответ после того, как Клэр показала свою неспособность манипулировать маной. Однако, к моему удивлению, заговорила Кэти:

“Ты очень сильная, — ответила она.

Она подняла слезящиеся глаза и встретилась взглядом со своим бывшим лидером.

-Я думаю, что способность преодолеть такое огромное препятствие и двигаться вперед с улыбкой говорит о тебе гораздо больше, чем цвет ядра маны.”

Ошеломленная ее мощными словами, я перевела взгляд и увидела, что Клэр напряглась от ответа принцессы.

По ее щекам покатились слезы.

— Что?

Удивленная своим состоянием, Клэр поспешно вытерла их ладонями, но слезы не прекращались.

-Это стыдно. Не могу поверить. Теперь я плачу.

Моя грудь пульсировала, наблюдая, как она плачет, когда Принцесса Катильн снова обняла ее. Кертис повернулся ко мне и наклонил голову, но в остальном они оба молчали.

Всхлипывания Клэр вскоре перешли в смешки, когда она засмеялась над своим собственным состоянием. “Посмотри на меня. Я была едва ли презентабельна раньше, а теперь я еще и слезливая, и сопливая!”

“Для кого ты пытаешься выглядеть презентабельно?- Поддразнила я, вызвав смех у всех троих. Лед растаял, и я подошла к ним.

— Принцесса Тессия, — вежливо кивнул Кертис. — Прошу прощения, что не поздоровался с вами сразу.”

— Принцесса Тессия, — эхом отозвалась Катильн, склонив голову.

“Не проблема. Я улыбнулась в ответ. Нам должно быть немного более комфортно друг с другом, учитывая, что мы были когда-то одноклассниками. Кертис?”

— Ты права, — усмехнулся Кертис. — Да, прошло много времени, Тессия.”

— Рада снова тебя видеть, — сказала Катильн с такой слабой улыбкой, что я почти приняла ее за подергивание.

В конце концов мы втроем уселись за столик во внутреннем дворике. Я не была особенно близка с ними, но у нас четверых был общий друг, который помог нам быстро сблизиться: Артур.

Им троим было что сказать о моем друге детства, и вскоре мы уже смеялись над историями, в которых он участвовал.

— Он всегда кажется таким собранным и зрелым, — усмехнулась Клэр. “А потом я замечаю, что он делает странные вещи, например, дерется за мясо на своей тарелке со своим фамильяром в кафетерии.”

-Расскажи мне об этом. Я знаю его больше десяти лет и до сих пор не могу понять, о чем он думает, — вздохнула я.

— Каким был Артур, когда был младше?- Спросила Кэти.

Мне пришлось на мгновение задуматься, прежде чем ответить. — Я помню, что он был гораздо холоднее. Он держался от всех на расстоянии. Даже в те моменты, когда мы смеялись и дразнили друг друга, с его стороны всегда была какая-то сдержанность. Конечно, тогда я понятия не имела, но сейчас, оглядываясь назад, вижу, что Артур прошел долгий путь как человек.”

“Были моменты, когда я по-настоящему завидовал ему, — признался Кертис, смущенно почесывая щеку.

“Конечно, большинство парней позавидовали бы ему, когда дело доходит до магии и драк, но ему не хватает других аспектов, — ответила я.

“И что же это за аспекты? Клэр хитро улыбнулась. — Может быть, это знание женского сердца?”

“Я не имела в виду ничего конкретного! Я отвернулась, надеясь, что вечернее небо скроет мои пылающие щеки.

Клэр повернула голову к принцессе.

— Твоя самая страшная соперница в любви даже не может признаться в своих чувствах, Кэти.

— Что? Соперница в любви? — Воскликнул Кертис, поворачиваясь к сестре. – К кому? Артуру?”

Бледное лицо принцессы стало таким ярко-красным, что я испугалась, как бы она не потеряла сознание.

— Н-Нет. Я имею в виду, это не имеет значения. Думаю, Артур больше подходит принцессе Тессии.”

“Так не пойдет! Клэр продолжала поддразнивать. “Ты не можешь сдаться без боя.”

Кертис подскочил, читая сестре лекцию о том, что она слишком молода для свиданий, в то время как Кэти отрицала все обвинения, сделанные Клэр, бросая быстрые взгляды на меня.

Я улыбнулась в ответ, но также посмотрела на принцессу, сидящую напротив меня. Большие темные глаза с длинными густыми ресницами на таком маленьком лице, что его можно было прикрыть одной рукой. Молочный цвет лица и такое маленькое, нежное тело, что даже я хотела защитить. Помимо того, что она была чрезвычайно одаренным, но уже бывшим магом, у нее не было никаких недостатков.

Интересно, Артур предпочитает милый, сдержанный тип?

“Тессия?”

Я очнулась от оцепенения при звуке голоса Кертиса.

-Ах, извините. Я думала о другом.

— Все в порядке. Мне просто было любопытно, где Артур. Я нигде его не видел.”

-Я видела его сегодня утром, — ответила я. “Он все еще восстанавливался, поэтому я не думала, что он доберется до мероприятия, но, оказывается, он будет здесь.”

— Артур пострадал? — Выпалила Кэти, удивив брата и Клэр.

Я кивнула. “Теперь он в порядке. Предположительно, это была ошибка с его стороны, но я чувствую, что они не говорят мне всего.”

— Артур не из тех, кто совершает ошибки во время драки, — заметил Кертис. “Интересно, что случилось.”

Клэр глубоко вздохнула. — Знаешь… я действительно смирилась со своей травмой, но если я о чем-то и сожалею, так это о том, что не могу сражаться на стороне Артура во время войны.

— Мне тоже интересно, каким он будет. Если он похож на того, каким был во время инцидента на Ксире, я знаю, что это того стоит, — сказал Кертис.

От воспоминаний о том, как мы с солдатами нашли Артура на вершине горы трупов, у меня по спине пробежал холодок. Это была часть Артура, которую я не прочь больше никогда не видеть.

Мы продолжали разговаривать, пока по резкому повышению уровня шума не стало ясно, что что-то происходит.

“Думаю, нам пора возвращаться в главный зал, — предложила Клэр, вставая. Остальные начали подниматься за ней по ступенькам, когда она вдруг остановилась.

“Что случилось?- Крикнула я, когда она стояла неподвижно на верхней ступеньке лестницы, но к тому времени, как мы подошли к ней, моя тревога была удовлетворена.

Элегантный набор доспехов, состоящий только из наплечника и поножей из мифрила, в которые был облачен Копье Ноль, Варей Аура. Традиции с нумерацией, уходят корнями в те времена, когда получатели этих легендарных артефактов действовали в тени, заставляли называть их только псевдонимами.

После того, как посвящения были объявлены в качестве Копий, эти «кодовые имена» редко использовались, но я всегда думала, что они были крутыми.

“Мастер Катильн немедленно поклонилась.

— Генерал Варей, — приветствовала его.

“Добрый вечер. она кивнула, переводя взгляд с Кэти на брата и обратно на меня. “Я здесь, чтобы сопровождать вас троих во время мероприятия. Конечно, Мисс Блейдхарт может присоединиться.”

“Клэр. Ты в порядке?- Спросила я, легонько встряхивая ее.

Сделав шаг назад, она повернулась ко мне с кривой улыбкой.

-Д—Да, просто, поскольку я больше не могу использовать ману, аура генерала Варея—даже подавленная-парализовала меня на секунду. Теперь я в порядке, — поспешно добавила она, увидев озабоченное выражение на наших лицах.

Мы продолжали идти, но мои мысли вернулись к Клэр и ко всем тем вещам, на которые она теперь была неспособна, которые мы все принимали как должное.

— Даже в таком месте, как это, они выделяются, — пробормотал голос в нескольких футах от меня, отрывая меня от моих мыслей.

“Вы действительно должны поставить их на совершенно другой уровень, — прошептал другой голос, на этот раз ближе. “А я-то думал, что девушки в Кальберке хорошенькие.”

“Тебе нравятся эти чопорные и приличные дамы?- ответил его друг. — Я слышал, что девушки в Блэкбенде «охотнее», если вы понимаете, о чем я.”

Его друг спрятал усмешку за кулаком в перчатке, но тут же окаменел, когда понял, что я смотрю на него. Я подавила желание упрекнуть их; возможно, я сделала бы это в таком тоне, что все могли бы услышать остальные, но это не было чем-то необычными или достойным того, чтобы вызвать сцену.

Кроме того, моего взгляда было достаточно, чтобы заставить его замолчать.

Излишне говорить, что, идя рядом с генералом Вареем, Кертисом, Катильн и таинственным ребенком семейства Блейдхарт, которого до сих пор никто не видел после инцидента с Ксирусом, они поворачивали головы направо и налево. Оглядевшись, я увидела, что мужчины из знатных семей подталкивают локтями своих компаньонов, стараясь быть осторожными так же, как девушки старались быть осторожными, когда они глазели на Кертиса.

Я должна была признать, что, хотя он и Дарвус носили очень похожие стили одежды, они не могли выглядеть одинаково. В то время как Дарвус—с зачесанными назад волосами и украшенным слишком большим количеством золота одеянием—больше походил на разодетого головореза, чем на дворянина, никто здесь не сомневался, что Кертис был королевской крови.

Проходя по залу, заполненному уставившимися на меня дворянами, я была рада, что генерал Варей шла рядом с нами. Даже самые смелые дворяне не осмеливались приблизиться к нам с Копьем.

Клэр наклонилась ко мне. — Как вы, ребята, привыкли к такому вниманию? Это просто раздражает.”

Я улыбнулась и прошептала в ответ. — Только не споткнись о собственные ноги.”

“Хорошо. Она посмотрела вниз. — Теперь я еще и должна следить за походкой.”

Подойдя к краю сцены, я увидела своих родителей вместе с остальными членами Совета, сидящими у стены, когда весь зал внезапно погрузился в темноту.

Раздались вздохи удивления и бормотание замешательства. Хотя я не могла улучшить свое зрение, как это могли сделать усилители, ассимиляция со стражем Элдервуда значительно улучшила мои чувства до такой степени, что я могла даже видеть, что члены Совета обменивались озадаченными взглядами друг на друга.

Шум в зале постепенно стих, поскольку большинство уже начало думать, что это часть происходящего, пока не стало слышно только мягкое шуршание одежды.

Шаги эхом отдавались на деревянной сцене, создавая еще большую напряженность среди гостей, пока освещающий артефакт, плавающий над сценой, не осветил столб света на сцене, чтобы показать моего деда.

“Спасибо всем за ожидание! его резкий голос звучал властно, вызывая аплодисменты знати, но я только застонала от смущения.

Все, казалось, любили театральность, но я находила их безвкусными. Мой дед, человек, имевший в Дикатене во время войны высшую власть, определенно одевался для этой роли. С богатым бордовым халатом, украшенным золотой отделкой и блестящими черными драгоценностями. Даже его волосы, казалось, переливались жемчугом, при свете лампы, когда он стоял прямо, заложив руки за спину.

Когда аплодисменты стихли, дедушка заговорил:

“Во-первых, позвольте мне извиниться перед всеми здесь. Я знаю, что мало говорилось о цели этого мероприятия. Это было сделано намеренно—не для безопасности, нет, это было сделано ради того, чтобы удивить всех и каждого здесь сегодня.”

Дворяне в замешательстве переглянулись, проверяя, правильно ли они расслышали.

— Да, вы все правильно расслышали, — усмехнулся он. «Некоторые положительные новости в виде — сюрприза-это то, что нам всем нужно в эти времена принуждения.”

Ропот согласия донесся от окружающих нас.

— Итак… поскольку я заставил вас ждать достаточно, позвольте представить вам наш первый шаг к победе в этой войне! Мы пришли сегодня, чтобы воздать должное тому, кто несет ответственность за уничтожение центральной власти вражеской стороны—вассалу! Мой дед отступил в сторону, когда снизу донесся жужжащий звук. Сцена раскололась пополам, когда была поднята ужасная фигура, одетая в гробницу изо льда.

Придворные, стоявшие ближе всех к сцене, в страхе отступили на несколько шагов, некоторые даже спотыкались.

Глядя на Вритру, я впала в оцепенение и почувствовал, как кто-то тянет меня за руку. Оглянувшись, я увидела, что Клэр едва держится на ногах, ее лицо смертельно побледнело. — Клэр?”

Я поспешно схватила подругу за талию, удерживая ее в вертикальном положении.

“Ты хочешь вернуться назад?”

“Нет. Она покачала головой. “Я должна увидеть это все.”

Мне было больно видеть кого-то, кого я когда-то считала беспомощным, но я оставила ее в покое и повернулся к сцене. Для существа, способного излучать такую ядовитую ауру даже после смерти, я могла только представить, насколько она должна быть сильной.

Когда я впервые увидел, что Вритра был заключен в лед, до такой степени, что я почувствовал холод отсюда, мой взгляд бессознательно обратился к генералу Вараю, но она выглядела такой же ошеломленной, как и все остальные в комнате.

И ее взгляд не был прикован к обезображенному чудовищу.

Я оглянулась на сцену и увидела еще одного человека, идущего сзади, скрытого в тени за колонной света, освещающей заключенного во льду слугу.

И хотя после стольких лет я должна была ожидать чего-то подобного, этого я не могла предвидеть. Как и генерал Варей и все остальные в этом зале, я была ошеломлена, когда Артур вышел на всеобщее обозрение.





Глава 166. Смысл




Все в зале затаили дыхание, молча ожидая, когда Артур заговорит.

Он молча стоял на сцене и смотрел в толпу. Каждый из присутствующих, казалось, запечатлел образ Артура в своем сознании в тот момент, когда он оказался в центре внимания.

Я видела своего друга детства всего несколько часов назад, поэтому была еще более ошеломлена тем, как он изменился по сравнению с тем, когда я видела его последний раз.

Его длинные каштановые волосы были собраны в узел на затылке и скреплены декоративной заколкой. Вместо обычной одежды людей на нем была одета шелковая декоративная мантия, как у нас, эльфов. Однако, в отличие от нашей традиционной одежды, свободные рукава его халата едва доходили до локтей, открывая тонкие облегающие перчатки, которые покрывали все его руки. Дополняла его изысканную одежду роскошная меховая шкура, белая, как снег, перекинутая через плечо.

Прошло совсем немного времени с тех пор, как он появился перед миром в экстравагантных доспехах, которые ослепляли всех, кто пришел посмотреть. И все же, видя его в колонне света в элегантном наряде, он не просто казался ослепительным. Он излучал нечто потустороннее, что я почувствовала, только когда увидел мастера Алдира.

Отвлекшись на его превращение, я поняла, что Артур повернул голову не в зал, а пристально вглядывался в Вритру, заключенного в лед, и что красных ожогов, которые оставили шрамы на его шее, больше не было видно.

Он повернулся к нам, прежде чем заговорить, его голос был низким и ровным.

— Выставлять труп на всеобщее обозрение в качестве трофея или сувенира-это то, что я глубоко не одобряю, но люди, присутствующие на сегодняшнем мероприятии, не являются частью масс. У каждого дворянина здесь есть рабочие, гражданские лица и жители ваших земель, которые с нетерпением ждут новостей об этой войне, и до сих пор неясные предположения и необоснованные теории были единственными вещами, которые мы могли им дать.”

Артур сделал паузу, но толпа молчала, ожидая, что он снова заговорит. «Я скромного происхождения, и я смог подняться туда, где я сейчас, благодаря моей семье, а также друзьям, которых я встретил по пути. Теперь я копье, хоть и самое молодое, но не самое сильное. Копья там, снаружи, некоторые из тех, кто сражается, пока мы говорим, стоят эшелонами выше меня по силе, но даже я смог победить слугу, одну из так называемых «высших сил» алакрийской армии.”

Когда Артур снова сделал паузу и в толпе послышался возбужденный ропот, я поняла, что эти паузы в его речи были намеренными. Он был на год моложе меня, и с его происхождением, он не был ни обучен, ни подготовлен к таким вещам, как речи или социальные тонкости, но он был способен использовать каждый вздох, слово, перерыв и движение, чтобы полностью взять под контроль толпу.

“Как видите. Я не получил никаких травм в битве с этой предположительно могущественной силой и достаточно здоров, чтобы болтать так среди толпы дворян, — он улыбнулся, вызвав смешки у всех вокруг меня.

Положив руку в перчатке на ледяную гробницу, он перевел взгляд туда, где сидел Совет. — Этот символ—не только мое подношение совету, который даровал мне эту роль, но и дар, который, я надеюсь, вы все сможете забрать домой и распространить среди своего народа-фигурально, конечно.”

Приветствия и смех раздались после того, как Артур поклонился, давая понять, что речь окончена. Когда Артур покинул сцену, а дед вернулся, осветительные приборы снова включились.

— Пожалуйста, не стесняйтесь взглянуть на Вритру поближе, и я надеюсь, что остаток вечера вам понравится.- С этими словами несколько охранников заменили моего деда на сцене, когда Совет поднялся первым.

Хотя они и пытались скрыть свое изумление, по выражению их лиц было ясно, что они тоже впервые видят труп. Я наблюдал, как мои родители, а также Кертис и родители Кэтильн изучали замороженную гробницу. Только старейшина гномов по имени Радеас держался на расстоянии, выражение его лица было слегка напряженным.

— Принцесса Тессия, хотите, я отведу вас к трупу? — Спросил генерал Варей с редким намеком на предвкушение в острых глазах.

Не желая разочаровывать копье, Кертис, Кэтильн, Клэр и я последовали за ней к сцене, где все больше и больше знати окружало замёрзшую Вритру.

Добравшись до передней части помещения, где стояли на страже солдаты, я осмотрела труп. Мне было трудно смотреть на Вритру слишком долго. С точки зрения физических качеств, она выглядела как человек, но, глядя на две пустоты там, где должны были быть ее глаза, я почувствовала страх, который не мог быть заблокирован маной.

Видя, как Варей пристально всматривается во все углы Вритры, а ее руки двигаются вдоль ледяной могилы, пока Клэр устало изучает труп, я внезапно вспомнила.

“Клэр. Я осторожно потянул ее за рукав. — Подождите здесь! Позволь мне позвать Артура!”

— Что? Тессия, нет.—”

Не обращая внимания на Клэр, я быстро прошла к задней части сцены за занавесками.

—Этот район закрыт,—женщина-охранник, стоявшая за сценой, отступила на несколько шагов, — Принцесса Тессия?”

Я улыбнулась, быстро придумывая оправдание. — Дедушка ждет меня к себе.”

Охранница перевела взгляд на узкую лестницу рядом с ней. — Генерал Артур и командующий Вирион приказали никому не спускаться по этой лестнице, даже остальным членам Совета, — нерешительно ответила она.

— Я понимаю. Они сказали мне не говорить Совету, что я тоже здесь, — солгала я. — А теперь, пожалуйста, они оба ждут меня.”

Она снова задумалась на мгновение, но отступила в сторону, кивнув мне, чтобы я спустилась.

Я не поблагодарила ее—это было бы подозрительно. Я просто кивнула в ответ и направилась вниз по лестнице, которая была достаточно широкой для одного человека за раз.

Лестница, казалось, бесконечно уходила вниз. Если бы не небольшие нюансы в конструкции каждого из освещающих артефактов, я бы подумала, что здесь действует какая-то иллюзорная магия.

Я замедлила шаги с помощью магии ветра, спускаясь все ниже по лестнице. Я знала, что поступаю неправильно—даже если это были только Артур и мой дедушка, —но мне было слишком любопытно узнать, что это за важные дела и почему они должны держать их в секрете от Совета.

Как только я подошла достаточно близко, чтобы услышать слабые голоса, бормочущие за закрытыми дверями, я убрала свою магию, прежде чем спуститься еще на несколько ступенек.

И дедушка, и Артур были невероятно чувствительны к колебаниям маны, так что, если я хотела подслушивать, мне приходилось полагаться только на свой слух. К счастью, благодаря моим обостренным чувствам после ассимиляции моего фамильяра Уилла, я смогла разобрать, о чем они говорили, и по звуку я поняла, что мастер Гидеон тоже был там.

— Не напрягайся, сопляк, — проворчал дедушка.

“Я в порядке. Мне не нужно было использовать магию, так что это просто физическая усталость, — ответил Артур, его голос звучал слабо по сравнению с тем, как он звучал на сцене. — Хотя эта паста на моей шее довольно удушающая.”

— Лучше не прикасаться к нему, иначе вещество выветрится быстрее, — пробормотал Гидеон. “Ты же не хочешь, чтобы твои шрамы были видны во время вечеринки.”

Артур издал звук, который я едва смогла разобрать, как вздох.

— Ладно, мне все равно надо туда вернуться.”

— Конечно. Ты звезда этого события” — ответил дедушка. — Твоя речь была достаточно убедительна, так что тебе, возможно, не придется оставаться до конца.”

“Хорошо. Гидеон, как прошла запись?- Спросил Артур.

«Это была хлопотная попытка захватить изображения в точные моменты, которые вы указали, так как все еще есть небольшая задержка между моментом, когда я нажимаю на курок, и когда выстрел сделан—подождите, дайте мне время на обработку, чтобы я мог это исправить.”

— Сосредоточься, Гидеон, — нетерпеливо приказал Артур.

“Я знаю, что тебе только что разорвали ноги в клочья и едва собрали их вместе, но это не оправдание для того, чтобы сердиться на меня, — проворчал Гидеон. “Во всяком случае, я смог запечатлеть лицо Радеаса, когда Гидеон впервые объявил о Вритре, затем, когда Артур впервые появился в поле зрения, и когда Артур сказал, что он не получил никаких травм, — отметил Гидеон.

— Дай-ка взглянуть, — сказал дедушка. — Что Радеас видит на этой фотографии?”

— Не что, а кто, — ответил Артур. — Он смотрит на генерала Варея, который был в толпе. Я предложил отцу Тессии, чтобы он присмотрел за королевскими детьми.”

— Значит, Радеас думал, что именно генерал Варей убил Вритру?- Спросил Гидеон.

“Погодите. Поэтому вы заморозили труп слуги? Заставить его думать, что это Варей?- Вмешался мой дед, в его голосе звучало удивление.

“Я хотел, чтобы он думал, что самое сильное копье ответственно за убийство одной из самых сильных сил в алакрийской армии, прежде чем станет известно, что я убил его, — объяснил Артур.

“У тебя всегда припрятано в рукаве несколько трюков, не так ли? дедушка усмехнулся.

— Посмотри на лицо Радеаса, когда он впервые увидел Вритру, заключенную в лед. Он удивлен и сразу смотрит в сторону Варея, — заметил мастер. — Тогда посмотрите на его изображение после того, как Артур появился в поле зрения, а затем, когда он объявил, что он, самый слабый из копейщиков, надрал задницу слуге, не получив при этом травмы.”

— Это шок и гнев, — заметил дедушка. — Большинство было бы удивлено и постепенно обрадовалось бы, узнав, что предполагаемый слабейший сильнее, чем одна из алакрийских машин для убийства.”

“Это все еще не доказывает, что Радеас активно помогает Алакрийцам, но это дает нам хорошее представление о его позиции по всему этому”, — добавил Артур. “В следующей битве мы будем знать наверняка… …”

Голос Артура затих. Я больше ничего не слышала.

Лорд Радеас помогает Алакрийцам?

Мне нужно было услышать больше. Что Артур планирует в следующей битве?

Я медленно спустилась еще на несколько ступенек, чтобы подойти поближе, но по-прежнему не слышала их.

Черт подери!. Я знала, что это рискованно, но я решила рискнуть и надеяться, что ослабленное состояние Артура позволит мне использовать немного магии, когда внезапный всплеск маны прорвался снизу. Инстинктивно я закрыла лицо руками.

— Значит, у нас была мышка. Мой желудок сжался, когда я поняла, что голос Артура был всего в нескольких дюймах от меня.

— Сюрприз, — слабо сказала я.

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

Я ухмыльнулся своей подруге детства, когда она выдавила улыбку. Вирион, который следовал за мной, вздохнул, поняв, что это был внучка, которая подслушивала.

— Знаешь, парням не нравятся девушки, которые вот так шныряют вокруг, — усмехнулся Гидеон.

Взгляд Тесс метнулся ко мне, прежде чем отвернуться. -Я … я не шпионила. Я вернулась сюда, чтобы найти Артура, и охранник довольно легко впустил меня.”

— Да, я уверен в этом, — ответил Вирион, прежде чем окружить нас четверых барьером. “Теперь, как много ты успела услышать?”

— Достаточно, — ответила она, ее лицо стало серьезным. — Действительно ли лорд Радеас…”

— Мы еще не уверены, — вмешался я. “Слишком рано предполагать или действовать на основании информации, которую мы уже собрали.”

Ее взгляд упал, потупив. — Понимаю.”

— Есть еще что-нибудь, что нам нужно обсудить, Вирион?” Я оглянулся через плечо на старого эльфа.

— Думаю, мы достаточно встряхнули Радеаса. Хорошая работа сегодня ” — кивнул Вирион.

Я повернулся к своей подруге. “Тогда, может быть, составишь мне компанию до конца мероприятия?”

Поначалу она была ошеломлена, но ее губы изогнулись в яркой улыбке. — Конечно!”

Поднимаясь по лестнице, мы были встречены веселой музыкой и смехом, а также частым звоном стекла.

— Настроение стало праздничным, — заметил я, когда Тессия обняла меня за плечи.

“Если я не сделаю этого, каждый дворянин в пределах видимости попытается пригласить меня на танец или выпить вместе, — объяснила она, глядя в другую сторону.

“Каждый дворянин, да?” Я подчеркнул. – Моя подруга стала уверенной в себе.”

Она крепче обняла меня, ущипнула за руку и помахала ближайшим дворянам, которые приветствовали ее.

Не в силах выразить свою боль при таком количестве глаз, я небрежно наклонился к ней, оторвал ее пальцы от своей руки и прошептал:

Тессия, я зачем ты прибегла к насилию.”

— Потому что только насилие действует на таких медлительных, как Вы, генерал, — ответила она с притворной улыбкой.

Когда мы шли через большое открытое место вечеринки, меня приветствовали слева и справа дворяне из далеких городов, и, несмотря на ее детские выходки, Тесс сильно поддерживала меня в течение всей ночи. Она указала на знатных гостей, с которыми я должен поприветствовать и выпить, а также на тех, кто будет вполне удовлетворен просто искренним приветствием.

Хотя у меня был опыт в подобных делах в моей прошлой жизни, я очень мало знал о политике трех королевств. С другой стороны, Тесс точно знала, кто из них важная персона и какие у них характеры. Тонко ведя разговор и сохраняя его кратким, чтобы не обидеть их, Тесс сделала мою ночь намного легче.

Возможно, единственным недостатком того, что она была рядом со мной, был случайный взгляд и пощипывание кожи, когда она ловила меня, посылающим улыбку ближайшим дамам, которые приветствовали меня.

Я думаю, что вежливость должна распространяться не только на членов общества, а и за пределами потенциального диапазона знакомств.

— Брат!- Крикнула Элли из толпы.

Оглядевшись, я заметил, что она активно машет рукой среди группы друзей. Даже отсюда я мог видеть мерцающий браслет с розовым звериным ядром змея Виверна, которого я получил для нее и матери. Помахав в ответ, я подошелк ним, когда моя сестра неожиданно обняла меня за талию.

— Элли?- Спросил я, вздрогнув, когда Тесс усмехнулась рядом со мной.

-О-о-он действительно твой брат! девушка с косичками в пышном платье, заикаясь, потянула Элли за рукав.

— Девочки, познакомьтесь с моим братом и принцессой Тессией, — объявила она, надувая грудь и обнимая меня за другую руку.

— Это честь для меня, генерал Артур! Принцесса Тессия!- приветствовала его кудрявая девушка в чрезмерно украшенном белом платье.

— Вы были так хладнокровны, генерал Артур!- воскликнула другая девушка, медленно приближаясь к нам. — Это правда, что вы не получили никаких травм, когда победили слугу?”

Глядя на сверкающие взгляды маленьких девочек, я вдруг почувствовал смущение.

“Хотя он выглядит таким красивым и хрупким, на самом деле он один из самых сильных магов во всем Дикатене, — ответила за меня Тесс.

— Тебе так повезло, что он твой брат, — вздохнула маленькая девочка с коротко остриженными волосами и в милом платье с оборками. — Мой старший брат не смог попасть в Ксирус, поэтому он собирается в какую-то безымянную академию в Карн-Сити, в то время как мой отец послал моего второго брата сражаться на войне после того, как он причинил неприятности дочери другого дворянина.”

Я молча наблюдал, как моя сестра возобновила болтовню со своими друзьями. Было приятно видеть, как она смеется и улыбается, а не проливает слезы из-за моих ран и того, что наши родители далеко.

Еще раз обняв сестру, мы с Тесс отошли от ее группы.

— Забавно, что моя сестра всегда находит нужным представлять меня всем, кого знает, — улыбнулся я. — Даже на своем седьмом дне рождения в поместье Хелсти она рассказала об этом всем своим маленьким друзьям.”

— Она просто хочет похвастаться своим старшим братом, — хихикнула Тесс, слегка держа меня за руку. — Даже девочки ее возраста любят сплетничать и хвастаться тем, что у них есть, А для Элли ее единственный брат-источник гордости.”

“Ну, я просто рад, что она, окружена девушками.”

— Я уверена, что твоя сестра пользуется популярностью у мальчиков, — поддразнила Тессия.

Я застыл, оглянувшись на сестру и ее друзей, только чтобы увидеть небольшую группу благородных мальчиков, приближающихся к ним.

Тесс потянула меня за руку. — Ну же, не будь таким властным.”

Мой взгляд переместился в дальний конец зала, где большой бурый медведь грыз толстую кость. Почувствовав мой взгляд, фамильяр моей сестры уставились на меня умными глазами. Я мотнул головой, указывая на Элли и ее группу.

Бу повернулся и, заметив группу мальчиков, кивнул.

Я кивнул в ответ.

Он знал, что надо делать.

“Что ты делаешь?- Спросила Тесс.

Я повернулся и пошел дальше как раз вовремя, чтобы услышать громкое рычание и испуганные крики маленьких мальчиков позади меня. “Ничего.”

***

Поприветствовав еще нескольких дворян, я плюхнулся на стул. Мои ноги дрожали, но я все еще была доволен тем, как сильно они зажили.

Я поднял глаза и увидел, что Тесс ищет кого-то, вытягивает шею и на цыпочках пробирается сквозь толпу.

— Подождите здесь, — выпалила она и тут же исчезла в толпе. Через некоторое время я заметил, что она возвращается с генералом Вареем, который шел рядом с ней.

— Генерал, — поприветствовал я, поднимаясь со своего места.

— Генерал, — коротко повторила она, изучая меня взглядом.

— Мне так жаль, Артур, — внезапно извинилась Тесс. — Генерал Варей сказал, что она ушла. Она не хотела тебя видеть.”

“О чем ты говоришь?- Ответил я. — Кто не хотел меня видеть?”

Тесс вздохнула. — Клэр Блейдхарт. Она была здесь сегодня.”





Глава 167. Уверенность В Себе…




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

— Сколько тебе нужно солдат? — Спросил король Блейн, когда мы все рассматривали подробную карту, разложенную на круглом столе.

— Трех—нет-двух дивизий будет достаточно, — ответил я.

— Генерал Артур. Западное побережье-это то место, где мы должны сосредоточить большую часть наших сил, — возразил Радеас, указывая пальцем на Этистина.

Телмор. — Отправка почти двадцати тысяч солдат на север сделает этот район слишком уязвимым.”

“Я должен согласиться со старейшиной Радеасом, — добавил Король Алдуин. “Есть несколько битв возле побережья, которые продолжаются уже несколько дней.

Снятие даже одной дивизии склонит чашу весов в их пользу.”

Королева Присцилла свернула свиток, который читала. — Мы все еще эвакуируем гражданских из Телмора и Этистина. Если силы на побережье будут выведены, наши войска будут оттеснены и сражения будут происходить в городах.”

— Командир, мы, возможно, можем послать несколько эльфийских отрядов, расквартированных возле города Асифина, к границе, но две дивизии кажутся вполне осуществимыми, — посоветовала Королева Мериал, озабоченно нахмурив брови.

Вирион, сидевший передо мной, поднял взгляд на все копья, стоявшие вертикально позади своих держателей артефактов. — Генералы? А как вы думаете?”

— Смутные подозрения генерала Артура, основанные на расплывчатых доказательствах того, что он «видел», не оправдывают принесения в жертву целого города или даже двух, — почти выплюнул генерал Байрон.

— Если отбросить мерзкий тон Байрона, он прав, — сказала Мика, женщина-гномье копье, которая выглядела не старше моей сестры. — Перемещение такого количества войск на несколько сотен миль потребует времени, даже с помощью телепортационных ворот.”

— Генерал Айя? Генерал Варей? Генерал Олфред?- Спросил Вирион. “Вы все согласны?”

Генерал Олфред, старший из копейщиков, кивнул. “Это слишком большой риск.”

— Простите, генерал, — прошептала эльфийское копье рядом со мной, прежде чем заговорить. — Я также согласна, что это неразумно.”

Мы все посмотрели на Варея, единственное копье, в битве с которым я не мог быть уверенным в своей победе.

“Если утверждение генерала Артура верно, то было бы правильным послать столько войск—если не больше—на север, — коротко ответил копье.

Было удивительно, что генерал Варей поддержала меня, но в данном случае это сработало против меня. Тем не менее, Вирион воспользовался ее словами, чтобы принести с собой идею, с которой я действительно хотел пойти.

— Генерал Варей права в том, что, если то, что утверждает генерал Артур, правда, необходимо послать войска. В конце концов, с начала войны был замечен только один слуга—если бы слуга и коса возглавляли эту следующую атаку, ущерб был бы катастрофическим без соответствующих мер.”

Все согласно закивали.

— Поэтому, — Вирион сделал паузу, переводя взгляд с одного копья на другое, — я предлагаю послать два копья вместе с генералом Артуром, чтобы выяснить, действительно ли будет крупное наступление, возглавляемое слугой и косой на севере.”

Остальные члены Совета тут же переглянулись, ожидая, что кто-нибудь выдвинет возражение.

“Командир.- Заговорил король Блейн. — Копья-это центральные фигуры дивизий, находящихся сейчас в бою. С их уходом на слишком долго, боевой дух будет снижаться, и если слуга или коса появятся в бою—”

— Король Глайдер, — прервал его Вирион, пронзив острым взглядом короля людей. “Как ты думаешь, почему копья до сих пор воздерживались от участия в большинстве сражений?”

Рыжеволосый король молчал.

“Все очень просто. Оно того не стоит” — продолжал Вирион. — Крупномасштабные разрушительные заклинания любого из наших копий убьют не только их армию, но и нашу собственную. Даже если бы мы заставили всех отступить, это наш дом. Земля будет разрушена и непригодна для жизни. Даже если копья не будут пущены, их сила и помощь солдатам на поле боя с мечом в руках, все еще будут жертвы и смерти, и это все помимо риска привлечь слуг Алакриана или косы.

“Всегда имейте в виду, когда дерутся, что наши граждане должны жить на этой земле. Цель состоит в том, чтобы выиграть эту войну, и сохранить как можно больше наших городов. Властный взгляд Вириона переходил от одного короля или королевы к другому, направляя этот послание на всех присутствующих в этой комнате.

“С учетом сказанного, если послать два копья-это все, что нужно, чтобы избежать крупномасштабной битвы с обеими косами и слугами, сражающимися на другой стороне, тогда я бы сказал, что это небольшая цена. Наши войска могут несколько дней обходиться без того, чтобы их командиры держали их за руки.”

Хотя на лицах лидеров было написано явное нежелание, они медленно кивнули в знак согласия.

Вирион с улыбкой сложил руки. — Хорошо, какие два копья будут сопровождать Артура в разведку на севере?”

Тонкая рука поднялась из-за стола. — В то время как лорд Алдир является хранителем артефактов для моих двух копий, поскольку его здесь нет, я думаю, можно с уверенностью предположить, что я могу добровольно послать их с Артуром.”

Я подавил желание улыбнуться такому повороту событий. Все шло так, как я планировал.

Вирион тоже сохранял спокойствие, делая вид, что обдумывает решение Радеаса.

“В самом деле! Поскольку Лорда Алдира нет, я думаю, вполне естественно, что гномьи копья находятся под командованием старейшины Радеаса, — поддержал его Король Блейн.

— Сражения происходят в Сапине, поэтому я согласна, что послать генерала Олфреда и Генерала Мику было бы идеальным вариантом, — добавила Королева Мериал.

Вирион медленно кивнул, словно неохотно. — Очень хорошо, генерал Олфред и генерал Мика, временно находящиеся под командованием старейшины Радеаса, отправятся на север с генералом Артуром, чтобы изучить возможность нападения слуги и косы.”

Оба гномьих копья почтительно поклонились, как и я.

“Это разведывательная миссия, но я оставляю ситуацию на ваше усмотрение. Приоритет состоит в том, чтобы не предупреждать врагов, особенно если присутствует слуга или коса. Если обстоятельства позволяют реально предотвратить полномасштабную битву, вы можете вступить в бой. Помните, наш приоритет-держать битву подальше от гражданских лиц», — добавил Вирион. — Приготовься к завтрашнему отъезду, Санрайз. Остальные копья свободны.

Проходя по тускло освещенному коридору за пределами зала Совета, я глубоко вздохнул. Я всегда ненавидел подобные встречи, всегда напряженные и полные окольных путей, сказать » нет » или дать не делать что-то, что помешает вашей собственной выгоде. В то время как Совет казался единым фронтом лидеров всех трех рас, глубоко укоренившиеся идеалы и эгоизм по отношению к собственному королевству были более очевидны, чем что-либо еще. Король Глайдер, который слишком боялся действовать с тех пор, как Алдир угрожал ему после убийства Грейсандеров за их предательство, стал более откровенным.

Только с Вирионом Совет функционировал хотя бы немного активнее.

В то время как мы с Вирионом получили конечный результат, которого хотели, это было только начало. Я почесал шею; повязка Гидеона вызывала сильный зуд, но я не мог снять ее, пока не остался один. Трюк, чтобы казаться невредимым, сработал во время мероприятия несколько часов назад, и я наслаждался оставшейся частью вечера, но одна вещь тяжело давила на мой ум. Клэр была на вечеринке, она видела меня.

Она видела меня, но не хотела, чтобы я видел ее. Я не видел ее с событий в Ксирисе, а последнее, что я помню, это то, как ее проткнули. Я попытался придумать причину, почему она избегает меня, но звук шагов за спиной вернул меня к реальности.

— Похоже, нам предстоит совместная миссия! в нескольких шагах позади раздался высокий голос:

— Генерал Мика, генерал Олфред, — вежливо поздоровался я, поворачиваясь к ним.

— Зовите меня просто Мика, — по-детски улыбнулась гном, в то время как генерал Олфред просто кивнул в знак согласия.

— Я бы предпочел соблюдать формальности, — мягко отказался я. — В конце концов, вы старше меня по званию.”

— По крайней мере, мальчик, несмотря на свое скудное воспитание, знает хорошие манеры, — сказал генерал Олфред, приподняв бровь. Мальчик, мы действительно собираемся действовать вместе.

Единственное реальное впечатление, которое у меня есть об Ольфреде это когда я впервые попал в плавающий замок после инцидента в Академии Ксирис. Тогда он спас меня от брата Лукаса, генерала Байрона. Однако, это было просто потому, что он выполнял приказы.

— Что ж, прошу меня простить. Мне нужно отдохнуть перед долгим путешествием. Я опустил голову, прежде чем повернуться к главной лестнице.

Поднимаясь на жилые этажи, я прощупал сознание Сильви, чтобы убедиться, что она не спит. Видя, что мой фамильяр крепко спит, я сделал небольшой крюк.

Добравшись до комнаты в конце коридора, я постучал в толстую деревянную дверь.

— Иду, — послышался голос Тесс.

Дверь открылась без единого скрипа, и на пороге появилась Тесс. Она была одета в пижаму, но с ее волос все еще капала вода.

“Это ты Ка-Артур? Тесс ахнула. “Что ты здесь делаешь?”

— Извини, — улыбнулся я. “Ты кого-то ждала?”

-Д-Да, Карла должна была прийти. Артур, что случилось?” спросила она, заметив мой пустой взгляд.

“Ничего. Ты просто выглядишь не так, как на мероприятии.”

Тесс обернула голову полотенцем и сердито посмотрела на меня. — Ффф! Спасибо, что указал на это!”

Осознав свою ошибку, я быстро покачала головой. “Нет, я имел ввиду, что в хорошем смысле. Ты больше похожа на Тессию, с которой я провел три года.”

“Тебе нужно поработать над своим умением льстить, — вздохнула она. “Подожди, нет. Не работай над ним.”

Я усмехнулся. “Хочешь немного прогуляться со мной?”

Накинув поверх пижамы тонкий халат, она последовала за мной по коридору к балкону, где моя сестра установила свои мишени.

Стоя рядом, мы не разговаривали. В отличие от того случая, наши руки не были связаны, но это почему-то казалось более интимным.

Мы вышли на поросшую травой террасу, окруженную деревьями, и продолжали идти, пока не оказались на самом краю. Я сидел, прислонившись к толстому стволу ближайшего дерева, и смотрел в ночное небо. Облака под нами медленно плыли, тускло освещенные большой Луной.

— Звезды прекрасны, — восхитился я. Находясь в мире, где ярко освещенные города скрывали звезды, возможность видеть такое безмятежное зрелище была благословением, которое я начал ценить.

“В такие тихие ночи, как эта, я иногда задаюсь вопросом, действительно ли идет война, — тихо сказала Тесс. — Иногда я прихожу сюда и представляю, что облака под нами-это океан, а я бесцельно плыву на лодке. Ребячество, да?”

“Я думаю, ты имеешь право иногда вести себя по-детски, — сказал я. — Ты теперь глава целого подразделения. Ты несешь ответственность за жизни людей, которых ведешь, и это никогда не будет легким бременем, независимо от того, сколько опыта ты приобретешь.”

“Ты говоришь так, словно сам был им, — ответила она, подтягивая колени к груди. — Формально ты генерал, но копья на самом деле не ведут солдат.”

“Ты права, и в этом отношении мне гораздо легче. Главная обязанность копья-в одиночку одолеть противника крупного калибра. Я повернулся к подруге детства. “Это подводит меня к тому, почему я хотел тебя видеть.”

“Это как-то связано с тем, о чем ты говорил с дедушкой и Гидеоном?”

“Это было так очевидно?”

“Ты не из тех, кто делает такие сентиментальные вещи без причины. Либо ты надолго уезжаешь, либо снова делаешь что-то опасное, либо и то и другое, — заметила она.

Я усмехнулся. — Неужели я настолько открытая книга?”

— Ты больше похож на открытую главу, — улыбнулась Тесс. “Есть некоторые части, которые настолько очевидны, но есть моменты, когда я чувствую, что не знаю тебя вообще.”

“Например?”

Она покачала головой. —Ну, во-первых, я хочу знать, почему ты такой эксперт во всем, за что берешься делать, — в чем твой секрет?”

— Секрет?”

— Магия, борьба, искусство, произнесение речей—черт, даже шпионаж и военная стратегия, — перечислила она. — Я знаю, что жалобы на несправедливость ничего не дадут. Мне просто любопытно.”

Я прикусил язык. Искушение рассказать Тесс все о моей прошлой жизни росло с каждой нашей встречей, но сейчас было не время. “Я просто читал много книг, когда был моложе.”

“Не знаю, чего я ожидал. Ее взгляд был полон сомнения, но она больше не задавала вопросов.

— Тесс. Не знаю, почему ты так спешишь, но у тебя все хорошо, — утешил я.

— Это просто расстраивает, — устало улыбнулась она.

— Разочарование?”

— Я изо всех сил стараюсь догнать тебя. Мое ядро маны на полшага отстает от твоего, я укротитель зверей, как и ты, и я училась у лучших учителей континента, а также у Азуры—как и ты. И все же, чем ближе я к тебе, тем дальше ты ускользаешь от меня.”

“Тесс…”

— Просто пообещай мне, что вернешься целым и невредимым. Она нежно провела пальцем по моей шее, где остался шрам. Повязка, которую я наложил, чтобы скрыть неприглядный след, начала отслаиваться от заклинания воды Тэсс. — Мне все равно, сколько шрамов ты получишь, лишь бы ты был цел и дышал.”

Я почувствовал, что мое лицо начинает гореть от ее слов. Я попытался придумать что-нибудь, чтобы отвлечься, когда вспомнил наш спор перед могилой Синтии Гудски. И тогда, и сейчас ее волновало одно и то же. — Почему для тебя так важно догнать меня, Тесс?”

На мгновение мир вокруг нас затих, пока она смотрела в ночное небо. — Потому что только тогда я смогу сказать тебе, что я опять люблю тебя.”

Прежде чем я успел осознать ее слова, Тесс снова повернулась ко мне. Ее взгляд смягчился, когда она улыбнулась мне так искренне и мило, с оттенком застенчивости, что внезапное тепло пронзило меня.





Глава 168. Вид с небес




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ОЛЬФРЕД ВАРЕНД

Я не был удивлен, когда старейшина Радеас пришел навестить меня, рассказав, как он привел домой маленького человеческого мальчика. Я был знаком с его добротой; в конце концов, я тоже пользовался его благосклонностью.

Он забрал меня с жестоких улиц верхних пещер, дав мне пищу и кров в своем собственном доме. Обращаясь со мной так, словно я был его родней, он научил меня читать и писать и, обнаружив мою природную склонность к магии, даже обучил основам манипулирования маной. Но даже тогда, я был осторожен. Выросший без дома и семьи, я научился относиться ко всем с подозрением.

Всегда была мучительная мысль, что, может быть, этот человек просто лелеет меня, чтобы однажды продать. Однако это было не так. Шли счастливые годы, и мои подозрения плавно рассеялись—я стал считать себя его сыном.

Став одни из лучших выпускников института Иэрзборн, расположенного в столице Вилдорала, я был выбран на роль стажера, чтобы стать охранником королевской семьи.

Грейсандеры были жадными и смотрели свысока на всю свою расу, всегда недовольные тем, как их воспринимали—ниже людей и эльфов. Но я служил королю и королеве верой и правдой, с величайшим почтением-так учил меня Радеас.

После десятилетий преданного служения королевской семье, разговоры о выборе следующих двух копий вышли на свет, и я стал одним из кандидатов. Сначала я планировал отказаться от участия в частном турнире; если бы я хотел связать свою жизнь с кем-то, то только с Радеасом.

Радеас уважал это решение до того дня, когда привел домой мальчика, которого назвал Илией. Не вдаваясь в подробности того, как он нашел человеческого младенца, Радеас убеждал меня стать копьем, которое будет верно служить королевской семье. Я возразил, сказав, что Грейсандеры — не те, к кому я хотел бы приковать свою жизнь, но Радеас с полной уверенностью заверил, что это только временно и что в конце концов я буду работать с ним.

Служа в гвардии королевской семьи, я узнал, что Грейсандеры были у власти с момента создания Дарва, но Радеас каким-то образом хотел это изменить.

Он был человеком, которого я уважал, как отца и спасителя. Даже если я ослушаюсь короля, я не ослушаюсь Радеаса.

Прошло еще десять лет, и человеческий мальчик вырос под опекой Радеаса, и впервые в истории копья были посвящены в рыцари публично.

Радеас был добрым человеком, но, несмотря на любовь к своему народу, держал свои мысли при себе.

Он никогда не говорил мне, что он имел в виду, когда сказал, что моя связь Грейсандерами не будет постоянной. Он никогда не говорил мне, почему он держал наши отношения в тайне от мальчика. Он так и не объяснил, кто именно сказал ему, что этот мальчик должен стать спасителем гномов.

— Ты что-то притих, Олфред, — сказал Радеас с другого конца большой круглой комнаты. “В чем дело?”

— Ничего, милорд. Я оторвал взгляд от окна и посмотрел на человека, который меня вырастил.

— Олфред! Я же просил называть меня Радеас, когда мы одни, — мягко пожурил он. — А теперь садись. Выпей с стариком.”

— Я тоже постарел. Я сел напротив него и взял кубок.

— Великолепный вид на Луну, не правда ли? он вздохнул, сделав большой глоток из своего кубка, который казался крошечным в его большой руке.

— Да, — согласился я.

— Какое невежественное заблуждение, созданное людьми и эльфами. Они думают, что только потому, что мы живем под землей, мы предпочитаем пещеры зданиям.

С этими невыносимыми штормами, которые охватывают весь Дарв, разве они ни разу не остановились, чтобы подумать, что мы не строим высокие башни и здания, потому что мы не можем?”

Я кивнул и, сделав глоток, снова посмотрел в окно. — Невежество ведет к ложным предположениям и интерпретациям.”

“Очень верно. Но времена перемен настали. Радеас лениво провел пальцем по шраму на левом глазу. — Время пришло, дитя мое.”

Протянув руку через стол, Радеас мягко схватил меня за запястье и накрыл своей ладонью мою. — Какие-нибудь сомнения или колебания затуманивают твой разум?”

— Нет… Отец.- Это слово показалось мне чужим. Я никогда не говорил этого вслух, хотя всегда так думал. Однако я знал, что пожалею, если не скажу этого до того, как мое время подойдет к концу.

Уголок глаз Радеаса сморщился в нежной улыбке, когда он крепко сжал мою руку. “Хорошо, хорошо. Я сожалею только о том, что тебя не будет здесь, чтобы увидеть триумф нашего народа. Если бы ты был связан со мной, а не с этой асурой.”

Я покачал головой. — Есть вещи, которые мы не можем изменить. Но есть одна вещь, которую я хочу, чтобы ты знал.”

“В чем дело?”

“Я знаю ваши амбиции в отношении нашего народа, но я делаю это не поэтому. Наши люди презирали меня и били, пока я был на улице. Я просто хочу, чтобы вы знали, что причина, по которой я могу сделать все это без сомнений, это потому что вы так желаете.”

Закрыв единственный глаз, Радеас медленно кивнул. “Ты хороший сын. Очень.”

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

Я присел на край кровати и снял заколку, удерживавшую мои волосы. Прежде чем снова уснуть, фамильяр тихо хмыкнула в знак согласия, оставив меня в тишине и покое ночи.

Голос Тесс эхом отдавался в моей голове, ее слова противоречили моим мыслям.

«…»сказать тебе, что я снова люблю тебя», — тихо повторил я про себя. Были только несколько вещей, которые я действительно хотел в этой жизни. Это не слава, власть или богатство — это у меня было в прошлой жизни, и даже больше. Чего я хотел и почему я сражался в этой войне-так это просто что бы состариться со своими близкими, чего я не мог сделать, будучи Греем. За это я был готов идти против врагов, будь то асуры или кто-то еще.

С чем мне было трудно бороться, так это с искушением все бросить. Были времена, когда я хотел просто сбежать к краю Биста.

Сбежать вместе с Тесс и моей семьей.

Эта слабость постоянно подвергала сомнению каждое мое движение.

Это не твоя война, Артур.

Твои ноги почти искалечены, и у тебя шрамы по всему телу.

Ты снова сражаешься за свой народ. Ты сделал это в своей прошлой жизни и посмотри, к чему это привело?

Вздохнув, я понял, почему постоянно отталкиваю Тесс, давая ей оправдания или уклончивые ответы на вопросы.

Мне было страшно.

Я боялся, что если впущу ее, моя слабость станет неконтролируемой, что я брошу Дикатен, чтобы спасти тех немногих, кого я действительно люблю.

Время текло, пока я был погружен в свои мысли, и к тому времени, когда я понял, восходящее солнце, скрытое облаками, придало небу оранжевый оттенок.

Сняв роскошный наряд, который был на мне со вчерашнего вечера, я натянул удобную рубашку и жилет, заправил концы брюк в сапоги и накинул на плечи толстый плащ. — Пора идти, Сильв.”

Ярко-желтые глаза Сильви распахнулись. Спрыгнув с кровати, она пошла рядом со мной, наблюдая, как я осторожно накладываю специальную повязку, чтобы скрыть большой шрам на шее. — Я готова.’

Прежде чем направиться к лестнице, я остановился у комнаты сестры и постучал в дверь. “Элли, это твой брат.”

Дверь скользнула в сторону, показав мою сестру в середине зевка, ее волосы были вьющимися с одной стороны и плоскими с другой. За ее спиной, лежал на животе рядом с кроватью, Бу. Он посмотрел на нас одним глазом, прежде чем идти спать. — Брат? В чем де—”

Она остановилась на полуслове, уставившись на мою одежду. — Ты опять уезжаешь? Уже?”

Я выдавил улыбку. “Я скоро вернусь.” Я сжал мою сестру в объятиях.

— Тебе не обязательно скоро возвращаться, просто возвращайся живым. — Она крепко сжала меня, прежде чем отстраниться. Элли опустилась на колени и проделала то же самое с моим фамильяром, прежде чем подняться. Сестра широко улыбнулась, но в уголках ее глаз уже стояли слезы.

Я взъерошил ее пепельно-каштановые волосы. — Обещаю.”

***

Спускаясь по лестнице, я был встречен щебечущей Микой и суровым Олфредом в передней части коридора, ведущего в комнату телепортации.

Грубоватый пожилой гном, который, доставал мне до плеч, сразу же отвернулся от меня и направился к выходу. — Мы полетим, а не пройдем через врата.”

Генерал Мика, неторопливо шла рядом со мной с другой стороны. По улыбке на ее маленьком кремовом личике можно было подумать, что она едет на пикник.

— Мика рада наконец-то отправиться с тобой на задание, — сказала она, когда мы последовали за генералом Олфредом. — Другие копья много говорят о тебе, хотя и не все их слова хорошие.”

“Вы всегда говорите о себе в третьем лице? — Спросил я.

“Большую часть времени, а что? Это заставляет тебя влюбиться в Мику? она подмигнула. — Мика может выглядеть как сейчас, но Мика слишком стара для тебя.”

— Какая жалость, — сказал я, не в силах сдержать сарказм, вырвавшийся из моего голоса.

— Давайте поторопимся, время, потраченное на это путешествие, равносильно времени, проведенное вдали от уже существующих сражений, — рявкнул генерал Олфред, когда солдаты, стоявшие на страже перед посадочной комнатой, распахнули двери.

Ремесленники и рабочие внутри бросили то, что они делали, и отдали честь по прибытии. Однако один человек подошел к нам с невинной улыбкой.

— Старейшина Радеас, — приветствовал генерал Олфред, низко кланяясь, в то время как мы с Микой просто опустили головы.

“Копья. Улыбка Радеаса стала шире, шрам через левый глаз изогнулся. — Извините за вторжение, я просто хотел лично проводить вас.”

— Это честь для меня, — ответил генерал Олфред.

Радеас подошел ко мне, молча глядя усталыми глазами. Когда он улыбнулся мне, я не мог не пожелать, чтобы этот человек не был предателем—что все мои подозрения оказались ложными.

Я все еще сожалею о том, что не смог защитить Элайджу, и даже мысль о преследовании и, в конечном счете, убийстве того самого человека, который предал моего друга, оставила горький привкус во рту.

Радеас мягко положил свою большую руку мне на плечо. — Вы, должно быть, устали после предыдущей битвы. Клянусь асурами, будем надеяться, что твои подозрения окажутся ложными, и ты поспешишь вернуться и хорошенько отдохнуть.”

Хотя выражение его лица и жест казались искренними, слова Радеаса были тщательно подобраны. Тем не менее, я ответил с улыбкой. “Да, будем надеяться.”

Может быть, я слишком подозрителен к нему, подумал я. В конце концов, он был опекуном Элайджи.

— Возможно, так оно и есть, но тебе не следует игнорировать свои подозрениями, — посоветовала Сильвия.

Отпустив мою руку, Радеас еще раз многозначительно кивнул своим копьям и направился в дальний конец комнаты.

Олфред направился к иллюминатору в другом конце зала. — Мы готовы к отлету. Держитесь подальше от облаков.”

“Достаточно ли твой фамильяр быстр, чтобы успевать за со Микой и Ольфредом?- Спросила Мика.

Сильвия гордо выдохнула воздух через ноздри, прежде чем превратиться в полноразмерного дракона. Земля замка задрожала, когда рабочие вокруг нас инстинктивно попятились, несмотря на то, что видели моего фамильяра раньше.

— Я справлюсь, — пророкотала она, когда ее длинный хвост сбил меня с ног и положил себе на шею.

Стена перед нами опускалась подъемным мостом, а пол под нами переходил в большой парашют.

В тот же миг меня чуть не сбросил с ног визжащий ветер, колотивший крупное тело Сильви. В то время как крыша и многочисленные террасы были защищены прозрачным барьером из маны, мы были поражены всей силой ветра на высоте более двадцати тысяч футов.

Наши голоса утонули в ветре, генерал Олфред просто указал в том направлении, куда мы должны были направиться. Генерал Мика и Олфред немедленно улетели в облака.

«Никогда не устану на это смотреть», — подумал я, глядя, как утреннее солнце становится все ярче, отбрасывая на облака неземное сияние.

‘Согласна.’ Сильви делает глубокий вдох, прежде чем развести свои крылья. Позволив ветру унести ее тело с причала, мы рванули за ними, не зная, чем закончится это путешествие.





Глава 169. Гномья Ночь




Весь первый день я провел на на спине Сильви. Не говоря ни слова ни одному из двух гномьих копий, мы летели до наступления ночи, пока мои ноги больше не могли выдержать нагрузки езды на голой чешуе даже под защитой толстой ткани и маны. Мешали и часы, которые я крепко сжимал на основание шеи моего фамильяра, она тоже давили на мои ноги.

Из-за меня мы остановились на ночь и разбили лагерь у подножия великих гор, всего в нескольких милях к северу от Вальдена.

“Пожалуйста, угощайтесь.” Я протянул шашлык из рыбы на гриле Мике и Ольфреду.

Похожая на ребенка гномье копье с радостью приняла обугленную пресноводную рыбу, хрустя костями, как будто их не существовало, но старое копье только покачал головой.

“Если у вас есть силы готовить, то, возможно, нам следует скоро уйти, — сказал он, игнорируя мою вежливость, так как его глаза были прикованы к книге, которую он взял с собой.

— Не обращай на него внимания, — сказала Мика, ее рот все еще был полон рыбы. — Старик не ест того, кому не доверяет.”

Я кивнул, бросая рыбу к Сильви. Щелкнув шеей, почерневшая рыба исчезла в ее пасти.

Мой фамильяр оставалась в ее изначальной драконьей форме, свернувшейся на краю нашего маленького лагеря. Из—за своей черной чешуи Сильви, казалось, почти растворялась в ночи, несмотря на свое большое тело-единственной видимой частью оставались ее два острых топазовых глаза, которые, казалось, парили в темноте.

— Эти маленькие кусочки только и делают, что застревают у меня в зубах, — проворчала Сильви у меня в голове.

Я знаю, но пока тебе придется довольствоваться этим. — Кроме того, ты можешь неделями обходиться без еды, — ответил я, накладывая себе рыбу на вертел. Обуглившаяся кожа рыбы была наполнена дымной сладостью от огня, наполняя мой рот вкусом, несмотря на то, что он был сгоревшим.

— Да, но я ем ради вкуса, а не ради питательных веществ, — возразила она.

Может быть, вы сможете найти некоторых зверей маны дальше на север. Мы все еще слишком близко к Вальдену.

Остальная часть трапезы прошла довольно спокойно, если не считать негромкого журчания ручья, в котором я поймал рыбу, и случайного треска ветки в костре.

Отказавшись от моей рыбы, Олфред не проронил ни слова, сидя неподвижно, почти как статуя, откинувшись на земляную спинку, которую поставил, читая книгу в кожаном переплете. Единственный раз, когда он отвел взгляд от книги, это когда генерал Мика начала напевать, расчесывая свои короткие вьющиеся волосы.

С отвращением глядя на фальшивую мелодию, я не смог сдержать улыбку. К счастью, генерал Мика была довольно тихой в течение ночи, давая мне время, чтобы очистить мое ядро маны.

Несмотря на то, что я находился в середине стадии серебряного ядра, я чувствовал, что мне не хватает окружения копьями и моего фамияльра, который оказался асурой. Вместе с Балладой Рассвета были повреждены и мои ноги, я чувствовал, что сделал шаг назад даже после тренировки в Эфетусе. В одном я был уверен:

Я больше не мог позволить себе использовать Взрывной Шаг, если хочу сохранить способность ходить.

После часа сбора манны из атмосферы, очищения ее в моем ядре и повторения процесса, я почувствовал чей-то взгляд.

Я открыла один глаз и увидела Мику всего в нескольких дюймах от меня, пристально смотрящего, в то время как даже Олфред закрыл книгу, чтобы наблюдать.

— Мика впервые чувствует что-то подобное, — прошептала Мика.

“Что случилось?- Спросил я, переводя взгляд с одного копья на другое.

— Ваша утонченность, — ответил Олфред, задумчиво прищурившись. “Обычно это не очень заметно, когда кто-то совершенствует свое ядро—”

“Но когда ты это делаешь, кажется, что тело Мики притягивается к тебе!- Взволнованно вмешалась Мика.

“Мне никогда об этом не говорили, — ответил я. — Может, потому, что я Квадро-элементалист?”

Мика выдохнула. — Квадра?”

“Так вот как ты смог стать копьем, несмотря на свой возраст. Я слышал, как совет обсуждал этот вопрос, но подумать только, что это действительно так, — прошептал Олфред, словно разговаривая сам с собой.

“Каково это-уметь использовать так много элементов? — Спросила Мика, наклоняясь ближе, ее большие глаза практически сверкали.

— Осторожнее с тем, что ты показываешь, — посоветовала Сильви сзади, ее тело все еще казалось спящим.

Я знаю, я вспомнил. “Есть еще некоторые элементы, которые мне все еще трудно понять, например, гравитация, но по большей части это практика и всегда саморефлексия о том, какое заклинание и элемент использовать в конкретных ситуациях.”

— Ладно, ладно. Мика пылко кивнула. — Знать так много заклинаний бесполезно, если не знаешь, когда их использовать.”

“Должно быть, есть элементы, которые тебе удобнее использовать, — сказал Олфред.

Я кивнул. — Есть.”

— Эй, Мика научит тебя управлять гравитацией?”

Я отодвинулся, чувствуя запах жареной рыбы в дыхании Мики. “Я думаю, это скорее практический вопрос. Бывают моменты, когда я могу использовать ее, но это просто не то, в чем я уверен.”

“Это действительно легко, — настаивала Мика, протягивая ладонь. — Просто представь, что мир движется вверх или вниз. Потом ты хватаешь его в руку и отпускаешь!”

Не в состоянии понять запутанное объяснение Мики, я оглянулся на Ольфреда.

Старый гном закатил глаза. — Тебе было бы легче учиться у камешка. Мисс Эрзборн происходит от длинной линии знаменитых гномьих чародеев, но даже среди них она считалась гением. Изучая магию через интуицию, она даже не знает элементарных концепций манипуляции маной.”

— Эирзборн?- Повторил я. “Где я слышал это имя раньше?”

— Ее предки основали институт Эрзборз, — просто ответил он, возвращаясь к книге.

Я ошеломленно уставился на детское копье. Я знал, что все копья обладают определенной силой, но мне никогда не приходило в голову, что этот, казалось бы, сумасбродный маг из такой влиятельной семьи. Не так уж много из истории гномов преподавалось или даже писалось в Сапине, но Институт Эрзборн все еще выделялся как одна из главных причин, по которой гномы могли оставаться наравне с Королевством Сапина, несмотря на их меньшее количество и территорию.

Даже после того, как Академия Ксируса начала принимать разные расы, большинство гномов все еще предпочитали отправлять своих детей на Эрзборн для более специфических дисциплин и областей обучения, подходящих для гномов.

— Мика удивительна не только потому, что красива, верно? Маленькая девушка выпятила грудь.

Генерал Олфред усмехнулся, пряча лицо за книгой. — Опять? Я аплодирую вашей уверенности, но если вы так красивы, почему у вас нет опыта в отношениях, когда вы приближаетесь к…—”

Он не смог закончить фразу, так как ему пришлось защищаться от массивного боевого топора, который, казалось, появился из воздуха. Земля под старым генералом раскололась от силы, приложенной генералом Микой.

С невинной улыбкой, которая, казалось, содержала свирепого демона внутри, Мика снова опустила оружие. — Мой ворчливый Олфред слишком много болтает. Тебе лучше знать, что причина, по которой я до сих пор не завела мужчину, заключается в том, что мои вкусы не соответствуют стандартным гномам.”

Я подвинулся ближе к Сильви, не желая быть частью этого спора.

— Мне кажется, она нравилась мне больше, когда говорила о себе в третьем лице, — призналась Сильвия.

Я был полностью с ней согласен.

Олфред, мгновенно воздвигший над собой щит из твердой земли, чтобы защититься от оружия своего товарища, снова усмехнулся. — Пожалуй, единственная причина, по которой тебя не подвергли остракизму, — это твое происхождение. Возможно, вы найдете человека с довольно уникальным вкусом к маленьким девочкам, чтобы оторвать вас с ногами и руками.”

Сила тяжести вокруг нас увеличилась, и стало трудно дышать без помощи маны, которой я укрепил мое тело. Огонь погас, дрова, которые когда-то горели, превратились в щебень.

Я уставился на них обоих, ошеломленный видом двух копий—вершин власти во всем Дикафене—подшучивающих, как дети.

— Мы … —я вздохнул, собираясь с мыслями, — мы привлекем внимание, если вы оба продолжите в том же духе.”

Не обращая на меня внимания, генерал Мика снова взмахнула своим гигантским топором, но вместо того, чтобы расколоть каменного голема, которого сотворил генерал Олфред, ее топор превратил голема в гальку. — Я не вижу тебя также с женщиной в объятиях, Олдфред!”

“Меня никогда не перестает удивлять, что ты смогла стать копьем со своими детскими выходками, — проворчал Олфред, воздвигая еще одного голема, на этот раз гораздо большего.

Вздохнув, я собрал частицы воды с ближайших деревьев и поливал их из шланга, пока они оба не остыли.

Они оба вскинули головы, сверкая глазами. — Ребята, вы закончили или хотите сровнять гору с землей?”

Мика щелкнула языком. — Это Олдфред виноват, что воспитывает леди в таком возрасте.”

— Тех, кто родился, потягивая молоко из серебряного кубка, нужно воспитывать и выгонять невежество, — пробормотал Олфред.

Борясь с желанием закатить глаза, я наблюдал, как они оба отступили в свои уголки лагеря. Генерал Мика одним ударом своей крошечной ножки возвела из земли коттедж. Каменный дом был достаточно велик, чтобы в нем могла поместиться Сильвия, и даже были текстурированные стены и труба, из которой вскоре начал подниматься дым.

С другой стороны, генерал Олфред решил устроить свое логово в скале, всего в нескольких футах от нашего лагеря. Земляной Утес перед ним засветился темно-красным и начал таять, образуя лужицу расплавленного камня. Большая площадь почти сразу же выдолбилась, и я успел мельком увидеть каменную мебель внутри, прежде чем копье закрыло зияющий вход, который он сделал, даже не оглянувшись.

— Очень скрытно, — беспомощно пробормотал я, прежде чем повернуться и заползти под одно из черных крыльев Сильви, как под импровизированную палатку.

— Тебе было бы удобнее наколдовать палатку, — предложила Сильвия.

— Здесь я буду чувствовать себя в большей безопасности, если они решат что-то сделать во сне, — вяло ответил я.

Я то впадал в небытие, то снова терял сознание, когда между мирными паузами сна вспыхивали сцены из моей прошлой жизни. Воспоминания, которые я хотел забыть, всплыли, как черви в дождливый день.

После убийства директора школы Уилбека мои цели изменились. Несмотря на то, что Нико и Сесилия пытались убедить меня пойти в школу, я не собирался пытаться быть нормальным мальчиком, каким хотела меня видеть директор. Я ненавидел себя за то, что не смог защитить ее, женщину, которая меня воспитала как мать, когда все взрослые считали меня обузой. Она приняла меня, ни желая ничего взамен, кроме моего собственного счастья и какое-то время, я думал, что нашел его.

В тот короткий период моей жизни, когда Нико и Сесилия были рядом со мной в приюте, а директор Уилбек присматривала за нами и ругала нас, я был счастлив, как любой нормальный ребенок. У нее не было грехов—она не сделала ничего плохого. Директор была из тех людей, которые отдают свой обед бездомному, мимо которого они только что прошли, но жизнь отплатила ей ужасной и кровавой монетой.

Приют был оставлен на попечение другого директора, и через несколько месяцев дети смеялись, как ни в чем не бывало.

Но только не я. Я был одержим идеей выяснить, кто послал этих убийц за мной, Нико и Сесилией, а также за директором школы.

Уилбек.

Слова Нико прозвучали отчетливо. “Что ты собираешься делать, когда найдешь их? Ты собираешься уничтожить их всех в одиночку? С твоими способностями?”

Именно тогда я понял, что должен стать сильнее. Отозвав свое заявление в училище, я поступил в один из военных институтов, где готовили кандидатов в армию.

И Нико, и Сесилия пытались отговорить меня. Они убеждали меня дать школе шанс освободить меня от навязчивой идеи. Оглядываясь назад…

Жаль, что я не послушал их тогда. Моя жизнь была бы гораздо менее болезненной и одинокой, если бы я это сделал.

Возможно, что я сожалел о своем отказе их слушать больше, чем они за мной в институте. Я знаю, что советовал им не горевать за мной, в то время, я только сильнее старался оттолкнуть их подальше от себя, тогда, по крайней мере, моя жизнь была бы единственной, что пострадало.

‘Артур. Мы должны уйти до восхода солнца. — Голос моего фамильяра звучал мягко, но я все равно проснулся с тяжелым вздохом.

‘Тебе снова снились кошмары из прошлой жизни, — скорее констатировала она, чем спросила.

Ты знаешь об этом? — Спросил я, садясь.

— Да, хотя они появляются вспышками, я могу их различить. Ты, кажется, получаешь их все чаще, — озабоченно ответила она.

— Ничего страшного, — ответил я, выбираясь из-под крыла Сильви.

‘Надеюсь, что это так, — сказала она с сомнением.

Я ответил улыбкой, положив конец нашему мысленному разговору.

— Мы будем лететь как пуля, чтобы достичь северного побережья к концу дня, — объявил Олфред, разрушая каменные укрытия, которые он и Мика создали, в то время как Мика закрывала наш лагерь на случай, если авантюристы или охотники подойдут слишком близко.

Мои подозрения относительно причастности двух копейщиков к предательству Дикатена уменьшились после их поведения прошлой ночью, но я оставался осторожным.

Вызвав небольшой порыв ветра, я помог им замести наши следы, и мы снова двинулись в путь.





Глава 170. Старые Корни




Пурпурно-оранжевая дымка расползлась по горизонту, оживляя спокойный океан вдалеке. Мы с Сильвией приземлились на краю великих гор. Затемненные фигуры Мики и Олфреда отбрасывали тень на нас, пока они левитировали над нами, готовясь поймать меня сразу после того, как Сильви превратится в свою лисью форму.

Мы все еще находились в нескольких милях от северного побережья, но не могли позволить себе подлететь ближе. Предполагая худшее, коса могла бы почувствовать существенные колебания маны даже с такого расстояния.

Сильви вцепилась в меня, как только превратилась. В то же время, я потянулся, схватив протянутую руку Мики. Так мы медленно спустились, достаточно близко к массивному горному хребту, чтобы избежать нежелательного внимания. Хотя я легко мог приземлиться, даже с такой высоты, но тогда я, скорее всего, расплющу деревья поблизости и, возможно, даже продавлю землю от чистой силы, которую мне придется использовать, чтобы затормозить себя. Как ни неохотно было это признавать, но гораздо проще полагаться на копье, чтобы опустить меня вниз.

“У тебя на руке очень большой шрам!- Заметила Мика, ее голос был едва слышен из-за ветра.

“Это старая рана. Я выдавил улыбку. Я позаботился о том, чтобы скрыть шрам на горле повязкой, но шрам на левой руке мало волновал людей, которые не очень хорошо меня знали.

Маленькое копье кивнуло, сила ее хватки вокруг моей руки стала сильнее, несмотря на ее тонкие пальцы.

Мы приземлились у подножия великих гор, на поле сухой травы и валунов, где свистел холодный ветер.

— С этого момента мана должна быть сведена к минимуму, — сказал Олфред, осматривая окрестности в поисках кого-нибудь поблизости.

Я кивнул в знак согласия. Я мог использовать ману, не будучи обнаруженным через Мираж Уок, но эту информацию лучше держать при себе.

— Полагаю, у вас есть план, как найти слугу и косу, о которых идет речь? — заметил грубоватый Олфред.

“Отчасти. Я достал белую маску, которую носил с тех пор, как стал искателем приключений, и черную шубу из меха кошмарной лисы.

Этот наряд я носил вместе с маской, поскольку она обладала редкой способностью отвлекать внимание от того, кто ее носил. Надев ее поверх одежды, я также выудил из кольца толстый плащ и накинул его на плечи. “Нам нужно идти к главной дороге, так что снимайте плащи и надевайте капюшоны.”

Олфред с любопытством разглядывал мое черное пальто. — Интригующий эффект. Вы когда-то были убийцей или вором?”

— Нет, — усмехнулся я, глядя на свой наряд. “Я просто не хотел выделяться.”

С пренебрежительным кивком, он и Мика последовали моей просьбе, каждый достал роскошный плащ из меха зверя маны.

Не говоря ни слова, я подошел к Мике и достал из кольца запасной плащ. Бросив его на землю, я наступил на него, испачкав коричневый плащ грязью и травой, прежде чем передать маленькому копью. — Лучше надень это.”

— Т-ты уронил его и истоптал на него!- Воскликнула ошеломленная Мика.

— Я знаю, — ответил я, сбрасывая свой плащ и наступая на него, потирая пятку, чтобы тщательно покрыть его грязью и сажей. “Мы собираемся быть рабами Ольфреда.”

— Почему Мика не может быть мастером?- она фыркнула, держа мой запасной плащ двумя пальцами.

— Потому что вы похожи на школьника,-ответил я с невинной улыбкой. Олфред тихонько рассмеялся, вцепившись в свой меховой плащ.

Свирепо глядя на свою когорту, она неохотно надела грязный плащ, который я ей дал.

“Это для безопасности, — сказал я. Наклонившись, я окунул палец в лужу.

— Нет, пожалуйста, — умоляла Мика, прикрывая лицо капюшоном плаща.

— Мы рабы, которые проделали долгий путь. Было бы естественно быть грязным, и это был бы хороший способ остаться незамеченным. Не дожидаясь ее согласия, я стащил с нее капюшон и размазал влажную грязь по ее лицу, прежде чем сделать то же самое с собой.

Я опустил голову и взъерошил свои длинные волосы, пока они не растрепались и не закрыли большую часть моего лица. Надев капюшон, я вручил маску Ольфреду. — Надень это вместе с плащом, и если кто-нибудь спросит, это чтобы скрыть ужасный шрам, который ты получил много лет назад.”

Олфред кивнул, принимая маску. Когда он натянул ее на лицо и откинул капюшон, я не мог не вспомнить о том времени, когда я был авантюристом.

Синяя полоска, спускавшаяся к правому глазному отверстию маски, с годами поблекла, но рост Олфреда был таким же высоким, каким был я, когда был искателем приключений, а маска и плащ навевали воспоминания.

— Маска хорошо сидит, — сказал Олфред, его голос звучал глубже от воздействия маски. «О? У нее есть даже такая функция.”

— Мика хочет домой, — надулась маленькая гномиха, ее юное лицо было покрыто засохшей грязью, а короткие волосы торчали грязными локонами из-под грязного и рваного плаща.

Как моя маскировка? — Спросил я у фамильяра, поворачиваясь к ней лицом.

— Сойдет, хотя меня беспокоит, что случится, если кто-нибудь присмотрится. Ее маленькая лисья головка одобрительно кивнула.

Почему это больше похоже на оскорбление, чем на комплимент?

‘И то и другое, — ее спокойный голос засмеялся у меня в голове. Сильви запрыгнула под мой плащ, так как ей нужно было скрыться от глаз, пока я изображал раба.

— Вы уверены, что нас никто не заподозрит?” Глубокий голос Ольфреда возмущался из-за маски.

“Никто не будет искать под этой одеждой копья, ведь есть немало искателей приключений, которые любят использовать маски, — ответил я, следуя за Микой за нашим временным хозяином. — Кроме того, есть старая поговорка, что лучшее место, чтобы спрятаться, — на виду. Кто заподозрит дворянина и двух его рабов, на пути к северу, которые выбрали эту дорогу чтобы избежать сражений с бандитами?”

— Хотя вы и правы, я никогда не слышал о такой поговорке. Может, ею пользуются только люди?- Спросил Олфред.

“Что-то в этом роде” — хмыкнул я, вспомнив, что нечто подобное в своей прошлой жизни.

Несколько часов мы шли молча. Я постоянно использовал Шаг Иллюзии, чтобы укрепить свои ноги манной, скрывая колебания, и был удовлетворен тем, что даже Мика и Олфред не смогли ничего заметить.

Я прокрутил в голове план, который мы с Вирионом придумали вместе с Сильвией. Предполагая, что и Олфред, и Мика были предателями, я не знал, что они собирались сделать со мной. В худшем случае они убьют меня, когда у них будет шанс, а в другом случае они схватят и отдадут алакрийцам.

Как бы то ни было, два гнома не стали бы так бесстыдно нападать на меня в присутствии Сильвии. Даже если бы они смогли одолеть нас, это был бы тяжелый бой и привлекло бы внимание даже в самых отдаленных районах.

На их месте я бы привел нас с Сильвией к слуге или косе, чтобы быстро избавиться от нас или захватить в плен. Тем не менее, единственный реальный способ убедиться, что их план приведет нас к их подкреплению, это намеренно действовать так, как будто я не могу их найти.

С Сферой Сердца я мог бы использовать видимые колебания маны, чтобы найти базу Вритры. Через несколько дней они либо сдадутся и захотят вернуться—в этом случае мои подозрения окажутся ошибочными,—либо дадут мне советы или намеки, которые приведут нас с Сильвией к гибели.

‘Твой план основывается на множестве предположений, — заметила фамильяр, шаркая в кармане плаща. — Что если они насильно приведут нас к врагу?’

Я очень сомневаюсь, что они захотят раскрыть себя. Они могут получить намного больше, чем один из членов совета в качестве шпиона. Поэтому я могу с уверенностью предположить, что они попытаются избежать подозрений, пока не будут уверены, что смогут избавиться от нас, не привлекая внимания.

‘Значит, мы просто убежим, если они попытаются вывести нас на них? — Спросила Сильвия с сомнением в голосе.

— Если мы сможем вернуться после того, как найдем расположение базы Вритры, не сражаясь с Олфредом и Микой, это будет лучшим сценарием, — ответил я, следуя за дворянином в маске, который выдавал себя за моего хозяина. Но на всякий случай Вирион послал за нами еще одно копье.

Сильви не ответила, но меня захлестнула волна удивления.

Ты совсем ее не чувствуешь, да?

— Нет, не могу, — призналась она. — Это эльфийское копье?’

Несмотря на ее поведение, ей дали кодовое имя «Фантазм» из-за ее способности обманывать и скрываться от противников.

— Наемный убийца, — заметила Сильвия.

Мы мысленно разговаривали, скоратывая время, пока шли по неровной равнине.

На протяжении всего пути я активировал Сферу Сердца небольшими пульсами, пытаясь уловить любые колебания маны вокруг нас. Я должен был быть осторожен, чтобы два копья не увидели моих глаз, и мой капюшон с длинной челкой помогли скрыть тот факт, что мои зрачки изменили цвет с голубого на светло-лавандовый.

По мере того как мы продвигались на Северо-Запад, деревья росли все чаще, а равнины постепенно превращались в акры леса. С вращением маны, навыком, которому я научился у Сильвии, постоянно пополняя запас маны, пока я использовал Шаг Иллюзии, чтобы скрыть колебания маны вокруг меня, вызванные использованием магии, время, которое я провел, стало своего рода тренировкой.

— Мы сделали это, — вздохнула Мика, когда мы, наконец, достигли главной дороги. Грунтовая тропа была достаточно широка, чтобы вместить две кареты с большим пространством между ними, и, хотя были следы колес от использования, казалось, не было никаких экипажей в поле зрения.

“Куда теперь, парень?” голос Ольфреда прозвенел из-под маски.

“Мы пойдем по дороге в ближайший город, — просто ответил я.

— Опять ходьба?” Мика застонала в знак протеста.

— Ближайший город не так уж далеко, — утешил я.

Мы с Микой шли, низко опустив головы, за Олфредом по краю тропы. Внезапно до меня донесся слабый стук копыт и деревянных колес.

Оба копья встрепенулись меньше чем через секунду, уловив звук. Мы остановились и стали ждать, когда карета появится в поле нашего зрения. Деревянный экипаж, запряженный двумя гнедыми лошадьми, одна из которых была в крапинку у самой морды, вел пожилой господин в зеленом в коричневом дорожном костюме и молодой человек, на вид ненамного старше меня.

Когда они подошли ближе, стало ясно, насколько истощены лошади. Их грудные клетки были четко выражены, в то время как их шерсть и гривы потеряли всякий блеск, который они обычно получали от питательных веществ в пище.

Олфред махнул рукой в сторону приближающейся кареты. “Привет!”

Быстро натянув поводья, лошади и карета остановились.

— Ты заблудился?- рявкнул старший, его глаза изучали одежду Олфреда, в то время как младший подозрительно смотрел на Мику и меня.

“Мы с рабами ехали на север, когда на нашу повозку напали разбойники, — объяснил Олфред ровным голосом, драматично рассказывая о своем горе. — Они зарезали моих лошадей и попытались ограбить нас. К счастью, мои рабы смогли отбиться от бандитов.”

— Эти два жевуна? Глаза старика сузились.

Олфред покачал головой. “Нет-нет. Разные рабы, но, к сожалению, они долго не протянули от заражения ран.”

«А маска?- спросил водитель, приподняв бровь. Он и молодой человек схватились за рукояти кинжалов, висевших у них на поясе. Судя по их неловко сложенным рукам, оружие предназначалось скорее для устрашения.

— Мой отец настоял, чтобы я скрывал свою личность в эти опасные времена, — ответил Олфред со слабым смешком, подняв руки в знак покорности, заметив оружие.

— Опасные времена, как вы уже знаете. Старик ослабил хватку на оружии. — С тех пор как началась война, трудно найти рабов и еще труднее позволить себе иметь их. Сочувствую вашей потере.”

— Большая потеря, — согласился Олфред.

— Ну, для всех нас настали тяжелые времена. Я не уверен, что мои лошади выдержат вес большего количества людей, — старик провел пальцами по жидкой бороде и кашлянул.

— Естественно, ты получишь компенсацию, — спокойно ответил Олфред, порывшись в своем меховом плаще и вытащив две серебряные монеты.

Молодой человек протянул руку и схватил серебряные монеты, проверяя их податливость зубами, прежде чем дать добро водителю.

— Тогда запрыгивай, — кивнул старик Олфреду. — Но твоим рабам придется идти пешком.”

— Конечно, — без колебаний ответил Олфред.

Я поймал взгляд опустошенного лица Мики, прежде чем она снова опустила голову. Не говоря ни слова, я оттащил похожее на ребенка копье назад и подождал, пока карета возобновит движение, прежде чем последовать за ней с Микой.

— Мика собирается убить этого старика, — пробормотала Мика, пряча лицо под капюшоном.

— Потерпи еще немного. Следующий город всего в часе пути.”

“Вы знакомы с этой сельской местностью? — Спросила Мика.

— Конечно, — тихо сказал я. — в конце концов, это мой родной город.”





Глава 171. В Таверне




Огни уличных фонарей мерцали в далеке, зрелище довольно приятное для воспаленных глаз после нескольких часов безостановочной ходьбы. Впервые за десять лет я вернулся в Ашбер, маленький городок, где родился.

— Мика готова выпить кружку холодного Эля, — прошептала генерал, облизывая сухие потрескавшиеся губы.

Я молча кивнул, стараясь не отставать от кареты, за которой мы ехали.

“Просто из любопытства, сэр. Сколько у вас рабов? — нетерпеливо спросил молодой человек, переводя взгляд с меня на Олфреда.

— Я никогда не считал, — пожал плечами Олфред. — У нас их много дома, одни принадлежат мне, другие-моей семье.”

“Поразительно. Молодой человек вздохнул. “Если у тебя их так много, как насчет того, чтобы оставить этих двух рабов с нами?”

Старший, бородатый, откинулся на спинку сиденья и ударил мальчика по голове. — У тебя что, пустота в голове? Кто в здравом уме добровольно отдаст своих рабов!”

Мальчик потер голову, поправляя грязные светлые волосы. — Я просто спросил, старина. Блин!”

При первом контакте они показались нам подозрительными, но открылись слишком легко, как будто ждали повода доверять нам. Тем не менее, мы были почти в Ашбере, и ничего не казалось странным.

— Ну вот мы и приехали, — объявил бородатый кучер, натягивая поводья, чтобы остановить карету. “Мы проедем через этот город, так что лучше тебе идти отсюда пешком.”

“Вы будете путешествовать всю ночь?” спросил Ольфред, и в его голосе зазвучал скептицизм.

“Мы спешим к маленькому аванпосту всего в часе езды отсюда,-со смехом ответил светловолосый мальчик, отпуская задвижку, чтобы выпустить Олфреда.

— Ну, как бы то ни было, спасибо, что подвезли. Прежде чем спрыгнуть с экипажа, Олфред вручил мальчику еще одну серебряную монету.

Кучер дал Ольфред выйти с кареты перед тем, как поддать лошадей. Раздраженно фыркнув, лошади тронулись рысью, выруливая на узкую грунтовую дорогу, которая сворачивала влево.

— Им нужно поработать над своей актерской игрой, — сказал Олфред, качая головой.

— Значит, не только я заметил, — ответил я.

“Все. Пока есть алкоголь и уютная кровать, Мика будет счастлива.”

Когда мы втроем вошли в город, я не мог не обратить внимание на то, как пусты улицы. Часть моих воспоминаний об Ашбере была о том, каким оживленным он был для такого маленького городка. Искатели приключений редко забирались так далеко на север, но небольшая речка, протекающая рядом с городом, делала этот район отличным местом для выращивания урожая.

После смерти Ленсы мой отец увез мою мать в этот отдаленный город и устроился здесь охранять фермеров и их посевы от нападений волков или бродячих зверей маны, которые приходили с великих гор. Крестьяне, проснувшись рано, как правило, работали в поле собирая свои урожаи и проводили послеобеденное время либо торгуя на улицах рынка Ашбер или ходили по купцам, а в ночное время предназначалось чтобы расслабиться и получать удовольствие от сна, или провести несколько часов в таверне.

Мой отец часто приходил домой по ночам, спотыкаясь о собственные ноги после выпивки с местными фермерами. Я знал, что война внесет какие-то изменения, но никак не ожидал, что Ашбер станет таким призрачным городом.

Уличные фонари, разбросанные вокруг, ярко горели, но поблизости не было никаких признаков людей. Мы трое почувствовали кого-то в переулке, его черты были скрыты тенями. Через мгновение человек поспешил прочь, его не ритмичные шаги становились все тише, пока единственный звук, который мы слышали, не затих.

Мы посмотрели друг на друга, но промолчали. Оглядевшись, я увидел, что большинство зданий либо пустует, либо забаррикадировано. Окна были заколочены деревянными досками, а парадный вход в магазины скреплялся цепями. Я активировал Сферу Сердца, чтобы найти колебания маны, но не ожидал многого.

Тем не менее, я мог видеть искажения в атмосферной манне по всему городу. Здесь недавно были маги.

“Я чувствую, что люди разбросаны по округе, и, кажется, всего в нескольких кварталах отсюда собралось человек сорок, — проворчал Олфред.

— Мика почувствовал сорок три, — пробормотало маленькое копье рядом со мной.

“Я думал, мы договорились не использовать магию, — раздраженно сказал я. “А что, если поблизости есть алакрийские маги или Вритры, которые это заметили?”

“Мана не была нужна, чтобы почувствовать их, — загадочно ответил Олфред.

Что? Я чуть не сказал это вслух. Если бы они могли точно чувствовать людей вокруг, весь мой план был бы скомпрометирован.

— Это хорошо, — соврал я. — Похоже, мы сможем обнаружить убежище Алакрийцев раньше, чем я ожидал.”

— Возможно, это займет какое-то время. Мика может чувствовать людей только на небольшом расстоянии, и даже тогда это как-то нечетко. То же касается Ольфреда,” объяснила Мика.

“Вы оба слишком много говорите для рабов, — огрызнулся Олфред, прежде чем понизить голос до шепота. — Только потому, что мы не можем использовать магию, не означает, что наши враги связаны тем же препятствием. Предположим, наши голоса всегда будут услышаны.”

Я знал, что поблизости никого нет—по крайней мере, никого, кто манипулировал бы маной—и Олфред тоже должен был чувствовать это, но делал вид, что он просто хочет, чтобы Мика перестала говорить об их пределах, но пожилой гном был прав. Я кивнул и продолжил тащиться в нескольких шагах позади Олфреда с Микой.

Завернув за угол, я миновал особенно высокое, обветшалое здание и точно знал, где находится “место сбора”, о которой упоминали Олфред и Миа.

Из трубы, похожей на таверну, поднимались клубы дыма. У большой лачуги была кривая крыша с отсутствующими черепицами, но из всех других обветшалых строений и домов поблизости это было единственное место, где свет шел изнутри.

Мы подошли без колебаний, ведомые мыслью о вкусной приправленной еде и мягкой кровати.

— Я чувствую запах жареного мяса, — сказала Сильви, когда мы подошли ближе, нетерпеливо шурша под моим плащом.

Олфред обернулся, и мы втроем посмотрели друг на друга, прежде чем открыть расщепленную деревянную дверь. Мой нос жадно вдыхал резкий запах алкоголя, дыма и разнообразных продуктов и специй. Шум дюжины разговоров, старающихся заглушить друг друга, разнесся по большой таверне, сопровождаемый звоном бокалов и стуком ладоней.

Люди-в основном мужчины, — сидевшие за ближайшими к двери столами, повернулись к нам, некоторые с раскрасневшимися щеками, другие раздраженно хмурились.

— Мы будем ждать, или пока сядем?” Голос Ольфред звучал из-за его маски.

“Ты ответственен за то, чтобы найти свое место в таких заведениях, как это, — сказал я, натягивая капюшон, чтобы прикрыть больше лица, стараясь сдержать смех.

Я схватил Мику за запястье и последовал за Олфредом, пока он пробирался между клиентами и столиками. Когда мы проходили мимо, невозможно было не заметить этих взглядов. Дородный мужчина с длинными спутанными волосами намеренно откинулся назад, надеясь наткнуться на одного из нас в качестве предлога, чтобы поднять шум.

— Неважно. Тут всего лишь сорок два, — сказала Мика, указывая на клыкастую собаку, которая стояла рядом с ее бочкообразной грудью, слюна сочилась из ее плоской морды.

Я приподнял бровь. — Что?”

— Сорок два человека, а не сорок три, как говорил Мика. Мика приняла этого зверя за человека, — объяснила она.

-Всего сорок два человека, — согласился я.

Продолжая идти по лабиринту людей, я пытался уловить хоть какие-то обрывки разговора, которые могли бы развеять мои подозрения относительно этого места. Я смог выбрать часть диалога за одним столом среди шума»…удалось подсечь рыбу сегодня.”

В то время как человек с несколькими отсутствующими зубами мог просто говорить о ловле форели или какого-то другого водного позвоночного, их подозрительные взгляды сказали мне, что их разговор не был таким невинным.

В конце концов мы уселись за шаткий столик в дальнем углу таверны, рядом с туалетом. Отвратительное зловоние, вызванное отсутствием надлежащего водопровода, ударило мне в нос, избавляя от всех следов аппетита, который я накопил.

“Что ты будешь пить сегодня вечером? — спросила барменша, небрежно натягивая грязное платье, чтобы обнажить грудь. Она наклонилась к столу рядом с Олфредом, явно приглашая его взглянуть на ее декольте, а сама рассматривала его прекрасный плащ.

Мика и я, очевидно, не существовали для нее, когда она кокетливо покачивалась рядом с Олфредом, ожидая его заказа.

“Я возьму три кружки холодного эля, тушеное мясо и немного хлеба, — сказал Олфред, ничуть не смущенный ее попытками соблазнить его.

— Сейчас, — проворковала она, нежно проводя пальцем по его руке. Была ли это еще одна попытка соблазнить его или оценка качества его плаща, я не знал, но я мог сказать, что она была не единственной, кто заметил потенциальную ценность Олфреда.

“Тьфу. Какой смысл хвастаться этими кусками жира? — Пробормотал Мика с отвращением.

— На этот раз мы в чем-то согласны, — кивнул Олфред. — У женщины должно быть крепкое, мускулистое телосложение и такая же грубая кожа.”

Я предпочел не вмешиваться в разговор, украдкой поглядывая на таверну. Когда Сфера Сердца снова активировалась, я мог сказать, что кто то использовал магию, и это случилось совсем недавно.

Искаженная аура маны окружала особенно большой стол у противоположной стены. Из-за стола высунулся мужчина средних лет в мантии. В отличие от своих спутников, он был аккуратно причесан. Его глаза-бусинки непристойно сверкнули на двух скудно одетых официанток, которые по очереди кормили его фруктами и элем. С впалыми щеками и редеющими волосами было очевидно, что две официантки не подлизывались к нему из-за его лихой внешности.

По тому, как громко и надменно он говорил, и по тому, как его сверстники смеялись и кивали тому, что выходило из его рта, не было сомнений, что человек с глазами-бусинками был важной шишкой—если не полностью контролировал все вокруг. Судя по тому, как частицы собирались вокруг него, он создал слой маны, чтобы укрепить и защитить свое тело.

Он был не единственным; только с беглого взгляда, я заметил несколько усилителей, которые нагоняли тонкий слой маны на их кожу для защиты. Однако плотность и чистота манны, окружающей их тела, были намного ниже, чем у алакрийхских солдат, с которыми я столкнулся у юго-западного побережья. Если уж на то пошло, они были либо наемниками, либо искателями приключений. Для сравнения, скелет, зажатый двумя девушками, находился на гораздо более высоком уровне.

Но меня беспокоило не это. Дело было не в едва уловимой враждебности в таверне или подозрительном количестве присутствующих магов. И мне казалось я знал этого человека. Что-то в его сверкающем, извращенном взгляде и кривом лице вызвало горькие эмоции, но я не мог понять почему.

— Что происходит? — Спросила Сильви, заметив мое беспокойство.

Сильви, взгляни на столик слева от меня, на другой стороне таверны. Ты кого-нибудь узнаешь?

Мой фамильяр зашуршал под плащом, прежде чем ее маленькая мордочка высунулась наружу. Ее умные глаза осмотрели комнату, сосредоточившись на том месте, куда я указал, когда явное отвращение просочилось из нее. ‘Это тот негодяй, который пытался использовать короля, чтобы силой завладеть мной во время аукциона в Хелстее. Кажется, его звали как—то вроде …

Мужчина встал и заковылял к бару, стараясь не давить на левую ногу и удерживая равновесие деревянным посохом. Как только я понял, что он ранен, его имя сразу же всплыло в моей памяти вместе с остальными воспоминаниями о нем.

“Что случилось?- Прошептала Мика, наклоняясь ближе, так что была видна только нижняя часть ее лица. — Вы кого-нибудь узнаете?”

Покачав головой, я повернулась к своему столу. — Никого важного.”

С нашим заказом прибыла другая барменша—на этот раз менее ласковая. Она поставила перед Олфредом три кружки эля и тарелку супа с куском хлеба, небрежно погруженным в вязкую жидкость.

— Пожалуйста, принеси еще две миски, — сказал Олфред, ставя кружку на стол передо мной и Микой.

“В квартале отсюда есть стойло, чтобы кормить рабов, — сказала она с явным отвращением.

Не обращая внимания на ее слова, Олфред просто помешал кусочком хлеба апельсиновую похлебку. “Это было долгое путешествие. Я хотел бы поесть здесь сегодня вечером.”

Я не потрудился увидеть ее реакцию, но она молча ушла. Мой разум был сосредоточен на холодной кружке эля, булькающей передо мной. Я прижал прохладный край кружки к пересохшим губам, наслаждаясь легким жжением в пищеводе, когда газированная жидкость достигла желудка.

Черт, как хорошо.

Мика почти допила свою кружку одним глотком. Ее тело задрожало, когда она блаженно вздохнула. — Даже этот дешевый эль сейчас кажется Мике божественным.”

С тихим смешком я поднял кружку, чтобы сделать еще глоток. Краем глаза я заметил, что та же самая барменша что-то шепчет одному из мужчин, сидящих за тем же столиком, что и Себастьян, указывая пальцем на наш столик.

— Похоже, у нас будут гости, — пробормотал я двум копьям, ставя свой бокал. Сильви зарылась поглубже в мой плащ, а я на всякий случай натянул капюшон на лицо.

Через несколько минут к нашему столику подошел крупный мужчина с жиденькой бородкой, а с ним-невысокая полная женщина со снисходительной ухмылкой и в такой же откровенной одежде, как у здешних официанток.

Бородатый мужчина смотрел на меня и Мику, подняв брови и выжидающе смотрел. Не говоря ни слова, я поднялась, потянув за собой Мику, и встала позади Олфреда.

Женщина, увидев две полупустые кружки, фыркнула. — Тебе не следует так баловать своих рабов. Это заставляет их думать, что они чего то стоят.”

“Не твое дело, как я обращаюсь со своими рабами, — отрезал Олфред, засовывая под маску еще один кусок хлеба. “А сейчас, что я могу сделать для вас двоих? Надеюсь, вы умеете говорить лаконично.”

— Лаконично? мужчина усмехнулся. Деревянная спинка протестующе застонала, когда он откинулся на спинку сиденья, но продолжал держаться. — Какие у вас красивые слова. Вы должны быть осторожны в этих местах, особенно если вы путешествуете с юга.”

Я видел, как эти двое пытаются оценить размер Ольфред. Мика могла выдавать себя за человеческого ребенка, но я боялся, что они могут понять, что Олфред не был человеком.

— Спасибо за совет, — ответил Олфред, продолжая смотреть им в глаза.

“Мы хотели оказать вам теплый прием, — сказала женщина, опершись на локти.

“Мы милостиво пришли после того, как увидели, как ты обращалась со своими рабами, — продолжила ее спутница, стрельнув острым взглядом на Мику и меня. “У нас есть целая линия рабов на продажу, и я чувствую, что вам будет интересно.”

Мои челюсти сжались от ее слов. Я представил себе комнату, полную детей и взрослых, едва одетых и накормленных, которых держат только как товар.

“Мне придется вежливо отказаться, — почти сразу ответил старый гном.

“Не говори так. Женщина присела на краешек стула, чтобы быть поближе к Олфреду. “Если ты не ищешь более практичного раба, то у нас есть и девушки, и женщины.”

“У нас даже есть гномы и эльфы, — добавил великан, его потрескавшиеся губы изогнулись в похотливой усмешке.

Последовала пауза, прежде чем Олфред ответил: “Я думал, что после образования Совета межрасовое рабство было запрещено.”

“Вот почему это будет стоить тебе руки и ноги. Человек разразился хриплым смехом над собственной шуткой—или тем, что он считал шуткой.

Если копье и рассердился, он постарался это скрыть. Мика, с другой стороны, зашевелилась рядом со мной. Я чувствовал, что из нее вытекает ничтожное количество маны, но даже этого небольшого количества было достаточно, чтобы я забеспокоился. Вскоре после объединения трех рас вожди всех трех сторон предприняли коллективные усилия по искоренению рабства. Однако избавление от рабства одним махом не только вызвало бы недовольство среди рабовладельцев, но и привело бы к серьезным последствиям в экономике, по существу оставило бы королевство без значительной части рабочей силы.

Чтобы исправить это, Совет усердно работал над тем, чтобы применять поэтапный подход: вознаграждали владельцев, которые освобождали своих рабов, и облагали налогами владельцев, которые держали рабов.

Хотя рабство существовало во всех трех королевствах, всегда существовал высокий спрос на гномов и особенно эльфийских рабов из Сапина. По крайней мере, так мне сказал Винсент, владелец аукционного дома в Хелстее.

Олфред осторожно отодвинул миску с тушеным мясом. — С другой стороны. Возможно, мне немного любопытно, что вы можете предложить.”

Женщина придвинулась ближе, ее лицо исказилось в том, что она считала кокетливым. — Я знала, что тебе будет интересно. Я сообщу нашему боссу.”

— Ничего, если я сначала устроюсь в гостинице где-нибудь поблизости? — Спросил Олфред. — Наше путешествие было довольно трудным.”

Женщина встретилась взглядом со своим спутником и кивком головы подозвала его к себе. Кивнув, он махнул гигантской рукой в сторону старика с легкой сутулостью, который лениво протирал стаканы полотенцем. — Комната для господина и двух его рабов!”

Женщина, не дав Олфреду возможности возразить, повела его к задней двери, а ее бородатый спутник последовал за ней. На этот раз сидящие на нашем пути мужчины и женщины отодвинули свои стулья, прокладывая путь взглядами, которые сверлили нас насквозь.

Прежде чем выйти в холл вместе со сгорбленным старейшиной, я еще раз оглянулся на Себастьяна, который улыбался нам, а барменша что-то шептала ему на ухо.

Как только мы углубились в едва освещенный коридор, шум в таверне стих. Мика и я молча следовали за Олфредом, в то время как сам гнои в маске отвечал на праздные шутки дородной женщины.

“Вот ваша комната, сэр. С вас два серебряных. Старик протянул пустую ладонь, а в другой руке держал ржавый ключ.

Два серебряных? Для грязной комнаты здесь, в Ашбере? Я не могу в это поверить. Было разумно купить участок земли здесь на две серебряные монеты.

— Я никогда не интересовалась валютой этого континента, но даже для меня это звучит нелепо, — недоверчиво ответила Сильвия.

Тем не менее Олфред продолжал играть роль усталого наивного аристократа, извлекая из-под плаща две мерцающие монеты.

Даже не поблагодарив, старик отдал ключ.

“Если бы не эта чертова миссия, Мика бы сровняла с землей всю таверну! — Закричала Мика приглушенным голосом с подушки.

“Я тоже так думаю, — ответил Олфред. — Однако обстоятельства вынуждают нас соблюдать осторожность.”

Я повернулся к старшему копью. «Независимо от того, решим ли мы действовать, наша миссия является приоритетной. С ними нет проблем, хотя бы можно просто взглянуть на этих рабов— это даже дает нам лучшее прикрытие для передвижения по городу.”

Олфред кивнул в ответ, расстегнул плащ и повесил его на деревянный комод.

Я сел в изножье кровати, а Сильви кипела от злости.

Что-то волнует?

— Я не понимаю, почему существует высокий спрос на рабов разных рас. Это потому, что люди чувствуют жалость к порабощению одного из своих? — спросил мой фамильяр.

Нет. Достаточно тошнотворно, что многие благородные семьи практиковали скрещивание со своими рабами-дворфами или эльфами, чтобы их дети могли иметь лучший и более широкий потенциал в качестве мага. Лукас Уайкс был продуктом этой практики.

Сильви не ответила, но из-за нашей связи я чувствовал, как ее гнев выплескивается наружу. Когда я впервые прочитал об эльфах, я думал о них как об этой мистической расе с высоким родством к магии. Эти предположения были подкреплены тем фактом, что мое пребывание в Элиноире было в основном с королевской семьей. Вспоминая то время, когда я спас Тессию от работорговцев, я должен был догадаться, что они охотятся либо за детьми, либо за более слабыми, ничего не подозревающими взрослыми.

Совет запретил межрасовое рабство несколько лет назад, но после встречи с этими двумя, похоже, это все еще продолжается.

‘А как насчет леса, окружающего эльфийское королевство? Разве это не должно отпугивать большинство других существ, кроме эльфов и местных животных?’

Вот почему эльфийские рабы так редки. Торговцы не только должны быть искусными бойцами, они должны иметь собак, способных вести их через Эльширский лес.

Презрение вырвалось из моих уст. — Зайти так далеко…’

Будучи выходцами из скромного дома, мои родители никогда не смогли бы позволить себе рабыню, даже если бы захотели. Тем не менее, тот факт, что это происходило в моем родном городе, не просто раздражал меня, а вводил в ярость.

— Если мы не сможем справиться с этим сами, Мика проинформирует Совет о том, что здесь происходит, — резко сказало маленькое копье, вскакивая на кровать.

Я кивнул, не потрудившись повернуться к ней. – Хорошая идея.”

В дальнем конце коридора находилась ванная комната, и когда Олфред вышел, чтобы воспользоваться ею, незнакомый мужчина с маленьким кинжалом на поясе проводил его туда. Хотя Олфред сказал, что этот человек достаточно мил, было очевидно, что в таком месте консьержей не бывает. Нас фактически держали здесь в плену.

В мгновение ока прошел час. Мы решили, что для Мики будет лучше остаться на случай, если она не сможет контролировать себя. Несмотря на ее многочисленные жалобы, она словно ударилась об бревно и тут же уснула, как только ее голова коснулась импровизированной подушки, которую она смастерила из скатанного плаща.

Прежде чем открыть дверь, мы снова надели нашу маскировку. Нам и раньше было ясно, что снаружи нас ждут люди, но мы держались непринужденно.

“Хорошо отдохнули? — спросила женщина, ее голос был немного более невнятным, чем, когда она впервые пришла к нам.

Судя по раскрасневшимся щекам ее спутницы, они, похоже, много выпили за это время.

— Идем! Следуйте за нами. Наш лидер хочет встретиться с вами”, — сказала женщина, приклеиваясь к Ольфред.

Я молча шел за хозяином, пока бородач не заговорил. “Маленький раб не присоединится к нам?”

— Ее тело не привыкло путешествовать на такие большие расстояния, — не оборачиваясь, ответил Олфред. “Я не думал, что будет проблемой просто позволить ей спать в комнате.”

Губы бородача скривились в ехидной усмешке.

— Ах! Так что ее тело привыкло к другим вещам,” — хмыкнул он, подталкивая Ольфред локтем.

Я закатил глаза. Неужели у этой обезьяны нет чувства приличия?

Приглушенный шум таверны становился все громче по мере того, как мы приближались ко входу. В то время как заведение все еще было полно людей, ближайший к нам стол был оставлен свободным, только один человек сидел за ним. Себастьян.

— Лидер, я привела их сюда, — произнесла женщина, в ее голосе не было и намека на трезвость.

Лидер? Я чуть не сказал это вслух, мои глаза посмотрели вверх, чтобы лучше видеть лысеющего фокусника, хоть у меня и не было затаенной обиды на него.

Себастьян. Даже тогда, когда я был еще маленьким мальчиком в этом мире, я видел его жадность и бесстыдность, но он был ничтожным человеком. Детское желание, завладеть моим фамильяром, и тот факт, что он использовал короля, чтобы попытаться «вынудить» меня отказаться от нее, это все действовало мне на нервы, но я никогда не думал, что увижу его здесь.

Даже если он получил наказание за свои действия в аукционном доме, я сомневаюсь, что это было чем-то большим, чем предупреждение.

Он был дворянином и не имел никаких интересов в таком отдаленном городе, как Эшбер.

— Можете идти. Он отпустил их взмахом руки. Глаза-бусинки Себастьяна изучали меня, и я чувствовал, как он исследует мой уровень маны. Конечно, он ничего не почувствует. Даже если я еще не достиг стадии белого ядра, я был достаточно высоко, чтобы его чувства не смогли обнаружить следы моей маны. Он перевел взгляд с моей груди на лицо, но, увидев мои растрепанные волосы и грязное лицо, сосредоточился на Олфреде.

— Очень приятно, — сказал Себастьян с широкой, казалось бы, невинной улыбкой. — Позвольте поприветствовать вас в моем городе.”





Глава 172. Управление Бизнесом




— Приятно познакомиться, — сказал Олфред со всей возможной вежливостью.

— Меня зовут Кладенс из Дома.

Себастьян поднял ладонь, прерывая копье.

— Позволь мне остановить тебя. В таких разговорах имена домов не нужны. Я просто буду называть тебя Кладенс, а ты можешь звать меня Себастьян.”

— Хорошо, — ответил Олфред. “Себастьян.”

“Неплохо. Маг с глазами-бусинками одобрительно кивнул. “Теперь. Прежде чем мы перейдем к делу…”

Себастьян пробормотал заклинание и демонстративно взмахнул рукой. Через несколько мгновений полупрозрачный саван накрыл нас, приглушая шум таверны. Очевидная, но не очень впечатляющая демонстрация магии ветра. Тем не менее, я подыграл роли наивного раба и выдохнул от изумления.

Фокусник перевел взгляд с меня на Олфреда, но, увидев, что его гость в маске не выказал ни малейшего признака благоговения перед этой демонстрацией, сказал, сжав губы так словно нахмурился.

“Здесь немного шумно, и люди здесь не самые воспитанные,-сказал он, наклоняясь вперед, чтобы взять одну из кружек, наполненных пивом в центре стола. — Извините меня за поведение моих подчиненных. Когда ты наконец сядешь отдохнуть, мне придется сделать им выговор.”

Олфред наклонился вперед, крепко сжимая ручку кружки. “Это не проблема. Спасибо за гостеприимство в гостинице.”

— Гостеприимство? Лысеющий маг недоверчиво посмотрел на копье в маске и фыркнул. “Мы с тобой оба знаем, что такое место подходит для грязевых свиней.”

Ланс в маске усмехнулся, прежде чем сделать глоток из кружки.

Было очевидно, что Себастьян смотрит на голову Ольфред, пытаясь заставить взглянуть на его лицо под маской.

“Что-то случилось?- спросил гном, заметив это.

Себастьян небрежно пожал плечами и тоже отхлебнул из кружки.

— Просто любопытно узнать, что скрывается за твоей маской. Я видел, как авантюристы носят их время от времени, но не что б дворяне — никогда.”

Олфред почесал затылок.

— Разве не очевидно, что я дворянин?”

— Ну, чтобы знать, надо узнать человека получше, — гордо сказал Себастьян.

— Я так и думал, — кивнул копье. — Судя по твоему внешнему виду и магической силе, ты тоже не соответствуешь этому месту.”

По сравнению с этими мерзкими людьми, большинство из которых были одеты в лохмотья, Себастьян и в самом деле выглядел весьма вызывающе в своем богато выкрашенном камзоле.

Глаза Себастьяна сверкали в восторге от лести Ольфреда. “Действительно. Я бы обиделся, если бы ты думал обо мне так же, как об этих бесах.”

Копье в маске со стуком поставило кружку на стол. — Я был бы дураком, если бы сделал так!”

На протяжении всего разговора казалось, что они действительно поладили. Был ли Олфред действительно хорош в актерском мастерстве, или он действительно находил Себастьяна дружелюбным, я не был уверен, но после нескольких кружек эля Себастьян превратился в красное, икающее месиво. Тогда-то и проявилась его истинная личность.

— Так … что за девушку ты ищешь? — Спросил Себастьян, его глаза остекленели.

“С чего ты взял, что я ищу девушку? Олфред ответил, практически приклеившись к кружке с алкоголем.

Лысеющий фокусник хихикнул, указывая пальцем на копье в маске. “От того. Мои подчиненные рассказывали мне, как вы буквально светились, когда они упоминали, что у меня есть эльфы и гномы.”

Олфред на мгновение замолчал, и я почти испугалась, что копье скажет что-то, чего ему не следует говорить.

“А если и так? — Ответил Олфред, его низкий голос звучал невнятно.

Себастьян поднял обе руки в умиротворяющем жесте. — Я не сужу. Какой смысл иметь деньги и власть, если ты не можешь тратить их на то, чего хочешь?”

— Конечно! Олфред со стуком поставил кружку на деревянный стол и глубоко вздохнул. — Все из-за этих проклятых благородных женщин, которые смотрят на меня свысока.”

К чему он клонит?

Наклонившись вперед, Олфред указал на свою маску. “Ты знаешь, почему я ношу эту удушающую маску? Потому что у меня все лицо в шрамах от пожара.”

— Вот как? — Заинтригованно спросил Себастьян.

— Да, и хуже всего то, что этот случай произошел со мной, когда я была еще подростком. Раны, которые я получил на ноге, замедлили мой рост, так что не только мое лицо обезображено, но теперь я даже на голову ниже, чем мой собственный проклятый раб! Олфред ткнул в меня пальцем, пока я стоял, сбитый с толку.

Даже зная истинную личность Олфреда, я не мог не предположить, действительно ли этот инцидент произошел в какой-то момент жизни копья.

— Он очень правдоподобен, — заметила Сильвия, подслушав их разговор.

Я согласился.

“Даже не начинай! Себастьян допил еще кружку эля, поставил ее на стол и вытер пену с губ. — Когда я служил королевской семье, женщины бросались ко мне в постель, но после того, как их освободили, те же самые бродяги обращались со мной, как с насекомым!”

— Вы служили королевской семье?- Воскликнул Олфред. — Почему вы ушли на пенсию?”

Себастьян заскрежетал зубами, костяшки его пальцев побелели от того, как сильно он сжимал кружку. — Из-за этого проклятого мальчишки.”

— Сопляк? Какой? — Спросил Олфред.

Маг с глазами-бусинками швырнул кружку на землю, и она разлетелась вдребезги. Это привлекло настороженные взгляды за соседними столиками. Остальная часть таверны, которая когда-то была размыта от заглушающего шум заклинания Себастьяна, стала яснее из-за его пьяного состояния.

-Я маг с двойным атрибутом, почти на оранжевой стадии, но единственное уважение, которое я могу получаю, это от этих грязных приматов! — воскликнул он, махнув рукой в сторону отвратительного вида мужчин и нескольких женщин, которые выглядели ненамного лучше самой таверны.

Ольфред поднял рюмку в воздух. — За этих мелких и жалких змей! Пусть они сморщатся и обвиснут, как тряпки!”

Себастьян весело фыркнул, смеясь над тостом копья. — Я понял, что нашел хорошего человека, когда увидел, как ты входишь в эти двери! Теперь давайте посмотрим вам новые игрушки, чтобы играть”

Пошатываясь, они вышли из таверны. Себастьян едва мог ходить с хромотой на ноге, которую я сломал, когда был еще ребенком.

— Эй, ты! Бегом сюда. Он указал на меня, прислонившись к стене таверны.

Я молча подчинился и подошел к пьяному магу, когда он вдруг обнял меня за плечи, тяжело опираясь на меня.

— Ты не возражаешь, если я использую твоего раба в качестве трости?”

“Конечно, нет. Для этого и существуют рабы,-ответил Олфред, когда я подавил растущее желание сломать Себастьяну вторую ногу.

— Этот человек испытывает мое терпение, — сказала Сильвия с такой же яростью, как и я.

Мы втроем вышли из таверны, сопровождаемые женщиной и бородатым мужчиной. Мне практически пришлось тащить долговязого мага, его безвольная нога волочилась по земле.

— Знаешь… мне потребовались месяцы, чтобы вытерпеть этот безвкусный городок, но я не скучаю по своему прежнему положению, — бубнил Себастьян, пока мы шли по темным улицам Эшбера. — Здешние люди не просто уважают меня-они меня боятся. Я для них Бог.”

Пьяный фокусник снисходительно похлопал меня по щеке и, подняв глаза, взглянув на мое лицо из-под капюшона. “Ты видел мою магию, верно? Я могу убить тебя одним щелчком пальцев.”

Терпи, Артур. Это только на время.

Когда я не ответил, Себастьян продолжал бить меня ладонью по щекам, с каждым ударом становясь все сильнее. — Ты что, оглох или не уважаешь меня из-за моей ноги?”

— Не обращай на него внимания, — сказал Олфред, положив руку на плечо Себастьяна. “Мальчик не может говорить.”

— Ба! Кладенс, какой смысл хранить такой испорченный товар, как он? Лысеющий маг сплюнул. “Как насчет того, чтобы я сделал тебе одолжение и выкупил его у тебя? У меня есть несколько джентльменов, которым нравятся такие парни, как он.”

— Заманчиво! — ответил копье, спотыкаясь на собственных ногах. “Но он не мой. Он моего отца, и в последний раз, когда я заложил одну из его вещей, он отрезал меня от своих денег на целый месяц!”

-П-Видишь? Себастьян икнул. “По таким вещам я не скучаю. — Семейные деньги-это хорошо, но они не твои. Мое богатство принадлежит мне. На сто процентов мне!”

Олфред кивнул. “По-настоящему завидно.”

Мы шли на другой конец города по безымянным улицам, заваленным обветшалыми лачугами и переулками, заваленными мусором.

Всю дорогу пьяный маг без счета спотыкался на заброшенных улицах, усеянных трещинами и выбоинами, и каждый раз сыпал на меня проклятиями.

— Слава богу, что ты не был моим рабом. Что-то в тебе просто бесит меня, — выплюнул он, глядя на меня затуманенными глазами, не подозревая, что если бы он был трезв и потрудился посмотреть внимательно, то, возможно, узнал бы, кто я.

Я чувствовал, как нарастает ярость, но это была не моя ярость. Сильви, все еще скрытая под моим плащом, была на грани срыва, когда мы наконец прибыли.

Перед нами было широкое одноэтажное здание из цельного камня. С первого взгляда строение казалось более двухсот футов в поперечнике и несколько десятков в ширину. У стены возле входа лениво сидели два охранника.

Я был уверен, что такого большого здания не существовало в Ашбере, когда я здесь жил, что вызывало вопросы: Себастьян построил это? И если да, то сколько рабов он захватил, чтобы ему потребовалась такая большая тюрьма?

Охранники вскочили на ноги, неловко отдавая честь. — Сэр!”

Их глаза поблескивали в подозрение на меня, своего начальника, который тяжело опирался на меня, и Ольфред в маске. Один из стражников уже сжимал рукоять своего грубого, похожего на мачете меча, висевшего у него за спиной.

— Откройте проклятые двери, бесполезные дураки! — Рявкнул Себастьян. “У нас клиент.”

“Да, сэр! на этот раз они ответили синхронно, прежде чем раздвинуть две раздвижные металлические двери.

«Думаю, скоро я узнаю, сколько рабов он держит здесь», — подумал я, втаскивая Себастьяна в дверь вместе с Олфредом.

Запах ударил меня первым. Смесь отвратительных запахов усиливалась влажным, липким воздухом, вызванным отсутствием надлежащей вентиляции. Даже Олфред заметно отпрянул от вони, в то время как Себастьян просто помахал руками перед носом. За мерцающими огнями и люком на земле в нескольких ярдах справа от нас почти ничего не было видно.

— Что-то здесь не так, — предупредила Сильвия.

Я тоже это чувствую, но опять же, если ты подумаешь о том, где мы находимся, будет странно, если это покажется нормальным, ответил я, делая еще один шаг. Моя грудь сжалась, волосы на коже встали дыбом, но я проигнорировала протест своего тела. Если я собирался вернуться и спасти людей, которых здесь держали, я должен был знать его расположение и приблизительно, сколько человек было заключено в тюрьму.

— Здесь опять кто-то умер? — сердито сказал он.

Из одного тускло освещенного прохода камеры выбежал худой, тощий человек в комбинезоне и грязном фартуке. — Сэр! Прошу прощения за запах. Я просто убиралась!”

Себастьян, наконец, оторвался от меня, стоя в одиночестве с деревянной тростью, которую несла для него женщина.

“Что случилось?”

Маг с глазами-бусинками заковылял по центральному проходу, проверяя каждую тюремную камеру, в которой, как я предположил, находились рабы. Это было жутко.

Как здесь тихо. Не было ни воплей скорби, ни криков о помощи. Я изучал каждую камеру, следуя за Себастьяном и его спутниками.

Все они были одеты в лохмотья и забились в дальний угол камеры. Когда они посмотрели на нас, я вздрогнул от темных, пустых глаз.

«Не смотри», — сказал я Сильви, когда она поднялась из-под моего плаща.

— Все так плохо, — ответила Сильвия скорее, как утверждение, чем как вопрос.

Я стискивал зубы. С ними обращаются хуже, чем со скотом.

— Это была беременная женщина, — ответил уборщик, откладывая швабру, которую держал в руках, прежде чем последовать за боссом. — Она умерла при родах.”

“Малой. Жив? — Невозмутимо спросил Себастьян.

“Нам придется подождать еще несколько дней, чтобы узнать наверняка, но новорожденный, похоже, здоров.”

Себастьян одобрительно кивнул. “Отлично. Новорожденный все равно будет стоить больше, чем эта бродяга.”

Пока маг медленно ковылял по проходам, я заметил, что каждый из рабов реагирует по-своему. Некоторые непроизвольно вздрогнули.

Себастьян прошел мимо, у других были злобные взгляды, у некоторых просто отсутствующие, пустые глаза.

— Гномов и эльфов держат еще ниже, но … — Себастьян повернулся к Олфреду с похотливой ухмылкой на худом бледном лице, — ты видишь кого-нибудь, до смерти желающего добраться до тебя?”

Копье в маске подняло руку. — На самом деле “…”

Прежде чем я успел среагировать, земля под Себастьяном начала обволакивать, покрывать его ноги и ползти вверх по ногам.

— Что?” выкрикнул Себастьян, пока он пытался вырвать себя из восходящей земли.

Я мотнул головой в сторону копья в маске. “Что ты делаешь?”

Копье молчало, пока он продолжал заклинание. Это было медленно, но он делал это нарочно. Я видел, как глаза мага расширились от страха и замешательства.

“Ч-что вы делаете, идиоты! Взять их!” маг приготовил свою деревянную трость для стрельбы по Ольфреду, но издал пронзительный визг агонии. Земля, поглотившая его ноги и продолжавшая подниматься по телу, стала темно-красной. Слабое шипение послышалось среди его криков, когда запах горящей плоти достиг моего носа.

Заклинание, которое Олфред наложил на Себастьяна, не должно было заманить его в ловушку—оно должно было медленно мучить его.

— Олфред!- Я позвал его, но похоже безрезультатно. Сторож отполз от Себастьяна как можно дальше. Я слышал шаги двух подчиненных позади нас.

— Проклятье, — прошипел я, обернувшись как раз вовремя, чтобы схватить здоровяка за руку, прежде чем его кинжал достиг копья.

Я сомневаюсь, что это причинило бы ему вред, но, тем не менее, эти двое были проблемой.

— Прочь с дороги! Сплюнул он, размахивая другой рукой.

Без малейшего колебания я ударил его кулаком по руке. Резкий щелчок раздался от столкновения как раз перед тем, как его рука безвольно упала.

Бородач взвыл от боли, выронил Кинжал и схватился за сломанную руку.

Я поймал его ржавый кинжал, когда он упал, и провел ногой чуть ниже колен женщины. Она рухнула на пол, но не успела подняться, как я вонзил ей в руку кинжал ее спутника, пригвоздив ее к земле.

Я оглянулся через плечо, чтобы посмотреть, как Себастьян сражался с копьем, но все, что я увидел, была статуя расплавленной лавы в форме худого мага. Он был мертв, заключен в гробницу из затвердевшей магмы.

“Какого черта! — Рявкнул я, схватив копье в маске за плечо. — Даже если бы ты хотел его смерти, ты мог бы убить его, не прибегая к извращенной магии. Что ты будешь делать, если Вритра почувствует, что здесь произошло?”

— Твои тревоги напрасны, — спокойно сказал Олфред, снимая маску.

Сбитая с толку, я активировала Сферу Сердца. Я хотел посмотреть, сколько колебаний маны было вызвано заклинанием копья, и возможно ли, что мы сможем остаться скрытыми, несмотря на эту неудачу.

Однако, то, что я увидел, озадачило меня еще больше. Вокруг трупа Себастьяна беспорядочно двигались частицы маны, но были и колебания маны вокруг нас. Либо было использовано широкомасштабное заклинание, либо недавно здесь произошло сражение.

Я обернулся, зрение дрожало, ладони вспотели. Мои инстинкты уже почувствовали, что происходит, еще до того, как я увидел приближающегося ко мне Вритру.





Глава 173. Объятия Матери-Земли




Фигура шла уверенной походкой, длинные руки в черных бинтах болтались по бокам. У него была небольшая сутулость, которая делала его немного ниже, чем он был на самом деле, но он все еще стоял немного выше семи фУтов. Еще до того, как он подошел достаточно близко, чтобы я мог разглядеть его лицо, я уже знал, кто он.

Как я мог забыть о том, кто убил копье, на должность которого пришел я?

— Уто, — сказал я спокойно, несмотря на то, что внутри у меня все кипело.

Его темные губы растянулись в зловещей улыбке. — Привет, чудо-мальчик.”

— Слуга Уто, — приветствовал его Олфред с неестественно натянутым поклоном.

Я сдерживал свое желание поглумиться над копьем. Несмотря на такой поворот событий, я на самом деле был освобожден от догадок, зачем пришел Уто. В отличие от Силрит или любой другой Вритры, его мотив был очевиден.

Не обращая внимания на копье дварфа, Уто подкрался ко мне с протянутыми руками. — Ты не представляешь, как я рад, что ты здесь.”

— Неужели? Я ухмыльнулся, подыгрывая. — Вообще-то я ожидал другой реакции.”

Я увидел, как Ольфред отреагировал дернувшись краями глаз.

— О? Уто опустил голову, чтобы его взгляд был на одном уровне с моим. Его бледно-серый нос почти касался моего. — Похоже, ты знаешь немного больше, чем я думал.”

С все еще активной Сферой Сердца, я смог ясно различить его ауру, блестящий нимб силы, потрескивающий и лопающийся хаотично, как сама его природа. Но даже без него я чувствовал давление в воздухе вокруг него. Ощутимое напряжение, которое выдавливало воздух из моих легких.

— Два человека, — напомнила Сильви из-под моего плаща.

Двое подчиненных окаменевшего Себастьяна судорожно смотрели на Уто широко раскрытыми глазами. Они не знали, кто он такой; их тела могли чувствовать только мощь существа перед ними.

— Давай сразимся где-нибудь в другом месте, — просто сказал я, снова поворачиваясь к Вритре.

Уто склонил голову набок. — Драться? Почему ты думаешь, что копье вроде тебя стоит моего времени?”

“Потому что ты здесь”, — ответил я, теряя терпение. “Если все, что ты хотел это убить меня или быстро поймать, то я уверен, что Ольфреда с несколькими вашими солдат хватило бы.”

Слуга не ответил, его взгляд выглядел …

Внезапно он разразился смехом. — Я понимаю, почему многие из вас так стараются скрыть свои мотивы. В такие моменты, когда это должно быть сюрпризом.”

Он повернулся и сделал пренебрежительный жест. “Показывай дорогу.”

— Слуга Уто!- Выпалил Олфред. — Лорд Радеас приказал разобраться с этим чисто, чтобы свести к минимуму шансы на успех.—”

Копье даже не успело закончить, как он издал гнусавый крик боли. Черный шип вырвался из земли под Ольфредом и врезался копью в нос.

— Неужели ты думаешь, что мне есть дело до того, что твой предатель хозяин считает лучшим вариантом действий? — Сплюнул Уто, оглядываясь через плечо, прежде чем продолжить путь к двери.

Я проверил двух подчиненных. Они были без сознания, но еще дышали. Направляясь к выходу, я проверил как можно больше рабов. Большинство из них были без сознания, а те, что были в сознании, вероятно, находились в состоянии не лучшем, чем те, которые не были. Я бросил последний взгляд на Олфреда, который воздвиг каменную колонну у себя под ногами, чтобы подняться достаточно высоко и оторвать нос от черного шипа.

Несмотря на мои подозрения, это короткое путешествие было наполнено слабой надеждой, что мои сомнения не были правдой. Теперь, когда это было так, было трудно очистить голову от эмоций, проявляющихся внутри меня. Я никогда не был хорош в этом в моей предыдущей жизни, и я думал, что стал немного лучше в этой жизни, но, по-видимому, недостаточно.

Я сломал одну из трех бусин, которые дала мне Айя, активируя ее действие, прежде чем бросить в большой люк у входа. Глаза Ольфреда расширились, когда он увидел это, зная точно, что произойдет.

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ОЛЬФРЕД ВАРЕНД

Я чертыхнулся, ругая себя за такой поворот событий. Подумать только, она где-то рядом. Времени не было.

Потирая проколотый нос, который уже начал заживать, я спустился в землю. Земля повиновалась, расступаясь подо мной, чтобы проложить путь к полу под зданием, которое служило прикрытием.

Я спрыгнул на подземный этаж, заставив нескольких солдат вокруг закричать от удивления.

Подземный уровень, который я сделал, был значительно больше, чем тюремное сооружение над ним. Здесь тысячи солдат смогли отдохнуть в режиме ожидания.

— Немедленно покиньте помещение, — приказал я, и мой голос эхом отразился от больших стен.

Смесь ответов. Алакрийские солдаты переглянулись, в то время как другие явно проигнорировали мой приказ. И они, и я сражались за одно и то же дело, но поскольку я родился на этом континенте, они считали меня предателем, неспособным вести их за собой, несмотря на разницу в силе и опыте.

Я повторил свой приказ еще раз, на этот раз заставив землю вокруг нас содрогнуться. У нас не было времени.

Солдаты медленно потянулись к лестнице, ведущей на поверхность. Я помог им соорудить еще несколько лестниц, но когда световые артефакты, развешанные по стенам, начали лопаться один за другим, я понял, что уже слишком поздно.

Я выругался, воздвигнув вокруг себя дюжину рыцарей магмы, но комната погрузилась во тьму.

Крики растерянности солдат отражались от стен, которые когда-то служили защитой и прикрытием. Теперь я боялся, что эти люди оказались в ловушке.

Я окутал себя защитным барьером маны, посылая импульсы по всей подземной камере в надежде найти ее.

— Выходи, Айя. Скоро появится еще одна Вритра—коса. Если ты сбежишь сейчас,я гарантирую, что ты выживешь.- Я пытался ее урезонить. Я не испытывал угрызений совести за этих солдат иностранного происхождения, но они были частью большого плана, и время истекало. Если Айя сбежит и сможет сообщить асуре—Алдиру—о моем предательстве, ему будет легко убить меня, просто вызвав артефакт, которым я был связан, но в данный момент я мог бы предпочесть это тому, что она могла бы сделать здесь.

— Ты такой заботливый.”

Ее шепот коснулся моего уха-как будто она была рядом со мной.

Мой рыцарь из магмы быстро набросился с мечом. Пылающая лавовая дуга полетела в направлении шепота Айи только для того, чтобы врезаться в дальнюю стену. Атака разлетелась на светящиеся искры при ударе, осветив затемненную комнату всего на секунду. Вот тогда я это и заметил.

Туман.

Вся подземная камера была погружена в толстый слой клубящегося тумана, который, казалось, обладал собственным разумом. И в этом тумане воцарился хаос.

Спорадические вспышки заклинаний освещали обширное помещение, когда солдаты начали мстить незваному гостю, но даже они стали реже, когда Айя приступила к работе.

— Я должна поблагодарить тебя за то, что ты заманил столько Алакрийцев в ловушку в одном месте, — прошептала она снова, на этот раз возле моего другого уха. — Это значительно упрощает мою работу.”

— Хватит твоих фокусов и иллюзий!- Взревел я. “Выйди и сразись со мной лицом к лицу! Разве у тебя нет стыда, как у копья?”

— Стыд?- Голос Айи разнесся в унисон по меньшей мере из двенадцати разных мест одновременно. “Это вопрос здравого смысла, дорогой. Зачем мне отказываться от одного из немногих преимуществ, которые у меня есть?”

В ее словах было легкомыслие, которое в данной ситуации выглядело высокомерным. Она всегда была такой. Ни капли серьезности в ее вездесущем облике.

— Ты не оставляешь мне выбора, — ответил я сквозь стиснутые зубы. — Избавление от копья, по крайней мере, исправит мою ошибку.”

Я ударил ладонью в землю, создавая пропасти по всему полу и стенам комнаты, которые загорелись огненно-красным. Температура внутри моего вновь созданного домена резко поднялась, в то время как светящаяся магма, выплескивающаяся из пропастей, осветила подземное пространство.

Туман, заполнивший это место, медленно испарялся, в то время как мои чувства обострились. Заклинание Айи действовало почти так же, как туман в Эльширском лесу, за исключением того, что оно служило ей якорем для свободного и почти мгновенного перехода.

Несмотря на растущее количество огня и земной маны вокруг меня, ситуация не выглядела хорошо. Моим первым инстинктом было бы убежать на открытое пространство, где я мог бы, по крайней мере, убежать от тумана, но это означало бы оставить тысячу или около того солдат, запертых здесь. У меня было искушение просто поднять всю подземную камеру на поверхность, но это означало бы разрушить здание над нами. Я не стану проливать невинную кровь, особенно кровь себе подобных.

Я огляделся по сторонам. Многое из того, что я мог разглядеть, было скрыто туманом, но земля сказала мне, сколько из них были, по крайней мере, на ногах, а сколько лежало мертвыми или нетрудоспособными. За это короткое время упало уже больше четверти.

Я выругался еще раз, но тут же пожалел об этом, когда рядом раздался легкий смешок.

— Неужели неприступная ментальная крепость Олфреда Варенда медленно рушится?- Прошептала Айя позади меня.

Группа солдат в оборонительной позиции стреляла заклинаниями, прежде чем каждый начал падать на землю, схватившись за шеи.

«Я не смогу никого защитить такими темпами», — подумала я перед тем, как толпа рогатых змей внезапно появилась в смертельной ярости.

Я не обращал внимания на иллюзии. Вместо этого я пожелал, чтобы три трещины на земле прорвались. Три взрыва расплавленной лавы слились в огненное столкновение, где я почувствовал колебания маны Айи.

Мое заклинание сработало.

“Как и ожидалось. Не могу потерять бдительность против тебя, — усмехнулась она, появляясь в поле зрения. Айя сжимала обожженную руку.

Между тем, крики ужаса и шока эхом отдавались от солдат, которые не могли отличить то, что было реальным, от того, что было ее больными иллюзиями.

— Твои иллюзии, как всегда, садистские, Айя, — с отвращением выплюнул я. — Именно из-за этой болезненной привычки мучить своих жертв ты всегда подвергаешься остракизму-даже среди своего собственного народа.”

— Я видела твою прекрасную статую, — ответила Айя, исчезая из виду. — Если хочешь знать мое мнение, я бы предпочла, чтобы мне высосали воздух из легких, чем медленно сгореть в расплавленной могиле.”

— Эта грязь заслужила это.- Я воздвиг еще одного рыцаря магмы в том месте, где звучал ее голос. — Я дал ему ту же судьбу, что и тем, кого он решил поработить ради денег.”

— Это та же самая логика, которая заставила тебя предать Дикатена?- Ее тон был резким, что было редкостью для Айи.

— Вы, эльфы, никогда не понимали, через какие трудности проходит наш народ. Даже после вашей войны с людьми, к гномам все еще относятся как к низшему классу. Просто потому, что наши люди предпочитают оттачивать наши магические способности, чтобы создавать, а не разрушать, нас принижают и используют в своих интересах. Я доверяю решению, которое Лорд Радеас принял, объединившись с Вритрой и их алакрийской армией.”

— Как ты думаешь, Вритра позаботится о Радеасе и твоем народе? Вритры и другие асуры называют нас предателями, потому что мы для них ничто! — Она зашипела от такого волнения, какого я никогда не видел. “Вы читали отчет, который нам дали, не так ли? Как Вритры экспериментировали с алакрийцами, чтобы усилить свою армию для борьбы с другими кланами асур! Они хотят сделать то же самое здесь, с вашим … с нашим народом. Гномы, люди и эльфы!”

Сейчас!

Я выкачал столько маны, сколько мог себе позволить, создавая вокруг себя разрушительный взрыв огня и камня.

Иллюзорный туман рассеялся, открыв эльфийское копье.

Она склонила голову набок. — Ты отказался от защиты алакрийцев?”

“Остались мертвые. Остальные сбежали через туннели, которые я создал, пока вы были так заняты, читая мне лекции, — ответил я.

Айя все еще носила маску апатии, но по легкому подергиванию бровей я понял, что она просчиталась.

Не колеблясь, я бросился к ней. Айя ответила, отскакивая назад и швыряя в меня полумесяцы сжатого воздуха. Тем не менее, я больше не был в ситуации, когда у меня были другие, которых необходимо было защитить.

Плиты лавы из земли и стен вокруг нас начали притягиваться ко мне, окутывая меня, образуя защитный костюм из расплавленной брони. Сжатые лезвия воздуха откалывали куски от моей магической брони, но новые плиты расплавленного камня заполнили промежутки.

Магматические копья, которые я вызвал, все бросились к эльфийскому копью, их оружие пылало, но Айя была слишком быстра. Даже без тумана, окутывающего ее движения, она могла легко перехитрить големов и одновременно превратить их в гальку.

Время, казалось, замедлилось, пока мы сражались. Я не мог сравниться с ней в скорости, но она не могла преодолеть мою защиту.

— Похоже, мы зашли в тупик, — сказал я, восстанавливая еще одну трещину в своей броне.

У Айи были участки сырой кожи там, где моя магма смогла прожечь ее защитную ауру, но она все еще была относительно невредима.

— Ну, если эта дуэль продлится еще час или около того, ты можешь взять верх, — сказала она с веселой улыбкой, которая не достигла ее глаз.

-Как я уже говорил. Скоро появится еще одна Вритра. Еще не слишком поздно для вас, чтобы убежать.”

Она ответила, швырнув шквал воздушных лезвий со всех сторон.

Не обращая внимания на повреждения брони, которая уже восстанавливалась, я превратил магму в левой руке в зазубренное копье.

Я ударил Айю, одновременно вызывая шипы лавы из-под земли и стены позади нее.

На мгновение мне показалось, что моя атака прошла успешно, пока ее тело не растворилось в клочьях воздуха.

Будь прокляты ее иллюзии.

Бой продолжался, но Айя, похоже, не собиралась меня бить. Ее атаки становились все менее уверенными. Казалось, она теряет ману, но инстинкты заставляли меня быть осторожным. Она что-то задумала.

Я нарочно ослабил бдительность, надеясь, что она подойдет поближе.

Она клюнула на приманку, мерцая прямо надо мной вихрем воздуха, сконцентрированного в наконечнике копья вокруг ее руки. Она ударила меня по макушке шлема, разбив его и почти пронзив голову.

Мгновенно отреагировав, магма, защищающая меня, начала обвиваться вокруг руки Айи, удерживая ее на месте. Глаза эльфийки расширились от ужаса, когда я пронзил ее окружённой маной рукой.

Айя попыталась заговорить, но только заикаясь выдохнула, когда я вывернул окровавленную руку внутрь, чтобы убедиться, что она не выживет. — Ты сильная и находчивая, Айя, но терпение никогда не было твоей сильной стороной. Если это вас утешит, я никогда не хотел, чтобы дело дошло до этого.”

Я отдернул руку, но она не поддавалась.

И тут я увидел это-тонкие, похожие на волосы пряди маны, прикрепленные по всему моему костюму.

Я немедленно попытался разорвать тонкие нити маны, но мои атаки прошли прямо через них.

— Ты прав, — прошептала Айас рядом со мной. На этот раз это действительно была она. — Я довольно изобретательна.”

Однажды она упомянула мне о заклинании, которое разрабатывала, но подумать только, что она могла это сделать.

Нити маны засветились, и я почувствовал, как воздух в моих легких содрогнулся. Я все еще дышал только потому, что она этого хотела. Теперь я понял, что во время нашей ссоры она тщательно выжидала этого момента.

— Удивлен?” сказала она. -Мне нужен был способ, чтобы бдительный Олфред ослабил свою защиту, и единственный способ сделать это-когда ты думаешь, что одержишь верх. Также помогло, что ваш огромный скафандр держал ваши чувства тупыми.”

Тонкие нити маны, соединявшиеся с кончиками ее пальцев, снова засветились, и острая боль пронзила мою грудь. Однако вместо того, чтобы убить меня, она продолжала говорить, наслаждаясь своей победой. — Я помню, что ты очарован моей магией, Олфред.

Независимо от расы, тело каждого человека имеет естественную защиту от чужеродной магии. Вот почему маги воды не могут просто выкачать из человеческого тела жидкость, а маги земли не могут просто манипулировать железом в чьей-то крови.”

— Каждый способный маг осознает эту основную предпосылку, но быть в состоянии установить связь, чтобы напрямую манипулировать чьим-то телом, используя ману… как?”

— Это не имеет значения, — коротко ответила она.

Мои легкие задрожали, когда я сделал последний глубокий вдох. Несмотря на мой уровень силы, это чувство, что мое дыхание разрешено кем-то другим, было не чем иным, как ужасающим.

Я подняла руки в знак покорности и медленно повернулся к Айе. Ее обычно кроткие глаза смотрели остро—так же, как и на врагов.

— Я знаю по твоему взгляду, что моя судьба решена. И было бы неразумно просить тебя помиловать господина Радеаса, но, пожалуйста, пощади Мику. Она в этом не участвовала. Мне пришлось накачать ее наркотиками на случай, если она каким-то образом найдет дорогу сюда.”

Брови Айи слегка дернулись в задумчивости, прежде чем ответить: — Я буду иметь это в виду, но это не мне решать.”

Я ответил кивком. Это был лучший ответ, который я мог получить. — Несмотря на наши разногласия, для меня было честью работать с вами.”

Мне показалось, что в этих холодных глазах мелькнуло раскаяние, но я никогда не смогу это подтвердить. У меня перехватило дыхание, как будто его вырвали из легких.

Мое зрение потемнело, когда я почувствовал, как холодная хватка Матери-Земли притянула меня обратно в свои объятия.





Глава 174. Появление




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

За величественными горами виднелся проблеск восходящего солнца, который отбрасывал большую тень на огромные поляны, плоскую травянистую равнину с гигантскими валунами и расколотыми бревнами, разбросанными по всей ее площади.

Это место являлось частью окружающего леса задолго до того, как на него обрушилась лавина. Снег все еще лежал в округе, прячась пятнами в тени упавших деревьев.

Уто стоял в дюжине ярдов, размахивая руками, словно делал утреннюю разминку.

‘Артур.- Голос Сильвии был полон беспокойства.

— Знаю, — ответил я, снимая шерстяной плащ. Даже я уже чувствую разницу между ним и другим слугой, с которым мы сражались ранее.

— Знаешь, что движет врагом больше всего? — Спросил Уто, вытягивая длинную тонкую шею.

Я не ответил. Вместо этого я достал Балладу Рассвета из кольца измерения и вытащил ее из ножен.

— Ты не знаешь? Я обнаружил, враг, жаждущий мести, имеет наибольшую мотивацию и делает это с неподдельным … удовольствием, — беспечно ответил он.

Эфирное свечение окутало бирюзовое лезвие моего меча, несмотря на отсутствие света вокруг нас. Вид зазубренных остатков сломанного наконечника все еще вызывал боль в моем сердце, но я знал, что даже в этом состоянии Баллада Дон была лучшим оружием, на которое я мог надеяться в этот момент.

Прежде чем ответить, я поднял глаза, чтобы встретиться взглядом с Уто. — Ты думаешь, это битва за месть?”

“А разве не так? он пожал плечами, сделал шаг вперед и постучал по своему обломанному Рогу. “Ты очень разозлился, когда узнал, что это я убил ту эльфийку.”

— Я впервые встретил ее, когда она умирала, — ответил я, делая шаг вперед. — Так что месть не будет моим мотиватором. Я просто считаю, что от всех вас нужно избавить этот мир.”

Уто нахмурился. — Ну, это разочаровывает. Я был так взволнован тем, что ты будешь использовать каждую унцию своих возможностей, чтобы отомстить за своего товарища, компаньона или даже, возможно, любовницу для утех, хоть ты и слишком молод для нее, но если только она не в этом роде…”

Долговязый слуга продолжал что-то бормотать себе под нос, пока вдруг не хлопнул в ладоши. — Ага! Старый дедушка эльф! Его драгоценная внучка примерно твоего возраста, не так ли? Учитывая, насколько ты близок к этой семье, для тебя было бы более разумно полюбить ее, чем эту эльфийскую девк—”

Серповидное лезвие морозной магии, которое я запустил в долговязого слугу, рассеялось после удара о Черный шип, который появился из земли перед ним. Покрытые чернилами металлические шипы замерзли от удара, но остались целыми.

— Видишь? Именно такой ярости и нетерпения я и ждал. Он с сожалением щелкнул пальцами. — Мне следовало убить маленькую эльфийскую принцессу или члена твоей семьи, прежде чем встретить тебя здесь.”

— Ты закончил? — Спросил я сквозь стиснутые зубы, выставив меч в оскорбительной позе.

Уто только пожал плечами. “С таким же успехом ты можешь позволить этому своему маленькому фамильяру выйти наружу. Тебе понадобится вся помощь, которую ты сможешь получить.”

— Выходи, Сильви, — сказала я вслух, не отрывая взгляда от слуги.

Мой фамильяр выпрыгнул из плаща, ее глаза стали острыми, а меховая чешуя ощетинилась.

— Жаль, что обстоятельства сложились не так хорошо, как я думал, щенок. Видишь ли, тот взрыв стихии, в который ты выстрелил в меня перед отъездом, когда мы впервые встретились, оставил сильное впечатление. Это заставило меня думать, что я глубоко ранил тебя—лично. Уто сделал глубокий, преувеличенный вдох. “Неважно. Посмотрим, сможешь ли ты ублажить меня хотя бы несколько минут.”

Уто сделал шаг вперед, но, в отличие от обычного выступа, пространство вокруг него внезапно исказилось. Его присутствие стало почти осязаемым в воздухе, поскольку каждый шаг посылал рябь колебаний в землю.

Я немедленно высвободил Сферу Сердца, в то время как Сильвия приняла драконью форму.

— Виверна?- Спросил Уто, наклонив голову.

С силами Сильви, запечатанными с ее рождения моей подругой Сильвией, она просто напоминала очень мощного зверя маны, но не более того. Я оставался осторожным со времен битв на войне, но было облегчением увидеть, что даже слуга был удивлен при виде формы фамильяра.

— Что? Это тебя пугает? — сказал я с насмешкой.

Он ответил злобной усмешкой, прежде чем небрежно махнул правой рукой.

Из-за того, что Сфера Сердца усилило мою близость к окружающей нас мане, мое тело почувствовало волнение передо мной, прежде чем я смог увидеть, что это. Сильвия и я бросились в противоположные стороны как раз вовремя, чтобы увернуться от шквала черных шипов, которые мгновенно появились прямо под нами.

Земля, на которой мы только что стояли, теперь походила на спину очень большого и сердитого дикобраза с угрожающе блестящими семифутовыми иглами-шипами.

— Размахивай оружием, щенок! — он сплюнул, вынимая большой черный гарпун из середины ладони.

Я поднес Балладу Рассвета поближе к себе и направил сломанный кончик оружия на Уто. Руны, светящиеся на моей руке, горели успокаивающим теплом, когда я начал объединять ману, окружающую меня.

Лезвие моего меча мерцало множеством цветов, когда я наполнял его льдом, огнем, молнией и ветром. Только потому, что оружие было Балладой Рассвета, оно было в состоянии удерживать силу, несмотря на подавляющее количество маны, заливаемой в него.

Поехали! Я бросился в атаку, и Сильви последовала за мной.

Низко опустив меч, я бросился к слуге. Земля под моим оружием раскололась под его аурой, но разрушение природы было сейчас наименьшей моей заботой.

С маниакальной ухмылкой Уто тоже бросился в атаку, его гарпунная рука отскочила, как змея, которая была готова вот-вот наброситься.

В мгновение ока мой клинок встретился с его, создавая сферическую волну от чистой ударной силы нашего удара. Элементы, влитые в мой клинок, вырвались наружу, но Уто держался без усилий.

Он покачал бровями, в то время как наше оружие все еще было переплетено. “Неплохо.”

— Пригнись, — приказала Сильвия.

Сразу же после этого мой фамильяр хлестнул ее длинным хвостом, ударив его в бок, как только я упал на землю.

Уто отлетел в сторону, врезавшись в ближайший валун, который разлетелся вдребезги.

Завеса обломков еще не рассеялась, когда я взмахнул Балладой Рассвета. Полихромный полумесяц маны вырвался из моего клинка, рассекая облако пыли.

Земля сильно задрожала, когда моя атака вдавила большой кусок земли. Ударная волна обрушилась на ближайшие к Уто деревья.

— Он все еще жив, — сообщила Сильвия, которая уже была готова к следующей атаке.

Я опустился, обволакивая себя еще большим количеством маны на случай неожиданного удара, но вместо того, чтобы ответить на наш шквал, из углубления в земле раздался смех. Я снова увидел мерцающие колебания маны вокруг меня. Из воздуха торчали тонкие шипы, а из теней под валунами и упавшими бревнами вырывались большие столбы черного металла.

Я парировал тонкие шипы Балладой Рассвета, которая послала резкую силу вверх по моим рукам. Тем временем Сильвия отбросила в сторону толстые колонны, выросшие из темноты. Ее толстая чешуя выдержала большую часть атаки, но из-за мощи и интенсивности внезапного обстрела Уто мы оба были ранены и истекали кровью.

«Не исцеляй нас», — приказал я, когда Сильвия собрала Ману в своем дыхании. По крайней мере, пока.

К счастью, шипы не были отравлены, но было почти несправедливо, как Слуга смог вызвать их из воздуха.

Даже продвинутые земные маги должны были формировать землю вокруг себя, прежде чем стрелять из них. Уто, казалось, мог просто проявлять свои атаки, где ему заблагорассудится.

— Я ожидал большего, щенок, — вздохнул Уто, выходя из углубления земли, которое я создал после своего последнего нападения.

«Защищай мою спину», — приказал я Сильви, выкачивая больше маны в мое тело. Я видел, как мои длинные волосы поседели, когда я глубже погрузил в тело Сферу Сердца. Руны стали более сложными, и я почувствовал, как их клеймо отпечаталось на моей спине. Мана вокруг меня, казалось, стремилась подчиниться моим мыслям. Они кружились вокруг меня, плавно образуя заклинания, которые обычно требовали огромной концентрации.

Балладой Рассвета была украшена серебряной аурой мороза, в то время как мой левый кулак потрескивал усиками черных молний.

Брови Уто нахмурились, но у него не было времени на раздумья, когда вскоре я появился перед ним, развязав поток атак. Мой кристаллический меч был не более чем размытым пятном, оставляя на своем пути только серебряные полосы. Я извивался в ударах, локтях, коленях и пинках, как учил меня Кордри за годы тренировок. Каждый раз, когда я размахивал Балладой Рассвета, он мгновенно парировал черным шипом, который застывал и разбивался при ударе.

Между тем Сильвия держалась позади, ее конечности были покрыты чешуей и когтями, когда она рубила и рвала бесконечный шквал черных шипов, которые вызывал Уто. Вскоре местность вокруг нас превратилась в руины из замерзших обломков и обломков черного металла.

— Это нехорошо, Артур. — Атаки Уто усиливаются, — проворчала Сильвия.

Мой взгляд был прикован к Слуге, который еще не получил ни единой раны. Каждый раз, когда мне казалось, что я готовлюсь к атаке, вокруг него образовывался черный металлический щит, защищающий его тело.

Мне придется поднять его на ступеньку выше.

Толстые щупальца Черной молнии, обвившиеся вокруг моей руки, отступили по моему знаку. Я усвоил магию молний, увеличивая время реакции, усиливая свои нейроны магией молний.

Казалось, сам мир замедлился. Мои чувства обострились — почти подавились цвета, в то время как крошечные частицы маны, видимые через Сферу Сердца, оживали.

Я еще раз взмахнул Балладой Рассвета, легко нырнув под удар Уто. Как только мой клинок коснулся обнаженной стороны Уто, я увидел его.

Я увидел, как магия черного шипа слуги, которая когда-то казалась мгновенной, быстро сгустилась там, куда я собирался ударить. Я тут же направил удар вверх, чуть ниже его руки.

Я видел, как ужасная мана движется-реагирует-на мою новую атаку. Так мне его не достать, как бы я не ускорился во времени. Я снова притворился, что атакую, но вместо этого ударил его кулаком в грудь.

Слуга согнулся от удара. Он сделал шаг назад, чтобы удержаться на ногах, в то время как тонкая струйка жидкости, слишком темная, чтобы быть кровью, стекала по уголку его рта.

Удивленный тем, что моя атака действительно достала его, я сделал паузу, прежде чем броситься вперед с другим ударом.

Это тени, Сильви! Я закричала про себя. Эти черные шипы могут проявляться только в темных областях. Вот почему его заклинания всегда более мощные, когда они выходят из темных мест, таких как из-под валуна или бревна.

Рука Уто расплывалась. Все расплылось. Несмотря на то, что я был в Сфере Сердца и импульс грома усиливал мою реакцию, я не могл полностью видеть его удар.

Его кулак ударил меня, как поезд. Даже с плотностью маны, защищающей мое тело,я чувствовал, как мерцаю в сознании и из него. К тому времени, как я пришел в себя, я был уже в двадцати футах от своего прежнего положения, прислонившись спиной к сломанному стволу дерева.

Сильвия сдерживала Уто, кровь из свежих ран покрывала ее черную чешую. С ее способностями, запечатанными Сильвией, она не могла идти в ногу с Уто больше, чем я, даже с ее превосходной защитой.

Вставая, я еще раз подумала, стоит ли полагаться на Взрывной Шаг, чтобы перехитрить Уто, но резкий тон Сильвии оборвал меня.

— Ты останешься калекой на всю оставшуюся жизнь, если снова начнешь использовать Вызрывной Шаг!’

Это лучше, чем умереть здесь, не так ли? — Послал я ответ, разочарование капало из моего голоса.

— Есть варианты получше, и прежде мы используем их!- прошипела она, извиваясь всем телом, чтобы избежать атаки Уто. Она отбросила Слугу крылом, прежде чем прыгнуть прямо на меня. — Приготовься! ’

Поняв, что она не собирается останавливаться, я прыгнул и вцепился ей в шею как раз перед тем, как она оттолкнулась от Земли. Мы почти мгновенно преодолели сотню футов и продолжали лететь выше.

Какой у тебя план?

— Как ты и сказал, это тень! Он может извлекать эти металлические шипы, откуда захочет, из тени, — объяснила она, когда мы достигли высоты, где гора не загораживала солнце.

Я вздрогнула от яркого света, но сразу понял, что имела в виду Сильвия.

Мы сражались в гигантской тени!

‘Именно. Вот как он мог вызывать свои атаки откуда угодно. Если мы сразимся с ним здесь, он будет гораздо более ограничен в том, где он может атаковать.’

Я твердо встал на спину Сильви. Мы с ней никогда не были в таких ситуациях. В моем предыдущем мире мне приходилось часами тренироваться, чтобы сражаться верхом, и я представлял себе, что это намного легче, чем сражаться на высоте сотен футов над землей на летающем драконе.

У меня едва хватило времени, чтобы найти равновесие на Сильви, когда в нескольких футах над нами появился Уто с черным копьем в руке.

Когда-то Черное копье, блестевшее, как металл, теперь казалось тусклым, потому что он полагался на тень, которую отбрасывало его тело, как на опору для своих заклинаний.

Осторожно, чтобы не навредить Сильви, я оттолкнулся от ее спины и окутал свое тело сферическим вихрем.

Активировав импульс удара грома еще раз, я ринулся прямо на копье слуги. Сильвия была права: из—за отсутствия тени его атаки шли не со всех сторон-только из тех частей тела, которые были обращены от солнца. Черные шипы торчали из его тела, но они не были такими плотными или внушительными.

“Ты очень умный, щенок. Я рад, что ты знаешь мою слабость, — сказал Уто приглушенным ветром голосом.

Было неловко сражаться в воздухе. Точно так же, как Уто был ограничен отсутствием тени, я был ограничен тем фактом, что я не мог летать. Сильвия будет маневрировать вокруг меня, действуя как платформа, чтобы спрыгнуть.

«Постарайся не подходить слишком близко, на случай, если Уто попытается использовать тень, отбрасываемую твоим телом», — послал я Сильви, готовясь к новой атаке.

С эффектами импульса удара грома, еще более усиленными Сферой Сердца, я думал, что мы сможем победить. Следы Ихора сочились из неглубоких ран, которые мне удалось нанести Уто, но что меня беспокоило, так это выражение его лица.

Его лицо, которое когда-то выражало маниакальное ликование, сменилось… скукой.

— Даже с таким большим гандикапом ты не смог нанести ни одного значимого удара, — сказал он мрачным голосом. — Это … разочаровывает.”

— Извини, но я сражаюсь не для того, чтобы произвести на тебя впечатление, — выплюнула я, оборачиваясь. Сломанный конец Баллады Рассвета вонзился Уто в грудь. Я выбросил ману, которая слилась в лезвие.

Я продолжал сжимать меч, когда почувствовал, что мы оба начинаем падать. На мгновение мне показалось, что я сделал это. Я думал, что убил его.

Так и было… пока я не увидел черный вихрь там, где мой меч врезался в него. Моей атаке удалось уничтожить большую часть бинтов, которыми он был обернут, только чтобы показать то, что выглядело как пирсинг.

Маленькие металлические шипы были повсюду на его туловище и конечностях, и к моему ужасу, каждый из этих металлических пирсингов отбрасывал свою собственную маленькую тень вокруг всего его тела.

Рог УТО засветился пурпурно-черным светом, а тень от его бесчисленных пирсингов распространилась по всему телу.

Я попыталась вытащить Балладу Рассвета из груди Уто, но сколько бы маны я ни впитал в себя, мне не хватило сил, чтобы вытащить ее.

“Если бы ты заметил мою слабость за то короткое время, что мы играли, не думаешь ли ты, что я бы давно об этом узнал?”

Его голос доносился приглушенно из-под черной маски, закрывавшей всю голову и лицо, кроме рогов.

— Сильви!- Сказала я вслух, отпуская Балладу Рассвета.

Мой фамильяр немедленно переместился, чтобы поймать меня, когда черный шип внезапно выстрелил из тела Уто.

Я выкачал еще больше маны из своего ядра, демонстрируя ледяную перчатку вокруг моей правой руки, когда я ударил черный снаряд. Если бы я увернулся, то атака поразила бы Сильви, но мне удалось перенаправить его неожиданную атаку. Вернее, мне так показалось.

Он указал пальцем вниз, как будто предупреждая меня о чем-то. Я не видел выражения лица Уто из-под маски, но мог поклясться, что видел его ухмылку.

Не прошло и секунды, как я почувствовал, как что-то острое укололо мою кожу снизу.

С помощью внутреннего искусства маны с атрибутом молнии, усиливающего мои реакции, подключаясь к таинственному эфиру вокруг меня, я активировал первую фазу воли моего дракона.

Aevum, контроль над временем. С небольшим мастерством и пониманием этой мощной способности, я смог ненадолго остановить время вокруг меня. Леди Майра говорила, что эфиром нельзя манипулировать, скорее на него можно влиять, но в моем случае мне казалось, что я просто пользуюсь влиянием Сильвии на Aevum.

Цвета менялись, в то время как фиолетовые частицы эфира вокруг меня яростно дрожали. Уто, Сильвия и даже черный шип, почти вонзившийся мне в спину, резко остановились. Когда последняя атака Уто прекратилась, я смог развернуться, чтобы избежать удара.

Высвобождение искажения—то, что я решил назвать первой фазой—было похоже на выдох после пребывания под водой до грани утопления. Я едва смог собраться с мыслями, когда черный шип взлетел вверх, оставив большую рану на моей спине, а не зияющую дыру.

Мое тело полетело вниз, но как только я приземлилась на спину Сильви, Уто отреагировал. Он мелькнул рядом со мной и ударил меня и мою связь своим черным кулаком.

Спускаясь по спирали к земле, как комета, я снова и снова приходил в сознание. Все мое тело было в агонии, так что я с трудом различал, какая часть меня была точно сломана.

Даже не крича от боли, я отчаянно пыталась защитить себя и свою связь с помощью магии.

Изменение в форму лисы! Я отчаянно закричал, но вместо того, чтобы повиноваться, она сжалась в комок, закрыв меня руками, шеей, телом и крыльями. Я чувствовал тепло ее живота, когда она крепче сжала меня.

Она зарычала. — У тебя недостаточно маны, чтобы выдержать удар. По крайней мере, мое тело сможет блокировать часть силы.’

— Дурак, — ответил я. Даже в мыслях я казался слабым.

Я приготовился к удару, но его не последовало. Вернее, я этого не чувствовал. К тому времени, как я пришел в себя, я был в центре кратера еще более истощенным.

Сильви? Я попытался встать, но мое тело отказывалось слушать.

Сильви? Я послал еще раз. Нет ответа.

Слабый стон сорвался с моих губ, когда я повернулась и увидела, что тело Сильвии все еще подо мной, но ее конечности были растопырены, и повсюду под нами были черные шипы—сломанные, некоторые торчали из нее.

“Нет.- Я встряхнул фамильяра.

“Сильвия. Просыпайся. Я затрясся сильнее.

“Это уже не смешно. Сильви!- Я скатился с ее тела, почесываясь о ближайший шип.

— Сильви, пожалуйста!- У меня поплыло перед глазами, и я почувствовал, как сердце пытается вырваться из груди.

Волна паники захлестнула меня, заставив онеметь от боли. Я отчаянно полз, пытаясь вытащить ее лапу из большого черного шипа. Я стискиваю зубы, сдерживая рыдания, пытаясь придумать способ помочь моему фамияльру.

— Эфир, — пробормотал я, затаив дыхание, прижимая руки к ее телу. Это было рискованно, но я должен был попытаться.

Я снова активировал Сферу Сердца. Каждый дюйм моего тела кричал от боли, но я держался. Видя частицы маны и эфира, я отчаянно пытался каким-то образом направить фиолетовые частицы в тело Сильвии.

— Пожалуйста, — взмолилась я.

Фиолетовые частицы эфира вокруг Сильвии задрожали, словно отвечая на мой отчаянный крик о помощи. Кусочки эфира кружились и медленно просачивались в тело Сильвии.

Я не знал, что произойдет. Я подумал, что раз Сильвия смогла исцелить меня через эфир, то и ее тело сможет исцелить себя через эфир.

Не в силах больше поддерживать активность Сферу Сердца, я опустилась на колени, уткнувшись лицом в шею Сильвии.

— С тобой все будет хорошо, — выдохнула я. — Ты должна быть в порядке.”

Несколько черных шипов пронзили тело и конечности Сильвии, но у меня не было сил вытащить их. Я попытался ударить по черному шипу, который пронзил ее, надеясь, что он оторвется от Земли.

Я ударил. Я ударил снова. Я бил до тех пор, пока не перестал конденсировать ману и костяшки пальцев не начали кровоточить.

— Твой зверь будет жить, — раздался рядом женский голос. Голос был спокойным и зрелым.

Айя?

В отчаянии и Надежде я обернулся и посмотрела вверх, но это была не она. Отнюдь нет.

Это была девочка, но не Айя.

Это была девушка, которую я видел в пещере в Дарве.

Коса. Вот только … в ее руке был Уто. И он казался мертвым.





Глава 175. Первая Коса




Я молча смотрел на нее.

Пот заливал мою кожу, и вся голова пульсировала. Мой язык был как выжатая досуха тряпка, мое тело чувствовало страх, но мой мозг был потерян в паутине мыслей. Я чувствовал, как крутятся шестеренки, как мой мозг пытался придумать сценарий в ответ на изменение событий. Однако ничего не приходило на ум…

Выхода не было.

Без маны в моем ядре, мое тело на грани коллапса от обратной отдачи, и мой фамильяр выведен из строя, я сделал единственное, что мог сделать. Я ждал.

Я ждал женщину, стоявшую у края кратера, образованного телом Сильвии. В отличие от слуг, которых я видел до сих пор, она выглядела совершенно иначе.

Ее длинные волосы отражали солнце, как жидкий аметист. В отличие от ведьмы, Уто или Сайлрита, чей цвет лица менял оттенки болезненно-серого, кожа этой женщины напоминала полированный алебастр. Ее глаза были такими же пронзительными, как и ее длинные черные рога, которые закручивались спиралью, как у импалы.

Помимо ее неестественно яркой внешности, больше всего меня поразила ее аура — вернее, отсутствие ауры.

В отличие от того, как я научился скрывать свое присутствие, аура косы, казалось, была там, но сдерживалась, как разрушительная бомба, готовая взорваться. Единственный раз, когда я чувствовал, что-то подобное это когда я встретил Лорда Индраза. Дед Сильвии и нынешний предводитель асуров имели такое же удушающее присутствие, что заставляло всех опасаться, когда он может выйти из себя.

Я сглотнул, и это было самым большим движением, которое я сделал с тех пор, как узнал о прибытии косы.

Но она оставалась неподвижной. Это был хороший знак. Если бы она хотела убить меня, она бы уже это сделала. Я хотел спросить, почему она сейчас держала за волосы потерявшего сознание или мертвого Уто, но не мог собраться с духом.

Я был почти уверен, что ни Сильвия, ни я ничего не сделали Уто, что означало либо то, что он превысил свои возможности в последней атаке, либо то, что эта коса имела какое-то отношение к нынешнему состоянию Уто. Оба варианта казались маловероятными и абсурдными.

Оставаясь неподвижным, я продолжал пассивно набирать ману через вращение маны. Мое тело горело, и мое ядро сопротивлялось ответной реакцией, но я держался.

Я ничего не мог поделать, сколько бы маны я ни набрал; я не мог убежать с Сильвией в таком состоянии, но я не собирался оставлять ее. В моем мозгу мелькнула мысль, что, возможно, стоило бы сразиться с этой косой, но эта мысль быстро погасла всеми фибрами моего существа.

Поэтому я остался в том же положении, глядя на пурпурную косу. Десятки возможных сценариев пронеслись в моих мыслях, но то, что она сделала, было чем-то, что я никогда бы не предсказал.

Протянув свободную руку, коса отломила Уто рога один за другим, словно она срывала цветы. Продолжая молчать, она небрежно бросила в меня два рога, и мое тело немедленно отреагировало. Как будто рога были бомбами—насколько я знал, они могли быть—я сжался в комок, защищая свои жизненно важные органы. Я встал между отрубленными рогами и Сильви в слабой надежде, что смогу как-то защитить своего фамильяра, но ничего не произошло. Два черных рога покатились и остановились у моих ног.

Я оставил рога на земле и встретился взглядом с косой. Ее действия не имели никакого смысла; из того, что я понял, рога Вритры были важной частью их самих. Почему она так поступила со своим союзником?

Как раз в тот момент, когда я подумал, что ее действия не могут быть более непредсказуемыми, коса подняла Уто за волосы и пронзила его тело тонким лезвием, похожим на чистую ману. Что удивило меня больше, чем смертоносный пурпурный клинок, торчащий из грудины Уто, так это то, что он оставался без сознания.

Было ли это потому, что я был истощен—физически и умственно—или коса что-то замышляла, я не мог понять смысл ее действий. В этот момент я был более шокирован тем фактом, что она смогла так легко пронзить ядро Уто.

Ядра маны и животных были плотными и сверхчувствительными частями тела, которые становились более эластичными, чем выше была стадия пользователя. Возможность пронзить его какого-либо сопротивления означало, что эта коса либо убила слугу, либо сделала нечто большее, чем просто сбила его с ног.

Коса швырнула Уто, как тряпичную куклу, в кратер, навстречу нам с Сильви.

— Это была тяжелая битва, но тебе удалось победить Уто. Вы смогли сохранить ему жизнь, но для безопасности, вы пронзили его ядро, чтобы гарантировать, что он не сможет использовать любое искусство маны. Ты сделал это, чтобы забрать его и допросить, — сказала коса, словно читая сценарий.

Моим первым ответом было спросить, что происходит, но эта коса казалась человеком, который презирает ненужные вопросы, что тратят впустую ее время. Благодаря магической силе дедукции казалось, что она либо не согласна с этой войной, либо у нее есть свои личные планы. Если бы это означало, что я не умру сегодня, я мог бы работать с любой причиной.

Я задал другой вопрос.

— Не будет ли слишком сложно узнать ваше имя? — Пробормотал я, мой голос выдавал какую-то уверенность, которую я пытался выразить.

Она слегка приподняла бровь, но это была единственная перемена в выражении ее лица—по крайней мере, внешне.

После небольшой паузы, она ответила с невозмутимым выражением. — Серис Вритра.”

Оттолкнувшись от земли, мне удалось сесть, прислонившись спиной к телу Сильви. Мое тело, казалось, весило столько же, сколько тело дракона, но я изо всех сил старался не подавать слабости.

— Спасибо, Серис Вритра. Я не забуду эту доброту. Я почтительно склонил голову. Не было ясно, была ли эта коса врагом или союзником.

Она, казалось, ни то, ни другое, но тем не менее она спасла мою жизнь вместе с жизнью Сильвии. За это, по крайней мере, я мог бы поблагодарить ее, независимо от ее расы и позиции в этой войне.

У Серис приоткрылась легкая улыбка. — Странный мальчик.”

Коса повернулась, собираясь уйти, но перед тем, как исчезнуть, она сказала: Рога Уто станут для вас бесценным ресурсом, если вам удастся извлечь его ману, хранящуюся внутри.”

Широко раскрыв глаза, я осторожно подобрал два рога размером с кулак и положил их в кольцо. К тому времени, как я поднял глаза, Серис уже исчезла.

Я не был уверен, было ли это потому, что Уто был без сознания или потому, что Серис разрушила ядро Уто, но ложе из черных шипов, от которых Сильви защищала меня своим телом, рухнуло. Раны Сильви уже затягивались, дыхание стало спокойнее. Я думал, что белые маги ядра быстро выздоравливают, но скорость выздоровления Сильви была на самом деле видимой.

Теперь, когда тревога о том, что мой фамильяр умрет, исчезла, я сосредоточил свое внимание на бессознательном и истекающем кровью слуге. Баллада Рассвета все еще пронзала его грудь, но легко выскользнула, когда я потянула ее. Мой меч едва оставил рану на теле Уто, но внешне легкая атака Сериса легко пробила тело и сердцевину Уто.

— Похоже, мне еще многое предстоит сделать, прежде чем я попытаюсь убить еще одну слугу, не говоря уже о косе, — пробормотал я себе под нос. Я ненавидел признавать это, но с при появлении Серис я полностью потерял волю к сопротивлению. Это было некоторое время так как я чувствовал себя таким беспомощным и на этот раз, это не было хорошее чувство.

Собрав достаточно маны, я попытался использовать магию. Когда я это сделал, мое сердце забилось, посылая меня в приступ агонии. Мана горела, когда я направлял ее через свое тело, но я смог заключить тело Уто в лед.

Несмотря на то, что всего несколько минут назад я чуть не умер, меня окружало чувство спокойствия. Были вещи, которые я должен был сделать прямо сейчас: помочь Айе, если ее битва еще не закончилась, сообщить Мике о предательстве Олфреда, но прямо сейчас я не мог и шевельнуться.

В этом ослабленном состоянии я не мог помочь им, даже если бы захотел, поэтому я уступил желанию своего тела и отдохнул.

Я тяжело прислонился спиной к Сильви, ее ритмичное дыхание было почти терапевтическим. Обычно я никогда не позволял себе впадать в мечтательные фантазии, но сейчас я чувствовал, что заслужил это. Позволив своим мыслям плыть по течению, я позволил себе представить свою жизнь после войны. Я позволил себе некоторые счастливые мысли, даже если они не обязательно сбудутся.

Мысли о себе, взрослом—может быть, даже с бородой — с собственной семьей. Лицо Тесс всплыло в моем сознании, и я тут же подавил желание продолжить свои размышления. Но я заслужил этот маленький фантастический перерыв.

Поэтому я позволил сценам продолжаться. Тесс выглядела старше, более зрелой, но все еще ослепительно красивая. Она широко улыбнулась чему-то, что я только что сказал, ее щеки слегка покраснели. Она заправила выбившуюся прядь волос за ухо и застенчиво посмотрела на меня. Она сделала шаг ко мне, но внезапно мы оказались лицом к лицу. Тесс встала на цыпочки и закрыла глаза. Она покраснела еще сильнее, и ее длинные ресницы задрожали.

Как только она поджала губы, Тессия внезапно вырвалась из моих рук. Меня окружала темнота, но я смог смутно различить фигуру человека, стоящего передо мной, всего в нескольких футах.

Это был я. Прежний я.

Что заставляет вас думать, что вы можете иметь это счастье—что вы заслуживаете этого счастья? Первый я заговорил, или, скорее, бесформенный голос эхом отозвался от его местоположения.

После того, что ты с ними сделал, ты думаешь, что можешь просто забыть и жить дальше? Они умерли из-за твоего выбора. Они заплатили цену за твой эгоизм.

Король ли ты Грей или Артур Лейвин, ты можешь существовать только один.

Будь ты король Грей или Артур…

… Грей или Артур…

… Артур…

— Артур!”

Я резко проснулся. Передо мной стояла Айя.

Выражение ее лица тут же смягчилось, и в глазах мелькнуло облегчение. — Ты не просыпался, как бы я тебя ни трясла. Я начала беспокоиться, что что-то случилось во время боя.”

— Я просто немного устал. Я выдавил улыбку, чтобы успокоить ее.

Айя кивнула. — Я рада, что ты в порядке.”

Глядя на эльфийское копье, я заметил, что ее лицо было намного бледнее, чем обычно, но кроме этого не было никаких видимых ран. — Как все прошло на твоей стороне?”

Лицо Айи потемнело. — Нескольким алакрийским солдатам удалось бежать. Что касается предателя, то я смогла его казнить.”

Предатель. Я размышлял над этим набором словом. Она словно дистанцировалась от того факта, что убила бывшего товарища. Я не виню ее; смерть Ольфреда оставила горький вкус в моем рту, но Айя знакома с Ольфредом больше, чем я.

“А как насчет Мики?- Спросил я.

Айя покачала головой. “Я пришла сюда сразу после окончания работы на скрытой базе алакрийцов, чтобы помочь вам, но вижу, что в этом не было необходимости.”

На мгновение мне захотелось рассказать копью о Серис и о том, как она помогла мне, но я решил этого не делать. Я хотел узнать больше о Серис, прежде чем что-то говорить. — Это была тяжелая битва, но я смог победить его с помощью Сильвии.”

В глазах Айи мелькнуло сомнение, но она тут же взяла себя в руки и коротко кивнула. “Я рада, что вы оба смогли пройти через это.

Мы победили.”

— Спасибо, — сказал я, поглаживая Сильви. — Хотя не похоже, что мы выиграли. Нам удалось получить слугу, но вместе с ним потеряли члена совета и копье—может быть, даже два.”

“Я думаю, что безопасно остановиться на одном копье, — ответила Айя, лениво глядя на Уто, чье замерзшее тело я оставил выпрямленным.

— Так Мика не была частью этого?”

Айя покачала головой. — Ее все еще нужно допросить, но я сильно в этом сомневаюсь.”

Я вздохнул, положив голову на тело Сильви. Я снова почувствовал Сильви в мыслях-смесь эмоций, которые она чувствовала в своих снах.

— С арестом Радеаса и допросом Мики и с допросом этого слуги, когда мы вернемся в замок, будет суматоха, — сказала я больше себе, чем Айе.

Копье издало тихий смешок, когда она потянулась. — Так и будет, так что отдохни здесь, пока можешь.”

Я слабо улыбнулся Айе, думая, что у меня слишком много забот: что думать о действиях Сериса; как использовать рога, чтобы стать сильнее; и как объяснить повторяющиеся кошмары о моей прошлой жизни. Однако в битве между моим телом и разумом мое тело одержало верх, и я поддался непреодолимому затишью сна.





Глава 176. Быстрый взгляд на Грея




— Следующий! Кадет Грей, фамилия отсутствует. Пожалуйста, встаньте на платформу, — сказал мужчина-исследователь с безупречно белым лабораторным халатом по другую сторону стекла.

Полузакрытые глаза исследователя не отрывались от планшета. — Пожалуйста, положите доминирующую руку на глобус и ждите дальнейших инструкций.”

Я сделал, как было велено, расправив плечи и выпятив грудь—как будто моя поза могла как-то помочь мне в этом тесте.

— Итак, Кадет Грей, шар-это сенсор, который измеряет уровень КИ. Пожалуйста, направьте свой КИ в датчик, пока вам не дадут сигнал остановки.”

Сделав глубокий вдох, я выкачал КИ из грудины и позволил ему течь вверх и через правую руку в стеклянную сферу. Мой КИ, который измерялся внутри датчика, выглядел как капли чернил в воде. Вращаясь и расширяясь внутри, я видел, как исследователи записывают заметки с разочарованными взглядами.

Не прошло и минуты, как я уже обильно вспотел, моя рука дрожала на поверхности шара.

— Вы можете остановиться, — сообщил тот же исследователь по интеркому, его голос звучал еще менее впечатленным, чем в начале. — Пожалуйста, пройдите на тренировочную площадку для заключительной части экзамена.”

Я вышел из двери, через которую вошел, и оглянулся, пока исследователи обсуждали мои результаты за стеклянным окном. Тот, что давал мне инструкции вздохнул и покачал головой.

Пройдя по ярко освещенному коридору, я остановился в конце шеренги, образовавшейся из курсантов, ожидавших своей очереди на заключительную часть экзамена.

— Эй… ты знаешь, каким будет последний тест? — Нервно спросил крупный, грузный молодой человек, стоявший передо мной в очереди.

«Мы прошли тесты, которые измеряли нашу умственную остроту, физическую силу и только что наш КИ. Просто методом исключения можно предположить, что последнее может быть только этим…”

Глаза мускулистого подростка загорелись пониманием, прежде чем он самодовольно усмехнулся. — Ах… это! Ха-ха! У меня это хорошо получается.”

Я издал смешок, забавляясь переменой в поведении этого простака. То же самое было и со мной—у меня это тоже хорошо получалось.

Очередь снова двинулась, и мы вошли в большой зал с потолком не менее ста футов высотой. В специально отведенных местах уже собралось довольно много курсантов, и инструктор возглавлял каждую группу. Мои глаза осматривали местность в надежде найти Нико или Сесилию, но я не смог найти ни одного из них.

Кроме того, в первых рядах был инструктор, который направлял каждого нового курсанта в другую группу. Инструктор указал направо, на толпу нервничающих курсантов в дальнем углу, и грузный парень передо мной уверенно направился к своей группе.

— Кадет Грей, фамилия отсутствует, — прочел инструктор.

Я подавлял желание хмуриться каждый раз, когда преподаватель указывал на то, что у меня нет фамилии. Какое это имеет значение?

— Пройдите к группе 4С на полпути к дальнему левому углу аудитории. Пол размечен для вашего удобства, — сказал инструктор, указывая на соответствующее место.

Я коротко кивнул ему и направился к своей группе, состоявшей из примерно дюжины мужчин и женщин разного роста и телосложения. Миниатюрная девушка моего возраста уверенно стояла, скрестив руки на груди. Она намеренно оставила следы своего КИ, чтобы все вокруг могли это почувствовать. Подтянутый парень с аккуратно подстриженными волосами стоял с высокомерной ухмылкой. Судя по гербу, приколотому к нагрудному карману, он был из семьи военных. Без сомнения, он был воспитан как видный военный—возможно, даже претендент на место короля.

Среди них был и наш инструктор — мужчина лет сорока, с усами, ухоженными лучше, чем редеющие волосы.

— Кадет Грей? — спросил инструктор, приподняв бровь и читая в блокноте.

— Да, сэр, — почтительно кивнул я. Нет смысла быть резким с человеком, ответственным за мое положение в этой военной академии.

— Ладно! Похоже, все здесь, — сказал он, сунув блокнот под мышку и сцепив руки. — Всем привет. Вы все можете называть меня инструктором Гредж. Прежде чем мы начнем, я хотел бы сказать несколько слов.”

Кадеты в нашей группе окружили его, чтобы все могли видеть.

— Как многие из вас могли догадаться, эта последняя часть вступительного экзамена будет практическим боем. У меня есть все результаты уровня КИ этой группы здесь, и, хотя я не буду раскрывать чей-либо уровень КИ, я скажу вам, что все они отличаются. Часть практического боя означает, что вы не всегда будете иметь роскошь в виде возможности бороться с кем-то с тем же уровнем КИ, как и у вас. Иногда вам повезет, и вы столкнетесь с противником, который едва может сжать кулак”

Несколько кадетов в нашей группе захихикали.

«В других случаях вы столкнетесь с ситуациями, когда у противника гораздо больший уровень КИ, чем у вас”, — продолжил инструктор, снова подняв свой планшет. «Независимо от этого, вас будут судить по вашей способности адаптироваться соответственно и, самое главное, превалировать.”

Мы обменялись взглядами между нашей группой, прежде чем тощий подросток, который выглядел на несколько лет старше меня, поднял руку и заговорил. «Верны ли слухи о том, что курсанты могут погибнуть во время этого испытания?”

Инструктор Гредж почесал бороду. “Весьма маловероятно. Оружие здесь притуплено и смягчено. Кроме того, я буду внимательно следить за боями и вмешиваться, когда это необходимо.”

В группе было несколько курсантов, которые все еще волновались, несмотря на заверения инструктора. Я не мог их винить. Разница в уровнях КИ создает огромную разницу в силе и ловкости—достаточную, чтобы даже смягченное оружие могло быть смертельным.

Инструктор прокашлялся, чтобы привлечь наше внимание. «Как вы все знаете, вступительный экзамен важен для определения и обеспечения будущего курсанта в этой академии. Те, кто преуспевает здесь, будут иметь поддержку академией и получат ресурсы для дальнейшего развития своих навыков, а те, кто потерпит неудачу, будут забыты и в конечном итоге исключены. Это несправедливо, но такова жизнь. Я бы спросил, есть ли у кого-нибудь из вас вопросы, но у нас мало времени, так что давайте начнем.

Наш пухлый инструктор махнул рукой, показывая некоторым из заблудившихся кадетов в нашей группе, чтобы они убирались с дороги. Затем он достал из кармана ключ и вставил его в стену. Именно тогда я заметил слабые швы в земле.

Стена скользнула в сторону, открыв оружейную полку, и в то же время из тонких швов в земле появились стекла. Через несколько секунд площадь примерно в тридцать квадратных футов была окружена прозрачными стенами высотой в десятки футов.

— Сначала Кадет Дженис Крескит против кадета Твена Берра. Выберите оружие по вашему выбору и выйти на арену. Инструктор Гредж указал на дверь,и стекла открылись.

Маленькая девочка, которая щеголяла своим КИ, выбрала тупое копье, в то время как тощий подросток, который только что спросил инструктора, можно ли умереть, осторожно обращался со щитом и мечом. Они вдвоем последовали за инструктором в закрытое помещение, и стекла закрылись за ним.

«Скользящие удары будут проигнорированы, и только я буду судить, остановится ли матч или нет. А до тех пор сражайся, сколько душе угодно. — Наш инструктор встал между Дженис и встревоженным братом. — Начинайте!”

Твен отскочил назад и немедленно встал в оборонительную стойку, держа свой стекловолоконный щит, и затупленный меч близко к телу.

Дженис, наоборот, бросилась на своего противника. Раздался глухой стук, когда ее копье ударилось о щит Твена, но она не остановилась. Не заботясь о своей безопасности, она выпустила дикую серию выпадов, отталкивая Твена.

Миниатюрная девушка набросилась на него, как кошка, быстро и ловко, но слишком эмоционально. Нахмуренные брови Твена, хоть и выражали неуверенность, но казалось он, уловил ее и рассчитал свой следующий блок, чтобы парировать копье Дженис.

Она пошатнулась всего на шаг, но это все что нужно было Твену. Он быстро взмахнул мечом и ударил ее прямо в плечо. Я ожидал, что она будет корчиться от боли или хотя бы отшатнется, но, несмотря на прямое попадание, плечо Дженис защитил прозрачный слой КИ.

С самодовольной ухмылкой на лице кадет Дженис отбила меч Твена рукой и ударила его тем же плечом, которое только что получило удар. Твен содрогнулся и пошатнулся в сторону. Дженис последовала за ним, ударив оружием по ногам Твена, буквально сбив его с ног.

Тощий подросток упал на пол, и как раз перед тем, как Дженис ударила Твена наконечником копья в лицо, инструктор Гредж перехватил ее.

— Матч окончен. Оба кадета возвращаются к остальным, — бесцеремонно сказал он, отпуская копье.

На мгновение воцарилась тишина, пока наш инструктор записывал что-то в блокнот, а Твен и Дженис выходили с арены.

«Поскольку это экзамен, а не урок, мы не будем разбирать события этого матча. Вы можете размышлять и обсуждать его между собой. А пока, Кадет Грей и кадет Влаир из дома Эмброуз, пожалуйста, возьмите оружие с полки и приходите.”

Услышав имя «Эмброуз», наша группа зашумела.’

Подтянутый, симпатичный мальчик, который выглядел примерно моего возраста, подошел к Дженис.

— Могу я воспользоваться копьем? — спросил он, протягивая руку.

Девушка, которая только что дралась, как дикая кошка, внезапно стала ручной, и она вручила ему затупленное копье. “Конечно.”

Я выбрал меч примерно в половину ширины того, которым пользовался Твен, прежде чем войти в огороженное пространство.

— Это все, кадет Грей? — Спросил Влаир, приподняв бровь. — Меч, который ты выбрал, обычно используется с щитом или другим мечом.”

Я покачал головой. — Мне и так хорошо.”

— Как хочешь, — пожал плечами Влаир.

“Начали.” инструктор Грейдж дал сигнал к старту.

В отличие от Дженис, Влаир принял более нейтральную позу с копьем. Я не слишком хорошо разбирался в формах конкретного оружия, но инстинктивно знал, что он гораздо лучше обучен обращению с оружием, чем Дженис.

Я крепче сжал оружие, но держал клинок низко. Влаир глаза сузились, как будто он был оскорблен тем, что я был в не правильной стойке.

Усмехнувшись, мой противник бросился вперед. Его оружие превратилось в размытое пятно, но мое тело знало, где оно будет. Я уклонился от его первого удара, едва заметно дернув головой, и нырнул под быстрый удар, последовавший за ним.

В следующую минуту Влаир не смог нанести мне ни одного удара. Я знал, что один удар, вероятно, будет концом для меня в этой дуэли, но я должен был сохранить свой ограниченный запас КИ, для момента, когда я смогу нанести решающий удар. Между тем, Влаир держал постоянную ауру КИ, окутывающую его тело и оружие, что было довольно впечатляюще. Предыдущие кадеты умели защищаться с помощью КИ, Дженис в большей степени, чем Твен, но в нашем возрасте умение использовать КИ в качестве оружия требовало и таланта, и усердия.

Его тупое копье просвистело мимо моей щеки с отработанной точностью, но я позволил своему телу двигаться самостоятельно. Движения Влаира были размытыми, и он, казалось, использовал технику, которая изгибала его копье для более широкого диапазона атак, но он все еще был медленным—по крайней мере, для меня. В отличие от нападавших, пытавшихся похитить Сесилию, ему не хватало вызывающей страх свирепости.

Несмотря на то, что с годами я привык к этому ощущению, все еще было странно, как мое тело двигалось плавно одновременно с моими мыслями. Я знал, что это нечестный навык, но я думал о нем скорее, как о возможность отыграться при наличии довольно небольшого запаса КИ.

Поскольку мистер Эмброуз продолжал атаковать, его точная комбинация атак вскоре стала пронизана эмоциями. Разочарование и нетерпение взяли верх, притупляя его атаки и оставляя его тело более открытым. Я воспользовался этим и начал действовать. Укрепив подушечку стопы КИ, я рванулся вперед, направив его копье так, чтобы ребро оказались на правом боку.

Я взмахнул мечом и ударил его чуть ниже подмышки. Тело Влаира пошатнулось от удара, но я мог сказать по ощущению, что это не очень помогло из-за огромного слоя КИ, защищающего его.

“Достаточно. Матч окончен, — объявил инструктор Гредж.

— Что? Этот удар едва щекотал! Я все еще могу сражаться!- Возразил Влаир с гневом в глазах.

— В этих поединках нет победы, кадет Эмброуз. Я видел достаточно от вас обоих, поэтому я заканчиваю этот матч, — сказал наш инструктор с раздражением в голосе.

Он взглянул на меня. — Я не согласен, что вы видели достаточно. Парню только что просто повезло нанести удар.”

Инструктор Гредж покачал головой. — Удачный выпад был нанесен после того, как вы не нанесли ни одного удара ровно за минуту и восемь секунд. Теперь, прежде чем вы не потеряли еще больше очков, пожалуйста, выйдите из арены, чтобы другие кадеты могли начать поединок.”

Влаир злобно посмотрел на меня и нашего инструктора, но вышел, бросив копье на землю.

Экзамены закончились вскоре после этого, давая кадетам некоторое время, чтобы отдохнуть и поесть, пока доска результатов была в процессе загрузки.

“Это место занято? Конечно, нет, — раздался сзади знакомый голос. Нико подтолкнул меня локтем, прежде чем сесть напротив, его руки несли тот же поднос с едой, что я получил и сейчас ел. Сесилия последовала за мной, одарив меня улыбкой, прежде чем сесть рядом с Нико.

Я проигнорировал маленькую насмешку Нико, проглотив свои тушеные овощи, прежде чем спросить: Сработал ли амулет?”

Сесилия подняла правую руку и показала мне маленькую булавку размером с монету в центре ладони. — Это сработало как заклинание. Судя по реакции тестировщиков, я, вероятно, была где-то около среднего, или не значительно выше этого.”

— Я должен был назвать амулет не-значительно-выше-среднего-КИ-сдерживатель! Нико усмехнулся, указывая вилкой на меня. — Я же говорил, что это сработает.”

Я уважал стойкость и способность Нико адаптироваться. На Нико, несомненно, повлияла смерть директора Уилбека, но он не дал этому долго продолжаться. Он подтолкнул нас—особенно меня—продолжать свой путь к цели. Я знаю, что часто он шутит, чтобы скрыть свои эмоции, но я думаю, что его остроумие было очень нужно нашей группе.

Я кивнул. — Я рад, что это произошло… хотя я все еще думаю, что было бы лучше, если бы вы пошли в обычную школу. Еще не слишком поздно я думаю—”

— А я говорил тебе, что мы держимся вместе, — вмешался Нико. Его глаза на мгновение вспыхнули, но потом расслабились. — Кроме того, здесь есть научно-исследовательский центр и несколько мастерских для студентов инженерного факультета.”

— Нико прав, — вмешалась Сесилия, вертя в руках тарелку, но не доев ее. — У всех нас есть то, чему мы можем научиться, находясь здесь.”

“Хорошо, но мы должны быть осторожны. — Я понизил голос и придвинулся ближе к друзьям. — Мы не знаем точно, какая группа или организация преследовала Сесилию.”

— Ты слишком беспокоишься, — отмахнулся Нико. «Новый ограничитель КИ, который я построил, должен продержаться достаточно долго, чтобы я мог найти здесь несколько деталей и сделать более стабильный.”

Мы поговорили еще немного, но наши глаза все время возвращались к большим часам над кухней. Не только мы—все с нетерпением ждали объявления.

Нико отодвинул поднос с едой. — Я больше не могу есть это крысиное дерьмо. Хочешь просто пойти к доске?”

— Конечно, — ответил я. — Мы могли бы найти место получше.”

Мы вышли из зала и вернулись на улицу. Солнце ярко светило над головой, но в академии, где нас окружали только здания и искусственные деревья и кустарники, было душно.

— Инженерные кадеты тоже разделены на дивизии? — Я спросил Нико по дороге.

Мой друг покачал головой. “И да, и нет. Мы, более интеллектуальные кадеты, все еще должны использовать КИ для создания инструментов и гаджетов, поэтому приоритет отдается тем, у кого есть большой пул КИ, но он не так сильно значит для нас, в отличии от вас, вы боевые кадеты. Я буду либо в первом дивизионе, который является быстрым путем, либо во втором дивизионе.”

— Хотела бы я, чтобы все было так просто, — вздохнула Сесилия. — Почему у военных кадетов есть дивизии, которые сокращаются до пяти категорий?”

Нико пожал плечами. “В любом случае, я надеюсь, что вы двое попадете в одно подразделение, если не в один класс. Таким образом, Грей, ты можешь вмазать любому парню, который подойдет слишком близко к Сесилии.”

Я не мог сдерживать улыбку. Нико сказал это так легко, но видел, что он был смущен своими словами. Даже после всех этих лет Нико до сих пор ничего не сказал о своих чувствах к Сесилии.

К тому времени, как мы добрались до большого двора, где должна была обновиться доска, уже собралась большая толпа курсантов, пытавшихся подойти к доске как можно ближе.

— Похоже, у всех здесь была та же идея, что и у нас, — пробормотала Сесилия.

— Ничего не остается, как продираться сквозь толпу, — сказал Нико, подталкивая меня вперед. “Вперед, кадет!”

После десяти минут протискивания через сотни курсантов, мы подошли достаточно близко к доске, где мы могли прочитать большие слова, загружаемые на экран.

“Нико, у тебя нижняя губа кровоточит!- Воскликнула Сесилия. “Тебя ударили?”

— Увы, я не остался невредимым после того, как ударил себя локтем в лицо, чтобы защитить тебя! — Драматически произнес Нико.

Я покачал головой. — Нико жует губу, когда нервничает, расстроен, сосредоточен или все вышеперечисленное. Наверное, он слишком сильно укусил.”

Нико прищелкнул языком. “Умник.”

В этот момент экран замерцал и загорелся. Слова—имена и цифры-появлялись на экране рядами. Кадеты позади нас подталкивали нас вперед, пытаясь подобраться как можно ближе, чтобы узнать свои имена.

Я нашел Нико довольно легко. Его поместили в первый дивизион, первый класс-в высший эшелон. Затем я увидел имя Влаира Амброуза; он был в первой дивизии в пятом классе, что означало, что он едва добрался до первого дивизиона. Затем в поле зрения появилось имя Сесилии, но сдержанный визг восторга, который она издала, сказал мне, что она тоже нашла свое имя.

Я посмотрел вниз, ища свое имя, но мое сердце упало, чем ниже опускалась линия моего зрения, так как чем ниже появлялось имя, тем ниже было их разделение и класс. Имя Сесилии появилось довольно быстро ее поместили в четвертый класс второго дивизиона.

Я нашел свое имя, и теперь я знал, что моя цель-преуспеть в академии и стать достаточно сильным, чтобы найти и уничтожить людей или группу, которые убили директора Уилбека.

Директор, это будет намного сложнее, чем я думал.

Я пробормотал свое имя и подразделение, повторяя его снова и снова на случай, если я неправильно прочитал. “Грей. Четвертый дивизион, первый класс.”

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

Я открыл глаза и увидел знакомый потолок моей комнаты в замке. Я был благодарен, что не пережил еще один кошмар, но этот сон все еще оставлял невероятно горький привкус во рту.

«Пора вставать, Силь..», — остановил я себя, вспомнив, что мой фаильяр была в медицинской палате замка.

Вчерашний день больше походил на сон, чем на тот, который я только что видел. К счастью, из обратного пути остался лишь промежуток до ближайшего крупного города с воротами телепортации. Несколько солдат должны были помочь перенести Сильви с места нашего сражения через ворота, она смогла благополучно вернуться и получить лечение.

Я не смог увидеть Мику с тех пор, как ее взяли под стражу для допроса. Варей и Байрон отправились на встречу с гномьим копьем на случай, если она решит дать отпор, но она вернулась сюда добровольно. К тому времени, как я вернулся сюда в полдень, Радеаса уже поместили в одну из камер, чтобы допросить позже вместе с Уто.

Стоя под душем и глядя на улицу, я понял, что сейчас раннее утро, а это означало, что я проспал остаток дня и всю ночь. Мое тело все еще чувствовало себя вялым и горячим от обратной отдачи магии, но сон в течение восемнадцати часов, казалось, сделал чудеса.

Выйдя из душа, я услышал шаги, остановившиеся перед моей комнатой. У человека даже не было возможности постучать, когда я спросил

“Кто это?”

Из-за двери послышался незнакомый женский голос. — Генерал Артур. Мне было дано указание помочь вам подготовиться и сопроводить вас в зал заседаний.”

Глядя на свое мокрое тело, покрытое шрамами, я вдруг почувствовала себя неловко при мысли, что кто-то смотрит на них. Шрамы на шее и левой руке, оставленные мне ведьминоподобным слугой, были самыми ужасными, но они были лишь двумя из многих, что покрывали мое тело. Мана и Драконья воля Сильвии очень помогла моему выздоровлению, но это просто означало, что шрамы формировались быстрее, чтобы запечатать раны, а не сделать кожу жемчужно новой.

— Я почти закончил, так что подожди снаружи минутку, — сказал я, поспешно надевая брюки и тунику с высоким воротником, прежде чем прикрыть руки тонкими перчатками. Не было необходимости скрывать мои шрамы, так как предатели были схвачены, но я чувствовал себя спокойнее, делая это.

Убедившись, что Баллада Рассвета находится внутри моего кольца измерений вместе с отрубленными рогами УТО, я приготовился к бесконечным важным встречам и расспросам.





Глава 177. Стратегическое Поведение




Короткая прогулка по направлению в зал для конференций была заполнена неловким молчанием между мной и безукоризненно одетым эльфийским секретарем.

Я хотел зайти в комнату сестры, но эльфийка настояла, чтобы сперва состоялась встреча. Мои глаза бегали из стороны в сторону, и я обнаружил, что ищу кого—нибудь знакомого мне, и в основном я надеялся увидеть Тесс. Наверное, это все из-за той проклятой сцены, которую я представлял в своей голове: мы обнимаемся и собираемся поцеловаться.

К моему разочарованию, секретарь сообщила мне, что Тессия и ее команда вернулись на свой пост в звериных Полянах. Это еще один повод для беспокойства.

— Когда они уехали? — Спросил я.

— Они отбыли вчера на рассвете, генерал Артур, — почти машинально ответила она, прежде чем остановиться перед закрытым залом заседаний.

Стражники, стоявшие по обе стороны деревянной двери, немедленно отступили назад и, увидев нас, открыли проход.

Стражники в знак приветствия ударили рукоятями копий по земле. “Генерал.”

Отпустив секретаря, я вошел в круглую комнату и встретился взглядом с советом и другими копьями.

Встреча началась, как только мы все собрались, однако отсутствовал Алдир, наш пропавший посол асуров. Вместе с этим, Радеаса и Олфреда больше не было в Совете, и теперь когда-то тесный зал заседаний казался устрашающе просторным.

Едва мы заняли свои места, как Король Глайдер разразился гневом, громко ударил кулаками по круглому столу, вокруг которого мы сейчас сидели, огромный король взревел: — какой смысл Лорду Алдиру брать контроль над артефактом, если он собирался просто убежать неизвестно куда!”

— Сейчас не время злиться на то, что мы не можем изменить, — раздраженно отрезал Алдуин.

— Он прав, — согласилась Присцилла Глайдер. «Есть более срочные вещи, которые мы должны сделать, если мы хотим оправиться от этой неудачи.”

Блейн недоверчиво посмотрел на жену, но королева проигнорировала взгляд мужа.

Мериал, сидевшая рядом с мужем, наконец оторвала взгляд от стопки пергамента, которую просматривала, и заговорила: “Я собрала и прочитала несколько отчетов о том, что произошло, один из которых был от Айи, но я думаю, что лучше начать с отчета Артура о том, что произошло.”

— Я согласен, — сказал Вирион, повернувшись ко мне усталым взглядом. Этот человек был стар с тех пор, как я его знал, но последние несколько лет действительно сказались на его теле и психике. Об этом свидетельствовали глубокие темные мешки под глазами и вечно нахмуренное лицо.

Темно-рыжие волосы Блейна практически пылали, когда он откинулся на спинку сиденья, кипя, как пламя, жаждущее подпитки, чтобы выпустить гнев еще раз.

— Конечно, — сказал я, положив руки на стол. Обычно копья стояли позади соответствующих держателей артефактов, но так как имелись свободные места и тем, что даже стоячее положение сказывалось на моем усталом теле, мне разрешили сесть.

Пересказ событий, начиная с того дня, когда Олфред, Мика и я отправились на нашу миссию, не занял много времени. Члены Совета останавливали меня время от времени, если им требовались разъяснения или дополнительные детали, но в остальном позволяли мне говорить.

Не говоря уже о том, что я был не тем, кто победил Уто, а скорее его союзником, я рассказал совету все, что знал. К концу моего рассказа, Вирион задумчиво кивнул.

— Как получилось, что Артур, который еще не достиг стадии белого ядра, смог победить не одного, а двух слуг, в то время как копье было убито так беспомощно? — Спросил Блейн с подозрением в голосе.

Глаза Вириона сузились. “Чего вы добиваетесь, так скептически относясь к генералу Артуру?”

— Возможно, знание того, как он одержал победу в обоих случаях, поможет лучше подготовить остальные копья в будущих битвах против слуг и кос, — сказал Блейн, пожимая плечами.

Присцилла успокаивающе положила руку на плечо мужа, пытаясь вмешаться. “Дорогой—”

— Король Блейн прав, — вмешался я. — Первый слуга, с которым я сражался, был не так силен, как Уто,—слуга, которого мы сейчас заключили в тюрьму.

Даже тогда я вышел с этими шрамами и сломанным мечом, выкованным асурой.”

Все, кроме Вириона, выказали удивление, когда я снял перчатку с левой руки и натянул тунику, обнажив шею, но никто из них не произнес ни слова.

Я продолжал: — Уто, с другой стороны, мог убить меня и Сильвию на месте, но не это ему было нужно. Единственным побуждением Вритры, казалось, было наслаждаться хорошей битвой. Когда я перестал казаться ему угрозой, он ослабил бдительность и попытался вызвать у меня приступ ярости, угрожая убить тех, кто был рядом. Сильви и я смогли извлечь выгоду из его беспечности и уничтожить его рога.”

— Откуда ты знал, что уничтожение рогов Вритры как-то повлияет на их способность сражаться? -за спиной Присциллы раздался звонкий голос, его хозяином был Варей Аурай.

Я покачал головой. — Нет, не говорил. Сомневаюсь, что даже асуры знали, иначе они бы нам сказали. Но я помню, как покойный Копейщик, Алеа, рассказывал, как разъярился Уто, когда она отколола кусок его рога.”

Моя ложь была не самой продуманной, но упоминание Алеа, казалось, убедило даже Блейна и Байрона, которые критически изучали меня на протяжении всей моей истории. Было неправильно обманывать всех, особенно Вириона. Но я не доверял никому в этот момент, и я знал, что говорю.

Теперь Вирион не имея ни малейшего представления о цели Сериса—будет только обременять командира еще больше.

— Сила слуги, казалось, значительно уменьшилась после того, как мы уничтожили его рога,—я подчеркнул ”уничтожили“,—и вскоре мы едва смогли одолеть его. После захвата Уто единственное, что я помню, это как генерал Айя разбудила меня.”

— Спасибо за объяснение, — сказал Вирион после короткой паузы. — Королева Присцилла, не хотите ли перейти к следующему вопросу?”

Кивнув, королева заговорила:

“Самым важным фактором в этой войне сейчас союз с гномами. Поскольку Радеаса посадили в тюрьму и держат под стражей для допроса, у нас нет никого, кто мог бы эффективно руководить гномами. Кроме того, после разведки генерала Артура в Дарве очевидно, что-либо фракция, либо несколько фракций умышленно помогают алакрийской армии.”

“Что, если мы пошлем несколько военных из Сапина в Дарв, чтобы присматривать за гномами? — Предложил Алдуин.

Король Блейн, который уже успокоился, покачал головой. — Военное присутствие людей только еще больше напугает гномов, и они подумают, что мы хотим их контролировать. Все выйдет из-под контроля, если мы влезем в это.”





Глава 178. Сухопутный Корабль




Луч света пронесся сквозь деревья, слегка изогнувшись, прежде чем достиг цели—деревянного столба не больше моей головы. Раздался удовлетворительный стук, когда стрела маны вонзилась в центр столба, проделав в нем дыру, прежде чем рассеяться.

— Отличный выстрел! — Воскликнул я, аплодируя.

Моя сестра присела в ответ, прежде чем ее губы изогнулись в удовлетворенной улыбке. — Я знаю! — надменно сказала она.

Моя сестра спустилась с Бу, ее титанического фамильяра, лениво лежащего на животе. Элли перескочила к нам с Сильви. “Что ты думаешь, Сильви? Ты впечатлена?”

— Очень впечатляет, — ответила она вслух, ее нежный голос был полон усталости.

— Сильви все еще поправляется, Элли, — проворчал я.

Сестра положила белую лису на подушку, на которой та свернулась калачиком. “Хех. Прости, Сильви.”

Прошло всего два дня с тех пор, как мы вернулись в замок. Сильви пришла в сознание только вчера, но она выздоравливает с удивительной скоростью. Пока Вирион и остальные члены Совета собирали четырех колдунов, которым предстояло провести со мной следующие два месяца, я провожу некоторое время с сестрой.

Я держал в секрете от Элли тот факт, что на наших родителей и Близнецов Рогов напали. Часть меня знала, что она заслуживает услышать эту новость, но я также хотел держать ее в неведении, пока это не станет невозможным.

Эгоистичное желание эгоистичного брата.

— Так ты можешь стрелять также точно, пока Бу передвигается? — спросил я с ехидной усмешкой, мой взгляд обратился к зверю маны, спящему на животе.

Элли надулась на мой выпад. — Фу, еще нет. Хелен сделала это так легко, когда она показала мне, но я не смогла сделать ни одного приличного выстрела, пока Бу двигался. Не помогает и то, что этот недоумок бежит так, будто намеренно пытается сбросить меня со спины.”

Похожий на медведя зверь маны издал стон отрицания.

— Так и есть! — моя сестра отпрянула, прежде чем нагнуться и поднять лук.

Мой взгляд упал на ее руку, когда она потянулась за оружием. Мозоли покрывали ее пальцы, в то время как свежие рубцы заполняли редкие места ее руки, которые еще не затвердели от чрезмерного использования.

— Сколько времени ты тренируешься, Эл? — спросил я.

Сестра на секунду задумалась, прежде чем ответить. — Я не очень слежу, но солнце садится, пока я тренируюсь, так что, может быть, около шести или семи часов?”

Мои глаза расширились. “Каждый день?”

Элли пожала плечами. — Думаю, да.”

— А как насчет учебы или игр с друзьями?”

— Занятия в замке проводятся только раз в неделю, и я могу закончить учебный материал за день, — ответила она. Элли поколебалась, прежде чем продолжить. — Что касается друзей… хочу, чтобы ты знал, я очень популярна.”

— Неужели? — сказал я, приподняв бровь.

Уступив под моим безжалостным взглядом, она вздохнула. — Ну, это не моя вина, что меня абсолютно не интересуют вещи, о которых они говорят. Как это возможно для группы девочек, чтобы говорить без остановки о мальчиках и одежде в течение нескольких часов?”

Из моего горла вырвался смешок, и я почувствовал, как смягчилось выражение моего лица. — Я уверен, что есть несколько детей твоего возраста, интересующихся магией.”

Понимая, что наш разговор не скоро закончится, сестра отодвинула стул и села. — Ну, их было немного, но когда все началось, их родители уехали из замка или просто отправили своих детей в один из крупных городов, чтобы они учились в школе магии.”

Не у всех детей были способности, которым мою сестру обучал маг в этом замке. И это понятно, что родители хотели бы, чтобы их детей все еще учили, как использовать их новообразованное ядро, даже с потенциальной опасностью войны, достигающей их.

Я посмотрел на сестру, которая играла с тетивой своего лука, прежде чем осторожно спросить: “Ты тоже хотела бы учиться в академии магии?”

— Конечно, — ответила она без колебаний, — но я знаю, что вы, мама и папа, будете волноваться.”

Я вздрогнул от слов сестры. Ей было всего двенадцать, но ее слова отражали зрелость, которую я не был уверен, что хотел бы видеть у нее. По собственному опыту я знал, каково это-расти слишком быстро. Это было еще одно мое эгоистичное желание, чтобы моя сестра осталась милой невинной девушкой, которая беспокоилась только о том, что надеть на день рождения своей подруги.

Отбросив мысли, я одарила сестру нежной улыбкой. — Я поговорю с мамой и папой, когда представится возможность, и попрошу их отправить тебя в школу.”

Глаза Элли расширились. — Правда?”

— Если они дадут тебе добро, я все равно пошлю с тобой охранника, чтобы защитить тебя в случае чего. Я знаю, это может быть немного неприятно иметь кого-то с тобой все время, поэтому я постараюсь найти кого-то, с кем тебе будет комфортно, но—”

Сестра бросилась прямо на меня в крепких объятиях. — Спасибо, Брат.”

— Не слишком надейся, — ответил я, мой голос прозвучал как хрип от того, как сильно она сжимала меня

— Слишком поздно!- она хихикнула, разжимая хватку, прежде чем поднять лук. — Мне придется попрактиковаться, если я хочу победить этих высокомерных дворян.”





Глава 179. Алакрийский Проблеск




Наевшись до отвала я отпустил Аланис на ночь, и забрал Сильви у Элли, а затем вернулся в свою комнату.

— Ты готова? — спросил я своего фамильяра, которая ждала на кровати, пока я принимал душ.

“Так. Что тебя так взволновало? — ответила она, нетерпеливо ерзая в своем лисьем обличье.

Нелегко было отвлечься от мыслей о «добыче», которую я получил, сражаясь с Уто, чтобы удивить Сильви. Мне пришлось отвлечься, думая о случайных мыслях и числах, чтобы запутать ее в моих мыслях.

Убедившись, что дверь заперта, и активировав заклинания Восприятия Земли и Ветра, я, наконец, вытащил из кольца два обсидиановых рога.

Острые глаза Сильви расширились, когда она посмотрела на черные кристаллы, которые когда-то принадлежали слуге. “Не говори мне…”

“Да,” сказал я взволнованно. — Это рога Уто.”

— Зачем? — спросила она в замешательстве.

Понимая, что она никогда не слышала всей истории, я рассказал все, что произошло после того, как она была нокаутирована во время моего спасения от последнего удара Уто.

К тому времени, как я закончил свой рассказ, лисье лицо Сильви исказилось, показывая смесь эмоций.

— Страшно подумать, как легко нас могли убить, — сказала она после долгой паузы.

Я кивнул. — Я ничего не мог сделать, когда появилась Серис. Но даже если бы она этого не сделала, я не уверен, что мы смогли бы победить Уто.”

— Похоже, чем сильнее мы становимся, тем сильнее становятся наши враги, — вздохнула она. Ее взгляд вернулся к двум рожкам на кровати. — Значит, эти рога предположительно содержат огромное количество маны, которую ты можешь извлечь? Действительно ли безопасно доверять косе?”

— Учитывая, что договор запрещает асурам помогать нам, а Серис могла убить меня в любой момент, я не думаю, что это слишком большой риск.”

Сильвия задумалась на мгновение, ощупывая рога, каждый из которых был размером с ее голову. — Ну… если они помогут тебе активировать белое ядро, это, безусловно, поможет нам.”

Я поднял только один из рогов. — Этого мне будет достаточно. Ты извлечешь из второго.”

Мой фамильяр открыл рот, готовясь возразить, но я оборвал ее. — Ты сказала, что твое тело все еще проходит процесс пробуждения, который Господин Индрат заставил тебя начать. Я знаю, что твое тело постоянно извлекает окружающую ману, поэтому ты постоянно спишь, и я уверен, что извлечение маны из рога Уто поможет ускорить этот процесс.”

“Честно говоря. Я не так активно пыталась ускорить процесс пробуждения, — ответила Сильвия. — Боюсь, что с моим пробуждением в качестве полного асуры, я больше не смогу помогать тебе.”

— Ты чуть не погибла в том последнем бою, Сильв, — сказал я, кладя руку на маленькую головку моего фамильяра. — Кроме того, твоя мать наложила довольно сильное заклинание, прежде чем ты родилась, чтобы скрыть тебя. Вот почему даже в твоей драконьей форме никто не мог сказать, что ты асура.”

— Дедушка упоминал об этом, но чем сильнее я стану, тем труднее будет скрывать, кто я такая, — горько ответила Сильви.

Волна горя захлестнула мой разум, и я почувствовала обрывки истории, которую Лорд Индрат рассказал Сильви о ее матери.

— Я не совсем уверен, что произойдет, когда ты достаточно окрепнешь, чтобы пробудиться, но мы преодолеем это препятствие, — утешил я.

— Как всегда, — с улыбкой согласилась она.

Осторожно держа в руках черный рог, я взглянул на Сильви. — Итак … начнем прямо сейчас?”

Сильвия положила лапу на рог перед собой. “Я не вижу причины что бы останавливаться.”

Устроившись поудобнее, я сделал глубокий вдох. Я начал медленно исследовать внутренности рога нитью моей маны.





Глава 180. Устройства и Магия




Я не знал, чего ожидать от своих спарринг-партнеров. Я попросил об этой услуге в самый последний момент, так что где-то в глубине души я просто представлял себе в этой роли обычных солдат в замке.

Здесь было довольно много магов и усилителей, которые были назначены в качестве меры предосторожности, чтобы держать жителей в безопасности. Я заметил, что многие из них были вполне способные, поэтому просить их стать партнерами по обучению казалось разумным.

Чего я не ожидал, так это присутствия троих явно могущественных старейшин на тренировочной площадке рядом с Кэйтлин и самодовольным Вирионом.

— А, вы здесь! Вирион вскочил на ноги, взял коробку из моих рук и поставил ее на землю, прежде чем проводить меня к группе. — Я хочу, чтобы ты познакомился со всеми.”

Я оглянулся через плечо и увидел Эмили, машущую мне на прощание, как мать, отправляющая сына на поле боя.

“Я знаю, что вы уже знакомы, — сказал Вирион, указывая на Кэйтлин. — Но для формальности, это принцесса Кэйтлина из королевского дома Глайдеров и ее опекун, Эстер Флеймсуорт.”

Пожилая женщина с седыми волосами, туго стянутыми в пучок, склонила голову в официальном приветствии.

— Флеймсуорт? — удивленно выпалил я.

— А, так вы знакомы с моей семьей, — сказала женщина с оттенком гордости в голосе.

“Да. Довольно близко знаком, — ответил я. Фамилия привлекла мое внимание, но я отбросил все вопросы, которые крутились у меня в голове, и сосредоточился на принцессе.

— Приятно видеть тебя, Кэйтлин, но что ты здесь делаешь? — спросил я.

— Принцесса Кэйтлин-опытный маг ледяного сродства, сейчас она находится на стадии темно-желтого ядра, — ответила Эстер. — Командующий Вирион попросил меня помочь вам, генерал Артур, с вашим обучением, но моя главная задача-постоянно охранять принцессу. Находясь здесь вместе, мы, по сути, достигаем сразу двух целей.”

Я оглянулся на Кэйтлину, которая застенчиво кивнула в знак согласия. “Мне больше нечего делать, кроме как время от времени тренироваться у мастера Варея, так что я здесь, чтобы помочь.”

“Принцесса и рыцарь. Классическая пара, — ухмыльнулся грубоватый гном, сидящий на каменной колонне. Он почесал свой большой луковичный нос, который вел к густой белой бороде, закрывавшей нижнюю половину его лица. Он был высок по сравнению с большинством гномов, которых я видел, но это могло быть из-за иллюзии, вызванной его высоким сиденьем. Одно можно было сказать наверняка: его тело выглядело полностью мускулистым. С толстыми, полосатыми луковицами затвердевшей плоти, покрывающими его руки и тело, я вздрогнул, когда он сжал мою руку своей большой мозолистой рукой.

— Приятно познакомиться, молодой генерал. Меня зовут Бухдемог Лонуид, но большинство зовут меня Бухд, — сказал он, но его хватка была неумолимой.

То ли для того, чтобы оценить меня, то ли для того, чтобы утвердить свое превосходство над молодым—возможно, высокомерным—копьем, я не знал, но ответил на его приветствие крепким рукопожатием.

Ассимиляция, через которую я прошел в детстве после наследования Драконьей воли Сильвии, означала, что мое тело было сильнее, чем казалось. Это, учитывая тот факт, что я практически прожил всю жизнь с мечом в руке, означало, что я мог держать себя в руках даже против этого бородатого шара мышц.

Едва заметная ухмылка тронула уголок его губы, и он отпустил ее. “Неплохо. Неплохо.”

— Осторожнее, Бухд. Парень не стал копьем с красивым лицом, — поддразнил Вирион. — Артур, этот мускулистый болван был моим близким другом в течение нескольких лет. Он может выглядеть так, но он гений, когда дело доходит до магии сродства к земле. Я гарантирую, ты многому научишься.”

“Что не так с моей внешностью? — Рявкнул Бухд. — Да будет Вам известно, что дома я все еще дамский угодник.”

— Никто не говорил, что с ними что-то не так, — отмахнулся Вирион. — А теперь перестань быть неженкой.”

Я изучал двух спорящих, придерживая язык от всех вопросов, которые у меня были.

Судя по густой серебряной ауре, которую он излучал и которая была почти видна невооруженным глазом, он определенно был могущественным гномом. Если он был так близко к Вириону, я не понимал, почему выбрали представителем гномов Радеаса, а не его.

Из-за недавних событий было очевидно, что Вирион представил Бухда как друга, чтобы развеять мои первоначальные подозрения о нем, но тот факт, что он был гномом, которого я никогда раньше не видел, заставлял меня нервничать.

Думаю, это делает меня расистом. Я подавил смешок.

Раса в этом мире была гораздо менее утонченной, чем в моем старом мире, но я никогда не считал себя тем, кто различает на основе внешних проявлений или мест рождения. Однако, увидев довольно большую фракцию гномов, сотрудничающих с нашими врагами, а также будучи лично преданым могущественным гномом, я ожесточил мою предыдущую беспристрастность.

Мое внимание внезапно переключилось на единственного человека, с которым я был представлен громким, угрюмым зевком.

Как будто зевок был его сигналом, чтобы быть поприветствованным, Вирион заговорил. — Артур, это Камус Селаридон. Он—”

— Мальчику не нужно знать ничего, кроме моего имени. Я здесь, чтобы спарринговать с ним. Любая другая информация не имеет значения, — прервал его Камус.

Я был потрясен, увидев, что Вириона отчитали. В конце концов, он был лидером всей армии этого континента. Я снова прикусил язык, увидев невозмутимое выражение лица Вириона, но сделал мысленную пометку спросить командира, кем именно является Камус.

Предполагая, что таинственный старейшина не будет в восторге от чрезмерного приветствия, я просто наклонил голову и представился, прежде чем взглянуть на него поближе. Длинные серебристо-светлые волосы падали на плечи взъерошенными локонами, закрывая лоб и глаза. Длинные заостренные уши торчали по бокам головы, указывая на эльфийское происхождение. В отличие от большинства эльфов, которых я встречал, он не заботился о своей внешности и, судя по запаху, исходящему от его одежды и тела, о гигиене.





Глава 181. Оценка Старейшин




Как только слова слетели с моего языка, старейшины, не теряя времени, бросились в атаку. Эстер двинулась первой, образовав огненный шар на ладони. Щелкнув запястьем, горящая сфера устремилась ко мне, увеличиваясь по мере приближения.

Я повернулcя, чтобы ответить, когда земля подо мной резко сдвинулась, выбив меня из равновесия. Едва успев среагировать, я развернулся, вытаскивая Балладу Рассвета из кольца. Одним плавным движением я выпустил из клинка ледяную волну, преждевременно взорвав пылающий шар, прежде чем упасть обратно.

— Спотыкаетесь о собственные ноги, молодой генерал? Бухд хихикнул, его руки светились желтой аурой.

— Для человека с такими мускулами ты используешь дешевые салонные трюки, — усмехнулся я, поднимаясь с земли.

Карлик пожал плечами. — Это не я только что упал на задницу.”

Я ответил на его ехидный комментарий ухмылкой, не сводя глаз с двух других, ожидая следующего шага от них. Долго ждать не пришлось.

Камус небрежно бросил в мою сторону ветерок. Полумесяц злобно приближался, прорезая в земле тропинку.

Я повернул Балладу Рассвета в атаку Камуса, когда полумесяц внезапно исказился, прежде чем взорваться.

— Первый урок борьбы как мага. Будь непредсказуемым, — пробормотал Камус.

Порыв ветра чуть не сбросил меня на землю. На этот раз, однако, я был в состоянии реагировать достаточно быстро. Я вонзил меч в землю, приложив больше силы, чем обычно, чтобы вставить сломанный кончик меча в земляной пол, для защиты от взрыва.

Я оглянулся и увидел десятки зазубренных сосулек, каждая длиной с мою руку, летящих в мою сторону.

Выкачивая ману из своего ядра, я взмахнул свободной рукой, выпуская волну огня.

Большие осколки льда с шипением испарились, но прежде чем я смог продолжить атаку, три треугольные каменные панели взлетели из земли вокруг меня и рухнули друг на друга.

Пойманный в ловушку в пирамиде Земли, мой взгляд потемнел.

Это начинает раздражать, подумал я.

Борьба с магами принципиально отличалась от борьбы с усилителями. Во-первых, они держались на расстоянии и атаковали издалека.

Щелчком пальца я зажег пламя, чтобы изучить окружающую обстановку. Всего три стены сходятся в точке примерно в двадцати футах надо мной.

— С таким же успехом я мог бы сражаться и как маг, — пробормотал я себе под нос, возвращая Балладу Рассвета в кольцо.

Я послал поток земной маны в землю, и в течение секунды я смог разглядеть грубые положения всех четырех из них, а также две фигуры вдалеке, которые я предположил, были Эмили и Аланис.

Бухд, должно быть, почувствовал, что я сделал, потому что почти сразу после этого из стен начали торчать каменные шипы.

Хитрый карлик, улыбнулся я.

Шипы удлинились, приближаясь. Сейчас или никогда.

Вырастив пламя, которое я использовал для освещения, я вызвал морозную волну другой рукой. Я сжал два противоположных элемента вместе, создавая взрыв пара, распространяя его, пока он не заполнил весь корпус.

— Пар выходит. Он может использовать его для внезапного нападения, — предупредила Эстер. — Принцесса, воспользуйся влагой от пара.”

Вот дерьмо.

Я поманил молнию, чтобы она вспыхнула вокруг моего тела, заряжая и сдерживая его, когда я почувствовал, как температура облачного воздуха вокруг меня резко упала. Я мог видеть плавающие осколки льда, но мое заклинание было закончено.

— Взрыв! — Прошипел я, разряжая потоки молний, обвивающиеся вокруг моего тела. Щупальца электричества вырвались наружу, без усилий разрушая землю и стены, пока каменная пирамида, которую создал Бухд, не рухнула.

Большое облако пыли, обломков и пара закрывало большую часть вида, но Камус каким—то образом нашел меня, потому что старый эльф был всего в нескольких футах от меня и вихревые потоки обвивались вокруг его рук.

Не говоря ни слова, заклинатель ветра толкнул меня, отбрасывая назад со всей силой своего ветра.

Прямо в Эстер.

Старейшина ждала меня с другой стороны с полностью сформированным шаром голубого пламени, готовым выстрелить.

Едва успев развернуться в воздухе, чтобы защититься от нападения, я оказалась лицом к лицу с сапфировым пламенем.

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО КЭТИ ГЛАЙДЕР

Эстер Флеймсворт служила семье Глайдеров более двух десятилетий, и хотя я всегда уважала ее магическое мастерство, именно из-за ее талантов она имела тенденцию быть немного гордой. Поэтому, когда я увидела, как тело Артура поглощается синим пламенем, которое выделяло ее среди всех других огненных магов Сапина, я поняла, что она видит в Артуре человека, которого должна победить любой ценой.

Моя рука бессознательно потянулась к Артуру. Не прошло и нескольких секунд, как голубое пламя начало закручиваться. Сначала я подумала, что это дело рук Эстер, но когда огненный конус раскололся, оставив Артура целым—если не считать нескольких обгоревших кончиков его длинных волос—я поняла, что он каким-то образом сам рассеял пламя.

Артур кашлянул, прежде чем заговорить. “Это было близко.”

Глаза моего опекуна немного расширились, прежде чем он притворился спокойным. — Впечатляет, генерал Артур, но, похоже, вы относитесь к нам слишком легкомысленно.”

Старейшина Бухдемог поднял луковичную руку. — Поддерживаю. Если это все, что ты можешь сделать, боюсь, нам понадобится гораздо больше двух месяцев, чтобы обучить тебя.”

— Трудно быть мотивированным, если ты так явно сдерживаешься, — добавил старейшина Камус, прежде чем громко зевнуть и сесть.





Глава 182. Измерение Магии




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

Измерение и запись чьей-то «магии из людей» было довольно неинтуитивным способом описания незнакомого процесса группе пожилых магов—и двух подростков.

Однако, как только Эмили подавила свой энтузиазм и начала медленно объяснять функции дисков по всей комнате и металлической панели, заполненной датчиками, а также кожаную броню, которую я носил, я мог видеть волнение, растекающееся на лицах всех.

— Значит, эти штуки, разбросанные по всей комнате, служат своего рода детекторами, регистрирующими мощность заклинания? — спросил Камус, наклонив голову.

Эмили кивнула. — Слово «мощность» — туманный термин, но да. Диски было довольно сложно сделать, потому что каждый из них должен быть достаточно прочным, чтобы получить удар, но достаточно чувствительным, чтобы точно передать обратную связь в мою панель записи. Это только один из его основных аспектов; другой, я объясню немного позже.”

“Что это за светящиеся линии соединяли диски? — спросила Эстер.

“Хороший вопрос! Эмили кивнула. — Видите ли, заклинание редко бывает размером с один датчик, поэтому мне нужно было, чтобы каждый диск был расположен относительно близко друг к другу с датчиками между ними, чтобы даже когда заклинание имеет несколько ярдов в диаметре, диски могли точно измерить воздействие или силу заклинания. Я сделал новый термин для этого измерения—это называется сила на единицу, или СНЕ. Светящиеся следы маны, которые загораются при достаточном питании—в данном случае, принцессой Катильн и четырьмя старейшинами-служат датчиками, которые соединяют каждый диск друг с другом, поэтому я могу более точно измерить СНЕ заклинания, как только оно выпущено в поле дисков.”

Я видел, что глаза всех присутствующих остекленели от смущения, вызванного взволнованным объяснением Эмили, поэтому я испытывал искушение молчать и позволить ей исчерпать слова, но мне было любопытно кое-что еще. — Значит, диски действуют как сенсоры после того, как на них было наложено заклинание. Что, если я гипотетически выстрелю в старейшину Бухда, и он преградит мне путь? Заклинание никогда не достигнет ни одного из дисков, так что это заклинание не будет измерено?”

Глаза Эмили загорелись. — Как и ожидалось, вы довольно быстро уловили один из недостатков. Я поняла на ранних стадиях ту же проблему. Если эти диски были просто мишенями для удара, то удара, который они получают, достаточно, чтобы получить точное считывание силы заклинания. Но в тех случаях, когда имеет место живой спарринг, более половины заклинаний будут либо нечитаемыми, либо неточными в лучшем случае из-за частичного или полного смягчения контратаки с противоположной стороны. Я уже говорила, что запись через прямой контакт была лишь одним из основных аспектов дисков. Другой также является причиной, почему я должна была покрыть всю комнату. Каждый из дисков не только посылает видимые следы маны на диски вокруг них, но и создает своего рода «давление», которое можно прочитать прямо в силе заклинания, как только оно сформировано.”

— Так вот почему я должен был помочь тебе засунуть все эти диски так глубоко под землю? — спросил Бухд, почесывая затылок.

— Точно, и поэтому диски не мешают даже при использовании магии земли! — ответила она. «Благодаря старейшине Бухду установить диски под землей было легко. Именно через датчики в земле, по всем стенам и на потолке можно измерить манипулируемую ману даже без необходимости физического удара заклинанием по любому из дисков.”

— Хорошо, так что, в принципе, когда эта комната полностью окружена этими дисками, создается комната, где можно измерить ману, — упростил я.

Эмили поджала губы. — Ну… да, если вы хотите просто суммировать все шесть месяцев работы в предложение, я думаю, да.”

Я рассмеялся. — Поверь мне, я очень хорошо знаю, что ты создала здесь технологическое чудо, которое поможет магам развиваться намного быстрее в будущем, но я не думаю, что кто-то из людей здесь планирует стать техником.”

— Верно, — согласилась Эмили, все еще надувая губы.

— Итак, вы объяснили, что делают диски и панель, но как насчет брони, которую вы заставляете меня носить? — спросил я.

— Ах, я сделала эти доспехи ради Мисс Эмерии, — ответила мастерица, переводя взгляд на Аланис.

Мой помощник кивнул, прежде чем заговорить. — Мисс Уайкс заметила, что это «окружение» может повлиять на мои личные способности, поэтому она создала этот костюм, чтобы я могла делать точные показания на протяжении всего вашего обучения.”

“Это довольно расплывчатое объяснение. Если бы я не знал тебя лучше, то подумал бы, что ты пытаешься преподнести сюрприз своим способностям, как Эмили с ее изобретением, — поддразнил я своего робота-помощника.

Однако сейчас она не была такой забавной. Выражение ее лица оставалось невозмутимым. — Генерал Артур, вы спрашивали о деталях костюма Мисс Уайкс, а не о моих способностях. Если вас интересуют мои способности, пожалуйста, скажите мне об этом.”

— Будет сделано, — ответил я, ошеломленный. Моя ассистентка, в отличие от Эмили, не проявляла особого желания объяснять что-либо и все, что имело отношение к определенному предмету. — Итак, Аланис, что делает твоя способность?”

Эльфийка со стоическим лицом кивнула, удовлетворенная моим прямым вопросом. «После установления физической связи с индивидуумом я могу использовать магию сродства к природе, чтобы точно наблюдать поток маны указанного индивидуума. ”

Я услышал смешок Бухда. Бросив взгляд, я увидел, что гном толкнул Камуса локтем и прошептал: “хе-хе, физическая связь действительно есть.”

Я сдержал стон, в то время как Камус просто проигнорировал развратного карлика.

— Значит, ты отталкиваешься от магии природы? — спросил я с любопытством.

В то время как было общеизвестно, что высшими формами магии ветра, воды, земли и огня были звук, лед, гравитация и молния соответственно — магия металла и магмой особая гномья специальность— однако мало что было известно о том, что такое магия природы. Было признано, что только эльфы могли использовать магию природы, что заставило исследователей магии поверить, что это своего рода девиантная специальность ветра и воды, так же, как магма была специализированной комбинацией огня и земли. Одним из примеров магии природы были манипуляции с растениями, как то, что могла делать Тесс, но я никогда не слышал о чтении потока маны с помощью магии природы.

— Я не знаю, является ли моя способность развитой формой магии природы или специализированным периферийным ее использованием, — ответила она. — Тем не менее, командир Вирион поручил мне обеспечить точную обратную связь о вашем потоке маны на протяжении всего курса обучения, как и для некоторых других копий.”

— Ты помогал и другим копьям? — спросил я. Меня удивило не столько то, что она помогла остальным, сколько то, что Вирион до сих пор не рассказывал мне об Аланис.

— Да, — призналась она.

— Как интригующе, — вмешалась Эстер. “В какой степени эта сенсорная магия говорит о генерале Артуре?”

Аланис достала небольшой дневник в потертом кожаном переплете. Она пролистала несколько страниц, прежде чем прочитать вслух: “скорость потока маны генерала Артура при манипуляциях от ядра маны к конечностям измеряется примерно в четыре-шесть секунд для аугментации тела. Для заклинаний: заклинания ветра усиливаются примерно на сорок процентов, а заклинания земли-на пятьдесят пять процентов по сравнению с заклинаниями льда и молнии. Магия огня и воды не использовалась в достаточном количестве во время сеанса, поэтому никаких результатов сказать не могу.”

— Четыре-шесть секунд — это очень точно. Как вы смогли точно измерить время? — спросил Камус, тоже заинтересовавшись.





Глава 183. Аспект непредсказуемости




Нико похлопал меня по спине. — Ты готов, Грей?”

Я продолжил последний набор растяжек, больше из-за беспокойства, чем для того, чтобы расслабить тело. Мы находились в подземном зале ожидания, где десятки других студентов либо практиковали свои техники на мягких матах, либо беспокойно ходили, пока их имя не будет названо одним из чиновников.

“Готов, как я полагаю,” я, наконец, ответил, прекратив размахивать руками.

“Ты должен быть более уверенным в себе, —настаивал Нико. — Я знаю, как тебе было тяжело, когда над тобой издевались все из второго и первого дивизионов.”

— Откуда ты знаешь, как мне тяжело? — вмешался я раздраженно. — Переезд из четвертого дивизиона в третий в прошлом году спровоцировал их «шалости» —большинство из которых закончилось тем, что у меня были рубцы или сломанные кости, а все потому что я, «по-видимому, не знал своего места.»

— Прости…, — пробормотал Нико, ошеломленный моей резкостью.

— Ты в первом классе первого дивизиона, тебя уважают учителя и сверстники. Хотя я горжусь тобой за это, только не думай, что это означает, что ты знаешь, через что я прошел за последние годы.”

Он кивнул. “Я просто пытался помочь.”

Я вздохнул. — Все в порядке. Прости, что накричал на тебя. Меня просто тошнит от этих аристократов, щеголяющих своими именами, и что они делают со мной все, что хотят.”

“Да. Не помогает и то, что большинство их родителей являются щедрыми донорами академии. Это только помогает учителям закрывать глаза на студентов без семьи.”

— По крайней мере, они хорошо к тебе относятся, — сказала я, сидя спиной к холодной стене. — Интеллектуальное превосходство, похоже, не ранит их эго так сильно, как в бою.”

— Слава Богу, — усмехнулся Нико. — По крайней мере, ты можешь защитить себя.”

Я согласился. «Я просто надеюсь, что судьи не будут так несправедливы, как было до этого, и позволят мне, наконец, попасть во второй дивизион.”

“Серьезно. Даже если твой уровень КИ не так высок, принимая во внимание твои общие боевые способности, ты должен был по крайней мере состоять во втором дивизионе в прошлом году. Я до сих пор не могу поверить, что они оставили тебя даже после того, как ты избил этого болтливого ребенка.”

— Помнишь, как он дразнил меня перед началом матча, говоря, что может победить меня одной рукой?”

Нико подавил смешок, испугавшись, что мальчик, о котором идет речь, находится где-то в большой комнате. Матч закончился так быстро, что он даже не успел вытащить руку из кармана.”

— И все же я здесь, участвую в этих фальшивых оценочных дуэлях. Я ударился головой о стену, позволяя тупой боли смыть мое отчаяние.

“Об этом. Нико понизил голос. “Я слышал от других студентов-инженеров, что в этом году будет новый судья, холодный и беспристрастный.”

Я приподнял бровь. — Откуда студенты-инженеры могут знать об этом?”

Нико кашлянул и отвернулся. — Предположительно, она также очень привлекательная леди. Вы знаете, как это бывает с инженерами, они похотливые ребята.”

— Похоже, это относится и к тебе, — ухмыльнулся я. — Интересно, что подумает Сесилия, когда я скажу ей об этом?”

— Т-ты не станешь. Лицо Нико побледнело. — После всего, что я сделал, чтобы помочь тебе.”

В этот момент грубый голос позвал меня по интеркому. — Кадет Грей на арену шесть. Не появление приведет к автоматическому поражению. Кадет Грей на арену шесть.”

Я взял затупленный дуэльный меч, который мне одолжили для оценки, и подмигнул Нико. — Я буду держать тебя и твоих инженерных собак при себе.”

Нико просто выдохнул, признавая поражение, и жестом показал мне идти.

Помахав в ответ другу, я поднялся по широкому пандусу, ведущему на поверхность. Мне пришлось поднять руку, чтобы закрыть себя от полуденного солнца, пока глаза не привыкли к свету, и когда это произошло, я оказался в центре широкого открытого стадиона.

Приподнятые круглые платформы усеивали большое поле травы. Студенты и преподаватели академии окружили платформы, некоторые судили или разведывали, в то время как другие были просто там, чтобы наблюдать за своими друзьями или предстоящим противником.

Трибуны, окружающие стадион, были усеяны людьми, слишком далекими, чтобы разглядеть их, хотя я никого из них и не знал. Предыдущие оценивания позволили легко предположить, что большинство сидящих взрослых были членами семьи студентов, участвующих в сегодняшних оценочных поединках.

Я направился к вывеске с надписью «Арена шесть», пробираясь сквозь толпу, сгрудившуюся вокруг арен.

— Отлично, публика, — пробормотал я себе под нос. Большая группа людей разного возраста возбужденно переговаривалась между собой. Один дородный мужчина средних лет стоял на арене, в последний момент давая советы мальчику моего возраста, пока худощавый судья не велел ему не опираться на сцену.

Мне едва хватало места, чтобы подняться по лестнице, ведущей на дуэльную арену, и всю дорогу глаза сверлили меня. Некоторые бросали оценивающие взгляды, пытаясь оценить меня, чтобы сделать свой собственный прогноз о том, может ли их сын, кузен, племянник—или независимо от их отношения к мальчику на сцене—победить меня.

На трибуне Арены стояли только я, парень, с которым мне предстояло встретиться, и судья. В последующих раундах оценки также будет работать группа «беспристрастных» судей, но это только первый раунд.

“Заставь нас гордиться тобой, Сим!- взревел дородный мужчина.

— Ты справишься, Сими! Кудрявая женщина взволнованно ухнула.

— Сэр, барьер скоро будет поднят, поэтому, пожалуйста, не наклоняйтесь вперед на арену. Я больше не буду напоминать вам об этом, — строго сказал судья.

“Папа, пожалуйста! мальчик по имени Симеон застонал, прогоняя отца.

Судья без промедления вынул ключ и подвинул его к дальнему краю арены. Тут же вокруг нас вспыхнул свет, отбрасывая полупрозрачную стену около тридцати футов высотой.

— Оружие на готове, — объявил судья. — Действуют традиционные правила дуэли. Матч закончится, когда один из вас уступит или когда защитный барьер вокруг дуэльного жилета разрушится. Очки будут зарабатываться на прямом контакте, не скользящих ударах. Кадет Грей, Кадет Симеон Кледхоум, вы готовы?”





Глава 184. Приглашенный Учитель




— Замена! — крикнула Аланис как раз в тот момент, когда мой наполненный ветром кулак собирался ударить Камуса в грудь.

Я пробормотал несколько проклятий, останавливая удар. Как получилось, что за последние несколько дней матчи всегда останавливаются в такое неудобное время? Она, наверное, делает это нарочно.

Словно отвечая на мое обвинение, тренер пояснил: “прошло ровно двадцать минут. Старейшина Камуса будет заменен старейшиной Эстер. Генерал Артур, пожалуйста, ограничьте магию воды.”

Я вытер пот, струившийся по лицу, и переводил дух, пока не появился мой следующий противник. Запрет магии воды означал, что я не смогу использовать лед. Как удручающе удобно для Эстер, которая была бы в невыгодном положении против этих двух элементов.

Взглянув на аудиторию, я понял, что все внимательно следили за моим последним боем с Камусом, особенно моя сестра.

Старейшина подошла ко мне, и мы оказались всего в дюжине футов друг от друга. Собрав свои длинные седые волосы в пучок, она приготовилась к дуэли.

Быть магом серебряного ядра означало, что, пока она могла легко аугментировать свое тело и использовать магию одновременно. Тот факт, что она носила облегающую одежду и предпочитала использовать колдовское кольцо, а не традиционный посох или палочку, означал, что она хотела гибкости как дальнего, так и ближнего боя.

— Начали, — сказала Аланис, ее голос усилился артефактом, в который она говорила.

Эстер тут же щелкнула пальцем, и между ее средним и большим пальцами вспыхнула искра. Синий огонек был просто отвлечением.

Поскольку я не использовал Сферу Сердца, мои глаза не могли видеть колебания маны, но я мог чувствовать это. Мое тело, усиленное ассимиляцией с Драконьей Волей Сильвии, казалось, инстинктивно чувствовало, что я в опасности.

Я быстро отскочил назад, как раз вовремя, чтобы увидеть взрыв огня там, где я стоял.

Взрыв вызвал облако дыма, закрывая мне обзор на Эстер.

Она не ожидала от меня этого. Она хочет, чтобы я потерял ее из виду.

Я взмахнул руками, пытаясь разогнать облако пыли между нами. Камень и песок в воздухе замерли на секунду, прежде чем взорваться ударной волной обломков.

Как я и предсказывал, в поле зрения появилась фигура Эстер. Ей удалось прикрыться панелью огня. Настала моя очередь нанести ответный удар.

Увеличив ману в ногах, я рванулся вперед, собирая синий огонь в кулаки.

Я ударил по панели огня, ожидая, что мое пламя одолеет ее. Ее чары рассеялись, но, к моему удивлению, Эстер больше не была за панелью огня, которую она вызвала.

И тут я снова почувствовал это, первобытный инстинкт, который сказал мне, что я в опасности. На этот раз взрыв раздался у меня под ногами.

Голубое пламя закружилось подо мной, прежде чем превратиться в столб пламени. На мгновение мое зрение посинело, когда сильный жар охватил меня.

Моя аура блокировала атаку достаточно долго, чтобы я мог управлять огнем, не причиняя себе вреда. Если я накапливал слишком много урона, защитный артефакт в моей броне активировался, и мне записывалось поражение.

Как раз, когда жара стала невыносимой, я смог рассеять атаку Эстер и сломать столп огня… только чтобы оказаться окруженным дюжиной или около того огненных сфер, каждая высотой с взрослого человека.

Судя по тому, что я не мог видеть или чувствовать Эстер, и что каждый огненный шар мог вместить в себя взрослую женщину, я знал, что она была в одном из шаров.

Если она пыталась раздражать меня всеми этими уловками, это сработало.

Я использовал землю, чтобы вызывать земляные шипы, но только половина шипов попала в цель.

Заметка для себя. Практика прицеливания с магией земли.

Шипы, которые попадали, проходили прямо сквозь сферы огня, заставляя их рассеиваться. Но не потребовалось много времени, чтобы новые сферы пламени проявились и заняли свое место.

Прежде чем я успел ударить их снова, пылающие шары засветились, и начали атаку.

Каждый шар, казалось, обладал собственным разумом, так как атаки, производимые ими, отличались друг от друга. Один шар выпустил шквал маленьких огненных пуль, в то время как другой начал вращаться и выпускать горящие полумесяцы.

Я был вынужден защищаться от шквала атак, идущих со всех сторон. Я возвел каменную стену из земли, чтобы блокировать огненные пули, и запустил лезвие ветра в горящий полумесяц, преждевременно взорвав огненное заклинание.

Я лихорадочно соображал, пытаясь придумать следующий шаг. Я не мог продолжать обороняться, но я понятия не имел, в какой пылающей сфере она пряталась.

Искушение просто использовать Сферу Сердца росло, но я знал, что это был всего лишь ложный короткий путь к решению моей проблемы.

Подумай, Артур. Как я боролся бы со Артуром, если я был Эстер?

Единственная стратегия, которую я мог придумать, это действовать мне на нервы, пока я не ослаблю бдительность. Вот и ответ.





Глава 185. Красота в Магии




Артур и мой учитель стояли лицом к лицу всего в дюжине футов друг от друга. Их присутствие пугало, погружая комнату в тяжелый саван, пока они просто ждали.

Наконец, напряженный голос мисс Уотскен хрипло прозвучал сзади, как будто она уже сожалела о том, что собиралась сказать. — Т-барьер готов… я думаю.”

Ее голос был мягким, но Мастер и Артур, должно быть, услышали, потому что ауры вокруг них сгустились. Мерцающая вуаль голубоватого серебра окружала моего учителя, в отличие от ауры Артура, которая была мириадами различных оттенков—без сомнения, из-за его множественного сродства.

Командующий Вирион, старейшины и даже генерал Байрон молча наблюдали за происходящим, боясь моргнуть, чтобы ничего не пропустить. Я могла им сочувствовать, я стояла так близко, как только могла, не подвергая себя опасности.

Один их вид внушал благоговейный трепет. Я испытывала чувство гордости, наблюдая за моей учительницей и ее присутствием в комнате, наполненной мастерами магии. Я не сомневалась, что, несмотря на множество спаррингов, которые я могла предоставить Артуру, тренировка с мастером была более ценной.

Внезапно тело Учителя замерцало и исчезло. Артур отреагировал мгновенно, его фигура исчезла как раз вовремя, чтобы увернуться от первого удара мастера.

Там, где ее замерзшее копье пронзило землю, растекся лед.

Артур, казалось, хотел испытать свою ледяную магию против мастера, потому что он ответил ударной волной мороза.

Одним движением запястья мастер разогнала ударную волну, используя иней Артура для подпитки своей магии. Белый туман закружился, образуя дюжину ледяных копий вокруг мастера. Она сжала кулак, и ледяные копья поманили ее к себе, стреляя в противника.

Каким бы впечатляющим ни был контроль Мастера над льдом, скорость Артура в уклонении от ее атак была еще более великолепной. Его тело, казалось, раскололось и размножилось от остаточных изображений. Я слышала, что он мог двигаться еще быстрее, но его тело не справлялось с нагрузкой.

Кто-то рядом со мной щелкнул языком. Я обернулась и увидела Бухда с выражением разочарования на лице. — Я вижу, молодой генерал сдерживался при нас.”

— У Артура есть склонность сдерживаться с теми, кто, как он подозревает, слабее его. Против Варея он может выступить в полную силу, — сказал Командир Вирион, скрестив руки на груди.

—Почему он не использует эту форму со своей… Сферой Сердца, как он, кажется, ее назвал, — спросила Эстер, ее лицо все еще было напряжено после дуэли с Артуром.

— Я думаю, это для того, чтобы он мог дольше наслаждаться боем, — ответил легкий голос. — Не каждый день увидишь моего брата таким счастливым.”

Младшая сестра Артура смотрела поверх своего фамильяра, как в трансе. У нее был тот же взгляд, который я часто видела у Артура, когда он действительно был сосредоточен на чем-то. Они действительно были похожи друг на друга.

Громкий треск вернул мое внимание к битве. Там, где раньше было только грязное поле, теперь простиралась снежная равнина. Мастер, который только что отразил атаку Артура, взмахнула рукой и начала манипулировать снегом вокруг себя. Вихрь инея ожил, превратившись в спиральную змею.

Старейшина Бухд одобрительно присвистнул, когда все взгляды устремились на творение учителя. Снежный иней сформировал длинное тело дракона, в то время как зазубренные когти и клыки были сделаны изо льда.

Ледяной дракон раскрыл пасть, и Артур приготовился. Сверкающее голубое пламя обвилось вокруг его рук, растапливая снег вокруг него, пока его взгляд оставался прикованным к могучему дракону.

— Умный ход-отказаться от игры на своих сильных сторонах, — похвалила Эстер.

Артур опустил свою стойку, упираясь задними ногами в землю для поддержки, прежде чем начать свою огненную атаку.

Вьющиеся лозы голубого огня вокруг его рук соединились, прежде чем разразиться разрушительным взрывом на ледяного дракона.

Два их противоположных заклинания рухнули, окутав их расширяющейся сферой пара и обломков.

— Осторожнее! Старейшина Камус хмыкнул, создавая барьер из ветра вокруг всех нас.

Мы все приготовились к ударной волне, которая вырвалась из столкновения. Земля дрожала и трещала, в то время как куски камня и льда бомбардировали защитное заклинание вокруг нас.

Когда облако пара и пыли рассеялось, я увидела в воздухе две фигуры. Учитель летел с двумя дюжинами ледяных шаров размером с ее кулаки, кружащихся вокруг нее. Артур медленно спускался, используя магию ветра, чтобы удержать равновесие.

Взмахнув руками, Артур обрушил на Мастера поток воздушных клинков. Однако, прежде чем полумесяцы достигли ее, они, казалось, замедлились и сбились с курса.

— Давление воздуха снижается, когда воздух остывает, — усмехнулся Артур. Я чувствую себя глупо после последней атаки”





Глава 186. Наступательное Мышление




Подняв глаза, я встретился взглядом с Варей, пока она возвращалась в свою нормальную форму, лед вокруг нее медленно таял.

— Хорошая дуэль, генерал Артур, — признала Варей, протягивая руку.

Я схватил ее за руку и позволил ей поднять меня на ноги. “Как и ожидалось, между нами все еще есть разрыв.”

“Если бы ты мог удерживать эту форму в течение длительного периода времени, был бы шанс, что ты смог бы одолеть меня, — призналась копье.

“Я считаю, что это заимствованная сила, а не моя собственная, — усмехнулся я, стряхивая пыль с одежды. — Я думал, что в значительной степени овладел льдом, но, увидев тебя сегодня, усомнился в себе.”

Варей едва заметно улыбнулась, прежде чем направиться к моей сестре и остальным зрителям.

Как только мы вернулись к группе, старейшины, Байрон и Вирион—которые обменивались золотыми монетами друг с другом по неизвестным причинам—нетерпеливо начали бомбардировать меня предложениями и критикой того, что я сделал неправильно во время моего спарринга с Вареей.

“Твои огненные заклинания сильны, но ты потратил ненужное количество маны на каждое из них, — начала Эстер.

— Верно, — подхватил Бухд. “И было много случаев, когда использование вашей земной магии было бы более полезным, но вы решили вернуться к своим удобным элементам.”

У меня закружилась голова, когда я пытался поддерживать зрительный контакт со всеми, кто говорил со мной, пока не заговорила Аланис. “Старейшины, я считаю, что для генерала Артура было бы лучше, если бы мы говорили по одному в более контролируемой обстановке.”

— Согласен, — добавил генерал Вирион. — Давайте соберемся вокруг и посмотрим, что наш молодой генерал сделал не так!”

С этими словами я очутился на каменном стуле, любезно возведенном Бухдом, и я оказался сидящим в кругу, как ребенок и его одноклассники для группового занятия.

За исключением того, что мои одноклассники были, возможно, одними из самых влиятельных и властных фигур на всем континенте.

Элли и Бу присоединились к нам в круге, но молчали, в то время как все остальные начали указывать на конкретные случаи в моем последнем бою, где было что-то, что я мог бы сделать лучше.

“Использовать ветер для усиления заклинаний было хорошей идеей, но ты использовал его на уровне поверхности, — объяснил Камус. “Например, вместо того, чтобы использовать ветер, чтобы «толкать» копье молнии, почему бы не интегрировать его вокруг всего заклинания? Таким образом, вы создадите вращающуюся силу, чтобы усилить копье, не используя больше маны.”

Я размышлял над анализом эльфийского старейшины, когда раздался другой голос. Это был Байрон.

«Из-за самой природы элемента, формирование молнии намного сложнее, чем формирование огня. Более эффективной атакой было бы придать огню пронзительную форму и покрыть его молнией, — сурово сказал он.

-С-Спасибо… за совет, — сказал я, удивленный его помощью. Я понимал, что мы на одной стороне и все такое, но я все равно был тем, кто жестоко убил его брата.

Не поймите меня неправильно—Лукас заслужил каждую унцию того, что я сделал с ним и даже больше, но это не обязательно остановит Байрона от обиды на меня лично.

— Позвольте мне дать тебе только один совет, — сказал Варей. “Твой контроль над льдом хорош, но как твоему противнику, мне было слишком очевидно, что твоя ледяная магия просто отвлекала внимание. Я уверена, что принцесса Катильн тоже это видела.”

Принцесса кивнула. — Помимо заклинания абсолютного нуля, большая часть его ледяных манипуляций служила для отвлечения внимания противника от более мощных заклинаний молнии.”

Неужели я стал таким предсказуемым?

Как бы отвечая на мои мысли, Варей добавила: «твоя скорость и заклинание фамильяра компенсируют этот небольшой недостаток, но я подозреваю, что—в длительной битве—это может привести к твоему поражению.”

— Я буду иметь в виду ваш совет. Спасибо, —я перевел взгляд на Катильн, —вам обоим.”

Вирион, воспользовавшись этой возможностью, поднялся со своего каменного сиденья и сжал руки. — Ну, я прошу прощения за наше маленькое вмешательство. Продолжай тренироваться, Артур. Мои ожидания от твоего роста высоки, особенно с тех пор, как ты взял отпуск с поля боя.”

Командир подмигнул мне и направился к выходу, заложив руки за спину. Два копья последовали за ним вплотную по обе стороны от него, и мои глаза проследили за их фигурами, пока большие двери не закрылись за ними.

— Это было утомительно, — сказала Эмили, глубоко вздохнув.

— Находясь в комнате с двумя копьями и командиром Вирионом, действительно не остается места для дыхания, — добавила моя сестра, падая вперед на мохнатую спину Бу.

— Три копья, — поправил я. “Твой брат тоже копье, ты же знаешь.”

— Ну, в первую очередь ты мой брат, — отмахнулась она, махнув рукой.

Я встал с своего места и потянулся, разминая затекшие конечности. “Я приму это как комплимент.”

— На сегодня тренировка закончена? — спросила Катильн, опустив глаза.

Эмили подошла к панели, внимательно читая показания одного из датчиков. “Ну, если ты хочешь продолжить обучение, то здесь все еще хранится много маны, накопленной ранее.”

“Звучит как план! — Воскликнул Бухд, вскакивая со своего места. “Мне не терпится размяться после просмотра боя. Ты готова к маленькой стычке, Принцесса?”

Катильн нетерпеливо кивнула и последовала за старшим гномом на другой конец тренировочной площадки.

“Пожалуй, я пойду,-сказала моя сестра, зевая.

“Хочешь, я провожу тебя в твою комнату? — спросил я.





Глава 187. Шаги Дракона




— Вы должны придумать что-нибудь получше, молодой генерал, — ухмыльнулся Бухд, погрозив пальцем.

Вливая огонь в небольшие порывы ветра, которые я держал в своих ладонях, я приготовился еще раз ударить старейшину гномов, когда сверху обрушился шквал воздушных шаров.

Щелкнув языком, я проигнорировал провокацию Бухда и сосредоточил свое внимание на нападении Камуса. Я легко уклонялся от шаров ветра, пока земля под моими ногами не поднялась и не застыла вокруг моей ноги, делая меня неподвижным.

Один из шаров ветра ударил меня в плечо, но мне показалось, что в меня попало пушечное ядро.

Я сдержал желание выругаться и просто стиснул зубы от боли.

Вот как ты хочешь играть.

Моей первой реакцией было воздвигнуть стену из земли или льда в надежде блокировать шквал Камю, но в течение последних нескольких дней я постоянно пытался придумать лучшие способы борьбы с определенными ситуациями.

Это часто означало выполнение различных сценариев и попытки думать о нескольких способах обойти его, принимая во внимание количество маны и физической выносливости.

Шары ветра казались почти твердыми, но на самом деле это был вихрь, упакованный в сферу. Отбросив свою обычную реакцию на возведение твердой стены, чтобы сдержать заклинание ветра, я окутал свои руки плотными порывами ветра.

Вместо того, чтобы пытаться блокировать атаку, я использовал свои ветровые перчатки, чтобы перенаправить ветровые шары. Как я и ожидал, столкновение ветров разнесло сферы Камуса в разные стороны.

— Вам обоим придется сделать кое-что получше, — ухмыльнулся я, направляя ветровые перчатки вниз. С другой мыслью, я выстрелил своими перчатками в камень, удерживающий мои ноги на земле.

— Интересная идея, — одобрительно сказал Камуса, продолжая парить надо мной в вихре ветра.

— Эта самоуверенность погубит тебя, — добавил Бухд с нетерпеливой улыбкой.

Старый гном побежал ко мне, когда куски земли начали собираться вокруг него, образуя броню из камня по середине атаки.

Тем временем Камус держался на расстоянии и приготовил еще одно заклинание.

Я ожидал еще одного шквала ветра от эльфа, но вместо этого, прямо за гномом образовался шторм, резко ускоряющий его атаку, так что его каменный кулак оказался в пределах досягаемости прежде, чем я успел моргнуть.

Бухд был быстр, но у меня еще было время среагировать—по крайней мере, я так думал.

Когда я попытался поднять руку, чтобы блокировать его увеличенный кулак, я встретил сопротивление. И снова знакомое ощущение погружения моего тела в вязкую жидкость захлестнуло меня.

Камус, ускоряя движение Бухда, также увеличивал давление воздуха вокруг меня, чтобы замедлить меня.

Прежде чем я смог вырваться из его чар, мое лицо было встречено заботливым прикосновением гигантского каменного кулака Бухда.

На долю секунды мое зрение потемнело, и я обнаружил, что лежу на земле, а одетый в камень Бухд находится всего в нескольких футах от меня.

Не обращая внимания на пронзительный звон в ушах, я заставил себя сосредоточиться. Шестеренки в моем мозгу заработали на полную мощность, и я поймал себя на том, что думаю о трещинах, которые образуются в земле всякий раз, когда Бухд спаррингует. Каждый раз, когда он сталкивался с физической атакой, под его ногами образовывался кратер, как будто метеорит столкнулся.

Сначала я подумал, что это сила заклинаний заставила землю провалиться под Бюндом, но я знал, что это не так просто.

— Попробуй заблокировать это! — Воскликнул Бухд, поднимая в воздух каменную руку. Камень, из которого состоял толстый бронированный кулак, шевельнулся и задрожал, словно возвращаясь к жизни. Одетая в камень рука Бухда вскоре превратилась в гигантский молот, вдвое больше его самого.

Порыв ветра накрыл молот, когда он собирался врезаться в меня.

Если это ударит меня, я точно проиграю.

Воспоминания о кратерах, которые образовал Бухд, продолжали вспыхивать в моем сознании, когда он внезапно щелкнул.

Все еще лежа на земле, я поднял руку прямо на пути гигантского молота. Я аугментировал свое тело, но не так, как обычно делал это для защиты. Вместо этого я представил себе туннелеобразный путь земной маны как внутри, так и снаружи моего тела.

Я заметил тень сомнения на лице Бухда, но теперь, когда он был всего в нескольких дюймах от меня, он никак не мог остановить свою атаку.

«Если это не сработает, мне будет очень больно», — подумал я.

Молоток ударил меня по ладони, как гвоздь, и я почувствовал, что все мое тело протестует. Обычно, если бы я попыталась блокировать такую сильную атаку одной рукой, моя рука была бы сломана, но вместо этого земля подо мной приняла силу.





Глава 188. Внутри Хранилища




Мои мысли вернулись к тому, как менялась фигура Сильвии, поглощавшей Ману из рога Уто. Прошло уже несколько дней с той ночи, но ее необъяснимая перемена формы волновала меня. Мои дни были беспокойными; если я не тренировался, я либо был на заседаниях, либо консультировал Гидеона с проектом поезда, либо лично беседовал с Вирионом по различным аспектам войны. Даже тогда мои мысли всегда возвращались к тому, что я видел той ночью.

Сильвия, казалось, не чувствовала ничего плохого—скорее наоборот. Мой фамильяр был полностью увлечен рогом и маной, которую он давал ей. После той ночи она попросила у меня личного пространства, чтобы она могла продолжать поглощать ману слуги без перерывов. Я не видел ее с тех пор-единственное, что меня успокаивало, это спокойные следы ее психического состояния, которые она излучала через нашу связь.

“—Ге-геннерррал-Артур!”

Я резко выпрямился на стуле, услышав гулкий голос, и увидел, что все в комнате смотрят на меня. На большом круглом столе, который заменил его меньший предшественник, кроме меня и пяти членов Совета, сидевших в больших мягких креслах, оставались еще три копья. Сегодня к нам присоединился Гидеон, который, казалось, был полностью сосредоточен на том, чтобы выковырять что-то из своего левого уха.

Ах да, я был на собрании.

— Вы хорошо себя чувствуете, генерал Артур? — спросил король Глайдер, и на его лице отразилось скорее раздражение, чем беспокойство.

Я поерзал на стуле. “Конечно.”

Взгляд короля упал на мою руку. Я проследил за его взглядом и понял, что перо, которое я держал в руке, сломалось пополам.

Прочистив горло, я повернулся ко всем. “Прошу меня простить. Я на мгновение задумался. Пожалуйста, продолжайте.”

“Мы перешли к теме так называемого «поезда», который вы с механиком Гидеоном разрабатываете. Мы надеялись, что вы двое сможете рассказать нам о том, как это происходит, — заявила Королева Эралит, переводя взгляд с меня на Гидеона, который сидел в нескольких местах слева от меня.

Мы с Гидеоном только накануне обсуждали окончательные детали проекта. Мы были готовы перейти к фактическому строительству транспортного средства, чтобы обеспечить безопасный и быстрый маршрут поставок из города Блэкбенд к Стене.

—Ах да, —мастер разгладил складку на своем грязном лабораторном халате, —землех … я имею в виду, что поезд сможет вместить, по крайней мере, в двадцать раз больше припасов, чем при использовании таких вагонов, как у нас сейчас.”

“А как насчет потенциальных опасностей при переходе между Блекбендом и Стеной? — с любопытством спросил Варей. “Из того, что я читала, этот «поезд», похоже, имеет определенный путь, которым он ограничен. Не будет ли это сделать его легкой добычей для бандитов, или даже для Алакрийцев?”

— Согласна. Я бы предположила, что легко уничтожить часть пути, на которую опирается поезд, — небрежно добавила Айя.

— И то и другое хорошо, генералы! — Воскликнул Гидеон. — Арт-генерал Артур и я тоже увидели этот недостаток и придумали решение.”

— А? И что бы это могло быть? — спросил Вирион, приподняв бровь.

Мастер ответил с ехидной усмешкой. — Спрятать его под землю, командир!”

На мгновение воцарилась тишина, во время которой присутствующие члены королевской семьи и копья обдумывали решение, прежде чем Король Глайдер заговорил грубым тоном. — Стоимость всего этого была бы чрезмерной, не так ли?”

Гидеон кашлянул и посмотрел на меня, его глаза практически умоляли меня взять верх. Будучи известным мастером, Гидеон обладал богатством и влиянием, чтобы построить большинство изобретений, которые он хотел, но на самом деле расчет стоимости и выгоды от создания чего-то столь масштабного, как это было чуждо ему.

К счастью, прочитав множество книг по экономике и будучи лично обученным проницательным и находчивым лидером Совета в моем предыдущем мире, Марлорном, я выдал ответ. — Вы думаете об этом неправильно, Король Глайдер. Затраты могут показаться огромными, но этот проект потенциально решит три проблемы сразу.”

— Я слушаю, — ответил он, приподняв бровь, в то время как все наклонились чуть ближе.

Я вздохнул и собрался с мыслями. «Помимо основной проблемы, которую мы пытаемся решить, что является более эффективным способом транспортировки грузов для солдат, размещенных у стены, строительство поезда помогает решить две периферийные проблемы. Одна из них-это пагубно растущая стоимость покупки одомашненных животных маны из-за состояния, в котором в настоящее время находится Звериные Поляны, а другая-растущая бедность.”

— Растущая бедность? Что за чушь, — выпалил Байрон. “Из-за войны, бизнес процветает!”

— Пусть генерал Артур закончит! — Королева Глайдер резко оборвала его, удивив меня.

— Спасибо, — обратился я к матери Катильн, прежде чем продолжить. «Как бы не звучало холодно, но процветающий бизнес в основном приносит пользу владельцам бизнеса и высококвалифицированным покровителям, а не гражданам низшего класса. Королева Глайдер, я полагаю, что ваши отчеты из разных городов упоминают об увеличении числа беспорядков из-за повышения налогов и цен на основные товары из-за спроса со стороны войны, правильно?”

Она пролистала несколько страниц из аккуратной стопки бумаг, лежащих перед ней. “Откуда ты… это знаешь?”

Объяснять все становилось слишком сложно, поэтому я просто пожал плечами. — Простая причина и следствие. Эта война имеет приоритет над всем остальным, а это значит, что приоритеты будут отданы людям, которые являются частью этой войны. Для всех остальных это просто означает увеличение стоимости жизни, в то время как их заработная плата может не увеличиваться. Более того, из-за различных нападений вблизи берегов и границ, рыбаки не могут ловить рыбу и сельскохозяйственные угодья были уничтожены.”

“И вы хотите сказать, что этот проект станет средством создания рабочих мест для этих людей? — Король Эралит закончил.

Я молча кивнул. «Этот подземный путь с использованием поезда будет большим проектом, который не может быть завершен только несколькими компетентными земными магами. И хотя маги будут необходимы для обеспечения безопасности трасс в заранее определенных местах, есть много обязанностей, которые могут быть выполнены обычными рабочими во время процесса строительства и для обслуживания.”

— Это хорошие моменты, генерал Артур, но как насчет того, чтобы просто использовать рабов? — Возразил Король Глайдер. “Не было бы просто более эффективным и рентабельным, чтобы они выполняли работу, а не платили рабочим?”

Вместо ответа я взглянул на Вириона. Одна из многих тем, которые мы обсуждали, касалась рабства, и вопрос Блейна только что попал в одно из объяснений, которые я дал командиру.

— Рабский труд имеет свои пределы, когда работа становится более квалифицированной, Король Глайдер. Я не думаю, что мы должны думать об этом проекте поезда как разовое предприятие, потому что это начало новой эры. Введение парового двигателя обеспечит новую линию работы для рабочих, которые не нуждаются в магии.

Независимо от того, строят ли рабочие дорожки или проектировщики планируют маршруты из одного города в другой, все они требуют навыков, которые никогда не будут вытекать из того, что раб вынужден делать”, — заявил он с уверенностью.

В конференц-зале впервые за несколько часов воцарилась тишина, пока не поднялась рука с белыми рукавами.

Все повернулись к Гидеону, который склонил голову на одну руку, а другую поднял. — Я не знал, уместно ли говорить в этом довольно неловком молчании. Во всяком случае, я просто хотел сказать, что этот проект действительно станет началом многих, и это будет питательная среда для развития новых навыков. Если это возможно, я бы предпочел не работать с рабами, вынужденными быть там, так как они, несомненно, будут делать голый минимум, что сократит производительность этого довольно срочного проекта.”

На этом дискуссия подошла к концу, и все анонимно проголосовали на листе бумаги. После просмотра результатов я был рад, что часы обсуждения этого вопроса не были напрасными. Проект строительства подземного маршрута и поезда был предоставлен вместе с несколькими политиками, относящимися к проекту, одна из которых включала запрет на рабский труд. Я верил, что Гидеон, который будет возглавлять этот проект, сможет правильно управлять цепочкой командования, чтобы люди, работающие над этим проектом, могли работать—если не руководить—следующим проектом маршрута поезда.

Было интересно наблюдать, как медленно начинается новая эра—эра, которая существовала только в учебниках в моем старом мире—разворачивается здесь. Эта «промышленная революция», которая, возможно, началась с моего внедрения парового двигателя, несомненно, была ускорена войной с Алакрией.





Глава 189. Склад Ума Одиночки




От зловещего голоса Уто у меня по спине побежали мурашки, и хотя он был связан и заперт в антимагическом склепе, я не мог не волноваться.

Для всех в этой комнате я был тем, кто победил Уто, но правда заключалась в том, что мы с Сильвией вместе едва могли нанести ему несколько царапин.

— Ты выглядишь немного неуютно, Уто, — язвительно заметил я, маскируя любые признаки слабости.

Улыбка слуги исчезла, сменившись рычанием. “Что ты сделал с моими рогами, маленький щенок?!”

Вынув черный рог из моего кольца измерения, я начал небрежно подбрасывать его в воздух перед ним. — О, ты это серьезно?”

«Наглый маленький—”

— Прекрати, — оборвал я его. — Я здесь не для того, чтобы обмениваться с тобой оскорблениями. У меня есть дела поважнее.”

Серое лицо Уто потемнело, глаза стали дикими. — Я клянусь Вритрой, что если я выйду, ты захочешь умереть в тот день.”

Я медленно покачал головой.

— Я уверен, что ты хочешь чего-то большего, чем просто выйти или причинить мне боль.

Наклонившись ближе к Уто с высокомерной усмешкой на моем лице, я продолжил: — Я знаю, тот факт, что ты даже не представляешь, как ты проиграл мне, медленно съедает тебя прямо сейчас.”

Я не думал, что лицо слуги может стать еще злее, но Уто заскрежетал зубами, отчаянно дергаясь, чтобы освободиться.

— Закрой его,-сказал я, не отрывая от него глаз, пока толстая дверь с рунами не закрылась плотно.

— Что это было?—”

Я приложил палец к губам, чтобы заставить смущенного командира замолчать. Только после того, как мы вчетвером вернулись ко входу на этот уровень подземелья, я тихо заговорил. — Оставь его пока в покое.”

“Мы с Энто мучили его физически и морально, но я никогда не видел, чтобы слуга так действовал, — пробормотал Джентри, в то время как его дородный помощник кивнул рядом с ним.

— Сомневаюсь, что галлюцинации или физическая боль подействуют на этого высокомерного садомазохиста, — ответил я.

Вирион склонил голову набок. — Садомазо-что?”

— Ничего страшного. — Я слабо улыбнулся, прежде чем повернуться к Джентри. “Не открывай его хранилище.”

Сгорбленный старец нахмурил брови. — Не обижайтесь, генерал, но по моему опыту, лучше всего подтолкнуть его, пока его умственная сила находится в таком смятении, как сейчас. Кроме того, что если он узнает, как он проиграл тебе за это время?”

— Не сможет, — заверил я. “И это постепенно сведет его с ума. Пусть варится, пока я не решу вернуться.”

— Мне не нравится твой взгляд, — пробормотал Вирион. “Что ты задумал?”

— Я сам буду его допрашивать, когда придет время, — ответил я.

***

— Ты готов? — спросила Эмили из-за увеличивающегося числа панелей. Она выглядела так, словно находилась в кабине самолета моей прошлой жизни.

— Почти, — ответил я, закончив завязывать последнюю ленту на руках. Я вздрогнул, когда слишком сильно затянул ремень.

Черт подери!

-Мы перейдем к сценарию «три против одного», начиная с сегодняшнего дня, поэтому, пожалуйста, сосредоточьтесь, генерал Артур,-сообщила Аланис, заметив пустое выражение на моем лице, когда я вспомнил сегодняшний визит в подземелье.

Я встал и замахал руками, готовый освободиться. “Давай. Какой элемент я буду ограничивать для первой части?”

Глаза моей ассистентки засветились знакомым набором цветов, когда она «сканировала» меня, прежде чем заглянуть в свои записи. — Вода, и ее девиантная форма, конечно.”

Я прошел в другой конец тренировочной комнаты, остановившись всего в дюжине ярдов от Камуса, Эстер и Катильн. Встреча с Уто заставила меня нервничать. В подземелье я был уверен, что Уто не узнает, как я его избил, потому что не я его бил.





Глава 190. Магический Процентиль




Открыв глаза, я медленно отпустил Рог Уто. Я потратил еще мгновение на самоанализ, изучая состояние своего ядра маны и своего тела.

Я был близок к этому. Дорога к Белому Ядру, которая когда-то казалась такой длинной, была почти осязаемой.

Я рад, что не принял артефакт Вириона после того, как стал копьем, подумал я.

Встав с кровати, я дотронулся до сознания Сильвии, чтобы убедиться, что все в порядке. Удовлетворенный ее спокойным молчанием, я начал потягиваться, мое тело наполнилось энергией.

Резко выдохнув, я выполнил серию ударов, которым научился у Кордри во время тренировок под его руководством в Эфеоте. Это была не какая— то строгая комбинация движений как таковых, а скорее использование каждого движения тела при сохранении скорости и точности-соединение каждого удара локтя, колена, оставаясь гибким для любого исхода. Истинный мастер этого стиля боя, как и четырехглазый Асура, мог уничтожить целый отряд, и единственное, что видели солдаты, был простой монах, прогуливающийся среди них.

Синхронизируя время моего потока маны, который значительно улучшился во время моих тренировок с Катильн и Старейшинами, мои удары создавали ударные волны в воздухе. Я хотел двигаться быстрее и с большей ловкостью, но я не был пантеоном, как Кордри, не говоря уже об асуре. Включение маны в мышечные волокна и связки, чтобы использовать максимальную мощность и скорость с наименьшим количеством физических движений—подобно тому, что делал Клан Тиестов—просто приведет к тем же результатам, что и Взрывной Шаг.

Может быть, достижение контроля над Белым Ядром укрепит мое тело, с надеждой подумал я выполняя комбинации ударов.

Как только я повернулся, чтобы закончить последовательность ударом ладони, гигантская голова Бу просунулась в мою комнату из дверного проема, прямо на пути моей атаки.

Бу был поражен ударной волной ветра от моего взмаха ладонью, в результате чего вся обвисшая кожа вокруг его морды и ушей дико захлопала.

Мы с сестрой какое-то время молча смотрели друг на друга, потом он хмыкнул и покачал мохнатой головой.

— Пфф!” Я наклонился вперед и упал в приступе смеха.

Элли просунула голову в мою комнату. “Что тут смешного? Бу должен был напугать тебя.”

Не в силах вымолвить ни слова, я безуспешно пытался подавить смех и жестом подозвал сестру.

Сбитая с толку, она протиснулась мимо крепкого тела своего фамильяра и вошла в мою комнату.

— Смотри, — хихикнул я, на этот раз специально вызывая порыв ветра в лицо Бу. Свирепая физиономия медведя покрылась рябью, словно жидкостью, лоскуты кожи над верхней челюстью поднялись вверх, обнажив ряд зубов под розовым слоем десен.

Моя сестра засмеялась, прежде чем тоже сесть на пол. Нам обоим потребовалось много времени чтобы прийти в себя, прежде чем спуститься в тренировочный зал.

Наверное, это было ребячеством-так сильно смеяться над чем-то таким тривиальным, особенно учитывая мой умственный возраст, но кого это волнует. Я не смеялся так сильно уже много лет, и это помогло ослабить напряжение и снять стресс.

— Вы двое кажетесь веселыми для такого раннего утра, — сказала Эмили, зевая, ее руки автоматически устанавливали панель, как будто у них был свой собственный разум. — Или все еще ночь?…”

-Ты что, опять всю ночь была тут, Эмили?- обеспокоенно спросила моя сестра.

-Не я одна. Это последняя тренировка вашего брата, поэтому мы с Мисс Эмерией хотели, чтобы все данные за эти два месяца были собраны к сегодняшнему дню,-усмехнулась она, полузакрыв глаза.

— Напомни мне как следует поблагодарить вас обоих за ваши усилия, — сказал я, ища глазами хоть какой-нибудь признак резкой эльфийки. “А где сейчас Аланис?”

— Ах, черт возьми, я тоже многому научилась, так что не стоит благодарности. Что касается Мисс Эмерии, то мне практически пришлось заставить ее немного поспать, — ответила Эмили, снова зевая. “Она должна быть здесь Су-А, а вот и все!”

Первыми через толстые металлические двери прошли Бухд и Камус. Бухд потянулся, улыбаясь, и что-то сказал Камусу.

Позади них стояли Эстер и Катильн. Старейшина из семьи Флеймсуорт расправляла складку на облегающей тренировочной мантии Кэтилин. Принцесса заметила меня и немного покраснела, пытаясь оторваться от своего опекуна.

Аланис, которая обычно носила маску профессиональной деловой женщины, сегодня выглядела бездушной. Ее обычно неторопливые шаги были вялыми, когда она следовала за остальными.

Всем потребовалось несколько минут, чтобы надеть защитное снаряжение, но вскоре я уже стоял на тренировочной площадке, окруженный Катильн, Камусом, Эстер и Бухдом. Выражение их лиц было серьезным, впрочем, как и мое. Я проделал долгий путь за последние два месяца-достаточно, чтобы побить их несколько раз. Они знали, что если не будут полностью сосредоточены, то могут снова проиграть и не позволят себе потерпеть поражение в последний день тренировок.

— Еще раз, что за пари было? — крикнул сзади Бухд.

— Вирион устроит нам пир в честь окончания моего «отпуска», — ухмыльнулся я, оглядываясь через плечо. — Конечно, когда он платит за все, это не весело, поэтому я предложил проигравшему в этой последней битве заплатить за всю компанию.”

Эстер закатила глаза. — Считайте, что это оплачено милостивым Фламсуорт-Хаусом. Сколько может стоить ужин?”

Аланис, подслушав наш разговор, заговорила, используя усиливающий звук артефакт. — Учитывая стоимость семидесятилетних бочонков спирта, ферментированного из редких зерен, найденных только в дальних землях Звериных Полян, а также приблизительные затраты на изобилие прекрасного мяса—все это цены возросли с начала войны—я уже подсчитала для командующего Вириона стоимость праздничного пира как составляющую где-то около двадцати тысяч золотых.”

Глаза Эстер расширились, когда она услышала непомерную цену. Она кашлянула, пытаясь изобразить самообладание. -Н-ну, я думаю, что это испортит приятный опыт победы, если я просто заплачу за еду прямо сейчас. Возможно, лучше всего определить, кто заплатит за праздник этим матчем; таким образом, это будет гораздо более запоминающимся для всех.”

Я не мог не улыбнуться, наблюдая, как обычно спокойная Старейшина так взволновалась.

— Я не буду относиться к вам легко только потому, что вы молоды, генерал, — сказал Камус, улыбаясь. — Гордость этого старика не позволит.”

— Я согласна со старейшиной Камусом, — добавила Катильн. — Возможно, победа над тобой даст моему отцу и моей матери достаточно оснований, чтобы позволить мне участвовать в войне.”

— Как холодно, Принцесса. Использовать меня как ступеньку к своей цели, — ответил я, опускаясь.

Я видел, что был окружен, и у меня было ограниченное количество вариантов. Когда мои чувства обострились от маны и прилива адреналина, я сосредоточился на самой большой угрозе.

Хотя Бухд атаковал, образуя гигантскую каменную булаву, а Камус отступал, в то время как порывы ветра собирались вокруг его рук, на самом деле именно уровень маны Катильн представлял самую большую угрозу прямо сейчас.

Старый, но эффективный трюк, я разрыхлил каменную землю вокруг себя и поднял обломки, чтобы сформировать облако пыли вокруг меня и Катильн.

«Манипулируй землей под ногами, чтобы прыгнуть вперед и убрать сопротивление ветра, когда я лечу», — повторял я про себя.

Это было не так мгновенно или тонко, как Взрывной Шаг, но выполнение этих двух действий—а именно, использование земли и ветра—позволило мне увеличить мое начальное ускорение, не обременяя мое тело.

Я почувствовал, как мое тело рванулось вперед, воздух скользил мимо меня, не причиняя вреда, пока Катильн не оказалась всего в нескольких футах от меня.

Принцесса резко вздохнула от удивления и попыталась произнести заклинание, но я не позволил. Используя ветер еще раз, я создал вакуум в моей ладони, потянув ее прямо в мою хватку.

Схватив Катильн за запястье, я повернулся и бросил ее через плечо прямо на Бухда.

Почувствовав жало на руке, которая коснулась ее, я посмотрел вниз и увидел слой инея вокруг моих пальцев.

Она отреагировала быстро. Я бросил волну тепла, чтобы оттаять, одновременно отмечая положение Катильн у пруда.





Глава 191. Ешь, Пей, Веселись




После очередной неудачной попытки уговорить Сильви сделать перерыв и присоединиться ко мне за ужином, я отступил. Как только я вошел в высокие двойные двери из окрашенного дерева, открытые для меня двумя охранниками, одетыми в серебро, мои тревоги сменились удивлением. Мне казалось, что я шагнул в другое место.

Может, и так.

Я оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что не прошел через телепортационные ворота, замаскированные под дверной проем. Убедившись, что я все еще нахожусь в замке, я не спеша наслаждался окружающими видами, звуками и ароматами.

В то время как размер столовой не был чем-то экстраординарным, детали в украшении захватили мое дыхание. Сводчатый потолок сам по себе делал эту комнату похожей на отдельное строение от замка, а рассеянный свет, отбрасываемый парящими наверху шарами, оживлял сцену прямо из книги с картинками принцессы.

В отличие от яркого приема, где замерзшее тело ведьмоподобного Слуги было продемонстрировано как моральный стимул для многих благородных домов, которые присутствовали, это событие излучало уютную, интимную атмосферу- вперемешку с небольшой сюрреалистической сказкой.

Я взял два бокала с каким-то роскошным напитком пурпурного цвета, у тщательно одетого дворецкого, застывшего почти как статуя, и протянул один из них Эмили, которая была рядом со мной.

Когда моя сестра тоже попыталась взять одну, я оттащил ее назад. — Это алкоголь.”

Элли щелкнула языком и продолжила свой путь. Не потребовалось много времени, чтобы ее недовольство рассеялось.

“Все выглядит так…волшебно! — удивилась Элли, не в силах подобрать лучшего слова, чтобы описать себя. — Здесь чудесно пахнет, но где вся еда?”

— Это все-таки обед, а не прием, — объяснил я, указывая на длинный прямоугольный стол, покрытый белой скатертью и покрытый идеально расставленными пустыми тарелками и стаканами. — Еду принесут, как только все соберутся и сядут.”

Алкоголь, как я с удовольствием отметил, лежал у задней стены в больших деревянных бочонках.

— Я проголодалась, просто нюхая воздух здесь, — вздохнула Эмили, почти пуская слюни.

Я кивнул в знак согласия. Воздух был насыщен смесью специй, соусов и трав, которые странным образом гармонировали друг с другом, а не сталкивались. Чтобы смешать разнообразие кухонных ингредиентов вместе в воздухе видал тонкий дубовый запах огня из потрескивающего и хлопающего в камине в дальнем углу уютной столовой.

Элли потянула меня за рукав. — Ты уверен, что нам не нужно было наряжаться для этого?”

— Это место гораздо красивее, чем говорил Вирион, но да, я уверен, — заверил я. — Это должен быть приятный ужин, отпраздновать окончание тренировок, прежде чем я вернусь в поле, моя дорогая сестра.”

— Я твоя единственная сестра, — возразила она, все еще с любопытством оглядываясь вокруг.

— Тогда ты знаешь, что я говорю правду, — мягко сказал я.

Элли застонала от моего остроумного ответа. “Все.”

“Я могу себе представить, как” удобно » будет… когда Совет, копья и старейшины соберутся в одном месте, — вмешалась Эмили, ее сарказм был практически осязаем.

Я просто улыбнулся, оторвавшись от них, чтобы спокойно насладиться своим фиолетовым напитком. Несмотря на то, что мы уезжали одними из последних, Эмили, моя сестра и я прибыли первыми.

Когда я сидел на заднем сиденье, наслаждаясь теплом камина, я увидел, как Катильн вошла внутрь в сопровождении Эстер. Оба были одеты в вечерние платья, которые, хотя и были минимально украшены, все еще выглядели несомненно элегантными… и дорогими.

Увидев это, Элли и Эмили, не колеблясь, метнули в меня свирепые взгляды, мысленно обвиняя меня в своей сравнительно неформальной одежде.

Я подмигнул и поднял свой стакан, уже наполовину пустой. Катильн подумала, что я жестикулирую, и тоже слегка приподняла бокал, застенчиво улыбаясь, прежде чем обратить свое внимание на Эмили и мою сестру.

Старейшина Эстер тоже подошла ко мне со стаканом в руке. — Похоже, ты уже устроился поудобнее—как в одежде, так и в поведении.”

“Я думал, что это будет обычный ужин, — фыркнул я, протягивая ей бокал.

“Разве это не так? — она ухмыльнулась, чокнувшись со мной бокалом в тосте, прежде чем мы вдвоем сделали глоток.

— «Не так» одетый сейчас сидит в кресле, но ты можешь с комфортом наслаждаться любой изысканной кухней, которую мы сегодня предоставим, — уверенно сказал я.

Эстер посмотрела на меня с любопытством, прежде чем усмехнуться. “Я часто забываю, что ты не из благородного дома, без обид.”

Я усмехнулся. — Не обижайтесь. Всегда забавно видеть, как некоторые аристократы пытаются скрыть свое презрение, когда копье вроде меня делает что-то вопиюще неприличное. ’”

— Надлежащий этикет укоренился в каждом с самого детства, — призналась Эстер. — Моя мать упала бы в обморок, если бы увидела тебя в таком наряде в такой момент.”

— По правде говоря, моя мать, вероятно, тоже упала бы в обморок, если бы узнала, что я иду на этот ужин в таком виде, — усмехнулась я, чувствуя укол вины и печали при упоминании моих родителей.

Мы немного потягивали напитки в тишине, наблюдая за хаотичным движением огня, как будто это было шоу.

Допив свой лиловый ликер, я задал Эстер вопрос, который не выходил у меня из головы с тех пор, как мы впервые встретились. “Эстер. Если вы не возражаете, я спрошу, каковы ваши отношения с Жасмин Флеймсуорт?”

Эстер, которая смотрела на огонь так же пристально, как и я, перевела взгляд на меня. “Вы двое знакомы? — я кивнул.

Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями, прежде чем она вздохнула. “Тогда можно с уверенностью предположить, что семья Флеймсуорт произвела на вас довольно негативное впечатление.”





Глава 192. Сломанная Печать




Я посмотрел на ряд судей, которые смотрели вниз со своей платформы, выходящей на главный стадион. В середине ряда сидела высокая, стройная женщина с огненно-рыжими волосами, вьющимися по спине. Два острых глаза, которые заставили бы вздрогнуть даже дикого льва, с интересом смотрели на меня, пока остальные судьи бормотали между собой о результатах матча.

Я задавался вопросом, что именно нужно было сделать. Мой противник, кандидат Второго Дивизиона, проходивший тестирование на место в первом дивизионе, лежал позади меня, пока медики подходили с носилками.

По мере того как судьи продолжали обсуждать этот вопрос, они все больше и больше приходили к выводу, что вполне могут решить, отправить меня наверх или оставить в Третьем Дивизионе.

Краем глаза я видел Нико и Сесилию, которые так же напряженно ждали вердикта, как и во время моего первого конкурса в этой академии, когда я все еще верил, что честные результаты могут быть достигнуты благодаря тяжелой работе.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем худой пожилой мужчина с седыми усами, причесанный слишком тщательно—вероятно, чтобы компенсировать свою лысину—прочистил горло, чтобы привлечь всеобщее внимание. — Кадет Грей, фамилии нет. Хотя ваш матч был впечатляющим, особенно ваша демонстрация боевых искусств, плохой уровень использования вашего КИ на протяжении всего турнира дал понять, что некоторые основные принципы явно отсутствуют и нуждаются в тщательном рассмотрении. Поэтому Кадет Грей перейдет в Первый Класс Третьего Дивизиона.”

Я чувствовал, как кровь закипает у меня под кожей, и делал все возможное, чтобы подавить свой гнев. Я сжал кулаки, заскрежетал зубами, поджал пальцы ног— все что угодно, лишь бы не наброситься на судью и всю эту академическую систему.

В этот момент рев смеха эхом разнесся по всей арене. Мой пылающий гнев мгновенно утих, когда я ошеломленно поднял глаза, а рыжеволосая судья продолжала от души смеяться. Но не только я был шокирован ее действиями. Остальные судьи повернули головы к своему коллеге с выражениями от шока до гнева и смущения.

Аудитория, которая спокойно ждала результатов этого финального раунда, бормотала между собой, надеясь получить некоторые ответы от поворота событий.

Наконец, когда рыжеволосая судья достаточно успокоилась, она вздохнула, вытирая слезу. — Прошу прощения, я думала, что судья Дрем подшучивает над этим парнем, говоря ему, что ему нужно пересмотреть свои основы. ’”

При упоминании его имени усатый судья покраснел до самой макушки своей блестящей головы. — Леди Вера. В святости ежегодных оценочных поединков ваше поведение неуместно—”

-Нет, — резко оборвала его рыжеволосая женщина, которую судья, несмотря на разницу в возрасте, упомянул с жутким почтением. «Что является неприемлемым поведением, и смущающе жалким, это вопиющая попытка удержать этого ребенка, потому что он не из выдающегося дома.”

Явно неготовый к словесному нападению женщины, судья Дрем пробормотал то, что, как он надеялся, будет словами. — Чт-как ты смеешь… я такого не делал—”

“Тогда как вы можете направлять кадета Грея куда либо кроме Первого Дивизона? — Снова перебила его Леди Вера. В этот момент я действительно надеялся, что у этой леди есть либо сила, либо поддержка, чтобы оправдать ее вопиющее неуважение к старшему судье.

Судья Дрем постарался собраться с мыслями и снова кашлянул. “Как я уже говорил ранее, использование КИ кадета Грея отсутствует—”

— Ошибаешься, — тут же оборвала она его, заставив старшего судью буквально закипеть от разочарования и смущения. «Использование КИ мальчика, по крайней мере, на ступень выше даже учеников Второго Класса в Первом Дивизионе. То, что вы называете «недостатком» в использовании КИ, на самом деле это компенсация своего более низкого запаса КИ в почти впечатляющей степени.”

Остальные судьи, сидевшие за столом, были явно ниже по рангу, чем судья Дрем, потому что единственное, что они делали в этот момент, это безмолвно переводили взгляды между Леди Верой, судьей Дремом и мной.

— Леди Вера, — процедил сквозь зубы старый судья. — Хотя я и благодарен вам за понимание этого вопроса, я уже почти двадцать лет являюсь судьей. Пожалуйста, ответьте взаимностью на уважение, которое я оказал вам, показав мне уважение, которое я заработал в этой области.”

Леди Вера побарабанила пальцами по панели, за которой сидела, на мгновение задумавшись, прежде чем кивнуть. “Виновата. Я уважаю ваш вердикт, судья Дрем.”

Но прежде чем я успел разочароваться в этом, фигура Веры исчезла из виду.

Что за … Она появилась надо мной и приземлилась с мягким стуком. Несмотря на то, что я был свидетелем всего, я все еще сомневался, что она только что преодолела два этажа так же небрежно, как я бы сошел с тротуара.

“Ребенок. Как сказал судья Дрем, ты все еще будете в третьем дивизионе, но что ты скажешь о том, что я стану твоим личным наставником?”

Я на мгновение задумался—я даже повернулся к Нико и Сесилии, чтобы убедиться, что то, что я видел, было реальным. Я не знал, кто эта женщина, но то, как она держалась, и впечатляющее умение двигаться, которое большинство элитных солдат не посмели бы повторить, и как она его использовала, чтобы преодолеть расстояние, заставили меня рискнуть.

Не обращая внимания на ошеломленных судей и ошеломленную толпу, я взял ее за руку. “Я принимаю ваше предложение.”

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

Я проснулся на полу с вытянутой перед собой рукой; очень похоже на то, что мой сон закончился. Однако вместо хрупкой на вид руки Леди Веры в моей собственной я крепко вцепился в Рог Уто.





Глава 193. Человек за завесой




Я почувствовал, как кровь отхлынула от моего лица, но оставался невозмутим. Несмотря на небрежное признание, я мог сказать, что Силь—Агрона внимательно наблюдал за моей реакцией. Те же самые два блестящих желтых глаза, которые всего несколько мгновений назад выглядели такими невинными и смущенными, теперь были ярко—рубиновыми и несли в себе непоколебимую уверенность и власть — он могла бы так же легко сказать, что он какой-то разумный оборотень с другой планеты, и я был бы вынужден поверить ему.

Не подавая виду, что его слова произвели на меня какое-то действие, я сделал простой жест рукой, одновременно произнося несколько заклинаний. Дверь закрылась, и толстая каменная плита выросла, чтобы забаррикадировать вход, в то время как вихревой слой ветра окружил нас обоих, приглушая любой звук, который мог просочиться из комнаты. Я также наложил заклинание на пол вокруг комнаты в случае, если кто-то подойдет ближе.

— Сильви в безопасности, пока ты управляешь ее телом? — спросил я.

— Сильвия … хорошее имя. Агрона вздохнул, словно наслаждаясь этим звуком. “Да, то, что я использую, чтобы говорить с тобой так, это безобидное заклинание, которое я наложил на нее, когда она была еще яйцом. Сильвия просто спит.”

Из земли выскочили два каменных стула, и я сел, жестом приказав Агроне сделать то же самое.

Агрона сел, удовлетворенно откинувшись на спинку сиденья. — Спасибо за гостеприимство и за то, что ты не растерялся. Это делает общение намного проще без твоих попыток убить меня.”

“Ты владеешь моим фамильяром, так что причинять тебе боль будет не очень эффективно, — спокойно ответил я.

Он пожал плечами. “Я все равно не смог бы долго сопротивляться, так как не могу использовать такие искусства маны, но я отвлекся. Давайте поговорим о чем-то более важном, чем различные недостатки этого метода общения?”

Секунды тикали в тишине, только слабый свист ветра окружал нас, пока мы смотрели друг на друга.

Мой мозг лихорадочно работал, пытаясь осмыслить внезапную перемену событий и в то же время найти разумный способ воспользоваться ею в полной мере. В конце концов, не каждый день можно спокойно встретиться один на один с лидером противника в разгар войны. Но то ли из-за того, что мне все еще было трудно поверить во все это, то ли из-за того, что моя тревога за Сильвию постоянно преследовала меня даже с моим спокойным характером, мой ум не мог поддерживать связный ход мыслей. Поэтому я задал один вопрос, который не давал мне покоя с тех пор, как он впервые взял под свой контроль Сильви.

“Ты сказал, что благодарен за то, что я оказался в той же комнате, когда ты установил связь. Почему ты искал меня?”

— Справедливый вопрос. Первая причина, и более очевидная, заключается в том, что я уверен, что большинство членов вашего руководства не очень-то обрадуются, если я вторгнусь на их территорию в виде маленькой девочки. Предполагая, что они даже поверили мне, это напугало бы их до смерти, учитывая тот факт, что я мог бы вторгнуться в их самое «безопасное место на континенте», — ответил он. — Хотя… было бы забавно увидеть их реакцию.”

“А вторая причина?”

— Потому что, —он наклонился вперед и усмехнулся, — Ты единственный на этом континенте, кто меня интересует.”

Я не ожидал такого ответа. Что интересного нашел во мне предводитель разбойничьего клана Асура, которому было сотни, если не тысячи лет?

Что бы это ни было, это не могло быть хорошо.

Должно быть, выражение моего лица выдало меня, потому что Асура внезапно рассмеялся. — Не волнуйся, я не собираюсь внезапно прижимать тебя к земле и делать с тобой все, что захочу. Если предположить, что мои вкусы внезапно изменились таким образом, это все равно было бы немного неуместно в этой форме, нет?”

Я закатил глаза, как предполагаемый вдохновитель межконтинентальной войны, неспособный понять его характер.

— Ты гораздо более эксцентричен, чем я себе представлял… почти общителен, — заметил я.

Агрона удивленно поднял бровь. “Может быть, вы видели во мне какого-нибудь уравновешенного диктатора, одержимого идеей сделать мир полностью моим, надевая шелковый плащ?”

— Что-то вроде этого.”

Наклонившись вперед, он придал своему лицу серьезное выражение. — Ну…отчасти ты прав! Агрона сверкнул улыбкой.

Он снова откинулся назад, как будто не мог найти удобное положение, чтобы сидеть спокойно. — Не позволяй этому приятному поведению одурачить тебя. У меня есть свои цели и амбиции, и лицо, которое я показываю своим людям на публике. Но что касается моей личности, после того, как я провел поколения за поколениями среди вас меньших, которые, похоже, меняют вашу этику и социальные нравы по прихоти, мне больно идти в ногу с тем, чтобы казаться достойным и культурным. Например, даже на моем континенте всего пару сотен лет назад было нормально иметь публичные пытки и казни—черт, они даже приносили закуски и смотрели это как бесплатное развлечение. Сейчас? Это каким-то образом становится для них шокирующе ужасающим.”

— Он пренебрежительно махнул рукой. “У меня есть люди, которые управляют меньшими, основываясь на их постоянно меняющемся чувстве добра и зла.”

Ух ты, он много говорит. Тем не менее, в его маленькой тираде содержалось много знаний. Из того, что я видел алакрийских солдат и, честно говоря, из моих собственных предрассудков, основанных на сумасшедших Вритрах, таких как Уто и Ведьма, я представлял себе, что вражеский континент будет какой-то ужасной пустошью, полной меньших, порабощенных, чтобы выполнить приказ Вритры.

Но из того, что только что сказала Агрона, Алакрия, казалось, была похожа на любую нормальную развивающуюся землю с лидерами, которые действительно заботились о гражданах.

— Этот твой взгляд прямо сейчас.” Он указал на меня пальцем. — Этот раздражающий взгляд приятного удивления … Ты думал, что это странно, что я на самом деле даю по заднице меньшим в Алакрии, ха.”

— Ну, судя по рассказам Асуров, ты проводил эксперименты над меньшими и размножался с ними еще до того, как тебя выгнали из Эфеота, — заметил я.

Я ожидал, что он разозлится—по крайней мере, разозлится—но вместо этого выражение его лица стало мрачным. — Полагаю, лучшая ложь-это сказать только половину правды.





Глава 194. Следующий Этап




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО СТЕФАН ВЕЙЛ

— О, Великий Вритра, — пробормотал я себе под нос, наблюдая, как щит теряет опору, едва не упав при этом.

— Щиты, держите защитные панели! Не позволяйте ни одному из зверей сбиться с пути, — рявкнул я, прежде чем посмотреть вниз на таинственную черную руду, которую мне было приказано сломать, как только все звери окажутся в Эльширском Лесу.

Я наблюдал, как сотни испорченных животных были загнаны через стены полупрозрачных панелей, отлитых командами щитов. Это было странное зрелище, поскольку монстры, которые обычно не были рядом друг с другом, медленно шли рядом. Пауки размером с собаку, большие волки и даже змеи с головами на обоих концах «маршировали» вместе, не подозревая о том, что происходит. Несколько унадов служили для защиты каждого из щитов на случай, если кто-то из зверей вырвется на свободу.

Даже у унад есть свои плюсы. Лучше умрет один из них, чем маг.

Я бросил взгляд на закованных в железо унадов, владеющих обычным стальным оружием, неспособных даже усилить его. Жалкое зрелище.

Я повернулся к часовому, приставленному к моему отряду, долговязому мужчине с челкой, закрывавшей глаза. “Ты можешь прочитать в лесу?”

Он положил ладони на землю и щелкнул языком. — Мой радиус действия там сокращен до четвертого.”

— Похоже, тебе придется пойти с нами, — вздохнул я.

Он отступил от меня на шаг. — Ч-Что? Это не то, что—”

Прежде чем он успел закончить, я схватил часового за шиворот. “Смотри. Мне все равно, если вы, часовые, думаете, что вы драгоценны из-за своей извращенной вуайеристской магии. Ты будешь в безопасности с моим личным щитом и заклинателем.”

— А-хорошо, но если со мной что-нибудь случится … …”

Пустые угрозы мальчика были смешны из-за его дрожи.

Милосердный Вритра, как он может даже видеть себя солдатом, если он боится близко подойти к битве.

— Все будет хорошо, — сказал я, отпуская его воротник. — Теперь сформируй ментальную связь со мной, и только со мной. Что-то мне подсказывает, что ты не очень хорош в многозадачности.”

Часовой кивнул, положив два пальца мне на висок и сосредоточился.

— С-Ты меня слышишь? — знакомый голос прозвучал прямо у меня в голове.

Как это ты заикаешься даже в своей голове, подумал я.

— Просто чтобы вы знали, я могу мысленно общаться только в один конец, так что не смогу ничего услышать от вас.’

— Хорошо, — сказал я вслух, сдерживая желание закатить глаза. Несмотря на его недостатки, наличие часового было большим бонусом, ведь мой щит и заклинатель не должны будут оставаться так близко ко мне, и можно будет полагаться на связь от часового.

Вернувшись к своей задаче, я наблюдал, как команды магов стояли в ожидании, пока все больше и больше испорченных зверей исчезали в густом, туманном лесу, который был домом для эльфов в Дикатене. Как только последний из монстров выполз с севера Звериных Полян и направился глубоко внутрь плотного массива деревьев, я поднял черную руду.

— Уна-нон-маги, позиции на линии фронта с оружием наготове. Забастовщики, позади них с вашими щитами и заклинателями поблизости. Приготовьтесь к атаке в любой момент!- Приказал я, когда все встали на свои места.

Я не знал, как эти испорченные звери были усыплены, но артефакты, доверенные мне, казалось, работали как заклинание. Как только я разбил руду, высвободив эффект своего контроля, злобное рычание, рык и рев вырвались из леса.

Несколько унадов с припасами начали раздавать флаконы с прогорклой жидкостью, чтобы каждый мог распылить ее на свою одежду. Дорого и временно, но это был единственный способ, чтобы испорченные звери не напали на нас.

Последовали мгновения напряженной тишины, пока все ждали моего сигнала. Я согнул руки, желая принять участие в каком-нибудь действии с моим недавно разблокированным гербом.

Прошел еще целый сезон с тех пор, как я натренировал свою начальную отметку, чтобы сформировать свой герб—поистине похвальный для того, кому только что исполнилось восемнадцать,—но я обнаружил, что жажду большего. Как и мой отец, я также хотел получить привилегию войти в Обсидиановой Склеп, надеясь, приобрести эмблему.

Я с нетерпением ждал возвращения в Алакрию. Я знал, что мой отец переживет испытания, которые Обсидиановой Склеп давал тем, кто входил, и я не хотел ничего больше, чем увидеть, с какой эмблемой он выйдет.

Возможно, он будет благословлен легендарными регалиями! Если это произойдет, наш Дом Вейлов воспарит над всем Вечором, возможно даже во всем Алакрией.

Но я знал, что мой отец не сможет получить регалии. Хотя он и считался молодым, в конце концов, он был всего лишь магом среднего уровня-таким же, как и я, хотя и вдвое старше. Хоть я уважал его силу и талант, он все еще был щитом. Я позволил себе слабую улыбку, которая длилась всего лишь несколько секунд, когда в отдалении раздался громкий треск. С моими основными чувствами, усиленными моим гербом, я смог услышать слабые крики от того, что могло быть только эльфами, патрулирующими область.

Бросив взгляд назад, чтобы убедиться, что сигнальный артефакт был на месте, чтобы вывести нас из леса, я приготовился.





Глава 195. Допрос




Вздохнув, я опустился на глубокий мох и прислонился спиной к дереву. Я вытащил бурдюк с водой и сделал большой глоток, позволяя холодной воде оставаться во рту, прежде чем проглотить ее.

Теперь, когда взошло солнце, немного посветлело. Глядя на небо, покрытое деревьями, я увидел пышную зелень с оранжевыми пятнышками, выглядывающими из-за нее, обеспечивающими немного тепла в этом влажном и холодном лесу.

Отвлекаясь от мыслей о предстоящей задаче, которую мне предстояло выполнить, я вспомнил о том, что было несколько дней назад. Несмотря на весомый разговор с Агроном, все казалось бы налаживается.

Мое ядро стала Белым, и с каждым мгновением мое тело приспосабливалось к изменениям, я чувствовал себя сильнее. Шрамы вокруг моей шеи и запястья не исчезли, но стали заметно светлее. Мои ноги, которые пережили несколько серьезных травм, стали легче, чем раньше.

Я знал, что мое тело физически не изменилось. Это означало, что я все еще не мог использовать какую— либо последовательность Миражной Ходьбы, включая Взрывной Шаг, не нанося ущерба нижней части моего тела, но с использованием органической магии—магии, которая не имела определенной цели, без жестов или слов — бой стал бесконечно более естественным, а вместе с этим и значительно эффективней.

С другой стороны, у Сильвии все было не так просто. Хотя она выглядела немного моложе моей сестры в ее новой форме, у нее была координация малыша.

Ее разочарование было видно, поскольку она часто спотыкалась о собственную ногу или теряла равновесие без видимой причины, стоя на месте. Возможно, даже более забавными, чем ее спотыкания, были ее попытки использовать свои недавно приобретенные большие пальцы. Не раз горничной приходилось убирать разбитые тарелки и элементы декора в номере.

Я издал смешок, все еще ясно представляя лица всех, когда они впервые увидели Сильви в ее человеческом облике. Все воспринимали это по-разному.

Глаза Катильн расширились, когда она убежала от моей двери, неоднократно извиняясь за вторжение, оставляя Эстер с веселой усмешкой, когда я попытался объяснить.

Моя сестра указала на меня дрожащим пальцем, спрашивая, когда у нас с Тессией родился ребенок. Хотя я не винил ее, так как в волосах Сильви был блеск пшеничного цвета, который мог бы быть результатом оттенка коричневого, смешанного с пушечным серебром, так что я ответил, как ответил любой старший брат. Я шлепнул Элли по затылку и спросил, как Сильви могла быть моим ребенком, если она выглядела всего на несколько лет моложе ее. При упоминании имени Сильви моя сестра пришла в восторг, и с тех пор они проводят больше времени друг с другом.

Реакция Вириона была относительно сдержанной; он, казалось, почувствовал, что это Сильвия, как только вошел в комнату. Но это не означало, что он упустит возможность сделать остроумное замечание. Задумчиво потирая подбородок и бормоча, что теперь он знает, что мои предпочтения весьма спецефичны.

Удивительно, но реакция Эмили встревожила меня больше всего. То, как она покраснела и прикрыла рот, было вполне разумно, но она просто стояла в дверях, ее изогнутые губы выглядывали из-за рук, приложенных к лицу.

Зажмурившись, я глубоко вздохнул. Я оставил Сильвию дома, так как она все еще привыкала к изменениям в своем теле. Теперь, когда печать, которую ее мать наложила на нее, была сломана, я чувствовал себя здесь изолированным ото всех. Я знал, что принял правильное решение.

Я не хотел, чтобы она—я не хотел, чтобы кто—то из моих знакомых-видел, что мне придется сделать с мальчиком, которого я оставил в живых.

Я просто надеюсь, что дела у генерала Айи будут лучше, чем у меня, подумал я.

Нам двоим было приказано помочь в защите от нападений алакрийцев, предполагая, что сведения от разведчика были верными.

Все еще с закрытыми глазами я впитывала симфонию звуков. Птицы пели в различных нотах, в то время как насекомые гармонировали с их щебетом и гудением, все это сопровождалось шелестом листьев.

“Может быть, здесь на самом деле более спокойно, чем в замке, — оптимистично пробормотал я, представляя себе хаос в зале заседаний прямо сейчас, когда члены Совета боролись за правильное распределение солдат и магов теперь, когда значительные атаки происходили не только на пороге Сапина.

— Генерал Артур! — раздался издалека знакомый голос, заставивший меня открыть глаза.

Это был тот самый эльф, которому я приказал нести алакрийца. Он ловко подбежал ко мне, ни разу не оступившись, несмотря на неровности почвы. — алакриец проснулся!”

Я поднялся на ноги, стряхивая грязь с одежды. Я подготовил свой разум, потянувшись к пустоте, которая поможет мне допросить врага без угрызений совести или сочувствия, все время пытаясь похоронить память о моем прошлом, когда ситуация была обратной. — Разденьте пленника и выведите всех остальных из комнаты.”

Лагерь эльфийских войск находился в центре небольшой поляны, которая казалась неестественно близкой, всего в нескольких сотнях ярдов к северу от места сражения. Или мне так показалось. Мои чувства даже в Белом ядре не были полностью привыкли к воздействию Эльширского Леса, нарушающего чувства координации.

Судя по дырам в земле, которые были заполнены свежей грязью, и деревьям, которые были необычно плотными рядом с лагерем, казалось, что у эльфов был маг с сильным лесным сродством, чтобы управлять деревьями таким образом. Палатки из толстой ткани заполнили поляну, пока эльфийские солдаты возились вокруг.

Некоторые поклонились, когда наши глаза встретились, в то время как другие настороженно посмотрели на человеческого ребенка, который был, возможно, в несколько раз сильнее, чем весь лагерь вместе взятый.

Эльф указал вперед. — Сюда, генерал. Алакриец находится в задней палатке. Наша глава ждет снаружи.”

Я увидел большой навес, состоящий из переплетенных корней и ветвей, и толстую ткань, наброшенную на него. Кружащийся купол ветра накрыл деревянную палатку, и у входа в нее меня ждала с распростертыми объятиями та самая закованная в броню женщина, которую мне удалось спасти от моего пленника.

Увидев наше прибытие, она заметно расслабилась и протянула руку. “Я забыла представиться раньше. Меня зовут Ленна Эмарис, глава Юго-Восточного подразделения в Эленуаре.”





Глава 196. Разорванный




Мои глаза распахнулись от резкого укола в щеку, только чтобы увидеть ослепительный свет, направленный прямо мне в лицо.

Мое сердце тут же начало бешено колотиться, а разум лихорадочно пытался понять, что происходит. Я попытался встать, но мои руки и ноги были привязаны к стулу, на котором я сидел.

“Грей. Ты меня слышишь? — спокойно спросил темный силуэт за флуоресцентным светом, используемым в больницах.

— Где я? Кто ты? — мне удалось это произнести, но горло пересохло и горело.

“Что последнее ты помнишь? — прорычала другая темная фигура, игнорируя мои вопросы. Он был крупнее, чем тот, кто задал предыдущий вопрос, но я не мог разобрать никаких других деталей, кроме этого.

Моя голова пульсировала, когда я пытался вспомнить воспоминания, но в конце концов я смог разобраться в них. “Я… я только что выиграл турнир.”

Я медленно приспосабливался к свету, в состоянии разглядеть больше деталей комнаты, в которой я был, и фигуру, стоящую передо мной.

— А что еще? — спокойно сказал мужчина.

— Я принял предложение стать наставником могущественного человека, — выдохнул я, надеясь, что моя двусмысленность останется незамеченной.

“Как зовут эту могущественную женщину и каковы ваши отношения с ней? — спросил мужчина. Тот факт, что он знал, что она была женщиной, заставил меня думать, что он либо испытывал меня, либо уже знал правду.

Я потянул за что-то похожее на толстую металлическую проволоку, обвязанную вокруг моих запястий. Поняв, что даже моя сила, усиленная КИ, ничем не поможет, я ответил. “Я знаю ее только как Леди Веру и только что познакомился с ней.”

— Ложь, -прошипел более крупный мужчина с длинными зачесанными назад волосами, которого я теперь разглядел. Он поднял руку, как бы собираясь ударить меня, но худой человек остановил его.

— Что случилось после того, как ты выиграл турнир, Грей? — спросил затем он, его голос никогда не показывал никаких признаков эмоций.

Я поморщился, пытаясь вспомнить. — Я думаю, что сразу после этого вернулся в свою комнату в общежитии.”

Леди Вера сказала перед нашим расставанием, что свяжется со мной, как только все уладится, но лучше не сообщать этим людям больше информации, чем они просят.

Я очнулся от своих мыслей, когда высокий длинноволосый мужчина схватил меня за шею одной рукой и поднял меня-вместе со стулом—с земли.

— Опять ложь! — сказал он, приблизив свое лицо достаточно близко к моему, чтобы разглядеть больше деталей. У него были шрамы по всему лицу, что делало его и без того пугающее лицо еще более устрашающим. — Было бы разумно просто рассказать нам об организации, которая послала вас защищать Наследие.”

Организация? Наследие?

Я не мог понять смысла их обвинений, но с моим горлом, неспособным даже вздохнуть, я остался задыхаться в руках человека, пока его худой спутник не ударил по руке, которая душила меня.

Привязанный к стулу, я беспомощно упал на землю. Я потерял сознание на долю секунды, когда моя голова треснула и ударилась о холодный твердый пол.

Когда я пришел в себя, меня снова поставили лицом к лицу с худым человеком, который почему-то пугал меня больше, чем большая шрамированный мерзкий тип.

У него были коротко остриженные волосы и глаза, которые выглядели более пустыми, чем мертвая рыба. Один взгляд в его глаза заставил меня усомниться, что у этого человека вообще есть эмоции, которые нужно скрывать.

Его глаза задержались на мне на долю секунды, прежде чем его губы изогнулись в улыбке, которая не достигла его мертвых глаз.

Он повернулся и пошел прочь. — Разденьте его, пока я достану белый фосфор.”

Здоровяк ухмыльнулся, срывая с меня старую рубашку, в которой я спал, и пижамные штаны с гусиным принтом, которые директор Уилбек подарила мне в шутку на день рождения.

— Полагаю, у вас есть кое-какая информация, которая нам нужна. К счастью для вас, это значит, что вы нужны нам живыми. — Худой человек вернулся в перчатках. В руках у него был маленький металлический кубик. “Если ты действительно тот, за кого мы тебя подозреваем, то ты мог бы подготовиться к этому. Если по какой-то ошибке мы допустили ошибку и все, что мы считали доказательством, было просто совпадением, тогда…хорошо… вы испытаете то, что вы никогда не забудете.”

— Что? О чем вы говорите? — сказал я, все еще не придя в себя после недавней травмы головы.

— Это будет легко, — улыбнулся худой человек, погружая палец в металлический куб. “Я даже не буду задавать тебе никаких вопросов.”

Он намазал полоску блестящей серебряной пасты прямо под моими ребрами и достал зажигалку.

-П-Подожди. Что ты делаешь? Пожалуйста, — взмолился я, все еще не в силах понять, как все происходит.

Мужчина ничего не говорил. Он просто опустил маленький огонек на серебряную пасту. Как только огонь коснулся вещества, вспыхнула боль, о существовании которой я даже не подозревал.

Крик вырвался из моего горла, когда мое тело содрогнулось от жгучей муки, которая оставалась сконцентрированной там, где была размазана паста.

Я уже обжигался раньше, но по сравнению с ощущением, разъедающим мою кожу прямо сейчас, эти воспоминания действительно были приятными.

Казалось, прошли часы, когда боль каким-то образом усилилась. За это время мои крики стали хриплыми, а слезы, которые текли по моему лицу, высохли и покрылись коркой.

Наконец боль начала утихать, только для того, чтобы худой человек-демон-нанес еще одну линию серебряной пасты на другую часть моего тела.

-П-пожалуйста, — заплакал я. “Не делай этого.”





Глава 197. Внутри Города




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ВИРИОН ЭРАЛИТ

Я сел на мягкое кресло из сучковатого дерева, бросив усталый взгляд на две королевские пары, уже готовые наброситься друг на друга; единственное, что заставляло их четверых молчать, было их уважение ко мне.

Передо мной лежал свиток с содержанием сегодняшней встречи, присланный мне Артуром. У меня закралось смутное подозрение, что мальчик, о котором идет речь, решил не возвращаться сразу, чтобы избежать этой встречи, но я со вздохом отпустил его.

Я прощаю тебя, Артур. «Я тоже не хочу здесь находиться», — подумал я, наслаждаясь роскошным убранством комнаты.

С уютным огнем, горящим в камине, и несколькими световыми артефактами, установленными в золотых канделябрах вдоль стен, комната была отлита в теплой, дружественной атмосфере—как бы издеваясь над тонкой враждебностью, проявляющейся от присутствующих внутри.

Последний луч естественного света из окна слева от меня потускнел, когда солнце опустилось за облака. Я воспринял это как сигнал к началу встречи.

“Садитесь. Давайте начнем.”

На мгновение воцарилась тишина, пока все четверо в комнате смотрели друг на друга, прежде чем глава семьи Глайдеров прочистил горло.

“Ну, мы все были проинформированы о докладе генерала Артура и Генерала Айи, поэтому мы приступим к нему. Я считаю, что мы должны оставить наши силы как есть и отправлять подкрепление в Эльширский Лес по мере необходимости,-сказал Блейн. Несмотря на впалые щеки и небри, покрывавшие нижнюю половину его лица тем же багровым цветом, что и волосы, он говорил решительно.

Я оставался молчаливым и нейтральным, как и моя работа, пока все стороны—в данном случае две—не объяснили свои аргументы.

— Советник Блейн. Отправка подкреплений по мере необходимости к границе между Звериными Полянами и Эльширским Лесом предполагает, что вы не рассматриваете эльфийские территории, как достойные защиты, — холодно произнесла Мериал.

Годы работы в Совете превратили мою некогда живую невестку в резкого и холодного дипломата.

— О, не искажайте мои слова, советник Мериал, — возразил Блейн. «В докладе говорилось о двух отдельных атаках, но это было скоординировано, для одновременности. Это означает, что до сих пор только одно нападение было совершено на эльфийской территории. Сравните это с почти ежедневными атаками, происходящими на Стене, разве не должно быть очевидно, что защита границ Сапина имеет приоритет?”

“Никто не говорит, что защита Эльширского Леса должна иметь приоритет над Сапином, — спокойно сказал Алдуин. «Однако, очень похоже на то, что раз у стены стоят эльфийские солдаты, чтобы помочь защитить Сапина, то должна быть хоть какая-то защита на лесных границах, не так ли?”

— Эльширский Лес-это форма защиты, — добавила Присцилла Глайдер, указывая пальцем на нижнюю часть леса на карте, разложенной перед ними. -Сам по себе туман, насыщенный маной, с самого своего существования был формой устрашения для всех, кроме эльфов. Даже вчерашние попытки нападения потерпели бы неудачу, если бы вы решили игнорировать злоумышленников. Алакрийцы и звери заблудились бы и умерли от голода задолго до того, как добрались бы до каких-нибудь отдаленных городов Эленуара.”

— Сам лес является частью Королевства Эленуар, и все еще существуют племена эльфов, живущие за пределами городов, — заявил Алдуин, его голос становился все громче. — С теми же самыми рассуждениями, что и сейчас, Сапину также было бы лучше отказаться от Стены и небольших городов-форпостов вблизи границы, чтобы было меньше земли для защиты.”

“Как ты можешь даже называть это адекватным сравнением?!- Взревел Блейн, хлопнув ладонями по круглому столу. “Самый простой путь к крупным городам Эленуара-через северный хребет горы, с Сапина. Если Сапин пойдет ко дну-даже внешние города—то алакрийцам будет гораздо легче добраться до ваших земель!”

— Следите за своим тоном, советник, — отрезала Мериал, и ее ярко-голубые глаза потемнели. “Ты ведешь себя так, будто эльфы у тебя в долгу, когда мы послали множество магов, чтобы помочь твоим войскам отбиться от алакрийцев из твоих вод. Если бы даже четверть этих солдат была поставлена охранять границы леса, нам бы даже не понадобилась эта встреча.”

Бывшая человеческая королева заговорила, ее леденящий душу голос смягчил жаркий спор. — Правда остается такой, какая она есть. Хотя вы можете сказать, что Эльширский Лес является частью вашего королевства, ни один город или даже города еще не видели битвы. Пока такая необходимость не возрастет, отправка войск будет только ослаблять границы, которые постоянно сталкиваются с боями.”

Алдуин потер переносицу, закрыв глаза. Когда он открыл их, его изумрудные глаза встретились с моими. “Все, что мы просим, — это отправить наших людей обратно в Эленуар, чтобы они могли защитить свой дом.”

“Здесь нет твоих людей. Ты забыл? Совет был создан, чтобы объединить три расы, потому что мы предсказали внешнюю угрозу. Наша задача-оставаться беспристрастными и привести весь континент к победе над алакрийцами, а не только Эленуар, — возразил Блейн, прежде чем повернуться ко мне. — Умоляю! Командир Вирион, останьтесь беспристрастным ради этой войны.”

“Вы говорите о беспристрастности, когда сосредоточены на том, что лучше для вашего королевства! — возразил Алдуин, и кончик его ушей покраснел. “И если ради Совета должны были объединить три расы, но одна из трех рас даже не присутствует, разве это не разрушает весь смысл?”

— Довольно!”

Присутствующие в комнате ощутили сильное давление, которое я оказывал на это место. Даже Присцилла, чье Ядро вот-вот станет Серебряным, побледнела, пытаясь вырваться.

“Я услышал обе стороны, и прежде чем вы еще больше унизите себя, споря как избалованные дети, я позволю себе высказаться.”

Блейн и Алдуин вспыхнули от гнева и смущения, но промолчали.

Я бросил острый взгляд на всех внутри, прежде чем снова заговорить. «Исходя из количества атак, Сапин остается приоритетом для алакрийцев. Как Советник Блейн упомянул, что самый простой путь к крупным городам Эленуара-это пересечение Северного Хребта Великих Гор от Сапина, и поскольку в этом районе были небольшие забастовки, мы должны исходить из предположения, что алакрийцы также знают об этом. Мы отправим больше войск, чтобы укрепить оборону этого района.”





Глава 198. Возвращение




“В настоящее время в этом регионе имеется пять единиц и еще три на востоке, основано на их последних сообщениях», — сказала капитан разведывательного дивизиона, указывая на отметки на карте вытянутым пальцем.

Джесмия Крувер—ее имя было дано мне в кратком представлении-была капитаном подразделения Тессии. Она была красивой женщиной … в каком-то ужасном смысле. С длинными светлыми волосами, ниспадающими волнами на плечи, и фигурой, которую ее плотно облегающая броня только подчеркивала, я мог только представить, сколько мужчин пытались ухаживать за ней, действуя ей на нервы. Капитан всегда держала одну руку на эфесе своей сабли, как будто всегда была готова ударить, и ее угрюмое выражение лица, казалось, никогда не смягчалось.

Я предполагал, что капитан, ведущий свою дивизию в опасные дебри Звериных Полян, будет жестким, но капитан Джесмия выглядела так, как будто она могла отпугнуть зверей маны только острым взглядом в их направлении.

Тродиус перевел взгляд с карты на лист бумаги, который держал в руках. — Капитан Джесмия. Листы журнала для очистки подземелий-насколько точна эта временная шкала?”

Капитан дивизии первопроходцев выпрямила спину, прежде чем заговорить. “Довольно точна. Даже принимая во внимание количество алакрийских магов, окружающих врата телепортации, и то, насколько ужасный процесс захватил уровни подземелья, мое подразделение никогда не занимало больше чем за неделю.”

— Неделя-это слишком долго, — холодно заявил старший капитан. «Количество испорченных зверей, атакующих стену, еще не уменьшилось. У ваших подразделений есть строгий срок в четыре дня для каждого подземелья.”

— Но, сэр! Капитан Джесмия вскочила со своего места. — Ускорение вылазок до такой степени приведет только к большим потерям. Некоторые из этих подземелий никогда не были очищены раньше, и крайняя осторожность должна быть принята, или весь блок может быть уничтожен!”

— Это приказ, Капитан Джесмия Крувер. Стена является последней формой обороны на восточной границе Сапина. Если солдат из вашего подразделения погибает на Звериных Полянах, семья этого солдата не находится в опасности. Однако, если количество зверей станет больше, чем этот форт может справиться, эти монстры и алакрийские маги, контролирующие их, будут иметь свободное господство над мирными жителями соседних городов.”

Выражение лица капитана Джесмии, когда она вернулась на свое место, было еще более кислым, чем раньше. На ее фоне, мускулистый капитан Альбант сейчас походил на медвежонка, сидящего в неудобной позе напротив светловолосого сгустка кипящего огня.

Несмотря на его воинственное телосложение, большая часть дивизии капитана состояла из рабочих и кузнецов, ответственных за поддержание и дальнейшее строительство стены. Сам он был отставным авантюристом класса А, который открыл свою собственную кузницу в городе Блэкбенд.

Благодаря постоянному успеху стены под его непосредственным руководством, Альбант был недавно повышен до должности начальника подразделения.

Однако с относительно новым капитаном, главным образом, наблюдающим за развитием и поддержанием стены, и с капитаном Джесмией, едва ли он останется на своем месте, так как большинство ее войск постоянно находились в разных частях Звериных Полян, Тродиус Флеймсуорт был назначен в этот район в качестве старшего капитана, которому и Джесмия, и Альбант непосредственно подчинялись.

Я продолжал молча слушать, как два капитана продолжали отчитываться перед Тродием, а несколько глав, присутствовавших на собрании, иногда вступали в разговор, чтобы дать более подробные отчеты, когда их спрашивали.

Тродиус оторвался от своих записей. “А как продвигаются новые маршруты для нашей первопроходческой дивизии?”

— Мы только что закончили охранять четвертый туннель. Это самый длинный из них, и вход спрятан в небольшой расщелине вдоль берега реки. Команда магов земли все еще укрепляет туннель, но он должен быть доступен для подразделений в течение недели, — объяснил Альбант, рисуя пальцами линию, которая указывала на грубую планировку туннеля.

— Отзовите четвертую часть рабочих и заставьте их работать по ночам, — заявил Тродий. — Мы были вынуждены затопить еще один маршрут только на прошлой неделе, потому что его местоположение было скомпрометировано алакрийцами. Обеспечение большего количества подземных маршрутов является приоритетом.”

Затем старший капитан снова повернулся к капитану Джесмии. “Есть ли новые новости о поиске каких-либо транспортных ворот?”

Капитан покачала головой. “У меня есть только одно подразделение, которое работает над его обнаружением. Мне нужно больше времени.”

“Врата телепортации? — спросила я, чувствуя, как во мне просыпается интерес.





Глава 199. Обязанность




Я знал, что смогу увидеть их, когда приеду сюда; я даже предвидел это до некоторой степени. Но когда я увидел, как отец помогает матери выйти из кареты, я остановился как вкопанный.

По какой-то причине мои ноги оставались прикованными к земле, когда я наблюдал, как рядом с ними появляются более знакомые лица. Жасмин, Хелен, Дерден, и Анжела появлялись одна за другой. Вся команда выглядела все так же-только им не хватало Адама.

Мои родители и Близнецы Рога все носили те же измученные и мрачные выражения, которые соответствовали их оборванной внешности, когда они тащились через ворота рядом с их экипажем.

— Закрыть ворота! — взревел солдат, заставляя высокие ворота закрыться за последним экипажем.

Все больше и больше рабочих в униформе стали подходить к вагонам. Одни сняли с лошадей повозки и повели их на кормежку, а другие выстроились в ряд и начали передавать коробки с припасами для сортировки.

Солдат с блокнотом в руках заговорил с возницей кареты, которая вошла первой. вдыхая ману в мои уши, было легко услышать их разговор даже среди шума собравшихся людей.

“Здесь на две кареты меньше, чем было заявлено из Блэкбенда, — хрипло сказал солдат.

“Мы столкнулись с небольшой группой алакрийских магов в середине маршрута, всего в миле к северу от южной границы, — сказал водитель, снимая шлем, покрытый вмятинами и царапинами. — Эти ублюдки сняли два моих экипажа.”

Охранник оглянулся на жилистого человека, с которым разговаривал, изучая экипажи, и резко выдохнул. “После того, как экипажи будут разгружены и ваши люди учтены, приходите в главную палатку. Вам нужно будет сделать полный доклад.”

Кучер не стал ждать, уже начав сбрасывать свои потрепанные доспехи и бросая их на землю, прежде чем вернуться к своему экипажу.

Тот факт, что глава этой экспедиции говорил о нападении так, как будто это было обычным явлением, вызвал острую боль в моей груди.

Не думая больше ни о чем, я пробрался сквозь толпу, с легкостью отбрасывая в сторону людей вдвое выше и тяжелее меня, прежде чем остановиться прямо перед моими родителями. Я испугался на долю секунды, когда мои глаза встретились с ними. Мы помирились, но мои отношения с ними уже не были такими невинными, как раньше.

Рот моей матери открылся от удивления, и она выглядела так, будто собиралась что-то сказать, но ее обветренное лицо растаяло в мягкой улыбке.

— Артур! — крикнул отец, бросая мешок, который висел у него на плече.

Я улыбнулся в ответ. — Привет, Мам. Привет, Пап.”

Отец обхватил меня своими толстыми руками, поднимая с земли. Моя мать терпеливо ждала, когда отец освободит свои объятия, прежде чем притянуть меня к себе.

— Приятно видеть, что у тебя все хорошо, — прошептала она, уткнувшись лицом мне в грудь.

Она была покрыта слоем пыли от их путешествий, и она, вероятно, не принимала настоящую ванну в течение некоторого времени, но она все еще издавала знакомый запах, который пах как… дом.

Затем появились Рога-Близнецы, не в силах больше ждать. Дерден снял свой грязный плащ, прежде чем обнять меня. Хелен и Анджела крепко обняли меня, говоря, как сильно я вырос, как тетушки говорят своим племянницам и племянникам каждый раз, когда они навещают меня.

-Ты стал больше, — пробормотала Жасмин с полуулыбкой, взъерошив мои волосы. Поскольку она была ниже меня ростом и ей приходилось вставать на цыпочки, чтобы дотянуться до моей головы, ее действия казались немного более забавными.

— Ты уверена, что не стала меньше? — Дразнил я, обнимая своего старого учителя и друга.

Отпустив Жасмин, мое тело повернулось, ожидая еще одного объятия—объятия, которое так и не пришло. Вот тогда-то меня и осенило. Что Адам действительно ушел. Грубый и часто эгоистичный копьеносец с двумя рогами никогда больше не блеснет в меня своей ехидной улыбкой.

Стиснув зубы, я выдавил еще одну улыбку, и мы вместе пошли к ближайшей гостинице.

Большой ветхий дом, который имел наглость повесить объявление, что это самая популярная гостиница на мили, стоял всего в нескольких кварталах.

Поскольку гостиница служила также рестораном и баром, она была заполнена рабочими и солдатами, которые пополняли свои запасы и уходили от пронизывающего холода, который становился все хуже по мере того, как наступала темнота.

-Я … это Л-Л-Копье во плоти! Здесь, в моей гостинице! О-О боже. «Владелец гостиницы, который работал на стойке регистрации с молодой девушкой, которая явно выглядела неловко, извивался как щенок, когда он пытался пожать мне руку, подписать наши формы и вызвать официанта за столик одновременно.

“Я просто ищу тихий ужин и комнату для моей семьи и друзей, — сказал я с улыбкой.

— Конечно, генерал Артур! Дживс, освободи места в патио наверху! Быстрее! — рявкнул старик.

“Похоже, знакомство с тобой все-таки приносит пользу, — подхватила Хелен, подталкивая меня локтем.

Дерден оглянулся на толпу, ожидавшую своего места. — МММ. Иначе нам, наверное, пришлось бы немного подождать.”

Нас провели по винтовой лестнице на балкон, который был обращен в сторону от стены. Вдалеке не было ничего, кроме плоских равнин, но все равно это был прекрасный вид. В металлической печи рядом с нашим столом потрескивал огонь, чтобы согревать, и уже стояли тарелки с теплым хлебом и бульоном, чтобы мы могли начать трапезу.

— Как поживаешь, Артур? — спросила мама, когда мы уселись за стол.

— Я вел себя хорошо, — солгал я. Все было не так просто. За это время произошло так много событий, и мы не видели друг друга, но, глядя на моих родителей, я не хотел давать им повода для беспокойства.





Глава 200. Распределение




Замок возник над головой в сплошном сером небе. Дождь еще не успел образоваться в густых облаках, но я чувствовал влагу на своей коже и одежде и плотную водную ману вокруг меня, когда я приблизился к основанию летающего сооружения.

Солдаты на летающих лошадях, охранявшие плавучую крепость, собрались вокруг меня.

— Генерал Артур! — они отсалютовали в унисон, прежде чем проложить в небе дорожку, ведущую к посадочной площадке.

Я коротко кивнул команде перед посадкой, бросив последний взгляд в сторону стены, когда ворота закрылись.

Рабочие, которые отвечали за поддержание дока и всех артефактов на месте, чтобы он функционировал и должным образом действовал в обороне, прекратили то, что они делали, и немедленно собрались вокруг меня и отсалютовали.

— Продолжайте то, что вы делали, — сказал я, жестом отодвигая их. Моя одежда и волосы были мокрыми из-за капель воды, что падали с облаков, я продолжал идти, пока я не заметил двух знакомых девушек, которые казались близкими по возрасту. При виде их на моих губах появилась улыбка.

Это была Элли, с горящими уверенностью карими глазами. Ее пепельно-каштановые волосы, ниспадавшие чуть ниже плеч, были болезненным напоминанием о нашем отце, с которым я только что встретился и яростно спорил. Рядом с моей сестрой стояла девушка более уникальная. Она выглядела немного моложе Элли, но ее мерцающие желтые глаза излучали чувство зрелости. Занавес бледно-пшеничных волос покрывал ее стройную фигуру, закутанную в черное платье, сияющее, как тонкий обсидиан. Под стать ее одежде были два зазубренных рога, которые торчали сбоку от ее маленькой головы. Ее уникальность заключалась не в том, что у нее были рога, а в том, что на самом деле она была Асурой, драконом и—самое главное—моим фамильяром.

Сестра помахала мне рукой, а потом радостно побежала ко мне с Сильви, которая сделала неуверенные шаги, но ее движения стали намного более плавными за те несколько дней, что мы были врозь.

— С возвращением, — поприветствовала меня сестра. «Твое тело все промокло, поэтому давай просто притворимся, что мы обнялись.”

— Я не из тех, кто притворяется, — сказала я хитро, прежде чем обнять сестру.

— Ой! Я только что искупалась! — запротестовала она, вырываясь из моих рук.

Намочив свою сестру, я отпустил ее и повернулся к Сильви. Я взъерошил ее светлые волосы, которые казались почти острыми на ощупь. — Я вижу, что мой грозный дракон растет, чтобы стать здоровой молодой девушкой.”

Несмотря на мои беззаботные шутки, большие глаза Сильвии только сузились, когда она посмотрела на меня с беспокойством.

«Мы поговорим об этом позже», — послал я ей, проклиная временами неудобство нашей телепатической связи.

Мой фамильяр вздохнул и похлопал меня по руке. “Добро пожаловать обратно.”

— Как хорошо вернуться, — сказал я им обоим.

— Ну и как прошла твоя миссия? Я хочу услышать все, — спросила моя сестра, ее глаза блестели от волнения.

По мере того как Элли совершенствовала свои навыки в магии и стрельбе из лука, я мог сказать, что она все больше и больше стремилась выйти на поле, чтобы проявить себя.

— Я расскажу тебе об этом позже, — пообещал я. — Но сначала мне нужно доложить Совету.”

Вызвав простую волну жара, чтобы высушить себя, мы втроем покинули переполненную комнату, которая из-за моего присутствия стала неприятно тихой.

Как только мы вышли, я почти почувствовал, как рабочие расслабились, начав с того места, где они остановились.

“Я перешла на Светло-Красный этап, пока тебя не было, — гордо заявила моя сестра. “Это, а также мой ежедневный режим тренировок с Бу, вероятно, делает меня довольно компетентным заклинателем для моего возраста. Даже командир Вирион похвалил меня за мои навыки, сказав, что я, возможно, даже смогу пропустить обязательную подготовку для солдат.”

Каждый раз, когда моя сестра поднимала свой энтузиазм, вступая в ряды армии, я немедленно чувствовал желание перехватить ее. На этот раз, однако, я одарил ее дружелюбной улыбкой и кивнул—самый благосклонный ответ, который я мог дать.

Тем временем, Сильви молча шла рядом со мной, ее внимание все еще было сосредоточено на движении на двух ногах. Я чувствовал, как мана практически вырывается из ее маленького тела, когда она использовала магию в качестве костыля, пока не получила полный контроль над своим телом.

Тем не менее, акклиматизация Сильвии к ее человеческой форме значительно улучшилась с тех пор, как я видел ее в последний раз, а это было всего несколько дней назад. Я мог сказать, что она делает все возможное, чтобы как можно скорее присоединиться ко мне на миссиях.

— Знаешь, Принцесса Катильн тоже очень помогла. Она спаррингует со мной и помогает мне с некоторыми тонкостями манипуляций с маной, — продолжала болтать моя сестра, прыгая вперед и отступая назад, чтобы встретиться со мной лицом к лицу.

— Да неужели? Ты же знаешь, что я всегда могу помочь с обучением магии, когда я свободен, — ответил я. — В конце концов, я был профессором в Академии Ксира.”

— Примерно… семестр, — с ухмылкой сообщила моя сестра.

Я отмахнулся от ее ехидного комментария. — Профессор есть профессор.”

— Спасибо за предложение, но я чувствую, что учиться у тебя будет еще хуже, — усмехнулась она.

— Что? — удивленно выпалил я. — С чего бы это?”

“Я знаю, что между нами пять лет разницы, но мы все еще одна кровь, — ответила она, поворачиваясь ко мне спиной и двигаясь правильно.





Глава 201. Просьба Предателя




В зале заседаний воцарилась зловещая тишина, когда я закончил докладывать о том, что рассказал мне Агрона—за вычетом нескольких деталей. Я утаил некоторые сведения, которые, по моему мнению, не было необходимости говорить на данный момент, и, честно говоря, мне было неудобно, если Совет узнает это.

То, что мой разговор с Агроной больше походил на одностороннее заявление лидера Вритры о нашей капитуляции, позволило мне рассказать всем присутствующим в комнате о том, как асуры пытались использовать нашу войну, чтобы напасть на Вритру в Алакрии… и в конечном итоге потерпели неудачу.

— Черт возьми! — Вирион громко выругался, хлопнув ладонями по столу. Обычно сдержанное выражение лица командира исказилось в гримасе, когда кончики его заостренных ушей покраснели. — Эти тщеславные сыны… как будто мало того, что они использовали нас и эту войну для своих собственных планов, они даже не преуспели!”

Вирион встал со своего места и начал расхаживать, бормоча проклятия себе под нос, пока, наконец, не оглянулся на меня. “Артур. Что еще сказал Агрона в своем послании?”

— Только то, что атака Эфеота на Алакрию провалилась. Агрона воспользовался неудачной попыткой чтобы еще больше оттолкнуть Асур от участия в этой войне, отрезав все коммуникации между нами и Эфеотом, — ответил я.

Вирион заскрежетал зубами, но промолчал.

“По крайней мере, это объясняет, почему мы до сих пор не видели больше Кос и Слуг, кроме тех, с которыми мы уже столкнулись, — вмешался Бухд.

Старейшина гномов был меньше всего потрясен моими новостями, так как он никогда не встречался с Асурами. — Агрона, должно быть, держал свои войска в Алакрии вместе с настоящими членами своего клана Вритра на случай, если что-то подобное случится.”

— Это имеет смысл, — ответила Мериал, задумчиво нахмурив брови. — Но это подводит нас к следующему вопросу. Неужели мы должны ожидать, что остальные Косы Агроны и их Слуги придут в Дикатен теперь, когда Асуры Эфеота напали на них и потерпели неудачу?”

Атмосфера в комнате стала тяжелой, как будто тяжелое одеяло упало на всех нас.

“Я уверен, что эта битва между Эфеотом и Алакрией не была такой односторонней, как Агрона заставила поверить Артура-и всех нас,—ответил Алдуин.

— Вот именно. Я испытал силу Лорда Алдира на себе! Алакрия никак не могла выйти из полномасштабного нападения Асур Эфеота, не получив некоторых потерь. Черт, их дом может быть в руинах прямо сейчас! — Добавил Блейн, говоря так, как будто он пытался убедить себя, а не тех, кто был в комнате.

“Это все прекрасно конечно, но по моему опыту, ничего хорошего не происходит от ожидания лучшего в таких ситуациях”, — мрачно добавил Бухд.

— Он прав, — согласился я. “Мы должны сделать несколько непредвиденных действий, предполагая, что Слуги и Косы сейчас направляются сюда.”

— Ворота, которые алакрийцы заложили в подземельях Звериных Полян, — внезапно воскликнула Мериал. “А что, если Слуги и Косы уже здесь?”

“Согласно донесениям капитана Тродиуса, в течение нескольких месяцев после уничтожения последних врат телепортации, их больше не видели, — ответила Присцилла. “Из того, что я понял, конструкции были плохо выполнены, и сломались после того, как несколько алакрийских войск прошли через нее, и был даже отчет, где солдат видел только половину алакрийского мага, выходящего через портал, прежде чем тот сломался. Так что маг умер в течение нескольких секунд.

Прямо сейчас подразделение разведчиков в основном уничтожает испорченных зверей и магов их контролирующих, прежде чем наши войска смогут подняться на поверхность.”

“Это дополняет то, что я видел, — пробормотал я, вспоминая, как даже Коса, которая спасла меня от Уто, прибыла через телепортационные ворота из королевства Дарв, прежде чем отправиться по суше через Сапин.

“Будем надеяться, что это правда, — вздохнул Вирион, продолжая расхаживать по комнате.

“Значит, мы должны ожидать, что они прибудут с западного побережья на корабле?” спросил Блейн, его лицо было бледным. “Если это так, то никакое строительство стен не сможет противостоять нападению с их стороны.”

По мере того как Совет продолжал обмениваться идеями и предположениями, мой ум переключился на мою предыдущую жизнь в тех редких случаях, когда споры между странами фактически перерастали в войны, а не в парагональные дуэли. Я думал о Леди Вере и ее строгом учении вести войны, и как мы проходили через бесконечные раунды стратегических настольных игр, когда громкий хлопок отвлек мое внимание от моих мыслей.

— Пока нам есть, о чем подумать, я предлагаю отдохнуть. Некоторые из нас здесь уже больше суток, и нет ничего хорошего в том, чтобы размышлять уставшими, — сказал Вирион утвердительным тоном. “Мы встретимся здесь на рассвете.”

Я выглянул в окно, чтобы увидеть, что наступила ночь, и начал подсчитывать, сколько времени мне нужно, чтобы отдохнуть.

«Недостаточно», — подумал я, выходя из комнаты вслед за Бухдом.

Старейшина гномов застонал и потянулся, бормоча: «интересно, не слишком ли поздно просто броситься в поле и сражаться рядом с солдатами.”

Мы с Сильвией вернулись в нашу комнату в тишине, практически не общаясь между собой через ментальную передачу.

Сбросив все, кроме рубашки и брюк, я опустился на диван. Мое зрение остекленело, почти не фокусировалось ни на чем, пока вид Сильви, переодевающейся, не привлек мое внимание.

Простое черное платье, в котором она была одета, кружилось вокруг нее, словно живое. Ее рукава опустились, а платье вытянулось, доходя до колен, пока наряд не превратился в ночную рубашку.

“Как ты это сделала?- спросил я застенчиво, скорее из любопытства, чем под впечатлением.

“Я могу превратить свою чешую в одежду в таком виде, — тихо сказала она, складывая нижнюю часть платья в брюки, чтобы доказать это.





Глава 202. Поэма




В коридоре было тихо, когда все взгляды последовали за длинным кривым пальцем ко мне.

Я нахмурился. — Меня?”

Мой разум закружился, пытаясь понять, почему Радеас хотел бы поговорить со мной и что он мог бы сказать мне в этой ситуации.

“После того, как он фактически разделил все королевство гномов и оставил меня убирать его непочатую задницу, кто он такой, чтобы требовать, с кем говорить? — прорычал Бухд.

“Вы думаете, он собирается заключить какую-то сделку с генералом Артуром?- спросил Блейн.

— Сомневаюсь. Если бы он хотел заключить сделку, у него было бы гораздо больше шансов сделать это с коммандером Вирионом или с кем-либо еще в Совете, — ответила Мериал.

— Может быть, это из-за твоих связей с Элайджей? — удивился Вирион.

— Это… то, чего я боюсь, — вздохнул я.

В разгар дискуссии Джентри кашлянул, чтобы привлечь наше внимание. — Члены Совета и копье. Было бы преуменьшением сказать, что мне было трудно заставить предателя говорить. Может быть, нам лучше воспользоваться моим достижением и поговорить с ним, пока он еще в состоянии?”

Когда все взгляды упали на командира, он коротко кивнул в ответ.

— Показывай дорогу, Джентри, — сказал я, проходя через укрепленные двери.

Продираясь сквозь знакомый затхлый запах темницы замка, я молча шел за Джентри, в то время как остальные неохотно оставались позади. Джентри жестом приказал двум солдатам, охранявшим нижние уровни, где держали Уто и Радеаса, открыть дверь.

Глубоко вздохнув, я подождал, пока Джентри осторожно откроет камеру размером с обувной шкаф.

— Я буду дежурить за дверью, генерал Артур. Я уверен, что вы уже знаете, но, пожалуйста, воздержитесь от прикосновений к чему-либо еще, — предупредил Джентри, прежде чем отступить в сторону, когда он открыл дверь камеры.

Я подождал, пока старик уйдет, и перевел взгляд на коленопреклоненного мужчину в наручниках. — Радеас.”

Мужчина дернулся при звуке своего имени, прежде чем на его лице появилась улыбка.

— Благодарю за ваше время и присутствие, — он почтительно склонил голову. “Позвольте мне начать.”

— Начать? — спросил я, но мужчина не поднимал головы и не поднимал глаз.

Я держался настороже, чувствуя себя неловко из-за его странного поведения.

— Мальчик скромного происхождения, рожденный завернутым в лохмотья и полотенце, — начал он, наконец подняв голову. Однако внутри он был сильнее. Так же, как непритязательный пепел огненной птицы.”

-И как у всех будущих героев, у парня была внешность и сила. — Радеас протянул руку, а другую положил себе на грудь. — Его мать научила его всему что есть в мире, отец научил его сражаться.”

Я ошеломленно наблюдал, как истерзанный человек продолжает свою эпопею.

Голос Радеаса стал глубже, темнее.

– Так было, пока не наступил день.,

Когда парень понял, что есть огромная сцена для укрощения.

Его кровь также знала, что больше не может сдерживать,

Огонь юноши, который хотел царствовать.

“Поэтому они взяли свои сумки и пожелали своему маленькому городку удачи, — выдохнул Радеас. — Но горе, и как говорится во всех историях, случилась трагедия.”

— Радеас, — позвал я, но меня остановил поднятый палец.

Мужчина продолжал: “Но никогда не волнуйтесь, никогда не сомневайтесь, потому что, как говорится во всех историях, герой никогда не пропадает.

“Так он рос и подрастал,

Через его страдания и агонии в муках,





Глава 203. Потерянные Слова




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ГРЕЙ

Я отступил назад, когда Леди Вера опустила свою тонкую металлическую палку, которую она назвала «рапирой» для горизонтального удара. Тем не менее, каким-то образом фольга умудрилась ударить меня по левой руке.

— Как же так? — прошипел я, потирая свежую рану. — Я думал, что уклонился.”

— Ты слишком сосредоточен на моем оружии, — ответила Леди Вера, не двигаясь с места. — Твое видение должно охватывать врага—или врагов-в целом. Что ты видишь по-другому прямо сейчас?”

Я посмотрел на рапиру, все еще направленную на меня. — Помимо очевидного?”

Это принесло мне еще один удар ее оружием. “Не умничай со мной, малыш.”

“Ладно, ладно! — взвизгнул я. “И у меня есть имя, знаешь ли.”

“Я знаю, что тебя назвали в честь довольно скучного цвета, — прямо сказала Леди Вера. — А теперь отвечай на мой вопрос.”

Боясь, что меня снова ударят, я оглядел высокую женщину. Она была одета в темную рубашку и облегающие черные брюки, которые только подчеркивали ее длинные, вьющиеся рыжие волосы.

После спасения меня от моих похитителей несколько месяцев назад, и после того, как мои раны полностью зажили, я начал свои уроки несколько недель назад. В то время как ее методы были жестокими, а ее личность была такой же теплой, как глыба льда, уроки были довольно эффективными.

— Ну и что? — настаивала она, выдергивая меня из моих мыслей.

Я выдохнул и указал на ее ноги. — Вы повернулись, используя свою переднюю ногу, выставив заднюю вперед для большей досягаемости.”

— Хорошо, — одобрительно кивнула она. — Хотя, если бы ты не мог видеть это по следу на земле … …”

— Да, конечно. Тогда я не заслуживаю быть вашим учеником, — закончил я. — А теперь, как мне стать лучше?”

Моя наставница что-то пробормотала себе под нос, прежде чем подойти к искусственному пруду, который был у нее во дворе. Вся «тренировочная площадка», на которой мы находились, растянувшаяся на пятьдесят ярдов в длину и ширину, была ее задним двором.

Тот простой факт, что у нее даже был задний двор в городе, где многоэтажные здания занимали каждый доступный участок земли, говорил о ее богатстве и власти. Добавляя к этому, весь ее задний двор, который выглядел как что—то из старого журнала «Природа», и также был заблокирован от внешнего мира двадцатифутовой стеной. Я задумался о том, какое место она занимала в Академии Виттольма, военной школе, в которой я все еще учился.

Когда мы подошли к чистому пруду, в котором водилась рыба—настоящая живая рыба,—Леди Вера села на край и жестом пригласила меня присоединиться к ней.

— Попробуй поймать рыбу руками, — сказала она. “Без использования ки.”

— Что? Разве они не умрут, если выйдут из воды? Я не думаю, что могу позволить себе заменить такую живую рыбу.”

Она одарила меня редкой улыбкой. “Не беспокойся об этом и просто попробуй.”

Настороженно глядя на водных животных, которых я видел только в замороженном и обработанном виде, я протянул руку и попытался схватить одного. Но едва мои пальцы коснулись воды, как черно-золотая рыбка метнулась на другой конец пруда.

— Так быстро! — воскликнул я, удивляясь ее быстроте.

Она щелкнула пальцами, чтобы привлечь мое внимание. “Снова.”

Потребовалось еще около дюжины попыток, чтобы понять, что есть урок, который я должен был получить от всего этого. Расстроенный и мокрый, я провел рукой, не заботясь о том, повредил ли я рыбу или нет, только чтобы поскользнуться на мокром камне и упасть в воду.

— Ого! — Я вынырнул на поверхность, испустив вздох, когда мой наставник просто рассмеялся.

Едва успев выбраться из глубокого пруда, я снова лег на траву. “И вообще, какой в этом смысл? Невозможно поймать рыбу голыми руками.”

“Неужели? — надменно сказал мой наставник.

— Да, это невозможно” — я поднял голову и увидел, что она держит в руке рыбу, —что? Ни за что не поверю! Сделайте это снова!”

Леди Вера пожала плечами и бросила рыбу обратно в пруд. “Конечно.”

Я вскочил на ноги и внимательно следил за тем, чтобы мой наставник не попытался использовать ки или обмануть меня каким-то другим способом.

Наклонившись вперед, Леди Вера ждала, прижав руку к поверхности. Когда мимо проплыла еще одна рыба, она медленно опустила руку в воду. Как я и ожидал, рыба рванулась вперед. Но при малейшем движении ее руки рыба, казалось, почти прижалась к ней.

Она самодовольно улыбнулась мне, держа рыбу в руке, прежде чем бросить ее обратно. “Теперь ты мне веришь?”

— Я ничего не понимаю. Вы делали это так медленно… — пробормотала я. — Подождите! Вы научили этих рыб просто идти в вашу руку?”

“Разве я похожа на человека, который тратит время на такие бесполезные вещи? — мой наставник невозмутимо посмотрел на меня.

Я почесал в затылке. — Думаю, что нет… но я все еще не понимаю смысла этого, если только это не было для вас, чтобы просто похвастаться.”

Мой наставник плеснул мне в лицо водой на мое замечание. “Я сделала это, чтобы показать тебе, что ты и эти рыбы—те, которые сделали из тебя дурачка —похожи.”





Глава 204. ВРАЖЕСКАЯ ТЕРРИТОРИЯ




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ЦИРЦЕЯ МИЛЬВЬЕ, АЛАКРИЙКА

— Сколько еще ждать? — прошипел Фэйн, его голова постоянно металась из стороны в сторону. Его голос был едва громче шепота. Никто из нас не осмеливался говорить громче.

Я подняла два пальца, снова сосредоточившись на дереве передо мной. Герб на моей спине вспыхнул, когда я стиснула зубы, чтобы держать свои силы под контролем, в то время как мана прошла через мои руки и попала в само дерево.

— Мой защитный барьер долго не продержится на таком большом расстоянии, — пробормотал Коул сквозь стиснутые зубы, пот покрывал его длинные каштановые волосы.

Я вытерла капельку пота, стекающую по щеке. “Сделано.”

Мэйв схватила меня за руку, и мы тронулись в путь. Я обернулась в последний раз, чтобы убедиться, что трехточечный массив, который я только что закончила, был стабильным.

Он на месте. Я позволила себе вздохнуть с облегчением, когда мы начали пробираться через этот заброшенный лес.

Мы шли в удручающе медленном темпе с Мэйв. Только с помощью герба мои чувства простирались примерно на тридцать ярдов-слишком ограничено для моего комфорта. И это не помогло, потому что из-за этого таинственного тумана, который, казалось, существовал только в этом лесу, я была единственной, кто мог видеть дальше нескольких футов вокруг нас.

— Ты кого-нибудь видишь, Цирцея? — спросил Фэйн в пятый раз, его острые черты исказились в гневном взгляде.

Я резко откинула голову назад и бросила на него свирепый взгляд. “Я сказала, что сообщу тебе, если увижу что-нибудь необычное.”

Он недовольно прищурился, но больше ничего не сказал.

Примерно через час после того, как я практически проползла через туманный лес, я подала сигнал всем остановиться. «Нам нужно разместить еще один массив.”

Все заняли свои места. Мэйв вскочила на ближайшее дерево, держа руки наготове, чтобы выстрелить. Коул встал рядом со мной и окутал область вуалью, чтобы помочь замаскировать колебания маны, пока я работала. Фэйн обошел периметр с настороженными глазами, как наша первая линия обороны.

После того как все заняли свои места, я продолжила нашу самую важную—и, скорее всего, последнюю—миссию.

Активировав свой герб еще раз, я начала настраивать первую часть трехточечного массива. С моим контролем в качестве часового среднего уровня, было не трудно настроить его. Хитрая часть заключалась в том, чтобы убедиться, что все это было почти незаметно, пока я, наконец, не активировала его. Не могло быть никаких следов, никакой утечки маны, или эльфы, скрывающиеся вокруг леса, почувствовали бы это. Если бы хоть один из массивов, которые я сделала, был обнаружен, весь план был бы разрушен.

Отодвинув в сторону груз, который давил на меня, я контролировала ману, которая начала просачиваться в первое дерево, и она слилась в кончики моих пальцев. Слева от меня раздался шорох, и я дернулась.

Нас обнаружили?

К тому времени, как я повернула голову в сторону звука, Фэйн уже был там. Он покачал головой, держа в руках грызуна, чья шея была полностью сломана.

Как и ожидалось от ветерана эмблемы. Отношение и характер нападающего было отвратительным, но он был надежным товарищем по команде.

Снова сосредоточившись на старом дереве, я контролировала прохождение своей привитой маны, пока она не погрузилась глубоко в сердцевину дерева. После того, как она была на месте, я должна была покрыть следы и колебания маны в месте раны.’

В этот момент мое внимание должно было быть сосредоточено. Я не могла позволить себе распространять свои чувства вокруг нас на случай, если эльф подкрадется к нам.

Минуты ползли в темпе часов, когда я сморгнула слезы, лезущие в мои глаза. Отпечаток маны, оставленный моим заклинанием, должен был быть вручную скрыт с хирургической точностью, чтобы никто не мог почувствовать, что магия используется в этом районе.

— Готово, — сказала я своим товарищам по команде, прежде чем перейти к следующему пункту.

Опустившись на колени в нескольких футах от дерева, я повторила процесс, пока, наконец, не оказалась на последней стадии—с другой стороны дерева я перешла к массиву, который я сделала на земле.

После того, как этот трехточечный массив был завершен, мы снова перешли в движение. К счастью, барьер вуали Коула не оставил никаких колебаний маны.

Ни Фэйн, ни магия Мейв тоже не выдали нас.

Действительно команда, идеально подходящая на эту миссию, подумала я, чувствуя себя не в своей тарелке. В конце концов, я была часовым. Я не была создана или обучена для этого.

Моим единственным утешением было то, что мы были не единственной командой.





Глава 205. СОГЛАСИЕ БРАТА




Неожиданных смертей Радеаса и Уто было бы достаточно, чтобы вызвать массовую панику в эшелонах знатных семей, как живущих в замке, так и в различных укрепленных городах. Наличие двух главных фигур с вражеской стороны в руках Совета создавало определенное подобие власти и контроля над народом Дикатена.

Чтобы предотвратить хаос, Совет сделал то, что делают бесчисленные лидеры-независимо от времени, расы и мира—когда сталкиваются с неудачами. Они его прикрыли.

Джентри, Альбольд и я все должны были быть допрошены Советом, так как мы были теми, кто присутствовал на месте происшествия.

Из-за черных шипов, оставленных на всех трех трупах почти как открытки, было очевидно, что это не мог сделать никто из нас.

Тем не менее, большая часть моего дня была занята допросом. В конце концов Джентри остался оплакивать своего помощника, о котором он, по-видимому, очень заботился, и Альбольд, освобожденный от своей обязанности охранника, был отправлен обратно в Эльширский лес, чтобы помочь в качестве солдата.

Что касается меня, то я стоял перед Вирионом в его личном кабинете, когда он сидел за своим столом с мрачным выражением лица.

— Синтия Гудски тоже так умерла, верно?” Я подтвердил.

Вирион кивнул, его взгляд был рассеянным.

— Я продолжил. “Вы, должно быть, беспокоитесь о безопасности каждого. Три человека были убиты в самом безопасном месте внутри летающего замка, который существовал с древних времен.”

— Неужели ты думаешь, что я позволил бы людям оставаться здесь, если бы беспокоился за их безопасность? — возразил Вирион. — Я не в настроении для тестов, Артур. Я знаю, что ты тоже заметил. То же самое было и с Синтией.”

— Хорошо, что ты понял, — улыбнулся я.

Никто не проникал в замок—как бы я ни думал, это было просто невозможно. Уровни защиты, которые нужно было бы пройти, чтобы добраться до внутренностей этого замка только для того, чтобы убить двух заключенных, просто не складывались. Если бы меня послали с миссией проникнуть в этот замок, было бы намного проще убить как можно больше членов Совета. Это не имело никакого смысла, что привело меня к ответу, что нападение должно было быть сделано изнутри.

Не в нашей стороне, а в телах Радеаса и Уто.

Точно так же, как и у Синтии, у которой было сильное проклятие, встроенное в нее, возможно это было у Радеаса и даже у Слуги, на случай, если они были пойманы. Судя по тому, как черные шипы, казалось, «расцвели» из тел Радеаса и Уто, я чувствовал, что их проклятие было активировано.

Что же касается Шестера—неудачливого помощника Джентри—то, судя по случайным шипам, вонзившимся не только в его тело, но и в конечности, он только попал под взрыв шипов, вылетевших из двух заключенных.

Это должно было быть так, иначе это не имеет никакого смысла.

Агрона ясно дал понять, что весь смысл этой войны состоял в том, чтобы захватить этот континент с как можно меньшими потерями, чтобы он мог завоевать и использовать ресурсы—живые и неживые-доступные здесь, чтобы укрепить свою власть и стать угрозой достаточно большой, чтобы атаковать Эфеот в лоб. Дикатен был для него всего лишь ступенькой, так что ему не имело смысла убивать пленников, если он мог послать кого-то в замок.

Значит ли это, что Радеас сказал что-то важное? Это было слишком большим совпадением, что он умер сразу после того, как рассказал мне это стихотворение. Это заставило меня задуматься, не нарочно ли Радеас передал его в виде стихотворения, чтобы попытаться обойти проклятие. Я вспомнил, что у Синтии в проклятие, было ограничение, и она не могла раскрыть или даже подумать о том, чтобы рассказать что-либо.

Заставив себя выбросить из головы бесконечные размышления, я заговорил: — Есть планы, что делать дальше?”

“На данный момент консолидация приоритетов членов Совета на первом месте. Они уже были беспокойны после нападения на южные границы Эльширского леса, но даже это… — старый эльф испустил вздох, который, казалось, содержал часть его обветренной души. — Честно говоря, Артур, я сейчас в полной растерянности. Эта война… масштаб настолько не похож на любую войну, с которой столкнулась эта земля, и—”

— Все было слишком тихо, — закончил я. — Согласен. Даже со смертью Уто и Радеаса, я чувствую, что что-то большое должно произойти. Я просто не знаю, что именно.”

В комнате стало тихо, пока мы оба обдумывали наши мысли, пока Вирион не закашлялся. — Ну, сейчас нет смысла беспокоиться. Есть вещи, которые необходимо сделать. Артур. Ты сейчас в ожидании приказа на миссию, верно?”

“Так точно. Генерал Айя в настоящее время находится в Эленуаре, генерал Мика помогает в расследованиях радикальной группы в Дарве, генерал Варей помогает с укреплением крупных городов по всему западному побережью, а генерал Байрон, я считаю, разведывает северные хребты Великой Горы на наличие любых признаков Слуг или Кос, так как там была база, которую мы очистили поблизости, — сообщил я. Я хотел помочь, но поскольку алакрийцы вели себя так тихо, несмотря на кажущееся случайным нападение на окраине Элширского леса, не было ничего, что требовало бы моего внимания.

“Хорошо. А пока оставайся в замке и привыкай к своему новому ядру. Если кто-то из городов сообщит о чем-то необычном, тебя немедленно вышлют, так что мне нужно, чтобы ты был в отличной форме, — заявил Вирион.

Я повернулся, чтобы уйти, когда сзади раздался голос Вириона. — О, а Артур?”

Оглянувшись на командира через плечо, я ответил: — Ну и что?”

Он улыбнулся. “Я знаю, что ты не любишь такие вещи, но как копье, тебе не кажется, что тебе следует одеться немного более подобающе?”

Посмотрев вниз, чтобы увидеть свободную рубашку и темные брюки, я усмехнулся. — Может быть, и стоит.”

Подойдя к моей комнате, я услышал слабое бормотание от голоса, который звучал как моя сестра.

«…ты должна мне помочь, хорошо? Обещаешь?”

Сильви, должно быть, сказала ей, что я здесь, потому что моя сестра перестала говорить.

Открыв дверь, я был встречен Элли и моим фамильяром, которые сидели на диване. Бу, который лежал на земле, положив свою гигантскую голову на мою кровать, как подушку, фыркнул в ответ на мое присутствие и закрыл глаза.

-П-Привет, брат, — слабо улыбнулась моя сестра.

Сильвия просто махнула рукой.

Это подозрительно, подумал я.

— Ты слишком много думаешь, — тут же ответила Сильви, делая это еще более подозрительным.

— В любом случае, что случилось, что тебя так долго не было? — спросила моя сестра, немного расстроенная тем, что с тех пор у меня не было возможности по-настоящему провести с ней время

— Просто мне нужно было еще раз побывать на собраниях, — неопределенно ответил я. — В любом случае, теперь я свободен.”

Элли приподняла бровь. — Значит ли это, что ты наконец-то проведешь некоторое время со своей драгоценной сестрой?”





Глава 206. КООРДИНАЦИЯ




Хотя мой фамильяр был похож на маленькую девочку, которая была даже младше моей сестры—если не обращать внимания на два рога, торчащие из ее головы—она все еще была Асурой.

После того, как охранники эвакуировали небольшую аудиторию, которая не собиралась продолжать свои тренировки, я начал вливать свою ману в большой кристалл маны, ответственный за включение защитных механизмов на тренировочных площадках. В ответ раздался низкий гул, и стены пещеры и округлый потолок тускло засветились. Эмили не было здесь, чтобы включить пластинчатые датчики, которые она установила для моего предыдущего обучения, поэтому единственной доступной функциональностью был барьер.

Моя сестра была единственным оставшимся человеком в тренировочной комнате, но я велел ей оставаться у входа позади Бу в том редком случае, если одно из наших заклинаний случайно попадет в нее.

“Неужели я должна оставаться так далеко, когда вы двое просто тренируетесь? Я едва вижу вас, ребята, даже с усиленным маной зрением! — Элли жалобно вскрикнула, высунув голову из-за своего медведя.

Не обращая внимания на сестру, я продолжал растягиваться, стараясь быть особенно усердным, вытягивая ноги.

“Ты не собираешься потянуться? И вам вообще нужно растягиваться? — спросил я своего фамильяра, который стоял совершенно неподвижно, наблюдая за мной.

— Учитывая, что я едва могу использовать это тело для основных ежедневных функций, я немного сомневаюсь, чтобы попробовать что-нибудь еще, — ответила Сильвия, нахмурившись.

— Лучше тренироваться сейчас, чем в середине боя, верно? — возразил я, балансируя на одной ноге и растягивая ноющее бедро.

Сильвия вздохнула. “Ну что же… Хорошо.”

Мой фамильяр попытался повторить мою позу, но споткнулся. Еще через несколько минут, когда она яростно размахивала руками, пытаясь удержать равновесие, мы начали тренироваться.

— Итак, как ты хочешь это сделать? — спросил я. Я видел только, как она использует свое превосходящее тело, чтобы сражаться рядом со мной или использует эфир, чтобы исцелить меня, я понятия не имел, как она планирует сражаться в своей гуманоидной форме.

— Останься здесь ненадолго, — ответила она, поднимая руку и указывая раскрытой ладонью в мою сторону.

Без предупреждения в мою сторону полетела ракета света.

Мои глаза расширились от удивления, но я быстро отреагировал, покрыв свою руку маной и отбросив стрелу.

— Стрела из маны? — Я посмотрел на неглубокий порез на ладони. Несмотря на то, что заклинание было похоже на стрелы маны Элли, ее атака была намного более плотной—почти твердой.

“Использование Элли безэлементной маны дало мне несколько идей о том, как лучше всего использовать мои черты, — ответила она, послав мне еще одну стрелу маны после минутной подготовки.

На этот раз «стрела» —или, точнее, гарпун, судя по размеру сверкающего снаряда,—выстрелила по небольшой дуге в мою сторону, а не по прямой, как предыдущая.

Желая проверить свое любопытство, я не пытался блокировать или уклоняться от входящего заклинания. Вместо этого, покрыв свою руку толстым слоем маны, я схватил гарпун Сильвии.

Скорость ее заклинания отдернула мою руку, но я крепко держал ее. Я ожидал, что она тут же рассеется, но она оставалась в моей руке, даже когда я схватил ее с силой, достаточной, чтобы разбить камень.

После того, как я стал магом белого ядра и практиковал органическую магию, я мог сказать, что, хотя Сильвия, возможно, получила идею для своей атаки от наблюдения за Элли, состав двух заклинаний не мог быть более разным.

Грубая сила ее атаки не так высока, но для того, чтобы упаковать так много маны так плотно в эту форму и так быстро…

Мои мысли блуждали, пока я обдумывал все возможные применения магии моего фамильяра. К тому времени, как я снова посмотрел на свою руку, стрела маны исчезла.

— Манипуляции с маной для драконов ограничены только чистой маной, верно?” Я подтвердил.

“Если не принимать во внимание способность моей расы манипулировать эфиром, то да, — сказала Сильвия. “Хотя есть кое-что еще…”

“В чем дело? — спросил я с любопытством.





Глава 207. ВРАЖЕСКАЯ ТЕРРИТОРИЯ ЧАСТЬ ВТОРАЯ




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ЦИРЦЕЯ МИЛЬВЬЕ, АЛАКРИЙКА

— Пожалуйста … Мэйв! Мне нужен перерыв, — умоляла я заклинателя между прерывистыми вздохами.

Оглянувшись, я увидела Коула всего в нескольких шагах от себя, отчаянно бегущего за нами. Внезапно Мэйв, которая тянула меня за руку, остановилась. Мне едва удалось избежать столкновения с ней, когда она отпустила меня и указала на большое дерево. — Давай спрячемся здесь.”

Усталость давила на мое тело, Мэйв подняла меня на дерево, в то время как Коул едва смог забраться на нижнюю ветку. На то, чтобы взобраться на дерево достаточно высоко и спрятаться, ушло добрых полчаса.

Наконец удовлетворенный, Коул прислонился спиной к стволу дерева, его ноги болтались в воздухе. Я сняла с Фэйна огромный серебряный нагрудник, чтобы моя пропитанная потом рубашка немного высохла.

Мы трое молчали, каждый делал то, что считал более важным для себя. Съев несколько кусочков вяленого мяса, Коул тут же поставил вокруг нас барьер, а Мэйв принялась гонять ману.

Что касается меня, то я знала, что должна сделать, но не могла заставить себя сделать это. Вместо этого я повернулась к Коулу и Мэйв и нерешительно спросила: — Как вы думаете, Фэйн выбрался?”

Мэйв открыла один глаз—только один глаз—но гнев, который исходил из этого глаза, заставил меня вздрогнуть. Коул подошел и сел между мной и Мейв, чтобы мы не смотрели друг другу прямо в глаза. — Цирцея. Сосредоточься на миссии. Ты можешь использовать Истинное Чувство еще?”

Голос Коула был мягким и нежным, но выражение его лица стало таким жестким, что он выглядел совсем другим человеком по сравнению с тем, когда я впервые встретила его в Алакрии.

Я кивнула головой и приготовилась, но когда я закрыла глаза, сцена из сегодняшнего дня все еще вспыхивала, как будто это все еще происходило прямо сейчас.

Это все моя вина. Если бы я не ушла из лагеря…

Когда я проверяла, там никого не было. Я просто хотела постирать свою одежду в ручье.

В голове у меня крутилось еще несколько причин. Ручей, мимо которого мы прошли, находился менее чем в ста ярдах от того места, где мы прятались. Я дважды —Нет, трижды-проверила, используя свой герб, чтобы убедиться, что в пределах моего повышенного диапазона сознания никого нет. На протяжении всего нашего путешествия вся наша группа принимала дополнительные меры предосторожности, чтобы скрыть наш след. Мы даже выкапывали ямы в земле каждый раз, когда делали свое «дело», и снова покрывали ее грязью и листвой.

Ну и как? Как меня поймали на обратном пути в лагерь?

Если бы я не держала свой герб активным, я бы повела эльфов прямо туда, где пряталась остальная группа.

Я думала, что была чистой после того, как сбросила их с хвоста. Я бежала больше часа в противоположном направлении, прежде чем вернуться туда, где были Фэйн, Мэйв и Коул.

Тем не менее, по выражению лиц всех присутствующих после того, как я рассказала им, что произошло, я поняла, что все не так просто.

Фэйн тут же сорвала с меня верхнюю одежду и отдала мне свой серебряный нагрудник. Мэйв выругалась и отвернулась, а Коул обмяк, и стал удрученным.

Я тогда не знала, что происходит. Только Фэйн нежно улыбнулся мне и попрощался. Тот же самый Фэйн, который был похож на змею, взъерошил мои волосы и сказал Мейв и Коулу защитить меня.

Накинув мой халат на плечи, он спрыгнул с дерева, на котором мы прятались, и убежал.

Сбитая с толку, я чуть было не крикнула вслед ветерану-нападающему нашей команды, но тут Мэйв прикрыла мне рот рукой. — Мы не можем допустить, чтобы эльфы заподозрили, что там кто-то есть. Ты понимаешь? Вот почему Фэйн должен притвориться тобой, — прошипела мне на ухо Мэйв.

***

Я резко вернулась к реальности, когда почувствовала руку на своем плече. Коул выдавил улыбку и одними губами попросил меня поторопиться.

Стиснув зубы и молясь, чтобы Фэйн выжил, я снова закрыла глаза и зажгла свою эмблему. На долю секунды, когда я почувствовала, что мое сознание покидает мое тело, я испытала искушение сосредоточить свое ограниченное время в этой форме на поиске Фейна.

Приди в себя, Цирцея. Миссия. Сосредоточься на миссии.

Я пробиралась через ослабляющий восприятие туман, который был родным для этой области, используя Истинное Чувство и на этот раз сосредоточившись на нескольких элементах.

Мое сердце заколотилось при виде богатых окружающих частиц маны вдалеке.





Глава 208. РАЗМЕЩЕНИЕ




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

“Я пойду с тобой! — раздался сзади голос Элли.

Я остановился как вкопанный, и охранник рядом со мной тоже остановился. Повернувшись, чтобы встретиться взглядом с сестрой, я изо всех сил старался сдержать слова: «это слишком опасно. «

Сильвия уже прочитала то, что я хотел сказать, но она молчала рядом со мной.

— Ты же обещал, помнишь? Взгляд Элли оставался решительным, когда она подошла ко мне.

— Огромная орда испорченных зверей, — тихо пробормотал я.

— Ты будешь со мной, — немедленно ответила она. “И я буду под защитой стены.”

— Я понимаю вашу дилемму, но это хорошая возможность, — вмешалась Сильвия. — Я тоже буду с ней, а метание стрел с вершины Стены для нее не более чем упражнение в стрельбе.’

Но что, если звери прорвутся?

— Я знаю, что ты не позволишь этому случиться, — ответила она с успокаивающей волной уверенности.

Охранник рядом со мной почесал голову и продолжал нетерпеливо переводить взгляд на выход. “Генерал Артур…”

— Мы уходим, — заявил я, снова направляясь к выходу с тренировочной площадки.

Оглянувшись через плечо, я позвал сестру. “Что ты делаешь? Пойдем.”

Элли заметно оживилась, когда заразительная улыбка расцвела на ее лице. Она побежала за мной во весь опор. “Ураа!”

Сразу за тренировочной площадкой стоял незнакомый маг с большой воробьеподобной птицей на плече. Встретившись с ним взглядом, он почтительно склонил голову. — Приветствую Вас, Генерал Артур. Я офицер Джулор Стрейн. Один из членов моего отряда, осматривавший Звериные Поляны, заметил орду. Я проинформирую вас о ситуации у Стены.”

— Офицер Джулор, — кивнул я в ответ.

Не теряя времени, офицер начал сообщать мне все, что я должен был знать. Два других мага-оба высокообразованные авантюристы до вступления в армию-будут сопровождать нас в качестве дополнительной поддержки к Стене. По самым точным оценкам, численность Орды зверей приближалась к двадцати тысячам. Хотя большинство, вроде, было от D-класса до В-класса, но несколько А-класса и даже совсем немного S-класса маны были замечены.

— К сожалению, мы не смогли подобраться слишком близко из-за алакрийских магов, но мы уверены, что есть по крайней мере дюжина зверей маны S-класса, — торжественно заявил Джулор.

Я снова посмотрел на Элли. — Дюжина зверей маны S-класса. И тот факт, что они испорчены, означает, что они будут еще сильнее и свирепее.”

Элли побледнела, но выражение ее лица оставалось твердым. — Со мной все будет в порядке.”

Моя решительная, талантливая, но защищенная сестра определенно никогда не видела зверя маны, кроме прирученных фамильяров в Ксире. Я сомневался, что она могла даже понять, насколько страшным был зверь S-класса, и здесь был я, ведущий ее прямо в пасть не к одному, а к целой дюжине… наряду с несколькими тысячами других зверей.

— Это всего лишь звери маны, Артур, — утешила его Сильвия.

— Верно, — мысленно ответил я.

Я повернулся к Джулору. — Какие-нибудь следы Слуг или Кос, офицер?”

— Нет, — уверенно ответил он. — Вот почему командир Вирион счел необходимым послать только одно копье.”

“Окей. Сколько у нас дней до того, как орда достигнет Стены? — спросил я.

“Судя по темпу, с которым они идут, мы ожидаем, что они прибудут не более чем через два дня, — ответил он, прежде чем бросить взгляд туда, где находились Сильви и моя сестра. Я увидел, что он собирался что-то сказать, но он придержал язык.

Мы шли в тишине до конца нашей небольшой прогулки, пока не достигли стыковочного зала. Внутри обычно шумного помещения было относительно тихо. Кроме нескольких рабочих, привязывающих седла на гигантских ястребоподобных животных маны, я мог видеть только Вириона с небольшой свитой, когда мы прибыли.

— Артур! — крикнул Вирион, его некогда веселое настроение исчезло, вместо него появились усталые от войны глаза. Рядом с ним стояли два солдата-мага и несколько служанок.

“Командир. — я отдал честь, прежде чем подойти к старому эльфу.

— Я уверен, что офицер Джулор проинформировал вас о ситуации, так что позвольте мне быстро представить вас двум магам, которых я выбрал, чтобы поддержать вас у стены.





Глава 209. В ОЖИДАНИИ ОРДЫ




Мы прибыли на первый уровень стены, где небольшая приветственная команда ждала нас вокруг назначенного посадочного места.

Сильвия, бросив Бу на землю, снова превратилась в человека.

“Аааа—Ай! — моя сестра выдохнула, когда упала в мои объятия. “Разве ты не мог использовать магию ветра, чтобы… я не знаю… мягко опустить меня на землю?”

Я посмотрел на нее с ухмылкой. — Я думал, что все девушки в какой-то момент своей жизни хотят, чтобы их так несли.”

— Мерзость, — простонала Элли, выкатываясь из моих рук и ловко приземляясь на ноги. Отряхиваясь, она в первый раз огляделась вокруг, только чтобы начать краснеть, когда ее глаза осмотрели наше окружение.

— Артур, — мысленно подтолкнула меня Сильви.

Я оторвал взгляд от сестры, чтобы понять, что там собралась толпа, молчаливая и выжидающая. Каллум и Гавик уже передали своих лошадей зверолюдям и ждали приказаний.

Элли выпрямилась, стараясь выглядеть достойно, ее щеки все еще были красными от смущения.

— Генерал Артур, — раздался знакомый голос. Я обернулся и увидел капитана Тродиуса Флеймсуорта с Альбантом и Джесмией по обе стороны от него.

Встретившись взглядом, все трое почтительно склонили головы.

Вместо того чтобы сначала обратиться к капитанам, я обвел взглядом толпу. Большинство людей, казалось, были торговцами или рабочими, работающими внутри стены, а не солдатами.

Ты должна была остаться в своей драконьей форме, Сильвия.

— Они смотрят на тебя, а не на меня, — ответил мой фамильяр со слабой улыбкой.

Чтобы поддерживать боевой дух, солдаты, скорее всего, не сообщали им, насколько велики силы противника, но даже тогда их глаза были полны беспокойства. Казалось, что наличие мальчика в возрасте многих из их детей в качестве резерва не особенно наполняло их уверенностью. Некоторые из них даже бормотали своим соседям о том, действительно ли я копье.

Я тяжело вздохнул и воспламенил Сферу Сердца. Сила хлынула через мои конечности, и мир превратился в бесцветную сцену, не считая частиц маны, которые загорелись вокруг меня. В то время как руны, светящиеся на моем теле, были покрыты моей одеждой, было очевидно, что изменение в моих волосах и глазах ошеломило толпу.

Раздались вздохи, которые можно было услышать даже с того места, где я стоял, и многие люди в толпе согнулись, не в силах выдержать давление моей ауры—даже когда я сдерживался.

“Хотя мое присутствие в этой крепости может быть излишним, мое единственное желание-ускорить нашу победу с наименьшими потерями для наших сил, насколько это возможно, — заявил я с высоко поднятой головой.

Люди в толпе разразились радостными криками, когда я подошел к Тродию и двум капитанам рядом с ним.

Подавив свою Драконью Волю, я вернулся в свою обычную рыжеволосую форму, чтобы поприветствовать старшего капитана, ответственного за стену.

— Старший Капитан Тродиус Флеймсуорт.” Я протянул руку в перчатке. — Я не думал, что буду иметь удовольствие встретиться с вами снова так скоро.”

Старший капитан с усталой улыбкой пожал мне руку и подождал, пока я повторю тот же жест двум другим капитанам.

— Генерал, — коротко сказала Джесмия.

Альбант снял свою бронированную перчатку и пожал мне руку. — Генерал Артур. Приятно, что вы здесь.”

— Давайте пройдем в зал заседаний, — объявил я, шагая в ногу с большим человеком в доспехах, возглавлявшим дивизию бастионов, главной обязанностью которой была защита стены. — Моя младшая сестра хотела бы внести свой вклад в эту битву. Ее навыки как волшебного лучника должны быть полезны для ваших войск. Если вы хотите проверить ее…”

— В этом нет необходимости, генерал. Слова копья достаточно для меня и моих людей, — решительно ответил капитан Альбант. “Я также поручу своему самому способному солдату вести ее.”

“Бенджамин! Не останавливаясь, Альбант подозвал гонца и велел ему привести стражника.

— Знаешь, мне не нужна нянька, — пожаловалась сестра, подходя ко мне. — У меня все еще есть кулон, который ты подарил мне и маме, помнишь?”

Элли вытащила кулон с драконами феникса, который я подарил ей и маме на двенадцатый день рождения Элли.

— Я разрешил тебе отправиться на это задание, как и обещал, но ты не имеешь права говорить, что я принимаю дополнительные меры предосторожности, — упрекнул я. «Этот кулон работает только один раз, и это не то, что я могу легко приобрести снова.”

К тому времени, как наша небольшая группа подошла к знакомой палатке для встреч, солдат, которого позвал Альбант, уже был там.

— Стелла, — позвал Альбант. “Это младшая сестра генерала Артура …”

— Элинор Лейвин, — закончила моя сестра, отдавая честь.

— Элинор Лейвин. Она-способный магический лучник, которого я оставлю под вашим непосредственным присмотром, — приказал капитан дивизиона бастионов. — Прежде чем поднимать ее на верхний уровень, убедитесь, что она хорошо экипирована.”

Если женщина по имени Стелла и была недовольна тем, что ей пришлось защищать мою сестру, то она отлично это скрывала. Ее покрытое шрамами лицо ничего не выражало, когда она держала шлем в одной руке и булаву в другой.

— Да, Капитан, — рявкнула солдат, щелкнув бронированными каблуками. — Пожалуйста, следуйте за мной, Леди Элинор.”

Хорошо. Но пожалуйста зовите меня меня Элинор, или просто солдатом, этого вполне будет достаточно. — моя сестра в отчаянии почесала голову, следуя за Стеллой.

— Прошу прощения за то, что один из ваших солдат так охраняет мою сестру. Она была довольно непреклонна в служении, и я подумал, что Стена будет безопасным местом для начала.”

— В обычной ситуации я бы с тобой согласился. Но с размером и силой этой звериной армии, приближающейся, я не могу сказать это наверняка, — ответил Альбант.

После того, как все расселись за столом, мы приступили к стратегическому совещанию. Среди присутствующих были старший капитан Тродиус, капитан Джесмия, капитан Альбант, Каллум, Гавик, Сильвия и я.

“Хотя обсуждение стратегии сражения очень важно, я считаю, что лучше понять наши войска, которые в настоящее время находятся у стены, на Звериных Полянах, и те, кто прибывает, должны иметь приоритет, — начал Тродиус.

С помощью серебряных грабель крупье старший капитан начал двигать маркеры вокруг большой карты, разложенной на столе.

— Каждый большой знак представляет тысячу солдат, а маленький-сотню. Правильно? — Тродий подтвердил это вместе с Джесмией и Альбантом.

— Не считая внештатных авантюристов, которые в настоящее время находятся под моим крылом, у нас всего лишь немного меньше двух тысяч, — подтвердил Альбант.

Джесмия использовала свой вложенный в ножны меч, чтобы обвести несколько небольших кусков на территории Звериных Полян. — Одно из моих разведывательных подразделений вернулось за несколько минут до прибытия генерала Артура. Глава скоро присоединится к нам, чтобы доложить.”

— Спасибо, — кивнул Тродий. “У нас есть еще несколько авантюристов, которые пробираются сюда, но их число не будет больше сотни, так что это будет то, что нам придется сделать. Генерал Артур, я слышал много похвал от командующего Вириона о ваших стратегических способностях. Хотели бы вы предложить план действий?”

И Альбант, и Джесмия смотрели на меня с удивлением, скорее всего потому, что я был не только опытным бойцом, но и военным тактиком.

Я отрицательно покачал головой. — Я не знаком с внутренним устройством стены и ее обитателями. Я думаю, что будет лучше, если вы возьмете на себя ответственность, хотя я могу предложить некоторые действия здесь и там.”

— Принято к сведению, — быстро ответил Тродий, прежде чем перейти к своему плану.

Хотя я не испытывал особой нежности к человеку, который отбросил свою собственную дочь в сторону, как сломанную игрушку, я должен был признать, что деловая и бессердечная натура Тродия хорошо приспособилась к его положению во власти.

Основная предпосылка его плана состояла в том, чтобы убить как можно больше испорченных животных, прежде чем они достигнут стены. Это означало, что несколько отрядов будут посланы в качестве пушечного мяса за пределы досягаемости от магов, размещенных на стене.

Тродий продолжил свой план, передвигая фигуры по карте, чтобы обозначить четыре единицы, которые будут двигаться более окольными путями к орде зверей.





Глава 210. ОБЕЩАНИЕ




Обняв Тесс еще раз, мой фамильяр направился вверх по стене. Стражники пропустили ее через ворота на верхние этажи, и она скрылась из виду.

— Не думай о других вещах и постарайся повеселиться, пока ты с ней, Артур, — Мысленно сказала мне Сильвия.

— Удивительно легко привыкнуть к Сильви в таком виде, — сказала Тесс, поворачиваясь ко мне.

Я ухмыльнулся. — Ну, если бы не эти огромные рога по бокам головы, она выглядела бы просто скромной маленькой девочкой.”

«Эти рога довольно очаровательны. Но в любом случае,—Тесс указала в сторону торгового района и тепло улыбнулась мне,—мы тоже пойдем? Я улыбнулся в ответ. “Конечно.”

Это было странное чувство, когда мы шли через толпы людей. Мои ноги, которые болели и казались такими тяжелыми без помощи маны, были легкими, когда я находился рядом с Тесс. Я наблюдал, как она поворачивала голову налево и направо, и выражение ее лица менялось от любопытства к изумлению и восторгу, когда она смотрела на различные киоски и стенды, которые торговцы установили вдоль улицы.

Это было редкое чувство, когда рядом с этой девушкой, с которой я провел так много лет этой жизни, мысли о моих обязанностях Копья и Генерала во время войны не были приоритетами.

Эта роль, которую я принял ради Дикатена, медленно превращала меня в человека, которым я был в своем старом мире. Конечно, были некоторые различия. У меня были люди, о которых я действительно заботился, но в каком-то смысле это делало все еще хуже. Я чувствовал, что должен быть лучше—не делать ошибок— если я хочу сохранить их.

“Неужели долгая разлука со мной наконец-то заставила тебя понять, насколько хороша на самом деле твоя подруга детства? — дразнила Тесс, вырывая меня из моих мыслей.

— Вообще-то да, — серьезно ответил я.

Не ожидая такого ответа, Тесс покраснела до кончиков ушей.

— Я … я понимаю. Хорошо, что ты теперь знаешь, — сказала она с кашлем, избегая моего взгляда.

Я оглядел толпу вокруг нас, находя в основном авантюристов, одетых в кольчуги или жесткие кожаные доспехи, и случайных солдат, все еще носящих знаки отличия своей законной дивизии. — Здесь всегда так много народу?”

— Ммм. То, что здесь так много наемников и авантюристов, выполняющих задания и миссии у стены, привело к притоку торговцев и коробейников, надеющихся заработать деньги, продавая им товары и услуги, — быстро объяснила Тесс, благодарная за смену темы.

— У этого места действительно есть своя отдельная экономика, — произнес я, восхищаясь суетой вокруг нас.

«Говоря о товарах и услугах, есть то, что я всегда хотела попробовать! Тесс потянула меня за руку и стала пробираться сквозь толпу пешеходов, пока мы не подошли к концу очереди, опоясывающей одинокую повозку.

Прежде чем я успел спросить, что могло бы послужить основанием для ожидания в такой длинной очереди, дымный запах пополз вверх по моим ноздрям. Мой желудок стал почти таким же нетерпеливым, как и мой влажный рот, когда густая смесь трав и специй, смешиваясь с пикантным ароматом жареного мяса, продолжала бомбардировать мои чувства.

— Разве это не потрясающе пахнет? — взволнованно спросила Тесс, вытягивая шею, чтобы получше рассмотреть повозку.

Я молча кивнул. “Если он так же хорош на вкус, как и на запах, может быть, я заставлю твоего дедушку нанять его поваром в замке.”

— Заманчиво, но мне было бы жаль всех людей, которые с нетерпением ждут здесь еды, — ответила она.

Именно тогда я заметил взгляды всех людей вокруг нас. Одни шептались с друзьями, стоявшими в очереди, другие отдавали честь или кланялись.

К счастью, волнение впереди в очереди привлекло внимание людей вокруг нас. Казалось, что кто-то пытается пробраться в конец очереди.

— Прочь с дороги! Шевелись! — прогремел грубый голос.

Наконец из людского моря перед нами появился человек на голову ниже Тесс. В каждой руке он держал по маленькой бумажной миске с дымящимся мясом и овощами.

Встретившись взглядами с Тесс, а затем со мной, толстяк протянул нам миски. “Это немного, но здесь. Даже Копье не должно сражаться на пустой желудок.”

— Спасибо, — сказал я, потянувшись за обжигающе горячим рагу, в то время как Тесс сделала то же самое. “Но как ты вообще узнал, что мы здесь?”

Владелец стойки дернул большим пальцем назад, указывая на линию. «Новости разлетаются очень быстро в очереди.”

Я издал смешок. — Как бы то ни было, спасибо за угощение.”

Дородный старик щелкнул каблуками и отдал честь, подняв рубашку и обнажив выпирающий живот. “Нет, это вам спасибо.”

Его действия имели цепной эффект, заставляя всех людей в очереди отдавать честь. Тесс подавила смешок и присоединилась к ним, подмигнув мне и тоже отдавая честь.

Вернув мое почтение людям, стоящим в очереди, мы с Тесс продолжили наш путь к следующему неопределенному месту назначения.

— Похоже, в том, чтобы ходить с тобой, есть свои плюсы, — сказала Тесс насаживая на деревянную вилку один из обугленных кусков мяса, капающих соусом. — Это место всегда так оживленно, что даже капитаны здесь не получают такого обращения.”

После укуса с закрытыми глазами улыбка появилась на ее губах. “МММ, так хорошо!”

— Ты, наверное, единственная, кто считает копье просто «плюсом» в прогулках, Тесс, — сказал я, тоже откусывая кусочек. Излишне говорить, что тушеное мясо было достаточно вкусным, чтобы сделать экстравагантные блюда, подаваемые в замке, бледными в сравнении с ним. Несмотря на мои ограничения, поток ароматов на мои чувства был достаточно сильным, чтобы даже Сильвия почувствовала мой восторг.

— Надеюсь, вы отложите для меня, — послала она с ноткой любопытства в голосе.

— Извини, не думаю, что могу тебе это обещать, — ответил я, откусывая еще кусочек.

Несмотря на постоянный шум людей вокруг нас, я чувствовал себя более умиротворенным, чем когда-либо за последние несколько месяцев.

Я был благодарен Тесс, которая держала меня погруженным в настоящее. Она без раздумий тянула меня в сторону каждой заинтересовавшей ее кабинки. Она смеялась и улыбалась самым незначительным вещам, но я поймал себя на том, что постоянно жду ее реакции.

В каком-то смысле ее яркая и иногда ребяческая личность казалась такой восхитительной. На ней лежала ответственность присматривать за целым подразделением. Она проводила дни, иногда недели, на Звериных Полянах в условиях, далеких от желанных. Тем не менее, она была в состоянии произвести такую сияющую улыбку, что она заразила всех вокруг нее.

Рука Тесс медленно приблизилась к тушеному мясу, которое я держал, и вернула меня к реальности. “Если ты не собираешься это есть…”

Я вырвал блюдо из ее рук как раз в тот момент, когда вилка в ее руке попыталась выловить один из немногих оставшихся кубиков мяса, которые я хранил.

— Собираюсь.”

Тесс нахмурилась. “Как и ожидалось от Копья.”

Я закатил глаза. — Да, потому что копье должно научиться защищать свою пищу от коварных союзников.”

Насаживая на вилку кусочек мяса, я протянул его Тесс. “Держи.”

Глаза моей подруги детства заметно заблестели, когда она встала на цыпочки, чтобы схватить мясо ртом. “Х-хорошо!”





Глава 211. ВРАЖЕСКАЯ ТЕРРИТОРИЯ ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ЦИРЦЕЯ МИЛЬВЬЕ, АЛАКРИЙКА

Я побежала. Казалось, все, что я делала в эти дни, это бегала по этому проклятому лесу. Низко свисающие ветви царапали мне щеки и руки, а колючие кусты рвали одежду и ноги.

Я побежала в том направлении, куда вела меня магия. Без нее я была слепа. Даже если бы сегодня была луна, я сомневалась, что ее бледные лучи смогли бы проникнуть сквозь плотный полог и туман над головой.

Время от времени я видела вспышки света от магии Мэйв позади меня, освещая деревья и отбрасывая жуткие тени на лесную землю.

Мэйв. Коул. «Пожалуйста, оставь их целыми и невредимыми», — молилась я Вритре, не сбиваясь с шага.

Я продолжала бежать, стараясь высоко поднимать колени и наступать пяткой вперед, одновременно отталкиваясь носком ноги. Это был лучший способ бежать по неровной местности, заполненной сломанными ветвями и узловатыми корнями.

Убегая, пока магические вспышки битвы не стали едва заметны, я затормозила и присела рядом с густым кустарником. Шипы и колючие листья, прижимавшиеся ко мне, давали мне укрытие на открытом месте. Я прикрыла рот рукой, пытаясь отдышаться, боясь, что меня услышат.

Паранойя уже давно началась, наполняя мой разум бесконечными сомнениями и безнадежностью. Подавляя рыдания, я попыталась успокоиться.

Ты в порядке, Цирцея. Ты отлично справляешься. Я вытерла поток слез, который не прекращался.

Я должна выжить. Для моего брата. Для Сета. Я повторяла это снова и снова. Это была моя мантра. Это было то, что поддерживало меня.

Наконец отдышавшись, я зажгла свой герб. Я сразу же почувствовала расположение ближайшего трехточечного массива, который я сформировала.

К сожалению, это было дальше, чем я надеялась.

Не в силах даже выругаться вслух, я в отчаянии стискиваю зубы. С таким большим расстоянием между остальными массивами, просто использовать ману было недостаточно.

Выкопав рукой небольшую ямку в мягкой земле, я прикусила большой палец, пока не потекла кровь. Осторожно, я позволила своей крови капать в отверстие, в то же время прививая ману с моего герба.

Именно по чистой случайности я обнаружила, что использование моей крови в качестве среды для маны усилит эффекты массива. Возможно, выяснив, почему в один прекрасный день мой герб может превратиться в эмблему.

После того, как моя кровь, пропитанная маной, просочилась в маленькую дыру, которую я сделала, я закрыла ее и перешла на соседнее дерево.

Вынув маленький нож, который Фэйн практически заставил меня взять, я начала вырезать небольшое отверстие под низкой веткой.

Я уже собиралась приложить окровавленный палец к дырке, когда резкий щелчок заставил меня обернуться. Я держала нож обеими руками, направляя его на источник звука, и активировала свой первый герб.

Мои чувства расширились, охватывая радиус в двадцать ярдов, только чтобы почувствовать, что это была просто маленькая лесная тварь. Я опустила нож, разочарованная своим жалким видом. Я дрожала, прислонившись спиной к дереву, со слезами на глазах.

Все, чего я хотела, это свернуться калачиком и заплакать, но, к сожалению, у меня не было такой роскоши. Не было, если я хочу жить.

Я знала, что шум был вызван животным, но не могла сосредоточиться. Я теряла время, но по какой-то странной причине я действительно не хотела, чтобы кто-то убил меня сзади. Странно было думать, но я предпочла бы смотреть на своего убийцу, когда умирала.

Через несколько минут я вздохнула и вернулась к своей работе.

Если бы кто-то был здесь, он бы уже убил меня, сказала я себе. Это была не очень утешительная мысль, но она была правдой.

Я была часовой. Широко уважаемая и ценная, но сильно беззащитная по сравнению с воинами, такими как Фэйн, заклинателями, такими как Мейв, и даже щитами, такими как Коул.

После того, как вторая точка была закончена, я перешла к последнему дереву, чтобы закончить трехточечный массив. Я знала, что использование крови в качестве медиума для массива будет иметь свои последствия, но я все еще была удивлена тем, насколько слабой я чувствовала себя после того, как последняя точка была закончена. Несмотря на свежий зимний воздух, который казался еще холоднее в этом тумане, я вспотела, и мои колени были близки к тому, чтобы сдаться.

Надо двигаться. — Почти на месте, — сказала я своим ногам. Не потрудившись замаскировать свой след маны, я перешла к следующему пункту.

К счастью, с отпечатком трехточечного массива, который я только что закончила, мне не придется снова использовать свою кровь. Мне просто нужно было убедиться, что я не поставлю следующий отпечаток слишком далеко.

Задыхаясь, я сумела пробежать полдороги. Я не думала, что это возможно, но лес, казалось, становился еще темнее. Низко свисающие ветви цеплялись за мою изодранную одежду. Не имея сил просто отмахнуться от них, мне пришлось остановиться и сорвать ветки, что стоило мне драгоценного времени.

Я спотыкалась больше раз, чем могла сосчитать, о корни и ветви деревьев, которые, казалось, росли все больше и больше, но я, наконец, сделала это.

Это место должно подойти.

Упав на колени, я снова принялась за работу. Поджигая свой герб, я начала просачивать ману в первую точку массива, когда что-то врезалось в меня сбоку.

Даже не успев удивиться, я вдруг посмотрела на Фэйна, который лежал на мне сверху. Фэйн смотрел не на меня, а куда—то вдаль-его лицо исказилось в страшной гримасе. Было темно, но даже тогда я могла разглядеть, насколько он был окровавлен.

— Ты можешь бежать? — спросил он, поднимая меня на ноги. Его глаза все еще изучали наше окружение, ища что-то.

— Думаю, да, — пробормотала я, переводя взгляд на мерцающую стрелу, воткнутую в землю… прямо там, где я была раньше.





Глава 212. ПРИВЕТСТВЕННЫЙ ПОДАРОК




ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

— Мы должны пойти предупредить остальных! — Тесс напряглась, мана окутала ее тело, когда она приготовилась спрыгнуть со скалы.

Я схватил ее за запястье. — Я всех предупрежу. Тебе нужно забрать своих товарищей по команде. У тебя есть миссия.”

— Эта орда зверей пришла более чем на день раньше, Арт! Люди здесь не готовы к этому. Я должна остаться и—”

— Именно для этого я здесь, Тесс, — твердо вмешался я. — Вы получили приказ от своего командира-капитана. Я не буду заходить так далеко, чтобы приказать вам уйти, но если дела здесь идут плохо, я подозреваю, что войскам, запрашивающим подкрепление в Эленуаре, может быть хуже.”

На мгновение воцарилась напряженная тишина. Тесс нахмурила брови и в отчаянии сжала челюсти, но в конце концов смягчилась. “Черт. Я соберу свою команду и доложу капитану Джесмии перед отъездом.”

“Хорошо. Даже если у тебя есть преимущество в лесу, будь осторожна, — ответил я с нежной улыбкой.

— Именно это я и хотела сказать, болван, — сказала она, прежде чем схватить меня за шиворот и поцеловать.

Когда она отпустила меня и направилась к краю обрыва, я поймал себя на том, что подсознательно касаюсь своих губ в оцепенении.

Тесс улыбнулась мне, ее раскрасневшиеся щеки выдавали ее смелый шаг. Потянув за цепочку своего листового амулета, она встретилась со мной взглядом. — Помни об обещании.”

Я улыбнулся в ответ, слишком хорошо осознавая, каким горячим стало мое лицо.

— Обещаю, — ответил я, держа свою половину амулета на шее.

И вот так, словно изумрудная комета, Тесс спрыгнула со скалы. Я смотрел ей вслед, убеждая себя, что-то, что я сказал ей, было к лучшему. Я не хотел, чтобы она оставалась здесь. Даже если бы она была одним из немногих магов на этом континенте, который не замедлял бы меня, я знал, что не смогу полностью выжать себя, не беспокоясь о ней.

По крайней мере, в Эльширском лесу ей придется быть осторожной с отставшими, потерявшимися, по которому она могла свободно перемещаться.

— Это к лучшему, Артур, — пробормотал я себе под нос. Через мгновение я потянулся к Сильви и сообщил ей о ситуации, прежде чем спрыгнуть со скалы.

***

Несмотря на брошенную бомбу, жители стены отнеслись к этой новости довольно хорошо. Это не означало, что они не паниковали, но с жестким руководством и тем фактом, что большинство присутствующих были либо обученными солдатами, либо ветеранами-авантюристами, они быстро адаптировались.

Тродий особенно быстро соображал на ходу. Быстро собрав наемных авантюристов, он поручил им помогать в разных частях стен, которые нуждались в укреплении.

Рабочие продолжали свои усилия внутри подземных путей, ведущих от стены с помощью некоторых солдат. Джесмия немедленно разослала приказы всем подразделениям, входящим в состав ее дивизии разведчиков, быть отправленными на соответствующие позиции для подготовки к орде.

Дивизия «Бастион», состоявшая чуть менее чем из двух тысяч солдат, полностью доверяла своему капитану. Возможно, это было потому, что мы были на обороне и имели массивную стену, чтобы защитить нас, но даже зная, что они были значительно превосходят численностью, они были готовы выйти за пределы стены без колебаний.

В течение часа лучники и маги расположились на каждом этаже стены за бойницами для стрел. Войска ближнего боя—как воины, так и усилители-выстраивались в строй сразу за входом, ведущим на Звериные Поляны, готовые вступить в бой против приближающейся орды зверей.

Что касается меня, то я ждал в палатке для встреч с Сильвией. Тродиус был похоронен за несколькими стопками бумаг на своем столе, оставив меня с несколькими блаженными моментами покоя, когда я проверил содержимое моего кольца измерения. Единственной полезной вещью, которая у меня была, была Баллада Рассвета, потрескавшаяся и сломанная, но все же лучше, чем любое другое оружие, которое я использовал.

Я вынул его, осматривая трещины и осколки, разбросанные по прозрачному лезвию.

«Я действительно хочу, чтобы это проклятое оружие в моей руке уже проявилось», — мысленно выругался я.

Да, это было бы довольно подходящим моментом’ Сильви согласилась.





Глава 213. ДВОЕ ПРОТИВ АРМИИ




Я наблюдал, как дыра, образовавшаяся в результате атаки Сильвии, медленно исчезала—покрываясь морем зверей маны, неуклонно марширующих к стене.

Несмотря на пустоту, вызванную взрывом, любые признаки повреждения вскоре были сметены.

Сильвия выпустила еще один заряд маны, но на этот раз несколько щитов сомкнулись друг на друге, приняв на себя основную тяжесть атаки, прежде чем разрушиться слой за слоем.

Похоже, мы не сможем просто спокойно пролить на них дождь заклинаний, размышлял я.

— Мана у нас кончится задолго до того, как мы сделаем хоть какую-то вмятину, — ответила Сильвия. — После тебя, — передала она, одарив меня зубастой улыбкой.

«Постарайся не отставать», — послал я ответ.

Падение головой вперед с нескольких тысяч футов в воздух на армию магических зверей обычно должно было вызвать какой-то страх или беспокойство, но это было не так. Мое сердце билось о грудную клетку не от страха, а от возбуждения.

Как будто питаясь моими эмоциями, мана хлынула в мое тело, когда я продолжил погружение. Ветер собрался вокруг меня, закручиваясь и уплотняясь, когда я столкнулся с центром орды зверей.

Слои ветра, окружающие меня, взорвались вихрями бури, разрывая и отталкивая сотни зверей, пойманных волной.

Я встал в центре кратера, и тысячи чудовищных глаз смотрели на меня сверху вниз.

Пока я ждал с Балладой Рассвета в руке, воцарилась тишина. Мана хлынула вокруг меня, желая освободиться.

Именно тогда был выпущен первый боевой клич. Он исходил от двуногого пса, который был по меньшей мере в три раза выше меня, с когтями и клыками, которые угрожающе светились.

Он издал вой, который подстегнул остальных, окружающих меня, как будто пробуждая их от оцепенения. Зомби — подобные животные маны, которые казались почти одурманенными, все оживились в концерте криков, рева и резких визгов.

Но сквозь крики испорченных зверей маны пробивался громоподобный рев Сильвии, когда она приземлилась. Она немедленно разорвала клыками горло двуногого пса и ударила четырех других зверей маны взмахом хвоста.

— Постарайся не отставать, — усмехнулась Сильвия, продолжая пробираться сквозь океан зверей.

Хихикая, я выпрыгнул из кратера и оказался сверху на рептильном мановом звере с тремя хвостами. Прежде чем зверь успел издать хоть звук, его голова была уже полностью отделена от тела, и я оказался на следующем звере.

Дезориентированные и разъяренные нашим прибытием, звери маны сгрудились вместе, пытаясь достать меня своими конечностями, когтями или лапами. Я постоянно использовал магию ветра, чтобы создать пространство для размахивания мечом.

В течение некоторого времени я ограничивал свою ману, используя свое боевое мастерство, накопленное за две жизни и Балладу Рассвета, чтобы уничтожить врагов, которые никогда не заканчивались. Убийство одного зверя означало, что его заменят два или три, но мы были готовы к этому. В конце концов, это была не та битва, которую я должен был выиграть; это была битва на истощение.

В хаосе битвы, где десятки острых как бритва клыков и когтей хлестали тебя со всех сторон, не было времени общаться друг с другом. Мы с Сильвией полагались на то, что читали психическое состояние друг друга на случай, если кому-то из нас понадобится помощь.

Время ползло или это время летело? Невозможно сказать, так как обломки от битвы уже давно покрыли небо.

Проглотив свое нетерпение, я ограничил использование маны укреплением тела и увеличением оружия, пока Баллада Рассвета вырисовывала полумесяцы на заполненной мусором земле.

Стая волков, каждый размером с Бу, осторожно кружила вокруг меня. Другие животные маны расчистили им путь, очевидно боясь этих существ.

«Похоже, у этих есть мозги», — подумал я. По их темным черным шкурам было очевидно, что волки были испорчены, но в отличие от других зверей, которые бездумно маршировали к стене, эти оставались настороже и держали строй.

Тот, что вел стаю-более крупный волк с более колючей гривой и рогом— издал лай, и сразу же двенадцать других набросились на меня с потрескивающим громом, освещающим их окружение.

Вместо того, чтобы тратить энергию, уклоняясь и убивая их одного за другим, я отбросил в их сторону двенадцать шипов земли. Громовые волки были насажены на вертел в середине прыжка, давая мне время, чтобы пойти за лидером, который сумел увернуться от моего заклинания.

Оскалив зубы, когда щупальца электричества собрались вокруг него, лидер атаковал. Я увернулся от его удара в воздухе, но молния, окружавшая его когти, ударила меня в плечо. Я ударил волка в ответ, более раздраженный от, того что он меня задел, чем от боли, потому что урон был в основном заблокирован моей аурой.

Однако кончик моего бирюзового меча был давно сломан и не мог пробить густой мех волка, пропитанный маной.

Вложив ману в Балладу Рассвета и сжав ее в острый кончик, я бросился вперед и ударил снова. На этот раз была пролита кровь, и громовой волк больше не смог подняться, но не было времени праздновать мою маленькую победу.

Почти сразу же стая птиц с крыльями летучих мышей устремилась вниз, нацелив на меня свои острые металлические клювы.





Глава 214




ПОЛЕ БОЯ

Маг в панике уставился на меня, когда обломки черного камня выпали из моих рук.

Наступил напряженный момент, и я ждал, что что-то произойдет в зоне боевых действий, кроме уже последовавшего бушующего хаоса.

Внезапно, как будто был передернут выключатель, каждый зверь маны в окрестностях, казалось, был спровоцирован моим действием.

Когда-то остекленевшие и безжизненные глаза зверей маны теперь горели яростью. Однако они смотрели не только на меня одного; звери маны начали рычать и шипеть друг на друга, обнажая клыки, когти и рога друг на друга.

Аду не потребовалось много времени, чтобы ад вырвался на свободу. Звери набрасывались друг на друга без малейшего намека на здравомыслие. Они прыгали на меня с безрассудной самоотдачей, часто сталкиваясь друг с другом во время прыжка.

Быстро вытащив два меча, которые я получил от кузнеца Флеймсуорта, я издал шквал клинков. Я рубил и колол жизненно важные органы животных маны, которые атаковали меня, пока под ногами не образовалась гора окровавленных трупов.

Однако, несмотря на резню, которая постигла тех, кто приблизился, звери маны продолжали нападать и выбрасывать свои жизни, как одержимые.

Артур! Я больше не могу держать! — голос Сильвии с трудом пронзил мой разум.

Я обернулся и увидел, что гигантский зверь вырвался на свободу, не сводя с меня глаз, он копал землю, готовясь к атаке, в то время как куча трупов продолжала расти.

Однако я не преминул заметить небольшую разницу в поведении мамонта. То, как зверь смотрел на меня сверху вниз, все еще указывало на ярость, но сам целенаправленный, угрожающий акт скребания земли показал некоторый уровень интеллекта.

Это показывало, что он не думал о слепой атаке, как раньше, а ждал, что я как-то отреагирую на его акт агрессии.

Что касается меня, то вместо того, чтобы позволить себе роскошь реагировать на гигантского зверя, я был занят бесконечными зверями маны, которые, казалось, были одержимы тем, чтобы оторвать мои конечности.

— Довольно! — взревел я, высвобождая каждую унцию убийственного намерения, которое я сдерживал в течение долгого времени.

Невооруженным глазом ничего не изменилось, но любой, у кого была хоть капля здравого смысла, это почувствовал. Даже звери застыли на месте и задрожали от инстинкта.

Возможно, это не сработало бы несколько минут назад, но теперь звери вокруг меня отпрянули от страха, а некоторые из более слабых даже рухнули.

Наконец-то у меня появилось немного свободы, и я сделал шаг к гигантскому зверю. Пока я шел, передо мной открылась тропа, звери маны не могли вынести слишком близкого расстояния.

Я встретился взглядом с колоссальным монстром S-класса, который торчал над морем зверей маны, сеющих хаос между собой, направляя всю мою неослабевающую жажду крови. Это была примитивная вещь, очень похожая на сгибание мышц перед вашим противником, чтобы напугать их, но она сработала.

Колоссальный монстр прервал зрительный контакт со мной, его тело расслабилось. Наконец, с печальным ревом, зверь S-класса повернулся и ушел, топча меньших зверей маны с каждым шагом.

— Я уже давно не чувствовала твоей жажды крови. Хорошее напоминание, чтобы не дразнить тебя слишком сильно, — сказала Сильвия, присоединяясь ко мне.

Я выдавил улыбку, прежде чем ответить. Однако, похоже, это работает только на более умных и мощных животных.

Звери маны, которые были временно парализованы моим намерением, быстро вырвались и возобновили свое мучительное веселье.

Обернувшись, я увидел алакрийского мага. Несмотря на то, что он был окровавлен и выведен из строя, он все еще был жив. Ни один из зверей, казалось, даже не хотел приближаться к нему.

Судя по поведению обезумевшего зверя, это не могло быть вызвано жалостью или даже преданностью их предполагаемому хозяину.





Глава 215




ПРИНЯТЫЕ РЕШЕНИЯ

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ТЕССИЯ ЭРАЛИТ

Дарвус встал рядом со мной, костяшки его пальцев побелели от того, что он изо всех сил сжимал свои двойные топоры. Самодовольная ухмылка, которую он всегда носил, исчезла из виду, сменившись нахмуренными бровями и напряженной челюстью. — Это выглядит очень нехорошо, Тессия.”

Я оглянулась через плечо и увидела Стэннарда и Карию, а также двести с лишним солдат, составлявших мое подразделение вместе с разношерстными отрядами эльфийских солдат, которые были отданы под мое командование. Среди них были гражданские эльфы, одетые только в ткань или кожаный фартук для защиты, а также в любой тонкий металл, который они смогли найти и пристегнуть. Это были люди, которые остались, чтобы защитить свой дом и своих близких.

У каждого из них было мрачное выражение лица. Солдаты сжимали оружие, а гражданские с тревогой сжимали кухонные ножи и садовые инструменты, а ровный гул марша становился все громче и громче.

Некогда оживленный эльфийский город позади нас давно эвакуировался, но мы знали, что если мы сбежим отсюда—если мы не сможем продержаться достаточно долго—они все умрут. Речь шла не о защите заброшенного города на окраине; эта битва определит направление в борьбе за Эленуар.

Сердце бешено колотилось в груди, колени подкашивались. Независимо от того, насколько сильным было мое ядро маны, независимо от того, сколько я тренировалась, я не чувствовала ничего, кроме страха в этот момент.

Но я не могла этого показать. Я бы не стала.

Потому что тогда моральный дух каждого из этих людей позади меня, полагающихся на мою силу не только как мага и воина, но и как лидера, рухнет.

Сдерживать свои чувства, носить маску уверенности и силы—вот моя ноша.

Я вызвала ветер, чтобы он донес мой голос, когда я обнажила свой меч. Проецируя волну маны, не только чтобы передать власть своим подчиненным, но и чтобы успокоить себя, я заговорила.

“Вы все знаете о докладе, который мы получили несколько часов назад. Вы все знаете, почему мы бросились сюда без отдыха.”

Я повернулась лицом к своим союзникам, несмотря на страх оставить спину открытой для приближающейся армии. “Мы здесь, потому что армия Алакрии приближается к Королевству Эленуар. Не все здесь могут назвать эту землю «домом», но за нами стоят дети и старики, спасающиеся бегством после того, как их заставили покинуть свой единственный дом. Враг, идущий к нам сейчас, убьет их и захватит Эленуар, и если они преуспеют в этом, Сапин будет следующим.”

По толпе прокатился ропот согласия.

“Нас немного, но я горжусь тем, что являюсь первой линией обороны, чтобы не случилось, — заявила я, повышая голос еще на одну ступеньку. — Копье Айя вместе со всеми эльфами идут сюда, чтобы помочь нам, пока мы говорим, но вопрос в следующем…”

Я подняла свой меч. – Присоединитесь ли вы ко мне не только в этой битве, защищая слабых и беспомощных от алакрийцев?”

Вокруг была полнейшая тишина, и я боялась, что мое колотящееся сердце услышат все солдаты передо мной, но тут же раздался рев приветствий и боевых криков.

По моему сигналу вокруг меня и остальных моих солдат выстроилась линия обороны. — Маги, лучники, приготовьте оружие!”

Марш алакрийских солдат становился все громче и громче, и единственное что нас скрывало от них это плотная завеса из тумана и деревьев.

Я указала мечом вперед. — Готовьтесь к атаке!”

С моими обостренными чувствами и знанием Эльширского леса, я скорее чувствовала, чем видела, как вражеские бойцы подошли к нам.

Я выбросила свое оружие, посылая сжатые стрелы ветра. — Вперед!”

В поле моего зрения мгновенно выпало множество цветов. Дуги молний, клинки ветра, взрывы огня и острые осколки земли летели в сторону врага вместе с десятками стрел.

Я подняла свой меч, чтобы все могли его видеть, прежде чем подать сигнал к очередному полету заклинаний и заостренной стали. — Огонь!”

Еще один разноцветный залп обрушился на врага, все еще в основном скрытого лесной средой. Мерцание света в форме щитов и стен отражало или даже поглощало наши атаки, но это была не единственная проблема. Густые деревья и торчащие ветви Эльширского леса были против нас.

— Еще один залп? — с надеждой предложил Стэннард, сжимая свой артефакт в руках, готовясь к следующему заклинанию.

— Дальнобойные заклинания и стрелы не победят в этой битве.- я повернулась к Ведикту, который отвечал за линию фронта. — Прикажи воинам и усилителям прорвать линию обороны для остальных.”

Кивнув, одетый в сталь эльф поднял свой щит и побежал вперед, передавая мой приказ. Доблестные солдаты в кожаных и металлических доспехах зажгли свои ядра и бросились вперед в битву, где мы бы в значительном меньшинстве. Они исчезли из виду в густом тумане, но я все еще слышала гром их магического заряда.

Закаленная не только оружием и телом, но и своей волей, я посмотрела на Стэннарда, Дарвуса и Карию—моих ближайших друзей и самых доверенных помощников. Никто из нас не произнес ни слова, но за время, проведенное в битвах, наши взгляды уже давно говорили друг с другом о многом, и все мы, казалось, говорили одно и то же. — Давайте выберемся отсюда живыми.’

Я потянулась за ожерельем на шее, которое Артур дал мне. Я не должна плакать.

Поцеловав кулон, я спрятала его в плащ, поклявшись хранить его—и наше обещание.





Глава 216




ИЗ ЛИДЕРА В СОЛДАТЫ

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ТЕССИЯ ЭРАЛИТ

Вонзив ноги в землю, я прыгнула вперед, используя лозу маны, чтобы подтянуться к ближайшему вражескому магу.

Удивленный алакрианец даже не успел повернуться ко мне, как мой меч глубоко вонзился ему в талию. Кровь сразу же вырвалась фонтаном, когда я вытащила свое оружие, оставив его бледное лезвие незапятнанным.

— Тессия, пригнись! — знакомый голос моего товарища по команде раздался сзади.

Я тут же выстрелила в ответ, давая возможность Карии нырнуть на другого алакрийца с дерева.

— Здорово! — крикнула я в ответ, выпустив порыв ветра, чтобы отбросить врага, догоняющего Стэннарда.

— Благодарю! — закричал он. Его артефакт закончил атаку, выпустив заряд маны прямо на приближающуюся толпу вражеских солдат.

Дарвус появился в поле зрения, его двойные топоры создавали искры и следы огня, когда он рассекал плоть и сталь, чтобы поддержать нашего маленького фокусника.

— Мы не можем позволить им пройти мимо этого лагеря! — напомнила я им, когда Кария тоже начала действовать, ее перчатки были окутаны густой маной.

Мы можем это сделать, заверила я себя, наблюдая, как мои товарищи по команде сражаются вместе с другим подразделением магов. Хачи, один из наших новобранцев, выделялся даже с такого расстояния, когда он стоял на голову выше всех остальных со своими огненными кулаками.

Внезапно с соседнего дерева сорвался яркий ледяной луч. Карии удалось увернуться, и Хачи едва успел нырнуть в сторону, но ближайшему эльфу из его команды повезло меньше.

Черт побери, выругалась я, глядя, как падает мой союзник.

Одним прыжком, наполненным маной, я приземлилась на ветку, на которой сидел маг. Прежде чем она успела издать хоть звук, смертельная рана уже была нанесена. Тело обмякло и упало с дерева.

Резко выдохнув, я оглядела поле боя внизу, убедившись, что в пределах досягаемости нет других вражеских колдунов, способных причинить вред моим товарищам по команде.

Вместо этого я увидела хаос. С листвой, сливающейся с деревьями и землей, а также с толстым одеялом тумана, который всегда присутствовал, было трудно точно сказать, сколько врагов было и сколько моих союзников осталось.

Крик пронзил мои уши. Он раздался совсем рядом. Не зная, был ли это друг или враг, я повернулась к источнику.

Это был эльф. По кожаному фартуку, неуклюже застеленному металлическим листом на груди-скорее всего, противнем, — я сразу поняла, что это гражданский, который решил остаться и защищать свой город.

Эльф безжизненно рухнул на землю, а вокруг него образовалась лужа крови. Убийцей был алакрийский маг, вокруг открытых рук которого вращалось кольцо ветра. У него на лице была гордая усмешка, пока он топтал тело эльфа.

Моя кровь вскипела праведным гневом при виде этого зрелища. Ловко приземлившись на землю, я побежала к врагу, полностью намереваясь вывести его из этой битвы.

— Тессия! Куда ты идешь?! — я услышал голос Дарвуса позади себя.

“Я сейчас вернусь! — ответила я, не потрудившись обернуться.

Мое зрение сузилось на вражеском маге, когда я легко преодолела расстояние между нами, но как только я собиралась вонзить свой клинок в ничего не подозревающего вражеского мага, между нами вспыхнула золотая панель света. Барьер разрушился, но это дало магу достаточно времени, чтобы увернуться.

— Подлая маленькая штучка, — выплюнул вражеский маг. Холодок пробежал по моей спине, когда я заметила, что глаза мужчины быстро осматривают мое тело, как будто доспехи и одежда, которые я носила, не существовали.

Он облизнул губы, в то время как кружащиеся лезвия ветра вокруг его рук становились все больше. — Тебе повезло, что мы так спешим, иначе я бы не торопился с тобой.”

— Нет, — холодно ответила я, оттачивая свое убийственное намерение во врага и активирую Звериную Волю. — Тебе повезло, что я спешу.”

Это был не первый раз, когда я использовала свою Звериную Волю, но я никогда не использовал ее на другом человеке.

-Ш-Щит!- закричал он и бросился к своему охраннику.

Снова вспыхнул золотой свет, но прежде чем он смог полностью проявиться, острые щупальца маны, окружающие меня, уже пробили несколько дыр в теле мага.

Не раздумывая, я посмотрела вниз, мой взгляд был прикован к мертвому эльфу рядом со мной. Его пустые глаза, казалось, смотрели на меня, словно обвиняя.

— Я могу спасти всех, — сказала я сквозь стиснутые зубы.

— Тессия! Нам нужно, чтобы ты вернулась! — рядом раздался знакомый голос. Это была Кария, столкнувшаяся с группой алакрийцев. Выражение ее лица было мрачным, но она не сдавалась даже против трех вражеских магов.

“Я сейчас приду! — крикнула я, прежде чем усилить зрение. Я всмотрелся сквозь слой тумана, чтобы попытаться найти любой из так называемых скрывающихся «щитов».

С моей подвижностью и чувствами, у меня были лучшие шансы сбить их защиту.

Как только я заметила щит, создающий панель света вокруг группы алакрийцев, вражеский маг бросился на меня.

У меня нет на это времени! Я легко уклонилась от его огненного копья и вырезала кровавую линию через его шею, и заметила другого союзника, нуждающегося в помощи.

Там была солдат-женщина, прислонившаяся к дереву с двумя вражескими магами, приближающимися к ней. Я знала, что моя главная задача — усилить своих товарищей по команде, чтобы остановить наступление алакрийских войск, но мое тело двигалось не думая.

Одним движением моего запястья корни вырвались из-под двух алакрийцев, приковав их ноги к земле.

Ветрорез.

Сжимая воздух вокруг своего меча, я запустила прозрачный полумесяц ветра.

На этот раз из земли поднялась стена. Мое заклинание оставило разрез на каменном щите, но к тому времени, когда я смогла пройти мимо их защиты, человеческая девушка уже лежала на земле с ледяным шипом, торчащим из ее груди.





Глава 217




АРМИЯ ПРИБЛИЖАЕТСЯ

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

По сравнению со скоростью моих мыслей и беспокойств, проносящихся в моей голове, часы в небе ползли.

Я не оглядывался назад на исчезающую орду зверей из чистого чувства вины за то, что я оставил войска—и мою семью—у Стены позади, я сосредоточился на ярком пути маны, который создал дорогу прямо к тому, что я подозревал, было сердцем Королевства Эленуар.

— Какое заклинание способно на такое? — спросил мой фамильяр, когда мы шли по тропинке, сияющей даже сквозь густой слой тумана над лесом.

Я не совсем уверен, но, то, как тропа образуется зигзагами вокруг различных точек, ведущих на север, наводило на мысль, что это одно накопление одного и того же заклинания, создающего путь.

Это было просто мое предположение—скорее, это была моя надежда. Мысль о том, что вражеский маг может в принципе свести на нет окружающую магию леса с помощью одного заклинания, испугала меня.

Вырвавшись из пессимистических мыслей, я сказал Сильвии лететь чуть быстрее. Мне было достаточно тревожно, все мысли были о том, что что-то произойдет с моей семьей или одним из Рогов Близнецов, но мысль о том, что я не смогу вовремя добраться до Тесс, заставила меня дрожать в холодном поту.

Примерно через час поисков над лесом, следуя по извилистой тропе маны, почти осязаемой даже без Сферы Сердца, я наконец заметил признаки битвы вдали.

Колебания маны были заметны даже над густым пологом деревьев под нами, но меня беспокоило то, что они были старыми. Это означало, что битва закончилась, и с такого расстояния невозможно было сказать, какая сторона победила.

Почувствовав мое изменение в эмоциях, Сильвия нырнула ближе к лесу, быстро приближаясь к месту, которое я запечатлел в своем и ее сознании.

Однако по мере того, как мы приближались все ближе и ближе к нашей цели, мы начали замечать фигуру, парящую над одеялом деревьев и тумана.

Что беспокоило меня больше, чем его знакомая внешность, так это то, что он не пропускал маны. По сравнению с гнетущей приливной волной, которая была Уто, этот человек был глазом ужасного шторма—так же, как и его хозяин.

Сильвия остановилась примерно в дюжине ярдов. На этот раз во мне просачивались ее страх и тревога.

— Силрит, — поприветствовал я Вритру, одетого в черные доспехи, когда он стоял в воздухе, его пурпурный плащ развевался позади него.

Слуга опустил голову, прежде чем ответить с резким выражением лица. “Копье.”

Несмотря на мое нетерпение, я обменялся взглядом с Сильвией, которая превратилась в свою человеческую форму.

Я был в растерянности.

Мои инстинкты побуждали меня бороться с ним; он был врагом. Но в то же время Коса спасла мне жизнь и стала причиной того, что мы с Сильвией смогли пройти через наши пределы.

Наполнив свой голос маной, я нерешительно спросил: — Мы будем сражаться?”

“Мне было приказано не дать вам продвинуться дальше, — просто ответила она, не меня выражения лица.

“А если бы я сказал, что должен пройти вперед? — я надавил, готовясь снова активировать Сферу Сердца.

Острые глаза Силрита сузились, но его голос был все еще спокоен, когда он ответил. — Это для твоей же пользы, Копье Лейвин. Мой мастер желает, чтобы ты был в полон здоровья перед финальной битвой и принял участие в защите эльфийского королевства, так что битва затруднит это.”

— Серис сказала, что это сообщение было для меня? — выпалил я.

— Имя моего мастера-это не то, что ты должен произносить так небрежно, человек. Голос Силрита не изменился, но при упоминании имени Косы в нем вспыхнула острая жажда крови.

Подражая давлению, которое он излучал, я заговорил в ответ, не в силах сдержать яд в своем голосе. — Следи за своим тоном, Силрит. Я решил обменяться с тобой словами из вежливости к твоему мастеру.”

“Вежливости? выражение лица Вритры потемнело и впервые изменилось. — Мастер Серис спасла тебе жизнь. Я предлагаю тебе прислушаться к ее словам и навести порядок в вашей крепости.”

Мои глаза по-прежнему были прикованы к его глазам. “Мы собираемся в Эленуар.”

— Умение жертвовать — это часть войны, — сказал Силрит, все еще пытаясь убедить меня. — Напрасная трата сил здесь не поможет тебе, даже если тебе удастся защитить Эленуар.”

— Ты думаешь, я этого не знаю? — прорычал я, не в силах сдержаться. Ветер стих, и воздух стал таким густым, что казался почти осязаемым.





Глава 218




ВЕС ВЫБОРА

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ТЕССИЯ ЭРАЛИТ

Было ли это от облегчения, что Копье прибыла, или потому, что реакция чрезмерного использования моей Звериной Воли наконец началась, я потеряла сознание.

Солнце уже почти село, и когда я проснулась, густой туман окрасился в красный цвет. Я оказалась на вершине маленькой виверны с несколькими солдатами, расположенными вокруг меня с оружием в руках, но битва уже закончилась.

Мое тело болело, и сам факт того, что я держала глаза открытыми, вызывал резкие волны боли в висках. Но я не могла оторвать глаз от этой сцены.

Битва закончилась, мы победили. Однако я была сосредоточена на том, что раненых солдат в моем подразделении увозили, а мертвых хоронили на месте. Тела, которые должны были быть доставлены их семьям для надлежащей церемонии, были оставлены на том самом месте, где они были убиты.

Я сползла с крылатой рептилии, встревожив солдат на страже. Они пытались помочь мне подняться, думая, что я упала, но я отмахнулась от них.

Гнев поднялся у меня в животе, и если бы я поддалась этому импульсу, то, возможно, начала бы набрасываться на солдат, хоронящих наших товарищей-союзников.

Но я остановила себя, вымещая свое разочарование на грязи под моими руками. Даже если это было неправильно, я знала, что выбора нет. Армия алакрийцев все еще шла к городу Зестье, самому сердцу моего королевства. Для мертвых не было времени, когда требовалось все возможное время и все усилия, чтобы защититься от осады.

Один из охранников осторожно поднял меня на ноги и указал на виверну. — Глава Тессия. Пожалуйста, оставайтесь на горе, если что-то случится.”

Даже тогда, какое я имею право злиться? Разве не я виновата в тех смертях, которые здесь произошли? Если бы не мой эгоизм, сколько из тех, кого сейчас хоронят, выжили бы?

Я знала, что это нездорово-падать в эту яму самобичевания и «что если», но с насмешками Вернетта, все еще звучащими в моей голове, было трудно не делать этого.

Несмотря на это, я начала подниматься обратно на гору, когда что-то краем глаза привлекло мое внимание.

Стряхнув с себя охранника, я побежала.

Этого не может быть.

Я пробиралась через медиков, помогавших раненым, и излучателей, занятых солдатами в более тяжелых случаях. Мне было трудно дышать, поскольку мои глаза оставались приклеенными к излучателю, стоящему на коленях на земле, и пациенту, которому она помогала.

Это была Кария, без сознания. Я упала на колени, но не успел подойти ближе, как чья-то рука преградила мне путь.

Я подняла голову и увидела, что Дарвус с каменными глазами смотрит на меня с выражением, которого я никогда раньше не видела. — Она едва смогла заснуть от успокоительного. Не буди ее.”

Стэннард тоже был рядом, растрепанный и весь в грязи. Однако, увидев меня, он отвернулся.

Ни у одного из них не было никаких травм, кроме нескольких ссадин и царапин, но то же самое нельзя было сказать о Карии.

Я ошеломленно наблюдала, как излучатель начала закрывать рану на ее левой ноге… вернее, то, что от нее осталось. Мужчина обхватил руками искалеченный обрубок, надавливая на него, но кровь все еще хлестала между пальцами, образуя багровую лужу.

Я с благоговением и ужасом смотрела на быстро заживающую рану Карии. Кожа вокруг ее открытой раны начала смыкаться, образуя комок плоти.

Я и раньше знала, что излучатели не могут регенерировать новые конечности, но вид раны, закрывающей нижнюю часть бедра, делал ее необратимой.

Вот тогда он ударил меня.

Яркая и энергичная Кария, чей талант усилителя затмевала только ее любовь к боевым искусствам, никогда больше не сможет ходить на своих собственных ногах.

-К-как… — пробормотала я, мое зрение затуманилось от набежавших слез.

— Как же так? — я слышала, как ответил Дарвус. — Ты оставляешь нас, чтобы отправиться в свой собственный крестовый поход и … —”

— Остановись, Дарвус. Люди смотрят. — Стэннард оттащил его и встретился со мной взглядом, прежде чем склонить голову в поклоне. — Я прошу прощения за его вспышку, глава Тессия.”

Светловолосый маг, обычно застенчивый и добросердечный, холодно посмотрел на меня.

Я отрицательно покачала головой. “Стэннард…”





Глава 219




ОТСТУПЛЕНИЕ

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

Вблизи с южной границей Эльширского леса

Мы втроем стояли под сенью деревьев. Я сжимал в руке Балладу Рассвета, в то время как тысячи мыслей и тревог проносились в моей голове.

Несмотря на недавний рост Сильвии, она не сможет справиться со Слугой самостоятельно. И даже если бы я сам удержал Силрита, Сильвия не смогла бы найти Тесс в волшебном тумане, окутавшем Элширский лес.

Лучшим вариантом было закончить эту битву как можно быстрее, чтобы добраться до Тесс. Однако расходовать слишком большое количество энергии и маны в бою может быть вредным для будущих сражений в ближайшее время.

Сильвия. Я уверен, что могу победить Силрита самостоятельно, но не тогда, когда его цель-просто потянуть время. Давай быстро покончим с этим вместе.

Хотя скорость моего полета отнюдь не была медленной, борьба была другой историей. Было трудно использовать мой боевой стиль, который состоял из резких движений и всплесков скорости, в воздухе.

— Я согласна, — подтвердила она, когда мана уже начала собираться вокруг нее с невероятной скоростью.

Я полностью открыл мой разум для Сильвии, и она сформировала твердую панель конденсированной маны под моими ногами по моей просьбе.

Выражение лица Силрита не изменилось при моем внезапном приближении. Он просто поднял свой меч в оборонительную позицию.

Я сосредоточился на пространстве примерно в трех шагах от Силрита, посылая сигнал Сильвии. Время было немного мало, но под моей правой ногой образовалась еще одна полупрозрачная панель, когда я ступил на пространство в небе, которое показала Сильвия. Это позволило еще раз быстро изменить направление, и я оттолкнулся от ее заклинания.

Глаза Слуги спокойно следили за моими движениями, но его меч оставался на месте. И все же я не терял бдительности.

Баллада Рассвета свистнула, когда ее острый край прорезал воздух к груди Силрита, но что-то было не так.

Чем ближе мой клинок подходил к Слуге, тем сильнее я чувствовал, как его «тянет» груз. Баллада Рассвета, казалось, была почти поглощена чудовищным мечом Силрита, когда лезвие изогнулось дугой и попало прямо в его черное как смоль лезвие.

Ощущение исчезло, когда наши клинки столкнулись, но как только я снова замахнулся, Баллада Рассвета снова тянулась на его таинственный меч.

С одной только мыслью о том, чтобы закончить это быстро, я активировал первую фазу моей Звериной Воли.

Статическая Пустота.

Цвета вокруг меня перевернулись, замораживая все, кроме меня самого на месте. Я быстро поднес сломанный кончик Баллады Рассвета к животу неподвижного слуги, прежде чем выпустить Статическую Пустоту.

Тем не менее, даже в упор, мой меч отклонился от туловища Сайлрита, едва проливая кровь, оставляя меня истощенным.

Черт возьми! Я выругался.

Сильвия быстро отреагировала на мою неудачную попытку, вызвав под ногами еще одну платформу, чтобы я быстро отошел от Силрита.

Я тяжело вздохнул. Статическая Пустота была заклинанием, переданным мне от Сильвии, которое не было совместимо с моим мастерством эфира. Даже будучи магом белого ядра, всего лишь пара секунд эфирного искусства заставили меня почувствовать, что я сражался в течение нескольких часов.

— Меня учили различным искусствам маны, которые оттачивали кланы Асура, особенно «эфирным искусствам» клана Индрат. Однако, испытав это лично, я понял, почему этого следует бояться, — сказал Силрит, глядя на свою рану.

Не имея намерения обмениваться с ним словами, я мысленно подтолкнул своего фамильяра.

Сильви, сделай несколько выстрелов за его спиной.

‘Будет сделано.’

Как только стрелы маны проявились в воздухе позади Слуги, я запустил Ледяной Взрыв и Дугу Молнии. Ледяной Взрыв превратился в конус, в то время как заклинание молнии разветвлялось, чтобы полностью покрыть нашего противника, но безрезультатно.

Одним взмахом его меча наши заклинания были поглощены и полностью съедены черным клинком.

Мой фамильяр передала ее раздражение быстрым взглядом в мою сторону. — Какая неприятная способность.’

Нетерпение поднималось во мне, пока я наблюдал, как Силрит сохраняет свою позицию, не беспокоясь о нападении. Вместо этого он вытащил небольшой свиток и начал читать его.





Глава 220




ПЕРВЫЙ ШАГ В БУДУЩЕЕ

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ГРЕЙ

Многое изменилось после несчастного случая с Сесилией в школе. Все было не так страшно, как боялся Нико после того, как тайна нашей подруги была раскрыта—по крайней мере, на первый взгляд. Несмотря на грубую олигархию, в которой мы находились, у нас все еще были основные права.

Силовики не могли просто взять Сесилию и держать ее для любых целей, которые у них были, но они могли заставить Сесилию посещать сеансы в соседнем правительственном учреждении для “тестов” под видом помощи ей “контролировать свои способности.”

Другая проблема заключалась в том, что Сесилия была сиротой, как и мы с Нико. Не имея законного опекуна после смерти директора Уилбека, не раз предполагаемый богатый и влиятельный человек распространял свое желание усыновить ее.

Я хотел бы сказать, что я был там, чтобы помочь моей подруге пережить стрессы и трудности, которые пришли из-за того, что она была в центре внимания, но это было бы ложью.

Тогда рядом с ней оказался Нико, на чье плечо можно было опереться, стало ясно, что они стали больше, чем просто друзьями. Хотя я думал, что моей первой реакцией на это будет дискомфорт от того, что мои два друга детства были на пути к тому, чтобы стать любовниками, я был действительно счастлив за них. Мне было трудно показать это, так как я почти никогда не был там с ними.

Обучение с Леди Верой стало еще более интенсивным, когда я превзошел ее собственные ожидания. Она имела право позволить мне пропустить большинство моих занятий, так как ее собственный режим обучения был в несколько раз более плодотворным, чем в академии, поэтому моя социальная жизнь и молодость были скомпрометированы. Если я не тренировался или не спарринговал, я изучал этикет и базовые знания, необходимые для экзамена, чтобы даже претендовать на звание короля. Как оказалось, вы не можете быть только хорошим бойцом—вам нужны интеллект и харизма, чтобы понравиться гражданам вашей страны.

Именно под полной опекой Леди Веры и команды наставников, посвященных тому, чтобы у меня был шанс стать королем, я узнал, что эта роль больше похожа на прославленный талисман, чем на лидера.

Тем не менее, я нуждался в силе и голосе, которые пришли бы с этой позицией. Я все еще не забыл об убийцах, которые были ответственны за жестокую смерть директора Уилбека.

Я также использовал эту причину, чтобы оправдать свое отсутствие с Нико и Сесилией. Проходили дни, а иногда и недели, когда я даже не мог видеть их лица, и хотя мне было плохо, я обманывал себя, думая, что если стану королем, то это решит все. Независимо от того, проводило ли правительство теневые тесты на Сесилию, чтобы лучше понять ее ненормальные уровни ки, или политики, пытающиеся использовать ее в качестве инструмента для достижения своих целей, став королем, избавлюсь от всех этих проблем.

Я не был таким рассудительным или решительным, как Нико, и у меня не было достаточно сильных чувств к Сесилии, чтобы посвятить свое время ей, как лучший друг. Во всяком случае, какая-то часть меня все еще винила Сесилию в смерти директора Уилбека. Женщина, которая была в основном моей матерью, была убита, защищая ее.

С моей стороны было нечестно винить ее—я знал это. Я давным-давно проглотил эти неоправданные обиды, потому что Сесилия тоже тяжело переживала ее смерть, но это все еще оставляло небольшую пропасть в наших отношениях.

Возможно, именно поэтому я никогда не смогу ответить взаимностью на чувства, которые когда-то испытывала ко мне Сесилия. Какова бы ни была причина, это не имело значения. Я едва успевал спать, так как мое текущее расписание было расписано Леди Верой до минуты каждого дня.

Но она не была совершенно бессердечной. Она все еще давала мне возможность, проводить время с Нико и Сесилией, и хотя часто Сесилия не могла прийти из-за ее собственного “обучения”, разговоры и шутки с Нико были одной из немногих радостей в моей жизни.

Нам было почти восемнадцать, и скоро мы официально станем взрослыми. Нико рассказал о своем плане Сесилии во время одной из наших ежемесячных тусовок.

“Ты собираешься сбежать? — Недоверчиво спросил я.

— Нет … ну, я думаю, в некотором смысле. Нико вздохнул. “Ты заставляешь мой хорошо продуманный план звучать как какой-то допубертатный бунт.”

— Потому что так оно и есть, — усмехнулся я. — Неужели ты думаешь, что правительство позволит тебе сбежать с Сесилией? По их мнению, она является национальным достоянием.”

— Поверь мне, я знаю. Но после того, как нам с Сесилией больше не нужен опекун, мы можем бросить школу и уехать в другую страну. Новый прототип ограничителя ки, который я сделал, уже в несколько раз более стабилен, чем предыдущий, и это объясняет рост ее уровня ки.”

“Насколько вырос ее уровень ки? — какая-то часть меня не хотела знать ответ.

Нико откинулся на спинку сиденья. “Согласно последнему отчету, более чем в два раза.”

— Что?!- крикнул я, мгновенно привлекая внимание других студентов в кафетерии.

“Да. По-видимому, ее врожденный уровень ки, который чудовищен, может вырасти еще больше. На данный момент я просто надеюсь, что команда исследователей, наблюдающих за ней, знает, что они делают—я ожидаю, что любая форма активного роста не может быть совершенно стабильной.”

— И все же это смешно, — сказал я, понизив голос. Я не мог не представить себе, чтобы у меня был такой высокий уровень ки. Большинство моих тренировок с Леди Верой состояли в том, чтобы компенсировать мои уровни ки, несмотря на бесконечные ресурсы, которые она потратила на лекарства и добавки для меня.

С моими боевыми способностями и уровнем ки Сесилии, стать королем было бы просто вопросом времени. Я мог понять, почему правительство так сильно хотело контролировать ее.

— Тренировки все еще тяжелые? — Нико снова задал свой обычный вопрос.





Глава 221




ОБЩАЯ БЕДА

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО СИЛЬВИЯ

Я должна была остановить его в тот момент, когда он снова потянулся ко мне. Паника, которая просочилась на него, ее не было возможно остановить, но я должна была удержать его от этого.

В тот момент, когда я увидела приближающегося Артура, его глаза умоляли меня ошибиться, прежде чем его взгляд упал на зрелище, которое никто—ни мужчина, ни ребенок—не должен был испытать, мои внутренности сжались, и я почувствовала, что слезы угрожают взять верх. Увидев выражение ужаса на моем лице перед тем, как он выдохнул и начал хихикать в широко раскрытых глазах отрицая то, что он видел, я хотела исчезнуть.

Я хотела быть где угодно, только не здесь. Я бы предпочла столкнуться с другой Ордой безумных зверей маны в одиночку, чем терпеть вид, безнадежно смотрящего Артура на окровавленный труп его собственного отца.

Артур шагнул вперед. Он оттолкнул всех в сторону и склонился над неподвижным телом отца, и на мгновение показалось, что все стихло.

Звери и солдаты, казалось, чувствовали тяжелую завесу, которая опускалась на всю территорию, но никто не мог чувствовать состояние смятения так сильно, как я.

Было больно.

Это было мучительно … это было невыносимо.

Я не знала, что мое сердце может так сильно болеть. Я схватилась за грудь и опустилась на землю, не в силах вынести саморазрушительное состояние его эмоций.

Слезы текли по моим щекам и затуманивали зрение. Я не могла дышать, так как поток эмоций продолжал вырываться из него и проникать в меня. Ярость, которая пылала, как лесной пожар, горе, которое затопляло и топило все на своем пути, грызущая вина, которая сотрясала саму землю, и сожаление, которое разрушало и отбрасывало в сторону годы и годы тяжелой работы и развития, как ураган.

Я могла чувствовать эти эмоции, которые ощущались как стихийные бедствия, сеющие хаос в моем сердце, разрывая само здравомыслие Артура.

Но на первый взгляд Артур был молчалив и неподвижен, как статуя.

Я поползла к нему, хватая ртом воздух между всхлипываниями, когда мое сердце сжалось в груди. И только тогда, когда я обняла его за спину—его широкую, одинокую спину—тонкая стена, которую он построил вокруг себя, наконец рухнула.

С гортанным, первобытным воем, который пронзил меня, как осколок стекла, он распался в слезах.

Казалось, сама земля оплакивала, когда его рыдания и вопли наполняли воздух. Окружающая нас мана время от времени вздрагивала и вздымалась, чтобы соответствовать его гневу, а иногда ритмично колебалась, сочувствуя его отчаянию, когда Артур скорбел, сжимая неподвижное тело своего отца.

Я продолжала цепляться за его спину, в то время как огненные когти продолжали сжимать и скручивать мои внутренности. Я пыталась сделать больше, что-нибудь еще, чтобы помочь, но я не могла. Комок в горле блокировал любые слова утешения, которые я могла бы сказать, поэтому я сделала то, что никто другой не мог сделать; я сопереживала через связь, которую я разделял со ним.

Этот вундеркинд, который стал копьем, генералом, магом белого ядра, был всего лишь мальчиком, который потерял своего отца прямо сейчас.

Мир продолжал двигаться дальше, даже когда мы с Артуром застряли в этом времени скорби и потери. Битва, продолжавшаяся две ночи, подошла к концу.

Мы победили, но не остались невредимыми. Стена нависла над нами, словно королева, довольная своим здоровьем, несмотря на все жертвы, принесенные ради нее.

Это был не гнев Артура, не он заставил мои внутренности закипать…это был мой собственный гнев.

Время текло, пока солнце не село. Только тогда Артур поднялся на ноги.

Были ли его эмоции израсходованы или заперты, я не знала, но его душевное состояние отражало замороженную могилу, в которую он заколдовал и заключил тело своего отца.

Рядом стоял удрученный Дерден. Он хранил молчание на протяжении всего траура Артура, не выказывая никаких признаков боли или дискомфорта, несмотря на кровь, сочащуюся из бинтов, поспешно наложенных на его лицо и конечности.

— Дерден. Пожалуйста, отнеси тело моего отца моей матери и сестре. — Голос моей связи был ледяным и глухим. Он поднялся на ноги и направился к Стене, как жнец смерти на охоту.

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО КАПИТАН АЛЬБАНТ КЕЛРИС

— Выполнение моего первоначального плана привело нас к победе с минимальными потерями в стене и подземных переходах,-хвастался старший капитан Тродиус с редкой улыбкой на обычно стоическом лице. — Ваше послушание не останется незамеченным, капитан Альбант, капитан Джесмия. Молодцы.”





Глава 222




ВЫШЕУКАЗАННЫЕ ОГРАНИЧЕНИЯ

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО ГРЕЙ

“Эй. Это я, Грей. Просто подумал, что попробую позвонить еще раз. В любом случае, в нашем городе начинается конкурс королевской короны, и Леди Вера уже нашла мне место для участия. Я просто тренировался, так что выход на официальный конкурс заставляет почувствовать, что это все… реально.

“А ты знаешь, что Джимми Лоу-ну, тот самоуверенный толстяк из нашего класса, который шепелявит, — тоже участник? Когда Леди Вера сказала мне об этом, я вспомнил, как ты продал ему эту фальшивую штуковину, которая должна была помочь ему похудеть, пока он спит. Держу пари, он все еще злится, что ты его так обманул.

— Как бы то ни было, я просто хотел сообщить, что просил Леди Веру оставить для тебя место в личном смотровом зале ее семьи. Было бы здорово, если бы ты мог прийти и посмотреть, как я надеру всем задницы… я скучаю по тебе, Нико. Я не знаю, что с тобой происходит, но просто знай, что ты не одинок в этом. Я здесь ради тебя.

“Ты знаешь, где меня найти. Надеюсь скоро получу от тебя весточку. — Я закончил разговор, услышав монотонное подтверждение того, что мое сообщение было отправлено, и вздохнул.

— Черт возьми, Нико. Какого черта ты тут делаешь? Потирая виски, я откинул голову на спинку кресла и стал ждать, пока утихнет боль.

В последний раз я видел своего друга в ту ночь, когда мы поссорились. Прошло несколько недель после похищения Сесилии, и мои тренировки становились все труднее по мере приближения даты соревнований.

Я тренировался с рассвета до заката, а затем ускользал из поместья Леди Веры, чтобы помочь Нико расклеить листовки и расспросить местные полицейские управления, в надежде получить любую информацию. В половине случаев нас ругали или выгоняли из их офисов.

Устав и пресытившись отсутствием прогресса, я предложил на этом остановиться. Именно тогда Нико сорвался на мне. Он обвинил меня в бессердечии и безразличии, потому что я отдавал приоритет тренировкам с Леди Верой, а не поискам Сесилии.

В то время я тоже не мог больше сдерживаться. Я и раньше пытался урезонить его, говоря, что если стражи порядка действительно похитили ее, то мы оба не сможем с ними потягаться. И все же мой упрямый друг не мог усидеть на месте, зная, что его девушка где-то рядом.

Я не винил его, но это не означало, что я с ним согласен. Напрасно надеяться на том, что двое детей, едва окончивших школу—военную или нет,—могут повлиять на расследование, которое никто не ведет, было в лучшем случае оптимистично.

Пообещав, что лучшие сыщики Леди Веры помогут мне, я решил лечь пораньше.

Это был последний раз, когда я слышал Нико.

Я поступила правильно, заверил я себя, еще глубже погружаясь в кресло. Сейчас победа в конкурсе-это самое главное. Городской турнир не должен представлять большой проблемы, да и турнир округа, тоже.

Даже если я не стану королем сразу после того, как выиграю весь конкурс королевской короны, я все равно буду иметь влияние от Совета. Мои две самые большие цели это — добраться до сути убийства директора Уилбека, а затем найти и защитить Сесилию, чтобы она и Нико могли жить счастливой жизнью. Несмотря на настойчивость Нико, я знал, что Сесилия не пострадает, если предположить, что ее забрали стражи порядка—она была слишком ценным активом, чтобы убивать.

Вот почему я должен победить. Всего несколько месяцев … а потом я смогу все исправить, как только стану королем.

***

— Кадет Грей… — раздался рядом мягкий мягкий голос. Мои глаза распахнулись, зрение все еще было затуманено. Только когда я почувствовал, что кто-то коснулся моего плеча, я резко проснулся. Результаты моих инстинктов и тренировок дали о себе знать, и к тому времени, когда я по-настоящему осознал, что натворил, в кресле, на котором я заснул, сидела горничная, а моя правая рука слегка прижималась к ее горлу.

— П-прошу меня извинить! — Я быстро отпустил служанку, помогая ей подняться на ноги.

— Нет… мои извинения, Кадет Грей. Леди Вера велела мне не вступать с вами в контакт, когда вы спите. Я забыла об этом, — быстро поправилась она, опустив голову ниже.

Затем она указала на тренировочную форму, которую аккуратно разложила на моей кровати. — Леди Вера поручила мне сообщить вам, что сегодняшние занятия отменяются в связи с предстоящим турниром. Вместо этого вы будете спарринговать с другими кандидатами в короли, спонсируемыми семьей Леди Веры.”

— А Леди Вера там будет? — спросил я, переодеваясь в тренировочный костюм.

Служанка покачала головой. “К сожалению, она будет занята встречами. Однако она заверила меня, что все равно приедет к вам завтра на городские соревнования.”

Я был разочарован, но не подал виду, когда кивнул в ответ. После того, как служанка извинилась, я обнаружил, что моя рука теребит маленькую безделушку, которую Леди Вера подарила мне после того, как спасла от тех допрашивающих, которые пытали меня. Это была эмблема дома Леди Веры. Уорбридж — эмблема из двух скрещенных мечей, поддерживающих золотую арку.

Было ли это утешением, доказывающим, что у меня есть дом, которому я принадлежу, или тем фактом, что он был дан мне после одного из самых трудных моментов в моей жизни, я не мог никуда пойти без него. Я сунул его обратно в карман, прежде чем спуститься вниз.

Когда я шел по зданиям и сооружениям, расположенным между безупречно ухоженным садом и лужайкой поместья Уорбридж, я вспомнил, насколько это место отличалось от обычных мест, где я бывал.

Возможно, это было связано с тем, что я впервые оказался в поместье Дома, или с тем, что члены Дома Уорбридж были гражданами другой страны.

Я узнал, что, хотя они не были с моей родины Этарии, их родина -Трайден-была в союзе с Этарией уже более десяти лет. Это давало им право быть спонсорами королей Этарии, и наоборот.

Я не слишком интересовался политикой, связанной со всем этим, но поскольку король все еще имел вес на заседаниях Совета, мне пришлось взять обширные уроки о различных странах и их дипломатических союзах по отношению друг к другу.

К тому времени, когда я добрался до дуэльной арены Уорбриджа, там царила бурная деятельность и доносился шум.

Помимо пяти одобренных правительством дуэльных платформ с надлежащими функциями безопасности были добавлены различные тренажеры. Некоторые из более старых—но все еще эффективных-приспособлений использовали свинцовые веса, в то время как другие более современные инструменты использовали собственный ki пользователя для питания и обучения.





Глава 223




НАКАЗАНИЕ ЗА ДЕЙСТВИЯ

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

Ярость боролась во мне с горем, пока я оплакивал смерть моего отца.

Я плакал и ругался, отказываясь верить, что все это было на самом деле.

Как вундеркинд, как маг, как копье, я просто хотел защитить нескольких самых важных для меня людей—позволить им быть счастливыми и здоровыми.

Я отказался от мысли стать героем для народа Дикатена. Я исполнял эту роль и раньше, и я узнал, что ценой спасения этих безликих граждан являются люди, наиболее важные для меня.

И несмотря на все мои усилия, мне не удалось защитить их. Мои руки были запятнаны кровью моего отца-пятнами, которые, как я боялся, никогда не сойдут, сколько бы других людей я ни спас.

После того, как мои слезы высохли, а горло сжалось, все, что осталось внутри меня, это яма пустоты.

Когда труп моего отца унесли, а Дердена повели к палаткам медиков, я встал и направился внутрь стены.

Аплодисменты и приветствия разразились, как только я пересек ворота крепости. Солдаты, кузнецы и рабочие прекратили свои занятия. Одни кланялись, другие хлопали в ладоши, но все они смотрели на меня такими взглядами, что я вздрогнул.

Я не мог этого вынести. Ни людей, ни благодарности, ни выражения облегчения от того, что есть на кого опереться. Я не мог быть здесь.

Сильвия. Возьми мою сестру и отведи ее в палатку медиков, где находится моя мать. Ей нужно, чтобы кто-то был рядом с ней, подумал я, проходя мимо группы палаток, которые составляли корпус медиков.

Моя связь потянул меня за рукав рубашки. “Я схожу за твоей сестрой, но Артур … твоя мать будет нуждаться в тебе так же, как и в твоей сестре.”

Я не потрудился ответить ей вслух.

Я последний человек, которого моя мать хотела бы видеть. Она больше не видит во мне сына, и любое подобие привязанности, которое она могла бы иметь ко мне даже после того, как я сказал ей правду… исчезнет теперь, когда я не сдержал своего обещания вернуть моего отца—Рейнольдса живым.

Я отмахнулся от нее и направился к главной палатке для собраний.

***

— Генерал … Артур, — прохрипел Тродиус, его тело непроизвольно сжалось в кресле.

Я сделал еще один шаг к старшему капитану, вызвав панические отклики у дворян рядом с ним.

— М — мое заклинание! Как ты вообще… — заикаясь, пробормотал долговязый, направляя на меня палочку после того, как пришел в сознание.

Дородный мужчина слева от Тродиуса был немного смелее, несмотря на едкий запах, исходивший от его свежевымазанных штанов.

— Не подходи! Ты находишься в присутствии знати! Как смеет пес Совета вторгаться на важное заседание, — пригрозил он.

Маленький дворянин с густыми усами все еще лежал распростертый на земле, потеряв сознание после моего первого приветствия.’

Сделав еще один шаг, я не произнес ни слова. Долговязый в ответ взвизгнул, а толстый вздрогнул. Только Тродий остался невозмутим, пока я медленно приближался.

Море ярости и горя, бурлившее во мне, когда я оплакивал отца, было опустошено, оставив пустоту, которая впервые за долгое время позволила мне ясно мыслить.

Больше не было криков паники и беспокойства в моей голове, затуманивающих мое суждение, делающих меня иррациональным и эмоциональным в тщетной надежде сохранить всех моих близких в безопасности.

Теперь в моей душе была только тишина-призрачное затишье. Огонь ярости и другая какофония эмоций погасли, оставив лишь резкий холодок в моей крови.

В каком-то смысле это успокаивало.

Если бы это было всего десять минут назад, я бы сделал с Тродиусом то же, что сделал с Лукасом.

Вот только в этом оцепенелом и логичном состоянии ума я понял, что Тродиус не так прост, как Лукас. Я ничего не выиграю, убив Тродиуса, и он сможет забрать то, что я ему подал, с тем же запорным выражением лица, что и всегда.





Глава 224




ПОЛЕ БЕЛОСНЕЖНОГО ЦВЕТА

Алдуин захлопнул дверь и ушел прочь. Комната все еще слегка содрогалась от удара.

“Все прошло не так уж плохо. Я не думал, что он так легко сдастся, — выдохнул Вирион, откидываясь на спинку сиденья. Эти последние месяцы ударили по старому эльфу сильнее, чем все те годы, что я знал его вместе взятые.

“Я тоже, — задумчиво произнёс я, не сводя глаз с двери, через которую вышел Алдуин.

Заседание Совета закончилось больше часа назад, но Алдуин остался, чтобы опротестовать решение Вириона. Даже генерал Айя, которая никогда не высказывала своего мнения относительно приказов, умоляла командующего Вириона пересмотреть свое решение раньше.

Я их не винил. Вирион в конечном счете решил эвакуировать войска из Эленуара и сосредоточить войска на западной границе для защиты от алакрийских кораблей, идущих из океана. Для эльфов это означало, что их бросили.

К концу их разговора Алдуин все еще злился, но смягчился.

«Видя, что он хочет возглавить стратегию эвакуации наших людей, кажется, что он наконец понимает, что мы боремся, чтобы защитить Дикатен в целом, а не только Эленуар.- Он вздохнул, потирая виски. “Это, по крайней мере, даст мне больше времени, чтобы сосредоточиться на резервных сценариях.”

Я молча кивнул. Формирование стратегии для сражений было только половиной задачи во время войны. Думать о различных непредвиденных обстоятельствах и заставить все ваши войска знать, что делать, когда все идет не так, как планировалось, было так же, если не более, важно.

Мы молча стояли в комнате, пока Вирион не прочистил горло. Я знал, какой вопрос последует. Это был вопрос, который Вирион изо всех сил пытался задать мне, когда я вернулся в замок.

— Итак, Артур. Ты подумал о моей просьбе? — Сказал Вирион с холодной решимостью в глазах.

Я встретил его сильный взгляд. “Да, и боюсь, что мне придется вежливо отказаться.”

“А что, если я изменю свою просьбу на приказ?” он бросил вызов.

“Тогда у меня не было бы выбора, кроме как сделать это.”

Немного помолчав, Вирион глубоко вздохнул и покачал головой. “Если бы твой отец не умер, ты бы согласился?”

Моя челюсть сжалась, и я изо всех сил старался сохранять спокойствие, и мне удалось ответить. “Скорее всего.”

Он махнул рукой в знак отказа, прежде чем продолжить. “Ладно. Я больше не буду настаивать на этой теме.”

— Спасибо, — сказал я утешительно. — Кроме того, я слышал, что генерал Байрон неплохо разбирается в военном деле.”

— Семейная традиция Уайков всегда заключается в том, чтобы обучать свое молодое поколение искусству войны и сражения, — ответил Вирион. — Но его знания основываются на книгах теории и старых учениях.”

“По сравнению с моими знаниями… в подростковом возрасте? — возразил я с веселой улыбкой.

— Вирион хмыкнул. “Если бы я считал тебя нормальным подростком, я бы относился к тебе так же, как к своей внучке, и поместил бы вас обоих вместе с остальными членами вашей семьи под защиту.”

— Может быть, я приму твое предложение, — поддразнил я.

“Нет никакого предложения, сопляк. Говоря как командир, я не могу позволить себе потерять тебя, так что напрягись, — прорычал он. “Если ты не собираешься руководить, то хотя бы обагри руки кровью.”

— Есть, командир, — отсалютовал я. “Просто меня ждет очень ранний выход на пенсию.”

— Будет сделано, — усмехнулся он.

Мы еще немного поговорили, в основном Вирион рассказывал мне, чего ожидать, когда мы с Сильвией приедем в Этистин, а также рассказывал истории из нашего прошлого.

В конце концов, это может быть последний раз, когда мы увидимся.

— Моя мать и сестра должны прибыть в замок на следующий день или около того. Пожалуйста, позаботься о них, если я не вернусь, — сказал я, протягивая руку.

Какая-то часть меня хотела лично попрощаться с матерью и сестрой, увидеть их лица в последний раз на случай, если я действительно не выберусь из этой битвы живой, но большая часть меня была напугана.





Глава 225




ЯКОРЬ

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

Я застонал, едва слыша собственный голос сквозь шум ветра вокруг нас. Приподнявшись на шипастой спине Сильви, я осмотрелся вокруг.

Я видел Летающий замок, приближающийся вдалеке, наполняя меня смесью эмоций. Самым сильным из них было желание увидеть Тессию. Пожалуй, это была единственная причина, по которой я не поехал прямо в Этистин, где вскоре должна была начаться настоящая битва.

Стражники замка, заметив Сильвию, разделились, образовав дорожку, в то время как посадочный док беззвучно открылся.

Я должен был отдать должное его мастерам былых времен-мудрым и могущественным магам, которые были ответственны не только за поднятие целого замка в небо, но и за целый город, а также за соединение каждого крупного города с телепортационным порталом. Конструкции оставляли благоговейное чувство каждый раз, когда я их видел.

Напрашивался вопрос, что же на самом деле с ними произошло. Но в то же время, поиск ответа на этот вопрос не был точно первым в моем списке приоритетов.

Давайте быстро покончим с этим. — Мне нужны Косы, Слуги, или любой алакрийский солдат, чтобы убить, — сказал я, спрыгивая с цепи.

Удивительно, но посадочный док, который обычно был заполнен активностью и шумом, был совершенно пуст, если не считать одинокой фигуры у двери. Это был Вирион.

Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, кто это был, потому что он выглядел иначе.

Мощная уверенность, которую старый эльф обычно излучал вместе со своей беззаботной ухмылкой, исчезла, сменившись мрачным выражением, дополненным слоями мешков, отягощающих его глаза.

Его серебристые волосы были распущены, а мантия, которую он носил, казалась ему слишком большой. Тем не менее, увидев меня и Сильви, его лицо смягчилось, и я предположил, что это была улыбка облегчения.

Подойдя ко мне грациозной походкой, которую нельзя было уменьшить только возрастом, он тут же обнял меня.

Я был ошеломлен. Мое тело вздрогнуло от неожиданного физического контакта, и на какое-то время в голове у меня помутилось.

“Добро пожаловать обратно. Ты сделал все, что мог, Артур … ты отлично справился” — тихо сказал он голосом, который казался чужим и в то же время таким знакомым.

Ледяная оболочка апатии, в которую я себя запер-подальше от гнева, горя, потери и других эмоций, пытавшихся прорваться внутрь,—растаяла.

Это могло быть тепло его объятий, или тепло его слов, но я поймал себя на том, что снова плачу. Слезы текли по моим щекам, неослабевающие и теплые.

Мои плечи дрожали, когда я изо всех сил старался не сломаться еще раз, но слова Вириона продолжали эхом отдаваться в моей голове.

Я сделал все, что мог. Я отлично справился.

Сильвия молчала, но я чувствовал, что ее мягкое прикосновение передает столько же эмоций, сколько и объятия Вириона.

Командир, Копье и Асура… мы втроем стояли в большой пустой комнате, забыв на мгновение, кто мы такие.

***

Я держал кулак прямо перед дверью, не желая стучать.

Я не думаю, что смогу сделать это сам прямо сейчас. Ты уверена, что не хочешь увидеть Тесс со мной? Я спросил свою связь, которая была в другой части замка.

‘Ты нужен ей прямо сейчас. Только ты, — холодно ответила она, прежде чем намеренно заблокировать нашу ментальную связь, оставив меня в затруднительном положении.

Вирион сказал то же самое после нескольких часов попыток успокоить внучку. Она заперлась в своей комнате, отказываясь видеть всех, кто хотел помочь.

Если ее собственные родители и дед не могли достучаться до нее, как я мог?

Во всяком случае, это было моим оправданием. Я не мог назвать себя самым чутким человеком, и мой эмоциональный настрой был ничуть не лучше, чем у нее сейчас, просто наличие почти двух жизней опыта помогало мне, по крайней мере, функционировать.

Но все же она нуждалась в моей помощи, так же как я нуждался в помощи Сильви и Вириона.

Я отогнал прочь темноту, все плохие мысли, и отложил их на время. Я сам разберусь со своими потерями в свое время. А сейчас Тесс нуждалась во мне.





Глава 226




ГРОМКИЙ РОГ

Мы с Сильвией были очарованы белоснежным полем, простиравшимся от берега до самого океана. Было удивительно видеть, как колдовство такого огромного явления сотворено одним человеком. Конечно, генерал Варей будет измотана до тех пор, пока она не восстановит свою ману, но была проделана огромная работа.

Помимо предоставленной эстетики, мне было любопытно, какую стратегию Вирион и остальные члены Совета придумали на этом ледяном поле. Мне дали минимальную информацию о конкретных формированиях, развертывании и маневрировании войск, и фактическом строе линии, которую мы будем использовать, чтобы противостоять приближающейся алакрийской армии.

— Готовы подняться, генерал? — сзади раздался голос Кертиса.

Я отвел взгляд, повернувшись к единственной лестнице, ведущей на верхний этаж. Сильвия шла прямо за мной, и, несмотря на то, что в своем человеческом обличье она казалась даже моложе моей сестры, я чувствовал, как от нее исходит возбуждение битвы.

Поднимаясь по лестнице и входя в то, что, как я предполагал, было стратегическим центром битвы здесь, я был удивлен тем, насколько … эффективно все было.

«Эффективно», возможно, не было лучшим словом, но деятельность, происходящая внутри комнаты, напомнила мне о комнатах стратегии во время моего пребывания на земле.

Там были ряды столов с людьми, сидящими перед большими стопками свитков передачи вместо компьютеров. Все они стояли лицом к центру круглой комнаты, откуда открывался вид на генерала Байрона, стоявшего на возвышении над большим земляным столом с неровной поверхностью и большим стеклянным шаром на вершине замысловатого артефакта.

Вокруг этого артефакта находилось более двенадцати магов, ожидая приказов.

Хотя мне было любопытно назначение прозрачного шара, мне потребовалась всего секунда, чтобы понять, что земляной стол, над которым нависал маг-гном, был грубым изображением скорого поля битвы.

Генерал Байрон Уайкс, старший брат Лукаса Уайкса, в данный момент обсуждал что-то о марше, прежде чем наконец повернулся ко мне.

Выражение его лица было спокойным, но легкое подергивание бровей подсказало мне, что он не совсем забыл, что я сделал с его братом. Тем не менее, по сравнению с тем, как он вел себя, когда мы встретились в первый раз, его контроль над импульсами эмоций стал намного лучше.

— Генерал Байрон, — коротко поздоровался я, подходя к земляному столу.

— Генерал Лейвин, — ответил он, не потрудившись спуститься с трибуны, на которой стоял.

Я изучил макет военного стола, заметив маленькие глиняные фигурки, которые, скорее всего, изображали войска.

“Я предполагаю, что эта информация не в реальном времени, верно? — спросил я.

— Нет, это не так, генерал Артур, — почтительно ответил гном. “Я могу только приблизительно оценить и отследить прогресс по отчетам через свитки передачи, отправленные капитанами.”

“А что это за гигантский шар? — Спросил я, глядя на Байрона в этот раз.

— Это артефакт, который лучше использовать в качестве медиума для присутствующих прорицателей, — ответил он.

“Как прорицатели получают информацию с поля боя?”

“Те другие маги, которых ты видишь рядом с артефактом проекции, — элитные девианты, способные видеть, делясь чувствами со своими связанными зверями. Прорицатели смогут связать образы из сознаний и спроецировать их в сферу, чтобы генерал, ответственный за стратегию этой битвы увидел ситуацию на поле боя, — ответил Байрон, сузив глаза в подозрении.

“Не волнуйся, я пришел сюда после того, как отказался от твоей должности. Я присоединюсь к другим копьям на поле боя, — пошутил я, раздраженный отношением копья.

“По крайней мере, у тебя хватило ума отказаться. Десятки тысяч жизней солдат зависят от выбора, сделанного в этой комнате, — парировал Байрон. “Если ты не можешь даже сохранить жизнь своей собственной семьи, как ты сможешь уберечь солдат от бессмысленной смерти?”

Я откинула голову назад, охваченная яростью. “Что ты сказал?”

Байрон самодовольно улыбнулся. “Ты меня слышал.”

— Вы оба, остановитесь, — сказала моя связь, потянув меня за рукав. “И убери свою ману.”

Оглядевшись вокруг, я увидел, что убийственное намерение, наполненное просочившейся манной, напрягало присутствующих в комнате. Успокоившись, я бросил на Байрона свирепый взгляд и поднял руку. — Дай мне бумаги, которые ты получил от Совета, и мы отправимся в путь.”

Байрон неохотно протянул мне папку. В нем были десятки страниц, с соответствующей информацией наряду с несколькими свитками передачи.

Не желая оставаться в этой комнате дольше, чем необходимо, я направился к выходу, остановившись рядом с дверным проемом, ведущим на лестницу. “И Байрон. Если бы одним из требований к этой роли было «сохранить свою собственную семью», то я мог бы утверждать, что вы также не в состоянии подняться на эту трибуну.”

Я пересек высокие городские стены, которые отмечали край Этистина, взгромоздившись на спину Сильви, пока читал заметки, описывающие различные фазы этой битвы. Внизу раздавался топот шагов солдат, маршировавших по холмам, спускавшимся к заливу Этистин.





Глава 227




СЛЕДУЯ ПРИКАЗАМ

Тихое, но ощутимое напряжение рассеялось, сменившись гортанным ревом наших солдат и грохотом земли, когда они с яростью бросились вперед.

Несмотря на все мои знания и опыт на поле боя, как в этой жизни, так и в предыдущей, мое сердце все еще трепетало от волнения.

Сильвия чувствовала это, и она тоже была в подобном состоянии. Прилив адреналина, вытекающий из нее, смешался с моим собственным едва сдерживаемым ожиданием, когда мы смотрели вниз на приближающиеся вражеские силы.

Мы наклонились вперед, выжидательно наблюдая, как наши силы сталкиваются с их. Наша линия фронта представляла собой организованную волну солдат с союзниками, готовыми поддержать их и обеспечить прикрытие, но с их стороны все было иначе.

Сначала это было трудно заметить. Туман, окутавший поле боя, мешал всем рассмотреть мельчайшие детали.

Даже прорицатели позади нас едва ли могли сообщить нам какие-либо новости или показания, кроме того факта, что все войска были практически неразличимы по цветам.

Несмотря на то, что я знал, что происходит внизу, я не мог разобрать звон металла и крики солдат на расстоянии. Все было по-другому. Во время сражений такого масштаба, звуки не были такими отчетливыми. Они как бы сливались вместе в таком объеме, что дрожь ощущалась даже здесь.

Ты можешь сказать, что происходит? — спросил я у Сильви.

Моя связь покачала в ответ головой.

Я повернулся к Варею. — Может быть, нам стоит избавиться от тумана, генерал. Я не могу сказать, что там происходит.”

Седовласый ледяной маг отказалась. “Мы знаем, что на их стороне. Мы должны не дать им узнать, что на нашей стороне. Отклонение от плана на данном этапе невозможно. Жди приказов Байрона и Совета.”

Я был раздражен, но придержал язык. Она была права—и более того, не мне было делать подобные предложения. Я был тем, кто отказался от должности, потому что я не мог справиться с ответственностью. Кто я такой, чтобы приходить сюда и делать все, что захочу, только потому, что мне не по себе?

Решив довериться Вараю, Байрону и Совету, которые все еще получали информацию в реальном времени, я наблюдал, ожидая своего часа.

Вспышки света, сопровождаемые волной криков и воплей, вскоре привлекли мое внимание.

— Похоже, алакрийцы уже послали своих магов, — передал я своей связи.

Немного смущало, что они развернули своих магов так рано в битве. Однако я вспомнил, что Агрона говорил о том, что у Алакрии было намного больше магов из-за экспериментов, которые он проводил с прошлыми поколениями.

‘Но их маги, похоже, рассредоточены непоследовательно, — заметила Сильвия.

Она была права. Были области на поле, где вспышки магии были близко друг к другу или сгруппированы, в то время как в других областях, были заклинания, уходящие на несколько десятков ярдов друг от друга.

И снова меня охватило чувство неловкости, но я молчал, мои глаза осматривали поле боя сквозь пелену пара, исходящего от ледяной земли, пытаясь найти хоть какие-то признаки Слуги или Косы.

Внезапно надо мной протянулись тени. Подняв глаза, я увидел флотилию магов верхом на различных крылатых скакунах.

— Воздушные флотилии здесь, — объявил Варей, когда дюжина или около того магов проплыли над головой и вышли на поле боя.

Во время этой битвы против Алакрийцев выступят три главные силы. Первыми шли пехотинцы, ответственные за установление первого контакта и поддержание постоянного давления вперед, подальше от залива Этистин. Затем были воздушные силы, ответственные за создание беспорядка в тылу Алакриан, сбрасывая на них заклинания сверху. Наконец, появимся мы, копья.

Воздушные силы освещали туманный фон своими заклинаниями. Один из них осыпал алакрийцев огненными пылинками, а другой использовал сам туман и превратил капли воды в острые сосульки.

Крики и вопли, которые поначалу были такими резкими, начали сливаться с другими фоновыми звуками битвы. Видя пристальный взгляд Варей, когда она внимательно изучала поле боя, я почти мог видеть бремя их смерти, лежащее на ее плечах.

Битва продолжалась больше часа, прежде чем я окончательно потерял терпение.

— Генерал Варей. Позволь мне тоже туда спуститься, — попросил я.

“Нет. Слишком рано, — ответила она, все еще глядя на поле боя. — Подождите, пока остальные пехотные дивизии не начнут наступать с обеих сторон. Вот тогда ты и спустишься вниз.”

Мне не терпелось спуститься туда, почувствовать себя полезным. После недавних сражений и потерь мне нужна была победа.

‘Все в порядке. У нас будет время внести свой вклад, Артур’ — утешила меня Сильви. — Кроме того, похоже, что исход сражения складывается в нашу пользу.’

Это было правдой. Я должен был признать, что при том малом опыте, который наша сторона имела в крупномасштабных сражениях, мы держались довольно хорошо. С того места, где мы стояли, я мог различить смутные очертания формаций. Имея три линии, которые постоянно менялись местами, чтобы дать друг другу передышку, наши войска смогли сохранить свою интенсивность.





Глава 228




ИСПОРЧЕННАЯ КРОВЬ

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АЛДУИН ЭРАЛИТ

Я смотрел, как Мериал нежно гладила волосы нашей дочери, заправляя выбившиеся пряди за ухо, пока она крепко спала. Бледные лучи лунного света окутывали их обоих, создавая безмятежную атмосферу в тихой комнате.

Сколько времени прошло с тех пор, как мы в последний раз были вместе? Я задумался.

Слишком долго, чтобы помнить. Мы провели большую часть ночи, разговаривая, как настоящая семья, пока Тессия наконец не заснула.

Она стала такой большой, такой красивой. Она была точной копией своей матери, и все же у нее было мое упрямство. И услышать ее разговор—услышать ее настоящий разговор-о том, как она живет и каковы ее планы на будущее… это было то, что мне нужно.

Это подтвердило мое решение.

Я направился к двери, бросив последний взгляд на своих девочек. Мериал подняла на меня решительный взгляд. Ее глаза были полны слез, а раскрасневшиеся щеки были видны даже в этой тускло освещенной комнате. Она нежно держала Тессию за руку и кивнула мне.

Кивнув в ответ с застывшим выражением лица, я вышел из комнаты. Я жил в замке уже несколько лет, но никогда прежде он не казался мне таким большим и пустым. Факелы, освещавшие коридор, дико мерцали, когда я проходил мимо, словно они знали и упрекали меня.

Я сделал всего несколько шагов, прежде чем сдался под свалившимся на меня давлением. Я прислонился спиной к стене, чтобы не упасть, напряжение росло во мне, распространяясь по лицу и конечностям, как лесной пожар. Волна паники не остановилась на этом—она просто пошла в беспорядочных импульсах, сводя меня с ума, когда мой разум представлял себе последствия того, что я собирался сделать.

Мое дыхание стало прерывистым, а сердце так сильно колотилось в груди, что я боялся, как бы мои ребра не треснули. Пустые коридоры шатались и кружились при каждом моем движении, опрокидывая меня на пол. Я уткнулся лицом в колени и дрожащими руками схватилась за волосы, вспоминая слова, сказанные мне прошлой ночью.

Это была связь Артура в ее человеческой форме.

Ее поведение было небрежным, но утонченным, когда она подошла ко мне.

“А что теперь? — прорычал я, невольно делая шаг назад. Я точно знал, кто это был. По тому, как она держалась, и по выражению ее лица было ясно, что на самом деле это была не связь Артура, а Агрона.

“Как это мило с твоей стороны, король Алдуин, — ответила она, вернее, он. “Я думал, мы были ближе.”

— Ближе? Я сделал то, что ты просил, но моя дочь все равно чуть не умерла там, на поле! Если бы не генерал Айя—”

“Если бы мои солдаты нарочно избегали ее, как чумы, ваша дочь не просто страдала бы от собственной неполноценности, — прервал он меня без всякого выражения. “Она бы заподозрила неладное, а это совсем не то, чего ты хочешь.”

Я в отчаянии стискиваю зубы. “Почему ты здесь? Я сделал то, о чем ты просил. Я тайно ввел ваших людей, чтобы они могли убить наших пленников.”

— Я пришел по другому делу, Король Алдуин, — сказал он. Больше всего меня расстроило то, насколько расслабленным он был. «В настоящее время ваши войска на Западном берегу. Для вас —для вашего народа-это означает, что вы покинули свое королевство.”

Эмоциональная сторона меня хотела наброситься на него. Как он посмел прийти сюда и говорить так, будто он тут ни при чем, но годы политической карьеры научили меня молчать и скрывать свое лицо.

“Я хотел получить от тебя весточку, — продолжал он, не сбиваясь с ритма. “В чем заключается твоя преданность?”

“Что ты имеешь в виду? Позволить вам убивать бесполезных пленников-это одно дело, но если вы намекаете даже на отдаленную возможность того, что я предам свой народ—”

— Нет, не предать свой народ. ’ Ты уже это сделал, — перебил он. “Я спрашиваю, верен ли ты всему Дикатену, от бесплодных пустынь Дарва до окраин Сапина, чьи люди захватывают и продают твой народ в рабство даже сегодня, или твоему королевству.”

Я ничего не ответил. И это мгновение я было все, что ему нужно было знать-что я могу колебаться.

“Я прекращу нападения на всю вашу эльфийскую территорию. До тех пор, пока они не нападут на алакрийцев, вашим людям будет гарантирована безопасность вместе с вами, вашей женой и вашим проблемным ребенком.”

Наши глаза оставались прикованными друг к другу, пока он ждал моего ответа.





Глава 229




ИЗМЕНА

ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО АРТУР ЛЕЙВИН

“У нас здесь приказ, Копье Артур, — заявила Варей с ледяным взглядом. “Мы должны продолжать сражаться против алакрийских войск.”

Я заскрежетал зубами от досады. — Генерал Варей, даже вы уже заметили, что враги, с которыми мы сражаемся, не являются главной силой алакриан. Они дезорганизованы, в отчаянии, и многие из них тощие как скелеты, да еще и больны!”

Варей стояла твердо, скрывая свои эмоции. “Ты забываешь, что мы солдаты? Не нам решать, что делать с этой информацией. Я уже отправила обновленную информацию генералу Байрону и Совету. Мы будем действовать согласно их приказам, но пока будем продолжать делать то, что нам говорят.”

“Тогда позволь мне и моей связи вернуться в Этистин — нет, в замок. Я поговорю с командиром Вирионом и придумаю—”

“Разве ты здесь не потому, что не хотел брать на себя ответственность?” генерал прервала меня. “Ты хотел стать солдатом, потому что не хотел нести бремя принятия решений.”

Я открыл рот, но не издал ни звука. Она была права. Я был тем, кто выбрал быть здесь, чтобы бороться бездумно и не иметь вес чужих жизней в своих руках.

С напряженной шеей и сжатыми челюстями я отвесил генералу Варею жесткий поклон, прежде чем повернуться и уйти.

Мои мысли блуждали до тех пор, пока я не вернулся в уединенное место, где разбил лагерь. Там я заметил Сильви, пополняющую свою ману. Она приоткрыла один глаз, чувствуя, что я рядом. “Как все прошло?”

— Ничего не изменилось, — проворчал я, присаживаясь на большой камень рядом с ней. “Мы продолжим сражаться с ними.”

— Ну, заключенные или нет, мы все равно не можем позволить им продвинуться вперед, — сказала Сильви с волной сочувствия.

“Но это” — я указал на тысячи и тысячи солдат внизу, отдыхающих, и еще тысячи в поле, сражающихся, — это перебор. У нас гораздо больше войск, чем нужно, если все, с чем мы имеем дело-это Орда несогласованных и отчаявшихся пленников.”

— Верно, — согласилась Сильвия. Она встала и вытянула свои человеческие конечности, прежде чем бросить на меня взгляд. “Так. Тогда чего же мы ждем?”

Я приподнял бровь. — Что?”

— Пожалуйста, Артур. Я могу читать твои мысли даже без нашей связи.- Она закатила глаза. “Я знаю, что ты уже решила уехать.”

И снова я обнаружил себя с открытым ртом, но без слов, вылетающих из него. Покачав головой, я улыбнулся своей спутнице и взъерошил ее волосы пшеничного цвета. “Тогда не говори, что я тебя не предупреждал. Формально мы совершаем измену, не подчиняясь приказам и уходя во время боя.”

Тело Сильвии начало светиться, пока ее фигура не превратилась в огромного черного дракона. «Пф. Это не первый раз, когда мы совершаем измену, и, вероятно, не последний.”

“Я так хорошо воспитал тебя” — усмехнулся я, прыгая на свою связь, мое настроение поднялось. Я многое потерял, но у меня остались те, кого я очень любил.

Мы взмыли в небо, расчищая холмы, тянувшиеся от залива Этистин.

‘Ты не хотел заехать в Этистин, прежде чем мы отправимся в замок? — спросила Сильвия.

В этом нет смысла. Байрон не из тех, кто слушает—особенно меня, — и замок разорвал все связи с другими вратами телепортации. Единственный способ попасть внутрь-это лететь прямо туда, так что мы не можем терять время.

Я почти ожидал, что генерал Варей придет за нами, но по прошествии первых тридцати минут понял, что мы в безопасности. Тем временем я то и дело кивал, изо всех сил стараясь не заснуть, пока продолжалось это мирное и спокойное путешествие.

Сцены моей прошлой жизни начали всплывать на поверхность, как яркий сон. Эмоции, которые я испытывал тогда, всплыли вместе со старыми воспоминаниями.





Глава 230. Память




— Сет, доложи генералу Варею. Она будет руководить сражением, — приказал Байрон, жестом приказывая солдату отойти.

Он повернулся ко мне, и мы встретились взглядами на секунду, прежде чем он кивнул, сказав мне: «остальные направятся прямо в замок.»

Я кивнул в ответ, и Сильви снова превратилась в своего дракона, и мы немедленно взлетели.

Сделав несколько глубоких вдохов, я попытался сохранить хладнокровие. Полагаясь на то, что старейшина Эстер, старейшина Бухд и Вирион справятся с тем, кто вторгся туда.

Эти черные и красные языки пламени, вздымающиеся вдалеке, были зловещим признаком того, что это было то, чего я боялся—либо слуга, либо даже коса. Я очистил свой разум от «что если», придумав стратегию при входе. Я старался не думать о маме и сестре, а также о Тесс, которые должны были быть там в безопасности.

— Все будет хорошо, — передала мне Сильви, но даже она не смогла удержать свое беспокойство, и оно просочилось на меня.

Я не ответил, вместо этого манипулировал ветром вокруг нас, уменьшая сопротивление воздуха, тянущего Сильви назад. Делал все, чтобы добраться туда хотя бы на секунду быстрее.

Я продолжал управлять ветром, прокачивая ману через свое тело, готовясь к битве как можно скорее. Оглянувшись, я увидел, что Байрон и другие конные солдаты не успевают за нами, но мы не замедлили шаг.

Пожалуйста, все, будьте в порядке, молился я, пока мы почти не оказались у замка.

Барьер, защищавший летающую крепость с неба, был разрушен, позволяя бушующим ветрам раздувать темное пламя.

Сильви легко пробила дыру в закрытом погрузочном доке, и мы приземлились внутри. К счастью, слой маны, которым я себя окутал, не позволил вредному дыму проникнуть в мои легкие. Тем не менее, все погрузочное отделение было покрыто толстым черным одеялом гари.

«Пошли, — сказал я Сильви, которая снова приняла человеческий облик.

Не желая рисковать, я зажег внутри себя Волю Дракона. Из — за Сферы Сердца мое зрение стало монохромным, выделяя окружающую ману вокруг меня. С моим улучшенным зрением и беспрецедентной остротой маны, было бы невозможно для любого врага подкрасться к нам даже под тяжелым дымом и свирепым ветром, кричащим через отверстия поврежденного замка.

Мы рассредоточились примерно в пяти ярдах друг от друга, и работали сообща, общаясь через нашу связь. Мы обыскали разрушенные комнаты и темные коридоры нижних этажей.

Мы медленно продвигались по разбитому полу, обходя обломки стен и потолка.

Грохот эхом отдавался сверху и даже вокруг нас, в то время как завывание ветра, заполнявшего промежутки тишины, делало почти невозможным найти какие — либо признаки происходящей битвы, в которой мы могли бы помочь.

Единственное, что мы могли сделать, — это тщательно обыскать одно помещение, а затем другое, и так по кругу.

‘Сюда, — донесся голос из соседней комнаты.

Внутри я увидел Сильви, сгорбившуюся над чем — то вроде человека, частично погребенного под горой обломков. Моя грудь тут же сжалась, и волна паники поднялась от моего живота, пока Сильвия не заверила меня, что это не был кто — то знакомый нам.

По тонкому одеянию, вплетенному в слои кольчуги на теле трупа, а также по посоху, лежащему всего в нескольких футах от него, можно было легко догадаться, что эта несчастная жертва была одним из немногих оставшихся здесь стражников.

Я потер переносицу, расстроенный тем, насколько хрупким я был, морально. Немного успокоившись, я осмотрел труп. С помощью Сферы Сердца я смог сказать, что павший маг умер от заклинания огня.

Одним движением руки я убрал обломки, чтобы получше рассмотреть труп.

«Что за … — пробормотал я, поднимая его одежду.

‘В чем дело?’

Я продолжал поиски, но ничего не нашел. «Здесь нет никаких следов ожогов.»

«Он умер не от огня? — удивленно произнесла она вслух.

Услышав вдалеке еще один грохот, я встал. — Давай, пошли дальше.»

Мы вдвоем продолжили свой путь по коридору, обыскивая каждую комнату на нижних этажах в поисках кого — нибудь, кто мог бы остаться в живых. Все, что мы находили, были трупы, сожженные до смерти без видимых ран.

— Я не понимаю. Может быть, это огонь, который сжигает изнутри? — Предложила Сильвия.





Глава 231. Пошатнувшийся столп




В моей голове проносились сцены десятилетней давности, когда я впервые встретил Сильвию. Те несколько месяцев, что мы провели вместе, создали между нами такую связь, что… обычно это невозможно за такой короткий промежуток времени.

Возможно, потому, что прошло не так уж много времени с тех пор, как я впервые пришел в себя в этом мире, но для взрослого мужчины, рожденного в теле младенца, Сильвия была моим утешением. Перед ней я действительно мог вести себя как я, и для нее — даже сочетая мой возраст из обеих жизней — я все еще был просто ребенком.

И по сей день одним из моих самых больших сожалений было расставание с Сильвией. Я был тогда молод и слаб, но все еще думал об этом — что было бы, если бы я остался. Была бы Сильвия жива? Была бы она все еще со мной?

Поначалу я ничего так не хотел, как отомстить за нее. Сообщение, которое она передала мне о том, что я наслаждаюсь этой жизнью, ничуть не уменьшило мою ярость по отношению к тем, кто был ответственен за все это. Однако по мере того, как проходило все больше и больше времени, жажда мести постепенно угасала.

Я лгал себе с самого начала, думая, что ничего не могу с этим поделать, потому что слишком слаб. Так что я тренировался, и тренировался. Я ходил в школу, чтобы тренироваться и учиться, и даже отправился в Эфеот, чтобы учиться у Асур. Однако, оказавшись лицом к лицу с тем, кто был ответственен за все это в ту самую ночь, когда Сильвия толкнула меня через тот портал, я почувствовал более сильное чувство вины, чем гнев.

Я больше злился на себя за то, что так мало думал о Сильвии в эти дни, чем о Косе, лежащую сейчас передо мной — ту самую, что виновата в смерти Сильвии.

— Это ты, — закипел я, делая все возможное, чтобы мои руки не дрожали. — В ту же ночь! Ты была той самой, что…

Следующие слова застыли у меня во рту, когда я заглянул за Косу. Именно тогда я осознал, что в своем приступе гнева я даже не видел в дальнем углу Вириона — смертельно бледного и распростертого на груде щебня — и Байрона, который то терял сознание, то снова приходил в себя.

Пока что они живы, — сказала Коса.

Я сделал еще один шаг вперед, прижимая Балладу Рассвета ближе к бледно-серому горлу косы. Аура инея окружала мой клинок вместе с сжатыми порывами ветра и электричеством, когда я все больше и больше добавлял своей маны в свое заклинание.

Коса оставалась невозмутимой, когда Элементальные Ауры исходили от моего оружия чуть ниже его острой челюсти, вместо этого, изучая меня с интересом. — Впечатляет видеть, как ты владеешь маной в такой искусной степени, даже если это было благодаря Леди силь-

Он слегка подвинулся, уклоняясь от Элементальной Энергии, выпущенной из моего клинка с нечеловеческой скоростью и точностью. Замок еще раз громыхнул в знак протеста, когда его укрепленные маной стены треснули и раскололись.

Не смей произносить ее имя, — прорычал я, готовясь ударить снова.

Щупальца маны обвились вокруг меня, их интенсивность отражала мои эмоции. Земля подо мной рухнула от давления, когда я повернулся. Сверкнула бирюзовая дуга, когда я махнул своим клинком на бешеной скорости.

Однако мой противник стоял неподвижно, позволяя моему клинку пронзить его насквозь — или мне так показалось.

Рана, которую мой меч проделал в его шее, тлела в пламени, прежде чем закрыть рану, как будто ее не существовало.

Через Сферу Сердца я смог сказать, что он был способен манипулировать своим черным пламенем в такой высокой степени, что он мог стать почти неосязаемым.

— Артур!- Сильви только что вышла на связь и позвала нас по телепатическому каналу.

Сильв! Помоги Вириону! — Приказал я, переводя взгляд с дедушки Тессии на Косу, стоявшую всего в нескольких футах передо мной, и обратно.

А как же ты? Ты не сможешь победить его в одиночку!- ответила она.

Он умрет, если ты его так оставишь! Сказал я, продолжая атаковать Косу, используя не только свой меч, но и каждый элемент, который был в моем арсенале. Я запустил клинки ветра, дуги молний, взрывы голубого пламени, но ни один из них ничего не сделал.

К счастью, Сильв прислушалась к моим словам. После минутного колебания она подбежала к Вириону и Байрону.

Я тоже внес свою лепту, по крайней мере, задержался на некоторое время, пока мой Фамильяр исцеляла их обоих. Я сплел вокруг своей руки как внешнюю, так и собственную манну, чтобы зажечь ледяное белое пламя. С силой и контролем, которые я получил от своего белого ядра, я выпустил заклинание, замораживая косу и все остальное в пределах тридцати футов.

Семифутовая коса, облаченная в блестящие черные доспехи, стояла в ледяной гробнице. Его поза, даже застывшая, оставалась высокомерной и беспечной.

Отбросив всякое сомнение, проскользнувшее из его позы, я выпустил луч молнии в нашего замерзшего противника, пока все помещение не покрылось ледяным туманом.

Если бы не Сфера Сердца, я бы не увидел, как коса ударила меня прямо в лицо.

Черт возьми! Это не сработало, выругался я.

И все же я был полон надежд. Каждая схватка с одним из Слуг оставляла нас с Сильвией почти мертвыми. Сражение с УТО убило бы нас, если бы не Коса, Серис. Но на этот раз все было по-другому.

Даже против косы, существа, которые были способны использовать искусство маны только Асуры из кланов василиска, были способны сделать это, я был способен держать себя в руках.

Уворачиваясь от огненного кулака Косы, я понял, что он, похоже, сдерживается. У меня не было ни времени, ни досуга, чтобы подумать, почему, но это было правдой, и я должен был извлечь из этого выгоду.





Глава 232. Тьма Грея




От лица Грея

Здесь.- Леди Вера села рядом со мной, открыла бутылку с водой и протянула ее мне. — Выпей это и постарайся успокоиться.

Я кивнул, прежде чем проглотить прозрачную жидкость. Мои тревоги, нервное возбуждение и накопившиеся стрессы мгновенно исчезли.

С водой что-то не так?- обеспокоенно спросила она.

— Н-Нет. Я просто так нервничал, что поперхнулся, — сказал я, делая еще один глоток.

А, понятно. Хорошо, продолжай пить. Вы почувствуете себя лучше после того, как выпьете все это и сделаете некоторые дыхательные упражнения. В этот момент прямо сейчас вам лучше всего держать свое тело в отличной форме.

Я тупо уставился на Леди Веру — моего наставника, учителя и кого-то вроде старшей сестры для меня. Она оглянулась назад, улыбаясь той уверенной манерой, которая заставляла вас чувствовать себя в такой безопасности, находясь на ее стороне.

Ты почти на первом месте, Грей. Просто выиграй еще один поединок, и ты будешь законным наследником, пока не достигнешь совершеннолетия, чтобы принять титул короля, — сказала она, наклоняясь ближе. «С вашим мастерством и талантом этот турнир-всего лишь ступенька на пути к чему-то большему.»

Вы совершенно правы.- Я собрался с духом, вспоминая директора Уилбека.

До сих пор меня бесило, как быстро было закрыто еге дело, несмотря на всю серьезность ситуации. Это заставило меня заподозрить, что что-то происходит, но для того, чтобы подтвердить это и добраться до сути всего, мне понадобится авторитет короля.

Как и сказала Леди Вера, этот турнир был просто ступенькой для меня, чтобы стать королем и получить поддержку Этарии, чтобы начать полное международное расследование. Я найду того, кто это сделал, и использую свою полную власть как короля, чтобы убедиться, что они заплатили за ее смерть.

«Вы знаете, что моя родная страна Трайден и Этария недавно подписали договор, но все было шатко, как и со всеми новыми союзами. Я верю, что ты станешь великим королем, который действительно соединит наши две страны вместе, Грей.»

Я с надеждой посмотрел на Леди веру. «Вы действительно так думаете? Даже с моим происхождением?»

«Твое происхождение носит фамилию Уорбридж, как и мое, — укоризненно заметила она, прежде чем ее лицо смягчилось теплой улыбкой. „Я позабочусь, чтобы никто в этом не сомневался.“

Моя грудь сжалась, когда слезы угрожали вырваться на поверхность. Сглотнув и выпрямившись, я ответил с новообретенной решимостью: „Спасибо. Я вас не подведу.“

— Конечно же, нет. — она положила свою твердую руку мне на плечо. „Ты уже догадался, кто будет твоим последним противником, верно?“

Мои кулаки сжались еще сильнее. „Конечно.“

„Я знаю, что она моя старая подруга, и вы оба выросли вместе, но не забывайте, что она все бросила ради этого. Забудьте о слухах, которые ходят вокруг нее; никто не заставлял ее сражаться — и с ее силами, никто не может.“

Едва она закончила говорить, как зазвонил телефон Леди Веры.

— Алло? — Что? Ладно, я скоро приду, — сказала она строгим голосом.

— Извини, Грей, здесь мой деловой партнер, и мне нужно выйти на улицу, так как его сюда не пускают. Обязательно допейте эту воду и сосредоточьтесь на том, чтобы успокоиться.»

— Я поднял бутылку с водой. «Не бойтесь, со мной все будет в порядке.»

Натянуто кивнув, Леди Вера снова заговорила с кем-то на другом конце провода. Когда она потянулась к двери, чтобы выйти из моей приемной, дверь распахнулась, удивив нас обоих.

— Смотри куда идёшь!- Леди Вера зарычала на дворника, тащившего тележку для уборки.

Худой бородач опустил голову, прежде чем отойти в сторону. «Мое извинение.»

Щелкнув языком, она шагнула вперед, чтобы поближе взглянуть на мужчину, когда тот, по-видимому, снова заговорил.

«Я сейчас приду! Я хочу, чтобы кадры были сняты со всех ракурсов!- рявкнула она и зашагала прочь.

Дверь закрылась за вошедшим уборщиком, голова которого все еще была опущена под темно-синей форменной фуражкой.

„Вам действительно следует быть осторожнее, сэр, — предупредил я. ‚В этих залах есть много важных людей, которых вам не стоит сердить.‘

Дворник ничего не ответил. Вместо этого, к моему удивлению, он посмотрел прямо на меня, когда сорвал свою густую седую бороду. Что меня еще больше удивило, так это то, что лицо уборщика начало слегка искажаться, открывая лицо, которое не могло быть более знакомым.

‚Н-Ник…‘

Дворник — нет, Нико зажал мне рот ладонью. ‚Не говори слишком громко.‘

Его рука оставалась там, пока я не подтвердил ему, что успокоился. Вытирая рот, я заговорил с моим другом, который игнорировал меня в течение последних нескольких месяцев. ‚Где же ты был? Ты выглядишь ужасно — эта фальшивая борода… это изменяющий артефакт? Разве это не незаконно?‘

Нико проигнорировал меня, когда его глаза метнулись по комнате. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять, что последние несколько месяцев дались ему нелегко. Его впалые щеки и потрескавшиеся губы свидетельствовали о том, как мало он заботился о своем здоровье.

‚У нас не так много времени до вашего матча с Сесилией, — сказал он, копаясь в санитарной тележке, прежде чем вытащить устройство размером с ладонь. ‚Мне нужно, чтобы ты выслушал это прямо сейчас.‘

Я оттолкнул устройство в сторону. ‚Что происходит, Нико? Я знаю, что ты беспокоишься о Сесилии, но ты игнорировал меня в течение последних четырех месяцев, а теперь ты приходишь сюда прямо перед моим матчем и отвлекаешь меня вот так? — Что ты пытаешься сделать?‘

— Пожалуйста, — сказал он с явным отчаянием в голосе. ‚Просто слушай.‘

Так я и сделал. Несмотря на то, что до моего матча с Сесилией оставалось меньше часа, я надел наушники вместе с Нико и начал слушать.

‚Это … Леди Вера?- Спросил я, услышав ее голос через устройство.

Он убеждал меня продолжать слушать, что я и сделал. И по мере того, как аудиозапись продолжалась, слушать становилось все труднее и труднее.

— Чушь собачья, — выплюнул я, снимая наушники с головы. — Ты планируешь захватить Сесилию во время этого турнира? Что за дурацкую шутку ты затеял, Нико?‘

‚Это не шутка — как я могу шутить о Сесилии?!- настаивал он, и слезы выступили на его усталых глазах. — Я знаю, что Леди Вера была добра к тебе, но вот почему. Все было для этого дня.‘

‚Ты что, с ума сошел за эти несколько месяцев?‘

‚Вот где я был последние несколько месяцев.‘ — Нико закатал рукава своей униформы и задрал штанины, показывая глубокие красные шрамы, которые тянулись вокруг его запястий и лодыжек. ‚Я был заперт в нашем собственном Этарианском посольстве, потому что пытался вырвать ее из правительственного здания, в котором она содержалась. Меня морили голодом и пытали, но мне удалось сбежать. С тех пор я собираю доказательства вокруг Веры Уорбридж, чтобы заставить тебя помочь мне.‘

Мои глаза расширились, прежде чем я покачал головой. ‚Нет. — Нет, ты врешь. В этом нет никакого смысла. Во-первых, зачем Леди Вере понадобилось брать с собой Сесилию? Теперь у трайдена и Этарии есть союз!‘

‚Именно поэтому они и хотят получить его сейчас, — нетерпеливо объяснил он. — Тот, кто контролирует Сесилию или то, что Трейдены называют ее наследством, контролирует все два правительства.‘

Я был потрясен знакомым термином. Наследство … вот как этот человек называл Сесилию, когда мучил меня. Но я никогда не говорил об этом Нико.

— Ладно, тогда что мне делать? Почему Леди Вера нуждается именно во мне, а не в каком-то другом гениальном кандидате в короли?“

— Наше правительство держало Сесилию взаперти для ее же собственной безопасности, пока она официально не была коронована. Единственное время, когда она должна будет появиться на публике, — это во время турниров, — немедленно ответил он. — А Леди Вера нуждалась в тебе, потому что ты сирота. Есть строгие правила для того, кто может быть допущен в турнирах короны короля, особенно в финальных раундах. Леди Вере разрешили войти сюда только потому, что она ваш законный опекун, чего не может случиться с другим кандидатом из богатой семьи.»

Я на мгновение задумался над его словами, но вдруг стук в дверь заставил нас обоих резко вскочить.

— Кандидат Грей? Я один из посредников. Леди Вера Уорбридж попросила меня проведать вас, — раздался грубый голос.





Глава 233. Просроченная договоренность




АРТУР ЛЕЙВИН

Еще долго после того, как солнце село и наступила ночь, принося с собой горький холод, я бездумно сидел у огня. Надо мной звезды, которые казались такими же в моем предыдущем мире и этом мире, мерцали как хрустальная пыль на горизонте.

Вирион, как слабый младенец, снова заснул после слез. Его тело было в сильно ослабленном состоянии, и его ядро маны было на грани разрушения. Байрон все еще не проснулся, его раны от удара косой были намного серьезнее, чем я ожидал изначально.

Должно быть, прошло уже несколько часов с тех пор, как я в последний раз встал со своего места, и мой вихрь мыслей унесся в пустоту. После того, как гнев угас, все планы по спасению моей семьи и Тесс — планы мести и справедливости — исчезли.

Так что я сидел на земле, лениво пробегая пальцами по мягкой грязи подо мной, не имея ни малейшего представления, куда идти дальше. Теперь Алкрийцы контролировали замок, а вместе с ним и контроль над воротами телепортации по всему континенту. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, что они планируют захватить Ксайрус следующим, прежде чем медленно уничтожить силы Дикатена.

С Вирионом в том состоянии, в котором он сейчас находился, у нашей стороны даже не было лидера. Копья были разбросаны, и это был лишь вопрос времени, когда их будут снимать по одному, пока у Дикатена не останется никакой надежды когда-либо отомстить.

Хруст листьев привлек мое внимание сзади. Сильви вышла из земляного убежища, которое я наколдовал, но одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что моя Спутница не та, кем она казалась.

Давай прогуляемся, а?- сказала она, и голос у нее был тот же, но интонация и тон были совсем другие.

Мое сердце забилось быстрее, и я обнаружил, что дрожу от гнева, но молча последовал за ней. В течение пяти минут мы шли, сопровождаемые только треском веток и треском листвы под нашими ногами. Буря эмоций прошла сквозь меня, когда я уставился в спину того, кто был ответственен за все смерти и страдания, которые пришлось пережить нашим людям.

Я лихорадочно соображал, что бы сказать, что бы сделать.

— Фу!- Выдохнула Сильви, присаживаясь на поваленное бревно. «Контролировать это тело даже для таких простых вещей, как ходьба, — тяжелая работа.»

Я уставился на вождя клана Вритра и правителя Алкрии и упал перед ним на колени.

Аргона нахмурил «его» брови, придав лицу Сильви выражение удивления и разочарования, прежде чем он быстро расслабился.

— Боже, какой неожиданный поворот событий, — сказал он, когда я опустил взгляд на землю под ним.- Разве герой и некогда могущественный король признал свое поражение?»

— Аргона, — сказал я сквозь стиснутые зубы. «Ты уже высказал свою точку зрения. Пожалуйста, отпусти Тессию и мою семью.»

— Почему?»

Я зарылся пальцами в грязь. — Потому что … я принимаю твою сделку. Я сам уберусь с этой войны.

Хихиканье заставило меня поднять глаза, но я тут же увидела, как Сильви хихикает, прикрывая рот рукой. «Ты думаешь, наша сделка все еще в силе, Грей? Ты был единственной непредсказуемой переменной, которая имела хоть малейший шанс помешать мне, но как вы сами сказали, я сделал свою точку зрения. Даже вы — со всеми присущими вам талантами и преимуществами — достигли только этого.»

Глаза Сильви, затуманенные неудовольствием, смотрели на меня сверху вниз. «Сам факт, что ты даже не сказал своей Спутнице, что я могу обладать ее телом, говорит мне, что даже с самого начала ты всегда ожидал проигрыша.»

— Тогда чего же ты хочешь?- Потребовал я ответа. «Почему ты снова появился передо мной?»

— И снова ты задаешь вопросы, на которые я не обязан отвечать.- Несмотря на его небрежные слова, выражение его лица было похоже на беспокойство. «Я не ожидаю, что буду иметь удовольствие встречаться вот так снова, так что… до свидания.»

Я с трудом поднялся на ноги. -Ч-Подожди, а как же моя … —»

И вот так, без сознания, Сильвия откинулась назад.

Завопив от негодования, я ударил одетым в Ману кулаком в землю, разбудив лес и его обитателей.

— А … Артур?- Позвала Сильвия, усталая и сбитая с толку. «Что тут происходит?»

Я позволил ментальному барьеру — который я все лучше и лучше укреплял — упасть, позволяя Сильви читать мои мысли и воспоминания без ослабления .

И все же я взял себе за правило говорить ей правду вслух. «С тех пор как ты сломала печать, наложенную на тебя Сильвией, Аргона смог на короткое время завладеть твоим сознанием.»

Я наблюдал, как кожа Сильви побледнела, а выражение ее лица исказилось от отвращения. Ее рот открылся, как будто она хотела задать мне вопрос, но тут же закрылся, потому что она нашла ответ в моей голове.

— Прости, что я тебе не сказал.»





Глава 234. Скрытый в песке




— Ну вот! Мы должны приземлиться здесь! — Воскликнул Вирион, когда мы парили над бескрайними пустынями Дарва.

Но здесь ничего нет!- Возразил Байрон, поворачивая голову то налево, то направо.

Даже я огляделся, прикрывая глаза от резких порывов ветра, но внизу было только несколько странных валунов и много-много песка.

Раньше, когда мы летели над облаками, было легко определить наше относительное местоположение, используя различные пики высоких гор как компас, но теперь было невозможно увидеть горный хребет из-за густых, несущих песок ветров.

Сильви спустилась вниз, и я последовал за ними, пока мы не приземлились на мягкую землю.

— Пролететь через это было… тяжело, — пробормотала Сильвия, переходя в свою человеческую форму. Она была одета во все черное, как обычно, но чешуя превратила ее наряд в толстую шаль, которая закрывала большую часть ее лица и тела, чтобы бороться с резкими ветрами.

«Вы хорошо справились, леди Сильви», — сказал Вирион, когда я быстро накрыл его тело толстым слоем маны. «Большинство воздушных мана зверей не могут противостоять ветрам так далеко на юге».

Но я же не мана зверь, — возразила Сильвия, приподняв бровь.

— Ах… мои извинения… — ответил Вирион.

«Идемте. Давайте найдем это ваше убежище, — сказал я ему, жестом приглашая его взять на себя инициативу.

Вирион указал на высокий валун, похожий на какую-то древнюю колонну. «Мы должны идти туда».

«Эта штука?» — Указал Байрон, и на его лице отразилось замешательство. «Это немного подозрительно для сверхсекретного убежища, не так ли?».

«Это не убежище, а ориентир, который должен был сделать Бухд, чтобы отслеживать местоположение убежища», — поправил Вирион, подходя ближе.

Остальные последовали за ним к гигантской колонне, испещренной шрамами от пронизанных песком ветров, которые были так распространены здесь.

— «Мы начнем отсюда», — заявил Вирион, указывая на глубокую рану в центре колонны. — Упершись пяткой в колонну, мы делаем 35 651 шаг вперед.»

Байрон, Сильвия и я обменялись взглядами, прежде чем снова посмотреть на Вириона. — «Неужели это единственный способ найти убежище?»

«Пока, да», — ответил Вирион. — Само убежище ответвляется в различные туннели, которые еще не исследованы, поэтому я надеюсь, что появится больше входов.»

Сильвия согласно кивнула. «Если это единственный способ добраться до убежища, то будет почти невозможно незаметно привести сюда нормальных гражданских лиц.»

Вирион вздохнул, опустив глаза. Для него это убежище было, скорее всего, последним шансом на спасение от Алакрийцев. Если этот план сводился только к тому, что мы и еще несколько человек смогли добраться до убежища, то в этом не было никакого смысла.

«Ну вот, мы и проделали весь этот путь. Давайте сначала отправимся в это убежище, прежде чем придем к каким-либо выводам», — вмешался я, придав лицу самое уверенное выражение, на которое только был способен.

И вот мы начали свой путь через пустыню. Неспособный летать или использовать любые короткие пути с магией, Вирион был вынужден ступать с пятки на носок, пока я вел счет.

Это было тяжелое путешествие, которое обычно заняло бы несколько дней подготовки, чтобы даже попытаться. Тем не менее, в группе с двумя копьями, магом серебряного ядра и асурой, мы смогли пройти.

Свежая вода, которую невозможно было бы достать, время от времени извлекалась из облаков, чтобы пополнить запасы, и наш почти бездонный колодец маны был способен защитить нас от холодного воздуха пустыни и резких ветров.





Глава 235. Течение времени




Инстинктивно я окутал себя сферой ветра, удерживая песок подальше, пока мягко опускался на землю. Сильви сделала что-то похожее, когда я увидел, как черная сфера медленно растаяла, открыв миниатюрную девушку с двумя большими рогами.

Вирион и Байрон, с их поврежденными ядрами и широко непригодной для использования магией, также не преуспевали.

К счастью, Вирион был в эпицентре нашего падения, поэтому он соскользнул вниз с большой горы песка, которая скопилась под ним. Байрон, чья молниевая магия была так сильна, что усиливала его рефлексы, скатился по песчаной дюне в приступе отчаянного крика и кашля.

Он замахал руками, как тонущий щенок, прежде чем понял, что стоит на твердой земле. Вирион покачал головой, а Сильвия отвернулась, чтобы скрыть смех.

Байрон выплюнул горсть песка и впился в меня острыми, как кинжалы, глазами. — «Это ты! Должен ли копье быть настолько эгоистичным, чтобы оставить своего… командира и броситься в неизвестные опасности, как это?»

«Единственный, кто думал, что они в опасности — это ты, — возразил Вирион, отряхивая песок со своей одежды.

Впервые я увидел, как щеки Байрона вспыхнули от смущения. Он быстро вскочил на ноги, вытирая свой песчаный рот и язык рукавом, и закашлялся. Его злобный взгляд никак не прекращался, когда он делал это, но Байрон и я оба знали, что он ничего не мог с этим поделать. Учитывая то состояние, в котором он сейчас находился, я мог бы убить его пощечиной — не то чтобы я хотел, конечно.

— «Все», — сказала Сильвия, и ее голос слегка отдался эхом. «Смотрите по сторонам.»

Ее слова привлекли наше внимание к таинственному подземному туннелю, в котором мы находились. Я огляделся вокруг и наконец понял, что для места без каких-либо источников света его было удивительно легко увидеть.

«Эти светящиеся символы — руны? Я никогда не видел ничего подобного», — удивленно пробормотал Байрон, держа руку на руне, которая пульсировала слабым светом на стене. «Это, должно быть, руны, но я не чувствую вокруг них ни огня, ни маны сродства с молнией.»

Сильвия провела рукой по рунам, которые казались слишком совершенными, чтобы их можно было выгравировать вручную. «Это потому, что они не питаются от маны.»

Байрон нахмурился. — «Что? Но это невозможно.»

«Нет, она права», — сказал я, снова прокручивая в своем теле Серце Мира. Мысли Сильвии просочились ко мне, и я просто должен был убедиться в этом сам. И к моему крайнему изумлению, вся пещера осветилась, как Звездная ночь, заливая все вокруг пурпуром. — «Они питаются от эфира.»

Мой разум закружился, когда я попытался найти смысл в этом откровении. Я снова прокрутил в голове наш разговор с бабушкой Сильвии, Леди Майр. Все, что она говорила мне о том, что эфир — это сущность, которой нельзя манипулировать, как маной, а скорее воздействовать или побуждать к действию, шло вразрез с тем, что происходило передо мной. Эфир не был чем-то, что можно было бы ограничить и использовать так постоянно, как это, но было ясно как день, что кто-то или что-то придумало, как это сделать.

— Давайте продолжим путь», — объявил Вирион, возглавляя процессию. «Здесь есть еще кое-что из этого.»

Оторвав мой взгляд от рун, заполнявших эти стены, мы продолжили свой путь. Как и в пустыне над нами, здесь воздух был сухим и несвежим. Единственные звуки исходили от наших шагов, эхом отдававшихся в туннеле, который вел из пещеры, через которую мы прибыли.

На самом деле, это нельзя было назвать туннелем, так как гладкий, отполированный пол и свет, исходящий от рун, делали его больше похожим на узкий коридор. Потолок над нами продолжал подниматься, пока мы шли по коридору, вскоре достигнув такой высоты, что он терялся в темноте.

Несмотря на знакомство Вириона с этим местом, я не могл не быть осторожной. Мои глаза метались влево и вправо, выискивая что-нибудь странное, но кроме необычно высокой концентрации эфира, собранного здесь, в этом месте не было ничего необычного.

— «Тебе и здесь не по себе», — заметила Сильвия, не отходя от меня ни на шаг.

— «Я думаю, что это просто из-за всего эфира ЗДЕСЬ, и руны, которые практически захватывают их, чтобы использовать в качестве света. Я думал, что эфир влияет только на время, пространство и жизнь?»

— «Я подозреваю, что стены здесь не просто каменные, а какие-то живые существа», — ответила она.

Я осторожно прикоснулся к стене в первый раз и понял, что Сильвия была права. Это был не камень, как я предполагал, а скорее гладкий ствол дерева.

— «Значит, эфир дает этому … дереву … жизнь?» — Догадался я.

— «На данный момент ты можешь гадать не хуже меня. Я могу использовать эфир, но вы можете, по крайней мере, видеть окружающую Ману; я должна идти по своим внутренним чувствам.»





Глава 236. Примирение




Темно-бурый медвежий мех, белый клок на груди, а также два белых пятна чуть выше двух умных глаз — я не ошибся. Это был Бу.

Бу, должно быть, думал о том же, что и я, потому что тысячефунтовый медведь бросился на меня на четвереньках, издавая радостные звуки.

С огромной силой гигантский зверь маны схватил меня, поднял с ног и бросил на землю. Нависая надо мной, Бу показал зубастую ухмылку, прежде чем обслюнявить меня своим языком, который на самом деле был больше, чем мое лицо.

Я боролся под тяжестью зверя маны, когда он прижал меня к земле и продолжал демонстрировать свою привязанность. «Бу-Ак! Стой! Ладно!

Хватит!»

«Я думаю, что с него хватит, Бу» — сказала моя связь, ее голос успокоил возбужденного зверя достаточно, чтобы я мог убежать.

«Я чувствую себя изнасилованным, — простонал я, вытирая густую и скользкую маску слюны, скопившуюся на моем лице. Только на полпути в моем мозгу что-то щелкнуло. Если Бу был здесь…

Я схватила большую мохнатую голову Бу и повернул его лицом к себе.

«Бу! Элли здесь? А как же моя мама?! Как ты сюда попал? — Спросил я, как будто он мог говорить со мной.

К счастью, в этом не было необходимости. На мои вопросы ответили, когда я увидел, как мимо нас промчался Вирион.

— Тессия!- крикнул он, его голос был полон эмоций. Моя хватка вокруг Бу ослабла при упоминании этого имени, и я немедленно последовал за Вирионом.

Мне не пришлось идти далеко, прежде чем я смог увидеть четыре фигуры у основания лестницы у дальней стены здания. Это были моя мама, сестра, Тессия и … старейшина Риния.

Мои длинные и торопливые шаги замедлились, а зрение затуманилось. Слезы рвались наружу, когда я увидел, как Тессия упала в объятия Вириона. Одного вида Элли, бегущей ко мне, было достаточно, чтобы сломить меня, и я оказался под руку со своей младшей сестрой, зарывшись лицом в ее короткие каштановые волосы.

Все тело моей сестры дрожало, когда она кричала мне в грудь. Слабо ударив меня своими крошечными дрожащими кулачками, она рыдала между всхлипываниями о том, как ей страшно, когда меня нет рядом.

Я чувствовал, как холодная рука сжимает мою грудь, когда я смотрел на свою сестру в таком состоянии. Я чувствовал себя виноватым за то, что заставил мою сестру, которая выросла такой яркой и сильной, так много плакать.

— Мне очень жаль, Элли. Мне так жаль. Теперь я здесь, все будет хорошо, — сказал я, крепче обнимая ее хрупкое тело и целуя в макушку ее дрожащей головы.

— М-мы чуть не погибли, а тебя там не было. Т-т-ты… никогда там не был! Ни в замке, ни на стене, даже когда умер папа! — Завопила она, продолжая колотить кулаками по моему телу. «Ты мой брат, ты должен быть там! Ты должен был утешить меня, когда папа умер! Я … я нуждалась в тебе … мама нуждалась в тебе!»

— Мне очень жаль. Мне так жаль, Элли» — повторил я, делая все возможное, чтобы оставаться сильным. «Мне очень жаль…»

Элли медленно успокоилась, ее голова по-прежнему лежала у меня на груди. Ее дрожащие плечи теперь лишь изредка вздрагивали, когда она икала.

Все это время я не поднимал глаз. Я полностью сосредоточился на сестре, пока она не оттолкнулся. Уставившись на меня опухшими красными глазами, она выставила палец за спину. — И — иди и извинись перед мамой.»

Я поднял глаза и увидел нашу мать всего в нескольких шагах от нас, выражение ее лица было пустым и лишенным каких-либо эмоций. Ее теплой и нежной улыбки, которую я находил даже в самые тяжелые времена, нигде не было видно.

Я подошел к ней, не зная, что делать и с чего начать.

«М-Мама…»

Холодный взгляд матери прервал меня, когда она сделала шаг вперед. — Артур, мы с твоей сестрой чуть не погибли. Если бы нас не спасла старейшина Риния, нас бы сейчас здесь не было.»

Мой взгляд обратился к старейшине Ринии, которая разговаривала с Тессией и Вирионом, прежде чем снова опуститься на мою мать. — Я…Я……»

«Но во всей этой ситуации, когда я думала, что мы непременно умрем—скоро, если не сейчас, — знаете, о чем я думала?»





Глава 237. Надежда и доверие




После того как я задал свой вопрос, последовало долгое молчание, а когда она заговорила, я ожидал длинного и запутанного рассказа о том, как ей удалось проникнуть в замок и спасти Тессию и мою семью.

Вместо этого она начала говорить то, чего я не ожидал. — Артур, я узнала, кто ты такой, когда мы впервые встретились, когда ты пришел ко мне, чтобы связаться со своими родителями.»

Мои глаза расширились. — Что? Как?»

Риния подняла палец. — Эти старые глаза видят гораздо больше, чем ты, можешь себе представить. Однако, как и то, что я симулировалГ незнание твоей прошлой жизни и держала ее в секрете, есть также части этой истории, которые я пока не могу полностью раскрыть.»

Я не ответил, позволив ей продолжить разговор.

«Я уже давно знала, что после предательства сына Вириона в замке произойдет нападение.»

— Вириона… ты прямо сейчас говоришь мне, что именно Алдуин был ответственен за то, что впустил косу? Это невозможно, ты же не можешь всерьез утверждать, что он пытался убить собственного отца, верно?»

«Мои знания не распространяются на его намерения, но да, именно он связал косу, как и остальные его силы, непосредственно с воротами телепортации замка, — ответила она.

Я поднес руку к разинутому рту. Я не мог в это поверить. Несмотря на любые разногласия между ними, Алдуин всегда смотрел на Вириона снизу вверх. Через мгновение я снова заговорил.

— Алдуину гарантировали безопасность Мериал и Тессии? Может, поэтому он всех предал? Но потом … — я понизила голос до шепота, чтобы моя спящая семья не услышала. — Зачем они забрали мою мать и сестру?»

— Да, так считал Алдуин, — сказала она. «Что касается твоей семьи, то легко предположить, что они хотели взять в заложники твою мать и сестру.»

Потирая виски, я думал о том, что она сказала, пока не услышал щелчок. -Погоди, ты же сама сказала: «Вот во что верил Алдуин.- Что ты хочешь этим сказать?»

Риния устало улыбнулась мне. «Мы углубляемся в область, где я не могу дать тебе ответа. Все, что я могу тебе сказать, это то, что если мы хотим сохранить хоть какой-то шанс вернуть нашу страну, мы должны держать Тессию в безопасности и подальше от Агроны и алакрийцев.»

Моя голова метнулась к эльфийской прорицательнице. — Подожди, значит, у нас есть шанс вернуть Дикатен?»

Она кивнула. — Он маленький, но существует.»

Мы оба замолчали, пока я не заговорил снова. «Если ты знала о нападении на замок, знала ли ты также и о том, что Бухд умрет?»

Огонь перед нами вспыхнул, разбрызгивая на землю небольшой ливень пылающего красного пепла.

— Да, — наконец сказала она. «Но если бы я попыталась отвлечь всю атаку, то был бы гораздо больший шанс, что Тессия попала бы в плен.»

Я открыл рот, чтобы что-то сказать, но не смог подобрать нужных слов.

«Я знаю, о чем ты думаешь, но я не могу рисковать тем, что Дикатен потеряет все, даже если мне удастся спасти всех.»

«Но если ты знала все заранее, то могла бы принять контрмеры. Ты могла бы рассказать Вириону или мне! — Я спорил.

— Время так не работает. Такие перемены меняют направление будущего… будущего, которое я не смогу увидеть, — сказала она едва слышным шепотом.

Стиснув зубы, я впился пальцами в цементный пол, пытаясь успокоиться. Я знал, что поступаю эгоистично… если бы не старейшина Риния, Тессия и моя семья уже были бы в руках Агроны, но все же…

«Но как тебе удалось спасти Тессию и мою семью? — Спросил я.

«Мне удалось перехватить их, когда они возвращались в Эленуар, — беспечно сказала она.

Я кивнул на ее ответ, но мой разум крутился, пытаясь представить сценарий, где Риния преуспела в этом. Как ей удалось оторвать Тессию и мою семью от Алдуина и Мериал? Неужели там были только Алдуин и Мериал? Риния специально сказала, что в то время как Алдуин считал, что они в безопасности,

на самом деле это было не так. скорее всего, после того, как Алдуин, Мериал, Тессия и моя семья прошли через портал, они были бы встречены ловушкой.

Знала ли старейшина Риния обо всем, что должно было произойти? Неужели ее способности прорицательницы так хорошо влияют на время?

Время!

Без всякого предупреждения я направил волну убийственного намерения на старейшину Ринию, и как только я увидел ее реакцию с выражением удивления, я зажег Сферу Сердца и немедленно использовал Статическую Пустоту.

Мир вокруг меня стал монохромным, за исключением фиолетовых пылинок, дрожащих на месте. Но мои глаза были сосредоточены не на частицах эфира вокруг меня, а на старейшине Ринии.





Глава 238. Две любви




Глаза Тесс загорелись. — Неужели? Ты пойдешь со мной?»

— Но… сначала ты должна помириться с Вирионом, — строго сказал я. — О чем бы вы с ним ни спорили, помни, что он потерял не только тебя в замке, но и своего сына.»

«Я … я знаю. То, что они сделали, было неправильно, но они сделали это только для того что бы—»

«Спасти тебя. Да, я знаю, — закончил я. «Именно поэтому, если мы собираемся спасти их и вернуть сюда, ты должна стать мостом, который поможет наладить отношения между твоим дедом и родителями. Ты не сможешь этого сделать, если просто уйдешь вот так.»

Тесс открыла рот, словно собираясь возразить, но просто вздохнула. — Знаешь, большинству девушек не нравятся парни, которые всегда так правы.»

Улыбка тронула уголки моих губ. «Ты хочешь, чтобы я нравился большинству девушек?»

Сузив глаза, Тесс ударила меня по руке, прежде чем повернуться к нашему лагерю. «Пошли. Давай вернемся.»

***

«Мне очень жаль, но мы не можем так рисковать, — решительно сказала старейшина Риния. — Твое ядро маны было испорчено волей зверя внутри тебя. Если ты уйдешь—»

«Но зелье вылечило меня! Вот почему мои родители сделали все это-чтобы они могли дать мне это! — возразила Тесс.

— Зелье, которое дал тебе Агрона, Тессия. Ты можешь быть в порядке сейчас, но мы не знаем, навсегда ли это или это только даст передышку. Слишком рано говорить, и если что-то случится с тобой в этом путешествии, и тебя заберут Алакрийцы…»

«Какая разница, заберут меня Алакрийцы или нет? Как моя смерть повлияет на будущее целого континента? — Потребовала Тесс.

— Тессия!- Огрызнулся Вирион. «Не смей так говорить!»

«Но это правда, — продолжала она. «Я далеко не так сильна, как копья, и не

настолько влиятельна, чтобы сплотить людей, как ты. Почему моя смерть имеет значение?»

Я сделал шаг вперед, когда Сильви положила передо мной руку.

— Не надо, Артур. Это не наше дело, не надо вмешиваться. Не сейчас, — послала она, и от нее исходила волна торжественности.

Пока Тессия, Вирион и старейшина Риния продолжали спорить, я перевел взгляд на остальных вокруг нас. Байрон прислонился к дальней стене комнаты у двери, скрестив руки на груди. Моя сестра вышла из комнаты на некоторое время с Бу, в то время как мать спокойно слушала.

«Так ты хочешь сказать, что я даже не могу найти своих родителей? — Тихо спросила Тесс, ее глаза наполнились слезами.

Взгляд Вириона смягчился, когда он схватил внучку за руку. «Мы вернем их обратно. Просто дай мне и Байрону немного времени, чтобы прийти в себя.»

После долгого молчания Тесс наконец кивнула в знак согласия. «…Прости, дедушка.»

Вирион притянул внучку к себе. «Все в порядке, малышка. Все нормально.»

Мама подошла к нам, нежно похлопав Сильви по плечу. Они обменялись теплыми улыбками, прежде чем мама перевела взгляд на меня. «Твоя сестра снаружи. Ты должен пойти и поговорить с ней.»

Бросив быстрый взгляд на Тесс, чтобы увидеть, как она себя чувствует, я снова повернулся к матери. «Окей.»

Когда я повернулся, чтобы уйти, меня схватили за запястье. Я увидел, как глаза моей матери покраснели и заблестели.

— Мам? Что-то не так?»

Она улыбнулась мне и покачала головой. «Ничего. Я просто рада, что ты остаешься, — сказала она тихо, едва слышно.

Мама отпустила мое запястье и с улыбкой отмахнулась, но моя грудь все еще сжималась от чувства вины.

‘Иди. Я присмотрю за твоей мамой, — утешила Сильви.

Я прошел мимо Байрона, который бросил на меня быстрый взгляд и кивнул, прежде чем спуститься по лестнице на первый этаж.

Черт подери!

Я ругал себя, выходя из здания. В моей голове были мысли поехать с Тесс, так как моя мать и сестра были здесь в безопасности, но я не думал о том, как они отнесутся к моему отъезду.

Заметив свою сестру и ее гигантскую связь у ручья, я подошел. Бу свернулся в пушистый клубок и спал, а Элли бросала камни в ручей.

— Не возражаешь, если я присоединюсь к вам? — Спросил я.

— Почему же? Ты ведь все равно скоро уедешь? — с горечью спросила она.

Я поднял плоский камень. «Мы решили не уходить, пока Байрон и Вирион полностью не исцелятся.»

Элли бросила еще один камень, заставив его плюхнуться в спокойную воду. «Это очень плохо. Ты, наверное, с нетерпением ждал своего маленького романтического приключения с Тессией.»

«Ты же знаешь, что это не так, — спокойно сказал я, щелкая запястьем и бросая плоский камень. Мы вдвоем наблюдали, как гладкий камень прыгнул четыре, семь, десять раз, прежде чем окончательно погрузиться. — Вернуть родителей Тесс-это то, что нужно сделать.»

— Почему же? — возразила моя сестра. — Потому что твоя девушка этого хочет?»

— Элли, — ответил я.

«Не называй меня Элли! — огрызнулась моя сестра, закладывая камень в руку, прежде чем повернуться ко мне. «Я подслушала разговор командира Вириона с Тессией. Я знаю, что вы четверо чуть не погибли, сражаясь с одной косой! И теперь ты говоришь мне, что собираешься вернуться туда, чтобы вернуть эльфов, которые фактически продали нас всех?»

«Все не так просто, ты же знаешь.»





Глава 239. На поверхности




ТЕССИЯ ЭРАЛИТ.

Я оглянулась на слабо освещенный коридор, уходящий в темноту, прежде чем мой взгляд опустился на белый медальон в моей руке.

— Прости, дедушка, — пробормотала я себе под нос, крепко вцепившись в артефакт. — Клянусь, я верну это.»

Я повернулась спиной к тропинке, с которой пришла, и увидел перед собой древние ворота. Глубоко вздохнув, я приготовилась к тому, что произойдет, когда я пересеку границу.

Я действовала опрометчиво и эмоционально. Я знала это.

Даже после того, что случилось в моей последней битве в Элширском лесу, где генерал Айя спасла меня, я все равно решила сделать это. Даже после того, как я столько ругала себя-ненавидела себя-я не могла сидеть спокойно.

Дедушка уже убил мать и отца в своем воображении. Что бы он ни говорил, я знала, что у него всегда был такой взгляд, когда я упоминала о них. Я знала, что означает этот взгляд. Для него мои родители были уже не родственниками, а предателями.

Бабушка Риния была не так плоха, но я знала, что она оставила попытки спасти моих родителей. Только подслушав планы, которые она и Вирион строили вместе с генералом Байроном о том, кого спасать, я поняла, что моих родителей в этом списке нет.

Но они ничего не знали. Их там не было, как меня. Они не знали, как сильно дрожали руки матери, когда она схватила меня за руку и потянула прочь. Их не было там, чтобы увидеть отца со слезами, катящимися по его лицу, когда мы вошли в портал.

Натянув капюшон на голову, я собралась с духом. Что бы сейчас ни думали о моих действиях, это не имело значения. Мои родители заслужили шанс, и если их собственная дочь не даст им его, то кто же тогда даст?

Мои мысли блуждали, и я подумала об Артуре. Меня так и подмывало попросить его о помощи, но это было слишком эгоистично. Я знала, какие опасности таит в себе эта миссия, и если с ним что-нибудь случится из-за меня…

Я не важна, в отличии от него.

Держа медальон перед собой, я прошла через светящиеся ворота передо мной. Мягкий фиолетовый свет колыхнулся от прикосновения медальона, и я почувствовала легкое притяжение. Вместо того чтобы сопротивляться чужеродному ощущению, я приняла его и шагнула дальше в ворота, пока все мое тело не погрузилось в мягкий пурпур.

И тут же мое тело натянулось на крутящуюся воронку света. Это ощущение отличалось от обычных телепортационных ворот, более… тошнотворным.

Я вывалилась с другой стороны на мощеную площадку, все еще немного дезориентированная после поездки. Вскоре кто-то крикнул: «Эй! Кто-то воспользовался воротами!»

Подняв глаза, я увидела четырех алакрийцев, стоявших на страже у телепортационных ворот, через которые я прошла.

«Встань на колени и сними капюшон! — приказал стражник справа от меня, направляя в мою сторону сжатую сферу ветра. — Сейчас же!»

Я низко опустилась и хлопнул ладонью по земле. Однако прежде, чем заклинания алакрийцев достигли меня, вокруг поднялся сильный порыв ветра.

Держа одну руку на голове, чтобы удержать капюшон на месте, я пробормотала еще одно заклинание. Я приказала защитному барьеру ветра расшириться, отталкивая вражеских магов, застигнутых врасплох.

Воспользовавшись этой короткой возможностью, я бросилась вперед, к ближайшему переулку в ста футах к северу.

Послышался крик приказов своим союзникам, и вскоре еще одна пара алакрийцев двинулась на меня с обеих сторон.

Не снимая капюшона, я бросилась к алакрийцу слева от меня, стреляя в него клинком ветра.

Почти сразу же ледяная броня окутала его тело, защищая шею от резкого порыва ветра, который я послала в его сторону. Моим первым инстинктом было удивиться и испугаться ненормального мага, прежде чем я напомнила себе, что алакрийцы используют магию иначе, чем мы. Но высшая форма магии не обязательно приравнивалась к более сильному магу в их случае.

Я сосредоточилась на противнике под рукой. Одетый в лед алакриец смог

защититься от моей атаки, но сила моего клинка ветра сумела сбить его с ног. Прежде чем его спутник успел прийти ему на помощь, когда он снова встал, я ускорилась. Искушение воспользоваться моей растительной магией или звериной волей быстро росло—так было бы намного легче уйти, — но я сопротивлялась. Используя такую ненормальную магию, можно было бы сказать всем, что бывшая принцесса Эленуара здесь.





Глава 240. День возрождения




Я отшатнулась, едва удерживаясь на ногах. Мое дыхание участилось до такой степени, что у меня закружилась голова. Все расплывалось перед глазами, кроме моих родителей—единственное зрелище, которое я не могла вынести.

Но мои глаза оставались прикованными к их трупам, висящим в воздухе с черными шипами, торчащими из их спин. Их руки и ноги безвольно висели высоко в небе, а кровь стекала по шипам, которые поднимались на высоту трех этажей, окрашивая их в багровый цвет.

Но хуже всего было то, что я видела выражение их лиц. Их глаза были широко распахнуты и выпучены, а рты приоткрыты. Они были не только моими родителями, но и королем и королевой Сапина. Все они были расположены так, чтобы каждый прибывший мог ясно видеть боль, которую они испытали перед смертью.

Кровь прилила к моей голове, стуча в ушах, и я почувствовала, как сила вытекает из моего ядра маны. Первобытная сила, которую я слишком хорошо знала, это Звериная Воля Хранителя Элдервуда, и она грозила вырваться на свободу и посеять хаос среди здешних алакрийцев.

«Держи себя в руках, Тессия», — умоляла я себя. Мне потребовалась каждая унция силы, оставшаяся в моем теле, чтобы противостоять дразнящей силе зверя.

Несмотря на то, как все обернулось, мои родители забрали меня, полагая, что они держат меня в безопасности, и лишь ради этого факта мне нужно было убедиться, что я не бросила их усилия…и жизни напрасно.

Рыдание достигло моего горла, и я больше не могла этого выносить. Упав на колени, я тихо плакала среди толпы, скорбя по разным причинам.

Для большинства людей здесь их смерть означала, что Дикатен проиграл. Они плакали, потому что их смерть означала мрачное будущее, полное трудностей и неопределенностей.

Я плакала по своим родителям-я плакала по всем вещам, которые не могла с ними сделать, по всем вещам, которые я им говорила, и по всем вещам, которые я не могла им сказать.

— Граждане Дикатена, — раздался мягкий медовый голос. Несмотря на шум вокруг, толпа притихла. На вершине каменного столба, который только что был

сколдован, стояла женщина, одетая в серо-красную военную форму алакрии. Ее рыжие волосы колыхались, как танцующее пламя, когда она смотрела на нас, сложив руки перед собой.

Я поймала себя на том, что жду следующих слов алакрийки, любопытствуя, что она скажет.

Алакрийка снова заговорила своим манящим голосом: — Ваши короли ушли, ваши армии бегут, а самые могущественные воины прячутся. Замок наш, город Ксир и город Эленуар…наши, а теперь и город Этистин наш. Но не волнуйтесь, мы пришли сюда не как грабители.»

Вокруг по-прежнему было молчание, и все ждали ее следующих слов. Наконец она заговорила, сделав едва заметный, но приветственный жест слегка приподнятыми руками.

«Мы пришли сюда как агенты чего-то большего-кого-то большего. Могущественные Асуры, божества, которым вы поклонялись все это время, думая-веря-что они наблюдают за вами. Тех дней больше нет. Алакрийцы выиграли эту войну, но не нашей собственной силой. Мы победили, потому что наш повелитель-не простой человек и не эльф, как те, кого вы видите здесь.- Ее голос затих, но почему-то ее слова были слышны еще отчетливее, чем раньше. -Мы победили, потому что наш государь-Асура. Наша победа была волей самого божества.»

В большой толпе послышался ропот, но алакрийцы не остановили его. Они позволили болтовне и нерешительности в толпе нарастать, пока наконец женщина на пьедестале не вздохнула.

Хотя она только вздохнула, я услышала это так, как если бы она была рядом со мной в тихой комнате.

Она использовала магию земли, чтобы поднять этот каменный столб, и она манипулировала звуком, чтобы распространять свой голос. Насколько она могущественна? Я не могла не сомневаться в том, что узнала. Столкнувшись с кем-то, способным не только манипулировать множеством элементов, но и таким же ненормальным, как я, я начала задаваться вопросом, сколько таких могущественных магов, как она, или даже больше, существует среди алакрийцев.

— Ваше неверие вполне обоснованно, и то, что я скажу или сделаю здесь, только

раздует пламя сомнения, растущее внутри вас. Такова природа, и именно поэтому мы должны были делать то, что делали. Из-за упрямства, из-за гордыни, из-за жадности и из-за сомнений мир может быть достигнут только через войну,

— торжественно сказала она. «Сейчас вы можете чувствовать себя пленниками побежденной страны, но я уверяю вас, что со временем вы все почувствуете себя частью чего-то большего-гражданином благочестивого царства.»

«Меня зовут Лира Дрейд. Сегодня я стою над вами как победитель этой войны, но я молюсь, чтобы в следующий раз, когда мы встретимся, мы были друзьями.»

Слова алакрийки тянулись, как сладкая конфета после горького лекарства. Она не просто остановилась на этом, она подняла каменный столб еще выше и осторожно вытащила тела моих родителей, короля и королевы Сапина, из черных шипов.

Опустив их одного за другим на землю, она создала яму вокруг их тел, а затем вызвала пламя в своей руке.

— Наш государь объявил сегодняшний день, двадцать пятый закат весны, Днем Возрождения.- Одним движением она подожгла яму.

Я прижала руки ко рту, физически сдерживая себя от крика, наблюдая, как пламя разгорается все сильнее. Мысль о том, что я даже не смогу должным образом похоронить своих родителей, терзала меня изнутри, затрудняя контроль над моей яростной волей зверя.





Глава 241. Ходячая катастрофа




«Она действительно принцесса, — пробормотал огромный воин по имени Геррик глубоким голосом, пристально изучая меня.

«Ты заставляешь ее чувствовать себя неловко, болван, — выругалась девушка по имени Нифия.

— Извините… просто я никогда раньше не видел настоящей принцессы, -пробормотал Геррик.

Я сдержала улыбку, наблюдая за тем, как они препираются, прежде чем мой взгляд переместился на Мадам Астеру. Она разговаривала с худощавым мужчиной-ненамного старше меня, — он сгорбился, обхватив руками колени, и дрожал всем телом. Джаст был здесь с тех пор, как мы приехали, и, судя по состоянию, в котором он находился, я знала почему: парень был в полном шоке.

Джаст не произнес ни слова с тех пор, как мы приехали, только бормотал бессвязные слова, раскачиваясь взад и вперед.

«У него это было хуже всего, — прокомментировала Нифия, ее стальное выражение лица смягчилось, когда она посмотрела на него. — Он видел, как все его подразделение убивало друг друга прямо у него на глазах.»

— Убивали…друг друга? — в ужасе повторила я.

Нифия наклонилась ближе и прошептала: Даже девушка, с которой, как мы все знали, он «тайно» встречался.»

— Нифия, — резко произнесла мадам Астера.

При упоминании ее имени тело Нифии напряглось. «Прошу прощения, мадам Астера.»

Я наблюдала, как Нифия вернулась туда, где обычно сидела. Я поймала себя на том, что смотрю на нее и Геррика, их тела едва различимы в тусклом свете артефакта между нами. Геррик и Нифия тоже были морально раздавлены, хотя это и не было так очевидно, какуДжаста.

Самое примечательное, что у Геррика отсутствовала левая рука, и по крови, растекшейся даже по толстым бинтам, обернутым вокруг запястья, я могла сказать, что рана у него появилась недавно. У Нифии, казалось, не было никаких травм, кроме кровавой раны на ее лице, но каждый раз, когда она двигалась, она слегка вздрагивала.

Глядя на них, я чувствовала, как в груди у меня все сжимается. С одной стороны, я жалела их, но с другой стороны, я восхищался тем фактом, что они все еще могли улыбаться, несмотря на свое положение.

После того как Джаст уснул, уткнувшись головой в колени, мадам Астера подошла к задней части пещеры, где сидели мы вокруг тускло освещенного артефакта.

Она села напротив меня, ее взгляд проделывал дыры в моей душе. Нифия и Геррик замолчали, и казалось, что прошли минуты, прежде чем они издали хоть звук.

Мадам Астера снова заговорила, и когда она заговорила, это было совсем не то, что я ожидал от нее услышать.

— Черт возьми! — выругалась она, стуча кулаком по твердой земле.

Нифия, Геррик и я были ошеломлены ее внезапной вспышкой. Пригладив пальцами челку, она посмотрела на меня и вздохнула.

— Не очень-то приятно видеть тебя здесь, принцесса.»

Именно тогда я поняла причину ее вспышки. Я не был ранена, но я убегала. Само мое присутствие здесь означало, что что-то было не так, и она не могла быть более права.

Я молча кивнула. Но прежде чем я объясню ситуацию, не могли бы вы рассказать мне, что произошло? Насколько мне известно, мы выиграли битву на берегу залива Этистин.»

«И да, и нет, — загадочно ответила она. «Мои знания заполнены пробелами с тех пор, как мое подразделение расположили на окраине битвы, но я объясню все, насколько смогу.»

И вот, она рассказывала мне, что произошло, в то время какостальные молча слушали.

Кровавая битва-так солдаты окрестили бойню, произошедшую на берегу залива Этистин. Пока генерал Варей и Артур находились там, сражение было односторонним—у Алакрии, похоже, не было ни единого шанса. Но по мере того, как шло сражение, становилось все более и более очевидным, что что-то не так.

Вражеские солдаты бросались в бой, не выстраиваясь, бежали или даже умоляли сохранить им жизнь, а иногда они даже видели, как солдаты жертвуют своими товарищами, чтобы спасти себя.

Несмотря на все это, высшие чины продолжали приказ продвигаться вперед. Они хотели захватить Алакрийские корабли, пришвартованные на другом конце ледяного поля.

На третий день ситуация перевернулась. Мадам Астера не могла точно сказать, как все началось, но когда новая линия Авангарда, которая должна была сменить нынешнюю линию фронта, не прибыла, солдаты поняли, что что-то не так.

Затем сзади появились алакрийские солдаты—настоящие солдаты, в строю, которые четко знали, что делают. Большая часть сил Дикатена, находившихся на поле боя, внезапно оказалась зажата, и все могли видеть сражение, происходящее над нами в небе.

Генерал Варей сражался с врагом, способным противостоять самому сильному копью. Однако силы Дикатенов держались крепко, и резервы, сражавшиеся против настоящих алакрийских солдат, медленно восстанавливали свои позиции после первоначального удивления.

Несмотря на крупную неудачу, как только Копье Мика вступила в битву, Дикатенцы надеялись выйти из этой битвы победителями… то есть, пока не прибыл этот человек.

Выражение лица мадам Астеры потемнело, когда она продолжила говорить, и Нифия, и Геррик задрожали при одном упоминании этого человека.

С появлением этой новой фигуры и без того кровавая битва превратилась в адскую сцену. Десятки обсидиановых шипов вылетели из земли, пронзая союзников и врагов, и союзников. Облака мутного серого тумана медленно распространялись, превращая пораженные войска в обезумевших монстров, которые атаковали всех без разбору. Но хуже всего было то, что черное пламя охватывало целые отряды солдат и становилось все больше, несмотря на то, что вся земля была покрыта льдом. И теперь на белой глади лежали только кровь и сажа.





Глава 242. Дорогой старый друг




Я произнесла его имя и узнала, кто он, но Элайджа сильно изменился. Если не считать того, что теперь он был на голову выше меня, с бледной, как алебастр, кожей, его короткие черные как смоль волосы и острые глаза делали его почти совсем другим.

Элайджа издал смешок, его пристальный взгляд остановился на мне. — Давно не виделись, Тесс. Как поживает Артур?’

Я вздрогнула, когда острый холодок пробежал по моей спине. Мы с Элайджей вместе ходили в школу-он был лучшим другом Арта. Так почему же его слова были такими угрожающими?

«Он в порядке, — сказала я, стараясь держаться повыше, поскольку аура, исходящая от Элайджи, продолжала давить на меня.

«Конечно, у него все хорошо. Сколько я его знаю, этот дурак упрям, как таракан.»

Мои брови нахмурились от незнакомого слова. — Т-та.. чего?» — Думаю, ты еще не знаешь, — улыбнулся он, делая шаг ближе ко мне. «Пошли.» — Пошли? Куда? — спросила я, мое сердце забилось быстрее. — Элайджа, что случилось?’

Элайджа слегка вздрогнул при упоминании его имени. «Я все объясню по дороге.

А сейчас будет лучше, если ты пойдешь со мной.» — Не надо! — прохрипел голос сзади. Я оглянулась и увидела, что мадам Астера снова поднялась на ноги с мечом в руке.

— Впечатляет, что ты можешь говорить, несмотря на давление, которое я на тебя оказываю, — сказал Элайджа. — Но я советую тебе больше не разговаривать.»

Мадам Астера подняла меч, руки ее дрожали. «О-он … тот … с поле боя.»

Я едва успела подумать, когда почувствовала опасность. Инстинкты, внедренные в меня через ассимиляцию с звериной волей, заставили меня схватить мадам Астеру.

Оглянувшись на то место, где она стояла раньше, она увидела слишком знакомый черный шип, торчащий из земли, с которого капала кровь.

Мадам Астера застонала от боли, но мои глаза не отрывались от Элайджи. — Т-Ты?

Как…»

Нам сказали, что единственными, кто мог вызвать эти черные шипы, были некоторые косы и их слуги. Так почему же—как — Элайджа смог им воспользоваться?

— А… ты с алакрийцами?- Спросил я.

Выражение лица Элайджи стало серьезным. «У алакрийцев и у меня есть кое-что, что мы хотим получить от этой войны. Вот и все.»

Меня осенило осознание. ‘Это был ты—ты был в Этистине. Ты был тем, кто……»

Элайджа сделал еще один шаг в нашу сторону. — Отойди от женщины, Тессия.» — Я отказываюсь, — процедила я сквозь зубы.

-У-Убирайся отсюда, Принцесса. Кажется, он не может убить тебя» — прошептала мадам Астера. «Мы не ровня. Это он убил десятки солдат в битве на берегу залива. В этом нет никакой ошибки.» — Я тренировался и страдал, годами ожидая этого, Тессия. Пойдем со мной, и остальных я оставлю в покое.»

Я крепче сжала руку мадам Астеры.

Элайджа вздохнул. «Окей. Я действительно не хотел оставлять неприятных воспоминаний, но ты не оставляешь мне выбора.»

Еще один холодок пробежал по моей спине, сигнализируя об опасности.

С едва заметным шорохом был вызван еще один черный шип, пронзивший раненого солдата, которого мы только что нашли.

Но было уже слишком поздно.

Мадам Астера дернулась в моей хватке, пытаясь дотянуться до своего упавшего товарища, но я удержала ее.

— Пойдем со мной, Тессия, — повторил Элайджа.

Мой разум кружился, когда я пыталась придумать выход из этого. Я знала, что не смогу пойти с Элайджей. Он специально оставил меня в живых для чего-то. Моей первой мыслью было, что он собирается использовать меня как заложницу, но потом Элайджа сказал, что не хочет оставлять неприятных воспоминаний…

Еще один холодок пробежал по телу, когда я ощутила колебания магии. На этот раз издалека донеслось лишь удивленное ворчание, прежде чем я успела его заметить.

Джаст был пронзен насквозь и поднят в воздух…как и мои родители. Выражение лица травмированного солдата выражало не боль, а удивление и замешательство, когда кровь капала из уголков его рта.

— Нет!- Закричала мадам Астера, пытаясь вырваться от меня.

— А теперь … — Элайджа протянул бледную руку. «Пошли. Со. Мной.»

Я перевела взгляд с трупа Джаста на Мадам Астеру, потом на Нифию и Геррика.

Я была поймана между двумя вариантами: держаться, пока все, кроме меня, не будут убиты, или пойти с ним.

Отчаяние охватило меня, и я решила сделать свой собственный третий вариант.

Схватив меч мадам Астеры, я взяла Элайджа за горло. «Остановись.»

На лице Элайджи промелькнуло удивление, прежде чем он ухмыльнулся. ‘Ты не собираешься убивать себя.»

Не говоря больше ни слова, я прижала лезвие к горлу, пока не потекла кровь.

Это была опасная авантюра, которая могла погубить меня и людей вокруг меня, но я знала, что не смогу пойти с ним—я знала, что может случиться что-то гораздо худшее, если я пойду с ним.





Глава 243. Уход




Взрывы черного и золотого от битвы Сильви и косы раздавались неподалеку, но я была сосредоточен на человеке, которого держала в руках.

«Я…Я не могу … Нет, это невозможно. Нет никакого способа—»

— Что я … Нико?- Элайджа кашлянул, раздвигая мои пальцы ровно настолько, чтобы он мог говорить. — Если ты перевоплотился в этот мир, Г рей, то почему никто другой не может сделать то же самое?»

Рука, в данный момент сжимавшая Ника—нет, Элайджу, — неудержимо дрожала. Я сжал сильнее. Я не хотел, чтобы он говорил. Я хотел все отрицать. Я не мог вынести того, что он собирался сказать.

— Арт! Берегись!»

Крик Тесс вырвал меня из моих мыслей, но я не смог полностью увернуться от шипа, который Элайджа запустил с земли.

Моя хватка вокруг шеи черноволосого предателя ослабла, и Элайджа прекрасно воспользовался этим моментом, высвободившись и ударив меня прямо в челюсть кулаком, обернутым в адское пламя.

Я покачнулся, почти теряя сознание, но руны, бегущие по моему лицу, защитили меня от Черного Пламени. Я чуть не упал с неба, но чья-то рука схватила меня за запястье.

Пока мое ослабленное тело боролось с потусторонними токсинами, которые проникли в мое тело от черного шипа, Элайджа схватил меня за воротник и притянул к себе. Его пронзительные темные глаза смотрели на меня сверху вниз, в то время как покрытый ядом черный шип парил над его плечом, направив острие в мое лицо.

— Арт!- Крикнула Тесс. Краем глаза я видел, как вспыхнула ее аура, когда она приготовилась к атаке.

— Сосредоточься на воротах! — Взревел я.

Элайджа тоже оглянулся, но как только он собрался подойти к Тесс, я схватил его за руку.

«Что с тобой сделала Агрона, Элайджа?- закричал я. «Это он заставил тебя все это сказать?»

Элайджа откинул голову назад, гнев сочился из его голоса. «Неужели ты думаешь, что даже Агрона знает, как мы с тобой воровали и продавали в ломбард все, что добывали? И что мы будем использовать заработанные деньги, чтобы наш приют имел хоть какую-то монету?»

«Это… ничего не значит—»

-Ты думаешь, Агрона знает, что в глубине души у тебя были чувства к Сесилии?»

Я напрягся, и мир, который вращался из-за яда в заклинании Элайджи, внезапно вернулся в фокус.

Элайджа ухмыльнулся, но глаза его оставались холодными. — Какое-то время ты нравился Сесилии, но она сдалась, потому что ты держался на расстоянии с тех пор, как узнал, что у меня есть к ней чувства.»

— Прекрати, — прошептал я, гнев вспыхнул во мне, как мана. Руны распространились по всему моему телу, пульсируя, когда я сосредоточился на сборе сил.

«И даже когда я рассказал тебе все, что узнал о Леди Вере, ты отвернулся от своего лучшего друга из-за этой суки, — закипел он, и его руки вспыхнули черным пламенем. «И как будто этого было недостаточно, ты убил ее! Ты убил Сесилию у меня на глазах!»

Мои руны и его пламя постоянно боролись, чтобы мое тело не воспламенилось.

— Стой, Нико! — воскликнул я, и слезы, обжигая, покатились по моим щекам.

Еще один взрыв раздался издалека, ударная волна создала порыв ветра.

В этот момент из-под земли вылетел полупрозрачно-зеленый клинок маны.

Несмотря на то, что Нико ничего не знал, черный шип сумел заблокировать зеленый полумесяц, который, несомненно, выпустила Тесс, но это дало мне возможность выпустить струю мороза прямо в лицо Нико.

Нико застыл на секунду, пока черное пламя не начало плавить лед. Тем не менее, мне удалось вырваться из его хватки и запустить дугу света в моего дезориентированного врага.

Нико рухнул на землю, покрыв грибом пыли то место, где он приземлился.

Ты в порядке? — Спросил я свою связь, проверяя ее после того последнего взрыва.

‘Я…в порядке. Это странно, он определенно нападает на меня, но мне кажется, что он … сдерживается, — ответила она. ‘Как там идут дела?’

— Не очень … хорошо, — признался я. Но я смогу постоять за себя. Мне просто нужно провести Тесс и остальных через ворота.

Как только я закончил эту мысль, я обратил свое внимание на кратер, чтобы увидеть большое колебание маны от того места, где приземлился Нико.

Он готовил заклинание—мощное заклинание—но оно не было направлено на меня.

Я тут же взлетел в воздух, приземлившись на землю прямо между Нико и воротами телепортации.

Концентрированный луч адского огня толщиной чуть больше запястья пронзил облако пыли и мусора, нацелившись как раз на ворота телепортации.

Выжимая Ману из своего ядра и умоляя эфир помочь мне, я парировал вихревым барьером эфирного ветра. Лед был бы лучшим выбором, чтобы эффективно отражать атаку Нико, и поэтому плата за поддержание Сферы Сердца в течение этого долгого времени становилась все более и более очевидной.

Вспышки адского огня, которые сумели пробиться через мой барьер ветра, жгли мою кожу, как кислота, и даже мои регенеративные способности не особо справлялись с ними, как будто мое тело умоляло меня прекратить получать травмы.

Поддерживая барьер, я оглянулся через плечо, нетерпеливо огрызнувшись на Тесс. «Он пытается уничтожить врата! Поспешите и активируйте их и бегите!»

«Все почти готово! Но как насчет тебя и Сильви?- Крикнула Тесс, продолжая держать древний медальон в центре светящегося кольца, которое было почти заполнено пурпуром.

— Просто уходи! Пожалуйста! — Я умолял.

— Нет!- Крикнул Нико. Он снял свое концентрированное заклинание и рванулся вперед, чтобы попытаться пройти мимо меня. Однако, несмотря на плохое состояние моего тела, мои рефлексы были намного быстрее, чем он предполагал.

Я развернулся и бросился на Нико.

— Отпусти!- взревел он, пытаясь вырваться из моей хватки.

Маленькие угольки адского огня вспыхнули по всему телу Элайджи, ноя крепко держался с помощью эфира.

— Поторопись!- Предупредил я, чувствуя, как черное пламя медленно прожигает слой эфира и маны, защищающий меня.

Нико внезапно прекратил попытки освободиться. Его плечи дрожали, когда он стиснул зубы, прежде чем крикнуть: Ты должен мне за убийство Сесилии!»

«Так вот в чем дело? Сесилия умерла, так что тебе нужна Тесс, чтобы свести счеты?- Выплюнул я. «Я не хотел убивать Сесилию, но даже если бы и убил, она бы этого не хотела, Нико! Похищение Тесс не вернет Сесилию обратно!»

«А что, если это так?!- крикнул Нико.

Застигнутый врасплох, я не ответил. Тем не менее, я видел колебания маны в руке Нико, когда он выбил еще один черный шип из земли.

Я быстро развернулся, используя Элайджу как щит против его собственного заклинания. Он остановил шип, который собирался пронзить нас обоих.

Крик разочарования вырвался из его горла, когда он отчаянно пытался вырваться из моей хватки.

В этот момент раздался еще один взрыв-там, где Сильви боролась с косой.

Что происходит? Ты в порядке? — Спросил я, мое беспокойство передалось моей связи.

— Я…в порядке, но коса направляется в твою сторону, — ответила она, даже ее мысленный голос был полон боли.

Мне потребовалось меньше секунды, чтобы почувствовать это—присутствие приближающейся косы. И мне потребовалась еще секунда, чтобы увидеть быстрое колебание маны прямо там, где были ворота телепортации.

Я поспешно активировал статическую пустоту, но на этот раз почувствовал цену ее использования.

Вместе с перевернутыми цветами замерзшего мира я почувствовал холодную хватку, сжимающую мои внутренности, предупреждая меня, что смерть неизбежна, если я продолжу использовать это мощное эфирное искусство.

Не обращая внимания на предупреждение своего тела, я отпустиа замерзшего

Нико и направилась к Тесс, Нифии и Мадам Астере.





Глава 244. Здравствуй, тьма




Темнота. Полная темнота.

Я парил в абсолютной бездонной черноте. Плыл ли я по течению или висел на месте, я не мог сказать.

Все знают, что в этом море вечной тьмы нет ничего другого—ни звука, ни вкуса, ни запаха, ни прикосновения.

Поначалу все было спокойно. Мне казалось, что я одновременно и ничто, и все. Я чувствовал себя крошечным пятнышком в огромной вселенной, но в то же время чувствовал, что кроме меня ничего не существует.

Однако время шло, и я все больше вспоминал о том, кем я был. Я был человеком … с руками, ногами и телом.

И все же я ничего не чувствовал. Я попытался согнуть пальцы рук и ног. Я попытался раздуть ноздри, открыть рот. Я ничего не чувствовал. Я даже не чувствовал, как дышу.

Страх быстро овладел мной. Не было никаких физиологических признаков, к которым я привык. Ни стука моего сердца, ни учащенного дыхания, ни дрожи моего тела.

Черт, как же мне хотелось почувствовать это-что угодно, лишь бы убедиться, что существует нечто большее, чем просто мое сознание. Но я застрял здесь, а время все шло.

Я перепробовал все, чтобы остаться в здравом уме. Я закричал, но не издал ни звука. Я попробовал откусить себе язык, но ощущения не было.

Я просто существовал.

И я становился все более и более безумным с каждой субъективной секундой.

Безумие бурлило, распространяясь и покрывая каждый уголок моего сознания. Однако галлюцинации, которых я ожидал, на которые надеялся, о которых мечтал, так и не появились. Ни один из симптомов безумия не мог материализоваться в мире, где не было буквально ничего, кроме тела, в котором я даже не был уверен, не говоря уже о чувствах.

Вскоре мне наскучил непрекращающийся страх, тревога, ужас и паранойя, которые сжимали мои внутренности…если у меня вообще были внутренности.

Воспоминания, которые, казалось, были на кончике моего гипотетического языка, все никак не приходили в голову.

Время шло, но в состоянии небытия, трудно было даже догадаться, шло оно быстро или медленно.

И только когда я почувствовал легкое покалывание на своей … руке-да, руке-я вышел из оцепенения.

Я впервые что-то почувствовал. Через несколько мгновений я почувствовала еще одно покалывание, на этот раз распространившееся по моей груди. Эти колючки вскоре переросли в острую пронзительную боль, но мне было все равно. Даже боль была доказательством того, что я существую вне своего сознания.

Я ждал следующего приступа боли. Ощущение обжигающих игл, впивающихся в каждую пору моего тела, сводило меня с ума от мучений, которые они причиняли, но после некоторых моментов небытия, я поприветствовал еще более мучительный приступ жгучей, пронзительной боли через каждый миллиметр моего тела.

Более волнующе было то, что мое зрение начало проясняться, пока пустота, в которой я находился, не становилась все светлее и светлее.

Возможно, это было из-за чистой боли, которую я испытывал, но по мере того, как белый цвет все больше и больше овладевал моим зрением, я чувствовал, что уже испытывал это однажды.

Вот тогда-то и щелкнуло.

Пожалуйста, не говорите мне, что я снова перевоплощаюсь.

Волна паники охватила меня, когда я приблизился к туманным белым облакам.

Я резко открыл глаза и увидел, что мой затуманенный взгляд находится на одном уровне с землей, а щека прижата к гладкому твердому полу.

Я тут же попытался пошевелиться, пытаясь убедить себя, что я не переродился снова. Я не мог начать все сначала, не сейчас. Слишком много дел оставалось, так много людей я должен был защитить. Моя мать, моя сестра. Вирион, Тесс, Сильви.

Сильви!

Я изо всех сил пытался поднять голову, пронзительные волны боли все еще охватывали все мое тело.

Это был плохой знак.





Глава 245. Следующее сообщение




Я ощетинился от гнева при виде черного огненного шара.

«Почему…- я вскипал.

«Почему? — он растерянно оглянулся. Выражение его лица было таким живым, таким … разумным, что это взбесило меня еще больше.

— Почему же?!- Взревел я, медленно замахиваясь на Реджиса.

Моя рука скользнула по его язвительному лицу, импульс заставил меня потерять равновесие в этом изнуряющем теле. Я повалился вперед, сильно ударившись лицом о холодный гладкий пол.

«Не делай этого! «блуждающий огонек щелкнул, прежде чем пробормотать,»…Я чувствую себя оскорбленным.»

Ярость продолжала бурлить и подниматься, пока я смотрел на свою левую руку, на то самое место на ладони, откуда появился Регис. «Почему. Какого черта ты здесь делаешь? После многих лет истощения моей маны и делания того, что ты хочешь, почему ты появляешься сейчас?’

Я вскинул голову, глядя на черное пламя. Мое зрение затуманилось, когда на глаза навернулись слезы. «Если бы ты пришел раньше, я бы победил. Я мог бы спасти всех!»

След того, что выглядело почти как…чувство вины появилось на лице Реджиса прежде, чем рогатый огонек покачал головой и отвернулся. «Даже асуры отдали свои жизни, сражаясь за разумное оружие, но вот ты здесь, хандришь—»

«Я нуждался в тебе, — прошептал я, слезы капали на землю под моим лицом, когда я царапал гладкий пол.

Реджис молчал, пока я выпускал все эмоции, накопившиеся во мне. Я злился на Реджиса, но делал то же самое что и раньше—использовал его как оправдание своих неудач.

Через некоторое время мои слезы высохли, а пересохшее горло начало хрипло заикаться, пытаясь набрать побольше воздуха.

— Голос Реджиса прозвучал недалеко от меня. «Здесь есть источник с чистой водой. Выпей, иначе такими темпами превратишься в мумию.»

Я колебался, не зная, заслуживаю ли я вообще воды, когда маленькое радужное яйцо блеснуло в уголке моих глаз.

«Да, именно так. Ты можешь это сделать! Сделай это ради этого камня! -Воскликнул Реджис, паря вокруг меня, как муха, до которой я не мог дотянуться.

Отбросив все эмоции, которые давили на мое тело, я за Реджисом.

Мои молочно-бледные руки казались мне чужими. Я чувствовал себя так, словно все еще был в доспехах, несмотря на то, что был почти голым.

Время ползло вместе со мной, пока я медленно тащил себя по гладкому полу, мой самый большой источник мотивации возвращал мне силы, чтобы заткнуть Реджиса.

-Давай, красавчик, почти приехали, — продолжал он.

— Заткнись… — с трудом пробормотал я, и мой голос превратился в хрип.

«Если у тебя есть силы, чтобы растягивать слова, у тебя есть силы, чтобы ползти!-произнес он нараспев.

Я убью его.

Я сосредоточил свое внимание на мраморном фонтане, который манил меня, извергая воду так ясно и бесшумно, что она казалась стеклянной.

Еще раз попытавшись подтянуться через округлое основание, удерживающее воду, я тут же засунул голову внутрь.

Мне показалось, что я ударился лицом о ледяную стену, но мне было все равно. Я открыл рот и проглотил все это, вода была хрустальной и прохладной, и она сразу хлынула в мое горло.

Мое тело продолжало глотать воду, пока я не стал задыхаться.

— Ого! Я вытащил голову и бежевый занавес закрыл мое зрение.

Я попытался отодвинуть его в сторону, предполагая, что рубашка упала мне на голову, когда Реджис хмыкнул позади меня.

«Ты ведешь себя как щенок, впервые увидевший собственный хвост.»

«О чем ты говоришь? — хмыкнул я, все еще пытаясь стянуть рубашку с головы.

«Это твои волосы, «О мудрый».»





Глава 246. Решение




«Поврежденный? Нет, это не так… — мой голос замолчал, когда я почувствовал внутреннее состояние своего тела.

Регис был прав. Когда я попытался распределить ману по всему телу, и это естественное действие, как дыхание, я встретил лишь лёгкое покалывание.

Я попробовал ещё раз, на этот раз пытаясь собрать окружающую ману. На этот раз я даже ничего не чувствовал — никакого одеяла тепла, как прежде, когда мана однажды ворвалась во меня и объединилась в моем ядре.

«Нет», — пробормотала я, поднимая своё тяжелое тело на ноги.

Я нанёс удар, мой удар мучительно медленно, даже когда я направлял ману из своего ядра через необходимые части моего тела, необходимые для нанесения удара.

«Артур…» Регис вздохнул.

Не обращая на него внимания, я развернулся и ударил ногой вперёд. Я споткнулся и упал, не в силах даже удержать равновесие.

Приподнявшись, я снова попытался переместить своё тело. В этот раз было немного легче, но я всё ещё чувствовал себя как малыш в этом мире. Мой мозг знал, как двигаться, но моё тело просто не слушало.

Я упал, и я снова упал, каждый раз более разъяренный и смущающий, чем предыдущий.

Наконец, когда моё лицо коснулось гладкого пола, мои руки не могли вовремя среагировать, чтобы смягчить моё падение, я остался на земле.

Я зарычал в отчаянии, ударившись головой о землю. «Что, чёрт возьми, не так со мной!»

Вся эта тяжёлая работа. Долгие годы тренировок и совершенствования моего ядра, умения эффективно контролировать все элементы, всё прошло.

Я снова ударился головой о землю, едва чувствуя ничего, кроме тупого пульса, несмотря на то, как сильно трясся пол. Я издал ещё один крик, который тянул меня за горло, отчаянно желая выпустить.

Успокоился ли я или у меня кончилась энергия, я не знал, но обнаружил, что смотрю на переливающийся камень — карманное измерение, где жила Сильви.

Она пожертвовала своей жизнью ради меня и вернулась к этому состоянию. Из-за всех глупых выборов, которые я сделал, она была той, кто заплатил цену.

Если я не могу собрать вещи для себя, мне нужно сделать это для неё. По крайней мере, я в долгу перед ней.

Я встал и тихо вернулся к фонтану воды. Обхватив руки руками, я поднёс холодную воду ко рту и выпил. Утоляя жажду, я брызнул немного воды на лицо, прежде чем пристально взглянуть на своё отражение.

Артур чуть постарше и с более острым лицом посмотрел на меня пронзительными золотыми глазами. Мои волосы напоминали мне обесцвеченный песок, который волнами проносился мимо моего плеча. Даже текстура моих новых волос имитировала Сильви, вызывая ещё одно чувство вины.

Сорвав тонкую полоску ткани с потрепанных штанов, которые я носил в своей последней битве, я завязал волосы сзади.

«Что же нам теперь делать?» я собрался, поворачиваясь к Реджису.

Плавающий чёрный огненный шар с рогами поднял бровь — или, по крайней мере, так он выглядел — прежде чем сказать: «Ты понимаешь, что просишь совета у оружия, верно?»

Я молчал, глядя на него, пока он не щёлкнул языком … или чем-то ещё, что у него было в его большом рту.

«Не смешно», проворчал он, прежде чем уплыть ко мне. «Ну, у нас нет особого выбора, поскольку выход из этой комнаты только один».

«Так мы просто идём через дверь?» я подтвердил, уже направляясь через большую металлическую дверь.

«Подожди, Златовласка», — начал он. «Ты пытаешься убить себя?»

«Что ты имеешь в виду?» я спросил, прежде чем знакомый термин, зарегистрированный в моем мозгу. «А как ты узнал, кто такой Златовласка?»

«Я сделан из тебя, помнишь? Всё, что вы знаешь, будь то из этой жизни или твоей прошлой жизни, повлияло на то, кем я являюсь сейчас», — ответил он. «Так что, на самом деле, если ты раздражён моей замечательной личностью, ты просто раздражаешься на себя».

«Я не помню, чтобы когда-нибудь был таким сардоническим или насмешливым», — ответил я.

«Ну, если быть более точным, я думаю, что я объединяю тебя, Сильвию, твою связь и этого очаровательного жеребца, Уто», — объяснил плавающий чёрный огонь.

Вот когда это щелкнуло. Регис напомнил мне об Уто. В то время как его рога были больше похожи на рога Сильви, из всех трёх характер Уто был наиболее заметным в Реджисе — только намного сильнее смягченный Сильвией, Сильви и моей смесью личностей.

«В любом случае, — сказал он, — вы находитесь не в том состоянии, когда вам следует случайно входить в какие-либо двери, особенно если все это место предназначено для того, чтобы не пускать людей».

«Да, я знаю, — вмешиваюсь я. — Моё ядро довольно испорчено, и моё тело чувствует, что оно сделано из свинца или чего-то ещё, но мы не можем просто остаться здесь».

«Не обращая внимания на ваше раненное ядро, помнишь ли ты, когда я говорил, что Сильви использовала на тебе какое-то довольно тяжёлое эфирное вуду, чтобы удержать тело от самоуничтожения?»

Я кивнул головой. «Ммм».





Глава 247. Здоровый аппетит




Подготовка не заняла много времени, тем более что никаких вещей при мне практически и не было. Я сорвал то, что осталось от моей изорванной рубашки, обнажив молочно-белую кожу, которая, казалось, не имела никаких мышц.

— Отлично, — пробормотал я, глядя на свое тело.

— Почему такой мрачный? У тебя есть тело, за которое большинство убило бы… -начал Реджис, прежде чем хихикнуть. — То есть большинство девушек.«

Я хотел шлепнуть своего спутника, но на этот раз он ускользнул от меня.

Мои длинные брюки были целы благодаря кожаным чехлам. Сняв толстые листы кожи, защищавшие мои бедра, я создавал импровизированный жилет, отрывая кусочки кожи зубами и используя полоски рубашки, чтобы связать их вместе вокруг талии и через плечо.

Из оставшихся полосок ткани я соорудил маску, чтобы прикрыть рот и нос, а остальное обернул вокруг рук.

— А к чему маска? Ты пытаешься завершить свой образ ниндзя?- Спросил Реджис, осматривая мою новую внешность.

Я сжал и разжал пальцы, которые были обернуты тканью до второго сустава. — У алакрийцев, которые проходили мимо, были разные типы брони, которые, скорее всего, соответствовали их стилю боя, но у всех троих были маски на шеях, и в отличие от нас, они, казалось, знали, во что ввязываются.» «Поразил. Умно, — признал Реджис, качая головой вверх и вниз.

„Почему ты так удивляешься, когда знаешь, что я прожил две жизни?“ „Хороший аргумент. Извиняюсь за свое невежество, миледи.“

Я закатил глаза. Это будет долгое путешествие.

Выполнив серию движений разных форм боевого искусства, я подошел к большой металлической двери, чувствуя себя еще менее подготовленным, чем перед своей тренировкой.

Каждый раз, когда я двигался, возникало почти осязаемое сопротивление.

Казалось, что сам воздух вокруг меня был заменен смолой.

Я положил руки на дверь, заполненную рунами, и вздохнул. — Ты готов?» «Пошли, — сказал Реджис без тени насмешки.

Я с легкостью толкнул дверь, и то, что появилось с другой стороны, оказалось продолжением комнаты, в которой мы сейчас находились.

Взглянув на Реджиса, я мотнул головой в сторону двери.

— Что? Почему я? — пожаловался мой спутник.

„Потому что. Ты бестелесный“ — сказал я категорично.

Испустив серию проклятий, блуждающий огонек завис по другую сторону двери, когда внезапно резко остановился.

— Ой! Это действительно больно, — сказал он, больше смущенный, чем испытывая боль.

„Что происходит? — Спросил я, осторожно помахав рукой в том месте, где поранился Реджис.

Однако, в отличие от Реджиса, я смог пройти через это.

— Ой! Прекрати это! — Прорычал Регис, его тело задрожало.

Я сделал это еще раз, и Реджис снова взвизгнул от боли, прежде чем впиться в меня взглядом.

‚Просто хотел убедиться, — довольно ухмыльнулся я.

‚Я не думаю, что это просто вход в другую комнату, — проворчал Регис. ‚Это та же самая боль, которую я получаю, если отодвигаюсь слишком далеко от тебя, но уровень боли гораздо более постепенный.‘ ‚Это значит, что это, скорее всего, портал, — ответил я, глядя на комнату по другую сторону двери. — Погоди, почему ты пытался уйти от меня?‘

Реджис пожал плечами. ‚Я разумное существо. Я хотел знать, каков мой предел, и это не значит, что я родился преданным тебе по своей природе.‘

Я отрицательно покачал головой. ‚Я был бы гораздо больше расстроен, если бы ты действительно был полезен в качестве оружия.‘ — Туше, — съязвил Реджис.

— Пересечем вместе на счет три, — решил я.

Реджис кивнул и встал прямо за дверью. Мое сердце колотилось о грудную клетку, когда я почувствовал, что мои чувства обострились. Я понятия не имел, с чем мы столкнемся, как только покинем это ‚убежище‘.

‚Один. Два. Три!‘ Я шагнул вперед вместе с Реджисом, готовый к любым ожидающим меня испытаниям. Однако нас встретила полная тишина, если не считать щелчка и жужжания закрывающейся за нами двери.

Мраморный пол под моими ногами был безупречно гладким, но в отличие от круглой комнаты, в которой мы были раньше, эта была длинным прямым коридором с потолком, который выгибался высоко над нашими головами с другой металлической дверью, выгравированной рунами на другой стороне. Вдоль узорчатой стены тянулись два ряда бра, освещая коридор теплым естественным светом. По обе стороны от нас стояли гигантские мраморные статуи, изображающие мужчин и женщин, Вооруженных не только знакомыми мечами, копьями, палочками и луками, но и… ружьями.

Очевидно, Реджис был удивлен не меньше меня. ‚Это же…‘ — Ружья? Думаю да“ — ответил я.

Огнестрельное оружие, которое держали некоторые статуи, отличалось от того, к которому я привык в прошлой жизни. Они были более архаичными, как те из прошлого, которые все еще использовали металлические пули и порох.

Мой взгляд на мгновение оторвался от каменных статуй и остановился на двери прямо передо мной, примерно в трехстах футах или около того.

„Так что мы просто … пройдем мимо этих гигантских каменных статуй и подойдем к двери с другой стороны. Это же совсем не зловеще“ — пробормотал Реджис.

Вместо того чтобы идти прямо, я подошел к стене справа от меня, ища какой-нибудь скрытый боковой выход. Осмотрев обе стены, я вздохнул и снова посмотрел в средний проход между рядами каменных статуй.

„Ты же не думаешь, что эти статуи начнут двигаться и попытаются убить нас, как только мы приблизимся к ним?“ „Есть только один способ узнать, — сказал Реджис, усаживаясь мне на плечо.





Глава 248. Второй Раунд




Я упал вперед, тяжело рухнув на холодный мраморный пол святилища, когда темно-алая лужа начала растекаться вокруг меня.

Борясь с цепкой хваткой, которая угрожала вырвать мое сознание, я отполз от двери, отчаянно пытаясь убраться как можно дальше от этих чудовищ.

— Артур, — тихо пробормотал Реджис.

С обилием ран, пронзающих мое тело и разум горячими иглами, я сосредоточился на попытке сохранить себе жизнь.

Протянув дрожащую руку через плечо, я ухватился за древко одной из костяных стрел, вонзившихся мне в спину.

Я подавил крик, когда слезы покатились по моему лицу. Без маны, чтобы защитить мое тело, и адреналина, чтобы притупить боль, даже прикосновение к стреле посылало шипы жгучей агонии через мою спину.

Издав гортанный вопль, я отломил древко. Волна тошноты захлестнула меня, и меня вырвало на землю. В желудке у меня ничего не было, и я выпускал воду и желудочную кислоту, пока все, что я мог сделать, — это рвать.

Потребовалось несколько минут, чтобы мое тело успокоилось—честно говоря, это могло быть дольше, так как я отключался несколько раз между ними. Собрав остатки сил, я поднес костяное древко ко рту.

«Ты же не собираешься … О, да, конечно.»

Реджис посмотрел на меня с гримасой, но мне было все равно. Эфирная аура была для меня чистой пищей, и я уже чувствовал, как силы возвращаются в мое тело.

Я отломил вторую стрелу, застрявшую у меня в боку, едва удерживаясь от рвоты. Я поглощал эфирную эссенцию, и думал о том, как я собираюсь выбраться отсюда теперь, когда у меня только одна нога.

Темно-красная лужа, растекшаяся подо мной, начала высыхать-хороший знак того, что я больше не истекаю кровью.

Объев обе стрелы, я потащился к фонтану. Глотая чистую холодную воду, я почувствовал, как мое тело обмякло, а веки отяжелели, я прислонился спиной к мраморному фонтану и позволил темноте овладеть собой.

Меня вырвал из сна приступ кашля, как будто я тонул во сне. Я схватился за грудь, хватая ртом воздух, так как раны на спине горели.

Внезапно Реджис вылетел из моей груди.

«Что…черт возьми, ты делаешь?’ Я спросил, контролируя свое дыхание.

— Клянусь, это был не я. Ладно, может быть, это был маленький я», — ответил Реджис с виноватым выражением лица.

Я бросил на него такой взгляд, что он отступил еще на несколько футов. «Я расскажу тебе, что обнаружил, пока ты спал, но сначала проверь свое тело!»

Сбитый с толку, я опустил глаза, готовясь к худшему. Я получил три пули в спину и одну в левую ногу, прежде чем эта самая нога была разорвана дробовиком, который я мог только вообразить, как будто бы сам Сатана его создал.

Однако, когда мой взгляд достиг моих ног, я не смог удержаться и резко выдохнул. Вот она, моя левая нога-голая от бедра вниз, но совершенно целая и без единой царапины. Я трогал, щипал свою ногу, чтобы убедиться, что она настоящая, что она моя.

— Ловко, А! Ты похож на какую-то странную морскую звезду или паука, -взволнованно сказал Реджис.

Я рассмеялся, не в силах сдержать облегчения. «Ты не можешь придумать лучшей формы жизни, чтобы сравнить меня с ней?’

«Ну, я хотел сказать ящерица, но они могут только отрастить свои хвосты, а это технически не—»

— Ладно, я понял, — усмехнулся я, прежде чем более внимательно изучить свою ногу. «Я залечил несколько порезов и колотых ран, но моя левая нога была полностью оторвана. Ты хоть представляешь, как мне это удалось?’

«Я как раз к этому и шел, — начал Реджис. «Я не знаю, как тебе пришла в голову идея съесть эфир, исходящий от этих монстров, но это спасло тебя— нет, более чем спасло.»

«Что ты имеешь в виду?»

«Твоя физиология сейчас не человеческая и не асурская. Это нечто среднее из-за жертвенного эфирного искусства, которое Сильвия использовала на тебе.

Проблема, с которой ты столкнулся, как только пришел в сознание, заключалась в том, что твое ядро маны было повреждено без возможности восстановления. В отличие от меньшего, без функционирующего и довольно мощного ядра маны в придачу, ты не в состоянии поддерживать это тело.»

«В этом нет никакого смысла. Как же мое собственное тело не может поддерживать… мое собственное тело? — Спросил я.

«Откуда асуры, по твоему, обладают такой врожденной силой, все это потому, что в отличие от меньших их тело зависит от маны. С момента рождения асуров, их ядра маны постоянно облагаются налогом, чтобы даже поддерживать их жизнь. Если их ядра маны сломаются, все их тело будет медленно разрушаться.»

Я поморщился. — Хорошо, так как у меня нет ядра маны, мое тело медленно отключается?»

«Так и было, пока ты свирепо не начал есть эфир из этих монстров, как какой-нибудь голодный зомби», — объяснил Реджис. — После этого твое тело стало немного лучше поддерживать себя.»

Я посмотрела на свои руки и ноги, удивляясь, насколько это тело отличается от моего прежнего. Изменилась не только моя внешность.

«И еще более захватывающе…помнишь, когда ты говорил:» Реджис, возьми меня за руку!’?- Сказал Реджис голосом, раздражающе похожим на мой. «Ну, ты думал, что это эфир от меня позволил тебе использовать эфир, верно? На самом деле это был эфир, который ты уже имел внутри своего тела. По какой-то причине, когда я вошел в твою руку, весь тот эфир, который ты поглотил—который был распространен по всему твоему телу-пришел ко мне.»

— Интересно…подожди, это значит, что ты можешь выкачать эфир из моего тела и использовать его для себя? — Подозрительно спросил я.

«Возможно», — ответил Реджис, прежде чем поспешно продолжить. «Но я этого не сделал! Ладно, может быть немного, но только после того, как я узнал, что твоя жизнь вне опасности! А до тех пор я вошел в твою ногу и убедился, что весь эфир, оставшийся в твоем теле, направлен на ее регенерацию. Вот почему твоя нога находится в идеальной форме, в то время как травмы на спине еще не полностью зажили.»

Я вздохнул, устав от того, как мой собственный компаньон пытался быстро втолкнуть в меня эти сведения.

— Послушай, я мог бы подойти к этой двери и использовать ограничение дальности, чтобы причинить тебе боль—черт, дай мне несколько часов, и я придумаю еще более разнообразные способы наказать твою бестелесную задницу, но я не думаю, что держать тебя на коротком поводке-это способ выбраться отсюда.»

Глаза Реджиса расширились от этой мысли, прежде чем он пылко кивнул.

«Итак, ты сказал, что эфир, который я потребляю, распространяется вокруг моего тела, мгновенно питая и укрепляя его, прежде чем он полностью израсходуется, верно? — Спросил я.

«Да. Из того, что я понял, эфир пытается держать вас в оптимальном состоянии, поэтому он в первую очередь восстанавливает раны, и, вероятно, поэтому вы не чувствуете себя намного сильнее.»

«Хорошо. И я предполагаю, что если ты поглотишь эфир в моем теле, ты тоже станешь сильнее, так или нет?’

«Именно это я и чувствую сейчас, разве ты не заметил?’

Я приподнял бровь. — Заметил, что?»

— Мои рога! Они выросли на одну восьмую дюйма!»





Глава 249. ПОБЕДА




Мое тело содрогнулось, когда я сделал глубокий вдох. Глядя на свое тело, я видел, что люди приняли бы меня за молодого дворянина, которому едва исполнилось двадцать. Без единого шрама или пятна, идеально очерченные мышцы, которые бежали вниз по моим рукам, туловищу и ногам, выглядели так, как будто они были нарисованы, а не приобретены путем тренировки.

Слабая фиолетовая аура окутала меня, медленно тускнея по мере того, как все больше и больше эфира рассеивалось из моего тела. Однако самая большая разница заключалась в том, что я скорее чувствовал, чем видел.

Это было чувство, которое отличалось от того, когда я усиливал свое старое тело с помощью маны… Это даже отличалось от того, что я чувствовал после того, как открыл третью стадию воли дракона Сильвии в моей борьбе с Нико. Сила, пульсирующая во мне, не казалась заимствованной или искусственно имплантированной—она была моей.

Подойдя к ближайшей стене святилища, я сжал руку в кулак. Мои собственные глаза не смогли как следует рассмотреть мою руку, когда она ударилась о стену с оглушительным взрывом.

Вся комната содрогнулась, когда вода из фонтана пролилась на землю. Хотя на стене едва образовалась трещина, я все еще был доволен; я знал, что силы моего удара было достаточно, чтобы легко пробить большую дыру даже в толстых металлических воротах.

Я посмотрел вниз и увидел, что рана на моем кулаке уже затягивается и заживает сама собой. Обернувшись, я мысленно поблагодарил труп гигантской химеры, который теперь превратился в груду высохших костей, поскольку эфирная сущность, удерживающая их вместе, была поглощена.

— Ай! Наконец—то ты стал больше похож на мужчину-по крайней мере, на свое тело, — воскликнул Реджис, изучая меня.

“А ты все еще похож на чернильную кляксу, — съязвил я, отмахиваясь от него.

Я ожидал, что моя рука просто пройдет сквозь него, как обычно, но на этот раз я почувствовал некоторое сопротивление при контакте.

— Ого” — сказал я, вздрогнув.

Реджис нахмурил брови с выражением, которое я мог расценить только как непристойное. “Ты получил удовольствие от того что прощупал мои мыщцы?”

Я вытер руку о штаны. “Похабник.”

Реджис рассмеялся, кружась в воздухе, как будто он летел в первый раз.

Я отрицательно покачал головой. “Нам пора уходить. Я чувствую, как эфирная сущность покидает мое тело с каждой секундой, и мне нужно оставить как можно больше сил, если мы собираемся убить всех этих химер.

“Ты прав, — уверенно ответил мой спутник. — Давай сделаем это.”

Сделав последний глубокий вдох, чтобы успокоиться, я толкнул дверь.

Мое тело напряглось, а сердце колотилось о ребра. Хотя мой разум знал, что у меня гораздо больше шансов против химер, страх и боль глубоко укоренились в моем теле.

«Третий раз, и это место все еще жуткое, даже без химер, пытающихся убить нас”, — проворчал Реджис.

Мы продолжали идти, пытаясь разглядеть хоть какие-то отличия от того, что было здесь в прошлый раз. Я надеялся, что убитой нами химеры-хлыста здесь не будет, но ее статуя осталась нетронутой и выглядела еще страшнее, чем в прошлый раз.

«Мне интересно, как прошла группа до нас», — подумал я, все еще поворачивая голову влево и вправо, когда осматривала наше окружение. — Насколько сильны эти трое?”

Реджис пожал плечами. — Надеюсь, нам никогда не придется это выяснять.”

Должно быть, я достиг точки активации, потому что комната внезапно загрохотала.

Однако, в отличие от предыдущих двух случаев, это было единственным предупреждением—никакого постепенного разрушения статуй, никакого временной задержки на то, чтобы освободиться от их оболочек.

— Значит, я был прав, — вздохнул я. “С каждым разом они прорываются все быстрее.”

Реджис закатил глаза. “Я бы похлопал, медленно аплодируя тебе за твою невероятную предусмотрительность, но—знаешь — ручек нет.”

Все химеры немедленно выскочили со своих подставок и издали пронзительный визг в унисон.

Я встал в боевую стойку, мои тренированные глаза изучали положение и оружие двенадцати химер, окружавших нас.

Я сосредоточился на трех химерах, вооруженных дальнобойным оружием: луком, дробовиком и двумя арбалетами.

Убедившись, что яйцо Сильвии надежно спрятано под моим кожаным жилетом, я оттолкнулся от земли, подталкивая себя к ближайшей химере.

“Я знаю примерное время выстрела из дробовика. Держи того, что с арбалетами, занятым! — Приказал я, вонзая кулак в химеру с двумя булавами, сделанными из черепа гигантского обезьяноподобного зверя.

Химеру отбросило на несколько шагов назад от силы удара, и она завизжала от боли, но смогла отчаянно замахнуться одной из своих булав.

Я нырнул под ее путь и выпустил размашистый удар прямо в его обнаженную грудную клетку. Он согнулся и издал еще один вопль, но прежде чем я успел извлечь выгоду из его ран, стрела попала мне в ногу, пройдя прямо через бедро.

Стиснув зубы от боли, я перевернул химеру булавы на спину и сосредоточился на других химерах, быстро приближающихся.

Не забывая о положении химер дробовика и лука, я бросился к следующему противнику.

С каждым шагом, с каждым ударом, который я наносил, я чувствовал, как расходуется все больше собранного мной эфира. Даже когда я поглощал эфир в середине битвы из различных химер, я расходовал его намного быстрее, чем мог поглотить, и мне удалось убить только троих.

Убедившись, что мое дыхание остается контролируемым, а движения-резкими и незамутненными, я двинулся вперед, используя ту же тактику, что и в прошлом раунде. Я смог заставить двух химер убить друг друга, пока химера из дробовика не подавила свои силы боевым кличем.

Тем временем Реджис продолжал занимать арбалетную химеру. Основываясь на скорости перезарядки его оружия и мощности каждого костяного болта, я сделал правильный выбор, заставив Реджиса ослепить его.

И все же, по мере того как я убивал все больше и больше, в животе у меня нарастало беспокойство.

Весь коридор был усеян осколками камня от раскрошившихся статуй и вырытых во время битвы ям.

Я мог сказать, что использовал больше половины эфира, собранного из хлыста химеры, и те, что остались, были сильнее тех, кого я убил.

“Никогда не бывает легко, — пробормотал я себе под нос, мои глаза сфокусировались на химере с зазубренными кинжалами вместо рук.

Другая идея начала формироваться, когда мой взгляд переместился с химеры кинжала на химеру меча.

Увернувшись от стрел и подобрав две из них, я наткнулся на химеру, что держала в руках два кинжала.

Прежде чем вступить в бой, я метнул стрелу, как копье, и ее наконечник вонзился в руку химеры меча.

Не имея времени расслабиться, я нырнул и проплыл сквозь шквал взмахов от долговязого кинжала. В моей памяти всплыли сцены почти десятилетней давности, когда я ежедневно спарринговал с Жасмин, начиная свой путь искателя приключений.

Однако, в отличие от того, как Жасмин, казалось, почти танцевала с кинжалами в руках, техника этой химеры была грубой и опиралась на ее длинную хватку и смехотворную силу и скорость.

Химера, возможно, и обладала физической силой зверя маны класса S, но ее интеллект и техника были недостаточно развиты.

Я продолжал обходить химеру с кинжалом, держа ее на расстоянии вытянутой руки, теперь, когда я был достаточно быстр, чтобы легко увернуться от ее ударов. Я не мог заставить их убивать друг друга, пока химера с дробовиком продолжала держать дистанцию от меня и стрелять время от времени. Тем не менее, я мог использовать дикие удары, сделанные химерой кинжала, чтобы нанести раны другим химерам, пытающимся убить меня.

Все больше и больше разочаровываясь в своей неспособности даже прикоснуться ко мне, химера кинжала издала резкий визг, размахивая своими короткими клинками, пока довольно отчаянный взмах над головой не вонзил одно из лезвий слишком глубоко в землю.

Наконец, когда появилась возможность, я подпрыгнул, используя его руку как платформу, чтобы дотянуться до его головы ударом с разворота, который сломал руку, застрявшую на земле.

Как раз вовремя, химера меча воспользовалась прекрасной возможностью попытаться убить меня своим гигантским мечом—независимо от того, убьет ли ее атака также и химеру кинжала.





Глава 250. Ядро




— Это безумие. Это не сработает.»

«Может быть, если ты прекратишь свои безжалостные восклицания, — язвительно заметила я, сгибая пальцы моей недавно регенерированной руки.

Реджис подскочил к моему лицу. «О, мне очень жаль. Неужели мое искреннее беспокойство о том, что ты можешь взорвать себя, волнует тебя?»

Я отмахнулся от него. «Да.»

Дымчато-черная голова моего спутника зашипела от гнева. «Зачем тебе вообще даже пытаться сделать это? Ты только что уничтожил скрытого босса этого уровня ударом кулака! Я думаю, ты достаточно силен.»

«Я не могу просто кратковременно поддерживать свое тело, питаясь эфирной эссенцией монстров.»

«Значит, твой план состоит в том, чтобы создать собственный источник энергии? Боже, я удивляюсь, почему мудрые и могущественные драконы клана Индрат не додумались до чего-то подобного …»

«Да, я помню историю о том, как старейшины клана Индрат пытались создать ядро из чистого эфира в теле новорожденного члена клана, который родился без ядра.»

«И что же мы узнали из этой истории? — спросил Реджис, как будто сам разговаривал с младенцем.

— Я вздохнул. — Что ребенок был встречен кровавой смертью.»

«Тогда почему ты все еще пытаешься это сделать? — Вскипел Реджис.

— Потому что у меня нет другого выбора, если я хочу стать сильнее. Я не хочу полагаться на временное усиление энергии, которое я даже не могу контролировать, потребляя эфирную сущность другой формы жизни. Ты же видел, как быстро он истощается в моем теле, даже когда я не сражаюсь.»

Это не повод убивать себя из-за этого!»

Я холодно посмотрел в глаза черному блуждающему огоньку. «Я уверен, что ты знаешь это из моих воспоминаний, но я едва ли был способен сражаться против слуг, в то время как косы находятся в совершенно другой лиге. Я не просто пытаюсь выжить в этом адском подземелье или руинах-что бы это ни было. Я пытаюсь обрести силу, которая может поставить меня выше их и на один уровень с асурами. В противном случае, просто выбраться отсюда — значит дать врагу еще один шанс победить меня.»

Реджис молча изучал меня, на его лице была смесь разочарования и беспокойства.

Наконец, он вздохнул. «Ладно. Помимо того, что ты физически способен есть эфир, почему ты думаешь, что твоя попытка ничем не будет отличаться от того, что пытались сделать асуры?»

«Ты забываешь, что я был ответственен за преждевременное формирование моего собственного ядра маны, когда мне было три года. Я что-нибудь придумаю.»

Первым шагом моего плана было провести некоторое время, внимательно изучая химеру.

Я изучал, как эфирная сущность оказалась связанной с трупом химеры. Несмотря на то, что химера не могла контролировать или манипулировать эфиром, в отличие от моего собственного тела, утечки эфира не было.

Используя свое уникальное восприятие окружающего эфира, я проводил эксперименты на трупе.

Поскольку он был убит, эфир не пытался активно регенерировать сломанные части тела химеры. Вместо этого, казалось, что он был в почти подвешенном состоянии.

Раны, которые я нанес трупу после смерти, не регенерировались, и хотя в ране была некоторая потеря эфирной сущности, кроме этого не было никакой утечки.

«Реджис, попробуй войти внутрь химеры и поглотить эфир напрямую», — сказал я, не отрывая глаз от трупа.

«Ну, я не мог, когда он был жив, но я никогда не пробовал его на мертвой химере», — ответил Реджис, плывя к гигантскому телу.

Однако вместо того, чтобы погрузиться внутрь тела химеры, он отскочил.

Реджис издал болезненный стон от удара, прежде чем повернуться ко мне. -Счастлив?»

«Не особенно, — ответил я, даже не потрудившись взглянуть на него, продолжая изучать поток эфира вокруг тела химеры.

Не найдя ничего особенно проницательного, я перешел к следующему шагу, надеясь узнать больше.

Закрыв глаза, я почувствовал, как эфир течет по моему телу, точно так же, как я это делал, когда впервые пытался сформировать ядро маны.

Все мои умственные способности были сосредоточены на наблюдении за тем, как эфир движется внутри меня—как он взаимодействует с моими мышцами, костями, органами, и как он постоянно рассеивается с поверхности моей кожи.

Затем я сосредоточился на осколках моего ядра маны. Я не мог собрать или произвести ману, и драконьей воли Сильвии больше не было. Это означало, что у меня не было возможности использовать статическую пустоту или Сферу Сердца, но фрагментированная оболочка моего ядра маны все еще была здесь внутри меня.





Глава 251. Запретный плод




Пурпурно-красное ядро пульсировала жизнью внутри меня, желая освободиться.

Я чувствовал, как ухмылка прилипла к моему лицу, нетерпеливо проверяя мои новые силы … какими бы они ни были.

Несмотря на желание освободиться, мне нужно было сначала проверить одну вещь—возможно, самую важную.

Сделав глубокий вдох, я задумался. Сосредоточившись на своем недавно выкованном ядре и окружающем нас окружающем эфире, я замедлил дыхание.

Сила привычки заставила меня предположить, что дыхательная техника, которую я использовал для сбора окружающей маны, может быть применена для поглощения эфира. Однако это было не так, сосредоточившись на моем эфирном ядре таким образом, что почти чувствовалось, как я сгибаю его, я смог вызвать изменение вне моего тела.

Почти сразу же результаты стали очевидны.

— Что? Что это? — Нетерпеливо спросил Реджис.

Я открыл глаза и с ухмылкой посмотрел на рогатый блуждающий огонек. «Теперь я могу собирать окружающий эфир в свое тело и ядро.»

Несуществующая челюсть Реджиса отвисла, его белые глаза расширились. -Серьезно?»

— Поглощение эфира непосредственно из этих химер определенно быстрее и мощнее, но, по крайней мере, теперь я не завишу от столкновения с животными, подпитываемыми эфиром. Даже если монстры здесь наполнены ими, кто знает, смогу ли я найти одного за пределами этого подземелья, — объяснил я.

Реджис кивнул. «Это хорошо. Теперь мне не нужно беспокоиться о том, что ты упадешь замертво, потому что не сможешь поесть.»

«Ой, ты беспокоишься о своем хозяине? — Поддразнил я.

— Мастер шмастер, моя жизнь привязана к твоей бледной заднице, — усмехнулся черный шар огня.

Я закатил глаза. «Если бы я знал, что мое оружие окажется таким, я бы рискнул добраться до белого ядра сам.»

«Я тоже люблю тебя, мой женоподобный маленький вундеркинд. А теперь продолжай тестировать! Нам нужно точно знать, каковы твои пределы, прежде чем мы перейдем к следующему этапу.»

Снова сосредоточившись на своем ядре, я выпустил немного эфира и сфокусировал его на своей руке. Однако, как только эфир покинул мое ядро, он распространился по всему телу.

Нахмурив брови, я попытался снова, представляя эфир, текущий через мои … каналы маны.

— Дерьмо, — пробормотал я, осознав проблему. В отчаянии я попробовал еще раз, но получил тот же результат. Короткая концентрированная вспышка эфира, которую я изгнал из своего только что выкованного ядра, снова равномерно распространилась по всему телу. — Черт побери!»

— Что случилось? Что-то не так?»

«Я не могу контролировать распределение эфира из моего ядра, — сказал я, безуспешно пытаясь еще раз. Я определенно чувствовал, как эфир укрепляет мое тело, но количество, оставшееся к тому времени, когда он достиг руки, было лишь малой частью.

Реджис в замешательстве нахмурился. — А? Но как насчет твоей маны—тян… Ох я вижу проблему.»

Я тяжело вздохнула. «Даже когда я, наконец, думаю, что все идет путем, есть еще большая гора, на которую нужно взобраться.»

Реджис пожал плечами и полетел к незапертому выходу. «Нам ничего не остается, как двигаться вперед.»

«Погоди. Давай вернемся в святилище.»

«Ты, должно быть, шутишь.»

«Если я не могу контролировать эфир внутри себя, то мне нужно, по крайней мере, укрепить свое ядро, и даже если здесь станет труднее, мы, по крайней мере, знаем, чего ожидать на этом этаже, — объяснил я.

» Ух…» — простонал Реджис, покачиваясь, направляясь ко мне. — Лучше бы на следующем этаже были бы какие-нибудь сексуальные демоны-лисицы или что-нибудь в этом роде. Глядя на этих бескожих монстров, мое маленькое черное сердце начинает страдать.»

Посмеиваясь, мы открыли дверь обратно в святилище. Я сделал кое-какие незначительные приготовления, пока мы были здесь. Спустив штаны с колен, я закрепил пояс, чтобы надежно хранить камень Сильви, и повесил его на плечо. Затем я сделал грубый бурдюк из того, что осталось от моего кожаного жилета. Убедившись, что из него не течет вода, мы вернулись в коридор.

***

— Почему они не просыпаются? — Сказал Реджис, когда мы снова достигли центра.

Длинный коридор был приведен в первозданное состояние, когда мы покинули святилище, но сколько бы раз я ни ходил взад и вперед по коридору, статуи не двигались с места.

Реджис подлетел к статуе воина с мечом в руке. «Они сломаны?»

— Может быть? — Я подошел к одному из них и отвел назад кулак.

Не осмеливаясь использовать больше десятой доли эфира в своем ядре, я ударил по статуе статуи с дробовиком, так, что пошли трещины по всей ее ноге.

Неплохо, подумал я. Унция за унцию—или какая там единица измерения использовалась-эфир был намного мощнее и эффективнее маны. И все же я не был удовлетворен.

— Эй, Реджис. Займи мою руку снова» — приказал я, протягивая правую ладонь. «Я хочу кое-что проверить.»





Глава 252. Закон дикой природы




«Что-то приближается, • пробормотал я, с трудом поднимаясь на ноги.

Реджис обернулся, и я буквально увидел, как его дымчато-черное тело побледнело. — Вот дерьмо.»

Мое сердце бешено колотилось, когда быстрые шаги стали громче. Я ковылял так быстро, как только позволяло мое тело под воздействием только что съеденного фрукта. Я никак не мог сражаться с какой бы то ни было ордой, несущейся на нас в том состоянии, в котором я сейчас находился.

Мы сумели найти углубление в земле рядом с большим деревом. Обнаженные корни скрючились вместе, вплетаясь и выползая из земли, они обеспечили нам надежное укрытие.

Мое сердце бешено колотилось, когда я прислушивалась к тому, что звучало как паническое бегство, обыскивающее каждый квадратный дюйм территории, из которой мы едва выбрались.

Мой разум кружился, пытаясь понять, почему мы вдруг привлекли внимание всех. Может быть, потому, что я съел этот фрукт?

Нет, дело не в этом.

Эта прозрачная ловушка для мух… она испустила ужасный крик перед самой смертью.

И вот тут-то все и щелкнуло.

Двухвостые обезьяны, монстр-ловушка и все остальное на этом этаже почти не производили шума. Все организмы здесь приспособились производить как можно меньше шума… скорее всего, чтобы выжить против этих тварей.

— Чувствительны к звукам, — произнес я одними губами, указывая на свое ухо. Реджис кивнул в ответ, и мы вдвоем стали с надеждой ждать, когда эти звери двинется дальше.

К этому времени сама земля содрогалась от постоянных шагов орды зверей. Вот насколько они были близки. Я слышал громкое щебетание, когда звери продолжали искать источник крика, который привлек его.

С тем, как близко была орда зверей, я мог чувствовать давление, которое они испускали, и достаточно сказать, что это было на совершенно другом уровне от химер.

Мы с Реджисом столкнулись друг с другом.

Выровняв дыхание, я замер, когда скрежещущий звук ржавых шестеренок, стучащих друг о друга, стал ближе. Даже Реджис оставался внутри меня, боясь быть замеченным, несмотря на свое бестелесное состояние.

Внезапно волосы у меня на затылке почувствовали, что происходит нечто такое, что мне не понравится. Быстрое чириканье становилось все громче, пока несколько мгновений спустя я не смог его разглядеть.

Это была не орда зверей. Это был всего лишь один очень длинный и крупный зверь.

На химер было довольно страшно смотреть, но это существо было чем-то прямо из кошмара демона.

С общим строением многоножки-за исключением размера и обхвата поезда-пули-существо извивалось мимо меня, используя свои бесчисленные веретенообразные ноги в два раза выше меня ростом. Я смог разглядеть зазубренные клешни на его голове, когда он проходил мимо, но было трудно разглядеть что-нибудь еще. Я заметил, что эта многоножка была почти прозрачной.

Окрашенная в мягкий пурпурный оттенок, который смешивался со светящимися листьями, гигантская многоножка выглядела скорее студенистой, чем твердой… как будто у нее отсутствовала твердая оболочка или что-то в этом роде. Однако, видя, что даже острые ветви эфирных деревьев не оставляют царапин на теле существа, я понял, что убить его будет нелегко.

Многоножка продолжала ползать вокруг нас в поисках своей добычи. Несмотря на свои огромные размеры и длину, он двигался с такой ловкостью и гибкостью, что даже когда он переместился в другое место, не было никаких следов того, что гигантский зверь побывал тут.

Тем не менее, я мог слышать гигантскую многоножку поблизости. Его шаги продолжали сотрясать землю, удерживая меня от попыток покинуть мое тесное убежище.

Время тянулось, пока мы с тревогой ждали, когда же многоножка уйдет, как вдруг я услышал изменение в ее действиях. Быстрые шаги зверя стали замедляться, пока я не услышал только ритмичный стук.

‘Что происходит сейчас? — Спросил Реджис.

— Я не уверен, — ответил я, испытывая сильное искушение взглянуть.

Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что я остался бы в живых, если бы пошевелился. Вскоре после того, как многоножка начала ритмично топать своими бесчисленными ногами по земле, я услышал болезненные стоны.

Я мог только предположить, что зверь использовал какую-то форму эхолокации, чтобы найти что-нибудь поблизости, что двигалось.

Когда ритмичное топанье прекратилось, я достаточно собрался с духом, чтобы понять, что происходит, несмотря на жгучее ощущение того, что мое ядро продолжает поглощать эфир из плода.

«Он ест,» прошептал Реджис, заглядывая мне через плечо.

Многоножка свернулась вокруг массивного дерева, которое, по-видимому, было домом для семейства двухвостых обезьян.





Глава 253. Золотая жила




Когда камень Сильви поглотил из меня эфир, он забрал все до последней капли из моего ядра. Однако, только часть этого эфира была поглощена, спиралью спускаясь внутрь. Остальное, казалось, было отфильтровано. Сильвия, пребывавшая в коматозном состоянии, была слишком мала, чтобы что-то переваривать.

Вот тогда-то я и понял, что камень — Сильвии-это не столько аккумулятор, который нужно медленно заряжать, как я предполагал вначале. Нет, это было больше похоже на ситечко, которое мне нужно было заполнить эфиром быстрее, чем он мог вылиться обратно.

Тот факт, что камень Сильвии не мог «принять» большую часть эфира, который я пытался дать ему, даже после того, как я съел плод, означал, что мое эфирное ядро было не идеально. Не «ущербное» само по себе, а по аналогии с ядром маны содержало естественные примеси из тела, которые ограничивали выход и хранение эфира.

Теперь я знал, что эфирное ядро, которое я выковал, было заполнено примесями. Это препятствовало моему развитию и мешало мне использовать все возможности эфира. Отлично.

Если я хочу заставить эфир течь так, как он течет внутри камня Сильвии, мне нужно, чтобы эфир в моем ядре стал намного чище. И если я хотел вернуть Сильвию, мне нужно было высвободить этот чистый эфир в гораздо большем объеме, чем я в настоящее время мог вместить—все за один присест.

Что привело меня к причине, по которой я сейчас стоял здесь, в нескольких футах от логова гигантской многоножки, одетый только в тонкий кожаный жилет и рваные матерчатые штаны.

«Еще не поздно отступить», — прошептал Реджис мне на ухо.

Я знал, что будет если я не могу убить его. Тем не менее, это заставляло пересмотреть свои приоритеты. В конце концов, даже если бы я смог выбраться отсюда прямо сейчас, я был даже слабее, чем, когда сражался с Нико и косой, Каделлом.

Моим приоритетом было стать сильнее, что—к счастью—совпадало с возвращением Сильви. И убийство этой многоножки было бы большим шагом вперед.

Встретившись взглядом с Реджисом, я ответил ему: — Пойдем внутрь.«

По мере того как мы углублялись в гигантскую дыру шириной с многоножку, спиралью уходящую в землю, она становилась странно ярче. Слабый пурпурный отблеск падал на землю, стены и потолок извилистого туннеля.

Реджис рыскал впереди, возвращаясь ко мне через каждые несколько ярдов, чтобы сообщить, нет ли чего подозрительного.

Когда я сделал глоток из своего мешка с водой, я увидел черный огонек возвращающийся ко мне. Я ускорил шаг, легко ступая по земле, надеясь услышать какие-нибудь другие новости, кроме „впереди только камни“ от Реджиса.

‘Артур. Там что-то впереди, — тихо сказал Реджис, влетев мне в грудь.

— Если ты еще раз пошутишь насчет „камней“, я тебя ударю, — ответил я с подозрением.

‘Просто иди, — вздохнул мой спутник и поплыл обратно, чтобы показать дорогу.

Туннель разделился на два пути, но Реджис быстро направил меня к более широкому с левой стороны. Он был не только шире в диаметре, но и ярче. Нам потребовалось всего несколько минут бесшумной ходьбы, чтобы добраться до того, что хотел мне показать Реджис.

По всей земле были разбросаны гроздья кристаллов…эфирных кристаллов.

Мои брови нахмурились в замешательстве при виде светящихся фиолетовых кристаллов, разбросанных перед нами, как мусор. Быстро-и тихо-я взял кристалл размером с кулак и выпил из него эссенцию, пока пурпурное свечение не погасло.

Они не так сильны, как фрукты, которые я ел раньше, но они довольно концентрированные, отметил я мысленно, пока Реджис осматривался впереди.

После того, как я съел еще один кристалл размером с кулак, я заполнил мою емкость эфира до краев, я оставил пару кристаллов поменьше в своих карманах, прежде чем двинуться вперед. Я вернусь за ними после того, как мой бой закончится.

По мере того, как мы продвигались все дальше вглубь территории многоножки.

туннель постепенно становился ярче, пока в самом конце не засиял яркий фиолетовый свет.

Мы с Реджисом обменялись напряженными взглядами, прежде чем двинуться вперед. Мое сердце колотилось в груди, а ладони становились липкими при мысли о борьбе с гигантским зверем. Находясь так близко к эфирному зверю в его собственном доме, мое тело смогло почувствовать давление, исходящее от гигантской многоножки.

Делая глубокие, успокаивающие вдохи и выравнивая походку, я пошел вперед, готовый встретиться лицом клицу с моим самым сильным противником.

Давай сделаем это.

Я шагнул в ослепительный пурпурный свет, мое тело напряглось и было готово к любым неожиданным движениям, но когда свет спал, я увидел, что туннель открылся в массивную пещеру с куполообразным потолком. Все пространство было залито пурпурным морем, исходящим от гор сверкающих кристаллов, громоздящихся друг на друга.

Но, несмотря на множество эфирных кристаллов—некоторые из них были больше, чем все мое тело—мое внимание было приковано к гигантской многоножке.

Инстинктивно я отступил назад и поднял руки, чтобы защититься от того, что должно было произойти. Даже Реджис съежился за моим плечом, когда мы смотрели на возвышающуюся фигуру эфирного зверя.

Он сгорбился в высокой арке, и все его тело сотрясалось в конвульсиях. Затем, когда я уже начал думать, что он вот-вот взорвется, из задней части многоножки хлынул водопад кристаллов эфира, образовав небольшой холм рядом с другими горами кристаллов.

Это было похоже на сцену прямо из сказки. Вот только вместо гигантского дракона, охраняющего свою гору сокровищ, это была многоножка, охраняющая свои горы… экскрементов?

„Пфф! Реджис подавил смех, который эхом разнесся по всей гигантской пещере, привлекая мое внимание и—к нашему ужасу—внимание гигантской многоножки.

— Шевелись! — Взревел я, отбросив все мысли о скрытности при виде атакующей многоножки.

Я бросился вправо, а Реджис — влево.

— Извини, Артур, но ты практически съел дерьмо этого жука! — Реджис захохотал.

Я мысленно закатил глаза. К счастью для меня, он также привлек внимание многоножки, что дало мне время переместиться на другой фланг от нее.

Выпустив эфир из своего ядра, я оттолкнулся от земли с силой, которая образовала кратер под моими ногами.

Преодолев несколько футов в одно мгновение, я с оглушительным ‚стуком‘ ударил облаченным в эфир кулаком в бок многоножки.

Однако, пока многоножка согнулась от удара, волна боли, поднявшаяся вверх по моей руке, дала понять мне, что повреждение, которое я ей нанес, не было большим поводом для празднования.

Ловко приземлившись на землю, я побежал через пещеру, а многоножка погналась за мной.





Глава 254. Чистка




— Фу, что это такое? Что случилось?»Реджис застонал, покрытый прозрачной слизью, когда он выскользнул из-за спины трупа многоножки.

Я подавил смешок. «Я не знал, что фекалии многоножек могут говорить.»

Лицо Реджиса потемнело, когда он посмотрел туда, откуда пришел. — Вот дерьмо…»

«Да, именно так! Я рассмеялся, не в силах больше сдерживаться.

После того, как гигантская многоножка умерла, и ее органы начали отказывать, я смог увидеть, как Реджиса медленно выталкивает к спине зверя.

Вместо того чтобы пытаться сломать его внешнюю оболочку и вытащить Реджиса изнутри, я позволил природе идти своим чередом.

— В любом случае, с возвращением, — с улыбкой поприветствовал я своего спутника, стряхивая с него остатки слизи. «Как ты себя чувствуешь?»

Реджис опустил глаза. На долю секунды я испугался, что он может потерять сознание, но он посмотрел на меня, скривив рот в усмешке.

«…Как дерьмо.»

Несмотря на то, как мы оба были измучены и несчастны, все казалось немного лучше, когда мы смеялись над нашими собственными детскими шутками.

А когда гигантская многоножка умерла, я почувствовал, что достиг еще одной новой вехи в росте.

После короткого перерыва мы вдвоем начали пожинать плоды нашей последней победы. Вместо холмов эфирных кристаллов внутри пещеры, я сосредоточил свое внимание на многоножке.

Нам хватило одного взгляда, чтобы понять, что труп эфирного зверя был самым высоким и самым мощным источником эфира во всей этой пещере.

Взобравшись на гигантскую многоножку, я принялся за работу, поглощая эфир из ее тела.

По мере развития моего эфирного ядра развивалась и скорость поглощения. И все же, учитывая огромные размеры зверя, потребовалось несколько «посиделок».

В то время как процесс поглощения эфира был довольно простым с моим недавно выкованным ядром, следующие шаги потребовали более трети эфирной эссенции от многоножки, на проверку некоторых теорий.

Но с тем количеством материала, с которым мне приходилось работать, я мог экспериментировать и настраивать процесс поглощения—повышая его эффективность и выстраивая свое тело, чтобы в конечном итоге сделать то, что даже асуры клана Индрат не могут сделать: манипулировать эфиром.

Поскольку не было точного руководства для того, что я делал, я разбил процесс на три стадии и назвал их абсорбцией, закалкой и, наконец, стадией продувки.

После поглощения эфира я обнаружил, что заполнение моего ядра до такой степени, что оно почти переполнялось—и очень болезненно—заставляло эфир внутри меня быстрее конденсироваться и очищаться.

Однако стадия очищения была самой важной и требовала от меня предельной концентрации. Все сразу, мне нужно было изгнать почти весь эфир.

Я вцепился в свое ядро. Волна эфира распространялась по всему моему телу, и мне нужно было проследить пути, которые этот эфир использовал для движения, и медленно направлять остальной эфир, чтобы использовать те же самые пути.

Каждый раз, когда я вычищал эфир из своего ядра, я медленно тренировал эфир путешествовать по более эффективным «проходам» внутри моего тела, а не просто бесцельно распространяться.

Я сосредоточился на тренировке проходов в моих руках. Я понял, что, хотя моя техника и опыт могли компенсировать потерю скорости, они не могли компенсировать потерю моей силы.

Эфир был широко распределен в моем теле, но когда я использовал его силу, я не мог создать достаточно силы, чтобы нанести серьезный ущерб, не теряя большую часть моего эфира. То есть без использования формы перчатки.

Через несколько часов, если не дней, после того, как я использовал почти восемьдесят процентов эфирной сущности многоножки, я проверил свой прогресс.

Вытянув руки перед собой, я выпустил эфир из своего ядра. В первый раз я позволил ему просто равномерно распределиться по всему моему телу, пытаясь все еще чувствовать, как эфирные каналы укрепляются внутри моей руки.

Со второй попытки я сосредоточил больше эфира на своих руках. На этот раз, однако, я почувствовал около десяти процентов увеличения эфира вокруг моих рук по сравнению с остальной частью моего тела.

Улыбка расползлась по моему лицу, когда я посмотрел на свои руки, сжимая и разжимая их. «Х-Ха-Ха…»

«У тебя такой вид, будто ты только что открыл огонь. Что тебя так взволновало? -Спросил Реджис, подплывая ко мне.

«Ты чувствуешь что-то другое? — Ответил я, разводя руками. Сначала я позволил эфиру равномерно распределиться вокруг моего тела.

— Эфир вокруг тебя стал немного менее розовым, — заметил он, не впечатленный.

«Не то. — Я улыбнулась, собирая побольше эфира в свои запястья. «Это.»

Белые глаза Реджиса выпучились.’Теперь ты можешь управлять эфиром?»

Слабая пелена эфира вокруг меня рассеялась, когда я расслабился. «Не совсем, но это большой шаг вперед.»





Глава 255. Мост




— Прекрати кричать! — Я огрызнулся, мои ноги превратились в размытое пятно, пока мы мчались через бесконечный луг светящихся белых полевых цветов и голубой травы.

— Тогда скажи им, чтобы они перестали нас преследовать! — Завопил Реджис, проносясь в воздухе рядом со мной.

Позади нас были сотни, если не тысячи, грызунов, каждый размером с пуму, со светящимися фиолетовыми когтями…и все они были невероятно злы на нас.

«Я же говорил тебе не совать нос в эти гигантские дыры! — Возразил я.

Реджис промчался мимо меня, боясь снова получить царапину этими фиолетовыми когтями. «Откуда мне было знать, что в них живут тысячи гигантских крыс!”

Во мне закипал гнев. «А чего именно ты тогда ожидал? Гигантских змеи?»

«Нет, я просто подумал, не найдем ли мы еще какой-нибудь клад.—»

«Реджис, Форма Перчатки!- Я вклинился, развернулся и заскользил по земле.

Аура черного и пурпурного вспыхнула из моего правого кулака, увеличиваясь по мере того, как армия гигантских грызунов быстро приближалась.

Используя два «заряда», я выпустил взрывчатку, которая исказила само пространство, которого коснулась, убив несколько десятков грызунов.

Сразу после этого я зацепил указательным пальцем кольцо, прикрепленное к рукояти кинжала, и обнажил его сверкающей белой дугой.

Сосредоточив эфир на своих руках, я вскоре превратился в вихрь из клинков и кулаков, режущих, колющих и поражающих каждого гигантского грызуна в пределах досягаемости.

Поначалу владеть кинжалом было трудно. Несмотря на сходство формы с мечом, стиль боя с использованием кинжала оказался совершенно иным.

Но это было весело. Используя кольцо в нижней части рукояти, я смог просунуть в него палец, высвободив руку для удара или парирования.

Более короткая длина кинжала означала, что удары и порезы были более быстрыми и четкими, что позволяло использовать более резкие и изменчивые движения.

Повсюду валялись трупы гигантских грызунов с пурпурными когтями, окрашивая прекрасную голубую траву вокруг меня в алый цвет.

Прежде чем остальная часть их орды смогла прибыть, Реджис и я развернулись и побежали. Мы продолжали бежать и медленно рубить их силы в течение нескольких часов, ища выход в этом, казалось бы, огромном поле океанической травы.

Хуже всего было то, что, в отличие от химер и многоножек, большинство тел грызунов не содержали эфира—только их когти были покрыты плотным слоем эфира. Это позволяло им ранить Реджиса, а пользы от их убийства не было, так как я использовал больше эфира, чем регенерировал.

— Вон там!- Крикнул Реджис, набирая скорость.

Я тоже это видел. Вдалеке виднелись слишком знакомые ворота телепортации, ярко светящиеся и манящие нас. Только когда мы приблизились к нему, мы поняли, что это будет не так просто.

От ворот нас отделяла пропасть шириной не менее 30 ярдов, и с обеих сторон не было видно возможности обойти ее.

«Что же нам делать?- Спросил Реджис, пока мои мысли крутились в поисках выхода. Позади нас было по меньшей мере тысяча грызунов, одержимых желанием убить нас— и все более злых после того, как мы непрерывно убивали их собратьев.

Выкачивая больше эфира из своего ядра, я также набирал скорость, набирая некоторое расстояние от Орды грызунов. Когда мы подошли ближе, мои глаза заметили две колонны как со стороны портала, так и с нашей стороны.

«Я думаю, там есть мост!- Сказал я, указывая на две колонны всего в нескольких десятках ярдов впереди. Я мог только надеяться, что существует механизм, который соединяет колонны с обеих сторон вместе.

Я затормозил прямо перед двумя колоннами, которые были примерно на три ширины плеч друг от друга. Но когда я увидел то, что было внизу, я громко выругался.

Толстые, исписанные рунами цепи свисали с колонн и падали в расщелину. Внизу виднелась красная струйка, и по жару, который чувствовался на всем пути сюда, я понял, что это лава.

Вот почему так близко к расщелине не росли ни трава, ни цветы.

— Ну…там был мост» — удрученно сказал Реджис, глядя вниз в пропасть. -Интересно, что это было?»

«Не то. Кто. — Вскипел я, ударив кулаком по каменной колонне размером с дерево, прежде чем повернуться лицом к армии грызунов.

«Пожалуйста, только не говори мне, что ты собираешься убить всех этих тварей, -простонал Реджис.

— Не совсем, — ответил я. «У меня есть план, но он тебе не понравится.»





Глава 256. Платформа




Закалять свое тело в этом расплавленном потоке в течение последних нескольких дней было правильным выбором. Теперь я мог сконцентрировать около семидесяти-восьмидесяти процентов эфира в руках и до двадцатитридцати процентов-в ногах. Тем не менее, мой повышенный контроль над эфиром сделал подъем обратно на вершину утеса легким бризом.

Меня так и подмывало задержаться подольше в этой огненной реке—хотя это было мучительно, использование расплавленного потока было гораздо более быстрым способом выковки моих эфирных путей—но мне повезло найти поблизости такой большой эфирный кристалл. Без него я не смог бы добиться таких радикальных улучшений за такое короткое время.

Было несколько вещей, которые я хотел сделать, прежде чем пересечь ворота телепортации. Сначала я хотел найти источник пресной воды. Я знал, что он должен быть где-то поблизости, так как мне случайно удалось выкопать тонкую жилу воды в глубине пещеры, когда я искал Кристалл эфира.

Даже если бы сейчас мне не нужно было пить почти столько же воды, если бы я не нашел ее, мне пришлось бы вернуться на территорию гигантских грызунов.

— Нашел! — Крикнул Реджис в нескольких десятках ярдов впереди.

— Мило! Темная грязь снова сменилась пышной синей травой, когда я добрался до блестящего пруда с водой.

Не теряя времени, я набрал полный рот воды и снова наполнил сумку, прежде чем раздеться и прыгнуть в воду.

Мое тело содрогнулось от холодного прикосновения воды к коже, но ощущение было блаженным. Тщательно умывшись, я не мог не изучить свою внешность еще раз.

Пара глаз, смотревших на меня из воды, сияли, как два шара золотисто— янтарного цвета с голубоватым оттенком-свидетельство моего прежнего цвета глаз. Пряди бледно-пшеничных волос падали мне на лицо, подчеркивая торжественное выражение, с которым я смотрел на себя. Я все еще был похож на Артура, но…

Я продолжал искать небольшие различия, чтобы доказать обратное. В конце концов, это было просто мое недовольство тем, что самые очевидные черты, которые я получил от матери и отца, теперь исчезли.

Перестань так думать. «Ты должен быть благодарен Сильви за то, что жив», -упрекнул я себя.

‘Ты закончил проверять себя?- Прозвенел Реджис.

Обернувшись, я бросил на него испепеляющий взгляд, удивив его.

«Это была шутка, — пробормотал мой спутник.

Я тяжело вздохнул. — Я знаю.»

Выбравшись из воды, я облачился во все, кроме кожаных доспехов и бирюзового плаща. Я хотел приспособиться к изменениям в моем теле после закалки в расплавленной реке. Для этого мне нужно было точно знать, на что я способен и каковы мои пределы.

Без соответствующей боксерской груши в этом поле голубого и белого, я был вынужден ударять по воздуху, а иногда и по земле, но я был в состоянии понять, насколько я улучшился.

Несмотря на то, что Реджис использовал мой собственный эфир в качестве топлива, чтобы высвободить форму перчатки, я не смог повторить этот эффект, даже после того, как наполнил все восемьдесят процентов моего эфира в мой правый кулак. Я был сильнее-жестче—и регенеративные свойства были усилены количеством эфира, собранного в одном месте, но когда я ударил в землю, результат не был таким разрушительным, как я надеялся.

Тем не менее, поскольку я был в состоянии более свободно контролировать свой эфир, Реджис и я были в состоянии использовать форму перчатки намного более мгновенно и эффективно.

Однако одним из важнейших ограничений, которые я осознал, была скорость, с которой эфир перемещался внутри меня.

Было ли это потому, что мои эфирные каналы не были полностью сформированы, или потому, что я все еще пытался относиться к эфиру, как к манне, все равно потребовалось несколько секунд концентрации, чтобы перекачать эфир в нужное место в моем теле.

Мне еще предстоит пройти долгий путь, пока я не смогу использовать приемы, такие как взрывной шаг. Но это тело было бы в состоянии выдержать взрывной шаг и многое другое.

Прежде чем мы вернулись к воротам телепортации, я достал прозрачный камень, который удерживал Сильви внутри.

— Будем надеяться, что мой эфир теперь достаточно чист для тебя, Сильв» -пробормотал я, вдавливая эфир в камень. Пурпурная пелена окутала камень, как будто он лежал на земле.

Я почувствовал, как почти весь эфир вытекает из моего ядра.

На этот раз я чувствовал, что мой эфир достигает Сильви гораздо сильнее, но этого было все равно мало. Я становился сильнее, и уже я бросал ведра в пруд, а не чашки. Но мне предстоял еще долгий путь.

После того, как мое ядро восстановило запас эфира, мы вернулись к высоким воротам телепортации и встали перед волнистым порталом.

Я повернулся к Реджису. — Готов?»

Он издал смешок. — Посмотрим, что за свежий кусок ада ждет нас дальше.»

Мы вдвоем шагнули внутрь, оба взволнованные и обеспокоенные тем, с чем нам придется столкнуться на другой стороне.

Несмотря на нашу подготовку и даже ожидание чего-то непредсказуемого и причудливого, мы все еще были ошеломлены молчанием, когда яркий белый свет наконец уступил место безмятежному спектру цветов. Несмотря на накопление двух жизней в двух разных мирах, мой разум не мог полностью понять, что я вижу.

«Ну, это что-то новенькое», — пробормотал Реджис, когда мы оба продолжали тупо смотреть на сцену впереди.

Светящиеся платформы размером с небольшие дома висели в воздухе, каждая другого цвета и немного выше, чем дальше они были. Платформы были соединены одной лестницей, которая, казалось, была сделана из того же материала, что и сами платформы.

Само небо, если его можно было так назвать, мерцало пурпурным цветом, отчего это место казалось погруженным в вечные сумерки.

Ворота телепортации, через которые мы прошли, были, по-видимому, односторонними, потому что позади нас было просто пространство мерцающего фиолетового неба. Ни солнца, ни луны, ни видимого источника света, ни даже горизонта … просто ничего не было.

Я отошел от края платформы, на которой мы стояли, не желая выяснять, насколько крут обрыв, если мы упадем.

«По крайней мере, есть только один путь, верно? — Сказал я, опускаясь на колени, чтобы осмотреть платформу, на которой мы стояли. Эта светилась мягким белым светом и была гладкой на ощупь.

Я осторожно подошел к светящейся лестнице, ведущей на следующую платформу, остерегаясь любых ловушек. К счастью, мне удалось добраться до лестницы, и никто и ничто не пыталось меня убить.

Поднявшись по лестнице, я добрался до следующей платформы, которая светилась разными оттенками красного. После того, как мы обменялись настороженными взглядами, я ступил на платформу.

Сразу же лестница позади меня исчезла, заставив меня полностью стать на платформу. Когда обе ноги оказались на светящемся красном полу, вся платформа начала удлиняться, растягиваясь примерно в четыре раза по сравнению с первоначальной длиной. Хуже того, я почувствовал, как что-то сжало мои внутренности, заставляя меня споткнуться и чуть не упасть.

Мое дыхание сбилось, когда клочья пурпурной ауры просочились из моей кожи. Даже когда я закрыл свое эфирное ядро, я чувствовал, как эфир уходит, медленно опустошая мое тело и мое ядро.

Реджис был в худшем состоянии, он упал на пол, вся его фигура мерцала и становилась заметно меньше с каждой секундой.

— Реджис!- Я протянул руку и схватил его, позволяя ему утонуть в моей руке.





Глава 257. Загнанный в угол




Паника начала клокотать у меня в животе, когда платформа исчезла из виду. У меня не было уверенности сказать, что я переживу столкновение после удара о землю на такой скорости. Еще хуже было то, что я мог вообще никуда не упасть. Зная, что эфир был вовлечен в создание этого места, возможность бесконечного падения была слишком реальной.

Я вспомнил беспомощную пустоту, в которую попал, прежде чем очнуться в этой темнице. Абсолютное оцепенение и темнота, поглотившие мой разум и душу, вызвали у меня мурашки по спине при одном воспоминании об этом.

Однако удар, который я почувствовал спиной, вернул меня к реальности. Я приземлился на платформу.

Потусторонняя поверхность подо мной светилась мягким белым светом. Пока мой разум пытался осмыслить случившееся, позади меня раздался еще один грохот.

— Реджис! Ты в порядке?- Спросил я, когда мой спутник с важным видом поднялся в воздух и завис в нескольких футах над сияющей белой платформой.

«Я не знаю… но для кого-то бестелесного вроде меня, слишком много дерьма случается в этом богом забытом месте», — проворчал Реджис. Я выдавил улыбку, радуясь, что мой спутник жалуется…и радуясь, что подо мной твердая поверхность. Однако меня беспокоило то, что позади нас не было других платформ. Совсем как тогда, когда мы только прибыли сюда.

У нас не было выбора, кроме как подняться по одинокой лестнице впереди, мы пересекли платформу и поднялись по лестнице, чтобы увидеть знакомое красное свечение на платформе перед нами.

Я ошеломленно уставился на открывшийся передо мной вид, пораженный внезапным ощущением дежавю. «Реджис. Пожалуйста, скажи мне, что ты думаешь о том же, о чем и я.»

«Если ты думаешь об одном итальянском водопроводчике с усами и о том, что с ним происходит, когда он падает, то да, — пробормотал Реджис.

— Грубая метафора древней видеоигры не слишком уместна, но я думаю, что ты можешь оказаться прав, — ответил я. «Но мы узнаем это наверняка, как только наступим на нее.»

«Ты имел в виду, как только ты наступишь.»Реджис бросился ко мне, исчезая в моей руке.

Вздохнув, я ступил на платформу. Почти сразу же я почувствовал, как из меня высасывают эфир, а светящаяся красная платформа растягивается в длину.

«Я даже не удивлен, — пробормотал я, с трудом продвигаясь вперед.

На этот раз я слил эфир из левой руки, ограничив скорость, с которой эфир покидал мое тело, пока я приближался к лестнице.

‘Очень просто, — усмехнулся Реджис.

Я остановился в нескольких шагах от лестницы.

— Подожди, нет. Пожалуйста, не говори мне…

«Где еще я найду другую среду, которая естественным образом вытягивает из меня эфир?- Спросил я, прежде чем ухмыльнуться. — Кроме того, разве ты только что не сказал, что это было легко?»

Несмотря на то, что у меня был опыт разрушительного взрыва эфира с ладони, второй раз не оказался легче. На самом деле, из-за того, что я стал более привычным к слиянию эфира в моей правой руке, мне было еще труднее с левой.

Излишне говорить, что я поднялся по лестнице на следующую платформу с раздробленной левой рукой, почти пустым эфирным ядром… и улыбкой на лице.

Реджис впился в меня злобным взглядом, его размер снова уменьшился от необходимости вводить в меня свой эфир. «Мазохист.»

Не обращая внимания на возможные психологические последствия моих опасных действий с момента пробуждения в этом подземелье, я ступил на оранжевую платформу.

Я еще раз увернулся от невидимого кентавра, но вместо того, чтобы убить его и позволить ему исчезнуть, я прижал его к земле и поглотил его эфир.

Самое замечательное в расширении моих эфирных каналов было то, что я больше не ограничивался потреблением эфира через рот. Теперь я мог с достоинством и самообладанием впитывать его через руку.

Поднявшись на голубую платформу, переполненный энергией, я терпеливо решил головоломку вращающейся платформы.

Мое сердце наконец успокоилось, когда я ступил на лестницу, ведущую на следующую платформу. Воспоминание о платформе, развернувшейся прямо подо мной и отправившей меня в пустоту, было выжжено в наших умах.

«Пожалуйста, пусть следующий будет выходом», — взмолился Реджис, его рога практически исчезли.

Когда мы добрались до верха лестницы, я невольно забеспокоился.

Платформа была примерно вдвое больше предыдущих платформ и излучала зловещий черный свет.

Я отбросил свои тревоги, когда моя рука подсознательно потянулась к сумке с камнем Сильвии. Несмотря на состояние, в котором она находилась, моя связь стала для меня надеждой и постоянным напоминанием о том, каковы мои цели.

Собравшись с духом, я ступил на черную платформу, а Реджис последовал за мной. Как только мои ноги оказались на светящейся черной поверхности, вся платформа начала глубоко гудеть.

Мои глаза осматривали окрестности, мои чувства были в полной готовности к любым опасностям, приближающимся к нам. Жужжание становилось все громче и оглушительнее, пока внезапно со всех четырех краев квадратной платформы не протянулись сотни черных проводов, перекрещивающихся друг с другом, образуя похожее на ограду ограждение, которое простиралось высоко над нами.

Реджис поднял голову и огляделся. «Это не может быть хорошим знаком.»

Толстый слой эфира равномерно покрывал мое тело, когда я шагнул к центру. Нам не дают двигаться дальше, значит мы должны были решить какую-то головоломку…или убить кого-то здесь.





Глава 258. Ветвь разрушения




***2 дня назад

Когда гигантский теневой страж растворился в черной платформе, я почувствовал, что мой прилив адреналина от битвы стал более интенсивным, а не успокоился. Мое дыхание стало поверхностным, и я чувствовал, что мое сердцебиение учащалось с каждой секундой. Кровь стучала у меня в ушах, заглушая все, кроме звуков моего собственного дыхания. Это было властное, но опьяняющее ощущение, которое заставило меня испугаться.

Я сойду с ума.

Я попытался убрать фиолетовый огонь, обвивший мою правую руку, но он не поддавался. Холодное пламя цеплялось за мою кожу, пульсируя, и руна на моей спине теперь казалась обжигающим клеймом, прижатым к самому позвоночнику.

Я не знал, почему это происходит, но чувствовал, что-либо мое тело отвергает руну, либо наоборот. Крик вырвался из моего горла, когда фиолетовое пламя стало сильнее и более диким, охватывая всю мою руку.

Краем глаза я заметил, что Реджис отчаянно мчится ко мне, прежде чем исчезнуть в моем теле. После этого мне не потребовалось много времени, чтобы темнота одолела меня.

Когда я пришел в себя, мерцающее пурпурное небо было первым, что приветствовало меня. Второе — это боль. Моя правая рука чувствовала себя так, словно ее замариновали в чане с кислотой, тупая пульсация все еще оставалась в нижней части спины.

Моя нижняя часть спины … руна!

Мои глаза расширились, когда я наконец вспомнил, что со мной произошло. Я оттолкнулся от своей спины, морщась от боли и переносимого веса на правую руку. Когда мой взгляд опустился на правую руку, которая выглядела невредимой, я наконец заметил, что платформа, на которой я был, была не черной, а белой.

— С возвращением, Спящая красавица, — раздался за моей спиной грубый голос. Мои боевые инстинкты вспыхнули, когда я развернулся, вынимая белый Кинжал левой рукой, и оказался лицом к лицу с темным существом в форме волка.

Он продолжал сидеть на задних лапах, как большая собака, и от него не исходило никаких угрожающих намерений. Единственной деталью, которая отличала его от того, что это был просто очень черный волк, был тот факт, что у него была пара рогов, торчащих из головы, каждый из которых изгибался, как сучковатая ветка, и они доходили до острого кончика за ушами. Другой деталью, которая выделялась больше всего, была его сияющая фиолетовая грива, больше похожая на пламя, чем на мех.

— Я чертовски величествен!- сказал Волк с зубастой ухмылкой, его темный хвост возбужденно вилял.

У меня отвисла челюсть. — Р-Реджис?«

Мне потребовалось несколько минут, чтобы переварить все это, но как только я это сделал, мое любопытство только возросло.

Я засыпал его вопросами. „Что случилось со мной после того, как я потерял сознание? Что с тобой случилось? Почему ты так выглядишь?’ — Полегче, плебей“ — надменно сказал Реджис, подняв свою огромную черную лапу. — Сейчас все объясню.»

Я бросил на него свирепый взгляд, вызвав неприятный кашель у темного волка.

«После того, как ты убил того гигантского голема, Пурпурное пламя пыталось поглотить тебя, поэтому я сделал то, что сделал бы любой верный товарищ, и вошел в твое тело, чтобы спасти тебя.» — Верный? Так вот почему ты собака? — Я пошутил.

«Я же волк! — Обиженно подчеркнул Реджис. „Я не знаю, почему я волк, а не какой-то задиристый дракон, но это то, чем я стал.“ ‘Так как же это случилось?» — Ну, я почувствовал, как огромная волна эфира слилась со мной.« — Слилась с твоим телом?- Тупо повторил я, прежде чем до меня наконец дошло.

Я выкачал эфир из своего ядра, пытаясь перекачать его через руну на нижней части спины. Вот только руны не было. Я вспомнил знание, которое было заложено в меня при создании руны, но это было похоже на размытое пятно, как будто я пытался вспомнить события пьяной ночи.

— Она исчезла, — пробормотал я. „Я … я больше не чувствую руну.“

Мои глаза впились в Реджиса ледяным взглядом. ‘Ты ее украл.» «Я не ожидал, что это произойдет», — парировал Реджис. «И кроме того. Ты умирал.» — Вскипел я. «У меня все было под контролем.»

Реджис издал смешок. «Конечно. Корчиться от боли и терять сознание — это все было частью плана, верно?» ‘Ты не понимаешь! Мне нужна эта сила, Реджис. Отдай ее обратно!«

Реджис обнажил клыки. ‘Ты думаешь, я не пытался? После того, как я вытащил твою жалкую задницу из черной платформы-кстати, добро пожаловать—я попытался вернуться в твое тело и вернуть ее тебе, но я даже не знал, как это сделать!»

Мои брови нахмурились, и я протянул руку к Реджису. «Иди сюда.»

Вздохнув, мой спутник смягчился.

Но как только его форма вошла в мое тело, я почувствовал перемену. Все началось с нарастания давления в ушах, как будто я погружался глубоко под воду. Затем нарастающая боль начала давить в моих висках и руна, со знанием как ей пользоваться теперь удерживались внутри меня.





Глава 259. Первое Восхождение




Так много мыслей пронеслось у меня в голове. Так много вопросов я хотел задать, пока мои глаза смотрели на это зрелище.

Что же происходит? Я все еще в подземелье? Если так, то почему здесь собралось так много магов?

Мои глаза были прикованы к тому, что я сначала принял за красное солнце. Однако, если внимательно присмотреться, «солнце», казалось, сидело на вершине высокой колонны довольно далеко.

Чудовищный визг заставил меня снова посмотреть на сцену прямо перед собой.

Огромное поле неровной земли, вытоптанное сотнями монстров, и кроваво-красное небо, соответствующее лужам крови и огня, разбросанным по полю боя, заставили задаться вопросом, не был ли это ад.

Во время моего путешествия по этому подземелью, я столкнулся со скелетообразными химерами, гигантскими эфирными многоножками, смертоносными многоножками и призрачными животными всех форм и размеров. Однако ни один из них не мог сравниться с той абсолютной гротескностью, которой обладали эти монстры.

У каждого из этих двуногих существ была болезненно белая кожа и огромная голова, покоящаяся между узкими плечами, которую можно было описать только как омерзительного младенца. Их когтистые руки и большие рты были окрашены в красный цвет, а острые, похожие на клыки шипы торчали из их неуклюжих тел.

По сотням чудовищных трупов, разбросанных по полю, и алакрийцам, покрытым слоем пота, грязи и крови, было легко сделать вывод, что они сражались довольно долго.

‘Почему мы никогда не можем сражаться против полуголого суккуба или какой-нибудь соблазнительной демоницы? Почему они всегда такие мерзкие? -Сокрушался Регис.

— Эй! Ты ждешь нашего разрешения или еще чего-нибудь? Помоги нам выбраться! — рявкнула крупная женщина-воин, облаченная в доспехи, в нескольких ярдах впереди, выпустив волну голубого огня из своей золотой алебарды прямо на группу демонических младенцев.

Когда огонь накрыл чудовищ, они издали пронзительные крики, но их тут же сменила другая волна.

‘Что же нам делать? — Спросил Реджис.

— Оставайся пока внутри меня, — ответил я. Похоже, у нас с алакрийцами общий враг, но раскрывать что-либо сверх того, что я должен был сделать, было бы глупо.

Стараясь удержать эфир, струящийся внутри моего тела, я выхватил свой белый кинжал и бросился вперед.

Демоны с младенческими головами были быстрыми, безжалостными, и их кожа была жесткой, но с эфиром, текущим через мои конечности мощными всплесками, я разрывал их, волна за волной.

Несмотря на то, что остальные тоже сражались с общим врагом, было очевидно, что командная работа существовала только в изолированных группах ранее существовавших товарищей по команде. За исключением троицы, которую я встретил раньше, была еще одна троица, остальные сражались парами, пытаясь остаться в живых, а не пытаясь помочь остальным.

Потоки голубого огня от воительницы осветили красное небо, но это была не единственная магия, которая заполняла поле боя. Я видел, как из земли вырываются гигантские земляные шипы, как сверкают водяные пули, пронзая чудовищ, и как полумесяцы ветра рассекают все на своем пути.

Это были заклинания, с которыми я был слишком хорошо знаком, но каждое из них было на уровне, который мог соперничать с ветераном мага серебряного ядра по меньшей мере. Но даже с учетом того, что все эти могущественные маги косят демонических младенцев, их число только увеличивается.

‘Откуда они все берутся? — Удивился Регис.

— Хотел бы я знать, — ответил я, вытаскивая кинжал из выпученного черного глаза демонического младенца.

— П-Помогите! — в нескольких ярдах от меня раздался болезненный крик. Я обернулся и увидел пятерых монстров, набросившихся на воина. Он отчаянно карабкался на спине, используя свой щит, чтобы держать монстров на расстоянии.

Его левая нога была сломана, и монстры, казалось, знали об этом, и все больше и больше их собиралось, чтобы прикончить свою добычу.

Мои глаза встретились с глазами воина.

— Ты! С-Спасите меня-пожалуйста! — закричал он в панике.

Я инстинктивно шагнул вперед, чтобы помочь сопротивляющемуся магу, но он отчаянно швырнул взрыв огня, который только помог привлечь больше монстров.

Но затем, когда воин был перевернут парой монстров, я увидел черные руны между сетчатыми промежутками его брони.

Гнев вспыхнул во мне, когда вернулись воспоминания о войне; если бы не эти Алакрийцы, мой отец, Адам и многие другие не умерли бы.

Мои глаза сузились, как будто я растратил остатки милосердия. Я отвернулся, не обращая внимания на его крики боли и гнева, пока он не сдался.

Я продолжал неистовствовать, как смертоносный шторм, оставляя после себя только трупы. Эфир внутри каждого монстра был скуден, но этого было достаточно для меня, чтобы незаметно поглощать и поддерживать себя.

Несмотря на ситуацию, в которой я находился, окруженный как монстрами, так и алакрийцами, я не видел тут никого кроме врагов.

Все повторялось как будто бы я снова сражался один против армии зверей, приближающихся к стене. Только на этот раз у меня не было элементарной магии.

Впрочем, это не имело значения. К этому моменту моя физическая мощь уже давно превзошла мое прежнее состояние, несмотря на то, что моя скорость уменьшилась. Те немногие раны, которые я получил, регенерировали задолго до того, как я начинал беспокоиться о них.

Монстры, должно быть, наконец поняли, что новичок не был самым слабым, потому что они начали медленно избегать меня. Мысль о побеге пришла мне в голову. Здесь у меня не было союзников-только алакрийцы, с которыми я так долго сражался. Кто знает, что эти люди попытаются сделать, если им представится такая возможность.

Однако краем глаза я заметил трех алакрийцев, с которыми столкнулся, когда впервые очнулся в этом подземелье. Троица отделилась далеко от остальных и была окружена более чем сотней монстров.

Притянутый к ним, я продолжал изучать их, преследуя заблудших демонов.

Тэген, обладатель багрововолосой булавы, сражался скорее как зверь, чем как воин—круша, колотя, пиная и бросая монстров, несмотря на раны, полученные им в продолжительной битве. Невысокий темноволосый фехтовальщик держался с большим достоинством, ловко орудуя своим длинным мечом, покрытым маной, но его лицо и шею покрывал слой пота.





Глава 260. На Страже




Оглядывая поле боя, я наблюдал, что будут делать остальные алакрийцы.

Мой взгляд упал на черноволосого мужчину в тонких кожаных доспехах, не считая поножей и наручей, которые, казалось, были сделаны из металла медного цвета. Он опустился на колени рядом с трупом воина, которому я позволил умереть.

Я ожидал, что его похоронят в каком-нибудь подобии гроба или хотя бы накроют одеялом, но вместо этого черноволосый воин начал рыться в его вещах, грабя все оставшееся снаряжение, которое не было сожрано или разорвано этими демоническими чудовищами.

Хотя именно я позволил солдату умереть, поведение его людей вызывало у меня отвращение.

Покачав головой, я пошел прочь, желая оказаться подальше от алакрийцев.

На этих обширных равнинах не было ни холмов, ни скал, ни каких-либо естественных образований, так что я просто отошёл достаточно далеко, чтобы следить за Алакрийцами. Я сидел на твердой неровной земле, беспокойно вертя в руках сухую траву.

Мои глаза блуждали по шести отдельным лагерям, которые уже были разбиты после моей короткой прогулки.

Палатки были собраны, и костры уже были зажжены. Сырое мясо, хранившееся в толстых контейнерах, взятых из пространственных хранилищ, жарилось на кострах, наполняя воздух сладким и дымным ароматом мяса, смешанным с тяжелыми специями.

С тех пор как я спустился сюда, я мог выжить, поглощая эфир, сосредоточившись исключительно на выживании и становлении сильнее, но именно в этот момент я вспомнил о чудесах еды.

‘Никогда не думал, что увижу пикник внизу… погоди, ты что, пускаешь слюни?-Усмехнулся Реджис.

«Н—нет!- Воскликнул я, вытирая подбородок и не обращая внимания на хихиканье Реджиса.

Только когда несколько алакрийцев оглянулись на меня, я понял, что только что говорил вслух.

Прочистив горло, я закрыл глаза и начала гонять эфир по всему телу. Мне не нужно было есть и почти не нужно было спать, так что я решил потратить время на тренировку. Без помощи эфирных материалов, таких как кристаллы или трупов монстров монстров, я не мог использовать трехэтапную тренировку моих эфирных каналов, которую я изобрел, поэтому я направил тонкую струю эфиру через определенные части моего тела, чтобы медленно прорезать новые эфирные каналы.

‘Кто-то идет, — предупредил Реджис. В его форме, находясь сейчас во мне, он мог видеть сквозь мое тело и весь внешний мир, как «слегка тонированный стеклянный контейнер», как он выразился. Поначалу мне было немного неприятно об этом думать, но я уже давно к этому привык, и меня немного успокаивало знание того, что у меня есть еще одна пара глаз, способных видеть за моей спиной, хотя в большинстве случаев—как сейчас—я в этом не нуждался.

Я повернулся на звук явно незамаскированных, и медленно приближающихся шагов.

Всего в нескольких ярдах стояла девушка со светло-каштановыми волосами, которые ниспадали ей на плечи. Ее тонкое изящное тело было прикрыто черной мантией мага, которая была намеренно развязана, демонстрируя одежду, которая была достаточно откровенной, чтобы привлечь не один восхищенный взгляд.

Помимо вызывающего наряда, в каждой руке она держала тарелку с жареным мясом и овощами, от которых еще шел пар.

«Я пришла с миром, — сказала она, поднимая тарелки.

— Она мне уже нравится, Артур’ — со вздохом заметил Реджис.

Сдерживая желание закатить глаза, я хранил молчание, не теряя бдительности.

«Я знаю, ты должно быть слышал ужасные истории о предательстве в зоне конвергенции, но я просто хотела выразить свою благодарность, — продолжила она, стреляя в меня застенчивой улыбкой. «Если бы ты не убил так много караллианцев, я не уверена, что моя команда и я смогли бы выжить.»

Я нахмурился, мысленно связывая термин «караллианцы» с этими головастыми демонами младенцев. — Я ценю этот жест, но в нем нет необходимости.»

— Я настаиваю. Девушка наклонилась, чтобы поставить тарелки на землю, а потом убрала упавшую челку за ухо и посмотрела мне в глаза.

«Кстати, меня зовут Дарья Лендхерт. Если вы ищете команду, у нас есть дополнительный имитатор, да и сильные атакующие всегда приветствуются… особенно те, которые красивы.»

— О боже… у внутреннего Уто во мне есть очень плохие мысли’ — пробормотал Реджис.

Ты знаете, что такое имитатор? — Спросил я.





Глава 261. Оправдание




Я бы не придал большого значения этой разнице в размерах, если бы не то, как на нее среагировали восходящие. Это было не просто выражение шока, они все смотрели на меня, как будто я был причиной всего этого.

Действительно ли они считали, что это моя вина или нет, я узнаю только после битвы. Караллиане десятками выскакивали из-под земли, и не казалось, что они остановятся и подождут, пока мы поговорим.

— Формирование трехслойного круга!- Раздался ясный голос из глубины хаоса.

Восходящие смотрели друг на друга-в том числе и на меня, в основном потому, что я не знал, что за чертовщина трехслойная

Круговой строй был. Однако у остальных на лицах были написаны нерешительность и нежелание.

— Сейчас же! — проревел тот же голос. Это был восходящий из команды Дарии.

Его решительный голос отрезвил восходящих, побуждая их следовать его приказу. Кроме себя и меня самого.

Команда Каэры и остальные образовали свободный трехкольцевой круг, сосредоточенный вокруг Дарии и еще одного восходящего существа, держащего золотой жезл.

— Есть идеи, что такое трехслойное образование круга? — спросил я Реджиса.

— Понятия не имею.’

Зайдя в круг, как Каэра, Тэген; темноволосый мечник выругался, упомянув что-то про неповиновения или невежество. Я занял позицию между Трайдером и другим восходящим ближнего боя в самом дальнем кольце, заключив, что это формирование было сосредоточено вокруг защиты Карии, которая, как я знал, была колдуном—ну, как бы там ни называли этот термин алакрийцы, и долговязого парня с кривым носом,.

Не было никакого сигнала, никаких слов, которые обозначали бы начало нашей битвы. Мы просто сражались, пока я контролировал свою силу, чтобы не выделяться.

Сила караллианцев отражала их увеличенный рост, и их скорость была просто беспрепятственной. Тем не менее, я прошел через худшее и вышел только сильнее.

Белые полумесяцы изогнулись вокруг меня, когда мой кинжал сверкнул со смертельной скоростью и точностью. Эфир усиливал мое тело, мои удары ногами и руками превращали меня в непроходимую бурю.

Трехслойное образование круга постоянно смещалось, чтобы избежать скопления трупов караллиан, и все это, казалось, шло хорошо, пока первый восходящий не был убит, открыв отверстие во внешнем кольце.

— Гарт!- крикнул тощий маг, стоявший в среднем кольце. Он держал в руках посох с дюжиной или около того шаров молний, плавающих вокруг него.

Сразу же двое по обе стороны от мертвого восходителя плавно заполнили брешь, и мы продолжили безостановочно двигаться вперед. Если бы я не видел, что они сидели в разных лагерях во время отдыха, я бы предположил, что все они были частью одного и того же хорошо обученного подразделения.

Затем мое внимание переключилось на внутренний круг нашего формирования. Несмотря на мое первоначальное предубеждение против Дарии из-за ее довольно вызывающей одежды и застенчивого отношения, казалось, что ее навыки были на высшем уровне. Ее главный арсенал, состоял из заклинания ледяных копий из влаги в воздухе, а также создания взрывов ветра вокруг ее врагов.

Дальнобойный маг рядом с ней использовал только магию огня, но он использовал множество разнообразных заклинаний, от метания огненных сфер до волн обжигающего жара, способных расплавить жесткую шкуру караллианцев. Оба старались на полную, несмотря на то, что были окружены кольцом из восходящих, а также внешнего кольца, которое сражалось, чтобы убить как можно больше караллианцев, как мы могли.

Заметив приближающегося караллианина, я пнул ногой лежащий на земле труп, попав им в цель, а плечом отбросил еще одного караллианина, пытавшегося подкрасться справа от меня. Я схватил кинжал, прикрепленный к моему пальцу, и вогнал его лезвие в глаз сопротивляющегося караллианина, прежде чем поглотить оставшийся эфир из его трупа.





Глава 262. Торговля сведениями




Голос Каэры стал угрожающе тихим, когда она посмотрела на меня налитыми кровью глазами. “Я спросила тебя … почему ты держишь в руках кинжал моего брата?”

— Отвечай, женоподобная, — повелительным тоном настаивал Тэген.

Мне показалось, что я слышу хихиканье Реджиса в своей голове, но это вполне мог быть кто-то из других восходящих вокруг нас. В любом случае, ситуация вокруг меня становилась все более напряженной. Несмотря на временную передышку, которую я испытывал, видя других людей в этих заброшенных звериных развалинах, нахождение людей вокруг быстро стало больше надоедать, чем утешать.

“Хочешь проверить, быстрее ли твой клинок, чем мой, мечник?- С вызовом спросил я, поворачиваясь, чтобы встретиться взглядом с темноволосым восходителем.

Я почувствовал, как Тэген пытается оторвать мою руку от горла Каэры, но я не сводил глаз с мечника.

После секундного колебания воин опустил меч и поднял руки. Тэген отпустил его руку и неохотно отступил назад. И все же, несмотря на свое положение, взгляд Каэры не дрогнул, словно она все еще ждала ответа.

“Я нашел его в одной из зон, в которых побывал до прибытия сюда, — ответил я.

На лице Каэры было много разных выражений; она почему-то казалась испуганной, счастливой, удрученной и полной надежд одновременно.

Она открыла рот, чтобы заговорить, но заколебалась, почти испугавшись того, что могла услышать.

Мой взгляд метался между Тэгеном и мечником. Их глаза говорили мне, что они все еще ищут возможность нанести удар, но я не возражал. Было очевидно, что они оба ставили безопасность этой леди Каэры превыше всего остального.

Сделав глубокий вдох, я заговорил: “Я расскажу вам, с чем столкнулся в зоне, где нашел этот кинжал, и даже готов расстаться с ним…но мне нужно кое-что взамен.”

“Мы не носим деньги в реликтовых гробницах, и нам еще предстоит найти какие-то награды, но как только мы выберемся отсюда…”

Я покачал головой, прерывая ее. “Мне не нужны ни деньги, ни награды. Я просто хочу получить некоторые ответы.”

***

После того как я ослабил хватку на запястье Каэры и убрал кинжал обратно в ножны мы вчетвером отошли подальше от ушей остальных восходителей.

— Ну что, начнем?- Спросил я, спокойно глядя на троицу всего в нескольких футах от меня.

Я видел, как тело Тэгена ощетинилось, борозды в его мышцах буквально напряглись, когда он приготовился ко всему.

Я мог бы броситься на них, но вздохнув, я лишь уселся на твердую землю.

Глаза воина сузились, когда он изучал меня. “Ты мог бы держать Леди Каэру в качестве заложницы и просто вытянуть из нас ответы. Что удерживает нас от того, чтобы просто убить тебя сейчас и забрать то, что по праву принадлежит высокородному Денуару?”

— Ариан, хватит. У нас обоих есть то, что мы хотим друг от друга, — коротко ответила Каэра.

Если алакрийцы называют семью «кровью», то означает ли это, что Каэра происходила из знати? Это имело смысл, учитывая, что у нее было два очень способных охранника, более чем готовых рисковать своими жизнями ради нее.

“Вы трое, кажется, слишком благородны, чтобы сделать что-то столь бесцеремонное, если только…Леди Каэра не была в опасности, — сказал я, бросив на них понимающий взгляд. — Кроме того, я могу заверить вас, что убить меня будет отнюдь не «просто».”

“Мы ответим на твои вопросы в меру наших возможностей” — заверила меня Каэра, тоже опускаясь на землю и усаживаясь на пятки. Даже помимо ее правильного и утонченного владения мечом, каждая частичка ее движений и поведения говорила о том, что у нее была очень строгая и правильная подготовка к поведению и этикету.

Я на мгновение задумался, прежде чем заговорить снова. “Я задам вам ряд вопросов, некоторые ответы мне уже известны, а некоторые мне действительно нужны — вы не будете знать, что есть что. Вы не можете спросить, почему я задаю те вопросы, которые задаю, и если вы этого не знаете, просто скажите об этом.”

Тэген опустился на землю, скрестив руки и ноги, и свирепо уставился на меня. — Поторопись, женоподобная. Мы напрасно тратим время отдыха перед следующей волной.”





Глава 263. Больше, чем просто оружие




Я уперся пятками, и бесплодная земля раскололась от давления, пока я готовился к долгому спринту.

— Подожди! — раздался сзади знакомый медовый голос.

Я оглянулся через плечо, встретившись взглядом с темноволосой чародейкой, которая хотела, чтобы я присоединился к ее команде. «Что такое?»

Дария вздрогнула под моим пристальным взглядом, но собралась с духом и посмотрела на меня в ответ. — Если предположить, что все здесь следуют за тобой, то к тому времени, когда мы достигнем источника энергии, большая часть нашей маны будет слишком истощена, чтобы встретиться лицом к лицу со стражем.«

Нетерпение клокотало во мне, пока я считал потраченные впустую секунды, потраченные на дальнейший разговор. — Ну и что?»

«Ты же не думаешь всерьез, что достаточно силен, чтобы в одиночку справиться со стражем после такого марафона? — Рявкнула Дария, топая в мою сторону. ‘Тебе понадобится вся наша помощь. Черт возьми, даже если ты считаешь всех нас мертвым грузом, по крайней мере, ты должен быть в полной силе, верно?»

— Не тяни.

Ее брови нахмурились, и она открыла рот, чтобы ответить, но остановилась. «Честно говоря, я не уверена, что смогу пройти мимо того чудовища, которое ждет нас после борьбы с последней волной караллианцев.»

Дария повернулась лицом к остальным восходителям, прислушивающимся к разговору.

— Поэтому у меня есть предложение, но я сделаю так только в том случае, если он согласится, — сказала она, указывая на меня. «У меня есть способ, который позволит всем нам переместиться, и бремя использования маны ложится исключительно на Орида и меня. Мы доставим туда всех в наилучшем состоянии с максимально возможной скоростью только в том случае, если наша безопасность будет приоритетной.»

Сразу же несколько восходящих начали протестовать, пока я наконец не заговорил.

— Я согласен.

Судя по тому, сколько восходящих существ готовы были последовать за мной, мое использование эфира будет ограничено. И теперь, когда мое единственное оружие исчезло, можно было суверенностью предположить, что этот последний отрезок будет длительным сражением.

Дария резко повернула голову, ее большие глаза блеснули, когда она улыбнулась. — Отлично!

Честно говоря, я не знал, чего ожидать. Дария казалась способным магом, и даже если Алакрийские маги не были очень гибкими в своих элементарных манипуляциях, я надеялся на что-то…большее.

Вместо этого я, казалось, смотрел на то, что выглядело как большие…сани…полностью сделанные изо льда. В центре был большой брезент, свисающий с палаточного шеста в качестве импровизированной мачты.

— И ты думаешь, что мы все на этом поедем? — Спросил Тэген, возвышаясь над ледяными санями.

— Я несколько раз сгущала лед, так что он крепче, чем кажется. Я получила общую форму конструкции от океанских всадников, и сама несколько раз проверяла ее, — сказала Дарья с оттенком гордости.

Все ждали, что я первым заберусь на сани, а Дарья стояла на крыше ледяного транспортного средства, ожидая, когда я подойду к ней.

Положив руку на поверхность льда, я надавил на нее с достаточной силой, чтобы убедиться, что она выдержит и мой вес.

— Ты серьезно сомневаешься в целостности моего заклинания прямо сейчас? — возмутилась Дария, откидывая свою мантию, позволяя роскошной ткани соскользнуть вниз по ее обнаженной спине, открывая серию татуировок. «У меня четыре герба и две эмблемы, придурок!»

Я забрался на ледяную панель, повернувшись к ней спиной. «Мы потеряли слишком много времени. Давайте двигаться.»

Один за другим остальные семеро восходящих, кроме Дарии и меня, начали подниматься на большие сани, пока мы все не оказались прижатыми друг к другу и не ухватились за перила, которые так услужливо наколдовала Дария.

Я скептически отнесся к тому, что она сможет сдвинуть сани с места, но с восходящим потоком, снявшим часть веса саней, и порывом ветра, направленным на мачту, мы вчетвером поплыли над бесплодной грязной равниной.

Прохладный ветер прошелся по моим щекам, и мы начали набирать скорость. Несмотря на вес девяти взрослых людей-десяти, потому что Тэген считался почти двумя людьми — огромные сани ни разу не дрогнули и не сломались. Я не мог не удивиться тому, что Дария постоянно управляла тремя заклинаниями, чтобы удержать сани в движении.





Глава 264. Спуск




Несмотря на первоначальный шок, который охватил всех оставшихся на санях, когда колоссальное чудовище нависло над нами, восходящие быстро вернулись к реальности. Однако, благодаря второму предупреждению Реджиса, я был единственным, кто смог вовремя среагировать и полностью увернуться от широкого кончика хвоста зверя. Все остальные были слишком сосредоточены на его озлобленной морде.

Время, казалось, замедлилось, и я наблюдал за цепью событий после того, как едва успел отпрыгнуть в сторону. Кожистый хвост зверя резко опустился вниз, раздавив сани, как ветку. Тэген каким-то образом успел среагировать, и оттолкнул Каэру, но тут же был раздавлен рядом с Трайдером под большим хвостом. Ударная волна рассеяла всех нас.

— Уходим отсюда! — Настаивал Реджис.

Но мой взгляд метался между Дарией и Каэрой, обе без сознания, и обе падали с поднявшейся земли, которая, как я подозревал, была телом этого титанического зверя.

Реджис. «Разбуди Дарью», — послал я умоляющим тоном.

Волна эмоций поднялась только для того, чтобы угаснуть, и мой спутник испустил стон. Несмотря на сложившуюся ситуацию, на моем лице появилась улыбка, когда я увидел, как Реджис выпрыгнул из моего тела, его призрачная волчья фигура устремилась к потерявшей сознание Дарии.

Тем временем я снял ограничитель, который наложил на себя, и выпустил наружу пелену эфира.

Напарника Дарии нигде не было видно, а из-под кожистого хвоста растекалась лужа крови. Ариан, однако, сумел избежать полного падения, повиснув на своем светящемся мече, воткнутом в бок тела титана, с окровавленным лицом и согнутой под невозможным углом свободной рукой.

Я преодолел расстояние между собой и падающей Каэрой, ее лицо терялось в занавесе темно-синих волос. Я едва успел ухватить ее за лодыжку, когда повис над обрывом поднявшейся земли, больше злясь на себя, чем на сложившуюся ситуацию.

Сколько еще вариантов было бы у меня, если бы я мог использовать ману? Я мог бы спокойно улететь подальше от опасности, черт возьми

— Я мог бы вообще этого избежать.

Однако прежде чем я успел поднять себя и Каэру обратно, я поднял глаза и увидел, что фиолетовые глаза титана смотрят на меня сверху вниз. А в его расшатанной челюсти кружилась огромная сфера серебристой маны, направленная прямо на нас.

Я чувствовал, как мое сердце колотится в груди, когда я обдумывал свои варианты. Смогу ли я подтянуть нас и бежать достаточно быстро, чтобы увернуться от нападения? Какова будет ширина взрыва? Смогу ли я увернуться от него, если отпущу Каэру? Или мне следует спрыгнуть с крутого тела зверя на твердую землю?

Выругавшись себе под нос, я сбросил Каэру с края утеса и опустился как раз в тот момент, когда титан выпустил свою атаку.

Упав на землю, Каэра проснулась, совершенно сбитая с толку тем, почему я вдруг схватил ее и перекинул через плечо.

— Ч-что значит — ее слова оборвались, когда яркий белый свет залил все вокруг.

Я оглянулся и увидел, как взрыв маны разрушает все на своем пути, издавая пронзительный гул.

— Ты можешь бежать? — Спросил я, когда мы пробегали мимо сломанных саней. Я заметил, что, хотя останки Трайдера были видны в кровавой луже, куда ударил хвост зверя, я не видел никаких признаков Тэгена.

«Нет. Кажется, моя левая лодыжка сломана», — констатировала она как ни в чем не бывало.

Разрушительный луч чистой маны продолжал преследовать нас, пока я бежал по разбитой поверхности приподнятой земли, покоящейся на вершине его тела. — Тогда сделай что-нибудь. В противном случае, я лучше брошу тебя.

Я почувствовал, как Каэра подсознательно сжала свою хватку вокруг меня, услышав мои слова, но она продолжала молчать, а мы приблизились к дальнему концу скалистой платформы.

— Я не … — красноглазая восходящая испустила испуганный вопль, когда я ослабил свою хватку вокруг нее, угрожая оставить ее.

Наблюдая за ее борьбой в предыдущих волнах, я понял, что она что-то скрывает. Помимо того факта, что у нее было два очень компетентных телохранителя, готовых пожертвовать собой ради нее, спасение ее было сделано не по доброте душевной.

— Ладно!- она смягчилась, ее ногти впились в мою кожу, пока она цеплялась за свою жизнь. — Просто продолжай бежать.

— Нам некуда бежать! — Возразил я, когда край утеса приблизился. Каэра молчала, хотя я чувствовал, как в ней нарастает зловещая сила, которой раньше не ощущал.

Доверяя ей, я поплыл прочь от приближающегося взрыва, поскольку уменьшающаяся земля становилась все более неустойчивой. Достигнув дальнего края приподнятой земли на вершине этого чудовища, я сконцентрировал весь свой эфир в ногах и спине и оттолкнулся изо всех сил.

Без магии ветра, чтобы перенаправить сопротивление воздуха, я мог только стиснуть зубы и выдержать толстую стену ветра, толкающую назад наши тела, когда мы плыли высоко в воздухе.

Когда угрожающая сила начала усиливаться вокруг Каэры, которая все еще висела у меня на плече, я оглянулся на стража, который возник из земли прямо под нами.

Я думал, что буквально стоя на гигантском звере и видя его вблизи, я был бы готов к этому зрелищу, но я ошибался.





Глава 265. Возвращение к основам




Мое зрение сфокусировалось на возвышающейся фигуре. Я приблизился к следующей битве. Против него сражались двое восходящих, и с такого расстояния они больше походили на клыкастых мышей, отчаянно бегающих вокруг гигантского орка. Я знал, даже не глядя, кто эти двое — Тэген и Ариан были единственными, кто мог остаться в живых и держать титана занятым так долго.

Я рванулся к колоссальному стражу, вгрызаясь рытвинами в бесплодную землю по мере того, как набирал скорость. Моя рука крепко сжимала изогнутую рукоятку белого кинжала; по сравнению с размерами монстра, с которым мне предстояло столкнуться, этот кинжал не мог служить даже зубочисткой, но то, что он был у меня в руке, наполняло меня необходимой уверенностью.

Расходование большей части моих резервов на управление эфирным взрывом имело почти такую же выгоду, как и прохождение трех стадий очистки моего ядра и эфирных каналов—хотя и с дополнительным риском смерти.

Я мог чувствовать сложные, мельчайшие различия в том, как эфир протекал через мое тело.

Используя эфир в первый раз после ковки моего нового ядра, я чувствовал, что пытаюсь регулировать направление и скорость потока эфира с помощью кухонного ситечка. Однако теперь я чувствовал себя так, словно у меня был установлен настоящий шлюз, а акведуки, ведущие к различным точкам моего тела, медленно прокладывались и строились.

Я был физически сильнее и крепче, чем когда-либо прежде, но я знал, что этого еще недостаточно, чтобы противостоять косам.

У меня отобрали весь мой арсенал, и мне дали единственное эфирное оружие. Наконец-то я начал учиться владеть им. Теперь, чтобы восполнить ту универсальность, которую я потерял в мане, мне нужно было владеть эфиром на уровне, намного превосходящем не только клан Индратов, но и древних магов.

Первым, кто заметил мое присутствие, был колоссальный зверь. Его похожая на летучую мышь морда метнулась ко мне и издала яростный вопль, от которого содрогнулась земля.

Когда я соединил эфир с моими ногами, ускоряясь, чтобы встретить зверя лицом, я был удивлен тем, насколько более естественно это произошло. Все, кроме заостренной морды зверя, превратилось в размытое пятно, когда я обмотал эфир вокруг кинжала.

Я вскочил с земли, вращаясь, чтобы набрать инерцию для атаки. Даже зверь не был готов к внезапному увеличению моей скорости, и он попытался поднять свою голову назад.

Это было недостаточно быстро.

Кинжал, зажатый в моей руке лезвием вниз, превратился в мерцающую полосу белого и пурпурного, он пронзил боковую часть его носа. И хотя мое оружие было лишь малой частью его размера, удар был отнюдь не таким.

Звук грома вырвался от удара, посылая ударные волны такой силы, что она была почти видна. Его голова резко дернулась в сторону, заставив зверя пошатнуться достаточно долго, чтобы Ариан успел вскочить и выпустить шквал золотых полумесяцев. Тэген, чье тело было облачено в замысловатую глиняную броню, нанес сокрушительный удар почти также громко, как мой собственный, используя булаву.

И Ариан, и Тэген сосредоточились на ногах, которые несли основную тяжесть зверя после того, как я атаковал его.

Шквал золотых дуг и сокрушительный удар булавы едва ли могли вызвать кровь, но их было достаточно, чтобы смести ноги зверя прямо из-под его тела.

С яростным ревом Титан рухнул на бок, сотрясая землю и посылая дрожь, которая едва не обрушила ту самую башню, которую он пытался защитить.

Скачано с сайта vse-knigi.net

И Тэген, и Ариан должны были отступить сразу же после того, как он начал атаку — одного веса тела титана было бы достаточно, чтобы сокрушить даже самых могущественных магов.

— Женоподобный! А Леди Каэра в безопасности? — Закричал Тэген, как только они с Ариан отошли на безопасное расстояние.

— Она подлечивается на безопасном расстоянии с Дарией! — Крикнул я в ответ, не сводя глаз с гигантского зверя, пытавшегося подняться на ноги.

— Похоже, мы у тебя в долгу, — ответил Ариан тихим, но странно чистым голосом, несмотря на расстояние и шум, исходящий от Титана.

Судя по мощным вибрациям, которые пульсировали от его меча и этих золотых полумесяцев, казалось, что его магия проистекала из определенных подмножеств сродства ветра и гравитации.

Тэген, с другой стороны, удивил меня еще больше, поскольку его магия не ограничивалась только земляными доспехами. Каждый шаг, который он делал, казалось, управлял не только его собственной броней, но и землей вокруг него. Даже когда он размахивал своей булавой, куски земли обволакивали его оружие, образуя вокруг него большую булаву.

Я тоже не упустил такой возможности, нанеся ему еще несколько ударов в лицо, чтобы он как можно дольше не смог подняться.

Однако, несмотря на свои колоссальные размеры, зверь был удивительно ловок. Он смог подняться, оттолкнувшись от земли своим длинным хвостом. Как только он снова встал на все шесть лап, он закрутил шеей и хвостом, как хлыстом, выдалбливая куски земли там, где он проходил, и разбрасывая вокруг себя осколки земли в попытке удержать нас на расстоянии.

Я пробирался сквозь куски земли размером с экипажи, падающие вниз, пытаясь оставаться в пределах досягаемости удара.

Я все еще восполнял эфир в моем ядре, и я не мог рисковать и использовать эфирный взрыв.

Проблема заключалась в том, что зверь был настолько велик, что ни один удар ножом не мог нанести сколько-нибудь значительного ущерба, если только я не найду слабое место-если оно вообще существует.

Среди последовавшего хаоса раздался громкий треск, и зверь на мгновение согнулся, прежде чем взмахнуть хвостом.

Тэген, полностью облаченный в каменную броню, которая делала его больше похожим на голема, чем на человека, схватил зверя.

И почти сразу же его отшвырнуло прочь, как навозную муху. Он врезался в землю, как метеор, и тут же был погребен в густом облаке пыли и обломков. Я в отличии от него всегда держу все поле боя в поле моего зрения, храня все происходящее вокруг меня в голове.

Достигнув его передней левой ноги, где Ариан ранее начал свою атаку, я смог увидеть несколько глубоких порезов на его трехэтажной ноге. Мне придется сосредоточиться на них.





Глава 266. Твое Имя




Я проснулся и увидел куполообразный потолок, тускло освещенный мерцающим оранжевым светом. Это было все, что я смог воспринять, прежде чем мое тело так любезно напомнило мне, почему я упал без сознания в первую очередь. Мое тело казалось полностью скрученным; пульсирующая боль и возражения против движения полностью вытеснили воздух из моих легких.

Мое зрение закружилось, и мне потребовалось несколько минут, чтобы даже понять, что там разговаривают другие люди.

— … что мы можем сделать?

— С принцессой все будет в порядке. Ему просто нужно немного пространства.

— Говорящий волк прав, Леди Каэра. Поскольку эликсиры не действуют на женоподобного, нам остается только ждать.

«Чего я не понимаю, так это как вы все можете так спокойно принимать тот факт, что мы разговариваем с волком, сотканным из теней и пурпурного огня!»

«Ты кричала на меня, чтобы я спас тебя там, в зоне конвергенции, Мисс шорты с попкой. Я не понимаю, почему ты так озадачена этим сейчас.»

— Ш-шорты с попой? А ты вообще кто такой?

«Было совершенно очевидно, что женоподобный человек всегда осторожен. Неудивительно, что он скрывает некоторые свои способности.»

Теперь, когда комната была стабильна, а мои раны только тревожно болели, мне удалось приподняться на локтях. «По-моему, я уже говорил тебе, чтобы ты перестал называть меня женоподобным.»

«А, похоже, теперь ты полностью в сознании» — ответил Ариан в нескольких футах от него, Тэген, Дария, Каэра и Реджис расположились вокруг кипящего котла, который держали над огнем. «У тебя уже было несколько таких приступов, поэтому мы решили, что ты снова заснешь.»

«Где я нахожусь?» — Спросил я, и Реджис помог мне подняться, толкнув меня головой в спину.

«Ты можешь расслабиться» — ответила Каэра, и на ее лице отразилась противоречивая смесь настороженности и сочувствия. «Мы находимся в комнате-святилище.»

Мои глаза встретились с ее глазами, возвращаясь к воспоминаниям о черном пламени, которое она вызвала.

Проглотив эмоции, которые я привык ассоциировать с ними-боль, потерю, сожаление и гнев, — я заговорил. — Значит, этот гигантский зверь охранял башню…

Ариан стрельнула в меня улыбкой. «Похоже, твой план позволить дыхательной атаке зверя взорваться у него во рту сработал.»

— План женоподобной женщины провалился бы, если бы я не помог ей, — фыркнув, добавил Тэген. «Хотя я и не думал, что это действительно сработает.»

Так что они ничего и не узнали. Ударная волна от дыхания зверя, должно быть, была достаточно сильной, чтобы сбить Тэгена и Ариан, пока я использовал руны разрушения, которые Реджис хранил в своем теле.

Поскольку караллиане в зоне конвергенции распадались после смерти, они, должно быть, предполагали, что-то же самое произошло и с этим колоссальным зверем.

Судя по выражению лиц всех присутствующих, у них, похоже, было много подозрений, но я был просто рад, что они не стали свидетелями использования разрушительного эфира.

«У нас у всех есть к тебе вопросы, но я думаю, что тебе лучше набраться сил.-Тихо сказала Дария, протягивая мне миску с дымящимся рагу. «Я слышала, что ты родом с юга. Кровь Лендертов славится вкусными рецептами.»

«Однако этот конкретный представитель рода Лендертов, похоже, особенно скуп», — пробормотал Тэген.

«Ограничивая всех только двумя порциями на человека…» — Прошипела Дария Тэгену, бросив на него свирепый взгляд. «Это потому, что ты начал есть прямо из кастрюли, используя половник вместо ложки!»

— У нас все еще есть наш собственный паек, Тэген, — сказала Леди Каэра, спокойно вынимая что-то похожее на влажный коричневый кирпич с высыпанными в него кусочками сушеных фруктов.

— …Благодарю вас, леди Каэра.- Огромная масса рыжих волос и мускулов испустила вздох, прежде чем он откусил кусок от батончика с пайком.

Несмотря на то, что мое тело технически не нуждалось в еде, мои руки автоматически потянулись к ней. Я позволил теплу распространиться из чаши в мои ладони, прежде чем сделать глоток.

Густой сытный бульон скользнул вниз по моему горлу, покрывая рот своим глубоким мясным вкусом. Выражение моего лица, должно быть, выдало мои мысли, потому что я поднял глаза и увидел ухмыляющуюся Дарию, Каэру, смотрящую на меня с интригой, и Тэгена, с тоской смотрящего на чашу в моих руках.





Глава 267. Время Эфира




Я уже привык ожидать чего-то необычного. Как бы дерзко и банально это ни звучало, в незнакомой местности, которая не подчинялась условностям ни одного из миров, в которых я жил, это было все, что я мог сделать, чтобы оставаться выше калечащего беспокойства, скрывающегося внутри меня.

И все же сцена, развернувшаяся передо мной, когда бесчисленные кристаллы черного и пурпурного расступились, была странно… знакомой.

Он не был таким грандиозным, как зал искусных статуй, или умопомрачительным, как панели света в космической пустоте пурпурного цвета.

Нет. Он просто казался лабораторией человека еще более грязного, чем Гидеон. Комната была довольно большой, но казалась тесной из-за дюжины или около того столов, разбросанных по всей комнате, каждый из которых был «украшен» множеством мензурок и пробирок. Вдоль стен в этой шестиугольной комнате стояли высокие стеклянные полки, заполненные различными мешками и контейнерами— некоторые пустые, некоторые нет.

Только одна стена оставалась другой, и то потому, что в ней был портал. В отличие от большинства порталов, которые сияли множеством разноцветных огней, этот портал больше походил на стеклянный экран. На другой стороне отчетливо виднелись охранники, одетые в покрытые черной броней доспехи, стоявшие в совершенно пустой комнате.

— Да. Можно было бы подумать, что с таким входом это приведет к чему-то…большему, — начал Реджис, прежде чем его глаза также упали на портал. «По крайней мере, мы наконец выберемся отсюда.»

«Погоди.- Мои глаза прочесали всю лабораторию. — Голос в моей голове называл меня «существом эфира и плоти».»

«Здесь должно быть что-то еще, кроме этого места, — сказал я, продолжая обшаривать глазами каждый угол комнаты. «Думаю, иначе он бы меня сюда не пустил.»

«Подождать. Реджис прищурил свои острые глаза. «Так вот почему ты не хотел возвращаться с другими восходящими? Ожидал, что произойдет нечто подобное?»

— Немного, — сказал я, проходя между рядами металлических столов. «Есть слишком много переменных, на которые я не могу положиться, например, найти брата Каэры в лесной зоне с эфирной многоножкой. Но что несомненно, так это то, что мое присутствие оказывает влияние на все эти зоны, поэтому разумно предположить, что тот, кто построил реликтовые бомбы, хотел только, чтобы существа, склонные к эфиру, забрались так далеко.»

«Тогда как насчет всех прошлых случаев, когда алакрийцы смогли принести реликвии прошлого Вритре?- Поинтересовался Реджис. — Об этом упоминали восходящие, и я даже видел проблески в своих воспоминаниях от Уто.»

Я помолчал, задумавшись на мгновение, прежде чем покачать головой. — Трудно сказать наверняка. Хотя, по-моему, самое лучшее-это деградация. Реликтовые бомбы могут быть достаточно мощными, чтобы удержать асуров, но ничто не может длиться вечно, особенно такое сложное, как это место.»

— В любом случае, эта комната не должна быть чем-то таким простым, как легкий выход.- Я повернулся к своему спутнику. «Знаешь, как выглядят эти реликвии?»

— Кроме огромного количества эфира, содержащегося внутри, они могут выглядеть как что угодно, от книги до артефакта, до кости. Но я знаю, что имитаторы, о которых несколько раз упоминала Мисс шортики—Дарья, были сделаны с использованием реликвии, — ответил он, прежде чем оживиться. «Как ты думаешь, мы сможем найти артефакты в этой комнате перед уходом?»

В этой комнате было что-то странное-она выглядела как обычная лаборатория, но отсутствовали ключевые компоненты. Если сравнивать эту лабораторию с Лабораторией Гидеона, то то, что наполняло его лабораторию даже больше, чем мензурки, формы и хитроумные приспособления, было книгами.

Независимо оттого, были ли это учебники или журналы для ведения записей, там всегда было много переплетенной бумаги. Здесь не было ничего подобного.

Пока Реджис продолжал обыскивать лабораторию, надеясь найти хоть какой-то ключ к разгадке того, где мы находимся, я решил подойти к делу по-другому.

Но даже с моим усиленным зрением, я не мог почувствовать здесь ничего, сделанного из эфира, кроме портала.

Может быть, я слишком глубоко задумался? Как и говорил Реджис, было ли это место просто более легким путем, чтобы выбраться из реликтовых гробниц?

Я уже почти собрался уходить, Реджис нетерпеливо ждал у портала, его темный хвост стучал по земле, когда слова, сказанные голосом, снова эхом отдались в моей голове.

Он назвал меня «существом эфира», так что, возможно, просто пытаться обнаружить эфир в этой комнате было недостаточно.

Ничего не теряя, я высвободил эфирную ауру, окутав комнату удушающим давлением.

— Что за… — Реджис застыл, сбитый с толку моим внезапным действием, пока комната не начала меняться. Как будто все, что я видел, обонял и чувствовал в этой комнате, было иллюзией, все начало исчезать … включая пол.

Я начал падать, а потом просто остановился. Это было похоже на то, как будто я резко проснулся от падающего сна, когда мои ноги внезапно оказались прочно прижатыми к полу, которого еще секунду назад не существовало.

Я услышал, как Реджис испуганно ахнул, но мои глаза были сосредоточены на конструкции передо мной. Пьедестал высотой в десять футов с вырезанными вокруг него эфирными рунами. Четыре вращающихся ореола светящихся камней с одинаковыми замысловатыми рунами, выгравированными на их поверхности, вращались, не касаясь друг друга.

Прямо над пьедесталом в центре каменных ореолов парил маленький сверкающий Кристалл. Он излучал яркий лавандовый свет, и хотя он казался довольно ценным, количество эфира, который он испускал, было ничтожным.

Однако в этой комнате было нечто такое, что содержало непостижимое количество эфира.

Реджис, хотя его восприятие эфира было далеко не столь чувствительным, как мое, тоже почувствовал это, обыскивая комнату.

Оглядевшись вокруг также в первый раз, я понял, в каком ужасном состоянии находится эта комната. В отличие от иллюзии лаборатории, из которой мы выпали, каменные стены, заполненные рунами, были покрыты трещинами и сколами. Там было даже несколько дыр размером с человека на земле и в стенах с обломками, все еще усеивающими пол.





Глава 268




Кристалл

Купол из полупрозрачного пурпура исчез, и я снова оказался в потайной комнате. Существо, с которым я только что сражался, нигде не было видно, и я едва мог стоять, ментальное и физическое напряжение моей новой руны сжимало холодные когти вокруг меня.

Реджис подбежал ко мне со смесью шока и беспокойства на лице. “Ч-что, черт возьми, случилось? У тебя есть еще одна руна!”

“А где же он?- Спросил я сквозь стиснутые зубы, ища глазами хоть какие-то признаки пурпурной фигуры.

— Он?- Растерянно повторил Реджис. “Ты просто тупо стоял неподвижно несколько секунд, прежде чем эта пурпурная молния начала потрескивать вокруг тебя.”

“Я никогда раньше не видел, чтобы эфир проявлялся таким образом” — раздался передо мной знакомый глубокий голос.

Я резко вскинул голову, в то время как Реджис обернулся, чтобы увидеть, что источник голоса исходил не от того же существа…а от кристалла, плавающего на вершине пьедестала.

— Простите меня за эту путаницу. Видя, что у меня больше нет физической формы, я перенес нашу борьбу в твой разум, — заявил Кристалл, излучая свет, который соответствовал словам, которые он сказал.

Мои брови нахмурились. “Значит, вся эта драка на самом деле не произошла?”

— Разум-это мощный инструмент, которым даже асуры редко пользуются, предпочитая оттачивать свое тело и ядро, — ответил Кристалл довольно легкомысленным тоном. “Но вы, кажется, отличаетесь от других—и не только в этом смысле.”

«Принцесса здесь немного странная», — согласился Реджис, кивая головой.

Даже мне пришлось признать, что мой случай был совсем не обычным. Однако у меня было так много вопросов, и я хотел двигаться вперед. “И что же теперь будет? Прошел ли я твое «последнее испытание» или есть что-то еще?”

“Тот факт, что я решил даже поговорить с тобой, означает, что ты прошел, — ответил Кристалл. — Этот маленький спарринг был больше для моего любопытства и скуки, а ты проделал великолепную работу, насытив и то и другое.”

Будь то клан Индрат или клан Вритра, асурам и этим высшим сущностям всегда казалось, что они любят удовлетворять свою скуку, не заботясь о тех, кто их принимает.

“Подумать только, что ты смог получить руну, да еще и эдикт пространства, — продолжал Кристалл. “Скажи мне. Как ты управляешь потоком эфира внутри тела с такой точностью? Может быть, тебе помогает телосложение асуры?”

Мои глаза сузились. “У меня нет ни причины, ни стимула отвечать.”

Реджис оглянулся на меня со вспышкой паники. “Ар-Грей. Что ты делаешь? Не проявляй неуважения к говорящему кристаллу.”

“Нет. Твой хозяин благоразумен, — сказал Кристалл Реджису, прежде чем обратиться ко мне. — Грей, не так ли? Ранее ты уже говорил, что хочешь получить ответы. То, что хранится в этом эфирном остатке, — это то, что, я думаю, тебе понадобится. Все, о чем я прошу, — это чтобы вы удовлетворили мое любопытство еще на несколько минут.”

“Ты сказал, что я прошел испытание. Разве я уже не имею права на то, что ты собираешься мне дать, независимо от того, отвечу я или нет? — Возразил я, устав от его выходок.

Кристалл сделал паузу, его светящаяся поверхность потускнела на несколько секунд, прежде чем он снова заговорил. “Очень хорошо. Я могу подарить тебе еще один маленький подарок от моего народа.”

Обменявшись еще одним взглядом с Реджисом, я вздохнул и начала рассказывать о своем путешествии после прибытия сюда. Я рассказал Кристаллу о зверях, с которыми мне пришлось сражаться, о испытаниях, которые я должен был преодолеть, и о том, что в конечном счете ждет меня впереди, когда я выберусь отсюда. Однако по вполне понятным причинам я опустил все свои отношения с кланом Индратов.

***

— Очаровательно! Подумать только, ты был способен не только выковать эфирное ядро, но и насильственно закалить свои собственные внутренние каналы, чтобы контролировать его выход. Воистину то, что можно сделать только с телосложением асуры” — выпалил Кристалл, возбужденно пульсируя огнями.

“Так вот для чего эти руны покрывают твое тело, верно? Они используются для того, чтобы ты мог контролировать поток эфира, — подтвердил я.

“Правильно. В то время как наши люди овладели магической формой для того, чтобы втягивать эфир и манипулировать им, истинное мастерство и органическая внешность божественных рун—таких, как та ветвь пространства, которую ты только что получил—приходят только через серьезное озарение.”

“Значит, эта божественная руна означает, что я обрел понимание определенного аспекта эфира, верно? Кем или чем? — Переспросил я. “Есть ли высшее божество над асурами, которые даруют их?”

“Эта информация не хранится в этом остатке, — ответил Кристалл. — Но эфир окружает нас со всех сторон и может действовать такими способами, которые невозможно себе представить. Путь обретения власти над эфиром у всех разный, и ваш—безусловно—самый отличающийся.”

— Как же так?- Спросил Реджис.

— Наш народ был ограничен нашими физическими телами. Большая часть наших усилий была направлена не на получение озарений, а на поиск способов заставить наши хрупкие тела справиться с бременем эфира.”

“Возможно, я строю догадки, но мне кажется, что твоя новая руна приняла вид молнии не потому, что это молния, а потому, что именно так вы представляли себе абстрактную природу этой конкретной ветви эфира, — продолжал Кристалл.

— Значит, драконы клана Индрат не смогли сделать то, что умеем мы с твоим народом? — Переспросил я. “У них есть тела и способность обращаться с эфиром, но нет знаний и озарений, чтобы осмыслить эфир как свой собственный, верно? ”

Я почувствовал, как волосы на моей шее встали дыбом, когда из кристалла выплеснулось тяжелое давление. — Эти звери не заслуживают звания асуры за те зверства, которые они совершили. Их жадность к нашим знаниям и страх, что мы можем захватить их положение истинных обладателей эфира, привели их к тому, что они убили не только наш народ, но и взяли в плен многих наших самых могущественных магов в надежде пытать и учиться.”

Мои глаза расширились от внезапной вспышки кристалла. Я не знал, как сильно верить, но если все сказанное было правдой, то клан Индрат не так уж сильно отличался от клана Агрона и Вритры.

Мне хотелось возразить—сказать, что не все драконы были такими. Сильвия и Леди Майр были одними из самых добрых людей, которых я когда-либо встречал и которые так многому меня научили. Но мысль о Сильвии вызвала новые подозрения. Основываясь на ее последнее сообщение, казалось, что она презирала ее клан. Были ли золотые руны, которые она получила, побочным продуктом их находок от этих древних магов?





Глава 269




Маэрин

Я шагнул в портал, не зная, что меня ждет на другой стороне.

Но даже это не приходило мне в голову—из всего, что произошло до сих пор, с моим опытом общения с Алакрийцами как в Дикатене, так и в реликтовых гробницах—два охранника, стоявшие по обе стороны от меня, буквально подпрыгнули от неожиданности, выпуская довольно испуганные крики.

Реджис издал веселый смешок, а я не знал, что делать с этой ситуацией.

Стражник справа от меня, довольно пухлый человек, одетый в позолоченные доспехи, которые, очевидно, не могли вместить его широкий обхват, сумел собрать всю свою небольшую подготовку, чтобы по крайней мере направить на меня свое дрожащее копье. Через секунду его более тощий—хотя и ненамного—спутник последовал его примеру.

“К-кто вы?- задрожал более тощий стражник.

Я на секунду задумался, как мне ответить, когда заговорил более круглый охранник.

“А вы … вы … вы пришли из Р-реликтовых гробниц?- пробормотал он, поворачивая голову направо и налево.

‘Не утруждай себя ответом этим марионеткам. Просто убей их’ — простонал Реджис.

Не обращая внимания на голос в моей голове, призывающий меня убивать, я посмотрел на более округлого охранника, который вздрогнул под моим взглядом и ответил: ”Да”

Более тонкая «марионетка» слева от меня издала громкий вздох. Мне становилось все труднее и труднее не закатывать глаза.

“Э-уважаемый восходящий, — начал более круглый, поклонившись настолько, насколько позволял его живот, прежде чем поднять голову. — Позволь этому человеку отвести тебя к вождю города Маэрин.”

Тот, что покрупнее, жестом пригласил меня следовать за ним, а тот, что потоньше, тащился совсем рядом. Отбросив в сторону праздную мысль о том, что, возможно, одному из них следовало остаться охранять портал, я впервые огляделся вокруг.

Вопреки … компетентности и изяществу, проявленным двумя охранниками, зал, в который я вошел, был далеко не великолепен. Хотя он и не был большим—не больше скромного дома в Эшбере, за исключением более высоких потолков, — но имел черты, которые явно демонстрировали важность такого сооружения. Ряд колонн возвышался над нами с обеих сторон, держа на каждой из них канделябры настоящего огня. При ближайшем рассмотрении я смог разглядеть замысловатую резьбу того, что явно было василиском в его гуманоидной форме, которую почитали коленопреклоненные мужчины и женщины. Каждая колонна рассказывала короткую историю, и все они вели к одному и тому же посланию поклонения василискам, от которого у меня скрутило живот.

Не считая более круглой марионетки, оглядывающейся на меня каждые несколько секунд, мы втроем спокойно шли по гладкому мраморному полу, пока не достигли дверей из железного бруса. Свет просачивался между двумя дверями и вокруг них, и я вдруг вспомнил о своем страстном желании увидеть солнце.

Двери открылись со скрипом и стоном, пока я не оказался в лучах солнечного света. В моем животе образовался узел, и я обнаружил, что изо всех сил сдерживаю слезы, о которых даже не подозревал. Теплое прикосновение солнца окутало меня, как материнские объятия.

“Ухх…—”

“Тссс! Он, должно быть, культивирует или обретает прозрение!”

Я на мгновение закрыл глаза и собрался с мыслями, прежде чем шагнуть сквозь покрывало света, которое разлилось по мне, как теплый мед.

Когда мои глаза привыкли, я смог рассмотреть окружающее меня зрелище, и оно было…невпечатляющим.

Одноэтажные дома из кирпича и извести аккуратно и равномерно выстроились по обе стороны мощеной булыжником дороги шириной примерно в три вагона. Можно было видеть, как гражданские люди выполняют свои повседневные обязанности-развешивают белье на веревке, ухаживают за садом, а дети бегают вокруг, размахивая деревянными мечами, завернутыми в ткань. Был даже ребенок, который рисовал случайные каракули на спине своего друга, используя уголь.

Мои глаза продолжали блуждать, осматривая окрестности, пока я не заметил исходящую вонь, напоминающую запах какого-то захолустного флигеля.

“Пожалуйста, потерпите этот запах, пока мы не доберемся до самого города, уважаемый восходящий, — сказал худощавый, заметив, как изменилось выражение моего лица. “Мы все еще на окраине города, так что запах с окраины города все еще просачивается сквозь стены.”

Я обернулся и увидел стену высотой более двадцати футов сразу за зданием, в котором находился портал, из которого мы только что вышли.





Глава 270




Староста Города

Краткий миг покоя, который я пережил в ожидании городского старосты, длился недолго, пока не раздались быстрые шаги, становившиеся все громче, и наконец дверь не распахнулась.

Я открыл глаза, немного удивленный, увидев человека с выпуклыми бугорками мускулов вместо рук и длинной белой бородой, спускавшейся до широкой груди.

На его постаревшем, но энергичном лице отразилась паника, и он тут же с глухим стуком упал на колени. — Этот человек заслуживает смерти за то, что доставил уважаемому восходящему столько неудобств! Сембиан и Чуморит ничего не знают о путях, ведущих за пределы этого жалкого городка, и не хотели обидеть уважаемого восходителя. Пожалуйста, простите их, так как я один виноват в их глупости.”

Большой старейшина откинул голову назад. — Сембиан! Чаморит! Бегом на колени.—”

“Все в порядке, — вмешался я. “Тут нет причин чтобы просить прощения.”

Встретившись взглядом с двумя охранниками, я позволил себе слегка улыбнуться. — Выходки Чумо и Семби были … забавными, особенно после выхода из реликтовых гробниц.”

Я буквально видел, как тело старейшины вздохнуло с облегчением, но он остался стоять на коленях. — Благодарю вас за вашу доброту, уважаемый восходящий.”

— Пожалуйста, сядь, — сказал я, указывая на диван передо мной. — Староста Мейсон, верно?”

— Да!- воскликнул он.

Пока он садился я заметил грязь на его руках.

— А! Приношу свои извинения за мое неопрятное состояние, я помогал с ремонтом нашего Колизея. Мы немного отстали от плана, — объяснил шеф, глядя на свои руки.

“Ваши два охранника рассказали мне о посвящении и экзамене, которые должны состояться в ближайшие дни, — ответил я.

— Да! Теперь очередь нашего города проводить посвящение. Если уважаемый восходящий хочет присутствовать, мы определенно можем организовать это и—”

“В этом нет необходимости. Я планирую скоро уехать, — почтительно вставил я. “Я бы немедленно уехал, но мне все равно кое-что было нужно.”

— Да! Я буду счастлив помочь вам всем, чем смогу. Глава города замолчал и смущенно посмотрел на меня. “Но мне нужно проверить вашу лицензию и знаки. Дело не в том, что я не верю в то, что вы восходящий, но как глава, отвечающий за надзор за воротами спуска этого города, я обязан проверять любого восходящего, который выходит из портала.”

Я на мгновение заколебался. Хотя поддельные знаки, которые я получил, должны были пройти, у меня не было лицензии. Тем временем глава города поспешил к своему столу, где достал что-то похожее на карманные часы из обсидиана.

Повернувшись, я приподнял бирюзовый плащ, который носил поверх своего черного одеяния, чтобы показать старейшине знаки, выгравированные на моем позвоночнике.

Я услышал, как старейшина резко вздохнул. “Удивительно. Я узнаю некоторые из них, но я никогда не видел таких сложных знаков, уважаемый восходящий. Три отчетливых руны и, судя по сложности верхнего узора, это должна быть эмблема.”

— Пожалуйста, перестаньте называть меня «уважаемый восходящий». Опустив одежду, я снова сел. — Что касается моей лицензии, то, к сожалению, я потерял свое кольцо измерения, на одном из этажей. Но у меня есть вот это.”

Я вынул белый кинжал в расшитых ножнах.

— Это … — глаза старосты округлились, и он осторожно потянулся за кинжалом, словно тот был младенцем. “Если я не ошибаюсь, это эмблема высокородного Денуара. Это Эсти—вы восходящий под их кровью?”

— Да, — солгал я, наблюдая, как он осматривает кинжал.

“Это более чем достаточная проверка вашего статуса, уважаемый восходящий, — сказал глава города, возвращая мне оружие обеими руками. — Для меня большая честь находиться в вашем присутствии.”

“Возможно, я пробуду здесь недолго, но, пожалуйста, держите эту информацию при себе.”

“Да, конечно! Старейшина яростно закивал. “Мой опознаватель показывает, что у вас нет никаких реликвий, так что вы чисты во всех смыслах!”

“Погодите. Так этот артефакт может чувствовать реликвии?- Спросил я, наклоняясь вперед, чтобы рассмотреть поближе.

— У него очень ограниченный радиус действия, Но да, — нахмурившись, ответил глава города. “Разве вас никогда не проверял следователь после ваших восхождений?”

Я откашлялся, изображая смущение. “Честно говоря. Это было мое первое восхождение. Я допустил ошибку и довольно рано потерял иммитатор, который был в моем кольце, и потерял мою команду.”

“О нет, — выдохнул старейшина, явно заинтересованный. — Это ужасно. К счастью, вы остались живы.”

“Да. Мне повезло, что я оказался рядом с порталом в соседней зоне, — сказал я.

Я объяснил свою ситуацию, используя как можно больше Алакрийской лексики, чтобы не показаться таким невежественным и подозрительным, и это, похоже, сработало. Быстро сменив тему, я наклонился вперед. “Но в любом случае. Я знаю, что мы находимся в городе под названием Маэрин, но я не совсем уверен, где это находится в Алакрии. Есть ли у вас карта, с которой вы могли бы расстаться, чтобы я мог продолжить свой путь?”

— Карты в здешних краях довольно редки, но несколько недель назад приезжал бродячий торговец с копиями карт, так что у меня есть несколько, — сказал глава города, возвращаясь к своему столу. — Могу я спросить, куда вы направляетесь?”

Его невинный вопрос поставил меня в тупик. У меня не было конкретной цели, кроме моего обязательства вернуть кинжал в Каэру, столицу Центрального домена.

— Ага! Вот она. Глава города вернулся и развернул большой пергамент, который рассыпался по овальному чайному столу. На нем лежал кусок земли, который странным образом напоминал вид сбоку рогатого черепа с открытым ртом и большой изогнутой шишкой, выступающей из северного конца. Алакрия была разделена на пять частей толстой линией, разделяющей север, восток, запад, юг и центр.

“Как далеко путь до центрального домена? — Спросил я.

— Ну, поскольку мы находимся на южной оконечности Восточного домена, — ответил он, указывая на маленькую точку на карте.

— Это займет около пяти месяцев пешком или около шестидесяти дней в экипаже.”

Мои глаза расширились, когда я уставилась на карту. — Так долго?”





Глава 271




Один Шаг Вперед

Когда мое зрение затопило пурпурное море, я почувствовал, как мое эфирное ядро медленно истощается. Когда мои чувства вошли в каменный куб, я попытался заглянуть глубже внутрь. Мне казалось, что чем дальше я «путешествовал», тем труднее становилось. По мере того, как я плыл через это пространство, вязкость грязи вскоре сгустилась и затвердела, пока в конце концов я не почувствовал, что упираюсь в кирпичную стену.

Даже когда я был отключен от своего тела, я чувствовал, что мое дыхание становится коротким и прерывистым, как будто я дышал через мокрую ткань. Напрягаясь, чтобы пробиться сквозь эту стену, мешающую мне двигаться вперед, я выкачивал больше эфира из своего ядра, пока, наконец, не смог переместиться через стену.

Описать словами то, как мой разум соприкоснулся с поверхностью кубовидной реликвии, значило бы подорвать всю ее сложность.

Геометрические фигуры в кажущихся случайными узорах и движениях плавали вокруг меня. Я не видел конца этим многогранникам, но по какой-то причине знал, что в этом хаосе есть граница.

По мере того как все больше эфира вытекало из моего ядра в это царство внутри реликвии, многогранники начали меняться. Я больше не просто наблюдал, но фактически воздействовал на эти геометрические фигуры, как будто мой эфир резонировал с этими вещами.

Я был погружен в транс, пытаясь сделать целое из узоров, движений, форм и размеров всех этих многогранников, которые составляли это царство внутри реликвии. Используя эфир внутри себя как метафорические конечности, я комбинировал, сортировал и классифицировал эти многогранники в попытке понять, что этот запутанный путеводитель пытался мне сказать.

Наконец, когда мои запасы эфира упали примерно до одной десятой его мощности, меня вытащили из сферы. Когда ко мне вернулось сознание, я обнаружил, что сижу в той же позе, что и на диване. Единственное, что изменилось, это то, что комната, когда—то ярко освещенная полуденным солнцем, теперь была почти полностью темной.

“Ты наконец закончил? — Спросил Реджис, поднимая голову и свернувшись калачиком рядом со мной.

Я уставился на полумесяц солнца. “Как долго я отсутствовал?”

— Около пяти-шести часов. Засыпая, я сбился со счета.”

“Тебе нужно спать? — Спросил я.

Реджис широко зевнул, прежде чем ответить. “Это как режим экономии заряда батареи. Я потребляю меньше эфира, когда сплю, чтобы накопить больше окружающего эфира.”

“Какая своеобразная собака, однако.”

“Заткнись, — проворчал он, прежде чем спрыгнуть с дивана. “Итак, ты узнал что-нибудь из кубика?”

“Я даже не знаю, чему я должен учиться.- Я вздохнул. — И хуже всего то, что я трачу эфир, пытаясь изучить этот кусок скалы.”

— Проклятье, а я-то думал, что овладеть этой способностью к искажению реальности будет легко, — саркастически заметил Реджис, уходя.

Я пнул его ниже хвоста, вызвав резкий визг моего спутника.

“Никогда не думал, что буду скучать по тем временам, когда был бестелесным, — проворчал он, прежде чем повернуться ко мне. “Ну и каков теперь план?”

Я на мгновение задумался. “В любом случае у нас есть несколько дней, чтобы убить их, так что мы могли бы узнать немного больше о местных жителях. Посвящение-это то, что я увидеть чтобы узнать больше о школах завтра.”

Реджис молча смотрел на меня с несколько ошеломленным выражением лица.

Я нахмурился. “В чем дело?”

“Ничего. Просто я думал, что ты будешь царапать свою кожу, пытаясь найти способ добраться до следующих реликтовых гробниц или что-то в этом роде, — пробормотал он.

“В последнее время я довольно нервничаю?- Я почесал щеку.

Реджис пожал плечами, его грива пурпурного огня затрепетала. “Это понятно. У меня нет семьи, кроме тебя, но я бы очень нервничал, если бы не знал, что происходит с теми, кто мне дорог.”

Я стоял молча, застигнутый врасплох небрежным упоминанием Реджиса обо мне как о своей семье. Мне никогда не приходило в голову, что у него нет никого, кроме меня. Даже в этой его собачьей форме я все еще видел в Реджисе оружие?

Реджис прищурился. “Что. Почему ты так на меня смотришь?”

“Я…ничего особенного. Я встал со своего места и направился к двери.

“Куда мы едем? — спросил он, труся за мной.

“Разве ты не слышал, что сказала Лорени? Есть тонна зверей маны только за пределами города. — Я одарил своего спутника ухмылкой. “У меня не было возможности по-настоящему практиковать пределы Шага Бога.”

“Мы можем немного размять ноги и заработать немного денег. — Реджис повторил мою ухмылку. — Звучит неплохо.

Я вдыхал свежий ночной воздух, наши ноги хрустели по листве, когда мы вдвоем мчались через лес. Мы хотели убраться подальше от города на случай, если кто-то заметит, что мы используем эфир, но это не означало, что мы не убили нескольких рокавидов по пути. Эти массивные оленеподобные животные имели рога не только на голове, но и на спине и толстые хвосты, которые они использовали как смертоносные дубинки.





Глава 272. День Посвящения




День Посвящения

Тихий стук в дверь заставил меня открыть глаза. Проведя всю ночь за очисткой моего эфирного ядра, я увеличил не только количество эфира, которое мог хранить, но и скорость, с которой эфир путешествовал по моим только что проженным проходам. Улучшение было незначительным по сравнению с временем, проведенным в реликтовых гробницах, но любое количество прогресса было лучше, чем сидеть сложа руки.

— Восходящий Грей, — раздался из-за двери мягкий голос.

Встав и позвав Реджиса вернуться в мое тело, я открыл деревянную дверь и увидел девушку, похожую на Лорени, только на несколько лет моложе и с более длинными волосами, которая робко ждала меня.

Какое-то мгновение она просто смотрела на меня, пока я ждал, что она заговорит, ее рот был слегка приоткрыт.

— Да?” Я, наконец, спросил.

— А!- Она покачала головой. “Прошу прощения, восходящий Грей. Меня зовут Майла, и моя сестра— Лорени поручила мне помогать уважаемому восходящему во время вашего пребывания в Маэрине.”

«Значит, они сестры», — подумал я, прежде чем ответить. — Ты пришла вовремя, Майла. На самом деле мне было интересно, когда сегодня состоится посвящение.”

“Это не раньше, чем сегодня днем, так что у восходящего Грея есть немного времени, чтобы отдохнуть и подготовиться, если вы хотите присутствовать, — ответила она, потупив взгляд.

“На самом деле здесь становится немного душно, так что я хотел бы прогуляться. Не могли бы вы сопровождать меня?”

“Ну конечно!- Воскликнула Майла.

“А, впрочем, до этого. У меня есть тележка, наполненная трупами зверей маны. Не могли бы вы послать несколько человек, чтобы они отнесли его в тот магазин, где я мог бы их продать?”

— Немедленно! — Майла быстро поклонилась мне и поспешила обратно в город.

Когда она ушла, я воспользовался одной из пустых повозок, запряженных лошадьми, и начал вытаскивать трупы животных из моей внепространственной руны.

‘Неужели все это необходимо? — Спросил Реджис.

— История, которую мы сейчас расскажем, заключается в том, что я потерял свое кольцо измерения, помнишь?”

К тому времени, когда Майла вернулась с тремя крепкими горожанами, я уже сложил трупы в удивительно крепкий фургон.

— Ч-Это… Бородатый мужчина, щеголявший в майке, чтобы показать свои мускулы, побледнел при виде зверей маны, в то время как его спутники в шоке отступили назад.

Я нахмурился. “Какие-то проблемы?”

“Н-Н-нисколько, уважаемый восходящий, — сказал бородач, осторожно тыча ногой медвежьего зверя маны.

— Просто…эти твари считаются опасными даже для команды магов среднего уровня.”

Я не стал уточнять насколько могущественным является маг среднего уровня, я просто пожал плечами. — Пожалуйста, отнесите их в город и отдайте деньги либо Майле, либо Лорени.”

— Да! Все трое еще раз поклонились, прежде чем бородач начал тащить тележку, в то время как двое его спутников толкали ее сзади.

Мы с майлой не спеша спустились с небольшого холма, ведущего к центральной площади Маэрина, когда я заметил, что она смотрит на руну на моем правом предплечье.

“Что-то случилось? — Спросил я, внезапно осознав, что наличие руны на руке может быть ненормальным.

“Прошу прощения, что так пристально смотрю, восходящий Грей, — сказала она, отводя глаза. “Я слышала, что многие аристократы и даже высокородные имеют рунические символы, вытатуированные на их телах, но я впервые вижу их лично.”

-О-о, — пробормотал я. “Разве это не популярно в здешних краях?”

— Перманентные чернила, способные противостоять свойствам маны, протекающей через кожу, очень редки и дороги, и законы очень строги вокруг этих чернил, потому что их можно использовать для подделки фальшивых знаков—вот почему татуировка на спине строго запрещена—так что вместо того, чтобы быть популярной… — Майла усмехнулась, нервно потирая руку. “Прошу прощения, восходящий Грей. Я уверена, что вы уже знаете это.”

“Похоже, ты и остальные горожане очень часто прибегаете к извинениям, — заметил я с улыбкой. “Все нормально. Ты, кажется, очень хорошо осведомлены об этом. Ты сама-то маг?”

“О, вовсе нет! Хотя … сегодня тоже день моего посвящения, — призналась она, краснея от смущения.

— Заранее поздравляю, — сказал я, когда мы подъехали к воротам города. “Какой-нибудь конкретный элемент или класс, в котором ты хотела бы быть?”

“Даже незнаю, я бы очень хотела быть прививателем. Я знаю, что заклинатели и нападающие наиболее востребованы в академиях и могущественных кровях, но я не умею драться, — призналась Майла.

Я на мгновение задумался над ее словами. Я слышал о трех классах боевых магов, а также о вспомогательном классе «часовой». В кратком отчете Айи был подробный отчет о могущественном часовом, который сумел использовать ее магию, чтобы проложить путь в волшебном Эльширском лесу для алакрийской армии, чтобы вторгнуться в Эленуар.

Ее звали … что-то вроде Милвью, если я правильно помню. Я также знал, что она была лишь одним из многих магов, способных использовать элементальную магию для разведки и прорицания на большие расстояния, однако я никогда не слышал о прививателях.

“Что ты хочешь сделать, как прививатель?- Спросил я, надеясь получить больше информации об этом классе.

“Я хочу создать необходимые артефакты, чтобы помочь обнищавшим людям по всей Алакрии, — выпалила Майла, и глаза ее внезапно засияли. “Например, я знаю, что существуют артефакты, способные очищать воду, но в настоящее время они слишком дороги, чтобы производить их в больших масштабах. Однако я провела некоторые исследования и поняла, что не все компоненты для артефакта необходимы, и многие из них можно заменить более дешевыми материалами, так что—”

Майла вздохнула и поклонилась мне. “Я не собиралась читать вам лекции, уважаемый восходящий.”

“Я сам задал этот вопрос, Майла, — заметил я. — Было бы глупо сердиться из-за того, что ты мне ответила. Особенно когда ты так взволнована.”

Майла напомнила мне Эмили в Дикатене. Ее возбуждение и страсть к искусству не имели себе равных. Мысль о ней заставила мою грудь сжаться.

— А … Кстати, куда бы восходящий Грей хотел бы пойти в первую очередь?”

“Поскольку о трупах зверей маны позаботятся, не возражаешь, если мы зайдем в школы?”

— Конечно! Было бы честью, если бы уважаемый восходящий посетил нас! Я знаю, что ученики нашей школы нападающих хотели бы получить некоторые советы—конечно, это только если уважаемый восходящий хочет, — сказала Майла.

Ирония в том, что я готовлю будущих солдат, которые в конечном счете нападут на Дикатен, вызвала у меня смех. Я прикрыла рот рукой, пытаясь подавить смех.

Майла смотрела на меня в полном замешательстве. “Д-Я сказал что-то странное?”

— Нет, это…ничего, — сказал я, успокаиваясь. — В любом случае, давайте пройдемся по академиям.”

Визит в школу заклинателей был коротким. Сегодня они тренировались на улице, так что я мог видеть через забор, окружающий тренировочную площадку, каждого из студентов-заклинателей, участвующих в стрельбе по мишеням из болтов чистой маны. От силы их заклинания, до количества, которое они могли стрелять, а также точности, каждый из детей показал различный уровень компетентности.





Глава 273




Общественное Мероприятие

Первые лучи рассвета показались над горизонтом, когда мы с Реджисом спустились с изрешеченного зверями холма неподалеку от города Маэрин. Я сосредоточился исключительно на тренировке Шага Бога-падая больше раз, чем я мог сосчитать в процессе—в то время как Реджис разведывал окрестности, занимаясь охотой самостоятельно.

Хотя прогресс был медленным, я все еще гордился видимым ростом мастерства моей первой официальной божественной руной. Я смог достичь цели, которую я определил, используя шаг Бога с гораздо большей точностью, чем сначала.

То есть без всяких препятствий, конечно. Принимая во внимание препятствия, преграждающие мой «путь», Шаг Бога стал экспоненциально более трудным в использовании.

Конечно, было несколько способов обойти это. Я мог бы использовать Шаг Бога по прямой линии, так же, как я сделал это с Взрывным Шагом, но это будет в основном использование тупого края меча.

В качестве альтернативы, я мог бы потратить длительный период времени, сосредоточившись и наметив «путь», который я мог бы выбрать, чтобы прибыть к намеченному месту назначения… но это было немного трудно сделать, когда двухтысячфунтовое животное маны бросилось за мной, и изменение позиций даже немного изменяет «путь».

Ложка меда в этом всем заключалась в том, что мое первоначальное развитие Взрывного Шага еще в Эфеоте послужило тренировочными колесами для Шага Бога. Наряду с моими усиленными рефлексами от эфирного ядра и телосложением дракона клана Индрат, я знал, что овладение этим было лишь вопросом времени и усилий.

Реджис, с другой стороны, все еще не получил озарения в активации руны разрушения, несмотря на мое наставление.

Я знал, что если я использую руну разрушения еще один или два раза, он сможет получить представление об эдикте, но я честно боялся того, что может произойти, пока я был в псевдопсихотическом состоянии, которое вызвал эдикт.

Тем не менее, благодаря тому, что, в отличие от маны, окружающий эфир был повсюду, Реджис сумел добиться больших успехов в укреплении своих собственных эфирных запасов. Благодаря этому его сила не только возросла, но и расширился диапазон, в котором он мог находиться отдельно от меня.

Вся его фигура, казалось, иллюстрировала его растущую силу, а два рога, изогнутые и скрюченные за ушами, стали еще более запутанными. Не только это, но и вся его фигура, казалось, стала более телесной и реальной, так как пурпурный огонь, который составлял его гриву, выглядел как настоящее пламя, а не дымные клочья.

С моей головой, очищенной от событий во время церемонии посвящения, и моим пустым эфирным ядром, я приблизился к каменному знаку, который указывал, что мы вернулись в «безопасную» зону. К моему удивлению, кто-то ждал меня рядом с резным валуном на поляне.

‘Он стоит тут со вчерашнего вечера?- Спросил Реджис, его фигура пряталась внутри меня.

Ты уверен, что ты разумное оружие? — Поддразнил я, прежде чем позвать мальчика. — Бельмун?”

— Разумное оружие, — с ворчанием поправил Реджис.

Услышав свое имя, Бельмун вскочил на ноги. Он рванулся ко мне, ветер отбросил назад его длинные растрепанные волосы, обнажив разбитую губу, синяк под глазом и распухшую щеку.

Мальчик стрелял в меня широкой улыбкой, как он махнул рукой. — Мистер!”

Бельмун резко остановился передо мной и плюхнулся на колени. — Пожалуйста, научи меня драться!”

Заметив синяки и ссадины на его открытых руках и застывшее выражение лица, я не мог не восхититься решимостью мальчика.

— Нет, — ответил я, проходя мимо него.

-П-Подожди!- Белмун снова встал передо мной. “Сейчас мне нечего предложить, но сегодня меня наградили гербом!”

Я приподнял бровь. — Ну и что?”

Мальчик почесал в затылке. -С-так у меня невероятный талант! Сейчас мне нечего тебе предложить, но в будущем, когда я стану знаменитым или даже достигну высокого положения, я тебе отплачу!”

Не знаю, что на меня нашло, когда я увидел уверенное—почти самодовольное—выражение лица Бельмуна, но я выпустил волну эфирной силы, вложив в нее ровно столько убийственного намерения, чтобы мальчик упал на четвереньки, задыхаясь.

Отказавшись от своих намерений, а также от ощутимого давления окружающего нас эфира, я невозмутимо уставился на Бельмуна, который теперь хватал ртом воздух. “Не будь таким невежественным. Мир велик, и твой талант в этом маленьком городке может быть сравним с уличными крысами крупного города.”

Вернувшись в поместье, Реджис выпрыгнул на кожаный диван. “Я не думал, что ты будешь так эмоционален с этим маленьким мальчиком.”

Я нахмурился. “Я не был эмоционален.”

“Пожалуйста. Ты едва ли заботишься о здешних людях настолько, чтобы обменяться с ними более чем парой фраз, если только не ищешь информацию, — ответил Реджис, ложась. “Но ты не только помог мальчику, но и дал ему совет.”





Глава 274




УЛОВ

Я оторвал взгляд от камня, украшавшего черную трость мужчины, и внимательно посмотрел на трех только что прибывших гостей.

Крючконосый и бледнокожий Кроумли обменялся вежливыми, но немногословными приветствиями с толпой городских чиновников и членов их семей. Два студента, которые выглядели примерно моего возраста, почти не разговаривали, держа подбородки поднятыми, а грудь надутой.

Студентка, которую называли Афиной, выделялась атлетическим телом и длинными стройными ногами, подчеркнутыми униформой. Ее свирепый взгляд впился в меня из-под темной челки. Отбросив ее провокацию как милое приветствие, я перевел взгляд на блондина, который выглядел так, будто провел слишком много времени перед зеркалом.

По сравнению со своей бесцеремонной одноклассницей, студент Паллисун встречал всех с натянутой улыбкой, которая, казалось, выражала его высокомерие более скрытым образом. Наблюдая за подростком в его белом костюме, который был расшит единственным украшенным наплечником, я вспомнил радужного гуся, демонстрирующего свои перья во время брачного сезона. Реджис усмехнулся моему сравнению, соглашаясь со мной.

В конце концов вся троица направилась ко мне. За ними следовала свита горожан, делавших все возможное, чтобы выслужиться перед ними или хотя бы заставить посмотреть в их сторону.

— Честь принимать Восходящего во время данного мероприятия” — нараспев произнес старший представитель, выражение его лица не совсем соответствовало словам. “Меня зовут Кромли из Крови Мандрика. Это моя внучка, Афина, — представил он, указывая на студентку, сидевшую на его столе. “А этот студент-Паллисун из Крови Блейзер.

Вы оба, представьтесь. Афина опустила голову, немного неохотно.

— Афина Крови Мандрика.

— Паллисун, который был примерно моего роста, но немного крупнее, оглядел меня с головы до ног.

— Паллисун Крови Блейзер, — поприветствовал он, выпуская немного маны, которая крепко прилипла к его телу, чтобы продемонстрировать свой контроль.

‘Ну и мана, — рассудил Реджис.

— Приятно познакомиться со всеми вами.

И еще раз спасибо, что взяли меня с собой в Арамур, — сказал я Комеру с любезной улыбкой. “Ничего особенного, — смиренно ответил он.

— Услышав, что в нашем городе появился восходящий, старейшина Кромли привел с собой лучших студентов Академии Штормкоув, — объяснил шеф Мейсон.

— Да, хотя они еще не могут сравниться с восходящим Греем, они оба будут переведены на инстут Восходящих в Центральном домене, — презрительно бросил взгляд представитель Штормкоув на главу города.

Я посмотрел на двух студентов с небрежной улыбкой.

— Заранее поздравляю.

— Паллисун вытянул шею, чтобы оказаться еще на дюйм выше меня, и ответил: “Вы кажетесь очень молодым, уважаемый восходящий. Я не могу себе представить, что у вас есть большой опыт, но я с удовольствием послушаю ваши истории о реликтовых гробницах.

Реджис ощетинился.

— Пожалуйста, позволь мне унизить этого мальца.

— Это ниже нашего достоинства-запугивать их.

К тому же я нарочно их травлю, быстро послал я Реджису, прежде чем ответить тщеславному блондину.

“Это довольно приятное место для прогулки. Не хотите ли присоединиться ко мне в следующий раз, когда я пойду?- Спросил я, подмигнув.

В толпе вокруг нас раздалось несколько смешков. Бровь Паллисуна дернулась в сдерживаемом раздражении, но он тоже рассмеялся.

“Пожалуйста, извините меня, я пойду выпью, — сказал Паллисун с вымученной улыбкой. “Пойдем, Афина. Оба студента развернулись и направились к одному из столов позади них.

Когда они это сделали, я заметил, что их спины были покрыты, скрывая их руны. Не зацикливаясь на этом, я устроился поудобнее на выступе, откуда открывался вид на выставку. Внизу ведущий, ответственный за медиа-мероприятие, заставлял студентов ходить по кругу, чтобы помахать аудитории.

Раздались радостные возгласы, когда большинство студентов направились прочь с центрального поля, оставив позади только одну группу студентов, которые выглядели примерно от восьми до десяти лет.





Глава 275




ОДИН РАЗ В ЖИЗНИ

Мне стало немного не по себе. Сын шефа Мейсона, Брэкстон, выиграл турнир нападающих, а это означало, что его отправят в Арамур, чтобы он стал студентом Академии Штормков.

В любой другой день Брэкстон стал бы центром внимания и объектом зависти его сверстников и даже родителей этих сверстников. Не только Брэкстон, но и статус его семьи Энре повысится в Маэрине и — если он преуспеет в академии Штормков — во всем Арамуре.

Однако, когда Эйр Кромли поздравил Брэкстона с победой на турнире и вполголоса выразил надежду увидеть его в Штормкове, старый представитель практически столкнул бедного мальчика со сцены и объявил о «единственном в жизни событии» для представителей четырех городов, собравшихся здесь сегодня.

Толпа быстро забыла о соревновании и разразилась радостными криками, когда мы с двумя его учениками вышли на сцену, а между нами стоял сам Кромли. Рабочие сдвинули платформы, которые использовались для студенческих боев, так как нам нужно было больше места, предоставив нам выровненный земляной пол арены.

«Спасибо, что согласились сражаться против нас, — крикнул Паллисун, стоявший в дюжине ярдов от Афины. — Мы боялись, что вы откажетесь».

«Пожалуйста», — сказал я с улыбкой, игнорируя высокомерную нотку в его благодарности. И он, и его спутница сменили свой официальный гардероб. Их броня выглядела скорее для модного показа, нежели для битв, но их оружие было совсем особенным.

Паллисун вытащил из кольца измерений гробовый щит, который был почти таким же высоким, как он сам, и вдвое шире. Тем временем Афина сжимала в правой руке клеймор с перламутровым клинком, а на ее предплечье красовался серебряный браслет.

“Согласно стандартным правилам нелетальных дуэлей, оружие разрешено, но должно быть тупым,” — объявил Кромли, встав между нами.

Все трое молча ждали, когда я выберу оружие, но я махнул рукой.

-«Я буду драться голыми руками».

Афина шагнула вперед, глаза ее сузились: “Вы хотите обвинить в своем поражении отсутствие оружия, восходящий Грей?”

«Черт! Они такие нахальные», — прорычал Реджис, ощетинившись от гнева внутри меня.

«Я обещаю винить в поражении только себя, — спокойно ответил я, прежде чем повернуться к Кромли. — А теперь мы можем начать?»

Старик закашлялся и отступил на несколько шагов, высоко подняв правую руку.

«Начинайте!»- Кромли опустил руку.

Толпа тут же зааплодировала, когда Паллисун поднял свой щит, чтобы прикрыть себя и свою напарницу, внимательно изучая меня. Я подумал об том, что они понятия не имели, был ли я заклинателем, щитом или нападающим. После короткой паузы оба моих противника бросились вперед. Хотя они были скрыты от глаз большим щитом, я чувствовал, используя окружающий эфир, что Афина готовится к атаке.

Приняв дуэльную стойку с расслабленными руками, свисающими по бокам, я размышлял, как мне быть с этим. По видимым волнам маны, исходящим от них обоих, можно было с уверенностью предположить, что их уровень граничил с уровнем авантюриста ранга А-возможно, даже больше.

С моими запасами эфира, едва достигающими отметки в десять процентов, опасности было достаточно, чтобы держать меня в напряжении. Паллисун поднял бурю пыли позади себя, и направил свою атаку на меня. Уклониться с траектории его выпада было достаточно просто, но Афина ждала этого, размахивая своим клеймором. Темные волосы Афины развевались на ветру, когда она описала широкую дугу, продолжая выпад.

Тем временем Паллисун сделал резкий поворот, сопровождаемый точными порывами ветра, и его щит замерцал всего в нескольких футах от него, как бык, вставший на дыбы. «Тебе придется сделать больше, чем просто уворачиваться!» — взревел студент со щитом. Их движения были хорошо отработаны. Афина использовала Паллисуна, чтобы ограничить мой взгляд на нее, — в то время как она выпустила серию атак.

Глядя на них, сражающих вместе, я бы не сомневался в их способности соперничать даже с ветераном-авантюристом ранга АА. К сожалению, с моим опытом, дополненным нечеловеческими рефлексами, которые я унаследовал, они с таким же успехом могли бы просто выкрикивать свои намерения.

Развернувшись на одной ноге, я перенаправил следующий выпад Афины, положив ладонь на ее плоский клинок. В тот же миг я воткнул вторую ногу в землю как раз в тот момент, когда Паллисун собирался схватить меня. Моя нога преградила Паллисуну путь, и он перелетел через мое плечо, едва удерживая щит. Афина вложила большую часть своего веса в этот выпад, заставив свое тело дернуться вперед, но ее удар промахнулся.





Глава 276




ГЛУБОКОЕ ПОГРУЖЕНИЕ

Невзрачный черный камень повис в воздухе, почти коснувшись потолка, прежде чем упасть обратно в мою руку. Я бросил его снова, как делал это в течение последнего часа, думая о том, что делать с реликвией.

В это время Реджис ритмично постукивал хвостом. Он сидел около моей кровати примерно столько же, его глаза следили за камнем, как голодная собака за мясом. Единственное, чего не хватало, — это высунутого языка и слюны, вытекающей изо рта. Разумное оружие, способное к массовому уничтожению, дарованное асурами.

“Я не отдам это тебе”, — сказал я решительно, несмотря на подсознательную мольбу Реджиса.

“Да ладно тебе! Ты обещал процент от всего эфира, который потребляешь, — воскликнул он.

— Я еще не решил, буду ли я потреблять эфир из этой реликвии.”

— Почему бы тебе не поглотить его? Этого же даже Агрона не может сделать; иначе он, вероятно, хранил бы все мертвые реликвии, — возразил он, ошеломленный.

“Мертвая или нет, но это все равно реликвия, — ответил я, ловя черный камень в руку, и сел на кровать.

Мое продвижение с краеугольным камнем—название, которое я придумал для кубовидной реликвии—было медленным, но становилось все более очевидно, что знание, хранящееся внутри него было чрезвычайно мощным.

— Если я смогу каким-то образом подключиться к этой реликвии, возможно, я смогу получить представление о новой Руне Бога, — продолжил я. — А может быть, эта штука на самом деле оружие или какой-то инструмент.”

Реджис удрученно опустил уши. — Если Агрона, который Бог знает сколько времени возится с реликвиями, не может этого понять, то как это собираешься сделать ты?”

— Использовать мои врожденные преимущества, пока я не смогу понять это?” Я пожал плечами с безразличным видом. — Я тоже испытываю искушение поглотить эфир, чтобы очистить мое ядро, но я не хочу делать ничего, что я не смогу исправить.”

— И что же ты собираешься с ним делать до тех пор? Повесить его на трость, как тот старик? — Возразил Реджис, недовольно прищурившись.

— Я ухмыльнулся. — Может быть, я просто повешу его на палку и буду болтать им у тебя перед носом, пока буду водить тебя по городу.”

“Какой ты грубый.”

Я издал смешок. — Тогда перестань смотреть на него, как на кость.”

Фыркнув, мой могучий питомец отвернулся и забился в угол, надувшись на меня.

Вздохнув, я подошел к большому окну, выходящему на одну из главных улиц Арамура. Внизу виднелись многолюдные тротуары, перегораживающие четырехполосную дорогу, предназначенную для экипажей. Витрины магазинов с яркими навесами переливались разнообразными красками.

Поместив свою новоприобретенную реликвию в руну измерения, я направился к двери.

Реджис насторожился, услышав звук моих шагов. — Опять направляешься в библиотеку?”

“Угу,” ответил я. — Ты опять собираешься остаться?”

— Вполне возможно. Я все равно там засну, — проворчал он. — По крайней мере, здесь я могу впитывать окружающий эфир.”

“Я обещаю, что позволю тебе снова поглотить мой эфир, как только мы вернемся в реликтовые гробницы, — сказал я извиняющимся тоном, прежде чем направиться к двери.

Выйдя на людную улицу, я огляделся. У меня вошло в привычку на каждую прогулку выбирать новый маршрут, не только осматривая достопримечательности оживленного города, но и наблюдая за поведением людей.

Со времени моей дуэли с Афиной и Паллисуном прошло четыре дня. Забрав свой приз у Кромли и уничтожив записывающие артефакты, которые он установил, я попрощался с маленьким и мирным городком Маэрин.

Лорени, Майла и страоста Мэйсон были единственными, о ком я волновался настолько, чтобы попрощаться. Я предполагал, что Майла отправится в Арамур вместе с нами, но оказалось, что из-за того, насколько редким был часовой с ее врожденными способностями, ее отправят в более крупный город, способный должным образом проверить ее.

Обычно словоохотливая Майла не проронила ни слова, пока Лорени объясняла все это со всем энтузиазмом, на который была способна, но на тот момент я уже ушел. Две сестры помогали мне с тех пор, как я приехал в Алакрию, и я был благодарен им, но это было все.

Белмун, лохматый парень, который пытался заставить меня взять его в ученики, пришел с нами вместе с Бракстоном и старшим мужчиной из Маэрина, которого я не узнал.

Вся компания из Академии Штормкоув была в отвратительном настроении с тех пор, как я победил их в дуэли, и они признали их поражение. К счастью, путешествие до Арамура было коротким—почти мгновенным. Войдя в назначенный посадочный порт на краю территории академии, Кромли вручил мне листок бумаги и объяснил, как добраться до гостиницы, где я смогу найти удобное жилье, а затем попрощался.

Я видел, как Бельмун широко улыбнулся мне, прежде чем он и Брэкстон нетерпеливо последовали за представителями Академия Штормкоув. За ними бесшумно следовал смотритель, приставленный к ним из Маэрина.





Глава 277. Взаимовыгодное партнерство




— Вот зачем нужна дорогая выпивка! — пьяница ударил стакан с глухим стуком о барный столик.

— Ну же, красавчик. Сделай глоток!»

Я уставился на седого старика, по уголкам его рта в бороду стекала карамельная, и удивился, как я оказался в такой ситуации.

После того, как пьяница, представившийся Алариком, прервал меня в библиотеке и спросил, с какого континента я прибыл, я быстро вытащил его наружу для некоторых ответов.

Аларик отказался говорить что-либо еще, не получив ничего взамен. И вот, алкоголик захотел…спиртного.

Затем он повел меня в свое любимое заведение, которое было удивительно высококлассным для человека, который даже не носил обувь. С тех пор мы сидели здесь, в темном углу бара, вдали от других посетителей, разбросанных по всему бару.

Резко выдохнув, я поднял свой стакан и залпом выпил ром.

Гладкий ожог омыл мой рот и горло, сопровождаемый сладкой и дубовой волной вкуса, которая задержалась на моем языке.

— Ну вот, счастлив? — Я бросил вызов, когда пьяница махнул рукой бармену, требуя добавки.

— Я был бы счастлив, если бы вы заказали всю бутылку, — сказал старик, слегка подтолкнув меня локтем.

— А как насчет этого? Я поставил перед ним наполненный стакан и начал медленно выливать ром в раковину с другой стороны.

— Нет!- Протянул Аларик, потянув меня за руку, что заставило меня пролить еще больше Рома. — Хватит!»

Я поставила полупустую рюмку обратно перед мужчиной, который быстро выхватил ее из моих рук.

— Что за больной ублюдок выбрасывает хороший ром, — проворчал он.

Приподняв бровь, он, казалось, понял, что я больше не в настроении потакать ему.

— Видишь ли… — таинственно прошептал Аларик, наклонившись ближе. — У меня есть герб, который говорит мне, что ты не отсюда.»

Я невозмутимо уставился на старика.

— Он подмигнул мне. — Просто шучу.»

Мое раздражение сменилось гневом. Я должен был догадаться, что этот алкоголик просто издевается надо мной.

Я встал, чтобы уйти, когда пьяница заговорил снова.

— Мне не нужна магия, чтобы понять это.- Он театрально закатил глаза. — Любой, у кого есть хоть половина мозга, мог бы сказать, если бы он провел некоторое время, наблюдая за тобой.»

-Ты следил за мной?»Я спросил, садясь обратно.

— Только потому, что ты выделяешься. Ты ведешь себя как закаленный воин, но твое телосложение и безупречная кожа говорит о том, что ты либо дворянин, заклинатель, студент, либо все трое. — Аларик допил ром в своем стакане, прежде чем продолжить, -как будто это не достаточно странно, ты выглядишь и ведешь себя как турист, приехавший с далекого аванпоста.»

Он помахал рукой вверх и вниз, изучая меня небрежным взглядом. — Ты ходячий клубок противоречий. Теперь, если бы ты был в более военном или политическом Доминионе, таком как Вечор или Центральный Доминион, я бы поставил свои несуществующие деньги на то, что ты сядешь в наручники меньше чем за день.»

Я издал презрительный смешок. — Так почему же я до сих пор не вызвал подозрений?»

«О, возможно, так оно и есть, — задумчиво произнес он. — Подозрение, любопытство, интерес — все это вместе взятое. Просто Этрил всегда был центром разнообразных путешественников, и чем хуже они поступали, тем больше удивлялись и молча судили.»

После более тщательного осмотра заведения, в котором мы находились, я повернулась к Аларику.

— Если предположить, что ты сказал правду, то какова причина, по которой ты объявился? — Я понизил голос до более угрожающего тона. — А тебе не приходило в голову, что я могу просто избавиться от тебя?»

— В этом месте, где есть свидетели?» спросил он, хлопая глазами. — Поверь мне, малыш. Если бы я хотел сдать тебя, то сделал бы это с безопасного расстояния, но что это мне Даст?»

— Прошу прощения?» Вмешался я.

— Я ничего не получу, если сдам тебя полиции. — Аларик сделал паузу, наклоняясь ближе для драматического эффекта. — Если бы я, скажем, помог тебе вместо этого, я уверен, мы могли бы заключить какую-нибудь сделку.»

Я усмехнулся, качая головой. — По-моему, ты слишком много выпил. Кроме того, у меня не так уж много денег.»

«О, я в этом не сомневаюсь, — согласился он. — Но я узнаю золотой билет, когда он трепещет у меня перед носом.»

К этому времени я уже чувствовал себя немного неуютно, боясь, что кто-нибудь подслушает. Аларик, должно быть, заметил это, потому что махнул рукой, отпуская ее. «Расслабься. Я загораживал звук вокруг нас, так что никто не слышал ничего из того, что мы говорили.»

Может быть, поэтому Аларик жестом попросил налить ему еще, вместо того чтобы попросить?

Разочарованный в себе за то, что не заметил этого, и разочарованный тем, как мое отсутствие восприятия маны мешало мне в подобных случаях, я вздохнул. — Значит, ты говоришь это, хотя и думаешь, что … —»

«Знаю,» поправил он.

— Думая, что я не отсюда,» подчеркнул я. — Ты предпочитаешь заключить со мной сделку, а не сдавать меня полиции?»

Он бросил на меня сонный взгляд. — Разве это так странно?»

«Просто люди из этого города кажутся такими почтительными к Верховному правителю,» сказал я.

— Какое отношение мое уважение или неуважение к Вритре имеет к помощи беженцу?» съязвил он.ы

«Хорошо,» согласился я. — Давай предположим, что твои подозрения верны. Что ты можешь мне предложить и что именно ты хочешь взамен?»

— Ты восходящий, или, по крайней мере, пытаешься выдать себя за него, верно?- спросил он.

— Откуда ты знаешь?»

— Гостиница, в которой ты остановился, обслуживает в основном восходящих, поскольку в этом городе есть камера Вознесения,» он ответил пренебрежительно: «А теперь. Перейдем к первой строке вопросов. Я помогу тебе слиться с толпой, чтобы ты не торчал, как бронированный Тролль на городской площади, без лишних вопросов.»

«И не задашь лишних вопросов?» Эхом отозвался я, заинтересовавшись.

«Честно говоря, мне наплевать, кто ты такой, — ответил он, помешивая карамельную жидкость в своем стакане. — Но дело не в этом. Я также помогу тебе подготовиться к восхождениям.»





Глава 278. Смешаться с толпой




— Это уже пятый наряд. Неужели все это необходимо? — Простонал я, выходя из своей раздевалки в смотровую.

Снаружи меня ждало множество сотрудников, работающих в дорогом бутике одежды, а также клиентов.

— Малыш, ты знаешь, сколько именитых кровей ищут меня только для того, чтобы попасть в мой список ожидания? Я занимаюсь этим только потому что старый болван попросил меня об одолжении, — отрезала очкастая старуха, которую Аларик представил, как Одиль.

Ее каблуки стучали по кафельному полу, когда она шла позади меня, связывая мои волосы тонкой ниткой.

— Хотя… — Одиль обратила свой острый взгляд на «публику», взволнованно наблюдавшую за нами. — Мне кажется, что этого недостаточно, поскольку мои сотрудники также сочли нужным предложить свои профессиональные советы.»

Служащие в униформе, рассеянные в толпе примерно из двадцати человек, начали нервно посмеиваться, прежде чем заговорил светловолосый клерк. — Все гости тоже здесь, мадам Одиль. Мы просто присматриваем за ними.»

Женщина, которая вела меня к зеркалам, насмешливо фыркнула, но ничего не сказала и толкнула меня на платформу.

— Некогда квадроэлементальное копье, теперь обладающее телосложением и способностями асуры, стало…куклой для переодевания.- Насмешливо посетовал Реджис. ‘О, как пали сильные мира сего!’

Продолжай в том же духе, и я куплю тебе красивую цветочную заколку, которая подчеркнет твою фиолетовую гриву.

Реджис издал смешок.

— Твои плечи кажутся уже, когда ты так напряжен! Мы идем за уверенностью! — Фыркнула Одиль, пальцами зачесывая назад короткие седые волосы. — Великий Вритра, я не понимаю, чего ты должен стыдиться своего лица и тела.»

В толпе раздался тревожный хор согласия, и хотя я ненавидел привлекать к себе внимание, я должен был согласиться, что у Одиль было довольно хорошее чувство стиля, против которого я не возражал.

Я посмотрел на себя в трехкратное зеркало. В отличие от плотно облегающих доспехов, которые я подобрал в реликтовых гробницах, Одиль надела на меня белую рубашку, заправленную в черные брюки. Вместо галстука или жилета она велела мне надеть

черный свитер и темно-синее пальто. В качестве последнего штриха Одиль надела то, что она называла стойкой воротника, которая подчеркивала мой костюм, чтобы придать ему тот «стильный благородный вид», о котором она постоянно говорила.

Мне это нравилось. Это было немного более…современно, чем я ожидал—этот наряд легко мог быть чем-то, что я мог видеть в своем старом мире. Но я не был ходячим радужным гусем, как некоторые из здешних обитателей. Честно говоря, пока это позволяло мне сливаться с толпой, я не мог просить большего.

«Он довольно плаксивый мальчик, но я знал, что ты захочешь прибрать его к рукам, -подхватил Аларик. Старый пьяница тоже умылся, подстриг волосы и бороду и переоделся в совершенно черный костюм. В данный момент он закрывал занавес, чтобы отгородиться от собравшихся зрителей, к их большому разочарованию.

— Я просто хотела бы, чтобы вы сказали мне заранее, чтобы я могла достать артефакт для захвата изображений, — сказала Одиль со вздохом.

Она вырвалась из оцепенения и ткнула пальцем в Аларика. — Это не меняет того факта, что я оказал тебе услугу, старый пьяница! Не смей скрывать это.»

Аларик умиротворяюще поднял руки—одна из которых все еще сжимала бутылку рома. -Я не собирался делать ничего подобного, моя любимая старуха.»

— Ты все еще пьешь?» Спросил я раздраженно. — Как ты собираешься справляться с похмельем после всего выпитого алкоголя?»

— Ты не можешь получить похмелье, если всегда пьян, — сказал он глубокомысленно, постукивая пальцем по виску.

Я открыл рот, чтобы что-то сказать, в то время как Аларик уставился на меня, как будто вызывая меня опровергнуть его точку зрения. Мои слова прозвучали как неразборчивое ворчание.

Собрав в буквальном смысле слова кучу одежды, которую выбрала для меня Одиль, и отнеся ее к стойке, чтобы расплатиться, я столкнулся с растерянным продавцом.

— Ваша одежда уже оплачена мадам Одиль, — сказала она, укладывая мои вещи в сумку.

«О, — Я посмотрел на кучу одежды, которая была разбросана по прилавку. — Здесь очень много одежды. Мне было бы удобнее платить.»

«Прими это, дорогой моя. Это капиталовложение с моей стороны, — раздался сзади хриплый голос Одиль. Я обернулся и увидел, что она идет рядом с Алариком, ко мне.

— Похоже, старый болван нашел кого-то интересного, и я захотела принять в этом участие.»

— Пошли, Грей. Прежде чем она попытается обобрать меня еще больше, — ворчливо пробормотал Аларик.

Аларик и я вернулись на оживленные улицы, где солнце уже начало садиться. Курьер должен был доставить нашу новую одежду в гостиницу, что оставляло нам только одну последнюю остановку на день.

— Послушай, мой милый племянник, — начал Аларик, прогуливаясь рядом со мной, когда мы выходили из торгового района.

— Если мы хотим как можно скорее получить для тебя значок восходящего, не связывая тебя с каким-либо учреждением, вот что мы должны сделать…»

Старый пьяница принялся объяснять свой план. В основном, Аларик будет изображать моего дядю, который учил меня оттачивать мою магию и навыки выживания с момента моего посвящения, так как я не собирался быть торговцем, как мой отец. Теперь, когда я достиг совершеннолетия и прошел тщательную подготовку, он будет тем, кто поручится за меня, чтобы пройти оценку.

Я приподнял бровь. — Значит, кто-то может просто поручиться за тебя, чтобы пройти тест?»

— Не говори глупостей. Именно потому, что твой дядя-сам вышедший на пенсию восходитель, он может поручиться за тебя, — сказал Аларик с дерзкой усмешкой. — К сожалению, одного теста будет недостаточно.»

— Что ты имеешь в виду?»

—Тебя придется принять участие в одном восхождении-и выжить—вместе с опытным отрядом,» объяснил он.





Глава 279: Восхождение 101




Появилось три гигантских паука, каждый из них был одет в рунический доспех, который защищал основное тело похожее на луковицу, а также подергивающие ноги, пауки выпустили серию стрекочущих шипений, я задался вопросом, как они вытащили этих зверей из Реликтомб.

«Может быть, они просто обычные мана-звери с поверхности?» ответил Реджи.

А. Ты, наверное, прав, однако мы не сможем это сейчас выяснить—

Самый гигантский паук с броней начал мчаться ко мне прервав разговор с Реджи. Несмотря на большое строение паука, он двигался невероятно быстро.

Руны на моем костюме стали светиться ярче, когда одна из когтеподобных ног паука прорезала воздух возле меня.

«Эй, как ты думаешь, руны твоей снаряги реагируют на руны паучьей брони?» спросил Реджи.

Сертификация не была моей областью специализации, но я считаю, что Реджи, скорее всего, был близок. Возможно, теневые судьи сверху могли отслеживать мой пэрформенс с помощью рун, подобно тому, как Эмили помогала мне тренироваться в замке. Я могу просто представить, какими были бы Эмили или Гидеон, если бы они увидели что-то подобное из первых рук.

Вообще-то, Гидеон, наверное, притворялся бы не заинтересованным и ворчливым от зависти, подумал я с улыбкой.

Я уклонился от очередного шквала ударов паука, глядя в сторону двух других, которые все еще ждали на краю зала испытаний.

Гигантский паук бросился на меня, и я схватил его за клыки, держа его на расстоянии вытянутой руки. «Извините?» Позвал я, одновременно обращая в импульс его же паучью атаку, использовав его собственный вес, чтобы отправить его катиться дальше. «Что именно я должен сделать чтобы пройти оценку?»

Ответа не последовало

Разочарованный и колеблющийся делать всё, что может спалить мою настоящую силу, я продолжал защищаться от беспощадного наступления первого паука, я чувствовал себя мышью, которая убегала от тарантула. Когда я отступил назад от очередного разреза когтей паука, в моей голове прозвучало предупреждение, и я был вынужден повернуться и сделать кувырок в сторону, чтобы избежать удара клыками второго паука, который внезапно пришел в движение и присоединился к битве. Если бы доспехи мана зверей были сконструированы так, чтобы они были более безшумными, я, наверное, не услышал бы вовремя, быстрое приближение существа.

«Что, по-твоему, случится, если эти твари тебя укусят? Умирают ли люди в оценке?”

Спасибо за заботу, но я в порядке, вернулся я к размышлениям, проскальзывая под одной из толстых ног паука в то время, как другая направилась в меня, в результате чего они с грохотом столкнулись.

«Я не волнуюсь, мне скучно».

Слова моего спутника заставили меня задуматься, и поэтому я начал экспериментировать, специально позволив нескольким паучьим ударам попасть по мне.

Удивительно, но, несмотря на скорость, с которой паук ударил, большая часть силы при контакте была подавлена, как будто пеннокостюм, который я носил, был толщиной в несколько футов, а не в несколько миллиметров.

«Тебе стоит выяснить, что случится, если ты случайно пропустишь удар по лицу,» предложил Реджи, наполовину из любопытства, наполовину ради собственного развлечения.

Несмотря на очевидные намерения Реджи, мне тоже стало любопытно. Я подождал, пока третий паук оживет и присоединится к своим собратьям, а затем, сразу же после того, как я увернулся от одного из клыков паука, позволив пауку номер три ударить снизу по моей щеке его передней конечностью.

Руны вокруг воротника моего костюма загорелись, заключив всю мою голову в серебристый купол. Руны, окружавшие конечность, которая вот-вот должна была поразить мою щеку, также вспыхнули оживившись, и как только они соприкоснулись с защитным барьером вокруг моей головы, мы оба были отбиты сотрясающей силой.

Я прокрутился в воздухе, приземлился на ноги как раз в то время тела трех пауков опустились. Они медленно устремились к плиткам, из которых они вышли, как будто их отругали, а затем плитки закрылись за ними.

«Теперь начнется следующая оценка» заявил экзаменатор, наблюдая за стеклянным окном, — его голос звучал эхом по всему залу.

Когда последнее эхо от голоса затухло, вся испытательная камера начала дрожать, а плитки на земле и стены стали раздвигаться наружу, образуя квадратные столбы. Плитка, на которой я стоял, подняла меня на несколько футов вверх, затем вода начала заливать комнату подо мной.

«Захватите драгоценный камень, расположенный в верхней части оценочного зала, прежде чем вода коснется вас,» приказал голос. «Начинайте.»

Я закатил глаза. По крайней мере, в этот раз у меня были четкие инструкции.

_______________

Не теряя времени, я направил эфир в ноги и прыгнул с платформы на платформу. Вся камера была преобразована в своего рода вертикальный лабиринт, с прямоугольными платформами, перекрещивающимися друг с другом, чтобы закрыть мой обзор на вершину.

Кроме того, платформы перемещались через случайные промежутки времени, держа меня на носках больше, чем огромные пауки.

Несмотря на это, с моими драконьим телосложением и эфирными улучшениями, вторая оценка представляла собой не более чем повседневный подъем вверх по детской шведской стенке. Высоко над уровнем, где я сражался с пауками, я нашел кристалл размером с кулак, подвешенный к центру потолка. Подо мной вода заполнила меньше четверти пространства.

Как только я схватил кристалл, платформы медленно отступили, и вода стекала через ряд пустых плиток в полу. Столб, на котором я стоял, начал опускаться до тех пор, пока я снова не оказался в пустой квадратной комнате.

После того, как вода была полностью слита, и камера вернулась к первоначальному пустому виду, квадраты расположенные в центре комнаты начали светиться тусклым голубым светом. Один квадрат из одного угла стал светится белым цветом.

«Пожалуйста, наступите на белый квадрат», объявил судья своим жутким, эхометрическим голосом. Я сделал, как меня просили, хотя часть моего разума сказала мне, что это глупо. Что я на самом деле знал об этом месте? Они могли обнаружить мое отсутствие маны, или Аларик мог сдать меня, а если сделав шаг на этот белый квадрат меня расщепит на атомы, или телепортирует в тюремную камеру, или—

Я встрепенулся до того, как выкопал себя в яму и охладил нервы. У них не было причин считать меня подозрительным, и я уже решился довериться алкашу. Я был в сердце вражеской империи, но здесь я был Грей, а не Артур Лейвин.

Как только я встал обеими ногами, крепко расположившись на белом квадрате, дальнейшие инструкции последовали сверху вниз от теней.

«Наступайте только на белую плитку. Ваша цель — добраться до черной плитки» — одна синяя плитка стала черной в противоположном углу от того места, где я стоял — «не покидая платформы и не касаясь синей плитки. Вы должны сделать это до того, как потеряете сознание от потери маны.»

«Подожди, что он только что—”

Реджи оборвался, как только всасывающее давление начало тянуть каждый мой сантиметр, и я почувствовал, как эфир в моем теле вытягивается по каналам. Как, черт возьми?

«Это как та платформа в Реликтомбах!» Реджи кричал у меня в голове. «Должно быть, они смоделировали это место после тех сумасшедших экспериментов джиннов.»

Он точно был прав. Я тут же втянул весь свой эфир обратно в ядро, подобно тому, как я делал рукой возвращаясь в Реликтомбы, и это, казалось, сработало. Мое физическое тело было ослаблено из-за отсутствия усиления, но это резко замедлило скорость, с которой эфир высасывался из моего тела.

Держу пари, что они даже не понимают, что они создали здесь. Они никак не могут знать, что этим местом можно манипулировать эфиром так же хорошо, как и маной.

“Наверное, это хорошо. Потное, болезненное выражение твоего лица ничего не выдает».

Я вдруг понял, что во время разговора с Реджи плитка перед моими ногами стала белой, а плитка под ногами медленно посинела. Я быстро шагнул вперед, и плитка позади меня мгновенно изменилась на тот же светящийся синий оттенок, что и остальные плитки. Кроме площади, на которой я стоял, одна плитка справа от меня и одна плитка передо мной также были белыми.

Это тоже было знакомо. Это было не совсем то же самое, что головоломка с вращающейся платформой, на которой я передвигался в Реликтомбах, но она была похожа по данным условиям: иллюзии, которых я не мог видеть, пока не становился на них.





Глава 280: Как выживать? (или Руководство восхожденца со второго этажа том 2)




«По твоему блуждающему взгляду я вижу, что ты здесь новенький. Ну, удача улыбнулась тебе! Только сегодня, только у нас для тебя—»(Добрый вечер, я представитель компании Орифлейм…)

«Не интересует,» прервал я, отмахиваясь от тощего мужчины с блестящими, зализанными назад волосами.

Я сделал всего лишь четыре шага, перед тем как был остановлен другим жителем первого этажа. Маленькая девочка, одетая в короткую боевую юбку, слишком уж короткую, чтобы обеспечить какое-либо прикрытие в бою, прикоснулась своей рукой к моей и посмотрела на меня.

«Хочешь присоединиться к моей команде? В команде только девочки, и нам бы очень хотелось, чтобы рядом был такой сильный, хладнокровный мужчина, как ты,” сказала она, хлопая глазками.

Я прибыл на первый этаж менее десяти минут назад, и это был уже седьмой раз, когда меня остановили. Даже после всех предупреждений Аларика, я не ожидал, что все будет настолько плохо.

Потеряв терпение, я выпустил легкую вибрацию эфирного давления.

Рябь пульсации прошла сквозь окружавшую толпу, когда они застыли и укрылись от источника давления. У девушки широко открылись глаза, и она отступила, глядя на меня, как на демона.

«Прочь, грязная девчонка!» Реджи театрально заявил в моей голове, как только девчонка унеслась со всех ног.

Кроме постоянного движения рабочих и постоянно присутствующих барыг, на первом этаже было не на что смотреть. Воздух был душным, и пах потом, грязью, экскрементами.

Первый этаж тянулся на мили по обе стороны от меня, и я даже не мог видеть потолок над нами… надеюсь он хотя бы есть. Судя по тому, что я могу рассказать, природного света не было. Широкие дорожки освещались комбинацией факелов и кранов, держащих высоко над головами паутину световых шариков.

Большую часть пространства, которое я мог видеть на основном пути, попадались огромные каменоломни, а еще большие огороженные поля с высокой оранжевой травой, где бездумно блуждали скотоподобные звери.

Вся территория представляла собой гамму звуков из шлифования металла, грохота разбивания камней, далекого животного мычания и множества громких разговоров, борющихся друг с другом за главенство. Тем временем, восходящие толпами подошли к воротам телепортации, ведущим на второй этаж.

Когда я приблизился к воротам, толпа восходящих направилась в него, помимо этого уже выстроилась следующая очередь, в которой все стояли друг за другом. Пара навязчивых охранников — на спинах которых демонстрационно изображались руны были очерчены армированной униформой, охрана проверяла каждого человека на значок восходящего, прежде чем пропустить его.

Когда настала моя очередь, охранник вытянул армированную рукавицу, осмотрев меня сверху донизу. «Значок?»

Я дал ему свой значок. После быстрого осмотра охранник пустил издевку и вернул его мне. «Удачи тебе в подготовке, вогарт»

Несмотря на то, что я был раздражен очевидным унижением, я проигнорировал комментарий и осторожно прошел через стеклообразный портал, ведущий на второй этаж.

Я был уставшим, раздраженным и напряженным те полчаса пока находился на первом этаже, но все эти негативные чувства полностью улетучились, когда передо мной открылся вид.

«Мама моя женщина…» Со свистом выкинул Реджи.

Второй этаж не был похож на промышленную пустошь, из которой я только что прибыл, и полностью отличался от того, что я сам себе напредставлял.

Это был целый город, несколько миль в ширину, построенный под лучезарным, бессолнечным небом. Улицы были вымощены декоративной плиткой, которая сверкала под сияющими голубыми просторами над головой.

Вдоль улицы, аккуратно размещены, парящие шары, заполненные мягким светом, элегантные уличные фонари, придающие улицам почти неземную изюминку.

«Вон с дороги!» хриплый голос лаял позади меня.

Я вышел из своего оцепенения, извиняясь перед этим грубым человеком, а потом пошел вперёд. Это было слишком, даже для того, кто жил в летающем городе.

Улицы были заполнены, но никогда не перегружены восходящими кругом. Это было похоже на возвращение в Зал Гильдии Приключенцев в Ксайрусе, только этот немного шире, сравнимый с целым городом.

Как и предпологал Аларик, предприятия, обслуживающие восходящих, являются вездесущими. Над многослойными витринами висели украшенные таблички, на которых рекламировалось все — от кузнецов до мясников. Я видел несколько магазинов, специализирующихся на создании и ремонте конкретных видов оружия, рынки, где можно найти что-то для простых потребностей, такие как сухой паек или новая пара сапог, и я даже нашел впечатляющее здание, рекламирующее внушительный сервис ( ͡° ͜ʖ ͡°) за артефакты и награды.

Однако больше всего я видел гостиниц. Фактически, большинство многоэтажных кирпичных зданий с различной цветовой гаммой и декорациями были гостиницами, все они рекламировали долгосрочную аренду помещений, чаще всего оплачиваемую по месяцам, а не по дням.

«Аларик был прав. Ты можешь провести здесь всю свою жизнь,» пробормотал я шепотом…

«Сконцентрируйся! Ты выглядишь как сельский кабачок. Помни, мы тут из-за твоего восхождения,» сказал Реджи, хотя он был так же поглощен достопримечательностями, как и я.

Я понял, что настолько увлекся, что не знал, в какую сторону идти в поиске команды. Аларик дал несколько советов, что искать в потенциальных товарищах по команде и какими примерно будут переговоры, что следует от них ожидать, но его указания по навигации на втором уровне были, как я понял, довольно поверхностными.

___________

Возвращаясь прямиком к порталу, с которого я вышел, я искал любого рабочего или охранника, кто мог бы помочь указать в нужное направление. С этой стороны портала, при этом, оттуда выходили восходящие постоянным потоком.

«Извините?» сказал Я, постучав по плечу прохожего. «Вы не знаете, где я могу найти команду для вступительного восхождения?»

Бородатый мужчина, чей золотой кольчужный жилет заставлял его практически сиять, направил голову в мою сторону, стрельнув в меня взглядом. «Отвали»

После того как получив несколько таких же красочных отказов от других восходящих, молодой джентльмен, который выглядел всего на несколько лет старше меня похоже был готов помочь.

«Ты серьезно?» спросил он забавно хихикая.

«Я здесь впервые,» признался я, почесывая щеку.

«Двигай за мной,» человек пригласил своим подбородком. «На самом деле я туда направляюсь в любом случае».

Выходя с главной улицы, мы оба перешли на менее переполненную улицу. Я оценивал человека, пока мы шли; он носил набор приталенных темных кожаных доспехов, хорошо изготовленных, но гораздо менее роскошных, чем то, что я видел у других восходящих, например, как у того мужчины с золотой кольчугой. Он двигался уверенно, ясно понимая, куда именно он направлялся.

«Так из какой ты академии?» спросил он вяло. «Наверное небольшой шанс, но, возможно, я уже выпускник.»

Я повертел головой. «Я не ходил в академию. Мой дядя тренировал меня.»

«И тебе удалось пройти оценку? Поздравляю» сказал он с улыбкой перед тем, как протянул руку. «Кстати, я Квинтен.»

«Грей,» ответил я, приняв его жест.

«Так у тебя уже была возможность осмотреть город, Грей?» спросил Квинтен, глядя на возвышающиеся над нами здания.

«Немного. Город еще более удивительный, чем истории, которые я слыхал».





Глава 281: Семейное Восхождение




Впереди нас растянулась большая площадь, окруженная кольцом высоких бледно-лиловых деревьев, которая была более переполненной и громкой, чем первый этаж Реликтомб. Площадь заполнял ропот множество полу-кричащих разговоров. Если бы толпа не состояла полностью из восходящих, одетых во впечатляющие доспехи и оружие, я бы перепутал это место с блошиным рынком.

«Что… это за место?» запинаясь спросил я, наблюдая за шеренгой восходящих между аккуратными рядами деревянных кабинок.

«Лучшее место для поиска команды… если конечно знаешь, что ищешь,» ответил Хедриг, прежде чем втиснулся в толпу. «Двинули.»

Я поспешил за ним, не желая отстать в море из восходящих.

«Ищу кастера! Требуется минимум две эмблемы! Одноразовый подъем! »

«Ищу стража! Выгодное распределение всех наград! »

Рядом с каждой палаткой стоял как минимум один восходящий, который выкрикивал свои требования к идеальному кандидату чтобы присоединиться к их команде. Это было потрясающе.

Я наблюдал, как плосколицый, широкоплечий громила повернулся, чтобы показать свои и без того неприкрытые руны высокому, тонкому мужчине с длинными золотыми волосами. Златовласый восходящий выглядел задумчивым, затем покачал головой, но после этого я потерял их из виду в толпе.

Неподалеку на его столе бесстрастно сидел красивый молодой восходящий, говоривший тихим голосом, так чтобы окружавшие его люди наклонялись, чтобы услышать его. Я не мог разобрать слова, но, по восторженным выражениям лиц его слушателей, он, должно быть, рассказывал им захватывающий рассказ.

«Грей!» позвал Хедриг, на несколько шагов спереди. «Сюда.»

Восходящий с зелеными волосами вел нас мимо нескольких рядов палаток, пока мы не прибыли к маленькому зданию, в котором восходящие тусовались внутри и снаружи.

«Сначала тебе нужно переодеться здесь,» объяснил Хедриг, указывая на будку без окон. «Ты ведь принёс свою броню, верно?»

Я встал в конец очереди. «Конечно.»

Пока я хранил белый кинжал в моем пальто в качестве меры безопасности, черные доспехи и сине-зеленый плащ безопасно хранились в моей пространственной руне; Аларик подарил мне пространственное кольцо—используя мои собственные деньги, конечно же—еще до того, как мы посетили здание восходящих. Проблема была в том, что из-за того, что я не мог использовать ману, я не могу активировать кольцо. Тем не менее, я держал его при себе; если уж на то пошло, кольцо служило камуфляжем для других.

Переодевшись, я вышел из просторной будки. Хедриг с критикой глядел на меня.

“Что то не так?”

«Это—это пустяк,» сказал он кашлянув. «Плащ смотрится хорошо, но я надеялся, что у тебя будет более впечатляющий комплект брони.»

«У меня не было времени на покупку брони,» сказал я, глядя на себя. «Неужели я выгляжу настолько убого?»

«Не убого, просто—» Хедриг почесал голову—» неважно. Пойдем.»

Когда я последовал за ним обратно в давку из восходящих, я задался вопросом, что он ищет. Мы уже прошли множество групп в поисках новых членов пати, но Хедриг едва ли уделял им внимание.

Правда, судя по заявленным объявлениям и размещенным табличкам, хоть одна из этих групп вряд ли была бы заинтересована в новом восходящем, который еще даже не закончил свой вступительный подъем. Фактически, большинство команд, ищущих здесь восходящего перечислили требования к минимальному количеству подъемов, которые кандидаты должны были выполнить.

«Как мы собираемся найти кого-то, желающего взять меня?» спросил я, едва избегая наткнуться на еще одного восходящего. «Большинство этих людей, похоже, ищут опытных восходящих.»

Хедриг оглянулся на меня, продолжая вести за собой. «Здесь только сформировавшиеся команды, которые ищут одноразовых участников. Если мы зайдем немного глубже, то увидим различные типы групп, включая тех, кто хочет сопровождать восходящих на их вступительном.»

«Ты уверен?» спросил я. «Пока я не захочу заплатить им, я не вижу никакой пользы для восходящего тратить время, чтобы сопровождать вогарта на его вступительном.»

Хедриг сдерживал смех.

Я нахмурил брови. “Что такое?”

«Я никогда раньше не слышал, чтобы кто-то называл себя вогартом,» сказал он, его голос был с оттенком смеха. «И, хотя не все понимают чего это стоит, есть довольно много преимуществ.»

«Осторожно,» мускулистая женщина пробурчала в броне с серебристой пластиной, как только мы столкнулись плечами.

«Извините,» пробормотал я про себя перед тем, как вернуться к разговору с моим зелено-волосым компаньоном. «Что это за преимущества?»

«Если тебе не в тягость столкнуться с повышением квалификации, чтобы получить значок ведущего(руководителя, поручителя) — что многие опытные восходящие делают в любом случае, так как большинство академий требуют, чтобы все их инструкторы имели хотя бы один значок — тебе не придется платить за любое жилье в любом из зданий восхождения. Кроме того, Верховный Повелитель дает щедрую стипендию, чтобы ведущие брали восходящих на вступительные последних,» объяснил Хедриг.

«Итак, еще один способ воспитывать новых восходящих. Агрона дохерища сколько вложил в то, чтобы его люди сами хотели броситься за него в пасть смерти, хех?» сказал Реджи.

Я кивнул, принимая во внимание слова Реджи. я спросил у Хедрига: «Есть ли что-нибудь еще?»

Хедриг на мгновение подумал, замедляя свой шаг, в то же время ловко избегая массу восходящих. «Ну, быть фермером вогартов — не самый уважаемый карьерный путь, но он довольно безопасен, особенно если у тебя есть родная кровушка, о которой нужно заботиться.»

Я поднял бровь. «Фермер вогартов»

«Ой, извини. Это еще один сленговый термин воосхожденцев, которые «ушли в отставку» и только сопровождают кандидатов, которым необходимо совершить вступительный подъем» уточнил он.

«Так они те, кого мы ищем—фермеров вогартов, я так понимаю?»

«Да, хотя мы должны быть осторожны с теми, с кем заканчиваем.»

________________________________________________________________________________________

По мере того, как мы заходили дальше по большой переполненной площади, я стал видеть больше молодых восходящих—некоторые из которых выглядели такими же потерянными, как чувствовал себя и я.

«Позволь мне вести переговоры» сказал Хедриг, пока вел нас в одну из больших палаток.

«А, вы двое ищете руководителя, который вас поведет вниз?» обслуживающий, крепкий джентльмен с длинными подкрученными усами вверх, спросил грубо.

«Мой друг на вступительном подъеме, и я буду его сопровождать,» вежливо ответил Хедриг. «У вас есть справка вашего бизнеса?»

“Справка?” крепкий, восходящий повторил, озадачившись.

Хедриг больше не обременял человека. Кивнув, он сказал: «Спасибо, что уделили нам время» и ушел.

Мне было любопытно, но я молчал, пока Хедриг переходил из палатки в палатку. Некоторые предлагали простые брошюры, которые выглядели как краткое изложение истории их работы, хотя другие, как и усатый восходящий, казалось, застигнуты врасплох такой просьбой.

Однако, в конце концов, Хедриг кивнул тем же отрывистым кивком, и мы двинулись в следующую палатку.

«Что не так с этой женщиной? Кажется, она уже привлекла несколько человек для их вступительных подъемов” спросил я.

Хедриг поднял бровь. «Привлекла. Интересно подобраны слова. Ты хотел пойти с ней, потому что она красивая?»

«Что?» плевался я. «Нет, я просто говорю о том, что другие восходящие, вероятно, думают, что она достаточно квалифицирована, чтобы вести их вниз, верно?»

“И все они мужчины”





Глава 282: Замкнутый Круг (ориг. Полный Круг)




“Ада из Родословной Гранбел, Эзра из Родословной Гранбел, Риа из Родословной Фалина, Грей, и”—женщина в униформе сделала паузу, смещая взгляд с карточки восходящего, которая находилась в ее правой руке на Хедрига, и обратно на карточку—”Хедриг из—эмм—да… Ваши личности подтверждены,” закончила она, широко улыбаясь, пока вручала нам назад наши карточки. “Сопровождающий восходящий Келон из Родословной Гранбел, стипендия будет автоматически переведена на вашу рункарту после того как кандидаты официально получат значок восходящего за вступительное восхождение.”

“Оу, а могу ли я как то получить стипендию сейчас? Это не будет идти против правил; Я сопровождаю своих родных,” объяснил Келон.

“Исключений нету. Пожалуйста поймите что эти правила созданы для безопасности и благополучия всех восходящих,” изложила тощая женщина с черными волосами, как будто ее спрашивали этот вопрос бесчисленное количество раз.

«Бывали ли случаи, в которых сопровождающие занимались вымогательствами у кандидатов в прошлом или что-то типо того?» прошептал я Хедригу, пока мы вдвоем ждали позади.

«Хуже. Есть отчеты о том, что некоторые сопровождающие принимали кандидатов на вступительные получив стипендию для того, чтобы убить и ограбить тела, а затем свалить вину за их смерть на Реликтомбы,» объяснил зеленоглазый восходящий с отвращением.

После того, как наше вступительное восхождение прошло запись, наша команда направилась к центру террасы, где над нами возвышалась арка. Сложные руны очертили каждый сантиметр массивного сооружения, делая аналогичные телепортационные врата, которые я видел до этого, похожими на игрушки.

Чем дольше я оставался в Реликтомбах, тем больше восхищался их красотой и сложностью. Летающий город Ксайрус был чудом Дикатена, но даже он сере́л по сравнению с этим местом.

Должен признаться, алакрианцы тоже весьма впечатляли. То, что им удалось сделать с первыми двумя этажами Реликтомб—создать столицу восходящим, для подготовки к непредсказуемым опасностям, пролегающими перед ними—было не менее удивительно.

Количество ресурсов и времени, вложенных в то, чтобы восходящие не только хорошо оснащались и вознаграждались за спуск в Реликтомбы, но и почитались гражданами Алакрии, уже в значительной мере говорило о том, насколько Агрона нуждалась в восходящих.

Даже если эти вступительные всходы предназначались для того, чтобы кандидаты получали более безопасный опыт в Реликтомбах.

«Так все же, почему мне кажется, что Хедриг ждет беды?» спросил Реджи, прочитав мои мысли.

Меня интересует та же тема. Что он имел в виду, когда говорил что надеется что Келон *достаточно силен, чтобы провести нас через этот подъем*?

Всё, что я слышал до этого момента, звучало так, как будто вступительный подъем- это всего навсего погружение мизинчика в воду, особенно для тех, кто обучался в академиях.

«Возможно, он не настолько жесткий, каким хочет казаться?»

«Все готовы?» спросил Келон, встряхивая меня от моих внутренних обсуждений с Реджи. Мы стояли всего в нескольких шагах от массивной арки, в котором гнездился бело-золотой портал.

«Разве мы не должны провести проверку припасов?» Хедриг серьезно ответил.

«Это необходимо? Вступительные обычно не занимают больше дня,” невтерпеж отвечала Риа, ее тело практически притягивало к жужжащим воротам, на которые она смотрела с широко раскрытыми глазами предвкушения.

«Мы должны относиться к этому, как к любому другому восхождению,» настаивал Хедриг, уже подводя итоги по собственному продовольствию. «У меня достаточно воды для себя на неделю и сухого пайка на два дня.»

«Хедриг хорошо подметил. Никогда нельзя быть слишком подготовленным к Реликтомбам» присоединился Келон, вытащив из своего пространственного кольца большой кожаный бурдюк и пучок вяленого мяса, завернутого в ткань. «У меня достаточно воды на три дня и сухого пайка на один день.»

Остальные товарищи тоже достали пайки. Удивительно, но у меня было больше всех еды и воды, спасибо Аларику. Старый пьяница упаковал мне двухнедельный запас воды и герметичные пайки на три дня.

«Может быть, он и старый ворчливый алкаш, но, по крайней мере, кажется, что он действительно уделяет внимание твоим интересам,» сказал Реджи с усмешкой.

«Хорошо, мы собраны в значительной мере лучше, чем в некоторых из моих более глубоких восхождений,» сказал Келон, глядя на Рию с забавным выражением лица. «А Риа, кажется, думает, что собирается на пикник, со всеми сладостями, которые она принесла.»

Риа покраснела и вслед выкинула целую цепочку ругательств. «Неважно. А я ведь собиралась поделиться…»

«Ага, ага,» Келон хихикал. «У вас всех есть свои симулеты, верно?»

Каждый из нас вытащил отполированный амулет, исписанный рунами, размером с мою ладонь, который связывал бы нашу команду, проходя через врата телепортации.

Калон кивнул и повернулся лицом к переливающейся поверхности золотисто-белого света, которая привела бы нас в первую зону.

«Родословная чтит меня, свет направляет меня, Вритра защищает меня,» декламировал Келон, родные и Риа последовали его примеру.

Мы с Хедригом посмотрели друг на друга, не участвуя в их ритуале. Я не мог быть уверен, но мне вроде показалось, будто я увидел, как Хедриг закатил глаза. Не размышляя об этом, мы прошли через врата.

***

Мы вошли в полную темень. Воздух был сухим и черствым, а из-под нас дул хрустящий ветерок. Даже с моим усиленным зрением, я не могу сказать, открыты ли мои глаза или закрыты.

«Никому не двигаться,» сказал Келон, его голос прорезался сквозь тьму, тихим шепотом.

Я видел, как мягкое сияние чьей-то руны засветилось до того, как передо мной вспыхнула искра, осветив местность. Гигантские, изуродованные лица глазели на нас из темноты..

Передо мной в нескольких шагах была Риа, она подняла свой веерообразный кинжал и отскочила назад, чуть не упав с края узкой возвышенной дорожки, на которой мы стояли. Кинутая рука Хедрика поймала ее за локоть, крепко ее держа, пока она снова не коснулась поверхности ногами.

Риа повернулась, увидев окраину , вспышка от искр исчезла, скрывая изуродованные лица, а также искаженные, мучительные выражения их лиц.

«Дайте мне секунду, чтобы изменить заклинание.» Келон проговорил тихим голосом в то время руна на его обнаженной области нижней части спины засветилась вновь.

В этот раз оранжевое пламя исходило от восходящего, яркое и более контролируемое, чем искры. Оно окунуло область в теплый свет, открывая огромную камеру, а может быть, и коридор. Я не мог обнаружить потолок, чего-то перед нами или за нами. Узкая тропинка, на которой мы находились, была около четырех футов в ширину и, казалась проплывает посреди моря тьмы.

Внутренние стены по обе стороны походили на резбленные лица, немножко человеческие, хотя гротескные и деформированные. Но это было не из-за недостатка явного мастерства; настолько подробными были выражения лиц, что казалось, будто они когда-то были живы и окаменели в последние минуты боли и ярости.

«Довольно нездоровый вкус в декоре,» сказал Реджи. «Смотри, можно заметить их гланды в крике—и зубы в дырах между щек.»

Я вижу, думал я, что они были настолько отвратительны, что даже не приглядывался внимательно.

«Не приближайтесь близко к уступу» приказал Келон, в его голосе не осталось и следа досуга. «Рассредоточтесь на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Эзра, освободи немного пространства для копья.»

Мы рассредоточились линией, медленно передвигаясь и придерживаясь центра каменной дороги. Мы с Хедригом шли позади, в то время как Келон взял на себя роль направляющего, освещая путь рукой, которая омывалась ярким пламенем.

«Я не могу сказать, насколько далеко уходит эта тропа, но это единственное направление, которое я вижу» сказал Келон.

«Я тоже могу сотворить свет,” сказала Ада, ее глаза нервно метались между лицами, взирающими на нас с дальних стенок.

«Побереги пока свою ману,» ответил Келон. «И не нервничай так, Ада. С нами все будет в порядке.»

«Не забывай, что ты готовилась к этому годами,» рявкнул Эзра.





Глава 283: Знакомое лицо




Несмотря на быстро приближающихся гулей, сзади, и снизу, мы тупо втыкали на большую пропасть, которую сделал Келон, без понятия, почему она находится перед нами.

“Мы-мы бегали по кругу все это время?» сказала Ада, ее голос дрожал.

«Это невозможно!» с одышкой говорил Эзра после убийства еще одного гуля копьем. «Мы бежали—по прямой. Я—уверен в этом!» Я слышал напряжение в его голосе; его усталость начала нарастать.

«Эзра прав. На мосту нет ответвлений,» Келон прокрутив оружие, снес головы двум гулям, которые пытались добраться ко мне. По крайней мере, он, кажется, сохранил свои силы до этого момента.

Теория прямого пути замкнутого в петлю казалась невозможной, но вполне правдоподобной, если принять во внимание законы эфира. Я задался вопросом, привели ли Реликтомбы нас в эту зону из-за меня.

Я посмотрел вниз, увидев, что Риа потеряла сознание в моих руках. Возможно, это было к лучшему; Ада покрыла раны толстой мазью, которая остановила кровотечение, но ее напряженное выражение лица говорило о том, что анестезия не сработала чтобы унять боль.

«Что нам следует»—Хедриг выпустил ливень разрезов в сторону троицы гулей, которые сумели пробраться на дорогу «сейчас делать?»

«Все еще думаешь, что у них все под контролем?» ехидничал Реджи.

Ладно. Вылазь, но помни не болтать.

Большая волчья форма Реджи выпрыгнула из моей спины, удивив нашу команду и отвлекая ее от гулей вокруг нас.

Келон начал рефлекторно атаковать Реджи, мне было любопытно, что случится, если он ударит моего компаньона, но я вмешался.

«Стой! Это мое заклинание,” спохватился я, сразу же отразив копье Келона, прежде чем оно направилось в Реджи. «Иди на разведку и посмотри, сможешь ли ты что-нибудь найти.»

«Принято,» мой компаньон послал в разум, прежде чем перепрыгнуть пропасть. Он был почти вне поля зрения, пока меня не осенило.

С каких пор ты можешь общаться телепатически, пока ты не находишься внутри меня?

На мгновение воцарилась тишина, потом я снова услышал голос Реджи в своей голове. Не уверен. Я думаю, что либо я стал сильнее, либо плотность эфира в этой зоне позволяет нам такое проворачивать. Либо мы становимся… ближе» (￢‿￢ )

Я ныл. Ты можешь не говорить это таким хреновым тононом?

Переключая свое внимание на поле битвы, я обнаружил, что Эзра, Ада и Келон смотрели на меня шокированными глазами. Хедриг был единственным, кто не выглядел так, будто был в замешательстве; даже если он и был удивлен внезапным появлением Реджи, он очень хорошо это скрывал.

К счастью, внимание группы вернулось к пополняемой орде гулей, которая окружала нас. Мы отказались от линейного строя, обвязав крепкий узел вокруг Рии и Ады, ближе приблизившись к пропасти.

«Каков план?» Келон кричал, глядя на меня.

«Мы ждем,» сказал я, пока моя нога встретилась с грудиной гуля, отправив его обратно в бездну. «Я хочу удостовериться, что это место и впрямь замыкается.»

Мы держали позиции, ограничив потребление маны настолько, опасаясь, что наша война против кошмарных гулей продлится еще несколько часов. Учитывая, что я был окружен людьми, за которых я чувствовал груз ответственности за их защиту, в то же время я даже не мог раскрыть свою собственную силу, как я это делал, только самую малость.

“Хорошие новости! Точнее, это должны быть плохие новости, но я вижу вас всех перед собой прямо сейчас,”, Реджи мысленно передавал мне.

Я матернулся вместе с вдохом

Так эта теория подтвердилась

“Хочешь, чтобы я помог драться? Я уже убрал около дюжины этих ублюдков.”

Нет. Я не думаю, что мы выберемся отсюда, просто убивая больше этих тварей, отправив в ответку. Я хочу, чтобы ты прошелся и тщательно отсканировал стены.

Я чувствовал волну любопытства, исходящую от Реджи. «Ты имеешь в виду мерзкие лица?

Да. Что-то в них меня беспокоит. Просто дай мне знать, если найдешь что-нибудь необычное.

«Необычное в мерзких каменных лицах… записал,» ответил Реджи, снова повернувшись, чтоб угнать от нас.

Сдержаный стон вырвался позади меня привлекая мое внимание/

«Эзра!» Келон заревел. Его форма промелькнула, он появился рядом с братом и обезглавил гуля, который зажал свои когти в щели под наплечником Эзры.

Поскольку Эзра не мог свободно двигать левой рукой из-за травмы, он стал слабым звеном в нашей защите. Вскоре гуль смог проскользнуть мимо его слабой стороны, заставив меня броситься на путь, чтобы спасти Рию. Отвратные когти этого существа вырезали серию глубоких порезов в моих боках и ляжках.

Болевой возглас вышел из моего горла, пока я вводил свою свободную руку прямиком через горло гуля. Он выплюнул полный рот крови и упал, прежде чем Эзра смог повернуться, чтобы вбить копье в спину.

Лицо мальчика было бледным и мокрым от пота, но после этого он удвоил свои усилия, отказавшись пропустить еще одного гуля.

Нашел что-нибудь? Спросил я Реджи

“Просто гораздо больше отвратительных лиц. Я до сих пор не вижу никаких закономерностей».

Продолжай искать, я послал, оттащив гуля от Эзры и опрокинув его на землю, чтобы он смог закончить начатое.

«Что мы здесь делаем? Нам нужно двигаться!» Келон кричал, его расслабленное поведение полностью исчезло.

«И куда?» Спросил я. «Я уже подтвердил, что эта зона замыкается на себе, ведя нас по кругу. Я послал своего призвавшего, чтобы проверить, нет ли аномалий на стенах.»

«Ты можешь разделять чувства со своим призванным существом?» спросил Хедриг, перенаправляя гуля, пытавшегося оседлать его и заставляя его упасть обратно в темноту.





Глава 284: Комната зеркал




Мой разум дрожал от замешательства, пока я проходил через портал, в следующую зону. Фигура сделала выпад слева от меня, и я поднял руки вверх, чтобы отклонить удар, но ничего не случилось. Движение в уголке глаза заставило меня резко повернуться, ожидая атаки с фланга, но и с другой стороны атаки не последовало.

«Бой с тенью, а, принцесса?» Реджи хихикал у меня в голове. «Гляди.»

«Кто-кто это?»

Повсюду люди смотрели на меня через прямоугольные окна, каждый из которых выглядел страдальцем их лица промокли от слез, были скручены от ярости или превращены в бесшумные крики. Некоторые сидели неподвижно, хотя большинство из них были в маниакальных припадках, диковинно жестикулируя, колотили и царапали себя или землю, как подопечные в психушке.

Прежде чем я смог продолжить изучение, Келон и Эзра наткнулись на меня, Риа находилась между ними.

«Что за херь?» сказал Эзра, дернувшись от меня и от фигур в окнах.

В центре комнаты был квадратный фонтан, шесть футов по обе стороны и окруженный скамейками. «Там,» сказал я, указывая на скамейку. «Посадите ее туда.»

Братья пронесли подругу семьи по комнате, стремительный поток ее крови, стекающий из отсеченных останков ее ноги, брызгал темными пятнами вдоль мраморного пола

Ада зашла следующей, она остановилась, а глаза остекленели. «Это… это убежище?» Она смотрела на одну из близлежащих фигурок, ее брови нахмурились в замешательстве. На самом деле она склонилась к нему и прищурилась, чтобы попытаться сосредоточиться на нем, как будто она не совсем верила своим собственным глазам.

Фигура, очень порядочного человека, которая носила только льняные брюки, пару стальных ботинок и шипованные перчатки, не оглядывалась, а стояла на четвереньках, забивая одну массивную перчатку в землю снова, снова, и снова.

Хедриг, последний вошедший, спокойно положил руку на ее плечо и провел ее мимо меня, к фонтану в центре комнаты. «Нет, это не комната убежище,» сказал он, его голос был низким и зловещим.

Келон обернул обрубок Рии бинтами из его размерного кольца, в то время как Эзра смотрел на него, беспомощно суетясь копьем. Он сорвался, когда Хедриг договорил.

«Что ты имеешь ввиду, говоря что это не комната святилища? Это» Он посмотрел вокруг и снова дернулся, как будто впервые увидел комнату “должна быть она”

Хедриг провел Аду к скамейкам и призвал ее сесть, прежде чем повернулся обратно к Эзре. «Очевидно, что это не так, и после первой зоны будешь дебилом, если будешь считать что мы находимся в таком месте, столь ожидаемом, как комната-убежище.»

Эзра пристально смотрел на Хедрига, но ветеран с волосами цвета мха казался совершенно беззаботным. Они долго пристально смотрели друг другу в глаза, пока Эзра не потупился и не отвернулся, на этот раз глядя на свою сестру.

Я обратил внимание на комнату. Она была всего лишь около пятнадцати футов в ширину и восемь футов в высоту, что заставляло ее ощущать ниже и более клаустрофобной после огромной пройденной зоны.

Несмотря на то, что территория возле фонтана была ярко освещена шарами света, которые висели над стекающей водой, комната погрузилась в тень по углам куда не достигал свет, что затрудняло определить длину комнаты. Свет, который отражался от множества окон, показывал нам измученные фигуры, создавая ощущение, будто комната растянулась настолько, что ей нет конца.

«Не окна,» мыслил Реджи, «зеркала. Присмотрись.»

Реджи был прав. Подойдя к ближайшему зеркалу, я увидел комнату, отраженную в нём, хотя, конечно, человек в зеркале не был мной и не существовал вне этого отражения. Он был пожилым человеком с густой серой бородой. Он сидел, скрестив ноги, и смотрел на меня невооруженным взглядом, его губы непрерывно двигались.

Я наклонился вперед, подняв голову, так что ухо чуть не прижалось к зеркалу, и я понял, что слышу слабый шепот голоса, хотя не могу разобрать слова.

«Итак” сказал Келон, обращая мое внимание на других, — “Риа спит. Она потеряла много крови, но припаривание, которое сделала Ада, спасло ей жизнь. Если мы сможем выбраться отсюда достаточно быстро, она будет в порядке».

Келон подошел к зеркалу возле фонтана. Человек внутри него носил шлем, на макушке которого располагались острые, ониксово-черные рога, похожие на лезвие ятагана, что придавало ему вид Вритры. Он стоял со скрещенными руками, и высокомерная ухмылка размазалась по его лицу. Судя по его доспехам — черной коже и очерненным стальным пластинам со струящимися рунами покрытыми повсюду — он был восходящим, при этом богатым.

«Они все восходящие,» сказал Хедриг, как будто он читал мои мысли.

«Посмотрите на дизайн и материал их одежды и доспехов,» отметил Келон. «Особенно рога. Носить рогатые шлемы не в моде уже,сколько, несколько десятилетий? Они уже давно здесь в заточении, не так ли?»

Никто не ответил, хотя совместный холодок прошелся по группе, потому как мы все считали, что застряли в этой комнате навечно.

«Во имя Вритры, почему мы оказались здесь?» сказал Эзра, в движении, чтобы стать рядом с Келоном. «Это вступительные. Все должно было закончиться!» Молодой широкоплечий человек повернулся ко мне. «Ты! Я не знаю как, но это твоя вина, не так ли?!»

«Достаточно,» тихо сказал Келон. «Неважно по каким причинам мы здесь, это всего лишь еще один тест. Это зона головоломок. Мы должны начать искать улики, которые помогут нам решить комнату и двигаться дальше».

Унылое выражение Ады исчезло, когда она встала на ноги, вынужденная улыбнуться чтобы мы точно увидели. «Именно! Мы сделаем это! Для-» Ада взглянула на спящую Рию, ее повязки уже промокли кровью. «Для Рии!»

В первый раз храбрость восходящего, казалось, окунула горячую голову Эзры, он обнял сестру сбоку, она же сморщилась от боли так же, как и он.

«А как насчет тебя?» Я спросил его. «Как сильно вы пострадали?»

«Ничего страшного,» сказал он, подняв подбородок, его взгляд выражал высокомерие. «Я буду в порядке».

Повертев головой, я обернулся и стал осматривать зеркала, одно за другим, на предмет каких-либо намеков или подсказок о том, как действовать дальше.

Келон подошел ко мне. «Это было впечатляющее заклинание, которое ты использовал, чтобы телепортироваться туда.»

«Спасибо», простенько сказал я.

«Я признаю, я не был лучшим студентом в академии,” продолжил Келон, “и особенно плох я был в древних рунах, — я просто никогда не достигал сути, понимаешь? Я всегда знал, что стану восходящим, а восходящие не дерутся друг с другом».

Я повернулся к Келону, встретившись с ним глазами. «К чему ты клонишь?»

Он поднял руки и тепло улыбнулся, но я видел напряжение пока он стоял, и то, как его улыбка не совсем дотягивалась до глаз. «Просто завязываю разговор, Грей—и все думаю об этом заклинании. Я никогда не видел ничего подобного. Мы изучали все виды рун в академии—разъясняю, потому что это повышает престиж, мне кажется.

«Мне стало любопытно»— он сделал паузу, посмотрев в холл на своих брата и сестру — «если бы я мог увидеть твою… Что у тебя за? Эмблема? Это выглядит слишком мощно для герба.” Не сразу ответив, Келон кинул удивленную ухмылку. «Точно не регалии? Так вот почему ты не показываешь свои руны? Кем ты являешься?»





Глава 285: Поведанные Истории




Протянув руку помощи, Хедриг закрыл незримые глаза Рии, прежде чем обернуться к остальным, собравшимся вокруг Ады.

Хотя она выглядела обездвиженной тем, чем-то, что наворотил Реджи в ее теле, я знал, что это еще не конец. Светящиеся фиолетовые глаза зациклились на Рие, и трепещущая улыбка продолжала мелькать на губах, пока она боролась за контроль.

«Я не могу удерживать эту штуковину вечно!» Реджи передал мне.

«Мы должны связать ее,» сказал я, мой голос звучал безэмоционально и устало для моих собственных ушей.

Хедриг помог Келону и Эзре встать на ноги, пока я держал Аду, на всякий случай, если вдруг вырвется из-под контроля Реджи. Келон взял ее из моих рук и аккуратно уложил на скамейку рядом с телом Рии, после чего начал связывать ее с помощью веревки из своего размерного кольца.

Внезапно ее голова наклонилась вперед, и зубы защелкнулись, едва не откусив нос Келона.

«Ада… Мне жаль,» прошептал Келон, печаль спадала с голоса.

После того, как ее связали, Реджи вырвался из ее спины, приземлившись в фонтан между скамейками. Теневой волк тут же перекатился на спину и начал плескаться в фонтане, отрывисто кашляя, напоминая кошку, кашляющую комочком шерсти.

«Это—было—мерзко! Мне нужна ванна.» передавал он мне.

Спасибо, Реджи. Этого было достаточно, чтобы мы могли безопасно усмирить ее, так что—

Толчок слева застал меня врасплох, заставив меня отшатнуться назад, хотя ему не хватило силы, чтобы выбить меня из равновесия.

«Если бы ты не сбил Келона с ног, мы бы вовремя добрались до Рии!» Эзра, его лицо покраснело, а глаза выкатились с орбит, кричал всей силой что была в легких. «Она умерла из-за тебя! Я должен убить тебя прямо сейчас…»

Я дал его чувствам волю. Позади него, Келон застыл, прикрывая Рию запасным плащом. Хедриг отошел в сторону, чтобы дать братьям немного пространства. По тому, как его рука стремилась к эфесу меча, я мог сказать, что он был готов прыгнуть, если потребуется.

«Как долго ты будешь сидеть здесь и позволять ему кричать на тебя?

Он имеет право быть расстроенным, Реджи.

«Возможно, но это делает его придурком.»

«—низачто в мире не надо было брать тебя с собой, ублюдок!»

Нет, наверное, вам не стоило, думал я.

Так же, как и в зоне конвергенции, оказалось, что мое присутствие усложнило все остальным. Из всего, что я слышал, первая зона должна была быть достаточно легкой для восходящих, таких же сильных, как Келон и Хедриг.

«Сделай это, братишка! Убей его!» вклинилась Ада, ее голос выделялся злобой. убив Рию, любое притворство этого пурпурно-глазого существа, которое оставалось в Аде улетучилось, оставив позади полную насилия тень невинного возбуждения Ады.

«Захлопнись!» взревел Эзра, переключившись на Аду, как будто вот вот ударит ее. Келон появился между ними в одно мгновение, его глаза сверлили глаза Эзры. Младший брат Гранбел быстро подчинился, отвернувшись от всех нас и подойдя к разбитому зеркалу, уставившись в ничто.

Светящиеся глаза Ады последовали за ним, ее губы скрутились в разочарованную ухмылку. Затем она повернулась к Келону и сделала невинную улыбку. «О, старший братец, пожалуйста, развяжи меня? От этих веревок больно..»

С меня хватит, я выпустил волну эфирной интенции, которая заморозила всех на месте, в том числе и фальшивую Аду. Я сделал шаг ей навстречу, мои глаза сверлили дырки в ее черепе.

«Что ты делаешь?» спросил Келон сквозь скрежет зубов, моя интенция давила на него, как гигантский кулак.

«Мне нужны ответы,» констатируя, сказал я. «Так что я собираюсь задать этой.. штуке… несколько вопросов.» Я снял давление и встал на колени перед Адой. Она расплылась в улыбке.

«Кто ты?» спросил я, желая начать с очевидного.

«Ада из Дома Гранбел,» уверенно сказала она.

«Где настоящая Ада?»

«Я настоящая Ада», сказала она, без капли сомнений и намека на ложь.

«Как нам вытащить ее из зеркала?»

«Вы не сможете» ответила она глумясь.

Я сузил глаза. Неужели существо невзначай допустило ошибку, признав, что настоящая Ада попала в ловушку зеркала? Я не мог быть уверен, имел ли я дело с пойманным в ловушку авантюристом или с каким-то воплощением Реликтомб, так что я не мог знать, какова была цель этого фантома.

«Как нам выбраться из этой комнаты?»

«Вы не сможете,» повторила она, презрительная усмешка превратилась в мстительный оскал.

«Джинн не разработал бы тест, который не смог бы быть завершен», подметил я шепотом.

На мгновение я обдумал все, что знал о Реликтомбах.

Некоторые зоны, которые мы посещали, были явным испытанием нашей силы, требующим сражаться против могущественных существ, чтобы пройти. Другие, как, например, многоножковые джунгли, проверяли находчивость и приспособляемость, требуя меньше чистой силы, но больше осторожности. Затем была зона платформ, которая требовала тщательного разбора, а не прямого вмешательства для завершения.

Эти «эфирные зоны», однако, казались менее понятными, чем те, что я видел на моем первом восхождении. Зал лиц представлялся как проверка нашей силы против змеиных чудищ, но теперь я не сомневался, что орда никогда бы не была побеждена. Тогда какой был тест?

Для этого потребовалось использовать эфирную способность, о которой я уже знал—Божественный Шаг—чтобы завершить. Кроме того, это заставило осознать предел моих сил; ни один воин не может вечно сражаться против бесконечной армии врагов, каким бы сильным он ни был. Вместо победы в сражении, отступление было единственным способом победить.

Какой закон моего контроля над эфиром тогда находился в комнате зеркал и предназначался для проверки? Мы с Реджи разделили контроль над руной разрушения, но я не мог понять, как разрушение поможет нам выбраться из зоны.

Я взглянул на Келона, который внимательно следил за моим разговором с Адой. Говоря прямо о своих способностях перед другими, я раскрыл бы больше, чем предполагал, когда разыскал группу для моего вступительного восхождения, но это также может быть единственным способом уйти.





Глава 286: Недостающие кусочки




наДо меня дошло с острой болью сожаления, что я сел с каменным кубом, который я получил от проекции джинна во время моего первого приключения в Реликтомбы. После моих ранних попыток понять реликвию в Маерине(как оказалось Майрине, it is pronounced May-Rin.), я потратил очень мало времени на изучение геометрических фигур внутри.

Тем не менее, мое предыдущее взаимодействие с ключ-камнем, должно быть, что-то сделало; Реликтомбы почувствовали, что я обладаю знанием закона эфира, или что-то типо того, и затащили нас в эту зону, чтобы проверить меня. Или, возможно, они почувствовали сам куб, припрятанный в моей руне экстрамерного хранилища, и все равно этого было достаточно, чтобы перенести нас сюда.

Для миролюбивых людей, джинны похоже имели очень мрачные методы в том, как они обучались и защищались своим эфирным искусством.

Присев скрестив ноги с кубиком на коленях, доверившись Реджи и Хедригу присматривать за мной во время работы, я начал.

Как и прежде, я влил эфир в реликвию, и его эфир окружил меня. Мое зрение расплывалось в стене из пурпура, и я протолкнулся сквозь нее, снова оказавшись в окружении бесчисленных плавающих и вращающихся геометрических фигур.

Используя эфир, я смог манипулировать фигурами, перемещая и сортируя их, чтобы попытаться понять их смысл. Я чувствовал себя как младенец, играющий с блоками алфавита. В геометрических формах не было ни схожести, ни смысла, хотя я мог с ними взаимодействовать, у меня не было никаких принципов понимания, не было ни малейшего представления о том, что я должен был делать.

Все равно, я верил, что джинн не дал бы мне эту реликвию, если бы не было способа решить ее. Я начал со сбора символов подобной формы и складывания их в группы. Далее, так как они были геометрическими, а не руническими, я искал концы на которых они бы соединились, рассматривая это как абстрактную головоломку.

Поначалу это казалось простым, так как было достаточно форм, чтобы я всегда мог найти подходящий кусочек. Как только я собрал пару дюжин кусочков, я понял, в чем проблема. Передо мной сформировался просторный, многонаправленный фрактал, но у меня закончились кусочки, которые бы соединялись с созданной мной формой.

Не имея иного выбора, я разломал головоломку и начал заново.

Всё это время я чувствовал, как мой эфир вытягивается из меня и поглощается кубом. Его всасывающая сила в Реликтомбах не была настолько ужасной, как тогда, когда я изучал ключ-камень в Майрине, это позволило мне оставаться внутри подольше, но ограничение по времени все еще присутствовало, которое я мог потратить работая над реликвией за один присест.

Я сложил свои кусочки снова, а затем во второй раз начал собирать головоломку, помня, какие именно кусочки я использовал в первой попытке. На этот раз, однако, я оказался в тупике еще раньше, но я был слишком уставшим, чтобы попытаться вновь.

Мои глаза распахнулись, и мне потребовалось мгновение прийти в себя, чтобы понять что нахожусь в комнате зеркал не шелохнувшись и небольшой армией отраженных фигур.

Реджи скрутился калачиком передо мной, один глаз был открыт, и внимательно следил за остальными. Эзра и Хедриг, похоже, спали, в то время как Келон присматривал за Адой. Её рот был чем то закрыт, чтобы заглушить постоянную струю колкостей и лжи.

«Как долго я отсутствовал?» спросил я, ошеломив Келона, который практически вскочил на ноги.

Он прочистил горло и сел обратно. «Несколько часов, по крайней мере. Ты сделал то… что бы ты ни пытался сделать?»

Я добился некоторого прогресса,» я неуловимо ответил. У меня было ощущение, что ему бы не понравилось слышать то, что я понятия не имею, что делаю.

С его скамейки на другой стороне фонтана, Эзра сказал: «Прошло несколько часов, и все, что ты можешь сказать, это то, что ты добился <некоторого прогресса>?»

Молодой восходящий встал, посмотрел на меня и отвернулся, шагая и исчезая во мраке.

«Я уже потратил часы на изучение… устройства до того, как мы попали сюда» сказал я, разговаривая с Келоном. «Я не знаю, сколько времени это займет, но я делаю все, что могу.»

Со стоическим выражением лица Келон спросил: «Ты уверен, что мы ничего не можем сделать, чтобы помочь?».

«Просто не позволяй своему брату пырнуть меня, пока я там,» сказал я, подняв бровь.

Келон посмеялся, заставив смиренную и с кляпом во рту Аду рычать на него и крутиться связанной, как будто звук причинял ей боль. Келон грустно посмотрел на нее мгновение, прежде чем повернуться ко мне. «Делай, что нужно, Грей».

Я чувствовал себя как хорошо отжатая губка; почти каждая капля моего эфира была израсходована. Мне не нужно было много сна, но мне нужно было время, чтобы пополнить ядро эфира.

Встав, я прошелся по ряду боевых движений, которым Кордри научил меня в Эфеоте, чтобы помочь мне избавиться от скованности конечностей. После нескольких минут последовательных движений я сел рядом с Реджи и начал процесс поглощения окружающего эфира.

Я почувствовал, как мой компаньон шевелится поблизости, прежде чем услышал его голос в моей голове.

«А на что это похоже?»

Я не знаю, как это описать, честно. Я думал о несоизмеримых фигурах, схемах, которые я составлял, о стенах эфирной энергии, ограждающих все это… Каково это, когда ты заходишь в мое тело?

«Это типа плавания»

Я открыл глаза, прервав медитацию и уставился на Реджи. Теневой волк пожал плечами.

«Сам спросил ведь.»

Закрыв глаза, я сосредоточился на эфире вокруг себя, на протягивание его через мои эфирные каналы, в ядро. Внутри этой реликвии — подлинное знание. У меня такое чувство, что я пытаюсь понять содержание сложной книги, сжигая ее и дыша дымом.

«Есть идеи, сколько знаний нужно втянуть, чтобы вытащить нас отсюда?»

Больше, думал я. Намного больше.

***

Третья попытка собрать кусочки головоломки вместе не особо выделялась привлекательностью, но до меня допер неожиданный важный момент понимания. Без сознательно принятого решения, как я делал до этого, я перестал пытаться использовать все кусочки, а вместо этого построил большой куб.

Форма была в целом очевидной, естественным образом собралась воедино в моем сознании. Окончательно решив, что строить, мне чуть было не показалось, что эти части появляются сами, когда они нужны.

Когда куб был закончен, он начал светиться и мерцать, как масло на воде, затем линии отдельных кусочков потеряли цвет, пока передо мной не всплыла объемная, мерцающая коробка. Маслянистая пленка рябила до тех пор пока не успокоилась и осела, каждая из шести граней куба вспыхнула будто бы это был электронный экран из моей предыдущей жизни, показывая мне зал зеркал.

Реджи все еще был на месте, рядом со мной. Келон теперь спал, пока Эзра присматривал за их сестрой. Хедриг, я был удивлен от увиденного, его рука дотронулась к одному из зеркал, по-видимому, в глубоком в разговоре с его жителем. Однако ничего из того, что они говорили, не было слышно. На самом деле, из куба вообще не исходило никаких звуков.

Я был растерян. Хотя я явно совершил некий прорыв, я не понимал, как это окно во внешний мир помогло мне, или какой закон эфира открылся, которым я пытался овладеть.

Оставив куб на данный момент, я начал строить вторую, меньшую по размеру коробку с оставшимися кусочками. То, что в итоге получилось, однако, было больше похоже на остроконечный кусок теста, чем на настоящий куб, так как мне не доставало кусочков, чтобы сделать его идеальным.

Потребовалось еще три попытки, каждый раз выстраивая форму поменьше, чтобы создать вторую идеальную коробку. Я ждал, но ничего не случилось—ни свечений, ни соединений энергии, ни видений внешнего мира.

Тогда я и уловил второй момент понимания.





Глава 287: Сделка С Дьяволом




Если пирамиду было трудно собрать воедино, то последнюю фигуру изведать оказалось почти невозможно. Конечно, это было не так просто, как плоский круг, но мысль о жизни, как о круге, привела меня к той форме, которую я сейчас пытался сделать.

В время моей жизни, как Короля Грея, я изучал широкий спектр дисциплин, включая науку о символах. “Обычные многогранники» были часто обсуждаемой темой в таких кругах, так как древние философы моего прежнего мира проводили много времени, обсуждая их существование и смысл.

Именно поэтому я снова и снова пытался построить идеальный обычный двенадцатигранник из сотен неправильнызх кусочков пазла. двенадцатигранник символизировал пятый элемент, связывающий вселенную, и считался посредником между конечным и бесконечным.

Я не мог придумать лучшего геометрического символа для представления будущего.

Очень жаль, ибо я не смог понять, как сделать эту гребанную штуку.

Я потерял счет времени, как долго мы были в комнате с зеркалами. Наши скудные пайки закончились несколько дней назад, хотя я почти не ел ни одного из своих, а остальные ели дозами. Если бы не вода, которую я принес, Келон, Эзра и Хедриг тоже были бы вне себя, так как питье соленой воды из фонтана привело бы к тому, что они умерли бы от обезвоживания еще быстрее.

Но были и свои плюсы, фантом в теле Ады, казалось, поддерживал себя, не требуя ни пищи, ни воды. Хотя я беспокоился о состоянии ее тела, до тех пор пока мы не нашли способ вернуть ее в него, но кажется сейчас она держится молодцом.

Мои глаза заморгали и открылись, как только я покинул мир внутри ключ-камня после очередной безрезультатной попытки разгадать сферический пазл. Меня встретил звук ора.

«—просто подождать немножко! Нам стоит попробовать. Все что мы знаем так это то, что Грей просто ждет нашей смерти! В конце концов, этому выродку не нужна ни еда, ни вода, как нам—»

«—пе представляю, что произойдет, если будешь делать то, о чем он попросит—»

«—крайней мере, мы бы что-нибудь делали, а не просто сидели и ждали смерти—»

«—ловушке, все идет коту под хвост!»

Келон и Эзра стояли почти грудь в грудь, крича друг другу в лицо. Эзра выглядел каким-то истощенным. Он потерял несколько килограммов от недостатка пищи, но было кое-что еще. Он закрылся в себе, теряя свою показную смелость, и угасая в кого-то слабого и напуганного.

Хедриг лежал на одной из лавок, видимо, стараясь держаться подальше от семейного конфликта.

Я вздохнул и встал.

Реджи, заметив мое движение, сказал: «Так продолжается уже около десяти минут. Ребенок разговаривал с одним из отражений и думает, что это может помочь нам выбраться отсюда.»

Я что по его мнению овечек считаю?(ориг. На черта он думает о том, что я пытаюсь сделать?)

Сделав глубокий вдох, я вступил в спор родичей. «Оба, сделайте шаг назад и давайте поговорим об этом.»

Эзра посмотрел на меня с чистейшим отвращением, практически плюнув словами: «А не пошел бы ты на***!»

Я подавил растущее желание скрутить его, как избалованного ребенка, которым он был, но скрывал. Я знал, что от этого будет только хуже.

«Я разберусь с этим» сказал Келон, его тон был нетипично грубый.

Я поднял руки, показывая мир. «Я хотел бы услышать, что скажет Эзра.»

Эзра смотрел на меня с опаской, явно не уверен, верить мне или нет. Однако его рвение действовать победило, и толкнув брата, подошел к одному из зеркал, его тяжелые сапоги глухо стучали, волочась по каменному полу.

«Тут,» сказал он, показывая мне посмотреть на зеркало, в котором был восходящий с длинными ониксовыми рогами на шлеме. Человек стоял прямо со скрещенными руками, как когда мы вошли. «Это Мителий, когда-то восходящий. Он знает, как выбраться отсюда.»

Я снова изучил отражение, взяв во внимание мельчайшие детали. Он был примерно моего роста, хотя тоньше, с виду он был похож на солдата, серьезно уставившись на меня. Его кожа была невероятно бледной, из-за чего его угольно-черные глаза выделялись будто там была пустота на его заостренных чертах лица. Из его шлема вырвался один локон седых волос, свисающий на бок щеки.

Черная кожаная-и-пластинчатая броня выглядела легкой и гибкой—броня легкой пехоты. Похоже, она была магической; блестящие руны как струи, вделанные в стальные пластины, были не просто декоративными. Шлем особенно впечатлял. Длинные ониксовые рога возвышались более чем на два фута от верхушки шлема, благодаря чему он выглядел более высоким и тонким, чем был.

Мои глаза зацепились за что-то. Маленькая деталь, изогнутый край, очертающий рога. Это был не стык, прикрепляющий рог к шлему; это была дыра, позволяющая рогам проходить через шлем.

Человек был Вритрой, или, по крайней мере, кровей Вритры.

«Какой именно план у Мителия?» Я спросил, не сразу указывая другим на свое открытие. Наверное, для них это будет означать другой смысл.

Что-то в моем тоне должно было выдать мой скептицизм по поводу того, какой план ни был, потому что Эзра еще раз показал своим видом настороженность , прежде чем продолжить. «Он говорит, что знает, как пользоваться эфиром, а также знает, как выйти из зеркала. Он видел, как это делается.»

Молодой восходящий сомневался, поэтому я надавил на него, чтобы он продолжил.

«Он—он сказал, что духи из зеркал могут населять тела. Мертвые тела.» Эзра посмотрел вдоль коридора, туда, где сейчас оставалась лежать Риа. Нам пришлось переместить ее подальше от скамьи после первых пару дней из-за запаха.

Келон, стоявший позади Эзры, слушая и глядя ошеломленный на это все дело, сказал: «Мы ни за что в мире не отдадим тело Рии этому лжецу.»

«И как” громко сказал я, прервав их спор до того, как он мог бы начаться снова, “этот восходящий поможет, выбравшись из зеркала, нам покинуть зону?»

Взглянув на брата, как будто он не хотел ничего, кроме как пырнуть его, Эзра сказал: «Он знает, как пользоваться эфиром. Он не может сказать, как сбежать, но он может показать нам, если мы освободим его.»

«Он лжет, это и так понятно,» внезапно сказал Хедриг, не потрудившись встать со скамейки. «Я также разговаривал с некоторыми застрявшими здесь душами, и они обещали мне все что только можно, если только я помогу им сбежать.»

Эзра повернулся к нему, рыча, как загнанная в угол дикая кошка(ух, автор от копирайта защищается ориг. woadcat). «Он кровей Вритры! Один из Правителей. Кто ты такой, чтобы сомневаться в его чести?»

Хедриг закатил глаза, но Келон уже начал выглядеть неуверенным. Его взгляд метнулся к зеркалу, осматривая рога, черты человека, а затем повертел головой. «Мы не можем быть уверены, брат.»

Эзра посмотрел брату в глаза и плюнул ему под ноги, прежде чем толкнуть, проходя мимо него. «Мне насрать на то, что каждый из вас говорит, я сделаю это.»

Келон вышел из себя. Старший брат Гранбел схватил брата сзади, затащив его в удушающий захват, затем бил его об землю. Ненастоящая Ада ржала через кляп, ее глаза были раскрыты и в восторге, пока она смотрела за потасовкой.

Внезапно малиновое копье Эзры оказалось в его руке, но у него не было места, чтобы использовать его; и Хедриг быстро скатился со скамейки и выбил оружие из руки. Оно со звоном улетело в тень.





Глава 288: Последняя Надежда




Нет, думал я, мое сердце билось в горле. Это невозможно.

Взрыв сломал ближайшие скамейки и достаточно сильно задел Аду чтобы ослабить узлы, она быстро порвала веревку, освободившись.

Мой фокус был притянут обратно к двенадцатиграннику, как только последний кусочек встал на место. Как и раньше, он мерцал и светился, очертания отдельных кусочков, которые я использовал, чтобы завершить головоломку, исчезали и формировали объемную форму.

В настоящее время Хедриг и Келон впали в гармонию, работая сообща, чтобы удерживать Мителия в обороне, но каждый раз, когда они наносили удар, рана мгновенно закупоривалась.

Половина трупа Рии уже была покрыта шершавыми наростами, но ни Хедриг, ни Келон сами не избегали повреждений. У Келона было сильное кровотечение из пореза на ноге, и Хедриг, похоже, прижал отрубок копья к его щеке, которая была опухшей и уже меняла цвет.

Наконец, переливчатое мерцание на гранях двенадцатигранника сгладилось и перестало двигаться, и на каждом грани показалась разная движущаяся картинка.

В одном из них был уничтожен зал зеркал. Весь конец зала сгорел, его зачерненные края открывались прямо в пустоту. Каждое зеркало было разбито, и большинство рам было сожжено. В комнате не было никаких признаков жизни.

На другой грани двенадцатигранника я увидел себя стоящим с Хедригом и Адой, которые яростно плакали, пока мы проталкивали останки Эзры через пустую раму зеркала и прямо в пустоту.

Зал был выжжен и взорван, фонтан пуст, многие зеркала разбиты, но в целом он остался нетронутым.

Хедриг взял девушку в ласковые объятия, а я повернулся и ушел.

Мои глаза зацепились за третью картину. Мителий, в трупе Рии, преследовал меня вдоль зала из зеркал. Позади него Келон и Хедриг были полностью поглощены темными фурункулами; они были явно мертвы.

Ада лежала без сознания рядом со мной. Мителий наклонился над ней и прижал к щеке одну из почерневших рук. Я отвернулся, толкая двенадцатигранник эфиром, так чтоб он вращался, убирая ужасную картину с линии моего зрения.

Вращающийся двенадцатигранник показал различные изображения, которые попали в поле зрения. Некоторые из них были вариациями того, что я уже видел, но один в особенности привлек мое внимание.

В ней я видел себя, активирующего божественную руну, которая светилась золотым сквозь мою одежду. Фиолетовые пылинки эфира кружились и закручивались по комнате, как семена одуванчиков, и все, к чему они прикасались, светилось эфирной энергией.

Я наблюдал, прийдя в ужас, за зеркалами, которые чинились на моих глазах, и кусочки фонтана вместе улетели на место, как будто время отмоталось, дым и пар из воздуха буквально слился воедино, превращаясь в камень и воду.

Когда фиолетовые пылинки приземлились на Эзру, фурункулы начали уменьшаться, отступая, пока они полностью не исчезли. Молодой восходящий задышал, и его глаза распахнулись. Он был жив.

Незадолго до того, как стекло разбитого зеркала через которое, Келон был выброшен вернулось на место, Келон сам пролетел сквозь него, мягко сев на землю в зале зеркал. Раны, которые он получил во время битвы с Мителием, закрылись; даже поврежденные одежда и броня вернулись в прежнее состояние.

Испуганное, убитое горем изображение Ады в зеркале растворилось в розоватый дым, который вытек из зеркала, а затем целенаправленно перемещался по коридору, пока не нашел ее бессознательное тело, возвращая ее к себе.

Там, где пол зала был наиболее взорванным и сгоревшим, пепел стал кружиться, создавая миниатюрный циклон. По мере того, как пепел сгущался, форма начала приобретать фигуру.

Телу Рии, все еще не хватало одной ноги, вися в воздухе, как тряпичная кукла, безжизненно и как-то неполноценно. Потом отгрызанная часть ее ноги начала отрастать, исцеляясь на глазах. Когда ее веки распахнулись, она смущенно и испуганно посмотрела вокруг на теперь уже нетронутый зал, прежде чем спустилась на землю, где ее встретила бегущая с обнимашками Ада.

Хотя видения прошлого и настоящего предполагали возможность того, что третья головоломка может показать видения будущего, я рискнул надеясь на то, что такое возможно, пока я сам не удостоверился в этом, наблюдая за событиями, которых еще не было.

Каждая грань двенадцатигранника, казалось, показывала другое потенциальное будущее, некоторые из них показывали наше поражение, правда, там оставался шанс, что мы сможем победить восходящего кровей Вритры и сбежать из зал зеркал.

Тем не менее, страх пузырился в моем нутру(моих кишках) от того, что я видел, или не видел; Реджи нигде не было ни в одном из будущего, которые я мог видеть, даже в том, где я каким-то образом смог вернуть мертвых.

Что это за сила? Мне было интересно, все еще наблюдая за тем, как потенциальное будущее проигрывается на гранях двенадцатигранника. Это казалось слишком невероятным, чтобы быть возможным. Это был аспект(проявление) Жизни, вивум(vivum)? Способ вернуть мертвых к жизни?

Нет, подумал я, это больше похоже на аэвум(aevum), аспект Времени. Это было похоже на то, как эфир прокручивал часы вспять, к чему бы не прикоснулся, устраняя поврежденные стекло, камень, между прочем и плоть.





Глава 289: Божественная Руна




Пронзительная боль, распространившаяся по всему телу, вырвала меня из сна. Я не мог даже поныть, пока мои глаза еле открылись.

Только когда я глянул на выжженное что то походящее на длинный, пустующий коридор, воспоминания о случившемся вспыхнули передо мной: Риа, одержимая восходящим кровей Вритры, смерть Эзры, падение Келона в пустоту, мое использование Разрушения, чтобы убить восходящего, и фиолетовое пламя, попавшее на Хедрига.

Хедриг! Я напрягся, как только подумал о зеленоволосом восходящем, вызывая органоразрушающую боль, которая вспыхнула во мне еще раз.

«Первое, что ты делаешь, когда просыпаешься, это беспокоишься о каком-нибудь случайном восходящем, которого встретил несколько дней назад, а не о своем любимом товарище?» сказал мне знакомый голос, пусть даже по тону немного выше нормального. «Понимаю каково это.”

Реджи! Что произошло?

«Я расскажу тебе, что произошло!» Реджи не выдержал, его почти детский голосочек, с оттенком разочарования.

Черная тень появилась из грудины, показывая моего теневого товарища… похожего на.

«Посмотри на меня!» Реджи лаял, плавая в нескольких футах надо мной. Когда-то громадный теневой волк, который был достаточно большим, чтобы взрослый мужик мог легко ездить верхом, был теперь, не подобрав лучшего слова, щенком. У него все еще были волчьи черты, теневой хвостик, четыре черные лапки и рожки на голове, но теперь он был только размером с мою голову.

«Я вижу, ты… поубавил в весе», проскрипел я, морщась от боли.

«Хехехе,» высмеивал Реджи, посмотрев на меня. «Я дал бы тебе пощечину, если бы у меня была сила взрослого тела.»

«Это”—Я махнул рукой в его сторону, указывая на его уменьшительную форму—”произошло потому что нам пришлось исчерпать весь наш эфир?» спросил я.

Мой щеночек-дружочек закатил большие глаза. «Нет. Я стал таким, чтобы воплотить свои мечты в жизнь как чей то дружок по объятиям.»

«Я видел, как тебя отбросило в одно из зеркал» сказал я, игнорируя его сарказм. «Что случилось после этого?»

Реджи на мгновение подумал, потерев подбородок маленькой лапкой. «Я точно не помню. Я просто продолжал падать в пустоту, пока не потерял сознание, а потом снова оказался в твоем теле с раскалывающейся головной болью».

Я вздохнул с облегчением, рад, что в будущем у меня будет меньше поводов для беспокойства, когда я буду сражаться бок о бок со своим теневым товарищем.

Желая двигаться, я попытался оттолкнуть себя от земли. Когда в моем сердце оставалась едва ли лишняя щепотка эфира, и боль исходила от каждого сантиметра моего тела, я даже не мог присесть, не говоря уже о том, чтобы встать на ноги.

Не имея сил и с головной болью, достаточно сильной, чтобы мешать мне медитировать, я откинулся назад и позволил своим мыслям блуждать. Воспоминания и эмоции, которые я накапливал и хранил в глубине души, стали всплывать—воспоминания и эмоции о друзьях и семье возвращаясь в Дикатене.

Я так старался нагрузить себя, даже не давая себе времени подумать о болезненных воспоминаниях о жизни, которую я оставил позади. Наблюдая за трагедией семьи Гранбел, которая проигралась, должно быть из за нее прорвалась плотина, которую я бессознательно строил, чтобы сдерживать эмоции. Я боялся, что существует реальная вероятность того, что я встречусь лицом к лицу с безнадежными шансами на то, что захочу снова увидеть свою семью и друзей когда-нибудь, это полностью поглотит меня, если буду думать о них слишком часто.

Но что было еще страшнее, так это то, что я чувствовал, как медленно забываю их лица и голоса. Узнать их не было проблемой, но иметь возможность представить их в моем воображении… это становилось все сложнее.

Мое тело медленно восстанавливало запасы эфира, и боль от ответной реакции начинает притупляться, я оттолкнул лица Элли и моей мамы, застывшие в моем сознании с выражениями скорби и отчаяния.

Медленно вставая на ноги, я вытащил мёртвую реликвию, которую спрятал в кармане, подтвердив собственными глазами, что некогда чёрный камень теперь был мутным белым кристаллом. Желая узнать, для чего он предназначен, я влил в него скудные остатки эфира, которые у меня остались.

Ничего не произошло.

«Ты сломал его?» спросил Реджи.

Я не думаю? Я спрятал непрозрачный кристалл обратно в карман. Нам придется изучить его намного позже; когда я не буду чувствовать себя почти мертвым.

Сместив взгляд, я заметил, что для меня из куска одежды была сделана(скручена) самодельная подушка. Бессмысленные эмоции привязанности к этим Алакрианам, с которыми я только что познакомился, начали проявляться, зажав мое нутро. Повертев головой, я задал вопрос, который боялся задать с тех пор, как проснулся.

«Кто жив?»

«Иди проверь сам. Они вон там,” буркнул Реджи, указывая налево пухленькой лапкой. «Теперь, извини меня, я буду прятаться в теле, пока не смогу снова впитывать эфир самостоятельно. Не зови без срочной надобности.»

Я поднял бровь. «А ты вообще полезен в своем состоянии?»

«Ой, захлопнись,» он резко ответил перед тем, как исчез в моем теле.

Вздохнув, я осмотрел выжженные останки комнаты зеркал. Так же, как и будущее, которое я видел внутри ключ-камня, зал был окрашен в черный и красный цвета, фонтан разбился, и вода проливалась по кругу. Многие зеркала были разбиты, открывая бесконечную пустоту, в которую упал Келон.

Ключ-камень…

Я оглянулся, но кубовидной реликвии нигде не было видно.

«Он рассыпался после того, как ты вырвался из транса,» сказал Реджи.

Черт подери! Я надеялся, что, возможно, будет еще одна возможность для меня, чтобы погрузиться в ключ-камень, еще один шанс, чтобы построить знания, которые я получил. Если бы это глупое дите не выпустило восходящего кровей Вритры—

Я отшатнулся от мысли. Это «глупое дите» заплатило за свою ошибку жизнью. Злиться на него сейчас не было причин, и не было никакой возможности вернуть вспять то, что было сделано.

Если бы..

Ключ-камень не показал мне будущее, где я мог буквально повернуть вспять время самой смерти. Я прощупал свой разум на наличие божественной руны, и пока я чувствовал ее там, я не мог сказать, что она сделала.

Как бы там ни было, я узнал все, что я был способен понять из ключ-камня. Вот почему он вытолкнул меня, я уверен. Я бы просто попробовал снова, чтобы увидеть, что он может делать…

Несмотря на бардак в комнате после нашей битвы, поиск остальных не занял много времени.





Глава 290: Сняв маску




«Какого черта?»

Каэра поднесла нежную руку к лицу, пощупав щеку, а затем вытянула локон длинных волос перед лицом, чтобы она могла видеть его должным образом. Она заметно побледнела, когда рука поднялась и коснулась одного из ониксовых рогов, которые росли по бокам ее головы. У каждого рога было по две отдельных точки: Главные рога устремились вперед и вверх, в то время как меньшая пара в форме клыков выступали сзади, обрамляя ее голову как темную корону. Тонкие золотые кольца украшали каждый из маленьких отростков.

«Грей, я все объяс—»

Моя рука бросилась в дымку, схватив Каэру за тонкую шею и подняв ее со снежной поверхности. Небольшое затрудненное дыхание исходило из ее губ, пока она пыталась освободиться, но мои глаза были сфокусированы на этих черных рогах.

Она Вритра! подумал я, чувствуя себя глупо за то, что позволил кому-то, кого я так мало знал, так сблизиться со мной. Нет, она не смогла бы войти в Реликтомбы, если бы все было так. Я не знал, что делать с этим внезапным открытием. Может она просто кровей Вритры?

«Я понимаю, что ты шокирован—впрочем как и я—но я не думаю, что мы получим от неё ответы, если она умрёт,» сказал мне Реджи, отрезвляя меня.

Я ослабил хватку, позволив алакрийской девушке упасть на землю, где она судорожно кашляла и терла горло.

«Пожалуйста… Грей. Я не причиню… никакого вреда,» умоляла Каэра, ее красные глаза смотрели на меня.

«Молчать,» предупредил я, вытащив белый кинжал из моей размерной руны, пока изучал алакрийскую девушку высших кровей.

Какова была цель Каэры—убить меня? В этом не было смысла. Она могла убить меня в любое время, пока я был в ключ-камне. Ей нужны были доказательства, чтобы вернуться к родословной, Косе или, может быть, даже к самому Агроне, чтобы они могли найти и казнить меня?

В конце концов, независимо от ее причин, все сводится к двум вариантам.

Мысль о том, чтобы просто убить ее прямо здесь и смягчить любой потенциальный риск, всплыла в моей голове, но, держа кинжал, вспоминал о том, как Каэра отказалась от клинка своего покойного брата, чтобы у меня было оружие. Мало того, мы с Каэрой расстались в хороших отношениях после нашего временного объединения в зоне конвергенции.

Даже тогда у нее и ее двух охранников было несколько шансов убить меня, пока я был без сознания после нашей борьбы с титаном, хотя это также было правдой, что она могла догадаться о моей личности после возвращения в Алакрию.

Она все еще зовет меня Греем, а это значит, что она может не знать, кто я, в конце концов…

Моя хватка вокруг костяного белого кинжала сжалась, пока я пытался принять правильное решение. Я доверял Хедригу, но зеленоволосого человека, который сражался рядом со мной, на самом деле никогда не существовало. Вместо этого, это была девушка, глубоко скрывающаяся за занавесом алакрийской знати—из кровей Вритры, которая в ней протекала.

Реджи выпустил смешок. «Чего ты так паришься? Может, ты ей просто нравишься.”

«Чего?» выпалил я, поразив Каэру, которая все еще стояла на коленях в снегу.

«Ничего,» сказал я, прочищая горло и молча ругая своего товарища за его легкомысленное отношение.

Я чувствовал, как Реджи закатывает глаза. “Убивай ее или нет, решись уже на что-то, только быстрей. Я не хочу выяснять, что со мной будет, если ты замерзнешь до смерти, стоя здесь.

Мое лицо и руки игнорировали холод, но мое асурийское тело делало для меня эту смертельную погоду неприятной, в большинстве своем. Каэра, несмотря на ее очевидное происхождение от Вритры, не разделяла моей стойкости, и она уже начала трястись.

Вздохнув, я неохотно принял решение. Я вынул шерстяное покрывало из своей руны—еще один предмет снаряжения, который Аларик решил упаковать мне—и бросил его ей. «Завернись в это. Нам нужно найти укрытие—тогда и поговорим».

Она взяла мягкое покрывало и укуталась им, как одеялом. «Спасибо.»

Мои глаза быстро просканировали наше окружение. Как и прежде, портал, через который мы прошли, исчез, оставив нас застрявшими в чистом белом пространстве. Ледяной ветер подбивал много снега, из-за чего вдали трудно было что-либо рассмотреть.

«Надо выдвигаться,» я ответил вежливо, отворачиваясь.

«А я бы пошел по пути хорошего парня, но в твоем случае и плохиш сработает» дразнил Реджи.

Хочешь, чтобы я выковырял тебя эфиром?

“Никак нет, сэр, извините, сэр”

Закатив глаза, я продолжал идти, обращая пристальное внимание на мягкий хруст шагов Каэры всего немного позади меня.

«Ты опасаешься меня, но поворачиваешься спиной. Ты чего такой уверенный?» спросила Каэра, ее серебристый голос прорезался сквозь завывание ветра.

«Хочешь узнать?» спросил, не утруждая оглянуться.

«Может быть, в следующий раз,» мягко сказала она после молчания.

«Слышал а, она хочет следующего раза» Реджи давился от смеха.

Я проигнорировал комментарий товарища, но мысленно дал ему второй страйк.

«Держите глаз востро, любой тип укрытия подойдет,» кричал я, своими глазами осматривая каждую тень и складочку на замерзшем пустыре на предмет чего-то, что могло бы быть пещерой или оврагом, или даже просто свесом, который укрыл бы нас от укусов ветра.

«Я едва вижу тебя. Даже с маной, я не думаю, что смогу что-то увидеть, пока оно не появится перед глазами” сказала Каэра, в его голосе была нотка разочарования.

«Слушай я тут подумал, может вам ребятки выкопать самим укрытие, и крепко обнявшись—”

Страйк номер три.

Окружив эфиром бесплотную форму Реджи изнутри, я направил ее в ладонь и вытолкнул наружу.

К моему удивлению, пламенный детеныш Реджи на самом деле вырвался из моей руки, махая конечностями от неожиданности.

“Эй! Что за—”

Каэра открыла рот и рванула в движение. Вылетев из под простыни и вытянув тонкий изогнутый меч, она резанула кратким движением вниз, разрезав Реджи пополам.

Я наблюдал за этим с поднятыми бровями, как рассеченная форма Реджи исчезала, растворяясь в ветренном снегу.

Острый взляд Каэры порыскал вокруг местности, и когда она больше не заметила никаких угроз, она одним плавным движением спрятала лезвие. Потом она заметила вид моего лица, и ее собственное уверенное выражение улетучилось.

Я невозмутимо показал на точку, где исчез Реджи, и сказал: «Через несколько секунд эта штука появиться вновь. И как бы забавно это ни было, пожалуйста, не нападай на него снова.»

Её глаза расширились. «А так это была твоя штука?»

«Это был мой волк, да.»

«Грей, я—»

Она прервалась, как только щепотка темного пепла начала вращаться внутри светлого снега, сгущаясь доверху до тех пор, пока это стал идеально круглый шарик, который лопнул в пламени. Наконец, выпуклые светлые глаза Реджи открылись, и темная тень рта скрутилась в комический хмурый вид.

Блуждающий огонек приземлился на землю, переместившись, вздулся и превратился обратно в маленького, похожего на волка щенка. «Знаете, я уже не знаю, кто мне больше из вас нравится.»

Брови Каэры сморщились, она была сбита с толку, пока ее взгляд метался между Реджи и мной.





Глава 291: Убить или не убить, вот в чем вопрос?




Мои пальцы пробежались по раме арки, там были сформированы зубчатые, отломанные края, где отсутствовали куски большой конструкции.

Это еще одно испытание или просто плохая удача? Я надеялся, что пересечение замерзших пустошей будет достаточным условием, чтобы покинуть эту зону, но очевидно, что это не так.

Я повернулся к Каэре. «Ты видела какие-то кусочки арки в куче? Кажется что, по крайней мере, четыре или пять отдельных кусочков отломано судя по повреждениям.»

Она тщательно осмотрела большую кучу за минуту, прежде чем оглянуться на меня и повертеть головой. «Здесь довольно многовато перебирать, не я не вижу чего-то такого что было похожим на белый камень из которого сделана арка. Возможно, здесь, под костями…» Она продолжала поиски, а я не надеялся, что либо найти. В Реликтомбах никогда не могло быть все настолько просто.

Реджи выскочил из бока, приземлился на платформу и встряхнулся как собака, фиолетовое пламя его гривы трепетало. Он смотрел на возвышающуюся над ним древнюю постройку, прежде чем заговорить. «Тебе вообще нужны кусочки? Может быть твоя новая способность сможет… починить это».

«Это так не починится…» Остальные мои слова увяли в горле, как только я понял, что мой товарищ прав. Прижав свою ладонь к арке, я зажег новообретенную божественную руну, которая скрыто сидела у меня внутри. Ремонт всех зеркал в последней зоне дал мне более чем достаточно практики использования Реквиема Эйровы(Aroa’s Requiem), но чувство было новым и несовершенным, почти чужим.

Руна засветилась золотым из-под моей одежды, как только эфир распространился, и пурпурные пылинки эфира стали кружиться вокруг моей руки. Пылинки оставили меня и струились вдоль арки, концентрируясь там, где сломанные края выделялись на фоне безупречно гладкой резьбы.

Кроме легких потертостей, которые исчезли, ничего не случилось. Я продолжал концентрироваться, представляя себе недостающие фрагменты арки, восстанавливающие сами себя. Сверкающие частицы эфира просто работали, как ранее, ремонтируя треснувшие зеркала и освобождая заключенных восходящих без прямого вмешательства.

Если бы я только мог увидеть что делать, посмотрев в будущее…

Может быть, мне нужно было больше понимания того, как отремонтировать предмет, или какова настоящая цель, чтобы повлиять на него с помощью Реквиема Эйровы.

Или, может ни то ни другое.

Разочаровавшись больше в себе, чем в нынешних обстоятельствах, я вздохнул.

«Не работает» любезно сказал Реджи.

«Я вижу,» пробормотал я, вытягивая эфир из моей божественной руны. Фиолетовые пылинки выходили друг за дружкой, до тех пор пока руна не потухла. «Попробуй обыскать остальную часть зала на предмет каких-либо кусочков арки. Может быть, если мы найдем их, я смогу ее починить.»

«Может быть? Я имею в виду, что я такой же оптимист, как и любой другой, но «может быть» звучит как то—»

«У нас есть выбор?» Крикнул я, глядя вниз на теневого щенка семейства волчьих.

У Реджи опустились уши. «Нет, полагаю, что нет.»

Я вздохнул, пока мой друг прыгал с лестницы на лестницу и начал нюхать внешнюю стену огромного пространства. Мы с Сильви никогда так не ссорились—но Реджи в этом не виноват. Сильви всегда была моим контрапунктом, давая мне: мудрость, когда я был глуп, сдержанность, когда я был безрассуден, храбрость, когда я боялся.

Реджи, с другой стороны, был больше похож на меня, усиливая как мои сильные, так и слабые стороны. Поэтому я был с ним жестче, чем с Сильви? Я вспоминал те первые моменты в Реликтомбах, когда я проснулся в одиночестве и бессилии—сам, без него.

Без него, просыпаясь в той убежище-комнате без Сильви, зная, что она пожертвовала собой ради меня…

Сидя на краю платформы со свисающими вниз ногами, я вытянул цветной радужный камень, в котором содержался мой договор(узы, связь от кента). Прошло довольно много времени с тех пор, как я пытался впустить в него эфир, но я чувствовал, что я еще не достаточно силен. Несмотря на все, с чем я сталкивался, и все, что я узнал с тех пор, как проснулся без магии и сломленным в Реликтомбах, я едва ли поцарапал поверхность благодаря возможностям эфира.

Когда-нибудь я вытащу тебя оттуда, Сильв. Обещаю. Тогда ты встретишься с Реджи и—

«Еще одна реликвия, скрытая от Вритры?» спросила Кейра, скользнув на сиденье рядом со мной, мое одеяло было плотно обернуто вокруг ее плеч. Ее темно-синие волосы упали перед глазами, и она наклонилась вниз, чтобы осмотреть яйцо Сильви.

«Не совсем,» сказал я, вернув взляд назад к радужному яйцу.

«Красивое», сказала Каэра, едва прошептав.

«Спасибо,» сказал я, поспешно спрятав яйцо обратно в свою размерную руну хранения, прежде чем она смогла изучить его поближе.

Я начал вставать, когда сильные пальцы схватили меня за предплечье и потащили обратно на сиденье. Я повернулся, чтобы перед Каэрой, но она уставилась на меня, пораженная. «Что это было?»

Мои глаза сузились. «Я считаю, что не обязан говорить тебе, о моем—»

«Не о разноцветном камне речь,» сказала она, смахивая мои слова свободной рукой. «Как ты это сделал? Куда он делся?»

Я показал ей заднюю часть руки(от ладони) и размерное кольцо хранения, которое носил «В моем—»

«Нет, ты его не закидывал туда.» Она повертела головой, ее обычно спокойные манеры сменились детским возбуждением. «Я точно могу сказать, что ты не активировал кольцо. Подожди, ты не можешь…» Глаза Каэры раскрылись от понимания. «Конечно как я не заметила раньше? У тебя же нет маны, чтобы активировать кольцо».

Мои извилины заработали, чтобы солгать, объяснив, что произошло: мое кольцо могло бы быть еще одной реликвией, которая не нуждается в мане, яйцо могло бы обладать способностями, похожими на Реджины, или придумать любой удобный предлог…

Но когда я открыл рот, чтобы говорить, я засомневался… как я устал от всего этого.

В чем смысл лгать? Каэра знала, что я использую эфир. Она знала, что у меня есть хотя бы одна реликвия—за которую карали смертной казнью—и, наверное, предполагала, что у меня их больше. Она даже видела то, как Реджи говорил и впитывал эфир, но все равно решила почесать его, будто он еще один домашний питомец.

«У меня…» Вздохнув, я поднял рукав и впитал эфир в предплечье, чтобы активировать размерную руну. «У меня есть руна—которая работает по похожему принципу. Кольцо просто показуха.»

«Обворожительно.» Рубиновые глаза Каэры сияли сильным любопытством, пока она смотрела на сложные руны, высеченные на моей коже.

Я почувствовал легкую улыбку, которая вытянулась ну уголке губ, пока наблюдал за ее тщательным изучением моей руки, выглядело как ребенок, который открыл для себя новую фирменную игрушку.

Словив себя на мысли, волна вины надавила на меня, заставив вспомнить, кем была эта девушка. Каэра последовала за мной и солгала о своей личности. Она была не только Алакриянкой, но и с той же родословной Агроны и остальных его чудовищ, которые сеяли хаос на мой народ.

Моя темная половина мотивировалась тем, что в любое время смогу убить ее до того, как покину Реликтомбы, если уж я расскажу ей слишком много, но я также понимал, что я просто придумываю оправдание. Буду честным, капец как хорошо, от того что я избавился от лишнего веса, скинув, по крайней мере, один секретик с плеч.

Холодное прикосновение на руке вырвало меня из мыслей, поразив меня.

Каэра убрала руку. «М-мои извинения! Мое любопытство имеет тенденцию переходить границы временами, и я хотела узнать, ощущает ли руна…»

«Все в порядке,» сказал я, прочищая горло.

Я стянул рукав обратно вниз, чтобы прикрыть руну, но Каэра все еще смотрела на меня.

«У меня что-то на лице?» спросил я, поднимая бровь.

«Просто… Кто ты такой , Грей?» спросила Каэра.

«Просто солдат, который был смертельно ранен,» сказал я пожимая плечами. «Ты должна помнить, что мы встретились вскоре после этого.»

Каэра сузила глаза, и надула губы. «Это немного упрощенно(ориг. Это капелька упрощенчества), Грей. Если бы ты спросил меня, я бы предположила, что ты некое подобие отклонений Реликтомб, собранное эфиром, чтобы завлечь(соблазнить) меня в глубочайшие глубины(deepest depths) древних магов и их нескончаемую крепость.»

«Завлечь тебя?» посмеялся я. «Извини, но если я правильно помню, это ты как-то выследила меня и обманула, чтобы я взял тебя с собой.»

Каэра смутилась перед тем, как прочистить горло. «Это, признаюсь, было немного неприлично» сказала она, отвернувшись.

«Так…» Я сказал тихо. «Не пора ли мне получить объяснение?»

Каэра ерзала, будто ей было неудобно, не в состоянии смотреть мне в глаза, пока ее волосы спадали на лицо, как занавес. Она подняла руку и указала мне на грудь. «Медальон.» наконец-то, сказала она.

«Медальон?» повторил я озадаченный. «Какой меда—»

Открытие поразило меня, и я достал костяной белый кинжал ее брата и посмотрел на золотую монету, привязанную к его рукояти. Это был символ Дома Денуаров: крылья с перьями, раскинутые в форму вогнутого щита.(Атака Титанов — Развед Корпус)

Конечно.

«Кто нибудь еще может выследить меня с помощью этого, или только ты?» Мой голос звучал холодно и собрано, пока мой (суженный) взгляд вцепился в нее. Если бы Агрона или его Косы смогли выследить меня с помощью магического маячка слежения, то я бы оказался в опасности, как только покинул Реликтомбы.

Проклятье. Если бы я все еще мог использовать ману, я узнал об этом.





Глава 292: Следы




Мы с Реджи стояли у прохода к арке, открывающей снежный туннель. Вход был частично завален и быстро заполнился снегом. Перед нами было размытое пространство серого и белого, сильная буря, рвущая и бросающая снег с достаточной скоростью, чтобы вырывать плоть из костей.

Я почесал щеку. «Может, все не так плохо, как кажется.»

Реджи фыркнул. «Представь, что это твои последние слова.»

Игнорируя ехидное замечание моего товарища, я прибыл в конец туннеля, где скопился снег и в значительной степени заполнил щель, проделанную силой Каэры, оставив позади только мелкий углубление(дерн). Частицы фиолетового эфира кружились в буре, придавая снегу розоватый оттенок и делая его еще более труднодоступным для глаз.

«Подожди, ты серьезно?» спросил Реджи, обойдя вокруг меня, чтобы встать между мной и бурей. «Вчера мы едва видели два фута перед собой, а сейчас буря сильнее чем была».

«Ну, мы не можем сидеть сложа руки, в надежде, что буря пройдет,» сказал я, переступая через товарища.

Я покрыл себя эфиром, укрепляя свое тело от холода и режущих осколков снега и льда. Поднявшись на дерн, я начал проделывать путь из тоннеля. Мои ноги утопали с каждым шагом в мягком белом снеге, из-за чего мне приходилось постоянно использовать руки, чтобы отлопатить в сторону свежий снег.

Даже при нескончаемом количестве окружающего эфира, пополняющего мои резервы, я чувствовал, как мое ядро быстро иссушается от ветра, который постоянно ударяется об мою эфирную защиту. Мне приходилось идти медленно и в широком положении, чтобы меня не отбросило от бури. Эфирные ветры постоянно меняли направление, меняя пейзаж с каждым порывом и сотрясая мою уверенность в собственном смысле этого слова.

«Проклятье,» ругнулся я, мой голос глушила воющая буря.

Признав поражение, я повернул обратно. Метель уже начала заполнять проделанный ров, в той точке куда я шел, использовав свою связь с Реджи в качестве якоря, я быстро нашел исчезнувший вход в эфиро-вырезанный тоннель, ведущий обратно в купол.

К тому времени, как я вернулся, Каэра проснулась и стояла рядом с Реджи, плотно обернувшись в несколько слоев одеял.

Каэра прежде чем задрожала, посмотрела на меня. «Просто глядя на тебя, мне становиться холоднее.»

Я осмотрел себя, с головы до ног облеплен толстым слоем утрамбованного снега.

«Ты там что-нибудь нашел? Может, немного снега?» спросил Реджи, волчьей улыбкой.

Сметая большую слипшуюся массу снега из своих пшеничных волос и с плеч, я уронил ее прямо на своего товарища.

«Эй!» Реджи закричал, его слабый голос приглушился снегом. Он делал усилия чтобы освободить свое крохотное тело от снега, пока Каэра не пригнулась и не вытащила его за хвост.

«Похоже, что мы застрянем здесь ненадолго» сказал я Каэре, пока стряхивал с себя остатки снега.

Алакрийская дворянка вздохнула. «Так и думала.»

Возвращаясь по тоннелю, под купол, я сел в наш импровизированный лагерь и начал думать. Мысль о том, чтобы просто сидеть и ждать, казалась почти такой же ужасной, как и поход через метель. Я рассуждал, стоит ли использовать это время для очистки эфирного ядра, но этот процесс оставил бы меня слишком уязвимым для моего комфорта, и Реджи все еще нужно было вернуться к норме

В то время как я продолжал обдумывать наш следующий план действий, мой взгляд устремился на Каэру, которая копалась в куче случайных предметов у подножия лестницы. Ее глаза загорелись, когда она подобрала небольшой предмет, перед тем как положить его в карман, а затем снова вернулась к поискам. Через некоторое время она направилась к куче одеял, которые мы разложили, с горсткой мелких косточек и гладких камешков.

«Что ты делаешь?» спросил Я.

«Иди сюда и увидишь,» сказала она, похлопав по полу возле себя.

Мое любопытство разыгралось, я подошел к тому месту, где она с помощью ножа рисовала тонкие линии на гладкой каменном полу, пока не была вырезана грубая шестиугольная сетка.

Сначала я подумал, что она пытается составить карту наших координат в зоне, но потом она начала размещать набор разных камней и костей в двух противоположных сторонах сетки.

«Это случаем, не игра?» спросил я, нахмурив брови.

«Это стратегическая игра, популярная среди высших кровей(аристократов),» объяснила она, поставив некоторые фигуры таким образом, чтобы они находились в центре соответствующих шестиугольников. «Я ношу переносную доску во время восхождений, но так как мое размерное кольцо сломано, пришлось сделать это.»

Каэра не ела днями. В этих холодных условиях ее организм сжигает больше энергии, чтобы регулировать внутреннюю температуру, она продержалась бы неделю, может быть, две, без какой-либо надлежащей пищи. Тем не менее, она выглядела беззаботной, пока сидела перед грубо сделанной доской.

«Думаешь на это есть время?» спросил я, все еще стоя.

Каэра подняла бровь, посмотрев вверх. «Извини, у тебя были другие неотложные дела, Грей?»

Закатив глаза, я сел на противоположный конец самодельной доски. «Хорошо, но тебе придется научить меня основам.»

***

«Итак, кастеры могут двигаться по пяти точкам в заданном направлении—»

«Нет, они могут двигаться куда угодно, пока находится в пределах пяти точек. Вот, давай я тебе еще раз покажу,” сказала Каэра, говоря громче шума бури снаружи.

Каждый из нас сидел на сложенном одеяле в куполе, высеченная игровая доска расположилась между нами, в то время как Реджи оставался в моем теле, чтобы пополнить свой эфир. Передо мной были осколки кости, на каждой фигуре вырезано маленькое изображение квадрата, линии, треугольника, или круга. У Каэры были фигурки гладких камней, каждый из которых был вырезан с одним из тех же четырех символов.

«А фигуры с линиями это бойцы?» сомнительно спросил я.

«Да,» сказала Каэра с надутыми губами. «И это не линия, это меч.»

Я опустил голову к доске, чтобы взглянуть поближе. «Я уверен, что это линия.»

«Мне пришлось импровизировать, так что просто используй свое воображение,» ответила Каэра. «В любом случае, фигурка кастера с символом огня—»

«Треугольник,» поправил я.

«Огонь,» напряглась она, “самый гибкий. Щиты лучше всего использовать в обороне, в то время как бойцы хорошо справляются с захватом фигур. Помни, что ты можешь захватить, только перепрыгнув через него.»

«И ты выиграешь, если возьмешь моего стража(часового)?»

«Угум», Каэра кивнула. «Или если мой часовой дойдет до твоего, это называется чистой победой.»

Я поднял бровь. «Какая разница между обычной победой и чистой победой?»

«Чистую победу намного труднее одержать, поэтому это считается большим достижением».

«Похоже, это еще один способ для дворян выставлять напоказ свои навыки.»

«Полагаю, что так и есть.» Каэра посмеялась, пока возвращала фигуры в их первоначальное положение. «Ты готов?»

Я кивнул. Хотя я раньше не играл в эту специфическую игру, она была достаточно похожа на стратегическую настольную игру моего прошлого, правила которой легко вписались в голову.

«По правилам, белые ходят вторыми,» сказала она, указывая на мои костлявые фигурки.

Сделав миниатюрный кивок, я жестом показал Каэре ходить. Она сдвинула каменный щит вперёд на одно место. Я переместил своего внешнего нападающего в крайний левый угол доски.

Каэра ответила, передвинув одного из своих кастеров вверх по краю доски, напротив нападающего, которого я только что переставил. На этот раз я также переместил своего кастера, вынося его перед фигурой щита снаружи, так чтобы кастер мог захватить щит во время следующего хода..





Глава 293: Перья в Снегах




Мир исказился, растянулся и сложился в море из фиолетового, и вездесущий звук суровых ветров был сведен к далекому гулу во время моего одиночного эфирного шага.

Для всех остальных, Божественный Шаг был мгновенным. А я делал усилия, чтобы полностью обработать быстро меняющийся пейзаж по мере того, как я приближался к месту назначения. Мне нужно было понять и предсказать, что именно окажется вокруг меня, когда я прибуду, или что доля секунды дезориентации даст моему врагу более чем достаточно времени, чтобы нанести ответный удар.

Но ни возвышенной рамы зверя похожего на медведя, ни моих спутников не было видно, как только я прибыл в пункт назначения. Вместо этого меня встретила полная тьма. Потом появилось клаустрофобное ощущение из за того что был полностью зажат, как грызун, попавший в ловушку кулака. Что-то закрывало мой рот, собиралось в мои руки и ноги, прижимало к глазам, наполняло рот.

Слепое чувство страха пронеслось по мне, вызвав выброс сердцебиения и учащенного дыхания, ловив воздух где только можно было, у меня был набитый рот из-за быстро тающего снега, угрожающего задушить меня.

«-уя произошло?” мыслил Реджи, его собственный разум почти поставил тире вместо грубого слова от беспокойства. “Артур? Артур!”

Попробовал Божественный Шаг—все смешалось от ветра—наверное потерялся—где-то под снегом… Мои мысли рассеялись и было трудно их собрать, даже труднее, чем объяснить мое внезапное появление под снегом.

Это был единственный случай, когда Божественный Шаг провалился, и это был первый раз, когда я почувствовал не только дезориентацию, но и обратную сторону исскуства спатиума(пронстранства). Если бы я оказался под землёй или глубоко в океане, последствия могли бы быть опасными для жизни.

Я отбросил ненужные мысли, которые заставили меня погрузиться еще глубже в снег, открыв свободный дюйм пространства вокруг лица и туловища.

Крутясь и поворачиваясь, я использовал все свое тело, чтобы пробиться через тяжелый, плотный снег и освободить себе немного пространства, чтобы дышать. С течением времени, у меня была грубая маленькая пещера, в которой я съежился, мой разум немного прояснился.

Реджи, найди меня. Ищи всплеск эфира.

Я сумел ощутить оттенок сомнений от моего товарища. «Ты хочешь, чтобы я бросил—»

Я не могу использовать Божественный Шаг, поэтому не смогу выбраться отсюда. Просто ищи—

«Эфирную пушку. Да, да, я в пути, Принцесса.»

Используя технику, которую я изобрел, чтобы просверлить глубокий снег под куполом, я выпустил небольшое количество эфира из своего ядра и собрал его в руке, формируя и придавая форму сферы (molding;shaping). Фиолетовая сфера выстрелила вверх, легко проходя сквозь слой снега над мной, затем поднимаясь еще на пятнадцать футов вверх сквозь бурю.

Как только отверстие образовалось на поверхности, кусачий ветер и рев вьюги вырвался из него(отверстия). Я досчитал до тридцати, затем запустил в небо еще один заряд эфира, который сверкал, как сигнальная вспышка, посреди стены надвигающихся льда и снега.

Я следил за временем по количеству эфирных сфер, которые я посылал ввысь, в небо. Примерно на пятом выстреле я начал задаваться вопросом, насколько сильно я сбился по курсу. К десятому я начал нервничать. Затем, вскоре после того, как я послал в небо тринадцатый шар фиолетового цвета, который светился эфиром в небе, темная фигура обрисовалась, приземлившись на меня с бормотанием, в сверкающем черном пламени, которое двигалось из отверстия сверху. Фигура закричала от удивления, и что-то сильно ударило меня в нос, а потом огонь исчез.

«Грей!» кричала Каэра, борясь, чтобы высвободиться от меня. «Что случилось?»

«Позже!» Я закричал в ответ. «Просто жди Реджи, тогда мы—»

Мысли теневого волка прорезались в мои. «Эм, Артур?”

Где ты находишься, Реджи? подумал я, не в состоянии подавить разочарование, которое я чувствовал, просачиваясь в нашу связь. Я чувствовал присутствие моего товарища ближе, чем раньше, но я не мог точно определить его во время эфирной бури.

“Почти на месте, я думаю. А запусти-ка еще одну сигналку.”

Я последовал инструкциям своего товарища и через мгновение он скользил вниз в нашу теперь уже тесную яму рядом с Каэрой и мной, не отмеченную бушующей бурей.

«Приятно видеть вас обоих снова, у вас тут хорошая погодка» с сарказмом заметил Реджи. “Я думаю она сейчас станет—»

Поймав вспышку в уголке глаза, я перехватил объект как раз перед тем, как он попал в боковую часть головы. В моей руке был град размером с кулак.

«—намного хуже,» Реджи закончил фразу как только второй замороженный снаряд, упал рядом со мной, оставив кратер всего в нескольких дюймах от моего товарища.

Рядом со мной воспламенело черное пламя от фигуры Каэры, как только толстый кусок льда размером с ее голову ударил ее в плечо. Хотя аура поглотила большую часть града, прежде чем он попал в нее, она больно засосала вздох и ее отшатнуло от удара.

«Мы не можем так двигаться,» сказала она, перекрикивая шум. «Мы—я буду забита до смерти».

Зная, что она права, я сделал единственное, что мог придумать. Обернувшись к маленькой яме, так что я был спиной к остальным, я послал всплеск эфира наружу, вниз, проделав дыру в земле из вечной мерзлоты и даже удалив пару футов темной почвы.

Я проскользнул в скользкий тоннель, глубина которого составляла около пяти футов, а ширина — семь футов, и остальные быстро последовали моему примеру. Расположив плащ, я показал жестом чтобы Каэра легла подо мной.

«Реджи, внутрь меня. Каэра, сюда.»

«Какого ты…»

«Над нами не хватит снега, чтобы заблокировать град,» нетерпеливо сказал я. “Я могу защитить свое тело эфиром, а тебя своим телом. Просто ложись.»

Реджи сразу же прыгнул в мое тело, но Каэра продолжала сомнительно на меня смотреть. Этот момент сомнений был прерван, когда массивная пуля льда пролетела сквозь снег над нашими головами и отскочила от твердой земли к моим ногам, забрасывая нас снегом, грязью и льдом.

«Я чувствую, будто мы стали намного ближе за последние несколько дней, Грей, не так ли?» сказала она, громко смеясь перед тем, как опуститься под меня.

«Слишком близко для моего комфорта,» жаловался я, натягивая плащ вокруг нас и смещаясь так, что я неловко парил над Каэрой, защищая ее от града и делясь теплом. Все мое тело начало гудеть от ощутимого слоя эфира.





Глава 294: Четыре Клана




Понадобилось время чтобы мои глаза привыкли к освещению. Внутренняя часть хижины старейшины Спир Бик была тусклой, за исключением тонких столбиков света, которые проникали сквозь щели в переплетах палок и около края висящей двери.

Интерьер хижины был прост: большая кровать из перьев, коричневая трава и пучки пушистого белого меха, какого было преобладающее большинство, а рядом с дверью стоял один медный умывальник, полный воды. На поверхности которого образовался тонкий слой льда.

По хижине с уголков веток растянулось то, что выглядело как трофеи. Там было несколько ожерелий из больших клыков и маленьких костей, шкура четырехрукого существа, которого я не знал, и даже ряд кошачьих черепов, которые были аккуратно выстроены в ряд.

«Довольно нездоровое чувство декора со стороны наших пернатых друзей,» подумал Реджи.

Мы пока не можем быть уверены, что они дружелюбны, предупреждал я, мой взгляд метался от предмета к предмету, пока мое внимание не было приковано ожерельем из когтей. Разве они не похожи на те, что остались у алтаря?

Когда старейшина сместился на кровать и присел на корточки, его веретенообразные ноги сложились под ним, и я смог лучше рассмотреть его когтистые пальцы.

«Я думаю, ты прав», подтвердил Реджи. «Теперь главный вопрос, они туда ложили или один из медвед-зверей? Я думаю—”

Голос Реджи заглушился, когда мои глаза сосредоточились на чем-то гораздо более интересном. Когда старейшина сместился в гнездо, на мгновение я уловил фиолетовый проблеск эфира под подстилкой. Там была какая-то реликвия, спрятанная внутри, я был в этом уверен. Может быть, даже кусок к порталу.

«Садиться, садиться», каркала старая птица, взмахивая крылом по хижине.

Не указывая на то, что я что-то заметил, я сел на жестко набитый земляной пол вокруг кровати, думая, что будет грубо с нашей стороны вторгаться в место отдыха старейшины, и Каэра заняла место рядом со мной. Не зная, с чего начать, я молчал и ждал, когда Клюв Копья продолжится.

«Молчание — мудрость,» мудро сказала старая птица, кивая своим черным клювом вверх и вниз. «Давно, очень давно нас не навещать восходящий.»

«У нас много вопросов, старейшина, но сначала, как нам вас называть?» вежливо спросил я.

Серая старая птица щелкнула клювом и прогоготала так, что я не мог надеяться на свое воспроизведение, затем она засмеялась, со звуком будто измельчалось зерно. «На твой язык, Олд Броук Бик (Old Broke Beak).»

Улыбнувшись от имени, которое попадало в самое яблочко — Олд Броук Бик, я прижал руку к груди и сказал: «А я—Ар…» Я остановился, запнувшись, чуть не раскрыв свое имя.”

«Это Грей,» вмешалась Каэра, странно посмотрев на меня уголком глаза,”А я Каэра. Для меня честь познакомиться с вами, Олд Броук Бик.»

«Как вы узнали наш язык?» спросил Я, в надежде сменить тему разговора, не цепляясь за ошибку.

Несмотря на нашу необходимость покинуть эту зону, мне было невероятно любопытно узнать об этих Спир Биках. С тех пор, как я возродился в этом мире, я не встречал ни мано-зверя, ни эфиро-зверя, столь умных, наподобии этих существ.

Неужели джинны были настолько могущественными, что они создали наделенную сознанием, разумную жизнь, чтобы просто заселить свои испытания? Это казалось невероятным.

«Другой восходящий, достаточно мудрый, чтобы слушать, учить меня, когда я только научиться летать.»Старейшина несколько раз щелкнул клювом, взъерошил перья и клевал под собой подстилку, прежде чем продолжить. «Я хранить это знание и делиться вашими словами с каждый восходящий, находивший нас с тех пор—или попытавшийся. Многие не достаточно мудрый, чтобы слушать слова.»

Я кивал вместе с тем, пока хозяин говорил, представляя себе типы могущественных восходящих, которые смогли достичь этой зоны только для того, чтобы напасть на каждого эфирного зверя, которого они видели, не понимая, что они не были чудовищами.

Но если они способны сражаться с восходящими, достаточно сильными, которые прибыли в эту зону…

«Тогда эти парни должны быть сильнее, чем кажутся», закончил Реджи.

«Я рад, что ты приходить, и ты принести с собой мудрость,» продолжила старая птица. «Мы нужен тебе, тебе нужен мы.»

Каэра наклонилась вперед, ее багряные глаза всверлились в глаза Спир Бика. «Вы знаете, где сломанные кусочки портала?»

«Кланы держать их, да, но они не отдать их тебе, нет.» Олд Броук Бик повертел своей морщинистой головой, его длинный клюв резал воздух туда-сюда, как острое лезвие.

«Кланы?» спросила Каэра.

«Четыре клана, да, дикие существа, бездумные существа, они хранить по один, они всегда охотиться за другими. Дикий существа бессонные, бесстрашные и вечно жадные,» наклонился старец, переметнув взгляд с Каэры на меня, и в обратку. «Хуже того кланы. Жестокие. Глупые. Фор Фисты(Four Fists), Гоуст Беры(Ghost Bears), Шедоу Клосы(Shadow Claws)… только Спир Бики знать мудрость.»

«Гоуст Беры?» спросил я, думая о невидимом медвежьем существе, с которым мы сражались под куполом, скрывшимся под землей далеко под нами, на дне кратера.

«Огромные, голодные чудовища,» зловеще сказал старейшина, взъерошив перья, будто дрожа. «Гоуст Беры убивать, будто играться, двигаться незамеченными сквозь бурю, внезапно нападать в ночи. Если ты находить”—он снова наклонился вперед, его треснувший клюв, прошелся в нескольких дюймах от моего лица—“убить его, или он вечно охотиться на тебя. Гоуст Беры никогда не отказываться от убийства.»

Я только кивнул, осторожно скрывая свои мысли от лица. Гоуст Бер, которого мы видели, не был похож на машину убийства. На самом деле, он казался осторожным и любопытным, а затем сбежал, не причинив вреда никому из нас.

«Мы могли просто напугать его», указал Реджи. «Гоуст Беры или как там их не видали много людей, не говоря уже о том, что кто-то мог видеть их так, как мы.»

Возможно, ты прав, признался я, но все еще был не уверен. Однако я не хотел выдавать наши знания о Гоуст Берах, поэтому вместо этого я надавил на старейшину Спир Бика, чтобы узнать больше о других кланах.

«Другие… тоже плохие, да. Клан Фор Фисты походить на тебя, но не совсем ты. Короткие ноги, длинные руки толстые как грудь взрослый особи Спир Бика. Сплюснутые, уродливые лица, с такими зубами». Используя свои пернатые крылья, Олд Броук Бик имитировал большие, деформированные бивни или клыки.

«Шедоу Клосы жить, чтобы сражаться, чтобы убивать». Олд Броук бик показал на ряд кошачьих черепов. «Они преследовать нас, залазать на вершины и сбрасывать наши яйца из гнезд.»

Каэра мрачно слушала разговор старой птицы. Она повертела головой, когда он упомянул про яйца. «Это ужасно. Мне так жаль, Броук Бик».

«Ты сказал, что мы нуждаемся в друг друге,» напомнил я ему, стремясь вернуть разговор к кусочкам портала. «Значит, каждый из этих кланов держит кусок портала для выхода из этой зоны? Почему?»

Олд Броук Бик закрыл глаза, его длинная шея мягко качалась, как будто он пел песню в своей голове. Когда его фиолетовые глаза, наконец, открылись снова, было ощущение в нем чего-то древнего, усталость, которая скатилась с него, как аура.

«Долго, очень долго я думать об этом. Всегда Спир Бики пытаться донести мудрость до других кланов, но теперь я знать, что они не научиться. Остальные не дать тебе кусочки. Тебе нужно уничтожить их. Всех. Взять их куски. Когда ты иметь другие, я отдать тебе кусок, долго охраняемый Спир Биками».

«Прошу прощения за прямоту, но почему вы не можете отдать нам свой кусок сейчас?» спросила Каэра, внимательно изучая старейшину.

Его шея скрутилась в сторону до такой степени, что голова почти перевернулась. «Если восходящие потерпеть неудачу, если они погибать в снегу, под когтями и зубами и яростью другой кланов, то мы потерять свой собственный кусок из храма Творцов. Нет, это не мудрость».

Хотя я понял смысл его слов, меня смутило то, что он сказал. «Создатели?»

Длинный темный клюв медленно двигался вверх и вниз. «Другие кланы чувствовать только энергию Творцов в реликвиях, и поэтому хранить их и поклоняться им. Да, они слишком глупы и слишком порочны, чтобы думать о предназначении кусочков».

Эти кланы, казалось, развили своего рода мифологию вокруг джиннов, купола и арки внутри. Если бы части портала излучали эфир, и эти существа могли бы чувствовать это, то было бы логично, что они их жаждали.

«Тебе понадобиться дары Создателей, чтобы исцелить портал. Ты можешь это сделать?»

Я кивнул. Как и в комнате с зеркалами, мы попали в снежную зону только потому, что у меня уже были инструменты, необходимые для того, чтобы пройти нее. Испытание после испытания, тихо пробурчал я.





Глава 295: Сомнительная Правда




Я усилил свое зрение и заглянул в лощину.

Хижины выглядели простыми, сделанными из травы и уплотненными грязью. Все они были построены над землей в толстых ветвях деревьев, без видимых лестниц, веревок и мостов, позволяющие эфирным зверям передвигаться.

Однако, глядя на Четырехруких, легко было понять, почему они в них не нуждались.

Несколько существ, похожих на обезьян, двигалось под деревьями. Каждый из них имел широкое, мускулистое тело, короткие, толстые ноги со ступнями, которыми они пользовались, чтобы хвататься и лазать, и четыре массивных руки. Они лазали и бегали быстро, используя все шесть конечностей, чтобы броситься вперёд. Даже с нашей высокой позиции я видел, что их тела были полностью покрыты шрамами.

Четырехрукие были покрыты мехом, в основном коричневым или черным, но с бледным телом. Их лица были менее похожи на обезьяньи, напоминая мне вместо этого на что-то смешанное между человеком и свиньей. У них были широкие челюсти, большие плоские носы и грубые брови. Бивни, как у кабанов, выступали из нижних челюстей, а их маленькие глаза под тенями деревьев сияли как пурпурные огоньки.

Разгневанный рев прервал горную тишь, а мгновение спустя источник стал виден. Поистине массивный Четырехрукий, облаченный в изощренный широкий капюшон, украшенный лишь перьями и когтями Копьеклювых, вышвырнул малого представителя племени из открытого дверного проема одной возвышенной хижины.

Жертва кувыркнулась на десять футов в сторону замерзшей земли, не достигая ее, схватила что-то, чего я не смог разглядеть, затем уцепилась за ближайшую ветку дерева. Агрессор выпрыгнул из хижины, кинувшись навстречу добыче, как комета.

Меньший Четырехрукий оторвался от дерева, опять же казалось, что он хватается за сам воздух, словно за какой-то поручень. Он цеплялся через большой промежуток между двумя деревьями, чтобы оторваться от нападающего.

За ними наблюдало еще несколько Четырехруких, некоторые рычали или ревели от возбуждения, но не вмешивались, так как большой из двух Четырехруких гнался за меньшим под покровом деревьев.

Вдруг большой Четырехрукий, одетый в перьевой капюшон, запрокинул одну руку назад и бросил что-то в жертву. Небольшой шар пурпурной энергии—эфира—пролетел по воздуху молниеносно, пробив насквозь часть руки Четырехрукого и заставив его споткнутся и катиться по снегу.

Затем огромный серый эфирный зверь встал над меньшим, все четыре тяжелых кулака молотом ударило по раненому эфирному зверю. Это была не очень равная борьба, и меньше, чем через минуту, битва закончилась.

Победитель оттащил труп своего противника обратно в деревню на верхушку дерева, в то время как около трех десятков Четырехруких вышло из деревьев, осторожно двигаясь, нервно наблюдая за своими родственниками. С сотрясающим камни ревом, крупный Четырехрукий поднял труп с земли и бросил его к ногам остальных.

Однако, пока он бил в грудь, как в барабан, другой шум рядом со мной привлёк моё внимание. Свифтшур нервно клацал клювом, шум пронесся в горах и эхом отразился внизу, в лощине.

Каждая звериная морда одновременно повернулась к нам, глядя в сторону хребта. Я пригнулся, спрятав голову, потянув за собой клюв Свифтшура, но крик прошелся по всему племени Четырехруких, и я слышал, как они молотят костяшками пальцев по вечной мерзлоте, начиная наступать.

Вырвавшись острым клювом из моей хватки, Свифтшур провопил в панике. «Сражаться!»

«Епт твою», ругался я, вставая и оглядываясь назад, пока планировал отступление.

Нет, не было смысла сворачивать и уносить ноги. У обезьяньих зверей был кусок портала, который нам был нужен, и они выглядели такими же дикими и монстровидными, как и обещал старик Броукбик.

«Готовься к бою” сказал я Каэре, которая уже была рядом со мной, с вытащенным клинком.

Покрыв себя эфиром, в мое поле зрение снизу попало: более тридцати четырехруких эфирных зверей массово бежали по склону горы к нам навстречу, их маленькие глазки, похожие на бусинки горели от ярости.

Реджи, выходи, когда мы столкнемся, приказал я, а затем прыгнул с хребта, прицелившись, чтобы приземлиться прямо в центр эфирных зверей и отвлечь их внимание.

Моментально Четырехрукие ответили, швырнув в меня снаряды эфира.

Мои инстинкты от асур были задействованы в полную силу, мои глаза сфокусировались на огневом валу эфирных шаров, я примерно просчитал куда они попадут, пока они приближались ко мне.

Закручиваясь вихрем своим телом в воздухе, я старался уклониться от как можно большего количества эфирных снарядов, насколько возможно пока они гудели над моим ухом.

Двумя ударило меня, один просто поцарапал мне правое бедро, а второй прошелся по ребрам. Боль, иcходящая из двух точек ранений, сообщала мне, что моего эфирного покрытия недостаточно, чтобы полностью защитить меня от эфирных пуль.

Чувствуя, что мои раны уже заживают, я сосредоточился на нынешней битве.

Реджи. Форма Рукавицы! приказал я. Его сущность сразу же перешла в мою правую руку, чтобы высвободить там эфир и дать ему образоваться. Пока я приближался к земле, вокруг моей руки буйствовал ураган эфира, который пытался вырваться. Безумные стоны страха и паники пронеслись снизу, от обезьяньих зверей, которые толкались чтобы убраться с зоны поражения.

Почти приземлившись, большой Четырехрукий, одетый в декоративный широкий капюшон, оказался между мной и землей.

Оглушительный взрыв прозвучал по склону горы, когда натиск эфира вырвался из моего кулака, столкнувшись со всеми четырьмя руками покрытыми эфиром большого Четырехрукого.

Я ощутил ударную волну от нашего столкновения, в последствии я пробил его защитное покрытие и раздробил его кости, прежде чем отправил его в покров снега и обломков. Тем не менее, пожертвовав собой, он подавил мою атаку, оставив его братьев ошеломленными и невредимыми.

«Реджи, сейчас!» тяжело дышал я, стабилизировался пока боролся с иссушающими последствиями эфирной техники.

“Не помирай, принцесса», прорычал мой товарищ, пока выпрыгивал с моей спины и скакнул на одного из приближающихся Четырехруких, его зубы целились в глотку.

Подпитанные яростью из-за раненого собрата, Четырехрукие бешено завопили, бросаясь на меня без инстинкта самосохранения.

Резко выдохнув, я сосредоточился на эфире, плотно прижимая к коже, который защищал и укреплял меня. Мой разум погрузился в транс, я вспомнил годы тренировок рука об руку, которым обучал Кордри.

Я слышал разъяренные крики Четырехруких, которые становились всё громче, Каэра звала меня издалека, она билась пробираясь ко мне, и Свифтшур гоготал высоко над нашими головами, я не игнорировал до тех пор пока не услышал собственный шум, в том числе дыхание.

Уклоняясь от пары небольших Четырехруких, которые набросились на меня, я ударил кулаком одного, в результате чего он столкнулся со своим напарником, затем я прокрутился на стопах, чтобы остановить эфирную пулю темнее по окрасу муха Четырехрукого.

Покрывая еще одним шаром эфира ладошку, я перенаправил его, чтобы ударить по паре, которую я только что сбил, но прежде моя рука оказалась по локоть в грудине нападающего.

Я проигнорировал издыхания эфирного зверя, оно рухнуло. Я проигнорировал взгляды боли и страха на остальных Четырехруких. Я просто сосредоточился на звуке собственного дыхания, как зверь за зверем кромсались моими руками. Не время сомневаться или проявлять сочувствия.

Не время показывать слабость.

Раздавленное, уродливое лицо еще одного Четырехрукого прижалось мной сверху его челюсти хруснули, а бивни гуляли по воздуху пытаясь настичь меня. Я схватил зверя за бивни и ударил его лицом в землю. Пока он не сдался, я продолжал топтать ногами его черепушку, затем отсканировал поле боя.





Глава 296. Божественный Шаг. (часть 1)




Мир изменился, я двигался по потокам эфира, чтобы попать прямо внутрь открытого прохода в древнюю хижину, и я сразу же встал в оборонительную позицию.

Однако в этом не было необходимости.

На полу хижины лежал, очень, очень старый Четырехрукий, несомненно, источник мощного эфирного присутствия.

Его массивные мышцы атрофировались, и сжались, как пустой кожаный мешок для воды, его жесткая шкура блекла в белоснежном, а бледная кожа сморщилась и ссохлась. Два крошечных фиолетовых глаза повернулись ко мне, и старый эфирный зверь тихо заревел, низко и благородно.

Он попытался поднять голову, но после неудачного напряжения в течение нескольких секунд устроился обратно в глубокую вмятину, которгое его тело сделало на ложе из высушенных веток и растений.

Его трясущаяся рука поднялась и указала на дальнюю стену. Мой взгляд проследил до места, куда он указал: на полке, в стене, восседала длинная тонкая плита из белого камня.

Всего лишь три коротких шага и кусок портала был у меня в руке, холодный и гладкий на ощупь.

Я пробежался пальцами по замысловатым резьбам, меня посетило ощущение успеха.

Я повернулся к пожилому Четырехрукому, который беззащитно лежал на земле. Мысль о его убийстве родилась в моей голове; этот обезьяноподобный зверь был настолько большим источником эфира, что я понимал, что могу стать сильнее, если поглощу его мощь, так же, как я сделал это с химерой, когда впервые сцепился, с моими эфирными способностями.

Покрывая эфиром кулак, я поднял его над головой старого Четырехрукого, но не смог заставить себя нанести удар. Мощное и эфирное средство, каким оно ни было, не являлось простой конструкцией Реликтомб, как это было с химерой. Убивая его только для того, чтобы поглотить эфир, ощущалось абсолютно неправильным и отвратительным… как будто я ел другого человека.

Разжимая кулак, я вышел из хижины, и Божественной Поступью вернулся на землю, где меня ждали Реджи и Каэра.

«Нашел» — сказал я, подняв кусок портала в руке, чтобы оба увидели.

«Молодец, Грей» — с мягкой улыбкой сказала Каэра, глядя вниз на гладкую каменную плиту.





Глава 296: Божественный Шаг (часть 2)




прим. адм: отдельные слова и выражения вырезали или заменили вовсе. надеюсь в будущем найдется редактор ибо из глаз может пойти кровь)

Каэра была защищена оболочкой огня души, но эфирные когти смогли прорваться сквозь барьер из маны и аккуратно надрезать цепные соединения, покрывающие ее спину.

Она сделала кувырок вперед спасаясь от серьезных травм, но много длинных порезов пробежали по спине.

Я бросился вперед, моя рука расплылась в воздухе, пока я швырял себя в эфирное животное. Теневой коготь, предположил я, но он исчез прежде, чем я смог до него добраться.

Каэра подошла, покрытая снегом и кровью, выражение на ее лице было спокойным, как тогда, когда мы впервые встретились в Реликтомбах.

«Ты знаешь где он?»- спросила она, став спиной к спине.

«Там» — сказал я, указывая примерно на шестьдесят футов справа от нас, где Теневой Коготь пригнулся на вершине выступавшего осколка черной скалы высотой в двадцать футов.

У Теневого Когтя была голова и пятнистый мех снежного леопарда, его ноги и руки были кошачьими, с длинным крепким хвостом. Хотя Коготь на некотором расстоянии, он выглядел маленьким, не более пяти футов в высоту.

«Артур!» — Реджи мысленно послал предупреждение, как только эфир вспыхнул вне поля моего зрения. Я развернулся, отталкивая Каэру в сторону, направил пинок прямо в размытый источник эфира.

Моя контратака провалилась, не попав, так как враг смог увернуться. Он порезал опорную ногу своими эфирными когтями, прежде чем снова исчезнуть.

Не смотря на то, что я сконцентрировал большую часть эфира вокруг тела для защиты, когти все равно смогли пройти защиту и повредить мне колено, заставив меня согнуться.

Сконцентрировавшись, я собрал эфир вокруг моего тела, после чего взорвал окружающее меня пространство, чем ошеломил нападающего и вынудил его телепортироваться, прежде ,чем он напал вновь.





Глава 296: Божественный Шаг (часть 3)




Я опустился на колено над телами, пока ждал догоняющую Каэру. Вблизи я видел, что у широких кошачьих лап нет естественных когтей.

Они создают свое единственное оружие с помощью эфира, осознал я, любопытно и удивительно, что есть существа в таком опасном месте, как Реликтомбы без естественной защиты.

«Ты в порядке?» спросила Каэра, пока подходила ко мне сзади. «Я видела твою ногу раньше… оу.»

Я оглянулся на нее через плечо. «Я довольно быстро лечусь.»

«Немного преуменьшаешь,” сказала она перед тем, как ее взгляд упал на Теневых Когтей. «Нашел что-нибудь?»

«Сейчас проверим.» Я повернулся назад и изучал трупы Теневых Когтей. Они не носили никакой одежды, но у обоих были простые кожаные мешочки, которые висели на перевязанных веревками ремнях вокруг талии. Я развязал кожаную веревку, которая держала один из мешочков закрытым, и вытащил из него горстку мелких предметов.

Первым что попалось был кусок какого-то вяленого мяса. Я понюхал мясо, затем откусил уголок, пока Каэра выжидающе наблюдала за мной, как щенок, который уставился на вкусняшку.

Я схватился за шею, расширяя глаза, и издавая удушающие звуки.

Алакрийская дворянка испуганно открыла рот. «Грей!»

Я пошатнулся, подняв оставшееся вяленое мясо, перед тем, как засунуть его себе в рот. «Шучу.»

Каэра моргнула от замешательства, а потом сузила глаза. «Это было не смешно.»

«Я думаю это было смешно,» сказал Реджи одобряя.

Спасибо, ответил я, пока копался в остатках мешочка, натянув улыбку уголками рта. Помимо еще нескольких кусков вяленого мяса, Теневой Коготь также носил насыщенно черный нож, резьбленный из того, что выглядело как клюв.

«Эти ребятки на самом деле любят делать маленькие сувенирчики, убивая друг друга, не так ли?» подчеркнул Реджи.

Я положил нож в руну размерного хранилища, думая, что он может быть использован в качестве разменной монеты, чтобы получить еще несколько яиц Копьеклювых, и я передал вяленое мясо Каэре. «Это, вместе с фруктами, которые мы получили в деревне Четырехруких, должно уберечь тебя от необходимости схавать мою руку, чтобы остаться в живых».

«Еще одна шутка, Грей?» спросила Каэра, ужаснувшись.

Я пожал плечами. «Должна была быть.»





Глава 297. Гора (часть 1)




«Грей. Я не буду делать вид, что знаю, какие обычаи и ритуалы, могут быть у этих племен» — Каэра покрылась кровью Свифтшура, которая была разбрызгана на ее одежде и части лица — «но тебе не кажется, что во всех обществах это выглядит немного грубовато»

«Без суеты,» ответил я, размазав еще немного крови, чтобы она выглядела более естественно.

«Аx какое милое зрелище,» — вступил в разговор Рэджи, лежащий на заснеженной земле неподалеку с забавной, улыбкой. «Любовь, это — когда, вы друг друга разрисовываете кровью свои.

«Ничего <милого> в этом и близко нету, тем более неясно был ли Свифтшур врагом» раздражалась Каэра.

Я потер снег, между испачканных рук в крови, чтобы. убрать, какую-то ее часть «Просто игнорируй, его, когда он говорит такие глупости. Это только потакает ему».

«Эй! Я не какой-то там щенок, которого нужно дрессировать! » тявкал Рэджи, его пламенная, грива, замерцала.

«Ты прав». Я повернулся к Рэджи и снисходительно улыбнулся. «У щенка хотя бы хватило бы дуться, когда его ругают.»

Каэра хихикала, Рэджи фыркнула от разочарования.





Глава 297. Гора (часть 2)




Не смотря на то, что во время тренировок они активно не использовали свои эфирные способности, я видел, как они имитировали внезапные прыжки, либо скачки с бреющего полета, показывая способность к телепортации. Пока я наблюдал за ними, я хотел бы поговорить с ними и узнать об их манипулировании эфиром.

Если все пройдет хорошо, может выдастся шанс, подумал я, пробежавшись по запланированному сценарию в последний раз.

«Готовы?» — спросил я остальных, сохраняя голос тихим. Оба кивнули.

Вытащив труп Свифтшура из размерной руны, я схватился за его разорванную шею и спрыгнул из алькова в деревню, приземлившись между круговой тренировочной площадкой и наружной стеной. Каэра и Реджи спрыгнули прямо за мной.

Четыре ближайших Теневых Когтя завыли подав знак тревоги, спохватившись из-за нас и упав низкий старт. Эфир собрался вокруг них, когда они сотворили свои когти.

Еще больше набежало из деревни, выбегали из дверей или просто появлялись перед нами, используя эфирную телепортацию, каждый из них рычал, выпускал когти и был готов к бою.

Я поднял оледеневший труп над головой, затем опустился на одно колено и наклонился вперед, позволив телу Свифтшура упасть из моих рук в густую траву.

Я знал, что рядом, Каэра и Реджи скопировали мой поклон, каждый из нас выставил напоказ свою шею толпе Теневых Когтей.

Я внимательно слушал звук тихого шуршания одного Теневого Когтя, который осторожно приближался к нам.





Глава 297. Гора (часть 3)




Я чувствовал себя так, как будто дрейфую в космосе, точнее сказать даже не блуждал. На деле меня не было вовсе. Однако, прежде чем страх смог проникнуть в меня, из пустого небытия просочились цвет и свет, превращаясь в движущиеся картинки, будто я закрыл глаза и представил любимое воспоминание.

За исключением того, что это была не моя память. Я смотрел, как два котенка Теневого Когтя гнались друг за другом по деревне. Первый, преследователь, гневно рыдал. А второй что-то нес. Когда они подбежали к пруду, и внезапно оказался перед ними, заставив обоих котят скользить и остановиться.

Спокойно, я взял предмет — маленькую ветку с горсткой фиолетовых ягод на ней — сорвал ягоды на одной от ветки, а затем дал каждому ребенку равное число. «Будьте добры друг к другу и делитесь», простодушно сказал я, хотя мои слова вышли на языке Теневых Когтей.

Затем зрение растворилось и заменилось другим.

На этот раз я смотрел на себя сверху вниз, кланяющегося, тело Снифтшура неуклюже лежало передо мной. Я снова пережил моменты после нашего прибытия в деревню, хотя на этот раз это было с точки зрения этого Теневого Когтя.

Хотя я до сих пор не слышал слона как слона, я понял их смысл, когда высокий Теневой Коготь — Левый Зуб — заговорил, обращаясь ко мне.

Тройной Шаг, это очевидно, что это должно быть какая-то ловушка дьявольских Копьеклювых. Мы должны быстро убить этих существ, прежде чем падем от их силы.»

Другой Теневой Коготь — Сон в Снегах — вышел из толпы и сказал: «Осторожнее, Левый Зуб, чтобы их не привел к появлению у тебя перьев и клюва заглянем в их разум и узнаем их цель.»

Потом зрение постепенно исчезло, и все снова стало темным и пустым. Я почувствовал ощущение… ожидания. Я думал, что понял, чего хочет это существо. Она не могла говорить на моем языке, но делясь своими воспоминаниями, мы могли общаться. Я могу объяснить зачем мы пришли.

Это было щекотливо. Мне приходилось делиться правильными воспоминаниями, не думая ни о чем, что могло бы расстроить принимающую сторону, но я был без понятия какую из тем поднимать кроме как — наши поиски кусков портала — которая могла привести их в ярость.

Во-первых, я поделился воспоминаниями о том, как мы с Каэрой стояли перед сломанной аркой и пытались восстановить ее с помощью эфира. Затем я промотал битву с Призрачным Медведем, включая мой разговор с Каэрой о том, что она не хочет сражаться с ним. Решив рискнуть, я, наконец, сосредоточился на воспоминании о древнем Четырехруком, показывающим мне, чтобы я взял клановый кусок портала. Это общение по памяти было медлительным процессом, чему способствовал только тот факт, что у меня было столько опыта ментального общения с Сильви. Непрошенные, воспоминания о наших последних мгновениях вместе с ней заиграли в темноте. Я с ужасом наблюдал, как ее тело становилось эфирным и распадалось на пылинки из золота и лаванды.

Я заставил воспоминания убраться, она полностью исчезла, будто этого и не случалось, и надеялся, что Т е не вой Коготь не обидится на мою не посещенную память. Все снова стало пустым и молчаливым.

Пока я ждал ответа, мое беспокойство росло с вопросом, как там дела у Реджи и Каэры. В то время как моя волчий товарищ может быть в состоянии управиться, Каэра определенно не имела никаких тренировок ментальной связи. Если бы один из Теневых Когтей решил с ней пообщаться, наши планы могли бы пойти иод хвост.

К счастью, связь разорвалась без проблем, и вокруг меня снова появился мир. Тройной Шаг появилась в сидячем положении, используя ее толстый хвост, чтобы встать на ноги. Затем она показала нам, чтобы мы тоже встали.

Я оглянулся позади себя. Каэра и Реджи не двинулись, хотя они оба нервно смотрели на меня.

«Где, черт возьми, ты был?» спросил Реджи, поволновав мой разум. «Ты просто… исчез на некоторое время, когда эта штука коснулась тебя. Я совсем не чувствовал твоего разума».

Я встал и предложил свою руку Каэре , но она вскочила на ноги без моей помощи. Вместо это я повернулся к Реджис, только сказав; «Мы достигли некоторого прогресса.’ Тройной Шаг объявила что-то остальным из клана Теневых Когтей, посылая пульсацию через двадцать существ. Некоторые поклонились с уважением. Некоторые быстро подавили удивленные взгляды, но Левый Зуб и двое других повертели головами в неверии и выглядели так, как будто могли бы поспорить.

Однако, прежде чем они это сделали, Сон в Снегах стукнул концом своей палки по замерзшей земле и кратко сказал. Неважно, что он не говорил, это, казалось, подавило любое возрастающее напряжение по крайней мере, на данный момент.

Открывая полукруг, Теневые Когти дали пройти Тройному Шагу. Она показывала мне следовать, что я и сделал. Я наблюдал за Левым Зубом уголком глаза, пока мы проходили вдоль линии кошачьих людей, большинство из которых стоя были не выше моего плеча, но он оставался неподвижным.

Тройной Шагг пела нас через городок в скромный дом рядом с прудом, затем открыла дверь и помахала нам рукой, чтобы мы вошли, что мы и сделали.

Интерьер был прост, как в деревнях Копьеклювых и Четырехруких. Большую часть пола покрывал плетенный травяной ковер, круг* лая кровать была из насыпи желтой травы, которая была прижата рядышком с дальней стеной. Прямо на двери висел головной убор из белых перьев, а рядом с кроватью лежала небольшая стопка шиферных плит. С той же картиной, которую мы нашли при убитом Теневом Когте, верхняя пластина была резубленной, хотя я не мог полностью разобрать изображение.





Глава 298: Обмен Воспоминаниями




«Уф». Каэра опустила голову перед тем, как зашла через проход в соломенную хижину. «Эта буря становится сильнее изо дня в день.»

Даже пока она говорила, шум ветра стремительно двигался по крутым и неровным горам, защищающим деревню Теневых Когтей, и заглушал почти все остальные звуки, включая ее голос. И даже с открытыми дверями в хижину сквозило холодным воздухом, сам ветер едва ли был легеньким к тому времени, когда он достигал укромной деревни.

«Похоже, что ты развлекаешься снаружи,» сказал я, почти с завистью.

Каэра схватила тканевое полотенце со стола у входа и начала вытирать пот, который стекал по ее шее и рукам. «Мы здесь застряли. И если есть какая нибудь надежда на то что я догоню тебя, то должна сделать все, что в моих силах, чтобы тренироваться как следует.»

Я поднял бровь. «А так вот что это было? После увиденного я бы сказал что было похоже на то, как ты гналась за маленькими котятами.»

Дворянка с Алакрии нахмурилась. «Сказал тот, кто не отлипал своей пятой точкой от земли спустя три дня.»

«Я не просто тут рассиживался» поправил я. «Я учусь фильтровать—ауч!»

Потирая голову, я поднял деревянную ложку, которая была кинута в меня с другой стороны плетеного дома.

Тройной Шаг, которая тихонько взбалтывала каменный горшок, выпустила резкое мяуканье, прежде чем намекнула своими кошачьими глазами на лапу.

«Да, да, я знаю. Я просто немного пополню свой эфир,” ворчал я, зная, что она меня не понимает. Каэра посмеивалась.

Я позволил моему взгляду расфокусироваться и выкинуть из головы Каэру и Тройной Шаг, прежде чем снова активировать Божественную Руну. Руна на моей нижней части спины потеплела, когда эфир хлынул из моего ядра. Я не мог не раздражаться и слегка волновался из-за отсутствия тенька, плотно прилипшего к моему эфирному ядру.

Реджи. Прошло уже три дня. Либо ответь мне, либо перестань жрать весь мой эфир.

Подождав еще несколько минут ответа, я сдался. Что-то случилось с Реджи после того, как мы прибыли в деревню Теневых Когтей. Он начал дремать—медитировать—когда со всей внезапностью его глаза раскрылись, и он влетел в мое тело, отказываясь выходить.

С тех пор он поглощает необычное количество эфира, и я чувствую, как его присутствие смещается туда-сюда из моего ядра в божественные руны.

По крайней мере, с учетом того, что Реджи потребляет так много моих запасов эфира, это заставляет делать мне больше перерывов между тренировками с Тройным Шагом, думал я немного сердито.

Последние несколько дней были изнурительными в том смысле, что я никогда не думал, что такое возможно с моим телосложением от асур. После того, как Тройной Шаг согласилась наставлять меня их типу эфирного мастерства, она начала с того, что поделилась своими воспоминаниями, о том как ее учил молодой Спящий в Снегу. Они часто обсуждали эфирные способности Теневых Когтей, очень долго и с особой тщательностью, обеспечивая очень прочную основу для моего собственного процесса обучения.

Проходя это же обучение я узнал, что Теневые Когти рождаются со способностью видеть эфирные проходы, которые позволяют мгновенно двигаться по пространству. Однако для новорожденных эта способность на самом деле была проклятием. С таким количеством информации, облучающей их недоразвитые мозги, некоторые из слабовольных младенцев на самом деле погибают.

Так что обязанность родителей и наставников как следует направить их новорожденных, помогать им научиться сначала закрывать «взор разума» до тех пор, пока они не станут достаточно взрослыми, чтобы начать обучаться теневому шагу, так что техника эфирной телепортации, которую они используют, занимала для них длительный период времени.

Большинство воспоминаний, которые мне показали, были о том, как Теневые Когти оттачивали свою способность теневого шага. Тройной Шаг не понимала мою божественную руну так же, как и я не понимал, как она манипулирует эфиром без рун, заклинаний и эфирного ядра, но, изучая их способ обучения, я надеялся стать сильнее—и быстрее—чтобы использовать Божественный Шаг.

По всей видимости, я даже не был на уровне двухлетнего детеныша Теневого Когтя, потому что именно в этом возрасте они начинали учиться отфильтровывать бесчисленные пути эфирных потоков.

Увидев это из первых рук глазами Тройного Шага, как она отфильтровывала пути, было одновременно завораживающе и просто. В памяти их было всего с десяток или точнее вокруг нее, которые она всегда отслеживала, в готовности сделать теневой шаг в мгновение ока.

Имея за плечами опыт двух прожитых жизней в разных мирах, я считал себя довольно умным и сообразительным. Однако, по сравнению с тем, как Теневые Когти постоянно концентрировались и отслеживали эфирные пути, даже предсказывали, как эти пути будут сдвигаться, с помощью их собственных движений, захватывало дух.

Мой взгляд остался сосредоточенным на валуне в центре пруда, недалеко от дома Тройного Шага. Сотни разветвленных дорожек из фиолетового пересекались в пространстве вокруг меня, и хотя я уже давно нашел эфирный путь, ведущий к валуну, моей целью не было использовать Божественный Шаг.

Я продолжал воспринимать свое окружение через рассредоточенные глаза, пытаясь отфильтровать все больше и больше эфирных путей, которые заливали мое зрение. Это было похоже на попытку согнуть определенный набор мышц где-то между глазами и мозгом в тонком, вдобавок точном порядке.

За эти последние несколько дней Тройной Шаг показывала мне бесчисленное кол-во воспоминаний в надежде ускорить мое обучение, я узнал, как сжимать зрение для того, чтобы отфильтровывать эфирные маршруты, которые проходили рядом с выбранной точкой назначения. Тройной Шаг была особенно взволнована этим прорывом, хотя я был не так уж и доволен.

Я постоянно тренировал Божественный Шаг, даже пока Тройной Шаг и Каэра спали, прерываясь только тогда, когда мне нужно было пополнить запасы эфира. Я знал, что в данный момент моё время ограничено, поэтому мне было важно извлечь из этого максимум пользы.

Только когда Каэра снова появлялась в уголке моего поля зрения, я понимал, что прошла еще одна ночь, в время которой я тренировал мою концентрацию эфирных путей.

«Как твои успехи, Грей?» спросила Каэра, заняв место на земле рядом со мной. Она была одета в обтягивающую рубашку без рукавов, что придало ей гораздо более непринужденный вид, чем я привык. Если бы не сверкающая пара рогов, которые росли вокруг ее головы, как темная корона…

Я исполнил ментальный эквивалент кусания языка, не позволяя себе закончить мысль, прежде чем ответить дворянке с Алакрии. «Все проходит гладко. Тот факт, что мне едва нужен сон, безусловно, помогает».

Каэра обняла ноги и дрогнула от холода. «Знаешь, эта редкая способность действительно была объектом зависти. Возможно, даже больше, чем твоя нелепая способность к регенерации».

Я поднял бровь. «О?»

«Я продолжала думать про себя, насколько сильнее я была бы, если бы мне нужно было всего несколько часов сна в неделю, чтобы оставаться полностью здоровой, как много я могла бы сделать, и насколько полезной она была бы в Реликтомбах, так и снаружи». Каэра положила подбородок на колени, со взглядом издалека. «Но пробыв с тобой так долго, я поняла, что это такое же проклятие, как и благословение.»





Глава 299: Прощание




Капля пота скатилась вниз сбоку лица, пока я тщательно отрывал заднюю ногу и медленно заносил ее вперед. Я учился и переучивался ходить на протяжении двух жизней но этот одиночный шаг занял больше концентрации, чем даже самое сложное, многоэлементное заклинание, которое я освоил с помощью маны.

Мое сердце скакнуло от удара волнения, как только эфирные пути продолжали стойко держаться и предоставлять мне обновленную информацию, основанную на моей новой позиции.

Я готов был сделать еще один шаг, когда хлопок по плечу отвлек меня. Переплетающиеся потоки фиолетового треснули и исказились, посылая мне шквал хаотичной информации в виде горячего ножа, прижатого внутри моего мозга.

«Гах!» Я отшатнулся от боли, но чувство потери стрика было еще более мучительным.

«Я был на двадцать третьем шагу» Я охнул от разочарования на Тройной Шаг.

Мой наставник фыркнула и говорила на ее языке, прежде чем протянула лапу.

Я прижал ладонь к ее теплым подушечкам в смирении, зайдя в ее воспоминания.

«Это ребячество злиться на меня за то, что ты не в состоянии быть сосредоточенным. Кроме того, день заканчивается, и члены моего племени должны вернуться с путешествия.”

Выпустив вздох, с которым образовалось облако тумана вокруг моей головы, я кивнул.

Тройной Шаг улыбнулась, показав острый клык, прежде чем она исчезла сделав теневой шаг. Я посмотрел вниз, чтобы увидеть ее на тонкой скале в форме носа, примерно в дюжине ярдов ниже от широкой горной вершины, на которой мы тренировались.

Я снова активировал Божественный Шаг. В момент концентрации, я почувствовал истощающее присутствие Реджи внутри меня. Он не отзывался, как бы я его ни звал. Когда я попытался вытащить его, я почувствовал, как мое эфирное ядро закрепляет его внутри, не оставляя мне иного выбора, кроме как оставаться терпеливым.

Сосредоточив свое восприятие на потоках эфира, которые зажглись вокруг меня, я появился рядом с Тройным Шагом с треском от эфирного электричества.

Без паузы, мой наставник исчез еще раз, ее тело стало темным пятном, прежде чем появилось еще в нескольких ярдах подо мной, недалеко от основания зигзагообразного ущелья.

Мы вдвоем проделали путь взобравшись на эту особую гору, используя только свои телепортационные способности. Тройной Шаг поделилась со мной тем, что многие горы, окружающие деревню, являются своего рода полосой препятствий, которой Теневые Когти пользуются для тренировок.

С каким трудом я Божественно Ступал по узким хребтам и зазубренным вершинам, ведущим к самой вершине этой горы, я отказывался верить в то, что это одно из самых простых курсов направления.

Я продолжал следовать за Тройным Шагом вниз по горе, мое дыхание образовывало туман передо мной и холодные следы пота оставались на лице и спине.

Все неизведанное в жизни всегда нагружало мой разум, сосредоточившись исключительно на тренировках, я ощущаю себя более… уверенным. И с наставником, помогающим мне развиваться, было не так обидно, как то что почти убиваешься снова и снова, чтобы увидеть какие-то реальные результаты.

Я не хотел признавать это, но я был удовлетворен собой впервые с тех пор, как я тренировался в летающем замке.

В моей голове мелькнули воспоминания об изучении элементарной магии Бунда, Кейтлин, Хестера и Камю в замке. Нам тогда было весело. Нам с Кейтлин было приятно слушать, как старейшины жалуются и сплетничают, и я не мог вспомнить, когда изучение магии было настолько приятным.

В то время мы были на войне, да, но все еще была надежда, что мы сможем победить. И у меня еще тогда был отец.

У меня все еще была Сильви…

Тройной Шаг ждала меня на плоском выступе, скрытом заснеженными деревьями, и смотрела на меня с немного нахмурившись.

Одна из вещей, которую я заметил ранее, это то, насколько гипер-эмпатийной была Тройной Шаг. Она рассказывала мне, что это связано с тем, как Теневые когти общаются, используя воспоминания, что позволяет глубже чувствовать не только разделенные сцены между членами их племени, но и эмоции с которыми они показываются.

Не сразу встретив ее лапы, она нахмурилась сильнее и вытянула руку еще ближе ко мне.

Я повертел головой, не желая делиться этими особенными воспоминаниями.

Тройной Шаг выглядела так, будто задалась вопросом, но крик птицы высоко над нами заставил ее вздрогнуть и упасть в положение полуприседа. Она смотрела вверх, пытаясь увидеть сквозь облака.

Я следил за ее взглядом, не ожидав ее неадекватной реакции. Это была всего лишь карканье птицы—

Черное тело птицы размером с человека, с клювом в форме копья, прорезало поверхность белых облаков. Единожды вильнув вокруг вершины горы, она поднялась обратно в белую массу и исчезла.

«Копьеклювый,» сказал я, больше для себя, чем для Тройного Шага. Отвернувшись от неба, я обнаружил ее практически распластавшись на земле, мех на шее и спине стоял дыбки, ее зубы скалились в тихом шипении.

Я легонько похлопал руку наставника и указал на неглубокую пещеру в горе.

Через мгновение мы добрались до пещеры, хотя Тройной Шаг так и не отвернула взгляд с неба.

Стоя спиной к неглубокой полости в боковой части горы, я не мог не удивиться визиту Копьеклювого. Что могло привести одиночку из их племени в деревню Теневого Когтя? Разведчик, возможно, ищет нас с Каэрой, а может, просто Свифтшура.

Увидев, как Копьеклювый вздымается вверх и вниз по облакам, мне пришла в голову идея. Я знал, что это может быть рискованная авантюра, но мне посчастливилось получить теплый прием от обоих их племен. Если бы я мог обеспечить хотя бы небольшое посредничество, то нам было бы легче получить куски портальной арки.

Все, либо ничего, я схватил лапу Тройного Шага и послал ей образ Свифтшура, спасающего нас и ведущего нас в их деревню, о приветствии нас там и о том, как нас кормили. Я предоставил только отрывки нашего разговора с ОлдБроукБиком, так как не хотел ее расстраивать.

Тройной Шаг отдернула ее лапу от удивления, смотря на меня с замешательством или, возможно, беспокойством. Кошачье лицо Теневых Когтей все еще было трудно считывать для меня.

«Все в порядке,» тихо сказал я, улыбаясь ей по дружески и протянул руки снова.

Я хотел поделиться большей частью воспоминаний, моментов, которые я провел со Свифтшуром во время нашего путешествия из деревни Копьеклювых, но прежде, чем я смог их отправить, я начал получать их вместо них.

—————————————————





Глава 300: Дикие Твари




Я глотнул полный рот ледяной воды, позволив ей ополоснуть горло, прежде чем встать на ноги.

Рядом со мной Каэра встрепенулась как только проглотила кристально чистую жидкость, стекающую из близлежащего водопада. Я продолжал осматривать наше окружение, внимательно следя за тем, чтобы ЛефтТус или сопровождающие не следили за нами.

«Я не думаю, что они попытаются столкнуться с нами снова» сказала Каэра обыденно, подойдя ко мне. «Даже детям было очевидно, что ты их размазал.»

«Ты неплохо держалась там.» Я поднял бровь, изучая дворянку с Алакрии. «Похоже, что ты действительно стала сильнее с тех пор, как мы прибыли в эту зону.»

«Это такое редкое событие, когда ты делаешь мне комплимент, Грей,” сказала она, сузив глаза. «Жаль, что это прозвучало так надменно».

«Я не хотел, чтобы так вышло,» ответил я, внезапно взволнованный. «Мои извинения.»

«Извинение принято». Слабая улыбка заиграла на уголках розовых губ Каэры. «Теперь давай заберем кусок портала, пока не появились другие неприятности. Здесь слишком спокойно, и это заставляет меня волноваться.»

Кивнув в согласии, я указал на набор пещер, образовавшихся с наклонной стороны горной вершины. «Мы почти на месте».

Мы вдвоем проделали путь на другую сторону широкого ручья, подойдя к темной трещине между двумя большими пещерами. Взяв на себя инициативу, я протиснулся через вход, который был едва ли достаточно широким, чтобы вписаться боком.

«Гм, Грей? Не поможешь мне?»

Я повернулся назад, увидев, как Каэра застряла на полпути, пытаясь сместить верхнюю часть тела.

«Тебе повезло, что Реджи тут нет» сказал я с ухмылкой перед тем, как вытянуть, освободив ее.

Даже при том, что воспоминание Тройного Шага вело нас в правильном направлении, все равно понадобилось полчаса, чтобы сориентироваться в извилистом туннеле, который разветвлялся несколько раз по мере того, как мы углублялись.

Наконец, я нашел блестящий валун, означавший переломный момент, и отсчитал двадцать восемь коротких шагов, прежде чем начал копать руками.

В слое черного песка была спрятана тонкая плита из белого камня шириной около четырех дюймов и длиной восемь дюймов.

«Осталось всего три» сказала Каэра с глубоким вздохом.

Я положил кусок портала в свою размерную руну. «Еще немного».

Внезапно, тупое пульсирование снизошло из моей нижней части спины, прежде чем отразилось от моего ядра, заставляя меня согнуться вперед.

«Грей!»

«Все… нормально,» ворчал я, встав ровно. «Это снова Реджи. Я не знаю, что с ним происходит, но похоже, что он близок к тому, что пытается сделать.»

“Пульсации», начавшиеся накануне, неуклонно росли. К счастью, кроме них ничего не отягащало, но я действительно начал беспокоиться о своем колком товарище.

Вырвавшись из своих мыслей, я повернулся к Каэре, которая обеспокоенно смотрела на меня. «Пойдем».

***

Мы вдвоем молча шли по измельченному снегу, уже пройдя несколько миль от горы, где нашли кусок портала Теневых Когтей.

Мы направились примерно в сторону деревни Копьеклювых, надеясь получить их кусок фрагмента и получить больше информации о двух последних кусках. Что касается того, готовы ли они дать нам эту информацию, то у меня не было никаких угрызений совести выбить ее из них после того, как я прожил воспоминания Тройного Шага.

Взглянув вниз, я сосредоточился на игрушке, высушенном плоду дерева, которую мне дала Тройной Шаг, вытащив, чтобы занять себя, пока мы шли. Без конца разочаровываясь, я понимал, что совладать этой детской безделушкой будет первым шагом в создании своей собственной эфирной конструкции.

Я снова создал цельный эфир вокруг руки, прежде чем погрузить указательный палец в маленькое отверстие плода. Я начал пытаться сжать фиолетовую ауру на кончике пальца, внутри плода. Мне удалось только отталкивать плод, пока туповидная пурпурная выпуклость образовывалась поверх пальца.

Сосредоточившись как можно сильнее на маленьком отверстии игрушки, я попытался удлинить и сузить острие эфирной ауры вокруг пальца, но смог вытянуть его только на долю дюйма, прежде чем он стал трудно контролируемым.

Мне напомнило о способности Эфирной Пушки, которую я придумал, чтобы двигаться сквозь снег, и я попытался использовать ее за основу. Но единожды собрав достаточное кол-во эфира в важной точке, он взорвался, игрушку унесло вместе со взрывом.

“Пфф.”

Я повернулся, увидев Каэру, которая смотрела на меня с улыбкой в глазах и поджатыми губами, в попытке удержаться от смеха. «Твое раздражение перешло за грань, потому она выскочила из твоих рук?»

«Я сделал это ненарочно», ворчал я, пробежав трусцой несколько шагов до того места, где приземлилась игрушка. «Эта игрушка просто доказывает что является более сложным испытанием чем я ожидал.»

«Теневые Когти проводят с ней большую часть своих тренировок в детстве, тем более бери во внимание их врождённые склонности к этой способности.»

Я поднял сухой плод, встряхнул его перед тем, как повернуться к Каэре. «И?»

«Иии…» Каэра подошла ко мне и обхватила руками мою руку с игрушкой, аккуратно опустив ее. «Ты не выучишь это в течение нескольких часов, особенно когда половина твоего мозга занята тем, чтобы понять, что делать дальше.»

«Ты обрела мудрость вместе с рогами?» высмеял я.

«Это дискриминация» Каэра надулась. «И нет, не обрела. Просто люди склонны расти довольно быстро, когда у них трудное детство.»

Я не мог не согласиться, вспоминая свое детство, как Грей, и как Артур. «Моя шутка была довольно нетактичной. Извини».





Глава 301: Не к месту




Я наблюдал в благоговейном ужасе, как Реджи вытягивался из глубин моей тени, а не моего тела. Кроме того, только сейчас по высоте я равнялся с его туловищем, когда он встал на четвереньки, его передние конечности стали длиннее и мускулистее чем задние, внешний вид теневого волка радикально изменился.

Мех Реджи торчал твердыми шипами, сверкая, как обсидиан, под которым танцевали острые языки фиолетового пламя. Его рога были охватом с копья, которые росли из его лба и выбрасывались вперед, как у быков, в то время ряды зазубренных кинжалов выпирали наружу, образуя клыки.

Мощный рев, вышедший из гортани моего теневого товарища, с осязаемым давлением, походил на эфирную версию Силы Короля (King’s Force), которую я узнал от Кордри. Ощущая опасность, три гигантских голема обратили внимание на Реджи.

Моя голова метнулась к Каэре. «Планы изменились. Поддерживаем Реджи!»

Каэра, несмотря на свое утомленное состояние, сделала уверенный кивок и направила огонь жизни в свое багровое лезвие, одновременно с этим Реджи бросился вперед, подняв облако снега за собой.

Движения моего товарища расплылись, в тот же момент он вырвал ломоть одного из големов своими когтями, а затем крутанулся и налетел на другого своим шипованным хвостом. За его когтями оставались фиолетовые полосы, с поддержкой аспекта(закона, проявления) Разрушения.

Хоть и не настолько мощным, как фиолетовое пламя, которое я мог бы произвести с помощью божественной руны, все равно его атаки были способны подавлять способность големов к регенерации, в отличие от огня жизни Каэры.

Получив информацию, поступающую ко мне через эфирные пути, я Божественно Ступил к гигантскому голему, который все еще пытался регенерировать кусок туловища, я прыгнул на верхушку его плеча, прежде чем вонзить руки в его тело.

Как только я начал поглощать эфирный туман, из которого он на самом деле был сделан, третий голем в ответку создал сосульку в когтистой руке и бросил ее в меня.

Еще до того, как я решил действовать, в гигантскую сосульку врезалась сфера огня души, сжигая атаку голема до того, как она превратилась в клуб дыма.

Мое выражение лица должно было выдать мое удивление от вида нового заклинания, поэтому Каэра кинула в меня ухмылку и сказала: «Ты не единственный, кто тренировался, Грей!».

С почти полными запасами, я начал собирать эфир в ладони, готовясь к очередному взрыву эфира, когда голем, на котором я стоял, начал шататься, сбрасывая меня.

«Осторожно!» рычал я на Реджи, который протаранил головой голема, проткнув его своими рогами, на верхушке этого же голема был и я.

Согнув свое тело, чтобы приспособиться, я запустил конденсированный взрыв эфира в голову голема. Заглушенный взрыв раздался как только мое заклинание ударило, но даже обезглавленный голем все равно смог обернуть все шесть конечностей вокруг Реджи.

Два других голема быстро воспользовались ограниченной подвижностью Реджи и начали бить его кулаками, когтями и сосульками. Однако, несмотря на натиск, с которым он столкнулся, его толстая шерсть с шипами и зазубренное пламя смягчили большую часть полученного им урона, это позволило сделать щель для нас с Каэрой.

Направляя больше эфира в правую руку, я уплотнил его насколько возможно, прежде чем пронестись к скоплению гигантских големов и выпустить мою атаку между ними.

В то время как атака на короткую дистанцию значительно сократила количество эфира, истекшего во время передвижения в воздухе, ударная сила заклинания была достаточно сильной, чтобы унести меня назад, швырнув в воздух на несколько ярдов.

Я Божественно Шагнул на землю, амортизируя импульс отдачи, затем активировал божественную руну еще раз, чтобы избежать гигантской сосульки размером с карету, которая была брошена в меня, несмотря на эфирный взрыв, сжегший две руки нападающего.

Каэра запустила еще одно скопление небольших бомб из огня жизни, которые расширялись при ударе, уничтожая куски конечностей и тел гигантских големов, теперь полностью обезображенных, и освободивших Реджи.

Выпустив еще один рев, который больше походил на драконий, чем на волчий, Реджи превратился в циклон из пламени с зубцами из клыков и когтей, кроша трио големов, будто они были в молотилке.

«Я не думаю, что мы даже здесь понадобимся,” сказала Каэра с усталым фырканьем, черное пламя, танцующее вокруг ее пальцев тускнело.

Големы будто восприняли ее слова как вызов, физические конструкции из снега и льда, из которых были сделаны их тела, внезапно рухнули на землю.

Фиолетовый туман, составлявший их истинную форму, начал собираться, становясь толще и прозрачнее, а также уплотняясь в меньшую форму.

Купол кинетической силы извергся оттуда, где собрался эфир, заставив Реджи вспарить над снегом. Каэра едва успела закрепиться, вонзив лезвие в землю, в то время как я решил покрыться в более толстый слой эфира и зарыться стопами в землю.

Из эпицентра взрыва появился эфирный гуманоид с четырьмя полупрозрачными фиолетовыми руками и парой крыльев, которые вдвое превышали его семи-футовую высоту. Его конечности накрывали пластины брони из льда. Но самой удивительной особенностью был белый осколок портала, покрывающий половину его безликой головы, будто то была декоративная маска.

Каэра сделала шаг вперед. «Это…»

Улыбка образовалась на краю моих губ. «Кусок портала.»

Мое тело окрасилось в фиолетовый, как только эфир начал облегать меня вплотную. Однако, когда я приготовился дать взбучку четырехрукому гуманоиду, резкий всплеск злостных мыслей нарушил мою концентрацию.

«Эта штука моя!» Реджи прорычал голосом, который звучал не совсем так, как его собственный.

Мой теневой товарищ бросился вперед в мгновение, его челюсти, пропитанные Разрушением, бешено клацали. Однако снег обступил Реджи и затвердел так, что его конечности примерзли к земле.

Выпустив обозленный рык, теневой волк начал дрыгать своим телом, пытаясь освободиться, но даже с аспектом Разрушения, покрывающим его тело, лед прочно держался.

Взмахнув полупрозрачными пурпурными крыльями, он взмыл ввысь с земли и полился ливень из сосулек оттенка эфира.

Передо мной быстро пронеслась Каэра, без сомнений оказавшись между Реджи и шквалом покрытых эфиром сосулек, и сотворила стену из огня жизни.

Тем временем, я активировал Божественный Шаг, телепортировавшись в воздушное пространство, которое было над нашим противником, чтобы остановить его атаку. Покрывшись ореолом фиолетовой энергии, я сориентировался так, чтобы упасть прямо на плечи гуманоида.





Глава 302: Праздничный накал




Мы с Каэрой прибыли на вершину заснеженной скалы, которая ограждала вход в деревню Копьеклювых. Ветвления эфирной молнии застрескали вокруг нас от использования Божественного Шага, нас уже встречали пронзительные, напоминающие бусинки взгляды нескольких десятков птиц необычного размера.

Большие факельные огни залили теплым светом некогда жутко холодную деревню и наполнили пустующую вершину горы деревянным, слегка едким ароматом.

Внезапно Копьеклювые извергли какофонию звуков, они начали хлопать, гудеть, кричать. Несколько даже поднялись в небо с длинными красочными лентами, кружа над нами сложными виражами.

«Они… устраивают нам вечеринку?» нерешительно спросила Каэра.

«Будь начеку», прошептал я перед тем, как сделал шаг вперед.

Сразу же толпа из Копьеклювых расступилась, чтобы создать для нас путь, при этом открыв Олд Броук Бика, одетого в искусно сделанную меховую шкуру, которая отражала мерцающие огни, которые отбрасывали факелы.

Выстроившись с каждой из сторон тропы к Олд Броук Бику, воины племени вынесли разнообразную пищу.

«Добро пожаловать, добро пожаловать могучие восходящие!» взволнованно щебетал Олд Броук Бик, вызвав очередную волну ликования своего племени. «Да! Сегодня мы праздновать возвращение наших воинов.»

Как будто одержимые, все птицы переростки начали извиваться и двигаться хаотично в стремительном ритме, заданном двумя Копьеклювыми, которые бились своими клювами об то, что выглядело как гигантский барабан.

Олд Броук Бик начал идти к нам, его палко-тонкие ноги слегка дрожали, пока он медленно шагал, шаг за шагом.

Любопытно было узнать, что он и его деревня замышляли, я ждал когда он наконец останется в шаге от меня и Каэры. Он мягко положил нам на плечи крылья и издал скорбный гул.

«Разведчики говорить, что Свифтшур пасть в бою, но он быть храбрым, да, очень храбрым, и будет парить высоко вместе с Творцами!» вопил Олд Броук Бик. Мы с Каэрой обменялись подозрительными взглядами.

Опуская свои ломкие крылья, он продолжил. «Наши разведчики также рассказывать о вашем триумфе над дикими тварями. Сее деяние быть вписано в историю, чтобы все члены нашего племени чтить, да!»

«Их отношение намного уважительно, чем тогда, когда мы впервые с ними говорили. Мне это нравится», подумал изнутри Реджи. Хотя он уже не окутывал мое ядро, как пиявка, и говорил со мной снова, после использования Руны Разрушения Реджи еще не был достаточно силен, чтобы поддерживать физическую форму.

«В этом нет ничего героического», отклонил я. «Мы просто делали то, что должны были сделать, чтобы покинуть эту зону».

«Героический, хорошое слово! И правдивое, да. Мы, Копьеклювые, можем только поклоняться твоей храбрости», сказал он перед тем, как показал одним крылом в направлении стола с едой. «Восходящие, вы, должно быть, проголодаться. Пожалуйста, воины моего племени приносить вам дары еды и питья!»

«Это все для нас?» спросил я, присмотревшись поближе к предметам, находящимся в крыльях Копьеклювых. Двое держали куски мяса, в то время как трое других делали все возможное, чтобы сдерживать горсть фруктов, похожих на гигантскую чернику. У шестого было острое черное зернышко, в то время как последние два держали кувшин из глины, в котором что-то плескалось, когда ими двигали.

Олд Броук Бик кивнул головой. «Скромный подарок от скромных Копьеклювых, да.»

Каэра дважды незаметно сжала мою часть руки сзади, хотя ее улыбка не сошла. Даже без предварительной подготовки к невербальным сигналам, я знал, что она имела в виду. Если бы Копьеклювые были такими изобретательными и хладнокровными, как я опасался, то, возможно, они попытались бы покончить с нами и забрать себе куски портала.

Как бы я убрал излишне доверчивого, но более сильного врага?

Я снова взглянул на еду. Отравлена? Мне было интересно, хотя, когда я встретил глаз Олд Броук Бика, я позаботился о том, чтобы мое лицо осталось инертным, даже благодарным.

«Без всякого неуважения, мы не смогли бы принять такие подарки. Наверняка, вашим храбрым воинам должно быть позволено самим наслаждаться такими трофеями?» сказал я, опустив свой взгляд. «Было бы более чем достаточно, если бы мы могли просто попросить о вашем гостеприимстве еще раз.»

Старая птица безмолвно стояла, пока его добрый глаз путешествовал вверх и вниз по мне, его треснувший клюв указывал туда же куда падал его взгляд, пока, наконец, не заговорил.

«Очень хорошо! Хотя это в коем роде может показаться как неуважение—однако не мне, нет, не Олд Броук Бику—отклонить дар Копьеклювых, я видеть, что восхождение Свифтшура к Творцам быть трудно переносимым, а также отбить у восходящих чувство голода. Это тоже очень тяжело для нас. Но пир все равно быть приготовленным, да!» сказал он с кивком. «Приходить в хижину Олд Броук Бика, чтобы мы мочь посидеть и пообсуждать. Есть, что тебе рассказать».

Олд Броук Бик провел нас мимо линии Копьеклювых, держащих подарки, и хотя гигантские ягоды выглядели аппетитно, они послужили мне напоминанием о том, что Тройной Шаг поделилась со мной, и я знал, что лучше всего избегать любой потенциальной ловушки, которую коварные птицы могли бы приготовить для нас.

Если они были достаточно умны, чтобы заманить двух осмотрительных Теневых Когтя, которых с рождения учили остерегаться Копьеклювых, то они были достаточно умны, чтобы отравить какую-нибудь еду в попытке ослабить или даже убить нас.

«Я думал, что твое тараканье тело невосприимчиво к таким вещам, как яд», вспел Реджи.

Но не Каэра, ответил я. Я лучше буду грубым, чем глупым. В любом случае, я хотел посмотреть, как Олд Броук Бик отреагирует на наш отказ. А теперь молчи и сосредоточься на выздоровлении. Ты бесполезен для меня в этом состоянии.

Я почти ощутил, как Реджи закатывал глаза, когда он ответил: «Да да, принцесса».’

Пара, чье яйцо мы съели, Тру Фезер и Ред Вингс, стояла среди рядов долговязых Копьеклювых, уставившись на меня и Каэру, когда мы шли вслед за Олд Броук Биком в его хижину. Я подумал о темной форме неба над деревней Теневых Когтей и подумал, что это был Ред Вингс, кто следовал и шпионил за нами.

Как только старейшина вождь привел нас в свой дом, он окунул свой треснувший клюв и зашагал наружу. «Пожалуйста, отдохнуть здесь. Еще многое предстоит сделать, но я скоро вернуться, да.»

«Подожди. Мы пришли сюда с кусками портала, как вы просили,» поспешил я, не желая ждать. «Я хочу попробовать починить портал с тем, что у нас есть сейчас, так что нам просто нужен кусок вашего племени, и мы—»

«Нет». Олд Броук Бик резко клацнул клювом, чтобы прервать меня. «Вы должны предоставить четыре, а мы предоставить один.» Прямо сейчас у восходящего только три. Отдохнуть пока, и мы вместе найти способ забрать последний кусок.»

С этим вождь ушел, оставив нас с Каэрой наедине.

Каэра вздохнула рядом со мной, погрузившись в землю. «Как удручающе».

«Мягко сказано,» сказал я с насмешкой, когда мои глаза метнулись на кровать из соломы, перьев и травы, где обычно сидел Олд Броук Бик.





Глава 303: Заблуждение




Я чувствовал, как кровь Олд Броук Бика неистово шла вдоль хрупкой шеи, которую я держал крепкой хваткой, пока он судорожно брыкался от шока.

Двое из трех воинов со шрамами, которые окружали своего вождя, сразу же пришли в действие, так, что их острые клювы нацелились на мое горло, в то время как самый большой из трех остался неподвижным.

Гробовая тишина снизошла на скалу из-за внезапного поворота событий, никому не хотелось сделать даже малейшего вдоха, потому что в моих руках была жизнь их лидера.

Я наклонился к дрожащему вождю, продолжая смотреть на его охрану. «Рискнешь своей жизнью, чтобы твои солдаты успели убить меня до того, как я сверну тебе шею… или ты просто их отзовешь?»

Старая птичка оцепенела от моей угрозы, но молчала.

«Я думал, что ты умнее,» пробормотал я, впечатав своей ногой. Прозвучал громкий хруст, как будто вся левая нога Олд Броук Бика хрустнула до самой лодыжки. Вождь издал хриплый гул, одновременно скрутившись от боли.

Паникующие крики раздались на вершинах, одновременно с этим трое солдат поднесли их грозные клювы ближе ко мне.

«Попытаем удачу еще раз?» спросил я безразличным голосом.

Олд Броук Бик издал измученное “кар”, двое охранников отпрянули от его серых крыльев.

«В-вот! Олд Броук Бик велеть всем держаться подальше, да!» пронзительно кричал он, припадая на свою здоровою ногу.

«Хорошо». Сохраняя крепкую хватку на шее заложника, мы медленно добрались до того места, где лежала без сознания Каэра. «Теперь ты проведешь нас туда, где ты спрятал кусок портала своего племени.»

Вождь свирепо кивнул долговязой шеей. «Да, да! Тогда восходящие отпустить Олд Броук Бика?»

«Я отпущу тебя после того, как у нас будет кусок портала,» подтвердил я, пока подбирал вялое тело Каэры с заснеженной земли. Ну вот теперь ей дышать гораздо удобнее, но с Реджи, находившимся в глубоком восстанавливающем режиме, я был занят под завязку. «Куда?»

«К-к моему дому» заикался он, его единственный фиолетовый глаз отвернулся от меня к своей сломанной ноге.

С треском фиолетовой молнии, мы втроем оказались перед простецкой соломенной хижиной вождя. Высоко над нами я мог видеть, как племя разразилось бешенством, как они спускались со скалы, с которой мы телепортировались, в попытке следовать за их лидером.

Я осмотрел пустую деревню. «Где она?»

«Внизу, в полости за деревней, да!» каркал Олд Броук Бик его треснувший клюв безумолку лепетал.

Я Божественно Ступил еще раз на некоторое расстояние между нами и сумасшедшими Копьеклювыми, но с двумя пассажирами и голодным на эфир зверем, питающимся моим ядром, я чувствовал, как мои запасы стремительно сокращаются с каждым использованием.

«Я ничего не вижу,» сказал я, мое терпение иссякало.

«Трудно попасть, да! Надо обходить этот изгиб,» сказал вождь, указывая крылом.

Мой взор пронесся вдоль узкого каньона, который спрятался в крутых скалах на краю деревни Копьеклювых, и после того, как я отфильтровал информацию, которую каждый из эфирных путей передавал мне, я еще раз Божественно Шагнул.

Я видел, как Олд Броук Бик тайком поглядывал назад в то место, где в небе кружили Копьеклювые, ожидая своего шанса вынырнуть.

Вздохнув, я нежно положил Каэру на землю и выкрутил своей свободной руку кругом в основании правого крыла Олд Броук Бика.

Четкий хруст эхом пронесся по стенам каньона вместе с скрипучем карканьем старой птицы, пока ее крыло уже находилось под невозможным углом.

Поднеся лицо Олд Броук Бика поближе к своему, я спокойно заговорил. «Если кусок портала не окажется от меня на расстоянии вытянутой руки после твоих последующих указаний, следующим, что я сломаю, будет твоя шея».

«Д-да…» прохрипел он перед тем, как дать мне набор длинных инструкций. Как я и ожидал, вождь пытался выиграть время и потратить мою энергию в надежде, что у меня закончится Божественные Шаги, как у Теневых Когтей.

Указания старой птички завели нас дальше вглубь каньона к скрытой пещере, которая была покрыта плетеной сеткой, зашнурованной перьями и покрытой снегом, так что она органично вписалась в окружающий ее пейзаж. Если бы вождь не направил нас именно в это место, я понимал, что найти фрагмент портала было бы почти невозможным.

«В туннель, прямо вперёд”, слабо сказал он, его сломанная левая нога волочилась по снегу.

Подправив Каэру, которую я снова перекинул через свое плечо, я зашагал дальше в темный, неосвещенный туннель, пока он не привел в тупик.

Несмотря на то, насколько темной была полость, я едва мог что-либо разглядеть впереди, но от увиденного у меня отпала челюсть.

Нагромождение подобия жадного королевского клада, он представлял собой коллекцию золотых монет, драгоценных камней и артефактов. И хотя поначалу это удивило меня, вид этой коллекции бесценных сокровищ еще больше разозлил.

Сколько восходящих обманули и убили Копьеклювые, чтобы получить все это? Пока вопрос сам просился на кончик моего языка, иная половина меня не хотела слышать ответ вождя.

“Г-грей?”

Мои глаза расширились. «Каэра!» Отбросив Олд Броук Бика, я опустился к дворянке из Алакрии на землю и прислонил ее спиной к стене пещеры. «Как ты себя чувствуешь?»

«Как то тяжело и—» Каэра сделала резкий вдох, когда ее глаза упали на Олд Броук Бика. «Он… почему он…»

«Кто-то должен был помочь нам найти кусок портала,» сказал я с мягкой улыбкой. «Не волнуйся, он ничего не сможет сделать».

«Кусок Творцов здесь, да! Но трудно увидеть без света, трудно найти,” сказала старая птичка, показав на кучу артефактов своим здоровым крылом.

Выпустив насмешку, я направился к задней части кучи, где ощущалось особенно сильное эфирное присутствие. Через несколько мгновений у меня в руке была гладкая плита из белого камня.

Каэра вздохнула, оперевшись снова на стену. «Наконец-то».

Олд Броук Бик молча уставился на кусок портала, который я держал в руках, прежде чем он закивал головой. «В-великий восходящий находить кусок. Олд Броук Бик отпустить, да?»

«Еще не совсем». Я повернулся к дворянке из Алакрии, указав на большую кучу сокровищ. «У нас мало времени, но мы не должны позволить всему этому пропасть впустую.»

Каэра оглянулась на Олд Броук Бика, чей глаз дергался от страха, прежде чем одарить меня ухмылкой.

Держась за вождя Копьеклювых, я разрешил Каэре порыться в куче в поисках всего, чего она хотела.

Даже со Каэриным размерным кольцом, которое было сломано, я ожидал, что она попытается взять довольно много артефактов, но она вернулась, неся с собой только один предмет.

«Это все, что ты взяла?» спросил я Каэру, уставившись на тонкий металлический нарукавник, которую она держала в руке. Линии пробегали как обычно на этой части доспехов, но, помимо элегантного дизайна, я не мог понять, на что он способен.

«Мхмм. Когда я прикоснулась к нему, я чувствовала, как он пытается впитать в себя мой огонь жизни,» объяснила она. «Я не знаю, что он делает, но среди бесчисленных артефактов, которые я держала в руках, это первый, который взаимодействовал с частью моей силы».

Я пожал плечами. «Ты уверена, что больше ничего не хочешь унести? Даже если оно того не стоит, ты, наверное, могла бы заработать много золота».

Каэра проскользнула левой рукой в нарукавник, и я мог поклясться, что металлическая лента сжалась, чтобы подходить размерам предплечья. Она надела свой новый артефакт и надменно смотрела на меня. «У меня уже больше золота, чем я могу потратить.»

Я закатил глаза. «Показушница».

Увидав, что Каэра взяла только один предмет, Олд Броук Бик выпустил звонкий вздох облегчения, который был оборван сразу же, как только я влил эфир в мою размерную руну.





Глава 304. От лица Элли. Оставленные позади




Маленький ручей в нашем подземном городе, построенном древними магами, весело журчал. Ему повезло, подумала я. Он мог просто существовать, струясь среди скал и распевать свою веселую песенку. Даже когда Бу выхватил из воды сверкающую рыбу, это не похоже на то, что поток чувствовал потерю кого–то близкого по отношению к рыбе. У него даже не было сердца, чтобы быть разбитым.

Но у меня оно было, и я чувствовала. Куда бы я ни смотрела, все здесь мне постоянно напоминало о наследии моей семьи–неудачах, потерях и смерти.

Каждое усталое, безнадежное лицо и каждый печальный, понимающий взгляд, который я получала от других, напоминали мне о нашей неудаче.

Даже если у них были свои потери, они все равно относились ко мне и моей матери как к стеклянным трофеям. Которые нужны только чтобы поставить на освещенный стеллаж и смотреть на них и никогда не трогать… относились к нам так, будто мы все еще что–то значим, даже если мы были просто пережитком лучших времен, когда великий Артур Лейвин все еще защищал Дикатен.

Когда мой брат и Сильвия исчезли, казалось, что последний кусок твердой земли в мире ускользнул из–под наших ног, и теперь мы все медленно погружались в темные воды отчаяния.

Во всяком случае, так выразилась Кэтрин.

Это было странно. Я думала, что смерть ее родителей была бы для нее чуть важней, чем исчезновение моего брата, но, думаю, я не должна была удивляться; все всегда любили Артура Копье, Артура генерала, Артура героя.

Но я любила Артура–брата, Артура–друга… во всяком случае, когда он был рядом.

Моя мать отошла на задний план, печально улыбается и говорит «спасибо» всякий раз, когда кто–то выражал свои соболезнования. В лучшем случае она время от времени предлагала исцеление какому–нибудь раненому беженцу, которого солдаты тащили обратно в убежище.

Я думаю, она уже была так близка к отчаянию, что, когда Артур не вернулся после спасения Тессии, она потеряла надежду на все остальное. Это было больно признавать, но если бы не я, я думаю, она бы просто свернулась калачиком и заснула, а потом больше никогда не открывала глаза.

Подняв плоский гладкий камень, я подбросила его в воздух и поймала же.

Сколько времени прошло с тех пор, как мы с Артуром стояли здесь, на берегу подземного ручья, и он учил меня пускать блинчики? Дней? Недель? С таким же успехом я могла бы умереть и возродиться с тех пор.

Издав смешок, я неистово швырнула камень, он плюхнулся в воду, в каком–то роде я выпустила пар.

Бу, который взял свою добычу и неуклюже пошел искать мягкое, покрытое мхом место, чтобы поесть, поднял голову и серьезно посмотрел на меня. Темные пятна над глазами сошлись вместе, что всегда придавало ему сердитый вид.

– Прости, Бу. Я в порядке, – Хотя я не была уверена, что он поверил мне, гигантский медведеподобный зверь маны фыркнул и вернулся к своей еде.

– С такой рукой, как у тебя, ты не думала о том, чтобы бросать камни в наших врагов вместо того, чтобы стрелять из лука?

Я испуганно обернулась, но расслабилась, когда поняла, что это всего лишь Хелен Шард, лидер того, что осталось от «Двух рогов». Хелен была моим наставником в замке, она учила и помогала мне совершенствовать мою способность стрелять стрелами чистой маны из лука.

Для меня было огромным облегчением, когда она приехала в убежище вместе с Дерденом и Анджелой Роуз, и она быстро взяла на себя роль моего наставника снова.

Казалось, у нее было какое–то магическое восприятие, когда я впадала в «настроение», как она выразилась, потому как она всегда приходила поддержать меня.

Я встряхнула волосами в девичьей манере, которая, как я знала, раздражала ее, и снова посмотрела на ручей. «Я пыталась поймать рыбу на мамин обед».

Краем глаза я заметила, как она подняла бровь и, ухмыляясь, сказала: «Рыбу? Камнем?»

– Застрелить ее из лука было бы слишком легко, – надменно сказала я, слегка вздернув нос и выставив вперед подбородок, как самоуверенный ребенок. Хелен всегда подталкивала меня к тому, чтобы я отличалась от благородных детей в замке, и ее безмерно раздражало, когда я вела себя как они.

Посерьезнев, Хелен указала на воду: «Тогда, давай посмотрим».

Вернув ей серьезный взгляд, я подняла свой лук, прислоненный к ближайшему валуну, и осмотрела чистую воду. Примерно каждые тридцать секунд мимо медленно проплывала тускло-светящаяся рыба, направляясь вниз по течению.





Глава 305. От лица Элли. Сила духа




Элли

Я встретилась взглядом с матерью и постаралась не закатить глаза.

Она выпустила вздох: «Ох, не смотри на меня так. Ты слишком молода…»

Выдавив из себя, как я надеялась, понимающую, но слегка скептическую улыбку, я сказала: «Мама, неужели ты всерьез думаешь, что нам будет безопаснее, если мы просто спрячемся здесь и позволим другим сражаться за нас, чем если мы присоединимся к ним? Совет нуждается в каждом солдате, которого они могут получить—»

– Элли, – сказала она ее мама-знает-лучше голосом, – мы сражались и заплатили свою цену. Твой отец… Артур… – Слезы навернулись на ее глазах, но она не вытерла их. — Здесь, внизу, у нас есть какое-то подобие мира, и у нас больше времени вместе. — Времени, Элли. Все, чего я хочу это… времени с тобой.

Я знала, что дело не во мне. Речь шла об Артуре. Он никогда не был дома, никогда не был рядом. Наши родители проводили с ним так мало времени, хотя это была не только его вина.

Его никто не спрашивал, хочет ли он застрять в эльфийском королевстве в течение многих лет, однако это был его выбор — убежать и стать искателем приключений почти сразу же, как он вернулся. Это был его выбор — поступить в академию и жить самостоятельно, и он согласился уйти с этим Виндсомом, снова исчезнув как раз тогда, когда мы — его семья — нуждались в нем больше всего.

Когда он вернулся из страны богов, он стал копьем и сражался на войне. А потом он исчез.

— Жизнь здесь, внизу, едва ли можно назвать жизнью, Мама. Такое ощущение, будто мы застряли в том моменте, когда вражеский клинок приставлен к твоей шеи и вся твоя жизнь проносится мимо.

Мама печально улыбнулась и отвела взгляд. «Ты слишком много времени проводишь с Тессией».

— На самом деле это слова Кэтилин, — сказала я, обнимая мать и кладя голову ей на плечо. – Она довольно поэтична, если, конечно, тебе удастся ее разговорить.

Какое-то время мы сидели так, и мамина рука гладила меня по волосам. Когда я отстранилась, она заколебалась, словно не хотела меня отпускать. Но она не остановила меня.

– Это всего лишь заседание Совета, Мам — я серьезно посмотрела на нее. – Тебе тоже нужно пойти на него.

Мама покачала головой и подошла к маленькому столику, за которым мы ужинали. Потом она села за стол и провела по нему рукой, словно гладила животное. Думаю, она чувствовала себя более нормальной, когда делала что-то повседневное, такое как сидение за обеденным столом или спор с дочерью.

– Я просто не понимаю, зачем ты им там нужена – сказала она, возвращаясь к тому месту, с чего начался наш спор. – Уверена, Вирион и Байрон могут принимать решения без помощи тринадцатилетней девочки.

Я сдержала вздох, зная, что почти уговорила ее согласиться. «Как я уже сказала, Тессия попросила меня сопровождать ее».

– Думаю, мне придется поговорить с принцессой Тессией о том, что она так много времени проводит с тобой. — я открыла рот, чтобы попросить ее не смущать меня, но она подняла руку, обрывая меня. — Я просто… ты же знаешь, как я к ней отношусь…

— Мам, я знаю, что Артур умер, чтобы спасти ее, — огрызнулась я, сжав кулаки. Я столько раз прокручивала это в своей голове, что не могла вынести слышать это еще и от нее. – А ты не думала, что Артур умер бы в Эльширском лесу, когда ему было четыре года, если бы не встретил ее и Командора Вириона?

На лице моей матери промелькнуло выражение досады, прежде чем ее губы скорбно вздрогнули. Несколько долгих секунд мы смотрели друг на друга, не в силах вымолвить ни слова, но наша патовая ситуация была прервана фырканьем Бу, у которого была кровать на нижнем этаже нашего маленького двухэтажного убежища.

— Должно быть Тессия пришла. Я пошла. – Я повернулась, пересекла столовую и направилась вниз по лестнице. Я чувствовала, как глаза матери прожигают мне спину, и чувство вины бурлило у меня в животе за то, что я огрызнулась на нее.

Я остановилась и обернулась, все еще видя ее через перила. «Прости меня, мам. Я люблю тебя».

Она глубоко вздохнула, грустно улыбнулась и сказала: «Я тоже тебя люблю, Эл».

***

– Ты в этом уверена? – Мне было неловко от того, как робко и по-детски звучал мой собственный голос, но я не могла побороть нервозность. Может быть, мама права, подумала я.

— Конечно. Ты Элеонора Лейвин, — твердо ответила Тессия. Мы петляли по оккупированному району нашего маленького городка к большому центральному комплексу, который мы начали называть городской ратушей. – Твои родители — герои, твой брат был генералом, а я — принцесса. Даже если они обычно не разрешили бы тебе посещать заседания Совета, дедушка не выгонит тебя, если я попрошу.

Я прикусила губу, чтобы не сказать что-нибудь еще, молча последовав за Тессией. После нашей ссоры у ручья мы с Тессией проводили много времени вместе. Сначала я не знала, как к этому относиться; часть меня все еще хотела злиться на нее, даже ненавидеть, но я начинала понимать, почему Артур любил ее.

Дело было не только в том, как выглядела Тессия или насколько она была утонченной. В ней была та сила духа, которую я не могла описать.

Всякий раз, когда мы встречали кого-нибудь на улице, Тессия встречалась взглядом и тепло приветствовала, независимо от того, смотрели ли они на нее как на принцессу или предательницу. Она обращалась с ними так, словно они были чем-то важным для нее.

Краем глаза я смотрела за ее лицом, замечая, как она всегда держит подбородок высоко поднятым и смотрит вперед. Она была прекрасна и величественна.

Ее внешность, вероятно, была еще одной причиной, по которой Артур влюбился в нее, подумала я, проводя кончиками пальцев по щеке, задаваясь вопросом, считает ли кто-нибудь меня красивой.

Затем, на дорогу перед нами вышел человеческий солдат, вынудив нас остановиться. У мужчины были ужасные шрамы от ожогов по всему лицу и до линии волос. Он посмотрел на Тессию, сплюнул на землю и прошел мимо.

Хотя Тессия даже не вздрогнула, моя нервозность вернулась, покалывая внизу живота, заставляя мое сердце трепетать.

— Жаль, что я не смогла взять с собой Бу, — пробормотала я себе под нос.

Тессия усмехнулась. «Появиться на заседании совета с гигантским медведем может вызвать несколько больше вопросов, чем мы расчитывали вызвать сегодня, Элли».

Мы шли молча, и я в сотый раз оглядела подземный город.

Здания выглядели так, будто их лепили, а не строили, напоминая мне маленький глиняный кукольный домик, который Хелстия подарила мне, когда я была девочкой. Большинство из них были сделаны из того же серого и красного камня пещеры, с бликами окаменелого дерева и тусклого, медного цвета металла. Каждое здание немного отличалось от остальных, и все они были прекрасны.

Старейшина Риния сказала мне, что, по ее мнению, древние маги формировали их с помощью утраченных эфирных искусств, буквально лепя камень и дерево, как глину. Она переехала в маленькую пещеру в туннелях за городом, потому что некоторые другие беженцы, которых мы привели, не любили ее, но я все равно иногда навещала ее.

Мне нравилось вытягивать из нее новости о ее видениях, но после исчезновения Артура она притихла. Я была уверена, что она знает больше, чем говорит, но не думаю, что большинство выживших в любом случае стали бы ее слушать. Как только распространился слух, что она знала, что произойдет, люди отвернулись от нее.





Глава 306. От лица Элли. Кровь древних




Я услышала, как существа наступают сквозь тьму, еще не видя их.

Тусклый световой артефакт, который я несла, освещал только около десяти футов вокруг меня, этого достаточно, чтобы не навернуться, но недостаточно, чтобы показать мне что впереди.

Их было трое, может быть, четверо, и они все еще находились по крайней мере в пятидесяти футах вниз по туннелю.

Пещерные крысы

Впервые мы обнаружили их, когда исследовали туннели вокруг убежища. Звери не представляли большой угрозы для убежища беженцев, на самом деле они оказались очень полезными, так как мы могли их есть. Они на вкус не очень, но без них доставить достаточное количество белка в наше убежище было бы намного сложнее. Тем не менее, люди должны быть осторожны, потому что пещерные крысы могут быть опасны для тех, кто путешествует в одиночку.

К счастью, со мной был Бу, так что стая пещерных крыс меня не слишком беспокоила.

Грызуноподобные животные маны были размером с волков и двигались стаями, как волки. Из того, что мы могли сказать, они были доминирующими хищниками в этих туннелях, выживая за счет мелких паразитов.

Я сняла с плеча лук и натянула тетиву, сформировав стрелу на ней. Бу фыркнул, но мы уже практиковались в этом раньше. Он будет держаться позади меня, вне линии огня, пока враг не приблизится, тогда я отступлю, а он бросится вперед.

Скрежет когтей пещерных крыс по грубому каменному полу туннеля внезапно усилился, но я ждала, пока не увидела первую пару глаз, светящихся красным в отраженном свете моего маленького светящегося камня.

Тетива загудела, когда луч белого света влетел в темноту. Вторая стрела была создана и наложена на тетиву к тому времени, как первая попала прямо между глаз ведущей крысы.

Зверь упал с ног на голову, лишь тень на краю моего обзора. Моя вторая стрела пролетела мимо него, вонзившись в другую пещерную крысу, которую я еще не видела.

Третий зверь промчался мимо своих мертвых товарищей, тяжело переваливаясь, как маленький медведь, но не успел приблизиться, как одна из моих стрел попала ему в сустав между шеей и плечом. Ноги его подкосились, и он, жутко хрипя, повалился на грудь.

Я избавила его от страданий завершающей стрелой, пронзившей череп.

В туннеле было тихо, если не считать мягкого звука моего собственного дыхания и глубокого фырканья Бу позади меня.

— Извини, парень, — сказала я с ухмылкой. — Обещаю, что в следующий раз оставлю немного для тебя.

Движение сверху привлекло мое внимание: четвертая пещерная крыса, используя свои жесткие когти, медленно ползла по потолку туннеля. Она была сморщенной и облезлой, ее пятнистый черно-серый мех торчал во все стороны.

Медленно двигаясь, я положила руку на тетиву и начала ее натягивать, но существо отреагировало гораздо быстрее, чем его мертвые товарищи. Оно упало на землю, поворачиваясь в воздухе, чтобы приземлиться на свои корявые маленькие ноги, затем открыло свою уродливую пасть и зашипело, извергая облако зеленоватого газа.

Я выпустила стрелу, но пещерная крыса (если это вообще была пещерная крыса) отскочила в сторону, развернулась и побежала по коридору, быстро выходя за пределы досягаемости моего слабого источника света.

Отшатнувшись назад, чтобы спастись от газа, я послала вслед за ней еще одну стрелу, надеясь попасть в нее вслепую, но стрела только ударилась о камень и затем исчезла.

Бу взревел и пронесся мимо меня, рванувшись в темноту за странной пещерной крысой, готовый разорвать ее на части.

В туннеле пахло сладко и гнило, как гнилые фрукты, отчего у меня слезились глаза и горел нос. Я отступила еще дальше и ждала, холодная дрожь пробежала по моей спине. Что, черт возьми, это было? — удивилась я, вытирая мурашки, которые появились на моих руках.

Не прошло и минуты, как Бу с грохотом вернулся в туннель. По отсутствию свежей крови на морде было ясно, что он не поймал тварь. Мне не нравилась мысль о том, что это существо прячется где-то вне поля зрения, цепляется за потолок, как летучая мышь, и наблюдает за мной… Я снова задрожала.

— Пошли, Бу, — сказала я, положив руку на его густую лохматую шерсть. Затем, чтобы успокоить себя, я повторила мантру, которой научила меня Хелен: «Смотри прямо, держи лук твердо. Никогда не бояйся, всегда будь готова».

Двигаясь быстро и бесшумно, я задержала дыхание, проходя сквозь мерзкий туман, который все еще висел в воздухе. Мертвые пещерные крысы лежали на полу скрюченными кучками, и достаточно скоро их станет еще больше из окружающих туннелей. Мне придется быть осторожной на обратном пути в подземный город.

Я осмотрела каждый выступающий камень на потолке и стенах и дважды выстрелила в то, что оказалось камнями, упавшими с потолка, но в тусклом свете моего фонаря они выглядели как пещерные крысы, затаившиеся в засаде.

Каждый изгиб и поворот на пути, ведущем к маленькой пещере старейшины Ринии, заставлял мое сердце биться все сильнее и сильнее, пока я кралась обходя слепые углы с луком наготове, ожидая, что паршивый зверь прыгнет на меня сверху или выдохнет свои ядовитые испарения.

Наконец, я увидела ровное свечение светового артефакта, висевшего над трещиной в стене, служившей дверью старейшины Ринии. Глубоко вздохнув с облегчением, я поняла, что жжение в носу переместилось в горло и легкие, и что дышать стало больно.

Газ…

Бросившись вперед, я проскользнула в щель и ворвалась в маленькую пещеру, которую старейшина Риния называла своим домом.





Глава 307. От лица Элли — Глава 4: Погибель лука.




Я ухмыльнулась старейшине Ринии. Ее специфическое чувство юмора было одной из вещей, которые мне действительно нравились в ней. В то время как все остальные в подземном городе ходили вокруг, как будто каждый день был одними долгими похронами, старая провидеца все еще могла шутить, несмотря на все что произошло.

Ухмылка медленно сползла с моего лица, когда старейшина Риния уставилась на меня пронзительным, серьезным взглядом.

— Подожди, ты серьезно? — неуверенно спросила я.

— Серьезно, как… как… — Старейшина Риния замолчала, ее рот слегка приоткрылся, глаза устремились к потолку пещеры, пытаясь вспомнить подходящее слово. — Черт, я забыла эту фразу, но да, я очень серьезно. Если ты думаешь, что готова к опасностям битвы, то докажи это. Тварь, которая бродит по этим туннелям, представляет реальную опасность: для меня, для вас и для всех остальных в колонии. Хочешь моей мудрости? Ну что ж, тебе придется заслужить ее, дорогая Элли.

Я снова поймала себя на том, что не знаю, что сказать. Старейшина Риния была загадкой, я даже не могла догадаться о причине ее действий, поэтому я могла только предположить, что выслеживание и убийство этого блайт хоба было каким-то образом важно для миссии в Эленуаре.

Вспомнив, как синяя слизь, вытекала из моего рта и носа, я снова почувствовала вкус мяты.

Или, возможно, Ринии нужна какая-то часть блайт хоба для ее запасов?

— Мне нужно принести любую часть зверя? — Спросила я.

Старейшина Риния лукаво усмехнулась. «Умная девочка. Да, убей эту тварь и принеси мне в качестве доказательства ее язык».

Я кивнула сама себе, мое сердце бешено колотилось от волнения и страха. Я вспомнила о битве у Стены, о том, как острые ощущения и адреналин схватки перемешались с ужасом, который я чувствовала, наблюдая, как орда убивает наших солдат на поле боя.…

Думаю, так было с каждым. Даже мой брат, должно быть, иногда боялся, но я знала, что он тоже жаждал сражаться и стать сильнее.

Он сказал, что просто хочет быть достаточно сильным, чтобы защитить свою семью, но если это правда, то почему он пожертвовал собой ради Тессии?

Я не была уверена, что когда-нибудь пойму.

— Итак, есть пара вещей, которые ты должна знать, — сказала Старейшина Риния, прерывая мои мысли. — Блайт хоб не будет просто стоять рядом и пытаться сражаться с тобой, особенно когда тебя защищает этот гигантский медведь.

— Если он не сможет подкрасться к тебе, то попытается заманить в ловушку. Не позволяй этому случиться. Если ты сможешь поймать его, пока он поджидает вас, и всадить стрелу в его маленькое черное сердце, прежде чем он успеет пошевелиться, то это будет лучшим вариантом.

— И что бы ни случилось, не позволяй этой твари снова дышать на тебя. Это была моя единственная слизь ледяной улитки за черт знает сколько времени.

— Разве ты не знаешь, когда получишь еще? — спросила я. — Быть провидицей, это лишь пустой звук? — Несмотря на мою нервозность и страх, легкомысленность начала захлестывать меня, и я не смогла сдержать большую глупую улыбку, появившуюся на моем лице.

Нахмурившись, Старейшина Риния сказала: «Ах ты, маленькая… затем встала на ноги и начала прогонять меня. Я вскочила и, все еще ухмыляясь, позволила ей проводить меня к “двери” ее пещерного дома. — Не возвращайся, пока не научишься уважению, и не забудь про язык!»

Хихикая, я проскользнула в щель и оказалась в темном туннеле. Моя “связь” была большой, пушистой тенью, охраняющей вход. Когда я приблизилась, он повернул ко мне свою широкую голову, и я провела рукой по его морде и между глаз, почесывая. Бу закрыл глаза и фыркнул от удовольствия.

— Ты готов к действию, здоровяк? — Он хмыкнул, из глубины его груди вырвался рокот, который был бы ужасен, если бы он не был моей “связью”. — Мы идем на охоту.

***

Мы начали охоту, вернувшись туда, где столкнулись со стаей пещерных крыс. Еще двое существ уже нашли тела и деловито пожирали останки.

Мы продвигались в полной темноте, световой артефакт теперь был спрятан в глубоком кармане моих свободных брюк. Я решила, что будет безопаснее двигаться в темноте, чем выдавать наше местоположение светящимся камнем, вместо него полагаясь на свой усиленный маной слух для ориентирования.

Однако, Бу не был полностью незаметным, и пещерные крысы услышали наше приближение. Они надулись и угрожающе зашипели, защищая свою еду, но повернулись и убежали как только Бу бросился на них.

Когда я убедилась, что они ушли, я вытащила световой артефакт и подняла его. «Бу, попробуй найти запах блайт хоба на потолке. — Я указала на грубый камень над нашими головами».

Мой напарник встал на задние лапы, поднял свой блестящий черный нос прямо к потолку туннеля и начал обнюхивать все вокруг. Через несколько секунд он спустился обратно на четвереньки и опустил свою широкую морду на пол, продолжая тщательно принюхиваться.

Я последовала за ним, когда он повел нас прочь от изжеванных трупов, медленно двигаясь, прижав нос к земле.

Примерно через минуту Бу остановился и повернулся ко мне, его умные глаза сияли зеленым в тусклом свете светящегося камня. Он фыркнул, его бока расширились, затем он встряхнул своей лохматой шкурой, как мокрая собака.

Он нашел его запах. «Хорошо, пойдем поймаем его»

Моя “связь” что-то проворчала, затем взлетела, теперь двигаясь быстро. Я снова спрятала световой артефакт и последовала за ним, держа лук наготове.

***

С тех пор, как блайт хоб напал на нас, он преодолел довольно большое расстояние. Мы шли по его следу час, два, но так и не увидели его.

Туннели вокруг нашего подземного города представляли собой извилистый, пересекающийся лабиринт, и блайт хоб двигался беспорядочно, путая следы, будто он знал, что мы охотимся за ним. Основываясь на том, что сказала старейшина Риния, я задалась вопросом: был ли зверь маны параноиком, всегда крадущимся вокруг, как будто что-то преследовало его?

Я шла чуть позади Бу, мое правое плечо прижималось к его левому боку, поэтому, когда он резко остановился, я сразу узнала об этом.

Все тело медведя напряглось, его жесткая шкура слегка задрожала.

Я ждала, держа пальцы на тетиве лука, готовая в любой момент натянуть тетиву.

Откуда-то впереди мои усиленные маной уши уловили слабый звук когтей, скребущих по камню. Я внимательно прислушалась, пытаясь понять, сколько их было там.

«Восемь», — нервно подумала я, прикидывая, скольких пещерных крыс моя “связь” сможет безопасно отбить. Стая двигалась в нашем направлении, но они были медленными и неторопливыми, и еще не учуяли наш запах.

Судя по звуку, впереди, футах в пятидесяти-шестидесяти, туннель слегка изгибался. Приняв решение, я надавила на спину Бу, так, что он присел передо мной, прижавшись к твердой земле, чтобы я могла видеть и стрелять над ним.

Натянув лук, я сформировала ярко сияющую стрелу маны, прищурившись от внезапного яркого света, я пустила стрелу по туннелю, где она застряла в каменной стене. Я сосредоточилась на том, чтобы держать стрелу на месте, ее сверкающий свет был маяком в кромешной тьме.

Реакция последовала незамедлительно. Дальше по туннелю стая пещерных крыс бросилась бежать к свету. Как раз перед тем, как они появились в поле зрения, я сформировала вторую стрелу и влила в нее ману, заставляя стрелу раздуваться, а воздух вокруг нее мерцать.

В то же время я позволила ярко светящейся стреле, которая привлекла зверей маны, исчезнуть, погрузив туннель впереди в темноту. Я внимательно слушала, как пещерные крысы ползали перед нами, царапая стены и пол туннеля в поисках источника света.

Тетива моего лука зазвенела, когда я выстрелила. Выпуклая, мерцающая белая стрела оставила за собой белый след, когда она пронеслась по туннелю, а затем взорвалась в воздухе прямо в середине стаи, отправив пещерных крыс в полет.

Бу задрожал от нетерпения, готовый броситься по туннелю и прикончить их, но я не могла быть уверена, сколько пещерных крыс выжило, и не хотела рисковать здоровьем своей “связи” без причины.





Глава 308. От лица Элли Глава 5: Цена




От лица Элли Глава 5: Цена

К тому времени, как мы добрались до пещеры старейшины Ринии, боль от моего падения начала усиливаться. Большая часть моего тела была покрыта черными и фиолетовыми синяками, которые, как я знала, будут выглядеть еще хуже, когда я доберусь до дома.

Мама будет в бешенстве.

Чувство направления у Бу было не хуже обоняния, так что обратный путь был довольно простым. Я несколько раз почесала его за ушами и по серебряному кудрявому меху на груди, а затем, прихрамывая, проковыляла через узкую щель в маленькую пещеру, неся свой сломанный лук и скользкий язык блайт хоба, завернутый в кусок ткани от моей рубашки.

Внутри, старейшина Риния сидела за маленьким столиком, уставившись на квадратную доску, усеянную шариками. Пока я смотрела, она взяла шарик, положила его на другое место доски и что-то пробормотала себе под нос.

Я открыла рот, чтобы сказать что-нибудь драматическое, вроде “Я вернулась!”, но старая провидица подняла морщинистую руку и жестом велела мне замолчать.

Типично, подумала я.

После того, как прошло, казалось, очень много времени, Старейшина Риния быстро передвинула еще два камня, а затем повернулась ко мне с довольной ухмылкой на лице.

‒ Ты вернулась. ‒ Сказала она, глядя на сверток в моей руке. ‒ И успешно, судя по всему. ‒ Ее взгляд быстро прошелся по моему телу, задержавшись на видимых синяках на моей щеке, шее и руках. ‒ Хотя, как я вижу, не обошлось без нескольких шишек и синяков.

Я открыла было рот, чтобы начать рассказывать ей об охоте на блайт хоба, но Старейшина Риния махнула мне, чтобы я подошла поближе, снова оборвав меня. «Сюда, позволь мне увидеть его. Поспеши!»

Нахмурившись, я протопала через пещеру и протянула завернутый в ткань язык старейшине. Она осторожно развернула его, внимательно изучая язык.

‒ Да, да. Он хорошо подойдет. Очень хорошо. ‒ Даже не взглянув на меня, она вскочила и практически побежала через пещеру.

Я с недоумением наблюдала, как она бросила язык в котелок, который дымился над ее маленьким костерком. Пещера, как я понял, была наполнена запахом готовящейся пищи. Мои глаза метнулись от кипящего котла к старейшине Ринии и обратно, а затем расширились от ужаса.

‒ Ты… ты же не собираешься…

‒ О да, дорогая. Язык блайт хоба — очень редкий деликатес. Нежный, сочный, жирный, с легким привкусом горечи.

Я всерьез подумывала о том, чтобы во второй раз за день блевать на ее пол, но подавила отвращение.

Открыв рот, чтобы спросить обещанную информацию, я в третий раз была прервана.

‒ Мне ужасно жаль, но боюсь, что язык должен быть приготовлен правильно, так что ему потребуется мое полное внимание. Кроме того, я уверена, что твоя мать захочет позаботиться об этих травмах, думаю, это не должно быть проблемой для излучателя. Так что будь так мила и уходи сейчас же, хорошо?

‒ Но что насчет…

‒ Ах да, ‒ рассеянно ответила старейшина Риния. Я готова была поклясться, что у нее текли слюнки, когда она смотрела в черный котелок с тушеным языком. ‒ Иди с моим благословением, конечно. Скажи этому старому дураку Вириону, что миссия будет успешной, но не без потерь.

Я моргнула, открыв рот. ‒ И это все?

Старейшина Риния повернулась, посмотрев мне в глаза, на мгновение посерьезнев. «Да. Знай, что всегда есть цена, дитя. Цена жизни этих эльфов может оказаться больше, чем Вирион готов заплатить».

‒ Я… я чуть не умерла! ‒ закричала я, напряжение последних нескольких часов закипело и превратилось в гнев, который я выплеснула на старую провидицу. ‒ Я отдала свой лук только для того, чтобы ты могла съесть какой-то мерзкий старый язык и сказать мне: «это будет затратно»?

Старейшина Риния подняла тонкую бровь. «Умерла? Вряд ли, дорогая. У тебя на шее все еще висит подарок твоего брата, не так ли?»

Моя рука потянулась к кулону феникса виверны, спрятанному под одеждой. Я носила его так долго, что почти забыла, для чего он на самом деле.

Фыркнув от моего удивления, Риния продолжила: «Как я уже сказала, всегда есть цена, которую нужно заплатить, выбор, который нужно сделать. Ты сделала один в туннелях, и тебе придется сделать еще один в Эленуаре. Когда придет время, Элли, ты должна выбрать цель».

‒ О чем, черт возьми, ты говоришь? ‒ сказала я, вскидывая руки вверх и недоверчиво качая головой. ‒ Просто ответь мне прямо!

‒ Выберите цель. Цена будет заплачена в любом случае, но вы сами решаете, сработает план или нет. А теперь иди, остальные начинают беспокоиться и скоро придут тебя искать. ‒ Она снова повернулась к котелку и деревянной ложкой осторожно размешала содержимое, затем бросила туда щепотку чего-то из маленькой баночки. ‒ И я не хочу, чтобы кто-нибудь пришел и испортил мне обед.

***

Обратный путь в город был долгим и неудобным, но, к счастью, без приключений. Бу позволил мне проехать на его большой и пушистой спине большую часть пути, так как каждая часть моего тела болела. Все это время я готовила свою историю и оправдания для матери, хотя не могла придумать ничего такого, что могло бы хоть как-то успокоить ее, когда она увидит, как я покрыта синяками.

‒ Не могу доверять этой старой сумасшедшей, ‒ проворчала я Бу. ‒ Этот блайт хоб чуть не убил меня, и все для того, чтобы она могла съесть его мерзкий старый язык и сказать мне, что миссия “не будет без потерь”. Это и я могла бы сказать.

Бу утешительно промычал.

Я хотела сказать что-то еще, но меня отвлек крошечный источник света, который подпрыгивал и извивался впереди нас в туннеле. Мгновение спустя раздался голос: «Элли, Элеонора Лейвин, это ты?»

О боже, подумала я, понимая, что люди в туннелях, ищущие меня — плохой знак.

‒ Да, ‒ болезненно прохрипела я. ‒ Кто это?

Источник света быстро двинулся ко мне, сопровождаемый звуком мягких шагов. Широкое, доброе лицо Дардена, одного из Близнецов Рогов и друга моих родителей, появилось в фокусе, как только я прищурилась от яркости его светового артефакта.





Глава 309. От лица Элли — Глава 6: Дать отпор




Я шла в нескольких футах позади Тессии, старательно сохраняя спокойное выражение лица, чтобы солдаты, суетившиеся вокруг нас, не заметили, как я нервничаю. Большинство из них, в силу необходимости, были эльфами, поскольку людям и гномам затруднительно ориентироваться в туманном лесу Эльшира, даже с эльфами там, чтобы направлять нас.

Бу плелся за мной, бродя между деревьями, обнюхивая все вокруг, засовывая нос в грязь в поисках личинок или других мелких лесных существ, чтобы поесть. По тому, как моя “связь” виляла обрубком хвоста, я могу сказать, что она действительно чувствует себя как дома в глухом лесу и рада выбраться из пещер.

Мы пробыли в Элшире всего час или два, но мне казалось, что туман уже просочился в мои уши и плавает в голове, мешая думать. Я старалась быть внимательной, но когда Тессия отдавала приказы, я постоянно ловила себя на том, что мечтательно смотрю на какой-нибудь цветок, дерево или камень, возвращаясь в настоящее только когда Тессия спрашивала: «Элли, ты идешь?»

Тессия остановилась, чтобы проверить, как продвигается работа над ямой-ловушкой, вырытой посреди узкой дороги через лес. Хоть мне и казалось, что это не более чем оленья тропа, но Тессия сказала, что такие ясные тропы существуют только рядом с внутренней частью Эленуара, соединяя некоторые крупные и малые города.

Трое молодых эльфов работали вместе, чтобы построить яму-ловушку. Первый, светловолосый мальчик с красивыми изумрудными глазами, использовал ману земли, чтобы выкопать большую яму на тропе, которая была по крайней мере десять футов глубиной.

Двое других были в капюшонах, хотя я все еще могла разглядеть их серьезные лица под ними. Они заговорили корни выйти наружу на дне ямы и скрутиться в острые спиралевидные шипы.

Все трое повернулись, чтобы быстро отсалютовать Тессии, прежде чем вернуться к своей работе.

«Немого расширьте яму, отсюда, ‒ она указала на большой кусок гранита, ‒ дотуда», ‒ сказала она, указывая на пространство между корнями большого шишковатого дерева, с которого свисали клочки мха, похожие на сотни маленьких бородок.

‒ Тогда даже солдат, идущий по краю тропы, упадет внутрь.

‒ Так точно, леди Тессия, ‒ ответил зеленоглазый эльф, немедленно начав расширять края так, чтобы они охватывали всю тропу.

Тессия двинулась дальше, и я последовала за ней, наблюдая, как ее длинные серебристо-серые волосы подпрыгивают на спине. Она действительно привыкла командовать. Я знала, что она и раньше командовала солдатами, и что она была сильно избита алакрийцами в Эленуаре, но сейчас она казалась уверенной в своей роли, и маги, которых мы привели с собой, выказывали ей уважение.

Мой затуманенный разум беспорядочно дрейфовал, и я подумала о том, чтобы спросить совета у Тессии, как получить контроль над моей звериной волей, так как я знала, что в бою она сильно полагается на свою. Мне пришлось напомнить себе, что сейчас не самое лучшее время для этого.

У меня был короткий разговор с Командором Вирионом после того, как он услышал больше о том, что произошло в туннелях, и он дал понять, что чем сильнее зверь маны, тем труднее разблокировать его звериную волю… И, конечно, Бу не был обычным зверем маны.

Тогда как, черт возьми, Артур так быстро освободил свою звериную волю? Я покачала головой, не желая попасть в ловушку сравнения себя с братом.

Еще раз попытав удачу, я вспомнила слова Коммандора Вириона.

«Почувствуй мощную, инородную сущность глубоко внутри своего ядра маны и вытащи ее», ‒ пробормотала я, закрывая глаза.

Не чувствуя ничего, кроме влажного дыхания Бу, щекочущего мою шею, когда он с любопытством обнюхивал меня, я вздохнула.

Впереди меня Тессия остановилась и обернулась назал с поднятой бровью. «Элли, ты идешь?»

Я отчаянно закивала и побежала догонять.

Недалеко от ямы-ловушки два гнома творили какую-то магию земли, заставляя утрамбованную землю дрожать и размягчаться. Я еще не встречалась с гномами, хоть и слышала об их прибытии: братья Хорнфелс и Скарн, Землерожденные, двоюродные братья Копья́ Мики.

Они остановили свои заклинания и выпрямились при нашем приближении, впрочем, они не отсалютовали. Гномы были невысокими и широкоплечими, как и большинство их сородичей. У них были одинаковые черты лица: широкие носы, красные щеки и жесткие светлые бороды. Однако выражение их лиц было настолько разным, что легко было бы не заметить, что они близнецы.

Один улыбнулся, глядя на Тессию, как будто она его давно потерянная лучшая подруга, с которой вновь встретился, спустя десять-двадцать лет разлуки, в то время как другой смотрел на нее, как будто она только что сказала что-то очень плохое о его матери.

‒ Как идут приготовления? ‒ спросила Тессия, наклонившись и проводя руками по обработанной земле.

‒ Достаточно хорошо, ‒ пробормотал хмурый гном. ‒ Это всего лишь подготовка, как вы и сказали. Настоящее заклинание будет, когда прибудут повозки.

‒ Затем, хоп, ‒ вмешался улыбающийся гном. ‒ Колеса повозки быстро увязнут и застынут. Понадобится дюжина лошадей, чтобы вытащить их.

Тессия прижала руку к мягкой почве. «Возможно, вы первые гномы, которые творят магию гномов в Эльширском лесу, ‒ тихо сказала она, прежде чем встать прямо. ‒ И это привилегия — работать с вами на одной стороне».

Улыбающийся гном — улыбнулся шире, а хмурый — сильнее нахмурился. Тессия вежливо кивнула им перед тем, как развернуться на месте и пойти в лес.

Глаза гномов упали на меня, пока я стояла и смотрела на них. Очень жаль, что король и королева гномов предали Дикатен, подумала я. Они оставили свой народ в таком тяжелом положении. Я подумала, что это было очень храбро со стороны Землерожденных — искать нас, когда бо́льшая часть королевства гномов погрузилась в полномасштабное восстание, поддерживая захватчиков.

‒ Можем ли мы тебе чем-нибудь помочь, девочка? ‒ спросил хмурый гном, из‒за чего я подпрыгнула и осмотрелась в поисках Тессии.

‒ Элли, ты там…

‒ Иду! ‒ Выкрикнула я.

Неловко помахав гномам, я перепрыгнула через валун, высотой по колено, и побежала к Тессии.

Она положила руку мне на плечо, как только я ее догнала. «У меня есть несколько солдат, укрепляющие позиции в деревьях. ‒ Тессия указала над нами, где эльфийский лучник сковывал несколько ветвей деревьев в своеобразное гнездо. Было удивительно наблюдать, как дерево двигается, как будто оно живое, реагируя на ману солдата. ‒ Ты будешь там».

‒ Поняла. ‒ Я провела линию от платформы сверху до дороги: это была идеальная прямая в яму‒ловушку гномов.

‒ Эти точки: здесь, здесь и там — образуют зону поражения. ‒ Глаза Тессии зацепились за мои, ее взгляд был смертельно серьезен. ‒ Маги там, наверху, будут самой важной частью этой битвы, вот почему я хочу, чтобы ты была прямо посередине. Это должно быть быстро и тихо, иначе мы рискуем потерять пленников.

‒ Я знаю, что туман сейчас все усложняет, но если ты сконцентрируешь ману в своих глазах и продолжишь менять фокус, то это поможет сдержать эффект тумана. Самое главное, чтобы пленники были в безопасности, а алакрийцы не сбежали.

Я ответила ей серьезным взглядом и понимающе кивнула. Я не могла ее разочаровать, мне нужно было проявить себя здесь, не как сестра Артура Лейвина, а как Элеонора Лейвин.

Тессия наклонила свою голову, поглаживая мою, когда ее лоб коснулся моего, сказала: «Я знаю, ты не хочешь, чтобы тебя баловали, но… оставайся там в безопасности».





Глава 310. От лица Элли — Глава 7: Больше задач




Где-то вдалеке сердито кричала птица, вероятно, наш бой нарушил ее покой. Мое сердце громко стучало о грудную клетку, но я также слышала голоса Тессии и Кертиса, что казалось чем-то неправильным, почти вторжением в их личную жизнь.

За этими звуками скрывалось что-то еще. Тонкий, испуганный голос шептал молитву Вритре.

Я развернулась, уже со стрелой на тетиве, выпустив ее в сантиметре от бедра Кертиса. Стрела вонзилась в молодого алакрийского солдата, который притаился, притворившись мертвым, за одним из колес. Он готовил заклинание, нацелившись в спину Кертиса.

Тессия и Кертис обернулись, их мана конденсировалась в подготовке заклинаний, но солдат был уже мертв.

Кертис повернулся ко мне и взъерошил волосы, выглядя немного смущенным. «Спасибо», ‒ тихо сказал он.

Тессия встретилась со мной взглядом и резко кивнула.

К этому моменту большинство других членов нашего штурмового отряда, те, кто выжил, слезли с деревьев.

‒ Мы обязательно отпразднуем это позже, ‒ сказала Тессия, ее голос звучал отчетливо, когда она бросила тяжелый взгляд на своих солдат. ‒ А пока давайте освободим этих людей!

Вот так все пришли в движение, ломая замки, освобождая пленников и разбивая их кандалы.

Тессия поколебалась, прежде чем отойти, от надзора за ее солдатами. «Ты в порядке?»

‒ Я в порядке, ‒ сказала я, позволяя своей звериной воле исчезнуть. На мгновение мне показалось, что кто-то накрыл мою голову одеялом, но мои чувства быстро приспособились. ‒ Их атаки были даже не близко.

Тессия улыбнулась своей теплой улыбкой, отсалютовала мне и сказала: «Хорошо сражалась… солдат Элли».

Я неловко вернула салют, и Тессия зашагала прочь.

Бу уткнулся в меня носом, я наклонилась вперед и прислонилась лбом к его лбу.

«Похоже, мы сблизились, не так ли, приятель?» ‒ Сказала я со вздохом, прежде чем мой взгляд скользнул мимо него к молодому алакрийцу, которого я только что убила.

Я попыталась отвести взгляд, внутренне отстраниться, как делала до сих пор.

Но я не могла. Я продолжала смотреть на мужчину, который выглядел всего на несколько лет старше меня… Возраста Артура.

Но когда его тело уносили наши солдаты, я увидела их. Пустые, безжизненные глаза, которые все еще были широко открыты в шоке.

Я оторвала взгляд, споткнувшись при этом о землю. Подползая, к ближайшему дереву, которое смогла найти, и выпустила подступивший к горлу обед, с затуманенным слезами взором.

Бу сидел позади меня, утешая и пряча меня от всех остальных, пока я рыдала и блевала одновременно.

Как Артур мог сделал это? Как Тессия, Кертис или кто-то еще мог совершить такую ужасную вещь, как убийство? Преднамеренное убийство.

Но на этом месте была я, после того, как убила много живых людей, больше беспокоясь, что все увидят, что я плачу как ребенок.

Осторожное прикосновение к плечу заставило меня подпрыгнуть. Я резко развернулась, оказавшись лицом к лицу с Кейтилин, чей холодный взгляд был нехарактерно сочувственным.

Громкая икота прервала мои рыдания, и я почувствовала кислый привкус рвоты. Я поспешно вытерла глаза и рот, безуспешно пытаясь придать своему лицу менее смущенное выражение.

‒ Как ты можешь это делать? ‒ Я снова всхлипнула. ‒ Почему вам всем так легко делать это?

‒ Это никогда не бывает легко и никогда не должно быть легко. ‒ Бывшая принцесса протянула мне руку. ‒ Что касается того, как я это делаю, боюсь, у всех ответ разный.

Кэтрин серьезно улыбнулась, глядя на меня. Это была та же самая улыбка, которая часто была у моего брата… Сложная улыбка, которую я не понимала до сих пор.

Сколько противников убил Артур? ‒ удивилась я. ‒ Сколько союзников погибло на его глазах? Он всегда продолжал двигаться дальше.

Еще раз вытирая слезы, я взяла Кейтилин за руку, и она повела меня в заднюю часть каравана, где только начали освобождать пленников.

Пока мы проходили мимо других повозок, каждая из которых была окружена горсткой наших солдат, помогающих людям выбраться и пытающихся снять оковы, подавляющие ману, я наблюдала за освобожденными эльфами. Многие бросались обнимать друг друга и своих спасителей. Многие плакали, и слезы облегчения текли по их лицам. Другие сонно озирались по сторонам, словно только что проснулись и все еще не были уверены, реально ли то, что они видят.

Испуганный рев привлек мое внимание к беспомощно выглядящему лунному быку, все еще застрявшему в земле перед одной из повозок, его ноги были заключены в ловушке заклинанием гномов. Он с отчаянием смотрел на меня.

Мы проезжали мимо третьей повозки в караване, когда высокий, без рубашки белокурый эльф с темными синяками, изменившими цвет его лица, упал на колени, когда его освободили от наручников. «Фейрих!» ‒ Воскликнула Тессия, и я остановилась, заставив Кейтилин отпустить мою руку.





Глава 311. От лица Элли — Глава 8: По его стопам




Дорога в Эйдельхольм прошла быстро, хоть и заняла около двух полных дней.

В основном мы перемещались молча. Тессии и Альбольду пришлось замедлить шаг, осторожно ведя нас по окраинам Элшира. Труднее всего пришлось Хорнфелсу и Скарну, они не были лесными жителями и очень мало времени проводили на поверхности. Они ненавидели туман так же сильно, как я ненавидела наступать в лужи грязи… что случалось часто.

Бу и Граудер чувствовали себя как дома. Мы позволили им двигаться в своем собственном темпе, они иногда бросались вперед, пробираясь сквозь чащу, как пара диких зверей, а иногда задерживались позади, чтобы покопаться в мягкой почве или понюхать след какого-нибудь зверя маны. Но я не беспокоилась за них. Я знала, что Бу всегда сможет найти путь ко мне.

Хотя мы были насторожены, Тессия и Альбольд совсем не беспокоились, что алакрийцы ищут нас в лесу. Они ожидали, что мы будем в Эйдельхольме до того, как караван пленников объявят пропавшим, а еще алакрийцы не могли достаточно хорошо ориентироваться в Эльшире, чтобы иметь эффективные патрули.

Когда мы все же разговаривали, то в основном обсуждали оптимальные пути, по которым нам следует разведать местность, чтобы не быть обнаруженными. Хотя ни у Альбольда, ни у Тессии не было карты, оба знали местность достаточно хорошо, чтобы иметь хорошее представление о том, когда мы доберемся до эльфийской деревни.

Следы алакрийцев были повсюду в окрестностях Эйдельхольма.

Первым был труп эльфа, лежащий лицом вниз под умирающем деревом. Дыра размером с яблоко была прожжена насквозь и в нем, и в дереве.

Я не отрывала взгляда от этого зрелища, несмотря на желание отвернуться и блевать. Это было что‒то, к чему я должна была привыкнуть.

Альбольд склонился над трупом, его обычно веселого выражения лица и в помине не было. «Скорее всего, он пытался бежать».

Молча соглашаясь, мы не стали задерживаться, чтобы тщательней это расследовать.

Мы замедлили шаг, приближаясь к деревне, двигаясь осторожно на случай, если наткнемся в лесу на алакрийцев. По мере того как мы приближались, стук топоров по деревьям становился все громче и громче.

Тессия подняла сжатый кулак, мы все замерли и напряглись. Она наклонилась ко мне и указала вперед. Туман рассеялся, но деревья все еще были достаточно густыми, чтобы ограничить поле моего зрения. Используя ману, я усилила свое зрение, чтобы попытаться увидеть то, на что указывала Тессия. Там я не увидела ни движения, ни врага. Только деревья, и солнечный свет, сияющий на коричневой земле за ними.

Затем зрение вернулось в норму. Там, где светило солнце, лес просто кончался. Мы снова поползли вперед, пока не оказались на краю леса. Алакрийцы вырубили все деревья вокруг Эйдельхольма, бесчисленное количество деревьев. Большое поле вырубленного леса лежало между нами и печальной серой деревней.

Я была уверена, что когда-то эльфийская деревня была очень красивой. Теперь же переплетенная ветвями древесина, составляющая структуру зданий, казалась высохшей и мертвой, а зеленые крыши стали коричневыми, как опавшие листья.

Я могла увидеть место где множество домов на окраине деревни были сожжены. Несколько квадратных строений, с минимальным дизайном, были построены на их месте. Так же можно было увидеть горстку алакрийских мужчин и женщин, которые занимались обычными повседневными делами, такими как таскание ведер с водой или охапок дров.

Слева от меня стояла Тессия. Сжатые челюсти и наклон тела делали ее похожей на хищницу. Она была так напряжена, что я практически видела, как она дрожит, словно серебристый ягуар, поджидающий свою добычу.

Я была не одна, кто это заметил.

‒ Давайте найдем какое-нибудь укрытие, чтобы дождаться ночи, ‒ сказал Кертис, подходя к Тессии.

‒ Нет, ‒ односложно ответила Тессия. ‒ Нам нужно хорошенько рассмотреть деревню при свете. Альбольд, вы с Кертисом сделайте круг на запад. Мы с Элли пойдем на восток. Кейтилин, Скарн и Хорнфелс, вы трое возьмете зверей маны и найдете какое-нибудь укрытие, которое мы сможем использовать в качестве оперативной базы.

Кертис, должно быть, заметил растерянность вокруг. «Я смогу найти Граудера, когда мы вчетвером встретимся после нашего обхода, ‒ объяснил он. ‒ Мы всегда знаем, где другой».

Скарн сплюнул на землю. «Не могу дождаться, когда покончу с этим походной ерундой. Ну же, великие звери, вы идете с нами». ‒ Последние слова были адресованы Граудеру и Бу, которые нерешительно посмотрели на нас с Кертисом.

‒ Я скоро вернусь, Граудер, ‒ сказал Кертис, тепло улыбнувшись своей “связи”, мировому льву.

Я провела рукой по шерсти Бу, затем почесала его за подбородком. Он посмотрел на меня так, словно говоря, что хотел остаться рядом со мной. Улыбнувшись, я потрепала его по носу. «Ты останешься с Граудером, глупышка. Мы скоро вернемся».

Кертис обнял сестру, и через его плечо она бросила на меня смущенный взгляд, отчего я отвернулась, скрывая улыбку.

Тессия обратилась к гномам: «Спасибо вам за то, что вы здесь, друзья. Эльфийский народ в большом долгу перед вами».

Скарн только хмыкнул, но Хорнфелс отвесил Тессии легкий поклон. «Теперь это наш общий бой. Мы со Скарном надеемся, что когда-нибудь сможем освободить наших сородичей от ядовитых идей покойных короля и королевы Грейсандеров. Но до тех пор мы будем доставлять наши сапоги до алакрийских задниц, где только сможем их найти».

Тессия поклонилась в ответ и перевела на меня свои бирюзовые глаза. «Готова, напарница?»

Напарница…

Это было необычно, слышать от нее такие слова. Мы так далеко зашли вместе с того первого напряженного разговора в подземном городе после исчезновения Артура. Прошлая я, скорее всего, убила бы настоящую меня за то, что подумала об этом, но теперь я вроде как восхищаюсь Тессией. Она также была одной из немногих людей, которые видели во мне… меня. И Тессия была той, кто настояла на моем участии, чтобы у меня появился шанс помочь нашим людям.

С глубоким вздохом, я потянулась к ощущению глубоко внутри моего ядра и проявила первую фазу своей звериной воли. «Да, я готова».

Оглянувшись на Бу, который встал на задние лапы и помахал большой лапой, выглядя таким печальным, каким я его никогда не видела, я отправилась вслед за Тессией.

Она вела нас на восток, всегда держась под прикрытием деревьев. Мы двигались медленно. Тессия осматривала деревню, а я высматривала в лесу любую угрозу, особенно алакрийских солдат.

Мы не двигались больше десяти минут, после того как я остановила Тессию, уловив запах чего-то знакомого. Мы обе упали на живот, используя заросли, чтобы спрятаться как можно лучше, пока я искала источник запаха.

‒ Там, ‒ сказала я, указывая на запад.

Молодая эльфийка вышла из-за большого дерева менее чем в двадцати футах. На сгибе руки она несла плетеную корзину. Ее светлые волосы были коротко подстрижены, обнажая красные пятна и синяки на шее сбоку и сзади. Она шла, слегка прихрамывая.

Я был удивлена, увидев, что она не была закована в цепи или наручники. Вероятно, есть и другие, менее очевидные способы связать кого-то, подумала я, мысленно возвращаясь к родителям Тессии, покойным королю и королеве эльфов. Алакрийцы хороши в таких вещах.

Далекие крики и треск падающего дерева заставили девушку остановиться. Она с грустью посмотрела в ту сторону, откуда доносился шум, и двинулась дальше.

Тессия сделала шаг к эльфийке, но остановилась. Похоже, мы обе хотели ей помочь, но сейчас было еще не время. Мы с Тессией подождали, пока прихрамывающая эльфийка покинет лес и выйдет на свет, где она неуклюже побежала обратно к деревне.

После этого мы поползли еще осторожнее, в основном следя за деревней, но мой усиленный слух и обоняние были направлены на лес, остерегаясь любого приближения. Мы прошли чуть больше половины пути вокруг деревни, прежде чем мне пришлось отозвать свою звериную волю, чтобы отдохнуть.

Вскоре после этого Тессия напряглась, а затем ткнула большим пальцем вниз, давая знак упасть на землю. Мы обе нырнули за большой ягодный куст.

Я ничего не видела, поэтому внимательно следила за лицом Тессии на случай, если мне вдруг понадобится вызвать стрелу, но через несколько долгих секунд она расслабилась и встала. Я нерешительно последовала ее примеру, держа лук наготове.

Альбольд вышел из-за стоящих неподалеку двух деревьев, где он ждал нас рядом с Кертисом, я облегченно вздохнула.

‒ Кажется, на этой стороне все спокойно, ‒ тихо сказала Тессия, махнув рукой. ‒ Пока никаких признаков того, где они держат пленников. ‒ У вас?

Альбольд кивнул с напряженным лицом. «На окраине города сооружены самодельные клетки, чуть больше псарни. Там по меньшей мере пара сотен пленных. Я насчитал тринадцать охранников».





Глава 312. От лица Элли — Глава 9: Победа




Ночь была прохладной. Туман просачивался на север из Эльширского леса, паря прямо над землей, отчего создавалась видимость, будто мы идем по облакам. Было тихо, если не считать крика какой-то ночной птицы вдали.

Впереди виднелось широкое кольцо вырубленного леса, круглые верхушки пней выступали из серого тумана, словно ступени, ведущие к еще спящей деревне.

Сильная рука легла мне на плечо, и я повернулась, встретившись взглядом с Кертисом.

‒ Удачи в бою, Элли.

‒ Удачи в бою, ‒ эхом ответила я, с заметной дрожью голосе.

Хорнфелс ухмыльнулся всем нам. «Увидимся на другой стороне, а?»

Тессия помахала им рукой. «Что бы ни случилось, следуйте плану».

Тессия, Альбольд и я остались на месте, в то время как остальные повернулись и направились в обход деревни, туда, где держали пленников.

Мы дали им пятнадцать минут, прежде чем Тессия и Альбольд начали атаку.

Тессия проводила время, растрепывая волосы и одежду и пачкая кожу. Она сорвала с низкой ветви дюжину мелких веточек и втерла их в волосы, затем маленьким ножом, который носил Альбольд, сделала себе крошечный надрез в дюйме от левого глаза и размазала кровь по половине лица.

Я вздрогнула от увиденного, но порез зажил в считанные секунды. А кровь, запятнавшая ее светлую кожу, осталась.

‒ Тебе понадобится вечность, чтобы вытащить эти веточки из волос, ‒ сказала я с ухмылкой.

‒ Небольшая цена, ‒ ответила она с мягкой улыбкой. ‒ Можешь еще раз повторить свою часть?

Я твердо кивнула. «Я остаюсь вне поля зрения и наблюдаю. Убедившись, что слуга клюнул на приманку, я посылаю сигнал остальным начинать, а затем пробираюсь через лес к их местоположению. Как только пленники будут освобождены и все телепортируются обратно в святилище, я пошлю вам сигнал отступать».

‒ Идеально, ‒ сказала она, выражение ее лица стало твердым. ‒ Ты сильная, Элли. Сильнее, чем ты думаешь.

Я заправила выбившуюся прядь волос за ухо, чтобы скрыть пылающие щеки, и повернулась к Тессии только когда смогла восстановить контроль над своим лицом.

‒ Спасибо, ‒ я испустила дрожащий вздох, прежде чем выдавить улыбку. ‒ Я не думала, что когда-либо скажу тебе это, но… Я прощаю тебя, Тессия.

Глаза нашей предводительницы расширились, а рот чуть приоткрылся, словно она собиралась что-то сказать, когда в поле нашего зрения появился Альбольд.

‒ Пора, ‒ буркнул он, выглядя таким же растрепанным, как и Тессия.

Она кивнула, затем посмотрела на меня и исказила черты лица, так, что ее глаза стали широко раскрытыми и остекленелыми, а рот немного кривился.

‒ Да, это определенно напугает некоторых людей, ‒ серьезно сказала я ей.

Выйдя из образа всего на секунду, она протянула руку и сжала мою. «Оставайся в безопасности».

Затем они ушли, тихо пробираясь через лес к деревне. Они вырвались из-за деревьев и уже были посреди туманной поляны, когда их заметил охранник.

‒ Нарушители!

Посреди ночной глуши раздался крик, но это было частью плана. Тессия дала мужчине достаточно времени, чтобы закричать во второй раз, прежде чем сгустившийся порыв ветра швырнул его в ближайшую стену с треском.

Крики разнеслись по всей деревне, когда остальные стражники были подняты по тревоге.

Трое, все маги, прибежали с востока, прорвались между двумя невысокими зданиями и почти столкнувшись с моими спутниками.

Лук Альбольда уже был поднят и с гортанным ревом он выпустил стрелу в ближайшего алакрийца. Множество маленьких каменных панелей вырвались из земли, отклоняя стрелу, они начали вращаться вокруг алакрийцев.

У самого большого из трех на огромных руках были ледяные перчатки, он бросился на Альбольда и нанес удар. Каменные плиты сдвинулись, чтобы избежать попадания по алакрийцу, все продолжая вращаться вокруг.

Альбольд отпрыгнул назад, меч-посох Тессии по дуге уже мчался к алакрийцу. Один из плоских камней переместился на перехват, но лезвие рассекло его, а затем и вытянутую руку алакрийца.

Его хриплый крик оборвался мгновением позже, когда стрела попала ему в сердце.

Маг, все еще защищаемый заклинателем щитов, широкоплечий мужчина в зеленой мантии, собирал свою силу, но еще не произнес заклинания.

Когда Тессия начала кромсать вращающиеся каменные диски, маг поднял обе руки, и из него вырвалось клубящееся облако желтого пара, поглотившее Тессию и Альбольда, а также его умирающего товарища.

Слои маны мерцали вокруг моих спутников, когда их защита боролась с едким облаком, но я могла сказать, что заклинание должно быть сильным, по тому, как Альбольд упал под его тяжестью.

Тессия завращала свой меч-посох, как лопасть вентилятора, используя его, чтобы сфокусировать струю ветра, которая отбросила газовое заклинание обратно на алакрийских магов. Заклинатель казался невосприимчивым к собственной магии, но тот, кто держал щиты, — не был.

Он закричал от боли, когда его плоть начала стекать, как горячий воск, и через несколько мгновений он был мертв.

На мгновение я отвела взгляд, стараясь не блевать. Когда я посмотрела обратно, последний маг тоже был мертв, но с запада появились шесть воинов, не являющихся магами. С таким же успехом они могли быть детьми с палками вместо мечей.

По всей деревне продолжали раздаваться сигналы тревоги. Я активировала свою звериную волю, чтобы лучше слышать, что происходит.

Мои чувства мгновенно захлестнул запах гнили, разложения и смерти. Я обернулась, ища кого-нибудь поблизости, но мы с Бу были одни в лесу.

Я снова обратила внимание на деревню, пытаясь разобраться в мешанине выкрикиваемых приказов и вопросов:

‒ … с востока!

‒ … безумная эльфийка…

‒ … разрывает наших людей на части!

‒ … Билал! Где Билал?!

Затем голос Тессии прогремел над всеми. «Я убью вас! Я убью вас всех за то, что вы сделали с моим домом! Правосудие за эльфов! За Эленуар!»

Она немного переигрывает, подумала я. Однако по внезапной тишине, воцарившейся в Эйдельхольме, я могла сказать, что это было эффектно.

Я протянула руку, чтобы погладить свою “связь”, но моя рука замерла на полпути. Бу застыл, прекратив расхаживать. Темная аура ужаса окутала меня, сжимая внутренности ледяным кулаком. Я не могла пошевелиться, я даже не была уверена, дышу ли еще.

Слуга вышел из тени не более чем в десяти футах от Тессии, внезапно появившись из ниоткуда. Я чувствовала его убийственное намерение, даже находясь так далеко в безопасности леса.





Глава 313. От лица Элли. Глава 10: Цена раскрыта




К тому времени, как мы с Бу добрались до загона для заключенных, поляна, усеянная пнями между мной и деревней, была в полном хаосе.

Одна из клеток была уже открыта, и освобожденные эльфы пытались выбраться из деревни. Скарн повел их вперед, пытаясь собрать в одну группу, чтобы они могли телепортироваться, используя один из медальонов. Позади них его голем грохоча прорывался через дюжину не-магических алакрийских солдат, которые выбежали из деревни, сокрушая их своими молотоподобными кулаками.

На другой стороне поля боя Кейтилин сдерживала трех магов. Хотя казалось, что она успешно удерживала их подальше от убегающих пленников, она увязла в обороне, не в состоянии начать эффективную контратаку.

Соскользнув со спины Бу и натянув лук, я осторожно создала на тетиве три сверкающие стрелы чистой маны и прицелилась в трех магов, загнавших в угол Кейтилин. Мысленно я провела линии от кончика каждой стрелы к соответствующему из магов, медленно выдохнула и отпустила тетиву.

Стрелы маны прочертили в темноте яркие линии, устремляясь к своим целям. Атака застала врага врасплох. Хоть я и не смогла убить ни одного из них, но смогла отвлечь их внимание от их настоящего противника.

Мгновение спустя град острых как бритва осколков льда обрушился на магов, разрывая их, как будто они были сделаны из папье-маше.

После того, как я произнесла заклинание, мое ядро маны раздалось тупой болью.

Я еще не оправилась от защитного заклинания, которое наложила на Бу, с досадой поняла я.

Тем не менее, это стоило того, чтобы опустошить мое ядро, так как заклинание, вероятно, спасло жизнь моей “связи”. Заклинание щита было чем-то, что Хелен показала мне после моего близкого знакомства в туннелях, и оно изначально предназначалось для защиты заклинателя. Поскольку я обычно была в тылу, я поиграла со структурой этого довольно простого заклинания, чтобы я могла использовать его на других, кто нуждался в защите.

Защита всего огромного тела Бу потребовала больших затрат, чем я думала, но я не жалею об этом.

Золотистый отблеск привлек мой взгляд увлекая от клеток, туда, где Кертис и Граудер сдерживали две алакрийские боевые группы. Мои пальцы инстинктивно дернулись на тетиве лука, но, чувствуя, что мое тело уже на пределе, я удержала себя в руках.

Не похоже, что Кертис нуждается в помощи.

С первого взгляда принц был похож на сияющую комету, перемещаясь верхом на его “связи”. Он размахивал двумя большими мечами, ярко пылающими золотисто-красным пламенем, сжигая каждого врага, стоявшего на его пути. Когда несколько слоев щитов появились над алакрийскими магами, за которыми охотился Кертис, Граудер затормозил, и они вдвоем обрушили совместную атаку огня и чистой ударной маны, которая разрушила барьер и поглотила всех магов.

Я закрыла глаза, но было слишком поздно, чтобы избежать внезапной вспышки, заклинание взорвалось, оставив яркие белые круги, отпечатавшиеся в моих глазах. Мгновение спустя рев и порыв ветра донеслись и до меня.

Нырнув за Бу, я протерла глаза и подождала, пока исчезнут горящие круги и звон в ушах.

Это один из главных недостатков обладания сверхчувствами, подумала я, засовывая палец в ухо в бесплодной попытке избавиться от звона.

К тому моменту, как я посмотрела вновь, Хорнфелс ударом уже открыл вторую клетку и двигался к третьей, а его брат готовился уйти с первой группой

Я не могла найти Скарна в центре большого кольца испуганных эльфов, но фиолетовая энергия, которая устремилась вверх исходя из центра группы, говорила о том, что тот активировал свой медальон.

Статический гул магии медальона вызвал мурашки на моих руках, а волосы на затылке встали дыбом. Как и прежде, купол распался, и свет сфокусировался на каждом из почти пятидесяти человек, стоящих в плотном круге вокруг него, а затем они исчезли, все до единого.

Каменный голем, который все еще отбивался от группы алакрийских солдат, рухнул в тот момент, когда Скарн исчез. Двое из тех солдат выжили, но они были не в том состоянии, чтобы продолжать сражаться.

Хорнфелс и Кертис работали над тем, чтобы вывести оставшихся пленников на открытое место, где они могли бы быть организованы в группы, в то время как Кейтилин стреляла заклинаниями во все, что двигалось к ним из деревни.

Где-то плакал эльфийский ребенок… Я оглядела толпу, пока не нашла ее, крошечное существо, которое не могло быть старше пяти лет. Она бежала сквозь толпу, ее грязное маленькое личико переводило взгляд с одного человека на другого.

Девочка выглядела такой испуганной, что я чуть не бросилась ей на помощь, но остановилась, когда Кертис подхватил ее на руки и прошептал успокаивающие слова. Никто, казалось, не претендовал на нее, поэтому он держал ребенка при себе, пока они с Хорнфелсом организовывали эльфов в отдельные группы по пятьдесят человек.

Хорнфелс быстро управился со своим медальоном, и вскоре их окружил второй купол пурпурной энергии. Когда он распался, лучи света попали только на определенное число эльфов, оставив после себя некоторых, кто стоял ранее в кругу Хорнфелса.

Те, кого не взяли, закричали, но Кертис выкрикнул, чтобы привлечь их внимание.

‒ Вы там! Сюда, ко мне! Идите ко мне! ‒ Он поднял его медальон и помахал им в воздухе, все еще держа эльфийского мальчика другой рукой.

Почти сотня эльфов уже была спасена, но, когда я посмотрела на число оставшихся на поляне, я поняла, что их было слишком много.

Потребуется по крайней мере три медальона, чтобы взять их всех…

Дальняя сторона деревни все еще светилась изумрудно-зеленым светом, который то и дело мерцал на моих глазах.

Я должна была вернуться к Тессии и Альбольду, чтобы дать сигнал, когда пленники будут освобождены, чтобы они могли использовать свои собственные медальоны и телепортироваться отсюда.

Но почти пятьдесят эльфов окажутся в затруднительном положении, если я не помогу Кертису и Кейтилин…

Затем в моей голове прозвучало предупреждение старейшины Ринии: «Когда придет время, Элли, ты должна выбрать цель».

Это то, о чем она говорила? Но моя миссия состоит в том, чтобы спасти эльфов, даже Командор Вирион сам так сказал.

Уверенная в способности Тессии справиться со слугой, хотя все еще немного боясь другой части предупреждения Ринии, я выбежала из-за деревьев туда, где Кертис и Кейтилин пытались организовать последних запаниковавших эльфов.

‒ … не можете оставить нас здесь, пожалуйста…

‒ … уже ушла с другими, я обязан найти ее…

‒ … видел сестру? Она только что была тут…

Почти сокрушенная низким гулом голосов, я отозвала свою звериную волю, и когда на этот раз мои чувства притупились, словно их накрыли одеялом, это было почти благословением.

Кейтилин помахала мне рукой, и я начала пробираться между эльфами. Первые, кто заметил Бу позади меня, закричали и бросились врассыпную, но они быстро поняли, что он не представляет для них угрозы.

Кейтилин уже осознала проблему. «Элли, я рада, что ты все еще здесь. Нам нужно, чтобы ты активировала один из медальонов, иначе…»

Ее рот захлопнулся, когда лезвие бледной, ядовитой маны вырвалось из тени, и Кейтилин едва успела наколдовать стену льда, чтобы отразить его.

Мое сердце болезненно забилось, когда меня пронзила волна ужаса. Билал внезапно оказался не более чем в пяти футах от нас, его руки снова были окутаны бледно-зелеными лезвиями маны, его лицо исказилось в гримасе безумства и ненависти, он полностью сосредоточился на Кейтилин.

Значит ли это…

Прежде чем я успела закончить свою мысль, поле вокруг нас ожило со светящимися изумрудными лозами, когда десятки, если не сотни, вырвались из земли. Некоторые змеились вокруг рук и ног Билала, в то время как другие образовывали барьер между ним и эльфами, которые кричали и убегали от него.

Ясный и резкий голос Тессии, как удар молнии, прогремел над полем боя. «Кертис, уходи! Сейчас же!»

Позади меня Кертис начал было опускать ребенка, явно собираясь броситься на слугу, но по команде Тессии замер. После секундного колебания он поднял свой медальон, и пурпурный купол поглотил его и ближайших эльфов в свете, а затем они исчезли.





Глава 314. От лица Элли Глава 11: Точка невозврата




‒ Все в порядке, Эллем? ‒ спросил Тедри.

Я кивнула.

‒ Сегодня караул у лесозаготовительной бригады, ‒ сказал он непринужденно. Худой темноволосый мальчик сидел на койке и натягивал сапог.

Я кивнула снова.

‒ Прошла почти неделя с тех пор, как нас разместили здесь, Эллем, и, клянусь Вритрой, я не слышал от тебя больше трех слов. Почему так? ‒ Алакриец посмотрел на меня, приподняв густую бровь.

Я только пожала плечами.

Тедри ухмыльнулся. «Знаешь, вот поэтому ты мне и нравишься, Эллем. Ты не перебиваешь меня, когда я рассказываю хорошую историю.

Роллуф фыркнул со своей койки. «Никто никогда не перебивал тебя, пока ты рассказывал хорошую историю, Тед, это потому что ты еще не рассказал ни одной такой!»

Тедри остановился надевать второй ботинок, и швырнул его в Роллуфа, попав ему прямо между ног. Роллуф застонал от боли и попытался скатиться с койки, но запутался в одеяле. Большой алакрийский парень упал на землю, опрокинув легкую койку.

Тедри истерически хохотал, пока Роллуф ворчал и выпутывался из одеяла.

Я уже была одета в синюю с серебром форму, которую мне предоставили. Я всегда просыпалась и одевалась раньше других, а волосы собирала в узел на затылке, скрывая их длину. Поначалу мне казалось легко притворяться мальчиком, но чем дольше я оставалась в Эйдельхольме, тем труднее становилось.

‒ Да ладно вам, болваны, ‒ сказала я, понизив голос. ‒ Мы опоздаем к завтраку.

***

После того, как Тессия была захвачена, я подумала о том, чтобы использовать медальон и вернуться в убежище. Наверное, все, особенно Тессия, посоветовали бы мне так и сделать. Но я представила, как выхожу из портала, и все ожидающие взгляды наполнятся недоумением, когда Тессия не появится из портала. Я представила себе выражение их лиц, когда объясню им, что Тессия дала схватить себя, чтобы спасти меня а… а я сбежала.

Тогда, конечно, они все сказали бы мне, что я не виновата, что я ничего не могла сделать, что они все понимают и просто рады, что я жива. Они будут добры… как всегда. Они бы сочувствовали мне, жалели.

Относились бы ко мне как к ребенку.

У меня не было плана, поначалу, но я просто знала, что не могу вернуться туда. Я видела Тессию после того, как она вернулась без моего брата. В то время я была по ту сторону портала, но теперь я знала, как сильно страдала Тессия, какой одинокой и беспомощной она себя чувствовала.

Нет. Я не могла вернуться в убежище, хотя бы не попытавшись помочь Тессии. В конце концов, это я позволила ей быть схваченной. Я должна была просто пойти с Альбольдом, но вместо этого я осталась, чтобы попытаться сыграть героя.

Она моя лучшая подруга, и ее схватили только из-за меня. Я себе призналась, что: если бы я просто сосредоточилась на пленниках, как предупреждала Риния, я бы не стала заложницей Элайджы. Я должна хотя бы попытаться…

Эйдельхольм был взбудоражен больше, чем разбитый муравейник в течение нескольких дней после нашего нападения. Используя первую фазу своей звериной воли, я наблюдала из-за деревьев, остерегаясь любого, кого я видела, использующего ману в городе, так как не было никакого способа сказать, как далеко они могут видеть.

Несколько важных на вид людей посетили деревню, и десятки новых солдат прибыли, чтобы заменить мужчин и женщин, которых мы убили. Однажды я видела Элайджу, когда он встречался с посетителями города и показывал им место нападения, но больше я не видела ни его, ни Тессию.

По чистой случайности я подслушала разговор Тедри и Роллуфа у кромки леса на третий день после пленения Тессии.

Я выяснила, что они были студентами какой-то алакрийской академии, входившими в состав дивизии подготовки молодых солдат. Сначала они говорили в основном о нападении. Управляющих города называли кровь Милвье. Оба мальчика шутили о том, что Милвье — трусы, они удержали половину своих солдат, чтобы защитить себя, вместо того чтобы защищать деревню от “дикатенских повстанцев”.

Один из старших охранников шлепнул Роллуфа по затылку и велел ему следить за языком. После этого Тедри и Роллуф отошли немного в сторону от остальных охранников, этим, делая разговор еще легче подслушивать. Я укрылась в ложбинке под густым кустом и устроилась поудобнее. Бу следил за мной из глубины леса.

Алакрийские ребята провели много времени, жалуясь на то, что их отправили в такую захолустную деревню, и рассказывая о том, как их друзья попали в такие места, как Зестье, где происходили настоящие события. Все это звучало так… нормально. Они были просто парой нормальных юношей, говорящих о глупых, нормальных юношеских вещах.

Потом Тедри упомянул, каким кошмаром было для них пребывание в Эйдельхольме. Человек, отвечавший за их передачу, был убит, так что их просто перемещали между постами охраны.

Это дало мне идею. Безумную, глупую… но все же идею.

Тедри и Роллуф последовали за мной в длинный дом, где каждый из нас взял по миске овсянки и стакану молока, а затем заняли свои обычные места в конце одного из длинных столов.

‒ Какое-то большое событие будет через пару дней, ‒ пробормотал Роллуф с полным ртом овсянки. ‒ Слышал, как один из Щитов говорил об этом.

Тедри закатил глаза. «Всегда есть какое-нибудь «большое событие». Скорее всего, еще одна высокородная кровь пришла ругать Милвье за то, что они позволили сбежать всем эльфийским рабам».

Роллуф покачал головой, высыпав на стол немного овсянки. «Нет, это что-то серьезное. Очень большое».

‒ Большое как твоя голова? — дразняще спросил Тедри. Роллуф швырнул через стол ложку овсянки, забрызгав униформу Тедри. ‒ Черт возьми, меня отдерут, если я пойду в караул с пятном овсянки на кителе, Ролл!

‒ Может, стоило подумать об этом, прежде чем открывать свой большой рот, а? ‒ поддразнил его Роллуф с большой глупой ухмылкой на загорелом лице.

‒ Этот Щит говорил что-нибудь еще о том, что будет? ‒ спросила я, лихорадочно соображая. Я не видела Тессию с тех пор, как она попала в плен, то есть с тех пор, как она обменяла себя на мою жизнь, но я знала, что Элайджа все еще был в Эйдельхольме, или, по крайней мере, был время от времени, поэтому я подумала, что Тессия, должно быть, тоже. Может быть, это большое событие как-то связано с ней…

‒ Объявление. Что-то связанное с Элиниэр…

‒ Эленуар? ‒ спросила я, обрывая Роллуфа.

‒ Да, это.

Тедри притворился, что засыпает в своей миске. «Не радуйтесь. Знаете, они раздувают из мухи слона, когда на самом деле будет: Поздравляю комукакоеделодоназвания кровь, им даруется деревня в полной заднице Эльнира…».

‒ Эленуар.

‒ … а мы должны аплодировать, ликовать и делать вид, будто знаем, кто они такие, ‒ продолжал Тедри, игнорируя поправку. Затем его глаза загорелись, когда что-то пришло ему в голову. ‒ Быть может, это будет казнь! Они могли поймать дикатенцев, напавших на деревню…

Роллуф фыркнул, сплевывая на стол чешуйки овсянки. «Они убили одного из слуг, Тедри. Никто в этом захолустье и пальцем их не сможет тронуть…»

‒ Он мог бы, ‒ мрачно сказал Тедри, взгляд Роллуфа опустился в свою тарелку.

За столом на время затихло.

Это был не первый раз, когда алакрийские юноши упоминали Элайджу, к которому они относились с большим, но опасливым уважением.

Я была очень осторожна, стараясь, не задавать слишком много вопросов, чтобы не дать понять Тедри и Роллуфу о моем незнании Алакрии, что ограничивало мои возможности накопать больше информации. Но я понимала, что если когда-нибудь узнаю что-либо о Тессии, то мне придется пойти на большие риски.

‒ Думаешь, мы сможем присутствовать? ‒ спросила я, стараясь говорить более низким голосом, который я использовала с тех пор, как пробралась в Эйдельхольм

‒ Только если будет скучно, ‒ пожаловался Тедри. Он доблестно пытался стереть овсянку с формы.

‒ Может быть, как представители нашей дивизии в Эйдельхольме, мы могли бы… провести презентацию или что-то в этом роде? ‒ спросила я нерешительно. Эти двое парней не любили делать лишнюю работу, поэтому я знала, что им не понравится моя идея, но если она сделает меня участником этого “большого события”, то это будет не зря. Надеюсь.

Позади меня раздался голос, отвечая мне: «Это прекрасная идея».

Мы все повернулись и посмотрели на нашего куратора.

Ответственным человеком, по наблюдению за молодыми солдатами в Эйдельхольме, был нервный маг по имени Муртаг. Однако у него, похоже, не было ни времени, ни интереса заниматься нашими делами, все что он делал каждый день это лишь говорил куда нам пойти сегодня, и чтобы наш маленький домик, который когда-то принадлежал одному из эльфов, содержался в порядке.

У Муртага были рыжие, как ржавчина, волосы, недельная рыжая борода, которая росла неравномерно, и водянистые глаза, которые быстро бегали по комнате.

‒ Привет, Мурт, ‒ сказал Роллуф, кивнув куратору.





Глава 315-321.




Артур Лейвин.

Такое чувство, будто восхождение заняло у нас целую вечность. Так много всего произошло внутри трех зон, что, когда святилище появилось в поле зрения по ту сторону портала, я не смог сдержать улыбку от облегчения.

Даже если мне и предстояло вернуться на тот самый континент, которым правил Агрона, сейчас все лучше, чем та снеженная пустошь.

‒ Мы правда сделали это, ‒ прошептала Каэра с дрожащей улыбкой, когда мы переглянулись.

Мы быстро собрали свои вещи. Я складировал их в своей руне измерения, как вдруг, сильное покалывание разнеслось от моей правой руки.

‒ Что это было? ‒ спросил Реджис.

Я уставился на замысловатую руну, вырезанную на тыльной стороне моего предплечья. «Не знаю».

‒ Все в порядке? ‒ Алые глаза Каэры наполнились беспокойством, пока она стояла у портала.

‒ Да. ‒ Втиснув последние из наших скудных пожитков, я направился обратно к порталу, встав рядом с ней.

Я огляделся в последний раз, понимая, что, возможно, никогда больше не увижу Тройной Шаг. Именно благодаря ей это восхождение действительно того стоило. Ее наставления и улучшения в Божественном Шаге, которые я сделал под ее руководством, стоили для меня больше, чем все сокровища Копьеклювых вместе взятые.

Вздохнув, я снова повернулась к светящемуся порталу. «Давай выбираться отсюда».

Хоть у каждого нас и был симулет, но Каэра все равно ухватилась за мой рукав, когда мы шагнули вперед, просто чтобы убедиться, что нас не разлучат.

(Примечание переводчика: ранее «simulet» перевели как «имитатор» в «Главе 262 Торговля сведениями», что неверно. Слово образовано при помощи метода «blending» из слов «synchronization» и «amulet», что означает «амулет синхронизации»)

Наш короткий шаг через мерцающий портал оказался разочаровывающе обычным. Сверкающий белый интерьер маленькой комнаты приветствовал нас теплом, которое было почти дискомфортным после дней, проведенных на морозе. В помещении пахло стерильностью как будто его недавно убирали.

В центре комнаты преобладал круглый бассейн, а у стены стояла низкая белая кровать. За кроватью закрытая дверь, которая, несомненно, вела вглубь реликтомб. Однако главной особенностью комнаты стал второй портал, занимавший большую часть стены слева от меня.

Несмотря на искажение от волнистых движений поверхности портала, я смог разглядеть с другой стороны второй уровень реликтомб, тот самый этаж, с которого мы с Каэрой начали, рядом с Гранбелами.

На площади за порталом оказалось необычное количество движущихся фигур, но мое внимание вернулось обратно к моему правому предплечью, руна измерения горела на моей коже, как раскаленное железо.

Некогда мертвая реликвия, которую я получил от старика, преподающего в академии Штормового Залива, практически выпрыгнула из руны измерения мне в руку. Ее мутно-белая поверхность заметно светилась и испускала прощупывающие нити эфира.

‒ Какого черта? ‒ выпалил Реджис, изложив и мою собственную реакцию.

‒ Грей… что-то не так, ‒ сказала Каэра, ее голос звучал от портала, ведущего наружу.

Но мои глаза были прикованы к светящемуся кристаллу в моей руке. Фиолетовые завитки обвились вокруг моей руки, и я почувствовал, давление… настойчивое тяготение, исходящее от реликвии.

‒ Секундочку, ‒ рассеянно пробормотал я, когда это чувство усилилось.

В голосе Каэры прозвучали легкие нотки паники, когда она сказала: «Нет, правда, Грей, я думаю, что это…»

Протянув руку с моим собственным эфиром, я исследовал реликвию, бесчисленные усики фиолетовой энергии начали переплетаться с моей собственной. В глазах все размылось, за исключением кристалла.

В этот момент один-единственный вопрос, прозвучавший странным, далеким и до боли знакомым голосом, всплыл на поверхность моего сознания.

Кого ты больше всего хочешь увидеть?

С единственной мыслью, несущей в себе эмоции и воспоминания, которые я хранил в течение многих лет, мое зрение погрузилось во множество гладких граней кристалла.

По небу подо мной проплыла широкая полоса бархатных облаков. Даже когда облака приблизились, я не почувствовал ни движения, пробегающего по моей коже, ни прохладного ветра, свистящего в ушах. Все, что я почувствовал, — это головокружение от внезапности перехода.

Облака разошлись в стороны, открыв под собой голубую воду, омраченную лишь редкими белыми гребнями волн. Океан уступил место береговой линии, но земля пронеслась так быстро, что я не мог сказать, где нахожусь, пока все что я мог видеть не стало лесом от горизонта до горизонта.

Эленуар, понял я. Почему я вижу родину эльфов?

Мое видение, казалось, приближалось к лесу, до тех пор, пока я не смог разглядеть небольшую деревню, окруженную кольцом вырубленных деревьев.

У меня даже не было времени задаться вопросом о вырубке волшебного леса, которую эльфы никогда бы не позволили, прежде чем видение остановилось на толпе людей перед большим деревянным зданием. По их одежде было очевидно, что все они были алакрийцами, за исключением группы грязных, истощенных эльфов, которых вытолкнули перед толпой и окружили охраной.

Мое внимание привлекли трое молодых солдат-студентов. Двое мальчишек перешептывались и подталкивали друг друга локтями, но третий стоял лицом к алакрийским дворянам впереди.

Только когда третий мальчик поднял голову, я смог разглядеть его лицо под козырьком.

Только тогда я понял, что он вовсе не он.

Это Элли.

Когда я увидел ее серьезное, зрелое выражение лица, шквал эмоций всколыхнулся во мне: замешательство и страх, от не понимания, почему она была здесь, так одетая, душевная боль от вида ее впалых щек и пустого взгляда, и большое облегчение от того, что она все еще жива.

Но что именно я видел? Когда именно я видел? Помимо того факта, что она отреагировала на энергию внутри ключ-камня, я понятия не имел, что это за реликвия и что она делает.

Хронологически определенно после того, как я потерпел поражение, это ясно. Кроме того, я понятия не имел, происходило ли то, что я видел, сейчас, уже произошло или произойдет в будущем.

Элли на что-то смотрела, и я проследил за ее взглядом до маленького балкона. Элайджа, или же Нико, стоял рядом с Тесс. Затем, видение перефокусировалось на Тесс, я был очарован тем, как она выглядела… и рунами, которые покрывали ее светлую кожу.

Что с ней случилось? Что она там делает? Почему она стоит рядом с Нико? И почему моя сестра одета как алакрийский солдат?

Что, черт возьми, происходит на Дикатене?

Все тело Нико напряглось, и он внезапно поднялся с балкона, взлетев в воздух и исчезнув из поля зрения видения. Только когда Элли повернулась, чтобы посмотреть, я смог перенаправить фокус видения реликвии на небо над деревней.

Воздух искривлялся и рябил, как расплавленное стекло. Однако я ничего не слышал, лицо Элли сморщилось, и она закрыла уши руками, указывая, что по деревне разносился какой-то ужасный шум.

Воздух замерцал, выпучился и взорвался, оставив черный шрам в ярко-синем небе. Портал.

Через портал прошли две знакомые фигуры.





Глава 322: Отголоски обвинений




Образ Элли исчезающей в волне разрушения, прокручивался в моей голове снова и снова. Моя сестра… одетая как алакрийский солдат… попала под атаку асуры на родине эльфов… где Нико и Тессия сражались бок о бок, как старые друзья…

Все это казалось нереальным, когда я так думал. Каждая последующая часть, абсурдней предыдущей. Может, это просто видение. Сказал я себе, — хотя знал, что это неправда. Чем бы это ни было, каким-то аспектом магии реликвии или же моей интуицией, но я знал, что увиденное — реально, и эти события произошли только что.

Элли жива.

Она должна. Я не приму мир, где ее нет.

‒ Как ты себя чувствуешь? ‒ спросила Каэра, нахмурив брови от беспокойства.

Глубоко вздохнув (как если бы каким-то образом это могло облегчить тяжесть от того, чему я стал свидетелем на Дикатене), я кивнул алакрийской аристократке.

‒ Я буду в порядке. ‒ Что случилось? Камень в твоей руке засветился, а затем твои глаза резко остекленели, и ты застыл, как статуя. ‒ Каэра держала мою руку, ее взгляд поднялся, ища ответы на моем лице.

Реджис ждал с нетерпением, и я также чувствовал его желание получить ответы.

Ответы, которые я не готов дать.

Хотя я и решил, что с Элли все должно быть в порядке (как если бы моя сила воли могла повлиять на это, поверь я достаточно сильно) я даже не подумал, что это означало для Дикатена, войны… всего мира.

Это было уже слишком.

Убрав теплые пальцы Каэры от своей руки, я растерянно шагнул в сторону портала, ведущему на второй уровень реликтомб. Носок моего ботинка ударился по реликвии, которая покатилась по белым плиткам в центр комнаты, к краю бассейна с водой.

Я подавил желание пнуть его в бассейн и оставить там, вместо этого, поднял многогранный камень и осмотрел его. Прозрачная, блестящая поверхность снова стала непроницаемой и тусклой. Не совсем та же текстура обычного камня, которая была первоначально, когда я выиграл его, но в моей руке он ощущался мертвым и безжизненным.

Присмотревшись внимательнее, я заметил тонкую трещинку с одной стороны, но сейчас моя голова слишком загружена, чтобы размышлять о тайнах реликвии, и поэтому я спрятал ее в свою пространственную руну хранения.

Каэра встревоженно стояла между мной и мерцающими вратами, ее тело напряглось, а взгляд метнулся назад, вставая на моем пути. Ее рога снова исчезли, скрытые ее реликвией, которая больше не подавлялась снежной пустошью последней зоны.

‒ Грей, подожди.

Я был зол, встревожен, устал и напуган, и часть меня просто хотела заползти в нору и отрицать все, что показала мне реликвия. Но нужно было еще кое-что сделать. Нужно было вернуться и встретиться с Алариком. Мне нужны ресурсы и план, а затем вернуться обратно в реликтомбы.

После того, что я увидел в реликвии, теперь я был уверен только в одном. Вритра — не единственный клан асур, который представлял угрозу для Дикатена.

Глухое эхо моих шагов звенело в ушах, заглушив слова Каэры, и я, пошатываясь, прошел через портал.

Меня приветствовала масса алакрийских солдат, выстроившихся вокруг меня полумесяцем.

Слева от меня рыцари в почерневших стальных доспехах держали оружие спереди, готовые к бою, каждая отдельная фигура тихо гудела от магии. Справа же от меня рыцари в доспехах из мерцающего белого серебра образовывали другой край полумесяца, но, в отличие от своих темных собратьев, их стойка не была агрессивной.

Прямо передо мной, заполняя центр полукруга, стояли несколько человек, одетых в одежды разных цветов, напряженные и спокойные.

Каэра вышла из портала позади меня. ‒ Черт возьми, Грей, почему ты не подождал… ‒ Резкий звон стали о камень прервал ее, когда рыцари в белом серебре ударили копьями о землю и одновременно преклонили колено.

Довольно гостеприимное собрание, размышлял Реджис. Думаешь все это ради демонической леди, или…





Глава 323: Дезориентация




Мои глаза резко раскрылись, и я повернулся посмотреть на “охранника”. Рядом со мной сидел краснолицый старик, его седеющие волосы спутались и торчали в разные стороны. Он рыгнул, наполнив маленькую карету вонью перегара.

‒ Аларик, как… ‒ Я замолчал, отмахиваясь от запаха перегара.

‒ Этот джентльмен точно знает, как появиться, ‒ пошутил Реджис, посмеиваясь у меня в голове.

Аларик слегка ухмыльнулся мне. ‒ Ты же не думал, что я просто позволю тебя арестовать, пока ты не уплатил мне должного, не так ли?

Я с сомнением покачал головой. ‒ Тебе меня не одурачить, старик. Ты бы не рискнул втиснуться в эту броню только ради своей доли сокровищ…

‒ Но ты ведь получил там кое-какие награды, правда? ‒ спросил он, его налитые кровью глаза расширились. ‒ Не хочу придавать этому слишком большое значение, но ты по уши в дерьме, красавчик, и немного золота сильно поможет подмазать судью. Или много золота, если оно у тебя есть.

Я закатил глаза, но все же нащупал в своей пространственной руне хранения один из предметов, которые мы с Каэрой взяли из сокровищницы Копьеклювых. Ножны для короткого меча, сделанные из темно-красной кожи и инкрустированные драгоценными камнями, пара из которых отсутствовала.

Едва взглянув на “награду”, как алакрийцы называли сокровища, извлеченные из реликтомб, я бросил ее на колени Аларика. ‒ Считай это авансом, но остальное ты не получишь, пока я не выберусь из этой передряги.

Старик оценивающе провел пальцами по коже, жадно останавливаясь на драгоценных камнях. ‒ Что ж, это прекрасно подойдет. ‒ Аларик украдкой бросил на меня взгляд краем глаза. ‒ И у тебя есть больше таких как эти?

Я сдержал веселый смех, не желая, чтобы кучер услышал. ‒ Достаточно, чтобы ты не просыхал до самой смерти.

Глаза Аларика закрылись, и он откинулся назад, безмятежное умиротворение отразилось на его лице. ‒ Как раз то, что я всегда хотел услышать…

По крайней мере, ему легко угодить.

‒ Но чем этот пьяница может нам помочь? ‒ удивился Реджис.

‒ Итак, ‒ серьезно сказал я, ‒ что тебе известно о суде? За этим должно стоять нечто большее, чем то, что они говорят.

Лицо Аларика вытянулось, и он бросил на меня косой взгляд, будто я только что разбудил его от приятного сна. ‒ Гранбель ‒ верхушка названной крови. Причиндалы, которыми они размахивают не такие большие, как у высшекровных, но они уже много лет добиваются статуса высшекровных: спонсируют восходящих, скупают недвижимость на первых двух уровнях реликтомб, выискивают благосклонность Владыки и тому подобное.

Из того, что я слышал, тот мальчик Калон был восходящей звездой крови Гранбель. Симпатичный, талантливый, хорошие инстинкты как в реликтомбах, так и снаружи… в общем ты понял картину.

Я кивнул в такт словам Аларика. ‒ Вероятно, будущий глава дома?

Аларик кивнул в ответ, убирая ножны в кольцо измерения и прислонив свой короткий меч к стенке кареты, устроившись поудобнее. ‒ Да, фаворит. Его смерть — тяжелый удар для крови Гранбель.

‒ Но восходящие же постоянно умирают в реликтомбах, ‒ сказал я, отчасти про себя. ‒ Я видел это своими глазами в зоне конвергенции. Большинство магов, вошедших туда больше не вернутся.

‒ Да, но опытный восходящий, который не хочет брать на себя слишком большие риски, может сделать себе имя и хорошую репутацию, возглавив подготовительные восхождения для благородных детей, ‒ мудро сказал Аларик.

На мгновение я вспомнил, почему вообще согласился работать со старым пьяницей. Несмотря на отсутствие манер, Аларик очень проницателен. Затем он громко рыгнул, и я уже не в первый раз задумался, не было ли все это просто слепой удачей и вызванной алкоголем самоуверенностью.

‒ Проклятые доспехи слишком тесные, ‒ пожаловался он, дергая за края нагрудника из темной стали.

‒ Значит, они расстроены из-за потери своего наследника, но даже если сваливать его убийство на меня, как это им поможет? ‒ спросил я, хмуро глядя через карету на Аларика.

‒ Честно говоря, пока не уверен, но это, ‒ он постучал по своему кольцу измерения, подразумевая украшенные драгоценными камнями ножны ‒ поможет развязать языки. Впрочем, ты прав. На первый взгляд это не имеет смысла. Доказать убийство в реликтомбах… чертовски спорное дело, особенно с наличием только одного свидетеля.

‒ Двух, ‒ сказал я, мой тон так и сочился разочарованием, ‒ но они отказываются позволить Каэре выступить в качестве свидетеля моей стороны.

‒ Каэра, да? ‒ Аларик пошевелил своими густыми бровями вверх и вниз, с выражением, которое почему-то напомнило мне Реджиса. ‒ Неплохо провел время с Высшекровной красавицей в реликтомбах, а? Провели несколько романтических вечеров, убивая зверей, а затем обнимались у костра, все еще покрытые коркой крови, оставшейся после дневных сражений… Он замолчал под тяжестью моего испепеляющего взгляда. ‒ Ладно, не горячись, парень. Все, что я хочу сказать, что я знаю, как это бывает, когда ты каждый день сталкиваешься со смертью. Никто тебя не осудит…

‒ Аларик, ‒ сказал я, тихим и спокойным голосом, но с явной угрозой, которую даже он не мог не заметить. ‒ Ближе к делу.

‒ Давай все обдумаем, согласен? ‒ быстро сказал он. ‒ Высшекровные Денуар влиятельнее Крови Гранбель, но последние голодны и решили замахнутся на рыбку покрупнее. Что получат Денуар, позволив своей драгоценной принцессе быть втянутой во весь это судебный фарс?

Он замолчал, глядя на меня рассеянным взглядом. ‒ Какой был вопрос? ‒ Он почесал свою растрепанную голову. ‒ А, точно. Ничего, вот что. Они просто не хотят дать огласке, что приемная дочь благородных Высшекровных Денуар улизнула в реликтомбы с каким-то бескровным новичком. Это плохо на них скажется. Все, что им нужно сделать, так это позволить Крови Гранбель съесть тебя живьем, и, по крайней мере для них, вся ситуация разрешится.

‒ Но что…





Глава 324: Кровные Узы




Каэра Денуар ‒ Кровь Гранбель зашла слишком далеко. ‒ От переполнявшей злобы из меня начала сочиться мана, отчего моя приемная мать вздрогнула. Мы приближались к внешним воротам резиденции Высшекровных Денуар, построенной из белого камня и мрамора на втором уровне реликтомб. ‒ И ты, конечно же, не оставишь это оскорбление без внимания, ‒ сказала я, мой голос звучал все ниже и угрожающе. ‒ Верно?

‒ Было бы разумнее придержать свой язык, пока мы не окажемся дома, подальше от любопытных ушей, Каэра, ‒ ответила она, а затем с любопытством посмотрела на меня. ‒ Не похоже на тебя, так переживать за кого-то другого.

Выдохнув, я спокойно посмотрела на свою приемную мать. Леди Ленора из Высшекровных Денуар, всегда так заботилась о приличии. Вритра приказал чтобы мы всегда были образцом для подражания…

Наша процессия прошла через ворота внешней стены, с выгравированными руническими заклинаниями различного функционала, подпитываемые несколькими тоннами кристаллов маны. Несколько человек ожидали в тщательно ухоженном дворе, включая Тэгена и Ариана. Глаза моих личных охранников были опущены, их лица осунулись и несколько побледнели.

Хотя меня мало заботило эмоциональное потрясение моих приемных родителей, но перед этими людьми я чувствовала себя виноватой. Хотя я привыкла хранить секреты, даже от Тэгена и Ариана, побег в реликтомбы без них мог быть воспринят только как оскорбление, и я знала, что мои приемные мать и отец усложнили им жизнь в последние несколько недель, впрочем, думаю, что для этой пары сделали поблажку.

Это правда, что каждый из них несколько раз бесстрашно и преданно сражался на моей стороне, и хотя я не могла рассказать им правду о проявлении моей крови Вритры, я доверяла им во всем остальном и даже считала их своими друзьями — коих у меня мало. Не считая Нессы, они — единственные представители Высшекровных Денуар, которым я вообще могу доверять.

У меня будет время наладить отношения после того, как я найду способ помочь Грею.

Ленора и Несса проводили меня в особняк, в то время как процессия охранников рассеялась во внутреннем дворе. Глава Крови Корбет, мой приемный отец и опекун, стоял во весь рост в бело-синем костюме, подчеркивающем его атлетическое телосложение, рядом со старшим сыном, Лоденом Денуар. К сожалению, в отличие от Севрена (моего покойного брата, павшего в реликтомбах), Лоден пошел в своего отца, став надменным фанатиком, готовый пойти по головам, чтобы возвысить себя и драгоценную родословную Денуар.

‒ Несса, ты свободна, ‒ холодно сказал отец, а затем указал на стул. ‒ Каэра, присаживайся.

‒ Корбет, я…

‒ Отец, Каэра, ‒ твердо сказал он, снова указывая на кресло. Молча пройдя через комнату, я села. Корбет с давлением уставился на меня. Он импозантный мужчина: хрестоматийный образ идеального дворянина со стильно подстриженными оливкового цвета волосами, обрамляющими его строгое и, возможно, красивое лицо.

Лоден, будто молодой и мускулистый клон Главы Крови, пересек комнату, чтобы налить себе выпить из хрустального графина. За спиной Корбета он поднял бокал и саркастически отсалютовал мне.

Наконец, Корбет заговорил: ‒ Мы с твоей матерью глубоко разочарованы твоим бессердечным пренебрежением собственного благополучия и благополучия Крови. Нет, ‒ сказал он, когда я открыла рот, чтобы ответить, ‒ я еще не закончил.

‒ Ты не хуже меня знаешь, что случится с Высшекровными Денуар, если ты пострадаешь в реликтомбах, особенно если ты будешь путешествовать одна, без какой-либо охраны. Мы потакали твоим неподобающим желаниям испытать себя на этих восхождениях ради возможного проявления у тебя крови Вритры, но это откровенное предательство нашего доверия.

Ленора взяла Корбета под руку, и на меня, как холодный лунный свет, нахлынуло материнское разочарование. Отточенная, в течение множества долгих часов, безмолвная стойка рядом с Главой Крови…

Мой взгляд метался между ними. Корбет собирался мне что-то сказать, но я уже догадывалась, что именно. ‒ Я понимаю, что предала ваше доверие, и готова принять любое наказание, которое вы сочтете нужным, даже если вы решите запретить мне посещать реликтомбы, ‒ сказала я деловым тоном. ‒ Однако, продолжать бросать вызов самой себе — жизненно необходимо, если я собираюсь полностью проявить свою родословную Вритры, чего вы хотите так же сильно, как и я, если не сильней.

Несколько противоречивых эмоций боролись на лице Корбета: разочарование, гнев, настороженность и признание. Я знала, что нет пути короче к его жадности, чем упоминание о моей крови Вритры. Денуары все еще питали некоторую надежду на полное проявление ее во мне, совершенно не осознавая того факта, что она уже проявилась.

Вместо него ответила Ленора, слегка наклонив голову, и приторно улыбнувшись. ‒ Каэра… Дорогая Каэра. Мы заботимся только о твоей собственной безопасности и благополучии. И хоть ты не разделяешь нашу кровь, ты все еще являешься членом нашей Крови, и мы заботимся о тебе и всегда относились к тебе как к нашей собственной дочери. Если твоя… родословная Вритры проявится, что ж, тогда, конечно, мы будем рады за тебя. Но мы просто не можем позволить тебе погибнуть в своем стремлении к приключениям.

‒ Человек, с которым я путешествовала, человек, которого вы только что позволили арестовать за убийство, которого он не совершал, кое-что понимает в этих вещах. ‒ Густые брови Корбета нахмурились, и он с подозрением посмотрел на меня.

Может, это и правда все выглядит слишком удачно, осознала я, но слишком поздно.

‒ Если вы действительно заботитесь о моей безопасности и благополучии, ‒ я сделала паузу, последующие слова застряли в горле, ‒ пожалуйста, помоги ему.

Глаза Леноры расширились от удивления, и она обменялась взглядом с Корбетом. Позади них Лоден посмотрел на свой бокал будто шокированный, и одними губами произнес: «Пожалуйста?» Как будто не мог поверить своим ушам.

– Мы не позволим тебе быть втянутой в это дело с Кровью Гранбель, ‒ ответил Корбет спустя секунду. ‒ Лучше всего для Высшекровных Денуар — это относится и к тебе, Каэра — позволить делу идти своим чередом. Ты должна понимать, что это будет довольно плохо выглядеть, если… ‒ Во имя Вритры, это все, о чем ты думаешь? ‒ рявкнула я, мана выплеснулась из меня, несмотря на мой четкий контроль над ней. Вызвав этим сердитый взгляд Корбета, но в нем также был намек на настороженность, даже страх. Ленора неодобрительно фыркнула. ‒ А как будет выглядеть, если Высшекровные Денуар промолчат и позволят обычной названной Крови ложно обвинить и посадить в тюрьму человека, который спас мне жизнь?

‒ Не так плохо, как, если бы нашу приемную дочь притащили к судейской коллегии из-за мелкой ссоры между меньшими домами, ‒ возразил Корбет, его глубокий голос был похож на рычание. ‒ В добавок к…

Кто-то деликатно откашлялся у двери в гостиную, и мы все четверо обернулись посмотреть, кто же был настолько дерзким, чтобы прервать семейный разговор.





Глава 325: Не чувствующий боли




Огромный кулак лорда Гранбеля ударил меня в бок. Его охранники стояли вокруг меня, держа меня за руки, которые все еще были скованы. Следующий удар пришелся мне в лицо, затем снова серия ударов по ребрам.

Широкоплечий аристократ вспотел, из конского хвоста, который спускался по спине, выбилась часть его волос, придавая ему слегка растрепанный вид. После еще нескольких взмахов он отступил назад и поправил свой темный костюм.

Молодой человек поспешил вытереть пот с лица лорда Гранбеля. У мальчика были такие же светлые волосы, как и у всех других Гра1нбелей, которых я встречал, но ему не хватало телосложения Калона и Эзры.

Кто-то прочистил горло снаружи моей камеры. ‒ Лорд Титус?

Гостеприимный хозяин повернулся и вышел в грязный каменный коридор, даже не взглянув в мою сторону.

Прошло три дня с тех пор, как я вышел из портала и попал прямо в эту политическую неразбериху. Каждый день отец Калона навещал меня, чтобы задать один вопрос: «Это ты убил моих сыновей?» И каждый день, когда я отвечал ему, что не делал этого, он проводил несколько минут, избивая меня, прежде чем уйти. Остальное время я провел наедине с Реджисом и своими мыслями.

Но на мне это никак не сказывалось. Мое новое асурийское тело более чем способно выдержать несколько ударов, и до сих пор не было никаких длительных допросов. Худшей частью всего стало предчувствие… не о суде, а об Элли.

Реликвия все еще не зарядилась. Я проверял ее каждые несколько минут, но где-то на второй день Реджис заметил, что я похож на сумасшедшего, поэтому я ограничил себя до раза в час.

Старик, руководящий моим арестом, которого я теперь знал, как управляющего лорда Гранбеля, появился в дверях ровно настолько, чтобы помахать охранникам отпустить меня, и через несколько мгновений я снова остался один.

‒ Как бы ни было забавно наблюдать, как ты притворяешься боксерской грушей, мне скучно, ‒ подумал Реджис, как только охранники закрыли дверь. ‒ Мы правда собираемся заниматься этим целых три недели?

‒ Тогда иди вздремни, ‒ огрызнулся я.

‒ Грубовато, ‒ проворчал он в ответ.

Посмотрев через зарешеченную дверь и убедившись, что охранник в конце коридора не может заглянуть в мою камеру, я лег на койку и вытащил засохшую фрукт-игрушку из моей пространственной руны. Шум семян, дребезжащих внутри, тут же напомнили о заснеженной деревне на вершине горы, где я тренировался с Тройным Шагом.

Представив, восхождение на горные вершины и стремительный спуск в долины, и погрузившись в медитативное состояние, которое я использовал во время тренировки с Теневыми Когтями, я выпустил небольшое количество эфира из своего ядра и направил его к кончику указательного пальца.

Фиолетовая энергия мягко гудела, сформировываясь в тонкое, слегка изогнутое продолжение моего пальца. Я вставил эфирный “коготь” в щель и порылся в поисках семени размером с горошину. Хоть у меня и получилось подвести семя к отверстию, но попытавшись вытащить его эфир потерял форму и рассеялся.

Глубоко вздохнув, я вызвал коготь во второй раз и попробовал снова, с аналогичными результатами. Я потратил на это час или два, прежде чем Реджис прервал мою практику.

‒ Ты занимаешься этим уже несколько часов, ‒ проворчал Реджис. ‒ Тебе не надоело?

‒ Не совсем. Думаю, она стала чем‒то на что я могу отвлечься… от своих мыслей.

‒ Ох. Что-то вроде вязания?

Я закатил глаза. ‒ Да, Реджис. Превращение эфира в твердое смертоносное оружие в точности похоже на вязание. Я хотел вернуться к своей практике, но раздались шаги по лестнице, указав, что кто-то идет.

Быстро убрав игрушку, я встал и подошел к двери камеры, положив руку на решетку. Толчок маны перенесся в мою руку, пробежав по ней, как молния. Я хмыкнул и отстранился, разминая покалывающие пальцы.

Снова появился управляющий. Он ехидно ухмыльнулся, заметив мой явный дискомфорт. ‒ О, простите, восходящий Грей, они забыли предупредить о двери? Стержни усиленно зачарованы против физического контакта, чтобы, конечно же, наши гости, не пытались освободиться силой.

‒ А теперь, пожалуйста, отойдите к стене…

Я последовал его словам. Старец махнул рукой, и стена позади меня начала двигаться. Возникли путы, вырастающие из камня, вокруг моих ног и рук, прижимая меня к стене.

‒ Не утруждайте себя сопротивлением, ‒ уверенно сказал он. ‒ Эти наручники были разработаны лучшими инстиллерами(1) в Центральном Доминионе. Цепи и их крепления — неразрушимы.

Я проверил их прочность, разминая руки и плечи, пока камень не начал дрожать.

Упс, подумал я. Почти сломал их.

Золотовласый старец все еще ухмылялся, очевидно, не заметив этого. Я ответил ему бесстрастным, почти скучающим взглядом. ‒ Здорово, ‒ сказал я ровным голосом.

Его ухмылка дрогнула. ‒ Я понимаю, восходящий Грей, что время, проведенное в реликтомбах, вероятно, выработало терпимость перед низменным страхом, и вы уже показали, что умеете выдерживать боль. Признаюсь, лорд Титус был очень расстроен вашим отсутствием выразительности. Его словами: он хотел бы видеть, как ты корчишься от боли.

Старец отошел в сторону, дав другому человеку открыть дверь и войти в камеру. Этот человек был непропорционально высоким. Он носил черную кожаную броню, с золотыми заклепками, которая сильно пахла маслом, под стать его сальным черным волосам и золотому кольцу в ухе.

‒ С чего мне начать, мастер Мэтисон ‒ спросил он высоким, наигранным голосом, а его черные глаза прошлись по моему телу.





Глава 326: Ответная реакция




Элеанора Лейвин Я стиснула зубы, стараясь не отвлекаться на пульсирующую боль, которая разносилась по каждому дюйму моего тела, пока Командор Вирион обращался ко всем присутствующим.

Мама довольно упрямо пыталась удержать меня дома в постели, но я не могла пропустить заседание совета. Они ждали, когда мне станет лучше, чтобы я могла рассказать им, что же произошло после того, как все остальные из Эленуара телепортировались обратно в убежище… и почему Тессия так и не вернулась.

Но теперь, когда я сидела в главном конференц-зале мэрии (том самом, где Тессия впервые привела меня на заседание совета) со всеми важными фигурами Дикатена, сверлящими взглядом во мне дыры, я отчасти пожалела, что не послушалась маму.

В любом случае, я уже рассказала большую часть Вириону и Байрону, но последние пару дней я провела то в сознании, то без него, так что не думаю, что была очень полезна.

‒…леанор?

Внезапно я осознала, что уже долго молчала. ‒ Извините, что?

Вирион прочистил горло. Он выглядел… старым. Старым и усталым. ‒ Не хочешь ли ты поведать совету о своей миссии в Эленуаре?

Я медленно встала, моментально пожалев об этом и снова упала в кресло. ‒ Эм, ну, видите ли, Я… эм…

Позади меня раздался легкий хлопок, и хор криков заполнил комнату. Кейтилин, сидевшая рядом со мной, удивленно вздохнула. А ее брат наполовину вытащил меч из ножен, прежде чем понять, что происходит.

Лорд Байрон уже потрескивал от громовой энергии, но сел обратно, когда я повернулась и положила руку на пушистое существо, появившееся позади меня.

‒ Бу, я сказала подождать снаружи. Нельзя просто пуфаться ко мне каждый раз, когда я немного нервничаю, ‒ отругала я его, но на самом деле его присутствие придавало мне сил.

Он пробурчал, дав мне понять, что он не сожалеет, а затем лег перед арочным дверным проемом.

‒ Извините, ‒ промямлила я, взглянув на Вириона. Если старый эльф и был раздражен, то не подал виду.

‒ Не волнуйся, Элли. Продолжай, если ты готова.

Я сделала глубокий, судорожный вдох, прежде чем слова полились из меня. Объяснив свою роль в нашем плане освобождения эльфийских пленников из маленькой деревни Эйдельхольм, я рассказала о своей борьбе с братом Слуги. Рассказала им, как отдала свой медальон Альбольду, чтобы оставшиеся эльфы могли сбежать, и как Тессия в конце концов убила Билала.

Самой трудной частью стало описание появления Элайджи, но никто не перебивал, пока я, запинаясь, рассказывала. Кейтилин бросила на меня шокированный взгляд, когда я дошла до той части, где притворилась алакрийским студентом-солдатом, и даже Байрон тихо присвистнул, это, как я подумала, означало, что он впечатлен.

В заключение, я рассказала им, как Тессия появилась вновь, но уже на стороне Элайджи, и о нападении, и как я пыталась спасти эльфийских рабов… Но…

Это было слишком, и я закончила историю взрывом, который выбросил меня из Эленуара, затем наклонилась вперед и уткнулась лбом в прохладный стол.

Хелен Шард обошла стол и положила руку мне на плечо. ‒ Никто не смог бы сделать больше, Элеонора. Свершенное тобой… прямо скажем, — невероятно.

Кейтилин сжала мою руку. У обычно невозмутимой принцессы в уголках глаз заблестели слезы. Позади нее находился Кертис, подавленный и бледный.

‒ Как же вам удалось спастись? ‒ спросила ветеран, Мадам Астера.

Выпрямившись, я вытащила из-под рубашки кулон феникса виверны. Он стал молочно-белым и треснувшим насквозь, лишенным маны. ‒ Так.

Я все еще могу отчетливо видеть эльфийских рабов, смотревших на меня, пока я безуспешно пыталась активировать медальон Тессии и забрать их всех с собой. Они знали, что я не смогу. Они знали, что умрут. Затем меня охватила стена света, и все стало розовым.

В течение нескольких секунд я могла видеть, как мир вокруг меня разрывается на части сквозь плиточную розовую оболочку энергии, вызванную кулоном феникса виверны. Алакрийцы, эльфы, трибуны, маленькая сцена, особняк… все исчезло в мгновение ока. А затем и я.

Я проснулась с криком, мои ноги болтались в маленьком ручье, который протекал через подземное убежище. Бу оказался там каким-то образом живой, только дым поднимался от его опаленного меха. Последнее, что я услышала, — его глубокий рев, заполнивший пещеру, прежде чем я потеряла сознание от ответной реакции.

‒ Нам известно, насколько большим оказался взрыв? ‒ спросил дрожащий голос. Один из эльфов, которых мы спасли, тот, кто знал Тессию и Кейтилин: Фейрих.

Вирион и Байрон обменялись мрачными взглядами. ‒ Как только Элеонора вернулась, генерал Байрон полетел прямо к Звериным полянам и выше, в направлении Эленуара, ‒ сказал Вирион, кивнув в сторону Копья.

‒ Эленуар исчез, ‒ хрипло сказал Копье.

‒ Что значит “исчез”? Страна не может просто п-пропасть! ‒ возразил Фейрих.

‒ Что ж, она смогла. ‒ Копье бросил пронзительный взгляд на эльфа. ‒ Между Звериными Полянами и северным побережьем не осталось ничего, кроме выжженной и искореженной пустоши.

У Кейтилин перехватило дыхание, и она закрыла рот руками.

Молодой эльф, побледнев как призрак, застыл, с полуоткрытым ртом и побелевшими пальцами от сильной хватки края стола. Эльфийская женщина, чье имя я не могла вспомнить, хоть она и была в убежище с самого начала, зарыдала.

Позади меня Хелен снова сжала мое плечо в знак поддержки.





Глава 327: Пока достаточно




Артур Лейвин Я заставил свою руку c реликвией расслабиться, боясь, что ее раздавит от моей хватки, и отозвал свое сознание. Мои глаза открылись, явив маленькую камеру в особняке Гранбелов, в то время как широкая улыбка расплылась по моему лицу.

Элли жива!

Я зажал рот рукой, опасаясь, что могу просто разразиться смехом, как тут меня прервал громкий вздох внутри моей головы.

‒ Что?

‒ Ничего, ‒ отмахнулся Реджис. ‒ Мне просто жаль бедолагу, который в будущем попытается жениться на твоей младшей сестре.

Я еще раз подавил смех, в кои-то веки найдя шутку Реджиса смешной, застав врасплох даже моего компаньона.

‒ Спасибо, ‒ прошептал я реликвии, прижимая ее ко лбу. Повторяя снова и снова, с нахлынувшим на меня облегчением.

Напряжение и страх, сжимавшие мое тело, железной хваткой, ослабли, и теперь, зная, что с моей сестрой все в порядке, я снова мог дышать полной грудью.

Разговор из видения, свидетелем которого я стал, по-прежнему трудно собрать воедино, но что важнее — Элли в безопасности.

Этого пока достаточно.

Они по-прежнему укрывались в подземном убежище, по крайне мере на это указывала архитектура здания, в котором Элли рассказывала, что с ней случилось в Эленуаре. Реликвия не позволяла мне слышать разговор, но я, следил за его ходом, стараясь читать по ее губам.

Когда я понял, что моя младшая сестра в одиночку отбилась от подготовленного алакрийского мага, на меня нахлынула смесь эмоций. Я злился на нее, перепугался и беспокоился… но все же гордился, каким воином она стала.

Задумавшись над описанием Элли ее пребывания в алакрийском лагере, мои брови нахмурились.

‒ Как она могла быть настолько безрассудной, чтобы притвориться представителем расы людей, о которых она ничего не знает, и проникнуть на их операционную базу? ‒ подумал я со вздохом.

‒ Ты это нарочно или же просто до лицемерия слеп? ‒ спросил Реджис.

‒ Заткнись, ‒ огрызнулся я, игнорируя почти осязаемое ощущение того, как Реджис внутри меня закатывает глаза.

Достаточно того, что имя Элайджи слетело с губ Элли. Несмотря на смутность воспоминаний о той последней битве с реинкарнацией моего друга и Косой Каделлом, я отчетливо помнил о его враждебности ко мне, граничащей с ненавистью. И когда я осознал, что он находился так близко к моей сестре, мне стало дурно.

Но со словами Вириона все стало только запутанней. Хоть я и не мог разобрать каждое его слово, но его рассказ о нападении явно отличался от того, что я видел.

‒ Хах. Ну, я думаю, ты не можешь винить дядьку за его желание отрицать, что кланов асур желающих смерти всем вам больше одного, ‒ вставил Реджис.

‒ Думаю, что это не просто отрицание. По какой-то причине Вирион казался очень уверенным.

‒ Тогда, возможно, он знает и просто хочет, чтобы солдаты обратили внимание на врага, с которым они действительно способны сражаться, ‒ предположил мой спутник. ‒ Временная, но, быть может, необходимая тактика.

‒ Может быть, ‒ ответил я, но не был уверен. Поднявшись в сидячее положение, я положил локти на колени. ‒ Возможно, он неправильно понял предостережение Ринии, а может, просто ошибся. Я также не уверен, поверил бы ли в это сам, если бы сам не увидел действий Алдира.

Узнав, что Элли здорова и в безопасности, тяжкий груз упал с моих плеч, но сразу появился новый. Целую страну, которую я многократно посещал, полностью разрушили.

Сколько человек погибло от нападения асур? Сколько эльфов не смогли эвакуироваться во время первого нападения алакрийцев?

И что насчет Тессии?

Встав, я начал расхаживать взад-вперед по маленькой камере.

Битва Тесс против лорда Алдира и Виндсома, бок о бок с Нико, прокручивалась в моей голове. Я представил, как она боролась, неловко двигалась, словно ей было трудно контролировать собственное тело, и как Нико защищал ее, встав между ней и атаками Виндсома.

‒ И тот взгляд, которым они обменялись в конце…

Я снова сел и рассеянно перебирал реликвию между пальцами.





Глава 328: Лицом к лицу




Петрас навис надо мной, его зловонное дыхание само по себе было пыткой.

‒ Резать, резать, резать, ‒ повторял он, сопровождая каждое слово быстрым ударом ножа в разные части моего тела.

Прошла неделя с тех пор, как мы с Каэрой покинули реликтомбы, и каждый день повторялось практически одно и то же.

‒ Это начинает надоедать, Восходящий Грей, ‒ сказал Мэтисон из-за спины палача. ‒ Уверен, вы знаете чем все обернется. Спасите себя от еще двух недель боли и признайтесь в убийстве лордов Калона и Эзры.

Хоть управляющий Гранбелей и сохранял спокойное выражение лица, но он постоянно возился с манжетами на своих рукавах. За последнюю неделю я определил, что Мэтисон так проявляет свое раздражение.

‒ Или, ‒ спокойно ответил я, хлопая ресницами и глядя на старика наивным взглядом, ‒ вы можете проявить милость и отпустить меня.

Внутри меня Реджис усмехнулся.

Мэтисон ответил мне пристальным взглядом, снова поправляя рукава, прежде чем повернуться к Петрасу. ‒ Проведите с ним еще некоторое время. Лорд Гранбель очень… разочарован вашей работой в последнее время. Лорд ждет результатов.

Он повернулся и вышел из камеры, оставив меня прикованным к стене. Петрас, находящийся так близко, что практически прислонился ко мне, долго смотрел вслед управляющему.

Ну, ‒ наконец сказал он, его обычно высокий голос стал ниже и мрачнее, ‒ вы слышали мастера Мэтисона. Сегодня мы проведем вместе еще немного времени.

***

После еще одного часа ожогов, порезов и зловонного дыхания Петраса, долговязый алакриец, казалось, сдался. Он ушел медленными и тяжелыми шагами, со свисающими руками по бокам, не сказав ни слова и даже не оглянувшись.

‒ Я на самом деле начинаю сочувствовать ему, ‒ сказал Реджис, когда палач ушел. ‒ Сжалься над ним… Хотя бы издай стон или поморщись.

Вытянув руки и ноги, мои раны быстро заживали. Проводя по несколько часов каждый день, сосредоточившись на поглощении эфира из атмосферы, я смог справиться с его затратами на исцеление многочисленных ран, оставленных палачем Гранбелей.

‒ Итак, еще один интересный день, пройдет за разглядыванием твоей игрушки? ‒ спросил Реджис, когда я развалился на койке и вытащил высушенную фрукт-игрушку. ‒ Я умираю от желания выйти и размять ноги.

‒ Ты же знаешь, что сейчас мы не можем этого сделать, ‒ сказал я ему в десятый раз.

Из моего пальца вырос фиолетовый коготь, и я вставил его в прорезь у основания сухофрукта. Побренчав семенем внутри, пока оно не остановилось над отверстием, оставленным плодоножкой, я потянул когтем.

Эфир задержался на мгновение, прежде чем как мокрая глина согнуться и потерять форму.

Вздохнув, я воссоздал коготь и попробовал снова.

Когда мы с Тройным Шагом вместе оттачивали Божественный Шаг, она показала мне как изменить фокус моего внимания и по-другому взглянуть на мир. Я уверен, что также должен быть какой-то мысленный “трюк” с использованием эфира для формирования его физической формы, но чувствовал, что застрял и хожу по кругу, снова и снова повторяя одно и то же.

Однако, полная сосредоточенность на создании эфирного когтя успокаивала мой разум. Я потратил несколько часов, пытаясь когтем вытащить семя, и, хоть каждая попытка и заканчивалась неудачей, но я не расстраивался. Почему-то это казалось правильным, как будто именно так и задумывалось Тройным Шагом.

Через некоторое время, я нехотя признал, что достаточно на сегодня позанимался, и спрятал игрушку обратно в пространственную руну.

Мои мысли переключились на Тессию в тот момент, когда я перестал фокусироваться. Не имея намерения сталкиваться с этими мыслями прямо сейчас, я искал что-то, чем мог бы занять себя.

По привычке я изъял реликвию видений. Она была тусклой и безжизненной, поскольку я снова использовал ее всего день назад, чтобы проверить как там мои сестра и мать. Сначала я снова попытался найти Тессию, но, как и раньше, у меня ничего не вышло. После этого я наблюдал за тренировкой Элли вместе с Хелен, пока сила камня не иссякла.

‒ Опять эта дурацкая ухмылка. Ты снова думаешь о своей сестре, да? ‒ спросил Реджис, вторгаясь в мои мысли.

‒ Да. Она растет очень талантливым магом, понимаешь? И храброй…

‒ И все же, ты до сих пор беспокоишься о ее личной жизни, ‒ проворчал Реджис.





Глава 329 Мольба о помощи




Каэра Денуар

‒ Я так понимаю, что ваше длительное пребывание в реликтомбовом поместье Денуар было особенно… неприятным, ‒ сказала Несса, мягко откидывая мою голову назад.

‒ Все было… нормально, ‒ спокойно сказала я, закрыв глаза.

Я услышала тихое хихиканье: ‒ Вы уверены?

‒ Конечно я уверена, ‒ огрызнулась я, пытаясь сосредоточиться на удушливом аромате цветов и специй, исходящем от множества “успокаивающих” свечей в ванной комнате.

‒ Тогда, может, попробуете сказать это своей ноге? ‒ спросила Несса, сдерживая очередной смешок. ‒ От того, как сильно вы ерзаете, я боюсь, что вы вывалитесь из ванны, леди Каэра.

Приоткрыв один глаз, я только сейчас заметила образовавшуюся большую лужу воды с ароматной пеной вокруг ванны.

Вздохнув, я остановила ногу. ‒ В последние дни время еле ползет, Несса.

Снова закрыв глаза, я попыталась расслабиться, сосредоточившись на том как обжигающе горячая вода смывает с меня пот, мертвую кожу и красиво покрывавшую меня ароматную пену.

В то же время, Несса сидела у изголовья ванны, втирая душистое мыло в мои волосы и массируя кожу головы между рогами, которые было нельзя заметить благодаря моей реликвии, даже если она случайно наткнется на один из них.

‒ Купание — один из самых действенных методов снижения нервозности и снятия мышечной усталости, ‒ сообщила мне Несса, продолжая намыливать мою голову.

‒ Больше похоже на тушение чем на купание, ‒ проворчала я в ответ.

‒ М-м-м, ‒ проигнорировала она, продолжая свою работу.

Чем больше я думала об этом, тем больше расстраивалась. ‒ Клянусь Вритрой, я бы выпрыгнула из этого окна и побежала голой по улицам, ради шанса попасть в реликтомбы.

‒ Ну, это, безусловно, привлечет внимание верховного лорда и леди, ‒ ответила Несса, в ее голосе я услышала улыбку.

‒ И до суда осталась неделя. Который, конечно же, мне даже не разрешено посетить, ‒ продолжила я, погружаясь немного глубже в ванну, так, что пена оказались у меня под носом.

‒ В конце концов, мы все должны следовать воли лорда и леди, ‒ просто сказала Несса.

Открыв глаза, я подула, отправляя пузырьки в полет. ‒ Возможно, мы могли бы…

Меня прервал тяжелый звон в нашу парадную дверь. Несса остановилась мыть мои волосы, и мы обе прислушались.

Из главного фойе доносились приглушенные незнакомые голоса.

‒ Несса, пойди посмотри кто там.

‒ Только если вы пообещаете не убегать голышом в реликтомбы, леди Каэра, ‒ с усмешкой сказала моя персональная служанка.

Выдавив из себя улыбку я сказала: ‒ Просто иди.

Она быстро встала и выскочила из ванной, тихо прикрыв за собой дверь.

Как только она ушла, я погрузилась под воду и расслабилась, позволив своим рукам свободно плавать, в то время как мое тело спокойно лежало на дне крайне большой мраморной ванны.

Следом успокоилась и я, позволив мыслям идти своим чередом в путанице противоречивых мыслей, в которых пыталась разобраться в течение уже двух недель.

Слова Косы Серис о Грее то и дело звучали в моей голове. Кажется, ей известно больше, чем она рассказала мне, но этого недостаточно, чтобы я могла разобраться что к чему, и она твердо отказала мне в дополнительной информации. Мою наставницу не переубедить, как только она примет решение в чем-либо, и я знала, что лучше не напирать на нее слишком сильно. Все прояснится в свое время.

Грей…

Я попыталась представить его лицо, но вместо этого ко мне пришло воспоминание о том, как его тело нежно прижималось к моему, пока мы делили постель, чтобы согреться.

Резко поднявшись, я расплескала еще больше пенистой воды на мраморный пол и уставилась на себя. Я — Каэра Денуар. Я ни по кому не тоскую.

Поднявшись, я осторожно вышла из ванны и обернулась большим полотенцем, как раз в этот момент раздался легкий стук в дверь.

Предположив, что это была моя служанка, я сказала: ‒ Я не одета, Несса. Минутку.

‒ Вас хотят видеть двое мужчин, леди Каэра, ‒ тихо сказала Несса через дверь. ‒ Они хотят поговорить с вами. О… нем. Они вместе с вашим отцом в приемной.

Мои глаза расширились при его упоминании, я поспешила вытереться и одеться.

Кто-то, кто знает Грея. Они, должно быть, здесь чтобы помочь ему, подумала я, надевая украшенную вышивкой одежду. Мысль о том, что у Грея есть друзья, стала для меня неожиданностью. Он казался таким отстраненным и закрытым…

Желая узнать больше, я поспешила из ванной комнаты, но Несса отчаянно бросилась, перекрыв мне дорогу.

‒ О нет, подождите! Вам придется перешагнуть через мой труп, если вы думаете, что я позволю вам выйти в таком виде, как будто вас только что поймали посреди интрижки, леди Каэра.

‒ Ты читаешь слишком много романов, Несса, ‒ пожурила я ее.

Она усмехнулась, возясь с моими волосами, причесывая их пальцами, затем воспользовалась моментом, чтобы поправить подол.

Раздраженная, я с нетерпением ждала, пока она закончит, затем бросилась мимо нее в приемную, мои босые ноги бесшумно ступали по толстой красной ковровой дорожке, лежащей по центру коридора.

Однако у меня хватило такта взять себя в руки, прежде чем войти в открытую дверь.





Глава 330: Высокий зал




Три недели, оставшиеся до суда, прошли монотонно и однообразно.

C наступлением утра, меня освободили от обычного сеанса пыток с Петрасом и Мэтисоном и даже позволили принять холодный душ, чтобы смыть кровь и грязь моего трехнедельного пребывания в темнице Гранбелей. Думаю, они просто хотели сделать следы от пыток и заточения не такими очевидными.

Ада, хорошо это или нет, больше ко мне не приходила, но я предполагал, что скоро увижу ее в суде.

Сидя, скрестив ноги на полу, я крепко держал в руке высушенную фрукт-игрушку от Тройного шага. На указательном пальце другой руки вырос фиолетовый изогнутый коготь из эфира, который в данный момент подцепил семя внутри фрукта, безнадежно пытаясь вытащить его.

Я поддерживал форму когтя уже десять секунд, но семя не двинулось с места. Прошло двадцать секунд. Больше тридцати. Мой палец начал болеть и дрожать, и я почувствовал, как коготь теряет свою форму.

Наконец, спустя почти сорок секунд, эфирный коготь рассеялся, оставив семя прочно застрявшим в высушенном фрукте.

‒ Что это такое?

Резко открыв глаза, я увидел Мэтисона смотрящего на меня через решетку. Я так сосредоточился на удержании формы эфирного когтя, что не услышал, как он подошел.

Быстрым движением руки, я убрал игрушку из поля зрения и поместил ее в пространственную руну, после чего положил одну руку поверх другой.

‒ О…ты имеешь в виду это? ‒ невинно сказал я, медленно поднимая средний палец руки, который прятал в ладони.

Реджис залился смехом.

Мэтисон нахмурился и отступил в сторону, пропустив четверых рыцарей Гранбелей, которые открыли дверь моей камеры и окружили меня. Самый высокий из четверки завел мне руки за спину и надел наручники на запястья.

‒ Обыщите его, ‒ приказал Мэтисон, и тот же рыцарь принялся тщательно обыскивать меня, но, конечно, ничего не нашел. Посмотрев на управляющего, он пожал своими облаченными в броню плечами.

‒ Надеюсь, вы довольны собой, Восходящий Грей, ‒ тихо сказал он. ‒ С нетерпением жду момента, когда эта раздражающая ухмылка сойдет с вашего самодовольного лица.

‒ Может мы уже пойдем? ‒ спросил я. ‒ Я точно не хотел бы опоздать.

Мэтисон поправил манжеты на рукавах и прошел мимо, ведя нас вверх по лестнице и через хорошо обставленные залы особняка наверху. Выходя из поместья Гранбелей несколько домашних слуг поглядывали на нас из разных комнат, но единственным знакомым лицом, которое я заметил, был Петрас, который сидел на бочках возле черного хода, из которого меня выводили.

Я весело улыбнулся ему, проходя мимо.

‒ Мы вместе пролили столько крови, пота и твоих слез, что я буду почти скучать по тебе.

Мои слова заставили палача практически согнуться от стыда, в то время как Мэтисон фыркнул от отвращения.

‒ Бьешь лежачего, ‒ укоризненно сказал Реджис.

Я закатил глаза.

‒ Ну извини за отсутствие сочувствия к парню, который провел последние три недели, разрезая меня на части.

‒ Ну, если судить только по твоей реакции, я бы сказал, что бедняга Петрас лишь сделал тебе массаж, ‒ заметил Реджис. ‒ Но не суть. Ты слишком жизнерадостный для парня, который едет на собственное судебное разбирательство по делу об убийстве.

Я почувствовал искреннее любопытство, исходящее от маленького комочка тепла, которым сейчас был мой спутник.

‒ Еще немного и я сожгу это проклятое место дотла. Посмотрим, как все сложится с задумкой Аларика, но что бы ни случилось, я не планирую возвращаться сюда.

‒ Чур Мэтти — мой.

Еще несколько тяжеловооруженных и облаченных в броню стражников Гранбелей встретили нас снаружи и сопроводили к карете, похожей на ту, в которой меня привезли сюда.

Лорд Гранбель стоял у двери, сложив руки за спиной. При моем приближении он задрал подбородок.

‒ Это ваша последняя возможность признаться в своих преступлениях, Восходящий Грей. Признайте свою вину, и я буду просить о смягчении наказания от вашего имени. Но если вы предстанете перед судейской коллегией и заявите о своей невиновности, то я уже ничем не смогу помочь.

Посмотрев алакрийскому дворянину в глаза, я сказал:

‒ Спасибо за очень теплый прием, Титус.

Когда мы встретились взглядами он стиснул зубы, но в итоге махнул рукой, и меня втолкнули в экипаж.

На этот раз внутри сидели два рыцаря, каждый с обнаженным клинком, направленным на меня. Даже если один из стражников окажется Алариком, он никак не сможет дать мне знать, не выдав себя, потому я молчал. По большей части.

Вздохнув, я откинулся на спинку сиденья.

‒ Они могли хотя бы выделить мне экипаж с окнами.





Глава 331: Судебный процесс




‒ Данное судебное разбирательство будет рассмотрено старшим судьей Блэкшорном, судьей Тенемой, судьей Фолхорном, судьей Харкрастом и судьей Фрайлом, ‒ сказал судья по центру, видимо, старший судья Блэкшорн, и пятеро алакрийцев в черных одеждах заняли свои места.

‒ Цель данного судебного разбирательства, ‒ продолжил он своим медленным, ясным голосом, ‒ состоит в том, чтобы установить, действительно ли Восходящий Грей убил, ‒ он указал на меня, прикованного к черному креслу, ‒ Лорда Калона из Крови Гранбель, Лорда Эзру из Крови Гранбель и Леди Рию из Крови Фалин.

‒ И, ‒ добавил он после короткой паузы, ‒ принять решение о соответствующем наказании, если восходящий будет признан виновным.

От зрителей позади меня доносился шепот, но я не слышал его, сфокусировавшись на судьях, начавших перебирать документы, разложенные на их столах. Старший судья Блэкшорн — пожилой человек, ему, по меньшей мере, за семьдесят. С темными кругами под глубоко посаженными глазами, и морщинистой кожей головы покрытой серыми пятнами.

‒ Выглядит, будто может упасть замертво в любую секунду, ‒ сказал Реджис.

‒ Зная свою удачу, скорее всего, меня и в этом обвинят, ‒ ответил я.

Реджис фыркнул, его бестелесная фигура так и лучилась весельем.

Блэкшорн прочистил горло. ‒ Судья Тенема проведет процессуальный брифинг.

Тенема была даже старше Блэкшорна, обладая тонкими белыми волосами, которые, казалось, плавали вокруг ее головы, и толстыми очками, увеличившими ее глаза до неправдоподобно больших размеров.

Начав говорить, она закашлялась, после чего продолжила. ‒ Судебная коллегия заслушает вступительные заявления от Крови Гранбель, и стороны Восходящего Грея, после чего будут вызваны свидетели. ‒ ее голос надломился и затих, заговорив снова, с колеблющейся громкостью голоса. ‒ При условии наличия вещественных доказательств преступления, их приведут, и после заключительного слова начнется совещание судебной коллегией.

Закончив, пожилая женщина сделала глубокий, прерывистый вздох, такой, будто произнеся эти несколько фраз она уже вымоталась.

Судья Харкраст, самый молодой из судей, посмотрев на пожилую женщину, наморщил нос от отвращения. Его иссиня-черные волосы и козлиная бородка блестели в холодном свете осветительных приборов и придавали его лицу суровое, хмурое выражение.

Блэкшорн кивнул Тенеме. ‒ Представитель Крови Гранбель может встать и выступить со вступительным заявлением.

Как и ожидалось, именно Мэтисон встал и обратился к судьям. ‒ Благодарю, Ваша честь.

Сделав шаг вперед, он вошел в поле моего зрения и продолжил хорошо поставленным голосом, таким, что даже люди позади ясно могли его слышать. ‒ Как мы все знаем, восходящие — это руки, высекающие мечом наше развитие. К тем, кто, рискуя собой, ищет реликвии нашего прошлого, скрытых в реликтомбах коварными древними магами, в Алакрии всегда относились с уважением, даже с любовью и обожанием.

‒ Восхождение по реликтомбам — это устоявшаяся за века традиция нашего народа, роль которой непосредственно служит воле самого Верховного Владыки. Когда Ассоциация Восходящих проверяет потенциальных магов, они не только проверяют силу тела, но также силу воли и чистоту сердец.

Мэтисон понизил голос, бросив через плечо мрачный взгляд на притихшую толпу.

‒ Вот почему так редко насилие между восходящими в реликтомбах… и почему так прискорбно стоять здесь сегодня, обсуждая ужасную потерю трех молодых магов названной крови, столпов простого народа. Их семьи поднялись до дворян, чтобы дать им светлое будущее, ‒ Мэтисон ткнул в меня дрожащим пальцем. ‒ Будущее, которое этот человек отнял у них!

‒ Восходящий Грей солгал молодым Гранбелям, заверив их, что это его подготовительное восхождение, чтобы завоевать их доверие и получить доступ в реликтомбы, но внутри они обнаружили зону адского кошмара, полную существ, намного превосходящих их ожидания о простом подготовительном восхождении и, конечно, именно этого и желал Грей.

Мэтисон умоляюще посмотрел на пятерых судей. ‒ Я своими глазами видел бессердечность и бесчеловечность, проявленные этим человеком за последние три недели. Несмотря на мольбы милорда, Грей отказался признавать свои преступления или выказать хотя бы толику сожаления о смертях, которые он повлек за собой.

Реджис усмехнулся: ‒ Хах… Не знал, что слова “пытать” и “умолять” взаимозаменяемы.

‒ Будь то злой умысел, враждебность или элементарная жестокость, мы можем с уверенностью доказать суду, что Восходящий Грей целенаправленно привел Калона, Эзру и Рию к их смерти.

Мэтисон повернулся к толпе, при этом его мантия заметно развевалась.

‒ Именно по этой причине, ‒ сказал он, почти крича, ‒ Кровь Гранбель просит о самом суровом из возможных приговоров за это ужасное преступление — публичной казни!

Возникло несколько удивленных бормочущих голосов, но зал суда быстро затих с ударом молотка судьи Блэкшорна.

‒ Тишина! ‒ приказал старик уже притихшей комнате, прозвучавшее эхом за ударом молотка. Его поникшие глаза осмотрели зал суда, затем он заговорил снова, повернувшись к управляющему. ‒ Спасибо, Мастер Мэтисон, вы можете сесть.

Взглядом я проследил за управляющим, возвращающимся на свое место. Когда наши взгляды встретились он запнулся и вздрогнул, после чего нервно отвел взгляд.

Следующим мы заслушаем вступительное заявление Восходящего Грея, с которым выступит… ‒ Старший судья наклонился к свитку, с которого читал, смотря на него он нахмурился, и его морщины на лбу стали еще глубже.

Блэкшорн повернулся к Фолхорну, сидевшему справа от него. ‒ Это достоверно?

Судья Фолхорн — крупный мужчина с седеющими каштановыми волосами и рябым лицом. Он наклонился вперед и что-то прошептал Блэкшорну, последний посмотрел вниз-вправо от меня, с подергивающимся лицом.

‒ Мы вызываем Даррина Ордина сделать вступительное заявление Грея. ‒ я мог ошибаться, но в том, как старший судья произнес имя друга Аларика, чувствовалось отчетливая сварливость.

Мужчина уверенно сделал шаг вперед, поправляя свой костюм, встав справа от меня, тогда люди на трибунах зашумели, вызвав еще один удар молотка Блэкшорна.

‒ Это зал суда, а не боевая арена, ‒ сказал он, сердито оглядываясь вокруг.

Даррин полуобернулся и помахал зрителям, прежде чем обратиться к судьям. ‒ Мой коллега хочет вас убедить в наличии доказательств какого-то злого умысла Восходящего Грея, что тот намеревался убить этих трех молодых восходящих. Он выставил Грея как хладнокровного убийцу, лишенного человеческого сочувствия.

‒ Но есть ли у Гранбелей какие-либо доказательства их обвинений? ‒ спросил он, его голос раздался звоном в зале суда. ‒ Даже после разрешения сего суда держать Восходящего Грея в их собственной темнице, без надзора со стороны Высокого зала и доступа к его собственному адвокату, в течение которого Гранбели пытали его каждый день, у них нет даже крупицы доказательств этого.

Даррин подошел ближе и положил руку мне на плечо. ‒ Если Грей намеревался убить этих молодых восходящих, то почему он спас Леди Аду? Конечно, если он способен убить знаменитого Калона Крови Гранбель, то без проблем мог справится с его младшей сестрой. И каким образом начинающий восходящий мог знать как реликтомбы отреагируют на его присутствие, смогут ли Гранбели доказать, что предполагаемая сложность этих зон напрямую зависела от присутствия Грея?

В зале суда воцарилась мертвая тишина, пока говорил мой адвокат, и я мог сказать, что аудитория впитывала каждое слово. Судьи, с другой стороны, казались какими угодно, но только не заинтересованными.

Естественная сварливость Блэкшорна сменилась сердитым взглядом. Тенема же, сидела с мечтательным выражением, а ее глаза медленно скользили по лицам в толпе. Рядом с ней Харкраст теребил свою козлиную бородку, будто злой волшебник из сказки, с темными, прикованными к Даррину, глазами. Толстое лицо Фолхорна низко склонилась над документом, полностью игнорируя наше вступительное заявление, но по-настоящему мое внимание привлек судья Фрайл.

До сих пор Фрайл молчал, но теперь он, казалось, говорил сам с собой, тихо бранясь. Другие судьи игнорировали его, хоть голос Даррина с легкостью и заглушал Фрайла, но наблюдать за этим было немного тревожно.

‒ Печальная правда в том, ‒ продолжал Даррин, ‒ что реликтомбы — опасное место даже для тех из нас, кто уже множество раз проходил через портал вознесения. Достаточно лишь минутной самоуверенности, одного-единственного неверного шага… а иногда бывает иначе. У каждого восходящего есть история как он оказался в зоне, к которой не был готов. Точнее, у тех, кто выжил.

‒ Нет никаких доказательств, что это было что-то иное, а не трагическое стечение обстоятельств. Никакого злого умысла или заговора с целью убийства, просто подготовительное восхождение пошло не так. Выдвижение Кровью Гранбель необоснованных претензии к Грею, угрожает самому институту восходящих, а именно доверию и вере друг в друга, которые должны присутствовать у каждого восходящего.

Даррин вернулся на свое место, в то время как судьи обменялись взглядами, которые варьировались от раздраженных до совершенно враждебных.

‒ Этот парень Ордин помочился на могилы всех их матерей или что?

‒ Какая-то история у них точно есть, ‒ согласился я, задаваясь вопросом, будет ли это в конечном счете хорошо или плохо для меня.





Глава 332: Разорванные цепи




‒ Грей их не убивал, ‒ сказала Ада, на этот раз громче.

Титус Гранбель поднял руку, прикрыв рот дочери. ‒ Ада! Что ты…

Выскользнув из объятий родителей, она шагнула к судьям. И на одном дыхании выпалила: ‒ Я попала в ловушку, застряв в зеркале, а Грей пытался спасти меня, но Эзра не послушался и освободил рогатого восходящего из волшебного зеркала, пока Грей возился с каким-то артефактом, другой восходящий убил моих братьев, и я бы застряла там навсегда, но Грей спас меня, ‒ с каждым словом ее лицо становилось все краснее и краснее.

Девочка закрыла лицо руками, а ее родители напряженно стояли по обе стороны от нее.

Даррин победно посмотрел на меня, а затем повернуться к Блэкшорну. ‒ Что ж, вот и…

‒ Лорд Гранбель, ‒ сказал Блэкшорн, перебив моего адвоката, ‒ Очевидно, что ваша дочь слишком расстроена. Хотя мы и ценим мужество вашей крови, лично присутствовать на этом судебном процессе, но по оценке коллегии судей, мы не можем принять показания Ады в настоящее время и вместо них будем использовать письменное изложение событий, которое получили ранее.

Ада уставилась на верховного судью разинув рот, в то же время ее отец кивнул и его губы дернулись, подавив ухмылку.

‒ Вы можете идти, ‒ добавил Блэкшорн.

Мне не удалось подавить нарастающее раздражение и цепи снова начали затягиваться. Я прижал руку к острому, искореженному металлу, оставшемуся после оторванного подлокотника, проткнув кожу, и позволил боли ярко вспыхнуть в моем сознании.

Кто-то позади меня закричал о несправедливости ситуации, обернув слова в ругательства, и через несколько секунд весь зал суда взорвался хором криков и оскорблений, направленным к судьям.

…да вы шутите…

…даже услышав, что сказала девушка…

…показуха, это все сплошной обман…

…лучше отпустите Восходящего Грея, или…

Все судьи встали (кроме Тенемы, чье морщинистое старое лицо лишь сильнее сморщилось от недовольства), Блэкшорн снова и снова стучал молотком, но зал суда позади меня просто взбунтовался. Услышав, как нетерпеливая толпа обернулась против продажных судей, я успокоил свои нервы ровно настолько, чтобы цепи просто удерживали меня и не пытались оторвать голову.

‒ Тишина! ‒ взревел старший судья. ‒ Тишина! Тишина!

Харкраст повернулся к служащему, наполовину скрытому за столами. ‒ Освободи комнату. Сделай это. Сейчас же!

Внезапно в зал суда ворвались солдаты в черных доспехах, однако все происходило позади меня. Я повернулся на стуле, чтобы получше разглядеть, но цепи, холодные и твердые, впились в меня, пригвоздив к железному стулу. Реджис издал насмешливый смешок: ‒ Они всех выгоняют. ‒ по залу суда пронесся панический крик. ‒ Черт возьми, один из солдат только что кого-то вырубил. И, конечно же, стража Гранбелей помогает солдатам.

Передо мной Даррин в ужасе наблюдал, как стражники Высокого зала выводили толпу через огромные двойные двери в длинный коридор. На лицах судей читалась смесь презрения и удовлетворения.

Двери захлопнулись, крики и тяжелый топот медленно стихали удаляясь, пока зал суда не погрузился в жуткую тишину.

Кроме пяти судей и горстки стражи Высокого зала в черных доспехах, в помещении остались только Даррин, Аларик, Мэтисон и я.

‒ Есть ли смысл напоминать старшему судье, что судебное заседание с коллегией судей из пяти человек должно проходить в виде открытого слушания? ‒ спросил Даррин, со сдерживаемым яростным рычанием в голосе.

‒ Совершенно никакого, ‒ прошипел Блэкшорн, мрачно глядя на нас четверых. Даррин и Блэкшорн встретились взглядами, но через несколько секунд мой адвокат сдался судье, опустив глаза на пол платформы.

Мэтисон держался на расстоянии, в то время как Аларик встал по другую сторону от меня, немного наклонился и прошептал: ‒ Знаю, что все выглядит плохо, малыш, но не делай глупостей. У нас все еще есть пара трюков в рукаве… Я надеюсь, ‒ добавил он слегка нерешительно вполголоса.

Блэкшорн откашлялся, с влажным, хриплым звуком, похожим на заточку лезвия. ‒ Нет никаких сомнений, что кто-то поработал над подстреканием этого сброда чтобы сорвать слушание. К счастью, нас предупредили, что такое может произойти.

Фрайл издал резкое «Ха!», которое заставило старшего судью замолчать, а остальных членов коллегии повернуться к нему в ожидании.

‒ Когда я услышал о человеке, распространяющем слухи и подстрекающем людей, я понял, что это, скорее всего, «человек от народа», Даррин Ордин, нарушающий правила проведения процесса ради своего чувства справедливости маленького человека. М-да!

Лицо Фрайла расплылось в подчеркнуто хмурой гримасе. ‒ Ты стал предсказуемым, Ордин. Но на этот раз твои игры не сработают.

‒ Можешь себе представить, сколько рогатых задниц ему пришлось поцеловать, чтобы стать судьей? ‒ спросил Реджис тоном, в котором смешались любопытство и ужас.

‒ Благодарю, судья Фрайл, ‒ умиротворяюще сказал Блэкшорн. ‒ Как я уже сказал, мы ожидали такой тактики, и не позволим этому судебному процессу превратиться в какой-то цирк.

Я рассмеялся, холодно и невесело. Даррин бросил на меня предупреждающий взгляд, и Аларик покачал головой, но с меня уже хватит.

‒ Похоже, Восходящий Грей наконец-то показал свою истинную природу, ‒ сказал Блэкшорн, приподнимая бровь. ‒ Его способность смеяться после таких ужасных событий, говорит о многом.





Глава 333: Особое внимание




‒ Это было довольно круто, ‒ одобрительно сказал Реджис, когда мы вышли на улицу.

Встав под ярким голубым небом, я сделал глубокий вдох и улыбнулся. Горгульи и железные шипы Высокого зала больше не казались такими внушительными, когда мой суд уже закончился.

У арочного входа верховный судья прочистила горло, привлекая наше внимание.

Лауден Денуар выступил вперед и низко поклонился. ‒ Спасибо вам за вашу помощь сегодня, Верховный судья. Высшекровные Денуар не…

‒ Осмелюсь предположить, что мои действия сыграли на руку вашей крови, ‒ вмешалась женщина, слегка встряхнув огненно-рыжими волосами. ‒ Это место правды и справедливости, а не игорное заведение, где недалекие люди могут попытаться обманом сколотить состояние.

Аристократическая улыбка Лаудена Денуара лишь на мгновение дрогнула, но снова прочно приклеилась к его лицу, когда тот отступил на шаг назад.

‒ Будет лучше, ‒ продолжила верховный судья своим резким, властным голосом, ‒ если сегодняшние события и действия, предпринятые против вас за последние три недели, останутся в прошлом, Восходящий Грей. В конце концов, у Высокого Зала есть… репутация, которую следует принимать во внимание, и Владыки могут лично принять меры, если насильственные действия между вами и Кровью Гранбель обострятся.

Я приподнял бровь. ‒ А вы умеете просить об одолжении, Верховный Судья.

Воздух начал потрескивать от напряжения, когда мой взгляд впился в ее морозно-голубые глаза. Несмотря на все законы, которые нарушили Гранбели, Верховный судья просила меня просто простить и забыть о случившемся.

Наконец, я выдохнул. ‒ До тех пор, пока Высокий Зал или Гранбели не встанут у меня на пути, я не буду намеренно причинять неприятности.

Верховный судья резко кивнула мне. ‒ Тогда я бы рекомендовала вам залечь на дно, по крайней мере, на время.

Задержав взгляд еще на мгновение, я отвернулся, за напоминанием женщины стояло то волнительное окончание судебного процесса.

Несколько небольших групп людей все еще не ушли, расположившись по краям двора и не смея приблизиться из-за давящего давления, исходящего от Тэгена и Ариана, что бросали предупредительные взгляды по сторонам.

Я услышал несколько одобрительных возгласов и пару вскриков, пытающихся привлечь мое внимание, но я проигнорировал их, вместо них сосредоточившись на Лаудене Денуар, чья отточенная вежливая улыбка, казалось, приклеилась к лицу.

‒ Спасибо за вашу неожиданную помощь, ‒ сказал я, внимательно наблюдая за высшекровным наследником. ‒ Однако, признаюсь, я немного удивлен, что сами Высшекровные Денуар приложили все силы ради помощи простому восходящему без имени.

‒ Ради друга моей дорогой сестры? Откровенно говоря, спокойствие Каэры стоит больше любых проблем. И на самом деле она больше всех беспокоилась о вас, а также я уверен, она будет невероятно рада услышать, что вас оправдали, ‒ неподдельная ухмылка проскользнула сквозь его вежливую маску.

‒ Я не раз слышал, как леди Каэра бормотала себе под нос имя женоподобного, ‒ проворчал Тэген.

‒ Прозвища прилипчивы, не так ли? ‒ невозмутимо спросил я.

Ариан, на мгновение оторвал свой острый взгляд от толпы и горько улыбнулся мне. ‒ Мой ненормально большой и дремучий спутник считает, что проще просто называть людей по физическим характеристикам, чем утруждать себя запоминанием их имени.

Тэген бросил на худощавого фехтовальщика предупреждающий взгляд. ‒ Я чувствую насмешку за твоими красивыми словечками, крошечный меч.

‒ В любом случае, ‒ вмешался Лоден, его натянутая улыбка снова дрогнула, ‒ Я бы хотел пригласить вас на ужин сегодня вечером, чтобы вы могли увидеть Каэру. Мои родители уже вернулись в наше поместье в центральном доминионе, но я надеюсь, что человек с таким очевидным талантом как у вас сможет найти дорогу. Лорд и Леди Денуар с нетерпением ждут встречи с вами, особенно после того, как они вложили деньги в ваше освобождение, ‒ пока он говорил его тон стал более серьезным, почти указывающим. Подтекст был ясен.

Прежде чем я успел ответить, Аларик обнял меня за плечи и сказал: ‒ Большое спасибо вам и вашей крови, но боюсь, что мой племянник прошел через тяжелые испытания. В конце концов, его пытали три недели подряд, и ему нужно немного отдохнуть. Я уверен, что Грей, с удовольствием зайдет как-нибудь в другой раз. Мы пошлем записку.

Прежде чем наследник Денуар смог возразить, мой “дядя” уже тащил меня прочь. Я оглянулся и увидел нахмурившегося Лодена со скрещенными руками, а по обе стороны от него стояли Ариан и Тэген.

Я открыл было рот, чтобы спросить Аларика, благоразумно ли так внезапно отвергать наследника крови Денуар, но меня прервал выкрик:

‒ Восходящий Грей, я люблю тебя!

Взятый врасплох, я осмотрел толпу в поисках источника голоса, которым оказалась молодая девушка в ярко-оранжевой кожаной броне.

‒ Я тоже люблю тебя, загорелая фигуристая богиня, ‒ прокричал Реджис, его голос отдался эхом в моей голове.

Мой любопытный взгляд задержался на ней, пока Аларик не похлопал меня по руке.

‒ Нет времени общаться с поклонницами, ‒ сказал Аларик, ускоряя темп. ‒ Нам нужно увести тебя куда-нибудь, где не так много глаз, независимо от того, какими большими и голубыми они могут быть.

‒ Почему мне кажется, что мы пытаемся сбежать? ‒ спросил я, не торопясь. ‒ У Лодена ужасное непроницаемое выражение лица, но почему бы просто не посетить его дом и сказать спасибо…





Глава 334: Последний акт милосердия




Мой взгляд переключился с женщины в оранжевой броне на кольцо восходящих, смыкающееся вокруг нас. Их матерый вид, осанка, походка — все в них подтверждало мое предположение о том, что Гранбели вложили значительные средства в свою последнюю попытку.

Остановившись перед Даррином, напавшая на нас женщина приложила руку к удерживающей его золотой ауре. ‒ Прости, что втянула тебя в это, Ордин. Уверена, что могу сказать от имени всех этих мужчин: за прошедшие годы ты заслужил наше уважение.

‒ Ну, тогда ты могла бы отпустить нас, ‒ решился рискнуть Даррин, но обаяние его голоса полностью сошло на нет из-за подавления звука золотого силового поля.

Женщина покачала головой, серьезно посмотрев на нас. ‒ Нет, боюсь, что нет.

Я взглянул на наемников, их руки крепко сжимали оружие, несмотря на свое очевидное преимущество. Затем посмотрел на место откуда мы перешли на этот этаж. Обычно поток восходящих постоянно двигался в обоих направлениях, но никто больше не появился из портала со второго уровня, и улица, ведущая на первый уровень, также была пуста.

‒ Все еще строишь планы выбраться? ‒ спросила женщина, приподняв бровь. ‒ Я восхищаюсь твоим самообладанием, но это бесполезно.

‒ Планы? ‒ эхом отозвался я, приподняв бровь. ‒ А со стороны так похоже?

‒ Нашу суперзвезду лишь отпустили погулять, а она уже считает себя неукротимой, ‒ сказал с усмешкой один из мужчин, стоявших к ней ближе всех. У него были рыжие волосы, сбритые по бокам, а всю голову и непокрытую одеждой кожу рук покрывали шрамы.

По-видимому, даже самые профессиональные наемники не застрахованы от тщеславия, потому как другой человек, гораздо более округлый владелец топора, лениво наклонился вперед, опираясь на свое оружие.

‒ Это высококлассная силовая клетка, придурок, ‒ сказал он с ухмылкой. ‒ Ее особенность, помимо стоимости как у поместья в реликтомбах, это поглощать твою ману и использовать ее против тебя же, укрепляя барьер.

‒ Так что можешь брыкаться столько, сколько твоей душе угодно, ‒ глумился рыжий, покрытый шрамами наемник, слегка встряхнув плечами.

Женщина в оранжевых доспехах издала смешок, и наемники позади нее расценили его как сигнал к хохоту.

Но когда считавшийся неразрушимым золотой барьер маны вокруг меня распался, выражение их лиц мгновенно переменилось.

‒ Пхахаха! Посмотри на их лица! ‒ залился смехом Реджис, буквально вертясь на спине внутри меня.

‒ Н-невозможно… ‒ запинаясь сказала женщина, ее загорелая кожа стала немного бледней.

‒ Мне постоянно это говорят, ‒ небрежно ответил я, стряхивая золотые частицы затвердевшей маны со своего плеча.

Быстро оправившись от своего удивления, женщина в оранжевом издала гортанный рык и бросилась вперед, с появившимися в ее руках двумя пылающими золотисто-красным огнем саблями.

Моя фигура размылась, когда я использовал Взрывной Шаг, сократив дистанцию между нами, что застало ее врасплох. Я ударил ногой по коленям и отправил ее лицо на встречу с землей быстрым ударом по шее.

К тому времени, как остальные наемники пришли в себя от шока и ужаса, я уже стоял на их лидере одной ногой.

Мой взгляд пробежался по двадцати с лишним мужчинам и женщинам с холодным безразличием. Я дал Гранбелям достаточно шансов.

‒ Реджис, убей остальных, ‒ подумал я.

Теневой волк, охваченный фиолетовым пламенем, вырвался вперед, вызвав шквал бурных ругательств и удивленных возгласов. Однако, будучи закаленными наемниками, наши противники отреагировали с отработанной оперативностью, вокруг них появились светящиеся покровы всех различных элементов. Так же возникли и щиты маны, залив платформу разноцветным светом.

Я воспользовался моментом, чтобы оглянуться на Аларика и Даррина, чьи ошарашенные выражения лиц говорили, что они все еще переваривали происходящее. Хоть у меня и возникла идея освободить их для дополнительной помощи, но в этом не было необходимости… и я хотел, дать им понять какому на самом деле человеку они помогают.

Окутав себя слоем эфира, я сосредоточился на своих противниках, готовый встретить их шквал заклинаний.

Реджис носился словно метеор, разбрызгивая кровь везде, куда попадали его темные когти и клыки, но после убийства нескольких их товарищей нападавшие на нас смогли взять его в кольцо с помощью щитов маны, в то время как заклинатели бомбардировали его заклинаниями.

Покрытый шрамами восходящий с рыжими волосами первым приблизился ко мне, он бросился вперед с гигантским боевым молотом в руке, оставляя с каждым наполненным маной шагом небольшие углубления в земле. ‒ К черту, брать тебя живым! ‒ взревел он. ‒ Умри!

С налитыми кровью глазами, исполненными мести, Нападающий взмахнул своим почерневшим стальным молотом, который словно пульсировал.

Я уперся ногами в землю, направляя поток эфира из своего ядра через руку в кулак, в то же время сохраняя циркуляцию по всему телу для стабилизации.

Мой кулак столкнулся с поверхностью его металлического молота, создав мощную ударную волну.

Наемников поблизости сбила с ног волна кинетической энергии, в то время как молот рыжеволосого разбился на мелкие кусочки, так же, как и силовая клетка, в которую они пытались меня поймать.

Прежде чем мой противник с широко раскрытыми глазами смог оправится, я ударил его в грудь рукой, покрытой эфиром, дабы убедится, что он уже и не сможет прийти в себя.

Тем временем Реджис взял в челюсти круглую голову обладателя топора. Его страшные крики сменились душераздирающим хрустом, когда мой спутник захлопнул пасть и перешел к следующей жертве.

Защитные панели маны могли удержать теневого волка лишь на мгновение, но когти Реджиса заряженные разрушением, медленно дезинтегрировали все, что только могли наколдовать наемники.

Наемники вокруг меня начали беспорядочно метаться, видимо, наконец осознав разницу в силе.





Глава 335: Навязчивый покой




Вау, ‒ сказал я, искренне удивившись открывшемуся передо мной виду.

Дом Даррина в пригороде Сехз-Клара превышал размеры поместья Хэлсти в Ксирусе вдвое, и насколько хватало глаз его окружали простирающиеся зеленые и золотые поля. В нескольких милях отсюда небольшой городок укрывался меж двух холмов. Несколько других, похожих поместий были разбросаны по окрестностям.

Главное двухэтажное здание в обе стороны расширялось крыльями пониже. Весь особняк был построен из светло-красного кирпича, на фоне которого выделялись белые каменные колонны. Вокруг дома располагались: ухоженный двор с зеленой травой, густые цветущие кустарники и ведущая на восток тропинка, где я увидел что-то вроде огороженной территории выше на холме.

Сельская безмятежность поместья успокоила нервы всех, кто все еще был на взводе после нападения в реликтомбах. Глядя на окружающую нас сцену, будто написанную маслом, я и правда начал предвкушать небольшой отдых, лишенный каких-либо пыток или покушений на мою жизнь.

‒ Преимущество жизни в сельской местности, ‒ сказал Даррин, сияя. ‒ недвижимость стоит лишь четверть того, что вы заплатили бы в более густонаселенных доминионах, а ещё на этих холмах плохая почва, поэтому не нужно бороться с фермерами за права на землю.

‒ Я немного удивлен, что ты не живешь в реликтомбах, ‒ сказал я, легонько проводя пальцем по ярко-фиолетовому цветку. ‒ Особенно учитывая твою работу.

Даррин повел нас через широкую лужайку, посреди которой мы стояли, к белым двойным дверям своего дома.

‒ Я не мог позволить себе недвижимость там, а лучшее, что мог бы сделать — снять двухкомнатный номер в одной из лучших гостиниц, но это все равно обойдется в небольшое состояние, ‒

он замолчал, разглядывая холмы и яркое широкое небо. ‒ Нет, думаю, что предпочту жить здесь и платить за телепортацию.

Я проследил за его взглядом, снова осматриваясь: ‒ Не могу сказать ничего против. Здесь отличный вид.

Даррин положил руку на плечо Аларика.

‒ Но я никогда бы не справился со всем этим без моего наставника. Ты в хороших руках, Грей, даже если снаружи он и притворяется грубым.

Аларик фыркнул, его и без того красные щеки стали ярче, а взгляд заметался по сторонам, избегая Даррина. ‒ Это и мне принесло огромную выгоду, ведь в итоге ты стал владельцем всего лишь одного поместья в глуши…

Ухмыляясь, Даррин тихо постучал в дверь.

Мгновение спустя она распахнулась, и девочка, не старше семи или восьми лет, бросилась в его объятия. ‒ Дядя Даррин! ‒ крикнула она с улыбкой, обнимая его за шею.

Когда она заметила стоящих рядом нас с Алариком, ее изумрудно-зеленые глаза расширились, и с визгом вынырнув из объятий Даррина, она спряталась за его спиной, выглядывая сбоку.

Я дружелюбно (надеюсь, что дружелюбно) улыбнулся девочке и помахал рукой. Она тут же укрылась за спиной Даррина, а тот рассмеялся.

‒ Пен, это мои друзья, Аларик и Грей, ‒ сказал Даррин, мягко выводя ее обратно на открытое пространство и взъерошивая ее русые волосы. ‒ Все в порядке, они дружелюбны. Ну, Грей точно.

Лицо Аларика исказилось в угрожающем оскале, и он издал животный рык. ‒ Зато я злой, и я готовлю из маленьких детей вкусные пироги!

Девочка хихикнула и посмотрела на Даррина. ‒ Твои друзья такие забавные!

‒ Во всяком случае, они так думают, ‒ ответил Даррин, закатывая глаза на Аларика. Он подхватил девочку на руки и перенес через порог, махнув нам следовать за ним.

‒ Появлялись ли новости о твоей маме, пока меня не было? ‒ спросил он ее, когда мы прошли в холл, в котором находились две изогнутые лестницы, ведущие на верхний этаж.

Она надулась и покачала головой: ‒ Нет.

Даррин снова обнял ее и утешающе похлопал по спине. ‒ Ничего, я уверен, что она скоро вернется, ‒ он опустил Пен на выложенный гранитной плиткой пол. ‒ Почему бы тебе не пойти и сказать остальным, что у нас гости?

Серьезно кивнув, маленькая девочка исчезла за дверью справа от нас, которая скорее всего вела в другое крыло дома.

‒ Твоя? ‒ спросил я, смотря за убежавшей вприпрыжку девочке.

‒ О, нет, ‒ сказал Даррин, проводя рукой по волосам. ‒ Ее мать — одна из моих бывших товарищей по команде. И она все еще действующая восходящая. Пен иногда остается со мной, на время пока ее мама уходит в реликтомбы.

Мой взгляд, устремленный на дверь, за которой скрылась Пен, заметил в углу прислонившуюся к стене фигуру. Молодая девушка с ярко-рыжими волосами чуть ниже плеч и выцветшими до пепельно-белого концами. На ней была белая блузка с серебряными пуговицами и узкие кожаные штаны, а на поясе висел длинный тонкий меч.

Но больше всего выделялись ее карие глаза, или, скорее то, как они медленно прошлись по мне, от ботинок до белых волос, после чего она пренебрежительно закатила глаза.

Прежде чем я смог сделать что-то помимо обмена взглядами, девушка уже вышла из комнаты, а я снова отвлекся.

‒ Мистер Даррин! ‒ раздался счастливый голос из комнаты за лестницей. Из нее появилась полная женщина с коричневым цветом волос, вытирающая руки полотенцем. ‒ Извините, я не услышала, как открылась дверь.

Даррин тепло улыбнулся ей, однако его взгляд задержался на проходе, где исчезла девушка. ‒ Нет проблем, Соррел. У нас на вечер гости.

Женщина присела в реверансе, ее густые вьющиеся каштановые волосы обрамляли круглое лицо. ‒ Мое почтение! Следует ли накрывать на стол, мистер Даррин?

Живот Аларика громко заурчал в ответ, и тот одобрительно похлопал по нему. ‒ Не обращай внимания, где вы прячете мою прелесть? ‒ не дожидаясь ответа, старик решительно зашагал прочь.

Покачав головой от действий своего друга, Даррин сказал: ‒ Почему бы тебе сначала не показать Грею ванную комнату? ‒ повернувшись ко мне, он добавил ‒ Я полагаю, ты давно не принимал теплую ванну, да?

***

Экономка Даррина с энтузиазмом повела меня вглубь особняка, пока я не оказался в месте, которое на первый взгляд могло показаться пещерой. Стены ванной комнаты были сделаны из скалистого камня, а сама ванна вырезана в гладком камне пола “пещеры”. После того, как Соррел ушла, я некоторое время осматривал комнату.

Помимо ванны, в стене находилось зеркало, ряд вешалок и крючков для одежды, и ниша размером с человека, чье назначение я не мог понять, пока не нашел маленькую медную кнопку рядом с ней.

Когда я нажал на кнопку, она щелкнула, и по телу прошлась волна тепла. Я сунул руку, ощутив внутри сухой и теплый воздух.

Повторное нажатие на кнопку выключило устройство.

‒ О-о, шикарно, ‒ восхищенно сказал Реджис.

Обратив свое внимание на ванну, я обнаружил ряд кнопок, расположенных по краю. За время моей жизни в качестве Короля Грея я полюбил принимать теплые соляные ванны. Роскошь, которой я лишился с тех пор, как переродился на Дикатене. Поэтому, когда я увидел кнопку с надписью “Соляная ванна”, я понял, что сначала должен попробовать именно ее.

С нажатием кнопки, теплая вода начала просачиваться из стенок каменной ванны, заполнив ее, прежде чем я закончил снимать простую одежду, оставшуюся после суда.

Погружаясь в воду, несмотря на тепло, по моей спине пробежал холодок.

‒ Когда я в последний раз наслаждался такими элементарными удобствами? ‒ я задумался, откинув голову назад, вода закрыла мои уши, заглушая все звуки, помимо моих мыслей.

И Реджиса: ‒ Город Маэрин был не так уж плох, но это было примерно лет сто назад, да?

Я рассмеялся и плеснул немного воды себе в лицо. Смахнув остатки воды, я ответил: ‒ И правда похожее ощущение. Хочешь выйти ненадолго?

Реджис выпрыгнул из моего тела и встал у бассейна. Он потянулся, раскинув лапы вперед и широко зевнул. ‒ Знаешь, иногда я забываю, как здесь тихо, когда у меня в голове все время не крутятся твои мрачные мысли.

‒ Я не мрачный, ‒ буркнул я в ответ, глядя на своего спутника из-под полуприкрытых век.





Глава 336: Защита




Глухой звук шагов эхом отдавался от укрепленных стен, пока Даррин вел нас с Алариком вниз по длинной спиральной лестнице, уводя нас глубоко под землю.

В конце короткого путешествия нас встретила толстая, исписанная рунами дверь, за которой находилась большая тренировочная площадка, напомнившая мне о летающей крепости, где, уже будучи копьем я тренировался с Эстер, Бундом, Камусом и Кейтилин.

От все еще свежего в памяти кошмара про Тесс и Сесилию, казалось, что воспоминания о минувших деньках так и норовили всплыть на поверхность.

‒ Такое чувствобудто это былотак давно, словно в другой жизни, ‒ со вздохом подумал я, останавливаясь в дверях.

‒ Кстати, это поднимает хороший вопрос: сколько именно у тебя жизней?‒поинтересовался Реджис, лучась от веселья и неподдельного любопытства в своей бестелесной форме.‒ Девять, как у кошки, или же ты больше похож на речного никса, который просто сбрасывает кожу и вечно регенерирует?

‒ Речного никса?

‒ Небольшоймана-зверь в форме шланга, живущий в подводных скалах. Каждое утро он сбрасывает свою кристаллическуюоболочку, обновляя ее, а если его разрезать пополам, то обе половинки регенерируют.

Войдя в тренировочный зал, я представил, каково это — отращивать по клону каждый раз, когда мне отрубают одну из конечностей.

Реджис мысленно выругался. ‒ Пожалуйста, забудь, что я что-то сказал. Эта картина ужасает.

Как и на двери, руны были начертаны: на полу, вдоль стен и на потолке. Я проследил за вереницей рун, пытаясь определить их назначение.

‒ Защитные руны, ‒ подтвердил мои мысли Даррин. ‒ Чтобы обезопасить дом сверху. Это означает, что я могу хорошенько разгуляться здесь и даже не потревожу сон Соррел.

Впечатляющий тренировочный зал, хотя и не такой грандиозный, как в летающей крепости.

‒ Значит, после того как ты пошел против старших судей и названной крови ради меня, это все, чего ты хочешь? ‒ спросил я, все еще осматривая голую комнату. ‒ Спарринг?

Аларик лениво поковырял в ухе. ‒ Просто он такой вот странный.

‒ В самом деле? Я считаю, для бойца нормой — всегда хотеть испытать себя, ‒ ответил Даррин, разминаясь на площадке.

‒ Извините меня, мистер Даррин! ‒ вмешалась Соррел из-за двери. Дети столпились вокруг нее с интересом заглядывая в тренировочный зал. ‒ Сэр, дети надеялись, что смогут прийти посмотреть, позволите?

Даррин посмотрел на меня, хотя я и не горел желанием демонстрировать свои боевые способности еще большему числу алакрийцев, но они же всего лишь дети. ‒ Я не возражаю.

Бывший восходящий просиял от восторга и махнул им рукой, приглашая войти. ‒ Это будет отличный опыт для них!

‒ Мне следовало взять с тебя за это деньги, ‒ проворчал Аларик.

‒ Количества алкоголя, которое ты выдул с моих полок с лихвой хватит, чтобы оплатить даже эту услугу, ‒ подмигнув сказал Даррин.

Когда дети расположились в дальнем углу, в комнату вошла Браяр. С полотенцем, накинутым на плечи, и блестящим от пота лицом, она заняла место рядом с остальными зрителями.

В то время как Адем и другие дети явно жаждали шоу, Браяр наблюдала за мной даже придирчивей, чем судьи Высокого зала.

‒ Нужно ли тебе время на разогрев? ‒ спросил Даррин, поднимаясь на ноги.

Я покачал головой, сбрасывая на пол верхнюю одежду, которую мне дала Соррел.

‒ Тогда пара правил, ‒ продолжил он, потягивая руку наискосок вниз. ‒ Не убивать и не калечить, разумеется, ‒ сопроводив свое заявление улыбкой, Даррин дал понять, что шутит. ‒ Поскольку у нас нет Щитов…

‒ Я могу создать барьер вокруг себя, ‒ сказал я, понимая, что он все равно узнает.

Большинство алакрийцев, с которыми я сражался на войне не могли защищать себя с помощью маны, вместо чего полагались в защите на боевые группы, в частности на магов, известных как Щиты. Мой опыт общения с другими восходящими в реликтомбах подсказывал, что не все алакрийские маги имеют подобное ограничение, но я не хотел, чтобы мои способности слишком сильно выделялись.

‒ Хорошо, ‒ сказал он. Если он и посчитал это странным, то ничем не выдал. ‒ Специализации стали популярными с тех пор, как появились симулеты, позволившие восходящим подниматься по реликтомбам вместе, но я твердо верю, что универсальность имеет гораздо больше преимуществ, когда что-то идет не так.

‒ Хватит проповедовать, ‒ негодовал Аларик. ‒ Никому из этих выскочек не нужно твое устаревшее мнение.

‒ Ты, наверняка и сам испытал это, Грей, ‒ продолжил Даррин, игнорируя комментарий старого пьяницы и детские смешки. ‒ Если хочешь выжить в реликтомбах, то требуется гибкость и креативность.

Я кивнул, и голос Реджиса раздался в моей голове.

‒ Да, прояви чуть больше креативности, чем “наполнить тело эфиром и махать кулаками», принцесса. Разве раньше ты не был квадра-элементарным магом?

‒ Верно, но тогда я не мог отрастить руку обратно, ‒ легкомысленно подумал я.

‒ …Твоя взяла.

‒ Какие-нибудь еще правила, прежде чем мы начнем? ‒ спросил я.

‒ Обычно я бы не упоминал об этом, но скажу чтобы ты не допускал сильных атак в сторону детей, ‒ с кривой улыбкой Даррин добавил, ‒ Этот барьер прочен, но после увиденного с теми наемниками, я уже не так уверен.

Я усмехнулся: ‒ Буду иметь в виду.

С другой стороны барьера раздались крики от Пен и Адема, подбадривающе Даррина. Он любезно помахал им рукой, после чего снова принял боевую стойку, подняв кулаки, словно боксер.

‒ И никаких криков поддержки от моего обычно болтливого товарища? ‒ спросил я Реджиса, мысленно ткнув его пальцем.

‒ Еее, вперед, Артур, ‒ весело ответил он.

‒ Вау, спасибо…

Даррин кивнул, подтвердив готовность, и я ответил тем же жестом.

Внезапно очертания Даррина смазались от рывка вперед, и его кулак наметился в мой подбородок. Перехватив атаку посреди удара, я перенаправил ее, одновременно с этим меняя стойку, отводя переднюю ногу назад.

Он старательно избежал потери равновесия и шанса для контратаки, при этом нанеся еще один внезапный удар, сделав ложный выпад, он направил хук в мои ребра. Я шагнул вперед, прямо на удар, и ударил его локтем в грудь, заставив его отступить на пару шагов.





Глава 337: Слои




Я уставился на старого алакрийца, посчитав, что неправильно его расслышал.

‒ Профессора академии находятся за пределами стандартных социальных рангов, ‒ сказал Даррин, в след за заявлением Аларика. ‒ По крайней мере, в престижных академиях. Даже могущественные высшекровные не смогут лишить тебя должности профессора, и если Гранбелей поймают за организацией нападения на территорию Центральной Академии, то они немедленно лишатся своего имени.

Я откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди и приподняв бровь. ‒ Ты сказал, что они все равно больше не нападут.

Аларик фыркнул и весело сказал: ‒ Да ладно тебе, малыш. Не меняй тему.

‒ Должность инструктора по рукопашному бою начального уровня, ‒ продолжил Даррин, барабаня пальцами по столу. Он пристально смотрел на меня.

‒ Плевая работенка, даже не придется учить маленьких вогартов магии, ‒ добавил Аларик с усмешкой. ‒ Простые взмахи мечом и беговые упражнения.

‒ На деле же занятия будут проводиться лишь пару дней в неделю, ‒ продолжил Даррин, ‒ так что, как только устроишься, у тебя будет время чтобы…

Тихий стук в дверь прервал его.

Мгновение спустя дверь открылась, и вошла Соррел с двумя плотно уставленными подносами, полными еды. ‒ Разговаривать лучше на сытый желудок, ‒ сказала она, мило улыбаясь, пока ставила подносы на стол.

‒ Я, очевидно, знаю, о чем ты думаешь, ‒вмешался Реджис, пока мы ждали, когда Соррел накроет на стол,‒ но мы с тобой оба понимаем, что с логической точки зрения это довольно надежный план.

‒ И что же в этом плане тебе показалось логичным, Реджис? ‒ ответил я, не в силах подавить вспышку раздражения.

‒ Учить нескольких богатых алакрийских сопляков как бить друг друга палками -не такаяуж большая ценаза карт-бланш и возможность продолжать наши дела без препятствий, принцесса. ‒ сказал Реджис резким, самодовольным тоном, ведь он вытаскивал мысли прямиком из моей головы, чтобы меня ими же и заткнуть.

‒ Ты имеешь в виду научить алакрийских детей убивать дикатенских детей?

‒ А разве это не то же самое, что и когда ты помог маленькому Бельмуну в городе Маэрин получить герб? ‒ Или как насчет Майлы и ее эмблемы?

‒ Я ничего не… ‒ замолчав, я отмахнулся от своих слов. По правде говоря, я подозревал, что причина, по которой двое детей получили такие мощные руны в Маэрине, имела какое-то отношение ко мне. Не уверен, как именно, но это слишком большое совпадение, чтобы его игнорировать.

‒ Разве мы уже не перестали относиться к каждому встречному алакрийцу, как к заклятому врагу? ‒ спросил Реджис, резкость в его голосе спала до чего-то почти сочувственного. ‒ Черт возьми, в отличии от тебя, я встречал только алакрийцев…Иянесочувствую, аговорюубедительно.

Переключив внимание на Соррел, заканчивающей раскладывать наш ужин, я обдумывал аргумент Реджиса. Он прав, однако я изо всех сил старался, чтобы эта мысль не просочилась к нему. Соррел улыбнулась нам и удалилась из комнаты.

Как только за ней захлопнулась дверь, Аларик снова продолжил: ‒ Помнишь, где я впервые нашел тебя, малыш? Ту маленькую библиотеку в Арамуре? Поступив в Центральную академию, ты получишь доступ к одной из крупнейших библиотек в Алакрии. Где информация несколько ближе к источнику, если ты понимаешь, что я имею в виду. Не так… тщательно проверена, как та, что ты нашел в Арамуре.

Оставив без внимания старого пьяницу, в пользу какого-то рубиново-красного фрукта, я отделил от него кусочек с помощью вилки и съел.

‒ Восходящие преуспевают в академических кругах, ‒ добавил Даррин, намазывая хорошо пахнущее масло на толстый кусок горячего тоста. ‒ И Центральная академия также очень престижна. Профессор по желанию может легко получить доступ внутрь реликтомб через главный портал восходящих и обратно… или же договориться, чтобы получить доступ к дополнительному порталу или даже к личному порталу где-нибудь. Многие профессора все еще восходящие, так что ты не будешь выделяться.

Я нахмурился, жуя фрукт, который имел эластичную текстуру вяленного мяса. Моя непосредственная задача — возвращение в реликтомбы. И если притворство профессором в академии не будет препятствовать ей…

‒ Вокруг тебя будут находится десятки экспертов из различных областей, ‒ продолжал Аларик. ‒ Таких людей, которые любят выставлять на показ свой ум и талант. Магов, которые знают все, что нужно знать о работе рун, о реликтомбах, о реликвиях древних магов…

Тяжело сглотнув, я наклонился вперед и взял ломтик твердого сыра с одного из подносов. ‒ В этой академии изучают реликвии? ‒ спросил я, стараясь казаться не слишком заинтересованным. Но по тому, как просияло лицо Аларика, я понял, что не преуспел.

‒ Нет, все реликвии отправляются Верховному Владыке, у которого, вероятно, есть какая-то суперсекретная база, где его инстиллеры проводят свои эксперименты, ‒ со словами Аларика, что стерли то краткое волнение, которое я почувствовал, мое лицо поникло, ‒ но зато у них выставлено довольно много мертвых реликвий! ‒ закончил он в спешке.

Даррин энергично закивал. ‒ Это правда. Я был приглашенным оратором там около года назад, и они показали то, что называют своим “реликварием”, что-то вроде небольшого музея мертвых реликвий, скопившихся за многие годы.

‒ Целая комната, заполненная мертвыми реликвиями? ‒ я обдумывал все возможности. Если бы я мог заполучить в свои руки больше реликвий, таких как…

‒ Кстати, а как нам называть эту штуку? ‒ спросил я Реджиса, подумав о многогранном камне, с помощью которого смог увидеть сестру и мать.

‒ Сфера сталкера дальнего действия, ‒ сказал Реджис, растягивая на распев название. ‒ Я уже как несколько недель мысленно называю ее так.

‒ Определенно… нет ‒ ответил я. ‒ Но как бы мы ее ни называли, заполучить в наше распоряжение еще нескольких реликвий уж точно не повредит. Только…

‒ Ладно, ‒ сказал я вслух, ‒ если мы допустим, что я согласен с твоим планом. Только как его реализовать?

Аларик стукнул кулаком по столу и усмехнулся, от чего несколько кусочков еды выпали изо рта на бороду, Даррин пустился в более подробные объяснения.

***

В тот же вечер я сидел, скрестив ноги, на полу в одной из уютно обставленных гостевых комнат Даррина, обдумывая свое положение, а Реджис дремал на моей кровати, утопая своей огромной тушей в мягком матрасе.

Как бы мне не хотелось признавать, но идея Аларика и Даррина действительно обладала некоторыми достоинствами. Директор Гудскай сделала меня профессором, когда мне было всего двенадцать, и я годами тренировался в рукопашном бою в сфере души с Кордри.

Академия обеспечит мне политическую защиту как от Денуар, так и от Гранбелей, и, похоже, я практически сразу же смогу вернуться в реликтомбы.





Глава 338: Оружие против него




Каэра Денуар

Ночные птицы тихо щебетали на деревьях, пока я бродила по саду за пределами поместья Корбета и Леноры в Центральном Доминионе, будучи освобожденной на короткий промежуток времени после этого неловкого, напряженного ужина, который стал таким из-за того, что Грей так и не появился.

Но я знала, что он не придет, и попыталась объяснить это лорду и леди. Грей, должно быть, раскусил их бестактную попытку манипулирования. В конце концов, чтобы прекратить липовый суд, из всех людей они послали именно Лодена.

Пнув ногой большую шишку, упавшую с ветвей выше, я наблюдала, как она отскочила дальше по тропинке и упала в густую траву под деревьями. Что-то маленькое и шустрое зашевелилось в тени вечернего сумрака, пробираясь сквозь заросли, привлеченное шумом.

Хоть я и знала, что Грей не придет, но все равно расстроилась, и это чувство угнетало меня даже больше, чем сама причина. Прошло три недели, но я все еще пыталась определиться с моими чувствами к нему или же чего я от него хотела.

Возможно, мне следует спросить себя: а что Грей хочет от меня?

Я сделала глубокий вздох, вдохнув теплый ночной воздух, продолжая размышлять об этом.

Отдаленный хрустящий звук шагов по гравию дорожки предупредил меня о чьем-то приближении. Я покрыла себя слоем маны плотно прилегающем к коже, и вгляделась в темноту. Маловероятно, что на меня нападут прямо здесь, но, как говорится, только Верховный Владыка не боится измены.

Как только я закончила мысль, позади меня возникло движение воздуха, и из ниоткуда появилась длинная твердая тень, устремившись к моей шее. Я пригнулась, позволив инерции перевести меня в боковое сальто, когда тень просвистела рядом с моим ухом.

Мой алый меч находился в руке и в одно мгновение загорелся черным огнем души, но я не смогла ни почувствовать кого-либо еще в саду, ни определить источник черного лезвия, которое чуть было не снесло мне голову.

А значит, это мог быть только один человек.

Развернувшись, я описала длинным клинком широкую дугу над головой, и черное пламя вырвалось из него разрушительной волной. Справа от меня в пламени появилась рябь, но к моменту, как я нанесла короткий, резкий удар, она исчезла, и острый как бритва осколок чистейшей черной маны прижался к моей шее сбоку.

‒ Так-так, ‒ сказала Коса Серис, появляясь словно из своей же тени. ‒ Будь я убийцей, ты была бы…

Огонь души вырвался из моей плоти и побежал по лезвию ее клинка. Весело хмыкнув, она позволила сотворенному оружию исчезнуть, однако огонь души, все еще витающий в воздухе между нами, сгустился в мерцающую стрелу и устремился к ее горлу.

В мгновение ока вокруг нее поднялся туман темной энергии. Атака рассеялась, когда аура жадно поглотила мою ману.

‒ Твой контроль над огнем души прекрасно прогрессирует, ‒ сказала она, приподняв уголки губ. ‒ Похоже, таинственный Грей смог помочь тебе преодолеть твой застой.

Я убрала оружие и опустила взгляд на гравий у наших ног. ‒ Вы слишком переоцениваете меня, ‒ спокойно ответила я, игнорируя возникший румянец на своих щеках от поддразнивания Серис. ‒ Именно благодаря вашему обучению и наставничеству я достигла этого уровня.

Она демонстративно закатила глаза и повернулась, ее волосы (обычно жемчужного цвета, но сейчас темно-аметистового от полумрака) закружились за ней. ‒ Ты никогда не подлизывалась, Каэра. Это одна из вещей, которые мне больше всего в тебе нравятся. Не начинай сейчас.

Прикусив губу, чтобы не улыбнуться, я последовала за своей наставницей, которая направилась вглубь сада. ‒ Не ожидала вас увидеть сегодня вечером, Коса Серис.

‒ Меня не будет некоторое время. Хотела, чтобы ты знала.

‒ Снова на другой континент? ‒ спросила я, сцепив руки за спиной. ‒ Вы когда-нибудь собираетесь…

‒ Да, ‒ сказала она низким и тяжелым голосом. ‒ На оба вопроса. Но сейчас не время, Каэра.

Минуту или две мы просто шли молча, а мои мысли вернулись к войне. Денуары одни из немногих высшекровных, кто не претендовал на землю в зачарованном лесу Дикатена. Звезда Корбета и Леноры взошла еще выше, так как пострадало множество других кровей, некоторые из которых оказались полностью уничтожены тем неожиданным опустошением.

Конечно же, мои приемные родители послали на войну изрядное количество солдат. Держись они подальше от боевых действий, это заставило бы их выглядеть слабыми, даже где это и было выходом. Но когда Корбет увидел, как названная кровь и еще несколько высшекровных наперегонки стали претендовать на земли и рабов Дикатена, он лишь встретил их волнение тихой улыбкой, настаивая, что “в Алакрии уже есть все необходимое крови Денуар”.

Время, как оказалось, доказало его мудрость, как бы мне ни было неприятно это признавать. Если бы Лоден занимался строительством поместья Денуар, во время нападения асур, то сердца моих приемных родителей оказались бы разбиты. Не то чтобы я сильно возражала…

‒ Кажется, суд над Восходящим Греем был тем еще зрелищем, ‒ сказала Серис, нарушив тишину.

‒ Это должно было быть простой задачей, ‒ сказала я с оттенком горечи. ‒ Честно говоря, мне стыдно признавать, что наша правовая система может так сильно выйти из строя.

Коса Серис в ответ элегантно засмеялась. ‒ Высшекровные поколениями старались склонить систему к своей выгоде, настолько, что теперь большинство из вас уже почти и не замечают этого. Твое удивление — лучшее тому подтверждение.





Глава 339: Центральный доминион




Артур Лейвин

‒ Итак, ты все запомнил, что я тебе говорил? ‒ спросил меня Аларик уже в третий раз, несмотря на предыдущие два за это утро.

Старый алакриец стоял, засунув руки в карманы королевской пурпурной мантии, — одежде, более близкой к банным халатам моего предыдущего мира, нежели боевые мантии, которые обычно носили маги в этом -, которая была несколько натянутой на его животе.

‒ Да, дядюшка Ал, ‒ саркастически сказал я, потягивая за края простого дорожного костюма.

Даррин предлагал одолжить мне несколько дорогих нарядов, которые, по его словам, лучше бы подошли Центральному доминиону, но он значительно шире в груди и плечах, и не было времени что-либо менять.

‒ Знаешь, ‒ задумчиво ответил Аларик, ‒ даже не знаю, нравится мне или нет.

‒ Ради Верховного Владыки, мы идем или как?

Аларик, Даррин и я повернулись, посмотрев на Браяр, которая прислонилась к стене комнаты варп-телепортации Даррина. Она облачилась в белоснежную кожаную броню держа руку на рукояти своего тонкого клинка.

Несговорчивая молодая девушка решительно встретила наши взгляды. ‒ Я бы хотела вернуться в академию до того, как мне исполнится столько же лет, сколько вам троим.

‒ Принимая во внимание все силы зла, ополчившиеся против тебя, ‒торжественно произнес Реджис, ‒ кто бы мог подумать, что тебя убьет шестнадцатилетняя школьница.

Аларик расхохотался и сильно хлопнул Даррина по спине. ‒ Сколько бы Кровь Надир ни платила тебе, заставь их удвоить оплату, ‒ поддразнил он.

Девушка только хмыкнула, переводя взгляд на временный варп-портал, находившийся в центре приподнятой каменной платформы. Артефакт в форме наковальни был изготовлен из тускло-серого, покрытого оспинами металла и усыпан десятками рун.

Быстрым взглядом по линии рун я заметил их схожесть с теми, что покрывали врата телепортации в Дикатене, но эти гораздо более компактные и сложные.

‒ Насколько далеко он может достать? ‒ спросил я, изображая непринужденный интерес.

Даррин склонился над артефактом, стряхивая мелкую пыль с его поверхности. ‒ Он достаточно силен, чтобы добраться до западного побережья Сехз-Клар или сразу до южной границы Труасии, ‒ заметив, что я нахмурился, Даррин добавил ‒ Более чем достаточно, чтобы добраться до города Каргидан в Центральном доминионе.

‒ Даже не близко к тому, чтобы отправить меня домой в Дикатен, ‒ подумал я, подавляя свое разочарование. В любом случае, это глупая мысль. Как бы мне ни хотелось сказать сестре и матери, что я жив, возвращение в Дикатен сейчас может подвергнуть их еще большей опасности, по сравнению с той, в которой они находятся сейчас.

‒ Эй, у тебя все еще есть Камень Сталкера, ‒ сказал Реджис, как ему показалось, утешительным тоном.

‒ Извини, что? ‒ спросил я, и ход моих мыслей полностью сменился.

‒ Я решил, что “Сфера Сталкера Дальнего Действия” слишком длинно. А Камень Сталкера прямо слетает с языка, образно говоря.

Решительно отодвинув мысли Реджиса на задний план, мое внимание вернулось к Даррину, который начал настраивать временный варп-портал для путешествия.

‒ Я собираюсь отправить тебя в Библиотеку Владык, ‒ говорил Даррин. ‒ Браяр, можешь показать Грею…

‒ Офис студенческой администрации, да-да, ‒ когда Даррин приподнял бровь, глядя на девушку, она выпрямилась и сказала ‒ Я имею в виду, да, сэр.

Улыбнувшись про себя, Даррин закончил калибровку и отступил назад. ‒ Все готово к отправке.

Я протянул руку алакрийцу, и он пожал ее. ‒ Благодарю за гостеприимство и твою помощь, ‒ искренне сказал я.

Хоть я и мог в любой момент вырваться из тюремной камеры Гранбелей или из Высокого зала, однако скорее всего, это усложнило бы продвижение моих дел, или даже сделало невозможным, привлеки я внимание одной или двух Кос. Но благодаря Аларику и его другу — и Каэре — мне удалось всего этого избежать.

‒ То, с чем ты столкнулся — ужасная несправедливость, ‒ ответил он. ‒ Я рад, что мы смогли помочь.

‒ Ты у меня в большом долгу, малыш, ‒ криво усмехнулся Аларик, когда я тоже протянул ему руку. ‒ Даррин никогда не устанет повторять мне тоже самое, и лучше не вспоминать про все другие разы, когда я ему задолжал.

‒ Мой герой ‒ бесстрастно сказал я.

‒ Что ж, нам лучше рассчитаться, прежде чем ты уйдешь.

Посчитав, что он шутит, я показательно закатил глаза, но затем он вытащил из кармана мое старое, пустое пространственное кольцо и протянул его. ‒ Сорок процентов, я полагаю?

Браяр нахмурилась. ‒ Сорок процентов — грабеж.

Даррин сбитый с толку нахмурился, но оставил свое мнение о нашей сделке при себе.

‒ Плюс десять процентов за мои услуги юридической помощи, ‒ добавил он, подмигнув.

Я для вида надел кольцо на руку и “активировал” его, просматривая коллекцию наград, которые привез из реликтомб. Немногие из предметов представляли для меня интерес, так как оружие слишком быстро разрушалось бы при насыщении эфиром, также я не мог использовать ничего, что требует направления или использования маны.

Когда я вытащил первый предмет — серебряную корону, украшенную кроваво-красными драгоценными камнями, в которых находилось столько огненной маны, что та даже стала видна невооруженным глазом, — Аларик просиял от сдерживаемого ликования.

Один за другим, я начал передавать половину найденных сокровищ.

Яркие глаза Браяр становились все шире и шире, с каждым предметом, что выходил из моей пространственной руны хранения, и даже Даррин не смог скрыть своего удивления размером оплаты, состоящей из столь широкого спектра слегка магически-светящихся артефактов.

‒ Я думал, ты сказал, что у тебя нет никакого состояния? ‒ спросил Даррин в моем направлении, приподняв бровь.

‒ У меня нет. Есть лишь куча вещей. И до тех пор, пока я не получу шанс их продать, технически это не “состояние”, ‒ сказал я, вытаскивая еще одну награду из пространственной руны.

Аларик делал вид, будто осматривает каждую деталь, прежде чем спрятать их в свое собственное кольцо измерения, пытаясь сохранить невозмутимый вид, но к концу он практически пускал слюни, и его руки дрожали от волнения.





Глава 340:Трудности и ставки




По обе стороны от хорошо одетого бородатого мужчины стражники Ассоциации Восходящих с любопытством смотрели на меня, а два Заклинателя в очереди позади пробормотали что-то о “верховном маге”.

Веселость — и что-то еще, некий голод — промелькнула в глазах мужчины, после чего он почтительно склонил голову и жестом указал на здание. Развернувшись на месте, он двинулся прочь легкими, но уверенными шагами воина, оставив меня в небольшой входной комнате, окруженной охранниками.

Хоть вход и выглядел скучным, но обширный зал, находящийся за ним можно было описать как угодно, но точно не скучным. Я думал, что здание Ассоциации Восходящих Арамура впечатляло, но это место имело больше общего с храмом или дворцом, нежели с простым залом гильдии.

Стены, потолок и пол сделаны из белого камня – что светлее и чище мрамора -, а резные колонны разделяли комнату примерно каждые двадцать футов. На полу в виде дорожек были вкрапления золотых рун, ведущих из одной части зала в другую, и я заметил кое-где очертания зверей, выложенных нефритом.

Стены были увешаны десятками гобеленов, изображающих восходящих в реликтомбах, сражающихся против эфирных зверей. Один большой гобелен привлек мое внимание, на нем были изображены трое мужчин в золотых доспехах, окруженные роем карралионов — когтистых, похожих на детей существ, с которыми я сражался в зоне конвергенции.

Я молча последовал за мужчиной через зал, быстро миновав великолепные гобелены и декор. Мой взгляд задержался на экстравагантных произведениях искусства, задаваясь вопросом, были ли эти изображения обычными историями, которые узнал бы любой проходящий алакриец.

Пройдя мимо ряда столов и удобных на вид кресел, мы поднялись по узкой лестнице, спрятанной в одном из углов главного зала. Она привела нас на балкон, окруженный черными железными перилами, что вел в большой кабинет, выходящий окнами в зал внизу.

Несмотря на отсутствие разговоров во время пути, было ясно, что ему комфортно в тишине или, возможно, в его положении. То, как он скользнул в свое кресло за массивным столом, вырезанным из черного дерева и инкрустированным золотой филигранью, а затем ударил каблуками по роскошному предмету мебели, наводило на мысль о последнем. Он махнул на плюшевое кресло перед столом, и я сел, не сводя с него глаз.

‒ Итак, вот вы и здесь, ‒ мужчина ухмыльнулся, но за его дружелюбной маской я видел рычащего волка-гризли.

‒ Я только что завершил свое вступительное восхождение, ‒ сказал я деловито. ‒ Мне нужна новая идентификационная карточка.

‒ А, я уже позаботился об этом. Мой помощник придет с ней в любую минуту, ‒ его улыбка начала лучится лукавством. ‒ И держу пари, что у тебя есть артефакт пространственного хранения, полный наград на сдачу, верно?

Его взгляд многозначительно остановился на кольце на моем пальце. ‒ С твоей стороны было умно скрыть его от Гранбелей.

Я выпрямился, мои губы скривились в усмешке. ‒ Дело уже закрыто, ‒ холодно сказал я.

Он невинно поднял руки. ‒ Не пойми меня неправильно, Восходящий Грей. Вся эта история плохо сказалась на бизнесе, нашем бизнесе. Его ухмылка снова приобрела то лукавое выражение. ‒ Эта маленькая названная кровь все равно не имеет никакой власти здесь, в Центральном Доминионе. Нет, я совершенно серьезно: ты показал себя довольно сообразительным.

‒ Что ж, как ты смог это провернуть?

Я оставил вопрос подвешенным в воздухе, пока думал над своим ответом. И то, что я был совсем не уверен на какое-такое “это” он намекал, совсем мне не помогало.

Не желая ничем выдавать себя, я наконец сказал: ‒ Я не уверен, что ты имеешь в виду.

Он спустил ноги со стола и наклонился над ним, нетерпеливо посмотрев на меня. ‒ Как тебе удалось получить место в Центральной академии? Безымянный восходящий, только прошедший экзамен… это неслыханно.

Я выпустил вздох. ‒ От излишней осведомленности часто возникают проблемы.

Настала очередь мужчины дать моим словам повиснуть на мгновение, прежде чем он откинулся назад и рассмеялся, безудержным, веселым хохотом.

‒ Из всех раз что мне угрожали, этот должно быть наиприятнейший ‒ просиял он, указывая на меня пальцами. ‒ Ты мне нравишься, Грей! Будь ты проклят, но ты мне нравишься.

‒ Тебе удалось привлечь еще одного чудика, ‒ издал смешок Реджис.

Проигнорировав своего спутника, я осмотрел его стол, чтобы посмотреть, есть ли где-нибудь табличка с именем человека передо мной. ‒ Боюсь, я не…

‒ Во имя Вритры, где мои манеры? Меня зовут Сулла из Названной Крови Друзус, но все здесь зовут меня Сул. Я верховный маг этого маленького заведения, ‒ маг указал на зал внизу.

‒ Вы приветствуете всех новых восходящих таким образом, Сулла? ‒ с сомнением спросил я.

‒ Нет, ‒ сказал он, откидываясь на спинку стула. ‒ Конечно же нет. Но с другой стороны, не всем новым восходящим дают идентификационную карточку высшего ранга после единственного восхождения или делают профессором в самой престижной академии Алакрии, ‒ не думал, что это возможно, но его ухмылка стала еще более заостренной, ‒ Я хотел увидеть тебя лично.

Я стиснул зубы. Именно такого внимания я хотел избежать.

‒ Тогда, быть может, тебе стоит перестать выставлять себя на посмешище, ‒ насмешливо прокомментировал Реджис.

‒ Я просто хотел бы получить свою идентификационную карточку, обменять награды и пойти, ‒ сказал я окончательно, давая понять, что хотел бы закончить побыстрее. ‒ Мне все еще нужно зарегистрироваться в офисах студенческой администрации и устроиться. Дорога сюда была очень долгой.

‒ Ах, конечно, ‒ профессионально ответил Сулла, но сутулость в его плечах и то, как он откинулся назад, наводили на мысль, что он немного расстроен. ‒ В очередной раз я позволил своему энтузиазму взять верх над здравым смыслом. Но обещайте, что скоро вернетесь, Профессор Грей. А я уж позабочусь, чтобы дорога сюда не была напрасной.

***

Продав большую часть сокровищ, которые я забрал у племени Копьеклювых, я сбежал из здания Ассоциации Восходящих и наводящих вопросов верховного мага, а затем направился прямо в кампус Центральной академии, стремясь встретиться со своим контактным лицом и найти свои апартаменты, которые, как я надеялся, были тихими и свободными от каких-либо любопытных глаз.

Когда я приблизился, черные железные ворота открылись сами по себе. По эту сторону, тесные городские улицы остались позади в пользу широких пешеходных дорожек, окаймленных короткими живыми изгородями.

Пятнадцатифутовая стена из белого камня окружала кампус, отделяя от города. За воротами открывался вид на полукруглую площадь, от которой простирались три дорожки, ведущие к скоплениям зданий академии.

Десятки парней и девушек в черно-лазурной униформе Центральной академии слонялись по площади, некоторые оживленно болтали, в то время как другие тихо сидели на скамейках или на травянистых лужайках между живыми изгородями. Некоторые бросали на меня любопытные взгляды, и я понял, что Браяр была права: я выделялся в своей простой дорожной одежде, даже больше, чем если бы пришел в академию в полном боевом облачении.

Прямо через площадь от ворот стояли офисы Студенческой Администрации, комплекс зданий, похожий на замок с дюжиной вершин и шпилей, которые, казалось, нависали над входом в кампус. Центральная дорожка с площади проходила прямо через это здание, под сводчатым туннелем, освещенным яркими шарами, свисавшими с потолка.

Женщина в облегающей белой боевой мантии стояла прямо перед туннелем, она оглядывалась по сторонам, так, словно кого-то искала.

Когда я приблизился, направляясь к открытому входу в офисы, ее янтарные глаза остановились на мне, несколько раз пройдясь сверху вниз по моему телу. Светлые волосы волнами рассыпались по ее плечам, подпрыгивая так, что, казалось, бросали вызов гравитации, когда она запрыгала на месте, прежде чем сделать несколько быстрых шагов ко мне.





Глава 341: Прах и пепел




Алдир

Прах и пепел.

Все — каждое дерево, каждый зверь, каждое низшее существо — на сотни миль превратилось в прах и пепел. Это сила асур. Я осматривал бесплодный пейзаж на наличие чего-либо, любого признака жизни или пятнышка маны, которые могли бы избежать моей атаки.

Но ничего не осталось.

Поверхности земли, пустошь, что некогда была Эленуаром, хрустела под моими шагами. Неустойчивая земля угрожала рухнуть подо мной в любой момент.

Я солдат, я исполнял свой долг и следовал приказам моего господина. Выжженный лес должен был вселять в меня чувство гордости, от понимания, что я нанес страшный удар по нашим врагам. Но при виде этой мрачной картины меня одолевала не гордость. Даже не близко.

Когда меня послали убить Грейсандеров, я не колебался. Тогда я не чувствовал гордости — потому что никто не испытывает гордости, прихлопнув комара, — но не было ни сожалений, ни раскаяния. Просто необходимый момент в войне — ликвидация двух важных вражеских агентов.

Однако, когда Лорд Индрат объяснил, что случилось бы с Эленуаром…

“‒ Я больше не могу позволить себе сидеть сложа руки, пока Агрона расширяет свой контроль над низшими. Алакрия стала жертвой, на которую я готов был пойти, позволив ему продолжать заниматься своими дворнягами и экспериментами, но его дальнейшая экспансия в Дикатене непозволительна, особенно теперь, когда он каким-то образом преуспел в своих усилиях по созданию оружия несказанной силы посредством реинкарнации.

‒ Дикатен — всего лишь ступенька на пути к Эфеоту, и я не позволю этой предательской змее принести сюда войну. На протяжении многих поколений мы работали над развитием Дикатена, чтобы те могли дать отпор Агроне, но они потерпели неудачу. Мы не будем жертвовать собой ради сохранения их жизней.

‒ Что мы сделаем, так это отправим сообщение, которое Агрона не сможет проигнорировать. До сих пор он использовал меньших в качестве щита, держа их жизни в заложниках, чтобы защитить собственную. Но все изменилось. Если выбирать между предоставлением ему силы выступить против нас и разрушении мира, тогда я лучше посмотрю, как всесгорит.

Виндсом первым шагнул вперед и поклонился так низко, что мог бы поцеловать сапоги лорда Индрата. ‒ Я возьму на себя эту честь, милорд. Я нанесу первый удар.

Лорд Индраn не улыбнулся, но в его глазах заискрился победоносный огонек. ‒ Ты будешь продолжать выполнять свою роль проводника и защитника, Виндсом, но не ты поднимешь топор войны. Нет, среди нас есть лишь один, кто способен владеть техникой Пожирателя Миров.

Секретная техника клана Тайстес -Призрачный Шаг, способность, которая сделала нас непревзойденными бойцами, но давным-давно, когда асуры часто воевали друг с другом, у нас была другая техника, настолько мощная и разрушительная, что ее запретили использовать, когда образовалась Большая Восьмерка, и больше ей никого не обучали, за исключением одного ученика в каждом поколении.

Что делало меня единственным живым членом клана Тайстес, обладающим знаниями, необходимыми Лорду Индрату.

Техника Пожирателя Миров позволяла заклинателю направлять невероятное количество маны, уплотняя ее до того, что отдельные частицы начинали взрываться, вызывая цепную реакцию, которая распространялась на атмосферную ману и продолжалась до тех пор, пока очищенная мана заклинателя не иссякнет до последней капли, вызывая беспрецедентные разрушения.

‒ Эта техника запрещена, лорд Индрат, ‒ сердито настаивал один из лидеров клана Тайстес. ‒ Знания о Пожирателе Миров сохраняются, чтобы наш клан никогда не забыл ужасы безграничной силы…

‒ Как раз текущая ситуация и является причиной, почему с незапамятных времен мы обучали этой технике одного талантливого молодого члена клана, которым я сам командовал, как вы, возможно, помните.

Хотьв клане и былонедовольное ворчание, но никто больше не оспаривалрешение Лорда Индрата, когда он призвал меня встать рядом с Виндсомом.

‒ Генерал Алдир, я призываю тебя доказать свою преданность. Ты и Виндсом отправитесь в Дикатен, в лесную страну Эленуар, и найдете алакрийскую косу Нико и эльфийскую принцессу Тессию Эралих — или же ее физическое тело — и активируете технику Пожирателя Миров. Передай мое сообщение Агроне и в процессе лиши его нового оружия.”

В тот момент я почувствовал, как что-то внутри меня треснуло, что-то, что я считал незыблемым: фундамент, на котором строилась вся моя личность как слуги клана Индрат.

Опустившись на колени, я пустил пальцы в сухое, серое ничто, порожденное мной же, последовав приказу моего лорда — приказу, который я понял, что является ошибкой в момент произнесения, но я не рискнул отказаться и поставить под сомнение будущее всего клана. Лорд Индрат без колебаний включил бы один из других — более раболепных — кланов пантеона в Большую Восьмерку и объявил бы клан Тайстес отлучниками…

Тем не менее, наш провал в уничтожении реинкарнировавших вызвал гнев Индрата. Мы не ожидали, что у них есть какой-либо способ телепортироваться так быстро, и Виндсом увлекся, играя с сердитым черноволосым ребенком. И все же, так или иначе, гнев лорда пал на меня.

‒ Не хандри, Алдир, ‒ сказал я себе. ‒ Это не подобает члену Тайстес.

Мои пальцы продолжали пробираться сквозь толстый слой серого ничто, и я застал себя за изучением неровностей и складок ландшафта в поисках напоминаний о том, чем это место было: упавших деревьев, обломков рухнувшего дома, обугленных костей одной из миллионов жизней, что я погасил.





Глава 342: Двойственность




Тессия Эралих

Холодно. Очень холодно. Но ощущение холодного воздуха, жгущего кожу — мою кожу, напомнила я себе — было волнующим. Это напомнило мне, что…

Я жива.

Положив обнаженные руки на ледяные перила, что окружали мой балкон шириной в десять футов, я смотрела на бесконечную гряду снежных гор, мили и мили зубчатых вершин, возвышающихся над землей, словно зубы огромного дракона.

Не на Земле, уже нет. Несмотря на то, что я напоминала себе об этом поразительном факте по меньшей мере сотню раз, я все еще не смирилась с ним. Кто мог подумать, что где-то там есть другие миры? И что ты можешь… переродиться в одном из них.

Мой взгляд перешел на слабо светящийся теплым светом ряд рун, нанесенный на мои руки. Эти руки казались тоньше, чем те, что были у меня раньше…

Раньше?

Я крепко зажмурилась от тумана в голове, сжимая глаза до тех пор, пока не увидела звезды, прежде чем снова открыть их.

Было и хуже — намного хуже — в первый раз, когда я увидела тонкие руки и татуировки рун. Нико стоял склонившись надо мной но я, конечно, не узнала его тогда. Его чужие глаза из-под новых темных бровей смотрели в мои. Меня сразу же вырвало прямо на его рубашку, и затем я потеряла сознание…

Вдалеке крылатое существо размером с самолет кружило вокруг одной из вершин, охотясь. Как же Нико назвал это существо?

Зверь маны.

Пока я наблюдала за ним, позволяя себе полностью отвлечься от собственного тела и светящихся рун, нанесенных на мою теперь светлую кожу, великолепное чудовище внезапно сложило крылья и нырнуло, исчезая меж гор. Мне хотелось присоединиться к нему, пролететь через горы, чтобы между мной и зазубренными скалами не осталось ничего, кроме магии, унаследованной вместе с этим телом.

Из всех удивительных вещей, что я видела и знала, полет определенно стал любимой.

Полет, однако, заставил меня подумать о моей первой битве в новом мире, о невероятной силе наших врагов, и по мне пробежал озноб, который не имел ничего общего с холодом, вызвавшем у меня мурашки на руках.

Мы не ожидали нападения… Я все еще едва понимала, что происходит, только то, что мой новый друг Агрона — тот, который дал нам с Нико еще один шанс на жизнь — нуждался в моей помощи. Я просто повторяла что они мне говорили, до момента, когда…

Я полетела, ‒подумала я, ощутив головокружение. ‒ Я никогда раньше не летала.

Резко повернувшись, я юркнула обратно в свою комнату и закрыла дверь, спасаясь от холода и чуждого пейзажа. Странное чувство головокружения угрожало захлестнуть меня, поэтому я бросилась в кресло перед горящим камином, сильно потирая переносицу, все мое тело напряглось от тошноты.

Всплыло нежелательное воспоминание. Я шла по школьному кампусу в такой же день, как и в любой другой, когда мое тело начало болеть и дрожать, вздымающееся ки накрыло меня, словно волны над штормовым океаном, и когда эти волны ки разбились о землю… Я лежала на полу, мое тело дергалось и извивалось в коконе темных виноградных лоз с наконечниками копий вместо шипов, злое присутствие, скрытое во мне, вырывалось наружу, ревя от ненависти и смятения…

Яростно тряхнув головой, я выбралась из образов и подтянув ноги к груди обхватила их руками.

Дыши, просто дыши, Сесилия.

Это странное чувство неправильности было обычным поначалу. Нико сказал, что мой разум просто приспосабливается к новой физической форме, но…

Стук в дверь заставил меня подскочить.

Поднявшись со стула, я уставилась на закрытую дверь. ‒ Да? ‒ спросила я через несколько секунд.

‒ Сесилия, это Нико. Можно войти?

Я снова повернулась к огню, танцующему в оттенках оранжевого и желтого, и сделала глубокий вдох, чтобы прогнать затянувшееся головокружение. ‒ Да, конечно.

Тяжелая деревянная дверь плавно открылась внутрь, открыв взору фигуру на голову выше меня, с алебастровой кожей и черными как смоль волосами. Он вошел внутрь и подождал пока дверь тихо закроется, прежде чем пересечь комнату и чопорно сесть на мою кровать.

Нико выглядел совсем по-другому, и не только внешне. Что бы ни случилось с ним в этой новой жизни, оно с ним жестко обошлось. Сделало его жестким.

‒ Как ты себя чувствуешь? ‒ спросил он, его пронзительные глаза впивались в меня так, словно он пытался увидеть мою душу, скрытую глубоко внутри.

‒ Хорошо, ‒ ответила я поспешно.

Врунья.

‒ У меня только что был приступ головокружения, ‒ призналась я. ‒ Но я в порядке.

Нико мгновенно вскочил с кровати и опустился на колени рядом со мной. Когда его рука легла на мою, я отстранилась, как будто что-то внутри меня отпрянуло.

‒ Прости, ‒ прошептала я, но так и не вернула свою руку на место.

‒ Нет, Сесилия, все в порядке. Все в порядке, правда, ‒ боль, которую он ощутил, отразилась в его незнакомых глазах, однако он все же убрал руку с подлокотника моего кресла. ‒ Понимаю, все это очень противоречиво.

Противоречивость тут и рядом не стояла.

‒ Выполни упражнение, ‒ предложил Нико.

Кивнув, я закрыла глаза и сосредоточилась на оранжевом пятне от огня, играющем на внутренней стороне моих век. Затем, глубоко дыша, я сконцентрировалась на дыхании, пропуская воздух от носа к легким, задержав внутри.





Глава 343: Профессор принцеска




Быстро осмотрев свое жилище, я опустился в одно из мягких кресел перед маленьким столиком и вздохнул. Ведение светской беседы с незнакомыми людьми становилось все более утомительным, в большей степени из-за того, что мне приходилось следить за своим языком.

Собравшись с мыслями, из-под полуприкрытых век я заметил два предмета, находящиеся в центре небольшой игровой доски с запиской, привлекшей мое внимание.

‒ Должно быть, это жетон, который активирует портал восхождения, ‒ пробормотал я, вертя в руках нефритовый камень, усеянный рунами и читая записку.

Вторым предметом оказалось не сомкнутое эбонитовое кольцо, имеющее сложную форму змеи, оно само подстроилось по размеру моего пальца для удобства.

Остановившись взглядом на темном кольце, уже надетом на моем среднем пальце, я осознал, что на самом деле официально стал профессором на континенте, против которого воевал.

Я снова обратил свое внимание на стол передо мной, где находилась маленькая латунная табличка, со словами:

Распри Владык

КрасныеисерыефигурыотНазванной Крови Геркросс

Войну выигрывает скорее острый ум, нежели острый клинок.

Подарок Центральной Академии от лорда Линдера

В отличие от грубо сделанных “фигур”, которыми мы играли с Каэрой, на мраморной шестиугольной доске расположились изящные фигуры с выточенными формами Нападающих, Заклинателей и Щитов из темно-красного камня по одну сторону и серого, как грозовые облака по другую.

‒ Шикарно, ‒ сказал Реджис, обнюхивая доску и опрокидывая несколько фигур.

Оттолкнув его голову, я сложил фигуры и встал из-за стола.

Затем я повернулся к проекционному устройству. Овальный кристалл, слегка шероховатый, словно его вырезали вручную из более крупного куска, прикрепленный к стене металлическими скобами.

‒ Включить, ‒ скомандовал я, не найдя никаких элементов управления рядом с устройством.

Нет ответа.

‒ Активировать, ‒ нерешительно сказал я, махая рукой перед овальным кристаллом, проверяя, реагирует ли он на физические жесты.

Реджис хихикнул, из-за чего я повернулся к нему, приподняв бровь. ‒ Просто направь небольшой импульс маны, чтобы включить его. А когда в кристалле маны кончится мана, либо, когда ты сам вытянешь всю ману обратно, то он выключится.

‒ О, ‒ сказал я, осознав свою ошибку. Такая глупая мелочь, но если бы кто-то другой увидел, как я застрял на этом моменте, то сразу стало бы очевидно, что я не алакриец.

‒ Знаешь, ‒ сказал Реджис так, будто собирается заявить нечто крайне очевидное, ‒ вся эта история с «отсутствием маны» кажется более важной теперь, когда мы в более цивилизованном мире. Тебе нужно быть осторожнее.

‒ Вот бы только у меня был кто-то — какой-нибудь компаньон — кто обладал более глубокими знаниями об алакрийских технологиях и обычаях, ‒ саркастически сказал я. ‒ Кто-то, способный помочь мне, указав на потенциальные ошибки до того, как я их совершу.

Реджис перестал принюхиваться и бросил на меня оскорбленный взгляд. ‒ Я что, похож на телепата?

‒ Мы можем буквально читать мысли друг друга, Реджис, ‒ сказал я, протискиваясь мимо огромного теневого волка, после чего разложился на диване.

‒ Тогда ты должен знать, что мне скучно, ‒ сказал Реджис, садясь перед диваном и уставившись на меня своими темными глазами, его огненный хвост мягко постукивал по полу.

Я закрыл глаза. ‒ Мы здесь всего десять минут.

‒ Десять очень долгих и очень скучных минут, ‒ возразил волк, придвигаясь, чтобы положить голову на край дивана рядом с моей головой. ‒ Давай хотя бы пойдем осмотримся, туда, где есть милые девушки, на которых я могу поглазеть.

Я тяжело вздохнул. ‒ Все девушки здесь подростки, Реджис. Не будь таким омерзительным.

‒ А что? Мне всего несколько месяцев, и я даже не принадлежу к тому же виду. Кроме того, старик, наверняка и для тебя найдется несколько симпатичных профессорш.

‒ Ладно, ‒ вздохнул я, поддавшись его неумолимой назойливости и поднимаясь на ноги. Свежий воздух мог бы пойти мне на пользу. ‒ Я все равно должен выяснить, где находится мой офис. Там должны находиться мои учебные принадлежности. ‒ я остановился у двери. ‒ Но тебе придется смотреть изнутри меня.

‒ Но я… ‒ пробормотал мой спутник.

‒ Реджис. Ты выделяешься даже больше, чем я. Залезай.

Теневой волк раздраженно фыркнул, но сделал то, о чем я просил.

Я покачал головой, почувствовав, как его эфирная форма сливается со мной, дрейфуя рядом с моим эфирным ядром. ‒ Дай мне знать, если почувствуешь, что я собираюсь сделать нечто способное привлечь внимание, ‒ сказал я ему.

‒ Такточно, ПрофессорПринцеска.

***

После недолгой прогулки через кампус, я оказался перед зданием, где буду преподавать, величественному сооружению, напомнившем мне университеты моей прошлой жизни. Здание было в основном пустым, так как занятия еще не начались, и я спокойно бродил по просторным коридорам, пока не нашел нужную комнату.

Дверь вела в полукруглое помещение, похожее на небольшую арену с площадкой для дуэлей на уровне пола. Помещение оказалось меньше, чем я ожидал, с сидячими местами для тридцати или около того студентов.

Вместе с моим первым шагом вниз по лестнице, осветительные приборы вдоль стен и потолка автоматически загорелись, наполнив пространство прохладным светом. Что-то привлекло мое внимание, и я остановился, склонившись над одним из сидячих мест c выгравированной руной на нем.

‒ Я правильно прочитал? ‒ пробормотал я.





Глава 344: Закрывая глаза




Примечание автора: Еще немного проработкидеталей мира и уточнений некоторых вещей в рамках подготовки к остальной части арки академии, которые, честное слово, добавлю не просто так. Взамен я сделал эту главу немного длиннее, набрав почти 4 тысячи слов, так что наслаждайтесь главой этой недели и не забывайте следить за Tapas ради нового эпизода комикса!

Послеполуденное солнце грело спину, его яркие лучи отражались от пожелтевших страниц книги, которую я читал. Из моего укромного уголка кафе кампуса, расположенного рядом с административным зданием, доносился шум студентов и преподавателей, беседующих за напитками и десертом, что стало приятной сменой обстановки моей комнаты.

И хотя здесь ощущалось несколько больше социальной активности, чем я предпочел бы, но все лучше, чем слушать, как Реджис жалуется на скуку.

‒ Вот, пожалуйста, профессор. ‒ молодая официантка лет двадцати пяти поставила на мой столик маленькую тарелку с едой и кружку чая.

‒ Я не заказывал еду, ‒ сказал я, взяв кружку и подул на источающую пар поверхность горячего чая.

‒ За счет заведения, ‒ сказала она, вприпрыжку исчезая на кухне.

В моей голове раздался недовольный стон Реджиса: ‒ Твоя внешность тратится тобой впустую. На твоем месте я бы…

‒ Я думал, мы договорились, что ты не будешь беспокоить меня, если я приду сюда, ‒ ответил я, окидывая взглядом кафе.

В академии уже находилось гораздо больше народу, чем всего два дня назад. Студенты прибывали регулярно, некоторые со своей семьей и сопровождающими, в то же время как все больше преподавателей начали появляться в залах.

Потягивая ферментированный крапивный чай, я продолжал листать страницы книги, пролистав несколько разделов, пока не нашел тот, который так искал и начал просматривать информацию. Я уже просмотрел книгу законов и трактат о силах реликвий, но ни в одном из них не было того, что я искал.

К счастью, третья книга, позаимствованная мной в библиотеке, оказалась немного интереснее: каталог принесенных из реликтомб реликвий. Я уже знал, что любые функционирующие реликвии хранил сам Агрона, но меня удивило то, как много алакрийцы знали о найденных мертвых реликвиях.

Благодаря сочетанию интервью с обнаружившими их восходящими и работе преданных своему делу инстиллеров, специализирующихся на реликвиях — работающих в Тэгрин Келуме, крепости Агроны, — идентифицированы большинство мертвых реликвий, включая силы, которыми они когда-то обладали. Не все мертвые реликвии изучили досконально, но имея в своем распоряжении реликтомбы, алакрийцы добились гораздо большего прогресса в изучении древних магических технологий, чем дикатенцы или даже асуры Эфеота.

Хоть в книге и содержались подробные сведения о более чем сотне мертвых реликвий, но меня больше всего интересовала конкретная группа: хранящиеся в Реликварии Центральной академии. За прошедшие века им удалось раздобыть одиннадцать, и я внимательно прочитал описание каждой из них.

Впрочем, можно честно сказать, что я был слегка разочарован. По своей же вине. Знание, что я — и только я, насколько мне известно — мог оживить и использовать любую реликвию джиннов, побуждало всевозможные фантазии. Однако, читая описания, я вспомнил, что джинны были мирными людьми.

Не то чтобы реликвии оказались бесполезными, но я ищу не инструменты или безделушки. Мне нужно оружие.

‒ Спасибо, что не видишь меня как оружие или личную собственность, — фыркнув, прокомментировал Реджис. ‒ Но, знаешь, все не так уж плохо. А как насчет тех Связующих Цепей? Просто подумай о ком-то, активируй их, и бац! Цепи заворачивают твою цель, а затем всюду тащатся за тобой? Я могу придумать для них несколько применений.

По словам автора, реликвия с надписью «Связующие цепи» выполняла и другие функции, в том числе подавляла способности к мане и эфиру, предотвращала речь и даже при необходимости вводила пострадавшего человека или существо в парализованное состояние.

Хоть идея протащить Агрону через Алакрию — связанного, с кляпом во рту и бессильного — чтобы его люди могли стать свидетелями его же конца, и имела мрачную привлекательность, но у меня были сомнения, насколько могущественной может быть мертвая реликвия.

‒ Я не знаю, насколько я доверяю выводам автора, отметил я. ‒ Например, здесь. Тут говорится: «Хотя Наполнители не смогли подтвердить эту теорию, но возможно, что Связующие Цепи могут найти цель в любой точке континента». Это просто ерунда.

‒ А что тогда насчет этого? ‒ указал Реджис, сосредоточившись на рисунке сетей в стиле гладиаторов.

Подписанная как “Сеть Маны”, реликвия могла “ловить” ману из воздуха, как рыболовная сеть ловит рыбу. Автор предположил, что это защитное устройство, предназначенное для поглощения наступающих заклинаний.

Безусловно, она казалась полезной, особенно с тех пор, как я больше не мог использовать способность к отмене заклинаний, которую я разработал, используя Сердце Мира и квадра-элементальные способности. Но эффективна ли она будет против Кос или даже асур? Если нет, то поможет ли она найти мне оставшиеся руины в реликтомбах?

‒ Наверное, настоящий вопрос заключается в том, почему же мы просто не заберем все?

Я знал, что Реджис спрашивал только потому, что этот вопрос находился в моей голове. Поскольку я мог использовать Реквием Ароа для восстановления всех мертвых реликвий академии, можно просто взять их, а беспокоиться о том, насколько они будут полезны уже потом. Но я не мог представить себе такой вариант развития событий, который позволил бы мне украсть бесценную коллекцию и сохранить свое прикрытие в академии или просто остаться в Алакрии.

Тогда, конечно, появлялся еще один вопрос, который постоянно мучил меня.

Как долго я собираюсь продолжать в том же духе?

Закрыв книгу, я рассеянно сунул в рот ярко-красную ягоду. Ее сочная сладость стала приятным сюрпризом. Я отвык от обычной еды, так как эфир поддерживал мое тело живым и без нее, но я осознал, что скучаю по вкусам и текстуре пищи.

Я съел еще пару ягод, медленно пережевывая, чтобы насладиться вкусом.

Было что-то такое… обыденное в том, чтобы так сидеть в маленьком кафе и наслаждаться едой на свежем воздухе. Я не мог вспомнить, когда в последний раз подобным образом уделял себе время.

Откинувшись на спинку стула, я глубоко вдохнул горьковато-сладкий травяной аромат своего чая и прогнал мысли прочь.

‒ Нам становится довольно комфортно, не так ли? ‒ поддразнивая спросил Реджис. ‒ Надеюсь, ты не слишком привыкнешь к такому образу жизни.

‒ Тебе не нужно напоминать мне, почему мы здесь или что поставлено на карту, ‒ указал я, ставя чашку на стол.

С книгами под мышкой я встал и ушел из уличного кафе. Читать о мертвых реликвиях это одно, но мне показалось, что сейчас самое подходящее время увидеть их своими глазами.

В кампусе кипела бурная деятельность, но атмосфера изменилась с того момента, как я впервые был тут. Вместо того чтобы слоняться без дела и болтать, все студенты, которых я видел, сосредоточились на подготовке к занятиям. Большинство из них занимались либо спаррингами, либо тренировками, но также довольно много студентов просто спокойно читали на свежем воздухе.

Услышав звук быстрых шагов сзади, я обернулся. Выражение моего лица, должно быть, было тяжелым, потому как приближающийся молодой человек резко остановился, его челюсть беззвучно двигалась, пока он пытался что-то сказать.

Заставив свое выражение лица стать более спокойным, я кивнул молодому человеку. Он оказался тем служащим, который изначально провел для меня экскурсию по кампусу и показал где находится моя комната. Я осознал, что так и не узнал тогда его имени.

‒ Профессор Грей, ‒ наконец пробормотал он. ‒ Извините, если помешал, я просто…

‒ Все в порядке, ‒ сказал я, отмахиваясь от его извинений. ‒ Синдром профессорского лица. Тебе что-то нужно?

Эта маленькая шутка вызвала у служащего смешок, и он пристроился рядом со мной, когда мы продолжили шаг. ‒ А, ничего особенного! Сегодня утром я не на дежурстве, и увидев, как вы бродите, я подумал, что зайду и посмотрю, не нужно ли вам чего-нибудь. Понимаю, что в академии может быть немного трудно ориентироваться впервые попавшим сюда.

‒ Ничего, спасибо, я просто собирался посетить Реликварий после того, как заброшу эти книги в библиотеку, ‒ ответил я, отпуская молодого человека.

‒ Часовня — такое чарующее здание! И эти мертвые реликвии… Знаете ли вы, что Центральная академия официально располагает самой большой коллекцией из всех школ Алакрии? Директор Рамсейер самолично надзирал за многими приобретениями, ‒ его глаза восторженно блуждали, пока он не заметил другого профессора, за которым следовала группа студентов.

‒ О, а вон там профессор Грэм. Он один из лучших исследователей академии, ‒ сказал он нервным шепотом.

Мой гид замолчал, а его лицо стало задумчиво хмурым. Приглушенным голосом, он добавил: ‒ Он также немного, как бы… жесткий.

Мой взгляд пробежал от студентов к мужчине в шелковой черной парадной мантии. Лазурные линии спускались по рукавам и обрамляли вырез на спине, начинающийся от самой шеи. На его обнаженной спине находилось шесть рунических татуировок.

Группа студентов следовала за ним, внимая его словам. Знакомая копна оранжевых волос, выцветших на концах до желтого цвета, выделялась среди остальных. Профессор сказал что-то, чего я не расслышал, отчего Браяр рассмеялась и встряхнула волосами.





Глава 345: Светский лев




Отложив свиток с подробным описанием моих занятий, которые должен буду вести, я вздохнул и откинулся на спинку стула. Это сильно напомнило мне о военной академии, которую я посещал в своей прошлой жизни, и не в хорошем смысле.

Воин, который сидит во мне — человек, являющийся мастером фехтования, королем, Копьем — смотрел на эти упражнения, сосредоточенные на усвоении движений путем повторений и совершенствовании тонкостей стойки, позиций рук и ног, и видел тот железный контроль над тренировками, что подавляет креативность в бою. Эта часть меня знала, что я могу добиться большего, чем просто пускать студентов по штамповке.

Но была и другая часть: брат, друг и сын. Я дикатенец, лишенный дома и окруженный врагами, и меня просят обучить солдат, которые однажды могут использовать эти способности против любимых мне людей, только чтобы обезопасить себя. Хотя и прошло всего два дня, но мне становилось все труднее сосредоточиться, поскольку эта часть меня все продолжала задавать один и тот же вопрос.

Какой в этом смысл? Я спрашивал себя в десятый раз с момента, как Коса Драгот появился в Центральной академии. С тех пор тот гнев прицепился ко мне, окрашивая собой любое общение, отравляя каждую мысль.

Я хотел заниматься чем-то большим, чем просто просматривать бумаги за письменным столом.

Все аргументы Аларика и Даррина казались такими далекими теперь, когда я находился здесь, сидел в кабинете в Центральной академии, готовясь преподавать. Неужели для меня действительно не существовало лучшего способа вырваться из-под политического пресса, которым меня прижало, оказавшись в ловушке меж враждебностью Гранбелей и манипуляциями Денуаров?

Стоит ли все это того?

‒ Стоит ли все это того? ‒ вмешался Реджис со своего места лежа в углу. ‒ Политическая защита, уровень доступа без-вопросов в реликтомбы и обратно? Или, может, сокровищница мертвых реликвий и учебников, к которым у нас теперь есть доступ?

Я закрыл глаза. ‒ Ты знаешь, что я имею в виду.

‒ Просто признай, что ты боишься увидеть в алакрийцах настоящих людей, а не воплощений дьявола, ‒ сказал он с ухмылкой. ‒ Представляю, насколько очеловечивание врагов тяжело для твоего и без того испорченного морального компаса.

Приоткрыв один глаз, я бросил свиток в большой клубок меха и огня. Когда он должен был отскочить от него, его тело вспыхнуло фиолетовым пламенем, поглотив мой снаряд.

Ухмылка Реджиса стала лишь еще шире, а его хвост раздражающе завилял. ‒ Надеюсь, это было не что-то тебе нужное.

Я уже открыл было рот, чтобы возразить, но меня прервал тихий стук в дверь.

‒ Хочешь, чтобы я вернулся? ‒ спросил Реджис.

Я покачал головой. ‒ На данный момент все должно быть в порядке.

‒ Кто там? ‒ произнес я вслух, слова прозвучали несколько резче, чем я хотел.

Дверь кабинета отварилась внутрь, и вошла женщина, за ней слегка развевались волнистые светлые волосы, как будто ее окружал легкий ветерок. ‒ Грей! Надеюсь, ты не возражаешь, что я зашла.

Я ответил ей коротким кивком. ‒ Извините, я немного занят…

‒ О, тебе нужна помощь в подготовке к занятиям? Уверена, на тебя свалилось много забот, ‒ она мигом пересекла комнату и прислонилась бедром к моему столу, чтобы посмотреть на разложенные передо мной материалы. ‒ Это уже мой третий период преподавания в двух классах, так что у меня все готово. Я была бы рада провести с тобой немного времени… то есть, помочь тебе.

Нахмурившись, я обдумывал, как лучше избавиться от женщины, не сжигая мостов, как тут заерзал Реджис, его пламя вспыхнуло, и Эбби взвизгнув отступила назад.

‒ Ч-что это? ‒ воскликнула она, ее янтарные глаза расширились от страха.

‒ Мое призывное существо ‒ беспечно ответил я.

‒ Ух ты, призывное существо? ‒ ахнув, спросила Эбби, ее щеки покраснели от былого испуга. ‒ Я никогда раньше не видела ничего подобного.

Сделав несколько неуверенных шагов в обратном направлении от Реджиса, который с трудом сохранял серьезный вид, она уселась на мой стол, закинув одну ногу на другую. ‒ Это действительно впечатляет. Однако не возражаешь, если спрошу, — ее губы изогнулись в дразнящей улыбке, ‒ держать призыв активным, ты чувствуешь себя в опасности или что-то в этом роде?

Реджис нахмурился, наблюдая, как Эбби наклонилась ближе ко мне, явно наслаждаясь моим дискомфортом. У меня было искушение отозвать его словесным сигналом, о котором мы с Реджисом заранее договорились для подобных случаев, но мой спутник покачал головой теперь, когда Эбби перевела с него свое внимание.

‒ Мне нравится вид отсюда, если ты не против, ‒ сказал он с довольной улыбкой. ‒ И видеть, как ты ежишься, делает его еще лучше.

Я покачал головой, встретился взглядом с Эбби и мягко улыбнулся в ответ. ‒ Может, я просто хотел произвести впечатление на коллегу.

‒ О-о, ‒ у застигнутой врасплох светловолосой профессорши расширились глаза. Глаза Реджиса сделали то же самое.

После короткой паузы я подмигнул ей. ‒ Просто шучу, мисс Редклифф. Хотя, уверен, вам не привыкать отшивать навязчивых поклонников.

‒ Ну ты и выдал, ‒ засмеявшись сказала она, ее уши ярко горели, а сама она отвела взгляд. ‒ И, пожалуйста, зови меня Эбби.

‒ Хорошо, ‒ я встал и обошел стол, прислонившись к нему рядом с ней.

Я протянул руку. Ее пальцы едва коснулись моих, когда она ответила на мой жест. ‒ Рад снова видеть тебя, Эбби.

‒ И я рада, ‒ ответила она, слегка сжав мою руку.

Отстранившись, я бросил взгляд на своего спутника, у которого отвисла челюсть, прежде чем снова обратить внимание на мою гостью. ‒ Надеюсь, я сижу не слишком близко. Разговаривая с тобой из-за моего стола, появляется ощущение, будто я разговариваю со своими студентами.

‒ Нет, мне тоже так нравится, я имею в виду… в конце концов, я же не студентка, ‒ сказала она, качая головой.

‒ Хорошо, радостно слышать, ‒ посмеялся я, после чего с меня спала улыбка. ‒ Хотя, возможно, нам придется оставить наш сегодняшний разговор.

Эбби сохраняла беспристрастное выражение лица, но ее плечи поникли от моих слов. ‒ А? Я так понимаю, у тебя есть планы на остаток дня?

‒ Я планирую насладиться прекрасным свиданием с этими стопками бумаг, ‒ сказал я с усталой улыбкой.

‒ Как я уже говорила, буду рада помочь тебе подготовиться к занятиям, Грей, ‒ сказала она.

‒ Дело не столько в моих занятиях, как таковых, ‒ я почесал щеку, отводя взгляд, изображая пристыженность. ‒ Не бери в голову, мне немного неловко говорить это вслух.

‒ В чем дело? ‒ янтарные глаза Эбби блеснули от любопытства, она наклонилась ближе ко мне. ‒ Обещаю, что никому не скажу.

Я вздохнул. ‒ Ну, я из довольно отдаленной области Сехз-Клара, поэтому до ужаса не осведомлен о многом из того, что здесь считается общеизвестным.

Лицо Эбби просветлело от осознания. ‒ О! Ты обратился по адресу!

Я приподнял бровь, бросив на нее робкий взгляд снизу-вверх. ‒ Что ты имеешь в виду?

Моя коллега лукаво улыбнулась. ‒ Понимаешь ли, я знала большинство других профессоров здесь задолго до того, как сама заняла преподавательскую должность, и многие из нас любят поболтать.

Я наклонился ближе к Эбби, ровно настолько, чтобы наши плечи соприкоснулись. ‒ О, правда?

Она бросила взгляд на наши плечи, прежде чем снова поднять глаза. ‒ И общая тема сплетен, которую мы все разделяем, касается здешних студентов, особенно тех высшекровных, которых лучше остерегаться.

‒ Мне завидно, ‒ я издал кроткий смешок. ‒ Я действительно хочу сделать это место своим домом и вписаться в общую картину, но просить тебя поделиться со мной столь многим будет обременительно для тебя.





Глава 346: Тусклая искра




Моим глазам потребовалось мгновение, чтобы привыкнуть к внезапной темноте, когда я вышел по ту сторону портала восхождения.

Я набрал полную грудь насыщенного эфиром воздуха, который ощущался первым настоящим глотком воздуха за последние недели. Напряжение исчезло из моих мышц, и мое эфирное ядро голодно заурчало, отреагировав на богатую эфиром атмосферу.

Я стоял на маленьком парящем островке. Портал исчез, оставив после себя лишь пустой свод, заросший острыми фиолетовыми кристаллами. Десятки других парящих островков парили в центре чего-то, что выглядело как…

Реджис одобрительно присвистнул. ‒ Ух ты.

Островок, на котором я находился, можно было пересечь всего за несколько шагов. Я вгляделся в темноту внизу, после чего посмотрел на потолок, находящийся далеко сверху. Изогнутые стены, пол и потолок этой, похожей на пещеру, структуры состояли из огромных фиолетовых кристаллов. Подобные наросты усеивали многие острова, некоторые размером с небольшой кустарник, в то время как другие формировали огромные зазубренные глыбы.

Складывалось впечатление, будто я стоял в центре огромной светящейся жеоды.

Рядом со мной возникла фигура теневого волка, Реджис посмотрел вниз и облизнул губы. ‒ Только представь, сколько эфира хранится во всех кристаллах вместе взятых.

Мой взгляд привлек черный шпиль, возвышающийся над островом в центре зоны. Усилив зрение эфиром, я смог разглядеть резьбу, покрывающую все трехэтажное сооружение. Кроме того, один лишь он во всей зоне не содержал эфира. ‒ Что это такое?

Мой спутник оторвал голодный взгляд от эфирных кристаллов, чтобы взглянуть на черный шпиль. ‒ Не знаю… Но, зная реликтомбы, это штука, вероятно, попытается нас убить.

‒ Разумное предположение, ‒ кивнул я в знак согласия и повернулся к арке, мерцающей опалесцирующим светом в дальнем конце жеоды. ‒ По крайней мере, выход находится в пределах видимости.

‒ Слишком просто, ‒ сказал Реджис, обнюхивая край платформы. ‒ Нам что, нужно просто поиграть в чехарду с острова на остров, пока не доберемся до портала? Реджис перепрыгнул через двадцатифутовую пропасть к ближайшему острову, затем снова вернулся, чтобы подтвердить свою точку зрения.

‒ Можешь поиграть в чехарду сам с собой, ‒ я начал намечать дорогу по эфирным путям до самого портала, и подмигнул своему спутнику. ‒ Увидимся на другой стороне.

Реджис выругался, когда я использовал Божественный Шаг, перемещаясь через зону.

Однако, когда я ступил на следующий остров, пути начали мерцать, а затем завертелись и растаяли в размытой дымке. Атмосфера задрожала от тошнотворной вибрации.

Внезапно у меня закружилась голова, и я упал на колено.

‒ Чт…

Завывание порывистого ветра заполнило всю зону. Облака пурпурных частичек стали появляться из тысяч светящихся кристаллов, направляясь к обелиску в центре жеоды. На уровне инстинктов я заставил ворота своего ядра закрыться, но все было тщетно. Мой резервуар опустел, собранный эфир, накопленный после нашей тренировки, вышел из меня и унесся прочь.

Надрывающийся, тонкий голос кричал сквозь вой ветра.

Мои глаза расширились от ужаса при виде рухнувшего Реджиса, его физическая форма быстро уменьшалась, а эфир, который связывал их воедино, постоянно выкачивался. Теневой волк превратился в щенка, затем в блуждающий огонек, прежде чем превратиться в тусклую искру.

Я вытянул дрожащую руку, и в этот момент светящиеся огоньки его черно-фиолетовой фигуры исчезли. Мой кулак сжался как раз в тот момент, когда последняя искра начала рассеиваться, и его бестелесная форма вплыла в меня, его разум пребывал в безжизненном смятении.

Ветер стих, как и страшная вибрация, но то ощущение засело глубоко в моей голове и ноющем ядре. Ответная реакция вызвала спазмы в груди и животе, но я подавил это чувство и заставил себя подняться на ноги, чтобы выяснить, что, черт возьми, только что произошло.

От движения каждый дюйм моего тела отдавался болью. Для выживания драконам нужен эфир, а если его не хватало, то их тела начинали поглощать самих себя, и моя физическая форма теперь как раз является по большей части асурийской. Не уверен, сколько времени у меня оставалось, но я чувствовал, будто даже моя кровь высохла, превратившись в песок. И в атмосфере не осталось ни единой частички эфира.

Реджис молчал, его крошечная искра плавала рядом с моим пустым ядром.

Вся зона погрузилась во тьму, за исключением обелиска. Теперь, когда в нем содержалась каждая частичка эфира, — включая мою собственную — обелиск светился неоновым светом с невероятной силой. Я был ошеломлен.

Даже когда мой уставший, ноющий разум не мог сосредоточиться, мои глаза были прикованы к светящемуся шпилю, как к оазису посреди пустыни.

Но обелиск продолжал становиться все ярче и ярче.

Я выругался, отводя глаза и осмотрел другие острова. На большинстве из них находились кристальные выступы, но у моего их не было. Если при нашем появлении все наросты были полны эфиром, то это значит…

Я снова выругался. Двадцать футов до ближайшего острова показались мне намного дальше теперь, когда я не мог укрепить тело магией, но не оставалось другого выбора, кроме как прыгать.

Отойдя назад, уперевшись пяткой в затихший свод портала, я собрался с силами и бросился со всех ног вперед. На полной скорости я достиг края острова и оттолкнулся, запустив себя к соседнему участку суши, но мои ослабленные ответной реакцией мышцы сопротивлялись движению, и в момент прыжка, я понял, что этого будет недостаточно.

Моя грудь с хрустом ударилась о каменный уступ. Я попытался ухватиться за что-нибудь среди голого камня и рыхлой почвы, соскальзывая вниз по склону, но потерпел неудачу. Когда моя нижняя половина уже болталась в воздухе, левая рука сомкнулась на чем-то твердом и остром — похожий на нож кусок кристалла, выступающий из земли.

Я только успел вздохнуть, повиснув так в пространстве, как обелиск вспыхнул. Из него вырвалась сфера эфирного огня, быстро охватив ближайшие острова. Болезненный вопль вырвался из моего горла, пытаясь подтянуться, кристалл все сильнее врезался в мою ладонь, но в итоге я все же смог перебросить одну ногу на край острова

Действуя исключительно на инстинктах, я бросился за большой кристаллический нарост и свернулся в клубок, прижавшись к нему спиной как раз перед тем, как нова поглотила меня.

Вместо того, чтобы испепелить мою плоть, эфир стал втягиваться наростом за моей спиной. Взрыв продолжал распространяться мимо меня, однако небольшая область за заслоном оставалась защищенной.

Я мог наблюдать из относительной безопасности, как расширяющаяся сфера света врезалась в дальние стены, наполняя их эфиром и снова залив светом всю зону.

Не имея возможности узнать, сколько у нас оставалось времени, я с трудом поднялся на ноги, корчась от боли, и прижал кровоточащую руку к наросту размером с валун. Мое ядро жадно поглощало эфир, хранящийся внутри, и я, наконец, смог дышать. Там хранилось немного, но достаточно, чтобы исцелить руку и укрепить тело, убирая ответную реакцию.

Я подавил желание проверить, как там Реджис, и сосредоточился на побеге из зоны. Мой желудок скрутило, когда я начал искать эфирные пути.

Путь к порталу на выход отсутствовал. По крайней мере, такой путь, по которому я мог бы пройти. Разветвленные, взаимосвязанные точки, — которые обычно составляли своего рода дорожную карту от одной точки пространства к другой — были запутаны в большой клубок.

Что еще хуже, я уже чувствовал, как снова нарастает вызывающая тошноту вибрация, проходящая через каждую частицу эфира в зоне.

Не имея другого выхода, я бросился обратно за хрустальное укрытие и надеялся, что оно снова защитит меня. Когда обелиск активировался, весь эфир в моем ядре выкачали во второй раз. Мне удалось сохранить лишь тонкий слой эфира, который я обернул вокруг Реджиса, чтобы обезопасить его.





Глава 347: Прогулка с богами




Алдир

Море тумана двигалось в неуловимом ритме земли и воздуха, кружась у подножия горы и под разноцветным мостом, ограждающим замок Индрат. Широкие белые реки текли все дальше, удаляясь от бурных течений каменных утесов.

Возникало чувство, будто по этой бурной реке облаков можно уплыть прочь от замка Индрат в дальние пределы Эфеота, где политика и военные интриги становились далекой, бессмысленной тенью.

Я уже несколько дней вынашивал информацию о выживании Артура Лейвина, но не имел ни малейшего понятия, что с ней делать. Как солдат, я обязан немедленно сообщить моему господину об этом, и все же…

Остановившись подумать, мои пальцы прошли по истории, вырезанной на стене. В нем рассказывалась история о древнем принце Индрате и о том, как он бросил вызов Геолусу, живой горе. Сотни миль разорвало на части яростью их битвы, но в конце концов Арканус Индрат разрубил Геолуса практически надвое, и гора упокоилась.

Спустя века потомки Акрануса обосновались на склоне горы. В знак уважения они запрещают использовать ману при подъеме или спуске с Геолуса, традиция, сохранившаяся до наших времен.

Мана земли сочилась из рун ручейками стекая по моим вытянутым пальцам, передавая бесстрастную сущность древнего камня скалы. Мой разум наконец затих, а дух обрел спокойствие.. Эта история была моей любимой; она передавала неподвижность скалы и камня, позволяя рациональнее мыслить.

‒ Я так и думал, что найду тебя здесь, старый друг, ‒ донесся из коридора голос Виндсома. ‒ Твой разум все еще терзают сомнения?

‒ Нет, ‒ ответил я, полуобернувшись, смотря, как приближается дракон. Он, как всегда, был одет в свою униформу, что показывало его положение слуги Лорда Индрата. Темно-синяя ткань с расшитыми золотой нитью манжетами, плечами и воротником, а с его правого плеча до средней пуговицы кителя свисала золотая веревочка. Сам же я предпочел комфорт, надев простой серый тренировочный халат, завязанный шелковым шнуром.

Его взгляд остановился на мне с тяжестью ночного неба. ‒ Когда мы разговаривали в последний раз…

Он оставил остальное невысказанным, но мы и так все поняли. Я выразил беспокойство, что наши действия привели к большему количеству смертей дикатенцев, чем прошлые или, вероятно, даже будущие действия Агроны, и теперь я сожалею о той минутной слабости.

‒ Я не перенес бремя своего поступка легко или просто, но дистанция расширит перспективу, ‒ ответил я.

Виндсом взглянул на стену с историей. ‒ Это слова Алдира или Геолуса?

‒ Я воин, ‒ ответил я. ‒ Мой разум заполнен тактиками и сражениями, и временами мне требуется успокоение. ‒ отступив от стены, я жестом указал в конец коридора. ‒ Прогуляешься со мной? Я наслаждаюсь замком этим утром.

Виндсом кивнул и пошел рядом со мной, сцепив руки за спиной и глядя прямо. ‒ Я рад, что ты принял необходимость совершенного. По крайней мере, твоя роль сыграна, на данный момент.

Мы отступили в сторону, когда два стражника в доспехах маршем шли по коридору. Они остановились, чтобы низко поклониться, и продолжили свой патруль. ‒ И поэтому ты так быстро вызвался возглавить атаку? Чтобы покончить с многострадальной ролью проводника низших?

Виндсом поправил униформу. ‒ Я буду следовать воле Лорда Индрата, сейчас и всегда. Но правда в том, что у тебя было все просто, старый друг. Низшие же с каждым днем становятся все утомительнее. По крайней мере, мальчик Артур был интересным. Остальные — просто светлячки.

Я остался не уверен, говорил ли дракон по незнанию, или он испытывал меня своим предположением, будто моя задача каким-то образом была “простой”. Возможно, он пытался разозлить меня, чтобы я взболтнул нечто сокрытое. Я оставил его слова без ответа.

‒ Можно ли спасти ситуацию на Дикатене? ‒ спросил я.

‒ Они не приняли нашу версию событий с той же готовностью, что и асуры, ‒ ответил он обвиняющим тоном. ‒ Низшие подозрительны по своей природе, и они жаждут надежды превыше всего, даже если это означает отказ от логики.

Я серьезно кивнул, когда мы завернули за угол. Справа от нас распахнутые в коридор двери вели в тренировочную комнату, которую отделял от нас лишь ряд колонн, вырезанных в форме змеевидных драконов. Четверо студентов отрабатывали скоординированную серию движений и ударов, в почти идеальном унисоне между собой.

Я был свидетелем тысячи — может быть, даже десяти тысяч — подобных сцен в своей жизни, но теперь я начал видеть в этом нечто большее, чем медленное совершенствование формы и скорости, которым мы учили нашу молодежь. С каждым отработанным ударом и блоком они изучали прием, предназначенный для обезоруживания или убийства противника. Если асуры продолжат свой нынешний путь, у этих молодых воинов вскоре появится причина использовать изученное.

‒ Тачи выглядит сильным, ‒ заметил Виндсом, не сводя глаз с высокого молодого пантеона.

Мальчик с начисто выбритой головой, как это принято в боевом классе пантеонов. Его некогда карие глаза — которых было всего два, что является редкостью среди пантеонов — потемнели до черноты.

Тачи, единственный пантеон среди них, был еще подростком, но от времени, проведенном в эфирном царстве — привилегия, особенно для не принадлежащих к клану Индрат, — он стал более усердным и зрелым, чем можно было бы предположить по его возрасту.

Наблюдая за его тренировками, можно было сказать, что он не гнался за физическими или умственными упражнениями. Нет, для Тачи речь шла об овладении искусством смерти. Я почти мог видеть образ, который он держал в голове: каждый удар и пинок повергали врага, перед ним падала армия.

Я понял, что он чувствовал, потому что когда-то, давным-давно, я сам был практически таким.

Молодые воины закончили свою тренировку и глубоко поклонились нам с Виндсомом. В то время как остальные начали разбиваться на пары, чтобы продолжить свое обучение, Тачи подбежал к нам и снова поклонился.

‒ Мастер Виндсом. Мастер Алдир. Пожалуйста, примите еще раз мою благодарность за то, что позволили мне тренироваться в замке Индрат, ‒ четко сказал он, серьезным тоном.





Глава 348: Тактика ближнего боя




Когда я вернулся на второй уровень реликтомб, мои конечности еле волочились за мной, клерк в очках подбежал, окинув взглядом мою грязную фигуре.

‒ Сэр? ‒ осторожно спросил он. ‒ С вами все в порядке? Где ваша группа?

Я покачал головой и прошел мимо него. ‒ Отлично. Одиночное восхождение.

Мужчина не отставал, его руки нервно теребили свиток, который он осторожно нес перед собой. ‒ Понятно. Да, одиночное восхождение, как известно, чрезвычайно сложно, сэр. Назовете имя, чтобы я мог записать ваше возвращение? Есть какие-нибудь награды под отчет?

Продолжая идти, я сказал: ‒ Грей. Просто Грей. И нет.

Клерк вздрогнул, отчего его очки сползли на кончик носа. ‒ Извините за мои слова, Восходящий Грей. Но могу я просканировать…

Я внезапно остановился, из-за чего мужчина, резко останавливаясь оказался впереди, он повернулся ко мне лицом. Раздраженно взглянув в его сторону, я сказал: ‒ Я устал и не хочу задерживаться. Просто сделайте что вам там нужно.

Клерк прочистил горло и поправил очки, прежде чем вытащить какую-то палочку. ‒ Если у вас есть пространственный артефакт хранения, пожалуйста, предъявите его, ‒ несколько сухо сказал он.

Я протянул руку, показывая ему пространственное кольцо. Он провел по нему палочкой, а затем и вдоль всего моего тела. Закончив, он прищелкнул языком. ‒ Никаких наград, как вы и сказали, ‒ затем он обратил внимание на свиток в его руках. ‒ Восходящий Грей… Восходящий… Ох, профессор!

Он что-то начеркал себе, бормоча под нос. ‒ Мои извинения. Вы так молоды, я не отдавал отчета своим…

‒ Мы закончили? ‒ нетерпеливо спросил я.

‒ Да, сэр, конечно. Спасибо вам за ваше терпение, ‒ он кивнул и начал было отворачиваться, но остановился.

Закрыв глаза, я потер виски парой пальцев в направлении глаз. ‒ Да?

‒ Что ж, ‒ осторожно начал он, ‒ я просто подумал вы, наверное, захотите узнать, что занятия в Центральной академии начались три дня назад. ‒ с неловкой улыбкой он вернулся на свой пост.

‒ Дерьмо, ‒ проворчал я и потащил свое усталое тело через второй уровень к платформам телепортации.

***

Из коридора снаружи моей аудитории я уже мог расслышать смех и крики подростков, оставшихся без присмотра внутри.

Переступая порог, я уловил обрывки разговоров.

‒ … сказал мне, что новый профессор даже не названных кровей. Будет легко…

‒ …слышал о новой горячей ассистентке профессора Афелиона?

‒ … занятия — это просто шутка. Не могу поверить, что Нападающие должны тратить время на…

‒ … издеваешься надо мной? Остальные занятия настолько чертовски трудные, что я с нетерпением жду возможности ничего здесь не делать.

Спускаясь по лестнице, я быстро огляделся. Две девушки вели небрежный спарринг на дуэльной площадке, в то время как другой студент возился с управлением. Еще пара других вытащили манекены для спарринга и неуклюже били их кулаками. Остальные студенты бездельничали, ничего не делая.

‒ Профессор снова не пришел, ‒ сказал парень в очках, не отрываясь от своей книги.

‒ Он профессор, Дикон, ‒ сказал другой студент. Черноволосый мальчик, который командовал двумя хулиганами в библиотеке.

‒ Вы опоздали, ‒ проворчал его широкоплечий спутник, скрестив большие руки на груди.

‒ И пропустили первый день, ‒ добавил их высокий друг, закидывая длинные ноги на спинку стула спереди.

‒ Очень проницательно, ‒ сказал я, открывая дверь своего кабинета и уже переступая порог добавил: ‒ Похоже, у вас сегодня все под контролем. Я буду в своем кабинете, ‒ и закрыл дверь, прежде чем кто-либо успел ответить, огородив себя от любопытных глаз.

Как только дверь закрылась аудитория снова наполнилась разговорами.

‒ Отлично! Свободный день.

‒ … все так же, как и в прошлом периоде…

‒ … в любом случае, глупая идея тренироваться без маны

Вздохнув, я заглушил их и опустился в свое офисное кресло, наклонился вперед и опустил голову на руки. Несмотря на усталость, мое лицо расплылось в широкой улыбке.

У меня и правда получилось.

При мысли о своем эксперименте в реликтомбах моя голова начинала гудеть. Я хотел поговорить об этом, но Реджис, по-видимому, впал в спячку, как и в тот раз, во время тренировки с Тройным Шагом в горах над ее уединенной деревней. Я надеялся, что благодаря этому он восстановится быстрее.

Вытащив игрушку-головоломку, подаренную Тройным шагом, я постучал ею по столу, слушая, как шуршит семя внутри. Мне не удалось восполнить достаточно много эфира во время пути по второму уровню реликтомб, а ядро, казалось, перенапряженным, но с занятыми руками мне легче думалось.

Обратив сознание внутрь себя, первым, что я заметил, стали эфирные каналы. Поток чистого эфира от обелиска расширил их и очистил внутренности от недостатков.

Когда я создал коготь и начал копаться в плоде, мое ядро раздалось сильной болью, но не обращая на нее внимания, я сосредоточился на сохранении формы когтя. Хотя у меня имелось для использования не так уж много эфира, но я обнаружил, что сам эфир стал двигаться по моим каналам быстрее, иными словами, я мог переместить его к конкретной точке своего тела практически мгновенно.

Однако все еще требовалось время, чтобы сжать эфир в тонкий коготь с кончика указательного пальца, мой усталый разум изо всех сил пытался сосредоточиться на форме. Но вместо этого я сосредоточился на своем ядре.

Ядро в принципе стало больше и прозрачнее. Красноватый оттенок полностью исчез, и эфир внутри приобрел глубокий, насыщенный фиолетовый цвет. Сосредоточившись внимательнее, я смог увидеть четкое разграничение между двумя отдельными слоями ядра: первоначальная оболочка, поддерживающая и удерживающая части ядра маны, и второй, более толстый слой.

Изначально я выковал свое эфирное ядро на чистом намерении и воле. В самый бессильный и отчаянный момент я превратил полное поражение в невозможную победу, сделав то, чего, возможно, никто в истории этого мира не достигал прежде.

Когда эфирное ядро начало трескаться, я понял, что мне нужно выйти за рамки своей ограниченной перспективы. До того момента я шел прежним путем мага, владеющим маной, ожидая роста за счет использования, медитации и боя.

Чем чище становились ядра маны, тем светлее становился их цвет. Это биологический механизм и его естественная работа. Хоть для извлечения максимальной пользы и требовалась преднамеренная медитация, но даже тот, кто никогда не совершенствовал свое ядро маны, заметил бы, как оно медленно прогрессирует при использовании, например, при укреплении мышц.

Но мое эфирное ядро не естественное. У него отсутствовало изначально установленное биологическое развитие.

Благодаря значительным усилиям и знаниям, полученным, будучи магом белого ядра и пользователем ки, я смог удалить из него многие примеси и недостатки. Хоть это и позволило мне легче поглощать эфир и в больших объемах, но не привело к значительным стадиям прогресса, аналогичным продвижению через оранжевую, желтую и серебряную стадии.

Я понял, что мне нужно быть более целеустремленным. Если эфирное ядро не развивается само по себе, то я должен найти какой-то способ заставить его.

Используя огромный резервуар эфира из ловушки обелиска, я сформировал второй слой вокруг ядра, очень медленно и крайне болезненно.

К сожалению, для процесса потребовался практически весь поток эфира из обелиска, так что к моменту как я закончил, не осталось ничего, что можно было бы поглотить себе, оставив тело слабым и ноющим.

Теперь, когда я сделал это, вопрос напрашивался сам собой: смогу ли я сделать это снова? Имея достаточно эфира, могу ли я продолжать добавлять слои к ядру, с каждым разом становясь лишь сильней?

Такая возможность была. Самым большим препятствием являлось найти достаточно большой источник эфира, чтобы создать слой за один присест, фактически обратный процесс тому, когда мне нужно удерживать достаточное количество эфира в ядре, чтобы проникнуть в камень Сильви и пробить слой.

В момент жизненной необходимости, когда у меня не оставалось выбора, кроме как сделать нечто радикальное или рискнуть повредить эфирное ядро, именно эта мысль вдохновила меня. То, как камень Сильви, яйцо, использовало несколько слоев для захвата и удержания эфира, послужило основой для моей собственной попытки.

Спасибо, Сильв, ‒ подумал я. ‒ Даже спя в яйце, ты продолжаешь находить способы поддерживать меня.

Раздался стук в дверь. Я проигнорировал его.





Глава 349: Надежда и ложь




Элеонора Лейвин

Моя стрела маны попала в комок грязи точно по центру, отчего тот разлетелся облаком пыли. Стрела продолжила свой путь к только что бросившему его голему, попав в правый висок. Хоть часть головы голема и развалилась, но по тому, как ожившая куча грязи и камней продолжало движение, готовясь к новой атаке, можно было сказать, что этого явно недостаточно для его уничтожения.

В тот же миг из земли появился второй голем, так, будто он таял в обратную сторону. У него был огромный каменный топор, что целился мне в голову. Я фыркнула.

‒ Комья грязи и тупые топоры? Я тренировалась с Копьем, Хорнфелс, ‒ небрежно сказала я, уклоняясь от неуклюжего удара голема с топором.

Топор приближался в ударе с боку, но я успела перекатиться назад. Усилив лук маной, я выбила ногу голема, после чего на тетиве эльфийского лука засияли две стрелы, и я снова оказалась на ногах. Разделив стрелы маны пальцем, я направила их по разным траекториям так, что одна из них пронзила грудь голема с топором, а вторая попала метателю комьев в горло.

‒ Отличный выстрел, Элли! ‒ воскликнула моя новая подруга Камелия.

Я ослепительно улыбнулась молодой эльфийке, но, когда земля подо мной превратилась в грязь я вскрикнула от удивления. Опустившись на колени, вокруг еще три голема выросли из земли и посмотрели на меня.

Упав плашмя в грязь, я избежала сокрушительного удара каменным кулаком. Земля вновь затвердела, поймав меня наполовину погруженной в каменную поверхность пещеры. Я выплюнула полный рот грязи.

‒ Фу, ‒ простонала я, пытаясь изменить свое положение, но полностью застряла.

‒ Не забывай, я тоже тренировался с Копьем, ты, самоуверенный маленький росточек, ‒ посмеиваясь сказал Хорнфелс.

Легкими шагами, ко мне поспешила Камелия. ‒ Ты в порядке? ‒ спросила она.

‒ С ней все будет в порядке. Не заискивай перед ней, девочка. У девушки и так достаточно раздутое эго.

Выбравшись из ямы, я отряхнулась. ‒ У меня не раздутое эго!

Кто-то саркастически фыркнул, и я обернулась, увидев две знакомые фигуры, идущие к нам.

‒ Жасмин! Эмили! ‒ радостно воскликнула я. ‒ Пришли посмотреть, насколько крутой я стала?

‒ Ну совсем не эгоцентричная… ‒ поддразнила Камелия. Я игриво толкнула ее в плечо, она ткнула меня в ребра, а затем отскочила, прежде чем я успела вернуть обратно.

‒ Мне просто нужно было убедиться, что с ней все в порядке, ‒ сказала Жасмин, кивком указывая на Камелию.

С самого моего детства серьезная искательница приключений практически не изменилась. Мне нравился каждый из Рогов Близнецов, но втайне я немного побаивалась Жасмин. Когда Хелен, Дерден и Анджела Роуз впервые появились в убежище, Жасмин с ними не было. Камелия рассказала мне все о том, как Жасмин спасла ее, так что я была рада, что она вернулась.

‒ На самом деле, мы искали Хорнфелса, ‒ вставила Эмили. ‒ А затем Хелен предложила нам немного потренироваться.

В отличие от Жасмин, Эмили сильно изменилась за довольно короткое время. В ней появилась некая жесткость, которой я никогда раньше не видела у нее, а иногда я замечала, как она становится какой-то пустой и холодной. После того случая, когда ее волосы обгорели во время взрыва, она отрезала их, но хотя бы ее брови снова отрастали.

Я очень обрадовалась тогда прибытию Эмили вместе с Рогами Близнецами и Гидеоном. Мы не были лучшими друзьями или что-то в этом роде, но она всегда с добротой относилась ко мне, и даже сделала специальный лук, приспособленный к моей технике чистой маны.

Однако она является абсолютным гением, так что нет ничего удивительного в том, что она нашла способ выжить. Алакрийцы захватили Гидеона вместе с Эмили, заставив работать на себя, но Рога Близнецы помогли спасти их. Или же они помогли спасти Жасмин? Я все еще оставалась не в курсе некоторых деталей.

Услышав, что мой лук сломан, она расстроилась чуть ли не сильней меня. К сожалению, у нас нет никаких инструментов или ресурсов, необходимых ей, чтобы сделать еще один лук в убежище, поэтому мне оставалось лишь использовать тренировочный лук.

Так или иначе очень хорошо, что они обе вернулись. Знакомые лица так же благоприятно влияют на маму. Она начала понемногу возвращаться к жизни, когда поняла, что многие наши друзья все еще живы и просто дожидаются, когда их выручат.

‒ Я все равно почти закончил с принцессой Лейвин, ‒ усмехнулся Хорнфелс, отчего Камелия хихикнула.

‒ Эй! ‒ возмутилась я.

‒ Еще одна принцесса? Нам как раз ее и не хватало… ‒ сказала Жасмин, и она казалась такой серьезной, что я не могла понять, шутит она или нет.

‒ Не обращай на нее внимания, ‒ сказала Камелия, сморщив нос. ‒ Ей просто сложно выражать свои мысли.

Жасмин приподняла бровь, глядя на эльфийку. ‒ Осторожней со словами, заноза.

Камелия сложила руки на груди в замок и показала Жасмин язык.

‒ Ну хорошо, ‒ сказал Хорнфелс, громко смеясь. ‒ С Уотскин я еще знаком, но вам придется рассказать мне о своих способностях, мисс Флеймсворт…

Я отвлеклась от них, когда Жасмин и Хорнфелс начали обсуждать спарринг.

В качестве нашей тренировочной площадки мы выбрали плоский кряж, возвышающийся над большей частью пещеры. Это место находилось достаточно далеко, чтобы мы случайно не сломали что-нибудь в процессе. Мне оно также понравилось, потому что оттуда открывался вид на поселение, и я могла видеть большинство домов и туннелей за городом.

Кертис и Кейтилин Глайдер быстрым шагом направлялись к туннелю, ведущему к вратам телепортации. После случившегося в Эленуаре, большинство из нас больше никогда не покидали убежище, но Глайдеры вместе с парой других сильных магов все еще отправлялись на миссии поиска беженцев.

Члены нашей экспедиции в Эленуар держались ближе друг другу после возвращения из Эленуара. Кейтилин назвала это “общей виной”. Каждый из нас думал, что мог бы — должен был — сделать больше, чтобы убедиться, что Тессия в безопасности.

Единственным, кто, казалось, вообще не хотел выходить с нами на связь, был эльфийский стражник Альбольд. Когда мы с Тессией не вернулись, он хотел тотчас вернуться в лес, но Вирион не позволил ему. А затем Байрон подтвердил, что Эленуар полностью стерт, и…

Я потрясла головой. Я пыталась представить, каково было бы узнать, что Сапин просто… исчез, но…

‒ Элли, ты в порядке? — спросила Камелия, подталкивая меня локтем.

‒ Конечно, — сказала я, перекидывая лук через плечо. ‒ Просто очень устала. Я собираюсь закончить на сегодня, хорошо?





Глава 350: Коллеги




Каэра Денуар

Входя в его класс, я сохраняла бесстрастное выражение лица, ровный тон и прямую осанку. Ведь для остальных я должна выглядеть не более, чем коллегой.

Тогда зачем, во имя Вритры, я выкрикнула его имя, показав, что мы уже знакомы?

Студенты вокруг уже вовсю шокировано шептались, гадая какие отношения нас связывают. Я никак не могла придумать какими словами предотвратить потенциальные слухи, что отсюда могут поползти. Грей не поклонник внимания, да и я предпочла бы не начинать все опять не с той ноги.

Я попыталась пробраться через волну избалованных подростков, но на моем пути встала неприветливая девушка с короткими золотистыми волосами.

Она присела в элегантном реверансе, после чего достаточно громко, чтобы услышали однокурсники, сказала: ‒ Леди Каэра Высшей Крови Денуар. Мои мать и отец попросили меня передать при встрече их добрые пожелания вам и вашей крови.

‒ Вы, должно быть, юная леди Высшей Крови Фрост, ‒ предположила я.

‒ Энола, ‒ гордо сказала блондинка. ‒ Я стала вашей поклонницей с тех самых пор, как обнародовали ваши прошлые восхождения. Однажды, я хочу стать такой же выдающейся восходящей, как и вы, Леди Каэра.

Я кивнула ей. ‒ Тогда вам следует лучше ничего не упускать на этих занятиях

У девушки Фростов, как и у остальных студентов вокруг нее, на лице отразились сконфуженные и оскорбленные выражения, а я тем временем уже направлялась дальше. Девушка справа от Энолы, услужливо следующая за ней, что говорило о ней, как о представителе крови Редклифф, быстро поклонилась мне, после чего продолжила провожать свою госпожу на выход.

Шепот лишь стал громче, когда студенты теперь пытались понять смысл моих последних слов, однако мое внимание было приковано к золотоглазому профессору, стоящему со скрещенными руками на тренировочной площадке.

Даже когда мы встретились взглядами, Грей хранил молчание с непроницаемым лицом.

Я боялась он уже знал, что привело меня в эту школу. Но еще сильнее боялась, что он не знал, но предположил это как само собой разумеющееся.

‒ Я прошу прощения за грубость моих одноклассников, ‒ раздался голос, отвлекая меня от мыслей.

Говорившим был худощавый молодой человек с черной кожей и пронзительными глазами, он пробрался вперед, расталкивая плечами несколько человек и протянул руку. ‒ Я Вален из Высшей Крови Рамсейр. Раньше мы не имели счастливой возможности встретиться, но…

‒ У меня есть дела к вашему профессору ‒ прервала его я, проигнорировав протянутую руку, после чего окинула холодным взглядом толпу студентов. ‒ И как он уже подметил… занятие окончено.

Наследник Рамсейеров сжал скулы и убрал руку, после чего удалился. Шепот и тихие разговоры все продолжали нарастать, пока остальная часть класса не решила последовать его примеру. Лишь последний уходивший студент остался бессловесен. Сгорбившись вперед с прикованным взглядом к ботинкам, он из последних сил пытался подняться по лестнице.

Я поправила свою блузку и направилась к нему вниз. Теперь, когда остались лишь мы вдвоем, мой разум начал метаться, пытаясь придумать слова, чтобы разрядить напряженную обстановку.

Вздохнув, я остановилась на полпути вниз, выбрав следующие слова: ‒ Приятно снова тебя видеть.

И снова он меня встретил молчанием, единственной переменой в его выражении лица стала подозрительно приподнятая бровь.

Я умиротворяюще подняла руки, а также показала ему свое кольцо. ‒ Я просто пришла, чтобы сказать «привет» и узнать, что нового у друга.

‒ А я было беспокоился, что ты преследуешь меня, ‒ с непоколебимой бесстрастностью ответил он.

Я серьезно кивнула. ‒ О, да. Ведь я просто жажду твоего сварливого, неопределенно-угрожающего присутствия.

Его краешек губ еле видно задергался. ‒ Я не сварливый.

Я усмехнулась, садясь на ближайшее место. ‒ Ты прав…

Повернувшись ко мне спиной, Грей начал возиться с элементами управления тренировочной платформы. В классе Кайдена находилось нечто подобное, поэтому я должна была догадаться, что должно было произойти, но…

Резкий укол боли пронзил мой зад и пронесся по спине, отчего я вскрикнула, вскакивая с места.

Грей приглушил свой смех, наконец сняв с себя холодную маску, я зло посмотрела на него. ‒ Очень жаль, что Реджис сейчас спит, ‒ сказал он. ‒ Ему бы это понравилось.

Я потерла место, которое вызывающая боль руна ударила шоком. ‒ Ребячество…

У него хорошо получалось выглядеть застенчивым, потирая шею сзади… но он все еще улыбался как идиот. ‒ Я только что закончил здесь. Не хочешь прогуляться? Нам следует поговорить о произошедшем.

‒ Нет, ‒ огрызнулась я.

Вздохнув, я сказала: ‒ Думаю, хочу.

После того, как он запер свой кабинет и небрежно убрал несколько тренировочных мечей, мы покинули здание, медленно идя в общем направлении к особняку Виндкрест, в котором мы остановились.

‒ Значит… ‒ начала я после минуты неловкого молчания. ‒ Профессор Грей, да?

‒ Да. Это показалось…

‒ Разумным ходом? ‒ закончила я за него

Он кивнул в ответ.

‒ Это был умный ход, ‒ подтвердила я с легкой улыбкой ‒ То, что ты сделал с теми наемниками в реликтомбах… что ж, теперь ни для кого не секрет, что это на твоих руках, однако после суда Высокий Зал не был заинтересован преследовать тебя, а Гранбели, покинув свое поместье в реликтомбах, вернулись в Вечор и больше не высовывались.

Темп ходьбы Грея сбился, а сам он нахмурился. ‒ Ты до ужаса хорошо информирована.

‒ У меня есть свои источники, ‒ сказала я, наблюдая за группой студентов, пробегающих мимо.

Постоянно активный и суетливый кампус всегда был для меня захватывающим и, в некотором смысле, утомительным. С самого детства меня окружали частные репетиторы. Севрен, Лоден и я получали возможность пообщаться только в рамках официальных званных ужинах в нашем, или каком-то ином поместье высшекровных. И лишь намного позже, в подростковом возрасте, мне разрешили посещать академию, да и то только на два периода. Однако, хоть и многие из студентов здесь являлись высшекровными, кровь Вритры гарантировала мне извечное отношение, как к некой хрустальной статуе, а не человеку.

Даже в реликтомбах, я постоянно находилась под защитой маскировки Хедрига и моих охранников, Тэгена и Ариана. В академии же все стало иначе, в особенности из-за удочерившей меня крови наряду с собственными достижениями, привлекшими излишнее нежелательное внимание.

‒ Леди Каэра, ‒ раздался бодрый голос сзади. Мы с Греем остановились и повернулись, краем глаза я заметила, как Грей надел свою бесстрастную маску.

Говорившим оказался незнакомый мне маг с зализанными волосами и броской мантией.

‒ Леди Каэра, ‒ повторил он, поклонившись. Он смотрел лишь на меня, будто не замечая присутствия Грея. ‒ Для меня большая честь наконец-то встретиться с вами. Я Януш Крови Грэм, профессор…

‒ Извините, ‒ сказала я вежливым тоном, в котором все-таки слышалось мое желание, чтобы он убрался. ‒ Боюсь, вы прервали мой разговор с профессором Греем. Возможно, мы сможем поговорить позже, в более подходящее время.

Коротко кивнув, я отвернулась от человека, выглядящего так, будто я только что отвесила ему пощечину.

Я повернулась было к Грею, в ожидании увидеть его реакцию, но этот бессердечный восходящий уже оставил меня позади.





Глава 351: Наименее катастрофично




Принесла? ‒ спросил я Каэру, пока она снимала капюшон плаща и закрывала дверь. Влажные синие волосы облепили ее голову, а стекающая вода собиралась в лужицу на плитках пола.

‒ Конечно, ‒ уверенно сказала она, с озорным огоньком в глазах.

Изящно взмахнув рукой, она активировала свое пространственное кольцо и достала оловянного цвета шар размером с два моих кулака. Его металлическая поверхность была усеяна оспинами, выступами и трещинами, что делало его похожим на круглую металлическую губку.

Я осторожно взял, протянутый Каэрой шар.

‒ Тяжелый, ‒ прокомментировал я, прикинув его в вес руке. ‒ Это будет иметь значение?

Она расстегнула промокший плащ и повесила его у двери. ‒ Конечно же, надеюсь, что нет. Из выгравированных на пьедестале рун, я не заметила ни одной отслеживающей вес, а ты?

‒ Я тоже, ‒ ответил я. ‒ И маловероятно, что мертвые реликвии так уж часто достают. К тому времени, когда кто-либо обнаружит подмену…

‒ Профессор Грей и Ассистентка Денуар будут уже далеко от Центральной академии, ‒ закончила она.

Каэра на удивление быстро прониклась моей идеей. Из наших приключений в реликтомбах я знал о ее бунтарской и несколько безрассудной натуре, но все равно ожидал, что ее придется убеждать. Благодаря своей проницательности, она сразу поняла мое намерение и быстро согласилась. Затем мы провели остаток дня и целый вечер, разрабатывая план.

Вместе мы обсудили сильные стороны каждой реликвии или, по крайней мере, тех, о которых могли узнать из книг и осторожных расспросов куратора музея. Лично я хотел взять две или три, но Каэра справедливо заметила, что это добавит ненужный риск. Обсудив все необходимое для предстоящей кражи, в конечном счете мы выбрали одну мертвую реликвию для “вызволения” из Реликвария. Из всех реликвий я не нашел ни одной, что могла бы мне дать значительный прирост силы, поэтому наш выбор пал на ту, о которой алакрийцы знали меньше всего, по совместительству являющейся последним пополнением Центральной Академии.

Хотя куратор музея и отказался говорить о причине, почему Коса Драгот принес шар именно в Центральную академию, но зато был более чем счастлив обсудить его способности с Каэрой — то немногое, что о них было известно.

По словам старика, мертвая реликвия была уникальна тем, что ее форма не давала никаких намеков на ее назначение. Рябая поверхность была не изначальным атрибутом, а скорее результатом коррозии. Когда реликвию только обнаружили, она была безупречной серебряной сферой, но по извлечению из реликтомб, стала быстро разлагаться. Инстиллеры предположили, что это был какой-то инструмент, — возможно, что-то, используемое при сотворении самих реликтомб — и внезапная деструкция была своего рода защитным механизмом, предотвращающим раскрытие секретов древних магов. Однако это все, что куратор мог сказать Каэре.

Сама идея иметь инструмент джиннов, позволивший бы мне напрямую манипулировать реликтомбами, — слишком хороша, чтобы от нее отказываться.

‒ И ты уверена, что мастер…

‒ Для высшекровных не редкость изготавливать поддельные мертвые реликвии, чтобы произвести впечатление на своих друзей… и соперников, ‒ Каэра с ухмылкой указала на шар. ‒ Она будет молчать, поскольку длинный язык в таком деле, скорее всего, привел бы ее к смерти.

‒ И все же, если она…

Каэра отмахнулась от моих беспокойных слов. ‒ Я замаскировалась, как видишь, и притворилась представителем другой крови. Так что, даже если она заговорит, я все равно останусь не при делах.

Наполнив пространственную руну эфиром, я спрятал поддельную реликвию. ‒ За какую кровь ты себя выдала?

В глазах Каэры снова промелькнул озорной огонек. ‒ О, я думаю, ты знаешь.

Реджис в своей миниатюрной форме разразился смехом, чуть не упав навзничь. ‒ Так и надо этим придуркам из Гранбелей. Теперь даже хочется надеяться, что эта подозрительная леди-мастерица действительно предаст их — то есть нас, то есть неважно кого из.

Я надел белую мантию на плечи и повернулся с веселой улыбкой к Каэре. ‒ Если дела пойдут плохо, по крайней мере, будет позитивный момент.

Каэра вытащила кулон в виде слезинки — который никогда не снимала — и прошептала заклинание. От того как ее черты стали расплываться, моим глазам стало некомфортно, после чего те преобразились, явив знакомого зеленоволосого восходящего Хедрига.

‒ За этим очень странно наблюдать, ‒ сказал я, осматривая лицо и тело в поисках хоть малейшего намека на Каэру.

Хедриг глядя на меня вильнул бедрами и захлопал ресницами. ‒ Что случилось, Грей? ‒ сказал он своим хриплым голосом. ‒ Ты больше не находишь меня привлекательным?

Реджис медленно обошел вокруг Хедрига, принюхиваясь к ботинкам. ‒ Честно говоря, я не знаю, как к этому относиться. Во-первых, что случилось с твоими сис…

‒ Мы можем быть немного серьезнее? ‒ вмешался я, натягивая капюшон. ‒ Мы собираемся совершить серьезное преступление.

Вызвав грязный зеленый плащ из своего пространственного кольца, Хедриг нахмурился и почесал щетину на подбородке. ‒ Не имею ни малейшего понятия, о чем ты говоришь. Я просто собираюсь прогуляться до Реликвария…

‒ Не обращай на него внимания, ‒ сказал Реджис. ‒ У него просто мандраж перед кражей.

‒ Пойдем, ‒ сказал я, жестом указав Реджису вернуться в мое тело. ‒ Реликварий должен был только что закрыться.

Каэра — точнее Хедриг — повел нас через коридор, соединявший многочисленные апартаменты Виндкреста. Он завернул налево, выбрав короткий путь к выходу, в то время как я повернул направо, пойдя окольным путем.

Погода стояла мрачная. С неба лил дождь, и редкие вспышки молний освещали грязный кампус. Такая погода играла нам на руку, для нас это означало, что на улице будет намного меньше людей.

Плотнее закутавшись в блестящую белую мантию, я “нырнул” в бурю. Дождь был изнурительным, но, то ли из-за магических свойств мантии, то ли из-за качества материала, я оставался в тепле и относительной сухости.

Я не видел Хедрига, но зато слышал откуда-то спереди мелодичную, забутыльную песню, приглушенную шумом ливня.

‒ Никогда бы не подумал, что прекрасная леди Каэра знает такую неприличную песню… ‒ сказал Реджис, напевая ту же мелодию.

Спустя время сквозь плотную завесу дождя начали виднеться яркие фонари, освещавшие вход в Часовню. Хедриг уже поднимался по лестнице приближаясь к все еще открытым двойным дверям и стражнику, стоявшему рядом.

Он остановился, когда стражник обратился к нему, я ничего не смог расслышать из-за расстояния и слишком шумной грозы. Но предположил, что охранник просто сообщил ему, что зал Реликвария закрыт, однако мы уже знали это. Хедриг кивнул и вошел в здание, споткнувшись о порог.

Внутри здания находилось большое пространство, где были выставлены мертвые реликвии и другие представляющие ценность награды, с расположенными по периметру коридорами, образующими прямоугольник… И в то время, как холл оставался открытым — но не без охраны -, сам Реликварий запирали после времени закрытия.

Охранник пристальным взглядом проводил Хедрига. И после секундного колебания он покинул свой пост, последовав за очевидным пьяницей.

Быстрым шагом, наклонившись вперед и все так же плотно закутавшись в мантию, я направился к дверям Часовни. Для любого, кто наблюдал бы за мной со стороны, я показался бы просто человеком, застигнутым бурей врасплох и ищущем укрытия.

Преодолевая по три каменные ступеньки за шаг, я остановился прямо перед дверью и прислушался.

‒ … я же говорю тебе, все в порядке, ‒ чуть ли не кричал Хедриг на другом конца холла. ‒ Я просто хочу заскочить и взглянуть на свои старые — Хедриг громко рыгнул — доспехи.





Глава 352: Реликвия, возродись




Каэра Денуар

Я ничего не слышала за шумом проливного дождя помимо бешенного стука сердца и плеска воды, разбрызгиваемой моими ботинками.

‒ За ним!

Выкрикнутый приказ практически смыло дождем. Даже без ливня я знала, как избежать нежелательного внимания и любопытных глаз, поэтому не боялась быть пойманной. Но, все еще было что-то, что заставляло сердце грохотать в ушах.

Кайден…

Какого черта он тут забыл? Как много он успел увидеть?

Что Грей собирается делать с ним?

Мое горло сжалось, когда я вспомнила ощущение сильной хватки Грея на шее, поднимающей меня над землей. Я не сомневалась, что если Грей сочтет необходимым, то убьет Кайдена.

И в зависимости от увиденного профессором, я даже не уверена, что смогла бы не согласиться с этим. Вероятно, меня бы не наказали в традиционном смысле этого слова, ведь я все еще Денуар и знала так же хорошо, как и любой другой, что алакрийские законы работает для высшекровных иначе. Тем не менее, слишком большое внимание может привести к обнаружению проявления моей крови Вритры.

И я знала, что сделаю все что угодно, чтобы этого избежать.

Свернув в широкий переулок меж двух зданий академии, я воспользовалась подоконником одного, чтобы забраться в окно на втором этаже другого, а затем перепрыгнула через переулок на крышу первого. Черепица была скользкой, но несмотря на это, мне удалось перелезть через конек крыши и соскользнуть с другой стороны. Добравшись до края крыши, я оттолкнулась, взлетев на дюжину или более футов, и приземлилась на выступ окна второго этажа особняка Виндкрест.

Ставни были закрыты от шторма, но используя кинжал моего брата с белым лезвием, мне удалось открыть задвижку. Прежде чем открыть ставни, я извлекла ману из реликвии, висящей у меня на шее, позволив внешности вернуться в нормальное состояние.

Соскользнув с подоконника, я оказалась в конце одного из множества длинных коридоров, разделявших здание на помещения и апартаменты. Апартаменты Грея находились через пару дверей по коридору.

Я замерла, когда поняла, что кто-то стоит прямо перед его дверью, это была девушка, она нервно колебалась. Но, казалось, не заметила шума от моего прихода.

Ее светлые волосы были прямыми и влажными, а белая боевая мантия, которую она носила, прилипла к наполовину промокшей от шторма фигуре. По лужице, образовавшейся вокруг нее, я могла сказать, что она стояла там, по крайней мере, уже несколько минут.

‒ Привет, ‒ сказала я, тщательно закрывая за собой ставни.

Женщина испуганно вскрикнула и подскользнулась в луже. Она взметнула руку и выпустила порыв ветра, чтобы не упасть. ‒ Кто, черт возьми…

Замолчав, она оглядела мою внешность и разбитое окно позади меня. Подняв руку с расправленной ладонью в мою сторону, ее выражение лица стало жестким. ‒ Пожалуйста, обратите внимание, что я профессор этой академии и более чем способна защитить себя и собственность проживающих здесь людей.

‒ Рада слышать, учитывая, что я здесь живу, ‒ сказала я, указывая на потолок коридора. ‒ На самом деле на третьем этаже, но в окно второго было удобнее прыгать, ‒ я слегка кивнула ей, а затем убрала мокрые пряди волос, упавшие мне на лицо. ‒ Каэра Высшей Крови Денуар. А вы кем будете?

Ее рука сразу сместилась вниз, а брови поползли наверх. ‒ Ой. Ой! О Вритра, мне так жаль!

Я пожала плечами, указывая на себя взмахом руки. ‒ Я не виню вас. Похоже, мы были в одной лодке.

Женщина взяла уголок мантии в руку и отжала воду на пол. ‒ И не говорите. Я была там всего пару секунд назад.

Я понимающе улыбнулась уголками губ. ‒ Значит, вы и профессор Грей…

Она замерла, одна рука все еще была завернута в мантию, ее широко раскрытые янтарные глаза задержались на двери Грея. ‒ Н-нет, я просто… из-за шторма, и… подумала, что…

Женщина сделала паузу и заставила себя улыбнуться. ‒ Извините, я Эбби из Названной Крови Редклифф. Могу я вам помочь с этим? ‒ она указала на мою одежду, с которой вода капала на пол непрерывным потоком.

Не дожидаясь ответа, она взмахнула руками и вызвала порыв теплого ветра, что стал обдувать мою одежду и волосы. Я прищурилась от потока воздухи и схватилась за края плаща, чтобы он не развевался. Через несколько секунд я снова находилась в тепле и сухости.

‒ Спасибо, ‒ сказала я. ‒ Почему вы до сих пор не сделали того же для себя?

‒ Эм… ‒ женщина разгладила свою промокшую одежду, избегая моего взгляда. ‒ Что ж, похоже, Профессора Грея все равно сейчас нет дома. Э-э, рада познакомиться с вами, леди Каэра.

Женщина закружилась так быстро, что по коридору разлетелась дуга из капель воды, после чего она быстро зашагала по коридору. Заворачивая за угол в конце коридора, она бросила осторожный взгляд в мою сторону. Ее губы сжались, когда она увидела, что я все еще наблюдала за ней, а затем она ушла.

Это не должно было меня удивлять. Вокруг такого поразительного и загадочного мужчины, как Грея, женщины будут кружиться, как птицы. Даже без имени крови, тот факт, что он достиг ранга профессора в такой престижной академии, предполагал наличие связей и богатства. Многие женщины из названных кровей так и ждут, чтобы выйти замуж ради политических связей и продвижения своей крови, как правило, путем создания прочной связи меж двух названных кровей аналогичного статуса.





Глава 353: Сдвиг парадигмы




Артур Лейвин

Я свесил ногу за отвесный выступ крыши и прислонился спиной к зубчатой стене, блуждая взглядом по кампусу Центральной Академии. Реджис, вернувшийся к своей полной силе в форме большого теневого волка, положил передние лапы на красный каменный зубец, позволяя прохладному ветерку раздувать пламя его гривы.

Утро лишь начиналось, и в кампусе все еще было темно, горизонт только-только начинали разукрашивать розовые и оранжевые тона. Несмотря на ранний час, студенты уже проявляли активность по всему кампусу, тренируясь или выполняя упражнения. Вспышки магии то тут, то там озаряли кампус, будто фейерверки, но на вершине башни сохранялась полная тишина. Что делало ее идеальным местом для размышлений.

‒ Так ты действительно думаешь, что мы должны остаться, да? ‒ сказал Реджис, принюхиваясь к ветру. ‒ Имея реликвию…

Я откинул голову назад и уставился в иссиня-черное небо. ‒ Половина Компаса восхождения остается в месте, откуда мы входим в реликтомбы. И даже если теперь мы можем по желанию заходить и возвращаться, нам все равно нужно безопасное место для его активации.

Реджис с любопытством посмотрел на меня, в его глазах виднелся проблеск интеллекта. ‒ Так ли уж это место безопасно? Мы могли бы вернуться к Даррину Ордину или, черт возьми, просто найти пещеру где-нибудь в горах или еще что-то в этом роде.

‒ Это дополнительный набор переменных, на которые я не могу полагаться. Здесь же я знаю, чего ожидать. Мы подвергнем себя большему риску если начнем передвигаться по Алакрии, однако здесь, у нас по крайней мере, уже есть легенда, личность.

Будучи профессором, я получил не только прикрытие и политическую защиту, но и пришел к пониманию того, что уважение, присущее моей должности, было своего рода щитом. Независимо от любопытства или сомнений, которые могли возникнуть у моих студентов и коллег-преподавателей на мой счет, очень маловероятно, что они когда-либо заподозрят, что я дикатенский шпион. Существовало множество более простых объяснений любым моим ошибкам, кроме того, люди, обладающие богатством и могуществом, всегда предполагают, что те, или иные тайны каким-то образом вписываются в их собственные горячо любимые интриги.

‒ Кроме того, мы еще не до конца разобрались в Компасе.

Реджис потянулся, прежде чем медленно улечься. ‒ Разве? Мне он кажется достаточно простым.

Я достал половину Компаса, отвечающую за возврат из своей руны хранения, и медленно прошелся взглядом по его изогнутой и безупречной поверхности, будто ожидая, что та опровергнет слова Реджиса.

Впрочем, он был прав. В то время как одна половина реликвии создает портал в реликтомбы, другая, хоть и без создания второго портала, позволяет мне вернуться. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, как же он работает, поскольку вторая половина реликвии никак не реагировала в реликтомбах, и мне пришлось зачистить зону. Однако, когда я влил в нее эфир возле портала на выход из зоны, половина реликвии вспыхнула, осветив портал ярким светом. Когда же свечение померкло, я увидел свою комнату и Каэру, нетерпеливо ждущую моего возвращения.

Возможность входить и выходить из реликтомб по своему желанию переворачивала все с ног на голову. После первого теста Каэра, Реджис и я вернулись туда уже вместе, чтобы продолжить изучение возможностей реликвии, при этом поглощая значительное количество эфира.

‒ Итак, сколько же виноградного сока может сейчас вместить твое ядро? ‒ спросил Реджис, очевидно, читая мои мысли.

Несмотря на прошедший час исследования зоны вместе с поглощением эфира: как от убитых зверей, так и из атмосферы, я все еще не достиг предела запасов двухслойного ядра. ‒ Он не так называется, ‒ сказал я с притворным раздражением, ‒ и, если честно, то не знаю. По крайней мере, в десять раз больше, чем раньше.

Под первым же предлогом воспользоваться новой силой, я вытащил плод-игрушку из пространственной руны. Мой спутник повернулся, чтобы лечь на бок, наблюдая за моими действиями со слегка скучающим видом.

Объем эфирного резервуара никогда не был основным препятствием на пути к преодолению испытания Тройного Шага, однако повышение чистоты эфира и эффективности эфирных каналов облегчали поддержание концентрации.

Когда я направил эфир в свою руку, чтобы сформировать коготь, то сразу же почувствовал разницу. Перво-наперво, я даже не почувствовал каких-либо затрат эфира. Форма когтя стала более устойчивой и прочной, и вообще стало легче сосредоточиться. Хоть этот коготь и являлся лишь шагом к моей настоящей цели, но было приятно наконец-то добиться ощутимого прогресса.

Реджис показательно зевнул, привлекая мое внимание. Лениво наклонившись на бок, он демонстративно вытянул свои собственные, более острые и длинные когти.

Я усмехнулся. ‒ Позёр.

Взяв твердую оболочку в руку, я просунул коготь в щель и начал рыться внутри в поисках семени. Когда я поднес семя к отверстию, где раньше был стебель, я потянул на себя, пытаясь силой достать его, как делал уже множество раз до этого. Коготь сохранял стабильную форму, продолжая потреблять эфир из моего ядра.

Успокоившись, я сделал медленный вдох, и представил, как коготь увеличивается и изгибается вовнутрь, практически оборачиваясь вокруг маленького семени, идеально вписываясь в его изгибы. Эфир быстро отреагировал на мое намерение.

На моем лице появилась улыбка.

Затем я потянул. Не слишком сильно, но с постоянным давлением, которое медленно увеличивал до тех пор, пока края отверстия не треснули и не стали выпирать наружу, и тогда я почувствовал, как семя проскальзывает через щель.

Давление исчезло.

Темно-коричневое семя выскочило и приземлилось мне на ладонь.

Я уставился на него, вспомнив, что у Теневых Когтей ведь даже была некая церемония, чтобы отпраздновать, когда один из их детей преодолевает эту инициацию. ‒ Будь у меня больше времени, чтобы остаться с Тройным Шагом в реликтомбах, возможно, она нашла бы воодушевляющее воспоминание для меня, чтобы отпраздновать, но…

По крыше башни пронесся порыв ветра, начав сносить семя, отчего я крепко сжал его в руке. Это было очень странно и отрезвляюще — осознать, что результат всех моих долгих усилий с высушенным плодом может быть вот так унесен в мгновение ока, ничего не оставив после себя.

Я оглядел голую крышу и пустые улицы внизу. На фиолетовом горизонте возвышались заснеженные горы. Незнакомые звезды над головой исчезали, поглощаемые восходящим солнцем.

Для детеныша Теневых Когтей достать семя означало бы обеспечение места в племени. Для меня же, это было просто напоминанием, что у меня его нет.

‒ Ну если оно тебе и правда не нужно, то я могу его забрать себе, ‒ сказал Реджис, заинтересованно обнюхивая маленькую коричневую сферу.

Проследив за его взглядом, я присмотрелся к семени повнимательнее и заметил зазубрину на гладкой коричневой поверхности. Тонкое фиолетовое мерцание пробивалось сквозь место, где мой коготь вонзился в семя. Используя эфирный коготь, я соскреб коричневое покрытие, обнажив внутри твердый шар конденсированного эфира, его аура была полностью скрыта за органической оболочкой.

Пока я смотрел на свой приз, задаваясь вопросом, сколько эфира содержится в семени, Реджис положил голову ко мне на колено. Его яркие глаза были прикованы к семени, а голова медленно приблизилась.

Вспомнив о насыщенным эфиром плоде, растущем в зоне джунглей, где я сражался с многоножкой, я сунул семя в рот и проглотил.

Обжигающее ощущение, опускалось вниз, и остановилось внутри, а затем изверглось, словно вулкан, когда эфирная сердцевина семени разрушилась и начала поглощаться. Мое ядро загудело, принимая этот прилив энергии, и тут же наполнилось.

Оно обжигало, горя звездой в моем солнечном сплетении. Я начал светиться, твердый барьер аметистового света замерцал на моей коже, а сам эфир угрожал вырваться наружу. Усилив намерение, я почувствовал, как застонала башня, ее укрепленные камни и известковый раствор затряслись под давлением. Окружающий эфир ожил, закружившись пургой вокруг крыши.

‒ Там немного осталось, если хочешь, ‒ сказал я, выводя сбитого с толку Реджиса из оцепенения.

Мой спутник резко отвернулся, надувшись. ‒ Созданное богом оружие разрушения, такое как я, не должно довольствоваться чужими объедками.

Покачав головой, я закрыл глаза и обратил внимание вовнутрь, исследуя свое пылающее ядро. ‒ Ну, как хочешь. Тогда я заберу все.

Реджис положил лапу мне на колено и невозмутимо посмотрел на меня. ‒ Приношу свои извинения, сэр.

‒ Работает безотказно, ‒ ухмыльнулся я, когда теневой волк в нематериальной форме слился с моим телом и начал поглощать этот океан эфира.

***

Я оставался на крыше башни до середины утра, наблюдая, как пробуждается кампус, в то время как Реджис выкачивал оставшийся от семени эфир во мне.

Купаясь в теплых лучах солнца и собственном успехе, я спустился с башни и направился в свой класс. Казалось, что даже идти стало легче, так будто до сих пор всю свою жизнь я двигался под водой. Принимая во внимание размер семени, оно содержало значительно больше эфира, чем вообще казалось возможным.

Я не торопился пересекать кампус лишь для того, чтобы оказаться в помещении, полном избалованных алакрийских подростков. Вместо этого сосредоточившись на контроле над силой, рвущейся наружу. Второй слой ядра не прибавлялся сверху к моим запасам эфира, а экспоненциально увеличивал его. И я сказал бы, что потребуется некоторое время, чтобы приспособиться к этой тяжести в груди.

Проходя мимо библиотеки, я заметил знакомый затылок с оранжевыми волосами, выцветшими до ярко-желтого на концах.





Глава 354: Немного преподавания




Держа полусферу реликвии, я влил в нее небольшое количество эфира. Реликвия ожила, вспыхнув серебряным светом, объединившимся с порталом, ведущим на выход из зоны. Довольно затуманенное пространство портала покрылось рябью и через мгновение стало прозрачным как стекло. Я видел свою комнату через портал, будто через обычное окно Центральной Академии.

Жестом я предложил Каэре пройти первой.

‒ Я бы назвала тебя джентльменом, если бы не знала, что ты используешь меня как подопытную мышку для своей новой игрушки, ‒ сказала она с усмешкой, прежде чем исчезла, пройдя через портал, и в тот же миг показалась по ту сторону.

Пройти через портал можно было так же беспрепятственно, будто это был обычный дверной проем. Без какого-либо дискомфорта или чувства головокружения, которое люди иногда ощущают при использовании телепортационных врат на Дикатене. Это было даже как-то странно, так плавно переходить из реликтомб в мои чистые и в основном пустые апартаменты в академии.

Каэра стояла посреди комнаты, ее алые глаза следили за каждым моим движением, пока я наклонялся, чтобы деактивировать портал. При соединении двух половинок издался щелчок, и они вновь образовали идеальную сферу. Я поместил Компас в пространственную руну.

‒ Жаль, что ничего не получилось, ‒ наконец сказала она, ее взгляд смягчился.

‒ Все в порядке, ‒ пробормотал я. ‒ Когда-нибудь да получится.

Каэры выдавила натянутую улыбку и провела рукой вдоль своего тела, покрытому запекшейся кровью. ‒ Так или иначе, мне лучше пойти привести себя в порядок, ‒ она выглянула в окно, где кампус уже начал озаряться светом. ‒ Похоже, мы провели там большую часть ночи. Скоро занятия.

‒ Тебе, наверное, следует помыться тут, ‒ отметил я, указывая на дверь в ванную. ‒ Если кто-нибудь увидит, как ты бродишь по зданию, покрытая кровью, то это может привлечь ненужное внимание.

Каэра посмотрела на потолок, будто мысленно прокладывая путь из моей комнаты в свою. ‒ Хорошая мысль.

Передав ей свежее полотенце, я сел за доску Распри Владык и стал бездумно двигать фигурами.

‒ Может быть, это не сработало, потому что Сильви — асура, а мы находились в реликтомбах? ‒ спросил Реджис, уловив мои полусформировавшиеся мысли.

‒ Нет, ‒ подумал я. ‒ Это ощущалось так же, как и когда я только-только сформировал эфирное ядро. Только теперь вместо наполнения озера ведрами, я переливаю озёра в океан.

Благодаря второму слою эфира, образовавшемуся вокруг моего ядра, мои запасы эфира возросли в десять раз, и поэтому я был уверен, что смогу сломать вторую печать в камне Сильви. Но ошибся. Вместо сломанной печати я увидел, как вся собранная мною сила — как из реликтомб, так и из семени, что находилось в плоде данного Тройным Шагом — исчезла в бездонных глубинах рунической структуры, утекая, словно песок через сито.

‒ Но ты прав, ‒ продолжил я, закрывая глаза и позволяя себе погрузиться в мягкий матрас. ‒ Лучше не пытаться снова делать это в реликтомбах. Мы не знаем, что произойдет, если внутри появится чистокровная асура.

Через несколько минут Каэра вышла из ванной, очищенная от грязи и одетая в чистую одежду. ‒ Пока я была в твоем душе, мне пришло в голову, что если я выйду через твою дверь рано утром, только что вымытая, то это может породить не меньше слухов, чем если я была бы вся в крови, ‒ сказала она как ни в чем не бывало.

‒ Менее разрушительные слухи, ‒ сказал я.

Она надменно посмотрела на меня, приподняв бровь. ‒ Для тебя, возможно. Но ты не высшекровная леди с репутацией, которую нужно поддерживать.

Я наклонил голову, не отводя взгляда. ‒ Хочешь, я открою тебе портал в реликтомбы, где ты смогла бы снова покрыть себя кровью?

Каэра вздохнула и устало отмахнулась от моих слов. ‒ Удачи на занятиях, Грей.

Когда она ушла, голос Реджиса заполнил мою голову. ‒ Знаешь, а это впечатляет.

‒ Что? ‒ спросил я, чувствуя какую-то ловушку в его словах.

‒ То, как ты можешь быть настолько хорош и настолько плох с женщинами одновременно.

***

Спускаясь по крутой лестнице в зале, я не мог не заметить, насколько сильно изменилось настроение в классе по тактике ближнего боя.

После утверждения, что они будут соревноваться на Викториаде — перед слугами, Косами и Владыками — студенты начали приходить рано, и даже те, кто всего несколько дней назад высмеивал идею научиться сражаться без магии, с нетерпением ждали вместе со своими сверстниками.

Энола и угодливая ей подруга Лорел из Названной Крови Редклифф — как я выяснил, племянница профессорши Эбби, — заняли большую часть тренировочной платформы, в то время как остальные объединились в пары друг с другом и рассредоточились по классу, неуклюже проводя спарринги.

‒ Что… они делают? ‒ спросил встревоженный открывшейся картиной Реджис.

Я в замешательстве нахмурился, наблюдая за студентами.

В основном здесь находились высшекровные из могущественных домов — в том числе из Вечора, где будущих мужчин и женщин обучали быть солдатами с момента, как они начинали самостоятельно ходить, — но казалось, что лишь несколько из них имели хоть какое-то представление о том, что они делают.

Их удары руками и ногами не достигали цели, так, будто они играли в драку с малышом. По всей видимости из всего класса единственными, кто действительно спарринговал были только Вален, Энола и Маркус из Высшей Крови Аркврайт.

Я усмехнулся, осознав причину. ‒ Они не используют ману.

Алакрийцы пробуждались как маги раньше, чем дикатенцы, поэтому логично, что перед посещением Центральной Академии во время тренировок в подпитке движений и атак они практически всегда полагалась на ману, полностью игнорируя мышцы и технику.

‒ Профессор Грей!

Я перевел взгляд и увидел спешащую ко мне Майлу, поднимающуюся по лестнице, ее лоб был покрыт потом.

‒ Вы будете преподавать сегодня, так ведь? Сет показал мне несколько упражнений, которые вычитал из книг, чтобы помочь нам разогреться к вашему уроку!

‒ Сет? ‒ я почувствовал небольшой укол в груди услышав это имя, мое лицо непроизвольно скривилось в гримасе.

Я старался не думать о Сете. Было легче игнорировать его существование, чем постоянно пытаться убедить себя, что я был прав, презирая его за действия его сестры во время войны.

Ведь в конечном счете, это привело к порабощению бесчисленных эльфов и к последующему уничтожению Эленуара.

Кого волнует, что это не было его непосредственной виной.

‒ Его семья получила по заслугам…

‒ Даже если бы Сет лично проложил путь к Эленуару, вместо своей сестры, давай не будем забывать, что ты тоже совершал ужасные вещи, будучи солдатом на войне, ‒ раздраженно сказал Реджис.

‒ Я знаю, что… Я знаю. Просто…

Потерев виски, я прошел мимо Майлы. Я старался не смотреть на Сета, который изо всех сил пытался отжаться. Я направился к кабинету, не обращая внимания на взгляды студентов, мимо которых проходил, пока не был остановлен кем-то стоявшим перед моим кабинетом.

Энола со скрещенными руками на груди, смотрела на меня ледяным взглядом, даже не обращая внимания на катившееся по своему лицу капли пота.

‒ Какие-то проблемы?

Она опустила руки и усмехнулась. ‒ Уже прошло несколько дней с тех пор, как объявили, что наш класс будет участвовать в Викториаде, а вы так ничего и не сделали, помимо указа тренировать наши тела.

Я приподнял бровь и указал головой назад. ‒ По всей видимости, вы уже пошли дальше. Но думается мне, что спарринг не является частью комплекса упражнений.





Глава 355: Всего лишь его имя




Тессия Эралих

Подняв руку, я наслаждалась реакцией маны. Полные энергии красные частички прыгали в танце. Желтые парили над самой землей, перекатываясь и вращаясь, словно крошечные камешки. Синяя мана омыла меня волной, и прилипла к коже, словно роса. Впрочем, моей любимой была зеленая. Она острая, как бритва и хлесткая, как ветер, которым и являлась, но в ней также присутствовало что-то прохладное и чистое. Мана ветра была одновременно твердой и мягкой.

Я стояла на безымянном плато, высоко в горах Клыков Василиска. Недалеко от Тэгрин Келума. На многие мили вокруг не было ничего, что я могла бы случайно уничтожить… Но я здесь не потому, что Агрона боялся, что я могу потерять контроль. Наоборот, он знал степень моего контроля и хотел, чтобы я дала себе волю.

Подняв руку к небу, я сосредоточилась на мане, направляя ее в одну точку высоко сверху. Уплотненные вода и ветер, столкнулись друг с другом и образовали огромное черное грозовое облако, затмившими солнце на многие мили вокруг нас.

Мои немногочисленные зрители наблюдали за происходящим в абсолютной тишине. Среди них, конечно же, был Нико, кроме него там находились еще три Косы, Дранив -слуга Нико, и несколько высокопоставленных лиц из крепости. Агроны же среди них не было, но я и не видела никогда, чтобы он покидал свой замок.

Огненная мана поднялась от нагретых солнцем камней и слилась воедино в белые, раскаленные молнии, которые обрушились обратно вниз, разбивая валуны, что осколками разлетались по моей тренировочной площадке. Вода сконденсировалась в лед, который словно катапультные снаряды стал выбивать кратеры в твердой горной почве.

Даже на пике моей силы на Земле я никогда не смогла бы сделать ничего подобного с помощью ки.

С тех пор, как Агрона пообещал, что я смогу покинуть крепость, за последние несколько недель мои воспоминания стали намного стабильнее. Он сказал, что чем дольше я буду находиться в этом теле, тем лучше буду чувствовать себя собой. Руны, покрывающие мое тело, помогли мне собрать все воедино и заглушить другой голос.

Мана Ветра сформировала широкие, режущие потоки, которые обвились вокруг меня, слово змеи, отделяя меня от остальных. Ветер, податливый, и твердый одновременно…

Моя жизнь — моя предыдущая жизнь — требовала от меня жесткости, чтобы выдерживать те беспрерывные и мучительные тренировки. Но внутри моего сердца я всегда хранила одну частичку себя, ту частичку, что впервые в жизни испытала тепло любви, и именно это тепло поддерживало и согревало меня до тех пор, пока…

Прогоняя осколки разбитых воспоминаний, я снова сосредоточилась на мане. У меня все еще не выходило вспомнить свою смерть, Нико сказал лишь, что я узнаю об этом со временем.

Нико…

Я взглянула на него, он стоял, наблюдая за тем, как я творю заклинания, его темные волосы хлестали по его лицу. Я не могла не заметить то, как он стоял подали от остальных. Бедный Нико, чужак даже здесь.

Дранив хлопнул в ладоши и прокричал на встречу ветру, его маска придала голосу скрипучести, что царапало мой слух. Нико жестом указал Драниву замолчать, и человек в маске перестал кричать, хоть и продолжал нескладно аплодировать.

Протянув руку, я потянула за углы огромного шторма и потянула его вовнутрь и на себя, пока он не завис прямо надо мной, едва ли размером с яблоню. Нечто созданное несколько мгновений назад и являвшееся смертоносным проявлением грубой силы, теперь стало чем-то совершенно иным. Крошечные крылатые существа из воздуха, кружили в облаках, в то время как маленькие водянистые дельфины прыгали и плескались под ними.

Это прекрасно. Мана прекрасна. Ки — энергия, которую можно собирать и высвобождать, но ее не получится формировать, в отличии от маны она не могла принимать форму. И это было настоящей магией.

Мое внимание нервно переключилось на троих, которые стояли в стороне от остальных, на Кос. Технически Нико был одним из них, но они держали его на расстоянии, или же он сам держался в стороне. Или и то, и другое.

Их различных оттенков серого кожа, черные рога и красные глаза — все это делало их совершенно иными. В их взглядах читалось любопытство вперемешку с беспокойством, словно у зрителей, наблюдавших за укротителем львов в цирке. Это заставило меня поверить в слова Нико, которые он все продолжал мне говорить: они знали, что со временем я стану сильнее их.

‒ Очень, очень хорошо! ‒ пропищал Дранив своим нарочито скрипучим голосом. ‒ Ты развиваешься намного быстрее Лорда Нико. Всего за несколько недель в теле тощей эльфийки ты…

Раздался громкий треск.

Дранив поправил свою маску — незамысловатую белую маску с маленькими отверстиями для глаз и грубо нарисованной улыбкой — и потер голову в месте, куда Нико ударил тыльной стороной ладони. Я нахмурилась, глядя на Нико, у которого хватило-таки чувства такта, чтобы смутиться. Я знала, что он ненавидел Дранива, но он ни разу не объяснял причин.

Каделл и Драгот посмотрели на Нико.

Драгот был огромным, больше любого человека из тех, кого я когда-либо видела, но в остальном он особо ничем не отличался от других. Когда я поднимала свой ранг на турнире Королевской короны, таких, как он было много. Дерзкие, эгоцентричные воины. Любят посмеяться над собственными шутками так же, как и бросаться в драку при первом же оскорблении.

Каделл же был более странным и пугающим. У него было холодное и жесткое лицо, похожее на острую сторону топора, впрочем, он придерживался делового этикета. Он мне не нравился.

Но для меня наиболее интересной была третья Коса. Раньше я ее видела лишь однажды и то мельком. Хоть она и выглядела молодо — самое большее лет на двадцать, — но в ее глазах играли глубокая мудрость и несравненный ум. Мне казалось, будто она видит меня насквозь своими темными глазами, как тогда, так и сейчас. В отличие от своих коллег, она продолжала наблюдать за мной. Не за моим заклинанием с глупыми чайками из потоков ветра и водяными дельфинами, а за мной.

Глядя в ее глаза, я будто видела, как за ними вращаются шестеренки, пытающиеся понять меня. Видела ли она во мне угрозу? Инструмент? Я не знала.

‒ Нико, ‒ сказал Каделл подчеркнуто холодным тоном, ‒ относись с уважением к тем, кто тебя приютил. В конце концов, именно Дранив вернул тебя с того ужасного континента.

Дранив заерзал, его реакцию не было видно за уродливой маской. ‒ Сейчас он мог быть уже генералом, или даже слугой, если бы не отступил с Дикатена, чтобы спасти твою неблагодарную шкуру.

Мое заклинание исчезло, облако перешло в туман, а затем и вовсе растворилось, пока я ждала ответа Нико. Он сжал кулаки и отступил на шаг от Дранива. ‒ Не говори со мной так, будто я слабее тебя, Каделл. Я тоже Коса, не забыл?

Драгот улыбнулся, обнажив полумесяц белых зубов на фоне густой бороды ‒ Ты прав, маленький Нико. Ты — Коса. Но под Косой подразумевалось немного меньшее в тот день, когда тебя причислили к нам, ‒ он громко рассмеялся собственной шутке, но не остановился. ‒ Быть может, тогда и Биврэ мог стать Косой или даже Дранив! ‒ сказал он, практически крича, его ухмылка превратилась в хищный оскал.

Нико усмехнулся. ‒ И где же был могучий Драгот во время войны? Скажи мне, Титан Вечора, почему твой вассал отправился на Дикатен и умер, в то время как ты отсиживался в безопасности и…

‒ Будь осторожен со своими следующими словами, ‒ прорычал Драгот, улыбка исчезла с его лица. Он направился к Нико, а его огромные мышцы вздулись.

Земля выступила, и между ними прорвалась извивающаяся, покрытая шипами виноградная лоза, быстро превратившаяся в колючую изгородь. Вообще, я не собиралась использовать заклинание, но меня взволновало их потенциальное сражение. Мои защитные инстинкты всегда склонялись к магии растений, даже когда другие элементы могли быть эффективнее.

Драгот наклонился вперед, положив обе руки на покрытые шипами лианы. ‒ Ты молод и мал, но уже на пике своей силы, перерожденный.

Нико наклонил голову набок. Его глаза были холодны, как лёд. ‒ Все, кто надеется бросить мне вызов, уже здесь, ‒ тихо сказал он, прежде чем повернуться ко мне. ‒ Совершенно ясно, что ты уже готова выдвигаться. Мы и так достаточно сильно задержались… по настоянию Лорда Агроны, конечно, ‒ быстро добавил он, бросив кислый взгляд на Каделла.

‒ Твои способности формирования маны впечатляют, ‒ сказала Коса Серис, ее острый, как лезвие бритвы, взгляд постепенно разрезал меня на части, ‒ но не позволяй затуманить свой взор тем, что находится прямо перед тобой. Продолжай наблюдать и слушать и не тянись за недосягаемым.

‒ Она — Наследие, ‒ мрачно возразил Нико. ‒ Даже звезды для нее досягаемы.

***

Моим первым знакомством с этим миром была лесная родина эльфийского народа. Эта странность ускользнула от меня. Я была слишком растеряна и поражена своей реинкарнации, чтобы уделять достаточное внимание их зачарованному лесу. И даже появление трехглазого гиганта — асуры, напомнила я себе, — не смогло произвести на меня впечатление потусторонности моего нового дома.





Глава 356: Довести до конца




Артур

Эфирный клинок в моей руке — не больше простого кинжала, размытый по краям — проткнул крылатое существо из камня и частично разрушился, все еще не в состоянии выдержать удар.

Я обхватил рукой горло существа. Оно было похоже на летучую мышь с каменным лицом и огромной пастью. Оно впилось в мои руки своими зазубренными когтями отчаянно стараясь приблизиться, его широкие челюсти закрылись всего в паре дюймах от моего лица.

Удерживая горгулью одной рукой, я воссоздал клинок в другой и вонзил в голову зверя, расколов ее с гулким треском.

Лезвие сломалось и исчезло, оставив меня без средства защиты перед еще двумя горгульями, что спускались ко мне.

Пара молний темного огня ударила в спускающихся горгулий, и кинувшиеся в атаку звери взорвались. Их обломки градом разбросало по округе, вызывая мелкие брызги в ручье, протекающем здесь.

Я оглянулся и увидел Каэру с протянутой рукой и серебряным браслетом на ней, который она взяла из сокровищницы копьеклювых. Его покрывали замысловатые гравюры, он выглядел тонким на фоне ее запястья, чуть больше декоративного манжета.

Два небольших серебряных кусочка закружились вокруг нее, светясь черным светом. Спустя уже секунду они начали темнеть и возвращаться к браслету вставая на свои места в выгравированном узоре.

Реджис подбежал к нам, выплюнув кусок камня.

Позади него простиралась местность, покрытая обломками, отмечая наш путь.

Мы находились в каньоне между двух крутых скалистых утесов. Они были настолько высокими, что можно было разглядеть лишь клочок неба, который больше походил на отражение узкого чистого ручья текущего по дну каньона, устеленному мелкими камнями и обломками — останками горгулий.

‒ Это было уже слишком, ‒ бесстрастно сказал Реджис.

‒ Стало неплохо, как только мы стали действовать по накатанной схеме, ‒ ответила Каэра, старательно сохраняя серьезное выражение лица, за исключением легкой дрожи губ. ‒ Но теперь, тут довольно… Камнесающе.

‒ Думаю, что веселье, как и чувство красоты, не чужды нашему камнесердечному… ‒ Реджис ответил дрожащим голосом, отчаянно пытаясь не рассмеяться.

Я повернулся к порталу на выход с глубоким вздохом. ‒ Не передать насколько я рад, что взял вас двоих.

Каэра приблизилась ко мне. ‒ О, не будь таким твердолобым, Грей.

‒ Да, Принцеска. Ты не должен брать нас с собой из-за кусков гранита, ‒ Реджис взорвался, заливаясь смехом.

Игнорируя своих спутников, я сосредоточился на портале, моя голова билась над вопросом, который не давал мне покоя с тех пор, как я получил Компас.

Это должно было быть нечто большее, чем просто генератор портала, который позволял входить и выходить из реликтомб по своему желанию. Я то и дело мысленно возвращался к джиннам. Как бы трудно в это ни было поверить, но они разработали и построили это место. У них, должен был быть способ путешествовать по нему, а Компас может взаимодействовать с порталом реликтомб.

В моей голове промелькнул образ, чужое воспоминание, которое Сильвия вселила мне своим последним сообщением. Ясность воспоминания со временем померкла, но я знал, что это место было одной из зон, ведущих к следующим руинам джиннов.

До сих пор я вслепую бродил по реликтомбам, зная, что это место приведет меня к моим целям… или, по крайней мере, так казалось. Но слепо полагаться на махинации давно умершей расы, владеющей эфиром, не отвечало моим потребностям. Особенно если я собирался управлять Судьбой.

Присев, я сосредоточился на поблекшем воспоминании, которое оставила мне Сильвия, активируя полусферу реликвии. Она завибрировала, наполняясь эфиром и портал поглотил туманный серый свет, заменив гладкую светящуюся поверхность, четким видом на мою комнату в Центральной Академии.

‒ Черт, ‒ выругался я, прекратив подавать эфир в реликвию, чем вернул портал к своему первоначальному виду.

‒ Может протеиновая паста поможет твоим извилинам? Я поднял глаза и увидел Каэру, держащую наполненные питательными веществами пайки в герметичном тюбике.

‒ Я просто думаю над тем, как правильно пользоваться Компасом, ‒ ответил я, уклоняясь от сильного запаха, исходящего от еды. ‒ Как ты ешь эти штуки? Запах просто ужасный.

Она пожала плечами, прежде чем выдавить содержимое тюбика в рот. ‒ В отличие от тебя, мне действительно нужно есть, чтобы выжить. Этот материал легко транспортировать в больших количествах для продолжительных восхождений.

‒ Пожалуй я очень рад, что мне не нужно есть, ‒ сказал я, сморщив нос.

Каэра махнула тюбиком, обдав мое лицо запахом холодной плоти. Я съежился и оттолкнул ее руку, звякнув костяшками пальцев о серебряный браслет на ее запястье. ‒ Как тебе новый артефакт? ‒ спросил я, желая отвлечь ее от дальнейших пыток.

‒ Все до нелепости удручающе, ‒ надулась Каэра. ‒ Это как будто у меня отросла новая конечность, которой еще лишь предстоит научиться пользоваться.

‒ Кстати, он постоянно делает так, ‒ сказал Реджис, пожимая своими волчьими плечами.

Я крепко обхватил рукой морду Реджиса, прежде чем ответить. ‒ Судя по тому, что я видел, у тебя это получилось.

В уголках губ Каэры появилась легкая улыбка и тут же исчезла. Она подняла свой серебряный браслет и повернулась к порталу. ‒ Думаешь, Компас работает как мой артефакт?

‒ Что ты имеешь в виду? ‒ спросил я, отпуская Реджиса.

‒ Когда я впервые направила ману в артефакт, фрагменты едва могли держаться на месте вокруг браслета, из-за чего я на самом деле подумала, что это просто предмет защиты. Мне потребовались дни постоянных экспериментов, чтобы понять, что фрагментами можно управлять независимо, ‒ объяснила она, блуждая взглядом по бороздкам, выгравированным на серебряном браслете. ‒ Что, если функция возвращения Компаса используется по умолчанию, а для большего требуется лишь больше указаний?

Выражение лица Каэры смягчилось. ‒ Думаю маловероятно, что древние маги позволили бы своим людям бесцельно блуждать по этим зонам. В противном случае как они могли безнаказанно оставить их беспорядочно бродить навстречу смерти?

Я наблюдал, как она просто так теребила серебряный браслет на запястье. Ее взгляд был пустым, сосредоточенным на каком-то далеком воспоминании. Она не думала ни о джиннах, ни обо мне, ни даже о себе.

‒ Тебя пугает вероятность того, что реликтомбы отправили твоего брата куда-то, откуда он не мог сбежать, ‒ тихо сказал я, заработав испуганный взгляд синеволосой алакрийской аристократки.

‒ Чтение мыслей — это еще одна из твоих сверхъестественных способностей? ‒ в ужасе спросила она. ‒ Пожалуйста, только не говори мне, что ты скрывал это, что ты можешь…

На моем лице расползлась легкая улыбка. ‒ Я хорошо разбираюсь в людях, но это не магия.

‒ И да, ‒ подтвердила она со вздохом облегчения. ‒ Мне уже давно интересно… зона, где ты нашел его кинжал и плащ, это место…

‒ Место, откуда только я мог сбежать?

Она нерешительно кивнула. ‒ Так же, как и зеркальная комната или морозные горы? Даже с моста лиц не удалось бы выбраться без твоего…

‒ Мы назвали это Божественным Шагом, ‒ ответил я.

‒ Без твоей способности «Божественного Шага», ‒ она посмотрела на меня оценивающим взглядом. ‒ Ее так назвал Реджис, не так ли?





Глава 357: Реликвия крови




Эфир пробежал по моему телу, обдавая каналы жидким огнем, и слился воедино в глубоком, как колодец ядре. Несмотря на отвлеченность мыслей, и бесчисленные повторения этого процесса, ощущение все еще опьяняло. Глубинная и неуловимая сила, которую даже асуры не могли полностью контролировать, находилась внутри меня лишь дожидаясь, когда ею воспользуются.

‒ Я думаю, мы все собрали, ‒ подумал Реджис, когда мы закончили собирать воедино наши воспоминания. Последнее сообщение Сильвии не показывало точное местоположение четырех руин джиннов, но указывало на ведущие к ним зоны. Нам лишь потребовалось какое-то время, пока мы вспоминали необходимые детали, чтобы Компас мог привести нас туда.

‒ Да, ‒ ответил я, визуализируя образ узких земляных туннелей, извивающихся, как лабиринт гигантских червоточин, во всех направлениях.

Я приоткрыл глаза, и меня поприветствовал хитиновый труп гигантской многоножки, на котором я сидел, перекачивая его эфир.

Когда мое ядро практически восполнилось, а пункт назначения был выявлен, я спрыгнул на землю, успев заметить, как Каэра встает с импровизированного мемориала брата. Ее глаза покраснели от слез, однако сам взгляд стал решительнее.

Не проронив и слова, мы лишь кивнули друг другу, прежде чем двинутся дальше.

Портал на выход из зоны находился в нескольких часах пути от логова, остальная часть путешествия по пустой зоне прошла без происшествий. Мы двигались быстро и молча. Реджис остался в моем теле, восстанавливая силы после использования Разрушения. Его контроль над этой способностью значительно улучшился с последнего использования, но я чувствовал какой ценой.

‒ Тебе стоит немного отдохнуть, прежде чем мы выйдем, ‒ сказал я, когда мы наконец добрались до выхода. ‒ Ты уже довольно давно не спала.

‒ Я в порядке, ‒ ответила она, оглядываясь назад. Хоть она и не сказала, но я знал, что она уже готова покинуть эту зону.

Сосредоточившись на том изображении извилистых туннелей, я активировал Компас, и Каэра прошла внутрь. Зону по ту сторону покрывал толстый слой пыли, которая так же плотно витала в воздухе, затрудняя обзор перед нами, на месте Каэры я мог разглядеть лишь темный силуэт.

‒ Артур, ‒ рявкнул Реджис, находясь внутри меня и по обе стороны от Каэры появилось еще два силуэта.

‒ Оставайся пока внутри, ‒ указал я, сосредоточившись на тусклом красном свете, отражающемся от их оружия.

Пройдя через портал его свечение тут же исчезло позади меня, а я начал искать глазами Каэру и напавших на нее.

Красный клинок Каэры сверкнул в густой пыли и издал металлический лязг при столкновении с оружием нападавшего. Недалеко раздались низкие гортанные крики, и светящееся копье показалось на фоне темной пыли. Я схватил его за мгновение перед тем, как оно попало бы Каэре в спину. Прозвучал скрежет стальной и усиленной маной рукояти, когда я оторвал наконечник копья от древка и швырнул его в владельца. Зазубренный наконечник пронзил грудь нападавшего, и его смутная тень оторвавшись от земли врезалась в голую земляную стену.

Пыль начала оседать, раскрыв еще одного человека — крупного, покрытого грязью и глиной, — все продолжавшего атаковать Каэру зазубренным ледяным ятаганом, и двух Нападающих, стоящих вдоль стен узкого земляного туннеля, который вел наружу из этой маленькой комнаты.

С помощью Божественного Шага я оказался позади них, по моей коже дугой пробежала аметистовая молния. Первый умер мгновенно, когда я ударил его сзади по шее облаченной в эфир рукой, сломав позвоночник через кольчужный горжет. Второго, когда он уже начал активировать одну из рун, изображенных вдоль его позвоночника, я отправил в полет навстречу со стеной туннеля ударом с размаху. Он приземлился на собственное копье, оно прошло через его обнаженные бицепсы.

Он шепотом выругался, затем повернулся и в тщетной попытке потянулся за копьем, забыв о своем заклинании.

Противник Каэры по-звериному зарычал, когда их клинки столкнулись, звук оборвался плеском, вместе с тем, как ее меч пронзил грудь нападавшего.

Я надавил ногой на кровавую рану последнего мага, полностью проигнорировав его отчаянную попытку защититься огненной завесой.

‒ Почему вы напали на нас? ‒ спокойно спросил я, наклоняясь и посмотрев ему в глаза.

‒ П-приказ Кейджа! ‒ закричал мужчина, его покрытое грязью лицо исказилось от боли. ‒ Мы просто выполняли приказ, прошу!

Наклонив голову, я приподнял бровь. ‒ Мне должно быть знакомо это имя?

‒ Наш лидер, ‒ пыхтя сказал он, его испуганные глаза были неотрывно прикованы к хлещущей из раны крови. ‒ Любой… любой, кто пройдет через этот портал, принадлежит ему.

Каэра опустилась на колени, чтобы проверить человека, которого я пронзил его же наконечником копья, но после она встала и бросила свирепый взгляд на выжившего восходящего. ‒ Почему это какой-либо восходящий должен «принадлежать» ему?

Я уловил слабые звуки приближающихся шагов. Убрав ногу с окровавленной руки, я отступил назад.

Маг тяжело дышал, его глаза теряли фокус. Судя по кровавой грязи, образовавшейся под ним, у него оставалось не так уж много времени. ‒ Реликвии нужна кровь, ‒ сказал он. ‒ Потому мы… мы…

Каменный шип вырвался из пола и пронзил грудь мага, разбрызгав кровь по лицу Каэры.

Я обернулся и увидел еще дюжину восходящих, собирающихся в кучу дальше по туннелю. В первых рядах группы стоял мужчина. Он так же был в грязи, как и все остальные, но под слоями грязи я мог разглядеть множество шрамов, пересекающих лицо, плечи и кисти. У него была стрижка ежиком, которая выглядела так, словно ее делали кинжалом вместо бритвы, а лицо покрывала узловатая светлая борода. На нем была надета не сочетающаяся между собой броня, выглядящая так, будто ее собирали из множества различных комплектов.

‒ Может вы уже расскажите, что за чертовщина происходит в этой зоне? ‒ спросила Каэра спокойно вытирая кровь с лица носовым платком.

‒ Очень хорошо подмечено, ‒ растягивая слова сказал покрытый шрамами восходящий с ухмылкой на лице. У него не доставало далеко не одного зуба, а те, что остались сточились до острых кончиков. ‒ Вы достигли самых недр реликтомб, куда восходящие приходят, чтобы умереть.

Каэра уверенно вышла вперед, ее темно-синие волосы всколыхнулись, когда она приставила свой тонкий клинок к горлу мужчины. Восходящий ответил тем же, под его ногами образовался небольшой кратер, когда он сделал шаг вперед и прижался шеей к кончику лезвия Каэры.

‒ Отсюда нет выхода, ‒ продолжил он с широко раскрытыми, темными и практически безумными глазами. ‒ Разве что с помощью крови. Каждый либо дает, либо собирает, но все, кто поддерживал нейтралитет, не прожили долго.

Я осторожно протиснулся между ними и поднял руку. ‒ Мы не хотим сражаться с вами, если только вы нас не заставите. Но можете ли вы объяснить, что же здесь происходит? Только на этот раз менее загадочно.

Лидер — Кейдж, как я предположил, — казалось, моментально сбросил меня со счетов, и сильно нахмурился пока оценивал мою напарницу. Рубиновые глаза Каэры сверкали в темноте, но от ее взгляда веяло холодом. Их противостояние внезапно прекратилось, когда его хмурое выражение треснуло, как тонкий лед, и лицо исказилось в натянутой улыбке.

Кейдж постучал грязным пальцем по виску. ‒ Чувствую, твоя кровь не из тех, что пускают. Ты просто лакомый кусочек свежего мяса, — его громилы мрачно усмехнулись, — которого нам здесь не хватает. Видишь ли, разум, тело и дух людей черствеют в этом чистилище, ‒ пока Кейдж говорил, его глаз начал подергиваться. ‒ Чем дольше здесь находишься, тем хуже становится, и единственный выход — это осушить друзей и товарищей до последней капли крови. Жестокие, эти древние дьяволы…

Глаза восходящего со шрамом на мгновение потеряли фокус.

‒ По-моему, мы попросили тебя быть менее загадочным, ‒ нетерпеливо сказала Каэра.

Люди позади Кейджа зашевелились, сжав оружие в руках, и обратив свои взгляды на мою спутницу. Один даже поднял потрескивающее электричеством оружие. Рука Кейджа метнулась, попав мужчине в висок. ‒ Не бряцайте саблями, пока я разговариваю!

Он улыбнулся Каэре, в его улыбке не хватало нескольких зубов. ‒ Видно, что вы люди состоятельные. Как говорится Виверны, а не воггарты. И поэтому я буду с вами откровенен. Вы попали в ловушку, в зону из которой нет выхода. Единственный выход — завладеть реликвией, хранящейся в центре этого лабиринта туннелей, но это можно сделать только путем кровавого жертвоприношения. И до сих пор никому не удалось пролить достаточно крови, чтобы обойти чары.

Значит я не ослышался. Кейдж тоже это сказал…

В этой зоне находится реликвия.

Я неотрывно следил за Кейджем, пока он говорил: его руки постоянно тянулись к оружию, его ухмылка то и дело сползала с покрытого грязью лица но тут же возвращалась на свое место, а еще пока он говорил, то опустил голову и расправил плечи, словно бык. Все это создавало слегка угрожающий образ, похожий на звериную защитную реакцию перед потенциальной угрозой.





Глава 358: Реликвия крови II




Изображая нервозность, я осторожно пробирался по туннелям за человеком по имени Крыс, при этом всматриваясь в каждую тень на пути. Путь был не из прямых, и больше походил собой на узловатую веревку. Мы двигались осторожно и часто останавливались, прислушиваясь и заглядывая за повороты, однако в зоне было тихо, если не считать негромкого скрежета, что исходил от ноги Крыса, волочащейся позади него.

‒ Мне как-то не по себе из-за того, что мы оставили Каэру со всеми этими головорезами, ‒ сказал Реджис, витая вокруг моего ядра в виде эфирного шара.

‒ Понимаю, ‒ признался я. ‒ Я даже не представляю, что она сделает с ними без нас, удерживающих ее в узде.

Мы миновали разрушенную секцию туннеля, и я заметил рыхлый участок стены, который навел на мысль, что тут какой-нибудь зверь — или восходящий – мог проложить туннель в земле. Вспоминая быстрое появление Кейджа на входном портале зоны, это обретало смысл. Способность проходить сквозь твердую землю была довольно распространенной среди более могущественных магов с земным атрибутом на Дикатене.

Мы свернули направо, где шел резкий разворот со спуском вниз, проходя под туннелем, по которому мы только что шли. Тут было еще больше рыхлых участков стены, что говорило о частом использовании этого пути, и прожилки красного камня освещавшие туннели, увеличивались и становились ярче по мере нашего продвижения.

Увеличилась и концентрация эфира в атмосфере, витавшего в воздухе подобно пурпурному туману. Я не сомневался в правильности пути, по которому меня вел Крыс, поскольку смог бы найти святилище по окружающему эфиру даже без него.

Я расширил свое зрение, чтобы почувствовать эфирные пути, соединяющие каждую точку пространства вокруг меня. Однако, учитывая, насколько велики эти сети туннелей и пещер, было невозможно понять от них обратную связь.

‒ Как бы ни было скучно наблюдать за тем, как ты ведешь себя словно хиленький воггарт, признаю, что это было правильное решение.

‒ Знаю. И потому я так редко прислушиваюсь к тебе, ‒ усмехнулся я.

‒ Это несправедливо, ты так не считаешь?

‒ Извини, что? ‒ спросил я, слегка застигнутый врасплох внезапным вопросом Крыса.

‒ То, как от нас ожидают, что мы будем услужливыми подобно домашним животным, но поступая так мы становимся зависимыми от силы наших хозяев в обеспечении нашей безопасности, ‒ тихий мужчина c бледным лицом натянуто улыбнулся мне.

‒ И поэтому ты служишь Кейджу? ‒ спросил я, изменив интонацию так, чтобы звучало будто мне было страшно даже произносить имя этого маньяка.

Сутулый Крыс пожал плечами. ‒ Благодаря своей жестокости он расцвел в этом месте. Можешь мне не верить, но до его прихода все было еще хуже.

‒ Не… думаешь ли ты, что он причинит вред леди Каэре?

Хоть я и не особо беспокоился о Каэре, зная, что она более чем способна постоять за себя, но мне хотелось получить эмоциональный отклик от своего гида. Если бы он открылся мне в процессе разговора, то стало бы гораздо проще выяснить правду о происходящем в этой зоне, в том числе о способе выбраться отсюда.

От моего вопроса Крыс лишь сильнее сгорбился. Он заговорил едва слышимым шепотом: ‒ Кейдж и его люди… не очень любезны с женщинами. Не хочу нагнетать, но… ‒ он приостановился и повернулся ко мне лицом, тем временем я изобразил испуганный вздох. Его черные глаза испытующе уставились на меня. ‒ Нам нужно идти дальше. Святилище еще не близко.

Уши Крыса дернулись, и он остановился на секунду, прежде чем двинуться дальше. Некоторое время мы шли в тишине, пока не достигли туннеля, где от пола до потолка росли толстые лозы душителей, преграждая путь вперед. Крыс изменил курс, найдя другой туннель, который, по его словам, вел в обход заросшего пути.

‒ Как давно ты здесь? ‒ тихо спросил я.

‒ Год… а может больше. ‒ пожал плечами Крыс. ‒ Я, подобно другим, сперва сражался. Затем прятался. А потом пришел Кейдж. С ним у нас есть хоть какое-то подобие порядка, пока мы пытаемся разобраться как достать реликвию.

‒ Ты правда думаешь, что для этого нужна кровавая жертва? ‒ неуверенно спросил я.

Крыс фыркнул и сплюнул на землю, проведя нас через перекресток нескольких туннелей. ‒ Я видел, как целый год кровь стекала на символы, но ее всегда не было достаточно. Несколько месяцев назад Кейдж притащил всех своих заключенных в святилище и одновременно перерезал всем горло, убежденный, что никто просто не проливал раньше достаточно крови за раз… но даже этого оказалось мало, ‒ Крыс остановился и прислушался, затем обратился ко мне. ‒ В этих туннелях некоторые считают, что дело в чем-то еще. Что, быть может, мы неправильно прочли руны… Его тело затряслось, и я практически почувствовал давящую на него тяжесть этих смертей.

‒ Вот почему, — он вытянул из себя мысль, снова бросив на меня испытующий взгляд, ‒ Я принял меры, чтобы ты увидел больше, чем просто святилище.

Я с сомнением посмотрел на него, но ничего не сказал.

‒ Мне кажется, что мы очень похожи, ‒ осторожно продолжил он, с легкой надеждой в словах. ‒ Может быть, мы и не созданы для кровопролитий и битв, но мы достойны большего, чем то, что приписывают нам наши хозяева. ‒ он замешкался, после чего встряхнул головой и нервно улыбнулся. ‒ Пребывание здесь испортило мои манеры. Я ведь даже не спросил твоего имени.

‒ Грей, ‒ сказал я, неловко улыбнувшись в ответ. ‒ Есть ли у тебя другое имя, помимо… Я замолчал, потерев затылок.

Он печально нахмурился, но ответил: ‒ Аманд. Но здесь… Зови меня Крысом. Все остальные зовут меня так. ‒ он выпрямился. ‒ Грей, думаю, что вместе мы сможем разорвать этот ужасный круг. Я готов вернуться домой, чтобы увидеть мою…

Он снова сделал паузу, нахмурившись еще сильнее. ‒ У меня есть мать… и брат…которые, вероятно, думают, что я мертв…

Я открыл было рот, но захлопнул его обратно. Отпала нужда в притворстве, когда я подумал об Элли и моей маме, прячущихся в пустыне Дарвиш и даже не подозревающих о том, что я жив.

Прочистив горло, Крыс продолжил: ‒ Надеюсь, ты сможешь оценить риск, на который я иду, рассказывая об этом тебе, кроме того… уже некоторое время я передавал информацию о Кейдже другим фракциям в этой зоне.

Реджис фыркнул: ‒ Значит, наш Крыс на самом деле крот.

‒ Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как кому-либо, помимо Кейджа и его людей, разрешали увидеть реликвию или ее барьер. Хоть Кейдж и поддерживает здесь некое подобие порядка, он не слишком… умен.

‒ А свежий взгляд может найти новое значение в старых словах, ‒ сказал я, процитировав строчку из книги по заклинаниям, которую я прочитал, еще будучи студентом Академии Ксайрус.

‒ Именно, ‒ согласился Крыс. ‒ Так… ты поможешь мне?

Я начал нервно открывать и закрывать рот. ‒ Я просто хочу, чтобы моя госпожа благополучно покинула эту зону.

Кивнув в знак признательности, Крыс продолжил вести меня к святилищу, находившемуся недалеко от места, где мы остановились поговорить. Через несколько поворотов мы обнаружили трех женщин, стоящих в туннеле с оружием наготове.

Я замер, однако Крыс продолжил двигаться на встречу к ним.

‒ Кто это? ‒ спросила высокая женщина с туго заплетенными волосами, направляя золотое копье мне в грудь.

‒ Он новенький, ‒ задыхаясь, ответил Крыс. ‒ Не из людей Кейджа.

‒ Почему он здесь? ‒ ее влажные карие глаза недоверчиво прошлись по мне, задержавшись на грудной клетке. Она нахмурилась еще сильнее.

Крыс почесал за ухом. ‒ По той же причине, что и ты, Ти’лайя.

Она прищелкнула языком, но отошла с прохода. Крыс пробрался между женщинами, каждая из которых была выше него на несколько дюймов, неотрывно смотря на их оружия.

Я сымитировал его настороженность, когда стал проходить между ними, стоящими по обе стороны, словно стражи, с холодно смотрящими на меня глазами.

Мы подошли к развилке, где путь уходил налево и направо. Крыс прошел вдоль левой стены, затем остановился у голого участка стены, закрыл глаза и прижал руку к стене, отчего проход начал с гулом вибрировать.

Стена разошлась в стороны, подобно занавесу, открыв взору полностью отрезанное от остальной части зоны помещение. Трое мужчин, потрепанные и грязные — очевидно, часть банды Кейджа — выхватили оружие, но при виде Крыса убрали его обратно.

Гигантский человек со свисающей чуть ли не до живота бородой, положил массивный двуручный топор на землю и закинул руки за голову. Он ухмыльнулся трем женщинам, демонстрируя кривые и грязные зубов, однако его выражение лица изменилось, когда он заметил меня.

‒ Ты ничего не говорил о еще одном человеке, ‒ хрипло сказал он. ‒ Кейдж…

‒ Был бы я здесь, если бы наш хозяин не хотел этого? ‒ пропыхтел Крыс. ‒ Кейджу не терпится заполучить реликвию. А этот человек — весьма сильный Часовой, служащий могущественной высшей крови. Кейдж распорядился, чтобы ему разрешили осмотреть святилище вместе с Ти’лайей и ее женщинами.

Здоровенный охранник, казался неубежденным, скептически оглядывая нас

‒ Ты хочешь когда-нибудь уйти отсюда, ты, бескровный болван? ‒ рявкнул Крыс, указывая трем охранникам на огромную резьбу, занимавшую большую часть пола.

Мужчина на мгновение задумался и уступил Крысу, отойдя в сторону. Крыс помахал нам рукой, указывая на пол.





Глава 359: Потенциальные возможности




Элеонора Лейвин

Длинные туннели соединявшие убежище с маленькой пещерой старейшины Ринии пребывали в запустении. Все потому, что за время охоты на пещерных крыс, мы успели полностью их истребить. Сейчас в убежище нужно было кормить несколько сотен человек, и хоть мана-звери и были на вкус, как запах древесного скунса, но зато съедобны — при условии, если запечь мясо до черноты и не слишком задумываться о том, что ешь.

Несмотря на слова старейшины Ринии о том, что она слишком больна, чтобы принимать гостей, я не могла просто оставаться в стороне после всего, что мне удалось услышать из разговора Вириона с Виндсомом. Мне просто нужно было с кем-нибудь поговорить, но я боялась рассказывать кому-либо еще. Поскольку Риния уже знала — в конце концов, она провидица — я хотя бы не подвергла ее опасности, раскрывая о том, что мне стало известно.

Когда мы добрались до входа в узкую расщелину, служившую входом в дом Ринии, я почесала Бу под подбородком и за ухом. ‒ Подожди здесь, здоровяк. Я сейчас вернусь.

Из пещеры доносился горький, землистый запах, напоминающий листья одуванчика.

Я протиснулась через трещину в твердом камне. И прежде, чем я успела даже выглянуть с той стороны, усталый, хриплый голос произнес: ‒ Ну, что сказать, входи.

У дальней стены горел камин, и Риния сидела перед ним в своем плетеном кресле, укрытая толстым пледом. В пещере было жарко и душно от горького запаха.

‒ Припоминается мне, я тебе говорила, что не в настроении принимать посетителей, ‒ проскрежетала Риния, повернутая ко мне спиной. ‒ Между тем, проклятие провидца в том, что я даже не могу удивиться твоему приходу.

Помедлив с ответом, я сначала оглядела пещеру. Помимо естественной ниши, в которой горел огонь, у Ринии был небольшой стол с шахматной доской, покрытый камнями, массивный шкаф, расположенный вдоль стены и низкий каменный стол, покрытый черенками и измельченными растениями, вероятно, нужными для того варева в горшке над огнем. В маленькой нише стояла ее кровать вместе с очень красивым, но очень выделяющимся комодом.

‒ Извините, что беспокою вас, старейшина Риния, но мне нужно было… ‒ я заколебалась, оценивая ее текущее состояние ‒ Вы в порядке?

Как бы мне ни хотелось поговорить с ней об Эленуаре, я не могла избавится от чувства, будто что-то не так.

‒ Живее всех живых, — пошутила она, плотнее закутываясь в плед.

Я медленно пересекла комнату и обошла кресло Ринии, чтобы получше ее рассмотреть. Ее кожа была сморщенной и сухой, а глазницы запавшими и темными. Тонкие белые волосы ниспадали на лицо, и на пледе осталась выпавшая прядь волос. Но поразительнее всего были ее глаза: они смотрели на огонь, молочно-белые и невидящие.

‒ Риния… ‒ начала было я, но у меня перехватило дыхание, и мне пришлось остановиться, чтобы собраться с силами. ‒ Почему? Чем же вы заним…

‒ Смотрю, дитя, ‒ сказала она низким, хриплым голосом. ‒ Всегда смотрю.

Я опустилась перед ней на колени и взяла ее за руку двумя руками, наклонилась вперед и прижалась к ней щекой. Ее кожа была сухой, словно пергамент, и неприятно холодной, по сравнению с жарой в пещере. ‒ Ради чего? Что вообще может стоить такого?

‒ Сейчас все держится на волоске. Мой дом…Эленуар… ‒ Риния замолчала, ее рука слабо дернулась на моей щеке. ‒ Это было только начало. Дикатенцы, алакрийцы… люди, эльфы или гномы… сгорят. Наши дома — весь наш мир — сгорит, если я не увижу…

‒ Увидите что? ‒ спросила я после продолжительной паузы. ‒ Что вы ищете?

‒ Все, ‒ прошептала она.

Мы долго сидели в тишине, и на мгновение я подумала, что она просто уснула. Мой разум словно парализовало, и я поняла, что до последнего не верила словам Вириона и Ринии про ее болезнь. Но если посмотреть на нее сейчас… Она больше походила на призрака самой себя, едва цепляющейся за жизнь. Я не могла отделаться от мысли о том, насколько интенсивно она использовала свою силу, чтобы ее состояние так быстро ухудшалось.

Наши дома… весь наш мир… сгорит…

По моему телу пробежала дрожь, когда эти слова эхом отозвались в голове. ‒ Что я могу сделать? ‒ вопрос слетел с моих губ, голосом чуть громче шепота.

‒ Быть в нужном месте в нужное время, ‒ ответила Риния, отчего я подпрыгнула.

Я отодвинулась от огня и села на пол, скрестив ноги, устремив взгляд на морщинистое лицо Ринии. ‒ Где находится нужное место и когда нужное время?

‒ В этом и вопрос всегда, ‒ неопределенно ответила она.

Мое сердце бешено колотилось в груди. Хоть я и ненавидела эти игры, но к старухе чувствовала скорее жалость, нежели раздражение. Сейчас было понятнее, чем когда-либо, что она действительно пыталась помочь. ‒ Это как-то связано с тем, что скрывают Вирион и Виндсом, не так ли?

Она повернулась, переместив свое тело под пледом с хором потрескиваний. ‒ Не вмешивайся, дитя. Это… деликатная ситуация. Твои инстинкты на счет нее оказались верны: просто держи все при себе. Что бы мы ни думали о совершенном, борьба с Вирионом сейчас ведет лишь к катастрофе. И мы обе знаем, что тебе не нужно было приходить ко мне чтобы подтвердить это.

‒ Неужели… ‒ я боролась с желанием надавить на нее, чтобы она рассказала, что та знала и с каких пор. Казалось, что при любом ответе я буду чувствовать себя ужасно расстроенной. Но напряжение внутри меня продолжало нарастать и в конце концов слова просто вырвались наружу. ‒ Ты знала, что случится с Тессией — со мной — когда я спросила о миссии?

Она хрипло засмеялась, но вскоре закашлялась. ‒ Любой выбор, любое будущее, все ведет к одному результату. Всегда, всегда.

‒ Что вы имеете в виду? ‒ настойчиво спросила я.

‒ Тессии было суждено исполнить свою роль сосуда для оружия Агроны, ‒ сказала она, закрыв глаза и откидываясь на спинку кресла. ‒ Все, что я могла сделать, это попытаться создать наиболее благоприятные обстоятельства, в которых все произойдет.

‒ Вы могли сказать. Вы могли сказать мне, что Тесс не должна идти. Вирион остановил бы ее, он…

‒ В таком будущем, ‒ прервала она, ‒ караван рабов спасут, но Кертис Глайдер решит не идти в Эйдельхольм и не спасет остальных удерживаемых там эльфов. Одна из тех молодых женщин, умоляя своего нового хозяина не осквернять ее, предложит взамен информацию, последнюю ценность, что у нее осталась: имя человека, помогшего другим сбежать от алакрийцев.

‒ Они найдут его. А потом найдут и нас. Многие из нас умрут. И Тессию все равно заберут, ‒ с горечью закончила Риния.

‒ Тогда что насчет Артура? Зачем вы сказали ему, чтобы он не отдавал ее алакрийцам? ‒ спросила я, мой голос слегка дрогнул, когда я произнесла имя брата. ‒ Почему он должен был… должен был… ‒ слова снова застряли в горле, и я отвернулась от старейшины, чтобы скрыть слезы.

‒ Потому что тогда еще не пришло время, ‒ она вздохнула.

Я уставилась на нее, в глазах моментально пересохло, когда гнев взял верх. ‒ Но он умер! ‒ прошипела я. ‒ И все равно они схватили ее!

‒ Я знаю, дитя, ‒ она протянула ко мне дрожащую руку, но я отодвинулась на несколько дюймов назад, и ее рука медленно опустилась. ‒ Я знаю.

‒ Ему было суждено умереть? ‒ тихо спросила я. ‒ Это должно было случиться?

Риния задрожала, от груди дрожь медленно начала распространятся дальше, пока не достигла пальцев ног. ‒ Ох, откуда, черт возьми, мне знать. Кусочек головоломки, который никуда не подходил, вот кем был твой брат. Я никогда не могла по-настоящему видеть его будущее, в отличии от кого бы то ни было еще.

‒ Вечно везде ваши игры, ‒ сердито пробормотала я, мое самообладание взяло верх надо мной. ‒ Артур был не какой-то там фигурой на игровой доске. Он был моим братом! ‒ крикнула я и тут же почувствовала себя виноватой, когда слепые глаза Ринии медленно открылись. ‒ Извините.

Она покачала головой. ‒ Все не просто, дитя мое. Вся твоя жизнь — это движение маленькой палочки, плывущей в пруду, с одного берега на другой. Но ты можешь двигать палочкой, только рябью от бросков камешков. И дело в том, что у тебя завязаны глаза. Иногда поднимается ветер и палочку сносит. И я ничем не отличаюсь. Может только, один глаз открыт, и я вижу все ваши маленькие палочки и рябь, которая их движет, но каждый постоянно изменяет течение, бросая свои камни наугад и внося полный беспорядок…

Обхватив колени, я свернулась калачиком. Мои глаза горели, в горле стоял ком, но я больше не обронила ни слезинки. Стиснув зубы, я ущипнула себя. Слезы подступили не из-за моего брата, или Тессии, или же меня… а из-за всех и всего вместе взятых. Глубоко внутри меня поселилась печаль, холодная и почему-то успокаивающая, словно снежное одеяло. Я почувствовала, как давление, желание что-то сделать, дать отпор и что-то изменить исчезают. Проблемы мира были настолько велики, что я не могла больше ничего сделать, чтобы его спасти.

Осознание, что я могу просто отпустить, принесло мне своего рода умиротворение.

Но я не хотела находится в безысходности. Не хотела сдаваться и позволять остальным бороться ради возвращения нашего будущее, в то время пока я бы пряталась, комфортно чувствуя себя в своей полной безнадежности.

Я мысленно позвала Бу, и мгновение спустя его огромное тело с хлопком появилось в пещере прямо позади меня. Он постарался занять поменьше места, поскольку мог запросто разбить вещи Ринии, видимо он почувствовал, что мне нужен был уют, а не защита. Он лег позади меня, я прислонилась к нему, и погрузилась пальцами в его шерсть.

‒ Хорошо, это что-то новенькое, ‒ сказала Риния с тенью улыбки на губах.

Из моего ядра начал расходится поток тепла, очищая разум и сжигая холодное одеяло апатии.

‒ Дайте мне надежду, ‒ тихо сказала я. ‒ Пожалуйста, Риния. Среди всех ваших предвидений вы наверняка видели какой-нибудь проблеск…

Пожилая женщина откинула одеяло в сторону, уронив на пол. Я могла поклясться, что слышала, как скрипнули ее кости, когда она начала вставать, но, когда я было подошла, чтобы помочь, она лишь махнула мне вернуться. Выбравшись из кресла, она медленно подошла ко мне шаркающими шагами и положила руку на спину Бу. Очень осторожно старая провидица начала опускаться рядом со мной.





Глава 360: Реликвия крови III




Каэра Денуар

Пока мы молча пересекали лабиринт туннелей, если не считать без умолку сыпавшего лестью Кейджа, я неотрывно смотрела на спину Грея. Хоть теперь он и выглядел полностью здоровым, но мне было тяжело избавится от образа неподвижно лежащего Грея с перерезанным горлом…

Я зажмурилась, прогоняя этот жуткий образ, и чтобы отвлечься, прислушалась к беспрерывно болтающему Кейджу, ведущему нас к сокрытому порталу на выход из зоны.

‒ …на самом деле, это вовсе не моя вина, теперь понимаете? Когда Крыс понял, что люди просто уйдут через некоторое время после того, как решат, что реликвию не заполучить, ему пришла в голову идея закрыть портал и заставить людей остаться. Я просто согласился с ним, вот и все… Но что еще мне оставалось делать?

‒ А еще тебя заставляли делать оказавшихся в этой зоне женщин-восходящих вашими игрушками?

Массивное тело Кейджа съежилось под моим пристальным взглядом, несмотря на то, что, мы даже не потрудились сковать его кандалами маны. Тем не менее, пес все еще хотел кусаться, и я чувствовала, как его мана вспыхивает от гнева.

‒ Продолжай идти, кабан, ‒ рявкнул Реджис, подойдя вплотную к покрытому шрамами восходящему.

Я снова остановилась взглядом на спине Грея, когда он молча двинулся за Реджисом, позволяя теневому волку вести Кейджа к месту назначения.

При мысли о том, что именно попросил меня Грей, меня тут же охватывало невыносимое раздражение.

Он знал, что Кейдж не представлял для меня угрозы, но правда заключалась в том, что Грей к тому же молча потребовал его полного доверия. Меня оставили там одну в качестве залога, словно некую девицу в беде — тот самый стереотип слабости и хрупкости, с которым я боролась всю свою жизнь, — и Грей ожидал, что я поставлю себя в опасное положение, даже не имея возможности задать вопрос или понять, что он делает.

Мне потребовались все мое самообладание, чтобы удержаться от убийства Кейджа, когда тот снял наручники подавления маны и объявил, что мы последуем за Крысом и Греем.

Я потерла легкие следы на запястье, тупая боль стала физическим напоминанием об опасности чрезмерного доверия — чем я никогда раньше не грешила. Я решила позволить отнять мою силу, веря словам Грея, что со мной ничего не случится.

Впрочем, ничего особо страшного и не случилось, признала я, прижимая бинты к кровавой ране на ладони.

Поглощенная этими мыслями, я обнаружила, что чуть не столкнулась с Греем, не заметив, как Кейдж остановился.

‒ Он здесь, как и должен был быть, ‒ пробормотал он, улыбнувшись Реджису обнажая немногочисленные зубы, словно избитый слуга, ищущий одобрения своего властного хозяина.

‒ Ты хочешь сухарик или что? ‒ горящая грива Реджиса вспыхнула от раздражения. ‒ Открой его.

Кейдж побледнел, после чего протянул руки к голой земляной стене. Почва задрожала, затем начала расползаться в стороны, как грязь во время оползня, раскрывая за собой скрытый туннель. Реджис загнал нашего невольного проводника в проход, ведущий в тупик. Кейдж повторил заклинание, открыв второй скрытый туннель, который вел к третьему, а затем и к четвертому, прежде чем, наконец, открылся проход в круглую пещеру.

Прожилки светящегося красного камня образовывали круг на потолке, освещая пещеру жутковатым сиянием и заливая портал темно-оранжевым светом. Портал же, находился в самом центре комнаты и выглядел как алый занавес, ниспадающий по кирпично-красному своду.

Мы все обошли Кейджа, который остановился как вкопанный у входа в туннель, нервно наблюдая за нами. Как только мы отвлеклись от него, он развернулся и побежал назад в туннель.

Реджис смотрел ему вслед, с легка радостным выражением на своей волчьей морде.

Даже не оглядываясь, Грей сказал: ‒ Избавься от него, ‒ и Реджис бросился в погоню.

По всей видимости, Грей, казалось, уже выбросил Кейджа из головы, полностью сосредоточившись на портале. Он дважды обошел его, вглядываясь в непрозрачную глубину, как будто мог увидеть, что ждет по другую сторону.

На его одежде, в месте, где его ударили ножом, виднелась прореха и красное пятно. Я еще не до конца понимала, что произошло. Грей не объяснил, как он деактивировал щит, он лишь взял реликвию и приказал Кейджу привести нас к порталу и молчал почти всю дорогу.

Он внезапно остановился, и посмотрел на мою раненую ладонь. ‒ Прости за это.

Я пошевелила порезанной рукой, что была завернута в кусок разорванной рубашки Грея. Рана горела, но была не очень глубокой и быстро заживала. ‒ Прощу, если объяснишь, что именно там произошло.

‒ Справедливо, ‒ он на мгновение задумался. ‒ Поведение Крыса было неестественным для того, кого держали в плену. В мелочах. Но картина собралась воедино, только когда я увидел руны и понял, что они на самом деле понятия не имеют, как их распечатать.

‒ Что ты имеешь ввиду?

Грей наклонился и использовал грязь с земли, чтобы стереть прилипшую кровь с руки. Когда он посмотрел на меня, его взгляд был холодным и расчетливыми. ‒ Я размышлял о том, что бы я сделал, окажись на их месте. Как бы я мотивировал сильных и зачастую умных восходящих, прибывших в эту зону…

‒ Но, если ты сразу разобрался в символах, зачем нужно было позволять резать себя?

Грей бессознательно играл пальцами с дырами на его тунике, где его пронзил клинок Крыса. ‒ Потому что он был нужен. Они были правы в том, что требовалась кровавая жертва, но только того, кто причинил вред роду джиннов.

И потому ты позволил ему ударить cебя кинжалом? Чуть не спросила я, однако кусочки пазла уже начали собраться воедино в моей голове. В конце концов, мерзавцы зачастую предсказуемы. Все, что Грею нужно было сделать, это дать Крысу повод пролить его кровь, превратив самого Крыса в ключ к открытию реликвии. Но тогда это означало…

‒ Значит, в тебе есть кровь древнего мага джиннов?

Грей небрежно пожал плечами. ‒ Думаю, что во многих людях она есть. Но реликтомбы раньше уже называли меня “потомком” и подтвердили, что у меня среди предков был джинн… Наверное, нужно было все это вместе.

Я открыла было рот, чтобы спросить о его родословной древнего мага, но медленно закрыла его обратно. Хоть мне и хотелось узнать больше, но по тому, как Грей становился все более безэмоциональным и немногословным, я поняла, что не получу ответов, которых так желала. Было невыносимо обидно, что он продолжал жить за этой завесой тайны даже после того, как я проявила к нему такое доверие, но тогда… Я знала, на что подписывалась, когда мы заключали наше соглашение.

После небольшой молчаливой паузы я сделала глубокий вздох. ‒ Что заставляет тебя заходить так далеко?

Брови Грея приподнялись в удивлении. Он прочистил горло и внезапно встал. Он молчал так долго, что я уже перестала ждать ответа, но затем на его лице промелькнула легкая улыбка, за таким неярким выражением таилось очень много эмоций. ‒ Я в долгу перед всеми, кого оставил позади, мне нужно вернуться достаточно сильным, чтобы позаботиться о них.

Я попыталась вписать этот ответ в разбитую мозаику, которая составляла мою картину жизни Грея — заполненной пробелами, которые представляли все, чего я о нем не знала, — но он мало чем помог разрешить загадку: что же довело его до таких крайностей.

Прежде чем я успела решить, хочу ли продолжать любопытствовать, в туннеле раздался крик, за которым последовал низкий, гулкий голос. ‒ Только я могу называть его принцесской!





Глава 361: Вторые Руины




Мои глаза не отрывались от двух эфирных мечей, светящихся в руках женщины-Джинна. Восхищение, волнение и зависть возникли во мне, когда я рассматривал ее почти совершенные творения, пока я с силой не отвел взгляд. «А как насчет испытания, которое ты должна мне дать?»

«Оно уже началось», — уверенно ответила она. «Я буду судить о твоем достоинстве, когда мы будем сражаться». Она развернулась на каблуках, и комната исчезла, растворив и мою броню, и все вокруг нас в пустом белом пространстве. «Не мешкай сейчас».

Джинн метнулась ко мне, ее фигура превратилась в полосу аметиста, когда ее двойные сабли взметнулись широкой дугой к моему горлу.

Я развернулся на пятке, парируя ее атаки ударом по рукам, прежде чем придать эфиру форму туманного клинка. Воспользовавшись коротким окном, когда она снова подняла свои мечи, я ударил ее кинжалом в бок.

Джинн развернулась на полпути, яростно извиваясь всем телом, чтобы набрать инерцию и перехватить мой удар своим левым клинком.

При ударе вспыхнули искры, но единственным оружием, оставшимся после столкновения, было ее оружие.

Джинн не дожидалась меня, начав свою атаку, ее двойные клинки превратились в шквал пересекающихся полумесяцев, одержимых желанием разорвать меня на части.

Я создавал клинок за клинком, каждый раз прилагая больше усилий, чтобы собрать и удержать форму, но отражая ее атаки, ни один не продержался дольше одной.

«Ты сдерживаешься», — коротко сказала Джинн, замахнувшись клинком. Как только аметистовый клинок просвистел мимо меня, он изогнулся в форме длинного посоха. Развернувшись на ведущей ноге, она схватила свое новое оружие обеими руками и ударила меня по ногам рукоятью посоха.

Я упал на одно колено от силы, и к тому времени, когда я снова поднял глаза, ее посох превратился в боевой молот.

Зазубренные разряды фиолетовой молнии дугой пронеслись по моему телу, когда Шаг Бога унес меня на несколько десятков футов, как раз в тот момент, когда гигантская дубинка создала ударную волну силы при ударе о белую землю.

Выражение лица коротко стриженного Джинна впервые сменилось удивлением, ее зрачки расширились, а брови нахмурились, когда она осознала, что только что произошло.

«Еще раз», — прорычала она, бросаясь ко мне как в тумане.

Я шагнул, сосредоточившись на эфирных путях, сходящихся вокруг нее, и одновременно наколдовал свой собственный клинок. Использования моего эфирного клинка уже было достаточно, чтобы просто перенаправить ее удар, и хотя он и разбился, это дало мне достаточно времени.

Струи фиолетовой молнии снова пронеслись по мне дугой, когда я мелькнул за спиной Джинна. Однако за то время, что мне потребовалось, чтобы сформировать еще один кинжал, эфирный клинок Джинна уже перехватил мою атаку.

«Если бы ты решил атаковать кулаком, я, скорее всего, не смогла бы его блокировать», — призналась она, ее острые глаза, казалось, смотрели сквозь меня, а не на меня самого. «Твой разум, похоже, связал эту Божественную Руну с элементом маны молнии. Это многое объясняет в Ваших наклонностях при использовании эфира».

Я в замешательстве нахмурил брови. «Мои наклонности?»

Джинн отмахнулась от моего вопроса, воткнув свой эфирный клинок в землю и небрежно прислонившись к нему. «Перед этим я хотела бы сначала спросить, чего ты хочешь от меня, Артур Лейвин», — спросила она резким тоном.

Я замер, прежде чем ответить, поняв, что она назвала мое настоящее имя.

Коротко подстриженные волосы Джинна подпрыгнули, когда она склонила голову набок. «Тебе уже стало не по себе от этого имени?»

«Нет», — ответил я, застигнутый врасплох. Я не был уверен, что я чувствовал. Прошло несколько месяцев с тех пор, как кто-либо, кроме Реджиса, называл меня моим настоящим именем, и я понял, что слишком привык слышать, как меня называют Греем. «Все в порядке. Но я не понимаю Вашего вопроса».

Ее яркие глаза блуждали по мне, как прожекторы. «Чего ты хочешь, Артур?»

Это часть теста? Я задумался, но вслух сказал: «Я не уверен, что это правильный вопрос. Что мне нужно, так это научиться управлять Судьбой».

«Если бы Судьба была чем-то, чему можно было бы просто научить, передавать от человека к человеку, то наша вселенная с таким же успехом могла бы поместиться в снежном шаре*». Она положила подбородок на тыльную сторону ладони, продолжая пожирать меня глазами. «Нет. То, чего ты хочешь, — это власть. Сила, способная защитить всех ваших близких и победить ваших врагов».

# Прим. Пер. — скорее всего имеется в виду сувенир с моделью чего-либо внутри, а также интерпретацией метели при тряске шара.

Я скрестил руки на груди. «Но разве это не одно и то же? Даже имея в своем распоряжении все четыре стихии, я не смог победить ни одной Косы. Я хочу — нуждаюсь — в чем-то более сильном. Исходя из того, что мне сказали, это Судьба».

Она снова выпрямилась во весь рост, вытаскивая свой эфирный клинок из земли. «Тогда вам придется открыть свой разум для новых идей. Вы ослепляете себя, пытаясь увидеть эфир через призму маны, приравнивая одно к другому. Только после того, как вы поймете эфир как таковой, вы сможете начать понимать Судьбу. Теперь сформируйте свой клинок. Покажите мне, что на что вы способны».

Мой кинжал сформировался, когда я встал, его лезвие было зазубренным и недостаточно прочным.

Она посмотрела на него с отвращением. «Атакуй».

Я не колебался, бросился вперед и сделал ложный выпад вправо. Когда ее клинок двинулся на перехват, я вызвал второй кинжал и вонзил его ей в ребра слева.

Ее меч развернулся, чтобы отразить оба удара, и мои эфирные клинки рухнули. Я поймал ее контратаку рукой, затем использовал Шаг Бога, чтобы оказаться у неё за спиной, но она уже уклонилась вперед, ее клинок метнулся за ней, чтобы поймать меня, на случай, если я последую за ней. Это было аккуратное и невероятно быстрое движение.

Она подняла руку, прежде чем я смог снова напасть. «Сосредоточьтесь. Вы пытаетесь победить, и, возможно, вы даже могли бы, но вы должны старательно учиться. Почему ваше оружие разрушается всякий раз, когда вы его используете?»

«Потому что я недостаточно силен, чтобы поддерживать такую сложную форму», — честно ответил я.

Она нахмурилась, глядя на меня, как на глупого ребенка. «Неправильно. Вы сильнее, чем должны быть. Сильнее меня — по крайней мере, этого остатка меня, заключенного в кристалле памяти. И все же…»

В ее правой руке появился меч идеальной формы. Затем второй слева от нее. Затем третий, зависший прямо над ее плечом. И четвертый, парящий у ее бедра.

Она сердито посмотрела на меня, и все четыре лезвия нацелились мне в лицо. «Тебе не хватает силы. Это перспектива. Как от человека, от вас всегда ожидали, что вы будете опираться на то, что вы уже знаете. Ползать, ходить, бегать, да? Чтобы владеть эфиром, вы должны забыть, что у вещей есть правила. Ограничение себя системой, которая уже существует вокруг вас, только сдерживает вас. Не стремитесь ходить или бегать. Игнорируй гравитацию и просто взлетите».





Глава 362: Связаны Судьбой




От лица Нико Сэвера.

Я вышел из главного варпа* Тэгрин Келума и пошёл через холодные залы замка, ведущие прямо к частному крылу Агроны. Слуги кланялись и прижимались к стенам, когда мы проходили мимо, и даже многие элитные солдаты и высокопоставленные военные лидеры отступили от страха передо мной — как они и должны. Я был не в настроении, чтобы меня беспокоили или прерывали; я хотел ответов, и не собираюсь отвлекаться до того, как Агрона даст их мне.

# Прим. Пер. — для тех кто забыл: варп – переносной, телепорт.

Я ступил на спиральную лестницу, ведущую в комнаты Агроны, в то же время сжав руку вокруг запястья Сесилии, когда она отстала от меня. Лестница привела к ещё одному коридору, связанному с главной частью замка — с личными покоями Агроны. В отличие от холодных каменных залов, из которых мы только что пришли, это помещение сверкало теплым светом.

Стены были увешаны артефактами и доказательствами многих побед Агроны. Среди мертвых реликвий и артефактов любимых высококровных семей Агроны были разбросаны более ужасные экспонаты: крыло Феникса, установленное так, чтобы оно было расправлено, демонстрируя перья, которые все еще мерцали красными и золотыми тонами; головной убор из перламутровой чешуи дракона поверх богато украшенного ожерелья из когтей и клыков; и пара драконьих рогов, которые росли из стены.

Я остановился. Путь вперёд был преграждён.

«Я здесь, чтобы поговорить с Агроной. Подвинься, Мелзри».

Другая Коса прижала руку к сердцу и насмешливо приоткрыла рот. «Теперь ты можешь позволить себе так говорить с той, кто обучала тебя и заботилась о тебе после того, как мы вернули тебя с того дрянного маленького острова, братишка?»

Я усмехнулся, позволяя убийственному намерению просочиться в причудливо украшенный коридор, где на страже стояла Мелзри. Хотя я пристально посмотрел на нее, она только улыбнулась в ответ, выглядя точно так же, как и всегда: идеальная серебристо-серая кожа, чистые белые волосы, заплетенные в толстую косу, спускающуюся по спине, и темные губы и глаза, которые соответствовали двум парам блестящих ониксовых рогов, которые росли у нее на голове и резко загибались назад. Пара поменьше располагалась прямо под двумя большими рогами.

«Я тебе не брат», — язвительно сказал я. «В любом случае, что ты вообще здесь делаешь?»

Она одарила меня самодовольным смешком, который, как она знала, я ненавидел, и сделала это исключительно для того, чтобы позлить меня. «Просто кое-какое дело с Викториадой. Виесса тоже была здесь, но, к сожалению, она ушла всего несколько минут назад». Ее красно-черные глаза цвета запекшейся крови остановились на Сесилии. «Ах, знаменитое Наследие. Должна сказать, ты хорошо носишь кожу эльфийской девушки. За эти волосы можно умереть».

«Заткнись и не впутывай ее в это» — прорычал я, вставая между Мелзри и Сесилией.

Я почувствовал, как Сесилия зашаркала рядом со мной. «Нико, все в порядке. Почему бы нам просто не подождать в наших комнатах?»

Улыбка Мелзри превратилась в хищную ухмылку. «Что случилось, братишка? Не желаешь делиться своей игрушкой… Хотя, я полагаю, на самом деле она любимица Верховного Повелителя, верно? Что делает тебя… кем? Ее няней? Нет…» — Мелзри прикрыла рот рукой и еще раз коротко рассмеялась. «Ты ее игрушка, я думаю…»

«Мне все равно, что ты хочешь сказать, Мелзри», — сказал я, стараясь, чтобы это звучало так, как будто это было правдой. Я бездумно потянулся к руке Сесилии, но она увернулась, и гнев вырвался из меня, как воздух из легких.

Мелзри видела, но вместо того, чтобы насмехаться надо мной, она разочарованно нахмурилась и отступила, чтобы преградить мне путь вперед. «Верховный Владыка в данный момент недоступен для разговора с вами. Вы можете подождать здесь или вернуться в свою комнату».

«Это срочно…»

Мелзри фыркнул. «Я просто присматриваю за тобой, братишка. Если вы ворветесь туда и прервете встречу Верховного Владыки с Драготом и Владыкой Киросом, вы можете столкнуться с гораздо большими проблемами, не считая того, что ваши чувства задеты».

Это привлекло мое внимание.

«Повелитель Вечора здесь?» Правители редко покидали свои владения. Хотя меня выставляли напоказ перед каждым из них, когда меня назвали Косой центрального доминиона, я больше никогда не встречал никого из них.

Мелзри не потрудилась ответить, и поэтому я повернулся к ней спиной и прошел в самый дальний угол комнаты, рядом с дверью на лестницу, где я встал и уставился на пару одинаковых рубиновых лезвий, скрещенных над гребнем какой-то давно умершей благородной крови.

Видели ли представители этой древней крови, что для них наступает конец? Я задумался. Чувствовали ли они себя в безопасности в своем благородстве, как будто они сами нашли себе место в этом мире, или они всегда ждали, что кто-то вонзит им нож в спину?

Я снова прокрутил события в Высоком зале, пытаясь понять их смысл. У меня не было ни малейшего сомнения в том, что этот светловолосый, златоглазый Восходящий Грей действительно был тем самым Греем, несмотря на изменение внешности. Но я не понимал, почему Агрона не сказал мне его имя заранее.

Это был какой-то тест?

Меня часто проверяли, экспериментировали и доводили до предела. Иногда эти испытания были болезненными, даже жестокими, но они всегда делали меня сильнее. Всегда была какая-то причина.

Я глубоко вздохнул, не понимая.

Сесилия следовала за мной, оставаясь рядом, но никогда не прикасаясь ко мне, никогда не предлагая утешения…

Желая смотреть куда угодно, только не на Сесилию или Мелзри, я позволил своим глазам подняться к потолку, где огромная фреска простиралась по всей длине зала.

На нем был показан полет Вритры из Эфеота, изображающий драконов клана Индрат в виде чудовищных зверей, кишащих в кроваво-красном небе, в то время как люди — как лессеры, так и василиски клана Вритра — прятались за Агроной, изображенной здесь в сияющих платиновых доспехах и излучающей золотой свет, который удерживал драконов на расстоянии…

«Нико…?» — Сесилия позвала меня. Я чувствовал ее пристальный взгляд на своей щеке, но не повернулся, чтобы посмотреть на нее. Я не мог. Если бы я это сделал, я боялся, что могу сломаться.

Так не должно было быть. Я потратил всю жизнь, пытаясь защитить ее, сначала от ее собственного чудовищного ки, а затем от многих людей, которые стремились использовать ее, и эта новая жизнь была посвящена завершению ритуала реинкарнации и предоставлению ей второго шанса, но когда я, наконец, выполнил это, казалось, что все пошло не так как я себе это предаставлял.

Агрона когда-то заискивал передо мной так же, как сейчас обращался с Сесилией… Но он стал пренебрежительным и саркастичным по отношению ко мне. Он послал меня в Зал Правосудия, зная, кем на самом деле был этот Восходящий Грей. Он должен был, иначе почему еще выбрал меня, чтобы пойти, и с таким небольшим количеством информации? Но я не понимал его мотивов. Было ли это не более чем жестокой игрой?

Он должен был рассказать мне все, что знал или подозревал.





Глава 363: Результаты и Особое Внимание




От лица Артура Лейвина.

Солнце только что взошло, покрыв кампус янтарно-фиолетовым одеялом. Я снова устроился на плоской, зубчатой крыше Полой Башни, наслаждаясь видом и прохладным бризом, которого не было в моей комнате. Много лет назад башня была построена в качестве сторожевой и служила местом для медитаций, но после появления новых, более красивых зданий она оказалась практически заброшенной.

Тяжело вздохнув, я достал камень-ключ и повернул его верхнюю часть, рассматривая простой черный куб. Его поверхность была простенькой и тусклой; единственной заметной физической характеристикой был его вес.

«Кто бы мог подумать, что в этой, простой на вид, вещице заключено прозрение, способное переписать мир», — размышлял я. Даже с теми знаниями, которыми я уже владел, мне все еще было трудно поверить, что что-то такое маленькое и… осязаемое хранит секреты, которые в итоге могут позволить кому-то получить представление о самой Судьбе.

Реджис выпрыгнул из моего тела и обнюхал реликвию. «На ней, хотя бы, должны быть зловещие светящиеся руны или что-то вроде этого, чтобы показать её важность». Повернувшись ко мне спиной, он перебрался на крышу и уперся лапами о перила. «В любом случае, развлекайся».

Его тело напряглось для прыжка.

«Подожди», — быстро сказал я. «Куда ты идешь?»

Он ответил, не оборачиваясь: «Мне нужно потренироваться».

«Тренировка без поглощения эфира? Почему так внезапно?» — спросил я, подойдя, чтобы встать рядом с ним.

Реджис напрягся, но отказался смотреть на меня. «Потому что. Меня привели в этот мир, чтобы я был твоим оружием — твоим защитником, но в последнее время мне кажется, что я не делаю ни того, ни другого. Мы должны быть напарниками, но ты становишься все сильнее, изучая новые эдикты эфира. Я не хочу просто наблюдать, как пропасть между нами увеличивается».

Впервые за долгое время я не знал, что ответить.

Я стоял молча, наблюдая за темным волком, когда на перилах неподалеку устроилась четырехкрылая птица, которая клацала клювом и выжидательно смотрела на нас. Я достал свой паёк — привычка, которой я придерживался несмотря на то, что редко нуждался в еде, — и вытащив кусок сушеного перченого мяса, бросил его птице. Она спрыгнула на каменную крышу и схватила свою добычу, а затем улетела, и четыре крыла быстро унесли её из виду.

«Я… не знал, что это так сильно тебя беспокоит», — наконец выдавил я из себя.

«Ну, ты можешь поблагодарить Сильви за это безумное стремление сохранить твою задницу живой», — подколол Реджис.

Я издал небольшой смешок и подтолкнул теневого волка. «Хорошо, только будь осторожен там. Мир — страшное место для маленького щенка».

Он ехидно посмотрел на меня своими яркими глазами. «Ха. Ха. Смешно».

Затем, совершив трюк, который я даже не знал, что он может выполнить, Реджис спрыгнул с башни. Я смотрел, как он падает на землю, фиолетовое пламя развевалось за ним, как флаг, прежде чем он стал бесплотным и слегка погрузился в землю.

Как только он снова стал твердым, Реджис помчался со скоростью профессионального бегуна на север, направляясь за пределы кампуса, в сторону гор. Разумеется, он пронесся мимо небольшой толпы студентов, вызвав бурю криков, а затем скрылся из виду за другим зданием.

Некоторое время я следил за его маршрутом, продолжая чувствовать его, даже когда расстояние между нами увеличивалось. Казалось, он направляется в горы. Я на мгновение задумался, позволит ли энергия, связывающая нас, зайти так далеко, но мы оба почувствуем, если он достигнет максимального расстояния, на котором может находиться от меня. Поскольку мы не проверяли этот аспект наших отношений со времен зоны моста, которую я пересекал с Гранбелами, я не знал, как далеко он может зайти.

«Я уверен, что с ним все будет в порядке», — сказал я себе, возвращаясь к причине, по которой я вообще поднялся на эту башню.

Черный куб тяжело осел в моих руках, и я уставился на него. Прошла минута, затем другая, пока я рассматривал камень.

Вздохнув, я положил его обратно в пространственную руну. Я должен погрузиться в тренировку, поглощать эфир, делать что-то, чтобы стать сильнее. Но мой разум был не в порядке. Я не мог подгонять себя каждую свободную минуту, тем более после возвращения из руин Джиннов.

Вместо этого я вытащил Реликвию Слежения, проследил за острыми гранями, думая о тех самых людях, которые побудили бы меня продолжать двигаться вперед.

Я активировал реликвию и перенесся в другой мир, увеличивая масштаб, пока не оказался в тусклой подземной пещере святилища джиннов. Элли стояла по пояс в ручье и брызгала водой на Жасмин, которая, смеясь, держала в качестве щита незнакомого мне эльфийского ребенка.

У меня в груди образовался узел, когда я заметил, что моя мать, Хелен и остальные члены “Рога Близнецов” сидят вокруг слабо горящего костра на берегу ручья и наблюдают за происходящим с усталыми улыбками. Позади всех них Бу сидел на корточках, защищая груду блестящей рыбы.

Я впился ногтями в свои руки, сдерживая растущий ком в горле, и заставил себя улыбнуться. В конце концов, все они были в порядке, они смеялись и улыбались.

Этого было достаточно.

С дрожащим дыханием и пустой улыбкой я вытащил себя из реликвии и снова поменял ее на камень-ключ.

Черный куб размером с ладонь был гораздо менее заполненным эфиром, чем предыдущий, но в остальном почти такой же. «Хорошо, давай посмотрим, что у тебя припасено для меня».

Выпустив эфир из своего ядра, я направил его вверх по руке в камень. Мое сознание, казалось, следовало за ним, когда я выходил из собственного тела и втягивался внутрь реликвии Джинна. Сначала, как и ожидалось, меня встретила стена фиолетовых облаков. Стена дрогнула при моем приближении, и я легко прошел сквозь нее.

Я ожидал найти еще одну головоломку, что-то, с чем нужно будет работать, как в последнем камне, но вместо этого…

Темнота.

Полная, абсолютная темнота.

Паника охватила меня, когда я внезапно вернулся на крышу башни, сжимая в руках черный куб, пот струился по моему лицу и делал ладони скользкими. Дыхание сбилось, и тут я понял, почему: внутренняя часть камня ощущалась точно так же, как то промежуточное место после разрушения моего тела и до того, как я очнулся в Реликтовых Гробницах. Как будто мой разум был единственным, что существовало во всей вселенной.

Плавание в пространстве непроницаемой черноты, — меня осенило. Это не одно и то же. На этот раз я все еще здесь. Ничего не изменилось. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, я попытался снова.

На этот раз внезапное отсутствие чего-либо, кроме меня самого, было не таким ошеломляющим, но внутренняя часть камня-ключа была не менее жуткой. Некоторое время я дрейфовал, не зная, двигаюсь ли я на самом деле или только пытаюсь, но так и не наткнулся на барьер или какой-либо объект, подобный морю геометрических фигур, которыми мне пришлось манипулировать внутри артефакта “Реквиема Ароа”.

Это было забвение.

Даже время не имело никакого значения здесь, и я никак не мог понять, как долго я дрейфовал. В какой-то момент я начал беспокоиться, что могу пропустить урок, но, когда я перестал направлять эфир и покинул черное пространство, прошло всего несколько минут. И тогда я снова вошел в него и продолжил блуждать по пустым глубинам.

Это было похоже на плавание в глубине океана, куда не доходит свет. Вверх, вниз, влево, вправо… направление потеряло смысл, хотя я продолжал испытывать ощущение движения. Я пытался выталкивать эфир в произвольных направлениях или вокруг себя, но ничего не происходило. Я попытался напитать себя — или то, что существовало в этом пространстве, — эфиром, но и это ничего не дало.

Затем я просто позволил себе расслабиться. Мои мысли блуждали некоторое время, потом остановились, и это было похоже на сон.

Тьма внезапно пошла рябью, визуально искажая черную-пречерную пустоту, словно в ней что-то двигалось. Я потянулся к эфиру, пытаясь взаимодействовать с этим явлением, но ничего не произошло.

Дверь на крышу со скрипом открылась, неясный шум раздался на краю моего сознания, и я в раздражении вышел из ключевого камня. Вспышка разочарования быстро сменилась любопытством, когда из двери на меня взглянуло знакомое лицо.

«Вален?» — жестко сказал я, глядя на высокородного юношу, который стоял в темном дверном проеме, держась одной рукой за дверь. Его взгляд задержался на камне-ключе, когда я возвращал его в руну внепространственного хранения. «Ты заблудился?»

Глаза Валена нервно заметались по крыше башни, но он не отошел от двери и даже не дал ей закрыться. «Я… гм…» Он прочистил горло. «Я искал вас, профессор».

Я поднял бровь на мальчика и нахмурился. «Как ты вообще узнал, что я здесь?»

Вален бросил быстрый взгляд назад, на лестничную площадку позади него, глубоко вздохнул и отошел от двери, позволив ей закрыться.

Он снова прочистил горло, прежде чем заговорить. «Я случайно столкнулся с Сэтом по дороге в ваш класс… Думаю, он тоже искал вас, и он упомянул, что видел, как вы приходили сюда несколько раз, поэтому я подумал…» Он поморщился, позволив мысли оборваться.

«Что тебе нужно?» — спросил я язвительно, затем вспомнил, что церемония посвящения состоялась сегодня чуть ранее. «Это по поводу даров?»

Высокий молодой человек прислонился спиной к тяжелой двери и с силой ударился о нее головой. Его темные глаза смотрели в светлеющее небо. Как раз когда я собирался повторить свой вопрос, он сказал: «Я получил эмблему».





Глава 364: Заложение Основ




К поместью Денуаров вела дорожка из ярко-красного брусчатого камня, окружённая кустами высотой до бёдер, которые сейчас цвели ярко-синими цветами, несмотря на прохладу, которая ниспадала с гор.

Сам особняк был огромным, раза в три больше, чем поместье Хелстиа, где я жил в Ксайрусе, а территория вокруг него могла соперничать с парками королевского дворца из моей прошлой жизни.

Уделив минутку, чтобы убедиться, что Реджис все еще находится в пределах досягаемости, я двинулся вперед.

По мере нашего приближения в садах начали оживать плавающие световые артефакты, заливая территорию мягким желтым светом. Одна из огромных двойных дверей в поместье открылась, и из нее вышла женщина в пепельно-серой униформе и быстро направилась к нам. Ее ярко-оранжевые волосы были убраны в пучок, как и тогда, когда я видел ее у портала спуска в Реликтовые Гробницы.

«Леди Каэра!» — тепло сказала она, остановившись перед нами и поклонившись. «И Восходящий Грей». Она снова поклонилась. «Добро пожаловать в поместье Денуаров».

«Спасибо», — сказал я, возвращая ей теплую улыбку. «Вы Несса, верно?»

Женщина была явно удивлена, но постаралась скрыть это, поклонившись в третий раз. «Вы оказываете мне честь». Хотя ее тон был ровным, я видел, как на ее щеках появился красный румянец.

«Не нужно так скромничать», — сказал я, жестом показывая, чтобы она выпрямилась. «Каэра сказала, что вы — половина причины, по которой она осталась в здравом уме под опекой лорда и леди».

Несса покраснела еще больше и, казалось, не знала, что ответить.

Каэра спасла ее, взяв женщину за руку и продолжая идти к дому.

Пройдя несколько шагов, Каэра оглянулась через плечо, выражение ее лица было одновременно игривым и ругающим.

Она подготовила меня к вечеру, назвав всех по именам и объяснив распорядок вечера, даже обозначив возможные темы для разговора, если ее приемные родители попытаются втянуть меня в политические дебаты.

Каэра, скорее всего, считала меня каким-то необщительным грубияном, который предпочитает драки с мана-зверями общению — и, наверное, она была бы не совсем неправа, но она не знала, что в прошлой жизни я был королем, что дало мне многолетнюю практику общения с людьми вроде Денуаров.

Еще несколько слуг ждали в прихожей. Хотя большинство из них опустили глаза в почтительном поклоне, одна молодая женщина взглянула на меня и встретила мой взгляд. Я вежливо улыбнулся ей, на что она ответила паническим взглядом, после чего снова опустила глаза в пол. Оттуда нас провели в шикарную гостиную. Роскошная мебель была расставлена небольшими группами по всей большой комнате, которая пестрила красками, а вдоль дальней стены располагался целый бар.

У барной стойки стоял Лауден Денуар, с которым я познакомился в кульминационный момент моего суда. Женщина в широком бордовом платье с блестящими белыми волосами, рассыпавшимися по плечам, откинулась на спинке стула — приемная мать Каэры, Ленора Денуар. Светловолосый мечник Ариан стоял в углу.

Ленора грациозно встала, когда мы вошли, практически взлетев со своего места и одарила нас хорошо отработанной, но приветливой улыбкой. Ее глаза одним взглядом охватили все — от моих сапог до моих пшенично-светлых волос, и я практически видел, как за ее проницательным взглядом поворачиваются шестеренки.

Несса поклонилась и отошла в сторону. «Леди Ленора из Высококровного Денуара. Леди Каэра вернулась. Она привела с собой гостя, Восходящего Грея». Затем она выпрямилась и отступила назад, так что оказалась почти прижатой к стене рядом с дверью гостиной, неподвижная, как статуя.

«Пожалуйста», — сказала Ленора, жестом указывая на ближайший диван. «Выпейте со мной и моим сыном, пока мы ждем моего мужа. Он должен спуститься в любой момент».

Лауден принес из бара два бокала, один из которых передал матери, затем повернулся и протянул мне руку. Я крепко взял ее, встретив его взгляд. «Как приятно видеть вас снова, Восходящий Грей. Или вы теперь предпочитаете называться профессором?» Его манеры были безупречны, но они не могли полностью скрыть очевидное напряжение, которое он держал в своих плечах и бровях.

«Пожалуйста, Грей будет более чем достаточно», — ответил я.

Лауден передал второй бокал Каэре. Как только приемный брат оказался к ней спиной, она сморщила нос и незаметно поставила стакан. Лауден, казалось, ничего не заметил, вернувшись к стойке. «Ну что ж, Грей, что бы вы хотели выпить? Мой отец не без гордости следит за качеством нашей коллекции. Здесь вы найдете только самые лучшие и крепкие напитки, специально разработанные для тех, у кого повышенный метаболизм, обеспечиваемый силой магии».

«Вполне естественно, что я подожду лорда, так как по традиции он должен первым выпить, когда пьют с гостями», — ответил я, подмигнув ему. «Но я, конечно, буду рад возможности попробовать вашу прекрасную коллекцию».

Лауден усмехнулся. «Культурный человек. Мой отец, без сомнения, оценит ваше следование общественным нормам, хотя я надеюсь, вы простите меня за то, что я начал без вас».

Закончив эту формальность, Лауден продолжил вести светскую беседу, пока Ленора расспрашивала Каэру об академии. Отношение леди Денуар и Каэры друг к другу было жестким и деловым, и я не раз ловил на себе взгляд Каэры.

Через несколько минут шум тяжелых, неторопливых шагов в холле возвестил о прибытии Лорда Корбетта Денуара.

Мы все замерли, когда в гостиную вошел верховный лорд, выйдя из своего притворного увлечения, чтобы заставить меня ждать — обычная тактика среди этих благородных типов. Его умные глаза перескочили на каждого из нас по очереди, но дольше всего задержались на мне. Его бело-синий костюм выглядел так, словно стоил столько же, сколько дома некоторых людей, а на боку он носил саблю с золотым эфесом.

Скрестив одну руку над грудью в кулак чуть ниже плеча, а другую за спиной, я слегка поклонился, лишь слегка наклонив спину. Это был такой поклон, который делают в знак уважения, но не раболепия. Этот простой жест — я почти крикнул, что считаю наше положение равным — должен был зажечь искру в его сознании, поскольку Денуары уже подозревали, что я тайно принадлежу к высшей крови.

«Добро пожаловать в наш дом», — невозмутимо сказал он, обойдя сзади сидящую жену и положив руку ей на плечо. «Эта встреча была слишком долгожданной, не так ли, любовь моя?»

«Да, это так», — ответила она, сияя от счастья. А мне она сказала: «Вы подарили нам такой новый опыт, ведь никто из нас не привык к тому, что наши приглашения отклоняются».

Ее исполнение было безупречным — вежливое поддразнивание с шипами, спрятанными между слов, и лезвием в улыбке.

«Примите мои извинения», — ответил я с усталой улыбкой. «Это было мое эгоистичное желание выразить другим профессорам Центральной Академии, что я по праву заслужил место в ней».

«Да ладно, мы просто шутим», — сказала Ленора с усмешкой. «Тем не менее, нам с Корбеттом очень любопытно узнать о вас. Почему бы нам не перейти в столовую, чтобы вы смогли рассказать нам о себе за прекрасным ужином, который наши повара приготовили в вашу честь?»

Стоя, я протянул руку матроне* Денуар, которая приняла ее с любопытной улыбкой. «Ведите, леди Денуар», — вежливо сказал я.

# Прим. Пер. — Матрона это:

В Древнем Риме: почтенная замужняя женщина, мать семейства. 2. Разг. (обычно шутливое). О почтенной немолодой женщине. Настоящая м. Уступи матроне место.

Она так и сделала, а остальные Денуары последовали за нами. Корбетт тихо разговаривал с Лауденом о каких-то делах, пока Ленора показывала особняк, рассказывая мне о многих предметах, выставленных по всему поместью, включая несколько очень красивых картин и гобеленов, и по крайней мере дюжину различных трофеев, возвращенных из Реликтовых Гробниц.

В обеденном зале стоял длинный стол, за которым могли разместиться не менее тридцати человек. Три люстры свисали с высокого потолка, наполняя помещение ярким светом. Вдоль одной стороны комнаты располагалась небольшая барная стойка, а другую закрывали шкафы и полки, заставленные изысканной посудой и столовым серебром в десятках различных стилей. Очевидно, это была ценная коллекция, и, вероятно, Ленора гордилась ею — этот факт я приберег для наших бесед.

Стол был уже накрыт, и Ленора провела меня в дальний конец, жестом пригласив занять место слева от главы стола, куда мгновение спустя сел Повелитель Денуар. Ленора села напротив меня, Каэра — слева от меня, а Лауден — напротив нее, рядом со своим отцом. Это было почетное положение — сидеть по левую руку от верховного лорда, которое, как я полагал, обычно предназначалось для его сына.

Ленора продолжала болтать, пока подавали закуски, а я улыбался и смеялся между укусами инжира с пряностями, увенчанного хрустящими кусочками мяса. За закуской из фаршированных грибов разговор перешел на Корбетта, но он избегал серьезных тем, выражая интерес к моим занятиям в академии и рассказывая о своем интересе к литературе, а также тонко хвастаясь пожертвованиями Денуаров в библиотеку Центральной академии. Каэра хранила прохладное молчание, не вмешиваясь в разговор, если только к ней не обращались напрямую.

Только когда принесли салат, разговор перешел на что-то более серьезное.

«Итак, Грей», — начал Корбетт, вонзая вилку в свою миску, — «я надеялся узнать больше о твоей крови. Получить место в Центральной Академии — это большой подвиг. Это говорит о связях вашей крови».

Я широко улыбнулся мужчине и бесстрастно пожал плечами. «Мне жаль разочаровывать, но нет никакой тайны, которую можно было бы раскрыть, какие бы слухи ни ходили вокруг. Мои родители родом из глухой деревни, и оба они были простыми людьми. Мой отец был убит на войне», — сказал я пассивно, мой голос был лишен эмоций. «После окончания войны я обратился к Реликтам и стал восходящим, пытаясь заботиться о матери и сестре».

Корбетт слушал так, словно поверил мне лишь наполовину, но Ленора прикрыла рот рукой. «Слишком многие погибли, сражаясь с этими дикарями в Дикатене».

Лауден недовольно хмыкнул, отвернулся от разговора и долго отпивал из своего бокала.

Увидев возможность взять бразды правления разговором в свои руки, я сказал: «Действительно, слишком много, особенно в… как они называются? Волшебные леса Дикатена?».





Глава 365: Старые Обиды




Вален резко ударил Сэта кулаком в нос. Вместо того, чтобы спотыкаться, как когда-то он сделал бы это раньше, худой мальчик двинулся на удар, лишив его всякой силы. Он ударил Валена коленом о ребра, но Вален заблокировал его ладонью, затем наклонился вперед и ударил Сэта плечом в грудь, заставив его отшатнуться назад.

Вращающийся удар по ногам Сэта — и без того плохо расположенного для равновесия — отбросил его на коврик.

«Вы оба молодцы», — сказала Афена, и я снова обратил внимание на лежавшие передо мной бумаги со вздохом.

Каждому профессору были предоставлены документы, объясняющие правила и положения Викториады. Из-за характера мероприятия, соблюдение традиций и протокола было чрезвычайно важным, поэтому предоставленная информация была наиподробнейшей до скуки. Я знал, что необходимо сохранить это в памяти, но мои мысли продолжали возвращаться к моим собственным планам на мероприятие.

Теперь я был сильнее, чем тогда, когда был Копьём с белым ядром, даже если бы я потерял часть оружия в своем арсенале*. Тем не менее, я хотел использовать это событие, чтобы сравнить свою силу с силами моих врагов — не раскрывая свою личность, если это вообще возможно.

# Прим. Пер. — часть сил/способностей в своём распоряжении.

С репутацией, которую я заработал здесь как профессор и как восходящий, я хотел испытать свои силы — если не против Косы, то, по крайней мере, против Слуги. И Каэра, и Кайден упомянули, что даже Слуги редко получали вызов, но после прочтения этого документа становилось все более ясно, насколько это редко.

Даже для того, чтобы запросить дуэль у Слуги, требовалось предварительное согласие их Косы. Не говоря уже о том, что нужно, чтобы бросить вызов Косе. Каэра упомянула, что, поскольку на этот раз было два свободных места Слуги, люди предполагали, что у них будет гораздо больше шансов, чем обычно.

А поскольку и Косы, и Слуги могли отказать претенденту, если бы сочли, что такое состязание им не по силам, мне может быть трудно даже бросить вызов Слуге.

В худшем случае, если бы никто из Слуг не принял мой вызов, мне пришлось бы наблюдать за дуэлями издалека.

Обычно именно здесь Реджис вмешался бы, высказав довольно резкую, но досадно точную оценку ситуации, но такого ответа не последовало.

Я привык думать только о себе, но это не означало мирную жизнь. Я забыл, как работает мой мозг без Реджиса, который меня постоянно прерывал.

Понимая, что я полностью потерял суть прочитанного, я положил пергамент, чтобы посмотреть следующий тренировочный бой.

Афена привела еще двух учеников на спарринг, а Браяр обучала остальную часть класса серии упражнений. Маркус и Слоан обменивались серией жестоких ударов руками и ногами, когда двери классной комнаты открылись и внутрь вошли несколько человек в броне.

Слоан увидел их первым и пропустил удар, ударившись локтем о подбородок, и он расплющился. Это привлекло внимание всего класса, и ученики неожиданно заволновались. Браяр и Афена поспешили исправить это, их глаза вопросительно посмотрели в мою сторону.

«Я могу вам помочь?» — сказал я, вставая со своего места у пульта управления учебной платформы и поднимаясь на полпути вверх к вторженцам. «Мы находимся в среднем классе».

Знакомая фигура шагнула вперед, почесывая подстриженную бороду и неловко улыбаясь мне. «Извини, Грей, но боюсь, тебе придется пойти с нами».

Я сердито посмотрел на Суллу, главу Ассоциации восходящих в Кардигане. «Может это подождать, пока…»

«Боюсь, что нет», — твердо сказал он.

Мой разум начал гоняться, когда я размышлял, для чего они могут быть здесь.

Мрачное выражение лица Суллы давало понять, что его визит не носит социального характера. Но поскольку это была Ассоциация восходящих, а не охранники академии или местные правоохранительные органы, я не был уверен, в чем может быть проблема. Если бы моя личность была скомпрометирована — возможность, которую я всегда осознавал, — то Нико или Каделл выбили бы мою дверь.

Так что же тогда?

Я повернулся и встретился взглядом с Браяр. «Вы с Афеной заканчивайте урок. Я ненадолго отойду».

Поднимаясь по лестнице, я следил за руками и глазами группы в поисках каких-либо признаков того, что они готовы к атаке. Мужчины были напряжены и насторожены, может быть, даже немного нервничали, но я также почувствовал бунтарский вид разочарования в их одинаковых нахмуренных взглядах. «Извини за это», — пробормотал один из них и сразу замолчал, когда Сулла бросил на него предупреждающий взгляд.

Сам восходящий имел застывший, неловкий вид человека, делающего что-то против своей воли. Что бы ни происходило, эти восходящие не были в восторге от этого.

И поэтому я не сопротивлялся, но позволил им вывести меня из здания через кампус. Они заняли позиции вокруг меня, но никто не вытащил оружие и не приготовил никаких заклинаний — по крайней мере, то, что я мог обнаружить. Большинство студентов были в классе, но мы все же прошли мимо многих десятков людей на пути к выходу из кампуса, и я уже чувствовал свое имя в основе сотен разговоров, которые шептались позади меня.

К счастью, зал Ассоциации восходящих был поблизости.

Я последовал за Суллой в его кабинет, выходивший на главный этаж здания. Остальные восходящие расположились у дверей, которые Сулла закрыл за нами.

Я сел без приглашения и стал ждать. Сулла взял из-за стола кожаную сумку и внимательно посмотрел на меня. Затем, с внезапной вспышкой разочарованного гнева, он швырнул сумку на стол и рухнул на стул.

«Черт побери, Грей, ты хоть понимаешь, насколько близко к смерти ты подошел?»

Я слегка повернул голову в сторону и демонстративно оглядел офис. «Кажется, у меня нет ножа на шее, так что нет, правда».

Сулла невесело усмехнулся. «Вряд ли вы беспокоитесь о таких мелочах, как ножи». Схватив нижнюю часть сумки, он перевернул ее, рассыпав стопку пергамента поперек стола. «Вы знаете, что это?»

Все еще наблюдая за Суллой, я взял потерянную страницу, которая полетела ко мне через стол. В нем была скобка с каждым из моих учеников, сопоставленными с незнакомым именем. Я понял, что это турнир Викториады.

«Я не понимаю, в чем проблема», — сказал я, изображая беспечность и бросая страницу обратно в стопку на столе Суллы.

Его левый глаз дернулся. Сквозь зубы он сказал: «Тогда позвольте мне поучить Вас, профессор». Прежде чем продолжить, ему пришлось воспользоваться моментом, во время которого он пролистал страницы. Когда он нашел то, что искал, Сулла показал мне это. «Это отчет о бойцах Викториады из Академии Бладрока в Вечоре — или, по крайней мере, о тех, кто будет участвовать в немагических дуэлях без оружия». Он тяжело отложил ее и взял другую страницу. «Этот документ дает много очень конкретных подробностей об одном из лучших бойцов Бладрока. Списки рун, типы магов, предпочтительные боевые стили… Рога Вритры, Грей, он даже называет, каким представителям их крови можно угрожать или подкупать, чтобы повлиять на их действия».

Он перешел к просмотру еще нескольких страниц, и все они содержали похожие подробности о других лучших бойцах из различных академий.

«Отлично, это похоже на очень тщательное исследование», — сказал я наконец, прерывая его, когда он начал объяснять еще одну страницу. «Но какое это имеет отношение ко мне? Это не мое».





Глава 366: Безжалостное Обещание




От лица Титуса Гранбела.

«О, я чуть не забыла упомянуть», — сказала моя жена с другого конца обеденного стола. Счастливо улыбаясь, она отложила насаженный на шампур кусок розового мяса, который собиралась откусить. «Кровь Вэйл согласилась на наши условия. Посыльный прибыл с их письмом всего час назад»

Я закончил жевать и потянулся с вилкой и ножом, чтобы отрезать еще кусок. «Да, я подумал, что, увидев, что случилось с кровью Роткеллеров, может вспыхнуть пожар и у Вэйлов…»

Холодные глаза Карин метнулись к Аде, но девушка не обращала на нас внимания, бездумно помешивая еду на тарелке.

«В любом случае», — продолжила Карин, ее глаза слегка расширились, как будто напоминая мне о нашем соглашении.

Моя хватка крепче сжимала посуду, когда я глубже погрузился в опаленный самбар*. Ада слишком хрупка, слишком слаба, чтобы страдать от осознания наших действий.

# Прим. Пер. — Самбар — традиционное блюдо из чечевицы в Южной Индии.

Я подумал о Калоне и Эзре. Мой старший сын был слишком горд и самодоволен, чтобы понять, что мы сделали сейчас, но если бы он выжил, возможно, в таких крайностях не было бы необходимости. Все же, Эзра был ребенком, который больше всего походил на меня.

Аппетит покинул меня, и я отодвинул свою недоеденное блюдо.

Если бы только Эзра выжил вместо этого чучела, с горечью подумал я, бросив мрачный взгляд на свою дочь.

«И я разослала запросы некоторым вероятным высококровным кандидатам относительно нашего предложения», —продолжила она. Говоря это, она протянула руку и начала резать еду Ады, даже поднося кусочки ко рту девочки.

«Карин, дай девочке поесть самой, она…»

Она бросила на меня свирепый взгляд, и я смягчился, сдерживая свои слова.

Она и ее одержимая любовь.

Я наблюдал, как Карин кормила мою дочь с ложечки, как будто у нее не было рук, но больше ничего не сказал. Трудно было не признать, что многое из того, чего мы достигли за это короткое время, было бы невозможно без моей жены.

Она была хитрой, харизматичной и безжалостной. Но она также была матерью, которая потеряла двоих своих детей. С уходом Калона и Эзры, Ада стала всем для этой женщины. Хотя это подтолкнуло ее к тому, что я раньше и представить себе не мог, ведь по ее мнению, все это было сделано для Ады.

«Титус, ты слушаешь?»

«Конечно», — сказал я, роясь в памяти в поисках ее полу услышанных слов. «Высококровные Лоу и Арбитал. Оба прекрасные кандидаты для Ады».

Я оттолкнулся от стола, и слуга бросился собирать мою посуду и столовые приборы. «Я собираюсь сделать обход, а потом, может быть, мы сможем уедениться вместе?»

Понимающая улыбка заиграла в уголках губ моей жены. «Конечно, лорд Гранбел».

«Скоро будет Верховный Лорд», — сказал я, прежде чем выйти из столовой и направиться к выходу.

В теплом бризе, дувшем с запада, с моря, чувствовалась морская свежесть. Когда ветер менял направление, он приносил с далеких гор сильный холод. И все же, в какую бы сторону ни дул ветер, он всегда дует нам в спину. Даже наши поражения превращаются в победу.

Моя неспособность обеспечить безопасность владений от Восходящего Грея была опасным временем для Названной Крови Гранбел. Когда судьи, которых мы подкупили, были казнены в своих камерах, я беспокоился, что вскоре нас может постичь та же участь. После смерти моего наследника вся наша кровь легла на острие меча, и любое неверное движение могло означать наш конец. Но судьба, как оказалось, была благосклонна.

По крайней мере, для нас.

Солнце только садилось, когда я начал свой вечерний обход, чтобы проверить усиленную охрану поместья. Мы превратили многих соперников в заклятых врагов, причем за довольно короткий промежуток времени. Хотя до сих пор они были слишком трусливы, чтобы напасть на нас напрямую — во многом благодаря слухам об участии нашего благодетеля, — я все равно тщательно подготовился к такому повороту событий.

Несмотря на мое хорошее настроение, я изобразил грозную гримасу на лице, медленно проходя мимо каждой группы наемников, охранников и восходящих, которых я нанял в качестве охраны для нашего поместья Вечор. В конце концов, они должны были бояться меня, если я ожидал, что они останутся в строю.

Когда я проходил мимо главных ворот, мой начальник охраны вышел из сторожки и вытянулся по стойке смирно. «Лорд Гранбел».

«Спокойно, Хенрик».

Мужчина поклонился, затем вытащил свернутый пергамент из сумки на боку. «Это прибыло для вас всего несколько минут назад».

Я подавил победоносную ухмылку, подняв свернутый пергамент с печатью Центральной академии. «Идеально. Кажется, всё в порядке, Хенрик».

Этот человек — верный до невозможности и тупой, как камень, но хорошо ладящий с другими стражниками, — снова поклонился и вернулся на свой пост.

Я же поспешил внутрь, желая прочитать отчет профессора Грэма. Я не выдержал, когда заметил, что Петрас задерживается в подъезде. Он вздрогнул при виде меня.

Мои губы скривились в усмешке. «Что ты здесь делаешь? Перестань прятаться и возвращайся в свое подземелье».

Петрас глубоко поклонился, его темные волосы падали на лицо, как жирный водопад. «Мои извинения, господин. Я хотел вам сказать, что последний из заключенных… не выдержал, а тело увезли. Подземелья пусты, и…

«Отчет получен», — сказал я, взмахнув рукой. «А теперь оставь меня. Вы портите долгожданную победу».

Мучитель скрылся в тени и ушёл вниз, по лестнице слуг, оставив после себя сильный запах масла. Покачивая головой, я вернул свое внимание к свитку, вскрыл печать и развернул его, мальчишеская улыбка расплылась по моему лицу.

Моя ухмылка потемнела, и я в отчаянии заскрежетал зубами от наспех написанных слов в письме. Пергамент прекрасного качества смялся у меня в кулаке, и я бросил его в стену.

«Некомпетентный дурак. Возможно, я слишком доверял Янушу как высококровному человеку».

Учитывая наше взаимное отвращение к Восходящему Грею, в то время казалось очевидным использование Януша, но это жалкое подобие высококровности не могло даже удержать Грея в заключении Ассоциации восходящих людей на день.

Мои мысли осторожно кружили вокруг моего благодетеля, который полностью оставил детали этой части плана на меня. Если мне не удалось справиться…

«Отец?» — я обернулся на звук голоса Ады. «Все в порядке? Вы что-то бормотали себе под нос».

Ложно улыбнувшись, я быстро ответил: «Не о чем беспокоиться. Почему ты не в своей комнате? Иди поучись, а потом ложись спать. Ты знаешь, что тебе нужен отдых».

Простое разочарованное пожатие плечами девушки было таким жалким — я не знал, обнимать ее или дать пощёчину. Тяжело вздохнув, я положил руку ей на маленькое плечо. «Ада, пора уже заканчивать. Ты достаточно долго хандришь. А теперь вставай прямо и…»

Я склонил голову, внимательно прислушиваясь. Это почти походило на…

Крики снаружи. Взрыв магического огня.

Через передние окна исходило красное сияние, окрашивая стены и пол зала в кроваво-алый цвет. Мгновение спустя зазвонили колокольчики.

«Ада, спускайся в подвал», — сказал я, не глядя на дочь. Она захныкала в нерешительности, поэтому я крикнул: «Рога Вритры, девочка, сейчас же!»

Я слышал, как ее быстрые шаги отступили, исчезнув по той же лестнице слуг, что и Петрас, но я больше не думал о ней. Неуверенные шаги привели меня к одному из передних окон, где я подтвердил, что щит поместья был активирован, создав красный купол, покрывающий все мои владения

Внутренний двор сверкал заклинаниями, когда огненные пули, дуги молний и ледяные копья прорезали ранний вечерний мрак. Все, что я мог видеть от их цели, это тень, которая, казалось, мерцала в пелене пурпурного электричества, появлялась и исчезала быстрее, чем я мог проследить.





Глава 367: Викториада




Сообщение от автора: Наконец-то мы дождались Викториады! Поверьте, я знаю, что многие из вас с нетерпением ждали этого решающего события. Я переписывал эту главу несколько раз вместе с главами после нее, чтобы убедиться, что она соответствует всем моим ожиданиям. Это мероприятие не закончится одной или двумя главами, так что будьте терпеливы, и я надеюсь, вам понравится эта глава из 4 тыс. слов (я отчетливо помню, как говорил вам, что в среднем главы будут из 2-3 тысяч… что же случилось?)

От лица Сэта Милвью.

Холодно! Ветер принес в Кардиган ледяной горный воздух, и мы зябко ежились, пока готовились к отъезду.

Мое дыхание замерзало передо мной, поднимаясь и смешиваясь с ледяным туманом вокруг нас. Я сжал губы и выдохнул, наблюдая, как воздух поднимается вверх и исчезает.

Это был такой глупый поступок, но даже возможность сделать это значила для меня так много. Всего несколько лет назад, пары вдохов холодного воздуха во время игры с Цирцеей — мы вдвоем изображали драконов, выпускающих огонь вместо пара — было достаточно, чтобы я оказался прикован к постели.

Я заставил свои губы улыбнуться, обманом вынуждая себя думать об этих воспоминаниях как о счастливых, прежде чем переключить свое внимание на окружающую меня сцену.

Было раннее утро первого дня Викториады, и мы все выстроились возле варп телепорта, небольшого восьмиугольного здания в самом центре кампуса. Множество других студентов, как тех, кто будет участвовать в других соревнованиях, так и тех, кто пришел пожелать нам удачи, слонялись по двору, сбившись в группы и закутавшись в тяжелые плащи. Я даже заметил несколько человек, которые притащили сюда свои одеяла, чтобы согреться.

В Вечор отправлялось много студентов, слишком много, чтобы сразу воспользоваться варп телепортом, и наш класс был последним в очереди на телепортацию. Внутри профессор Эбби из крови Редклифф отвечала за телепортацию каждого класса по очереди.

Я огляделся и заметил фигуру, спешащую сквозь толпу. Человек был затянут в меховую куртку с капюшоном, настолько глубоким и набитым, что он полностью скрывал его лицо. Он встал в ряд позади нас и слегка поправил капюшон.

«О, привет, Лорел», — сказала Майла, весело помахав другой девушке. «Прохладненько, да?»

Лорел выглянула сквозь меховую подкладку капюшона, и ее глаза прищурились в извиняющейся улыбке, пока она не нашла профессора Грея, который стоял в стороне с двумя ассистентами. Ее голос был слегка приглушен, когда она сказала: «Простите, профессор. Мне нужно было найти свое пальто. Я ненавижу холод…».

«Теперь, когда мы все здесь», — профессор отпустил Лорел взмахом руки, — «у меня есть пара вещей, которые должны быть у каждого из вас».

«О, подарки!» — сказала Лорел, подпрыгивая.

«Не совсем», — ответил профессор Грей, доставая из своего кольца измерения сверток с предметами и распределяя их между ассистентками Афеной и Брайр.

Каждый студент получил по два предмета. Первым был плащ из бархата лазурно-черного цвета Центральной Академии. Второй — белая полумаска, закрывающая лицо от линии волос до носа. На её поверхности был нарисован узор из темно-синих линий, четких и угловатых, как руны, но более искусных. Из верхней части каждой маски торчали маленькие рожки.

Майла поднесла свою маску к лицу. Она была идентична моей, за исключением узоров, которые были более естественными и плавными, как порывы ветра или плавные волны. Она высунула язык и издала глупый рычащий звук.

«Мне не нужно напоминать вам», — неодобрительно сказала Брайр, сосредоточив внимание на Майле, — «что на Викториаде будет присутствовать Владыка Кирос Вритра. Поскольку для всех нас это, скорее всего, впервые, вы должны понять несколько вещей.

«Хотя эти предметы идентифицируют нас как представителей Центральной Академии, маску, в частности, следует надевать всякий раз, когда вы находитесь в поле зрения Владыки Кироса Вритры — что для нас означает постоянно. Наше поведение на Викториаде представляет не только Академию, но, поскольку мы из Центрального Доминиона, и самого Верховного Владыку.

«Ваши победы принадлежат не вам, а ему. Вы делаете это не для собственной славы, а для славы Верховного Владыки. Любое оскорбление, которое вы можете нанести, намеренно или случайно — например, если вы будете идти без маски или посмотрите в глаза Владыке Киросу, — также отразится на Верховном Владыке и будет сурово наказано».

В классе воцарилась тишина, пока раздавали остальные костюмы. Лорел взяла свой и покинула нас, чтобы присоединиться к Эноле в начале очереди.

Маркус, стоявший прямо перед нами, смотрел на свою маску со странным, каким-то отстраненным выражением. Его пальцы обводили тяжелые, угловатые синие линии, нарисованные на маске.

Майла, должно быть, тоже заметила его выражение. «Что, по-твоему, означают твои знаки?»

Он поднял на нее взгляд, его лицо нервно напряглось на секунду, а затем разгладилось и приобрело свое обычное выражение настороженности. «Я не думаю, что эти узоры как-то связаны с нами лично, не так ли? В конце концов, они должны скрывать нашу личность перед Владыкой, а не выделять нас».

«О», — сказала Майла, нахмурившись. «Я и не думала об этом».

Янник, обычно молчаливый, придвинулся немного ближе к Маркусу и наклонился к нам. «Вритра заботится о вашем благополучии, вот и все. Глупо думать иначе». Он надел свою маску — узор из зазубренных, диких порезов, похожих на когти, — и повязал ее на затылке, после чего снова отошел в сторону.

Очередь снова начала двигаться, когда класс перед нами ввели в зал телепортационных врат, и толпа расступилась, когда люди направились в свои комнаты. Несколько человек помахали в сторону нашего класса, но я знал, что никто не машет лично мне.

Однако этот факт меня не беспокоил. По правде говоря, несмотря на то, что я многое потерял, этот семестр в академии был лучше, чем я мог себе представить, и в основном благодаря тактике улучшения рукопашного боя. Физически я был сильнее, чем когда-либо, даже до получения эмблемы. Болезнь, с которой я жил всю свою жизнь и от которой всегда ожидал смерти, почти полностью исчезла.

Никогда в своих самых смелых мечтах я не представлял, что стану носить эмблему. Даже Цирцея надеялась лишь на то, что я не окажусь безкровным* с болезнью, способной убить меня до двадцатого дня рождения.

# Прим. Пер. — по правилам русского языка, правильно «бескровным», но тут значение другое. Бескровный – лишённый крови в теле. Безкровный – безродный.

И я кое-что умел. Может быть, я не был так силен, как Маркус, так быстр, как Янник, или так могуч, как Энола, но после тренировок у профессора Грея я знал, что могу выйти на ринг с любым из них и дать им честный бой. Но более того, все мои одноклассники относились ко мне с уважением, даже Вален… может быть, не так сильно, как Реми или Портрел, но, по крайней мере, Вален не позволял им больше избивать меня.

Как будто у них бы это получилось, напомнил я себе, не в силах подавить глупую ухмылку.

Я взглянул на профессора, который отвернулся от нас, чтобы посмотреть, как приближается синеволосая девушка.

Я действительно не понимал его. Хотя он всегда выглядел незаинтересованным, он научил всех нас быть неплохими бойцами. Я знал, что мы ему не нравимся, особенно я. На самом деле, это сильно преуменьшено. Иногда, когда он смотрел на меня, я думал, что он, должно быть, ненавидит меня. Но я понятия не имел почему.

Майла резко толкнула меня локтем в ребра. «О, ты влюбился?».

Я вздрогнул и в замешательстве уставился на нее. «Что?»

«Ты точно уставился на леди Каэру», — подразнила она, и я понял, что, должно быть, некоторое время смотрел на профессора Грея, потерявшись в своих мыслях. «Она ужасно красивая, но она немного старовата для тебя, не так ли?».

Я открыл рот, не представляя, как ответить на поддразнивание Майлы, но профессор Грей заговорил первым, и я замолчал, чтобы услышать.

«Ты опоздала».

Ассистентка профессора Каэра оглянулась назад, потом на него, положив одну руку на грудь. «Простите? Вы уже прибыли в Вечор, профессор Грей? Потому что если нет, то, похоже, я как раз вовремя».

«Кроме того», — пробормотала Майла, наклоняясь ко мне, — «я думаю, она уже занята».

Я покраснел и отвернулся, мне было очень неловко даже думать о личной жизни сурового профессора. От дальнейших поддразниваний меня спасло то, что очередь снова начала двигаться, и нас всех пригласили в теплый зал варпа.

Когда мы все оказались внутри, профессор Эбби расставила нас по кругу вокруг устройства, которое тихонько гудело и излучало теплое сияние. Несколько студентов подошли ближе, протягивая руки, чтобы согреть их.

Откуда-то подул ветерок, и я понял, что кто-то колдует ветер. Майла хихикнула и показала пальцем: Волосы профессора Эбби легко танцевали вокруг нее, когда она вела профессора Грея за руку к свободному месту в круге. «Я с нетерпением жду этого, а ты, Грей?» — спросила она, ее яркий голос разносился по маленькой комнате. «Викториада — это так захватывающе, и здесь столько всего интересного! Нам стоит выпить, пока мы там будем».

Некоторые из других студентов разразились приглушенным хихиканьем, так что я не смог расслышать ответ профессора.

Что бы это ни было, профессор Эбби надулась, когда подошла к похожему на наковальню артефакту телепортации и начала активировать его.





Глава 368: Викториада II




От лица Артура Лейвина.

Сдерживая свои эмоции холодной железной хваткой, я не позволил ярости охватить себя при виде зверей маны, разрывающих на части безоружных и лишенных магии людей… моих людей.

Мой желудок скрутило от этого зрелища, в то время как остальная часть меня ничего так не хотела, как, чтобы направить Шаг Бога на поле и убить зверей.

Сила бросить вызов реальности находится в моих руках, но я даже не могу спасти этих людей.

Я рассудил, что сдерживать себя сейчас было ради большего, что это была цена, которую мы все должны были заплатить за проигрыш в войне.

Но от этого не становилось легче сидеть и смотреть, как убивают моих собратьев-дикатенцев. А затем раздались радостные возгласы, которые подобно ненавистному грому прокатились от десятков тысяч зрителей, когда они “пожирали” зрелище точно так же, как волки пожирали невинных…

На один, единственный мрачный миг я возненавидел их всех.

Я представил, как Руна Разрушения вырвется из моих рук, чтобы сжечь весь стадион и всех, кто находится здесь, до пепла… но с нашей площадки не доносилось ни радостных возгласов, ни смеха. Хотя я не мог заставить себя отвести взгляд от последних мгновений этих дикатенцев, я мог слышать неглубокое, затрудненное дыхание моих учеников, хруст их костяшек, когда они хватались за поручни, тихие всхлипы отвращения, когда волки пировали…

Затем волосы у меня на затылке встали дыбом, когда знакомая сила заполнила комнату, прерывая моё сосредоточение на резне.

Студенты начали опускаться на колени, следуя за источником давления к задней стене площадки, где стояла рогатая фигура, одетая во все черное, наблюдая за нами.

Реджис ощетинился, это был мысленный эквивалент того, чтобы поднять шерсть дыбом.

Серис Вритра выглядела совсем иначе, чем в тот день на поле боя, когда Уто чуть не убил Сильви и меня. Вместо генерала военного времени она выглядела царственно, как императрица, облаченная в боевое платье из черной чешуи, хотя на ней был тот же полуночно-черный плащ, который был на ней, когда я впервые увидел её в Дарве.

Рядом со мной Сет остался на ногах, разинув рот и уставившись на меня. В то время как у остальной части класса хватило здравого смысла опуститься на колени, Сет, казалось, застыл на месте. Внезапное появление Косы закрепило одну информацию, о которой я до сих пор только догадывался: Нико был не единственным, кто знал мою настоящую личность.

Серис наблюдала за Сетом, как будто он был каким-то забавным маленьким существом. Какова бы ни была причина ее прихода сюда, мне не нужно было, чтобы в этом участвовали студенты, и поэтому я положил руку Сету на плечо и толкнул его на колени.

«Коса Серис», — сказал я. «Рад снова видеть тебя».

«Профессор Грей из Центральной академии. Леди Каэра из Благородного Денуара». Дрожь пробежала по преклоненным студентам при звуке нежного голоса Серис. «За мной».

Она развернулась, ее плащ струился вокруг нее, как жидкость. Она исчезла через единственную дверь, вделанную в каменную стену в задней части площадки. Каэра вскочила, чтобы последовать за ней, но я остался на месте.

‘Да, всё это испытание действительно нуждалось в еще одном усложнении’, — подумал Реджис, наша связь четко передавала его нерешительное заявление.

Тот факт, что Серис также раскрыла мою личность, не был неожиданностью, так как Нико, очевидно, знал, но я задался вопросом, почему она связалась со мной именно сейчас, и так открыто.

Даже когда Серис ушла, студенты все еще были ошеломлены. Их шок и благоговейный трепет были осязаемы, плавая в вязкой тишине, которую создало внезапное появление и уход Косы. Даже шум толпы был приглушен, как будто он был нежеланным гостем в этом месте.

«Браяр, Афена».

Обе молодые женщины вздрогнули, когда мой голос нарушил тишину, их головы резко поднялись, чтобы посмотреть широко раскрытыми глазами и оглядеть комнату. Глаза Браяр несколько раз моргнули за ее маской, как будто она пробуждалась от долгого, неопределенного сна.

«Ты за главную, пока я не вернусь», — быстро сказал я, а затем вышел вслед за Каэрой и Серис.

Коса молчала, пока вела нас по подземным ходам Колизея. Она шла целеустремленно, и все же её движения сохраняли плавную грацию и элегантность, которые намекали на безупречный контроль над ее физической формой. Её уверенный темп никогда не нарушался, даже для того, чтобы оглянуться и убедиться, что мы следуем за ней. Шагая за ней, мы больше никого не видели, несмотря на постоянную суету чиновников, рабочих и рабов, которые, должно быть, заполняли подземные сооружения.

Через минуту или две я заметил, что Каэра наблюдает за мной краем глаза. Она открыла рот, но снова закрыла его, не сказав ни слова.

«Что происходит?» — спросил я, мой голос звучал глухо в подземных туннелях, но она только покачала головой в ответ.

Голова Серис повернулась на долю дюйма, когда я заговорил. Я задался вопросом, какое напряжение давило на плечи Каэры, но промолчал.

Я насторожился, но не испугался. Хотя Серис была слишком сдержанной и таинственной, чтобы считать ее союзницей, я также не причислял её к своим врагам. Если бы она хотела причинить мне вред, у нее было много возможностей сделать это до Викториады.

Когда мы прибыли в частную смотровую площадку с видом на поле боя, я немедленно просканировал комнату на предмет любых угроз — как будто внутри могло быть что-то более опасное, чем Коса, — но нашел только мягкий диван, с которого можно было наблюдать за происходящим ниже. Обстановка меня не заинтересовала, и мое внимание сразу же вернулось к Серис.

«Располагайтесь поудобнее», — сказала Серис, её легкий тон противоречил ее доминирующему присутствию. Когда я не сделал ни малейшего движения, чтобы сделать то, что она сказала, она махнула рукой, как бы отмахиваясь от моей настороженности. «Я привела тебя сюда не для того, чтобы причинить тебе вред, Грей, но ты уже знаешь это. Кстати, ты хорошо выглядишь. Золотые глаза… очень утончённые. Почему бы тебе не снять эту маску, чтобы я могла как следует рассмотреть твое лицо?»

«Спасибо за гостеприимство», — ответил я, делая, как она просила. «Милое местечко, хотя и немного одинокое. Где Силрит? Прячется в шкафу, ожидая возможности выскочить и дать мне какое-нибудь ужасное предупреждение?»

Серис счастливо рассмеялась. «Мой Слуга в данный момент занимается для меня кое-чем другим. Сегодня никаких страшных предупреждений, но это не значит, что у нас нет дел для обсуждения. Я уверена, что вас не удивит, если вы узнаете, что я внимательно слежу за вами с тех пор, как вы так удачно появились в Реликтовых Гробницах».

Каэра вздрогнула, глядя немного мимо меня, не совсем встречаясь со мной взглядом. «Мне жаль, Грей. Коса Серис, она мой гид — мой наставник, как я уже упоминала ранее, — и сначала, конечно, я понятия не имела, что вы можете знать друг друга, но рассказала ей о вас только потому, что вы были таким…» Она сделала паузу, прикусив щеку. «Мне было так любопытно и интересно, а потом она захотела узнать о тебе больше и попросила меня присмотреть за тобой, но я сказала тебе, так что, надеюсь, ты знаешь, что я…»

Пока она говорила, я заметил, что Серис пристально смотрит мне в глаза из-за её спины и одаривает меня застенчивой, понимающей улыбкой. Когда я вернул выражение лица, Каэра запнулась, ее беспокойство сменилось растерянным хмурым взглядом.

«Все в порядке, Каэра. Я имею в виду, у тебя есть могущественная наставница-женщина с необычным интересом ко мне?» Я указал на Серис, не в силах подавить виноватую ухмылку. «Я никогда не настаивал на подробностях, потому что в этом не было необходимости. Это было не так уж трудно понять».

Каэра глубоко вздохнула и пропустила прядь голубых волос между пальцами. «Спасибо вам за понимание. Вы двое можете перестать строить друг другу глупые глазки прямо сейчас».





Глава 369: Викториада III




От лица Сэта Милвью.

«Их так долго не было», — пробормотал Паскаль Дикону, который стоял рядом с ним. Мы все выстроились в несколько рядов, когда ассистент Афена показала нам серию движений и различных форм для разминки наших мышц. «В любом случае, что, во имя Верховного Владыки, может быть нужно Косе Сехз-Клара от нашего профессора?»

«Может быть, он чем-то обидел или разозлил ее?» — предположил Дикон, нервно теребя свою маску.

Как и я, Дикон обычно носил очки, но они не подходили к маскам. К счастью, мое зрение постепенно улучшалось с тех пор, как прошла моя изнурительная болезнь, но Дикону все время приходилось останавливаться и прищуриваться в сторону помощницы Афены, чтобы посмотреть, какую позу она приняла.

«Не будь идиотом», — оскалился Вален. «Коса бы не появилась лично по такому поводу. Послала бы слугу, или может просто кучку солдат. При том, что почти все Косы собрались на Викториаде, вполне ожидаемо, что они бы показались рано или поздно».

«Может быть, профессор — тайный любовник Косы Серис Вритры!» — Лорел хихикнула, пряча рот за одной из своих длинных кос.

Майла наклонилась ко мне и прошептала: «Кому-то нужно прекратить эти дурацкие любовные истории».

«Или он тренировался, чтобы заменить ее слугу», — предположил Маркус. «Мы все видели, каким страшным он может быть, когда захочет. Знаете ли вы кого-нибудь еще, даже среди профессоров, кто мог бы так легко тренироваться при максимальной гравитации на боевой платформе в школе? Он даже не вспотел».

Вален пожал плечами, на мгновение изменив свою позицию.

Помощник Браяр ходила вокруг, внося небольшие коррективы в форму наших приёмов. Ее оранжево-желтые волосы были зачесаны назад, что по какой-то причине делало ее немного пугающей. Как будто она собиралась надрать кому-то задницу. «Меньше болтовни, больше внимания», — отругала она.

«Интересные теории», — продолжил Вален, понизив голос, — «но всё может намного приземлённее. Я лично уже встречался с Косами Каделлом Вритрой, Драготом Вритрой и Виессой Вритрой. Что…»

«И я поцеловал Косу Мелзри Вритру», — сказал Яник, влезая в разговор и вызывая удивленный смех у всех, даже у Валена. Ассистентка Афена прочистила горло и убрала темную челку с глаз, приняв новую позу.

«То, что я пытался сказать», — сказал Вален, когда шум стих, — «что нет ничего нового в том, чтобы Коса посетила светский вечер у высокородных».

«За исключением того, что профессор Грей, насколько нам известно, не является высококровным аристократом», — отметил Дикон, слегка пыхтя от разговора и потягиваясь одновременно. «И кроме того, Коса Серис Вритра, как известно, отшельница. Она не наносит светских визитов».

Я не вмешивался в разговор, слишком смущенный тем, что застыл перед Косой, чтобы что-то сказать или привлечь к себе внимание.

И поэтому, конечно, Майла выбрала этот момент, чтобы снова наклониться ко мне и спросить: «Эй, ты в порядке? Ты выглядишь немного потрясенным».

«Больше похож на отмороженного», — сказал Паскаль, начиная новую волну трудно подавляемого смеха. Майла пригвоздила его предупреждающим взглядом, и он поднял руки вверх, слегка пошатываясь. «Просто шучу, правда».

# Прим. Ред. — в оригинале «frozen stiff», что в переводе означает «замер», но чтоб передать контекст, я решил подать в таком виде.

Ассистент Афена снова прочистила горло, но прежде чем она смогла кого-либо отругать за разговор, все взгляды обратились к передней части площадки, где только что появился представитель мероприятия в красной маске демона, который вошел в наше пространство и огляделся.

Почти в тот же момент, дверь в задней стене сценической площадки открылась, и профессор вошел внутрь, леди Каэра сразу за ним. Профессор поднял руку и, казалось, собирался что-то сказать классу, когда заметил чиновника.

«Профессор Грей из Центральной академии?» — спросил чиновник резким тоном.

«Вы здесь по поводу турнира?» — спросил профессор. «Надеюсь, я не заставил вас долго ждать».

Глаза чиновника сузились под маской, когда он прошёл через комнату и протянул руку, которую профессор небрежно пожал. «Нет, что хорошо, так как мне нужно встретиться еще с четырьмя руководителями групп»

Он возмущенно фыркнул и начал то, что звучало как очень отрепетированная речь. «Невооруженные немагические поединки начнутся через двадцать минут, профессор. Несколько матчей проходят одновременно, но ваши ученики будут размещены на платформах настолько близко, насколько это возможно. Студенты должны быть наготове на назначенном им ринге не позднее, чем за пять минут до начала поединка. Это турнир на выбывание в одиночном разряде. Проигрыш происходит нокаутом, неустойкой или в результате вытеснения с ринга.

«Я уверен, что мне не нужно напоминать вам, но магия запрещена, и это не обсуждается ни при каких обстоятельствах. Любое использование маны сверх скрытого усиления тела, вызванного присутствием рун, приведет к немедленному прекращению матча и исключению из Викториады. Кроме того, нападение с намерением покалечить или убить также запрещено».

Он вздохнул, разворачивая следующий отрезок своего свитка. «Первые участники из Центральной Академии: Энола, из крови Фрост, шестая платформа; Дикон, из крови Фэйваджер, седьмая платформа; Портрел, из крови Глэдвин, девятая платформа; Слоан, из крови Лоу, одиннадцатая платформа».

Я вздохнул с облегчением. По крайней мере, я не был одним из первых, кто участвует, так что я не был бы первым, кого выбили бы из турнира. Возможно.

Профессор Грей собрал четырёх названных студентов, чтобы убедиться, что они запомнили номера их платформ, затем поблагодарил чиновника.

Он коротко кивнул в ответ. «Мы также просим, чтобы руководитель группы — в данном случае вы, профессор — оставался на месте в случае возникновения каких-либо проблем». Развернувшись, мужчина поспешно вышел из нашей комнаты и направился к следующей.

«Ну, вы все его слышали. Давайте…»

Профессор сделал паузу, его пристальный взгляд скользнул по студентам.

«Вы как стая маленьких цыплят, ждущая кормежки», — сказал он со вздохом. «Я полагаю, никто из вас не собирается сосредотачиваться, пока я не объясню, верно?»

«Что Косе было нужно от тебя?» — помощник Браяр спросила приглушенным тоном.

Профессор пожал плечами. «Мы пили чай и непринужденно болтали. Ничего особенного».

Ассистент Браяр фыркнула и закатила глаза, когда ассистент Афена, ухмыляясь, обняла ее за плечи. «Мой дедушка не поверит, что я стояла так близко к Косе, даже на Викториаде!»

Лорел наклонилась ближе к Майле. Певучим голосом она прошептала: «Тайный любовник».

Все разразились вопросами и взволнованными комментариями, но профессор отмахнулся от суматохи. «Энола, Дикон, Портрел, Слоан… Идите к своим платформам. Все остальные, будьте внимательны».

Энола и остальные поспешили к рядам боевых колец и стали ждать. Как и сказал чиновник, они были довольно близко, достаточно близко, чтобы видеть все четыре боя одновременно. Я выбежал вперед, чтобы получить хороший обзор, а остальная часть класса пошла прямо за мной, так что я оказался зажатым между Майлой и Брайоном.

Энола первой вышла на ринг, уверенно поднимаясь по лестнице прямо по пятам за ведущим её чиновником, её золотистые волосы блестели на солнце.

Дикон, с другой стороны, шел так, как будто его пригласили в кабинет директора, его ноги волочились по земле, голова постоянно поворачивалась, оглядываясь на нас.

Когда Портрел сделал то же самое, я фыркнул от удовольствия. После всех его глупых разговоров о том, что я нервничаю, он постоянно оглядывался через плечо, чтобы посмотреть на Валена, даже когда он был на ринге напротив своего противника.

Бойцов представляли одного за другим, вызвав несколько восторженных возгласов зрителей, но в основном от их собственных одноклассников на каждой площадке. Затем организатор и судья выкрикивали инструкции, их голоса смешивались и становились все более мутными, соревнуясь друг с другом и толпой.

Согласно тому, что я читал о Викториаде, студенческие турниры были в основном просто разминочным мероприятием — невероятно важным для студентов и нашей крови, но в остальном их практически не посещали.

Тот факт, что трибуны были заполнены только наполовину, доказывал это, но меня это не беспокоило. Меньшая толпа означает, что меньше людей увидят, как мне надерут задницу…

Каждый из чиновников поднял правую руку, и все сразу закричали, перед тем как начать.

Было бессмысленно пытаться отслеживать все четыре боя одновременно, не говоря уже обо всех сражениях с другими учениками, которые не были из Центральной академии. Я видел, как Дикон едва увернулся, когда темнокожая девушка с замшелым зеленым ирокезом* вскочила и попыталась ударить его коленом в грудь. Затем я увидел, как Слоан нанес удар, от которого его противник упал на пол, и вместо этого мое внимание переключилось на его бой.

# Прим. Пер. — Ироке́з — причёска, популярная в субкультуре панков и го́тов первой волны.

Слоан прыгнул на своего противника, широкоплечего парня в зелено-золотой униформе, отбрасывая колени и локти, но, в тот же момент, Дикон взвизгнул, и я повернулся к его бою как раз вовремя, чтобы увидеть, как он отшатнулся назад через защитный барьер и тяжело упал в грязь.

Рядом со мной Брайон закрыл лицо рукой, и из остального класса раздался хор стонов.

Майла схватила меня за локоть и указала на Портрела, и я почувствовал явный укол ревности, наблюдая, как более крупный мальчик останавливает кулак своего противника. «Он такой сильный», — пробормотал я.

«Да, это безумие. О, ай!» — Майла вздрогнула, когда Портрел швырнул мальчика, с которым боролся, на пол, прежде чем вырубить его тремя быстрыми ударами в лицо.

«Давай! Надери ему зад!» — крикнул Рэми, подняв кулаки в воздух над головой.

Раздалось еще одно радостное приветствие, и я с волнением понял, что Слоан тоже выиграл свой матч. «Так держать, Слоан!» — крикнул я, смеясь, когда Брайон обнял меня за шею и запрыгал от возбуждения вместе со мной.

Несколько других боев также уже закончились, что облегчало просмотр за оставшимися платформами. Энола все еще билась с другой девушкой, которая была по меньшей мере на четыре дюйма* выше и на тридцать фунтов* тяжелее ее.

# Прим. Пер. — 4 дюйма = 10 сантиметров. 30 фунтов = 13,6 килограмм

Но это даже не имело значения. Энола сражалась как сумасшедший демон. Она была так талантлива, что трудно было поверить, что я участвовал в том же турнире, что и она. Несмотря на то, что другая девушка была крупнее её, Энола была более хорошим бойцом.

Услышав пение, доносящееся с нескольких площадок внизу, я перегнулся через перила и указал Майле на учеников другой школы. «Ты знаешь, из какой они академии?»

«Не уверена», — сказала она, пожимая плечами, не отрывая широко раскрытых глаз от борьбы Энолы.





Глава 370: Короткая Передышка




От лица Артура Лейвина.

Я легонько постучал в дверь, прежде чем открыть её и заглянуть внутрь. Круглолицая женщина взглянула на меня, кивнула и вернулась к уходу за своим пациентом.

Сэт лежал в постели, обмотанный бинтами, каждый дюйм обнаженной кожи блестел от целебных мазей. Женщина проводила каким-то стержнеобразным устройством по его туловищу, обрабатывая многочисленные сломанные ребра, перелом таза и вывих бедра.

‘Крутой’, — сказал Реджис. ‘Я думал, с ним покончено’.

‘Да, такая выдержка, наверное, у него в крови’, — я отправил обратно. Его сестра, вероятно, показала то же самое.

‘Конечно, конечно, давайте обвиним этих детей в том, что Агрона заставил сделать их друзей и семью. Совершенно справедливо, потому что они определенно могли бы воспротивиться его воле, верно? Что за сосунки’.

Я вздохнул. ‘Мы уже говорили об этом, Реджис. Я просто вёл себя мелочно, и я это признаю’.

‘Не говори со мной ласково, как с одной из твоих принцесс, принцесса’, — фыркнул Реджис.

Я ничего не мог сделать для Сэта, и поэтому я вернулся на балкон, где оставил Браяр и Афену за главных. Когда я открыл дверь, меня встретил громкий крик Браяр, перекрывший все разговоры моего перевозбужденного класса.

«Не могли бы вы все замолчать! У нас гость — о, профессор Грей…»

Браяр перевела взгляд с меня на директора Рамсиера, который только что пришёл, выглядя необычно расслабленным, даже ошеломленным. «Не будьте слишком строги к нашей команде чемпионов», — сказал он. «Вполне естественно, что они взволнованы, учитывая произошедшее. Вот почему я здесь, конечно, для того, чтобы сказать несколько слов. Если вы не возражаете, профессор Грей».

Я жестом велел ему продолжать.

Директор подождал, пока последние несколько болтающих студентов успокоятся. «Каким удовольствием было на это смотреть», — сказал он, улыбаясь студентам. «Поздравляем всех и каждого из вас с таким впечатляющим выступлением во время турнира и, конечно же, с исключительной работой, проделанной нашей чемпионкой турнира, леди Энолой из высококровного Фроста».

Радостные возгласы и аплодисменты вырвались у студентов, но они быстро стихли, когда директор выжидающе посмотрел на них.

«Кроме того, я хотел бы отметить Маркуса из крови Аркрайта и Валена из крови Рамсиера, которые оба выступили в соответствии с высокими стандартами своих кровей, пройдя дальше всех в этом турнире, кроме нашего чемпиона!»

Еще один взрыв аплодисментов, хотя я также поймал несколько раздраженных взглядов на то, что директор безрассудно окликает своего собственного внука. Вален, казалось, ничего не замечал, практически излучая удовольствие от комплимента своего деда.

«И, конечно же», — продолжал директор Рамсиер, — «мы не можем забыть ваших раненых одноклассников, Сэта из высококровного Милвью и Яника из крови Фэршора. Я надеюсь, что вы передадите им и мое сочувствие, и мою гордость, когда увидите их позже».

Вскоре после едва одержанной победы Сэта над парнем из Академии Бладрок, нога Яника была сломана неосторожным противником, но это были единственные серьезные травмы. После этого Центральная академия стала выдающимся игроком турнира, показав лучший процент побед, чем любая другая присутствующая академия.

Студенты становились все более дикими и шумными с каждым проходящим раундом и в исступлении выбежали на поле боя, когда Энола в конечном итоге выиграла чемпионат. Я оказался в странном положении, не в силах игнорировать свою роль в их успехе. В конце концов, именно мое обучение привело их к этому моменту. И осознание этого вселяло в меня гордость, но также и чувство вины.

И поэтому, вместо того, чтобы дать этим детям похвалу, в которой они нуждались, я отошёл, направляя свои мысли к своему плану на остальную Викториаду. Я конечно же извинился перед ними, используя травму Сэта в качестве предлога, чтобы побыть несколько минут наедине в относительной тишине подземелья, пока мои смешанные эмоции остывали.

«Теперь», — сказал директор Рамсиер, хлопая в ладоши, — «с завершением сегодняшних событий, я уверен, что вы все жаждете немного отдохнуть и расслабить разум, и поэтому я оставлю вас в умелых руках профессора Грея и его помощников. Еще раз, все молодцы, молодцы!»

Директор взял за правило пожимать мне руку, когда уходил, студенты гудели в усталой беседе на заднем плане. «Вам, профессор Грей, я также должен выразить свои поздравления. Боюсь, тактика улучшения рукопашного боя никогда не была приоритетом нашей школы, но посмотрите, чего вы с ними добились». Его обычно суровое выражение лица сменилось широкой ухмылкой. «И подумать только, я чуть не заменил тебя. Ха!»

Покачав головой, он вышел из специальной зоны, и я отчетливо услышал, как он пробормотал: «О, мне не терпится ткнуть этим в нос другим директорам сегодня вечером за ужином».

Браяр и Афена наблюдали за мной, ожидая. Я кивнул им.

«Слушайте сюда!» — крикнула Браяр. «Мы направляемся в наши комнаты. Не отвлекаться, не сбиваться с пути. Вы все выглядите так, как будто из вас уже вышибли шестнадцать оттенков дерьма, но не думайте ни на секунду, что я не вышибу еще шестнадцать из любого, кто захочет пошалить».

Сдерживая ухмылку, я последовал за ними, лишь наполовину следя за группой.

«У всех уже должны быть номера ваших комнат», — сказала Афена, когда мы добрались до холла, где нам предоставили комнаты. «Если вы забыли свой номер, тогда, я думаю, вам придётся спать в коридоре».

«Я знаю, что большинству из вас не терпится улизнуть из своих комнат и пообщаться с друзьями», — добавил я. «Всё, что я хочу сказать, это… просто не попадайтесь».

Раздалось несколько одобрительных смешков, и даже Афена выдавила улыбку, но Браяр только закатила глаза и бросила на меня раздраженный взгляд. Затем очередь распалась, когда студенты начали искать свои комнаты.

Освободившись от своих обязанностей, я вошёл в свою тихую маленькую комнату и закрыл за собой дверь.

Реджис немедленно выпрыгнул из моего тела и обнюхал все вокруг. «Не похоже на замок, не так ли?»

Условия, предоставленные для приезжих студентов и профессоров, были достаточными, хотя и несколько спартанскими. Нам предоставили комнаты в самом Колизее, и нас пригласили остаться до конца мероприятия, которое состояло из еще одного дня игр и поединков между восходящими.

Только в третий и последний день Викториады Слуги и Косы принимают вызовы. Если бы Нико собирался клюнуть на мою наживку, то это было бы на третий день. До тех пор…

Потянувшись к своей руне внепространственного хранилища, я вызвал последний полученный мной краеугольный камень. Это был долгий и утомительный день, и что мне действительно было нужно, так это помедитировать и сосредоточиться.

Сидя со скрещенными ногами на кровати с краеугольным камнем между коленями, я закрыл глаза, но не стал наполнять реликвию эфиром. Вместо этого я ждал. Моя короткая тренировка с Энолой и краеугольным камнем показала мне, что для достижения прогресса в понимании реликвии мне действительно нужна помощь.

Прошло несколько минут, прежде чем раздался стук в мою дверь.

“Входи”.

Дверь открылась, и вошла Каэра, выглядевшая в край измотанной. Она проведет последние пару раундов студенческого турнира со своей кровью в их личной ложе по просьбе Корбетта.

«Прости», — пробормотала она. «Ленора втянула меня в очень неприятный разговор с молодым человеком с кровью Вритры, которого отдали на воспитание какому-то высокородному в Сехз-Кларе».

«Ах», — сказал я, меняя позу и указывая на единственный стул в моей комнате, стоящий в ногах кровати. «Есть ли потенциальная помолвка в вашем будущем, леди Каэра?»

«Нет, профессор Грей, но это не остановит Ленору от попыток». Каэра с раздражением плюхнулась в кресло, затем посмотрела на меня более серьезно. «Так что же вы хотели обсудить? Наконец-то собираешься рассказать мне, в чем заключается этот таинственный план?»

«Нет», — признался я, одарив ее извиняющейся улыбкой. «На самом деле, мне нужна твоя помощь кое в чем».

Она откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди, бросив на меня подозрительный взгляд. «О, правда?» Её внимание переместилось на краеугольный камень. «Я полагаю, это как-то связано с этой штукой?»

Я потратил пару минут, объясняя, что я хотел, чтобы она сделала, после чего она поправила свой стул и устроилась немного поудобнее.

«Так, просто…?»

«Совершенно верно», — ответил я.

Она закрыла глаза. Тепло исходило от ее тела, и хотя я не мог чувствовать её ману, я всё ещё мог чувствовать физические эффекты, которые это вызывало. Слабое движение в воздухе отбросило прядь ее волос, которая упала ей на лицо. Ее губы сжались в тонкую линию, когда она сосредоточилась. Ее глаза бегали под закрытыми веками, которые были слегка окрашены в дымчато-серый цвет для Викториады.





Глава 371: Викториада IV




От лица Сэта Милвью.

Остановившись у длинной лестницы, ведущей к трибунам стадиона, я чуть было не развернулся, сдавшись. Я так устал… То, что твои кости и мускулы сшиваются обратно с помощью магии, не совсем можно считать тем, что я бы назвал отдыхом.

Я пролежал в постели весь второй день Викториады, это было отстойно. В то время как все остальные наблюдали за играми или тратили свои карманные деньги на рынке, я свернулся калачиком примерно под четырьмя одеялами, дрожа и потея, пока мое тело работало сверхурочно, чтобы исцелиться.

Тем не менее, врач был настроен оптимистично, объяснив, что перелом таза относительно легко срастить, и что восстановление оказалось бы гораздо более длительным и болезненным, если бы мой тазобедренный сустав был сломан, а не просто вывихнут. Большая часть класса заходила группами, чтобы повидаться со мной, а Майла заходила несколько раз в течение дня, чтобы проверить меня и принести пирожные и конфеты, чтобы я почувствовал себя лучше.

Каждый раз, когда она входила, я вспоминал, как она просила меня остаться с ней. Сквозь туман, вызванный болью, я кое-что понял.

Она мне нравилась. Как будто… я люблю её. Я никогда раньше не был влюблен. Я никогда раньше не был достаточно близок с девушкой, чтобы влюбиться…

«Сэт?»

Я вздрогнул, чувствуя, как мое лицо вспыхнуло, когда я взглянул на неё краем глаза. Майла держала меня за руку, помогая идти, и я просто застыл примерно на тридцать секунд. «Извините, я, э-э…»

«Мы можем занять нижние ряды, если…»

«Нет, все в порядке», — заверил я ее, начиная подниматься по лестнице. «Со мной все будет в порядке».

Казалось, горячая кочерга впивалась мне в бок на каждом шагу, пока мы поднимались вверх, находясь примерно на полпути к трибунам, где сидели Брайон, Паскаль, Яник, Линден и Дикон. Большинство других наших одноклассников были в частных зрительских комнатах с их кровью, так как все приготовились к главному событию, настоящей причине Викториады: вызовам.

«Славься, Сэт, Непобедимый, Убийца Великанов!» — Линден радостно закричал, когда мы прошаркали внутрь, чтобы сесть рядом с остальными.

«Мы оба одновременно польщены и унижены вашим присутствием», — добавил Паскаль, искренняя улыбка появилась на обожженной стороне его лица.

Я засмеялся, но затем поморщился.

Яник откинулся назад и поднял свою туго обмотанную ногу в воздух. «Я чувствую твою боль, чувак. По крайней мере, ты выиграл свой бой».

Благодарно улыбнувшись своим друзьям, я проскочил мимо нескольких других людей — трибуны были почти полностью заполнены — и скользнул на скамейку рядом с Линденом. «Итак, они уже объявили о вызовах?»

«Нет», — сказал Яник, надув губы, глядя на пустое поле боя, которое было очищено от всех небольших боевых платформ. Затем он просиял. «Но дома ходят слухи, что Ссанью Пожиратель Камней претендует на место Билала в качестве слуги Косы Виессы Вритры».

Паскаль хмыкнул. «Ссанью может быть легендарным восходящим, но все знают, что Коса Виесса Вритра предпочитает определенный тип слуг».

«Это правда», — сказал я, кивая вместе с тем, что они говорили. «Ты читал “Закалку Кос” Тенебруса?»

«О, я читал!» — весело сказал Дикон, вызвав смех у всех остальных. Он выглядел оскорбленным, прижимая руку к груди, когда сказал: «Ну, извините меня за то, что я хорошо начитан, вы, варвары».

«В новейшей версии Тенебрус упоминает, что Коса Виесса Вритра предпочитает лично обучать своих слуг», — продолжил я, приспосабливаясь к жесткой скамье, пытаясь устроиться поудобнее. «Её последний слуга, Билал, был назначен на военную службу, но он был её подопечным с детства».

«Правильно!» — сказал Дикон. «Он и его брат с сестрой. Билал, Бивран и… Биврэ, верно? Мёртвая Троица?»

«Мёртвая Троица?» — эхом повторила Майла, выглядя поставленной в тупик.

Я поморщился, когда повернулся к ней. Солнце играло на её каштановых волосах, которые обрамляли ее лицо и подчёркивали лёгкую округлость щек. Она была…

Прочистив горло, я сказал: «Трое маленьких детей восьми или девяти лет, которых нашли одних в их доме. Здание было полностью разрушено каким-то взрывом, и все остальные внутри были убиты. Но каким-то образом тройняшки выжили».

«Вау», — сказал Брайон. «Я никогда не слышал этой истории».

Линден наклонился вперед, впервые вмешиваясь. «Интересно, если…»

Но он был немедленно прерван серией звуков магического гонга, эхом разнесшихся по всему стадиону. Как будто кто-то создал звуковой барьер, аудитория внезапно погрузилась в полную тишину.

В эту тишину вошел обладатель крови Вритры в доспехах с темным покрытием, а за ним тянулся пурпурный плащ. Он целеустремленно шагал к центру поля боя. Из его коротко остриженных черных волос торчали рожки. У него было серьезное лицо, и куда бы ни устремлялись его красные глаза, толпа, казалось, дрожала.

Не было никакого объявления, чтобы сообщить нам его имя или перечислить его достижения. Все уже знали, кто он такой: Силрит, слуга Сехз-Клара.

Добравшись до середины поля, он повернулся к высокой ложе, держась прямо, как меч, а затем низко поклонился. Я смог только взглянуть, как Серис Вритра движется к передней части балкона, но я был рад, что уже сел. При виде неё — её волосы, сияющие на солнце, как жидкий жемчуг, её боевые одеяния, сияющие, как чёрные бриллианты, — у меня задрожали колени.

Она отступила в тень высокой ложи как раз перед тем, как появилась вторая фигура, направлявшаяся к Силриту.

Хотя я был полностью сосредоточен на этой женщине, мне было очень трудно, почти больно смотреть на нее. Мой взгляд все время хотел соскользнуть, как подковы на обледенелой тропинке. Ее фигура была расплывчатой, какой-то эфемерной… Тень стала реальной. Одноцветные черные одежды свисали с ее худого тела, но они, казалось, дрейфовали и двигались, снова превращаясь в ничто вокруг её лодыжек, как будто они перестали быть одеждами и просто стали тьмой.

Казалось, она плывет над землей, уносимая ветром черного тумана. На её голове не росло никаких рогов, но её короткие белые волосы, которые практически светились в контрасте с ее полночной чёрной кожей и одеждой, были уложены в прямые, острые шипы.

Мавар, Чёрная Роза Этрила…

Остановившись рядом с Силритом, Мавар тоже поклонилась высокой ложе.

Другая женщина вышла на балкон, подняв руку к своему слуге. Она была очень похожа на Косу Серис Вритру и в то же время почти её противоположностью. Серебристо-серая кожа женщины не была накрашена, и в её ярко-белых волосах не было никаких украшений. В отличие от изящных рожек Серис, у этой женщины были две пары толстых черных рогов, которые изгибались от ее головы, темные и тяжелые.

На ней не было платья или боевых одеяний, но она была одета в доспехи из белой чешуи: большие, немного более темные пластины на ее плечах, шее и бедрах выглядели органично, почти как кость, в то время как меньшие чешуйки в форме стрелы соединялись вместе по всему телу.

Коса Мелзри Вритра…

Она отступила назад, и слуга Мавар выпрямилась.

Звон гонгов заставил всю аудиторию подпрыгнуть. Яник выругался, когда Линден соскользнул со своего места. Я застонал от боли, дернувшись так сильно, что мне показалось, будто я снова сломал ребро.

Произнес глубокий голос, исходящий из окружающего нас воздуха. «Ни один претендент не вышел вперед, чтобы встретиться лицом к лицу с Силритом из Сехз-Клара. Найдётся ли кто-либо, кто бросит вызов?»

Вся аудитория, несколько десятков тысяч человек, как один, сосредоточились на поле боя и, затаив дыхание, ждали. Но никто не вышел вперед.

«Силрит остаётся без вызова», — прогремел голос.

Снова поклонившись высокой ложе, слуга Силрит чопорно зашагал с поля.

«Ни один претендент не вышел вперед, чтобы встретиться лицом к лицу с Мавар из Этрила. Найдётся ли кто-либо, кто бросит вызов?»

И снова призыв к претендентам остался без ответа.

«Мавар остается без вызова», — прогремел голос.

Следуя примеру Силрита, Мавар согнулась в плавном поклоне, а затем поплыла с поля боя.

Когда она ушла, голос заговорил снова. «Коса Каделл Вритра из Центрального Доминиона решил отказать всем и каждому, кто бросить вызов слуге Лире* из Высокородного Дрейда, которая остается на земле Дикатен, помогая заселить наш новый братский континент и принести мир его гражданам».

# Прим. Пер. — Лира Дрейда мелькала в спин-оффе. Спойлер: она даже была схвачена Копьями, но, когда они были заняты, сбежала.

При этом в толпе послышалось какое-то бормотание, но оно сразу же стихло, когда голос продолжил говорить.

«Во время войны даже самый сильный солдат может пасть, выполняя волю Верховного Государя. Мир огромен, и нём много опасностей, вот почему Алакрии нужен Верховный Владыка, чтобы присматривать за нами, защищать нас и делать нас сильными. Мы чтим мертвых за их самопожертвование. Слуги Уто из Вечора, Джагретт из Труасии и Билал из Труасии. Их имена, как и их деяния, будут помнить до тех пор, пока хоть одно алакрийское сердце всё ещё бьется.

«Но там, где один падает, поднимается другой. Четверо чемпионов Алакрии вышли вперед, чтобы побороться за должность слуги Труасии под руководством Косы Виессы Вритры. Владыка Кирос Вритра приветствует и приглашает на поле боя: Ссанью Пожиратель Камней…»





Глава 372: Несанкционированный




От лица Артура Лейвина.

Нико сделал ко мне полшага, его челюсть напряглась, а на виске заметно пульсировала вена. Черные шипы вырывались из земли при каждом его движении, его кожа была покрыта слабыми всполохами огня души. «Даже после двух жизней ты не изменился».

Фальшивая улыбка сползла с моего лица при его словах, и я сдержал ещё больше провоцирующих слов. Любая гордость, которую я испытывал за свою изобретательность, втянув Нико в эту битву — ту, где он не мог убежать или позвать на помощь, — исчезла теперь, когда он стоял передо мной. Его лицо, на котором теперь осталась лишь тень черт Элайджи, наполнило меня противоречивыми эмоциями.

В конце концов, он был моим лучшим другом в двух жизнях. Сначала как Нико, потом как Элайджа. И я подвел его в обеих. Отчасти, именно эти неудачи привели к тому, что он стал тем, кем был сейчас.

Злобный. Отчаянный. Бесчеловечный.

Однако… Я не винил его за то, что он ненавидел меня.

Я не мог.

Я даже не мог винить его за то, что он сделал в этой жизни… неважно насколько легко было бы это сделать. Он был перерождён здесь только для того, чтобы Агрона манипулировал им и использовал в качестве инструмента. Судьба не дала ему возможности учиться на ошибках своей прошлой жизни. Вместо второго шанса страх, неуверенность и гнев Нико были превращены в инструмент и оружие с первых мгновений его жизни.

Но, независимо от того, как мы оба пришли к этому моменту, мы зашли слишком далеко для извинений, для примирения.

Несмотря на то, что Нико знал, что Тессия значила для меня, он помог Агроне в перерождении Сесилии, используя тело Тесс в качестве сосуда, последствия чего я все еще не понимал. Сесилия, которая так сильно желала не быть чьим-то оружием, что специально упала на мой меч, чтобы освободиться…

И он, в своем бесконечном эгоизме и невежестве, передал её Агроне.

«Скажи что-нибудь!» — Нико зарычал, почти крича. Вспышка огня дущи разъела землю под ним, оставив его парящим в воздухе.

«Например?» — огрызнулся я, его жалкое нытье действовало мне на нервы, будто старая рана. «Что я не убивал Сесилию? Что я никогда не собирался бросать вас двоих? Ты бы вообще послушал, если бы я сказал тебе правду? И что бы это изменило, Нико? Конечно, не тот факт, что ты убил тысячи невинных, что ты забрал Тессию из чистого эгоизма…»

«Я только забрал то, что принадлежало мне!» — закричал он, его глаза были полны темного, ненавистного огня. «То, что должно было быть у меня. Это судьба. Так же, как и для тебя умереть. Снова».

Я не знаю почему, но окончательность заявления Нико вызвала острую боль глубоко внутри меня. В тот момент мне захотелось, чтобы я мог исправить всё, что произошло. Что Сесилия могла бы выжить, и они могли бы сбежать вместе, как и планировали. Что я бы не закрылся от них, чтобы тренироваться с леди Верой, и постарался бы помочь Нико найти Сесилию, когда она исчезла.

Я так много мог бы сделать по-другому.

Но я этого не сделал. И хотя я мог оглянуться назад на пройденный путь, я не мог изменить его форму. И я не мог изменить того, куда привел меня этот путь. Но я мог смотреть вперед и сделать новые выборы — другие — чтобы изменить направление, в котором я двигался.

С тех пор как я очнулся в Реликтовых Гробницах, я был холоден и отстранён. Я должен был быть таким, я знал это. Я не винил себя за это.

Образ Грея был подобен щиту, которым я окружил свой разум, отгоняя мысли о тех, кому я сейчас не мог помочь: Тессии, Элли, моей матери, всем, кто остался в Дикатене… Вместо этого я сосредоточился на Реликтовых Гробницах и поиске руин, как было указано в последнем послании Сильвии, а также на понимании моих новых способностей и нового мира, в котором я оказался.

Но пришло время пойти в другом направлении. И это началось с Нико.

Я не мог не смягчить выражение своего лица, зная, что вся тяжесть моей печали и жалости была ясно видна на моем лице.

«Не надо. Не смотри на меня так», — сказал Нико, качая головой. «Мне не нужна твоя жалость».

Мое тело расслабилось, когда я принял то, что должно было произойти. «Я бы хотел, чтобы все обернулось по-другому».

***

От лица Серис Вритры.

Я щелкнула ногтями — нервная привычка с детства, от которой я давно избавилась, по крайней мере, так мне казалось.

Махинации Артура, похоже, снова опередили мои собственные.

Я оказалась застигнутой врасплох, колеблясь между поспешной попыткой расставить все по местам и молчаливым признанием того, что я не совсем понимаю, что происходит.

Тем не менее, я бы не достигла своего нынешнего положения, будучи глупой, и, дав себе минуту на размышление, я поняла, что план Артура действительно был довольно простым, хотя и эффективным.

Неожиданный и нетерпеливый союз Нико с семьей Гранбелов, которая разделяла его ненависть к Артуру. Менее чем осторожная расправа Артура и неприкрытая попытка сокрытия.

Потребовалось бы больше сдержанности, чем мог бы проявить Нико, чтобы собрать достаточно сил своих союзников, чтобы представлять угрозу для Артура, а эта уловка противоречила его импульсивной, гневной натуре. Когда его плохо спланированный план провалился, Артур знал, что это приведёт к истерике.

Нико всегда был темпераментным мальчиком. Он воплощал в себе представление слабого человека о силе, глупое представление об интеллекте и детское представление о зрелости. И все же я никогда не сбрасывала его со счетов. Другие Косы ещё не видели этого, но ни один из перевоплощенных не был тем, кем казался. Каждый из них был силой перемен — хаоса — по-своему.

Увидев Нико и Артура — или Грея, который во многих отношениях был совершенно другим человеком, чем мальчик, которого я спасла в Дикатене, — стоящих друг напротив друга на поле боя, я почувствовала внезапный трепет.

«Незапланированная пауза, но, возможно, это будет возможностью для маленького Нико проявить себя», — размышлял Драгот с беззаботным смехом.

«Проявить себя?» — спросила Виесса низким шипящим голосом. «Просто борясь с этим — кто он такой, какой-то школьный учитель? Нико ставит в неловкое положение себя и, соответственно, нас».

Владыка Кирос раздраженно фыркнул, его скучающий взгляд бесцельно блуждал по высокой ложе, которая была обставлена со всеми мыслимыми удобствами. «Лишь бы это не слишком замедлило ход событий», — проворчал он. Его взгляд задержался в самом тёмном углу комнаты. «Возможно, тебе следует пойти и наказать своего собрата по оружию». Каделл вышел из тени и поклонился Киросу. «Простите дерзость Косы Нико, Повелитель. Боюсь, Верховный Владыка слишком долго и слишком часто спускал его с поводка».

Губы Кироса скривились в кривой полуулыбке. «Ты сомневаешься в действиях или суждениях Верховного Владыки, Коса?»

Каделл опустился на одно колено, положив обе руки на другое. «Нет, владыка Кирос, конечно, нет».

«Они что-то говорят», — сказала Мелзри, прислонившись к перилам балкона и слегка повернув голову. «Бессмысленная, шумная болтовня». Она обменялась мрачным взглядом с Виессой. «Мы должны были больше бить Нико во время его тренировок».

«Кстати, кто такой этот Грей?» — спросил Драгот, оглядываясь на остальных из нас. «Он кажется мне каким-то знакомым».

Каделл, снова поднявшись на ноги, наблюдал из тени вместо того, чтобы выйти на балкон вместе с остальными. «Мертвец», — просто сказал он, встречаясь со мной взглядом.

Итак, Агрона не подтвердил присутствие Артура в Алакрии остальным Косам, но он сказал Каделлу. Интересно.

Я не была уверена, насколько я верила утверждению Агроны о том, что Артур больше не имеет для него значения. Верховный Владыка часто играл в свои собственные игры, некоторые с определенной целью, некоторые просто для развлечения. Бывали времена, когда он действовал вразрез с самим собой, возможно, просто для того, чтобы сбить с толку всех, кто следил за ним, включая его союзников, или, может быть, потому, что ему нравилось испытывать острые ощущения, не зная точно, как будут развиваться события.





Глава 373: Конец Викториады




От лица Артура Лейвина. Каделл напрягся при виде реликвии-доспехов, ошеломленный моей трансформацией. Я видел, как двигалась его челюсть, когда он стиснул зубы, а разочарование, которое он испытывал, исходило от него, как жар от пламени.

«Твои трюки — насмешка над асурами, мальчик», — презрительно сказал он, когда его фигура затрещала от энергии.

Но его голос был приглушен, его заглушил шум крови, прилившей к моей голове. Мир помутнел, и мои глаза остановились на Каделле — первом настоящем монстре, которого я увидел в этом мире.

Я взмыл в воздух, чтобы встретить его, когда Каделл упал с неба, как вспышка темной молнии.

Волна черного огня вырвалась из его руки. Я парировал её эфирным взрывом, а затем полоснул его по горлу своим эфирным клинком. Однако тело Каделла рассеялось, как дым, растворившись в пламени, все еще заполняющем небо.

Мои руки расплывались, когда я размахивал клинком вокруг себя, разрезая пламя, как шелковые занавески.

Но когда Каделл появился снова, он был у меня за спиной. Его рука, покрытая огненными когтями, вонзилась в мой бок, сквозь броню и эфир, и впилась в ребра. Не обращая внимания на боль, я развернул эфирный клинок и нанес удар назад и вниз, едва не задев его грудь, когда он отлетел от меня.

Я хотел заставить себя следовать за ним, лететь, просто игнорировать ограничения этого мира, как указывало проявление джинна, но гравитация потянула меня обратно вниз.

С ревом разочарования я швырнул ему вслед эфирный клинок, который сразу же начал растворяться, покинув мою хватку.

Я ударил по земле другим уже другим призванным оружием и бросился за Косой, самозабвенно размахивая, прорезая облако огня души. Но мое оружие так и не нанесло ни одного успешного удара, когда Каделл вновь вынырнул из пламени, чтобы нанести удар, на этот раз порезав огненными когтями мою руку, почти отрубив её по локоть.

Выпустив эфирный клинок из моей раненой руки и снова вызвав его уже в другой, я ударил Каделла в грудь со всей силой своего импульса, пролетев по воздуху, как камень из катапульты, но он вспыхнул черным пламенем и исчез обратно в пылающем облаке.

Я приземлился посреди разрушенной поверхности арены в пятидесяти футах от него, громко ругаясь.

Форма Каделла исказилась в моем видении — остаточные изображения того, как он выглядел до того, как убил людей в замке, до того, как убил Бухда, до того, как убил Сильвию. Он был ответственен за так много смертей, в том числе за ту, которая должна была стать моей, если бы Сильви не пожертвовала собой ради меня.

Смерти для него было бы недостаточно. Мне нужно было сокрушить его, заставить его почувствовать себя слабым и беспомощным, точно так же, как я себя чувствовал. Здесь, на глазах у всей Алакрии, Каделл будет страдать.

Кровь и эфир пронеслись по моим конечностям, когда эмоции, которые я подавлял все это время, угрожали захлестнуть меня. На этот раз это не было Разрушением, пытающимся овладеть мной. Это был я сам.

Облако огня рассеялось, открыв Каделла, парящего над полем боя с клинками в руках. Один был из того же черного железа, которое предпочитали Уто и Нико, но другой был пустотно-черным, как кусок ночного неба, вырезанный в форме длинного меча.

«Ты – лессер, в конце концов», — выплюнул Каделл.

Выпустив эфирный заряд для прикрытия, я пронесся по земле, прежде чем прыгнуть на него с занесенным клинком.

Мы столкнулись.

Черные и фиолетовые искры разлетались, когда эфир бил по его оружию, покрытым огнем души. Я рубил и колол, но каждый яростный удар был отклонен. Дюжина новых ран открылась на моем теле, но они едва ли имели значение.

Затем меня подбросило в воздух.

Наконечник пустотно-черного оружия был воткнут в мою грудь, и оно росло, увлекая меня за собой. Три метра, шесть, пятнадцать, тридцать, пока я не врезался высоко в одну из огромных стен из щитов, которые защищали толпу зрителей.

Но копье продолжало расширяться, прорастая сквозь меня, вдавливаясь в щит с такой силой, что он начал дрожать. Моя броня разошлась, когда копье стало ещё шире, проделав дыру в моей груди.

Мой эфирный клинок вырвался, но пустотно-черная материя сдвинулась, перемещаясь и формируясь вокруг моего меча. Я начал дико бить по нему, как неопытный мальчишка, пытающийся расколоть бревно. Моя голова начала раскалываться, пульс участился, с каждым ударом сердца кровь приливала к краям копья.

Затем ледяной холод хлынул из моего ядра, омывая горячую ярость, погружая ее в сосредоточенную отстраненность.

Надо мной нависла тень.

Реджис, в его чистой форме Разрушения. Огромные крылья из черной тени без усилий удерживали его в воздухе. Его массивная, наполненная клыками пасть открылась, и поток Разрушения пронесся по копью. Фиолетовое пламя метнулось в обоих направлениях, пожирая копье. На мгновение я почувствовал голод этих языков пламени, танцующих в моей открытой грудной клетке, лижущих внутреннюю часть моей раны, тянущихся вниз, к моему ядру.

А потом я начал падать.

Я упал спиной, развалившись на земле.

Реджис парил надо мной, защищая, и я мог видеть его столкновение с Каделлом, сдерживая очередную атаку взрывом Разрушения.

‘После битвы с Нико… посмотри на себя’. Его голос обжигал мои мысли. ‘Возьми себя в руки’.

Я выплюнул полный рот крови, когда дыра в моей груди медленно затягивалась, кости срастались, органы восстанавливались. Наконец, я смог сделать глубокий, пьянящий вдох. И с каждым последующим вдохом я понимал, что во время этих последних безрассудных обменов я направлял слишком много своего эфира в свои атаки, игнорируя свои раны и пренебрегая своей броней.

Несмотря на то, где я был и как развивалась ситуация, я еще мгновение лежал в пепле и обломках и позволил охватившей меня ярости перерасти в разочарование и смущение.

Какой был смысл становиться сильнее, изучать эфирные искусства, добывать реликвии, если все, что я собирался делать, это рубить вслепую в ярости?

‘Да. Теперь я в порядке’, — послал я Реджису с отрезвляющим вздохом.

С ясной головой, но все еще недееспособный, я продолжал втягивать эфир из атмосферы, изучая битву наверху.

Фиолетовое пламя вырвалось из челюстей Реджиса, когда шквал пустотно-черных ракет роился, как стая испорченных воронов, вращаясь и мечась вокруг фиолетового пламени, но недостаточно быстро.

Разрушение перескакивало от одного к другому, превращая магию Каделла, связанную с Разложением, в ничто, а затем следовало за Каделлом в небо, заставляя его отступить. Пятна фиолетового пламени вспыхивали на арене и над щитами, но мой спутник быстро гасил их.

Раньше я сталкивался как с огнем души, так и с черным металлом, но переменчивая, порывистая черная магия была другим атрибутом, скорее всего, ветром, что означало, что Каделл мог контролировать по крайней мере три разных элемента. И он мог сочетать их, как, например, его способность соединять огонь души и ветер, чтобы слиться с атмосферой.

Его сила была более универсальной, чем моя, но мана не обеспечивала сильной защиты от эфира. Все, что требовалось, — это один решающий удар, чтобы победить Каделла, точно так же, как я победил Нико.

Небо над головой потемнело. Каделл летел в центре урагана бушующего ветра, пропитанного Разложением, который сгустился, как непроницаемое облако.

Он дернул рукой вниз, и из облака хлынул дождь черных шипов и огня души, похожий на ливень зарядов баллисты. Угольно-черные линии адского ветра преследовали горящие шипы, толкая их все быстрее и быстрее, когда они падали.

Колизей задрожал, когда черные шипы врезались в землю по краям разрушенного пола стадиона, некоторые из них отскочили от стен или пробили щит, защищающий ближайшие места. Черная сфера на мгновение обернулась вокруг высокой ложи, и все шипы, попавшие в неё, растворились, огонь души погас, как угасшие свечи.

Но над Реджисом и мной щит Разрушения поглощал все, что соприкасалось с ним, сохраняя нас обоих в безопасности.

‘Я знаю, что тебе нужно разобраться с твоими глубокими физическими и психологическими травмами, но у меня есть предел, ты же знаешь’, — подумал Реджис с мысленным ворчанием от усталости.

Я заметил мерцающее дымчатое появление раньше Реджиса.

Из мрака, все еще отбрасываемого облаками над головой, появился Каделл, замахнувшись вниз пылающим черным клинком. Активировав Шаг Бога, я появился прямо перед ним, отражая атаку эфирным мечом.

‘Я как раз ждал, когда ты отступишь’, — ответил я, напрягаясь под силой удара Каделла.

Теневой волк растворился, став нематериальным и переместившись в мое тело. ‘Раз уж ты вернулся к дерьмовым шуткам, я полагаю, дальше ты сам разберешься? ’ Несмотря на его подшучивание, я чувствовал, как усталость овладевает моим спутником. Его силы были на исходе.

Черные металлические шипы вырвались из земли между нами. Мой меч легко пронесся сквозь них, но это дало Каделлу время отступить и поднять свой собственный меч. «Твоя новая связь — довольно грубое подобие зверя».

«Я думаю, что слово, которое ты не смог подобрать — “величественный”», — съязвил я, бросаясь вперед и нанося шквал ударов и уколов, оттесняя его еще дальше назад. Он попытался взлететь в воздух, но Шаг Бога позволил мне отрезать его, толкнув обратно к земле, где мы были на более ровной ноге.

Каделл, возможно, был более универсальным, но я был лучшим фехтовальщиком.

Вонзив эфирный клинок ему в ребра, я попытался нанести удар вбок и разрубить его пополам, но его руки сомкнулись вокруг моей руки, удерживая меня.

Наши глаза встретились, и я заметил ехидное, жестокое выражение, которое, казалось, навсегда закрепилось на его бледно-сером лице. Его подбородок гордо торчал между зазубренными рогами, которые вились вокруг ушей. Но атмосфера абсолютной уверенности, которую он обычно излучал, давно исчезла. Он был встревожен.

И он был напуган.





Глава 374: Впоследствии




От лица Тессии Эралит. Я стояла безжизненно и неподвижно, словно парализованная, мои глаза ничего не видели, а мысли были обращены внутрь.

Агрона кричал, но сквозь кровь, бурлящую у меня в голове, его слова звучали приглушенно, как гром в далеких горах.

Этот человек, который предположительно когда-то был моим другом — я проигнорировала ноющее чувство, что почти каждое воспоминание о нем продолжало ускользать от меня, —пытался убить меня. Снова. Но еще более тревожным было то, что я потеряла контроль над собственным телом.

Я почти позволила ему пронзить меня насквозь. Но нет, это было не совсем правдой — она почти позволила ему пронзить меня насквозь.

Прерывистые и полные смятения, мои мысли пронеслись по короткому отрезку моей новой жизни, и я поняла, что она всегда была там, спрятанная внутри этого тела, запутанная в воле хранителя леса Элдервуда, укоренившейся внутри меня.

И она взяла верх. Всего на секунду, но это было достаточно долго для того, чтобы показать мне, что она была больше, чем воспоминания.

Но это было неправильно. Это тело… Нико и Агрона сказали, что оно принадлежало вражескому бойцу, принцессе, но она была ранена в бою, её тело продолжало жить, но разум исчез…

Ложь, всегда ложь…

Теперь, когда я могла полностью ощутить её, знала, кем она была, я распознала эту мысль как её, а не мою собственную, и заставила её замолчать. Я подумала о том, каково было Агроне заглушать воспоминания, которые постоянно мучили меня в первые дни после моей реинкарнации. Снова потянувшись к этому чувству, я инстинктивно обернула волю зверя в ману, создавая гасящий барьер между её разумом и моим.

«Мои мысли принадлежат мне, и никому другому», — сердито подумала я.

Ответа не последовало.

Я сделала глубокий вдох. Стадион пах смолой и холодным пеплом, заглушая тонкие ароматы окружающей маны, все еще пребывающей в беспорядке после битвы.

Агрона взглянул в мою сторону, слегка нахмурившись. Позади него я увидела на трибунах толпу зрителей, все еще стоящих на коленях, некоторые упали, явно потеряв сознание от намерений Агроны. Те лица, которые я могла видеть — те, у кого хватило смелости поднять голову в присутствии Верховного Владыки, — были усталыми масками страха и удивления.

«Что ты почувствовала от него, Сесил?»

Я покачала головой, и в поле моего зрения упала выбившаяся прядь серых волос металлического цвета. ‘Может быть, мне стоит их покрасить?’ — подумала я про себя, прежде чем вспомнила, что Агрона ждал меня. «Ничего. Я вообще не почувствовала от него маны, даже когда он явно использовал магию». Я сделала паузу, вглядываясь в пылающие алые глаза Агроны. «Ты бы позволил ему убить меня?»

Его пристальный взгляд вернулся к небу. «Ты никогда не была в опасности. Я знал, что он попытается, и я знал, что он потерпит неудачу».

Кивнув, я отвернулась. У меня перехватило дыхание, когда я заметила распростертую и избитую фигуру Нико, лежащую прямо в одной из многочисленных ложей, окружающих поле боя. Я сделала шаг к нему, но Агрона схватил меня за локоть.

Не глядя на меня, он сказал: «Оставь его. Мальчик больше не представляет никакой ценности ни для одного из нас».

Нахмурившись, я высвободилась из объятий Агроны. «Он важен для меня, Агрона, и поэтому он должен быть важен для тебя».

Оторвавшись от земли, я пролетела над полем шипов и обугленной земли, затем опустилась на колено рядом с Нико. Его дыхание было неровным и прерывистым, а темные волосы дико торчали. Капли пота выступили на его бледном, грязном лице

В его броне, прямо под грудиной, зияла окровавленная дыра. Рана больше не кровоточила, уже заживая по краям, но какой бы эликсир ему ни дали, он не мог восстановить ядро. Мана игнорировала его. Несколько частиц маны земли прилипли к его коже, а небольшое количество голубой маны воды сопровождало поток крови в его венах, но его ядро было пустым. Сломанное и бесполезное.

«Прости, Нико», — сказала я, вытирая пятно грязи с его щеки. «Я должна была защитить тебя. Ты становишься таким… злым… Я должна была догадаться, что ты собираешься сделать что-то подобное».

Грудь Нико поднималась и опускалась. Его веки затрепетали. Повсюду вокруг него мана тяжело лежала на земле, развевалась на ветру, грелась в маленьких огоньках, оставшихся от боя Каделла и Грея…

Но ничто из этого не втягивалось в его вены маны и не наполняло его тело через каналы маны. Руны, выгравированные на его плоти, тоже были пустыми и лишенными маны, ничем не отличаясь от простых татуировок чернилами в моем предыдущем мире.

Это было несправедливо. Это было неправильно.

Я чувствовала гнетущую силу Агроны, приближающуюся сзади, чувствовала его любопытство, даже не глядя на него. Его взгляд был подобен прожектору, освещающему мир, куда бы он ни обратился. «После всей его работы и боли, чтобы стать сильнее, Нико никогда больше не будет использовать магию». Агрона не казался грустным, даже вообще не пытался изобразить эмоции. Просто комментирует факт.

Его слова глухо прозвучали в моих ушах. Рана, которая даже не убила тело, не должна быть способна украсть магию мага. Дарить кому-то этот подарок только для того, чтобы отобрать его у него? Это была судьба хуже смерти.

Агрона снова заговорил, но я не могла осмыслить его слова из-за вихря своих мыслей. Мое зрение сфокусировалось на частицах маны, витающих вокруг Нико. Здесь должно быть что-то, какое-то решение, что-то, что могла сделать только я.

Мое тело начало двигаться, словно в трансе, ведомое каким-то более глубоким инстинктом. Моя рука скользнула к грудине Нико, затем мои пальцы опустились на все еще заживающую рану. Они двигались вниз по его теплым внутренностям, пока не наткнулись на что-то твердое: его ядро.

Синие, красные, зеленые и желтые пылинки кружились вокруг нас, плавая в воздухе, как светящаяся пыльца, затем начали течь в его вены маны, прокладывая свой путь через его тело и обратно в его разбитое ядро. С помощью маны я могла чувствовать черный шрам, портивший его сердцевину, и шероховатость внутри него, наполненную свернувшейся и затвердевшей кровью.

Само ядро — этот странный орган, существующий в этом мире, но не в моем прошлом, — не реагировало на присутствие маны. Это было так, как если бы ядро было мертво, несмотря на то, что другие органы Нико продолжали функционировать. Обычно отказавший орган вызывает каскад других отказов, которые в конечном итоге приводят к смерти. Но люди были способны выжить без ядра маны…

Я была перевоплощена в тело с полностью сформированным, красивым серебряным ядром, и поэтому мне никогда не нужно было формировывать свое собственное. Сам процесс реинкарнации — или, возможно, мой статус Наследия — почти мгновенно очистил серебряное ядро до белого цвета. Но затянувшаяся мана, окружающая ядро Нико, казалась копией того, чем оно было раньше… того, чем это все еще могло бы быть.

Используя ману, как стальную вату, я очистила засохшую кровь изнутри, одновременно сжигая остатки с помощью осторожного воспламенения маны огненного атрибута.

Нико издал низкий стон и дернулся, но остался без сознания, чему я была рада. Этот процесс не был быстрым. Однако моя способность осваивать новые техники была уникальна, и в течение пары минут я очистила внутреннюю часть ядра.

Само ядро было тверже. Будто у только сформировавшегося ядра, твердые стенки были загрязнены кровью.

Взявшись только за водные пылинки маны, я протянула их через стены ядра. Каждая отдельная частица высасывала часть захваченной крови, и чем больше я повторяла этот процесс, тем чище и яснее становилось ядро Нико.

Это был более медленный процесс, и поэтому я остановилась, когда его сердцевина все еще была мутно-желтого цвета. На данный момент мне просто нужно было знать, что это сработало.

Но присутствие только очищенного ядра и маны, казалось, ничего в нем не зажгло. Он беспокойно поежился, его брови нахмурились, а рот изогнулся вниз в неловкой гримасе.

Алакрийцы, в отличие от людей в Дикатене, родились со своими ядрами маны: одна из многих мутаций, вызванных экспериментами Агроны и скрещиванием. Посвящения выполняли работу по активации естественного ядра, зацепляя ману для мага, чтобы они могли направлять силу рун. Однако в Дикатене, насколько я знала, молодые маги медитировали, чтобы собирать и очищать ману, пока они не “пробудились”, используя саму ману для проявления ядра.

Потянувшись, я воззвала к мане, заполняющей стадион, притягивая ее к себе кружащимися потоками. Я снова перекачала её через вены маны Нико, в его ядро, а затем снова через его каналы и в его руны, пока его тело не засветилось, а его темные черты лица не осветились изнутри.

Я слышала, как вернулись Косы, но Агрона отмахнулся от их оправданий и домыслов. Он был полностью сосредоточен на мне, его разум с любопытством изучал мой.

Я проигнорировала это.





Глава 375: Голоса




От лица Элеоноры Лейвин.

Я качалась из стороны в сторону, пока широкая спина Бу покачивалась с каждым медленным шагом. Его дыхание было тяжелым и ровным, почти сонным после того, как он наелся блестящей рыбы. Мы не торопились, двигались медленно, возвращаясь с любимого места рыбалки Бу и направляясь к площади перед ратушей.

Я уже могла слышать низкий гул множества голосов, сливающихся воедино. Это звучало как десятки, может быть, даже сотня или больше…

Это было странно. Так как я выросла в Ксайрусе, день на рынке означал пересечение с сотнями, даже тысячами людей. Тогда я никогда не придавала значения шуму толпы. Все эти люди просто как бы сливались с фоном, но… это не важно.

Теперь мысль о том, что так много людей — каждый из которых пережил такую ужасную потерю, пережил кошмар последних нескольких месяцев, — заставила меня почувствовать себя неловко. Подавленно. Однако, как только это чувство укоренялось во мне, золотой свет исходил от моего ядра, наполняя меня уверенностью и храбростью.

Улыбаясь, я похлопала Бу по шее. «Спасибо. Я всегда могу рассчитывать на тебя, не так ли, Бу?»

Шум толпы становился все громче и громче по мере того, как я приближалась к собравшимся беженцам, почти все были эльфы. Некоторые бросали настороженные взгляды в мою сторону, когда я проезжала мимо, и я была удивлена тем, насколько неуютной и взволнованной казалась толпа. Я не была до конца уверена в том, что происходит, только в том, что Альбольд прислал мне сообщение, чтобы я была здесь.

Моя мать ждала меня в начале аллеи, которая вела к одному из общественных садов, за пределами плотной группы эльфов, заполнявших площадь.

Оставаясь верхом на Бу, я наклонилась и легонько сжала её руку. «Что происходит?»

«Я подумала, может быть, ты мне скажешь», — сказала она, нервно оглядывая толпу.

Проследив за ее взглядом, я поняла почему. Теперь на меня смотрело больше эльфов. Некоторые смотрели открыто, в то время как другие бросали на меня плохо скрываемые взгляды, тихо разговаривая со своими друзьями и семьей. И в то время как некоторые казались просто любопытными или даже — я надеялась — дружелюбными, другие были гораздо менее дружелюбны.

Тогда я поняла, почему Альбольд позвал меня.

Мне было интересно, что именно он и Фейрит сказали этим эльфам. Все, чем я поделилась с ними о разговоре Вириона и Виндсома? Это казалось безрассудным, но тогда я не была точно уверена, что я ожидала, что они будут делать с этой информацией. Однако, судя по тому, как люди смотрели на меня, должно быть, так оно и было.

Я поймала себя на том, что жалею, что они, по крайней мере, не упомянули, откуда они получили свою информацию…

Не то чтобы я испугалась. Сидя на спине Бу, когда мамина рука успокаивающе обнимала мою икру, я испытывала то же теплое чувство, что и в детстве, когда Арт засыпал рядом со мной, укладывая меня в постель. Как будто я была защищена.

Но я не могла избавиться от ощущения, что все это несчастье и разочарование, которые я видела вокруг себя, были моей виной.

Прошло пару недель с тех пор, как я рассказала Альбольду и Фейриту о лжи Вириона и Виндсома. Риния предупреждала меня, чтобы я держалась подальше от этого, но я все равно думала, что они заслуживают того, чтобы знать. Я слишком хорошо знал, каково это, когда тебе лгут, когда от меня что-то скрывают, чтобы “защитить” меня. Мама и папа всегда скрывали от меня что-то об Артуре. Даже когда Копья забрали его, они придумывали всевозможные оправдания, чтобы я не волновалась.

Как будто я была слишком глупа, чтобы понять, что, когда мама заперлась и заплакала, что-то было не так.

Но я хотела, чтобы мне сказали правду, чтобы я могла вырасти из нее, реагировать на мир таким, какой он есть, а не через розовые линзы того, что мои родители хотели мне показать.

Еще…Я знала, что эльфы могут не чувствовать того же самого. Возможно, в такие страшные времена, как эти, некоторые люди предпочли бы оставаться в неведении, неосведомленными и цепляться за полные надежды, отфильтрованные слова наших лидеров.

И поэтому я ждала, ожидая, что что-то произойдет после моего разговора с Фейритом и Альбольдом, почти надеясь, что это просто покончит с этим.

Потому что, если случится что-то плохое, я знала, что это будет из-за меня.

«Спасибо, что пришла, Элли», — сказал кто-то позади меня. Я развернулась так, что оказалась сидящей задом наперед на Бу. Фейрит и Альбольд только что вышли из узкого переулка.

«Что здесь происходит?» — спросила мама, двигаясь так, чтобы оказаться между Бу и парой эльфов.

Они оба поклонились ей, прежде чем Фейрит сказал: «Благодаря вашей дочери нам, эльфам, наконец-то рассказали правду о том, что случилось с нашей родиной, о чем наши лидеры солгали, чтобы защитить союз с ложными друзьями».

«Мы собираемся заставить Вириона объяснить себя и свои действия», — решительно сказал Альбольд.

Фейрит одарил меня натянутой улыбкой. «Мы хотели, чтобы ты была здесь, Элли, чтобы услышать, что скажет Вирион, и… предложить некоторое право голоса, если это необходимо». Он быстро поднял руку, когда мама начала возражать. «Тебя вела сама провидица Риния. Вы были в Эленуаре, когда произошло разрушение… единственный выживший после этого нападения. Вы сами слышали ложь, которой делились Вирион и асура. Ты нужна нам здесь, Элли».

‘Значит, меня привезли сюда не для того, чтобы допрашивать’, — подумала я с облегчением. Но что скажет Вирион — или будет отрицать — когда они попросят у него объяснений? В любом случае, то что собрание эльфов произошло, это было из-за меня и информации, которой я решила поделиться.

Мама вздохнула, отступая назад и глядя на меня снизу вверх. Бу повернулся так, чтобы наблюдать за эльфами, его густые брови низко нависли над маленькими глазами, а огромные зубы обнажились.

«Все в порядке», — сказала я, ни к кому конкретно не обращаясь. «Мы уже здесь. Я просто… Тебе обязательно было говорить всем, что это была я?»

Легкий румянец появился на щеках Фейрита, и он опустил глаза в землю. «Людям потребовалось бы время, чтобы просто появиться. Мы должны были рассказать им, как именно мы узнали правду».

«О», — сказала я. Я хотела расстроиться, но не могла их винить. В конце концов, если бы я не хотела быть вовлеченной, я могла бы просто держать свой большой рот на замке.

Думаю, я не узнаю, правильно я поступила или неправильно, пока не увижу, чем все это обернется. Надеюсь, большинство людей рады узнать правду, но держу пари, что многие из них думают, что я лгу, или обвиняют меня в том, что я создаю проблемы.

Я снова огляделась. Теперь, когда я разговаривала с Фейритом и Альбольдом, в мою сторону обратилось ещё больше глаз. Старая эльфийка с тростью — как мне показалось, одна из членов совета — направлялась к нам, но позади нее я заметила искренне дружелюбное лицо.

Верхом над толпой на плечах Жасмин Флеймсворт моя подруга Камелия просияла и помахала мне рукой. Ее светло-русые волосы были заплетены сзади в тонкие косички, а за ухом была заправлена веточка остролиста. Она постучала по макушке Жасмин и указала в мою сторону, вызвав недовольный взгляд у ее “лошади”.

Остальные Близнецы были с ними, и когда они повернулись в нашу сторону, толпа расступилась, чтобы пропустить их.

Хелен тепло улыбнулась мне и похлопала Бу по боку. «Элли. Я должна была знать, что они втянут тебя в это». — Она бросила острый взгляд на Фейрита и Альбольда, ее улыбка быстро исчезла.

Дерден, который выделялся из толпы тем, что был по крайней мере на голову выше всех остальных, преувеличенно нахмурился, подчеркивая шрамы на половине своего лица. «Элли, ты же знаешь, что едешь на своем медведе задом наперед, верно?»

Камелия наградила его шутку одобрительным смехом, но смех быстро стих. Она посмотрела вниз, позволив распущенной косе светлых волос упасть ей на лицо. «Извините, я полагаю, сейчас не время для смеха».

«Всегда есть время напомнить себе, что мы все еще здесь», — ответила Анджела Роуз, обволакивая руками мою маму и крепко обнимая ее.

Старая эльфийка наконец пробралась сквозь толпу. Она заколебалась, оглядываясь на Рогов Близнецов и на меня. «Извините, что прерываю, но…» Ее взгляд переместился на Фейрита. «Я надеялась на пару слов, прежде чем мы начнем».

Фейрит кивнул, выглядя усталым, но серьезным. Но когда он посмотрел на меня, в его чертах появилась мягкость, которая, казалось, частично компенсировала ущерб, нанесенный ему временем, проведенным в плену у алакрийцев. «Еще раз спасибо тебе за то, что ты здесь, Элли».

А потом они исчезли.

Я повернулась так, чтобы правильно сидеть на Бу, и Камелия пересела с плеч Жасмин на спину Бу позади меня. Ее руки обхватили мои бедра, и она положила голову мне на спину, слегка сжимая меня.

«Это может плохо кончиться», — пробормотала Анджела Роуз, одной рукой все еще обнимая мою маму.





Глава 376: Выбор




От лица Вириона Эралит. Мои ботинки, казалось, были покрыты толстым слоем грязи, каждый шаг по пустым коридорам был тяжелым и волочащимся. Тяжесть от противостояния согнула мои плечи, и у меня заболели виски. Импровизированный митинг, или, скорее, мой ответ на него, уже ходил кругами в моем сознании, когда я пересматривал каждое слово и фразу, опасаясь, что недостаточно хорошо сформулировал свои мысли.

Добравшись до своих личных покоев, я повернулся, чтобы закрыть дверь, но обнаружил, что Байрон следил за мной с митинга и теперь стоял в холле и внимательно наблюдал за мной. Его присутствие было утешением, и я не мог не задуматься о том, по какому пути пошли наши отношения. Мне никогда не нравился человек-Копье, я считал его эгоистичным и самовлюбленным. Я много раз желал избавиться от него, если бы у меня было достаточно сил, или, возможно, отправил бы его в чистилище за какую-нибудь унизительную, бесславную работу.

В какой-то момент, однако, за долгие дни в скрытом святилище древних магов мне пришло в голову, что эти черты, возможно, не были присущи самому Байрону, но были воспитаны как его семьей, так и Глейдерами. То ли из-за их отсутствия, то ли из-за близости к смерти, то ли из-за неспособности Совета и Копий защитить Дикатен, Байрон изменился.

Теперь он был уравновешенным человеком и моей правой рукой в Совете. Возможно, он все еще горд, но уже не тщеславен, как когда-то.

«Командир?»

Я вздрогнул, осознав, что только что несколько секунд смотрел на него, как старый дурак. «Байрон. Выражал ли я вам свою признательность за вашу помощь в эти последние долгие месяцы?»

Он неуверенно посмотрел на меня. «Сэр?»

«Такие вещи, как простое “спасибо”, так часто проговариваются в тяжелые времена», — размышлял я. «Поскольку я, вероятно, сказал недостаточно, спасибо вам за вашу службу Дикатену».

Он откинул в сторону светлые волосы, упавшие на его ярко—зеленые глаза — черты семьи Уайкс. «Такие вещи не должны обсуждаться между такими людьми, как мы, командир».

Я усмехнулся. «Возможно, когда-то я думал бы так же, но я слишком стар и устал для мужской гордости». Губы Байрона дрогнули, но он ничего не ответил. «А теперь позволь старому эльфу отдохнуть».

Копье заколебался, поморщился, затем выпалил: «Вы уверены в этом, командир?»

Я мог только неуверенно пожать плечами молодому человеку. «У нас не было короля или королевы, которые не пытались бы бросить своих людей зверям маны ради собственной выгоды. Не в этой войне. Может быть… может быть, время королей прошло. Люди должны сами выбирать, как они собираются умереть».

Лицо Байрона вытянулось, он поклонился, резко повернулся на каблуках и зашагал прочь. Наблюдая за удаляющейся его широкой спиной, я размышлял о том, насколько разобщенными — даже одинокими — нас оставили наши решения.

Байрон отправился к тому, что осталось от его семьи, вскоре после того, как восстановил свои силы, надеясь помочь им бежать из Ксайруса в убежище. С его уровнем силы это было бы несложно, но он не был готов к тому, что обнаружил в Ксайрусе.

Его усилиям помешали не алакрийцы, которые быстро получили подкрепление после того, как взяли под контроль ворота телепортации в летающем замке, а члены его собственной семьи.

Уайксы были могущественным и известным домом. Они могли бы объединить другие дома и организовать оборону города. Вместо этого они были одними из первых, кто присягнул на верность Агроне, вероятно, в какой-то недальновидной попытке расположить к себе захватчиков. Байрон отправился помогать своей семье бежать, но вместо этого обнаружил, что они активно работают вместе с алакрийцами, чтобы подавить любые небольшие очаги сопротивления, которые так долго сохранялись.

Он снова чуть не сломался, вернувшись с пустыми руками. Я должен был задаться вопросом, вернулся бы старый Байрон — человек, которым он был до нашего поражения от рук Косы, — и вообще вернулся бы? Я содрогнулся при мысли о том, что случилось бы с нами, если бы он последовал за своей семьей вместо меня.

Как только он завернул за угол и скрылся из виду, я тихонько закрыл дверь и подошел к своему столу, усаживаясь. Положив локти на каменный рабочий стол, я уронил лицо в ладони.

Известие о том, что асуры, наши союзники, уничтожили Эленуар, стало ударом по нашему моральному духу. Когда я принимал предложение Виндсома, я знал, что это рискованно, но я согласился с ним в том, что правда могло полностью сломить наш дух. И я придерживался этой оценки, хотя не мог не пересмотреть свое решение теперь, когда правда открылась благодаря сплетням и разговорам за спиной.

Сквозь растопыренные пальцы я посмотрел на три длинные коробки, лежащие на моем столе. Я осторожно протянул руку и щелкнул защелкой на первой коробке, затем открыл крышку. Лавандовый драгоценный камень стержня вспыхнул на свету, и я провел пальцами по богато украшенной красной коже рукояти. Раздался треск энергии, и волосы на моей руке встали дыбом.

Эти артефакты вселили в меня надежду, и я ожидал, что мой народ — все люди, и эльфы, и все, кто находится под моей опекой в святилище, — разделят это чувство. Время Виндсома не могло быть лучше. С артефактами в руках у меня были инструменты, необходимые для того, чтобы ослабить шок и отчаяние, которые мы все испытывали, показать им будущее, в котором у нас были силы для победы.

Возможно, с моей стороны было недальновидно, что я не предвидел участия Ринии. Но я не провидец.

Мрачно усмехнувшись, я сильно прижал ладони к глазам, чтобы ослабить нарастающее там давление. Я уже задавался вопросом, было ли мое предложение разрешить голосование по использованию артефактов актом мудрости или слабости.

Это был вопрос, который я задавал себе много раз раньше, и было почти утешительно думать, что я никогда не узнаю ответа.

Судить о правильности моих действий было бы предоставлено будущим поколениям. Если бы были какие-то будущие поколения. Если бы то, что сказала Риния, было правдой, если бы она предвидела катастрофу и разрушения по всему континенту, возможно, этого бы не произошло. Но тогда, какова была альтернатива? Казалось, выбор состоял в том, что мы либо становились достаточно сильными, чтобы уничтожить себя в бою, либо были уничтожены, потому что мы были слишком слабы, чтобы сопротивляться вообще.

И это, я полагаю, было причиной, почему я призвал к голосованию.

Не следует ли разрешить этим людям самим выбирать свой конец? Я слишком постарел, слишком долго командовал, слишком многих отправил на смерть, чтобы самостоятельно принять это решение.

Достав ключ из-за пояса, я отпер единственный ящик стола и выдвинул его с грубым скрежетом камня о камень. Отодвигая предметы в сторону, пока не нашел то, что искал, я осторожно извлек хрустальный шар диаметром около восьми дюймов.

Артефакт был дорогим приобретением, но я использовал его экономно, пытаясь отойти от своего прошлого. Но я обнаружил, что становлюсь все более и более зависимым от него, используя его, чтобы сбежать в лучшее время в моей жизни.

Шар закружился туманным светом, который, казалось, начал волноваться, когда я положил его на стол, держа одной рукой, чтобы он не скатился и не разбился.

«Лания…» — прошептал я, пристально вглядываясь в кружащийся свет.

При звуке моего голоса оно начало складываться в яркий образ… лицо, вылепленное из жидкого света. Это было самое красивое лицо, которое я когда-либо видел, которое я не видел вживую много-много лет.

Моя жена улыбнулась мне из сферы памяти. «Король эльфов не должен выглядеть таким мрачным. Что это за тяжесть, которая так оттягивает уголки твоих прелестных губ вниз?»

Голос в шаре принадлежал ей, но в нем было едва уловимое эхо, как будто он звучал на протяжении многих лет и доносился до меня издалека и давным-давно.

Мой собственный голос, хотя и на много десятилетий моложе, прозвучал из шара в ответ. «Мне жаль. Война… Она продолжается слишком долго. Слишком долго. Я начал сомневаться в цене, которую мы заплатили. Я боюсь, Лания. Боюсь, что это делает меня слабым».

«Нет, любовь моя. Ты не слабак. Ты храбр и красив».





Глава 377 — Пора Уходить




От лица Алдира. Знакомые очертания летающего замка Дикатена медленно проявлялись сквозь темные облака, нависшие высоко над Звериными Полянами. Замок казался холодным и мертвым, он больше не был оживленным центром Совета Дикатена.

Один из больших отсеков, через который можно было входить и выходить, был разрушен. Я повернул в его направлении, пройдя сквозь тонкий слой маны, который поддерживал атмосферу замка, прежде чем остановился прямо за пределами самого замка. Дверь была вдавлена внутрь, а пол за ней был усеян трупами.

Приземлившись среди них, я пнул тело человека в доспехах, чтобы показать отрезанную часть его кирасы. Руны отмечали кожу вдоль его позвоночника, которая была слегка синеватой и покрытой слоем инея.

В замке было тихо. Ни шума битвы, эхом разносившегося по залам, ни выкриков приказов, ни предсмертных воплей. На расстоянии я смог обнаружить только три сигнатуры маны внутри структуры. Все остальные, казалось, были мертвы.

И это замечательно. Гораздо меньше отвлекающих факторов для того, что должно было произойти.

Ряд трупов “охранял” коридор, по которому я шел, следуя за сигнатурами маны. Их тела были вдавлены в пол, как будто под огромным весом.

На лестнице, ведущей на следующий этаж, еще несколько алакрийцев были повешены на ступеньках, их собственное оружие было воткнуто в тела друг друга, их лица застыли в масках крайнего ужаса.

Всё было почти то же самое, когда я продолжал двигаться по замку к трем сигнатурам маны, моя собственная сигнатура тщательно подавлялась. Однако вместо того, чтобы исследовать труп за трупом, я обдумывал свою цель здесь. Несмотря на то, что у меня был целый день на размышления, когда я летел над Звериными Полянами в поисках, я не приблизился к решению.

Буду ли я действовать как солдат, выполняя приказ моего господина? Сделать что-то не так означало бы подвергнуть опасности весь клан Тиестес, но тогда логично, что Индрат послал меня именно по этой причине.

Испытание. Преданности, а не мастерства. Другой член моего клана также получил испытание.

Мои шаги становились все тише, когда я приближался к своей добыче. Их голоса доносились из зала Совета, все еще хриплые от возбуждения битвы.

«…можно, но я не уверена, что это стоит того, чтобы удерживать».

«Я все еще говорю, что мы должны уничтожить портал и просто уйти».

«Возможно, но его нельзя будет восстановить, Айя. Мы можем нанести больше вреда будущему Дикатена, чем силам Алакрийцев».

«Мике всегда здесь нравилось! Почему бы Копьям не устроить ловушку в замке? Если Коса вернется, мы просто надерем ему задницу».

Я шагнул через дверь, разглядывая женщин. Помимо того, что они выглядели потрепанными в боях и потрепанными за время, проведенное в укрытии, они не казались ранеными. Белые волосы Варай Ауре были коротко подстрижены в военном стиле, что только подчеркивало ее суровость. Она стояла, прислонившись к дальней стене комнаты, опустив глаза.

Мика Эртборн, казалось, совершенно не изменилась с тех пор, как она была у меня на службе, ухмыляясь, как ребенок, даже будучи покрытой кровью своих врагов. Ее огромный молот лежал рядом с ней.

Эльфийка Айя, с другой стороны, казалась призраком своего прошлого «я». Ее глаза были темными и запавшими, кожа бледной, и каждый мускул в ее теле, казалось, был напряжен. Ее взгляд задержался на теле, обмякшем на стуле в углу. Судя по виду этого человека, перед смертью его жестоко пытали.

«В этом нет необходимости», — сказал я, прежде чем кто-либо из них заметил меня.

Три Копья вскочили, держа оружие в руках, и магия закружилась вокруг них. Краска сошла с их лиц, а их заклинания извивались и почти рассеялись, когда паника нарушила их сосредоточенность. Несмотря на то, что они были самыми могущественными воинами Дикатена, они не могли сравниться со мной, и они знали это.

«Генерал Алдир», — сказала Варай, кончик ее ледяного меча лишь слегка дрожал, когда она указывала на мою грудь. «Что вы здесь делаете?»

«Коса Каделл не вернется», — сказал я, стоя прямо, без угрозы подняв одну руку перед собой.

«Что?» — спросила Мика, нахмурившись в замешательстве, ее молот слегка опустился.

Я слегка кивнул ей. «Он был убит на дуэли с неизвестным алакрийцем».

Мика и Варай обменялись взглядами, но глаза Айи не отрывались от меня.

«Откуда ты это знаешь?» — спросила Варай. «На самом деле, как вы узнали, что мы здесь?»

Отвечая, я не сводил глаз с Айи. «Алакрия на мгновение отвлеклась, и этот факт, безусловно, помог вам в нападении на эту крепость. Наши шпионы все еще пытаются отделить правду от преувеличения. Но… я здесь не поэтому».

Айя опустила глаза в землю. Ее голос был холоден, как лед, когда она заговорила. «Это был ты?»

И Варай, и Мика повернулись в ее сторону, но прежде чем они успели вмешаться, Айя подняла глаза, чтобы встретиться со мной взглядом, и сделала шаг вперед, порыв ветра разметал ее темные волосы вокруг лица. «Ты разрушил мой дом? Я почувствовала эту… твою силу…»

Открыв два других глаза, я удержал ее взгляд со всей силой своего внимания. «Я сделал это, Айя Грефин. И теперь меня послали убить тебя, и твоих сестер по оружию тоже».

Варай шагнула к эльфийскому Копью, но Айя уже двигалась. Ее руки поднялись ко мне, широко растопырив пальцы, и видимые завитки ветра собрались вокруг нее, отбрасывая остальных назад. Ее рот открылся, издав визг банши*, полный разочарования и ярости, из каждого усика вылетело копье ветра.

# Прим. Пер. — визг или крик Банши — крик феи/призрака/духа, метафора.

Я не двигался, когда десятки и сотни полупрозрачных копий конденсированной маны с атрибутом ветра врезались в меня. Каменная стена раскололась, треснула и рухнула, разбрасывая обломки по всей комнате. Пол под моими ногами подался, фут твердого камня раскололся и упал в пространство внизу, но я продолжал парить на месте.

В конце концов, шквал обрушил потолок, и камни посыпались мимо меня, как дождь. Когда я решил, что Копья были в опасности, так как стабильность комнаты быстро ухудшалась, я решил двигаться.

Используя технику клана Тиестес, Миражную прогулку, я наполнил свое тело маной и одним, почти мгновенным движением, переместился в сторону Айи. Моя рука обхватила одно из ее запястий, и я толкнул наружу свою ману волной ряби, которая ударила в каждую клетку ее тела одновременно.





Глава 378 — Последний Бой




От лица Байрона Уайкса. Старая эльфийка казалась невесомой в моих руках, когда мы мчались между домами к краю пещеры. Улицы все еще были заполнены людьми, некоторые стояли без дела, на их лицах читалось замешательство, но большинство спешило в том же направлении, что и мы.

Каскад голосов поднялся, а затем затих, когда мы промчались мимо. Вирион обращался ко всем и каждому, не останавливаясь, направляя их к более глубоким туннелям. Те, кто был наиболее предан Вириону, не решались бежать, но, услышав его слова, они быстро последовали за ним с любой семьей или друзьями, которые у них еще оставались.

Вход в туннель был заполнен толпой людей. По меньшей мере половина святилища была там, уже собравшись в узком отверстии, которое вело к сети пещер и туннелей.

«Помните, придерживайтесь назначенных лидеров!» — кричал эльфийский беженец Фейрит Ивсаар с вершины земляной платформы, которая была вызвана рядом со входом в туннель. «Они отведут вас в безопасное место! Мы пошлем им сообщение, когда опасность минует!»

Риния вывернулась из моих рук, похлопав меня по локтю, как только ее ноги снова оказались на земле. «Благодарю вас за вашу службу Дикатену, генерал Уайкс. Мне нужно, чтобы вы организовали группу охранников и обыскали деревню. Мы должны убедиться, что все покинут эту пещеру. Мы с Вирионом пойдем впереди, а ты прикроешь тыл».

Я посмотрел на Вириона в поисках подтверждения, и он кивнул. «Я полагаюсь на вас, чтобы убедиться, что у этих людей есть время уйти из пещеры».

Я отдал честь. «Конечно, командир».

Повернувшись на каблуках, чтобы уйти, сильная рука схватила меня за руку. Вирион встретился со мной взглядом и сказал: «Не задерживайся. Я буду ждать, твоего возращения, когда все закончится, понимаешь?»

Я резко кивнул, и Вирион отпустил меня.

Те, кто стоял на краю, заметили Вириона и Ринию, и через несколько мгновений пара была поглощена испуганной толпой, десятки голосов кричали одновременно.

Я отвернулся от них, оглядывая пещеру в поисках кого-нибудь из наших охранников. Несколько человек собрались над тропой на одном из многочисленных скалистых выступов, в то время как другие смешались с толпой, помогая Альбольду и Фейриту в их усилиях. Я внимательно отметил, кто поспешил присоединиться к паре нарушителей спокойствия, затем направился к остальным охранникам.

«Ты, возвращайся в деревню и поищи всех отставших. Всем нужно эвакуироваться». Мужчины бросали неуверенные взгляды в сторону забитого выхода в туннели. «Сейчас же!» — рявкнул я, заставив их подпрыгнуть.

«Да, сэр!» — сказали они в унисон, прежде чем умчаться.

Я взлетел вверх, наблюдая, как они бегут обратно в подземный город с высоты сорока футов*. Хаос внизу неприятно напомнил мне о падении замка. Я попытался отодвинуть вспышки воспоминаний на задний план, но образы молнии, отскакивающей от серой кожи, продолжали вторгаться в мои мысли.

# Прим. Пер. — 40 футов = 12,2 метра

Ничто из того, что я бросил в Косу, не причинило ему вреда. И теперь надвигалось нечто еще более сильное и опасное.

Мой пристальный взгляд скользнул по толпе, и страх усилился. Я ненавидел это, желание убежать, вопросы, которые непрошено приходили мне в голову. Должен ли я был остаться со своей семьей, бросив Вириона и всех этих людей на произвол судьбы? Должен ли я уйти сейчас, чтобы спасти себя? Был ли я обязан этим людям своей жизнью?

Молния выскочила из моей кожи и пробежала по поверхности моей брони. Она потрескивала между кончиками моих пальцев, ожидая приказа.

Я сосредоточился на этом ощущении. Это желание нанести удар. Я позволил его яркости ослепить меня от моих собственных слабых импульсов. Как и Вирион, несмотря на все, с чем он столкнулся, и потери, которые он понес, я бы сделал себя маяком для всех, чтобы черпать силы.

С эффективностью, порожденной отчаянием, беженцы, находящиеся под нашей опекой, продолжали выходить из пещеры. Вирион и Риния уже ушли вперед, ведя основную группу в неизвестном направлении. Мои солдаты дважды прочесали деревню; единственные оставшиеся люди теперь столпились у входа в туннель, ожидая своего шанса сбежать.

Я был первым, кто почувствовал сдвиг в мане. Сразу за последним зданием на окраине города по воздуху пробежала дрожь, и свет начал сливаться в парящий овал. Кто-то закричал.

Я приземлился на землю между порталом и остальными людьми, все еще пытающимися бежать. Охранники выкрикивали указания, призывая их двигаться быстрее.

Появились две фигуры. Первый был одет в ту же чистую униформу, которую он всегда носил, его нечеловеческие глаза охватывали все в мгновение ока.

Второй был моложе и свирепее. Он был худощав и чисто выбрит, на голову ниже Виндсома, с сердитыми черными глазами, в которых не отражался свет. Вместо модной униформы или доспехов на нем была свободная красная тренировочная одежда, как будто он был здесь для простого спарринга.

Сокрушительный вес его намерений резко контрастировал с его внешностью.

«Асуры!» — крикнул я, и мой голос прокатился по камню, как раскат грома. «Вам больше не рады в этом месте. Уходите сейчас же, или…» — Сильное давление сдавило мою грудь, обрывая слова.

«Молчать, человек», — сказал Виндсом. В выражении его лица или тоне не было ни намека на то, что мы были или когда-либо были на одной стороне этой войны, совершенно лишенные сочувствия или сожаления. «Я пришел с заявлением от лорда Кезесса Индрата из клана драконов Индрата, главного среди асуров Эфеота».

«Наш союз потерпел неудачу». Эти слова вибрировали в камне и воздухе, казалось, доносились сразу со всех сторон, даже эхом отражаясь от устья туннеля. Последовали испуганные крики. «Вы показали, что вам недостает здравого смысла и вы слабы в вере. Вы представляете опасность для своей собственной нации, для будущего ваших собственных рас. Для этого лорд Индрат счел необходимым уничтожить это святилище и все, что находится внутри».

Я шагнул вперед, подняв подбородок, длинное копье чистой энергии потрескивало в моей руке. «У вашего господина здесь нет власти. Возвращайтесь к себе домой и оставьте нас с нашими. Мы выиграем эту войну без вас».

Младший асура нахмурился, сморщив нос, как будто он только что наступил на что-то грязное. Однако заговорил Виндсом. «Ты знаешь, что делать, Таки. Лорд Индрат возлагает на вас большие надежды».

Дракон с глазами галактики повернулся и исчез обратно в портале, который также испарился.

Позади меня последние несколько беженцев толкались и толкались, чтобы попасть в туннель, вход в который был забит карабкающимися, кричащими, испуганными людьми. Стражники окружили их, их оружие было направлено на молодого асуру.

Собрав всю свою силу, я бросился вперед со своим копьем, которое вытянулось дугой молнии, но асура, Таки, метнулся в сторону на несколько футов, и стрела пробила кратер в каменном полу.

Мир, казалось, замедлился, когда электричество пробежало по моим нервам, усиливая мои рефлексы и восприятие — то, чему я научился у мальчика Лейвина перед его смертью. Тонкие усики молнии исходили от меня дугой, как продолжение моей нервной системы, позволяя мне чувствовать атаки с любого направления, и еще до того, как они достигали меня.

Шум взрыва все еще отражался от стен — глухой и приглушенный для моих обостренных чувств, — когда Таки пошевелился. Даже под воздействием Импульса Раската Грома я едва мог следить за ним. Он сделал один шаг, и земля, казалось, притянула меня к нему. Мне едва удалось увернуться в сторону, чтобы избежать его косящей руки, электрические щупальца помогали распределять и перенаправлять силу его атаки, но даже когда он пронесся мимо, я видел, как его черные глаза следили за мной.

Инерция асуры изменилась в середине удара, его форма расплылась и нечеловечески прыгнула, слишком быстро, чтобы я мог среагировать.

Внезапно я понесся к ближайшему зданию. У меня перехватило дыхание, когда я врезался в него и прошёл сквозь него. Пыль и мусор ослепили меня, и я услышал стон сдвигающегося камня, а затем почувствовал, как на меня обрушился вес целого здания.

Однако даже сквозь плотные завалы я слышал предсмертные крики стражников.

Гром вырвался наружу от меня, и тяжесть, придавившая и ослепившая меня, была унесена прочь. Я завернулся в плащ из молний и со всей скоростью полетел ко входу в туннель. Камни из кучи щебня, которую я только что взорвал, дождем сыпались по всей пещере.

Изуродованные трупы моих солдат устилали землю, их кровь окрашивала серые камни в красный цвет. Это выглядело так, как будто на них набросилась целая армия, убивая их на месте.

Таки стоял над распростертым телом Ленны Эмарис, являвшейся главой стражи Вириона с тех пор, как мы сбежали в святилище. Она повернулась в мою сторону, кашляя кровью, ее глаза расширились и не верили. Затем его нога опустилась, раздавив остатки ее жизни.

Хотя он мог двигаться быстрее, чем могли уследить мои глаза, Таки не торопился, направляясь к скопившейся массе людей прямо у входа в туннель, каждый шаг оставлял за собой кровавый след.

Молния затрещала между моими пальцами, конденсируясь в яркий бело-голубой шар, а затем описала дугу в воздухе. Он пролетел в нескольких футах над головой асуры, завис в воздухе между ним и людьми, затем вспыхнул. Молния ударила в стену над туннелем, и часть стены рухнула, тяжелые камни посыпались на устье туннеля, заглушая крики изнутри.

В то же время шар начал вращаться, разбрасывая искры, которые слились в длинные копья молний и полетели в асуру. Когда он отбивал каждое копье в сторону, они вонзались в землю вокруг него.

Молния выскочила из конца каждого копья, торчащего вокруг него, как пилоны, и образовала цепи и кандалы, которые обернулись вокруг запястий и лодыжек Таки. Все мое тело излучало ману, когда я пролетел через пещеру и врезался в него.

Раздался взрыв яркой бело-голубой энергии, за которым последовал раскат грома, сотрясший пещеру, отразившийся от стен и зданий и переросший в оглушительную ударную волну.

Моя голова закружилась, когда я отступил назад, готовя молниеносное копье и снова заряжая свою нервную систему электричеством, мои глаза расширились, когда они прыгали вокруг в поисках моего противника, который должен был быть прямо передо мной, но не был.

Слишком поздно я услышал почти беззвучный шелест его одежды, рассекающей воздух. Даже с моими улучшенными рефлексами я не смог вовремя поднять руки, и его удар пришелся мне в грудь, когда он появился прямо передо мной, заставив меня упасть на землю. Я ударил копьем вниз, вонзив его в камень, который тотчас треснул, когда я резко остановился, мои мышцы жалобно закричали.

Тупая, пульсирующая боль глубоко внутри меня немедленно вытеснила другую меньшую боль из моего сознания. Посмотрев вниз, я понял, что передняя часть моей брони прогнулась и больно давит мне на грудину.





Глава 379 — Нужное Место, Нужное Время




От лица Старейшины Ринии. Древняя скальная порода задрожала у меня под ногами. Я почувствовала, как мана в атмосфере задрожала при высвобождении огромной силы. Времени осталось совсем немного.

Кто-то положил руку мне на плечо. «У нас достаточно времени?» Это был голос Альбольда. «Может, нам устроить где-нибудь засаду, чтобы еще больше замедлить асуру?»

Я усмехнулась. «Сейчас наша надежда — на спешку и удачу, а не на силу оружия. Не умирайте бессмысленной смертью, оно того не стоит».

Другой голос, из дальнего конца колонны. «Вы могли бы присоединиться ко мне на звере». Это была мадам Астера, которой Элеонора Лейвин разрешила прокатиться на своей лошади, видя, что у нее нет одной ноги. Это было любезное предложение от того, кто ненавидел меня до глубины души.

«Я знаю дорогу пешком и на ощупь, а не по медведю. Я пойду пешком» — я сжала руку Вириона, когда он повел меня вперед. «Нам нужно идти быстрее».

Я почувствовала его обеспокоенный взгляд, несмотря на то, что не могла его видеть, но он сделал, как я просила. И я подтолкнула свое старое тело, чтобы не отставать.

Это был момент, когда пути потенциальных возможностей расходились, и моя способность влиять на конкретное потенциальное будущее была ограничена. Наша группа состояла из шестидесяти, возможно, семидесяти человек: некоторые члены совета, искатели приключений, известные как Рога Близнецы, мастер Гидеон и его помощница, а также те из беженцев, кто проявил наибольшую веру в меня.

Им это понадобится.

Небольшие группы, возглавляемые Глейдерами, Эртборнами или другими сильными магами, отделились, чтобы отправиться вниз по десяткам различных туннелей. Если бы Копья пали слишком быстро или сражались слишком долго, мешая асуре добраться до нас в нужное время, мы все погибли бы. Если бы Таки выследил нас слишком быстро или потратил слишком много времени, рыская по туннелям, опять же, мы бы все умерли. Выбор времени имел решающее значение.

Моя правая нога задела острый выступ камня. «Сверни на следующую ветку направо и вниз», — сказала я Вириону, и еще через пятьдесят шагов он направил меня вправо, и тропинка пошла под уклон у меня под ногами.

Взрыв где-то далеко позади и над нами стряхнул пыль с потолка туннеля. Кто-то приглушил крик.

В нижней части спуска туннель резко поворачивал влево. «Вы все почувствуете сильное нежелание двигаться дальше. Это уловка древних магов, чтобы предотвратить обнаружение этого места. Вы должны преодолеть это».

Мы прошли еще несколько поворотов, прежде чем появилось жуткое ощущение неловкости. Сначала оно было слабым, простым уколом в глубине нашего сознания, который говорил: «Здесь что-то не так. Будь осторожен». Это ощущение быстро нарастало по мере того, как мы продвигались вперед, превращаясь в почти непреодолимое чувство страха.

Те, кого мы вели, начали хныкать и жаловаться, и наш темп замедлился, несмотря на мое предупреждение и глухой стук заклинаний, разбивающих камень вдалеке. Даже медведь тяжело дышал, каждый вдох был резким и отчаянным.

«Альбольд, отведи всех охранников в тыл. Заставляйте этих людей двигаться вперед. Не позволяй никому оборачиваться», — сказала я.

«Т-вы не можете нас принуждать!» — выдавил кто-то. «Ты ведешь нас на верную смерть!»

Несколько шагов стихли, и я услышала, как люди толкаются и толкаются. Охранники двинулись, чтобы вмешаться, но прямо рядом со мной послышался резкий импульс намерения, и все замерли.

«Вы все можете чувствовать опасность позади нас. Она настоящая, в то время как эта магия работает только против вашего сознания. Если Риния сказала, что спасение впереди, тогда мы будем двигаться дальше».

Уверенность и решимость Вириона успокоили разъяренную толпу, по крайней мере, на мгновение. Когда он повернулся и снова зашагал, его тело напряглось рядом со мной, все остальные последовали за ним.

Звон, мана откликнулась на далекую битву. Звон. Звон.

Этого было почти достаточно, чтобы заставить даже самых напуганных беженцев двигаться вперед против магического страха, который стремился оттолкнуть нас.

Но не полностью.

Пройдя всего пятьдесят шагов, некоторые снова останавливались. Через сотню я услышала плач. После пятисот охранники в тылу тащили вперед самых слабых. После тысячи самим стражникам не хватало сил, и первые из тех, кто был слишком слаб, чтобы противостоять страху, вырвались и побежали обратно по туннелю, их крики эхом разносились по темным глубинам.

«Отпусти их», — сказала я, услышав, как легкие шаги Альбольда начинают следовать за мной. «Любой, кто сейчас повернет назад, обречен, включая тебя».

Наш темп замедлился до ползания. Каждый шаг казался погружением все глубже в дегтярную яму, ожиданием, когда чернота сомкнется над моей головой и высосет из меня жизнь.

Я знала, что нам придется пересечь этот барьер. Я думала, что была готова.

Я была неправа.

Мои ноги перестали двигаться. Вирион потянул меня, его хмурый взгляд был слышен. Он что-то говорил, но я не могла расслышать из-за шума собственной крови в ушах.

Все это было напрасно. Я слишком далеко продвинула свое тело, и теперь у него не было сил продолжать.

Земля, казалось, задрожала, а затем затихла. Мана замерла. Битва асуры с Копьями закончилась. Наша последняя линия обороны пала. Времени не было. Не из-за сомнений, не из-за страха.

Тонкая рука обхватила мою, и Вирион отпустил мою другую руку, отступая. Его заменил кто-то другой, пониже ростом и еще худее, еще худее первого.

Прохладная, успокаивающая мана потекла через меня. Большая часть моего тела превратилась в одну взаимосвязанную боль, настолько вездесущую, что я почти забыла о ее существовании, но при прикосновении маны эта боль исчезла. Мое дыхание стало легче. Я выпрямилась.

С другой стороны, золотой свет двигался сквозь меня, согревая моё ядро и отталкивая тьму и отчаяние.

«Спасибо, Лейвин…» — пробормотала я, как только обрела дар речи. «А теперь идите. Мы теряем драгоценное время».

Элис хихикнула справа от меня, но Элли только крепче вцепилась в нее. «Мы собираемся сделать это. В нужном месте, в нужное время?»

Я прочистила горло, так как оно внезапно сжалось от нахлынувших эмоций. «Мы почти на месте».

Эти двое держали меня за руки и помогали мне идти вперед, Вирион шел прямо перед нами. Зона страха, казалось, продолжалась и продолжалась, давя на наши тела и волю с нарастающим отчаянием, чтобы сломить нас. Затем, словно нырнув в ледяной водопад, мы освободились от него, каждый нерв в моем теле ожил, когда отталкивающая аура исчезла. Мой разум прояснился, и я сразу же подсчитала приблизительное количество времени, которое мы потеряли.

Не говоря ни слова, я задала темп, мое тело освежилось исцеляющей магией Элис и почувствовала себя легкой, как перышко, свободной от барьера древних магов, тянущего меня вниз.

Злобное намерение проникло в туннели где-то позади нас, двигаясь быстрее, чем я могла себе представить.

Мы бросились бежать.

Грубый каменный пол стал гладким, и облегченные восклицания позади меня эхом разнеслись по законченному залу. Я знала, что они видели: украшенные драгоценными камнями резные рисунки, рассказывающие историю места, называемого Реликтовыми Гробницами, созданными древними магами до их падения.

Но времени не было. Не для того, чтобы объяснить их, даже не для того, чтобы сберечь дыхание, оно было необходимо мне для бега, и поэтому я подтолкнула остальных вперед.

Легкие шаги Вириона остановились перед нами, но я прогнала его дальше. «Идите, мы должны затащить всех внутрь».

Надвигающаяся аура теперь была похожа на красную дымку в мане, возбуждая ее.

Хотя мои слепые глаза не могли видеть комнату, я хорошо знала ее по своим видениям. Арочная дверная рама открывалась в большое пространство шестиугольной формы шириной в сто футов. Крутые каменные скамьи вели, как ступени, вниз к возвышению посередине, где стояла прямоугольная каменная рама.

«Отведи меня в центр», — сказала я, отчаянно сосредоточившись на резной каменной раме. Теперь оставалось совсем немного времени. Если это не произойдет в ближайшее время…

Когда мы достигли помоста, я освободилась от них и положила руку на каменную раму, мои пальцы обводили замысловатую резьбу.

Было холодно. В нем не гудело ни маны, ни эфира.

«Что это такое?» — спросила мадам Астера, когда ей помогли слезть с привязи Элли. «Вы завели нас в тупик!»





Глава 380 — Пустота за Пределами




От лица Артура Лейвина.

Просто доверься мне.

Слова Ринии эхом отдавались в моей голове, когда мы с Таки столкнулись с порталом. Он выпирал и удалялся от нас, как поверхность пузыря, отбиваясь от асуры, отказываясь позволить ему войти.

Гнев пробился сквозь страх, который я должен был испытывать, столкнувшись с асурой. Единственное, что сдерживало меня, — это присутствие моих друзей и семьи. Даже в облаке бушующих эмоций я знал, что Риния права. Было бы невозможно победить Таки, сохраняя при этом безопасность всех вокруг меня.

Поверхность портала искривилась, чтобы обернуться вокруг нас, опасно покрывшись рябью. Я чувствовал, как эфир изо всех сил пытается сохранить свою форму, когда мы прижимались к нему, одновременно пытаясь принять меня и отвергнуть Таки.

Он вот-вот сломается. Я колебался, мой разум лихорадочно искал другое решение. Реджис, мы…

Мир раскололся.

Фиолетовые осколки портала разлетелись по безграничному пространству эфирных сумерек, преломляя свет, исходящий отовсюду, как разбитые зеркала.

Голодное вездесущее нечто пожирало каждый сияющий осколок, превращая их обратно в чистый эфир, а затем вообще в ничто.

Я почувствовал острую боль от того, что чего-то не хватает, как будто я потерял конечность, хотя и не мог понять, чего именно.

Я дрейфовал, плыл или, может быть, падал, но где и во что, я не был уверен.

Что я только что делал?

Я знал, что злюсь. Или что я был зол. Теперь я был просто… не на своем месте.

Нет, не голоден, подумал я, и мой сорвавшийся с рельсов ход мыслей вернулся к тому, в чем я дрейфовал. Просто там, но что…

Я прищурился, вглядываясь сквозь туманный аметистовый свет в призрачную тень подо мной. Холмистый пейзаж дюн дрейфовал в сумеречном пурпурном море, его очертания были различимы. И знакомы.

Инстинктивно моя голова наклонилась вперед, когда я попытался полететь к дюнам, но не было никакого ощущения движения, и знакомый пейзаж не приближался.

«Ч-где мы?» — произнес напряженный голос откуда-то сверху и позади меня.

Повернувшись, не раздумывая, мое тело начало вращаться, и в поле моего зрения появилась фигура лысого молодого человека.

Мои воспоминания столкнулись с моим нынешним ошеломленным состоянием ума, как два айсберга, столкнувшиеся в открытом море.

Восторг, который я испытал, наконец, найдя портал, который уже был связан с Дикатеном, ожидающим на дне оврага под зоной, заполненной дюнами, захлестнул меня, как и ярость и ужас от активации портала только для того, чтобы увидеть, как копье пронзает мою младшую сестру…

Зона за зоной появлялись и исчезали, пока я искал, сосредотачиваясь на Дикатене каждый раз, когда я использовал компас, не находя ничего, кроме мертвых порталов, которые не имели конечной точки.

Но я знал, что где-то в Дикатене должен быть по крайней мере один портал Реликтовых Гробниц. Я просто не понимал, как даже искать без карты памяти, подобной той, что оставила мне Сильвия.

Моя голова раскалывалась от боли, когда воспоминания слились воедино в беспорядочный, наполовину бессмысленный беспорядок.

Аларик помогал с приготовлениями. Приобрел рунный ключ портала. Купил или украл коллекцию предметов, которые мне были нужны, на случай, если я не смогу вернуться в Алакрию.

Когда я узнал о Викториаде, я понял, что посещение может означать раскрытие моей настоящей личности, что означало бы уйти в подполье. Было только одно место, куда можно было пойти: обратно в Дикатен. Дом. Для моей семьи. Окончательно.

И я сделал это. Я опоздал всего на несколько секунд…

Я сражался с Таки, слышал голос Ринии в своей голове…

Просто доверься мне, — снова прозвучал ее голос, заставляя мои мысли закручиваться по спирали.

Я всматривался в окрашенную розовым тень дюн, мое внимание было приковано к ней, замешательство опутывало меня, как гигантская паутина. Это была последняя зона, через которую я прошел перед прибытием в Дикатен. Огромный каньон расколол землю. Остатки стража зоны, гидры, сделанной из живого стекла и жидкого огня, все еще лежали разбитые рядом с ним.

Реликтовые Гробницы были каким-то образом запрограммированы, чтобы препятствовать проникновению асуров, но это эфирное царство было отдельным — возможно, больше, — чем сами Реликтовые Гробницы, которые, казалось, содержались только в пределах большего пространства.

Должно быть, мы отскочили от Реликтовых Гробниц и оказались в этом межпространстве.

Пока я смотрел вниз на тусклый пейзаж, порыв ветра поднял песок, пронёсся по дюнам с невероятной скоростью и смёл их прочь. Когда буря утихла, зона, казалось… перезагрузилась. Вернулась точно к тому состоянию, в каком я её нашёл. Я мог видеть форму гидры, извивающуюся прямо под краем каньона, затаившуюся в ожидании следующего восходящего, чтобы бросить ей вызов.

Что такое…

Режущая боль, ощущение чего-то недостающего вернулись, привлекая мое внимание к пустоте внутри меня.

Реджис! — мысленно крикнул я, ища разум моего спутника. Его нигде не было видно.

Наша связь была разорвана.

Я проследил за этой нитью до тех моментов — нескольких секунд — когда я был на Дикатене. Реджис все еще был там, я отправил его в Элли, чтобы… Я не знал, как именно. Помочь. Как-то. Я снова увидел ее худое тело, лежащее на холодном камне, истекающее кровью, моя мать — ее руки были такими красными — изо всех сил пыталась исцелить ее.

Мне нужно было сдержать свой гнев. Потеря контроля грозила смертью всем присутствующим, включая Элли и маму. Вся ярость, которую я испытывал в тот момент, нахлынула на меня, когда шок прошел.

Мне не пришлось бы сдерживаться здесь.

Прежде чем я успел полностью сформулировать эту мысль, эфир превратился в меч в моей правой руке.

Скрежеща зубами, все мое тело напряглось, я наклонился к Таки. Но я не пошевелился.

Озадаченный, хмурый взгляд на лице Таки медленно превратился в яростную гримасу, которая отражала мою собственную. «Где мы, Лейвин? Что ты наделал!»

Затем он был на мне, его алое копье, еще более красное от крови моих друзей и семьи, отбило мое оружие и пронзило мое плечо. Я схватил древко копья свободной рукой и использовал его как рычаг, чтобы ударить Таки в грудь, отчего он отлетел в сторону.

Его копье вырвалось, оставив кровавую рану чуть ниже моей ключицы. Кровь вытекала маленькими шариками, и, несмотря на опасность, которую представлял Таки, я не мог не смотреть, как они плывут сквозь эфирное ничто — пространство.

Красный цвет быстро сменился фиолетовым, когда к ним прилипли частицы эфира. Острая боль в моем плече уменьшилась, и я понял, что эфир поступает в рану из атмосферы, а не из моего ядра. Рана зажила в одно мгновение.

Впервые с тех пор, как я появился здесь, почувствовав атмосферу, эфир ворвался в мое ядро. Атмосфера была не просто насыщена эфиром — это был эфир. Все это. Всё. То всепожирающее присутствие, которое я ощущал, было бесконечным океаном эфира, жаждущим поглотить крошечную его часть, которая была сформирована в портал Реликтовых Гробниц.

Таки настороженно наблюдал за мной, его глаза были сосредоточены на моем плече, где рана исчезла. «Кем ты стал, Артур Лейвин?»

Усмехнувшись, я призвал реликтовую броню. Волны обсидиановых чешуек соединились вокруг моего тела, практически дрожа на моей коже, когда она реагировала на океан чистого эфира.

Моя левая рука вытянулась вперед, ладонью наружу, и конус пылающей фиолетовой энергии опалил пространство между нами. Таки отлетел назад, разрубая эфир своим копьем, но взрыв последовал за ним, извиваясь, как змея, по мере того, как он рос и рос, живой поток эфира, жаждущий поглотить его целиком.

Не имея земли, от которой можно было бы оттолкнуться, он мог летать, но не мог использовать технику ходьбы по Миражу для изменения положения. Тем не менее, его подвижность намного превосходила мою собственную, которая, казалось, ограничивалась вращением на месте, когда я очень медленно удалялся от того места, где мы появились. Если у меня была хоть какая-то надежда против него, мне нужно было придумать, как действовать дальше.

Отпустив эфирный клинок — но все еще концентрируясь на извивающемся потоке эфира, льющемся из моей руки, — я мысленно ощупал себя вокруг. Полет был бы оптимальным, но даже если бы мне просто было на что опереться…

Мои ноги уперлись во что-то твердое. Застигнутый врасплох, я потерял фокус на эфирном потоке, когда посмотрел вниз на небольшую платформу пурпурно-серой, слегка светящейся энергии. Она была идеально гладкой и излучала нежное тепло.

Это эфир…

Моя голова резко поднялась при вспышке движения в моем периферийном зрении. Аметистовый меч ожил в моей руке как раз вовремя, чтобы отразить стремительный удар, нацеленный мне в шею. Таки использовал свой импульс, чтобы врезаться в меня, сбросив меня с платформы к дюнам внизу. Я потерял контроля, дико пролетев через пустое пространство, но быстро остановился, когда моя спина ударилась о твердую вибрирующую поверхность.

Таки был сверху от меня, его копье металось и кололо так быстро, что я видел лишь красное пятно. Каждый удар был почти мгновенным всплеском движения, так как Миражная Прогулка ускоряла не только его движение, но и его атаки.

Встав на ноги, я повторял движение асуры за движением. Мы придерживались моделей, которым нас давным-давно научил Кордри, но быстро стало ясно, что обучение Таки вышло далеко за рамки моего собственного, каждый его удар отражал мой с жестокой эффективностью. Если бы не мое асурское телосложение, он бы опередил меня в считанные мгновения.

Таки исчез. Я позволил своим чувствам расфокусироваться, ища эфирные пути с помощью руны Шага Бога, но… здесь не было никаких путей.

Что-то ударило меня, как таран, между лопаток, реликтовая броня едва выдержала удар, и меня отбросило вперед. Таки появился передо мной, и длинное крылатое лезвие его копья вонзилось в мою броню чуть выше живота, черная чешуя согнулась и разлетелась в стороны.

Я почувствовал это, когда копье ударилось о дважды закаленную оболочку моего эфирного ядра. Тошнотворная рябь прошла по мне, каждый атом моего существа отшатнулся в ужасе. Я болезненно вздрогнул, когда острие копья ударилось о броню на моей спине, не имея достаточной силы, чтобы полностью пробить ее насквозь.

Паника поднималась, как желчь в моем горле, я обратил свои чувства внутрь, сосредоточившись на своем ядре.

Оно было цело.

Несмотря на боль от моей раны, страх покинул меня, сменившись холодной яростью, когда я полоснул его по горлу лезвием своей руки.

Копье распалось, когда Тачи двинулся, чтобы поймать меня за руку. Я вывернулся, разрывая его хватку, затем резко ударил его в подбородок, выпустив эфирный заряд прямо ему в лицо. Его рука обвилась вокруг моей, когда он отшатнулся назад, используя инерцию, чтобы оторвать меня от земли, развернуться и отправить в полет.





Эпилог 9-го Тома




От лица Байрона Уайкса. Сухой кашель сотряс мое тело, и я резко проснулся от боли. Густое облако пыли скрывало все, кроме окровавленного каменного пола, который, как я ожидал, должен был стать моим погребальным камнем.

Моя последняя мысль перед тем, как потерять сознание, всплыла в моем сознании. Именно так я ожидал встретить смерть. Каждая часть меня кричала от боли, боль от каждой раны давила на все остальное, одна перекрывала другую в моем сознании, пока не стало казаться, что все мое тело было разрезано на куски…

Асура!

Несмотря на сильное желание никогда больше не двигаться, я повернул голову, толкая свои сломанные кости и, вновь, вызывая агонию.

Я ничего не мог разглядеть сквозь плотное завесу пыли. Но я также не мог ощутить невыносимого присутствия асуры.

Сделав глубокий, успокаивающий вдох, я перекатился на бок и потянулся, поднимаясь на ноги. Камни и обломки с грохотом посыпались на меня, и рана в моей груди болезненно затянулась, частично закрытая пылью, скопившейся в ране.

Мои ноги дрожали, изодранные остатки моей брони звенели друг о друга, как пустые консервные банки. Я попытался вытолкнуть ману в свое тело, чтобы придать себе сил, но был встречен только тупой, сжимающей болью из моего ядра, которое было почти пустым.

Ответная реакция заставила мой желудок перевернуться, а желчь подступила к горлу.

Вспышки битвы начали возвращаться ко мне сквозь волны тошноты и боли, и у меня перехватило дыхание.

Варай, Мика, Айя…

Они все были…

Я резко обернулся, когда где-то вдалеке от стены или потолка с грохотом отлетел камень. Мои чувства притупились, мысли ползали по моему черепу, как слизняки, а в ушах стоял низкий рев, как будто я был под водой. Только мое обоняние, казалось, функционировало должным образом; в пещере воняло серой и выжженной землей.

Тусклый, мутный свет пробился сквозь затемняющее облако, несколько быстрых вспышек, и я почувствовал движение маны.

Мой рот открылся сам по себе, но я удержался от крика. Я не знал, кто или что там было. Это могли быть асуры, или выжившие, вернувшиеся из туннелей, или алакрийцы, встревоженные беспорядками, которые, без сомнения, вызвала наша битва в пустыне наверху. И я был не в той форме, чтобы защищаться, если они окажутся враждебными.

Образ крови, хлещущей из разбитых черных кристаллов, перекрыл последние воспоминания о моей собственной “смерти”, и я почувствовал краткий проблеск надежды, но так же быстро подавил его.

Я не должен был пережить ту битву, и я не мог найти в себе силы питать даже малейшую надежду, которая была у кого-то из других. Я видел, что Таки сделал с Айей и Варай, и, несмотря на голос, который звучал в моей голове в те последние мгновения сознания, я знал, что даже Копье не сможет пережить эти раны.

Тем не менее, я не мог просто игнорировать присутствие постороннего здесь, и начал хромать в направлении света, двигаясь так тихо, как позволяли мое избитое тело и разрушенная броня.

Пол пещеры был в руинах. Обломки, разрушенные молнией, и расколотые ледяные скалы делали опору ненадежной, и мне пришлось обходить несколько глубоких выбоин, оставленных в земле ударами Таки. Частично неповрежденная стена одного из многочисленных разрушенных зданий была отброшена на несколько десятков футов и теперь лежала у огромного валуна, сорванного с потолка.

Я осторожно пополз вверх по этой стене, затем решительнее к более высокому выступу скалы, который изгибался по направлению к тому месту, где я видел свет. Пыль рассеялась, когда я пришёл к дальнему краю пещеры, и я прищурился в поисках каких-либо признаков того, кто или что использовало ману.

Трудно было поверить в то, что я видел.





Пролог 10-го Тома




Примечание автора: Привет-привет, это TurtleMe. Многие из вас с нетерпением ждали выхода 10-го тома. В течение последних двух недель написания первых нескольких глав мне действительно пришлось подумать о том, с чего, откуда, и с какого момента я хочу начать этот том. Это потребовало некоторого времени на обдумывание, но я решил, что все начнется почти с того места, на котором мы остановились. Я говорю «почти», потому что я решил написать пролог, отступив немного назад и фактически начать немного раньше того, на чем мы остановились, но с другой точки зрения. Эта глава определенно была немного сложной, но я надеюсь, что вам понравится. Добро пожаловать в начало нашего путешествия в 10-й том «Начало После Конца»! Спасибо, что были со мной так долго!

От лица Элис Лейвин. Время замедлилось, и сам воздух вокруг меня стал вязким, когда копьё асуры так легко прошло сквозь тело Элли.

Тяжелая рука асуры отпустила меня, и крики, которые затихли из-за звона в ушах, взорвались, когда я увидела, как тело Элли рухнуло на землю.

Я подавила рыдания. «Все в порядке, детка, все в порядке. Я рядом. У меня есть ты, и я собираюсь избавить тебя от боли, милая. Я позабочусь о тебе».

Я прижала руки к ране в боку Элли, неэффективно останавливая поток крови, который хлестал с каждым ударом ее слабеющего сердца. Мана вырвалась из моего ядра и прошла по моим каналам, выходя из моих рук в глубокую рану с характерным свечением, но паника подавляла заклинание, магия вспыхивала и гасла.

Но Элли улыбалась. Она улыбалась, ее глаза были закрыты, лицо окрашено в светло-фиолетовый цвет. Она не дышала… моя малышка умирала.

Убийственное намерение асуры было удушающим. Он встал прямо за мной, и я знала, что сейчас произойдет. Рыдание сотрясло все мое тело, и исцеляющее заклинание снова пошатнулось.

Я представила лицо Рейнольдса, представила, как он одаривает меня этой беспечной улыбкой и проводит руками по моим волосам и по затылку. Черты его лица изменились, как мокрая глина, став чертами Артура. Но даже в моем сознании, в моих воспоминаниях Артур был весь в крови, его лицо было наполовину скрыто и покрыто черно-багровыми пятнами, когда он тащился ко мне от какой-то далекой, смертельной угрозы…

Мои глаза снова сфокусировались на Элли. Сейчас она была так похожа на него, лежащего на земле, покрытого кровью своей собственной жизни…

Я закрыла глаза от этого зрелища и ждала, когда упадет копье, когда асура отправит Элли и меня к её брату и отцу…

«Реджис, помоги моей сестре».

Моя голова резко поднялась. Фиолетовый свет, как я запоздало поняла, исходил от мерцающего портала, который ожил внутри рамы портала. Слова исходили от фигуры, силуэт которой вырисовывался в аметистовом сиянии. Я разглядела только его резкие черты, светлые волосы и золотистые глаза, прежде чем он начал двигаться.

Что-то еще приближалось ко мне… к Элли. Помоги моей сестре. Что означали эти слова?

Что они могли означать?

Сгусток тени и энергии влетел в тело Элли, но ничего не произошло, ничего не изменилось.

Я чуть не дала себе пощечину. Мои руки крепко прижались к боку Элли, и я снова начала петь заклинание. Слышалась чужая речь и битва но я выбросила это из головы, полностью сосредоточившись на исцеляющей магии. Заклинание выплеснулось из меня, как и мана, заполнив дыру, которая полностью пронзила мою малышку.

Но было и кое-что ещё.

Магия излучателя коснулась чего-то другого, чего-то, находящегося за пределами досягаемости моего сознания, что никто никогда не мог объяснить мне раньше. Одна мана не могла залечить такие раны, как у Элли, но мои заклинания притягивали ее, поощряли, показывали ей, чего я хочу.

Подобно направляющей руке, сгусток энергии тянул мою магию вперед, подпитывая ее этой внешней силой, усиливая ее. Я чувствовала себя… сильной, могущественной настолько, насколько уже с трудом могла вспомнить. Мышцы и кости начали восстанавливаться, вены и нервы снова срастались вместе, затем…

Комната бешено закружилась у меня под ногами, внезапная боль и смятение стёрли все мысли из моей головы.

Я с трудом заморгала от тошнотворного звона в ушах и подавила желчь, подступающую к горлу. У меня болел череп. Я огляделась, пытаясь сориентироваться; я лежала на спине у подножия лестницы, похожей на скамью, под краем помоста. Я могла только видеть руку Элли, свисающую с него сбоку.





Глава 381 — Бремя Спасителя




От лица Артура Лейвина. Каскад потрескавшихся камней и обломков обрушился с крыши пещеры прямо на нас с Элли. Держа её на руках, я повернулся и сделал небольшой шаг, позволив камням безвредно осыпаться на помост позади меня.

Элли поморщилась. «Ай, ой».

Её глаза покраснели от слез, челюсть сжалась от боли. Я ткнул пальцем в дыру в её одежде чуть ниже ребер. Кожа под ней была чистой, был только слабый намек на шрам. Моя мать проделала хорошую работу, исцелив её.

Я почувствовал внутри Реджиса, который парил возле моего ядра, жадно вытягивая мой эфир. Я не чувствовал ничего особенного между нами, даже после того, как мы разделись из-за портала. Хотя расстояние, на котором мы могли путешествовать друг от друга, значительно увеличилось, это был первый раз, когда мы были так далеко отрезаны друг от друга с тех пор, как он впервые появился из акклорита в моей руке.

‘Рад, что ты вернулся, Реджис’.

Мой спутник промычал свое приглушенное подтверждение. Он был истощён после того, как сдержал сломанный портал открытым, и поэтому я оставил его отдыхать и продолжать вытягивать эфир из моего ядра.

«Мы спасены!» — внезапно закричала молодая эльфийка, резко отрывая меня от воссоединения с семьей.

Другой голос крикнул: «Наш спаситель!»

Элли вздрогнула от крика, проскользнула мимо меня и поспешила к нашей матери, присев рядом с ней. Мама выглядела по-другому. Может быть, она изменилась не так же сильно как я, но худее, старше… и что-то более трудное для определения. В ней была какая-то твердость, даже когда она тряслась и дрожала на полу.

Нам так много нужно было сказать друг другу. Даже если бы у нас были часы или дни, я не был уверен, что этого времени будет достаточно. Но мы этого не говорили.

«Спасибо вам!»

«Это действительно Вы, Копьё Годспелл*?»

# Прим. Пер. — вероятнее всего новое прозвище “Божественный заклинатель”, но для сохранения атмосферы оставил “Годспелл”.

«Пожалуйста», — сказала первая женщина, протягивая ко мне обе руки, — «поговори с нами!»

Я видел подобные лица с широко раскрытыми глазами, полными благоговения и мольбы, обращенные ко мне как к королю Грею, но никогда как к Артуру. Это было противоречивое зрелище. Я не хотел, чтобы мне поклонялись как какому-то божеству, мгновенной замене асуров, которые продолжали пытаться убить этих людей, несмотря на то, что на них так долго смотрели как на богов.

«Я не ваш спаситель», — сказал я, осторожно убирая руку из хватки женщины. Мой взгляд переместился туда, где тело Ринии лежало в объятиях Вириона, и когда я заговорил снова, я услышал печаль в своих собственных словах. «Лидеры, которые привели вас сюда… вот кто».

За моим заявлением последовала напряженная, неподвижная тишина, по крайней мере, среди тех, кто был больше сосредоточен на мне, чем на работе, которую все еще нужно было сделать вокруг них.

«Я здесь не для того, чтобы стать центром вашей ложной надежды, заменой того источника чудес, который дали вам асуры. Черпайте силу в себе, не заставляйте других поддерживать вас». — Я сделал паузу, отводя взгляд от толпы. «С этого момента всё будет только усложняться».

Я повернулся к маме и Элли, надеясь хоть на мгновение побыть вместе, но этому не суждено было сбыться.

Мадам Астера, прихрамывая, подошла к краю помоста и прислонилась к нему рядом с моей матерью. Несмотря на то, что я дрался с ней на дуэли и сражался рядом с ней, когда она потеряла ногу, я все равно сначала увидел в ней сильно пьющую кухарку, с которой познакомился, когда война только началась.

Но выражение её лица сейчас не было выражением поварихи. «Элис, мне жаль прерывать тебя, но здесь слишком много раненых. Ты нам нужна».

Моя мать вытерла слезы, размазывая кровь по лицу, что делало ее похожей на какого-то дикого, свирепого воина. Она взглянула на меня, и я понял, что все, что нам обоим нужно было сказать, может подождать. Я был здесь, чтобы защитить её, и теперь она знала, что я жив.

На данный момент этого было достаточно.

Мать повернулась и соскользнула с помоста, направляясь сначала к Анджеле Роуз и Дердену, которые, как я понял, сидели на корточках на одной из широких каменных скамей, окружающих портал Реликтовых Гробниц. Анджела Роуз, казалось, поддерживала свою ногу, но Дерден лежал неподвижно, его глаза были открыты, но расфокусированы, по одному уху стекала струйка крови.

‘Реджис, не мог бы ты снова помочь моей маме, как бы это ни было сложно. У нее не хватит сил исцелить всех этих людей в одиночку.’

‘Всё, что я сделал, это втянул эфир в заклинание, которое вступило в реакцию с естественным живительным веществом в…’ Реджис замолчал. ‘Да, все в порядке. Но лучше бы мне получить какую-нибудь надбавку к жалованью’.

Я наблюдал, как Реджис выплыл из меня, прыгнул туда, где моя мать забралась рядом с Дерденом — заработав удивленный вопль Анжелы и мадам Астеры — и дематериализовался, переместившись в тело Дердена.

Смесь настороженности и любопытства промелькнула в глазах Элли, когда она смотрела ему вслед. Когда она отвела взгляд, ее внимание сосредоточилось на раме портала, которая снова была пуста. «Подожди, а где Сильви?» — спросила она таким тоном, который предполагал, что она уже подозревала ответ.

Я активировал свою руну измерения и вызвал яйцо. Мрак выщелачивал из него радужный блеск, и он выглядел не более чем гладкой скалой. «Она здесь».

«Подожди, что это значит?» — спросила Элли, наклоняясь, чтобы посмотреть на камень в моей руке. «С ней все в порядке? Почему она…»

Я остановил ее с улыбкой, хотя и знал, что она не коснулась моих глаз. «Позже, хорошо?»

Её рот открылся, с него готовы были сорваться новые вопросы, но она сдержалась. Твердо кивнув, она вскочила на ноги с плохо скрываемой гримасой. Её глаза перебегали от человека к человеку, от группы к группе, и мои последовали за ними.

Я не всех узнавал. Похоже, большинство из них были эльфами — выжившими, которые бежали из Эленуара во время вторжения алакрийцев, как я предположил. Тех, кого там не было, когда прибыл Алдир.

Хелен Шард, лидер «Рогов Близнецов», была без сознания, но жива.

Пока я наблюдал, Бу поднялся на лапы и покачал головой. Большой, похожий на медведя зверь маны напрягся, оглядываясь по сторонам, но когда он увидел Элли, он расслабился. Его темные глаза-бусинки переместились на меня, и я мог бы поклясться, что он прищурился. Я кивнул, радуясь, что связь моей сестры жива. Медведь на мгновение заколебался, затем кивнул в ответ.

Вирион был ближе всех, его щека лежала на голове Ринии, его руки обхватили ее, чтобы удержать её распростертое тело прямо у его груди. Он уставился в землю у моих ног, как будто избегал моего взгляда. Однако, как бы мне ни хотелось утешить его, было слишком много людей, которые нуждались в моей помощи.

Гидеон с нехарактерным выражением отчаяния на лице пытался откопать груду мелких камней в задней части комнаты. Все его тело было покрыто толстым слоем серой пыли, но сам он, казалось, не пострадал. Что означало…

Нырнув в пустой каменный прямоугольник, который был портальной рамой, я спрыгнул с помоста и вскарабкался по каменной горке, пока не оказался рядом с ним. Гидеон посмотрел на меня широко раскрытыми, налитыми кровью глазами из-под полуотросших бровей. Несмотря на свой очевидный ужас, он все же задержался достаточно надолго, чтобы внимательно осмотреть меня.

Он захрипел, выкашливая пыльный воздух. «Эм… или», — выдавил он между очередными приступами кашля.

Я осмотрел гору камней и грязи, проклиная свою неспособность чувствовать ману. «Отойди», — сказал я, выталкивая эфир из своего ядра и начиная формировать его.

Хотя эфир в промежуточном царстве, где я сражался с Таки, отреагировал на мою волю мгновенно и способами, которые я не до конца понимал, такими как формирование платформ, которые постоянно появлялись именно там, где и когда я в них нуждался, теперь, когда я вернулся в реальный мир, я чувствовал то же сопротивление, что и всегда.

Но я испытал на себе то, что было возможно.

Представив себе эту форму в своем воображении, я переместился в сторону и выпустил эфирный взрыв над поверхностью оползня, тщательно формируя взрыв, чтобы соскрести только пару верхних дюймов камня. Когда это сработало, я сделал это снова, затем в третий раз, обнажив поцарапанную поверхность каменной скамьи.

Порыв ветра взметнулся вверх, закручиваясь и вращаясь так, что оставшаяся грязь и гравий повисли в воздушной воронке над тремя скорчившимися фигурами.

Жасмин лежала на Эмили Уотскен, моей старой подруге из Академии Ксайруса и ученице Гидеона, и девушке, которую я знал только по своим видениям в «Реликвии Слежения». Все трое выглядели задохнувшимися от пыли и наполовину задохнувшимися, их лица были покрыты красными пятнами и покрыты влажной от пота пылью. Жасмин, должно быть, заслонила двух молодых женщин, когда на них обрушился потолок.

Рывком руки Жасмин отправила вращающиеся обломки с грохотом на землю, описав вокруг нас неровный круг. Она откинулась на спинку скамьи и положила голову на прохладный камень. Я был удивлен, когда ее красные глаза приоткрылись и уставились на меня. Я чуть не забыл.





Глава 382 — Вне Досягаемости




От лица Элеоноры Лейвин. Моё сердце болезненно сжалось, когда я увидела, что мой брат держит тело Фейрита. У меня неприятно защипало глаза, но слез у меня не осталось.

Альбольд, Фейрит, Риния… и сколько еще людей, имен которых я даже не знаю?

Шок от стольких противоречивых эмоций пронзил меня, заставляя чувствовать себя слабой и хрупкой. От уверенности в собственной смерти, безмолвного изумления и радости от возвращения брата… к медленно приходящему осознанию того, как много было отнято у нас за последние несколько часов.

Словно почувствовав мой дискомфорт, мама обняла меня одной рукой и притянула к себе.

Мы остались в стороне и наблюдали, как Дерден поспешил вперед, чтобы наколдовать земляные носилки для тела Фейрита. Я почувствовала укол вины, думая обо всех телах, которые мы оставили в той странной комнате, но напомнила себе, что живые сейчас важнее.

У мертвых было время ждать.

Затем мы снова двинулись в путь. Артур и Глейдеры шли впереди, и я обнаружила, что мой взгляд постоянно останавливается на спине моего брата, наблюдая за его мягкими, сильными шагами и тем, как легко он, казалось, командовал другими, даже не пытаясь. Как будто одно его присутствие успокаивало наши умы и души… или, может быть, успокаивало только меня.

Я заметила, что мама тоже наблюдает за ним, её лицо скользило между слегка нахмуренными бровями и полускрытыми улыбками.

Всего через пару минут дальше по туннелю Кёртис и Кэйтлин отделились, направляясь за всеми людьми, которые путешествовали в группе Кёртиса. Он подтвердил, что все беженцы, которые спрятались вместе с Фейритом — по меньшей мере пятьдесят человек — были мертвы. После этого мы нашли остальные выжившие группы одну за другой.

Хорнфелс и Скарн Эртборны, вели отдельные группы, но в одинаковых направлениях, и запечатали туннели позади себя, позволив созданным барьерам исчезнуть только тогда, когда они почувствовали приближение нашей группы, и Кёртис подтвердил через стены, что асура мёртв.

К тому времени, как мы добрались до главной пещеры, мы превратились в длинную извилистую реку усталых, испуганных, удивленных тем, что остались в живых людей. Вход в туннель обвалился, но Эртборны легко сдвинули его в сторону, открыв груду трупов: охранники, которые были сзади.

Артур прошел первым вместе с группой наших сильнейших магов, приказав всем остальным оставаться в туннелях.

Было так приятно видеть его рядом, наблюдать, как он снова входит в роль защитника, как будто он никогда и не уходил, но я не могла не чувствовать себя немного грустно. Видя, как другие смотрели на него, как даже члены совета, казалось, все время шли на шаг позади него, казалось, что он был передо мной, но всё же вне досягаемости.

Как будто он держал нас всех на расстоянии вытянутой руки… или, может быть, всё было наоборот. Сразу же обратившись к нему, как к какому-то сказочному спасителю, все оттолкнули его, выставив перед нами, как щит, вместо того, чтобы приветствовать его с распростертыми объятиями.

Я покачала головой, чтобы прийти в себя. У нас будет время заняться семейными вопросами, когда мы будем в безопасности.

Из устья туннеля я могла видеть, как Артур и остальные расходятся веером, внимательно осматривая обломки святилища, которое так долго было нашим домом. Это место лежало в руинах. Огромные дыры были вырезаны в потолке и стенах, гигантские валуны обрушились на деревню, сокрушая целые дома, и все было взорвано льдом и молниями.

Слева от нас послышалось движение, и какая-то фигура взобралась на более высокий выступ скалы, чтобы посмотреть вниз на всех остальных.

Я выскользнула из хватки матери и сделала несколько быстрых шагов в пещеру, перешагивая через знакомые тела, чтобы посмотреть, что происходит.

«Копьё Байрон!» — крикнул Кёртис, и его голос жутким эхом отозвался в мертвой тишине. «Вы — живы!»

Несмотря на то, что он стоял прямо и высоко, для всего мира это выглядело так, как будто Копьё было пережевано каким-то гигантским зверем маны и выплюнуто обратно. «Мне повезло, что…» Он внезапно замолчал, уставившись на группу магов. «Кто?..»

«Байрон», — сказал мой брат. Любой, кто не знал его, возможно, не почувствовал бы этого, но я могла слышать скрытое напряжение в его голосе. «Я рад знать, что я не последний из Копий…»

«Артур!» — вырвалось у Байрона, брызжа слюной.

Раненый, Копьё наполовину соскользнул, наполовину спрыгнул с обвалившейся стены, которая образовывала пандус на более высокий выступ, бросился к моему брату — чьи глаза расширились от удивления — и схватил его за плечи. У обычно стойкого Копья в глазах стояли слезы, и он недоверчиво уставился на Артура, затем наклонился вперед, прижавшись лбом к лбу Артура в знак уважения и заботы.

На вершине уступа появились еще две фигуры, и я почувствовала, как у меня отвисла челюсть.

Копья Варай и Мика выглядели совсем иначе, чем в последний раз, когда я их видела — в замке, до того, как старейшина Риния спасла нас от алакрийцев.

Копьё Варай последовала за Байроном вниз. Её длинные, белоснежные волосы были коротко подстрижены, а вместо униформы на ней были потрепанные и разрушенные серебряные доспехи. Когда Байрон, наконец, отпустил моего брата и сделал шаг в сторону, Варай встала на его место, её руки скользнули вокруг талии моего брата в мягком объятии. Одна из её рук была ледяной, темно-синей и блестела, как стекло.

Я была удивлена тем, какой маленькой она казалась рядом с Артуром. Как… нормально.

Все еще стоя на выступе наверху, Мика фыркнула. «Ты опоздал».

Гномье Копьё было тяжело ранено. Уродливая рана портила левую сторону её лица, а в глазнице, где должен был быть её глаз, поблескивал черный драгоценный камень. Она опиралась на огромный каменный молот, наблюдая за Артуром и Варай взглядом, который я не могла прочесть.

Я с тревогой осознала, что едва могу ощутить сигнатуры маны Копий. Несмотря на то, что прошло, должно быть, несколько часов с тех пор, как закончилась их битва с Таки, они всё ещё, казалось, на грани ответной реакции.

Варай отстранилась от Артура, внимательно осматривая его. «Хорошо, что ты вернулся, и, по-видимому, в последние мгновения перед катастрофой. Ты, должно быть, был тем, кого предвидела старая эльфийская провидица?»

Артур прочистил горло, выглядя смущенным. «Похоже, что так оно и есть, да, хотя я понятия не имел, во что ввяжусь». Он остановился и огляделся. «Где Айя…»

«Брат!» — сказала я, слово вырвалось почти без моего намерения.

Все повернулись, чтобы посмотреть на меня, удивленно приподняв брови или опустив их в явном раздражении, как будто я должна была знать, что плохо перебивать, когда говорят взрослые.





Глава 383 — Движение Вперёд




От лица Артура Лейвина. После нападения Алакрийцев оставалось слишком много дел. Теперь, когда святилище джиннов было раскрыто, оно больше не было безопасным. Каким-то образом, нам придется перевезти несколько сотен человек через пустыню Дарва, защищая их как от стихии, так и от алакрийцев.

Поскольку люди продолжали выходить из туннелей, руководящие личности собрались на другом берегу ручья недалеко от того места, где я сражался с силами алакрийцев. Варай взлетела через отверстия в потолке на разведку, пока остальные из нас обсуждали, каким будет следующий шаг.

«В Ксайрусе было бы больше смысла», — говорила мадам Астера. Она откинулась на спинку наколдованного кресла из мягкой земли, массируя культю ноги, сломанный протез валялся неподалеку на земле. «Мы можем рассеять тех, кто не боеспособен, по деревням вокруг южной границы Сапина. Если мы сможем добраться до Блэкбенда, генерал Артур легко доставит нас до камеры телепортации».

На лице старого солдата появилась холодная ухмылка, когда она добавила: «Тогда мы просто натравим его на силы, охраняющие город. Через ночь он будет нашим».

По поводу этой идеи было высказано несколько негромких мнений, но Хорнфелс Эртборн, быстро вмешался. «Граница Сапина в два раза дальше, чем столица Дарва, и нет никаких туннельных систем, уходящих так далеко на север. Плюс, нам придётся бросить гражданских, если нас начнут преследовать алакрийцы, после того, как мы уйдём».

«Но, конечно же, они не станут тратить свое время впустую, не так ли?» — тихо спросила Сария, член эльфийского совета. «Алакрийцы с большой вероятностью будут преследовать более крупную силу».

Мадам Астера кивнула Сарии в знак согласия, но смотрела на гномов. «Вот именно. Плюс, мы можем доверять людям Ксайруса…»

«И что, черт возьми, это значит?» — Скарн Эртборн, брат Хорнфелса, зарычал.

Хорнфелс прижал руку к груди Скарна, удерживая его. «Смысл достаточно ясен, но вы ошибаетесь, мадам Астера. Гномы…»

Тонкий, почти детский голос заставил замолчать всех остальных, когда пульс тяжелого, разочарованного намерения надавил на всех присутствующих. «Гномы пострадали от ужасного руководства и подвергались постоянной пропаганде еще до начала войны». Мика сделала паузу, её глаз из драгоценных камней сверкнул, когда она огляделась вокруг. «Но люди Дарва не жестоки и не злы, и Мика… Я знаю, что они начали видеть ложь Вритры насквозь».

Мадам Астера почтительно кивнула. «Как скажешь, Копьё. Тем не менее, мы должны услышать всех». Она посмотрела на Байрона и Хелен, которые в основном хранили молчание. Вирион настоял на том, что ему нужно кое-что поискать, и извинился перед началом собрания. «У остальных из вас есть что сказать?»

«Люди Ксайруса могут оказаться менее надежными, чем вы надеетесь», — сказал Байрон с плохо скрываемой горечью в голосе. «Если генералы Артур и Мика верят, что гномы будут работать с нами, тогда я поддерживаю Копья».

Хелен пожала плечами. «Это будет тяжёлый бой, куда бы мы ни пошли. Артур дает нам наилучшие шансы на победу, поэтому Рога Близнецов будут держаться поближе к нему».

Она посмотрела на меня со смесью яростной гордости и уважения, что напомнило мне о моем отце, и теплое стеснение поднялось от моей груди к горлу.

‘Посмотри, насколько ты стал таким мягким. То, что ты так долго был окружен своими врагами, сделало тебя…’

‘Тебе, должно быть, скучно’, — указал я своему бестелесному спутнику. ‘Иди помоги моей маме, если ты собираешься просто болтать о моих мыслях’.

‘Мда. В любом случае, лучше с ней, чем с тобой’, — подумал Реджис, мысленно фыркнув, прежде чем выпрыгнуть из меня и побежать в сторону города. При его внезапном появлении раздался хор вздохов и сдавленный вскрик Сарии, но затем все снова стихло, когда группа наблюдала, как он перепрыгивает через запруженный ручей.

Все неохотно перевели свои взгляды обратно на собрание, когда мадам Астера начала с трудом подниматься на ноги, изо всех сил стараясь скрыть хмурый взгляд. Хорнфелс взял её за руку, чтобы поддержать, и наколдовал простой каменный протез вокруг её ноги. Я был рад видеть, что, несмотря на любые разногласия, которые у них могли возникнуть по поводу нашего курса действий, они по-прежнему относились друг к другу с уважением.

«Мы должны немедленно уходить», — сказал я, многозначительно глядя на солнечный свет, все еще проникающий сквозь трещины в потолке. «Я только что застал их врасплох, но мы не хотим давать алакрийцам время перегруппироваться и снова атаковать».

«Я советую вам дать этим людям немного времени», — ответила Астера, противопоставляя моё предложение своему собственному. «И отдохнуть, и собрать то немногое, что осталось от их вещей. Нам также нужно подготовить оборонительные позиции, наметить наш путь, найти транспорт для тех, кто не может ходить.»

Я выдержал её стальной взгляд на мгновение, затем кивнул.

«Так это все?» — сказал Скарн Эртборн сосредоточившись на мне. «Просто: «Давайте все убежим в Вилдориал, встреча закончена»? Ничего о том, каким, вообще, образом ты только что отправил сотню алакрийских солдат мочиться обратно в пустыню?» Скарн вскинул руки в воздух и свирепо посмотрел на Мику. «Что, черт возьми, тогда должны делать остальные из нас, а? Если этот мальчик может сокрушать армии и асуров одинаково, какова цель даже Копий, брат? Я просто…» — Скарн внезапно остановился, сплюнул на камни и зашагал прочь.

Хорнфелс виновато пожал плечами, затем последовал за своим братом.

«Он действительно прав», — сказал Байрон, хмуро глядя на меня. В выражении его лица была сложная эмоция, что-то экзистенциальное, что просачивалось из самых глубоких корней его чувства собственного достоинства. «Как кто-нибудь из нас должен помочь тебе, Артур?»

Мика посмотрела вниз и в сторону, не встречаясь со мной взглядом. Остальные поступили наоборот, жадно вглядываясь в меня, жаждая моей защиты и надежды, которую давало им мое присутствие.

«Эта война еще не закончена», — просто сказал я. «Алакрийские солдаты — даже слуги и Косы — это не та угроза, к которой Дикатен должен быть готов». Мои губы изогнулись в кривой, невеселой улыбке. «Таки был только началом, Байрон. Сами боги теперь наши враги. И… что бы вы все ни думали, я не могу бороться с ними в одиночку».

Челюсти Байрона сжались, и дрожь пробежала по мышцам его шеи. Сквозь стиснутые зубы он сказал: «Тогда мы должны найти какой-то способ стать сильнее».

«Да». Потянувшись к своей руне измерения, я вытащил длинное копье Таки и бросил его Байрону. «Это будет началом».

Он выхватил его из воздуха, затем, казалось, понял, что держит, и чуть не выронил.

«Мне не нужно оружие, которым убили Айю», — сказал он через мгновение, поворачивая рукоятку ко мне и протягивая её, чтобы я забрал ее обратно.

«Не будь тупицей», — проворчала Мика, хотя смотрела на алое копье с неприкрытым отвращением. «Это мощное оружие, и нет лучшего способа засвидетельствовать свое почтение Айе, чем использовать его, чтобы убить ещё нескольких асуров».

Она протянула руку и щелкнула наконечником копья, издав чистый серебристый звон. Затем она двинулась вслед за своими двоюродными братьями, её отчаяние и ярость почти физически горели вокруг нее, как огненная мантия.

Кулак Байрона сжался вокруг рукояти. Просто держа оружие, Копье уже казалось более сильным, более настоящим. «Спасибо, Артур».

Я кивнул, и Байрон развернулся на каблуках и зашагал прочь, фактически положив конец тому, что осталось от нашей встречи. Сария слегка поклонилась мне, затем взяла Астеру за руку, и пара начала медленно возвращаться в город.

«Ты в порядке, малыш?»

Я поднял глаза и понял, что Хелен наблюдает за мной. «Малыш?» — спросил я, мои губы изогнулись в улыбке.

Она повторила выражение моего лица. «Я видела, как твоя мама вытирала с тебя какашки. В моей памяти ты всегда будешь ребенком».

Я потер затылок, посмеиваясь. «Ну, я думаю, это справедливо».

Мы вдвоем начали двигаться обратно к святилищу, в котором кипела деятельность, поскольку люди делали всё возможное, чтобы вернуть то, что могли, из руин. Хотя Элли хотела остаться со мной, я попросил её присмотреть за мамой, которая была измотана после стольких исцелений. Но времени на отдых еще не было.

«Знаешь, я в порядке», — сказал я, когда мы пересекали ручей, заваленный обломками. «Просто… чувствую нетерпение, я думаю. Но я рад вернуться. Быть…» Я замолчал, не уверенный, как много я мог ей сказать.

«Дома?» Хелен сказала за меня. В её тоне было живое любопытство, незаданный вопрос, скрытый в этом единственном слове.

Я кивнул, и мы пошли в тишине, в то время как шум и движение поспешных приготовлений нарастали вокруг нас.

Лодыжка мужчины подвернулась на расшатанном камне, и он споткнулся под тяжестью своего рюкзака, когда проходил мимо, но я поймал его и помог выпрямиться.

Плачущая девочка сидела на обрушившейся стене, сжимая потрепанное и разорванное чучело зверя маны, в то время как её усталая, краснолицая мать изо всех сил пыталась завернуть их вещи в старое одеяло.

Пожилая женщина отчаянно карабкалась по развалинам дома только для того, чтобы рухнуть обратно на спину со скомканным куском пергамента в руках. Она осторожно прижала газету к груди и заплакала.

«Они потеряли все. Снова», — тихо сказала Хелен. Затем она откашлялась и, прищурившись, уставилась в землю, выглядя смущенной.

Я хотел бы сделать что-то еще, но, несмотря на всю мою силу, я не мог использовать Реквием Ароа, чтобы залечить их разбитые сердца, или Шаг Бога, чтобы избавить их от горя и страха. Их жизни никогда не будут прежними, и хотя оставленные позади дыры со временем заживут, всегда будет боль потери, шрамы, напоминающие им обо всем, что у них было отнято.

«Мне жаль», — сказала Хелен, протягивая руку и хватая меня за запястье. «Давай. Мы должны воспользоваться моментом, чтобы должным образом почтить павших. Успокоившись духом, мы сможем выпрямить спины и помочь этим людям нести их бремя».

Она повела меня к дальнему краю пещеры. У меня перехватило дыхание, когда я посмотрел вниз на большую кристаллическую гробницу. Даже в тусклом свете он сиял голубым и зеленым. В его центре плавало знакомое тело. Руки Айи были скрещены на ране в животе, не совсем скрывая её. Ее глаза были закрыты, выражение лица выражало умиротворённый покой.

Несколько гробниц поменьше — простые плиты из холодного серого камня — были возведены вокруг гробницы Айи. Справа от неё была мраморная гробница, увитая виноградными лозами и яркими, неуместными цветами. На верхней части камня были вырезаны слова «Фейрит Ивсаар III». Внизу мелкими буквами было написано: «Самые важные истины прячутся в трещинах самого себя».

Я провёл пальцами по углублениям надписей, неуверенный в их значении. Хелен ходила между другими плитами, коротко прикасаясь к каждой из них. Когда она увидела, что я смотрю в ее сторону, она грустно улыбнулась. «Фейрит и Альбольд, они… ну, твоя сестра, вероятно, сможет объяснить это лучше, чем я».





Глава 384. Ветер Перемен




От лица Каэры Денуар. Солнце садилось за клубящиеся грозовые тучи над Центральным Доминионом, настроение погоды отражало моё собственное. Это были напряженные и скучные несколько дней после непонятного финала Викториады.

Высокородный Денуар, как и следовало ожидать, пришел в полную боевую готовность после «Викториады». Они немедленно отозвали меня с моего поста в Центральной Академии и устроили так, чтобы вся Кровь вернулась в наше основное поместье для общего собрания на террасе. В течение нескольких дней поместье кишело кузенами и вассалами более низкого ранга, но Корбетт и Ленора держали меня в изоляции даже от нашей собственной Крови.

Похоже, они не хотели, чтобы кто-то еще выяснил всю глубину моей связи с Греем, пока они не заложат соответствующую политическую основу.

Это меня вполне устраивало. Я не могла поговорить с Косой Серис со времен Викториады, и я ничего не слышала от Грея — не то, чтобы я что-то от него ждала, — что только приводило ко все большему количеству вопросов, ни на один из которых у меня не было ответов.

Я обнаружила, что испытываю разочарование, которого не испытывала с тех пор, как была только что пробудившейся девочкой-подростком, вынужденной скрывать силу, которой я одновременно хотела бы не обладать, но в то же время хотела исследовать и понять. Однако, до тех пор, пока я не смогла бы встретиться с Косой Серис, я не видела лучшего варианта, чем просто затаиться и потакать желаниям моих приёмных родителей.

Внезапно во дворе под моим окном появился мальчик, который бежал изо всех сил. Неподалеку за ним гнался мальчик чуть постарше, в одной руке у него вращалась праща. Рывком он выпустил снаряд, но младший мальчик нырнул вперед, перекатившись под ним. Когда он вскочил на ноги, ему потребовалось немного времени, чтобы показать язык своему преследователю, затем он исчез с другой стороны двора, а старший мальчик последовал за ним по пятам.

Я улыбнулась. Это было слабое ощущение, тяжелое на моих щеках, но мне было приятно знать, что есть кто-то, кто не обременен всем происходящим. Даже если это были только мои юные кузены, которые оба были примерно такими же умными, как среднестатистический сельский житель.

Удар грома потряс стекло моего окна всего за мгновение до того, как по нему начали барабанить тяжелые капли дождя. Мальчики начали кричать, так как они, без сомнения, промокли насквозь от внезапного потопа.

Совсем близко, едва слышно за шумом бури, зашуршала ткань.

Схватив со стола серебряную заколку для волос, я вскочила на ноги и взмахнула ею, как оружием, затем вздохнула и опустила руку.

Мой приёмный брат Лауден стоял, прислонившись к дверному косяку моей спальни. Его мускулистая фигура заполнила дверной проём смутно угрожающим образом, хотя выражение его лица было скорее удивлённым, чем враждебным.

Он откинул свои тщательно подстриженные оливковые волосы в сторону, его улыбка стала шире. «Твои чувства притупляются, сестренка. Если бы я был убийцей…»

«Тогда эта булавка была бы у тебя в глазу, и твоя кровь была бы в огне», — холодно сказала я, слегка вздернув подбородок. «И я была бы избавлена от необходимости выслушивать любые твои назидательные рассуждения. Чего ты… или, скорее, чего хотят Корбетт и Ленора?»

Лауден поднял руки в знак мира. «Нет необходимости наказывать посланника, Каэра. Твой язык острее и обжигает сильнее, чем у санскифской жабы*. Отец хотел бы, чтобы ты была готова, вот и всё. Мы встретимся в течение часа».

# Прим. Пер. — (ориг. sun-scythe toad), дословно жаба с солнечной косой, но так как это скорее всего какой-то монстр, решил оставить ему название транслитом.

Я положила булавку и прислонилась к столу. «В течение часа. Сообщение получено».

Брови Лаудена поползли вверх, но он больше ничего не сказал, повернулся и вышел из моей комнаты.

«Возможно, это хорошо, что мой брат невежественный болван», — пробормотала я себе под нос, следуя за ним к двери номера и запирая её.

В области моего живота возникло чувство вины; то, что я чувствовала, не имело никакого отношения к Лаудену, и он действительно — возможно, впервые в моей жизни — приложил искренние усилия, чтобы быть приятным мне со времен Викториады. Конечно, он также несколько раз дразнил меня по поводу моего “парня” Грея, который, как оказалось, был где-то выше уровня Косы по силе, так что, возможно, страх подстегнул его внезапно похорошевшие манеры.

Подойдя к своему туалетному столику, я села на мягкий табурет и посмотрела на себя в зеркало, мои мысли задержались на Грее.

«Где он сейчас?» — я спросила зеркало, но не получила никакого ответа, кроме моего собственного выжидающего лица, смотрящего на меня.

Викториада изменила всё для нас с Греем — может быть, даже для всей Алакрии. Это еще предстояло выяснить, что во многом и было целью встречи, к которой я должна была подготовиться. События Викториады пролили свет сквозь трещину в кажущейся непогрешимости Агроны. Его правой руке был брошен вызов и она была убита, и когда Агрона прибыл, чтобы продемонстрировать силу своего нового любимца-мага, их обоих надули, они не сумели схватить Грея, что можно было рассматривать только как ошеломляющее поражение.

Но не каждый алакриец понял бы, что произошло. И даже если бы они это сделали, большинство из них можно было бы заставить забыть об угрозе войны с другими асурами или просто продолжать подчиняться из страха перед Вритрой.

Трусы, подумала я, наблюдая, как мои губы напряглись в хмурой гримасе.

Поддавшись внезапному безрассудному порыву, я расстегнула медальон, который всегда носила на шее, и с силой положила его на туалетный столик. В зеркале просто появились мои рога, больше не скрытые иллюзорными силами медальона. Я оторвала губы от зубов и зарычала на зеркало.

Это было бы вполне уместно на сегодняшней встрече, подумала я, прежде чем позволить выражению лица исчезнуть. Лицо, оставшееся позади, было холодным, почти несчастным. Одиноким.

Я так устала скрывать, кто я такая. О том, что я изолирована от окружающих меня людей. Грей был для меня чем-то, чего у меня никогда раньше не было: равным, доверенным лицом. Другом.

Я снова представила его полный сожаления взгляд за мгновение до того, как он исчез. Он не хотел оставлять меня здесь, уверяла я себя, но…

Насколько хорошо я действительно знала его?

Вздохнув, я взяла амулет и снова застегнула его на шее. В зеркале рога исчезли в мгновение ока. Осторожно потянувшись вверх, я провела рукой по невидимым рожкам, ощущая изгибы, бороздки и заострения. Просто потому, что я их не видела, не означало, что они действительно исчезли.

С отработанной эффективностью я подготовилась к встрече. Ленора пожелала, чтобы мое лицо было накрашено, и Корбетт уже выбрал для меня платье. Они ожидали, что я буду выглядеть грациозно и элегантно, но не угрожающе. Многие высококровные наступали себе на хвост и в менее ужасных обстоятельствах, чем те, с которыми сейчас столкнулись Денуары.

И как посторонняя — приёмная кровь Вритры — вся моя жизнь была обоюдоострым лезвием для Денуаров. Как бы я ни была предметом их гордости и потенциального расширения возможностей, любой неверный шаг со мной или с моей стороны мог так же легко привести их к краху. Таким образом, меня держали на коротком поводке всю мою жизнь, которая с каждым днём становилась только туже.

Я только что закончила закалывать волосы, когда раздался легкий стук в мою дверь.

Встав, я обернула вокруг себя золотое платье, наблюдая, как свет отблескивает на голубых драгоценных камнях, которые соответствовали моим волосам, которые я собрала в слегка беспорядочный пучок и закрепила золотой с рубином заколкой, которая при необходимости могла использоваться как лезвие. Я не ожидала, что на меня нападут в моем собственном доме, но… никогда нельзя быть слишком осторожным.

Величественной походкой я пересекла комнату и открыла дверь. Несса ждала снаружи с Арианом. Несса прищелкнула языком, критикуя прищурившись на мои волосы.

Ее пальцы дрогнули, когда она сказала: «Леди Каэра, верховный лорд и леди Денуар просят вашего присутствия в гостиной».

«Конечно», — сказала я, и она повернулась и зашагала по коридору. Я последовала за ней и услышала мягкие шаги Ариана позади меня.

По пути в гостиную мы пересеклись всего с несколькими другими обитателями дома. Каждый из них прекратил то, что делал, чтобы отвесить мне неглубокий поклон, но я чувствовала, как их взгляды прожигали мне спину, как только я проходила мимо. Там было любопытство, но также и страх, разочарование и даже откровенная враждебность.

Возможно, они не знали, каковы были мои отношения с таинственным Греем, но они знали, что это был маяк, привлекающий нежелательное внимание к Высокородному Денуару. В то время как другие Крови — Высокие, Названные или другие — возбужденно сплетничали о недавних событиях, Денуары были в состоянии повышенной готовности, неуверенные, выживут ли они — мы — или нет.

Хотя я была уверена, что Денуары возложат вину на меня, на самом деле именно настойчивость Корбетта и Леноры в вовлечении высококровных в дела Косы Серис привела к этому моменту. Приглашать Грея на ужин, встречаться с ним на публике, задавать бесконечные вопросы о нем в Кардигане и Центральной академии… они пытались установить связь между собой и Греем. И они преуспели, что поставило под угрозу всю Кровь.

Не то чтобы я винила их за это. Какими бы ни были их доводы, они дали Грею шанс, даже защиту во время суда. Это почти заставило меня испугаться того, что должно было произойти. Последние несколько дней я вообще не могла понять настроение Корбетта.

Вместо того, чтобы войти в гостиную через главные двери, Несса провела нас вниз по лестнице для прислуги и через затененный альков. Корбетт, Ленора и Лауден уже были там, как и брат Корбетта, Арден. Тиген и незнакомая мне женщина — я предположила, что это одна из охранников Ардена — стояли по бокам от дверей гостиной.





Глава 385. Чистота




От лица Артура Лейвина.

‘Уф, пять часов слушать, как эти дворфы обвиняют друг друга, заставляет меня скучать по прохождению через толстую кишку мана-зверя’, — ворчал Реджис.

‘Может быть, эти встречи и не такие захватывающие, но они важны. Просто… постарайся насладиться видом’, — устало подумал я.

Зал Лордов в королевском дворце Вильдориала представлял собой удивительное зрелище. Сам зал находился внутри огромного жеода, который простирался по меньшей мере на семьдесят футов в ширину и, возможно, на сто футов от пола до потолка. Трудно было сказать, сколько именно, потому что пол был скрыт клубящимся серебристым туманом.

Длинный, вырезанный вручную стол, за которым заседала местная знать, стоял на тонком осколке кристалла, который парил без поддержки в воздухе в центре жеода. Чтобы добраться до него, нам пришлось пересечь ряд парящих камней, которые создавали своего рода дорожку.

Сам жеод переливался калейдоскопом цветов: морской, переходящий в ржавый, прорезанный фиолетовыми полосами, искрящийся желтым и белым. Когда свет менялся, цвета, казалось, прыгали и сменяли друг друга. Вместо осветительных артефактов по всему пространству с интервалами плавали вечно горящие свечи, обеспечивая постоянно мерцающий свет, который создавал впечатление, что волны цвета омывают миллион маленьких поверхностей жеода.

Я долго рассматривал его, в основном когда собравшиеся дворфы начинали тыкать пальцами или спорить о том, кто не справился с обязанностями, какие кланы заслуживают места за столом, а кто оказался предателем расы дворфов.

«При всем уважении к Копью Мике», — сказал лорд Сильвершейл, наверное, уже в седьмой раз, — «Эртборны оставались в хороших отношениях с алакрийцами в Вилдориале на протяжении всей оккупации. Им не пришлось покидать свои дома, никто из их родственников не погиб, защищая…»

«Вопиющая ложь», — ответил Карнелиан Эртборн, закатив свои черные как жук глаза. «Ещё и глупая, учитывая, что моя собственная дочь возглавляет эту проклятую войну».

Я перевел взгляд с Сильвершейла на Эртборна. Первый был старше, с волосами длиной до плеч, которые в основном поседели, и бородой, заплетенной в три косички. Карнелиан, напротив, выглядел относительно молодо. Его рыжие волосы цвета красного дерева совсем не походили на волосы Мики, но в его щеках была какая-то округлость, а в глазах светилась юность, что придавало ему тот же детский вид, что и его дочери.

«Где же был Клан Эртборнов все эти месяцы?» Лорд Сильвершейл обвел взглядом стол, но не Карнелиана, а остальных представителей знати. «Уж точно не в туннелях, сражаясь с алакрийцами и отступниками», — закончил он, скрестив руки и одарив остальных победоносной ухмылкой.

‘Ладно, ты прав’, — признал Реджис. Самое важное, похоже, позади.

Прежде чем эти двое успели продолжить спор — или, что ещё хуже, привлечь кого-нибудь из других лордов, — я встал. Хрусталь под моими ногами звякнул об окаменевшее дерево моего кресла, притягивая к себе все взгляды. Все присутствующие — столько гномьей знати, сколько мы смогли собрать за короткое время, выжившие члены совета Вириона и другие лорды — тоже поспешили встать.

«Боюсь, мне нужно время, чтобы подготовиться, прежде чем переходить к другим телепортационным воротам дальнего действия», — сказал я.

Мика облегченно вздохнула, затем, казалось, поймала себя на мысли, выпрямилась и сгладила выражение лица, сделав его более благородным. «У всех Копий, на самом деле, есть и другие обязанности, отец», — закончила она, слегка наклонив голову.

«Действительно», — сказал Карнелиан, глядя на свою дочь. «Мы слишком долго задерживали наших гостей. Пусть это заседание Собрания Владык будет прервано, чтобы вновь собраться завтра в полдень». Он стукнул костяшками пальцев по столешнице, словно судья, размахивающий молотком.

С другого конца стола Хелен поймала мой взгляд, слегка расширив его, её губы были плотно сжаты. Я точно знал, что она чувствует.

Трудно было жалеть дворфов, трудно было не сравнивать их боль и потери с эльфами. Но нельзя было отрицать, что они страдали. Сначала войны они спокойно убивали друг друга в туннелях под пустыней. Обе фракции считали друг друга глупцами и предателями рода, каждая сторона предавала то, что было в интересах всех дворфов.

Эта вражда не исчезнет за один день, и я был уверен, что мы ещё не видели всего кровопролития между дворфскими фракциями. Тем не менее, мы сделали все, что могли, за столь короткий промежуток времени.

Большинство дворфов были в восторге от того, что алакрийцев вытеснили из Вилдориала. Однако почти столько же дворфов были в ярости, когда алакрийцам позволили телепортироваться обратно в Алакрию. Даже среди Собрания Владык многие жаловались, что мы не казнили всех алакрийских солдат за их преступления. Я не мог их в этом винить.

Еще более спорным было решение позволить тем дворфам, которые были наиболее преданы алакрийцам, уйти вместе с ними. Несмотря на опасения знати, что мы только что дали Агроне больше солдат, я думаю, что вряд ли в Алакрии к ним будут относиться как к равным. Но к тому времени, когда они осознают собственную глупость, будет уже слишком поздно.

Однако к этим мужчинам и женщинам я не испытывал ни малейшего сочувствия.

Служитель открыл двери, ведущие обратно во дворец, который после всего великолепия Зала Лордов казался почти пустышкой. Гидеон прислонился к стене у входа, а четыре тяжеловооруженных и закованных в броню дворфа недоброжелательно смотрели на него.

Изобретатель оттолкнулся от стены при звуке открывающихся дверей и широко, по-мальчишески ухмыльнулся. «Наконец-то! Эти дворфы такие же тупые, как камень, в котором они живут…» Гидеон запнулся, затем прочистил горло, когда лица стражников потемнели. Я продолжал идти, и он пристроился рядом со мной. «В любом случае, я ждал тебя, мальчик. Мне нужно показать тебе несколько вещей, изобретений, над которыми я работал, пока находился под опекой алакрийцев. Есть несколько вещей, которые я действительно думаю…»

Я поднял руку, предотвращая поток информации, который должен был вылиться из Гидеона. «Я хочу увидеть это, хочу, но не сейчас, Гидеон». Лицо старого изобретателя опустилось. Скрутив кольцо из полированного черного камня со среднего пальца, я протянул его ему. Мгновение разочарования исчезло, когда он вырвал его у меня из рук. «Мне нужно, чтобы ты сосредоточился на этом».

Он поднес его к глазам и несколько раз перевернул. «Но это всего лишь кольцо измерения. Что…» Он запнулся, его широкие налитые кровью глаза перескочили с кольца на меня, а на лице появилась возбужденная ухмылка. «О, пожалуйста, скажи мне, что ты привез подарки с другого континента». Он покачивался на ногах, чуть ли не подпрыгивая. «Возможно, некоторые из их технологий?»

«Очень специфическая технология», — подтвердил я. «Выясните, как она работает, и сможем ли мы её воспроизвести. Над чем бы вы еще ни работали, это имеет приоритет».

Мы вместе вышли из дворца, Гидеон засыпал меня вопросами, на которые я отвечал как можно лучше. Он поспешил прочь от парадных ворот, направляясь в Институт Эртборнов, чтобы вскрыть кольцо измерения и начать изучение, заверив меня, что не будет ни есть, ни спать, пока не получит нужные ответы.Из парадных ворот Королевского дворца, который находился на самом высоком уровне Вильдориала, я мог видеть всю пещеру, раскинувшуюся подо мной.

Город кипел: солдаты готовили оборону против неизбежной контратаки сил Агроны, из обширной системы туннелей, окружавших город, доставляли продовольствие и материалы, находили временное жилье для сотен беженцев, которых мы привезли с собой, и все это смешивалось с повседневной деятельностью горожан.

Центр города, огромная площадь, занимавшая весь нижний уровень, стала нулевой точкой для приема сотен беженцев, в основном эльфов, которых мы привезли с собой. Даже из дворца было видно, что площадь заставлена большими столами, ящиками и палатками для раздачи свежей еды и предоставления наиболее уставшим и слабым беженцам места для отдыха в ожидании более удобного жилья.

Множество гномов тоже стояли в очереди за едой, хотя я не

мог не заметить, как мало они смешивались с эльфами. Набрав в глаза эфира, я присмотрелся к людям повнимательнее. Никто не пытался скрыть горькие косые взгляды между двумя расами, и над площадью висело ощутимое напряжение.

‘Прискорбно, но не неожиданно’, — подумал я. Эльфы видят в гномах предателей, а эти голодающие гномы видят в эльфах конкурентов за ресурсы.’Им лучше разобраться с этим’, — подхватил Реджис. ‘Они все вместе окажутся под прицелом Агроны. Или Кэзесса. Кого-то, страдающего манией величия’.

Я сделал глубокий вдох, задержал его на несколько секунд, затем медленно выпустил обратно. ‘Я знаю’.

‘Я все еще думаю, что в Реликтовых Гробницах было бы лучше’, — подумал Реджис, мысленно пожав плечами. ‘Менее сложно’.

Действительно, Реликтовые Гробницы были бы непроницаемым убежищем от асур, учитывая, что они даже не могли войти в них.

Но тогда я был бы не лучше асур, подумал я с ноткой упрека. Реликтовые Гробницы стали бы такой же клеткой, как и убежищем, а я стал бы их хозяином.’Лучше хозяин, который защищает их, чем тот, кто готов пожертвовать ими ради собственной цели’, — угрюмо подумал Реджис.

‘Полагаю, так думали и Кэзесс, и Агрона, прежде чем стали нынешними тиранами’, — опроверг я.

‘Настоящая проблема в том, что ты никак не можешь определиться’, — взволнованно ответил он. ‘Споришь с собой — и, соответственно, со мной — каждый день о том, какой способ сделать что-то «лучше». Это война. Будут последствия, и ты должен быть готов принять это, что бы ты ни делал’.

‘Я знаю’.

‘А ты?’ Реджис надавил. ‘Например, вся эта история с порталом в Алакрию. Ты хочешь уничтожить его, но не хочешь отдавать его как инструмент, но просто отключить его все еще опасно, и ты боишься того, что случится, если ты ошибешься. Находиться здесь утомительно’. Его огромная форма теневого волка выпрыгнула на дорогу рядом со мной. Он тряхнул своей гривой, отчего пламя вспыхнуло.

‘Пойду-ка я на разведку’, — проворчал он, зашагал прочь по дороге, не обращая внимания на хор удивленных и испуганных возгласов гномов, мимо которых он проходил.

Я вздохнул, глядя ему вслед, но мой разум погрузился в диссонансную пустоту, мои мысли порхали, как оборванные паутинки в темноте, нарушаемые разочарованием Реджиса, которое все еще просачивалось в меня.

Я крепко зажмурил глаза, затем открыл их и снова сосредоточился на толпе, ища маму и Элли. Через минуту я нашел их за одним из длинных столов. Мама разливала суп по мискам, а Элли раздавала куски хлеба и полные фляги с водой.

Я хотел подойти к ним. Почти так же сильно, как я хотел остаться один. Мне была невыносима мысль о всех этих людях, их глаза, устремленные в мою сторону, умоляющие и просящие…

Я не винил их. Нисколько. Я понимал. В конце концов, я уже пережил все это раньше, будучи королем Греем. Но сейчас было не время.

Вместо того чтобы спуститься по петляющей дорожке на самый нижний уровень, я повернул и двинулся по краю королевского дворца через сад, полный светящихся грибов. У дальнего края дворца, там, где тесаный камень снова сливался с грубым, естественным обрывом пещеры, в стене был вырезан арочный туннель. Из него выходили пар и тяжелый сернистый запах природного горячего источника.

Короткий туннель выходил на уступ над рядом круглых бассейнов. Вода слабо светилась голубым светом, как будто поглощая и отражая свет множества светящихся грибов и свисающих лиан, которые росли на стенах и потолке. Больше никого не было; во время нашей короткой экскурсии по королевскому дворцу Карнелиан Эртборн объяснил, что алакрийцы запретили гномам пользоваться этими бассейнами.





Глава 386 — Всплыла Вражда




От лица Алдира.

Большой зал лорда Индрата был таким же переполненным и шумным, каким я его когда-либо помнил. Присутствовали представители всех великих кланов, но лорд Тиестес привел с собой необычайно большую свиту, по численности соперничавшую даже с Индратами. Другие кланы общались с драконами и пантеонами, но не так открыто. Только слепой не заметит, как политические потрясения повлияли на обстановку в комнате.

Клан Эклейи расы левиафанов также привёл большую делегацию, и левиафаны осторожничали с Индратом и Тиестом, стараясь уделять время и внимание обоим кланам.

Это было в отличие от клана Мапеллия, главного среди расы гамадриад. Их союз с драконами был так же стар, как основание горы Геолус, и они неуклонно чтили его, задерживаясь в дискуссиях драконов, отдавая пантеонам лишь приветствия.

Титаны, с другой стороны, долгое время были друзьями пантеонов. Хотя они не проявляли никаких внешних признаков враждебности по отношению к драконам, члены клана Грандус были ближе к моему клану. Разговор между моим кланом и их кланом был открытым и доступным, в то время как несколько титанов, которые разговаривали с драконами, делали это в более формальной манере.

Присутствовало и немного сильфидов, так как беззаботным людям не нравилось подвергать себя такому напряжению. Леди Аэринд, однако, пришла сама, и те немногие из её клана, которые сопровождали её, небрежно смешались с другими кланами.

Ещё меньше было фениксов. Их антипатия к драконам была глубоко укоренившейся и медленно угасала, и клан Авигнис в основном держал своих людей подальше как от политики, так и от придворных беспорядков. После того, как их предшественники, клан Асклепий, были исключены из Великой Восьмерки, клану Авигнис было трудно восстановить доверие между фениксами и другими расами Эфеота. Лорд Авигнис и его дочери держались особняком среди разочарования и гнева воинов пантеона, тлеющих в воздухе.

Когда я осматривал большой зал, мой брат поймал мой взгляд. Кордри редко бывал при дворе, но, как тренер Таки, лорд Тиестес потребовал бы его присутствия. Смерть асуры — любого асуры, не говоря уже о воине пантеона — от рук лессера была неслыханной. Наш клан требовал ответов.

«А, генерал Алдир».

Отвернувшись от брата, я понял, что рядом со мной появился лорд Эклея. Левиафан был старейшиной своей долгоживущей расы, почти таким же старым, как лорд Индрат. В отличие от повелителя драконов, лорд Эклейя гордо носил свой возраст. Его бледная кожа была покрыта глубокими морщинами, а борозды на висках посветлели от темно-синего цвета юности до светлого, почти прозрачного оттенка. Молочно-белая пленка покрыла его некогда зеленые, как море, глаза. Однако даже из тех, у кого было несколько работающих глаз, лишь немногие могли видеть мир так ясно, как удавалось ему.

«Неприятная обстановка для приятной встречи», — продолжил он. «Я уверен, что прошло по меньшей мере сто лет. Слишком долго. Пожалуйста, позвольте мне выразить свою глубокую скорбь по поводу потери вашего клана».

Он протянул мне руку ладонью вниз. Нежно взяв его руку в свою, я наклонился и прижался лбом к холодной коже на тыльной стороне его ладони. «Благодарю вас, милорд».

Он улыбнулся, отчего морщинки вокруг глаз и рта стали глубже. «Если лорд Индрат когда-нибудь позволит тебе хоть на минуту отдохнуть от своих обязанностей, ты должен посетить наш клан, Алдир. Я полагаю, Зелина все еще питает к тебе чувства. Знаешь, она уже немного остепенилась. Не совсем та смутьянка, какой она была раньше».

Я ничего не сказал, и щека лорда Эклеи задрожала, когда он попытался подавить свое веселье. «Ну, не может быть, чтобы кланы играли в фаворитов. Полагаю, мне придется найти какого-нибудь дракона, чтобы поговорить с ним, пока не появится лорд Индрат». Он быстро подмигнул мне, повернулся и растворился в толпе.

После моего странного разговора с лордом Эклией я держался особняком, обмениваясь простыми приветствиями с несколькими высокопоставленными лицами, но в остальном делал все возможное, чтобы избежать навязывания разговора и оставаться в хвосте толпы. Во мне росло грызущее чувство вины, и оно обострялось каждый раз, когда я слышал имя Таки. Хотя у меня не было возможности узнать правду, вполне возможно, что мои действия способствовали его смерти.

Хотя я надеялся на то, что ему не удастся уничтожить Вириона Эралита и его беженцев, я никогда не думал, что он умрет в этой попытке. Он был пантеоном. Возможно, совсем юнец, но с десятилетиями продвинутой подготовки в сфере эфира. Если бы он вернулся со своей миссии, его бы приветствовали как взрослого.

Белое пламя трона лорда Индрата вспыхнуло, прервав мои мысли. Мириады голосов, наполнявших большой зал, мгновенно смолкли.

Лорд Кэзесс Индрат появился перед своим троном, пройдя сквозь пламя. Его вечно молодое лицо было совершенно бесстрастным, слегка приветливым и полностью контролируемым. Однако, когда его фиолетовые глаза скользнули по неподвижной, безмолвной толпе, в его взгляде появилась хищная напряженность.

Индрат молчал, пока тишина не достигла точки дискомфорта. «Лорды и леди. Величайшие среди великих кланов. Слишком редко мы встречаемся таким образом. Вы стоите в сердце моего дома, и я приветствую вас всех».

Все присутствующие асуры, как один, поклонились. «Славы и здоровья его величеству, лорду Индрату».

Церемониальное приветствие было грубоватым, неохотно сорвавшимся с уст моих соплеменников. Хотя я был уверен, что лорд Индрат заметил и тщательно посчитал в уме всех, кто ответил без ожидаемой энергии, его поведение не изменилось.

Как только последний асура встал, Индрат откинулся на спинку своего трона, белый огонь танцевал вокруг него, не причиняя вреда. «Я собрал вас всех здесь, потому что один из наших бойцов был утерян. Мы все понимаем, как легко ложь и дезинформация распространяются среди нашего народа, поэтому очень важно, чтобы вы знали правду об этой несчастной смерти».

Лорд Тиестес выступил вперед, но заговорил не сразу. Вместо этого он ждал, пока лорд Индрат обратится к нему.

Лорд Индрат посмотрел ему в глаза, но продолжил говорить. «По мере того, как война с кланом Вритра подкрадывается все ближе, налаживание наших отношений в Дикатене становится всё более важным. Это также была возможность для меня лично увидеть, как молодой пантеон, Таки из клана Тиестес, ведёт себя на поле боя».

Лорд Тиестес решительно шагнул вперед, встав прямо на одну линию с троном.

«Уже распространился слух, что Таки потерпел поражение в битве от лессеров», — серьезно продолжил Индрат. «В лучшем случае это нелепая ложь, порожденная страхом. В худшем случае, жестокая ложь, направленная на разрушение отношений между кланами».

«И кто бы пожелал такого?» — рявкнул лорд Тиестес, выступая вне очереди. Мои соплеменники разразились низким гулом поддержки нашего господа, и те присутствующие, кто еще не наблюдал за ним внимательно, повернулись, чтобы посмотреть.

Лицо Индрата оставалось холодным и бесстрастным, когда его внимание снова сосредоточилось на лорде Тиестесе. «Адемир. Тогда давай, говори. Ты явно больше не можешь сдерживать свои мысли».

«И я не должен этого делать, ваша светлость», — парировал лорд Тиестес.

Лорд клана Тиестес, Адемир, был высоким и худощавым, как и большинство пантеонов. Его четыре передних глаза бесстрашно смотрели на Индрата. Его длинные черные волосы были выбриты по бокам, открывая два дополнительных глаза, по одному с каждой стороны. Эти ярко-фиолетовые глаза с пугающей быстротой скользили по лицам других асуров, без сомнения, сканируя комнату в поисках поддержки.

Лорд Тиестес оказался в трудном положении. Наш клан требовал ответов и удовлетворения, но если он зайдет слишком далеко, клан Тиестес может пасть так же быстро, как клан Асклепия. Но пантеонов нелегко было запугать, и Адемиру было бы трудно отступить от угроз Кэзесса перед своими сверстниками, факт, который Кэзесс прекрасно понимал и без колебаний воспользовался бы этим. Мы были расой воинов, и мы отвечали на угрозы силой.





Глава 387 — Давно Изношенные Оковы




От лица Артура Лейвина.

Фиолетовые татуировки Сердца Мира обжигали мою кожу, когда я сосредоточился на божественной руне. Теперь, когда я снова мог видеть и ощущать ману, я чувствовал связь с физическим пространством вокруг себя так, как не чувствовал с тех пор, как проснулся в Реликтовых Гробницах.

Запах пота и озона, вид частиц маны, парящих и вылетающих из ядра Мики, звук тяжелого дыхания Байрона и даже вес моего собственного тела, давящего на землю подо мной, — все это сплелось в одну переплетенную картину ощущений.

Я сосредоточился на мане вдоль рук Мики, когда она устремилась в огромный молот, которым она размахивала обеими руками. Молоток утолщался и затвердевал, раздуваясь и становясь ещё более неестественно большим. Звук грома ударил и прокатился по пещере, и молот разлетелся вдребезги, разлетевшись на миллион похожих на ножи осколков.

Мика пригнулась под копьём молнии, когда все каменные осколки задрожали, остановились в воздухе, развернулись и понеслись обратно к её цели. Потрескивающие статические разряды дрожали в воздухе, и камни намагничивались, цепляясь друг за друга и отклоняясь от курса. Те немногие, которым удалось добраться до Байрона, разбились о его барьер маны.

Рядом со мной, за слоем прозрачного льда, который защищал нас от любых случайных заклинаний, Варай пошевелилась. Ее глаза были полузакрыты, поскольку она больше сосредоточилась на ощущении ядер двух спаррингующих Копий и силе их манипулирования маной, чем на физических аспектах их боя. «Их ядра, оба кажутся сильными. Почти восстановлены».

Я прикусил язык. Это правда, что они почти восстановили свою полную силу, но…

‘Их полная сила едва сдержала маленького асуру’, — вмешался Реджис, поднимая взгляд от того места, где он лежал в углу, не заинтересованный в спарринге.

Воздух в комнате становился тяжелым по мере увеличения силы тяжести. Замерев, Байрон напрягся под огромным весом собственного тела, которое угрожало повалить его на землю. Песок кружился вокруг него и превращался в валуны, которые немедленно летели в его сторону.

Еще один удар грома потряс тренировочную пещеру, мана, связанная с молнией, задрожала и заискрилась в моем видении, улучшенном Сердцем Мира.

Камни задрожали, но не разбились, их формы на мгновение показались какими-то неопределенными, а затем они ударили его. Вместо твердой скалы, предназначенной для сокрушения и нанесения ударов, камни разлетелись по Байрону, как грязь — или, может быть, зыбучие пески, — покрыв его с головы до ног. Ядро Мики снова загудело от высвобождения маны, и песок превратился в камень, затвердевая вокруг его тела.

Глаза Байрона расширились, а волосы на его голове встали дыбом.

Плащ из молний обвился вокруг него, и раскат грома сотряс камень, заставив его разлететься на части, прежде чем он успел полностью затвердеть.

Молния распространилась, как паутина, по полу вокруг его ног, создавая множество отдельных разрядов, которые вырывались из земли, чтобы разрушить куски камня, которые Мика пыталась контролировать, включая молот, снова формирующийся в её руке.

Электрические токи, видимые как потоки ярко-желтой маны, пробежали по руке Мики, заставив её кулак дрожать и сжаться вокруг молота. Её глаза расширились, когда её мышцы были быстро парализованы перегрузкой электрической энергии. Но даже когда она внезапно изменила гравитацию и отправила Байрона в полет к потолку, этого было недостаточно, чтобы разрушить его чары.

При активном “Импульсе Грома” Байрон смог отреагировать с почти мгновенной точностью. Он развернулся в воздухе, стабилизировал себя так, что завис вверх ногами, и активировал паутину молний, горящую по полу.

Каждый отдельный сгусток электрической энергии образовал небольшую молнию и ударил в кажущемся случайным направлении, рикошетом отражаясь от стен и потолка, создавая хаотический водоворот молний, заполняющих пещеру.

Мана чувствовалась так близко, как будто я почти мог коснуться её. Мышечная память всё ещё была на месте, и она дергалась, когда я наблюдал за боем, как однорукий солдат, пытающийся поднять отсутствующую руку, чтобы отразить удар.

Вздохнув, я взглянул на сотворенную Варай ледяную руку. Тонкий, но постоянный поток ненормальной маны ледяного атрибута стекал из её ядра в руку, сохраняя её форму. Если она могла использовать ману, чтобы воспроизвести эффект физической руки, был ли способ, которым я тоже мог бы воспроизвести то, что я потерял?

Поднялась дымка мелкого песка, заполнившая пещеру, поглощая электричество и сводя на нет заклинание Байрона. Во второй руке Мики рос новый молоток, на этот раз сделанный из тусклого железа. Мана молнии, парализующая её мышцы, была вытянута из нее в металлический молот. Волосы Байрона распустились, сигнализируя об окончании заклинания Импульса Грома, как раз в тот момент, когда Мика швырнула в Байрона наполненный молнией кусок железа. В то же время гравитация снова изменилась, и на этот раз его отбросило назад к ближайшей стене.

Я сосредоточился на том, как атмосферный эфир реагировал — или не реагировал — на ману. Казалось, он полностью игнорировал ману, в то же время всегда вписываясь в пространство, не занятое маной. Это не было ни уклонением, ни формированием маны, на самом деле нет. Правильнее было бы думать о двух силах как о формирующих друг друга, подобно горному потоку, вытекающему из берегов после того, как они образовались в результате эрозии.

Однако, как и метафора с водой и чашей, эта идея не смогла должным образом объяснить взаимосвязь между этими двумя силами.

Прижатый к стене, Байрон не смог вовремя среагировать, чтобы избежать наэлектризованного металлического молотка Мики. Она врезалась в него, и он исчез в облаке пыли и обломков.

Видимые частицы маны исчезли, когда моя концентрация на Сердце Мира иссякла.

«Байрон?» — сказала Варай, выходя из-за защитного слоя прозрачного льда.

Из пыли донесся сухой кашель, затем появился слегка сгорбленный силуэт Байрона. Он выпрямился и хрустнул шеей, когда вышел обратно на открытое место. Позади него пыль рассеялась, открыв дыру в стене пещеры глубиной в несколько футов. «Хорошо сражаешься, Копьё Мика. Я чувствую себя почти выздоровевшим. Ты, кажется, тоже».

Мика согнула руку, в которой все еще держала свой огромный молот. «Да, Мика действительно чувствует себя намного лучше».

Копья были напряжены до предела во время их боя с Таки, с ранами, которые оставят след на всю оставшуюся жизнь. Хотя струпья вокруг глаза Мики уже отпали, обнажив под ними блестящие шрамы, сам глаз никогда не заживет.

Рука Варай из волшебного льда и камень оникс, теперь установленный в глазнице Мики, останутся с ними как суровые напоминания о то, как близко они были к смерти, но для меня они были чем-то совершенно другим.

Остальные четыре Копья вместе взятые не смогли победить Таки. Айя пожертвовала своей жизнью только для того, чтобы замедлить его. А Таки был всего лишь мальчиком по асурским стандартам. Как я мог ожидать, что они выстоят против таких, как Алдир или Кордри, не говоря уже о Кэзессе и Агроне?

Правда заключалась в том, что мы готовились к войне против божеств, но мы уже проиграли войну против людей, и наши самые могущественные маги не только не выросли в силе, но и достигли предела.

‘Есть еще Судьба’, — напомнил мне Реджис. ‘Может быть, им не пришлось бы сражаться, если бы мы вернулись в Реликтовые Гробницы’.

Или к тому времени, когда мы вернемся, возможно, не останется мира, который нужно было бы спасать, подумал я, чувствуя, как темная меланхолия подкрадывается, чтобы овладеть моим настроением.

Вместо этого я повернулся обратно к Копьям и заставил себя улыбнуться. «Итак, Байрон, как Мика умудрилась победить тебя только с одним глазом?»

На лице Байрона промелькнуло хмурое выражение, но оно быстро превратилось в кривую усмешку, когда он заметил выражение моего лица. «Ну, ты же знаешь, какой раздражительной она становится, когда ты не даёшь ей выиграть».

Мика топнула ногой и скрестила руки на груди, отчего стала выглядеть еще более по-детски, чем когда-либо. «Ты позволил мне победить, не так ли? Может быть, если бы ты был более разносторонним, Бай, ты бы не оказался закопанным на десять футов в стену».

Я усмехнулся и почувствовал, как кислость покидает меня. Даже одна сторона губ Варай изогнулась в чем-то, что было почти похоже на улыбку.

«Мне любопытно, однако, что ты делал с усиками молнии, пока находился под воздействием “Импульса Грома”?» — я спросил. «Я не мог уследить за микродвижениями, в то время как твои реакции были такими быстрыми».

Голова Байрона слегка повернулась в сторону, когда он с удивлением посмотрел на меня. «Ты заметил? Но как? Я…» — он оборвал себя с недоверчивым смехом. «Неважно, ничто из того, что ты делаешь, меня больше не удивляет. Что касается твоего вопроса, я могу расширить свои чувства с помощью маны атрибута молнии, когда разыгрываю “Импульс Грома”».

«Значит, ты даже улучшил моё заклинание. Впечатляет».

Мика фыркнула. «Если ты собираешься стать пони с одним трюком, лучше, чтобы это был хороший трюк».

«Возможно, твоя голова стала слишком большой для твоего маленького тела», — сказал Байрон, сгибая руки и заставляя электричество прыгать между пальцами. «Я думаю, что матч-реванш необходим».

«На самом деле», — вмешалась Варай, подняв на меня брови, — «я надеялась, что Артур согласится на бой со мной. Прошло очень много времени с тех пор, как мы спарринговались. Я знаю, что говорю от имени всех нас троих, когда говорю, что мы хотели бы поближе познакомиться с твоими возможностями».

Я подумал об этом, потом покачал головой. Хотя я знал, что мне нужно как-то помочь Копьям стать сильнее, я не думал, что спарринг — это правильный путь. «На самом деле, я как раз собирался отлучиться. Я ждал от Гидеона кое-чего, и я хотел бы проверить его успехи».

«Понятно», — ответила она. «Полагаю, мне следует посоветоваться с лордами Эртборном и Сильвершейлом относительно изменений в обороне, которые они вносят в город». Я почувствовал почти скрытую нерешительность в голосе Варай. Когда я криво улыбнулся ей, она вздохнула. «Их препирательства утомительны».





Глава 388. Оборона Вилдориала От лица Варай Аурей.




Земля двигалась и вращалась на карте битвы под тщательным контролем трех магов-дворфов, работающих сообща. Трехмерная схема в деталях показывала туннели и точки выхода в Вилдориале и вокруг него, образ которого сохранился в умах тактиков дворфов. За короткое время, прошедшее с момента нашего прибытия и изгнания алакрийских сил, большинство туннелей уже были перенаправлены или перекрыты, изолировав столицу Дарва от более крупной подземной сети, которая соединяла её с другими городами дворфов.

«Только несколько туннелей остаются открытыми к северу от города, здесь». Корнелиан Эртборн, отец Мики, указал на секцию небольших туннелей, которые соединялись с несколькими гораздо более крупными системами. «Но они будут закрыты в ближайшие пару часов. Все горнодобывающие и сельскохозяйственные работы за пределами города были остановлены, и все гражданские лица были эвакуированы в город».

«Быстрая сработано», — одобрительно сказала я. «А городские ворота?» — спросила я, поворачиваясь к Даглуну Сильвершейлу, которому было поручено руководить работами в самой большой пещере.

«Город запечатан крепче, чем сфинктер каменного червя», — подтвердил он, мрачно кивая. «И Королевский дворец был открыт, чтобы обеспечить приют, по крайней мере, для нескольких тысяч».

Я прикусила язык. Это было частью плана, с которым я не соглашалась, но лорды дворфов настояли на том, чтобы дворфы самого высокого ранга — другими словами, они сами — и их семьи были эвакуированы в Королевский дворец Грейсандеров. Сам Корнелиан выманил у Мики обещание, что она будет охранять поместье.

Несмотря на эту досадную трату ресурсов, я была вынуждена признать, что Копья не были “ответственны” за дворфов и не имели права, кроме того, что предоставлялось нашей силой и доблестью, отдавать приказы или делать заявления. Мы уже договорились, что Копья не будут отбирать контроль у лордов в результате какого-то авторитарного военного переворота.

Уже было достаточно столкновений, и нам нужно было сосредоточиться на алакрийцах. Народу дворфов предстояло много переосмыслить, когда эта война закончится. Снова и снова их лидеры подводили их. Если бы люди хотели, чтобы Копья помогли исправить это после войны, я была бы более чем счастлива согласиться, но нам нужно было пережить надвигающуюся бурю, прежде чем мы сможем начать наводить порядок в нашем собственном доме.

Однако я не пыталась скрыть своего презрения к их плану, когда встретилась взглядом с лордом Сильвершейлом. «А как проходит укрепление других городских сооружений, как я просила?»

Он прочистил горло. «Продолжается, Копье».

Корнелиан вошел с мрачной улыбкой. «Отряд магов из Гильдии Землеройщиков может быть переведен из туннелей в город для укрепления укреплений».

Сильвершейл подергал себя за косички бороды, и у него был такой вид, словно он хотел поспорить, но в конце концов, похоже, передумал, слегка сдувшись. «Да, нам бы не помешала помощь».

Если алакрийцы нападут на город, им придется пробиваться внутрь с помощью взрыва. Это подвергло бы опасности многих гномов, чьи дома были встроены в стены пещеры, а камни, сброшенные с потолка пещеры, к тому времени, когда они достигнут нижних уровней, будут иметь скорость камней из катапульты, легко разрушая незащищенные сооружения. Простого указания людям укрыться на месте было недостаточно. Не совсем.

«Никто не знает, сколько времени нам придется готовиться», — напомнила я двум лордам. «Мы укусили алакрийцев за руку, но где-то эта рука сжимается в кулак, чтобы нанести ответный удар».

Как будто призванный в реальность весом моих слов, зловещий грохот потряс фундамент Института Эртборнов, посылая дрожь через подошвы моих ботинок.

Корнелиан бросился к двери комнаты и выглянул в коридор. По зданию эхом разносились испуганные голоса. Трехмерная карта снова рассыпалась в пыль, когда маги обратились к своим лордам за указаниями.

«Оборонительные позиции», — немедленно сказала я. «Отправь отряд магов в те северные туннели, чтобы закончить их перекрытие».

«Они окажутся прямо на линии огня, если алакрийцы придут с севера», — сказал Корнелиан, его тон был нерешительным и слегка вопросительным, как будто он просил подтверждения.

«И наша оборона будет прорвана еще до начала битвы, если эти туннели не будут запечатаны», — ответила я, полностью понимая риски. Едва ли это был первый раз, когда я посылала солдат на то, что вполне могло стать их смертью. «И поднимите тревогу. Люди должны искать убежища везде, где только могут».

Подождав ровно столько, чтобы увидеть понимающие кивки двух лордов, я развернулась и вылетела из комнаты, по ряду квадратных туннелей, а затем через парадные ворота Института Эртборнов

Мика взлетела с какого-то нижнего уровня, черный камень в её глазнице придавал ей угрожающий вид, когда она смотрела сквозь каменные стены в направлении грохота. «Кто-то открывает заблокированные туннели… или пытается это сделать. Должно быть, они привели в действие одну из ловушек в каменных оболочках».

Неудивительно, что дворфы были весьма искусны в сокрытии всевозможных хитроумных ловушек в туннелях своего дома. Даже если бы в войсках алакрийцев были дворфы, им было бы трудно пробиться грубой силой через многочисленные препятствия, воздвигнутые вилдорианцами вокруг города.

Приближение мощной ауры заставило нас с Микой одновременно обернуться, но это был всего лишь Артур, появившийся из ворот Института Эртборнов. Когда он целеустремленно шагал к нам, я не могла не смотреть на него, мои глаза медленно путешествовали по его чертам, пока я снова пыталась сравнить этого человека с шестнадцатилетним мальчиком, которым он когда-то был.

Его пшенично-светлые волосы развевались от скорости его собственных движений, свисая вокруг лица, которое можно было бы высечь из камня, любая юношеская мягкость была стерта испытаниями этой войны. Но самым поразительным были его глаза. Эти золотые глаза горели, как солнце, его взгляд нес в себе физическое тепло, грубую и неопределимую силу, всякий раз, когда он падал на меня. Его внезапное присутствие вызывало появление мурашек на тыльной стороне моих рук и шеи, неприятно напомнив мне о том, что я чувствовала в присутствии генерала Алдира.

Маленькая. Несущественная. Без цели.

«Какова ситуация?» — спросил Артур, останавливаясь рядом со мной.

Я мысленно встряхнула себя, прежде чем ответить. «Движение в туннелях. От разведчиков пока нет вестей, но некоторые из наших ловушек сработали. Алакрийцы приближаются».

«Тогда давайте приготовимся к ним», — ответил Артур непоколебимым тоном.

***

После торопливой подготовки, Вилдориал погрузился в напряженную, дрожащую тишину. Я убедилась, что силы обороны выдвигаются на позиции в соответствии с указаниями, затем отступила к отдаленному изгибу шоссе, которое окружало город, чтобы я могла видеть всю пещеру сразу. Наблюдала. Ждала. Но не было никаких признаков алакрийцев. Ещё нет.

Приближающийся сигнал маны привлек мой взгляд вверх, и я увидела, как Мика пролетела через открытое пространство, чтобы приземлиться рядом со мной.

«Лорды и их семьи, а также несколько избранных… важных жителей были благополучно доставлены в Королевский дворец», — сказала Мика, её щеки покраснели от явного смущения. «Мика… Я имею в виду, я буду, эм, охранять дворец. Тебе что-нибудь нужно, прежде чем я…?»

Я покачала головой, стараясь не вымещать на ней свое раздражение. «Силы дворфов были размещены вокруг города в наиболее вероятных точках входа, если алакрийцы достигнут города. Байрон и я будем чередоваться между этими силами».

«Разведывательный отряд вернулся?»

Я снова покачала головой. Мы послали дюжину элитных магов, все очень способные к манипулированию атрибутами земли, в восточные туннели, чтобы исследовать источник первоначального возмущения, но они отсутствовали уже несколько часов.

Как будто почувствовав наше замешательство, воздух загудел, и появился Байрон, летящий на большой скорости. Облако пыли поднялось с земли от силы его приземления. «Горстка магов только что вернулась из северных туннелей», — сказал он, прежде чем пыль рассеялась. «Меньше четверти магов, посланных закрыть туннели».

«Что случилось?» — сказала Мика, от её волнения камни у меня под ногами задрожали.

«Они утверждают, что на них напали тени», — сказал Байрон низким голосом, в котором прорезались нотки суеверия. «А потом трупы их собственных товарищей».

Это заявление было встречено минутой молчания.

Затем: «Ты, блядь, издеваешься надо мной?»

«Какая магия могла сотворить такое?» — спросила я, игнорируя нецензурную брань Мики.

«Я никогда не сталкивался с таким раньше», — зловеще сказал Байрон.

Я сжала свой ледяной кулак и позволила успокаивающей мане течь через меня, охлаждая мои нервы. «Удалось ли им перекрыть туннели перед нападением?»

Байрон взмыл в воздух, порыв ветра пробежал по нему рябью, когда электричество пробежало дугой по его броне. «Они это сделали, хотя и не так тщательно, как следовало бы. Он может не выдержать, особенно если враг уже там».

«Байрон, проследи, чтобы чары были на месте над последними двумя входами. Мика, к своим обязанностям».

Оба других Копья мрачно посмотрели на меня, а затем ушли, оставив меня в покое. Дворфы бегали внизу, как муравьи, спеша в любое безопасное убежище, которое они могли найти. Большинство эльфийских беженцев были доставлены в Институт Эртборнов, в то время как наши сильнейшие маги — Глэйдеры, Рога Близнецов и выжившие стражники — присоединились к защите всей пещеры.

Я неохотно гадала, где скрывается Вирион. Он отсутствовал на большинстве подготовительных встреч, и я вообще не видела его в последний день. Хотя моя клятва на крови была дана Глэйдерам, Вирион был нашим командиром на пике войны, и я испытывала большое уважение к этому человеку. Наблюдение за тем, как он исчезает, вызвало медленную, ледяную боль, с которой я не была готова справиться в данный момент.

Вспышка фиолетового света прорезала мои мысли, и я сделала быстрый шаг назад, прежде чем поняла, что это был Артур. «Я никогда не привыкну к этому», — пробормотала я, огорченная.

На мужественном лице Артура появилась легкая хмурость. «Вы не видели мою мать или сестру?» — спросил он без предисловий. «Их нет с беженцами в Институте Эртборнов». Затем, выглядя немного смущенным, потирая затылок, он добавил: «Я просто хотел убедиться, что они в безопасном месте, прежде чем…»

«Тебе не нужно объясняться передо мной», — сказала я, избавляя его от дальнейших объяснений. «И да, чтобы успокоить тебя, я видела, как твоя сестра и медведь вели твою мать на самый высокий уровень ранее, к Королевскому дворцу. И» — крошечная ухмылка невольно появилась на моих губах, — «возможно, я подслушала, как Элеонора спорила с Элис о том, что дворец был бы самым безопасным местом для нее, учитывая, что его будет охранять Копьё Мика».

Суровое выражение лица Артура смягчилось, и он вздохнул с облегчением. «О. Хорошо. Я… волновался, что она может снова убежать в бой».

Я прочистила горло, затем снова обратила свое внимание на движение внизу. «Я ненавижу это ожидание».

Артур одарил меня ухмылкой, которая очень напомнила мне мальчика, которым он когда-то был. «Может быть, невозмутимый генерал Варай слегка взволнована?»

Я рассмеялась, застигнутая врасплох его поддразниванием. «Нет. В конце концов, у нас есть могущественноё Копье Годспелл, способное защитить нас».

Улыбка Артура дрогнула, сменившись чем-то более кривым и, как мне показалось, даже немного горьким. «Титул, который я не уверен, что когда-либо заслужил, Копьё Зеро».





Глава 389. Свет и Тьма. От лица Артура Лейвина.




Живя с этим постоянным страхом, что не смогу защитить своих близких… Я почти забыл, что это такое. В Алакрии, мои сражения были совершенно далекими, проходящими отдельно от моих друзей и семьи. На кону всегда была только моя собственная жизнь или, в худшем случае, жизни незнакомцев и людей, которых я, большую часть своего непреднамеренного пребывания там, считал врагами.

Теперь, когда я, ушел от Варай Шагом Бога, я не мог перестать думать о потенциальном количестве жертв полномасштабного нападения на Вилдориал. Люди здесь были уставшими и напуганными, Копья только недавно оправились от почти смертельного поединка, а наши самые могущественные воины, такие маги, как Кёртис, Кэйтлин и Рога Близнецы, не могли противостоять даже слугам, не говоря уже о Косах.

Еще один Шаг Бога привел меня с окраины города на два уровня вниз, где ряд арочных ворот открывался в длинный прямой туннель, достаточно широкий, чтобы тридцать гномов могли пройти в ряд.

Миазмы жестокого, животного намерения убить исходили из комнаты портала впереди, специально выражаемые, чтобы громко заявить о своем присутствии. Я зажег Сердце Мира, и пять различных сигнатур маны стали четкими, каждая из которых горела с тошнотворной интенсивностью, которую я опознал как испорченную девиантную ману, используемую Вритрой.

Поколебавшись, я оглянулся через плечо на самый высокий уровень, где моя сестра и мать были укрыты с тысячей дворфских дворян. Королевский дворец был слишком близко.

‘Это определенно кажется мне немного подозрительным’, — подумал Реджис, разделяя ту же нервозность, которая ускорила мое сердцебиение.

Я шагнул в одну из арок, ведущих к портальной комнате, положив руку на холодную каменную колонну. Конечно. В конце концов, это ловушка. Даже если бы я победил какого бы то ни было врага, который излучал такое ужасное намерение убить передо мной, все равно были враги позади меня, о которых нужно было позаботиться. Я не могу быть уверен, смогут ли Копья удержать оборону, если это займёт у меня слишком много времени…

Столб хрустнул в моем кулаке, из которого вылетела розоватая пыль и каменные осколки. Но разве у нас есть другой выбор?

Швырнув осколки на землю, я сделал шаг вперед. А потом еще один. И с каждым осторожным шагом я отодвигал по одному вопросу и источнику беспокойства. Самый верный способ защитить тех, кто мне небезразличен, — это сделать любой бой как можно более быстрым и решительным, и для этого я не мог быть скован собственной неуверенностью.

В конце туннеля был ещё один набор арочных тоннелей, вырезанных из какого-то светло-красного камня. Они открывались в огромную пустую пещеру, которая окружала портал высотой девять метров и шириной пятнадцать, который обеспечивал достаточно места для размещения небольшой армии в случае необходимости. Колонны из серого и красного камня поддерживали ряд балконов, которые окружали пещеру на высоте девяти метров.

Комната была освещена естественным свечением все еще активного портала.

Мой взгляд быстро переместился с непрозрачного экрана портала из волнистой энергии на четыре, истекающих кровью, трупа дворфов перед ним, их тела были пронзены черными металлическими шипами, а затем на пять фигур, распределённых по всей комнате.

Внутри меня Реджис дрожал от смеси предвкушения и нервной энергии. Я почувствовал, как воспоминания Уто непрошено всплывают в сознании Реджиса и перетекают в мои собственные. Я видел сыновей и дочерей василисков, последовавших за Агроной из Эфеота, взаимодействие асурской и человеческой магии, отлаженное на протяжении ста поколений. Я знал, что это за существа. Виндсом рассказывал мне о них давным-давно.

«Фантомы», — подумал Реджис, давая имя скрытым полукровным солдатам Агроны.

«Вы, должно быть, мой приветственный комитет», — коротко сказал я, рассматривая каждую фигуру.

Впереди был высокий широкоплечий мужчина. Ниспадающие пряди землянисто-каштановых волос ниспадали вокруг толстых, закрученных штопором рогов, которые торчали на несколько дюймов от макушки его головы. Он носил красную кольчугу под черными, наполовину пластинчатыми доспехами, которые светились защитными рунами.

Его пренебрежительный взгляд встретился с моим. «Мы здесь для того, чтобы устранить угрозу, а не заниматься бессмысленным трёпом».

«Да ладно, Ричмал, нам почти никогда не удаётся повеселиться», — сказал один из парней, накручивая на голову толстые светлые косы и глядя на меня голодными глазами. «Если это правда, что этот человек убил Каделла, мы должны немного повеселиться с ним, прежде чем отпустить его в забвение смерти». Как и у Ричмала, у этого второго человека также были кроваво-красные глаза и ониксовые рога. Они изгибались и спускались по бокам головы, снова почти соприкасаясь под подбородком.

Пока они говорили, воспоминания Уто от Реджиса продолжали пульсировать по ментальной связи, которую мы разделяли. Я увидел искаженную, полузабытую мысль о человеке по имени Ричмал, стоящем над изможденным, пепельно-серым трупом женщины с блестящими белокурыми волосами, из которых торчали два слегка изогнутых черных рога — дракон, я был уверен в этом.

Ее золотые глаза безжизненно смотрели на Ричмала, когда Фантом наклонился и вырвал один из её рогов из головы. Звук его разрыва вызвал во мне психическую дрожь, от которой у меня сильно скрутило живот.

С острым чувством срочности я потянулся к нити эфира, которая всегда связывала меня с реликтовой бронёй джинна. Черные чешуйки появились на моем теле. В этом была успокаивающая тяжесть и прохлада, когда броня обернулась вокруг меня, и я почувствовал набухание эфира, когда его ограниченное количество в атмосфере притянулось ко мне.

«Ах, я думаю, он хочет стать одним из нас!» — протянул насыщенный женский голос. «Только посмотрите на его маленькие рожки!». Говорившая была женщиной с мраморной кожей в тяжелых черных пластинчатых доспехах. Только ее лицо и голова были открыты, демонстрируя ее короткие ярко-синие волосы, которые были уложены в виде шипов вокруг её гребневидных рогов. Поперек её алых глаз были вытатуированы рунические молнии. Ульрика, я знал, её имя проявлялось из неконтролируемого потока сознания Реджиса.

«Каделл, должно быть, подсел на бузинный нектар, раз позволил этому тощему лессеру одолеть себя».

Хриплый голос, как жуки, выползал из тени и проникал в мои уши, заставляя волосы на затылке вставать дыбом. Я заметил Фантома, чья мантия была темной от следов ожогов, капюшон которой был наполовину натянут на его лысую голову. Два похожих на кинжалы рога торчали у него изо лба. Блейз. Ярко-красный цвет его глаз прерывался темными пятнами, которые, казалось, плавали по их поверхности, соответствуя более темным пепельно-серым пятнам, которые портили его холодную мраморную кожу.

Рядом с ним, пятая алакрийка была наполовину скрыта живыми тенями. Я уловил проблески угольно-черных волос, свернувшихся в рога на её макушке, и темные, цвета бычьей крови глаза, окруженные серо-черной кожей. Валеска.

«Хватит», — приказал Ричмал, глубокий баритон которого заглушал все остальные голоса. «Вы унижаете себя». Свернутая в спираль плеть темно-зеленой вонючей жидкости задрожала в его кулаке, и он встретился со мной взглядом. «Мы больше не будем впустую тратить на тебя время, лессер».

В тот же момент я активировал Шаг Бога. Комната изменилась в аметистовой вспышке, и я появился рядом с Ричмалом, позади него. «Как хочешь», — сказал я, вызывая эфирный меч и отбрасывая его назад.

Комната взорвалась хаосом.

Черные, железные шипы вылетели из земли, чтобы отразить мой клинок, и порыв черного ветра, казалось, окутал Ричмала. Я почувствовал удар эфирного клинка, а затем ветер перенёс мою цель. Мгновение спустя он появился в другом конце комнаты, его доспехи были разорваны, а из раны в боку сочилась кровь.

Они были быстры и работали вместе с безупречной эффективностью. Я не мог позволить себе сдерживаться против них.

Реджис, клинок.

Мана сгустилась в пыли и тенях, парящих в воздухе, и кольцо черных железных шипов появилось из ничего, чтобы вонзиться в мое лицо и ядро. Используя Сердце Мира, чтобы почувствовать формирование атаки, я уклонился, развернулся и нырнул под шипы, рубя те, от которых я не мог увернуться.

Призрак, созданный из черного пламени, потянулся ко мне, когти огня души царапнули по моей броне. Мой меч развернулся, метнувшись к горлу призрака. Как раз перед тем, как он соприкоснулся, Реджис дотянулся до меча, и тонкое аметистовое лезвие вспыхнуло темно-фиолетовым огнем.

Разрушение поглотило Призрака, не оставив после себя ничего, даже остатков маны.

Все пятеро противников двигались, применяя заклинания. Щиты черного ветра и огня души двигались вместе с ними, превращая комнату в ад.

Двойные потоки черного огня и вялой, пузырящейся жижи брызнули на меня с разных сторон. Я прыгнул вверх, ухватившись за перила балкона, и вскарабкался на них. Металл искривился, разрываясь на части под силой моего движения, когда я использовал Взрывной Шаг, снова отступая, затем он зашипел и растаял, когда облако огня души погналось за мной.

Комната превратилась в темное пятно, когда я почти мгновенно приблизился к своей следующей цели, синеволосому Фантому, Ульрике. У меня было всего мгновение, чтобы удивиться, когда её алые глаза последовали за мной, её щит поднялся, чтобы блокировать мой удар, в то время как её копье опустилось в позицию, чтобы поймать мой импульс и использовать его против меня.





Глава 390. Апатия и Экстаз. От лица Артура Лейвина.




Сцена вокруг меня, казалось, застыла во времени.

Лицо Ричмала было отрешённым, он сосредоточился на своей магии, которая разрушалась, наблюдая за этим с изумлением. Рядом с ним Ульрика, с моей точки зрения, пылала внутренним светом, из нее вытекало все больше и больше маны, электрическая сеть становилась ярче, пропорционально её усилиям. Ее алые глаза избегали меня, когда она сосредоточилась на своем заклинании, она стиснула челюсти, её зубы заскрежетали.

Позади них Ифиок совсем поник, пот струился по его лицу, остатки его руки безвольно свисали вдоль тела, его мана утекала в никуда.

Валеска отступала по туннелю в сторону Вилдориала, где Блейз возился с варп-телепортом. Знакомое устройство в форме наковальни гудело, собирая и конденсируя ману.

Я все еще не оправился от своего открытия взаимодействия эфира и маны. Несмотря на то, что я все еще не до конца понимал, на что способно Сердце Мира, у меня не было времени сомневаться в том, что я делаю. Потребовалось огромное усилие, чтобы просто поднять одну ногу и поставить её перед другой. Оставалось еще разобраться с пятью Фантомами-полувритрами, и я чувствовал, как жизненная сила Реджиса слабеет с каждым мгновением.

# Прим. Пер. — по ряду причин было решено переименовать «Призраков» в «Фантомов», пишу это для тех, кто уже привык к старому названию

Двигающееся поле шипов и сине-черных молний смещалось, когда я двигался, уклоняясь в сторону, когда я проходил мимо, мой эфир удерживал и перенаправлял ману, составляющую различные заклинания. Сила моей воли была сопоставима с силой трех противостоящих магов. Я должен был поддерживать более сильную власть над эфиром, чем они могли использовать для своей маны, но было и что-то еще, какое-то сопротивление со стороны эфира, которого я еще не понимал.

Пройдя совсем небольшое расстояние до Реджиса, я лишился нечеловеческой выносливости и силы моего асурского телосложения, и к тому времени, когда я добрался до клетки молнии, мои ноги дрожали. Я развеял лужу кислотного осадка, который вновь собрался вместе, а затем просочился между трещинами в гранитных плитках и исчез.

Ричмал ахнул и сделал глубокий, отчаянный вдох, как будто все это время сдерживал его. «Валеска! Уходи, сейчас же!» — рявкнул он грубым голосом.

Выпустив эфир из своего ядра, я манипулировал им вокруг заклинания Ульрики, еще раз ища метафорический занавес, разделяющий две силы. Это было точно так же, как в камне-ключе, когда я тренировался с Элли. Я должен был позволить своему разуму переориентироваться, изменить свою точку зрения. Три Шага когда-то сказала мне нечто очень похожее, и даже уроки Кордри требовали, чтобы я по-другому воспринимал движение и взаимодействие наших тел.

Возможно, именно к этому сводятся все знания: новые переживания, которые немного меняют точку зрения, открывая больше мира, который всегда был там, но который мы не могли заметить.

У меня перехватило дыхание, а разум заколебался, и я заставил себя вернуться на землю. Десятки ядовитых кислотных дротиков со свистом рассекали воздух в мою сторону.

Моя рука поднялась слишком медленно, моя ментальная сила была исчерпана. Дротики разлетелись, их траектория изменилась, когда они окружили меня с обеих сторон, и я выдохнул, одновременно полный удивления и усталости. Я мог чувствовать, где взаимодействует каждая частица маны и эфира, как эфир захватывает ману и перенаправляет её, создавая мгновенную симпатическую связь двух сил.

Но я также использовал всю силу всей этой маны, пытаясь удержать каждое из отдельных заклинаний отдельно в своем сознании, и, когда дротики изогнулись, чтобы избежать меня, я был вынужден ослабить хватку над шипами и паутиной молний, которые другие Фантомы использовали, чтобы прижать меня.

Поле черных шипов бешено выстрелило в сторону, едва не пронзив Ифиока и врезавшись в щит Ульрики. Молния, в которую она продолжала вливать ману, пока на нее не стало больно смотреть, сконденсировалась в один разряд и ударила в землю, взорвавшись ослепительной вспышкой.

Зал содрогнулся.

Быстро переключив свое внимание на маленькую клетку молнии, я поискал место, где две силы переплетались, чтобы позволить друг другу существовать, и потянул, отбирая контроль над маленькой клеткой у Ульрики. Она затрещала и пронзила воздух, когда я оттащил ее от Реджиса. Шарик эфира пьяно покачивался, поднимаясь вдоль моих лодыжек. Протянув руку, я сжал его в кулаке. Он погрузился в мою плоть и поплыл к ядру.

Реджис никак не отреагировал на моё внезапное присутствие, но я мог чувствовать его присутствие, далекое и неосознанное, но живое. Я мог только надеяться, что он поправится, если мы переживем эту битву.

Мана вырвалась из коридора, когда варп-телепорт активировался.

Яркая мана была прозрачной, как и ободок атмосферного эфира, который двигался, чтобы окружить ее. Валеска задрожала, когда наклонилась к мане, её рука вытянулась, кончики пальцев коснулись поверхности портала, когда он проявился.

Я протянул руку, моя рука в перчатке сжалась в коготь, когда я попытался схватить портал. Эфир подскочил по моей команде, уплотняясь вокруг портала и сжимая ману. Магия варп-телепорта схлопнулась, оставив полусформированный портал слегка колеблющимся в воздухе.

«Я не могу пройти», — закричала Валеска, царапая поверхность портала.

«Отвлеките его!» — низкий голос Ричмала надломился, когда он взревел, и заклинания посыпались на меня со всех сторон.

Металл и огонь разбивались о мою броню и эфирную оболочку. Молнии и кислота отскакивали в сторону, взрываясь или прожигая землю, разрушая камень яростью и адским огнем моих врагов.

Но поскольку большая часть моего внимания была сосредоточена на принудительном искажении варп-портала, то всё, что я мог сделать с оставшимся вниманием — отразить хотя бы половину их атак. Ожоги от кислоты и молнии оставили шрамы на моем лице, а металлические шипы пробили броню и плоть. Мое лицо и череп горели там, где металлический шип пробил их ранее.

Слишком много эфира было сосредоточено через Сердце Мира, чтобы защититься от заклинаний Фантомов и портала.

Но я знал, что не могу позволить Фантомам уйти живыми. Ни одному из них.

Любая информация становилась оружием в руках Агроны. Я не мог отдать ему её. Я не мог позволить им сбежать, чтобы сообщить о моих способностях.

Они все должны были умереть.

Ульрика переместилась так, чтобы встать между мной и наполовину сформировавшимся порталом. Её нога, покрытая слоем чистой маны, которая искрилась и подпрыгивала при каждом малейшем движении, безвольно волочилась за ней. Рука Ричмала была прижата к огромной открытой ране в боку, где броня, плоть, кости и органы были начисто удалены, из-за чего показывались острые куски ребер, торчащие сквозь мясистую красную массу, рану, нанесенную последним отчаянным взрывом Разрушения Реджиса.

Разрушение.

Я колебался, даже когда заклинание за заклинанием обрушивались на меня, отклоняя то, что я мог, и принимая на себя остальное, всеобъемлющая боль стала пустяком, когда я сосредоточился на том, что дремало в жалкой форме Реджиса.

Я не пытался использовать божественную руну самостоятельно со времен зеркальной зоны, но даже тогда Реджис был в сознании, и направлялся к моей руке, чтобы помочь мне сконцентрировать весь мой эфир в одном определенном направлении. Я слишком хорошо знал, чем рискую, используя его сейчас, без Реджиса, который помог бы мне сосредоточиться и контролировать его. С избытком эфира в моем двухслойном ядре я мог бы выжечь весь Вилдориал.

Заклинания становились все более случайными и непоследовательными, их движения были отрывистыми и за ними было трудно уследить, и я понял, что Ульрика вкладывала свою молниеносную ману в заклинания других. Получившееся в результате слияние магии было более быстрым, диким и гораздо более трудным для противодействия.

Когда наполненные молниями разряды огня души ударили в меня, как пушечный огонь, и мой измученный болью разум попытался сохранить концентрацию, я понял, что другого выбора не было. Я не мог одновременно защищаться от бомбардировок, сохранять контроль над порталом и сражаться с остальными.

В конце концов, мое внимание ослабнет, портал откроется, и один или несколько Фантомов убегут.

Даже тогда мне все равно пришлось бы победить остальных. Но что заставило бы их сражаться? Если они отступят в город, заставят меня сражаться в огромной пещере…

Я представил себе силу этих полукровок Вритры, обрушившуюся на беззащитных жителей Вилдориала. Если бы это произошло, все остальное не имело бы значения.

Я сжал кулаки. Божественная Руна, содержащаяся в сущности Реджиса, ожила от голода и силы, и фиолетовое пламя вспыхнуло в моих руках, испуская яркую, зазубренную, смертоносную ауру.

Спазм боли пронзил мою спину, где руна Сердца Мира горела золотым светом, и мое зрение и чувство маны дрогнули. Я обнаружил, что застигнут врасплох сложностью поддержания обеих рун, но я ещё не мог освободить Сердце Мира. Пока нет.

Где-то в глубине души я считал, что голодная, жаждущая Разрушения сила — это все, что мне нужно.

Я поднял руку.

Разрушение рванулось вперед, дикое, неконтролируемое пламя разрасталось и пожирало, проливая свой яростный свет по всему залу.

Железные шипы Ифиока устремились навстречу. Пурпурное пламя пробежало по черному металлу, разрушая магию, когда она перепрыгивала с шипа на шип, возвращая их к их источнику. Освобожденное от более подходящего понимания Реджиса, Разрушение понеслось дико, как стадо жеребцов в огне, и Ифиок начал кричать. Оно пробежала по его руке и груди, превращая его плоть, кровь и ману в фиолетовый свет, а затем вообще в ничто.

Моё зрение помутнело, появилось плохо подавляемое чувство головокружения, пока я беспорядочно распространял волну Разрушения во всех направлениях.

Ричмал оттащил себя и Ульрику с пути Разрушения своими водянистыми щупальцами, посылая поток зеленого ила, чтобы погасить мой огонь, но Разрушение съело и его.

«Агрона действительно думает, что полукровки будут убивать асур за него?» — спросил я, обращаясь к пламени, мой голос был приглушен силой Разрушения, вибрирующей в нем. «Жалкое зрелище».

Я схватил копье из черного металла из воздуха и наблюдал, как Разрушение разрывает заклинание и поедает его.





Глава 391. Оборона Вилдориала II 11 От лица Байрона Уайкса.




Я практически чувствовал, как рядом со мной напрягается мана Варай. С другой стороны, сигнатура маны Мики издавала слабый гул. И все же, оба Копья твердо стояли перед лицом ужасного врага. Прилив гордости укрепил мою собственную решимость.

Я был рад стоять рядом с этими воинами, защищая свой дом. Каждый из нас столкнулся с неминуемой смертью от рук асуры. Отвернувшись от своих спутников, я устремил полный решимости взгляд на двух Кос, парящих надо мной, отказываясь позволить какому-либо страху перед ними проникнуть в мое сердце.

Жестокий смех эхом разнесся по пещере, отражаясь от камня к камню, нарастая, как давление перед грозой.

«Устали проигрывать? Вы уже проиграли!» — закричала на нас седовласая, похожая на пугало, Коса, которую я ранил, её ранее игривый голос теперь был полон угрозы и жестокости. «Разве вы не понимаете этого?»

На дальнем краю пещеры ужасное давление резкими всплесками вырывалось из стен, несколько источников маны и парализующего намерения убивать врезались друг в друга с силой булав, бьющих по голому черепу.

Даже с такого расстояния это ощущение заставило мои пальцы ослабеть на рукояти красного копья.

«Но, пожалуйста, не прекращайте сражаться», — продолжила Коса, её рычание ослабло, когда она снова приняла свои мрачно-игривые манеры. Черно-фиолетовое пламя прожигало рану, которую я ей нанес, стирая её, как будто её никогда и не было. «Было бы ох как обидно, если бы наконец-то появился шанс поучаствовать в войне только для того, чтобы могучие Копья так скоро сдались».

Говоря так, чтобы слышали только мы с Микой, Варай сказала: «Мика, действуй в обороне, привлекай их внимание на себя. Байрон, сосредоточься на нанесении ударов этим нечестивым копьем. У нас есть шанс, если мы сможем перекрыть поток их маны, хотя бы ненадолго».

«Да, вот это дух», — сказала Коса, внезапно почувствовав головокружение. «К черту план. Я не могу дождаться, чтобы засунуть это проклятое копье тебе в…»

«Хватит, Мелзри», — вмешалась Коса с фиолетовыми волосами, её голос сочился в воздухе, как осадок. «Давайте закончим это до того, как прибудут Фантомы».

Коса, с которой я сражался, Мелзри, отрезвела. «Конечно, Виесса. Оставить хорошее впечатление и всё такое».

Даже для моих обостренных чувств Мелзри была не более чем размытым пятном, когда она внезапно влетела в нас. У меня было как раз достаточно времени, чтобы поднять свое копье в защитную позицию, прежде чем её удар пришелся в цель. От удара я откатился назад, мои ноги оставили на земле длинные борозды.

В каждой руке она держала по длинному изогнутому мечу. Один был окружён черным ветром, другой — тёмным огнем. Оба клинка взвились одновременно, один — под рёбра Варай, другой — под горло Мики. Удары отразились от камня и льда, Копья позволили силе оттолкнуть себя, а затем взлетели в воздух.

Тёмный циклон закручивался над нами, когда Виесса творила какое-то ужасное заклинание, но мое внимание было сосредоточено на Мелзри.

Она не стала преследовать остальных, а снова развернулась и бросилась на меня.

Лёд поднялся с земли и обвился вокруг её конечностей, и пыль неестественно опустилась на землю, поскольку гравитация между нами стала в несколько раз сильнее. Коса дернулась в середине выпада, я отступил в сторону и поднял свое копьё. Её клинки лязгнули о древко, и я парировал серией молниеносных выпадов, которые были отбиты её клинками.

Надо мной всё погрузилось в воющую тьму, и я потерял из виду Варай и Мику.

Мелзри нападала вихрем горящей, режущей стали, прыгала, вращалась и наносила удары с невероятной силой и скоростью, два лезвия, казалось, летели со всех сторон и под разными углами одновременно, пока я изо всех сил старался просто держать своё копье между нами.

До этого она лишь играла со мной, понял я с тошнотворной уверенностью. Просто ждала, когда другая Коса прикончит Варай и Мику. В противном случае, я никогда бы не нанёс удар, который заставил её временно отступить.

Отсекая эти бесполезные мысли, я сосредоточился на Косе и её оружии, позволяя себе погрузиться в состояние сверхконцентрации, необходимое для эффективного использования Громового Импульса.

Мана наполнила каждый частичку моего мозга. Она вспыхнула в моём сознании, усилив как мои мысли, так и реакцию в несколько раз.

Оба её меча были нацелены на меня, один к моеиу правому колену, другой к левому локтю. Вместо того, чтобы дико размахивать руками в попытке блокировать оба удара одновременно, я наклонился к ним, улучшенное восприятие моих молниеносно усиленных чувств позволило мне толкнуть свое тело вперед между двумя ударами. Мой наплечник врезался в лицо Косы.

Это было все равно, что сломя голову броситься на железного дамана*.

Молния пронзила меня, сконцентрировалась в одной точке на моей руке, а затем взорвалась наружу с достаточной силой, чтобы отбросить Мелзри назад. Её мечи сомкнулись вокруг меня, как ножницы.

Я нырнул вперед, так близко к её оружию, что почувствовал, как огонь лизнул мою шею сзади.

Когда я поднялся на ноги, Мелзри надвигалась на меня, уже оправившись, её тело вращалось, а клинки вращались вместе с ней, как в мясорубке.

Земля затрещала подо мной, когда я отскочил назад с еще одной вспышкой молнии. Отклонившись назад, я изо всех сил метнул асурское копье.

Мелзри изогнулась в полете, обтекая копье, как ветер. Мои обостренные чувства едва заметили, как она выпустила свое собственное оружие и попыталась выхватить мое из воздуха.

Её тело сильно дернулось. Грация и точность её движений внезапно превратились в хаос конечностей, когда копье дернуло её в сторону и заставило закружиться, рухнуть и покатиться по земле. Она исчезла с хрустом ломающегося камня в одном из рухнувших зданий.

Красное копье описало широкую дугу и полетело к моей руке, но я уже приближался, чтобы сократить расстояние между мной и Косой.

Бубня проклятия, она отшвырнула большую часть стены, которая рухнула на неё, предоставив мне идеальное отверстие. Я прицелился в её ядро, опустив копье обеими руками.

Её ядро было не более чем размытым пятном, даже при активном Громовом Импульсе. Окутанный ветром клинок подпрыгнул, чтобы парировать мой выпад, и наконечник копья глубоко вонзился в камень рядом с ней. Почти в то же время что-то обожгло мою спину, а затем её пылающий меч снова оказался в её руке. Когда я зарычал от боли и потянулся к линии огня через мою спину, она ударила меня ногой в грудь.

Пещера изогнулась и закачалась в моих глазах, когда я попытался скорректироваться с моим внезапным движением назад. Я смутно осознавал, что врезался во что-то очень твердое, а потом оказался лежащим на спине.

Надо мной была извивающаяся, ревущая черная грозовая туча. В облаке я смутно ощущал, как два других Копья борются со второй Косой. Они полагались на меня, на асурское оружие, подаренное мне Артуром, и мне нужно было встать, помочь им, сражаться.

Но огонь просочился в мою кровь.

Я сразу это понял. Независимо от того, сколько прошло времени, я никогда не забуду ту ужасную встречу с Косой Каделлом в летающем замке и то, каково было лежать там, беспомощно, как новорожденный, пока его магия пожирала мою жизнь изнутри.

Я представил себе настоящее пламя, живущее в моей крови, каждый неистовый удар моего сердца распространял пламя.

Мелзри появилась надо мной, она двигалась очень деловито. Одна рука свисала ниже другой, но, пока я наблюдал, она поворачивала её, пока рука не встала на место. Она с любопытством посмотрела на меня, её глаза проникали сквозь мою кожу, в мою кровь и кости.

«На что это похоже?» Её слова были мягкими, почти благоговейными. «Скажи мне, и я ускорю твою кончину».

Я издевательски рассмеялся, затем мое тело содрогнулось, а спина выгнулась от боли, каждый мускул напрягся. «Это ощущается… точно так, как я помню», — выдохнул я сквозь стиснутые зубы. Спазм прошел, и я сделал несколько глубоких, болезненных вдохов. «Мне потребовались месяцы, чтобы восстановить свои силы после того, как кое-кто другой наполнил меня таким же огнем».

Её взгляд стал острее, и она наклонилась ко мне, окутанная ветром, клинок прижался к моему нагруднику. Её глаза были широко раскрыты, а мускул на щеке задрожал, когда она подавила маниакальную ухмылку. «Продолжай…»

Я встретился с её глазами цвета свернувшейся крови. Внешне я был спокоен. Безобиден. Я смирился со своей смертью — снова. Но внутри бушевала настоящая битва.

«Мое тело долгое время не ощущалось как мое собственное», — продолжил я, внутренне сосредоточившись на контроле высвобождения маны. «Эта чужеродная сила была в нём, и даже после того, как она исчезла, она оставила осадок, который я не мог смыть со своей души».

Острие её меча скользнуло по моему нагруднику, погрузившись в него с низким скрежетом металла о металл. «У тебя удивительно красивая манера обращаться со словами, Копьё. Закончи, и я избавлю тебя от этой боли». Она прикусила нижнюю губу, ожидая, переполненная предвкушением.

«Я думал, что никогда не исцелюсь, но не совсем. Моё время в качестве Копья прошло. Я был проклят оставаться выжженной оболочкой моего прежнего “я”». Её глаза закрылись, когда её клинок медленно разрезал кожаную подложку моей брони, а затем плоть под ней. «Но у меня было так много времени, чтобы подумать об этом, Коса. Я планировал и надеялся».

«На что ты надеялся, Повелитель Грома?»

Медленное, устойчивое давление вниз. Ощущение стали, скребущей по кости, а затем…

«Что однажды какой-нибудь глупый Алакриец будет достаточно глуп, чтобы снова попробовать это на мне», — прорычал я.

Её глаза распахнулись, отражая белые молнии, горящие из моих многочисленных маленьких ран, когда я закончил произносить заклинание, которое я разработал для этого самого момента.

«Гнев Повелителя Грома», — мысленно пропел я, едва не задохнувшись от облегчения.

Несмотря на всю свою скорость, Мелзри не смогла среагировать достаточно быстро.

Вместо того, чтобы отступить, она наклонилась к своему клинку, и я почувствовал, как он глубоко вонзился в край моей грудины. Молния, наполняющая мое тело — мою кровь, — устремилась вверх по стали и в нее. Я мог чувствовать каждую частицу маны, когда она атаковала её нервы, проникая вдоль её рук и в её туловище.

Её сбило с ног, а затем она врезалась в статую какого-то древнего лорда дварфов. Он упал на землю, разбитый на куски, его потрескавшееся лицо несчастно смотрело на меня.

Я оторвался от земли вслед за ней, окутанный тянущимися щупальцами молний.

«Я просто не мог избавиться от этого чувства огня в моей крови», — сказал я, когда Мелзри оторвалась от земли и поднялась в воздух. Двойные лезвия прыгнули обратно в её руки. Одна рука была почерневшей до локтя. «Итак, я научился превращать свою кровь в молнию!»

Я подчеркнул это последнее слово, сосредоточив внимание на глубокой ране в моей груди. Ослепительный луч молнии вырвался из меня. Мелзри подняла оба своих меча, чтобы отразить удар, и щит из ветра и огня окружил её. Молния сгущалась и нарастала там, где столкнулись два заклинания, она росла и росла, пока давление не разорвало ману на части.

Взрыв отбросил нас обоих назад, кувыркаясь в воздухе, как новорожденных птенцов, выпавших из гнезда.

Внутри меня раскаленный добела свет боролся с всепожирающей тьмой. Каждая вена и артерия кричали от напряжения, но я побеждал. Заклинание, которое она использовала, было специфическим, разработанным, чтобы разъедать мою кровь. Не имея ничего, что можно было бы сжечь, огонь души угасал.

Взяв под контроль своё падение, я выпрямился и приготовил копье, позволяя мане течь вокруг него, наполняя его оболочкой электрической энергии.

Черное облако надо мной пошло рябью, и из него выпало маленькое тельце гнома, врезавшись в землю неподалеку. Я бросил на Мику один быстрый взгляд, чтобы убедиться, что она дышит, затем отвел руку назад для броска. Но Мелзри уже не было.





Глава 392. Ссора Правителей. От лица Каэры Денуар.




Мягкие шаги Косы Серис по каменным ступеням были совершенно бесшумны, в то время, как шаги Слуги Силрита были едва слышны позади, заставляя мои собственные гулкие шаги звучать, как множество боевых барабанов в длинном, извилистом лестничном колодце под её поместьем в Сехз-Клар.

Темно-серый камень давил на нас, отчего узкая лестница казалась еще более тесной и вызывала клаустрофобию. Это было так, как если бы я могла чувствовать вес скалы, нависающей над нами, тонны камней, почвы и песчаника, поддерживаемых на вершине этой невероятно длинной и узкой лестницы…

«Твое молчание удивляет меня», — сказала Коса Серис через плечо. «Я уверена, что у тебя есть вопросы». Её спокойное присутствие, казалось, противоречило поспешному, скрытному характеру моего визита в Сехз-Клар, что только усилило чувство ожидания и беспокойства, нарастающее во мне.

«Слишком много», — тихо ответила я.

Несмотря на то, что со времен Викториады, в моей голове не было ничего, кроме вопросов, которые кружились, как безумная стая халкионов, все они были связаны воедино, и мне было трудно отделить один от другого, чтобы задать их.

Что мне нужно знать? Я спрашивала себя. Какой из моих вопросов важнее, чем простое любопытство?

«Грей действительно с другого континента?» — спросила я, наконец.

«Так и есть», — беззаботно ответила Коса Серис.

Я прикусила губу, обдумывая этот факт. Это был ответ, которого я ожидала после всего, что обнаружила моя Кровь, но он только еще больше запутал мои многие другие вопросы.

«Вы знали все это время?»

«Знала», — просто сказала она.

«Разве это не подвергает вас — всех нас — опасности?» На самом деле это был не тот вопрос, который я хотела задать, но, тем не менее, он вырвался, в моем тоне было недоверие с немалой долей трепета.

«Это так», — последовал невозмутимый ответ.

Мне едва удалось сдержать усмешку. «Вы собираетесь отвечать на любой из моих вопросов не более чем двумя словами?»

«Посмотрим», — сказала она, и в её голосе появились нотки юмора.

Позади меня, Силрит подавил смешок, и я бросила на него через плечо едва скрываемый раздраженный взгляд. Несмотря на то, что этот обмен мнениями не дал абсолютно никакого нового понимания, было ясно, что, несмотря на её подстрекательство, Серис пока не собиралась разглашать какую-либо реальную информацию.

Я могла только предположить, что присутствовала в Сехз-Клар по какой-то причине, и поэтому я решила быть тихой и терпеливой, пока она не раскроет свою цель.

Больше никаких перерывов на разговор не было, пока мы спускались в глубину. В конце концов, лестница уперлась в большой железный квадрат, вделанный в стену у ее основания. Это было похоже на дверь, но не было ни ручек, ни петель, только тускло светящийся кристалл маны на стене. Коса Серис, не теряя времени, подняла руку к бирюзовому кристаллу и влила в него ману еще до того, как мы с Силритом сошли с нижней ступеньки.

Стена загудела, затем раздался лязг, который был скорее физическим ударом, чем шумом, и, наконец, дверь начала подниматься с земли и с механическим жужжанием переместилась в щель над ней.

Я встала рядом со своей наставницей и уставилась в комнату за её пределами.

Ряд стеклянных труб от пола до потолка заполнял огромное промышленное пространство. Каждая трубка светилась электрическим синим светом, их свет отражался от белых стен, пола и потолка комнаты, придавая всей камере сюрреалистический вид.

Коса Серис вошла в комнату и подошла к ближайшей трубе. Когда я последовала за ней, я увидела, что в решетчатом желобе вокруг основания трубы она нагревалась грудами светящихся оранжевых камней, которые испускали сернистую вонь и достаточно тепла, чтобы держать меня подальше. Полупрозрачные пузырьки поднимались вверх сквозь какую-то жидкость, находившуюся внутри.

Стеклянные трубки толщиной с мой мизинец выходили из артефакта в дюжине разных мест, некоторые соединялись с идентичными соседними артефактами, другие уходили в потолок или стены, несколько тянулись вдоль одной стены к панели устройств в середине комнаты: датчики, проекционные панели и кристаллы маны, назначения которых было для меня загадкой.

Однако одно было совершенно ясно.

«Так много маны…» Ярко-синяя жидкость излучала ману сильнее, чем оранжевые камни излучали тепло. «Это какое-то… накопительное устройство? Как… жидкие кристаллы маны?»

«Да, совершенно верно», — сказала она с немалой гордостью. «Только эти батареи бесконечно более расширяемы и могут быть изготовлены в массовом порядке при наличии соответствующих ресурсов».

Я закрыла глаза и позволила своим чувствам блуждать, купаясь в сиянии уплотненной маны, плавающей внутри устройств. «Это потрясающе».

«Это… важно», — начала Коса Серис с ноткой нерешительности в голосе.

Мои глаза резко открылись, и я с беспокойством уставилась на неё. Она на мгновение встретилась со мной взглядом, затем бросила взгляд на Силрита и сделала небольшой жест рукой. Он поклонился, повернулся на каблуках и вышел из комнаты.

Мгновение спустя дверь снова лязгнула и медленно встала на место.

Коса Серис сцепила руки за спиной и начала медленно обходить внешний край комнаты. Я последовала за ней, внимательно наблюдая за ней, некоторая нервозность, которую я чувствовала с момента прибытия в Город Эдельгард, вернулась с поразительной внезапностью.

«Ты знаешь, кто такие Фантомы, Каэра?»

«Воины-полукровки Вритры тайно охраняющие Алакрию от других кланов Асур», — немедленно ответила я. «Я всегда предполагала, что это просто страшная история для детей».

Коса Серис одарила меня редкой улыбкой. «Боюсь, они вполне реальны. Тайная армия Агроны, дети василисков клана Вритры и алакрийцев с кровью Вритры. Их репутация из страшилки преднамеренна со стороны Агроны. Не для того, чтобы напугать алакрийцев, или чтобы поддерживать порядок на этом континенте, нет, ему это не нужно, но чтобы построить стену неопределенности между ним и другими асурами».

Сначала я не понимала, как эти Фантомы могли вселять страх в сердца чистокровных Асур, таких как Правители или сам Агрона. Даже такая Коса, как Серис, не могла сравниться с Правителем — она сама мне это сказала — так насколько же сильными могут быть эти Фантомы?

И тогда я осознала её слова. «Стена неопределённости? Значит, вы предполагаете, что они действительно запугивали их? Страшилка была силой, предназначенной для отпугивания других асур, не обязательно сражаться с ними».

«Они даже получили свое имя от древней асурской легенды», — задумчиво произнесла Коса Серис, её взгляд переместился на пузырьки, поднимающиеся по трубкам для удержания электрической маны. «Не стоят и мизинца Агроны, если хочешь знать мое мнение, но они эффективны. Однако не принимай это за недостаток их силы. Фантомы — обученные асуры-убийцы. Сильный отряд способен одолеть даже опытного асурского воина».

Я почувствовала, как по моей шее побежали мурашки.

Коса Серис остановилась перед панелью приборов и стеклянных трубок. «И Агрона отправил один такой отряд на Дикатен — выследить и захватить Грея, если это возможно, или убить при неудаче». Мое сердце сжалось, и я в ужасе посмотрела на свою наставницу, но прежде чем я успела ответить, она добавила: «Но они потерпели неудачу. А затем, он, как всегда, очень эффектно, появился через портал в сердце Вечора и уничтожил целую военную базу, убив несколько сотен боевых групп и несколько батальонов унадов».

Я прислонилась к стене и уперлась в неё головой, приходя к осознанию того, насколько сильно я переоценила свое собственное понимание мира, в котором я жила. Казалось почти невозможным, что Грей победил не одну, а двух Кос, прежде чем немедленно сбежать от самого Верховного Владыки. Но убить пятерых Фантомов-полувритр…

«Если Агрона пытается захватить Грея, то он, наверняка, хочет получить какие-то ответы. Насчет эфира». Эта мысль была немедленно подтверждена мрачным выражением лица Косы Серис.

«Но Агрона не позволит своей жажде знаний помешать его другим планам», — сказала она, щелкая одной из маленьких трубочек, заставляя стакан звенеть, а маленькие пузырьки дрожать. «Он устал от конфликта на Дикатене и готов отказаться от своих первоначальных планов по подчинению и использованию населения континента».

«Значит, он уничтожит их всех», — сказала я, уставившись на свои ноги. «И Грея с ними».

Была одна вещь, которую я сама не могла разгадать. Это был вопрос, который я боялась задать, но многое другое зависело от понимания цели моего наставника. «Зачем рисковать умереть неминуемой и ужасной смертью, скрывая личность Грея, работая с ним? Вы прямо противостоите самому Верховному Владыке. Разве это не… измена? Предательство Алакрии?»

Коса Серис издала горький смешок, который поразил меня. «Мы спасаем Алакрию, дитя. Вот почему ты на самом деле здесь».

Я вопросительно посмотрела на нее, и она потянулась и взяла меня за руку.

«Теперь моя очередь задать тебе вопрос, Каэра. Зная теперь, кто такой Грей, можешь ли ты по-прежнему поддерживать его? Если бы он сейчас стоял здесь и попросил об этом, ты бы предложила ему свою верность?»

Я колебалась. По правде говоря, я еще не была уверена. Мои чувства к нему и без того были сложными, и знание того, что он лгал о том, кем он был все то время, что я его знала, не помогало этому. Но… Я также не была точно уверена, что это на самом деле изменилось.

«Я предана вам, Коса Серис», — сказала я после долгой паузы.

Какие-то трудноразличимые эмоции промелькнули на её лице — благодарность, гордость, удивление, я не была до конца уверена, — и она сжала мою руку. «Тогда слушай внимательно. Если мы надеемся помочь Грею и Дикатену, мы должны привлечь внимание Агроны к Алакрии. Очень скоро Правитель Орлайт из Сехз-Клара прибудет, чтобы осмотреть эту машину, которую я построила. Но это не то, что я ему обещала».

Я почувствовала, как краска отхлынула от моего лица, а сердце затрепетало у меня под ребрами.

«Система ввода маны для устройства — это ловушка», — сказала Коса Серис, в её глазах вспыхнул темный огонек. «Это вытянет из него ману, ослабив его настолько, что я смогу справиться с ним. Однако будь осторожна со своими мыслями. Орлайт обладает сильной эмпатией, и он почувствует, если ты не будешь контролировать свои эмоции».

Мой желудок сжался. «Вы ожидаете, что я буду скрывать свои эмоции от Правителя?» — спросила я, высокий тон моего голоса выдавал мой страх.

Коса Серис отпустила меня и сделала шаг назад. «Я привела тебя сюда не без причины, Каэра. Ты и Силрит, ваши эмоции будут создавать столь необходимый шум эмоций, чтобы помешать Орлайту полностью сосредоточиться на мне».

Я оглянулась на дверь. «Ваш слуга не знает об этой части плана, не так ли?»

«А ты догадлива», — сказала она с одобрительным кивком. «Я намеренно держу его слепым к моим истинным намерениям, чтобы его эмоции противоречили твоим собственным».

«И…» Я колебалась, не желая подвергать сомнению её суждения, но не в силах преодолеть свой страх.

«Что будет, если ты потерпишь неудачу?» — опередила меня Коса Серис, уловив нить моих мыслей. «На этот случай есть план Б. Орлайт — гений. Моя ловушка хорошо спрятана, но если он почувствует твое беспокойство и страх или раскусит уловку, он может не клюнуть на мою наживку». Мне показалось, что я уловила нотку трепета в том, как сжался голос Косы Серис, что только усилило мой собственный. «Но всё, что мне нужно, чтобы он сделал, это использовал свою ману, даже если не на машине напрямую. Этого будет достаточно».

«Коса Серис, я…»

«Пожалуйста, Каэра. Меня зовут Серис. После сегодняшнего дня, никто не будет называть меня Косой».

Она выдержала мой взгляд, тяжесть её присутствия была одновременно и бальзамом, и бременем.

Я подпрыгнула, когда из металлической двери донесся тяжелый стук, и она вопросительно подняла бровь.

«Настало время. Пойдем».

Просто так она проскользнула мимо меня и вывела нас из комнаты, лишь ненадолго остановившись, чтобы открыть, а затем снова закрыть дверь. Силрит ждал у подножия лестницы, и мы вместе начали долгий подъем обратно в её поместье.





Глава 393.Под Тэгрин Келумом. От лица Нико Сэвера.




Мои ноги стучали по голому полу длинного коридора. Это было так, так давно… Неужели это было настолько давно? Бледные огоньки мигают, мигают и затухают, светят и затухают…

Я слышал, как они, идиоты в толпе, аплодировали, как будто весь мой мир не собирался рушиться, как будто он не собирался её убивать. Когда мой друг был настолько ослеплен своим желанием править?

Вдалеке, я мог видеть крошечную арку более бледного света, в конце этого туннеля, который, казалось, тянулся от начала моей жизни прямо до её конца.

Что-то двигалось справа от меня, и я отпрянул от этого, затем замедлился, мои торопливые шаги превратились в неловкое шарканье боком, когда я пытался одновременно оставаться неподвижным, чтобы наблюдать, и продолжать двигаться вперёд. Через что-то вроде окна в стене коридора воспроизводилось изображение.

Группа искателей приключений собралась на небольшой поляне в лесу. Звериные Поля, вспомнил я. Их представили молодому парню в белой маске, закрывавшей его лицо, но не обрамлявшей его характерными каштановыми волосами. «Элайджа Найт. Класс «А» , заклинатель тёмно-оранжевой стадии, специализирующийся на земляном элементе».

Голос пронзил меня, как электрический разряд. Он напоминал мой собственный… хотя и не был им. Это было моё воспоминание, но не совсем. Элайджа Найт был моим вымышленным именем, когда я рос в Дикатене, когда мое настоящее «я» было подавлено, скрыто — нет, отнято у меня.

Я думал, что большинство этих старых воспоминаний были похоронены. Я очистил их. Целью Элайджи было сблизиться с Артуром, но он был слаб, инструмент, который выполнил свою задачу и был отброшен в сторону. Это был не я. Он не был мной. Это были не мои воспоминания.

Я слышал, как Грей и Сесилия ссорятся вдалеке. Звуки их клинков, ударяющихся друг о друга, каждый оглушительный лязг был предсмертным ударом в моем наэлектризованном, взвинченном сознании.

Я снова пустился бежать.

Другие воспоминания о короткой жизни Элайджи Найта промелькнули с обеих сторон: Мрачные Гробницы, Академия Ксайруса, его растущая связь с Артуром, доброта Лейвинов и Хелсти, Тессия Эралит…

Хватит с меня этих штучек, приказал я. Мне все равно. Я не хочу этих воспоминаний.

«Какой беспорядок», — сказал один из огоньков, нервно мигая.

Я снова замедлил шаг, уставившись на него. С каких это пор огни заговорили?

«Это? Я думал, что он достаточно хорошо убрался. Ещё несколько часов, и он даже не узнает, что его вскрыли», — сказал мужчина, его голос доносился с телеэкрана, спрятанного в углу между низким потолком и ничем не украшенной стеной бесконечного коридора.

«Разве ты не слышал? Вечор подвергся нападению. Плацдарм для войны в Дикатене полностью стёрт с карты», — ответил свет импульсом яркости.

«Ты же знаешь, я здесь уже несколько дней. Я ничего не слышал. Который сейчас час, хотя бы?» Человек в телевизоре огляделся с комично усталым выражением на лице. «Мы были единственными, кто был здесь в течение нескольких часов. Я устал, как кабан-вогарт после сезона размножения».

«О Владыка. Ты иногда ведешь себя отвратительно, ты это знаешь?»

Под экраном окно в другое воспоминание показало, как юный Артур входит в комнату, которую мы делили в Академии Ксайруса. «Артур!» — закричал Элайджа, крепко схватив Артура.

«Вот, вот. Да, я всё ещё жив. Ты не сможешь так легко от меня избавиться», — последовал саркастический ответ.

«Я знаю», — сказал Элайджа, шмыгнув носом. «Ты как таракан».

Я был так рад, что мой лучший друг вернулся. Желчь подступила к моему горлу. Лучший друг, который убил мою единственную, настоящую любовь…

«Нет», — выдавил я сквозь стиснутые зубы, слёзы выступили в уголках моих глаз. «Меня всё это не волнует. Где Сесил? Покажи мне Сесилию!»

Я почувствовал, как свет стал ярче, как будто он наклонился ко мне. «Он что-то сказал?» — спросил он.

«Черт, давайте закончим с уборкой и отнесём его обратно в его комнату», — сказал человек в телевизоре. «Агрона не обрадуется, если он проснётся на столе, и я точно не хочу быть тем, кто будет объяснять, что произошло».

Проснётся? Подумал я, повторяя эти слова про себя. Почему бы…

Сон, с содроганием осознал я. Всего лишь глупый сон.

Проснись!

Мои глаза резко открылись. Потемневший от сырости камень низкого потолка заполнил мое зрение. Два ослепительно ярких световых артефакта на подвижных подставках освещали мой голый, покрытый кровью торс. На моей грудине был крестообразный разрез, края которого были ободраны, когда плоть медленно срасталась, вся рана блестела от пахнущей химией мази.

Подошла женщина в красных одеждах, сосредоточенная на смачивании квадрата ткани из миски на столе рядом со мной. Затем она встретилась со мной взглядом и замерла. Её рот открылся, но не издал ни звука.

Я попытался пошевелиться и понял, что мои запястья прикованы к столу. Попытавшись оттолкнуться, я убедился, что мои ноги тоже. Я напрягся. Толстая, потертая кожа заскрипела, когда я натянул её. Чувство паники поднялось во мне, когда мои силы иссякли, затем крепления, наконец, лопнули, и раздался громкий звон, когда заклепка срикошетила от стены.

Женщина испуганно ахнула, а другой голос выругался, когда что-то металлическое с грохотом упало на землю.

«К-Коса Н-Нико», — пролепетала женщина, делая шаг назад и кланяясь.

Свободной рукой я отстегнул другое запястье и сел.

Я лежал на холодном металлическом столе в центре стерильной, почти пустой комнаты. Воздух сомкнулся вокруг меня, тяжелый от влаги. Женщина медленно опустила тряпку обратно в миску, стоявшую на маленькой скамеечке рядом с подносом с инструментами, некоторые из которых всё ещё были скользкими от крови. К одной стене был прижат стол побольше, и на нем было разложено несколько инструментов, которые я не сразу узнал, а также открытый блокнот.

Металл заскрежетал по земле, и я обернулся, чтобы увидеть человека в таких же белых одеждах. Он медленно укладывал несколько металлических булавок обратно на поднос, который, должно быть, уронил, когда я проснулся.

«Что ты сказал?» — спросил я, но когда мужчина выглядел смущённым, я понял, что прошло некоторое время с тех пор, как кто-то говорил. «Что ты не хочешь объяснять?»

Я не был уверен, что происходит и где я нахожусь. Последнее, что я помнил, я был в Вечоре, и…

Грей!

Моя рука потянулась к кресту, врезанному в грудину. Я потянулся за своей маной, полузабытый кошмар о разрушении моего ядра всплыл на краях моего сознания.

Мое ядро чувствовало себя странно. Отдаленное, как мое, так и не мое. Совсем как воспоминания об Элайдже. Я стиснул зубы от этой мысли.

Кроваво-железный шип появился из тени под столом и вонзился в грудь мужчины. Его глаза безумно выпучились, когда он вцепился в шип, но его движения быстро стали вялыми, и через несколько секунд его безвольное тело обвисло, его кровь маленькими струйками текла по гладкому черному металлу, прежде чем капнуть на влажный пол.

Ледяные когти царапали мои внутренности, мое ядро превратилось в тяжелый комок боли в груди, и это было всё, что я мог сделать, чтобы удержать магию.

«Ч-что со мной случилось…» Я повернулся к женщине, опираясь на дрожащий локоть. «Что ты со мной делала?»

Она отступила на шаг, но была парализована моим пристальным взглядом. «Верховный В-Владыка, он… он…»

Обе ее руки поднялись, и между нами возник слабый щит из светло-голубой прозрачной маны. Она повернулась, чтобы бежать, и врезалась во второй шип. С моей точки зрения, острие торчало из нижней части её спины, и алое кольцо начало окрашивать ее белые одежды.

Холодный пот выступил у меня на лбу от усилий, с которыми я бросал, и от боли, которую это мне причиняло. Мои руки дрожали, когда я разорвал ремни на лодыжках, и мне пришлось опереться на боковой столик, когда я маневрировал вокруг женщины спереди.

Шип вошел чуть выше её бедра и пригвоздил её к месту, но он был тонким, его форма была слабой, дрожащей, совсем как я сам.

Несмотря на боль и усталость, я взял её за подбородок и заставил посмотреть мне в лицо. «Что ты со мной делала?»

«Х-хотела понять… изучая твое… ядро», — выдохнула она. «Она… исцелила его. Но оно… несовершенно…»

Я снова прижал пальцы к следам от порезов. Эти двое вскрыли меня и покопались в моем теле. Они не спрашивали, даже не собирались говорить мне. Я не испытывал никакого гнева по этому поводу, что само по себе казалось замечательным. Теперь я всегда был зол. Мое ядро горело, как костер, прямо под моей кожей, и любой порыв невзгод заставлял его вспыхивать ярко и горячо.





Глава 394 — Что Такое Дом




От лица Артура Лейвина.

Я плыл в знакомом неопределенном аметистовом море пустоты.

Пустое пространство простиралось в бесконечность во всех направлениях. Отсутствие чего-либо реального и осязаемого было одновременно источником и комфорта, и беспокойства. Плавая в нем, я чувствовал себя ребенком, завернувшимся в одеяло и боящимся монстра под моей кроватью, в несуществовании которого я был уверен, но недостаточно, чтобы позволить страху исчезнуть.

Не то, чтобы у меня когда-либо было такое детство, но здесь, в царстве эфира, было легче представить все разные жизни, которые у меня могли быть.

Впервые, с тех пор, как я был маленьким ребенком на Земле, я мог представить себе жизнь, в которой я знал своих настоящих родителей, тех, кто воспитал меня с любовью. Кем бы я тогда мог быть, если бы не вырос сиротой с этой отчаянной потребностью в привязанности и любви, с этим душераздирающим желанием доказать свою ценность, чтобы кто-то заботился обо мне?

Я увидел жизнь, в которой я никогда не встречал ни Нико, ни Сесилию, ни директрису Уилбэк, ни леди Веру. Я бы выучился ремеслу, открыл успешный бизнес, завел собственную семью и, в конце концов, умер, будучи счастливым в своей единственной мирной, ничего не значащей жизни.

«Нет», — сказал мягкий голос, физическая вещь, в которой было больше энергии, чем шума.

Я вращался в пустоте. Вдалеке ярко-белая звезда горела на темно-фиолетовом фоне.

«Даже если бы ты прожил тысячу жизней, ни одна из них не была бы “неважной”».

Моя грудь сжалась, и я с усилием воли приблизился к источнику этого сияющего света. Он излучал серебристое тепло, которое заставляло меня чувствовать уверенность, страх, защиту и любовь одновременно, и эти чувства становились все более сильными и сложными по мере того, как я приближался.

Звезда выросла и затвердела, превратившись в силуэт, который, в свою очередь, проявил изысканные черты молодой девушки с волосами и глазами, идентичными по цвету моим.

Я остановился прямо перед ней, жадно упиваясь её видом, целой и невредимой. Осторожно протянув руку, я ткнул в кончик одного рога, и она подавила радостный смех.

«Сильви…»

Моя связь улыбнулась, и этот вид наполнил меня покалывающим теплом.

Мне так много хотелось ей сказать: как мне жаль и как я благодарен, как сильно я сожалею обо всем, что произошло, как сильно я скучал по ней…

Но я чувствовал, как наши умы соединяются, и я чувствовал в ней понимание всего, о чем я думал.

«Тем не менее, иногда приятно слышать такие вещи, сказанные вслух», — сказала она, слегка склонив голову набок, когда рассматривала меня. «Не забывай об этом».

«Я сплю, не так ли?»

«Да».

«Тем не менее, …приятно видеть тебя, Сильв». Я потер затылок, движение, за которым мой старый товарищ наблюдал с явным удовольствием. «Мне жаль, что мне потребовалось так много времени, чтобы вернуть тебя».

«Не беспокойся обо мне. У меня есть всё время в мире». Её улыбка превратилась в ухмылку, как будто она только что сказала что-то, что показалось ей очень смешным.

«Я спасу тебя, Сильв».

«Я знаю. На данный момент, однако…» Она протянула руку и ткнула меня пальцем в грудь. Как только она это сделала, в сон начал вторгаться глухой гул далёких голосов. «Пора просыпаться, Артур».

Мои глаза открылись. Я лежал на жесткой кровати в маленькой комнате и смотрел в низкий серый каменный потолок.

«Ай! Проклятье, эта штука острая», — воскликнул ворчливый голос Гидеона.

Я слегка повернул голову, обнаружив старого изобретателя, стоящего ко мне спиной. Прислонившись к дальней стене, Эмили наблюдала за ним с уникальной смесью веселья, нежности и раздражения, присущей старому изобретателю. Она заметила небольшое движение и встретилась со мной взглядом, выражение её лица сменилось выражением чистого облегчения.

«Разве ты не должен быть своего рода гением?» — спросил я, вызвав смех Эмили.

Гидеон развернулся и бросил на меня оскорблённый взгляд, эффект которого был несколько ослаблен тем фактом, что он сосал указательный палец, как обиженный ребенок. Убрав блестящий от слюны палец, он уставился на пятнышко крови, которое тут же набухло, а затем на меня.

«Самое время тебе проснуться. Прошло полтора дня, парень. Разве ты не должен быть каким-то неубиваемым супергероем?» Он усмехнулся. «Наш последний разговор был очень грубо прерван группой алакрийцев, намеренных убить нас всех, если ты помнишь».

Я приподнялся на локтях и подвинулся так, чтобы сесть, прислонившись спиной к стене.

Первое, что я заметил, был рог Валески, лежащий на подставке рядом с кроватью.

Во-вторых, всё тело болело.

Посмотрев вниз на свое тело, я понял, что с головы до ног покрыт бинтами. Культя моей руки выросла до запястья, но моя рука ещё не полностью сформировалась. Обеспокоенный, я проверил свое ядро, но оно, похоже, не было повреждено, просто эфира почти не было. Нахождение в бессознательном состоянии в течение столь длительного периода, без сомнения, препятствовало моей способности эффективно собирать и очищать эфир. Учитывая это, я действительно исцелился намного быстрее, чем следовало бы.

Что-то еще было странным — ощущение пустоты, как будто чего-то не хватало.

«Реджис?» — спросил я, волнение ускорило мой пульс.

Он едва держался, когда я очнулся на земле в туннеле, ведущем в портальную комнату, и у меня не было времени проверить его, кроме как признать, что он ещё не умер. У меня едва хватило эфира, чтобы вызвать свою броню и накопить достаточно эфирного резерва для одного Шага Бога, но уже от этого я был на грани. Если бы Косы не повелись на мой блеф…

Маленький шар фиолетового пламени и страха запрыгнул на кровать, устало глядя на меня. «Что? Я дремал. И видел очень приятный сон о…»

Я наклонился и здоровой рукой взъерошил щенячью голову Реджиса. «Я думал, с тобой покончено».

Реджис фыркнул, плюхнулся на землю и положил подбородок на свои слишком большие лапы. «Про тебя можно сказать тоже самое. Ты там реально перестарался. У тебя было так мало эфира, что я не мог воплотиться в твое ядро, потому что впитывал слишком много, и я боялся, что ты съёжишься, как какая-нибудь изголодавшаяся по мане мерзкая личинка».

«Что ж, спасибо, что не дал мне умереть», — сказал я, ошеломленный.

«Тебе тоже спасибо», — ответил Реджис, прежде чем закрыть глаза и сразу же снова заснуть.

«Вы двое такие милые», — сказала Эмили, растаяв от милоты Реджиса. «Я должна признать, что таким он мне нравится намного больше». Она внимательно посмотрела на Гидеона. «Артур, как ты думаешь, есть какой-нибудь способ, которым мы могли бы…»

«Я не твой питомец, девочка!» — огрызнулся Гидеон, скрестив руки на груди и вообще выглядя очень обиженным. «И в любом случае, все эти нудные эмоции начинают вызывать у меня сыпь. Артур, нам нужно закончить наш разговор, чтобы я мог вернуться к работе».

Я долго смотрел на него, пытаясь вспомнить какой-нибудь намек на наш последний разговор, но ничего сразу не пришло на ум. «Прости, это были тяжёлые дни…»

«Огненная соль!» — воскликнул он, размахивая руками. «Пушки, это… это… все это!»

Моменты, предшествовавшие нападению Фантомов, укрепились в моем сознании, и идея, которая у меня была, вернулась, почти полностью сформировавшись. «Точно. То оружие. Вообще-то, у меня действительно была одна мысль».

Глаза Гидеона загорелись, и он махнул рукой в сторону Эмили. «Девочка, записывай».

Её брови возмущенно приподнялись, но она вытащила свиток, ручку и чернила из сумки на плече и занялась приготовлениями, бросая раздраженные взгляды в спину Гидеона каждые несколько секунд.

«Итак, вот в чём дело», — начал я, зная, что вот-вот расстрою старого изобретателя. «Никаких пушек».

Его лицо вытянулось, колеблясь между замешательством и разочарованием. «Никаких… пушек?»

Я покачал головой и одарил его извиняющейся улыбкой. «Но нам действительно нужно укрепить боевые возможности наших солдат, не являющихся магами, и технология, над которой ты работал, является основой для того, что мы можем сделать».





Глава 395 — Приготовления




От лица Артура Лейвина. Обжигающий металл закипел на голой кости, обуглив её до черноты, когда плоть вокруг неё расплавилась. Вода зашипела, ударившись о чёрное железо, подняв облако пара. Я выругался и отстранился.

Элли оттолкнула мою руку от нагревающейся на плите сковороды. «Просто позволь мне уже это сделать! Кстати, кто смешивает воду и горячий жир? Ты вообще когда-нибудь готовил раньше?»

Я окунул пальцы в блюдце с водой, которая охлаждала сковороду, и плеснул несколько капель ей в лицо, пока она пыталась перевернуть кусок мяса, который у меня подгорел. «И это говорит девушка, которая последние несколько месяцев не ела ничего, кроме рыбы, крыс и грибов?»

Реджис сидел в центре стола, с интересом наблюдая за происходящим, его нос подергивался при каждом дуновении мясного аромата. «Знаешь, это выглядит непоправимым. Просто брось его мне».

Элли бросила горсть нарезанных грибов вместе с мясом и жиром, раздраженно ворча. «Держу пари, я могу сделать с крысами и грибами больше, чем ты со всей королевской кладовой».

«Я не уверен, что этим стоит хвастаться», — подметил я, смеясь.

Нога Элли взлетела и ударилась о мое бедро. Я схватил её за лодыжку и выдернул ногу из-под неё, держа её вверх ногами, так что её волосы растеклись по плитке под ней.

«Эй, это нечестно!» — закричала она, размахивая руками и тщетно пытаясь нанести удар.

Шорох мягких подков по каменной плитке привлек моё внимание к кухонной двери.

«Доброе утро», — сказал я, помахав рукой, подвешивая Элли вверх ногами, так что моя сестра подпрыгивала, как тряпичная кукла. «Это немного, но мы с Элли попытались приготовить что-нибудь на завтрак».

«Я пыталась приготовить завтрак», — проворчала она, скрестив руки на груди. «Артур был в основном просто п… ой!» — взвизгнула она, когда я позволил ей упасть на пол.

«О», — быстро и тихо пробормотала Элли. «Мам, что случилось?» — именно тогда я понял, что по маминым щекам текут тихие слезы.

«Хм? Что ты… ох». Она вытерла щеки тыльной стороной длинного рукава. «Почему я плачу?» — спросила она себя со смехом.

«Я думаю, это просто… счастье видеть подобное… спустя так много времени».

Я выдвинул для неё стул, и она опустилась на него с благодарной, заплаканной улыбкой. Её движения всё ещё были немного вялыми, но взгляд был гораздо более чётким, чем накануне. Реджис отодвинулся назад так, что оказался прямо перед ней, и она начала гладить его за ушами.

Мы с Элли топтались и толкались у плиты, но, в конце концов, я позволил ей одержать победу, вместо этого захватив горсть деревянных тарелок и посуды, чтобы накрыть на стол. Элли принесла стопки слегка подгоревшего мяса, яиц, грибов, тушеной зелени, красной фасоли и кусок какого-то угря, выловленного из близлежащего подземного озера, который, по словам Элли, был восхитительным, и вместе мы наполнили три тарелки.

Мама отрезала подгоревший конец от куска мяса, который мы ей дали, и скормила его Реджису, который снял его прямо с вилки.

«Он будет продолжать просить о таких вещах, если ты будешь его баловать, мам», — сказал я с набитым ртом.

Она отмахнулась от моих слов. «О, все в порядке. Тебе не кажется, что со всем, что он сделал, чтобы помочь нам, он это заслужил?»

Огромные щенячьи глаза Реджиса заблестели, когда он уставился на мою маму, как будто она только что вручила ему награду. «Ты поверишь, если я скажу, что этот человек никогда не кормит меня?»

«Ты получаешь много эфира», — пробормотал я, когда мама протянула ему половинку гриба.

Реджис неуверенно посмотрел на него, затем сказал: «Может быть, вместо этого, ещё немного мяса?»

Мамины брови поползли вверх. «Важно, чтобы ты придерживался здоровой, сбалансированной диеты, Реджис», — слегка пожурила она.

Реджис карикатурно моргнул, затем наклонился вперед и осторожно взял гриб у неё из рук, пережёвывая его с таким явным унынием, что Элли сжалилась над ним и бросила ему кусок своего угря, хихикая, когда он набросился на него и проглотил одним укусом.

Поистине великолепное зрелище — наблюдать за самим проявлением Разрушения, подумал я.

«В любом случае, как ты себя чувствуешь этим утром?» — спросил я маму, накалывая на вилку кусок собственного угря, сохраняя непринужденный тон, но внимательно наблюдая за ней.

«Гораздо лучше», — сказала она. Её налитые кровью, усталые глаза прищурились в знак признательности. «Спасибо, Артур, но тебе не нужно беспокоиться обо мне. У тебя и так столько всего на уме».

Элли усмехнулась и открыла рот, но замолчала, когда мама бросила на неё взгляд. Моей сестре потребовалось время, чтобы закончить жевать и глотать, а затем она сказала: «Он позволил нам думать, что он мёртв, в течение нескольких месяцев, не так ли? Пусть он немного побеспокоится».

Мягкая улыбка моей матери дрогнула, и я потянулся через стол, чтобы сжать её руку. «У меня действительно много чего на уме. Но вы с Элли всегда на вершине этой постоянно растущей кучи».

Мамины глаза опустились в тарелку, но я все равно увидел, как в них блестит влага. Элли наблюдала за ней, слегка нахмурившись на своих зрелых чертах. Я передвинул большую часть своего подгоревшего мяса Реджису, который громко жевал, не обращая внимания ни на что, кроме теплой еды перед ним, хотя я мог чувствовать трепет, который он испытывал, разделяя с нами семейную трапезу через нашу мысленную связь.

После этого мы некоторое время ели в тишине, но это была не та тишина, которая была бы неловкой или напряженной. В отличии от той, эта была удобнее. Легче. Легче, чем это было за очень долгое время, с момента нападения на Ксайрус.

Мысль о том, что это похоже на другую жизнь, промелькнула у меня в голове, но я знал, что на самом деле это не так. Я прожил другую жизнь на Земле, а затем, в Алакрии, я притворился тем, кем я не был, оживив часть себя, которая умерла, когда я перевоплотился в Дикатене. Мне нужен был Грей, чтобы выжить там, и как бы сильно я ни хотел просто быть Артуром, снова жить как Грей напомнило мне, почему я стал им в первую очередь.

Пока эта война не закончится, по-настоящему не закончится, я не мог отпустить Грея. Ещё нет.

«— тур?»

«Прости?» — спросил я, понимая, что моя мать что-то сказала.

«Я просто сказала, что мне действительно нужно пойти провериться в медицинском центре теперь, когда я чувствую себя немного лучше». Она выглядела слегка смущенной, когда подтолкнула свою наполовину полную тарелку к Реджису. «Во всем городе есть только пара излучателей, и они рассчитывали, что я буду там. Кроме того, я уверена, что у тебя есть свои дела, которыми нужно заняться».

Прежде чем я успел ответить, Элли ахнула. «Ой! Кстати, вспомнила! Я сказала Сарии Трискан, что сегодня помогу переселить эльфийских беженцев. Большинство из них были временно размещены на нижних уровнях, которые были довольно сильно повреждены во время нападения. Мы собираемся начать переселять их в более постоянные места для проживания», — добавила она в качестве объяснения, отодвигаясь от стола.

В то же время раздался слабый хлопок, и внезапное появление большого мохнатого тела оттолкнуло стол в сторону, едва не сбив Реджиса с ног.

«Бу!» — раздражённо сказала Элли. «Я, черт возьми, не в опасности! И я сказала не соваться в комнаты!»

Медведь-хранитель заворчал, и глаза Элли сузились. «Не вини меня. Ты прервал свой собственный сон, будучи таким чрезмерно заботливым». Медведь издал жужжащее ворчание, от которого задрожали тарелки на столе, который был прижат к его боку.

Мама протиснулась рядом с Бу, который занимал большую часть кухни, но остановилась, чтобы прислониться к арке дверного проема и посмотреть на всех нас, лучезарно улыбаясь. «Я увижу вас обоих дома за ужином сегодня вечером, хорошо? Я приготовлю…» — её улыбка слегка дрогнула, брови нахмурились, а выражение лица стало извиняющимся, — «на этот раз что-нибудь тёплое».





Глава 396 — Без Ограничений




От лица Артура Лейвина.

Варай оставалась совершенно неподвижной, когда моя рука легла на её грудину. При активном Сердце Мира я мог видеть очищенные полупрозрачные снежинки, похожие на ману, уплотненные внутри её ядра, идеально контролируемые и излучающие целеустремлённость. Частицы постоянно перегонялись и выпускались обратно в её тело по каналам, чтобы укрепить её физическую форму и удержать заколдованную руку на месте.

Наряду со способностью видеть ману, Сердце Мира воспроизвел шестое чувство, которое ядро маны обеспечивало для ощущения маны в других, позволяя мне чувствовать сокрушительный вес и ледяную устойчивость ядра Варай, исходящие от неё.

Я закрыл глаза, сосредоточившись на этом шестом чувстве.

«Выпусти небольшой всплеск маны», — тихо сказал я, затем последовал взглядом за тем, как очищенная водяная мана — теперь искрящиеся частички её девиантной ледяной формы в ядре Варай — устремилась по её венам маны в атмосферу. «Теперь, используй окружающую ману и сосредоточься на очищении её внутри своего ядра. В частности, подумайте о том, чтобы прояснить саму вашу суть».

Варай сделала ровный вдох. Я открыл глаза, чтобы наблюдать, как частицы атмосферной маны — почти вся вода и земля — втягиваются в её тело, а затем в её ядро, точно так же, как её легкие втягивают воздух. Внутри белоснежной сердцевины мана быстро очищалась и готовилась к использованию.

Я попросил её повторить этот процесс пару раз, затем перешел к Байрону. Он внимательно изучал меня, пока я прижимал руку к его груди. Я был удивлен дымчатым оттенком его в остальном ярко-белой сердцевины.

«Ваше ядро или ваша мана сейчас ощущаются как-то иначе, чем до того, как Каделл атаковал вас огнем души?» — спросил я, внимательно наблюдая, как он выпустил ману, сделал глубокий вдох, а затем втянул её обратно.

Он снова повторил упражнение, прежде чем ответить. «Я не уверен, как ответить на этот вопрос. Мне пришлось неустанно работать, чтобы восстановить свои силы после той битвы, и я почти сдался и смирился со своей судьбой».

«Физически, хотя… когда ты сейчас направляешь ману, чувствуешь ли ты что-нибудь другое в своем ядре?»

Он закрыл глаза и повторил цикл еще два раза. «Я не уверен, что восстановил все свои силы», — сказал он в конце концов. «Но я также не помню, ощущалась ли магия раньше как-то по-другому».

Молча кивнув, я перешел к Мике. Когда моя рука прижалась к её груди, её губы изогнулись в холодной ухмылке. «Я уже говорила тебе однажды, я слишком стара для тебя».

Реджис наблюдал за происходящим со скал, где Гидеон и Эмили разложили все свое снаряжение. Он одобрительно усмехнулся. «И к тому же слишком хорошенькая».

Она бросила удивлённый взгляд через плечо, затем повернула приподнятую бровь в мою сторону. «Это крошечное существо пытается флиртовать со мной?»

«На самом деле, он оружие массового уничтожения, созданное асурами, и он флиртует со всеми без разбору», — сказал я как ни в чем не бывало. «Теперь сосредоточься. Высвободи свою ману, задержи её, затем втяни обратно окружающую ману».

Я не мог понять, какой механизм использовал Кэзесс, чтобы ограничить потенциал Копий, но я не ожидал, что это будет так просто. Более того, мне нужно было установить некоторую базовую линию в ощущении конкретного ядра каждого Копья и манипулировании маной.

Все трое были невероятно эффективны как в высвобождении, так и в поглощении маны. Что бы ни мешало им, это, казалось, было специально разработано так, чтобы не прерывать процесс фактического использования магии.

«Хорошо, мы закончили», — сказала Эмили, прерывая эти мысли.

Я кивнул, и Эмили и Гидеон начали оснащать три Копья различными устройствами, которые позволили бы им считывать расход маны и время реакции намного точнее, чем я мог бы сделать сам.

Пока они это делали, я извлек три предмета из своей руны измерения. Я передал первую Мике, которая с любопытством повертела его в руках, а затем дал такой же Варай. Байрон получил рог, который я забрал у разрушенных останков Фантома, Валески, осторожно держа его перед собой, как будто это было осиное гнездо.

«Эти рога содержат огромное количество маны», — объяснил я. «Вы будете черпать её из них, как я давным-давно делал подобное с рогами слуги Уто. Они невероятно сильны, но», — быстро сказал я, когда Байрон и Мика открыли рты, чтобы заговорить, — «я должен предупредить вас, что есть и дополнительные эффекты. Вы запечатлеете некоторые воспоминания предыдущего владельца. Это может быть… неудобно».

Интрига Копий быстро сменилась неуверенностью. «Но какую пользу ты надеешься извлечь из такого источника маны?» — спросила Варай, положив рог на колени и взглянув на меня. «Если ты надеешься просто преодолеть барьер внезапным притоком маны, то, боюсь, мы уже пытались это делать. Эликсиры на нас не действуют».

«Все не так просто», — признал я, взглянув на Эмили, которая показала мне большой палец вверх, закончив активировать последнее оборудование для мониторинга. Позади неё, Гидеон уставился на показания, его полусросшиеся брови сосредоточенно нахмурились. «Я не могу обещать, что наше время и усилия принесут плоды. Но, никто из нас не может позволить себе просто смириться с текущими ограничениями».

Мика уставилась в землю, её взгляд был отстраненным, а выражение лица — каменным. Рядом с ней в глазах Байрона был заряд, интенсивность, которая наполнила воздух жужжащими статическими помехами, от которых у меня на руках встали дыбом волосы.

Но именно Варай удивила меня.

Она встала одним быстрым, грациозным движением, её нахмуренный взгляд был прикован к замшелому камню у моих ног. «Артур, я знаю, что говорю от имени всех Копий, когда говорю, что мы благодарны вам за ваше время и усилия». Пауза, продлившаяся всего лишь один удар сердца, затем: «Но вы уверены, что ваши усилия здесь стоят вашего времени? Ты — ключ к победе над Алакрией и Эфеотом. Если бы твое время было лучше потрачено на тренировки…

«Нет», — твёрдо сказал я, когда её пристальный взгляд впился в меня. «Дикатену не нужен спаситель или…» Я с трудом подыскивал слово, а затем выпалил: «Еще одно божество, которое заменит асуру. Ему нужны солдаты и генералы. Люди. Герои. Дикатену нужны Копья».

Вечно неподвижная, Копьё Варай колебалась, всего на мгновение, её пристальный взгляд пытался определить, верить ли моим словам. «Конечно. Ты прав». Отвесив мне сдержанный поклон, она опустилась обратно на мягкую подстилку из мха, держа рог обеими руками на коленях. «Что ты хочешь, чтобы мы сделали?»

Опустившись на колени рядом с озером, я запустил пальцы в ледяную воду. «Первый шаг — выяснить, что именно мешает вам продолжать очищать свои ядра. Я хочу, чтобы каждый из вас медитировал, используя ману, содержащуюся в этих рогах. Обычно, поглощение такого большого количества маны так быстро заставило бы ядро быстро очиститься. Поскольку мы отслеживаем ваши ядра во время этого ускоренного процесса, мы сможем отслеживать любые признаки воздействия привязки на вас».

«Ты надеешься», — проворчал Гидеон, вызвав раздраженный взгляд Эмили.

«Я знаю», — просто сказал я, вытягивая руки по бокам. «Итак, вы готовы начать?»

«Конечно», — сказал Варай.

«Давайте сделаем это», — добавила Мика с твердым кивком.

Байрон ничего не сказал, но закрыл глаза и сосредоточился на роге в своих руках.

«Здесь всё готово», — нетерпеливо сказала Эмили.

Реджис спрыгнул с валуна и подбежал к Мике, которая удивленно посмотрел на него сверху вниз, а затем вопросительно посмотрел на меня. Щенок покорно вздохнул и сказал: «Не слишком волнуйся по этому поводу, но…», а затем исчез в её теле.

Мика ахнула и чуть не вскочила на ноги, но я остановил её, протянув руку. «Мана в этих рогах может свести тебя с ума. Реджис и я собираемся помочь поддерживать тебя в стабильном состоянии, пока ты не получишь контроль над ней, хорошо?»

«Может быть, в следующий раз хотя бы предупредите?» — она огрызнулась. «Я чувствую себя оскорбленной».

Я сосредоточился на Сердце Мира, направляя как можно больше своего сенсорного восприятия через Божественную Руну. «Давай, Мика. Начинай».

Эффект был мгновенным.

Умбральная* мана, окрашенная черной тенью, которая цеплялась за все, что было связано с Вритрой, начала просачиваться из рога в тело Мики.

# Прим. Пер. — Умбральная энергия — это темная и хаотическая энергия, она также довольно опасна в использовании, но невероятно мощна (инфа добыта из глубин арабского фандома, серьёзно), хотя тут подошла бы «Зловещая мана» или просто «Хаотичная», но постараемся соблюдать терминологию, так как это слово совмещает сразу два понятия, а мы (читатели) сделаем умный вид, будто всё сразу поняли!

Она съежилась от этого ощущения и чуть не отбросила свой рог. Её широко раскрытые испуганные глаза невидяще смотрели вперед.

«Это всего лишь видение», — заверил я её, стараясь говорить тихо и успокаивающе. Её пальцы побелели вокруг угольно-черного рога. «Оставайся в себе. Помни о нашей цели. Сосредоточьтесь на этом. Не тяни слишком сильно. Просто позволь мане течь».

Я продолжал непрерывный поток утешающих, направляющих слов, когда начал выталкивать эфир, смешивая его с маной. Он был втянут в её тело вместе с маной, притянутый присутствием Реджиса. Не вся мана, рожденная Вритрой, хотела быть втянутой в её ядро и вместо этого просачивалась из её вен маны в её тело, но благодаря тщательным манипуляциям с эфиром я смог собрать эти случайные частицы и направить их в правильном направлении.

Тем временем веки Мики были зажмурены так сильно, что кожа вокруг них стала ярко-белой, в то время как её щеки покраснели, и она начала сильно потеть. По тому, как она скрежетала зубами и беспокойно ёрзала, я понял, что какие бы видения она ни видела, они должны быть очень плохими.

«Я… я поняла», — сказала Мика несколько минут спустя, выдыхая воздух, который она задерживала. «Это было… совершенно, невероятно, чрезвычайно ужасно».

Я наклонился и крепко сжал её руки вокруг рога. «Продолжай вытягивать, но не слишком быстро».

Затем мы с Реджисом перешли к Байрону. Он быстрее адаптировался к потоку поврежденной разложением маны и вынырнул из видений всего через минуту или две. Варай пришлось труднее, её видения были настолько сильными, что мне пришлось держать рог в её руках, пока она хныкала и дергалась. В конце концов, однако, она тоже справилась с этим, Реджис притянул мой эфир к себе, в то время как я направлял серые частицы маны и не давал им проникнуть в её тело.

Копья вошли в ритм медленного извлечения и очищения маны из рогов, которые выглядели почти так, как будто они горели, когда темная мана выкипала, окутывая тела Копий дымным нимбом.

Наконец, не опасаясь, что мана отравит их тела или разумы, я смог по-настоящему наблюдать за процессом. Попав в их ядра, мана обрабатывалась, примеси удалялись и отбирались самим ядром, не оставляя после себя ничего, кроме чистой маны. Но какой бы процесс ни помешал ядрам проясниться дальше, он не был сразу очевиден.

«Что ты видишь?» — спросил я Гидеона, наблюдая, как мана движется постоянными вихрями внутри их ядер.

Сварливый фасад Гидеона растаял, когда его разум сосредоточился на задаче. Я знал, что так и будет; он не мог устоять перед такой сложной проблемой. «Существует более высокое, чем обычно, сопротивление, когда они втягивают и начинают обрабатывать ману — за исключением Копья Байрона, чьи каналы и ядро, похоже, функционируют с ожидаемой эффективностью, учитывая силу Копий. Я подозреваю, что это связано с природой рассматриваемой маны, однако, а не с каким-то симптомом ограничений, наложенных на них артефактами Копья».

«Очень жаль, что у нас до сих пор нет этих артефактов», — задумчиво добавила Эмили, постукивая пальцем по щеке и глядя на их оборудование. «Было бы проще, если бы мы могли разобрать их на части и выяснить, как они работают».

«Это было бы идеально, но», — я вложил эфир в руну измерения, извлекая два жезла усиления, — «у нас есть это».

В одной руке я держал гномий артефакт, который был изготовлен из рукояти из чистого золота и усеян по всей длине обсидиановыми кольцами. На одном конце слабо светился большой рубиново-красный драгоценный камень. Второй жезл — артефакт, предназначенный только для использования людьми, — был увенчан голубым драгоценным камнем, а его рукоятка была выкована из серебра.

«Но мы не можем их использовать», — нервно сказала Эмили.

«К черту эти злые твари», — яростно рявкнул Гидеон в то же время.

Из Копий только Байрон, казалось, мог сосредоточиться как на роге, так и на нашем разговоре, но он хранил молчание, его лицо было выражением нервного солдата, доверяющего суждению своих командиров.

Мне вспомнилось то, что Вирион сказал о реакции Гидеона на артефакты. «Что вы обнаружили, изучая их?»

«Божественные инструменты не созданы для рук смертных», — сказал Гидеон, как будто цитируя что-то по памяти. «Любому, у кого есть хоть капля мозгов, достаточно взглянуть на эти штуки всего на две секунды, чтобы увидеть, что это настоящая пахлава из разных заклинаний, наложенных одно на другое, ни одно из которых не поддается расшифровке даже для такого гения, как я. Может быть, во всем этом есть что-то хорошее, но асуры точно не доказали, что их намерения хороши, так что было бы полной глупостью предполагать, что нет подвоха».

По правде говоря, я был полностью согласен с оценкой Гидеона. В ходе моего собственного ночного изучения жезлов я обнаружил многое — по-видимому, больше, чем Гидеон, — включая каталогизацию первых нескольких слоев заклинаний и то, как они будут разворачиваться, когда жезлы будут активированы. Это был риск, но я точно знал, что Кэзесс должен был встроить ключ, чтобы отменить наложенный на Копья предел, если артефакты должны были сделать их ещё сильнее.

«Ты прав, Гидеон. Вот почему мы не собираемся их использовать», — сказал я. «По крайней мере, не так, как намеревался Кэзесс Индрат».





Глава 397 — Пути Расходятся




От лица Алдира.

Воздух Небесной Саванны, родины клана Тиестес, был теплым и сухим, но над лугами всегда дул легкий ветерок, заставляя высокие сине-зеленые стебли танцевать, как океанские волны. Мы назвали это “Ветром Воина”, магическим явлением, созданным тысячелетия назад, чтобы гарантировать, что у пантеонов, тренирующихся в жаркой саванне, всегда будет ветерок, охлаждающий их.

Со своего насеста, поверх голубых черепичных крыш Батлз-Энда, я мог видеть саванну на много миль в каждую сторону. Наша раскинувшаяся деревня, выросшая в оттенках красного и синего из самого центра Небесной Саванны, была местом, которое все пантеоны считали своим домом, даже те из других кланов, которые никогда здесь не жили. Это было сердце всей нашей расы.

«То, как твои глаза впитывают вид саванны, можно было бы счесть за то, что ты думаешь, что никогда больше её не увидишь, старый друг».

«Делиться такими новостями не приносит мне утешения, лорд Тиестес», — сказал я, отводя взгляд от горизонта, чтобы сосредоточиться на многоглазом лорде пантеона, — «но я боюсь, что это может быть так».

Все четыре обращенных вперед глаза Адемира сосредоточились на мне, в то время как глаза на других сторонах его головы быстро двигались, отслеживая даже малейшее движение вокруг нас. «Тогда ты готов рассказать мне, почему ты покинул замок Индрат?»

Я выровнял дыхание и поправил свою позу, которая ускользала. Признак моего внутреннего смятения, подумал я.

Мы с Адемиром оба были высоко над землей, тщательно балансируя на высоких шестах, не больше моего мизинца. Спираль из таких шестов заполняла центральный двор Баттлз-Энда. Самые короткие и толстые были на внешней стороне спирали, и они становились все тоньше и выше, пока не достигли центрального стержня, который был тонким, как игла.

Мы были на нескольких полюсах от центра, напротив друг друга. Адемир взял немного более высокий и тонкий шест, чем я, и, хотя я мог бы подняться выше, было бы актом неуважения говорить свысока с моим господином.

По традиции, более высокопоставленный пантеон также выбрал тренировочную позу. Адемир выбрал относительно простую позу “Танцора с Клинком”. Следуя за ним, я балансировал на одном носке, вытянув левую ногу под углом вниз позади себя, пальцы ног указывали на землю. Мои руки были жестко прижаты к телу, одна ладонью вниз на уровне моего ядра, вторая ладонью вверх перед моим животом.

«Моя служба Кэзессу закончилась», — сказал я наконец. За этим заявлением последовала ещё одна долгая пауза, пока я обдумывал свои слова. «Я не меч, которым можно размахивать без оглядки».

Адемир изменил форму ровно на столько, чтобы сбить с ног ядовитого охотника, а затем без усилий вернулся в позу “Танцора Клинка”. «Немногие из ныне живущих асур могут вспомнить то время, когда Кэзесс Индрат ещё не создал Великую Восьмерку и объединил кланы. Эфеот был местом бесконечных войн и смертей, диким и необузданным миром, полным ходячих катастроф, таких как живая гора Геолус. Говорят, что сама Небесная Саванна была сровнена с землей пантеонами, владеющими техникой “Пожирателя Миров” в битве с драконами и гамадриадами.

«И Кэзесс уже давно приписывает себе заслугу в том, что он положил конец этой эпохе, запретив использование техники “Пожирателя Миров” из-за её истории. Её использование почти уничтожило наш клан, нашу расу и весь Эфеот. Она разрушает не только мир, но и заклинателя, и поэтому пантеоны той эпохи поняли, что лучше жить в рабстве, чем умереть среди разрушенных останков нашего мира».

Внезапная правда открылась мне, и это знание оставило горько-холодную тошноту в моих внутренностях. «Лорд Индрат отказался позволить нашему клану забыть эту технику. Он потребовал, чтобы по крайней мере один из пантеонов Тиестеса всегда носил знание техники “Пожирателя Миров”, чтобы он мог использовать её в случае необходимости».

Адемир не ответил. Ему и не нужно было этого делать.

Я вспомнил своё обучение, сокрушительный груз моей гордости, когда я десятилетиями работал, чтобы усвоить знания моего учителя об этой технике. Нетерпеливый молодой пантеон, которым я был, считал себя праведным стражем, защитником священного запретного знания и своего клана, своего народа, всего Эфеота.

И всё же, из-за моей гордости, мной было легко манипулировать.

Совсем как юный Таки.

Потому, что Кэзессу нужно было, чтобы мы были готовы использовать технику “Пожирателя Миров”, если он так прикажет.

«Боюсь, я должен покинуть Эфеот», — сказал я, и слова прозвучали так же устало, как я внезапно почувствовал.

«Я знаю», — ответил Адемир. Его голова слегка повернулась, и один ярко-фиолетовый глаз прекратил своё быстрое движение, сосредоточившись на чем-то. Я проследил за направлением его взгляда. Врен* спешил к основанию балансиров, махая рукой, чтобы привлечь мое внимание.

# Прим. Пер. — Прошу прощения, так как ранее, из-за долгого отсутствия этого персонажа в повествовании, я перевёл его как Рен, по ошибке, но всем привычнее Врен, поэтому с этого момента так и будет.

Адемир вышел из позы “Танцора Клинка” и принял позу отдыха. «Я не буду останавливать тебя, действуя так, как будто у меня есть мудрость, которой я мог бы поделиться с тобой, Алдир. Ведь ты — идеальный образец нашего вида».

«Благодарю тебя, лорд Тиестес». Затем, видя, как взволнован Врен, я добавил: «Извините меня», прежде чем соскочить со своего насеста и упасть. В последний момент я поймал инерцию и мягко приземлился на плотно утрамбованную землю. «Врен, в чем дело?»

У Врена была каменная челюсть, и он говорил сухо, когда сказал: «Мои големы видели отряд драконов, движущийся через саванну, во главе с твоим старым приятелем Виндсомом. Что-то в их бледных, хмурых лицах и в том, как дрожат их колени при каждом шаге, говорит мне, что их миссия не из мирных, но они также не кажутся слишком взволнованными тем, что им предстоит сделать. Как ты думаешь, может быть, это как-то связано с тобой?»

«Драконы? Маршируют к Батлз-Энду?» Адемир зарычал, приземляясь рядом с нами, угроза в его словах была безошибочной. «Именно сейчас? Если он думает, что я позволю этому безобразию продолжаться…»

«Мир, старый друг», — сказал я, коснувшись своих закрытых глаз, а затем положил руку ему на сердце. «Я прошу твоей клятвы, Адемир. Не вовлекай клан, что бы ни вышло из этого вторжения. Они здесь не из-за Тиестеса».

«Они могут прийти за одним, но, в итоге, прийдут ко всем нам, Алдир», — твердо сказал он, начиная отворачиваться от меня. «Ни один член клана Тиестес не будет…»

«Тогда ты должен изгнать меня».

Адемир был настолько застигнут врасплох этим вмешательством, что ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать мои настоящие слова. Он усмехнулся, но не пошевелился и не заговорил.

«Лорд Тиестес, я отдал каждое мгновение своей очень долгой жизни — пожертвовал всем, что не входило в мои обязанности, — чтобы защитить мой клан и людей». Переместив руку на его затылок, я осторожно потянул его вперед, пока наши лбы не соприкоснулись. «Теперь я готов добровольно отправиться в изгнание, чтобы сделать то же самое. Но ты должен позволить мне».

Его рука на мгновение задержалась на моем предплечье, затем он отстранился. Резкие морщины боли исказили его обычно спокойные черты. Прошло несколько секунд, и я почувствовал, как он собирается с силами.

«Тогда иди. Ты… изгнан, Алдир, из этого места и этого клана».

Когда он произнес эти слова, обжигающий огонь пронзил плоть на моей шее. Клеймо Изгнанного. Физический символ того, что мне нет места в Батлз-Энде или Небесной Саванне. Боль не была похожа ни на что, что я когда-либо испытывал раньше, и все же я не позволил себе выразить её как-либо, кроме скрежета зубов.

«Ни один пантеон в Эфеоте не поможет тебе». Его голос стал грубым и эмоциональным, когда он произнес последнее. «Но знай, что ты всё ещё можешь найти помощь, если она тебе понадобится. Если вы оба действительно ищете передышки в мире лессеров, отправляйтесь в место, известное как Звериные Поля на их континенте Дикатен. Древние подземелья там все еще хранят много секретов и, возможно, даже помощь для любых заблудших сыновей и дочерей Батлз-Энда».

Дорога моей жизни была долгой и напряженной, но раньше я всегда знал, что она закончится здесь, в Батлз-Энде. Теперь это будущее исчезло. Несмотря на то, что именно я просил об этом, это заставило меня на мгновение почувствовать себя дезориентированным и плывущим по течению, отрезанным от своего собственного будущего и судьбы.

По крайней мере, это освобождает меня от необходимости когда-либо обучать технике Пожирателя Миров другого человека, понял я запоздало.

Затем Врен переместился, его умные глаза читали меня так ясно, как если бы я был одним из сюжетных гобеленов в замке Индрат, и я выбрал новое направление. Для такого старого существа, как я, понятие «новое» было трудным для понимания.

Но я не был безруким. Я знал, куда направляюсь дальше, даже если не понимал, что может получиться из этого путешествия.

И вот, в последний раз поклонившись Адемиру, который не мог встретиться со мной взглядом, поскольку я больше не принадлежал к Тиестесу, я развернулся на пятке и зашагал с площади по широким, утоптанным улицам Батлз-Энда. Глаза следили за мной, притворяясь, что не замечают, когда я проходил мимо домов, тренировочных площадок и торговых прилавков, каждый из которых теперь был закрыт для меня. Никто не пожелал мне ни прощания, ни удачи, ни пожелал мне крепкого здоровья и сил в моих путешествиях, как это было принято по традиции.

Это было больнее, чем я себе представлял. Мое неуважение к Кэзессу и его решениям в тот момент переросло в ненависть. Когда я использовал технику Пожирателя Миров, я пожертвовал своей честью и гордостью. Это было достаточно плохо. Но теперь он забрал мой дом и наследие, и за это я никогда не прощу Повелителя Драконов.

Именно с этим горьким, подпитываемым яростью огнем, пылающим внутри меня, я шагнул за границы Батлз-Энда, но именно страх удерживал меня от того, чтобы оглянуться назад, страх, что потеря выбьет у меня ноги из-под ног, если я это сделаю.

Травы саванны росли по плечи по обе стороны хорошо протоптанной тропинки, их аквамариновые, синие, бирюзовые и лазурные оттенки бесконечно колыхались взад и вперед на “Ветру Воина”. Луга больше не казались мягко перекатывающимся океаном, а десятью миллионами копий, марширующих рядом со мной к моему самому старому и дорогому другу среди драконов. Это было что-то особенное — думать, что только саванна всё ещё была со мной.

Прошло совсем немного времени, прежде чем я нашёл их. Я получил небольшое мстительное удовольствие, увидев, как дюжина солдат-драконов внезапно остановилась, как будто их ноги не хотели нести их ближе ко мне. Виндсом, который вёл их, поднял подбородок и натянул на лицо свою самую властную маску, ожидая, когда я подойду.

«Алдир из клана Тиестес, меня послали, чтобы…»

«Часть про “клан Тиестес” лишняя», — сказал я официально, прерывая его надменную речь. «Я был изгнан».

Глаза Виндсома сузились. «Удобный щит для членов вашего клана, но он также упрощает ситуацию для лорда Индрата».

«Вы здесь, чтобы арестовать меня и отвезти обратно, чтобы выслушать приговор Кэзесса», — сказал я, делая шаг ближе, магия, соединяющая меня с моим оружием, Сильверлайтом, покалывала кончики моих пальцев.

Руки солдат крепче сжали оружие.

Выражение лица Виндсома оставалось бесстрастным. «Только если ты заставишь нас. Лорд Индрат требует твоего немедленного присутствия, и мы здесь, чтобы добиться твоего согласия». Его брови изогнулись, и он выпрямился еще больше, его мана набухла в плохой имитации “Силы истинного Короля”. «С применением насилия, если потребуется, хотя лорд Индрат и я, оба верим, что ты придёшь с миром».

Я вгляделся в лица солдат. Я знал их всех. Мускулистый Тассос, которого я спас от огненного всадника феникса во время стычек после исчезновения принца Мордейна. Близнецы Алкис и Ирини обучались у Кордри с тех пор, как были еще детьми. Я был удивлен, увидев Кастора, который был одним из личных охранников леди Майр. Но также я был совершенно не удивлен, увидев сердитого Спироса, которого я понизил в должности за его чёрствое и ожесточённое отношение к другим кланам, и который с тех пор ненавидел меня.

То же самое было и со всеми остальными. Я знал их. Я обучал их, сражался вместе с ними, командовал ими.





Глава 398. Нисхождение




От лица Артура Лейвина.

Прислонившись к корню приземистой яблони и пережёвывая последние спелые плоды, я смотрел на поля к югу от города Блэкбенда.

Когда-то эти плоские равнины и низкие, пологие холмы переливались золотом с бесконечными полями пшеницы, но большие участки сельскохозяйственных угодий были раздавлены палаточным городком, который сейчас окружает южную окраину Блэкбенда, и десятью тысячами или более солдат, расквартированных там. Одетые в серо-черное солдаты двигались нетвердыми короткими шагами, и я видел, как многие головы склонялись в разговоре и украдкой бросали взгляды по сторонам. Не раз высокопоставленные офицеры останавливались, чтобы накричать на группу сплетников, в то время как посыльные носились с безумным видом.

После короткой прогулки по Реликтовым Гробницам, с целью убедиться, что мы с Реджисом были на полной мощности, мы проследовали по широкой полосе из песка, которая отмечала путь армии Алакрийцев через пустыню в предгорья, разделяющие Сапин и Дарв. Варп-телепорт, который я взял у Фантомов, сделал бы перемещение на такое расстояние пустяковым делом, но мне нужно было убедиться, что силы Алакрии не разделятся и не направятся в другое место назначения.

Несмотря на многодневное превосходство, солдаты, отступившие из Вилдориала, прибыли совсем недавно. Со своего отдаленного наблюдательного пункта, с обостренными эфирными чувствами, чтобы я мог более четко следить за суетой множества солдат, я некоторое время следил за прибывшими и отбывшими из военного лагеря, довольствуясь тем, что просто наблюдал, как алакрийцы томились в своей собственной неуверенности.

Прошло уже несколько часов, пока мы с Реджисом ждали под яблоней. К сожалению, не было никаких признаков слуги и регента, Лиры Драйде, или двух Кос. Из них получился бы удобный реквизит для спектакля.

Было приятно снова оказаться на поле боя, когда передо мной враг. Моё возвращение в Дикатен было определено тайным бегством по подземным туннелям и жизнью в страхе за свою семью и всех дикатенцев, находящихся под моей защитой. Я устал таиться и прятаться. Это была война. Давно пора было с этим бороться.

Но я мог сделать это только сейчас из-за Копий. Повреждения их ядер, нанесенные им в ходе того же ритуала, который связал их с соответствующими королями и королевами и позволил усилить их до белого ядра, были исцелены. Варай, Байрон и Мика в тот самый момент вернулись в Вилдориал, медитируя над остатками маны в рогах Вритры, которые я приобрел, чтобы стать сильнее впервые за очень долгое время.

Когда Копья в следующий раз столкнутся с Косами, я уверен, что результаты будут совсем другими.

В военном лагере зазвучал рог, и солдаты начали собираться.

‘Готов?’

Реджис выплыл из моего тела и сгустился в форму взрослого теневого волка. «О, это будет весело».

Вместе мы начали быстро двигаться с вершины холма, где росло одинокое дерево, вниз в небольшую долину, которая открывалась на вытоптанные поля, и прямо к раскинувшемуся лагерю. Оказавшись на виду у стражников, наблюдавших за нами с юга, мы замедлили шаг и перешли на ровный марш. Им не потребовалось много времени, чтобы заметить нас.

Раздался еще один гудок, потом еще. Эти были более дикими и, как мне показалось с некоторым удивлением, почему-то испуганными. Несколько человек запрыгнули на широких, быстро передвигающихся мана-зверей ящериц, называемых скиттерами, и бросились отрезать мне путь.

Всё ещё в сотне футов от них один из них издал крик, и все песчано-жёлтые ящерицы резко остановились, держась подальше.

Их лидер, мужчина лет двадцати с небольшим, с жидкой светлой бородкой и тёмным пристальным взглядом, оценил мою внешность и побледнел. Все остальные солдаты повернулись в его сторону, и я мог сказать, что все они узнали меня по слухам, даже если они никогда не видели меня лично. Скиттеры, почувствовав дискомфорт своих наездников или, возможно, занервничав из-за присутствия Реджиса, шарахнулись и попытались отступить.

«Н-назовите своё имя», — сказал лидер, его голос слегка дрогнул. Он прочистил горло и выпрямился. Не дожидаясь моего ответа, он сразу же спросил: «Вы предатель Алакрии, известный как Грей? Если это так, знайте, что регент Лира из Высококровного Драйде отдала приказ убить вас на месте».

Я посмотрел ему прямо в глаза и сказал: «Тогда чего же ты ждёшь?»

Он вздернул подбородок, держа одну руку на уздечке своего скиттера, а другую — на рукояти меча. «Что тебе здесь нужно?»

«Всё просто», — сказал я, указывая мимо него на палаточный городок. «Покиньте это место. Чтобы вас здесь больше не было. Сейчас же».

Челюсть мужчины со светлой бородой напряглась. К его чести, он не сбежал сразу, хотя я мог сказать, что он думал об этом. «Ты всего лишь один человек. За моей спиной несколько тысяч солдат. Конечно, ты не…»

Я потянул эфир к реликтовым доспехам. Вид того, как это разворачивается на моей коже, заставил солдата сильно дернуть поводья, и его скиттер заплясал вбок и чуть не сбросил его. «Если вы видели меня раньше, то знаете, что я всегда предлагаю вам возможность сложить оружие и уйти, сохранив свои жизни. Мой враг — клан Вритра, а не народ Алакрии. Расформируйте этот лагерь и приготовьтесь немедленно покинуть Сапин».

Он долгое время сохранял зрительный контакт, в то время как его скиттер всё ещё метался из стороны в сторону, теперь активно пытаясь оторваться. Наконец, он позволил этому случиться, и мана-зверь развернулся и помчался в сторону военного лагеря. Остальные быстро последовали его примеру.

«Еще не надоело звучать как заезженная пластинка?» — спросил Реджис, высунув язык из уголка рта.

«Становится всё труднее предлагать помилование каждый раз, когда они отказываются от него», — признался я, скрестив руки на груди и наблюдая, как скиттеры спешат прочь. «Но это правильный поступок, Реджис. Если бы я мог щелкнуть пальцами и отправить всех этих алакрийцев обратно на их собственный континент без какого-либо насилия, я бы это сделал. Но…» Мой голос стал тверже, когда я почувствовал, как моя воля затвердела. «Любой, кто хотел бы стать пешкой Вритры, независимо от того, родился ли он в Алакрии или Дикатене, выбрал свою собственную судьбу».

Разведчики добрались до лагеря, и за этим последовала суматошная деятельность. Крики и споры разносились по холмам. Я наблюдал, как офицеры более высокого ранга сталкивались с растущей враждебностью, и организация лагеря быстро распалась из-за отсутствия руководства. Я думал, что алакрийцы могут впасть в ярость, но затем громкий голос заглушил все остальные.

Гигантская женщина в тяжелых черных пластинчатых доспехах швырнула мужчину на землю и указала на меня горящим двуручным мечом, и алакрийцы начали выстраиваться в линию. В то время, как несколько групп солдат сломали строй и бежали на север, большинство поспешили в хорошо организованные ряды боевых групп по указанию женщины. Вспыхнули щиты, усиленное оружие и броня вспыхнули маной, и была активирована радуга заклинаний.

Я не мог не быть разочарован, когда посмотрел через поле на тысячи алакрийских магов.

«В самом деле, было бы намного проще, если бы у них хватило ума бежать, спасая свои жизни», — пробормотал я.

«Всё же, это было бы гораздо менее весело», — пошутил Реджис, мрачно посмеиваясь. «Может быть, это помогло бы, если бы они хорошенько разглядели меня во всей красе?»

Я одобрительно кивнул. «Сделай это».

С широкой волчьей ухмылкой Реджис активировал Божественную Руну Разрушения. Его тело пылало фиолетовым пламенем, его физическая форма расширялась и трансформировалась, становясь огромной и звериной, вся твёрдая, с острыми углами, зазубренным огнем и длинными чёрными шипами. Его голова расширилась и сплющилась, а изо рта выросли обсидиановые клыки. Из-за его изогнутых лопаток выросли крылья, а затем я запрыгнул ему на спину.

Реджис оторвался от земли и издал рёв, который потряс Блэкбенд. Он выдыхал пламя чистого Разрушения, кружась в воздухе высоко над врагом.

Дрожь ужаса сотрясла охваченных благоговейным страхом алакрийцев. «Щит» перестал колдовать и повернулся, чтобы бежать, но женщина, которая взяла на себя командование армией, появилась перед ним во вспышке раскаленного добела огня, её меч уже замахивался. У него даже не было шанса сотворить еще один защитный щит, прежде чем он развалился на две горящие половины.

«Любой другой, кто опозорит себя, поджав хвост, также опозорит свою Кровь! Клянусь Вритрой, я позабочусь о том, чтобы ваши матери и дочери истекли кровью из-за вашей трусости!»

После угрозы женщины начали летать заклинания, наполняя небо синими, красными, черными и зелеными цветами. Режущие лучи и разрывающиеся ракеты вспыхнули вокруг нас, как фейерверк. Дыхание Реджиса, наполненное Разрушением, сожгло несколько самых сильных заклинаний. Другие я отбивал эфиром. Еще больше промахнулось или безвредно отразилось от реликтовой брони или толстого слоя эфира, покрывающего тело Реджиса. Те небольшие повреждения, которые мы получили, зажили почти мгновенно.





Глава 399. Слабейший из Кос




От лица Нико Сэвера.

Стерильное освещение на моём рабочем столе светило на многочисленные детали, разбросанные по тёмному дереву. Серебряные руны бежали по краю и по всей поверхности стола в виде кругов разного размера.

Я подобрал два почти идентичных предмета: шестигранники с серией канавок и насечек, выгравированных на внутренней стороне. Оба были из сплава серебра, а не чистого серебра — я предположил, что они лучше подходят для размещения активных кристаллов маны, но мне пришлось бы поэкспериментировать, чтобы увидеть, какое серебро держится лучше и приводит к более чистой передаче маны.

При выполнении такого сложного проекта, связанного с проводимостью предметами маны, нужно было учитывать тысячу переменных, и я не мог позволить себе ничего, кроме как совершенствоваться дальше.

Мой взгляд зацепился за дефект на краю одной из внутренних канавок в шестиграннике. Разочарованно вздохнув, я бросил его обратно на стол из зачарованного дерева.

Еще одна задержка. Этот дефект будет препятствовать правильному размещению кристалла маны. Так что мне нужно заказать новый у другого мастера по серебру.

Мой правый глаз дёрнулся, и еще одно воспоминание о Земле вторглось в мое внимание.

В нём мне было, наверное, восемь или девять лет, и я сидел один за приютом. С маленьким перочинным ножом в руке я строгал палку, которую нашел на улице. Ничего особенного, просто вырезал по её поверхности несколько кругов, чтобы она выглядела как волшебная палочка.

Я вырезал чуть больше половины палочки, когда нож соскользнул, глубоко порезав мой большой палец. Это было больно, но я больше боялся, что меня поймают с ножом. Директор Уилбек забрал бы его и отругал меня, тогда мне пришлось бы неделю видеть это глупое выражение «Я-страдаю-с-тобой» на лице Грея. Это был небольшой, но важный урок.

Будь осторожнее. Будь внимателен, но не привлекай внимания. Прячься, когда тебе больно.

Жизнь состоит из тысяч таких маленьких моментов, как этот… страх и боль перекрывают всё остальное, учат человека не прикасаться к горячей поверхности и не класть большой палец не на ту сторону лезвия. Это была большая часть материала, который формировал личность.

Без этих воспоминаний кем стал бы человек?

Столкнувшись с вопросами, на которые я не мог ответить, я вернулся в состоянии апатии, которую почувствовал после пробуждения в лаборатории далеко внизу… после того, как Грей разрушил моё ядро и оставил меня умирать.

После того, как Сесилия сделала невозможное и снова исцелила меня.

Один кулак ударил по столу, заставив многочисленные детальки подпрыгнуть.

Ядро дракона, которое я украл, выкатилось из круга рун к краю стола. Гнев, который я испытывал, был смыт внезапным приступом тревоги, и я практически бросился через стол, чтобы схватить ядро, сжимая его обеими руками.

Держась за холодную твердую оболочку, было легче оттолкнуть сердитый голос внутри меня и вместо этого сосредоточиться на апатии. Мне понадобится этот контроль. Как бы ни были неприятны эти навязчивые воспоминания о моей прошлой жизни — как на Земле, так и на Дикатене в роли дурака Элайджи, — я также чувствовал, что отчаянно защищаю их.

Они были моими. И теперь, когда они вернулись ко мне, я бы не отказался от них снова.

А это означало, что у меня будет секрет от Агроны. В этой перспективе было что-то волнующее. Однако он был не из тех, кого легко одурачить. Мне нужно было бы симулировать отсутствие контроля, в то же время на самом деле держа себя железной хваткой над собой и своими эмоциями. Я не могу дать ему ни малейшего повода вмешиваться в мой разум.

Этот ход мыслей вызвал острый укол вины, который я не мог игнорировать.

Сесилия…

Несмотря на мое нетерпение поговорить с ней после пробуждения моих старых воспоминаний, мы пересеклись с ней лишь на короткое время, и я не нашёл в себе сил начать дискуссию, в которой, как я знал, мы нуждались. В тот самый момент, множество фальшивых воспоминаний затуманили её разум, воспоминания, которые я помог развить. Более того, у меня не было возможности узнать, сколько маленьких моментов из её прошлой жизни она могла пропустить.

Сколько из того, что сделало тебя человеком, которого я люблю больше всего на свете, осталось нетронутым? Интересно, — подумал я, прикусывая внутреннюю сторону щеки, пока не почувствовал металлический привкус крови.

Я крепко зажмурился, сморщив лицо и напрягая мышцы, а затем отпустил напряжение. Если бы я сейчас провалился в глубокую, холодную тьму этих мыслей, я бы никогда не выполнил свою текущую задачу.

Я осторожно положил ядро обратно на стол и осмотрел множество деталей и оборудования, которые мне удалось незаметно раздобыть. Все было бы намного проще, если бы я также не чувствовал необходимости скрывать свою деятельность от Агроны — или от всего, что было возможно.

Проблема заключалась в том, что я не мог всё сделать сам. Конечно, внутри Тэгрин Келума были средства для этого, но за всем, что я там делал, следили. И если бы я заказал все материалы у тех же исследователей маны и кузнецов, я рисковал бы отдать слишком много информации. И поэтому я потихоньку собирал все по частям.

Так было лучше для сохранения завесы тайны, но не для повышения эффективности. В дополнение к повреждённому шестиграннику я уже получил три кристалла маны с дефектами, кусок обугленного дерева на три дюйма короче, чем нужно, и заказ очищенной ртути, загрязнённой киноварью.

Но восстановление моих старых воспоминаний напомнило мне, в чём именно заключаются мои сильные стороны. Слишком долго я полагался на врожденную грубую силу, которая пришла от перевоплощения в тело с кровью Вритры. Способность овладеть хотя бы одним из искусств маны типа распада Вритры сделала меня сильнее, чем большинство других магов в этом мире, и я полагался почти исключительно на это на протяжении всего моего обучения в Тэгрин Келуме. Даже руны, портившие плоть вдоль моего позвоночника, казались ничтожными по сравнению с этим.

Но по мере того, как все больше моих старых воспоминаний возвращалось всплесками, я понял, что у меня есть и кое-что ещё, чего не было ни у одного другого Алакрийца.

На Земле я был техническим волшебником, осваивая передовые научные принципы в юном возрасте, чтобы достичь таких подвигов, как подавление Ки Сесилии и позволить ей вести что-то вроде нормальной жизни. После её смерти… Я сошёл с ума, погрузившись в свои исследования, изучая все, что мог, об инженерии, физике и исследованиях, связанных с Ки.

Удивительное количество этих знаний было непосредственно связано с «магией», особенно Наполнению и Созиданию с помощью Ки. Энергия должна была быть получена и эффективно передана, были представлены инструкции, выведена мощность, чтобы обеспечить конкретный результат.

Эффективность, повторил я про себя. Вот в чем настоящая проблема. Если то, что я делаю, сработает, это должно позволить полностью эффективно манипулировать маной, без задержек или потерь.

В Дикатене меня обучали манипулировать атмосферной маной, а не только моими рунами и заклинаниями, которые они создавали. Я ходил в одну из лучших магических школ на континенте и учился у талантливых профессоров, изучая теорию маны и типы манипуляций, которые не изучались в Алакрии.

Маги научились понимать форму заклинания, формировать ману своим умом и намерением с помощью заклинаний и других устройств, таких, как волшебные палочки. Это было сложнее, и на это ушло больше времени, но зато оно было гораздо более универсальным. Маг мог изменить фокус своего намерения или слова заклинания, чтобы изменить результат заклинания, или даже изобрести совершенно новое заклинание.

Руны, с другой стороны, можно было освоить, но никогда не менять. Они были усовершенствованы, и стали полезны как ядру, так и телу мага. И без того, чтобы слуги Агроны медленно выдавали новые руны, ни один алакрийский маг не смог бы добиться настоящего прогресса, даже среди Кос.

Но у меня не было причин полагаться на Агрону, чтобы получить силу. Не со всеми знаниями и умениями, которые были в моем распоряжении.

Теперь, когда мое ядро было разрушено и восстановлено, я видел всё более ясно.

Сесилия сотворила чудо, которого я до сих пор не понимаю, вернув мне дар магии, но это не обошлось без затрат.

Моё ядро стало слабым.

И это означает, что все будут видеть во мне слабака.

Но мир меняется. Всё вокруг нас меняется, становясь с каждым днем всё опаснее. Сесилия была так занята с тех пор, как я выздоровел, и я знал, что на это может быть только одна причина.

Агрона готовил её к войне.

Если бы она думала, что я слишком слаб, она бы оставила меня позади. В её глазах была бы печаль, когда она это делала, и она действительно верила бы, что это было для моей собственной защиты, но это разрушило бы наши узы. Она никогда больше не будет смотреть на меня так, как раньше, и Агрона постепенно вычеркнет меня из общей картины. Скоро она станет для него всего лишь оружием, и, что хуже всего, она даже не будет знать, что хотела быть кем-то другим.

Я должен был оставаться рядом с ней. Я должен был защитить её.

И я бы сделал всё, чтобы убедиться, что я достаточно силен для этого.

Твердо придерживаясь своей цели, я поднял длинную, скрученную черную ветку зачарованного дерева — ту, которую я рискнул стащить из личных складов Агроны после того, как первый образец оказался бракованным. Это дерево было привезено с родины Агроны в Эфеоте, оно было твердым, как сталь, и идеально подходило для работы с рунической магией, но также очень редким и дорогим. Шестифутовый посох с одного конца заострился, но был неаккуратно обломан на более широком конце, где он был отломан от дерева.

Я взял инструмент, похожий на неглубокую ложку, скрещенную со скальпелем, и прижал его к древесине. Мана перескочила с моей руки на рукоятку инструмента, и руны, скрытые под кожаной оберткой, превратили ману в тепло. Через несколько мгновений почерневший металлический черпак засветился оранжевым.

Я сильно надавил на сырую древесину, и инструмент вонзился в нее, испуская тонкую струйку дыма, пахнущего ванилью. Подпитывая свои мышцы маной, я вогнал инструмент в дерево, но все равно сумел соскрести лишь тонкую стружку. Стиснув зубы, я повторил процесс, затем еще раз, каждый раз получая тонкую, как бумага, вафлю.

Через двадцать минут я проделал в посохе неглубокую ямку. Через час у меня была неровная канавка. Через два я смог вырезать точную грань.

Затем я взялся за один из металлических шестигранников, дважды проверив, всё ли в порядке. Я вдавил его в фасетку, затем взял маленький молоток и вогнал его в отверстие. Звон молотка заглушал все остальные едва уловимые звуки замка, такие как шорох слуг, ходящих взад и вперед по коридору снаружи, и приглушенные всплески магии из одной из тренировочных комнат внизу.

Отложив молоток, я осмотрел результаты: серебристый шестигранник идеально вписался в резную грань, и внезапно простая палка стала чем-то большим, чем была на самом деле. Больше не часть природы, а нечто созданное с определенной целью.

Взяв с верстака еще один предмет, я вставил в оправу шестиугольный драгоценный камень. Ярко-красный камень казался кровавым и темным на фоне черного дерева и серебристого металла. Но я не ставил этот камень надолго. Вместо этого я встряхнул его и положил обратно на стол, перевернул посох и снова взял резной инструмент.

«Выглядит увлекательно».





Глава 400. Выбор Сделан




От лица Артура Лейвина.

Заклинания окрашивали воздух синим, зеленым и золотым дождем, оставляя после себя лишь искры и хлопки, сопровождаясь радостными возгласами с земли внизу. Ветерок доносил звуки сотен ликующих голосов и запахи жарящегося мяса и сладких пирогов. Маленькая девочка, не старше пяти или шести лет, пробежала мимо нас, её лицо покраснело, а улыбка становилась шире с каждым шагом. Прямо за ней шёл одноглазый мужчина — со свежим шрамом, без сомнения, с войны — смеялся, бросаясь в погоню.

Улыбка тронула мои губы, когда дикатенский авантюрист поднял девочку с ног, вызвав восторженный визг ребенка. Он посадил её к себе на плечи, где она продолжала хихикать и смеяться, откидываясь все дальше и дальше назад, чтобы посмотреть на волшебный фейерверк, который почти постоянно взрывался высоко над городом.

«Я не видела людей такими счастливыми со времен первой атаки на Ксайрус», — сказала Хелен Шард, прислонившись к стене мраморной беседки, в которой находились единственные врата телепортации Блэкбенда.

Анджела Роуз сидела на клочке травы, Реджис развалился у неё на коленях, положив голову ей на грудь. «Это похоже на то, что завеса была приподнята, не так ли?» — сказала она, рассеянно почесывая Реджиса под подбородком.

«Красивая и мудрая», — сказал Реджис, быстро лизнув Анджелу в щеку. «Почему мы не были знакомы раньше? Это похоже на преступление».

Она наградила его сладким смехом. «Я не знаю об этом твоем звере, Артур. Ты уверен, что это не ты жестикулируешьч через свой призыв?» Она застенчиво приподняла бровь, глядя на меня.

«Если бы это было так, я бы и близко не был таким грубым», — сказал я, бросив на своего спутника свирепый взгляд.

Жасмин провела ночь, слушая с улицы, повернувшись к нам спиной — её проницательный взгляд, без сомнения, отслеживал множество людей, движущихся по улицам вокруг нас. Рассеянно перекатывая кинжал между пальцами, она обернулась. «Знаешь, это не совсем то одолжение, которое ты нам оказал».

Я пожал плечами. «Я знаю. Но я верю, что Рога Близнецы сохранят контроль над городом, не пытаясь также создать какой-то город-государство, контролируемый Гильдией Авантюристов. Кроме того, это ненадолго, если все пойдет хорошо, ваша помощь больше не потребуется».

Это вызвало переполох в группе, всеобщее внимание быстро переключилось на меня. Дерден, который почти не произнёс ни слова с тех пор, как прибыл в Блэкбенд, внезапно заговорил. «Что ты имеешь в виду?»

«Я надеюсь», — начал я, переводя взгляд с Жасмин на Хелен, «что Жасмин отправится со мной в Ксайрус».

Выражение лица Жасмин не выдало никаких признаков удивления, но вместо этого сменилось чем-то задумчивым. И всё же она ничего не сказала.

Хелен, с другой стороны, сильно нахмурилась, когда оттолкнулась от колонны, к которой прислонилась. «С какой целью? Я не могу себе представить, что наличие всех Рогов Близнецов или даже всех сил в Вилдориале, если уж на то пошло, повлияло бы на исход здесь, в Блэкбенде. Прости меня за то, что я это говорю, Артур, но такого рода сражения, которые тебе, вероятно, предстоят… Ты уверен, что хочешь, чтобы рядом с тобой был кто-то, о ком ты заботишься?»

Конечно, Хелен была права. Я не уверен, на самом деле нет. Если бы все было по-моему, я бы засунул всех, кто был мне дорог, в яму где-нибудь глубоко в Реликтовых Гробницах, чтобы они были в безопасности. Но мне также нужен был кто-то рядом, кто мог бы сказать мне, когда я был неправ, — кто мог бы заземлить меня, поскольку мое собственное положение продолжало расти. Возможно, если бы я знал это раньше, в своей прошлой жизни, я бы не ввязался в войну, которая унесла миллионы жизней в качестве возмездия за убийство директора Уилбек.

Но я ничего этого не говорил. «Я позабочусь о её безопасности», — сказал я Хелен. Затем, обращаясь к Жасмин, я добавил: «Если ты, конечно, захочешь».

Жасмин вздернула подбородок, и в её красных глазах отразился далёкий взрыв ледяных осколков. «Конечно».

Хелен посмотрела между нами, её пальцы нервно теребили тетиву лука, затем она вздохнула и кивнула. «Хорошо, но я клянусь», — она закинула руку мне на шею и попыталась схватить меня за голову, — «если я увижу, что у неё на голове не хватает хоть одного волоска…»

Без особых усилий я сбил её с ног, баюкая в своих объятиях и заставляя её взвизгнуть от удивления. «Ты же знаешь, что волосы выпадают естественным путем, верно?»

Её рука легла мне на плечо. «Отпусти меня, ты, нахальный мальчишка!»

Смеясь, я поставил её обратно на ноги, держа руки на её плечах и удерживая зрительный контакт. «Я понимаю твоё беспокойство. Это война, и никто из нас по-настоящему не в безопасности, даже я, но я обещаю, что буду беречь её настолько, насколько это возможно».

Хелен хмыкнула, безуспешно пытаясь скрыть огорченную улыбку.

‘Ну, ты развлекайся, а я, думаю, просто останусь здесь с Анджелой Роуз и ее…’

‘Ни за что’, — выстрелил я в ответ. ‘Ну же. Пришло время уходить’.

Пока Реджис заканчивал вести себя как полный идиот и позориться перед Анджелой Роуз, я вошел в каменную беседку и начал калибровать врата телепортации в парящий город Ксайрус. Жасмин молча последовала за мной.

Когда портал ожил внутри рамки, я подошел к нему, но повернулся лицом к Хелен, Дердену и Анджеле Роуз, прежде чем пройти.

Реджис переместился в мое тело. Анджела Роуз радостно помахала рукой. Дерден почесал культю руки, его взгляд остановился где-то справа от меня.

«Удачи, генерал Артур», — сказала Хелен, постучав костяшками пальцев по резной каменной колонне. «Мы будем ждать известий о вашем успехе».

Я кивнул Хелен и взглянул на Жасмин, чтобы она попрощалась, прежде чем пройти.

Мир вокруг меня расплылся, и у меня был краткий момент, когда я был отделен от времени и физической реальности, чтобы обдумать следующий шаг.

Я провел в Блэкбенде всего несколько часов. Успех требовал от меня невероятного темпа действий, а Ксайрус был даже важнее Блэкбенда.

Будучи самым процветающим и защищаемым городом Сапина, он стал домом для многих представителей высшей крови, которых привлек Дикатен — или, по крайней мере, для тех, кто не потратил свои ресурсы на строительство крепостей в Эленуаре только для того, чтобы увидеть, как их уничтожает Алдир.

Он также был домом для многих самых богатых дикатенцев, особенно для таких перебежчиков, как Уайксы.

Я боялся, что мне предстояло не столько сражение, сколько длительный период выкапывания алакрийцев из города, как клещей из волчьей шкуры. И чем больше времени я проводил в каком-либо одном месте, тем больше времени у следующего города на очереди было на подготовку. Я и так дал Агроне слишком много времени, чтобы среагировать и противопоставить свою победу в Вилдориале.

Мир резко остановился, когда я попал к одному из десятка других идентичных телепортационных врат.

Неподалеку по стойке смирно стоял отряд алакрийских солдат. Остальная часть улицы была совершенно пуста.

Позади меня появилась Жасмин, в её руках уже сверкали клинки.

Охранник средних лет с сильным труасийским акцентом выступил вперёд. «Добро пожаловать в Ксайрус, генерал Артур и» — он многозначительно посмотрел на Жасмин. Когда никто из нас не ответил ему, он поджал губы и закончил — «почетный гость».

Я на мгновение задумался, прежде чем ответить. Тот факт, что он знал, кто я такой, и явно был подготовлен к моему прибытию, но не нападал на меня, означал, что кто-то в городе хотел поговорить.

«Я Идир Крови Плэйнраннер», — продолжил он, и на этот раз я уловил лёгкую дрожь в его голосе. «Мои люди и я должны сопроводить вас в здание суда для встречи с главами Ксайруса. Если вам угодно».

А если я не пойду? Я чуть не спросил, но воздержался. «И кто же они?» — спросил я вместо этого.

«Высокопоставленными членами пяти благородных кровей, которым дана доля управления в этом городе, являются Августина из Высококровного Рамсиера, Лейт из Высококровного Райнхорна, Рис из Высококровного Аркрайт, Уолтер из Высококровного Кёних и Адаенн из Высококровного Умбуртер». Должно быть, я выдал какой-то знак узнавания при упоминании имен Рамсейер и Аркрайт, потому что солдат добавил: «Могущественные Крови на обоих континентах, как вы знаете».

«И что повлечёт за собой эта встреча?» — спросил я.

Солдат, Идир, отвесил смиренный поклон. «Я всего лишь посыльный. Я знаю, что вы вернулись с битвы и устали, но я могу заверить вас, что ни один алакриец в этом городе не захочет скрестить клинки с человеком, который убил Косу Каделла Вритру».

Я не сомневался в его словах, но они не совсем успокоили меня. Просто потому, что солдат не хотел сражаться, не означало, что он откажется, когда будет отдан приказ.

«Прекрасно», — сказал я наконец. «Показывай дорогу, Идир».

Хотя улицы были в основном пусты, лица прижимались к окнам многих зданий, мимо которых мы проходили. Из очень немногих людей, оставшихся на улицах, все, по-видимому, были выходцами из дикатенского рабочего класса. Некоторые даже вопросительно окликнули нас, но были отосланы нашим сопровождающим. Я вмешался только после того, как мужчина в бесцветной тунике, покрытой пятнами пота, выкрикнул «Копьё Артур!».

Коренастая женщина в доспехах замахнулась на мужчину своим посохом, но я схватил его. Все замерли.

Жасмин, и без того напряженная, в мгновение ока наполовину обнажила кинжалы, но я жестом велел ей отойти. «Я не позволю вам издеваться над дикатенцами в моем присутствии», — сказал я, обращаясь к алакрийским солдатам, затем отпустил посох женщины.

Мужчина был чуть старше средних лет, с волосами до плеч, которые редели на висках. Прошло мгновение, прежде чем я узнал его. «Джеймсон?» — спросил я, уверенный, что он был одним из тех, кто работал на Винсента в аукционном доме Хелстиа.

Он взволнованно кивнул, отжимая перед своей туники. Он продолжал открывать рот, чтобы заговорить, но каждый раз останавливался под враждебными взглядами алакрийцев.

«Я бы рекомендовал тебе вернуться в поместье, Джеймсон», — сказал я твердо, но доброжелательно. Я также слегка расширил глаза, невербальное сообщение о том, что я имел в виду больше, чем сказал.

Он бросил на меня пустой, испуганный взгляд, но не двинулся с места.

«Жасмин, может быть, тебе стоит пойти с ним?» Я сделал паузу для выразительности, затем добавил: «Чтобы убедиться, что он доберется домой в целости и сохранности?»

«Но Артур…»

«Пожалуйста. Убедись, что все хорошо, а потом найди меня», — сказал я, прерывая её.

Жасмин кивнула, явно понимая. «Я скоро догоню тебя».

Затем она схватила Джеймсона за руку, незаметно оттаскивая его в сторону. Мужчина, наконец, казалось, пришел к какому-то пониманию, и он неуклюже поклонился, наполовину крутя педали назад, наполовину волочась, прежде чем повернуться и быстро последовать за Жасмин в направлении особняка Хелстиа.

Испытывая беспокойство при мысли о разлуке с Жасмин после того, как я сказал, что буду защищать её, я потянулся к своей связи с Реджисом, но он уже начал двигаться.





Глава 401. Высококровные Среди Низших




От лица Каэры Денуар.

Тяжелые черные тучи превратили день в ночь, обрушив густые потоки дождя на улицы Аэнсгара у реки Рэдвотер. Город был устрашающе тих под покровом дождя, нарушаемого только стуком колес экипажа по мокрой булыжной мостовой или редким криком несчастной души, застигнутой бурей, когда она аккуратно бежала по улице.

У меня была почти неделя, чтобы смириться с событиями в Сехз-Кларе, но стремительный темп маневрирований Серис оставлял мало времени для размышлений. И все же я знала, что поставлено на карту. По правде говоря, я почти обнаружила, что получаю удовольствие от этих уловок, несмотря на опасность.

Найдя улицу, которую я искала, я еще ниже натянула капюшон своего плаща на лицо и скрыла свою сигнатуру маны, прежде чем осторожно обойти снаружи большую трехэтажную гостиницу. Тусклый свет просачивался сквозь пожелтевшие стекла, низкий шум от пьяного смеха и разговоров лился на улицу из открытой двери.

Я осмотрела переулок за гостиницей, но там было пусто, если не считать обычного мусора, который был выброшен слишком ленивым персоналом.

Проскользнув вдоль задней стены здания, я забилась в узкую нишу, предусмотренную чёрным ходом, и стала ждать, наблюдая за улицей. Никто не вышел из переулка, и улица за ним оставалась безлюдной, если не считать брызг дождя. Уверенная, что за мной никто не следит, я осторожно открыла дверь и нырнула в полутёмное помещение.

Я очутилась в узком коридоре. С одной стороны, гул бара вибрировал сквозь тонкие доски, а с другой несколько дверей открывали вид на кладовые и личные покои владельца.

Как только я прошла мимо них, в моё восприятие ворвался шорох тихих голосов, едва различимый за более громким шумом бара. Голоса доносились из комнаты в конце коридора.

Я осторожно приблизилась к последней двери, и голоса постепенно становились громче, пока я не смогла разобрать слова сквозь остальной общий шум. Тонкая полоска света пробивалась из промежутка между двумя досками в стене, и когда я направила свой взгляд на это место, я смогла увидеть часть комнаты за ним, включая несколько динамиков.

Я чуть не рассмеялась.

Каждый из мужчин, видимых с моего ракурса, был одет более вызывающе, чем предыдущий. Было удивительно, что они не прибыли в сопровождении парада членов семьи, слуг и захваченных зверей маны. Кого-то можно было бы простить за то, что он подумал, что тайная встреча, подобная этой, была бы подходящим временем для того, чтобы принарядиться, но, очевидно, эти высококровные не могли устоять перед возможностью похвастаться своим богатством, пусть даже только друг перед другом.

Хотя, надо отдать им должное, на крючках на задней стене висел ряд простых, промокших от дождя плащей.

«Посланник Косы Серис Вритры опаздывает», — сказал мужчина постарше. Его густая светлая козлиная бородка выцвела почти до белизны, а его взгляд был твёрдым как сталь, когда он оглядел комнату. Лорд Уриэль из Высококровного Фроста, подумала я, сразу узнав его.

Мужчина гораздо моложе, темноволосый и с бочкообразной грудью, рассмеялся низким смехом. «Верховный лорд Фрост, мы обсуждаем Косу». Он побарабанил пальцами по исцарапанному столу, который занимал центральное место в задней комнате. «Хотя, я полагаю, такой титул больше не уместен. Во всяком случае, её представитель прибудет, и когда они это сделают, они будут считать, что прибыли точно вовремя. Настоящий вопрос в том, почему они выбрали такое неуправляемое, скудное место для встречи».

Густые брови верховного лорда Фроста приподнялись, когда он рассмотрел молодого человека. «Я полагаю, вы правы, лорд Экзетер. Хотя, если Коса… ах, леди Серис рассчитывает завоевать нашу благосклонность, возможно, ей следует начать с того, чтобы относиться к нам лучше, чем к её предыдущим соотечественникам».

Холодный женский голос, принадлежащий кому-то, кого не видно с моей нынешней позиции, вмешался, сказав: «О, действительно, Уриэль. Когда в вашей жизни с вами плохо обращались? Рождённый благородной кровью и наследник титула верховного лорда, ваш успех и авторитет были почти предопределены. Я полагаю, вы слышали поговорку о серебряной ложке?»

От мужчин, стоявших передо мной, раздалось несколько возмущенных смешков.

Верховный лорд Фрост нахмурился, взгляд, от которого у большинства алакрийцев кровь застыла бы в жилах. «Некоторым из нас посчастливилось родиться в нашем положении, в то время как другие сражались и истекали кровью, чтобы выбраться из отбросов незапятнанных». Его тон был мягким, с едва заметной режущей кромкой, едва слышимой в полутонах. «Но теперь мы все высококровные, леди Тримблей. И все здесь ради общей цели. Я подозреваю, что если бы взаимодействие вашей крови с Косами и Владыками было положительным, вы бы не откликнулись на приглашение Серис»

«Верно подмечено, Уриэль», — сказал один из них, мужчина помоложе, который стоял ко мне спиной, так что всё, что я могла увидеть, это его тугой конский хвост на голове.

«О, действительно», — поддразнивающе ответила леди Тримблей. «Абсолютный образец основательности».

Я отошла от трещины в стене и направилась к двери, решив заявить о себе, прежде чем ситуация обострится ещё больше.

«Если у тебя есть какие-то претензии ко мне или моей крови, Мэйлис, выскажи их», — прогрохотал голос верховного лорда Фроста сквозь обшарпанную стену.

«Не обращайте на неё внимания, верховный лорд Фрост. Эти новокровные не ценят тех, кто получил этот статус гораздо раньше», — сказал лорд Экзетер.

Я открыла дверь и увидела высокую, атлетически сложенную женщину, поднимающуюся на ноги. Она вытянула палец в сторону мужчин на другом конце стола и открыла рот, чтобы выпалить то, что, без сомнения, было хорошо отработанным оскорблением. Но её бордовые, яркие и чересчур большие глаза на её загорелом лице переметнулись на меня, и она остановилась.

«Каэра?» — неуверенно спросила она.

Я сосредоточилась на коротких рожках, которые росли у неё на лбу и загибались назад, закрывая её блестящие иссиня-черные волосы, которые она собрала в хвост. В ней текла кровь Вритры. Но её кровное имя, Тримблей, было незнакомо. Затем, с запозданием, я поняла, что тоже слышала её имя.

«Мэйлис…» У меня мелькнула гораздо более молодая версия свирепой молодой женщины, стоящей сейчас передо мной, худощавый подросток с иссиня-чёрными волосами до колен. «Я вижу, твоя кровь проявилась».

Она энергично кивнула, явно взволнованная и жаждущая высказаться, но все мужчины уже были на ногах, и мы оба, казалось, поняли, что сейчас не время для воссоединения. Подавив улыбку, она снова села.

На другой стороне комнаты пара мужчин отвесили мне небрежные поклоны, но большинство смотрели настороженно.

Только лорд Экзетер приблизился, быстро двигаясь и протягивая руку. Я подошла, чтобы пожать её, но он повернул мою руку и притянул её к себе. Я могла только наблюдать, удивленная, ошеломленная и слегка раздраженная, как он прижался губами к тыльной стороне моей перчатки.

Мэйлис фыркнула.

«Милостью Владык, леди Каэра из Высококровного Денуара, что вы здесь делаете?» — спросил он, вытаращив лунные глаза.

«Разве это не очевидно?» — произнёс хриплый голос, привлекая моё внимание к пухлому, лысеющему высококровному в пурпурно-серебряных боевых очках. «Это какая-то подстава! Денуары уже высказались во всеуслышание против ситуации в Сехз-Кларе»…

Похожий на лай смех верховного лорда Фроста прервал хрипящего мужчину. «Я полагаю, верховный лорд Сибрук, именно поэтому здесь находится эта девушка, а не наследник Лауден или сам верховный лорд Денуар. Я бы предположил, что они играют за обе стороны».

Я окинула комнату холодным, немигающим взглядом. «Эта „леди“ здесь, потому что сама Серис выбрала меня, чтобы поделиться своим посланием. Я посланник, которого вы ждали». Я сосредоточилась на личности человека, которого, как я теперь знала, звали верховный лорд Себастиан Сибрук. «И, Верховный лорд, если бы это была какая-то ловушка, вы бы уже сами обвинили себя из-за вашего поразительного отсутствия благоразумия».

Рядом со мной лорд Экзетер побледнел, как привидение. Он сделал неуверенный шаг назад, налетел на стол, пробормотал что-то бессвязное, затем, наконец, выдавил: «Подожди, что?»

Мэйлис дьявольски ухмылялась. «В чем дело, Закиан? Всего минуту назад ты так стремился представить себя потакающим своим желаниям хвастуном».

Это, казалось, вывело его из состояния удивления. Он поправил пиджак и вздернул нос. «Простите меня, леди Денуар. Я сорвал встречу. Пожалуйста, проходите», — сказал он, приглашая меня в комнату. Затем он бросил испепеляющий взгляд на Мэйлис, прежде чем вернуться на своё место.

«Действительно, мы, кажется, несколько отклонились от нашей цели», — сказал верховный лорд Фрост в наступившей тишине. «Если вы действительно пришли от имени леди Серис, скажите, пожалуйста, чего именно она надеется достичь этим актом восстания?»

Я знал, что этот вопрос был задан скорее для того, чтобы подтолкнуть нас к разговору, чем для того, чтобы получить реальный ответ. Каждый из этих высококровных уже получил несколько посланий, в которых предлагалось объяснение цели Серис. Они знали, что она пыталась сделать, но на самом деле они хотели оценить, есть ли вообще шанс, что она сможет добиться успеха. И, возможно, что более важно для них, чего бы это дало высококровным, чтобы объединиться с ней против Агроны.

«Садитесь, и я отвечу на любые разумные вопросы, которые у вас могут возникнуть», — твердо сказала я. Я сохраняла свое физическое присутствие уравновешенным и уверенным, но не жёстким.

Обычно, в комнате с таким количеством других благородных Кровей, практикуемое придворное поведение, которое привили мне мои приёмные родители, взяло бы верх, но я была здесь не для того, чтобы участвовать в типичных махинациях дворянской политики. Если бы они считали меня своим подчинённым — или даже равным себе, — тогда было бы практически невозможно достичь моей цели.

Я была здесь в качестве посланника Серис, и у неё были большие надежды на эту встречу.

Двигаясь в изящном танце, решая, кто сядет первым и на какие места, высококровные заполнили длинный выщербленный, покрытый пятнами стол. Было восемь человек, представляющих различные благородные семьи, которые проявили осторожный интерес к сообщению Серис. Я осталась на ногах, сцепив руки за спиной, и позволила слабому впечатлению нетерпения отразиться на моем лице.

Лорд Экзетер быстро занял место в середине стола. Его взгляд продолжал метаться в сторону Мэйлис, и хотя он казался внешне спокойным, я чувствовала, как под поверхностью закипает его гнев. Я не слышала о Высококровном Эксетере, но по тому, как он насмехался над Мэйлис по поводу того, что она «новокровная», я сомневалась, что он сам недавно получил титул. Более вероятно, что он был из какой-то средней Крови из Сехз-Клара или Этрила, поднявшейся из-за количества земли, которую им удалось приобрести, а не из-за силы в войне или успеха в качестве Восходящих.

Верховный лорд Фрост занял место во главе стола напротив меня. Я встречалась с несколькими представителями его крови в Центральной Академии, и Фросты время от времени имели дело с Денуарами. На меня произвела большое впечатление его правнучка Энола, которая выиграла свой бой на Викториаде.

Верховный лорд Сибрук, пухлый, багровый мужчина с хриплым голосом, сидел слева от Фроста. Он смотрел на меня и рассеянно покусывал щеку.

Слева от него был второй сын Благородного Умбуртера, чьё настоящее имя я не могла вспомнить. Я знала, что его брат уехал в Дикатен, управляя делами Крови. Тот факт, что он был здесь вместо своего отца, верховного лорда Грасиана Умбуртера, наводил на мысль, что они просто прощупывали почву. По крайней мере, Эксетеры прислали своего наследника.

И все же мальчик-Умбуртер был на ступеньку выше стареющего мужчины рядом с ним. Казначей Матроны Кларвелл, я думала, его зовут Джеффри. Кларвелльская Высокая Кровь была близка к Денуарам, когда я была ребёнком, но некоторые разногласия между моей приемной матерью и Матроной Кларвелл привели к тому, что две Крови отдалились друг от друга. Как умелый управляющий, Джеффри был доверенным членом семьи, но посылать его на такую встречу, как эта, было почти намеренным оскорблением.

Нам нужно быть осторожными с Кларвеллами.





Глава 402. Бескровный Обмен




От лица Артура Лейвина.

«Ты поступаешь правильно», — сказала Жасмин, её ровный голос перекрыл шум толпы, суетящейся внизу.

Ряды разоруженных алакрийских солдат неловко выстроились в очередь перед рядами телепортационных ворот, охраняемых верными дикатенцами. Мы с Жасмин нашли плоскую крышу, чтобы сверху наблюдать за работой солдат Ванесси.

Я тяжело вздохнул. «Я знаю».

Сопротивление моему плану здесь было более жестким, чем в Блэкбенде. Враждебность между двумя сторонами висела в воздухе, как вязкий туман. Многие из алакрийских солдат не понимали, почему их высококровные лидеры так легко сдались, и они все еще рвались в бой. Их контроль здесь был железным, и жители города страдали от того, что им больше некуда было идти.

Город был похож на пороховую бочку, и искры летели во все стороны.

Даже когда мы смотрели, я видел, как дикатенский усилитель сильно толкнул безоружного алакрийца в спину, когда тот не сразу двинулся вперед, чтобы сократить разрыв в своей очереди. Мужчина развернулся и отвел назад кулак, из которого выросли каменные шипы, но усилитель уже держал свой меч в руке, и острие было прижато к груди алакрийца.

«Просто дай команду», — сказал Реджис, поднимая ногу с края крыши. «Я могу обрушить на них поток Разрушения, чтобы подать пример».

Я почувствовал то же желание вмешаться, что и Реджис. Не в моем характере было наблюдать за этой борьбой и ничего не делать, тем более что я мог положить ей конец одним взмахом руки.

«Вы не просто так передали управление этим городом коммандеру Глори и Хелстиям», — произнесла Жасмин, её проницательный взгляд уловил легкое изменение в моей позе, которое выдало мои мысли. «Вмешаться сейчас — значит показать, что вы им не доверяете».

«Это правда», — сказал я, заставляя себя расслабиться.

Словно вызванная к жизни словами Жасмин, Ванесси появилась из толпы и разняла дерущихся мужчин, затыкая рот мужчине и обещая сиюминутное правосудие любому алакрийцу, который угрожает оружием или заклинанием против дикатенцев.

Я встал, позволяя Реджису вернуться обратно в мое тело. «Мы должны двигаться».

Вместе с Жасмин, мы спрыгнули с крыши и промаршировали по широкой улице, которая соединяла все портальные рамы.

Большинство порталов были заняты, посылая непрерывный поток алакрийцев за Стену в маленький городок на Звериных Полянах, который просто случайно оказался местом расположения единственных сохранившихся ворот телепортации по другую сторону гор. Но единственный портал, в самом конце, в настоящее время не использовался, как я просил.

Когда мы проходили мимо, головы поворачивались нам вслед. Присутствовали все человеческие эмоции, написанные на лицах и горящие в глазах собравшихся там, многие смешались вместе в неуместную алхимию неопределенных чувств.

Однако я продолжал смотреть вперед, позволяя страху, ненависти, уважению и обожанию как алакрийцев, так и дикатенцев пролиться мимо меня, не поглощая их.

Ворота телепортации ожили, когда служащий откалибровал их для города Этистин, и мир вокруг меня покачнулся, когда я шагнул в портал.

Это было значительное путешествие из Ксайруса в Этистин, пересекающее Сапин почти во всю его ширину. Когда размытый пейзаж пронесся мимо, я почувствовал, что успокаиваюсь, оставляя проблемы Ксайруса позади.

Мое зрение дрогнуло, и в фокусе оказалась внутренняя часть каменного сооружения, в котором находились принимающие врата телепортации. Она была пуста. Никто из стражников не дежурил у приемных ворот и не охранял окованные железом двери, которые вели на широкую площадь за ними. Через одно из открытых окон, окружавших здание, я мог видеть вдалеке королевский дворец, сверкающий белизной на ярком солнце.

Мгновение спустя позади меня появилась Жасмин. Она вытащила кинжалы, но я жестом призвал её к спокойствию.

За открытыми дверями по всей площади выстроились не менее пятидесяти боевых групп. Солдаты, стоявшие по стойке «смирно», были одеты в серую и красную униформу, но они не были вооружены или бронированы.

Когда я пересекал выложенный плиткой пол портальной камеры, наши шаги были единственным звуком, если не считать отдаленного крика какой-то морской птицы, кружащей над заливом.

Перед собравшимися стояла Слуга Лира Драйде, её огненно-рыжие волосы развевались, как флаг, на устойчивом бризе, дующем с моря. Она напряглась при виде меня.

«Добро пожаловать, Копьё Артур Лейвин», — сказала она, и её медово-сладкий голос легко разнесся по безмолвной площади. «Я Лира из Высококровного Драйде, Слуга Центрального Доминиона и регент этого континента от имени Верховного Владыки Агроны».

Жасмин резко выдохнула, когда появилась рядом со мной на середине речи Лиры. Обменявшись быстрыми взглядами, мы вдвоем вышли из широких двойных дверей и огляделись.

Между двумя линиями боевых групп был оставлен промежуток, где на булыжниках были аккуратно разложены тридцать трупов. Моей первой мыслью, вызванной вспышкой ярости, было то, что это была ещё одна уловка алакрийцев, и я испугался лиц, которые мог увидеть среди мертвых. Однако их одежда была алакрийской.

За трупами виднелись груды оружия и доспехов.

Лира Драйде проследила за направлением моего взгляда. «Вот что случается с алакрийцами, которые не подчиняются приказам».

Ни один из оставшихся солдат не обратил внимания на трупы. Те, кто был ближе всех — те, кто мог бы услышать жужжание мух, начинавших роиться на телах, — твердо смотрели вперед.

Тем не менее, я по-прежнему опасался какой-то ловушки, и поэтому активировал Сердце Мира.

По толпе пробежала рябь, словно ветер шевелил листья огромного дерева.

Сердце Мира убрало мои пшенично-светлые волосы с моей головы, и я почувствовал теплое сияние на спине и под глазами. Страх, который я внушил им, сиял в их собственных глазах, отражаясь от меня в форме фиолетовых рун Сердца Мира.

И я не мог не задаться вопросом, кем меня видели эти мужчины и женщины с того далекого и чуждого континента? Сделал ли я себя символом милосердия, или они могли видеть во мне только воплощение смерти?

И, возможно, что более важно, независимо от того, что это было, будет ли этого достаточно, чтобы преодолеть их страх перед асурами, которые контролировали их?

«Что все это значит?» — спросил я, возвращая свое внимание к Лире Драйде.

Она подняла руку, и все присутствующие солдаты опустились на одно колено и склонили головы. Она медленно последовала за ними, хотя и не склонила голову, а скорее продолжала смотреть мне в глаза. «Это», — сказала она с медленным, преувеличенным произношением, — «моя капитуляция».

Едва заметное движение слева от меня заставило меня обернуться. Кулак Жасмин так сильно сжал рукоять кинжала, что костяшки пальцев побелели, и она прикусила внутреннюю сторону губы. Для большинства людей это было бы не более чем слабым тиком, но я мог ясно прочитать её удивление, осторожность и недоверие.

Я сделал шаг ближе к ней и заглянул в её быстрые, любопытные глаза. «Каковы условия этой капитуляции?»

Её язык пробежался по губам, пока она обдумывала, как лучше ответить. После долгой паузы она сказала: «Я пришла не для того, чтобы торговаться или умолять вас, регент Лейвин. Здесь нет никаких условий. Силы Алакрии в Дикатене сдаются».

«Тогда что мешает мне убить тебя сейчас?» — я спросил. «Или этих людей?»

Лира Драйде одарила меня натянутой улыбкой. «Вы предложили людям, которые активно пытались убить вас, свои жизни, и все же вы убьёте тех, кто сейчас стоит перед вами, безоружный и в вашей власти?»

‘Я же говорил тебе, что ты начинаешь быть предсказуемым’, — отметил Реджис.

‘Это не обязательно плохо’, — возразил я.

Жасмин сделала шаг ближе ко мне. «Возможно, казнь слуги упростила бы удаление солдат?»

Лира прочистила горло. «Регент Лейвин, я…»

«Я не регент», — перебил я, обдумывая слова Жасмин и Реджиса. «Генерал, может быть, но…»

«Извините меня, регент Лейвин, но я передала вам власть над этим континентом». Я пристально посмотрел на женщину, когда она прервала меня, но она не отступила. «До тех пор, пока вы не восстановите свою собственную форму правления, я полагаю, что это фактически делает вас регентом Дикатена».

«Здесь не место для этого разговора», — сказал я, многозначительно взглянув на толпу вражеских магов, выстроившихся аккуратными рядами. «Лира из Высококровного Драйде, на данный момент ты моя пленница». Она слегка поклонилась. «Если я почувствую какое-либо предательство с твоей стороны, ты умрешь».

«Понятно», — сказала она без промедления, суровое напоминание о том, что в Алакрии ценой неудачи на её посту всегда была смерть.

«Это все солдаты в Этистине?» — спросил я, поворачиваясь к королевскому дворцу.

Жасмин и Лира пристроились в шаге позади меня.

«Нет, большая часть наших сил здесь всё ещё выводится из города. Поскольку Этистин остается очагом мятежной активности, здесь сосредоточена большая группировка войск. Более шестнадцати тысяч только в городе и почти столько же разбросано по окрестностям. Большинство из них в настоящее время переселяются в лагеря за пределами города».

«Не беспокойтесь о лагерях», — сказал я через плечо.





Глава 403. Подстать Моим Талантам




От лица Нико Сэвера.

Что-то тяжелое схватило меня, придавив к земле. Это что-то было тёмным, полностью чёрным. Влага липла ко мне, скользила по моей обнажённой коже, в то время как что-то мягкое прижималось ко мне, как язык какого-то гигантского существа, обладающего приторно-сладким луковым запахом, пропитавшему всё вокруг.

Я внезапно дёрнулся, уверенный, что меня пожирают. Тяжёлое одеяло, которым было накрыто мое лицо, соскользнуло с кровати на пол.

Я ахнул, втягивая холодный воздух, который заставил меня отплевываться и кашлять. Перекатившись на бок, я хотел свесить голову с края кровати на случай, если мне станет плохо.

Я был не один.

В ногах кровати, теперь с отвращением глядя на меня сверху вниз, стоял Агрона. Сесилия задержалась рядом с ним, выражение её лица колебалось между нервозностью, тревогой и смущением.

«Тогда я откланяюсь», — сказал Агрона, его рубиновые глаза обратились к Сесилии. «Больше никаких задержек, Сесилия, дорогая. Ты уезжаешь утром».

«Да, Верховный Владыка», — сказала Сесилия, низко поклонившись. «Я готова».

Мои мысли текли, как вода, пока я пытался понять, о чём говорили эти двое. Однако сквозь вялость пробилась искра, вернув меня к последнему, что я помнил. «Регалия…» Мой язык был толстым и неповоротливым, во рту было сухо, как в пустыне. Я облизнул губы и попробовал ещё раз. «Что произошло во время посвящения?»

Агрона бросил на меня непроницаемый взгляд, затем подошел ко мне и положил руку мне на макушку. Я почувствовал трепет от этого контакта, но сразу же появилась горечь, как противовес первоначальной эмоциональной реакции. Разве я собачка, которая виляет хвостом при любом знаке привязанности со стороны своего хозяина?

«Как обычно, Нико», — сказал Агрона, его голос вибрировал в моей груди, — «ты умудрился потерпеть неудачу самым невероятным образом». Он не насмехался над этими словами. Они не были наполнены горечью или оскорблением. Это было сказано просто, как констатация факта. «Я надеялся, что, возможно, твой недавний опыт вселит в тебя тот драйв, которого тебе всегда не хватало. Но, увы, эта новая регалия идеально соответствует твоим талантам».

Его рука убралась, а брови приподнялись на долю дюйма в безмолвном вопросе, будто спрашивая: Тебе есть что сказать по этому поводу, идиот? Когда я не ответил, я, казалось, подтвердил то, чего ожидал Агрона, потому что он кивнул головой, а затем зашагал прочь, украшения на его рогах слегка позвякивали.

Когда дверь со щелчком закрылась, Сесилия поспешила к краю моей кровати, опустилась на колени и убрала влажные от пота волосы с моих глаз. «Ах, Нико. Ты в порядке? Ты был без сознания целый день».

Я перекатился на спину и сосредоточился на дыхании, чтобы меня не вырвало у неё на глазах. «Хорошо».

Её изящные пальцы переплелись с моими, и она положила голову на матрас и молча наблюдала за мной.

«Агрона сказал, что ты уходишь», — отважился я после пары минут молчания. «Куда он тебя посылает?»

Она села, отпустив мою руку, чтобы убрать прядь серых волос с лица. «Я должна возглавить атаку на Сехз-Клар. Агрона хочет, чтобы я продемонстрировала силу, чтобы гарантировать, что это восстание не распространится».

Я закрыл глаза и проглотил горькие слова, которые вертелись у меня на языке. Это была та новость, которую я ожидал, и всё же мне всё ещё было трудно дышать. «Ты выглядишь… довольной».

Я услышал, как Сесилия пошаркала, поднимаясь на ноги, затем матрас сдвинулся. Я снова открыл глаза и обнаружил, что она сидит рядом со мной.

«Конечно, я рада», — сказала она, нахмурившись. «Я тренировалась для этого с тех пор, как меня привели в этот мир. Наконец-то у меня появился шанс доказать Агроне, что я стою всего, что он дал мне — нам». Она встретила мой взгляд и удержала его. «Вот как мы возвращаем себе наши жизни, Нико».

Я с трудом сглотнул. Мой язык распух, и я вдруг испугался, что могу им подавиться.

Она наклонилась ближе, все еще пристально глядя мне в глаза. «Но я никуда не пойду без тебя. Так что отдыхай, хорошо? Я вернусь утром, и тогда мы убьем предателей».

С широкой улыбкой, украшающей её великолепное лицо, Сесилия провела пальцами по моим волосам, затем спрыгнула с моей кровати. Она остановилась, и оглянулась у порога. «О, я чуть не забыла».

Из сумки она достала слегка шероховатую сферу ядра маны дракона. «Я не думаю, что Агрона был бы очень счастлив, если бы нашел это. Тебе нужно быть более осторожным». Несмотря на предостережение, она улыбнулась, ставя сферу рядом со мной. Затем, быстро махнув рукой, она исчезла.

Я порывисто, разочарованно выдохнул. «Чёрт».

Несколько часов… это было всё время, которое у меня было, чтобы подготовиться. Сесилия собиралась на войну. И я буду прямо рядом с ней, защищая её.

Зловещий смех отчаяния вырвался из меня. «Как именно я собираюсь это сделать?»

Я снова позволил своим глазам закрыться.

А затем резко выпрямился, словно на пружине. «Идиот», — выругал я себя, вскакивая с кровати

Мана вытекла из моего ослабленного ядра, усиливая новую регалию, которая покоились на моем позвоночнике чуть ниже лопаток. Я не знал, чего ожидать, что само по себе было странным ощущением. Обычно служители объясняли руны, но из того немногого, что я мог извлечь из своей затуманенной памяти, они не знали, какова была моя регалия.

Это было что-то новое.

Что-то, что соответствует моим талантам, с горечью подумал я, вспомнив слова, прозвучавшие от Агроны.

Свет в моих покоях изменился, когда регалия активировались. Это была мелкая вещь, поначалу едва заметная, как облака, медленно ползущие над головой, похожие на то, как на улице активируются световые артефакты.

Я следил за этими новыми яркими точками, осматривая комнату. Стены, пол, потолок, мебель — все обыденное в комнате — казалось тусклым и затененным, в то время как осветительные приборы светились ярче. Металлическая ручка и замок моей двери слегка поблескивали, но, что любопытно, ядро дракона совсем не светилось.

Я поднял сферу и покрутил её в руке, рассматривая под разными углами, но оно была тусклой и тёмной. Это показалось мне странным, поскольку что-то такое маленькое и несущественное, как перо на моем письменном столе, горело в моем изменённом восприятии, как и пергамент, который я взял для заказа некоторых материалов для моего нового артефакта.

Когда мои мысли коснулись посоха, я поспешил к двери в рабочий кабинет и открыл её. Внутри всё было таким же, за исключением того, что все предметы, разложенные на моем рабочем столе, светились с разной силой.

Однако это было нечто большее, чем видимое ощущение. Я мог чувствовать их, почти, как если бы они были связаны со мной — и друг с другом. Каждый магический предмет, и даже те, которые еще не были магическими, но обладали способностью к наполнению маной, выделялись для моих чувств.

Ярче всего в этой измененной форме восприятия светилась сама ветка зачарованного дерева, закреплённая лишь с помощью единственного крепежа. Серебристый металл крепления казался тусклым на фоне ярко-чёрного дерева. На столе, отведенном для дальнейших экспериментов, лежала коллекция различных приспособлений, отлитых из другого сплава. Они ярко горели.

Заинтересовавшись, я отложил стержень и взял крепежи. Ничего не изменилось. Однако, когда я подвинул его ближе к искривленной ветви, оба источника этой связи сместились, но изменение было не столько свечением, сколько вибрацией. Между ними было что-то общее, сонастройка…

И затем, с сокрушительным, меняющим мир осознанием, я понял, что делают моя регалия, и широкая улыбка расплылась на моем лице. «Что-то, что действительно соответствует моим талантам».

Схватив в одну руку специализированный резной инструмент, а другой крепко держась за основание посоха, я принялся за работу, зная, что у меня есть всего несколько часов, чтобы подготовиться.

Солнечный свет едва успел окрасить горизонт в серо-голубой цвет за далекими горами, когда раздался стук в мою дверь. Сначала я проигнорировал это, так поглощенный своей работой, что забыл причину её срочности. Стук раздался снова, громче и настойчивее, и время и пространство объединились в моем сознании, возвращая меня к реальности.

«Войдите», — крикнул я у рабочего стола, уверенный, что Сесилия пришла забрать меня для нашей миссии в Сехз-Клар.





Глава 404. Битва Слов




От лица Артура Лейвина.

Виндсом ждал, его потусторонние глаза были устремлены на меня, выражение его лица было непроницаемым.

Я слегка повернул голову, чтобы увидеть похожий на пещеру арочный вход во дворец, где силуэт Жасмин был едва виден в тени. Внутри затемненных очертаний её фигуры фиолетовое свечение Реджиса было подобно маяку.

Я поставил ногу на самую нижнюю ступеньку эфирной лестницы, ведущей к порталу, который создал Виндсом. «Ты пытался отговорить его от этого?» — спросил я, остановившись.

Виндсом нахмурился и провел пальцами по своим платиновым светлым волосам. «Я не понимаю, что ты имеешь в виду».

«Эленуар», — сказал я, поворачиваясь к нему, глядя в его глаза, похожие на целую галактику. «Как посланник на этот континент, ты пытался отговорить лорда Индрата от нападения на Эленуар?»

«Нет», — сказал Виндсом, расслабляясь. «Я вызвался отправиться сюда, чтобы убедиться, что генерал Алдир сможет завершить миссию».

«Понятно», — сказал я, кивнув.

Я неторопливо поднялся по оставшейся части лестницы, пока не оказался прямо перед порталом. Преступления Виндсома в конце концов будут возмещены сполна, сказал я себе. Но в тот момент мои мысли были заняты гораздо более важными существами, чем он.

Сделав глубокий вдох и мысленно подготовив себя к тому, что должно было произойти, я шагнул внутрь.

Дворец, Этистин и весь Дикатен растворились в золотистом свете.

Еще до того, как Эфеот попал в поле моего зрения, я почувствовал, как между мной и Реджисом зияет пропасть. Связь, требующая физической близости между нами, была разорвана, когда я затащил Таки в Реликтовые Гробницы, но во время той драки не было времени обдумывать последствия. В тот момент после битвы я не почувствовал никаких изменений в какой бы то ни было эфирной связи, соединявшей нас. Теперь, в тот момент, когда я был полностью внутри золотого луча света, уже не в Дикатене, но ещё и не в Эфеоте, я почувствовал, как моя связь с ним исчезает, оставляя после себя жгучую пустоту, которая показалась бы безумием, если бы я уже не знал её источник.

Затем свет померк, и меня приветствовало знакомое чувство пребывания буквально в другом мире, точно так же, как в первый раз, когда Виндсом привел меня в Эфеот, и все мысли о Реджисе были изгнаны из моей головы.

Не было ни горных вершин-близнецов, ни мерцающего моста, ни деревьев с розовыми лепестками, ни возвышающегося замка. Вместо этого я стоял на тщательно подстриженной лужайке перед простым коттеджем с соломенной крышей.

Мое сердце замерло.

Быстро обернувшись, я убедился, что коттедж окружен высокими деревьями с раскидистыми навесами из листьев, которые сплетались вместе, оставляя небольшую поляну, на которой странно выделялся знакомый коттедж.

Виндсом появился рядом со мной, шагая сквозь золотистый свет с поднятыми тонкими светлыми бровями. Он едва взглянул на меня, прежде чем указать на дверь коттеджа.

«Почему мы здесь?» — спросил я, но он только повторил свой жест, на этот раз более твердо.

Я не видел и не разговаривал с леди Майр, женой Кэзесса с тех пор, как тренировался здесь много лет назад. Но я часто думал о ней, особенно по мере того, как мое собственное понимание эфира росло и обнаруживало несостоятельность точки зрения драконов.

Однако я не позволил своей неуверенности проявиться в моих движениях или выражении лица. Когда Виндсом дал понять, что не ответит, я с внешним спокойствием направился к двери.

Она открылась лёгким движением.

Разлился яркий, чистый свет магического осветительного артефакта.

Интерьер был точно таким, каким я его запомнил, ничего не изменилось, всё было на своих местах. Ну, почти.

В центре комнаты, развалившись в плетёном кресле, сидел лорд Кэзесс Индрат. На нем были простые белые одежды, которые переливались на свету, как жидкий жемчуг, и зазубренные кроваво-красные обручи в ушах.

Я быстро осмотрел остальную часть видимого коттеджа, но, похоже, он был единственным присутствующим.

Я шагнул внутрь. Дверь закрылась за мной, казалось бы, сама по себе.

Глаза Кэзесса — сначала лавандовые, но, когда я вошёл, сменились на более тёмный, насыщенный оттенок фиолетового — следили за каждым моим движением, их твердость и интенсивность расходились с его безмятежным выражением лица и языком тела. Плавные линии его молодого лица и расслабленный угол наклона его тонких конечностей также не соответствовали атмосфере неприступной силы, исходящей от него. Не его «намерение» — Королевская Сила, как назвал это Кордри, — потому что я всё ещё не мог чувствовать его ману или ауру, но, тем не менее, вокруг него была постоянная и неумолимая сила, подобная гравитации или солнечному теплу.

Кэзесс поёрзал на стуле, и его серебристые волосы средней длины слегка колыхнулись. Молчание между нами затянулось.

Я достаточно хорошо понимал правила игры. Без сомнения, Виндсом часами стоял бы по стойке смирно, ожидая, когда Кэзесс признает его, если бы повелитель Асур счёл это таковым. Но я не считаю его своим господином, и я не принял бы его приглашение просто чтобы постоять в его присутствии.

«Как давно ты следишь за моими успехами?» — я спросил.

Уголки его губ дернулись, а глаза потемнели ещё больше. «Артур Лейвин. Я должен приветствовать ваше возвращение в Эфеот. Теперь, как и прежде, вы предстаете передо мной как раз в тот момент, когда в твоём мире разгорается новая война».

«Разгорается?» — спросил я, перенося вес с одной ноги на другую. Я очень хорошо осознавал физическую разницу между нами, когда Кэзесс всё ещё сидел, почти неподвижно, а я стоял перед ним. «Ты слишком хорошо знаешь состояние войны между Дикатеном и Алакрией».

«Этот конфликт больше не имеет значения», — сказал он тоном человека, обсуждающего ожидаемое изменение погоды. «Я уже говорил тебе, что рассматривал тебя как необходимый компонент в этом конфликте, но ты отказался прислушиваться к моему совету, что привело к твоему неизбежному провалу. Теперь пришло время определить, есть ли для тебя место в предстоящей войне между кланом Вритра и всем Эфеотом».

Кое-что из сказанного им задело меня за живое, и я не мог заставить себя пройти мимо этого несмотря на то, что другие аспекты нашего разговора были более важными. «Твой совет, к которому я „отказался“ прислушиваться… ты говоришь о Тессии».

Его брови приподнялись на долю дюйма, а глаза вспыхнули пурпурным. «Благодаря тебе и другому реинкарнированному, Нико, Агрона подготовил идеальный сосуд для сущности, известной как Наследие. И через неё ты дал ему знания и силу, достаточные, чтобы представлять угрозу для Эфеота, и тем самым практически обеспечил разрушение мира, который ты так полюбил, и всех, кто в нём живёт. Ты считаешь себя мудрым, потому что прожил две короткие жизни, и поэтому отказываешься прислушиваться к благонамеренным советам, забывая, что те, кто их давал, жили за столетия до рождения короля Грея и будут жить столетия после того, как кости Артура Лейвина обратятся в прах».

Я подавил усмешку. «Я не думаю, что ты знаешь и половины того, о чём говоришь. Если бы ты понял что-нибудь из этого до реинкарнации Сесилии, ты бы приказал Виндсому убить Тессию, или Нико, или даже меня». Я скрестил руки на груди и сделал шаг ближе к нему. «Как Агроне удалось так далеко опередить тебя?»

Кэзесс внезапно встал так, что я не почувствовал его физического движения. Его сердитые глаза были наполнены фиолетовыми молниями, но выражение лица оставалось безмятежным, за исключением того, что он сжал челюсти. «Ты сейчас показываешь себя не в лучшем свете. Раньше у тебя была связь с моей внучкой, которая защищала тебя. Поскольку ты, в своих многочисленных неудачах, позволил ей умереть в бою, вы больше не можете претендовать на такую защиту. Если ты не докажешь мне, что тебе ещё предстоит сыграть свою роль в войне, я уничтожу тебя».

Я ожидал этого, и угрозы, и его упоминания о Сильви. Я не мог предположить, как много Кэзесс знал о том, что случилось с Сильви, но был определенный способ выяснить это. Вливая эфир в руну на предплечье, я потянулся к радужному каменному яйцу, которое я обнаружил в Реликтовых Гробницах после пробуждения.

Камень появился в моей руке, на мгновение окутанный эфирными частицами. «Сильви не умерла».

Кэзесс потянулся к яйцу, но остановился, его вытянутые пальцы задержались всего в нескольких дюймах от него. «Итак. Значит, это правда».

Я ждал, надеясь, что Кэзесс что-нибудь выдаст. Задавая какие-либо вопросы о яйце или о том, что сделала Сильви, я выдал бы своё собственное невежество, а я не хотел давать древнему дракону больше рычагов давления на меня.

Но он был так же осторожен, и, быстро посмотрев мне в глаза, он опустил руку и слегка отодвинулся назад. «Я верю, что ты продолжишь усердно работать, чтобы оживить её». Утверждение, а не вопрос.

«Конечно. Она — моя связь».





Глава 405. Скажи Ему




От лица Каэры Денуар.

«Докладывай», — отдала приказ Серис.

Моя наставница была более серьезной и прямолинейной, чем обычно, после её короткого разговора с Косой Нико и его странной спутницей, женщиной, которая носила тело дикатенского эльфа — Наследие.

«Атака в Розаре началась», — ответил Силрит с резкой военной точностью. «В настоящее время мы оцениваем численность врага в двадцать тысяч, хотя силы всё ещё собираются. Щит держится».

«А Наследие?»

Красивые черты Силрита потемнели при упоминании этого имени. «До сих пор она считала нужным командовать с тыла».

Едва заметная морщинка прорезала лоб Серис. «Что-нибудь еще?»

«Флот из двадцати пароходов покинул Дзианис сегодня утром, направляясь на юг», — немедленно ответил Силрит, глядя в открытое окно на сверкающий вдалеке океан. «Мы ожидаем, что они направятся к морю Пасти Вритры и Эдельгарду».

Пронзительный взгляд Серис переместился на меня. «Мы знаем, смогли ли Редвотеры выполнить предложенный тобой план?»

Я постучала по одному из множества свитков двусторонней связи, которыми был завален большой стол в центре комнаты Серис. «Вольфрум прислал сообщение вчера поздно вечером, что дружественные нам моряки были успешно переведены в Дзианис, чтобы помочь „заполнить“ экипажи пароходов».

«Хорошо», — кивнула Серис. «Получили ли мы какие-либо дополнительные подтверждения?»

Я взглянула на Силрита, который в ответ слегка покачал головой. «Нет.»

«Понятно», — тихо сказала она, щёлкая ногтями. Осознав это, она остановилась и выпрямилась. «Тогда я немедленно отправлюсь в Розаре. Силрит, ты должен оставаться здесь и следить за тем, чтобы батарея щита оставалась работоспособной. Каэра, перенеси наши коллаборационные операции в город Сандаэрин. Там ты будешь в большей безопасности».

Я прикусила губу, но не высказала тех мыслей, которые пришли мне в голову.

Брови Серис приподнялись на долю дюйма.

«Простите меня», — начала я, всё ещё пытаясь подобрать подходящую фразу, — «но я не заинтересована в том, чтобы оставаться „в безопасности“. Я не…»

«Расходный материал», — неожиданно сказал Серис. Мой рот захлопнулся от удивления. «Никто не знает твою силу лучше, чем я, Каэра. Но у меня есть солдаты. Чего мне не хватает, так это изобилия высококровных детей, родившихся от Вритры, с глубокими знаниями как о тонкостях дворянской политики, так и о Реликтовых Гробницах».

Она сделала паузу, давая мне возможность высказаться, но у меня не было ответа. «Это не соревнование силы и стратегии между двумя сторонами, где сила магии и оружия одержит победу. Это революция. Речь идет о том, чтобы изменить мир так, чтобы он работал на людей, которые в нём живут, а не на божества, которые просто используют его. И даже если это не та роль, которую ты бы выбрала для себя, твоя роль во всем этом заключается в том, чтобы направлять своих сверстников к пониманию».

Моя голова поникла, мой расфокусированный взгляд был устремлен на землю у ног Серис. Она быстро сократила расстояние между нами, её рука мягко, но твердо приподняла мой подбородок. Как и много раз прежде, она, казалось, разрывала меня на части своими глазами, обнажая мое разочарование и страх.

«Даже я не могу предвидеть всего, что произойдет», — сказала она более мягко. «Но я точно знаю, что любые планы, которые я строю, требуют от тебя успеха. Какой в этом смысл, если нет хороших людей, которые заботились бы о мире, который мы стремимся построить?»

Её хватка на моем подбородке усилилась, и она заставила меня посмотреть ей прямо в глаза. «Итак, ты вытянула из меня достаточно комплиментов для одного дня, и больше ты ничего не получишь. Встреться с моими контактами в Сандаэрине. И протяни руку, если нужно, в противном случае продолжай подливать масла в огонь за пределами Сехз-Клара».

Она взглянула на Силрита, который отвесил ей легкий поклон.

Затем она вышла из комнаты, чтобы возглавить оборону в Розаре.

Я оглядела комнату, где провела много-много часов с тех пор, как прибыла в Сехз-Клар. Это было просторное, ничем не украшенное помещение в западной части поместья Серис, в котором доминировал длинный овальный стол, а столы поменьше были беспорядочно прижаты к стенам вокруг нас. Открытые арки вели на широкий балкон, с которого открывался вид на западную половину Эдельгарда и открывался великолепный вид на море Пасти Вритры и океан за ним.

«Леди Каэра, пожалуйста, дай мне знать, если тебе понадобится какая-либо помощь», — сказал Силрит, качнув рогатой головой, затем он вышел из комнаты вслед за Серис.

Как раз перед тем, как он прошел под арочным входом вглубь поместья, я спросила: «Как ты думаешь, с ней всё в порядке?»

Он остановился и повернулся, чтобы рассмотреть меня. Ему потребовалось мгновение, чтобы прийти к ответу. «Она не думает о таких вещах, как её собственное здоровье и благополучие. Для неё всё зависит от плана».

Я не могла не улыбнуться огорченному почтению в его тоне. «Так вот почему ты с ней, значит? Чтобы думать о её здоровье и благополучии?»

Ни один проблеск эмоций не нарушил стоического выражения лица, которое всегда носил Силрит. «Возможно». Он начал отворачиваться, потом остановился. «Мы установили несколько записывающих артефактов вокруг Розаре. Если твой разум не успокоится, быть может, возможность видеть, что происходит, облегчит твои мысли». Затем, как и Серис, он исчез.

Я удивилась, как он всё время оставался таким спокойным и собранным. Несмотря на то, что Силрит выглядел относительно молодо, он много лет был слугой Серис. Вместе они возглавили силы Сехз-Клара против вторжения Вечора ещё до того, как я родилась. Большую часть времени он казался таким же уравновешенным и уверенным в себе, как Серис. Иногда, когда я изо всех сил пыталась увидеть положительный результат, я пыталась подражать Силриту. Как мой наставник и Коса, Серис всегда чувствовалась для меня чем-то другим, не поддающимся учету. Напротив, история Силрита была очень похожа на мою собственную, что каким-то образом сделало моделирование себя по его образцу более достижимым.

Но ничего не добьёшься, если будешь стоять здесь и думать, — сказала я себе. Выпрямив спину и расправив плечи, я начала рыться в многочисленных картах, посланиях и коммуникационных устройствах, раскладывая их по неряшливым стопкам, которые нужно было переместить.

Я внезапно остановилась, разозлившись на себя за то, что забыла, что у меня есть целый штат обслуживающего персонала, который помогает мне в подобных вещах.

Словно вызванная этой мыслью, молодая женщина по имени Хаэлла из Высококровного Трамблей — двоюродная сестра Мэйлис — просунула голову в дверь. «О, простите меня, леди Каэра, я увидела, как командующая Серис и Слуга Силрит уходили и…»

«Не нужно извиняться», — сказал я, махнув рукой. «Лучше позови всех. Мы переезжаем».

После краткой встречи с остальной частью нашего небольшого окружения священнослужителей — всеми заслуживающими доверия людьми, которые были согласны с нашим делом и обладали талантами или рунами, которые помогали в распространении многочисленных посланий, которые мы рассылали, — я удалилась в свои личные покои и начала собирать свои вещи.

Меня раздражала идея спрятаться в Сандаэрине, городе, расположенном почти в центре западной половины Сехз-Клара, как можно дальше от любых потенциальных боевых действий. Но я знала, что Серис была права в своей оценке. И, хотя я хотела бы остаться в Эдельгарде и помогать присматривать за батареей щита и Владыкой в его сердце, Силрит был более способным, чем я.

Чтобы успокоить свой разум и перестать сомневаться в своем командире, я сделала так, как предложил Силрит. На одной из стен моей гостиной был установлен проекционный кристалл, который я часто использовала, чтобы быть в курсе сообщений Агроны жителям Алакрии. Импульсом маны я активировала кристалл, затем приступила к настройке его на сигнатуру маны наших записывающих артефактов.

Мне не потребовалось много времени, чтобы найти артефакты, о которых упоминал Силрит.

На изображении был изображен возвышающийся изгиб щита, разделяющий город Розаре надвое. Устройство, по-видимому, располагалось вокруг центрального бульвара города, лицом наружу.

Изображение, которое он запечатлел, заставило мой пульс участиться.

По другую сторону щита выстроились несколько сотен боевых групп, которые метали тысячи заклинаний. Болты и пули всех стихий, зеленые лучи, черные лучи и яркие ракеты врезались в щит, десятки в секунду.

Артефакт не передавал звуки битвы, но я могла представить режущий слух грохот заклинаний, шум, сотрясающий скальные основания континента.

Но, насколько я могла судить, защитный барьер держался без напряжения.

Я снова настроила настройку и обнаружила, что смотрю почти на то же изображение, но под более высоким и дальним углом. Этот наблюдательный пункт позволил мне увидеть количество врагов — я нахмурилась, осознав, что даже не заметила, как стала называть этих алакрийских солдат «врагами», — и военный лагерь вдалеке, за восточными границами города.

Изменение настройки во второй раз показало размашистое, двигающееся изображение города с высоты птичьего полета, и мой хмурый взгляд превратился в улыбку. Я нашла простой птицеподобный артефакт, который, как я знала, нёс этот записывающий артефакт, очень полезным. По словам Серис, это было относительно новым изобретением, которое было опробовано в войне против Дикатена, но так и не было введено в полномасштабное использование из-за сложности изготовления таких вещей.

Я наблюдала некоторое время, забыв, что я должна была сделать. Серис собрала в Розаре чуть более пяти тысяч солдат на случай, если щиты будут прорваны, и с высоты я могла видеть их на оборонительных позициях по всей западной половине города.

Я старалась не думать о том, как сильно я бы предпочла быть с ними, поближе к месту действия.

Звук, похожий на раскаты грома внутри стеклянного колпака, разорвал воздух, такой громкий, что подо мной задрожал пол, а проецируемое изображение подпрыгнуло и расплылось.

Я протянула руку и схватилась за ближайшую столешницу, чтобы не упасть. Шум раздался снова, и комплекс затрясся ещё сильнее, и на мгновение я подумала, что это скала соскользнула в море.

Крики доносились с дюжины разных сторон по всему дому Серис.

Мой разум закружился, пытаясь разобраться в отголосках, оставленных ужасным шумом, затем он зазвучал снова, посылая вибрацию через мои зубы и глаза в мой мозг, заполняя его тупым туманом.





Глава 406. Перерыв




От лица Артура Лейвина.

Золотой свет снова окутал меня, и впервые с момента прибытия в Эфеот я почувствовал, как напряжение покидает моё тело. Несмотря на то, что я возвращался на войну, угрозы, с которыми я столкнулся здесь, казались пустяковыми по сравнению с зияющей бездной негативных возможностей, которые представлял Кэзесс.

Золотой свет исчез из моих глаз, открыв внутренний двор и окружающие стены королевского дворца в Этистине, именно там, где я его оставил. Поскольку волшебной лестницы больше не было, я немедленно полетел к земле, приземлившись с достаточной силой, чтобы расколоть брусчатку и поднять облако пыли.

Крики раздавались из нескольких разных источников, и силуэты вооруженных солдат в доспехах окружили меня. Морской бриз унес облако прочь, и я наблюдал, как суровые глаза королевских гвардейцев расширились от удивления, прежде чем они быстро поспешили убрать свое оружие.

«Генерал Артур!» — прозвучал энергичный женский голос, вызвав хор скандирования со стороны солдат.

Я сосредоточился на говорившей, женщине-полуэльфе, которая смотрела на меня с теплой улыбкой. «Мне нужно поговорить с Глэйдерами. Они во дворце?»

Она рванула вперёд, быстро избавившись от удивления, которое заставило остальных солдат заколебаться, и указала на двери дворца одной тяжелой боевой перчаткой. «Я могу отвести вас к ним, сэр».

Я кивнул и позволил ей взять инициативу в свои руки.

Дворцовые залы были гораздо оживлённее, чем когда я покидал Этистин. Десятки хорошо одетых людей собрались, болтали и маршировали, и все они делали это с важным видом. Их разговоры прекратились при нашем появлении, и блуждающие взгляды начали следить за мной.

«Глэйдеры скорее всего заняты», — размышлял я, больше для себя, чем для своего гида.

«Это были беспокойные несколько дней, это точно», — сказала она через плечо. «Кто бы мог ожидать, что всё изменится так быстро?»

Я остановился, она обернулась и вопросительно посмотрела на меня. «Несколько дней?» — удивлённо спросил я.

Её брови приподнялись, когда она неуверенно улыбнулась мне. «Ну, да. Прошло несколько дней с тех пор, как алакрийцы отступили, а Глэйдеры…» Её неуверенная улыбка превратилась в хмурый взгляд. «Всё в порядке, генерал?»

«Прекрасно. Да. Просто у меня было намного меньше времени».

На самом деле, моё пребывание в Эфеоте показалась мне всего лишь несколькими часами. Как долго я шёл по пути Прозрения? Я задумался.

Охранница беспомощно пожала плечами, как будто понятия не имела, о чем я говорю, затем продолжила вести меня вглубь дворца. Именно когда я плёлся за ней, лениво наблюдая, как её вьющиеся волосы подпрыгивают вверх и вниз, пока я обдумывал следующую дюжину шагов, которые мне нужно было сделать, я понял, кого она мне напоминает.

«Прошу прощения, если это странный вопрос, но вы знали солдата по имени Седри?» — я спросил.

Плечи женщины напряглись, когда она пропустила шаг, и она, казалось, ушла в себя. Она медленно оглянулась через плечо. «Ч-что?»

Даже когда я произнёс это имя вслух, оно казалось таким чужим, таким давним. Я лишь коротко поговорил с солдатом-полуэльфом, но, возможно, именно потому, что она сражалась в том же стиле, что и мой отец, я всё ещё помнил её имя.

И из многих жизней, которые я не смог спасти во время битвы при Слоре вскоре после этого, выделялись её сияющий взгляд и игривая улыбка, и то, как дрогнул голос Джона, когда он сказал Астере и мне, что он намеревался жениться на ней…

«Она, ах, была моей сестрой», — сказала солдатка, опустив взгляд. Затем её лицо сморщилось в нерешительной гримасе. «Вы знали её, генерал?»

«Мы встретились в Слоре», — мягко сказал я, наблюдая, как лицо солдата напряглось, чтобы сдержать слёзы, выступившие на её глазах. «Она была свирепой и храброй воительницей».

«Ох», — тихо сказала она.

Мы снова пошли, на этот раз медленнее. «Что случилось с её другом, Джоном?»

Ей потребовалась долгая пауза, чтобы ответить. «Он умер», — тихо сказала она. «Здесь, в Этистине, во время битвы „Ледяной Крови“».

Я ничего не сказал. Говорить было почти нечего. Но это укрепило мо ё решение работать с Кэзессом. Я бы сделал всё, что было в моих силах, чтобы их история стала достоянием всех. Алакрийцы, Дикатенцы… ни один из них заслуживал смерти в мелкой ссоре асур.

Мы больше не обменялись ни словом, пока сестра Седри не попрощалась со мной за пределами конференц-зала. Когда она ушла, опустив голову, я понял, что даже не спросил её имени. Однако, прежде чем я успел это сделать, что-то сдвинулось в тени ближайшей колонны, и в поле зрения появилась Жасмин.

Скрестив руки на груди, она прислонилась к колонне и оглядела меня с ног до головы. «Как раз вовремя».

‘Добро пожаловать обратно в страну лессеров’, — сказал Реджис с притворным почтением. ‘Я бы спросил, вкусным ли был чай у старины Кэззи, но я уже вижу это в твоем воображении’.

«Здесь нет проблем?» — я обратился к Жасмин, в то же время думая о Реджисе: ‘Ты можешь выйти сейчас’.

«Много косых взглядов и тонко завуалированного раздражения, но никакого насилия», — сказала Жасмин, небрежно пожав плечами.

‘О, я выйду, когда придет время’, — сказал Реджис, скрывая свои мысли.

Хотя я и не был уверен, какие выходки сейчас вытворяет мой компаньон, у меня были более неотложные дела. Сопровождаемый Жасмин, я направился в конференц-зал, где уже мог слышать низкий баритон Кёртиса.

Внутри, сидя вокруг одного конца богато украшенного стола из красного дерева, Кёртис, Кэйтлин и Лира Драйде были увлечены беседой с полудюжиной хорошо одетых аристократов.

Лира увидела меня первой и быстро вскочила со своего места и поклонилась. Все взгляды переместились с неё на меня, а затем все встали.

«Артур, ты вернулся», — сказал Кёртис несколько натянуто. «Вообще-то, мы как раз обсуждали тебя. Твой внезапный отъезд продолжал вызывать ажиотаж в течение последних нескольких дней».

Один из присутствующих мужчин, чей невысокий рост и округлость были лишь преувеличены его близостью к героически сложенному Кёртису Глэйдеру, поспешил обойти вокруг стола, протягивая руку. «Копьё Артур Лейвин! Для меня удовольствие, честь, сэр, честное слово». Несколько ошеломленный, я схватил его за руку и позволил ему энергично пожать мою. «Отто Бейнир, сэр, к вашим услугам».

«Бейнир?» — повторил я, уверенный, что слышал это имя раньше.

Кёртис, который подошел, чтобы присоединиться к нам, положил руку мужчине на плечо. «Уважаемый дом Бейнир — старые друзья моей семьи. Здешний Отто был незаменим в восстановлении города».

Я повнимательнее присмотрелся к пухлому мужчине. Его каштановые волосы, обрамлявшие голову, не совсем соответствовали цвету его темных бровей, а кожа на лице была покрыта сыпью и оспинами. Его травянисто-зеленые глаза были напряженными, и в них была скрыта проницательность — хитрость.

«А эти другие кто?» — спросил я, убирая руку от Отто.

Последовал быстрый раунд представлений. Был еще один Глэйдер — троюродный брат Кёртиса и Кэйтлин, крупный мужчина из дома Максвелл, пожилая женщина из дома Ламберт, пузатый мужчина средних лет из дома Астор и, наконец, нервная молодая женщина по имени Ди Маунтбеттен.





Глава 407. Следующий Шаг




От лица Артура Лейвина.

Тусклые залы Института Эртборнов расплывались передо мной, когда я устремлялся вниз, всё глубже в лабиринтообразную массу туннелей. Никакой тревоги не прозвучало, и несколько гномов, мимо которых я прошёл, казалось, не заметили никаких странностей, хотя мой поспешный спуск вызвал у большинства нервные и вопросительные взгляды.

Эфир появился в спешке, а затем почти сразу же рассеялся со стороны лабораторий. Было достаточно мало людей или артефактов, которые могли вызвать такое явление, и, хотя она не была одной из них, я всё ещё ощущал присутствие Лиры Драйде в институте.

‘Наша гостья хорошо себя ведёт?’ — я подумал о Реджисе.

‘Она не имеет никакого отношения к тому всплеску эфира, если ты об этом. Хочешь, я пойду с тобой, чтобы проверить это?’

‘Нет, оставайся пока там, где ты есть’.

‘Ура’, — проворчал мой спутник, его скука и раздражение просачивались через нашу мысленную связь.

Когда я двинулся почти в противоположном направлении, мои мысли задержались на Кэзессе. Он обещал помощь в защите Дикатена, но не был ясен в деталях того, что это может повлечь за собой. Однако я не думал, что это означало телепортировать Асур, не сообщив мне. Я все равно не мог полностью доверять его слову — это было бы верхом глупости, — и я знал, что в разумных пределах он может изменить курс и предпринять вместо этого какие-нибудь враждебные действия.

И всё же это было не похоже на Кэзесса. Насколько я понимаю, ни в том, ни в другом случае не было никакой выгоды. Нет, догадка о более вероятном сценарии привела меня к знакомым туннелям, и когда я увидел двух крупных гномов-охранников, каждый из которых был полностью экипирован щитами, копьями и тяжелыми пластинчатыми доспехами, стоящих возле лаборатории Гидеона, я почувствовал уверенность, что моя догадка была правильной.

Двое сменили позы, когда ощутили моё приближение, напрягшись, но затем почти сразу расслабившись. Одновременно они ударили основаниями своих больших щитов о землю. «Копьё, сэр!» — крикнули они вместе. Один замолчал, а другой продолжил почти извиняющимся тоном. «Гидеон отдал строгий приказ, чтобы никто его не беспокоил…»

Двери распахнулись, и оттуда высунулось лицо Эмили в очках, её глаза за линзами были широко раскрыты. Она посмотрела на охранников, открыла рот, чтобы что-то сказать, заметила меня, затем, казалось, сменила тему посреди своих мыслей. «Артур… ты… целитель!»

Она тяжело дышала и слегка покраснела вокруг щек. «Я имею в виду, я рада, что ты здесь». Обращаясь к охраннику, она добавила: «Сходи за целителем».

Стражник отсалютовал, затем быстрым шагом побежал прочь, его тяжелые доспехи звенели при каждом шаге.

Эмили открыла дверь, и я проскользнул внутрь, затем она позволила ей захлопнуться за мной.

Лаборатория, как я с удивлением увидел, была пуста. «Где находится…»

«Давай, проходи сюда», — позвола она, уже устремляясь прочь.

Я последовал за ней через арочную дверь в другом конце лаборатории, затем вниз по лестнице и в другой зал. Под ним был скрыт ряд небольших комнат, которые я раньше не посещал, каждая из которых была заблокирована тяжёлой каменной дверью, исписанной рунами. Эмили остановилась у третьей двери справа, наполнила её маной и сильно толкнула.

По другую сторону толстой каменной двери находилась широкая, тускло освещённая комната с низким потолком. Здесь стоял одинокий стол, но главной особенностью комнаты был защитный круг в центре. Небольшой генератор щита был подключен к нескольким кристаллам маны, и при активации создавал очень плотный куполообразный щит маны вокруг защитного круга.

На полу, прислонившись голой спиной к изогнутой стене, сидел Гидеон. Его седые волосы были в беспорядке, а лицо выглядело измождённым и бледным, но когда его глаза остановились на мне, когда я последовал за Эмили в комнату, они были полны огня.

«Я понял это!» — прохрипел он, не обращая внимания на беспокойство Эмили. «Посвящения, артефакты, формы заклинаний, всё это».

Маниакальная ухмылка расползлась по его лицу, и слова начали слетать с его губ. «Трудной частью было расположение рун в мантии. Я предположил, что раньше это было похоже на пароль, и твоя догадка была верна в том, что здесь вплетена ловушка — если вы направили ману в руны не по порядку, они будут продолжать использовать вашу ману, пока вы либо не разорвёте связь, либо мана не иссякнет, выведя из строя или даже убив владельца, и ты и говорил, выбраться было бы нелегко, так как внутри мантии есть „ремни“, которые сложно сделать и расстегнуть, и они должны быть правильно застёгнуты, чтобы вся эта мана двигалась должным образом».

Гидеон глубоко вздохнул, и я открыл рот, чтобы задать ему вопрос, но он сразу же продолжил двигаться вперед. «На самом деле, мантии используются как своего рода проводник для определенных аспектов манипуляций, поэтому просто держать их на коленях или прикасаться к ним одной рукой не сработает, их нужно носить. Честно говоря, это довольно хитроумно».

Гидеон покачал головой, выглядя впечатлённым. «Но», — продолжил он, — «я, естественно, вычислил правильную последовательность». Он указал на Эмили, и я с опозданием понял, что на ней были церемониальные одежды.

«Гидеон», — настойчиво сказала Эмили.

Она пересекла комнату и опустилась на колени рядом с ним, пока он что-то бормотал, но только тогда он, казалось, даже заметил её.

Всё ещё ухмыляясь, он сказал: «О, конечно. Мисс Уотскен очень помогла, проверяя артефакты по отдельности, чтобы убедиться, что наши гипотезы…»

«Гидеон», — повторила она раздраженно. «Я послала за целителем. Вы должны…»

«Ах!» — вырвалось у Гидеона, изо всех сил пытаясь оттолкнуться от стены, чтобы встать. «Артур, ты отвлек меня. Мне нужно немедленно перейти к этапу тестирования».

«Подожди», — сказал я, поднимая руку, чтобы остановить его. «Нам действительно следует обсудить это до того, как мы попробуем „даровать руну“ человеку. Если что-то пойдет не так…»

Я замолчал. Наполовину отросшие брови Гидеона одновременно приподнялись и нахмурились, выражение его лица было чем-то средним между замешательством и недоверием. Позади него Эмили уставилась в землю, протирая глаза руками.

Мой взгляд переместился с худой, мягкой обнаженной фигуры Гидеона на стол, где лежали посох и другие артефакты.

Затем Гидеон разразился диким смехом и покачал головой, его плечи затряслись от удовольствия. «Как ты думаешь, что может пойти не так? Я направляю ману, и мой торс взрывается?» Он остановился, и на мгновение на его лице появилось задумчивое выражение. Повернувшись к Эмили, он спросил: «Рассматривали ли мы это?»

«Подожди», — сказал я, чувствуя себя сбитым с толку. Затем, как будто в моём сознании открылся люк, я связал взрыв эфира, который я почувствовала, со словами Гидеона. Я со вздохом провёл рукой по лицу. «Ты уже использовал его, не так ли?»

Гидеон щёлкнул переключателем, направил поток маны в артефакт щита и занял своё место в середине защитного круга. «Это заклинание? Нет, конечно, нет, я — о! Ты имеешь в виду артефакты посвящения. Ну да, конечно, я же не мог сидеть и ждать тебя вечно, не так ли?»

Я застонал. «Гидеон, я говорю это со всем должным уважением, но только настоящий сумасшедший человек решился бы на испытание неизвестной и лишь частично понятной магии на себе».

Гидеон закрыл глаза. «Вся магия — это постоянный акт самоэкспериментирования. Если я правильно помню, ты однажды причинил себе почти непоправимое количество микротрещин на костях своих ног, экспериментируя с заклинанием».

Я стиснул зубы, но вынужден была признать, что он был прав. «Отлично. Но прежде, чем ты продолжишь, могу я, по крайней мере, позвать кого-нибудь, кто понимает значение рун? Кто, возможно, может подсказать тебе, как их использовать?»

Гидеон открыл один глаз. «У тебя просто случайно в заднем кармане есть алакрийский маг или что-то в этом роде?»

«Не в моем заднем кармане, нет», — парировал я. «Просто… не делай больше никаких глупостей, пока я не вернусь».

«Иногда мне кажется, что ты не ценишь мою гениальность».

Раздался глухой стук в дверь, и Эмили подпрыгнула. «О, это, должно быть, целитель».

Я распахнул дверь, чтобы увидеть охранника и плотную женщину-дварфа, от чьего хмурого вида даже у меня по спине пробежали мурашки. Она потопала в комнату, огляделась вокруг, а затем решительно направила своё раздражение на Гидеона.





Глава 408. Лучший Выбор




От лица Элеоноры Лейвин.

Когда я услышала, как возбуждённое бормотание гномов становится всё громче, я скользнула глубже в тень и спряталась в открытой комнате неподалёку. Охранники, стоявшие в конце коридора перед лабораторией Гидеона, не покинули своих позиций, но они приоткрыли дверь лаборатории, чтобы попытаться подслушать волнение внизу, что сработало в мою пользу.

С моей активной звериной волей я смогла услышать, что Деймор Сильвершейл получил своё посвящение. Повышенная чувствительность не только улавливала звук издалека, но и передавала мне тонкую вибрацию их движений и расходования маны через камень.

Деймор и три других гнома ворвались в зал мгновением позже, болтая, как кучка девочек-подростков на рынке.

«Ах, я не могу дождаться, чтобы увидеть лицо старика Эртборна, когда он увидит мои новые силы», — говорил Деймор. «И моих старших братьев тоже. Как только они не превозносили своё присутствие на заседаниях совета над моей головой… Что ж, давайте посмотрим, кому теперь есть о чем кукарекать!»

Другой голос поспешил добавить: «Двухэлементальный Усилитель, первый среди трёх поколений Сильвершейлов. Ваш отец будет в восторге, сэр».

Их разговор мало что значил для меня, и поэтому, несмотря на то, что я могла бы продолжать слушать их по крайней мере пару минут, даже когда они удалялись все дальше и дальше, я вместо этого попыталась заглушить шум и сосредоточиться на моем брате и тех, кто с ним — Гидеоне, Эмили Уотскен и женщине, которую я приняла за плененную им Слугу, Лире, — которые всё ещё скрывались в комнате подо мной. Мне пришлось сосредоточиться сквозь две двери и десять футов сплошного камня, но только затаив дыхание, я смогла разобрать слабые вибрации их разговора.

«Как ты себя чувствуешь?» — мой брат спросил Эмили.

«Хорошо, просто нужно немного отдохнуть», — последовал её слабый ответ.

«Дайте ей, по крайней мере, час или два, прежде чем повторить ритуал», — сказала Слуга.

Ответ Гидеона был громче остальных. «Но мне нужна третья точка данных, иначе то, что мы видели до сих пор, ничего не стоит! Кто-то, с кем Артур провел много времени, большую часть времени, часы за часами. Никаких „провёл довольно много времени“ и прочих компромиссов, нужен именно…»

«Гидеон, прекрати активировать свою магическую форму», — сказал мой брат, его тон был одновременно раздраженным и покорным.

Забавный старый изобретатель прочистил горло и пробормотал что-то, чего я не расслышала, потому что в то же время что-то тяжелое упало на землю несколькими этажами выше, и низкий гномий голос выругался.

Я сменила позу, следя одним глазом за открытой дверью в эту комнату, и наклонилась ближе к земле, пытаясь лучше слышать.

«Мне нужно подумать, а Эмили нужно отдохнуть», — твёрдо сказал мой брат.

«Хорошо, хорошо, но не занимай весь день. Сделай свой выбор и приведи этого человека сюда сегодня днем», — потребовал Гидеон.

Они попрощались, и я услышала, как когти Реджиса заскребли по камню, когда они начали двигаться в моём направлении.

Я окинула быстрым взглядом комнату, где я пряталась, которая находилась прямо по коридору от лаборатории Гидеона. Она была похожа на заброшенную школьную комнату, полную столов карликового размера, пустых полок и нескольких столов, покрытых пятнами сажи. Там, где раньше была дверь, теперь был просто открытый дверной проем.

Насколько я могла судить, я была довольно близка к тому, чтобы оказаться прямо над камерой, где Гидеон проводил свои эксперименты.

Артур и его спутник двигались молча, но я знала, что они могли общаться без слов. Мне было интересно, о чем они говорили… или, возможно, о ком они говорили.

Им нужен был кто-то, с кем мой брат проводил много времени — был близок — для следующего этапа их эксперимента…

Я сразу же захотела, чтобы это была я. Не потому, что я хотела алакрийскую руну — или форму заклинания, как их называли Гидеон и Артур, — хотя внезапный прилив моей силы и прояснение моей сути звучали неплохо. Но чего я действительно хотела, так это быть вовлечённой, быть полезной. Между долгим совместным путешествием по пустыне, нашими тренировками и медитациями, едой и даже сном в одном помещении я не могла вспомнить никого, кто проводил бы с ним больше времени, даже маму.

Но я также сразу поняла, что он не хотел бы подвергать меня риску.

Итак, мне просто нужно убедить его, что я — единственный выбор, подумала я, готовясь к этой задаче.

Я наблюдала за Артуром и большим теневым волком, проходящими мимо того места, где я была тщательно спрятана за большим столом, но вышла не сразу. Вместо этого я сосредоточилась на их следах, ожидая, пока они не уйдут далеко вперед, чтобы последовать за ними. Коридор был пуст, за исключением двух охранников, и, если бы я осталась у дальней стены, я могла бы использовать опорные колонны, которые окаймляли гладкие стены коридора, чтобы оставаться вне их поля зрения, точно так же, как я делала, когда пробиралась сюда с самого начала. Охранники всё равно были сосредоточены на себе, оживлённо болтая о Дейморе Сильвершейле и о том, что эксперименты Гидеона будут означать для Вилдориала.

Поскольку моя звериная воля всё ещё была активна, я была чувствительна даже к малейшему шуму, особенно к своему собственному, что помогало мне красться в полной тишине. Я не думала, что у меня будут неприятности только из-за того, что я была в этих туннелях, но я не хотела, чтобы Артур знал, что я шпионила за ним после того, как он выбежал в такой спешке. Он был бы недоволен мной, сказал бы, что я постоянно пренебрегаю собственной безопасностью и иду на неоправданный риск, совершенно не обращая внимания на то, как лицемерно звучали его лекции.

Я заставила себя перестать идти по этому пути мышления, развивать эту тему. Мне нужно было подумать о том, как я собираюсь убедить его позволить мне участвовать в «эксперименте» Гидеона.

Артур двигался медленно, без сомнения, глубоко задумавшись и никуда не торопясь, но я должна была предположить, что он направлялся домой. Выбрав немного более длинный маршрут, я тихо поспешила назад, используя свои обостренные чувства, чтобы избежать пересечения путей с кем-либо из охранников, магов или других жителей, которые часто посещали эти туннели.

Однако вместо того, чтобы войти внутрь, я прислонилась к стене рядом с дверью и стала ждать. Когда пару минут спустя я услышала характерный скрежет когтей, я высвободила свою звериную волю и тщательно изобразила на лице невинную улыбку.

Когда Артур вышел из-за угла, я слегка помахала ему рукой и спросила: «Там внизу всё в порядке?»

Артур остановился, на его лице ясно читалось удивление. «Да, это не было чрезвычайной ситуацией. Что ты здесь делаешь?»

«Жду тебя», — честно ответила я, упираясь носком ботинка в пол. «Тебя не было какое-то время».

«Гидеон», — сказал он просто в качестве объяснения, и я улыбнулась.

Артур прислонился к стене напротив меня в приземистом коридоре и молча наблюдал за мной. Я почувствовала, как чувство вины покрылось мурашками на тыльной стороне моих рук, когда я подумала о том, как лучше убедить его выбрать меня, не выдавая мою шпионскую экспедицию.

«Что-то не так?» — спросил он через мгновение.

«Что? Ничего…», — поспешно ответила я, заправляя прядь волос за ухо.

Его глаза сузились, а затем выражение его лица смягчилось. «Как много ты услышала?»

Я открыла рот, и он приподнял бровь. Вместо того, чтобы пытаться солгать, я порывисто выдохнула. «Как ты узнал?»

«С таким же успехом это могло быть написано у тебя на лбу», — сказал он, посмеиваясь.

Я застонала, убирая волосы, которые только что убрала с лица, чтобы скрыть глаза. «Прости, я просто…»

Он отмахнулся от моих извинений. «Я понимаю это. Всё в порядке».

Несмотря на его прощение, молчание, воцарившееся между нами, было кислым и неловким. «Я хочу помочь с испытанием посвящения», — выдавила я.





Глава 409 — Вкус Магии




От лица Сесилии.

Мои внутренности скрутило от тошноты, когда варп-телепорт вернул нас в Тэгрин Келум.

Я потерпела неудачу. Теперь мне каким-то образом придётся встретиться с Агроной лицом к лицу и объяснить свой провал. Наследие было побеждено обычной Косой.

Дранив ждал нас с несколькими сопровождающими. Рыжеволосый, полубезумный маг низко поклонился, когда я спустилась, рука об руку с Нико, с платформы для приёма. «Добро пожаловать домой, Коса Нико и леди Сесилия. Верховный Владыка ждет вас».

Несмотря на охватившее меня изнеможение, требовавшее целого дня отдыха, прежде чем я смогу хотя бы войти в варп-телепорт, я знала, что от этого никуда не деться.

Нико тоже это знал. «Может быть, он поможет тебе понять, что произошло в Эдельгарде?» — спросил он утешающе.

В моей предыдущей жизни мои кураторы, ученые и специалисты по оптимизации Ки, которые сопровождали меня большую часть жизни, не понимали, кем я была — совсем. Даже имя, которое они мне дали, «Наследие», казалось, родилось из мифа или легенды, термин не их собственного изобретения.

Но Агрона, он понял меня. Он видел за пределами ограничений своего собственного восприятия и, поступая таким образом, получал знания, которые были недоступны другим. Но он мало чем поделился из того, что узнал, ему всё ещё нужно было разобраться с человеческим разумом внутри меня, и поэтому мы продвигаемся медленно, пока он не решит, что я готова к большему.

«Я готова», — сказала я, больше отвечая на свои собственные мысли, чем на вопрос Нико.

Дранив развернулся и пошел прочь, его неопрятная тёмно-рыжая копна волос развевалась у него за спиной. Остальные слуги — Исследователи, Целители, Часовые, все, кто мог понадобиться по моему возвращению, — безмолвно выстроились в шеренгу позади нас, как стая уток, бездумно следующих за своим вожаком.

Мои глаза не обращали внимания на проносящиеся мимо коридоры крепости. Бессознательно, я уставилась на малиново-чёрную униформу Дранива, вид его привязывал меня, как поводок, чтобы мои ноги могли следовать туда, куда он вёл, но мои мысли всё ещё были в Сехз-Кларе, застряли там, как будто часть меня на самом деле не уходила. Я хотела понять, почему барьер сопротивлялся мне. Никакая другая мана, с которой я сталкивалась, не была вне моего контроля, даже очищенные частицы в телах других живых существ.

И всё же, каким-то образом, Серис нашла способ связать ману настолько прочно, что она сопротивлялась даже моему влиянию. Не только это, но даже всенаправленная бомбардировка на нескольких фронтах со стороны тысяч могущественных магов ничего не изменила. А потом появилась сама Коса… Я уже знала, что она опасна. Все остальные Косы смотрели на неё с осторожным сочетанием уважения и страха. Теперь я поняла почему.

Сражаясь в полную силу, я знала, что могла бы одолеть технику пустоты маны, которую она использовала. Но у меня не было той самой полной силы, что позволило ей подавить меня и оттолкнуть назад.

По крайней мере, я устранила её Слугу, подумала я, но это была маленькая победа, и в ней не было ни гордости, ни удовольствия.

Дранив отступил в сторону на верхней ступеньке лестницы, которая вела вниз, на нижние исследовательские уровни. Нико с опаской поглядывал на лестницу, как ребенок, боящийся темноты. Я хотела спросить его, что случилось, но потом снова взглянула на Дранива и всех сопровождающих. Нет, я спрошу, когда мы будем одни. Я не хотела привлекать внимание к дискомфорту Нико и, вспомнив о ядре маны, которое он прятал, сложила два плюс два.

«Верховный Владыка будет искать тебя там, где гнездится феникс», — сказал Дранив хриплым голосом, его глаза метались, он чувствовал себя неловко.

«Что всё это значит?» — спросила я, сбитая с толку ненужной драматизацией.

«Я знаю дорогу», — быстро ответил Нико. «Ты свободен, Дранив».

Нико снова взял меня за руку и повёл к лестнице. Я в последний раз оглянулась через плечо, хмуро глядя на Дранива и других сопровождающих, но больше не получила от них ответов.

«Это было сообщение», — сказал Нико через мгновение, его голос был очень тихим, почти шёпотом. «Агрона знает, что я встретил её. Он… может даже знать о ядре, которое я взял».

«О», — сказала я, понимающе, и затем добавила: «Встретил кого?»

«Одна из его пленниц, женщина-асура. Феникс. После того, как я был… после того, как ты исцелила меня.

Лестница была настолько узкой, что идти бок о бок было неудобно, и поэтому я замедлила шаг, пристраиваясь в шаге за Нико, глядя на него сверху вниз. Чем ниже мы спускались, тем темнее становилась лестница, пока чёрные каменные ступени не стали почти неотличимы от теней. «Почему тот факт, что ты встретил этого Феникса, должно иметь значение? Что-то случилось?» — спросила я через минуту.

Шаги Нико замедлились, и он начал оборачиваться, чтобы посмотреть на меня. Однако, о чем бы он ни думал, он быстро подавил эти мысли и продолжил медленно спускаться. «Нет».

Я издала тихий смешок, но остановилась, когда мрак поглотил звук. «Я не понимаю, в чем дело, Нико».

«Просто… ничего не говори о ядре… Даже если он уже знает, что я взял его, не признавайся, что знаешь об этом…»

«Но я могла бы…»

На этот раз он полностью прекратил спуск, и я чуть не врезалась ему в спину. «Пожалуйста…»

«Хорошо», — сказала я, протягивая руку, чтобы положить её на макушку, но остановив себя. Такие маленькие акты близости всё ещё вызывали у меня ужасную, мучительную тошноту, от которой я не могла избавиться. Проклятое тело, — подумала я, внезапно разозлившись. «Но ты не должен так сильно его бояться», — огрызнулась я, выплёскивая свой гнев на единственную цель, которая у меня была. «Он не представляет для тебя угрозы. Агрона — это ключ к нашему будущему».

Плечи Нико напряглись, и он слегка сжался в комок, и я прикусила язык. Чувство вины и сожаление сразу же затмили мой гнев. Я знала, что слова Серис потрясли его. В тот момент, когда она произнесла грязную ложь — сказав нам, что у Агроны нет силы вернуть нас к прежней жизни, — я могла сказать, что она пустила корни в сознании Нико, и я наблюдала, как они росли в нём, когда он поливал их своими мыслями и вниманием.

Но то, что я увидела, когда он повернулся, чтобы взглянуть на меня, была улыбка, и в его глазах я увидела только его доверие и любовь ко мне. Независимо от того, с какими испытаниями мы сталкивались, по крайней мере, я могла быть уверена, что он всегда будет таким.

Мы снова двинулись в путь, продолжая медленный спуск по винтовой лестнице в тишине.

Прошло совсем немного времени, прежде чем откуда-то снизу до нас начали доноситься голоса. Нико снова остановился, на этот раз подняв руку, чтобы предостеречь меня от шума. Это были два голоса, принадлежащие Косам, Виессе и Мелзри.

«…обращаться с нами как с обычным сбродом, это абсурд», — говорила Мелзри, её голос, низкий и сердитый, слегка отдавался эхом в узком лестничном колодце.

«Нам повезло, что мы живы, сестра», — ответила Виесса. Слова, казалось, ползли по чёрному камню и щекотали мои уши, как какой-то навязчивый призрак. «Будь осторожна со своими словами».

«Тц, что вообще делает Агрона?» — прошипела Мелзри. «Изолирует себя на несколько дней, вместе с Фантомами — Рога Вритры, почему бы не отправить других Василисков в Сехз-Клар или Дикатен? Его договор с Эфеотом давно обратился в прах, вместе с эльфийскими лесами, и, всё же, он ничего не сделал».

«Жизни Асур длинны», — сказала Виесса слегка критическим тоном. «То, что для нас может показаться вечностью, для Верховного Владыки — это мгновение. Возможно, то, что выглядит как бездействие, на самом деле является всего лишь терпением».

«Тогда наш провал вряд ли должен иметь значение, не так ли?» — Мелзри выстрелила в ответ.

Виесса начала отвечать, но Нико выбрал этот момент, чтобы громко шагнуть вниз, когда он спускался. И Виесса, и Мелзри погрузились в мёртвую тишину, а их шаги замедлились.

Когда Нико совершил ещё один медленный оборот по лестничной клетке и увидел их, он остановился, изображая удивление. «Что вы двое делаете здесь внизу?»

«Это не твое дело, младший брат», — огрызнулась Мелзри, подозрительно глядя на нас обоих. «Я же не спрашиваю, почему ты ползёшь вниз по этим ступенькам». Её глаза впились в мои, как личинки. «Возможно, неудача Наследия отчасти смягчит наш собственный провал или, по крайней мере, заставит нас выглядеть лучше в сравнении. Я должна поблагодарить вас за это, леди Сесилия».

«Хватит», — твёрдо сказал Нико, затем снова зашагал.

У меня не было сил обращать внимания на её детские колкости, и я молча последовала за Нико, стремясь поскорее покончить с неизбежной встречей с Агроной, на которой он выразит своё разочарование. Тогда мы могли бы вместе придумать, как разрушить барьер Серис.

Виесса прижалась к внутренней стене, чтобы пропустить Нико, но Мелзри твёрдо стояла в центре лестницы.

«Сам Агрона попросил о нашем присутствии», — сухо сказал Нико. «Не хочешь ли ты стать причиной нашей задержки? Возможно, это не станет худшим эпизодом в твоём послужном списке, но учитывая всё остальное, что произошло, возможно, это станет последней каплей*».

# Прим. Пер. — в оригинале «it will be the board that broke the wogart’s back», вероятно, переделанная автором английская идиома «straw that broke the camel’s back», которая описывает незначительное действие, которое вызывает непредсказуемо большую и внезапную реакцию из-за развивающегося в геометрической прогрессии эффекта мелких действий. Дословно «это последняя соломинка, которая ломает спину верблюда». Для меня не представляется возможным адаптировать фразу, учитывая собственные термины, которые внёс автор в фразу, поэтому перевели так, как это выглядело бы в обычной форме.

Мелзри усмехнулась и отступила в сторону. «Думаю, не я виновата в срочности происходящего. Поскольку Агрона был счастлив оставить тебя умирать после твоего жалкого выступления на Викториаде, я уверена, ты чувствуешь себя обязанным доказать, что хоть чего-то стоишь».

Мои кулаки сжались, и яростная мана непрошено вспыхнула вокруг нас, отбросив Мелзри и Виессу к изогнутой внутренней стене лестничного колодца.

Щупальца чёрной маны извивались вокруг Виессы, борясь с моей собственной силой, пытаясь освободить её и заставить меня отступить. Я схватила эти струйки маны — её силу — и обернула их вокруг горла Мелзри, сжимая.

«Прекрати это», — прошипела Виесса, её широко раскрытые глаза беспомощно смотрели на её вышедшее из-под контроля заклинание.





Глава 410. Хороший Юмор




От лица Артура Лейвина.

«Где твой алакрийский питомец?» — спросил Гидеон, настороженно оглядываясь по сторонам, как будто Лира Драйде могла выскочить из тени с любого направления. Его лицо было измазано сажей, и я не мог не заметить, что его брови снова исчезли, а часть волос была опалена. «Не то, чтобы я хотел, чтобы она это видела, но где ты можешь запереть Слугу и ожидать, что она останется?»

Рядом с Гидеоном Эмили слегка помахала мне рукой. У неё было бледное лицо и тёмные мешки под глазами, но тот факт, что она вообще стояла на ногах, говорил о возвращении к ней сил. Прошло всего пару дней с момента экспериментов с Посвящением, и без регалий Элли, я был уверен, что Эмили потребовалось бы еще несколько дней, чтобы прийти в себя.

«Я оборудовал одно из хранилищ в Институте Эртборнов под камеру», — сказал я, останавливаясь перед двумя изобретателями. «Реджис и Мика присматривают за ней, пока она тренирует мою сестру пользоваться Регалией».

Гидеон фыркнул, развернулся и быстро зашагал прочь.

Мы стояли на самом нижнем этаже Вилдориала, окружённые недавно построенными каменными жилищами, разрушение, нанесённое городу Косами, уже стало далеким воспоминанием — по крайней мере, физически. Я всё ещё мог видеть страх перед угрозой нападения во взглядах гномов и эльфов, которые суетились вокруг, в том, как они избегали светских бесед и никогда не убирали руки слишком далеко от своего оружия.

Со смешанными чувствами я наблюдал, как часть этого напряжения тает всякий раз, когда они видят меня, моё присутствие укрепляет их мужество.

«Ты должен был оставить там хотя бы все три Копья», — продолжил Гидеон через мгновение, ведя нас в узкий туннель, который, как я знал, соединялся с некоторыми старыми шахтами.

«Копья не мои, чтобы ими командовать», — заметил я в разговоре. Маленький мальчик-дварф помахал мне рукой, на его круглом лице появилась широкая, беззубая улыбка, и я поднял руку в ответ, затем последовал за Гидеоном в тёмный туннель. «Байрон почти всё время остается рядом с Вирионом, а Вирион был занят уходом за своим народом. С возвращением Дикатена под наш контроль он смог связаться с большим количеством эльфов, разбросанных по всему континенту».

«Они пытаются выяснить, сколько их осталось…» — тихо сказала Эмили, её голос был хриплым от эмоций.

То же отчаяние, которое цеплялось за её слова, вцепилось мне в горло, и мне пришлось кашлянуть, чтобы избавиться от него. «В Калберке вспыхнули бои, и Варай отправилась на помощь. Очевидно, некоторые из солдат, бежавших из Блэкбенда, добрались до Калберка и предупредили их о происходящем. Вместо того, чтобы сдаться, Высококровные, отвечающие за город, заперли его и укрепились».

«Тем больше причин продвигаться вперёд с моим другим проектом», — настаивал Гидеон, двигаясь быстро, несмотря на тусклое освещение. «Эта война ещё не закончена».

‘Нет, не окончена’, — подумал я, размышляя о том, что будет дальше.

Я пытался поставить себя на место Агроны, используя всё, что я знал о нём, чтобы оценить его следующий шаг. Если Кэзесс выполнит свою часть нашего соглашения, то я надеюсь, что мы увидим последнее полномасштабное сражение на земле Дикатена, и было весьма вероятно, хотя и, возможно, чересчур обнадеживающе, что Агрона может просто списать Дикатен со счетов как проблему, которая того не стоила, и переключить своё внимание на Эфеот.

Однако один конкретный элемент делал этот вариант маловероятным: я.

Я всё ещё не понимал, откуда у Агроны взялись его знания о реинкарнации, или как он смог искать души в разных мирах, чтобы найти Наследие и два «якоря», необходимые ему для полного проявления её потенциала в этом мире — меня и Нико. Но, независимо от того, как он сделал эти открытия, их реализация пошла не так, как он планировал. Я был перевоплощён не на том континенте, не в том теле, и он был вынужден искать сосуд за пределами своих владений. Вместо того чтобы быть якорем, полностью находящимся под его контролем, я стал его врагом.

И благодаря действиям его собственной дочери, я получил единственную силу в этом мире, потенциально способную противостоять как Агроне, так и Кэзессу.

Я не питал иллюзий, что кто-то из них просто отпустит этот факт. Кэзесс был готов обменять услуги на знания в хрупком союзе, но Агрона…

Я знал, что лорд клана Вритра не мог не хотеть того, что было у меня. Идея заключить с ним подобную сделку — обменять эфирное знание на его клятву оставить Дикатена в покое — приходила мне в голову, но после долгих размышлений я также понял, что он не мог дать клятву, на которую я мог бы положиться. И даже если бы я решил пойти на такой риск, я не мог бы бросить всё население Алакрии на произвол судьбы только потому, что Дикатен был спасён.

Независимо от его намерений по отношению к Дикатену, Агрона рано или поздно снова придёт за мной. Я не мог просто сидеть в Вилдориале и ждать, когда это произойдет.

Эти и многие другие мысли занимали мой разум, когда мы углублялись в старые шахтёрские туннели.

В туннелях становилось жарко и душно, скала вокруг нас излучала тепло, а воздух был насыщен запахом серной гари. Как мне сказали, сами шахты были заброшены ради более плодородной почвы. Мы прошли через несколько истощённых соляных жил, пока в конце концов наш туннель не открылся в гораздо большую пещеру. По отвесным стенам были сооружены строительные леса, а с потолка высоко вверху свисали перила. Тонкие прожилки огненной соли всё ещё были видны в некоторых местах, но их слабое свечение было затенено серией ярких световых артефактов, которые были установлены в виде сетки по полу.

Я был удивлен, увидев шестерых мужчин и женщин — четырёх гномов, эльфийского мужчину и человеческую женщину — которые уже ждали нас. Они сидели вокруг потёртого рабочего стола и лениво болтали, но все вместе вскочили на ноги, когда увидели, что мы приближаемся.

«Мастер Гидеон, сэр», — сказал один из гномов. У него была вьющаяся копна тёмных волос и борода до пояса.

«Крольб, я полагаю, ты доставил посылку сюда без проблем?» — спросил Гидеон, направляясь прямо к стопке металлических ящиков, стоящих по другую сторону стола.

«Конечно», — сказал гном, ухмыляясь. «Рад, наконец, увидеть, как эти артефакты используются».

Гидеон схватил первый ящик, поднял, сразу же не смог сдвинуть его больше чем на дюйм или два, а затем повернулся к двум другим гномам. «Вы двое, тащите это сюда и откройте это для меня».

Я с любопытством наблюдал, как два гнома вместе подняли верхний ящик, перенесли его на отдельный стол, а затем открыли крышку. На мгновение над открытым ящиком появилась теплая дымка, сопровождаемая тем же тусклым оранжевым свечением, которое освещало более тёмные ниши потолка пещеры наверху.

Гидеон натянул пару тяжелых кожаных перчаток, похожих на те, что используются в кузнице, а затем полез в коробку. Прозвучал металлический скрежет, а затем Гидеон достал один из своих артефактов. Это был меч с прямым обоюдоострым лезвием. Извивающиеся тускло-оранжевые прожилки закручивались и завинчивались спиралью сквозь тускло-серую сталь. Когда я наклонился ближе, чтобы получше рассмотреть, я почувствовал тепло, исходящее от оружия. Крестовина была немного великовата, почти неуклюжа, с рукоятью в свободном стиле, которой можно было удобно пользоваться одной или двумя руками.

Я активировал Сердце Мира, и пещера заиграла яркими красками, когда стали видны частицы маны. Частицы огненного атрибута прилипли к лезвию, танцуя вверх и вниз по его длине вдоль светящихся оранжевых линий. От рукояти также исходил сильный источник маны.

Гидеон протянул мне меч рукоятью вперёд. Тёмная кожа рукояти была тёплой на ощупь, но не горячей. Я осторожно провёл пальцем по плоской поверхности меча, но отдернул руку, когда обжигающий жар пропитанной огненной солью стали обжёг мою плоть.

Гидеон фыркнул. «Я думаю, мне придется добавить предупреждающую надпись к рукояти, которая гласит: эй, идиот, не прикасайся к раскаленной стали».

Я усмехнулся, сделал шаг назад и взмахнул клинком в качестве эксперимента. Это было не самое лучшее оружие, которое я когда-либо ощущал, особенно в плане баланса, но поскольку это были только прототипы Гидеона, я ожидал, что дизайн будет совершенствоваться по мере создания большего количества оружия.

«Использование стали сработало, как мы и обсуждали?» — спросил я, вращая лезвие вокруг и вниз в разрезе, который оставлял за собой дугу из дымки.

Эмили ответила сквозь наполовину подавленный зевок. «Метод тигля был гениальным. Добавление огнеупорных солей в расплавленный чугун позволило нам получить сам минерал достаточно горячим для разжижения, а увеличение содержания углерода в стали за счет добавления в неё высокоуглеродистого железа позволило огнеупорным солям связываться со сталью, решая сразу две проблемы».

«Да, да, вундеркинд снова сделал это», — проворчал Гидеон, хотя я мог сказать, что на самом деле он не был несчастен.

В центре стола располагался гораздо меньший генератор щита, похожий на тот, который мы использовали во время тестирования Посвящения. Гидеон активировал его импульсом маны, затем отступил назад и выжидающе посмотрел на меня. «Давай, прикоснись лезвием к щиту. Только осторожно», — быстро добавил он. «Нам не нужна причудливая сила Копья прямо сейчас, я просто хочу, чтобы ты увидел это».





Глава 411 — Семейные Похождения




От лица Артура Лейвина.

Наши легкие шаги шорохом отражались от резного камня стен туннеля. Откуда-то издалека по Институту Эртборнов вибрировал низкий гул земляной мельницы, и всё вокруг пахло пылью, камнем и сыростью. Пока мы шли, я провел пальцами по текстуре камня, похожей на наждачную бумагу, размышляя.

«Я немного скучаю по открытому небу, а ты?» — спросил я Элли.

«Да, скучаю», — задумчиво ответила она. «Такое чувство, что я полностью потеряла счёт времени и годы нормальной жизни, пока пряталась под землей. И всё же здесь лучше, чем в святилище. По крайней мере, у нас есть чем питаться, кроме грибов и пещерных крыс».

Я не извинился вслух — я уже сказал ей эти слова и не хотел ещё больше их принижать, — но я извинился в своём сердце. Чувство вины от осознания того, что я мог бы вернуться раньше, но не сделал этого, всё ещё никуда не делось.

Бу, шаркая, шёл за нами, его густая шерсть время от времени царапала стены, а когти скребли по полу, производя гораздо больше шума, чем мы с Элли. Он фыркнул при упоминании о пещерных крысах, подталкивая Элли сзади. Она засмеялась, вытащила из сумки то, что осталось от куска солёного мяса, и бросила ему через плечо. Медведь схватил его в воздухе одним укусом.

‘Захвати и мне немного закусок’, — подумал Реджис, очевидно, следя за моими мыслями, несмотря на расстояние между нами. К его большому неудовольствию, я оставил его дежурить, охраняя нашу пленницу.

«Как здесь обстояли дела, пока меня не было?»

Её узкие плечи покачивались вверх-вниз. «Странно. Большинство людей ещё не знают, как себя чувствовать. Взволнованные, полные надежды, неуверенные, напуганные… они стали — я не знаю — жёстче? Сейчас, я имею в виду. В первые дни существования святилища это был просто страх. Все ожидали смерти, каждый божий день. Понимаешь? И я вижу гораздо больше улыбок, особенно от мамы, когда ты рядом. Хотя для эльфов это ещё хуже. Их надежда… сложна».

«До них начинает доходить», — сказал я, обдумывая её слова. «Что, даже когда Дикатен будет отбит, они никогда больше не смогут вернуться домой».

«Да», — пробормотала Элли, опустив глаза в пол. «Особенно дети. Моя подруга, Камелия, как будто она вообще не ребенок. Я не знаю, есть ли в этом смысл».

Я уставился на свою младшую сестру, которой ещё не исполнилось и шестнадцати, и совершенно не мог не заметить иронии её заявления. «И это говоришь ты?».

«Это другое», — сказала она, слегка покраснев. «Кроме того, то, как ты обращаешься со мной, заставляет меня чувствовать себя всё ещё ребенком…»

Я обнял её за плечи и притянул к себе в прогулочном объятии. «Разве не для этого существуют чрезмерно заботливые старшие братья?»

Она фыркнула, но не отстранилась. «Я не знаю, говорил ли я это, но действительно любезно с твоей стороны тратить так много времени, помогая эльфам».

Она прикусила губу, колеблясь, затем слова хлынули из неё потоком. «Но я не… не совсем. Что будет в этом хорошего, если я ничего не сделаю, чтобы улучшить ситуацию?»

Я подождал, пока мимо пройдет пара дварфов в мантиях, и затем ответил: «Возможно, именно твоё сострадание помогает немногим оставшимся эльфам сохранять надежду на восстановление. Ты не знаешь, что даже небольшая доброта делает с человеком, что это может значить для него. Кроме того», — добавил я, подумав, — «у тебя есть твоя новая Регалия. Может быть, это позволит тебе помогать ещё больше, когда ты научишься ей пользоваться».

«Но как я собираюсь овладеть Регалией, если ты даже не позволяешь мне пользоваться ей», — надулась она, звуча как пятнадцатилетняя девочка, которой она была.

«Я никогда не говорил, что…»

«Что, если я буду делать это только под тщательным наблюдением?» — она бросилась дальше, перебивая меня. «Лира обещала обучать меня столько, сколько ты позволишь, а Эмили и Гидеон хотят изучить меня досконально, и я уверена, что даже мама согласилась бы присмотреть за сеансами, и если она смогла исцелить меня от копья Асуры, она сможет…»

«Элли», — сказал я, пытаясь пустить под откос неконтролируемый ход её мыслей. «Элеонора!»

Она, заикаясь, остановилась, выглядя слегка огорчённой.

«Я не хочу мешать тебе пользоваться твоей Регалией», — сказал я. Стены туннеля исчезли, когда мы вышли из Института Эртборнов, выйдя на открытый двор. «Но, я думаю, будет лучше, если ты будешь пользоваться ей только тогда, когда я буду рядом».

Она открыла рот, провела языком по зубам, затем сделала глубокий вдох. Наконец, собравшись с мыслями, она сказала: «Не пойми меня неправильно, старший брат, но ты не часто бываешь рядом. Как я должна прогрессировать, когда ты снова убегаешь спасать мир?»

Я убрал руку с её плеча и притянул её, наполовину обхватив её голову в замок. «Вот почему ты идешь со мной».

Сопротивляясь, она выскользнула из моей хватки, взъерошив волосы от усилия, и уставилась на меня. «Не будь таким злым, Артур. Ты шутишь… верно?»

Я покачал головой, но почувствовал, что моя улыбка ослабла и стала мрачной. «Когда я был в твоем возрасте, я тренировался в Эфеоте с, буквально, божествами. Даже в моей прошлой жизни я уже готовился стать королём. Тебе дана огромная сила, но ты никогда не сможешь использовать её должным образом, если не испытаешь себя».

Смеясь, она закружилась, затем прыгнула к Бу, зарывшись лицом в его густой мех.

«Кроме того, я не могу доверять тебе настолько, чтобы выпускать тебя из виду», — пробормотал я, поворачиваясь, чтобы продолжить идти.

Она подскочила ко мне и ударила меня по руке, затем быстро обхватила меня своей рукой и задержала. «Итак, раз уж мы заговорили о том, насколько я зрелая и готова к опасности и всё такое, не думаешь ли ты также, что я достаточно взрослая, чтобы начать встречаться?»

Остановившись на полушаге, я с подозрением приподнял бровь. «Хм? Зачем ты это спрашиваешь?»

«Просто интересно», — сказала она с невинной улыбкой.

Я заглянул в её карие глаза, как будто обдумывал её предложение. «Конечно. Но моё правило не изменилось. Ты можешь начать встречаться,… если твой “кавалер” сможет победить меня в драке».

Бу фыркнул и кивнул в знак согласия, в то время как Элли надулась, прислонив голову к моей руке. «Это нечестно…»

Как только мы оказались за воротами Института Эртборнов, я остановился и огляделся. Эфир устремился к Божественной Руне Сердца Мира, и мир озарился видимым проявлением маны. Когда моё тело вспыхнуло от тепла этой силы, я сосредоточился на шестом чувстве маны, которое давала эта способность, ища по всей огромной пещере Вилдориала конкретную сигнатуру маны.

Две из них выделялись среди всего населения города. Одна всё ещё была позади меня, задерживаясь где-то в Институте Эртборнов, но другая была наверху, во дворце столицы дварфов. Без дальнейших объяснений я повёл Элли и Бу вверх по извилистой дороге, позволив Сердцу Мира исчезнуть.

Дворцовая стража поклонилась и открыла двери при моём приближении. В вестибюле несколько членов семей лордов задержались, беседуя или отдыхая. Они с любопытством наблюдали, многие взгляды были сосредоточены на моей сестре, когда мы проходили через огромный зал, направляясь к одной из мана-дверей, которая вела вглубь дворца.





Глава 412 — Ложь, в Которую Ты Веришь




От лица Нико Сэвера.

Мои пальцы барабанили по поверхности посоха из зачарованного дерева, не следуя какому-либо ритму, но заставляя выходить хаотичную энергию, нервно танцующую внутри меня. Хотя я попытался снова погрузиться в холодное, бесчувственное состояние, чтобы продвигаться вперёд, не отвлекаясь от своей работы, видение сморщенного и иссушенного тела леди Доун всё ещё преследовало меня, появляясь каждый раз, когда я закрывал глаза.

Также было невозможно поддерживать какой-либо ход мыслей из-за постоянного жужжания Дранива на заднем плане, как у осы, и всё же я не мог заставить себя заткнуть его. Было что-то столь же успокаивающее в шуме, к которому я привык за годы его рабства.

«Когда я увидел тебя, было ощущение, что я умер прямо тогда и там, от ужаса до сердечного приступа», — сказал он, посмеиваясь. Он сидел, скрестив ноги, на полу, как ребёнок, и катал деревянный мяч по кругу, в то время как я стоял у своего верстака и тупо смотрел на коллекцию деталей артефакта. «Я не знал — никогда не думал — потому что, когда я впервые отправился в Дикатен, ты был в безопасности на родине дварфов, не так ли?»

Он сделал паузу, прерывисто вздохнув, шум катящегося мяча прекратился всего на секунду, а затем возобновился снова. «Ну, это то, что погубило меня, не так ли? Не повезло, вот и все. Проклятое невезение».

Не оглядываясь на него, я сказал: «Я думаю, что неподчинение приказам и почти полное разрушение планов Агроны имели к этому какое-то отношение».

Дранив издал жеманный звук, который был отчасти смехом, отчасти похож на скуление пнутой собаки. «Поучительная история, не так ли? Может быть, моё невезение однажды спасёт какого-нибудь маленького мага от целой кучи катастрофических последствий».

Услышав странную нотку в его голосе, я оторвался от своей работы, чтобы посмотреть на Дранива. Он снял маску и отложил её в сторону. Его обычно скрытые маской черты лица были ничем не примечательны. Когда меня впервые вернули в Алакрию, я нашел это отсутствие интересных шрамов или ужасных уродств странным и немного разочаровывающим. Даже сейчас, несмотря на его постоянные разговоры и пересказ одних и тех же старых историй, он никогда не объяснял, почему он носил маску. Когда его спрашивали, он просто делал вид, что не расслышал, и менял тему.

Теперь в его глазах был отсутствующий взгляд, а на непритязательном лице — кривая усмешка. «Они назовут это “Унылая баллада о Драниве, потенциальном Cлуге”. Басня о том, как амбиции, не умеренные терпением и здравым смыслом, приводят к гибели даже величайших героев!»

Чувствуя, как мои брови поднимаются вверх, я облизнул губы, чтобы заговорить, спохватился и подавил вздох. Молча признавая, что любое прерывание сейчас только продлит то, что должно было произойти, я вернул своё внимание к незаконченным артефактам на моём рабочем месте и попытался сосредоточиться, позволяя словам Дранива проноситься мимо меня, как ветру по оконным стеклам.

«Наш бесстрашный герой, Дранив, стремился проявить себя в глазах Верховного Владыки и поэтому с радостью согласился на самое опасное из заданий. Он воспользовался нестабильным порталом в новую и далекую страну, полную странной магии и монстров, где начал тщательный процесс установления контактов и проверки местных жителей, выясняя, кто из них подчинится воле Верховного Владыки».

Наполнив свою Регалию, я ещё раз осмотрел теперь уже светящиеся детали, разложенные на моём рабочем столе, время от времени перекладывая их, чтобы посмотреть, как разные детали сочетаются друг с другом. Когда я собрал нужные кусочки пазла, я придвинул их поближе к неполной паре цилиндрических приспособлений, каждое из которых было не намного больше угольного карандаша. Результат был неудовлетворительным, поэтому я перераспределил отдельные части и начал сначала.

«Дикатен был раздроблен на королевства по расовому признаку, и Дранив нашёл то, что искал, в глубинах королевства дварфов. Пески пустыни были плодородной почвой для обещаний лучшего будущего, и Дранив прошёл путь от лордов до самих короля и королевы, пока они не согласились поддержать нас».

Я остановился, отвлёкшись. Это было тогда, когда мои ранние детские воспоминания были запечатаны, и образ Элайджи укоренился в моём разуме. Размышления об этом сейчас, когда оба набора воспоминаний разблокированы, вызвали головокружительное ощущение, пробежавшее вверх по моим ногам и в самое сердце, как будто я стоял на палубе маленькой лодки, покачивающейся в море. Так много вреда, нанесённого Агроной моему разуму, всё ещё оставалось, словно шрам.

«Были созданы сети шпионов, разветвляющиеся от Дарва до Сапина, во главе с Дранивом, и был разработан план, коварный и изобретательный план. Дранив увидел возможность, слабость в распущенной нити, которая связывала расы и нации вместе, и стремление к вражде по мере того, как они сближались».

«Ваш старый недруг, такой шпион, как Дранив, предатель, отступал при каждой возможности, но продолжал свою борьбу в Дикатене, и задача удержать его в целости была гораздо более трудной, чем разорвать его на части. Но, увы, наш герой терпит неудачу в достижении успеха, потому что в своей алчности и честолюбии он вышел за рамки замысла Верховного Владыки и тем самым поставил под угрозу план, о котором он не знал, рискуя жизнями обоих перевоплощённых и сосудом для третьего, история о котором ещё впереди…»

Дранив замолчал с долгим-предолгим вздохом.

Выбрав прототип детали, изготовленной из сплава, который я изобрёл сам, я вставил её в артефакт, над созданием которого лихорадочно бился. Я работал без сна с того момента, как у меня появилась идея, после встречи Сесилии с Фениксом, но каждый шаг был мучительно трудным процессом. Даже снова осматривая его под воздействием своей Регалии, я знал, что не смогу быть уверен, пока на самом деле не воспользуюсь артефактами. Было слишком много переменных, слишком многое могло пойти не так… и всё же, какой у меня был другой выбор?

Я обдумал другие свои варианты, как делал каждый час в течение, казалось, нескольких дней, и отбросил их в последний раз. Нет, я уже принял решение. Теперь не было смысла колебаться.

Снова обернувшись, я посмотрел на Дранива. Он смотрел вниз на мяч в своих руках.

«И поэтому Дранив отступил на родину, забрав меня оттуда, где я должен был быть, и даже не сумев заполучить сосуд», — сказал я, продолжая историю за него. «Верховный Владыка был в ярости и чуть не казнил Дранива, но посчитал, что это слишком лёгкое наказание. И поэтому тебя понизили в должности и назначили вместо этого моим Слугой, после чего я потратил годы, пытаясь сделать твою жизнь как можно более несчастной».

Глаз Дранива дернулся. «Печальный конец истории нашего героя…» Он внезапно выпрямился, вскочив на ноги, когда осознал, что говорит, затем склонился в глубоком поклоне, так низко, что его тёмно-рыжие волосы рассыпались по полу. «Простите меня, лорд Нико, я не имел в виду что… чтобы …»

«Согласен со мной?» — спросил я, невольно забавляясь. В тот момент, когда я заметил свое веселье, настроение испортилось, и желчь подступила к горлу. Я почувствовал ребяческий порыв извиниться, но сдержал слова. «Дранив, ты хотел бы освободиться от такой жизни?»

Его спина медленно разгибалась, и когда я снова смог увидеть его лицо, его неуверенность была очевидна. «Как бы ни было трудно, лорд Нико, я… не горю желанием умирать».

Я несколько раз моргнул, глядя на него, а затем осознал его замешательство. «Рога Вритры… нет. Я не имел в виду, что собирался убить тебя. Мне кое-что нужно. Я не решаюсь признаться в этом кому-либо, даже тебе, и был бы готов сделать это только в том случае, если есть какой-то способ, которым я могу ответить взаимностью на эту услугу».

Глаза Дранива медленно расширились. «Вы хотите сказать… что я буду освобождён от службы вам?» Он быстро зашагал налево, но поняв, что расхаживать здесь негде, и замер. «Но Верховный Владыка никогда бы этого не допустил. Это моё наказание».

«Конечно», — сказал я, одарив его искренней улыбкой. «Но что, если я смогу освободить тебя, помочь тебе избежать такой жизни? Нет Агроны — нет больше никакого наказания. Если бы я мог это сделать, ты бы помог мне с чем-то очень важным?»

Он колебался, его глаза метались в сторону, возвращались к моим, а затем снова несколько раз спрыгивали. «Я уже полон решимости делать так, как вы хотите…»

Моя улыбка стала слегка хищной. «Докладывай обо всём Верховному Владыке, как всегда, но это то, что должно остаться в секрете. Если ты сможешь это сделать, я помогу тебе начать новую жизнь».

Деревянный шарик звякнул о стену, медленно откатившись в сторону, когда Дранив встал, заставив его вздрогнуть.

«Мне жаль, что я так с тобой обошелся», — сказал я, понимая, что сейчас самое подходящее время для этих слов. «Начальник разведки в Дикатене не должен вздрагивать при каждом падении булавки. Это, по крайней мере, частично, моя вина. И мне очень жаль».

Наконец, голова Дранива кивнула в знак согласия. «Что тебе нужно, чтобы я сделал?»

***

Час спустя, с готовыми артефактами, спрятанными в моём кольце измерений, я поспешил по коридорам, пока не добрался до лестницы, ведущей обратно в камеры, где был заключен Феникс. Лестница, как обычно, была пуста, но когда я добрался до двери внизу, то обнаружил, что она плотно закрыта.

Кристаллическая панель была прикреплена к чёрному камню стены рядом с дверью. Он чувствовал определённые сигнатуры маны и открывал дверь только тогда, когда находил ту, которую узнавал. Прикоснувшись кончиком своего посоха к панели, я начал пропускать через неё различные виды маны разной силы, чтобы имитировать разнообразные сигнатуры маны. Было бы проще, если бы я знал кого-нибудь из исследователей, которые работали здесь, но, тем не менее, такой замок не был предназначен для защиты от мага квадра-стихий, и через пару минут он загудел, когда сила притяжения была деактивирована, позволяя двери распахнуться.

«Коса Нико?»

Я застыл на полпути к двери. Внутри, сидя за столом и играя в какую-то обыденную игру, находились четверо охранников. Ещё двое расхаживали по комнате, но при виде меня их шаги замедлились. В комнате работало с полдюжины исследователей и Имбуеров*, и все они были напряжены и молчаливы, как могила, вероятно, вспоминая, что случилось с теми двумя, которые “осматривали” меня после того, как моё ядро было сломано.

# Прим. Пер. — Кто не помнит, «Имбуер» — класс магов в Алакрии, специализирующихся на исследованиях.

Выпрямившись, я сердито оглядел охранников. «Чем вы занимаетесь? Бездельничаете? Имена, немедленно. Я прикажу доложить о вас руководителю охраны и прослежу, чтобы вас выпороли за уклонение от службы. И вы все», — рявкнул я, оборачиваясь на исследователей, — «мне нужно, чтобы уровень был немедленно очищен. А теперь идите!»





Глава 413 — Ложные Воспоминания




Глава 413 — Ложные Воспоминания От лица Сесилии. Всё мое тело сотрясалось в конвульсиях, которые я не могла подавить, когда сила внутри меня рвалась наружу. Подо мной, маленькая кровать, которую я наконец-то приняла как свою собственную, с грохотом задребезжала о половицы, деревянный каркас потрескивал, как сосновые иголки в огне. Мои глаза не закрывались, вместо этого они широко раскрылись, оглядывая ничем не украшенную комнату, причем направление взгляда определялось скорее тем, куда дергалась и подпрыгивала моя голова, чем каким-либо моим намерением.

Внутри моей груди возникло яростное ощущение удара, и на какое-то дикое мгновение я была уверена, что сила пытается вырваться из меня. Затем я услышала голоса за тяжелой железной дверью своей комнаты и поняла, что это всего лишь биение моего сердца, которое болезненно дернулось.

Мне хотелось крикнуть, сказать им, чтобы они убирались, что они никак не могут приблизиться. На этот раз это было уже слишком. Я могла видеть Ки в воздухе, режущую во всех направлениях.

Пока дверь открывалась, я не могла даже протолкнуть воздух через свое сдавленное горло.

В дверном проеме, я разглядела директора Уилбек и еще пару человек. Рэндалл, крупный мужчина, который помогал убирать за всеми нами, детьми, наклонился вперед, подняв одну руку, чтобы защитить глаза от энергии, бушующей в моей комнате. Он замешкался, и как раз перед тем, как сделать шаг вперед, в комнату перед ним метнулась фигура гораздо меньшего размера.

Нико, — подумала я, и мое сердце сжалось от страха и благодарности в равной степени.

Нико увернулся от взрыва Ки, который попал Рэндаллу в грудь, подняв здоровяка и отбросив его обратно к стене.

«Ты не можешь!» — сказала я, слова, наконец, с трудом вырывались сквозь мои стиснутые зубы. «Тебе будет б-больно».

Но что-то было не так. То ли из-за шторма Ки, разрушающего комнату, то ли из-за моего собственного ослабевающего восприятия, Нико начал расплываться — или, скорее, Нико оставался ярким, вибрирующе ясным, самой четкой вещью в комнате, в то время как его окружал размытый ореол. Я попыталась сосредоточиться, но от взгляда на этот ореол у меня ужасно разболелась голова.

Нико полз ко мне, тянулся ко мне. Я не могла смотреть прямо на него и поэтому отвернулась, но я всё ещё могла видеть его краем глаза. Кристально чистое изображение Нико и нечеткий ореол разделились на два отдельных изображения.

Одним из них был Нико, чистый и незамутненный, на его лице застыла героическая гримаса, когда он преодолевал натиск Ки, который высвобождал мой приступ.

Другой, размытый образ, был мальчиком нашего возраста, пот струился по лицу, искаженному отчаянием, когда Ки набухал в нем.

Кровать развалилась, перья, ткань и куски деревянного каркаса взметнулись в воздух и закрутились вокруг меня, как будто попали в миниатюрный торнадо. Я почувствовала, что меня поднимают вверх. Оба мальчика тоже были подняты, Нико оттащили в одну сторону, расплывчатого мальчика — в другую. Каждые несколько секунд они накладывались друг на друга, становясь одной фигурой, а затем снова разрывались, кувыркаясь из стороны в сторону.

Затем комната разваливалась на части, затем приют, по мере того как буря моего Ки росла и росла, она снимала слой за слоем с мира и оставляя его голым.

Нико и размытый мальчик внезапно разделились на десятки своих копий, каждая из которых немного отличалась от другой, как свет в калейдоскопе. Они начали падать, как снежинки, сливаясь во множество накладывающихся друг на друга сцен, картин из моей жизни—воспоминаний — каждая из которых воспроизводилась бок о бок, Нико — все еще четкий и видимый — совершал те же движения, что и пятно, которое двигалось как тень, прямо за ним.

Мои глаза резко открылись.

Наклонившись, я ослабила давление, которое нарастало внутри меня. Прислуга сунула мне под нос ведро как раз вовремя, чтобы успеть собрать содержимое моего желудка, а кто-то погладил меня по волосам и тихо, успокаивающе проворковал.

«Скажи Верховному Владыке, что она проснулась», — тихо произнес бестелесный голос неподалеку.

Теперь, когда сон закончился, мой бодрствующий разум мог чувствовать разницу между двойственными воспоминаниями — места в моем мозгу, где Агрона заменил мои первоначальные воспоминания искусственными. Но даже признать их было все равно, что засунуть палец в открытую рану, вызвав еще одну волну рвоты, из-за которой мой разум затуманился.

Грей, поняла я, контекст воспоминаний, просачивающийся сквозь дымку, застилающую мой мысленный взор. Так много Грея в моей жизни… так много пустых ям, заполненных и скрытых Нико…

Почувствовав прилив тошнотворной паники, которая вызвала еще одну волну рвоты, я попыталась найти в своих воспоминаниях те моменты, которые были гораздо позже в наших отношениях, времена, с которыми я не смирилась полностью, видя их в этом теле, в ужасе от того, что я обнаружу.

Но… они были целы. Это было реально. Наша любовь была настоящей.

Когда тошнота отступила от моего уставшего, ноющего тела, я откинулась назад и закрыла глаза, лишь мельком увидев темноволосую служанку, которая протянула тряпку, чтобы вытереть мои губы и подбородок.

«Ну вот, дорогуша, просто расслабься», — сказала она с намеком на Вечорский акцент.

Я не ощущала течения времени и потеряла всякую связность мыслей, переходя от воспоминания к воспоминанию. Я могла чувствовать линии разлома между реальными и ложными воспоминаниями точно так же, как язык чувствует щель отсутствующего зуба. Без какого-либо прямого руководства мой разум, казалось, метался от воспоминания к воспоминанию, исследуя внутренние глубины самого себя, намечая и осмысливая сдвиг в моем сознании.

То ли минуту, то ли час спустя, рядом со мной появилось удушающее присутствие, оттеснившее все остальное, чтобы освободить место для себя.

Мои глаза распахнулись. Агрона стоял у моей кровати, глядя на меня сверху вниз с легким хмурым выражением, которое выражало одновременно беспокойство и озабоченность.

«Как ты себя чувствуешь?» — спросил он, его алые глаза встретились с моими. «Мои лучшие врачи и целители были у тебя, и они говорят, что физически ты невредима».

«Я в порядке», — заверила я его, чувствуя, как слова царапают мое горло. Когда рога, торчащие над его головой, слегка наклонились, я сказала: «Честно. Он не причинил мне вреда».

Агрона, чьи руки были сцеплены за спиной, был совершенно неподвижен, когда он спросил: «Сесилия, ты можешь сказать мне, что ты делала в том тюремном блоке?»

Я нахмурила брови, изобразив разочарованный вид, и посмотрела на свои ноги. «Прости меня, Агрона. Я знаю, что мне не следовало этого делать, но…» Я замолчала, почувствовав, как щупальца магии Агроны проникают в мой разум. Подобно пальцам, разминающим мягкую ткань моего сознания, они выискивали мои мысли, выискивая как правду, так и неправду. Но…

«Продолжай», — сказал он, все еще не двигаясь.

«Слуга Нико, Дранив, пришёл ко мне… сказал, что Нико вел себя странно, он был одержим идеей, что у Владыки Кироса есть информация, которая нам нужна, о чем он боялся спросить вас. Дранив сказал, что Нико пробрался вниз, чтобы допросить Владыку, и поэтому я последовала за ним».

Пока я говорила, я наполовину сосредоточилась на прощупывающей мой разум магии. Она прослеживала путь моих мыслей и ласкала слова, когда они формировались в моей голове, еще до того, как они достигли моего языка. Я испытывала это же ощущение сотни раз прежде, но именно сейчас что-то было по-другому.





Глава 414 — Обучение в Процессе




Глава 414 — Обучение в Процессе От лица Элеоноры Лейвин. «Было бы намного проще, если бы мы просто полетели», — ворчливо сказала Мика, вытирая с лица комок черновато-зеленоватой грязи, все, что осталось от еще одного зверя, который напал на нас.

«Ты не можешь просто обойти всю суровость Реликтовых Гробниц», — заметила Лира, звуча точь-в-точь как школьная учительница. «Смысл в том, чтобы пройти через них, преодолевая их трудности, а не обходя их стороной. В противном случае ты ничего не получишь. Кроме того, полёт требует много маны, и тебе нужно научиться беречь свои силы».

«О, мне жаль», — усмехнулась Мика. «Я не поняла, что это была однодневная поездка в чудную школу».

Что-то шлепнулось в грязь справа от нас, и моя голова нервно дернулась в том направлении. Свет в зоне был рассеянным и туманным, что делало видимость странной. Зеленая мгла скрывала далекие стены и потолок, создавая неприятное впечатление, что это место просто продолжалось бесконечно. Звук также поглощался, из-за чего мне было трудно сказать, откуда они доносятся – прямо рядом с нами или на другом конце зоны.

Но запах был хуже всего. Словно варёные тухлые яйца, насыпанные поверх заплесневелого навоза и разлагающихся животных…

«Возможно, это первый раз, когда я не ценю твои обостренные чувства, здоровяк», — пробормотала я, похлопывая Бу по спине. Он проурчал в ответ, соглашаясь.

Моя связь с Бу делала из меня лучшего разведчика или сторожа, и поэтому я сидела на нём верхом и наблюдала за признаками взрывов гейзеров или пиявок ужаса — название, которое я придумала сама, — атакующих из-под кислотных бассейнов, одновременно сканируя горизонт в поисках любых признаков выхода.

«Мне не нужно было бы экономить ману, если бы Артур просто показал нам путь через это место», — продолжала Мика, её костяшки пальцев громко скрипели вокруг рукояти молотка.

«Считай это своим первым испытанием», — без тени юмора ответил Артур.

Заметив тусклый проблеск во мраке, я указала на него остальным. «Я думаю, что вон та блестящая штука может быть порталом».

Мика поднялась с земли и прищурилась в том направлении. «Мика не… я ничего не вижу».

Реджис фыркнул от удовольствия. «Тогда это значит, что мы сделали правильный выбор, позволив “Орлиному Глазу” стать нашим разведчиком».

«О, Л-лира!» — вырвалось у меня, заметив алый комочек слизи, просачивающийся вверх по задней части её ботинка.

Её голова резко повернулась, и она быстро проследила за направлением моего пристального взгляда на кровавого слизняка. Ее рука скользнула вниз, и лезвие ветра сорвало с нее эту штуку. Резким топотом она раздавила его. Круг крови растекся вокруг ее ступни, как кровавый ореол.

«Вы все отвлекаетесь», — сказал Артур, скрестив руки на груди и осуждающе приподняв бровь. «Сосредоточьтесь».

Лира глубоко кивнула, почти как в неглубоком поклоне. «Конечно, регент Лейвин. Вы правы. Во время Восхождения одному члену команды всегда должны быть предоставлены лидерские полномочия, даже среди недавно сформированных групп. Я бы предложила…»

Мика усмехнулась примерно в сотый раз и повернулась к Лире, но, прежде чем она смогла заговорить, массивное щупальце вырвалось из лужи кислоты, над которой она парила. Я удивилась и завозилась со своим луком, когда оно обернулось вокруг её ноги.

«О, камень и корень*, отвали от меня!» — рявкнула она, замахиваясь своим наколдованным молотом на слизня.

# Прим. Пер. — Какое-то дварфское ругательство.

Вместо того чтобы лопнуть, щупальце, казалось, растянулось, поглощая удар. Когда оно растягивалось, оно как бы таяло, распадаясь на липкие нити, которые совершенно очевидно бросали вызов нормальным законам природы, затем оно снова затвердело в виде петли вокруг молотка, захватывая его, и удерживая Мику. Струйки дыма поднимались оттуда, где кислотное щупальце касалось её.

Я натянула тетиву своего лука, и мана сформировалась в белый луч света, направленный на тетиву. Со звоном выпущенная стрела прочертила яркую линию в мутном воздухе и с влажным стуком ударилась о щупальце.

Мика потянула щупальце, пытаясь взлететь вверх и разорвать его хватку, но оно каким-то образом устояло даже перед силой Копья.

Каменные шипы вырвались из-под поверхности воды, каждый из них был направлен в разные стороны, многие пронзили не совсем реальное на вид щупальце, но оно все еще держалось за нее.

Воздух начал вибрировать. Шум был таким тихим, что вряд ли кто-нибудь, кроме меня, мог его услышать. На секунду я задумалась, что за новое чудовище напало на нас, но затем я почувствовала, как мана вытекает из Лиры в щупальце. Я на секунду задержала дыхание, ожидая, что что-то произойдет, затем щупальце распалось на части, превратившись в ливень чёрных, скользких соплей.

Бу покачнулся подо мной, уворачиваясь от брызг жидкости.

«Отвратительно», — сказала Мика, дрожа, как мокрая собака, когда она стряхивала с себя шипящую слизь и кусочки щупалец.

«Видишь, Копьё?» — сказала Лира с плохо скрываемой ухмылкой. «Все сводится к знаниям и вашей способности действовать в соответствии с этими знаниями без паники. Я смогла спасти тебя, потому что…»

«Я не паниковала!» — Мика практически закричала, затем быстро последовало: «И ты не спасла меня…»

Я подпрыгнула так сильно, что чуть не свалилась со спины Бу, когда вспышка фиолетового света внезапно заполнила зону, сопровождаемая громким рёвом. Я отвела взгляд, но недостаточно быстро, и вдруг обнаружила, что быстро моргаю, когда слезы подступили к моим щиплющим глазам. Бу заскулил, пятясь назад от света и натыкаясь на Реджиса, который шел чуть позади, рядом с нами. Огромного теневого волка отбросило в сторону, он соскользнул вниз по краю приподнятой кромки грязи, по которой мы шли, пока его лапы не коснулись горящей массы, заполнявшей бассейн.

Я обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как десятки извивающихся кусочков взорвавшегося щупальца растворяются обратно в кислотной луже, унесённые от Лиры эфирным взрывом Артура.

«Мне очень жаль!» — немедленно извинилась я, слова были направлены куда-то между ругающимся Реджисом и сердитым Артуром. «Я должна была заметить, что эти кусочки всё ещё двигались и были живыми».

Реджис ворчал, когда полз обратно вверх по склону, его лапы шипели. «Толпа полных идио…»

Артур бросил в его сторону свирепый взгляд, и челюсти теневого волка сомкнулись.

Бу тихо заворчал, и Реджис покачал головой в ответ. «Я понял, понял».

Мика уже приземлилась обратно на землю, и они с Лирой застенчиво смотрели на Артура.

«По какой-то причине именно Элли извиняется, хотя на самом деле она выполняет порученное ей задание», — многозначительно сказал Артур. Он провел пальцами по волосам и вздохнул. «Лира, ты была в Реликтовых Гробницах раньше, но никогда со мной. И Мика, ты привыкла к Звериным Полянам, где мало с чем нельзя справиться. Это место совсем другое. Сила монстров растет вместе с силой людей внутри, и все это место приспособилось к моему присутствию. Ты не можешь полагаться только на грубую силу для преодоления каждого препятствия. Ты должна быть стратегом, сражаться умно. Реликтовые Гробницы предназначены для того, чтобы испытать тебя… или убить».

Мика подняла подбородок и непоколебимо встретилась взглядом с моим братом. «Я не боюсь ничего, что это место может бросить в меня».

Лира усмехнулась, но замолчала под предупреждающим взглядом моего брата.

«Это и есть часть проблемы. Ты понятия не имеешь, на что способно это место, и мне нужно, чтобы ты поняла, почему ты вообще здесь. Элли путешествует со мной, чтобы она могла попрактиковаться в своих новых способностях, а Лиру нужно держать поближе ко мне, потому что я не могу оставить кого-то настолько могущественного, как она, запертой где-либо…»

«Спасибо за доверие», — сказала она себе под нос.

«… и поэтому ты мне нужна чтобы присматривать за ними обеими».

Брови Мики поднялись так высоко, что исчезли среди волос, а рот приоткрылся. Казалось, что для Копья дварфов редко бывают случаи отсутствия слов, но в тот момент я была слишком напряжена, чтобы увидеть в этом какой-то юмор.

Пока Артур говорил, я наблюдала, как еще один кровавый слизняк начал ползти вверх по задней части ноги Мики. «Эй, Мика! У тебя…»

Она схватила пульсирующий красный комочек одной рукой, стиснула зубы и сжала его рукой. Малиновая мякоть сочилась между ее пальцами. «Я поняла», — сказала она, бросая слизь в ближайшую лужу кислоты с сильным всплеском.

«Хорошо, тогда давайте снова двигаться», — сказал Артур, жестом предлагая Мике и Лире взять инициативу на себя.

Двигаясь вместе, они отправились в указанном мной направлении. Артур немедленно засветился тусклым фиолетовым светом, его светлые волосы взметнулись вверх. Я с любопытством наблюдала за ним. Несмотря на то, что я видела это уже несколько раз, это все равно было немного жутковато. Артур уже выглядел совсем не так, как до исчезновения, а странные руны только подчеркивали его инопланетную природу. Когда Сердце Мира было активно, его голова двигалась из стороны в сторону, вверх и вниз, сканируя наше окружение.

Когда мы проходили мимо озера кислоты, меня отвлекло нечто странное.

Моя стрела, та, которую я выпустила в щупальце, схватившее Мику, плавала на поверхности кислоты. Бу, почувствовав, что мое внимание переключилось, остановился и что-то проворчал.

«Что случилось?» — спросил Реджис, пристально вглядываясь в озеро, возможно, ожидая, что какое-нибудь другое чудовищное проявление выпрыгнет на нас.

«Ничего, просто…» Мысленно я потянулась к стреле. Я могла чувствовать это, ощущать ману, всё ещё уплотненную в эту форму. Моя Регалия зазвенела, и я поняла, что стрела всё ещё была привязана ко мне формой заклинания. Я целенаправленно отпустила эту связь, и стрела растворилась, мана рассеялась. «Это странно».

Бу заскулил, сообщая мне, что остальные ушли вперед. «Давай, догоняй», — сказала я, но мои мысли остались со стрелой.

У меня всегда был талант формировать свою чистую, лишенную элементов ману в формы вне моего тела. Хотя я делала это не часто, практика создания фигур с Артуром действительно помогла мне увеличить дальность стрельбы и силу моих стрел. А Хелен научила меня, как выпускать стрелу маны, которая затем формировалась в щит вокруг цели вместо того, чтобы причинять ей вред. Но все способности, которые я когда-либо изучала, требовали от меня сосредоточенности и продолжения направления маны, иначе эффект заканчивался.

Протянув руку, я изобразила мяч. Когда мана потекла из моего ядра в ладонь, появился шар, сформированный из светящейся белой маны. Я отбросил мяч в сторону, где он шлепнулся в одну из луж. Мгновение он подпрыгивал вверх-вниз, затем был отброшен в сторону, когда щупальце скользнуло по поверхности кислоты.

«Не тревожь озеро», — сказал Артур через плечо, его голос вибрировал от энергии, направляемой Сердцем Мира.

«Прости», — немедленно сказала я, прикусив губу.

В своих руках я наколдовала ещё один шар, отвлекая свое внимание от первого, но я была осторожна, чтобы не отвергать врожденную связь, которую моя Регалия поддерживала с ним. Несмотря на то, что я была сосредоточена на мяче в своих руках, я всё ещё чувствовала, как другой мяч плавает в кислоте.

Где-то впереди закричала Лира, и Мика ударила пиявку ужаса своим огромным молотом.

Выпустив шар из рук, я развернулась на Бу, чтобы лучше видеть другой шар, который теперь был примерно в пятидесяти футах позади меня. Расход моей маны был едва заметен, но моя рассеянность, казалось, не повлияла на форму. Из любопытства я попыталась манипулировать физической структурой сферы.

Мана взорвалась, вызвав взрыв энергии, от которого кислота брызнула в воздух, как миниатюрный гейзер.

Я резко обернулась, мой взгляд виновато метнулся к Артуру, но он не обратил внимания на шум после поверхностного взгляда, очевидно, приняв его за один из многих природных гейзеров, которые постоянно били.





Глава 415 — Сквозь Туман и Выпивку




Глава 415 — Сквозь Туман и Выпивку От лица Аларика Маэра. Я перечитывал письмо леди Каэры из Высококровного Денуара уже в третий раз, не уверенный, был ли это алкоголь, который сделал слова такими бесчувственными, или это было просто то, что она просила меня сделать. В баре внизу было тихо, что в последнее время совсем не удивляет, хотя и необычно. На самом деле это мешало сосредоточиться, если уж на то пошло. Мне нужен был шум, движение, действие — отвлечение внимания. Я скучал по мальчику, хотя никогда никому не признался бы в этом вслух. Он был хорош в отвлечении внимания.

Испустив глубокий вздох, закончившийся отвратительной на вкус отрыжкой, я перевернул лист и откинулся на спинку деревянного стула-качалки, оглядывая маленькую комнату так, словно она была оскорблением по отношению к моей матери.

Я вернулся в город Арамур в Этриле, только чудом сбежав из Итри в Труасии, где я помогал организовать контрабанду оружия и артефактов вдоль побережья и вверх по течению Редвотера.

Задача, гораздо более соответствующая моим навыкам и интересам, — мрачно подумал я, взглянув на оборотную сторону письма леди Денуар.

Но наши попытки контрабанды были достаточно успешными, чтобы привлечь внимание Биврана из “Мертвой Троицы”, новой Слуги Доминиона Труасии, в результате чего затонул корабль, десятки погибших, а я бежал так, словно от этого зависела моя жизнь.

«Прямо как в старые добрые времена, да?» — сказала тень, замеченная моим периферийным зрением.

Я не смотрел прямо на неё, поэтому она отошла к краю комнаты и прислонилась к стене прямо передо мной. «Раньше ты жил ради такого рода вещей».

Я усмехнулся, глядя куда угодно, кроме видения женщины, чьи золотые волосы обрамляли её острое лицо и жёсткие карие глаза, которые, казалось, смотрели прямо в меня.

Тем не менее, я увидел, как её губы криво изогнулись. «Ты должен приветствовать своего командира, когда он говорит с тобой, солдат».

«Больше не мой командир», — пробормотал я, закрывая глаза и наклоняясь вперед, чтобы положить голову на маленький стол. «Я не солдат, а ты мертва».

Она слегка рассмеялась. «Все эти годы попыток покончить с собой в Реликтовых Гробницах не меняют того, кто ты есть, Ал. Ты все ещё солдат. Вот почему ты не можешь остаться в стороне от боя, как бы сильно ты не старался. Стороны, возможно, поменялись, но твоя цель остаётся прежней».

Я покачал лбом взад-вперед, наслаждаясь ощущением прохладного дерева на моей разгоряченной коже. «Ты ошибаешься. Я изменился. Я уже не тот человек, которым был, когда ты меня знала».

Она фыркнула. «И кто мог бы знать тебя лучше, чем я? Я в твоей голове, Ал. Всё это раскаяние и сожаление, эта ненависть и ярость, которые горят, словно ядро горы Нишан, и заставляют тебя чувствовать, что, если ты чего-то не сделаешь, твои кости могут просто превратиться в пыль — я чувствую всё это».

Я открыл глаза, выпрямился и уставился на видение. «Ты знаешь, что они сделали. Ты знаешь, почему я ушёл. Я бы натянул кишки Вритры от Онаэка до Розаре, если бы мог, но, в конце концов, ни один из нас не смог бы стать чем-то большим, чем частью их системы. Даже будучи Восходящим, в конце концов, всё это было им на пользу. Кровожадные ящерицы добрались даже до тебя, не так ли?»

Она пересекла комнату, двигаясь как тень, и положила руки на стол и, наклонившись, пригвоздила меня своим стальным взглядом. «Я сделала свой выбор. То, что произошло, изменило мою жизнь так же сильно, как и твою, и ты это знаешь. Но…» Она поколебалась, затем встала, повернулась и прислонилась к краю стола спиной ко мне. «Мы оба могли бы добиться большего».

Еще одна фигура появилась в тени в углу комнаты, позади моего старого командира. Нет, не одна фигура. Силуэт женщины, держащей на руках ребенка…

Моя рука дрожала, когда я потянулся за недопитой бутылкой янтарного спирта с одной из полок стола. Поцарапав пробку в течение нескольких секунд слабыми пальцами, я вместо этого зажал её в зубах, вытащил и выплюнул на пол. Мои глаза закрылись, когда холодное стекло коснулось моих губ. «Убирайтесь из моей головы, призраки», — пробормотал я в открытую бутылку, а затем запрокинул её.

Приятное жжение от алкоголя разнеслось по моему горлу и животу, откуда распространилось по всему телу, согревая его.

Я сосредоточился на этом успокаивающем ощущении на долгое мгновение, затем приоткрыл один глаз, оглядывая маленькую комнату. Видения исчезли.

«Должно быть, старею», — пробормотал я, встряхивая бутылку. «В последнее время я слишком быстро трезвею…» Снова наклонив бутылку, я допил остатки её содержимого, затем с тяжёлым стуком поставил её на пол под столом.

Но у меня едва хватило времени сделать что-то большее, чем вздохнуть с облегчением, прежде чем кто-то легонько постучал в дверь.

«Черт», — проворчал я, хватая письмо Каэры и засовывая его во внутренний карман своего пальто, небрежно скомкав его.

«Сэр, ваши… гости прибыли», — произнёс скрипучий голос с другой стороны двери.

«Да, да, впустите их», — проворчал я.

Со стоном, я встал и потянул спину, которая болела от того, что я слишком много времени проводил на старых стульях, подобных этому. Я энергично потер руками лицо и бороду, затем положил их на рабочий стол, скопировав позу видения всего несколькими мгновениями ранее.

Дверь открылась, и несколько фигур в плащах проскользнули внутрь, прежде чем снова закрыть ее.

Первая фигура шагнула вперёд и сразу же откинула капюшон, открыв мне тщательно ухоженное лицо аристократа с тёмными волосами и козлиной бородкой. Мои брови поднялись сами по себе.

«Верховный лорд Эйнсворт. Я не ожидал, что вы придёте лично…»

«Что, чёрт возьми, вообще происходит?» — рявкнул он, раздуваясь, как разъяренная болотная жаба. «Мы не получили ничего, кроме заверений от Косы Серис, которая всё ещё прячется за своим щитом на юге, в то время, как остальная часть Алакрии остается уязвимой для репрессий Верховного Владыки. Я всё ещё не вижу какой-либо ощутимой выгоды от риска, на который пошла моя Высокая Кровь».

Позади него другие фигуры, всего четверо, тоже опустили капюшоны. Справа от Эктора нервно выглядящий Келлен из Высококровного Умбуртера демонстративно рассматривал свои ногти, в то время как слева Сулла из Крови Друз, глава Ассоциации Восходящих в Кардигане и мой старый друг, наблюдал за происходящим, приподняв бровь. Следующая фигура стала сюрпризом для меня, девушка с коротко подстриженными золотистыми волосами, яркость которых подчеркивала тёмные веснушки на её лице: леди Энола из Высококровного Фроста, если я не сильно ошибаюсь.

Последним членом этой странной группы был один из моих людей, который слегка отодвинулся в сторону, освобождая пространство между собой и остальными.

«И теперь», — продолжил Эктор, его лицо слегка покраснело, — «Серис попросила нас напрямую разоблачить себя таким образом, который почти наверняка уничтожит нас. У неё вообще есть план, или это просто одно отчаянное действие за другим?»

Я подождал мгновение, позволяя Высококровному излить своё разочарование. Внутренне я согласился с ним. Как бы мне ни хотелось нанести удар по Вритре любым возможным способом, мне казалось, что наши усилия были слишком малы, чтобы нанести какой-либо долговременный ущерб или создать угрозу абсолютному контролю Верховного Владыки над нашим континентом.

И всё же мне нечего было терять. Но для таких людей, как Эктор, это восстание было постоянным балансированием между борьбой за жизнь без контроля Вритры и риском для всей своей Крови попасть на мучительную и длительную казнь.

Не то чтобы у меня была какая-то симпатия к этим прихорашивающимся Высококровным, — напомнил я себе.

«Я сам только что был проинформирован об этом новом курсе действий», — признался я, не уверенный, что этот Высококровный ожидал, что я сделаю или скажу по этому поводу. «Это риск, я признаю, но не выходящий за рамки способностей вашей благородной Крови».

Пока Эктор скрипел зубами, моя юная шпионка, бескровный маг по имени Сабрия, прочистила горло. «Верховный лорд Эйнсворт, извините меня, сэр. Аларик, два носителя Эмблемы водного атрибута, которых мы наняли, смогли вернуть несколько ящиков, утраченных из последней партии с Итри, включая артефакты вмешательства».

Я хлопнул по столу и ухмыльнулся Эктору. «Видишь? Это поможет. И это тоже», — добавил я, вытаскивая комок ткани из корзины за столом.

Поймав брошенную ему ткань, Эктор позволил ей развернуться, раскрывая набор мантий пурпурно-черной расцветки Академии Штормкоув с их эмблемой облака и молнии на груди. «Что, во имя Вритры, я должен с этим делать?»

«Надень это», — сказал я, также бросая набор Келлену, Эноле и Сулле. «Примерно через тридцать минут большая группа из Академии Штормкоув пройдет мимо этого бара по пути на товарищеский турнир между академиями Штормкоув и Ривенлайт. Горстка наших людей будет в толпе. Вы уйдете с ними, сливаясь с толпой, пока каждый из вас не сможет безопасно добраться до варп-телепорта»

«Хватит жалоб, и всяких этих ненужных шпионских штучек», — сказала леди Фрост, делая шаг вперед, чтобы оказаться на одном уровне с Эктором, с которым она была почти одного роста.

Челюсть Эктора сжалась, когда он подавил любой ответ, пришедший ему на ум. Лично я, из них двоих, находил Энолу более пугающей, несмотря на то, насколько она была молода. И хотя, будучи Верховным Лордом, Эктор превосходил её по рангу, Высококровный Фрост был более могущественным, чем Высококровный Эйнсворт.

«Была дана клятва. Половина причин, по которым мой отец согласился присоединиться к этому безумному предприятию, заключается в том, что я убедила его, что Профессор Грей — извините, Восходящий Грей — того стоил. Леди Каэра из благородной Крови Денуар заверила нас, что он замешан в этом, но мы не видели и не слышали о нём ничего со времён Викториады».

«Ну, было ещё нападение в Вечоре», — сказал Келлен, раздражённо пожимая плечами.

Я с любопытством посмотрел на девушку. С тех пор, как я попрощался с ним и отправил его через портал Реликтовых Гробниц, я многое узнал о том, что Грей — ‘Артур Лейвин, Копьё Тройственного Союза Дикатена, напомнил я себе’, — сделал в Центральной академии и Викториаде, а также о том, чего он достиг на войне, прежде чем оказаться на наших берегах. ‘Хотела бы она так же охотно следовать его руководству, если бы знала, кем он был на самом деле? ’, — задумался я.

Но это было не мне решать. Коса Серис Вритра сама определит, когда люди узнают эту маленькую деталь, или, возможно, она подождет, пока сам Артур сообщит об этом.

Как бы то ни было, большая часть нашей поддержки зависела от интереса к нему Высоких и Названных Кровей.

«Он самый разыскиваемый преступник в Алакрии, не так ли? Вы вряд ли найдёте его разгуливающим средь бела дня там, где его может заметить любой, Коса или Владыка», — проворчал я.

«Но он где-то там?» — спросила она, и нотка отчаяния прокралась в её обычно ровный тембр. «Начинают распространяться слухи. Ходят слухи, что он был схвачен. Некоторые люди — даже те, кто был там, — настаивают на том, что он вообще никогда не сбегал с Викториады».

Келлен издал короткий смешок. «Конечно, они бы так сказали. Довольно трудно поддерживать иллюзию абсолютного контроля, если кто-то активно уклоняется от него, не так ли?»





Глава 416 — Третьи Руины




Глава 416 — Третьи Руины

От лица Артура Лейвина.

Зона содрогнулась, когда ее защитник-бегемот был повержен, его грудь пронзили полупрозрачные стрелы маны и каменные осколки, а последний жалобный рев захлебнулся черной кровью.

Мика, вспотевшая и покрытая грязью, толкнула бегемота пяткой, отчего массивный, покрытый мехом труп слегка покачнулся. Его крошечные черные глаза пусто смотрели на меня поверх свиного рыла и клыков.

«И… еще один… повержен в прах», — сказала Мика, плюхаясь на огромное предплечье, словно на мохнатый диван.

По эфиру в зоне пробежала дрожь, и я осмотрел наше окружение.

Мы стояли на вершине колонны из сухого, потрескавшегося камня. Нам пришлось переходить от колонны к колонне, сражаясь с различными монстрами все большего размера и силы, чтобы достичь этой финальной битвы. На милю ниже простиралась неясная песчаная пустошь, так далеко, что колонны сливались друг с другом, не достигая дна. Зона, казалось, тянулась бесконечно во всех направлениях, а колонны медленно исчезали в тепловой дымке там, где они встречались с нежно-голубым небом на горизонте.

Бу застонал, и я посмотрел в его сторону. Элли стояла рядом с ним и успокаивающе похлопывала его.

Реджис усмехнулся. «Кто бы мог подумать, что порожденный Асурой зверь-защитник может бояться высоты?»

Дрожь повторилась.

Элли начала было бросать на Реджиса грязный взгляд, но остановилась, увидев мое лицо. «Брат, что случилось?»

«Я не…»

Камень у моих ног треснул. Все взгляды обратились к трещине, сначала длиной всего в несколько футов, но даже пока мы смотрели, она начала бежать по шероховатой поверхности плоской вершины колонны. Бу и Элли отпрыгнули в сторону, когда трещина расколола поверхность колонны почти надвое. Затем, с гортанным скрежетом, вибрирующим в моих костях, от центральной трещины отделилась дюжина других трещин, и камень под нашими ногами начал смещаться.

Вокруг нас зона взорвалась лавинной какофонией осыпающегося камня, и в воздухе заклубилось густое облако пыли.

Портал выхода, вделанный в пол и охраняемый бегемотом, ожил, открывая нам проход в следующую зону.

Лира бросилась к нему, ее ноги едва касались разрушающейся поверхности, пока она бежала.

«Не проходи через него!» — крикнул я, и она остановилась прямо за квадратной рамой. «Стабилизируй платформу, если сможешь!»

Пока Мика и Лира пытались выполнить мой приказ, я подхватил Элли и, перепрыгнув через половину ширины колонны, приземлился у портала, держа Компас в руке.

Опустив Элли на землю, я направил эфир в Компас и сосредоточился на портале. Если моя ментальная карта, полученная от Сильвии, была верна, то третий руины Джиннов находились по другую сторону, но поскольку у нас не было симулетов, остальные могли и не оказаться там, если я сначала не стабилизирую портал.

Мика подскочила к центральной точке трещины и ударила по ней своим молотом. Вместо того чтобы разорвать колонну на части, магия понеслась от молота по расходящимся трещинам, притягивая камень к камню. Лира пронеслась по внешней стороне колонны, порыв магического ветра вырвался у нее из-за спины и опустился по краю выступа, чтобы стабилизировать ее, подперев конструкцию полосой застывшего воздуха.

«Как будто что-то другое контролирует ману!» — крикнула Мика, в её голосе слышались нотки паники.

«Ландшафты Реликтовых Гробниц неизменны», — проворчала Лира на бегу. «Они построили это место с помощью эфира, и их творение не поддается вмешательству даже самых могущественных магов…»

С той долей моего внимания, которую я уделял всему, кроме Компаса и портала, я понял, что никогда раньше не задумывался об этом факте. Я потерял свое ядро маны перед входом в Реликтовые Гробницы, и поэтому всегда полагался на эфир, чтобы выживать здесь. Хотя намерение Джинна не позволяло испытуемым просто переделать зоны с помощью маны, оно также предполагало, что при правильном использовании эфира можно переписать саму структуру Реликтовых Гробниц.

Однако сейчас не было времени для таких размышлений. Краем глаза я увидел, как Мика начала дрожать, ее бицепсы вздувались, когда она изо всех сил сжимала молот. Камень под ногами Лиры рухнул, и она исчезла в дыре. Откуда-то снизу я почувствовал, как колонна высотой в милю сдвинулась и закрутилась, ее шум затерялся в какофоническом грохоте камней со всех сторон.

Колонна разлетелась на куски.

Мы с Лирой стояли на краю рамы портала, которая не сдвинулась. Элли стояла рядом со мной, но одна ее нога находилась за пределами рамы. Когда поверхность рассыпалась, ее глаза расширились, а рука потянулась ко мне, так как ее потянуло вниз под действием гравитации.

Позади нее Бу, Реджис и Мика рухнули вместе с обломками, а медведь-защитник издал отчаянный рев, когда его когти заскребли по камню, больше не способному его поддерживать.

Я чуть не потерял Компас, когда моя рука потянулась к Элли. Мои пальцы коснулись ее, но я был сосредоточен на стабилизации портала…

Ее волосы взлетели над лицом, развеваясь на ветру, как флаг, а руки вцепились в воздух, словно она могла как-то ухватиться за него или зацепиться. С запозданием воздух пронзил крик, умоляющий и беспомощный.

Выругавшись, я спрыгнул следом и активировал «Шаг Бога».

Пути промелькнули мимо со скоростью, которую было трудно осознать, особенно с сердцем, ушедшим в пятки. Не сводя глаз с Элли, я позволил остальным чувствам сосредоточиться на путях.

Направив свое тело в ее сторону и придав себе как можно более аэродинамическую форму, я помчался за ней. Казалось, что это заняло очень много времени. Ее тело извивалось в свободном падении, и когда я догнал ее и обхватил руками, объятие вышло достаточно сильным чтобы выбить воздух из ее легких. Она попыталась ухватиться за меня изо всех сил, дергая меня за волосы и впиваясь большим пальцем мне в глаз. Мы оба начали кувыркаться, сцепленные вместе ее цепкими пальцами и моей рукой на ее талии.

«Эл… Элли! Ты должна» — мои пальцы, наконец, сомкнулись вокруг ее запястья, и я притянул ее к себе — «успокоиться!»

Она притянулась ближе и крепко обняла меня, крича: «Бу!»

Примерно в двадцати футах справа от нас огромная туша медведя-хранителя вращалась из стороны в сторону. От него исходило длинное, низкое, бездумное рычание, и он дико дрожал.

Реджис был ближе, почти прямо перед нами. Он сделал что-то вроде кругового движения и повернулся, чтобы посмотреть на меня, его язык вываливался из уголка рта.

‘Я всегда думал, что прыгать с парашютом будет клево’, — подумал он. ‘А уклонение от нескольких миллионов тонн смертоносного камнепада определенно добавляет впечатлений’.

Его форма теневого волка растаяла, оставив после себя лишь небольшое пятно, которое начало дрейфовать обратно к раме портала.

«Мы должны спасти Бу!» — Элли прокричала мне в ухо.

«Тебе придется призвать его сверху», — прокричал я в ответ сквозь ветер.

Брови Элли решительно нахмурились, и она кивнула, несмотря на хлещущие по щекам слезы.

Я переключил внимание на эфирные пути, ища тот, который вернет нас к порталу, находящейся сейчас высоко наверху, но тут Элли снова крепко вцепилась в меня. Заметив ее полный ужаса взгляд, я проследил за ним.

Мика была почти в ста футах над нами, эфирные пути смещались и исчезали, поскольку ее относительное положение по отношению к нам постоянно менялось. Я выругался, пытаясь рассчитать, как мне вовремя добраться до нее, а затем до портала.

«Брат, держи меня ровно!»

Элли подняла светящуюся белую руку, крепко ухватилась за мое одеяние, стабилизируя себя, пока целилась в Копье. Вылетела туманно-белая стрела, едва проскочив мимо падающего камня, прежде чем нашла свою цель.

С внезапным вливанием маны Мика перестала падать. Она замешкалась, глядя на нас, но я покачал головой. Она кивнула и снова взмыла в воздух.

Я секунду смотрел на стремительно приближающуюся землю, а затем попытался сосредоточить все свое внимание на эфирных путях. Когда они не сразу возникли в моем сознании, я закрыл глаза, ощущая их так, как учила меня Три Шага.

Вот он.

Крепко обняв Элли, я «шагнул» в эфир. Мы оказались на тонкой грани камня, окружавшего светящийся портал.

«Бу!» — пронзительно закричала Элли.

Со слабым хлопком над головой появилась тень, и огромный медведь-защитник рухнул на меня сверху.

Из-под меха я увидел, как рядом с нами приземлились сапоги Мики.

«Бу!» — воскликнула Элли, ее рыдания были приглушены, так как она, должно быть, уткнулась лицом в бок своей связи.

Осторожно, чтобы не отправить мана-зверя снова кувыркаться с края, я освободился от его массы и отряхнулся. Реджис прильнул ко мне, напевая какую-то мелодию, не обращая внимания на то, что все только что чуть не погибли.

Остальные обменялись взглядами, но ни у кого не нашлось слов.

Я снова достал Компас и принялся за стабилизацию портала, чтобы он не отправил остальных в другое место. Я кивнул, когда все было готово, и Лира шагнула внутрь с таким видом, словно погружалась в бассейн ртути. Мика протянула руку и легонько положила ее на плечо Элли. Они обменялись взглядом и бледной улыбкой, затем Мика запрыгнула внутрь вслед за Лирой.





Глава 417 — Один из Моих




Глава 417 — Один из Моих

От лица Каэры Денуар.

Наша оперативная база в Сандаэрине не обладала таким очарованием и красотой, как вилла Серис в Эдельгарде. Серис захватила один из исследовательских центров Владык, чтобы использовать его в качестве командного центра, и в этом стерильном, напичканном техникой здании было что-то, от чего я постоянно чувствовала мурашки. Повсюду, куда ни глянь, только холодный металл и еще более холодный белый свет.

Решетчатый пол звенел мрачным, безличным тоном, когда я шла по коридору к центральному залу, где проходили наши ежедневные совещания. Дверь — металлическая и холодная, как и почти все остальное — отреагировала на мою сигнатуру маны, когда я приблизилась, и открылась с глухим скрежетом.

Внутри конференц-зала было не лучше. Центральный стол больше походил на лабораторный, чем на что-либо другое, а стулья вокруг него были нарочито неудобными. Вдоль одной стены выстроились кристальные обзорные панели. На среднем экране шла основная трансляция из Центрального Доминиона, а на меньших дисплеях слева и справа отображался ряд мест. На одном экране я узнала батарейный отсек и камеру Владыки Орлайта, на другом — панораму города Розаэра.

«Ты рано».

«Ты не в кровати», — ответила я, повернувшись и обнаружив, что Силрит сидит на скамейке у стены слева от меня, прислонившись затылком к стене. «Ты не должен быть здесь».

Он провел одной рукой по бледно-серой щеке, почесывая растущую там щетину.

«Если я продолжу лежать в постели, я могу и помереть».

Я закатила глаза. «Все мужчины на самом деле дети, не так ли? Даже Слуги».

Его брови слегка приподнялись. «Ох, я не знаю об этом. Я думаю, что восстановился достаточно хорошо, учитывая, что мое ядро было почти разрушено Наследием».

Мы с Силритом повернулись к двери в противоположной стене комнаты, чувствуя приближение мощной сигнатуры маны. Дверь распахнулась с тем же тихим скрежещущим звуком, и Серис шагнула в комнату. Силрит поднялся со своей скамьи и поклонился, и я последовала его примеру.

Серис отмахнулась от нашего приветствия. «Силрит. Мне не нужен Слуга, который не может выполнять приказы. Ты должен оставаться в покое, пока наши целители не убедятся, что твое ядро не получило серьезных повреждений».

Я пристально смотрела на Косу, пытаясь прочитать выражение её лица, тон и язык тела. Наш конфликт с Верховным Владыкой и его силами проходил не так хорошо, как мы надеялись, и я была уверена, что стресс от наших недавних потерь должен был тяготить Серис, но она не подавала никаких внешних признаков.

«Простите мою дерзость, Коса Серис», — сказал Силрит, опускаясь обратно на скамью. «Но доктор Ксанис действительно освободил меня менее тридцати минут назад».

Серис обошла стол и встала перед экранами, оставаясь вне зоны действия телепатического поля. По трансляции было видно, как длинную вереницу мужчин и женщин провели мимо записывающего артефакта в цепях и с металлическими кляпами во рту. «Названная Кровь Акула из Труасии».

Представители Крови Акула участвовали в контрабанде из Труасии, перевозя серебро из шахт и вооружение из Вечора.

«Никто из их Крови не был приписан к грузу, который мы потеряли», — сказал Силрит, глядя на экран с кислым выражением лица. «Возможно, они прокололись, но также не менее вероятно, что кто-то их сдал».

Я молчала, признавая вину, которую чувствовала, не погрязая в ней.

Я была той, кто привлекла к этому кровь Акула. В каком-то смысле, я была ответственна за то, что с ними сейчас происходит. Но я не могла взять эту вину на себя… это была война. Страдания и потери будут с обеих сторон. И все же, когда самый младший представитель крови Акула, девочка не старше одиннадцати лет, прошла мимо записывающего артефакта со слезами, текущими по её ярко-красным щекам, мне пришлось отвести взгляд.

Но Серис наблюдала за ними, молча следя за всеми, зная, что их казнят. Даже когда остальные начали прибывать по двое и по трое, затем все большими группами, пока комната не наполнилась аналитиками, операторами, инструкторами и командирами, она не отрывала глаз от трансляции. Болтовня, которая нарастала с каждым новым прибытием, когда люди быстро приветствовали друг друга, вскоре стихла.

Только когда все прибыли, Серис отвернулась от трансляции. Позади нее остальные из нас наблюдали, как повозки с заключенными отъезжают от записывающего артефакта.

«Отчеты?»,

В последовавшее за этим мгновение колебаний я вмешалась. «Мэйлис — Леди Тремблей — связалась с нами и подтвердила, что наши ценные активы в Арамуре были успешно перемещены».

Все взгляды обратились ко мне, одни настороженно, другие с надеждой.

«Это было очень близко, и мы потеряли множество магов в конфликте со Слугой Мавар, но, пока что, кажется, что личности присутствующих не были скомпрометированы».

«Силы Верховного Владыки становятся все более агрессивными», — сказал один из наших полевых командиров. «И не только против нас. Они используют насилие против народа, чтобы настроить общественное мнение против наших усилий».

«Мы считаем, что они отслеживают путешествия между Доминионами, по крайней мере, среди Высокой крови» — вставил инженер из Высокой крови Редвотер.

«Как?» — спросил кто-то ещё, хотя я не поняла, кто именно, из-за переполненного конференц-зала.

«Пока не уверен», — признался инженер. «Но мы заметили достаточно махинаций дорогостоящими активами, чтобы быть уверенными, что это так».

В ответ на это заявление раздалось какое-то бормотание, но оно утихло через несколько секунд.

«Наши планы на случай следующего нападения на барьер готовы?» — спросила Серис, оглядывая комнату в поисках нескольких человек, участвующих в этом проекте.

Исследователь из Высокой крови Эйнсворт прочистила горло. «Несмотря на недавнюю неудачу, наша Высокая Кровь внесёт свой вклад. Сегодня утром я получила сообщение от Верховного Лорда, подтверждающее нашу приверженность вашему… плану».

Судя по неровному голосу Исследователя, она была не в восторге от того, что Серис попросила их сделать, но я была удивлена, что они вообще согласились на это, особенно после того, как Гектор едва не погиб из-за Мавар. Однако он был гордым человеком, а такие близкие случаи обычно либо ломают волю человека, либо укрепляют ее. Очевидно, он относился к последним.

«Необходимые изменения в поместье были сделаны» — добавил другой инженер. «Проверка более широких возможностей подключения… конечно, затруднительна, но, если Высокая Кровь Эйнсворт окажет содействие, мы будем уверены в своей работе».

Исследователь подняла подбородок и посмотрела на инженера. «Мы сделаем свою часть работы. Даже если это приведет нас к той же участи, что и Крови Акула, по всей видимости».

Несмотря на растущее напряжение, разговор сменил направление, сосредоточившись на ряде технических деталей, которые выходили за рамки моей роли, и, хотя я изо всех сил старалась не отвлекаться, многие тонкости ускользнули от меня.

Одна из дверей открылась. Многие взгляды обратились на позднего прибывшего, но поток разговоров не прекращался. Вольфрум из Высокой крови Редвотер застыл под множеством взглядов, похожий на испуганного рокавида, когда он осматривал комнату. Когда он увидел меня, напряжение покинуло его, и он прошел вдоль стены туда, где стояла я.

Мы обменялись молчаливыми кивками, а затем оба вернули свое внимание к разговору, который наконец-то отошел от прошлой темы.

«За последнюю неделю в пределах щита было зарегистрировано пять случаев Нисхождения» — сказал глава Ассоциации Восходящих в Эдельгарде. Анвальд из Названной Крови Торпор был лысым мужчиной с широкими плечами и суровым взглядом. «Всего шестнадцать Восходящих. Все они были опрошены, зарегистрированы и отпущены за пределы щита в Розаэра. Никто из них не действовал с явной целью достичь Сехз-Клара».

Несколько порталов Нисхождения в западной половине Сехз-Клара находились под усиленной охраной. Серис отслеживала движение через них еще до поднятия щита, и мы продолжали делать это сейчас, чтобы убедиться, что Агрона не пытается активно переправить агентов в Доминион. Конечно, можно было уничтожить порталы, но Серис сказала, что пока у них нет доказательств того, что Агрона может использовать их против нас, она не хочет ломать то, что не сможет восстановить.

После всего, что я видела во время приключений с Греем, я была уверена, что горстка порталов Нисхождения не будет иметь значения для будущего Реликтовых Гробниц, но я не стала спорить. Нацелиться на конкретный портал Нисхождения за пределами второго уровня было практически невозможно.

Было задано несколько дополнительных вопросов о Восходящих, а затем совещание продолжилось.

«Нам нужно пересмотреть наши линии снабжения из восточного Сехз-Клара и Этрила» — сказал один из аналитиков, прежде чем перейти к отчету о количестве потребляемого продовольствия на нашей территории по сравнению с количеством производимого и ввозимого контрабандой. Это была серьезная проблема. «Такими темпами через три недели крупные города будут ограничивать продажу продовольствия гражданскому населению. Маленькие города, возможно, не почувствуют удара еще шесть недель, но в течение двух месяцев люди начнут голодать на улицах».

«На побережье слишком много глаз», — сказал один из стратегических советников Серис. «Последние четыре корабля, которые пытались подойти к побережью, с Вечора или Этрила, были пойманы и потоплены. Мы пытались расширить некоторые исследовательские туннели под Розаэром, но требуемый расход маны привлёк внимание, и нам пришлось свернуть всё, что мы сделали, а затем ещё, чтобы предотвратить использование этого для обхода щитов».





Глава 418 — Оковы




Глава 418 — Оковы

От лица Каэры Денуар.

Тяжёлые порывы пустотного ветра давили на меня со всех сторон, ослепляя и оглушая. Я не чувствовала ничего, кроме учащенного биения своего сердца и холодного металла, прижимающегося к моим запястьям. Даже вездесущая тишина океана, омывающего берег, была скрыта.

«Вы двое, подготовьте варп-телепорт для перемещения». Приглушенный заклинанием голос Вольфрума был далеким, едва слышным. «Остальные, сюда. Я сниму заклинание. Обезоружьте её и переместите за пределы щита. Коса Драгот Вритра скоро будет здесь».

Тьма менялась, закружившись, словно её шевелил ветер. Я почувствовала, что его власть надо мной ослабла, и сгладила выражение лица, не желая доставлять Вольфруму удовольствие видеть, как я борюсь.

Как только заклинание пустотного ветра ослабло, сильные руки схватили меня за плечи, и что-то острое вонзилось мне в спину.

«Как разочаровывающе», — размышлял Вольфрум, изучая меня. «Признаюсь, я в некотором роде боготворил тебя, когда мы были моложе. Теперь я понятия не имею, почему».

Я подняла подбородок, не дрогнув ни от его нервирующего взгляда, ни от его слов.

«Тем не менее, ты будешь неплохим подарком для Драгота. С небольшим… стимулом, я полагаю, ты сможешь многое рассказать нам об операции Серис, а?»

Я не сопротивлялась магам, державшим меня, и позволила своим рукам обвиснуть в их хватке.

«Ничего, что могло бы спасти кого-либо из вас», — сказала я, сдерживая дрожь в голосе.

Что-то маленькое и яркое, похожее на солнце, появилось над и позади Вольфрума, и я напряглась.

Мана всколыхнулась, и из нее вырвался луч черного света. Вольфрум, почувствовав ману, удивленно поморщился и закрутился, пытаясь в последнюю секунду создать щит огня души. Огонь души прошел чуть выше его щита и ударил в основание одного из рогов.

С оглушительным треском рог разлетелся вдребезги, рассыпавшись на песок. Вольфрум завыл от боли, его глаза расширились от ярости.

«Подкрепление!» — крикнул один из магов, отпустив мою руку, чтобы сотворить заклинание.

Острый предмет у меня за спиной отодвинулся, оставив только одного мага, всё ещё держащегося за меня. Я ударила его локтем в нос, откинув его голову назад, а затем рванула вперед, вырвавшись из-под его контроля.

Мой клинок лежал на земле у моих ног, выбитый из моей хватки кандалами. Поймав клинок носком, я пнула его ногой так, что рукоять уперлась в песок, а длинное алое лезвие устремилось прямо вверх.

Последовал второй всплеск маны, но копье огня души пролетело в нескольких футах слева от Вольфрума. Оно обогнуло его щит и ударило в мой клинок. Алая сталь вспыхнула черным огнем души.

Собрав всю свою физическую силу, я обрушила цепи на острие пылающего клинка, и тут произошло сразу несколько событий.

Четыре мага кричали вокруг меня, разрываясь между поисками нападавших и не давая мне сбежать. Вольфрум поднял обе руки, одна из которых испускала огненный щит, а другая, направленная на меня, клубилась пустотным ветром.

Используя ограниченный запас маны, который я уже успела влить в браслет, я выпустила из него ещё два серебряных осколка, завертевшихся вокруг меня, выпуская копья черного огня. Вольфрум отреагировал молниеносно, перестроив свои заклинания и объединив их в вихрь пепельного ветра и огня, поглотив шквал атак.

Острие моего меча прошло сквозь одно звено наручников. Мой пульс участился, когда рукоять меча глубже погрузилась в песок, ослабляя силу моего удара сверху вниз. Затем он закрепился, подкрепленный чем-то твердым глубже внизу.

Пламя пробилось сквозь укрепленную сталь, и цепи разлетелись с яркой искрой.

Что-то холодное и острое полоснуло меня по бедру, и я уклонилась вперед, выхватывая из песка алый меч и нанося колющие удары позади себя.

Копье со стальным наконечником отразило мой стремительный удар.

Наконец, я смогла хорошо рассмотреть четырех магов Редвотера, окружавших меня: Щита, двух Заклинателей и Нападающего.

Оба Заклинателя держали в руках огонь. Нападающий уже крутил копьем, собираясь перейти в наступление. Песок сформировался в металлические диски и поплыл вверх, чтобы защитить их, пока Щит отступал на безопасное расстояние. Они были сильными магами, и, когда ко мне вернулось чувство маны, я ощутила их силу. Их сигнатуры маны напоминали об Эмблемах, но Серис призвала наши силы скрыть свои руны, поэтому я не могла быть уверена.

Вихревой щит вокруг Вольфрума взорвался наружу.

Привлекая огонь души к своему клинку, я вонзила его в землю. Вокруг меня возник огненный барьер.

Третий осколок браслета — тот, который я “потеряла”, спускаясь со скалы, — пролетел мимо Вольфрума и присоединился к двум другим, и они переместились в позицию прямо за пределами щита, их мана резонировала друг с другом. Я стиснула зубы, пытаясь сфокусироваться и на огне души, и на артефакте.

Когда ударила взрывная волна, браслеты послали импульс маны, чтобы противостоять ей. Они продержались целую секунду, прежде чем их выбило из позиции и отбросило в сторону позади меня. Я приготовилась к удару, когда щит огня души, исходящий от моего меча, задрожал, треснул, а затем вспыхнул. Но оставшейся силы заклинания Вольфрума хватило лишь на то, чтобы всколыхнуть мои волосы от легкого ветерка.

Заклинатели столпились за несколькими металлическими дисками, в то время как их Щит сильно вспотел. Вольфрум, очевидно, был готов уничтожить своих людей без раздумий.

«Сомневаюсь, что в таком виде ты будешь желанным гостем на любых других встречах с участием Крови Вритры», — сказала я, вставая и поднимая меч, чтобы указать на его раздробленный рог. Браслет впитал мою ману, и три осколка вернулись на место, зависнув вокруг меня, защищая.

Вольфрум зарычал, поглаживая сломанный рог. «Значит, не я один скрываю свою настоящую силу. Я должен был догадаться. Ты тоже прячешь свои рога? Этот браслет у тебя на руке или», — он сосредоточился на моем кулоне, который выскользнул из-под рубашки во время боя, — «эта маленькая безделушка у тебя на шее? Иллюзия? Это очень похоже на Серис. Давай, я хочу увидеть, с кем я сражаюсь на самом деле. Покажи мне, как в старые добрые времена».

«Мне даже почти жаль, что ты решил стать послушной собачкой Вритры». Я снова вызвала огонь души вдоль алого клинка, заставив его извиваться черным пламенем. Остальные маги держались в стороне, ожидая команды Вольфрума. Теперь я могла видеть вдалеке корабль, который быстро плыл вдоль берега. «Если бы ты хоть раз послушал, чему тебя пыталась научить Серис, ты мог бы добиться гораздо большего».

Вольфрум наколдовал черный огонь в каждой из своих рук, выпрямившись во весь рост. «Думаю, ты поймешь, что я научился гораздо большему, чем ты».

Он рявкнул своим солдатам: «Схватить ее. Убейте, если придется».

Нападающий с копьем сделал выпад вперед. За ним последовали две огненные стрелы, прочертившие в воздухе плавную дугу и пролетевшие мимо него с обеих сторон. Вдалеке над дырой в щите Серис возникла большая прозрачная панель маны, созданная одним из двух людей, отвечавших за варп-телепорт. Другой, заклинатель, создал облако едкой зеленой дымки, окрасившей воздух и сделавшей путь к ним непроходимым.

Две линии огня души встретили огненные стрелы, выпущенные из браслетов. Огонь души сжег заклинания дотла. Третий луч нацелился на атакующего. Когда один из металлических дисков встал на позицию, чтобы защитить его, огонь души прожег его насквозь, но Нападающий был быстр, и он уже успел увернуться. Тем не менее, пламя опалило землю у ног Заклинателей, заставив их отпрыгнуть назад и прервав их следующие заклинания.

Позади меня, Вольфрум вытянул вперед обе руки, выпустив поток огня души, подгоняемый порывом пустотного ветра.

Я бросилась навстречу Нападающему. Его копье вылетело дважды, трижды, четырежды, со скоростью молнии. Я парировала каждый удар, не сбиваясь с шага, и огонь души, окутывающий мое оружие, прожег копье насквозь, так что, когда он ударил в пятый раз, от него остался только короткий конец разрушенной стали. Он слишком поздно понял свою уязвимость, и острие моего клинка без труда рассекло его бронированную форму, ману, плоть и кости.

Вслед за моим клинком к двум Заклинателям устремился полумесяц черного огня. Пули ярко-желтого пламени выстрелили в ответ, пролетев рядом со мной, несколько из них опалили мою плоть. Все металлические диски встали на свои места, чтобы блокировать огонь души, они были мощными, но недостаточно. Явно недостаточно. Черный огонь поглотил щиты, затем стоящих за ними Заклинателей, и шквал пуль прекратился.





Глава 419 — Чёрные Двери




От лица Артура Лейвина.

Наблюдая, как остальные один за другим исчезают в другом портале — уже четвёртом с тех пор, как мы покинули руины третьего Джинна, — я рассматривал ментальную карту, оставленную для меня Сильвией. Несмотря на мою уверенность в изоляции нужной зоны, это все равно было странно. В отличие от всех других картин в моем сознании, которые включали в себя представление о том, чего ожидать в зоне, эта была пустой, ничего, кроме неосязаемого чистого листа.

Я бросил взгляд назад на зону, которую мы только что очистили: удушающе тесный замок, полный ловушек и монстров. Это было опасно, но прямолинейно. Неизвестность, ожидающая за следующим порталом, выбила меня из колеи.

Мягкое мерцание внутреннего света портала привлекло моё внимание, погруженное в себя. Что бы еще ни ждало по ту сторону портала, моя сестра уже была там без меня. Помня об этом, я шагнул вслед за ней.

Я оказался окружённым… ничем. Абсолютно ничем. Полная пустота во всех направлениях. И я был один. Когда я попытался позвать свою сестру, не раздалось ни звука. Я попытался посмотреть вниз, но вокруг не было ни низа, ни верха, как и самого меня.

Это было похоже на то, когда я впервые появился в Реликтовых Гробницах. Мне не понравилось это ощущение.

«По крайней мере, у тебя всё ещё есть я», — прозвучал голос Реджиса в моей голове. «Где бы я ни был. Могу ли я все еще быть внутри тебя, если ни один из нас не существует?»

Затем, как сцена, исчезающая в начале фильма о старой Земле, зона материализовалась передо мной.

Я смотрел через гладкую, подобно стеклу, чёрную землю, на Мику, Бу и Элли. Вот только с ними что-то было не так. Они были плоскими, как собственные отражения на темном стекле, а их движения были скованными и неестественными.

«Эл», — сказал я, мой голос звучал приглушённо и неполно.

Её губы шевельнулись в ответ, и я прочёл свое имя на её губах, но я не смог её услышать.

‘Мне нужно выбираться отсюда’, — подумал я. И в тот же момент почувствовал, что меня несёт вперед, а затем мои ноги коснулись твёрдой земли.

Обернувшись, я понял, что у меня снова было тело, я осмотрел то место, откуда пришёл. Позади меня гладкий прямоугольник маны, около семи футов в высоту и трех футов в ширину, парил прямо за краем земли, на которой я сейчас стоял. Идентичная фигура стояла в нескольких футах слева от него. Лира с любопытством выглядывала с его поверхности.

Я услышал своё имя, произнесённое голосом Элли, похожим на умоляющий шепот, доносящийся с большого расстояния.

Отвернувшись от Лиры, я подошел к другим панелям, я мысленно решил называть их дверями, хотя на самом деле они напоминали физическую дверь только по своим очертаниям. «Все в порядке», — заверил я свою сестру, протягивая руку и прижимая её к поверхности двери. Она тоже подняла свою, положив ее туда, где была моя. «Просто подумай о том, чтобы выйти, и ты это сделаешь».

Она кивнула, черты её лица стали жестче, паника отступила. Когда ничего не произошло, её брови сосредоточенно нахмурились, но она всё ещё была за дверью.

Реджис возник рядом со мной, тряся своей горящей гривой. «Кажется, что-то не так». Он понюхал дверь, его дыхание запотело на гладкой поверхности. «Может быть, во всем этом есть какой-то подвох».

«Эфир», — сказал я, понимая, что Реджис был прав. Двери были покрыты эфирными частицами. Все еще прижимая руку к двери, я послал эфир через кончики пальцев.

Элли немедленно появилась рядом со мной, вздохнув с облегчением. «Тьфу. Это было действительно неудобно».

Двери напомнили мне о зеркальной зоне. Вспомнив, что случилось с Гранбелами, я поспешил выпустить Бу, Мику и, наконец, Лиру таким же образом.

Я понаблюдал за каждым из них мгновение, но, казалось, в их поведении не было никаких последствий или странностей, как это было с Адой, когда она была одержима. И когда они вышли из своих дверей, позади не осталось ни отражения, ни образа.

Как только все они оказались на свободе — и я убедился, что они были самими собой, — я снова обратил свое внимание на наше окружение.

Мы стояли на гладкой черной земле, почти неотличимой от окружающей нас темноты. Бу прижимался боком к Элли, защищая её, его маленькие глазки смотрели в пустоту.

Мика повела плечами и хрустнула шеей, неловкая гримаса исказила её черты. «Я чувствую себя… странно. Не уверена, что смогу это описать».

«Да, в атмосфере здесь есть странное ощущение, как будто гравитация или воздух неправильный… или как будто мы ошибаемся», — сказала Лира, наклонившись, чтобы провести пальцами по гладкой земле. «Это мана. Чистая, сфокусированная мана. Вообще никакого физического ландшафта». Её глаза прочертили линию вдалеке. «Это платформа. Видишь там, едва заметное смещение в темноте?»

Я двинулся туда, куда она указала. Она была права. Мы стояли на плавающей в пустоте платформе площадью двадцать квадратных футов. «Могут быть и другие, которые мы не видим», — предположил я, прищурившись и направляя эфир к глазам в поисках каких-либо признаков других платформ. «Возможно, нам придется ориентироваться вслепую. Я должен быть в состоянии…»

Я активировал Шаг Бога, но ничего не произошло. Никакие эфирные пути не загорались в моем видении и не напоминали мне об их присутствии, и я также не испытывал расширенного врожденного шестого чувства моего физического окружения. Божественная Руна даже не засветилась. Это было похоже на то, что она была дремлющей, недостижимой. Я вообще ничего не чувствовал.

Реджис разочарованно прищелкнул языком. «То же самое и с Разрушением. Оно как бы есть, но… нет».

Понятия не имея, что это может означать, я направил эфир в Сердце Мира. Божественная Руна засветилась, частицы маны, образующие землю, окрасились, словно разноцветные светлячки. Однако кроме маны нашей платформы и некоторой остаточной атмосферной маны, дрейфующей в пустоте, Сердце Мира ничего мне не показало.

Но, по крайней мере, это сработало.

Вернув свое внимание к дверям, я провел рукой по ближайшей, из которой я выпустил Лиру. На ощупь она была гладкой и шелковистой, как полированный обсидиан, но на её поверхности ощущалось статическое покалывание. «Если эфир вытащил вас всех из этих вещей…»

Я послал небольшое количество эфира в дверь.

С тошнотворным чувством мой обзор изменился. Внезапно я оглянулся на своих спутников и их удивленные выражения лиц.

«Все в порядке», — сказала я, мой голос снова звучал странно, как будто я был под водой. Я был уверен, что эти двери как-то связаны с зачисткой зоны, но их назначение не было очевидным на первый взгляд. «Мне просто нужна минута, чтобы подумать».

Мой угол обзора был зафиксированным, поэтому я не мог посмотреть ни в сторону, ни вверх, ни вниз. Я вообще не мог пошевелиться. Как и тогда, когда я впервые появился в зоне, казалось, что моего тела вообще не существовало. Из этой двери я не мог видеть ничего, кроме своих спутников, платформы и других дверей.

Мысль об этих дверях заставила меня призадуматься. Что, если это действительно двери? Я задумался. Я вышел наружу, размышляя об этом. Возможно…

Я сосредоточился на двери, в которой появилась Элли, и подумал: ‘Я хочу войти в эту дверь’.

Как и раньше, я начал дрейфовать вперед. На мгновение я подумал, что появлюсь стоящим перед дверью Лиры, как и перед своей собственной, но вместо этого я продолжал плыть, слегка набирая скорость по мере того, как двигался в направлении своих мыслей.

Пару секунд спустя, я снова вышел на платформу, но в этот раз уже через дверь Элли, и теперь я стоял позади своих спутников.

Бу застонал от удивления, топая взад-вперед, когда Элли выдохнула: «Артур!» Она сделала пару неуверенных шагов, прежде чем Бу попытался вмешаться, оттолкнув ее назад своей широкой головой. Она обернулась, лихорадочно ища; ее глаза скользнули прямо мимо меня, остановились, затем отскочили назад. Она прижала руку к сердцу, и выражение ее лица смягчилось. «Ты напугал меня до чертиков», — пожаловалась она, заставив остальных тоже обернуться. Низкий, нервный скулеж Бу ещё больше усилил её отчаяние.

«Как ты это сделал?» — спросила Лира, поджав губы, рассматривая черные прямоугольники, выстроившиеся вдоль края платформы.

Я быстро объяснил, что я сделал, и свою теорию.

«Так ты думаешь, что эти… двери?.. могут перемещать нас по зоне?» — спросила Мика. Приподняв брови, она повернулась влево и вправо, указывая на огромную пустоту. «И куда?»

«Там должны быть другие платформы и двери», — настаивала Лира, подходя к краю нашей платформы и уставившись в никуда. «Это единственное, что имеет смысл».

«Если это одна из загадок Джинна», — сказал я задумчиво, — «тогда всегда есть предполагаемое решение».

Приложив руку к холодной поверхности двери, я выпустил еще один импульс эфира и почувствовал, как меня втягивает обратно в неё.

На этот раз, вместо того чтобы позволить себе отвлекаться на то, что было прямо передо мной, я сосредоточился на пустоте вокруг нашей платформы. И когда я, не мигая, уставился в пространство, кое-что привлекло мое внимание. Далеко справа от меня и в нескольких десятках футов под нами была вторая платформа с двумя дверями, видимыми с моего ракурса.

«Я нашёл», — сказал я, тщательно останавливая себя от мыслей о том, чтобы пройти через ту далекую дверь. Казалось безрассудным идти и оставлять остальных, особенно если они не могли самостоятельно добраться до дверей. «Реджис, ты можешь почувствовать направление моих мыслей. Ты видишь платформу?»

Реджис подбежал к краю, уставившись в указанном мной направлении. «Там снаружи ничего нет».

«Может быть, ты можешь видеть это только изнутри двери?» — спросила Элли, задумчиво постукивая пальцем по губам.

«Есть только один способ выяснить, регент Лейвин», — сказала Лира, отворачиваясь от меня, чтобы посмотреть вдаль, следуя за направлением взгляда Реджиса.

Я заколебался, но только на мгновение. Хотя мне не нравилось оставлять остальных позади, это казалось четким путём вперёд. С этой мыслью я начал дрейфовать через пустое пространство к крайней из двух дверей, которые я мог видеть. Как и раньше, я медленно набирал скорость по мере движения, но это было не быстро. Странное предчувствие росло во мне по мере того, как я подходил все ближе и ближе ко второй платформе, но я не был уверен, был ли это какой-то трюк Реликтовых Гробниц или моя интуиция пыталась предупредить меня о какой-то невидимой опасности.

Прошло секунд двадцать или больше, прежде чем я снова ступил на твердую землю. Рассеянный, лишённый источников свет зоны освещал эту гораздо меньшую платформу, и я не мог не задаться вопросом, почему я не увидел её сразу.

‘О, привет, мы тебя видим’, — подумал Реджис. ‘Платформа просто вроде как появилась на секунду раньше тебя’.

Оглядываясь назад, я мог только разглядеть остальных — Бу, безусловно, самый очевидный — стоящих вдоль края своей платформы, примерно в трехстах футах от меня.

Между мной и моими спутниками пустота струилась, словно тени, двигались внутри теней.

Я думал, что мне это почудилось, пока четырехпалая когтистая рука не протянулась из пустоты и не схватила платформу, вонзаясь в плоскую черную панель маны. За ней последовала вторая когтистая лапа, и очень медленно сформировались тонкие руки, вытаскивающие ужасно тощее существо из черного фона в реальность прямо передо мной.

Его острые кости выделялись на фоне блестящей чёрной кожи, которая сливалась с темнотой позади него. На плоском лице не было ни рта, ни носа, но было четыре неуместных глаза. Когда оно поднялось из своего согнутого положения, я обнаружил, что смотрю на него снизу-вверх; существо было, по меньшей мере, двух метров ростом.

Оно моргнуло, каждый глаз слегка закрывался и открывался в такт с другими. Затем оно рвануло вперед, целясь в мой живот.

Я шагнул навстречу удару, вызвав эфирный клинок в левой руке. Когти монстра впились мне в бок под ребрами, прорезав прямо сквозь эфирный барьер, покрывавший мою кожу.

Мой меч вонзился в его костлявую грудь, затем вспорол шею сбоку. Его глаза закатились в четырех разных направлениях, когда он опрокинулся, и когда он ударился о землю, то растворился в платформе у меня под ногами.

Прижав руку к боку, я проверил рану; она быстро заживала, как и ожидалось. По крайней мере, регенерация работает.

‘Ты знаешь, мы видели здесь много дерьма, но эта штука настоящий кошмар’, — сказал Реджис по нашей телепатической связи.

«Это будет проблемой», — сказал я себе, учитывая препятствия, которые представляла эта зона. ‘У вас все по-прежнему чисто?’

‘Да’, — подтвердил он, без своего обычного легкомысленного отношения.





Глава 420 — Чёрные Двери II




От лица Артура Лейвина.

Подавленный всхлип застрял в моем горле, когда я уставился на Элли. Мой разум был пуст. Я хватался за смысл, но её образ, разорванный на части и багровый от собственной крови, казался настолько невозможным, настолько невероятным, что вся реальность содрогнулась от ужаса. Единственное, что проникало в мой мозг, помимо ужасного зрелища, это скорбный рев и топот Бу позади меня, который казался проявлением эмоций, от которых я не мог избавиться.

«…тур!»

На моё плечо легла рука, сжав и встряхнув. В ответ из моего тела выкатилась тяжелая волна эфира, и рука отдернулась. Отдаленно я видел, как Мика и Лира борются с монстрами.

Тень пересеклась с Элли, и я посмотрел в яркие глаза Реджиса, теперь полные нашего общего отчаяния. Он перешел в бесплотную форму, а затем принял форму полутени, погрузившись в тело Элли.

Моя искра надежды погасла ещё до того, как она полностью проявилась. ‘Её… больше нет’, — подумал Реджис, дрейфуя вокруг её ядра. ‘Подождите. Что-то не так…’

Тяжесть тела Элли исчезла из моих рук, когда она стала прозрачной. На мгновение я отчетливо увидел, как тёмное пятно Реджиса влилось в её ядро, а затем они оба исчезли, растворившись, как и монстр, убивший её.

Я открыл рот, чтобы закричать или выругаться, но из него вырвался лишь хриплый вздох.

«Что случилось?» — спросила Мика, отбрасывая в сторону скелетное, ухмыляющееся чудовище, но не раньше, чем оно вырвало кусок из ее бока.

«Регент… Лейвин, ты должен… освободить свою…»

Во мне вспыхнула ярость, и я бросился на Лиру. Алакрийская хранительница отпрянула назад и упала на колени, поддавшись силе моего намерения. Эфир сформировался в меч в моей руке без моего сознательного манипулирования. В её глазах был страх, излучаемый так же ярко и ясно, как отражение моего оружия.

Оскалившись, я взмахнул клинком.

Лезвие прорезало плоть и кость. Короткий крик боли, затем тишина.

Монстр, появившийся позади Лиры, распался на две части, а затем растаял.

Закрыв глаза, я усилием воли вернул контроль над своей аурой. Когда я снова открыл их, Лира настороженно наблюдала за мной. Она тяжело сглотнула, затем поднялась на ноги, осторожно, как будто боялась, что любое резкое движение может снова привести меня в бешенство. В следующее мгновение всё её тело вздрогнуло от рева Бу. Медведь бросился на другого нападавшего, безжалостно разрывая его.

Что же мне теперь делать?

‘Ты должен идти дальше без нас’, — ответил мрачный голос в моем сознании.

Я замер. ‘Реджис?’

‘Не беспокойся о нас. Мы сейчас на небесах. Там прекрасно. Ничего, кроме грудастых демонических крошек, насколько хватает глаз, понимаешь? Прямо как я всегда хотел’.

Жуткая дрожь пробежала по моему позвоночнику. Прежде чем я успел ответить, вдалеке расцвел свет, пронзая пустой черный фон, словно вспышка.

Одна из стрел Элли.

Не может быть. Бу поднял голову, отрываясь от своей добычи, свет отразился в его маленьких черных глазах, затем он исчез с лёгким хлопком.

‘Реджис, сукин ты сын, объясни или…’

‘Не говори плохо о мёртвых, принцесса’, — ответил Реджис.

Я бросился к двери, которая должна была вывести меня назад, но замешкался, обернувшись, чтобы посмотреть на Мику и Лиру. Появился ещё один Ужас, но Лира и Мика уже произносили свои заклинания.

«Иди, мы справимся», — сказала Мика, крутанувшись, чтобы ударить своим молотом в челюсть безликого чудовища.

Не теряя времени, я вошёл в дверь. Перемещение казалась мучительным, невероятно медленно, таща меня через пустое пространство с нарочитым недомоганием. Когда я наконец достиг второй платформы, я выпустил из ладони эфирный взрыв, разорвав на части двух появившихся монстров, а затем поспешил в следующую дверь.

Моё сердце замерло.

На краю стартовой платформы стояла Элли с луком в руках и смотрела на зону. Бу стоял рядом с ней, прижимаясь к ней и постанывая в глубине своей груди. Элли, бледная и дрожащая, одной рукой вцепилась в его мех, держась так, словно боялась, что вот-вот упадет.

«Элли», — задыхаясь, произнёс я, выходя из двери.

Её лицо сморщилось, когда рыдания захлестнули её, и она бросилась в мои объятия, тяжело дыша. Я не мог ничего сделать, кроме как прижаться к ней, слишком потрясенный, чтобы даже почувствовать радость от того, что она жива.

В конце концов, она отстранилась от меня, чтобы вытереть лицо рукавом. Ее глаза были красными и опухшими, и в них застыло чувство ужаса, которое мешало ей смотреть на меня прямо.

Я гладил её по волосам и издавал нежные воркующие звуки, пытаясь успокоить ее. «Что произошло?»

«То, что случилось, очень просто», — сказал Реджис, откинувшись на спинку стула. «Как и наш мохнатый соотечественник, мы переместились через всю зону. Элли снова появилась в своей двери, а я вышел из твоей. Как и почему это произошло…» Он прервался, пожав плечами.

Я притянул Элли к себе, поднял её с земли и прижался губами к ее макушке. «Мне так жаль, Эл. Я не должен был… я…» Я почувствовал, как её маленькие руки прижались ко мне, и я расслабился, позволяя ей отстраниться.

«Это была не твоя вина, Артур», — сказала она, вытирая опухшие, покрасневшие от слез глаза. «Это произошло так быстро. Это казалось… это было так реально».

Я замолчал, не в силах думать об одном всеобъемлющем факте.

Я потерпел неудачу. Моя сестра умерла у меня на руках. Что бы ни происходило в этой зоне, что бы ни вернуло её обратно, этого не изменить.

Потянувшись к руне внепространственного хранилища, я достал Компас.

«Что ты делаешь?» — спросила Элли, делая шаг назад, легкий румянец появился на её призрачно-бледных щеках.

«Я собираюсь вернуть тебя назад».

«Нет, я не…»

«Это не обсуждается», — твердо сказал я, не глядя на неё. Я не хотел видеть выражение обиды, которое, как я знал, было на её лице. «Я прекрасно знаю, через что ты только что прошла, потому что я сам проходил через это сотни раз в Эфеоте. Но сейчас, в отличие от того времени, мы не знаем, вернешься ли ты снова, и сколько раз. Мы не имеем ни малейшего представления о том, что происходит здесь. Платформы будут становиться только сложнее, и, если я не смог защитить тебя на предыдущих…»

Элли схватила меня за руку и потянула на себя, внезапно напомнив мне о том, как она таскала мою мать по торговому кварталу. Желчь поднялась у меня в горле, когда я представила, как говорю маме, что Элли умерла…

Тёплые слезы скатились по моему лицу. «Я не могу потерять и тебя, Эл».

«Ты не потеряешь… Бу, помоги мне!» — пробормотала она.

Медведь-хранитель сел и зарычал, отвернув морду от Элли. Ее хватка ослабла и соскользнула с моей руки. «Бу…»

Она медленно подошла к своему зверю, но он продолжал поворачиваться, стоя к ней спиной. Она вздохнула и прильнула к нему, вжимаясь лицом в его шерсть.

Я стиснул зубы и сопротивлялся желанию сжать металлическую полусферу в своих дрожащих пальцах.

Ничего не получалось. Эфир двигался в артефакт и через него, но не активировал его. Он был в спящем состоянии, как Шаг Бога и Разрушение.

Мы были в ловушке.

Одна из дверей сверкнула внутренним светом, и в ней появилась Мика. Её дыхание было затруднено, и мне показалось, что я слышу стук её сердца. Я выпустил её почти мгновенно. Она застыла перед своей дверью, её руки судорожно похлопывали по телу вверх и вниз, пока она убеждалась, что она действительно жива.

«Все в порядке, ты…»

«Я умерла…» — она моргнула несколько раз, что было бы почти комично, если бы не ужас нашей ситуации. «Но… я не мертва».

«Ты очень даже жива», — сказал я, сжав её плечо. «Мы не уверены, что…»

«О», — сказала Мика, выдохнув частично с задыханием, частично со стоном.

Я повернулся, чтобы проследить за её взглядом. В дверях появилась Лира, выглядевшая слегка позеленевшей.

Я поспешил к ней и с помощью вспышки эфира вытащил её наружу. Её глаза закрылись, она глубоко вздохнула и обхватила себя руками.

«Я всё ещё чувствую это, когти и зубы внутри меня, рвущие и раздирающие мою плоть», — сказала она хриплым шепотом. «За свою жизнь я подвергалась многим пыткам, но это была самая ужасная…»

После нескольких минут, потраченных чтобы успокоиться, мы все сидели в кругу вокруг маленькой бутылки с огнем, которую принесла Мика. Потребовалось немного усилий, но я убедил Элли, Мику и Лиру поесть, и они бездумно жевали свой паек. Элли прислонилась спиной к боку Бу, её внимание было сосредоточено где-то в глубине пустоты. Лира и Мика с одинаковым затравленным выражением наблюдали за тем, как языки пламени скручиваются и вспыхивают. Реджис стоял в нескольких футах от всех остальных, спиной к огню.

«Когда мы только прибыли сюда, вы двое упомянули, что чувствуете себя странно», — сказал я, нарушая затянувшееся молчание. «И некоторые из моих Божественных Рун спят и непригодны для использования».

Мика только фыркнула в ответ.

Лира наклонилась к огню, двигая указательным пальцем то в одном, то в другом язычке пламени. «Ты думаешь… что… что мы…» Она помахала рукой в мелких кругах, замолкнув, подыскивая слова.

«Я сомневаюсь, что даже Реликтовые Гробницы могут воскресить мертвых», — сказал я, проведя пальцами перед губами. «Эта зона другая. Я не думаю, что она реальна. Во всяком случае, не в физическом смысле».

«Что это вообще значит?» — мрачно спросила Мика. Она ударила кулаком по земле рядом с собой. «Мне кажется, что ощущения вполне реальны».

Я покачал головой. «Я знаю, но выслушай меня. Когда я обучался в Эфеоте, я провёл много времени — годы, фактически — внутри реликвии, называемой Эфирной Сферой. Это сложно объяснить, но по сути она проявляло мой разум и дух в другом пространстве, где я мог тренироваться, сражаться и умирать — бесконечно».

Лира выругалась: «Клыки Вритры, это жестоко даже по алакрийским меркам. Значит, то, через что мы только что прошли…»

Я одарил ее натянутой, лишенной юмора улыбкой. «Я делал это сотни, если не тысячи, раз. Ты…» Я посмотрел на Элли и заколебался. «Переживать смерть снова и снова — это то, к чему невозможно привыкнуть. Это портит твой разум и искажает твое представление о реальности. Я привёл тебя сюда не для того, чтобы ты испытала это». В конце концов, какой смысл самому проходить через такие испытания, если не для того, чтобы уберечь тех, кого я люблю, от того же самого?

«Ты думаешь, это… похоже на ту Сферу?» — спросила Элли, рассеянно пощипывая шерсть Бу.

«Я знаю, что Джинны обладают похожей магией. В первых двух руинах, которые я обнаружил, я боролся с проявлениями Джиннов внутри своего разума. Это было реально, но отдельно от физической реальности. Эта зона тоже может быть такой».

Снова воцарилась тишина, пока все обдумывали эту теорию. Через пару минут Лира сказала: «Возможно, это Вселенная наказывает нас, заставляя чувствовать смерть всех тех, кого мы убили…».

«Не приравнивай меня к себе», — огрызнулась Мика, вскочив на ноги и устремив взгляд на Лиру. «У меня всегда были причины убить кого-то. Оправданные причины».

Едва слышно Лира прошептала: «С моей точки зрения, у меня тоже».

Мика насмешливо хмыкнула, но села обратно, глядя на маленькое пламя. «Нам нужен какой-то план атаки».

«Согласен. Даже если мы не можем умереть здесь, у меня нет желания испытать это снова». По Лире пробежала дрожь, когда она закончила говорить.





Глава 421 — Последние Руины




Глава 421 — Последние Руины От лица Артура Лейвина.

Шум и суматоха боя наполняли мои чувства, пока я внимательно наблюдал за каждым из своих спутников. Скулящие визги боли вырывались из орды разбегающихся монстров, а Бу выражал свою боевую ярость в реве, который сотрясал ману, составлявшую эту платформу. Мика и Лира по очереди кричали друг на друга, работая бок о бок, чтобы сдержать натиск.

Хотя сама Элли вела себя тихо, она произвела больше всех шума.

Три взрыва потрясли маленькую платформу, когда Элли отпрыгнула назад, подальше от когтей трёхрукого монстра. Её противник и ещё три уродливых проявления, которые лишь наполовину материализовались на платформе, исчезли во вспышке белого света. Когда свет померк, между ней и источником взрыва стоял Бу.

Все произошло так быстро, что мне пришлось воспроизвести это в уме, на этот раз более медленно и обдуманно. Уклоняясь вглубь платформы, подальше от края, она выронила три шара мягко светящейся маны. Перекатившись, она тут же послала импульс маны через связь, соединяющую её со сферами, заставив их вспыхнуть одну за другой. Содержащейся в них силы хватило, чтобы очистить этот угол платформы от врагов.

Почти в то же мгновение она послала в воздух пульсацию маны в сторону Бу. Я понял это как команду, побуждающую его к телепортации. Как верно заметила Мика, полагаться на эмоциональные всплески, чтобы вызвать телепортацию медведя-хранителя, было неэффективной стратегией боя, поэтому Элли практиковалась в управлении им в течение нескольких последних запусков. По команде, Бу исчез у неё за спиной и снова появился перед ней, защитив её от взрывной волны.

Это произошло меньше чем за секунду. Но Элли не делала паузы, чтобы перевести дух, потому что каждый убитый монстр мгновенно сменялся другим в бесконечном цикле колдовства и разрушения.

Огромный молот Мики изящно вращался, пробивая несколько врагов за раз. Я чувствовал гравитационную силу молота даже с другого края платформы: он притягивал монстров на своём пути, чтобы мгновением позже разнести их в щепки. С активным Сердцем Мира я мог видеть и чувствовать, как тщательно балансируется расход маны: Мика активно использовала вращение маны, одновременно обеспечивая эффективность каждого заклинания.

Хотя вращение маны сыграло важную роль в преодолении ограничений её ядра, ей было трудно практиковать или использовать его. Однако все эти бои оказались идеальной тренировочной площадкой. За то короткое время, что мы тренировались в этой зоне, её способность сохранять ману возросла в несколько раз.

Щиты ветра пустоты появлялись и исчезали во вспышках, подобно чёрным молниям, отгоняя любой ползучий Ужас, который подбирался к остальным достаточно близко, чтобы каменный шип, стрела маны или удар молота свалили его. Лира не была обучена какой-то определенной роли, как обычные солдаты, но она была прирождённым Щитом. Её способности проявились не сразу, но я видел их всё отчетливее, по мере того, как улучшалась её командная работа с другими. Но она не ограничивалась только защитными заклинаниями: косы из режущей маны воздушного атрибута и всплески звуковой силы вылетали из неё быстрой чередой. Казалось, она почти не целится, но каждый удар находил свою цель.

Реджис метался туда-сюда по платформе, вбивая монстров словно клин в землю, неспособных продержаться против него больше пары секунд, но, как и я, он сдерживал свою мощь. Он действовал как запасной вариант, не давая остальным перенапрягаться на передовой, пока я изучал их совершенствование.

Когда я наблюдал за тем, как теневой волк крадётся недалеко от размахивающей молотом Мики, он вдруг крутанулся, взмахнув хвостом, как кнутом. Пламя из его гривы понеслось вдоль позвоночника к хвосту, вспыхнув, как факел, и плеть эфирного огня рассекла двух монстров, прыгнувших на Бу, отбросив их в сторону. Бу, в свою очередь, набросился на них, отрывая конечности от тела.

‘А говорят, старую собаку новым трюкам не научишь’, — подумал он, почувствовав мой интерес. ‘До превращения в крылатого, дышащего Разрушением волка-дракона ещё далеко, но это полезно’.

«Видимо, мы на верном пути», — хмыкнула Мика, выпустив из своего молота волну каменных осколков, пронзивших нескольких монстров, прежде чем Лира добила их бесшумным звуковым взрывом, на мгновение очистив платформу от врагов. «Генерал улыбается».

Я покачал головой, понимая, что это правда. «Просто будьте внимательны…»

Пока я говорил, над нами появился Ужас со скелетными крыльями вместо рук, пикирующий на меня, как летучая мышь-переросток.

Я подождал, пока он не оказался почти на мне, затем мой кулак расплылся, и грудь монстра разорвалась, оставив зияющую дыру на всю длину. Длинные, сморщенные конечности трещали, как сухие палки, когда он кувыркался по платформе, а затем окончательно растворился в ничто.

Я поморщился, разминая руку, которая болезненно ныла от костяшек до плеча.

Заметив, что на платформе стало тихо, я поднял голову и увидел, что мои спутники смотрят на меня с растерянностью и шоком.

«Ты смогла уловить, что произошло?» — спросила Лира у Мики.

«Нет, и я даже не моргнула», — насмешливо ответила Мика, её глаза проследили от моей руки до моего лица. «Что за каменный ад*?»

# Прим. Пер. — Какое-то дварфское ругательство вроде нашего «Что за чертовщина?»

«Кое-что, над чем я работал. Просто идея», — ответил я, но к тому времени на платформу хлынула новая волна Ужасов.

Элли, чьи орлиные глаза были устремлены в пустоту, а не на меня, промчалась мимо, подбрасывая серию дискообразных предметов из маны, уворачиваясь от когтей новообразованных монстров. Когда один из них спикировал на неё сверху, Бу телепортировался рядом с ней, сбив тварь с пути и поймав её в воздухе. Его челюсти сомкнулись над безглазой мордой, и она растворилась в воздухе. Мгновение спустя Бу снова телепортировался, сместившись всего на несколько футов, и все диски с маной, которые положила Элли, взорвались один за другим. Куски нескольких монстров разлетелись во все стороны, прежде чем растаять.

Я наблюдал за их действиями ещё несколько минут, но становилось всё более ясно, что эта зона уже не представляет для них опасности. Мы достигли предела того, что она могла дать. «Думаю, достаточно», — сказал я вслух. «Пора двигаться дальше».

Пот стекал с носа Элли, когда она кивнула в знак согласия.

Мы, не теряя времени, перешли к хорошо отработанной процедуре перемещения с одной платформы на другую. Это заняло несколько минут, но напряжение от этого процесса спало. Мы с Элли работали слаженно, отточив процесс до скоростной перестрелки. Обучение владению привязанным клинком было похоже на попытку научиться писать каллиграфию свободной рукой, и я не был уверен, насколько это будет жизнеспособно за пределами этого места, но этот навык оказался необходимым для очистки зоны.

Я остался на платформе после того, как Элли и Бу прошли через дверь, не обращая внимания ни на что, кроме себя и бесконечного потока врагов. Их когти скрежетали по Реликтовой Броне, зубы щелкали, а шипастые хвосты иногда вонзались подобно копьям, но они не могли коснуться меня, так как я плавно перемещался между их атаками, нанося удары кулаками, ногами и клинками, всегда находясь в центре бури монстров.

Это было похоже на медитацию, почти спокойную после всего, что с нами здесь произошло.

Я отработал свою новую технику еще несколько раз, но каждый удар оставлял мои конечности на мгновение оглушенными и открывал меня для атак других монстров. Тем не менее, это была основа.

Поток нападающих не прекращался, но через минуту или две я был удовлетворен. Взрывным Шагом я оказался у двери, втянул себя в неё с помощью эфира, сосредоточился на самой последней платформе и начал переход.

Мои веки были словно налиты свинцом, когда они с трудом открылись. Я не сразу смог разглядеть окружающую обстановку; моё зрение было сонным и размытым. Я несколько раз моргнул, пытаясь прояснить его. Откуда-то неподалеку донёсся стон, и я перевернулся на бок.

Кончик моего носа коснулся чего-то мягкого, и моё зрение, которое только что начало фокусироваться, снова помутнело. Тёплое дыхание обдало мое лицо, и я слегка отпрянул назад, всё ещё пытаясь почувствовать своё тело.

Мика лежала рядом со мной, так близко, что наши носы соприкасались, когда я повернулся. На её лице была плохо скрываемая ухмылка, и она приподняла одну бровь. «Я всегда знала, что однажды ты попробуешь что-то подобное».





Глава 422 — Глазами Джинна




Глава 422 — Глазами Джинна

От лица Артура Лейвина.

Свет и цвет расплывались на чистом белом пространстве в зеленых, голубых и фиолетовых тонах, словно на холсте. Окружающее меня пространство переливалось, как акварель, превращаясь в витражную диораму, пока наконец не приобрело узнаваемые очертания. Я обнаружил, что сижу на мягкой подушке из материала темно-синего цвета. Передо мной стоял небольшой деревянный стол, искусно сделанный, чтобы подчеркнуть кружащуюся зернистость неземного дерева, из которого он был сделан.

Несколько десятков таких же кресел и столов были расположены аккуратными рядами под пагодой на открытом воздухе, вырезанной из мягкого белого камня и облицованной переливающимся голубым материалом, который я не узнал. Чистый ручей протекал по неглубокому желобу в центре пола, разделяя зону отдыха на две половины.

У края пагоды* ручей соединялся с более крупным водоемом, низвергаясь с края скалы. Постояв, я подошел к краю, чтобы посмотреть вниз. Брызги от водопада слегка заслоняли разросшийся город, раскинувшийся у основания скалы. Однако когда я попытался сфокусироваться на городе, туман словно сместился и закружился, не давая мне сосредоточиться на нем.

# Прим. Ред. — Пагода-это азиатская многоярусная башня с несколькими карнизами, распространенная в Непале, Китае, Японии, Корее, Вьетнаме и других частях Азии.

«Иллюзия», — прошептал я. Голос, который прозвучал, не был моим собственным.

Посмотрев вниз, я понял, что кожа моих рук была светло-розовой. Руны покрывали большую часть моей открытой кожи. Но, кроме того, я был маленьким — ребенком, возможно, восьми или девяти лет в человеческом понимании.

«Очень хорошо», — сказал кто-то позади меня.

Повернувшись, я понял, что это был всего лишь остаток Джинна. Его волосы были на пару дюймов короче, и их было больше, но в остальном он был таким же. Он стоял на помосте, возвышающимся над полом на десять сантиметров или около того, и из-под которого бурлил ручей.

«Пожалуйста, присаживайся». Он жестом указал на подушку, которую я занимал, когда началось испытание. Я молча выполнил его просьбу. Что-то изменилось в его позе и выражении лица, но это было трудно прочесть. «Сегодня ты здесь для того, чтобы проверить свои способности и знания, ученик, чтобы мы могли лучше судить о будущем твоего индивидуального обучения. Сначала объясни, что ты знаешь об отношениях между маной и эфиром, если можно».

Я неуверенно огляделся вокруг, а затем сосредоточился на Джинне. «Правда? Это и есть испытание?»

На его лице появилась тень хмурого выражения, но она мгновенно прошла, и он ободряюще улыбнулся мне. «Это может показаться элементарным, но это моя жизненная задача — добиться полного понимания знаний и талантов моих учеников, чтобы они могли реализовать свой потенциал в своей собственной жизни».

«Мне больше нравятся боевые испытания», — пробормотал я себе под нос. Громче я сказал: «Мана и эфир — это одновременно противоборствующие и взаимодействующие силы. Хотя они обладают уникальными определяющими свойствами, они постоянно давят и под этим давлением формируют друг друга. В метафоре, которой меня учили, использовались вода и бокал. В действительности, если мана подобна воде, то эфир был бы бурдюком, потому что они оба изменяемы при соответствующем усилии, оказываемом противоположностью, но я не думаю, что эта метафора также подходит».

Я сделал паузу, размышляя. «Нет, более подходящим сравнением было бы описать эфир как стрелу, а ману — как ветер».

«Твое Понимание рудиментарно. Тупое», — немедленно ответил Джинн, но в его ровном тоне не было неодобрения. «Ты рассматриваешь эфир и как инструмент, и как материал — вещь, которой можно орудовать и пользоваться. Твои мысли замутнены жестокостью твоего прошлого опыта. Это механическое объяснение того, как взаимодействуют силы-близнецы маны и эфира, верно на поверхностном уровне, но ты не понимаешь, что их разделяет».

Мои пальцы барабанили по поверхности стола, пока я пытался подавить приступ раздражения. «Тогда можешь ли ты исправить мои ошибки?»

Голова Джинна слегка повернулась в сторону. «Но ты не совершил никаких ошибок».

Моё колено начало подпрыгивать само по себе. «Но ты только что сказал…»

«Я высказал свои соображения. Истины, а не суждения», — сказал Джинн с видом ученого дипломата. «Моя цель — помочь тебе направить свои усилия в будущее. Твой путь изменчивый и неопределённый. Следующий вопрос: учитывая только силу и магию, имеющиеся в твоём распоряжении, как ты можешь участвовать в развитии нашей страны?»

Я уставился на Джинна. «Вашей страны? Но…»

Всё встало на свои места. Перемена в его поведении, отсутствие текущего контекста в его вопросах и ответах… этот разговор происходил так, словно я действительно был ребенком Джинна, жившим до геноцида его народа. Он обращался ко мне не как к Артуру Лейвину, а воспроизводил то, что, должно быть, часто повторялось с настоящими детьми очень давно. Чем бы ни был этот тест, он также был взглядом прямо в сердце Джиннов, как народа, перед их истреблением.

Я решил быть откровенным. «Вместо того чтобы создавать энциклопедию, я бы построил стены. Исходя из того, что я видел в Реликтовых Гробницах, я не понимаю, почему вы не перенесли все свои города в эфирное царство. Вы могли бы защитить себя».

Джинн кивнул. «Насилие, снова. Ты…» Джинн попятился, споткнувшись о ступеньку. Прижав одну руку к голове, он опустился на помост.

Я начал вставать, но замер. Было ли это частью испытания? Или я нарушил какой-то параметр или нарушил мысли остатка, не подыграв ему? «Ты в порядке?» — спросил я через мгновение, опускаясь на свое место.

Прекрасная сцена на вершине утеса таяла, цвета бежали и темнели, как воск. Мне пришлось закрыть глаза от головокружения, вызванного резким изменением ситуации. Когда через несколько секунд я снова открыл их, я всё ещё сидел, но всё вокруг изменилось.

Ряды темных деревянных скамеек стояли перед возвышающимся подиумом, за которым сидели три Джинна в капюшонах. Интерьер здания был ярко освещен высокими арочными окнами, расположенными на стенах слева и справа от меня. Через них я мог видеть скалы вдали, а на вершине тонкого водопада — пагоду с голубой крышей.

Высоко над стропилами летали птицеподобные существа, радостно щебеча, но свет и веселье окружающего мира не распространялись на многочисленных Джиннов.

Я несколько раз моргнул, пытаясь рассмотреть толпу Джиннов, но кроме смутного ощущения тревоги или, возможно, разочарования, я не мог сфокусироваться на их чертах. Кроме троих за трибуной, только остаток Джиннов, стоявший в конце зала, был ясен.

Один из председательствующих Джиннов прочистил горло, и на его шее начала светиться форма заклинания. Когда он заговорил, его голос магически усилился, заполняя беззвучную комнату, как будто они стояли прямо рядом со мной. «Это редкий и печальный случай, когда возникает необходимость созвать этот совет, юридический орган Жороа, города справедливости. Сегодня мы рассматриваем преступления обвиняемого: отказ от своего Жизненного Пути и развращение эфира для создания орудий насилия. По традиции, сначала мы позволим обвиняемому объяснить свои действия».

Судьи, понял я, вспомнив свой опыт в Высоком Зале. Это зал суда.

Все взгляды обратились ко мне. Ошеломленный внезапным переходом на новую сцену, я с трудом смог сформулировать ответ.

Стоявший рядом со мной Джинн в синем одеянии положил руку мне на плечо и ободряюще улыбнулся. «Просто говори правду. Помни, все здесь стремятся понять».

«Но, возможно, я не понимаю», — медленно произнёс я, пытаясь понять, что судья обвиняет меня в преступлениях, которых я даже не совершал. Однако этот суд явно имел какую-то цель, и моя реакция не только ожидалась, но и оценивалась по какой-то метрике, о которой я не знал. «Являются ли эти обвинения вообще преступлениями? Что держит меня прикованным к одному и тому же Жизненному… Пути… навсегда? Разве я не могу передумать?»

Трое судей кивнули под своими капюшонами, а затем центральная фигура заговорила снова. «Это единственный ответ подсудимого?»

«От дела всей жизни нельзя отказаться, можно только изменить его ход», — сказал я, пытаясь понять цель судебного процесса. «А что касается использования эфира в качестве “орудия вражды”, то я не оправдываюсь и не извиняюсь. Эфир сам по себе достаточно охотно принимает разрушительную форму. Зачем бы существовало что-то вроде эдикта Разрушения, если бы эфир не предназначался для использования в качестве такового?»

Центральный судья наклонился вперёд, углубив тени под своим капюшоном. «Разве роль цивилизации не заключается в том, чтобы использовать имеющиеся в нашем распоряжении природные элементы для подавления их разрушительности, равно как и нашей собственной? Огонь может сжигать, а вода топить, такова их природа, и все же мы называем неправильным использовать их для этой цели, не так ли?»

«Может быть, и нет, если человек, которого ты сжигаешь, — враг, намеревающийся сделать то же самое с тобой», — ответил я, тут же пожалев о своей легкомысленности. Я не хотел рисковать тем, что каким-то образом провалю испытание. «Я хочу сказать, что, конечно, должна быть возможность защищаться». Меня осенила идея, и я решил её реализовать. «В конце концов, я видел несколько ужасных и жестоких эфирных творений, охраняющих Реликтовые Гробницы. Гротескные монстры, смертоносные ловушки, ужасные орудия войны. И все это создано, чтобы охранять знания Джиннов. Почему сохранить знания важно, а жизни — нет?»

«Вы отвечаете вопросами на вопросы и тем самым просите предоставить вам защиту», — сказал судья. «Да будет так. Мы будем совещаться».

Внезапно зал суда закружился. Головокружительное ощущение длилось лишь долю секунды, а когда оно прекратилось, моя перспектива изменилась.

Я обнаружил, что сижу за трибуной, лицом к двум другим судьям. «А вы?» — спросил один из них, как будто мы только что разговаривали. «Каково ваше мнение об этом деле?».

Нуждаясь в моменте для размышлений, я постарался посмотреть через трибуну на подсудимого. Джинн в синем одеянии всё ещё был там, но незнакомец с фиолетовой кожей и телом, покрытым зазубренными заклинаниями, сидел рядом с ним и смотрел на нас, в его глазах горело пламя неповиновения. Иллюзия была настолько реальной, что трудно было вспомнить, что все это происходит не на самом деле. Жизнь этого человека не зависела от того, что я сейчас скажу, потому что он был мертв уже очень давно, если он вообще когда-либо жил.

«Закон — это не всегда справедливость», — ответил я. «Похоже, этот Джинн сделал только то, что считал правильным. И, возможно, когда-нибудь твои потомки оглянутся на этот момент и согласятся с ним».





Глава 423 — Неожиданный Гость




Глава 423 — Неожиданный Гость

От лица Артура Лейвина.

К тому времени, как я вышел из портала в комнату моей семьи в Вилдориале, остальные уже разошлись по комнатам. Бу был на кухне, поглощая что-то из чугунной кастрюли, а Элли была завернута в объятия нашей матери. Мика развалилась на диване, не обращая внимания на то, насколько она была грязной и перепачканной кровью. Лира стояла у маленького камина в дальнем конце гостиной, скрестив руки и глядя вдаль.

Мама отстранилась от Элли ровно настолько, чтобы взять лицо моей сестры в руки и внимательно осмотреть ее. «Ты вернулась в целости и сохранности…»

«Мама, ты позоришь меня перед Слугой и Копьём», — жаловалась Элли, тщетно пытаясь вырваться из маминой хватки. «Я в порядке, говорю же. То есть, конечно, я умирала раз десять, но…»

«Что?» — воскликнула мама, недоверчиво переведя взгляд с Элли на меня, а затем обратно.

«Она цела, как я и обещал», — сказал я, бросив на сестру предупреждающий взгляд. Когда это не заставило маму сразу же унять яростное беспокойство, я улыбнулся и обнял её. «Как долго нас не было? В Реликтовых Гробницах всегда кажется, что время идёт иным образом».

«Несколько дней», — ответила мама, бросив на Элли взгляд в сторону, который говорил о том, что она ещё не закончила разговор о “десятикратной смерти”. «Хотя здесь было много работы. Лорд Байрон приходил несколько раз, чтобы узнать, вернулся ли ты. Видимо, какой-то очень важный гость ждет тебя во дворце. А Гидеон, если честно, немного сводит меня с ума. Он совершенно отчаянно пытается изучить все достижения Элли».

Сестра рухнула в любимое мамино кресло и начала было ставить сапоги на подставку для ног, но замерла, когда мамины брови взлетели вверх. С досадой улыбнувшись, она сняла грязные сапоги с ног и аккуратно поставила их в сторону, затем откинулась назад и подтянула ноги. «Он просто обалдеет, когда увидит всё, что я научилась делать. Держу пари, он будет так удивлен, что у него снова выпадут брови».

Я покачал головой на выходки сестры, но всё ещё был сосредоточен на том, что мама сказала до этого. «Кто этот важный посетитель? Ты что-нибудь знаешь?»

Мама вздохнула и пожала плечами. «Нет, генерал ничего особенного мне не сказал, просто настоял, чтобы ты отправился во дворец сразу после возвращения». Её рот сжался в тонкую линию, выдавая её раздражение. «Я сказала ему, что хоть и являюсь твоей матерью, но я не собираюсь приказывать тебе. Я также напомнила ему, что ты, скорее всего, устал и нуждаешься в хорошей домашней еде после того, как проплутал неизвестно сколько времени в…»

«Мама», — сказал я, слегка рассмеявшись. «Все в порядке. Спасибо. Я немедленно пойду к нему». Я повернулся к своим спутникам. «Мика, ты вольна делать всё, что пожелаешь. Элли, тебе следует привести себя в порядок и немного отдохнуть. Не позволяй Гидеону давить на тебя, но разыщи его и Эмили, когда будешь готова проинформировать их о Восхождении».

«Так точно, капитан», — саркастически сказала она, салютуя мне двумя пальцами у виска.

«Генерал», — сонно пробормотала Мика.

«А я, регент Лейвин?» — спросила Лира, опустив руки и выпрямившись, в её позе чувствовался вызов. «Вы будете сопровождать меня обратно в тюремную камеру?»

Напряжение повисло в воздухе, как электрический заряд. Конечно, это было бы безопасно. Разрушить её ядро и отдать под суд за её преступления было бы совершенно оправданно. Ее навсегда запомнят, как алакрийку, которая из города в город провозила трупы короля и королевы Дикатена, восхваляя клан Вритры за их великодушие и добрую волю.

«Чтобы ты отдохнула? Нет, я не отпущу тебя так просто», — заявил я. «Я отправляю тебя за Стену, чтобы ты проведала свой народ и узнала, в чем он нуждается. Считай это наказанием и компенсацией за твои преступления против этого континента». Мике я сказал: «Организуй транспорт туда и обратно. Лира из Высококровного Драйде может свободно перемещаться между пустошами Эленуара и Вилдориалом». Мой взгляд вернулся к Лире. «Только там, понятно? Это не свобода».

Лира подняла подбородок, глядя на меня. «Я поняла, регент. Я признаю это наказание и принимаю возможность помочь как вашему народу, так и моему».

«Я хочу, чтобы ты представляла свой народ на этом континенте», — сказал я, несколько смягчившись. «Те солдаты в Пустошах должны знать, что о них не забыли. Но также и то, что не все прощено».

Мика сидела, наблюдая за этим разговором, и все больше хмурилась.

«Что-то не так?» — спросил я, обращаясь к своему товарищу Копью.

«Нет, просто размышляю. Все могло бы быть немного скучнее, если бы мы действительно убили эту тощую алакрийку, когда держали её в плену в Звериных Полянах».

Лира фыркнула и закатила глаза. «У этого континента много положительных сторон, но опыта мучителей и тюремщиков вам явно не хватает». Она задумчиво поджала губы. «Полагаю, это не так уж и плохо».

Они перешли к привычным препирательствам, направляясь к входной двери в комнаты моей матери. Перед тем, как она снова закрылась за ними, Лира встретила мой взгляд. Она отвесила небольшой поклон, а затем позволила двери закрыться.

Элли ухмыльнулась. «Великое Копьё Годспелл показывает врагу свою мягкую изнанку, кто бы мог подумать».

«Это наказание», — сказал я, глядя на сестру.

Мама положила голову мне на плечо. «Со всеми твоими многочисленными обязанностями у тебя, возможно, есть имидж, который ты должен поддерживать перед обществом, но здесь только мы. Не нужно создавать видимость перед своей семьей».

Элли разразилась хихиканьем, но я проигнорировал её, когда мама отстранилась от меня и направилась через кухонную арку. Ей пришлось обойти Бу, который занимал почти всю комнату.

«Ты хочешь что-нибудь поесть? Или ты сразу помчишься?».

Я подумывал проигнорировать просьбу Байрона хотя бы на час или два, чтобы побыть с ней, но тот факт, что он приходил сюда, в наш дом, несколько раз в мое отсутствие, заставлял меня чувствовать себя неловко.

«Мне пора идти», — сказал я. «Надеюсь, я скоро вернусь. Я бы не отказался от чего-нибудь горячего, если ты сможешь вернуть свою кухню».

«Если там останется хоть немного еды, когда я это сделаю», — сказала она, вставая на цыпочки, чтобы заглянуть Бу за спину. «Ну, давай. Мир может рухнуть, если он останется без тебя на час, но твоя семья выдержит».

Помахав рукой, я направился к двери. По дороге я осторожно выбил подставку для ног из-под ног сестры, заставив её наполовину вывалиться из кресла.

«Эй!» — проворчала она, бросив в меня искру маны, которая с шипением ушла в эфир, окутавший мою кожу.

Я рассмеялся и открыл дверь.

«Арт?»

Я оглянулся. У Элли было серьезное выражение, несмотря на легкий румянец на лице.

«Спасибо тебе за то, что… позволил мне пойти с тобой, защищал меня и всё такое. Это было… здорово».

«Я тоже тебя люблю, Эл», — ответил я, подмигнув ей, и ушел.

Прогулка до Института Эртборнов прошла без происшествий. ‘Ты вёл себя тихо’, — сказал я Реджису, пока шёл. Обычно он любил выбираться из меня при первой же возможности, но с момента выхода с Последних Руин он оставался в форме полусферы возле моего ядра.

‘Я просто задумался’, — заметил он, его тон был более серьезным, чем обычно. ‘Этот мир — полный пиздец’.

Я усмехнулся. «Это действительно так, не правда ли». Воспоминания о суде над Джиннами пронеслись у меня перед глазами, задержавшись на охваченном пламенем городе.

«Просто такие моменты, как этот, с твоей семьей, с Каэрой в Алакрии… всё это то немногое что делает его лучше».

Всё, что я мог сделать, это согласиться, и мы продолжили путь в молчании.

У ворот института Эртборнов я оглядел толпы людей на улице. Моё присутствие всегда привлекало внимание, но в данный момент у меня не было желания быть объектом их пристальных взглядов. Вместо этого я направил эфир в Шаг Бога.

Появилась паутина из соединяющихся фиолетовых линий, накрывшая город передо мной, каждая линия соединяла две точки, создавая сеть, которая, казалось, соединяла каждую точку с каждой другой.

Сейчас, глядя на них, я понимаю, что произошёл тонкий сдвиг в моём понимании, скорее осознание потенциала, чем видимые изменения в самих эфирных путях. Когда я научился переставать просто “видеть” пути, а стал слышать и чувствовать их под руководством Три Шага, это казалось более значительным улучшением моего понимания. Теперь же я чувствовал, что мне необходимо сделать нечто большее, чем просто видеть и слышать их. Я хотел постичь их.





Глава 424 — Изменение Повествования




Глава 424 — Изменение Повествования

От лица Сесилии.

«И вот мы снова здесь», — сказала я, посмотрев налево.

Нико летел рядом со мной, мы зависли за пределами защитного барьера, окружающего западную половину Сехз-Клара. Позади нас двадцать тысяч верных алакрийских солдат заполняли улицы Розаэра, города, разделённого между двумя половинами Доминиона. Полупрозрачный щит аккуратно разделял их.

Уже почти рассвело. Прохладный ветерок, дующий с моря Пасти Вритры, трепал серебристо-серые волосы, которые я так и не успела покрасить.

Сам щит теперь казался мне совсем другим. Если раньше он был непонятным монолитом, то теперь я могла видеть его отчётливо. Следы маны Василиска были очевидны, как кровавое пятно, а в его основе лежала легко различимая структура.

По другую сторону щита я почувствовала лишь слабых повстанцев. Отряды предательских мятежников окопались в оборонительных позициях по всему городу, но мы превосходили их количеством в пять раз.

«Серис знала, что я приду», — сказала я Нико. «Она оттянула свои силы назад».

Нико молчал. Мы почти не разговаривали с тех пор, как он выбежал из моей спальни после нашего разговора. Я намеренно избегала мыслей о той лжи, которую мы теперь разделяли, и о правде, которую я скрывала от него. Но я не была готова рисковать и разглашать то, что узнала. Ещё нет…

Внезапно повернувшись, я взлетела повыше, чтобы все мои силы могли меня видеть. Когда я заговорила, мой голос исходил отовсюду сразу, каждая молекула атмосферной маны была как громкоговоритель. «Воины! Сегодня вы сражаетесь за свой континент. Это не наступательная война, а возвращение того, что принадлежит нам по праву. Эти предатели пытались расколоть саму Алакрию, сея ложь и раздор. Но, смотрите!»

Я махнула рукой в сторону противоположной половины города. Мана вспыхнула, отделившись от гигантского щита, и понеслась к отрядам повстанцев, заставляя эти несколько тысяч мужчин и женщин светиться, подчеркивая малочисленность их сил. «Даже они знают, что битва уже проиграна; большая часть их сил уже бежала!»

До меня донесся далекий, но громоподобный рев, двадцать тысяч голосов поднялись в оглушительном боевом кличе.

Взмахнув рукой, я повернулась и прижала её к барьеру.

Сила Владыки пронизывала сотни километров своим щитом, отделяясь от остального мира. Моё сознание прослеживало её линии, вплоть до Эдельгарда, по сети мана-проводящего материала к сердцу машины Серис, к самому Орлайту Вритре. Я чувствовала его — аккумулятор, на котором всё это работало, — но больше ничего; я не чувствовала того, что они с ним сделали.

На этот раз, когда я направила свои чувства на ману, она отреагировала. Подобно цветам, обращающимся к солнечному свету, отдельные частицы маны, составляющие барьер, потянулись ко мне, и вся структура задрожала.

Сжав пальцы, я вонзила их в щит. Когда я отдернула руку, из неё вырвалась горстка нематериальной энергии, сверкающая в предрассветном сумраке, как светлячки. Я раскрыла ладонь и позволила мане просочиться сквозь пальцы, где она растворилась в своей основной форме.

Отверстие в щите расширилось, его края вспыхнули мерцающим белым светом. Свет полз по блестящей поверхности, а дыра расширялась, набирая скорость с каждой секундой.

Хотя мои солдаты не могли видеть моего лица, я придала своим чертам выражение спокойной решимости. Я была лидером во главе армии, а не ребёнком, как думала Серис. Где бы она ни пряталась, я надеялась, что она это видит. То, над созданием чего она трудилась годами, я разрушила в одно мгновение.

Прореха в щите увеличилась до ширины в несколько сотен футов, открывая путь моим солдатам, но я не сразу призвала их к атаке. Мой взгляд следовал за удаляющимся краем, пока, внезапно щит не лопнул, как пузырь. В одно мгновение он был там, а в следующее…

«Верховный Владыка провозгласил, что любой маг, унад* или раб, повернувшийся спиной к этому континенту, не имеет права жить здесь. Не давать пощады». Я сделала медленный, глубокий вдох. «В атаку!»

# Прим. Пер. — Унад — алакрийский термин, появившийся глав 100 назад, обозначает алакрийцев без рун.

Пружинящий свист выстрелов катапульт последовал за моим приказом, как восклицание: напитанные маной снаряды пронеслись по воздуху мимо того места, где был щит, и врезались в здания в западной половине города. Конденсированные камни разрывались на части, посылая смертоносную шрапнель на десятки футов. Бочки с горючей жидкостью разбивались вдребезги и забрызгивали окрестности, которые мгновенно воспламенялись, поджигая город. Скопления кристаллов маны разлетались широкими дугами, взрываясь от силы удара и обрушивая целые сооружения.

Ударная волна шума и маны пронеслась мимо меня.

Повсюду возникли вражеские щиты, и раздался шквал ответного огня и контрзаклинаний. Из земли вырвалась голубая молния, направленная в меня. Когда я потянулась к мане, она застыла, и в воздухе повисла неровная, танцующая линия электричества. По всей длине молнии пробежала волна, начиная с конца, висевшего в пятидесяти футах подо мной, и устремилась вниз, к земле.

Десятки более мелких молний взорвались от точки удара, и я почувствовала, как несколько сигнатур маны потемнели.

В моих внутренностях что-то неприятно кольнуло. ‘Лучше быстрая смерть в бою, чем недели пыток и голода в глубинах Тэгрин Келума’, — подумала я.

«Нам нет смысла задерживаться здесь», — сказал Нико, привлекая меня обратно к битве. «Другие Косы и без нашей помощи быстро наведут здесь порядок».

Мелзри вела силы с запада, чтобы захватить базу Серис в Сандаэрине, а Драгот и солдаты из Вечора патрулировали море Пасти Вритры, чтобы предотвратить массовое отступление.

Посмотрев вниз, на центр строя моих солдат на земле, я сказала: «Эшерон, ты командуешь. Приказывай».

Мой голос донесся по ветру прямо до ушей Слуга Драгота.

«Да, Наследие», — прозвучал его ответ, неясный и далекий.

Я посмотрела на Нико и кивнула. «Тогда не будем терять времени».

Поднявшись выше, мы полетели на север. Когда мы поднялись над скалами Розаэра, несколько десятков заклинаний — вихри и струи зеленой, синей, красной и чёрной магии — вылетели из ряда крытых бункеров.

Раздражённо ворча, я ухватилась за нити каждого заклинания и потянула их, сбивая заклинания с курса и заставляя их скапливаться в воздухе перед нами.

Посох Нико вспыхнул красным светом, и он ударил им по воздуху перед собой. Раздражающие сетчатку глаз шары синего огня бомбардировали бункеры, разбивая их щиты и обрушивая усиленные конструкции на магов внутри.

Сконцентрировав все собранные заклинания в бурю многоэлементных пуль, я послала их обратно в дымящиеся остатки бункеров, уничтожая немногие оставшиеся сигнатуры маны, которые я смогла обнаружить.

Нико на мгновение замер на месте, наблюдая за дальнейшей активностью, но я могла сказать, что под ним всё чисто. «Пойдем. Эти солдаты не важны. Наша настоящая цель ждет нас в Эдельгарде, если только она уже не сбежала».

«Это символическая защита», — задумчиво сказал Нико, как будто не слышал моих слов. «Даже если не принимать во внимание присутствие Кос или Слуг, или тебя — такое мизерное укрепление не продержалось бы и дня против нашего превосходства в численности. Так где же её армия?»

«Скоро узнаем, полагаю», — ответила я, ускоряясь. Я почувствовала, что он следует за мной, заклинание ветра, которое он использовал для воспроизведения полета, подталкивало его вслед за мной.

Местность к северу от Розаэра была усеяна небольшими поселениями и частными владениями, но никаких укрепленных мест больше не было. Мы летели на максимальной скорости, на северо-запад, и по мере приближения к Сандаэрину я почувствовала битву задолго до того, как смогла её увидеть. Мы с Нико держались немного восточнее города, не намереваясь ввязываться в сражение, где Мелзри и Мавар держали всё под контролем.

Хотя мы с Нико могли бы прорвать щит возле Эдельгарда, как я пыталась ранее, избежав полета на сотни километров, основная часть нашей армии должна была атаковать по земле из Розаэра, и я хотела, чтобы они видели, как я прорву щит. Кроме того, это была возможность прочесать всю территорию Доминиона, сделав моё присутствие известным тамошним жителям, как горожанам, так и мятежным магам.

И всё же к тому времени, как мы добрались до Эдельгарда, где находился штаб Серис и источник энергии щита, мне не терпелось покончить со всем этим.

Серис была коварной и очень живучей, и я сомневалась, что застану её стоящей на балконе своего поместья в ожидании меня. В конце концов, ей удалось перехитрить и захватить одного из Владык.





Глава 425 — Компенсация




Глава 425 — Компенсация

От лица Артура Лейвина.

По мере продвижения подземелье становилось всё темнее и всё больше напоминало лабиринт. Трупы мана-зверей усеивали коридоры, а остатки их разбитых тел свидетельствовали о невероятной силе Титана. Трупов становилось всё больше, по мере того, как мы углублялись в туннели, и подземелье превратилось в сплошные разрушенные стены, полные сырых, вырытых в них гнёзд.

Пока Авьер вёл нас, я пытался завязать разговор с Эваскиром, но он лишь предложил мне приберечь свои вопросы для того, кто лучше знает, как на них ответить.

Наш путь пролегал через второй уровень подземелья. Мы прошли через помещение шириной не менее тридцати метров и высотой в полтора раза меньше, с десятками царапин, оставленных когтями в стенах. В центре пещеры возвышалась груда трупов мана-зверей, среди которых один был в несколько раз больше остальных. Он был похож по форме, но со странными выступающими гребнями под брюхом — некоторые из них были отломаны — и с тлеющим огнём на трёх рогах, которые светились, как угли в костре.

«Император Бедствий», — сказал Авьер, заметив направление моего взгляда. «Мана-зверь, достойный охоты даже для Асуры».

Эваскир хмыкнул, но, судя по голосу, был доволен собой, когда сказал: «Я убивал Императора этого подземелья больше раз, чем хотелось бы, но каждое наше столкновение всегда было битвой, о которой стоит рассказывать».

От этой комнаты до места назначения было совсем немного: вторые большие двери, на чёрном дереве которых было выгравировано изображение огромной птицы с широко раскинутыми крыльями. Гравировка была сделана из какого-то металла, который при малейшем попадании света мерцал тусклым оранжевым блеском. Из трещины в потолке вниз сползали лианы, обрамляя дверь оранжевыми листьями цвета осеннего пламени.

Эваскир пошёл вперёд. Из его кулака сформировался высокий посох из красноватого камня, которым он стукнул о землю. Двери распахнулись, открыв шестиметровую квадратную пещеру и ещё один более простой набор закрытых дверей. Его звероподобный спутник занял позицию в нише с одной стороны пещеры, пока Эваскир открывал внутренние двери.

«Они будут ждать в коридоре», — сказал он Авьеру, который благодарно кивнул и прошёл внутрь.

Я сделал то же самое, любопытствуя, кто эти “они” и где находится это место, но воздержался от вопросов. Эваскир не смотрел, как мы уходим, а закрыл за нами дверь и вернулся к своим обязанностям.

«Это что-то вроде… твердыни Асур?» — тихо спросил я.

Авьер взволнованно взмахнул рукой, затем сделал паузу и повернулся, чтобы посмотреть на меня. «Эти двери не открывались ни людям, ни эльфам, ни гномам с тех пор, как они были вырезаны из первого дерева, выросшего в Звериных Полянах. Хотя ты и приглашен, ещё предстоит увидеть, будет ли твое присутствие желанным. Королевская грация подойдет тебе здесь гораздо больше, чем телосложение дракона».

Не дожидаясь ответа, он продолжил путь по коридору.

Вместо тёмного, грубого камня подземелья этот внутренний проход был отделан тёплым серым мрамором, усыпанным серебряными фонарями, из которых вырывались маленькие оранжевые огоньки. Ещё больше виноградных лоз росло вдоль стен и поперёк изогнутого потолка, создавая умиротворённую атмосферу и сладкий осенний аромат, который позволял легко забыть, что мы находимся глубоко под землёй.

Короткий коридор выходил на балкон, отходящий от стены огромной комнаты. Я смотрел на сад, превосходящий по размерам любой королевский дворец, — буйство красок, раскидистые деревья с серебристой корой, покрытые ярко-оранжевыми листьями. Под крышей сада парили несколько шаров, излучавших приятный свет, ощущался на моей коже как мягкое летнее солнце.

«Я думал, дварфы хорошо постарались, чтобы сделать свои пещеры уютными, но это…» — Реджис издал приглушенный свист, — «это больше похоже на Эфеот, чем на Дикатен».

Голова Авьера покачивалась на конце его длинной, драконоподобной шеи. «Действительно. В некотором смысле так оно и есть. Деревья, растения, люди, которых вы здесь видите, — всё это остатки Эфеота».

Несколько человек отдыхали или прогуливались по саду, болтали или просто сидели, повернувшись лицом к световым артефактам. Одинаковые оттенки рыжих или дымчато-черных и седых волос и яркие оранжевые глаза выдавали в них представителей расы Фениксов.

По мере того, как всё больше Фениксов замечали наше присутствие, эти глаза начали поворачиваться к нам. Некоторые лишь с любопытством наблюдали за нами, но другие оставили свое занятие и быстро покинули сад.

‘Не думал, что увижу здесь птиц менее дружелюбных, чем наша сова-гид’, — мысленно сказал Реджис.

Я улыбнулся.

«Садись на мою спину», — тихо сказал Авьер, словно услышав мысли моего спутника. «Мы полетим отсюда».

Мои брови поднялись при мысли о полёте через подземелье, но я сделал то, что он предложил, после того, как Реджис спрятался внутри меня.

Авьер легко сошёл с края балкона, и мы полетели над садом. Оставшиеся там Асуры наблюдали за нами с опасливым любопытством.

Мы пролетели между двумя деревьями, а затем спустились в зияющий вход в туннель. Этот туннель был гораздо более простым, чем те, что я видел раньше: просто голый мрамор, покрытый пепельно-чёрными полосами, похожими на следы ожогов. Туннель раздвоился, и Авьер повернул направо, а затем налево, где наш туннель соединился с другим.

Проход внезапно закончился, открыв доступ в другую, чрезвычайно большую пещеру. По моему первому впечатлению открывшееся пространство было похоже на театр, с несколькими уровнями балконов, выходящих на центральную платформу, но я не мог сходу увидеть ни одного способа подняться к ним.

Как и в других помещениях, которые я видел, каменная кладка была преимущественно из серого мрамора, но колонны из черного дерева поддерживали балконы, вокруг которых росли лианы, окаймленные разноцветными осенними листьями.

На центральной платформе стоял большой круглый стол, вокруг которого сидели четыре человека, двоих из которых я хорошо знал, а об одном уже мог догадаться, а вот четвертый был и чужим, и несколько неуместным.

Авьер сделал один круг над пространством, затем мягко приземлился. Когда я сполз на землю, он снова превратился в сову и перелетел на соседний балкон, сел на перила и стал наблюдать за нами своими огромными глазами.

Четыре фигуры встали со своих мест вокруг стола, наблюдая за нашим приближением. Алдир был ближе всех ко мне. Он отказался от своей строгой военной формы в пользу непринужденной туники и легких тренировочных штанов, его длинные белые волосы падали через одно плечо, но в остальном он казался неизменным. Яркий фиолетовый глаз во лбу смотрел на меня без эмоций, в то время как его человеческие глаза оставались закрытыми.

Слева от него стоял Врен Каин, затянутый в испачканный сажей белый плащ и выглядевший явно неуместным в большом зале. Как и Алдир, он выглядел так же, как и тогда, когда я тренировался с ним в Эфеоте: грязный, усталый и почти нарочито неопрятный. Единственное, что выделялось, — это одно ярко-оранжевое перо в его волосах и то, как его наблюдательный взгляд, казалось, проникал мне в грудь до самой глубины души.

Но первым заговорил не Алдир и не Врен.

Высокий мужчина с атлетически изящным телосложением шагнул мимо Алдира. Он был одет в золотой халат, расшитый стилизованными перьями и пламенем, поверх шелковой туники кремового цвета и темных штанов. Его руки были засунуты в мантию, скрепленную на талии темным поясом. По бокам его лица светились отметины, похожие на стебли перьев, и оно было таким же вечно молодым, как и у Кэзесса, но если лорд Индрат мог казаться только бесстрастным и самодовольным, то лицо этого человека с резкими чертами передавало несомненное чувство мудрости и любопытства.

Он улыбался, но в этом простом выражении было что-то сложное. Возможно, дело было в том, что его глаза пылали, как два зажженных солнца.

«Артур Лейвин, сын Элис и Рейнольдса Лейвинов, связь Сильви Индрат, реинкарнированная душа Короля с Земли, Грея». Мужчина снял одну руку с пояса и провёл пальцами по неухоженной гриве оранжевых волос. «Я Мордейн, Феникс из клана Асклепия. Добро пожаловать в Харт*».

# Прим. Пер. — В оригинале “Hearth” — “Очаг”, но так как большинство названий-топонимов мы переводим транслитом, то и это тоже.

Я провёл языком по зубам, обдумывая свои слова. «Спасибо за добрый приём. Я понимаю, что разрешение прийти сюда должно было быть тщательно взвешенным решением, но я должен спросить… я здесь по просьбе Алдира или по твоей?»

«Признаться, мне потребовалось время, чтобы убедить Алдира и Врена пригласить тебя сюда», — без колебаний ответил Мордейн. «По правде говоря, я очень долго отворачивался от вашего мира. За исключением…» — он сделал паузу, и какая-то эмоция, которую я не смог определить, промелькнула в его чертах, но также быстро угасла. «Я был очень удивлен, когда они пошли мне на встречу и показали мне тебя. Но я не сразу убедился, что встреча с тобой лицом к лицу стоит риска».

Хотя, по правилам вежливости, следовало бы обменяться несколькими раундами любезностей, чтобы приблизиться к истинной цели разговора, я не думал, что у Мордейна или у меня хватит терпения или интереса к таким играм. «Планируешь ли ты помочь мне против клана Вритра? Или даже против Эфеота, если до этого дойдет?»

«Прямо в точку, и это правильный вопрос». Мордейн сделал шаг назад, жестом указав на стол. «Пожалуйста, присоединяйся к нам. Нам есть что обсудить».

Когда Мордейн вернулся на своё место, я встретил взгляд Алдира. Он отвёл его в сторону, опустившись в своё кресло.

Обойдя его, я занял место рядом с Вреном, который прикусил губу, устремив на меня пристальный взгляд, бросил косой взгляд на Мордейна, а затем наклонился ко мне в едва скрываемом предвкушении. «Итак? Где оружие? Я чувствую энергию акклорита в тебе, но…»

Подтолкнув Реджиса, я вытолкнул его из своего тела. Фиолетовый огонь окутал края моей тени, когда Реджис проявился, его челюсть на мгновение отвисла от удивления.

«Сознательное проявление…» — пробормотал Врен, наклоняясь вперёд, чтобы получше рассмотреть его. «И такая уникальная форма. Разумеется, мне нужно будет все услышать о твоём состоянии, когда оружие проявилось, и о состоянии, предшествующем проявлению. Личностные характеристики представляют первостепенный интерес при оценке сознательного оружия, но приобретенные способности тоже важны, конечно…»

Врен запнулся, его глаза быстро забегали, и я представил, как он мысленно систематизирует все свои мысли.

«Поздоровайся со своим создателем, Реджис», — сказал я, подавляя усмешку.

Реджис моргнул, осматривая Врена. Пламя в его гриве было неподвижным. «Папа?»

Брови Врена нахмурились, и он посмотрел на меня. «Это оружие только что…?»

«Значит, это ты меня создал, да? Нам действительно нужно поговорить», — продолжил Реджис, его тон изменился. «Я бы хотел подать жалобу. Быть живым — это здорово, и я даже не против быть оружием — я действительно крут, но неужели я должен был родиться в этой “Лавовой Барби”? Ты хоть представляешь, через что этот парень заставил меня пройти?»

Врен выглядел совершенно ошарашенным, он смотрел в пустоту между Реджисом и мной.

Мордейн прочистил горло. «Похоже, вам двоим есть что обсудить. С разрешения Артура, возможно, вы могли бы продолжить этот разговор в другом месте, по крайней мере, в данный момент?»





Глава 426 — Надежда




Глава 426 — Надежда

От лица Артура Лейвина.

Алдир неуверенно смотрел на переливающийся камень в моей ладони, а Мордейн потрясенно вздохнул. Авьер, шаркая по верхней части рамы портала, наклонился и с любопытством заглянул в неё. Внимание Реджиса было приковано к остальным, он чувствовал, что у них есть какое-то понимание о яйце, которого нам не хватает.

Позади остальных Врен Каин что-то прошептал себе под нос. Он откинулся на спинку своего трона из парящего камня, рассеянно создавая несколько каменных сфер над своей скрюченной рукой.

«Это древняя магия», — сказал Мордейн, не в силах оторвать взгляд от камня. «Ты хоть представляешь, чем является то, что ты держишь?»

«Я знаю, что Сильви находится внутри этого камня, и я медленно прохожу сквозь… печати, я полагаю. Я надеюсь, что когда я закончу, она вернется ко мне…»

Мордейн осторожно протянул руку к яйцу Сильви. Когда мои пальцы инстинктивно сомкнулись вокруг него, он моргнул, словно очнувшись от сна, и опустил руку. «Существует легенда — на самом деле миф, — которую рассказывают детям на ночь, и в которой описывается подобное явление. Истинное самопожертвование вознаграждается храбрым и искренним. Что, хотя тело может погибнуть, наш разум и душа облекутся в физическую форму и возродятся».

Врен Каин рассмеялся, подлетая ближе на своем летающем троне, чтобы лучше разглядеть яйцо. «Как так получается, что существа, обладающие способностями к изменению мира, всё ещё становятся жертвами басен о невозможной магии? Просто умопомрачительно, что ты считаешь уместным вспоминать сказку на ночь в такой ситуации. Он просит о помощи, а не о том, чтобы его уложили спать».

«Сказка на ночь или нет, Сильви внутри», — заявил я, гуляя взглядом между двумя Асурами. «Реджис может вселиться в яйцо, и я чувствую, что это она. И оно просто… появилось, после того как она…» Я прервался, не желая вновь переживать момент её жертвоприношения. «Каким-то образом я перенёсся из Дикатена в Реликтовые Гробницы, и это яйцо оказалось со мной».

Каменные сферы, которыми управлял Врен, упали неподвижно, а лицо Асуры-изобретателя сморщилось в раздумье.

Мордейн тяжело вздохнул. «Некоторые представители расы Фениксов научились управлять своей реинкарнацией, направляя душу в новую форму, но эти старые предания описывают это как нечто иное. Воссоздание тела, разума и духа, как это было раньше…» Взгляд Мордейна проследил от яйца на моей ладони вверх по руке к туловищу. «Драконьи аспекты твоего тела… она уничтожила себя, отдав их тебе, не так ли?»

Я мог только кивнуть, не в силах говорить из-за внезапного комка в горле.

«А лорд Индрат знает об этом?» — невинно спросил Мордейн, но в его горящих глазах была напряженность, которая подсказывала какой-то более глубокий смысл его вопроса.

«Знает», — признался я, — «но он не сообщил мне никаких подробностей. Я… не решился выдать своё невежество, задавая слишком много вопросов».

Мордейн одарил меня язвительной улыбкой. «Кэзесс, вероятно, делал то же самое. Тем не менее, если он знает, что его внучка возродится…» Он прервался, покачав головой. «Я должен буду подумать об этом. Но не позволяй размышлениям старика удержать тебя от твоей цели. Тебе нужна помощь Алдира в чем-то? В чём именно?»

Вместо того чтобы ответить сразу, я шагнул к нему и активировал Реквием Ароа.

Яркие частицы эфира заплясали по моей руке, а затем стремительно подскочили к раме портала, заставив Авьера вспорхнуть и подлететь к плечу Мордейна. Мордейн сделал шаг назад, с настороженным интересом наблюдая, как эфир проникает во все трещины и щели. Рама портала начала быстро восстанавливаться, словно время поворачивалось вспять на наших глазах. Через несколько мгновений последние трещины исчезли, а все отвалившиеся куски камня притянулись на место.

Внутри рамы зажужжал тусклый фиолетовый портал.

Единственный аметистовый глаз Алдира задержался на яйце, словно он мог заглянуть в его ядро и увидеть покоящуюся там душу Асуры. «Я сделаю то, что нужно».

Как можно короче я объяснил им, что такое портал и связь Реликтовых Гробниц с “эфирным пространством”, в котором они существовали. Избавив их от подробностей нашего боя, я рассказал им, как я протолкнул Таки в это место, случайно обнаружив его. Однако, я был осторожен, чтобы не дать им понять, что они могут использовать эту технику, чтобы прорваться через Реликтовые Гробницы, независимо от того, можно это сделать или нет. Джинны не просто так решили не пускать в Реликтовые Гробницы даже своих союзников — фениксов. Я бы не хотел быть тем, кто выбил для них дверь.

«По мне, так это совершенно глупо и опасно», — сказал Врен Каин, застав меня врасплох. «В прошлый раз ты сделал всё, что должен был, но, похоже, тебе с трудом удалось сбежать».

«Это было потому, что я сражался с Асурой, который был нацелен на то, чтобы остановить мой побег», — ответил я.

«И всё равно». Его взгляд мешковатых глаз обратился к Мордейну. «За все годы, что ты укрывал Джиннов, никто никогда не рассказывал тебе об этом?»

Мордейн подошел к порталу и протянул к нему руку. В ответ на это портал создал отталкивающую силу, как магнит, притягивающийся к другому магниту той же полярности. «Нет, феномен, описанный Артуром, никогда не был объяснен и, насколько мне известно, не использовался ни одним из Джиннов, переселившимся в Харт».

Авьер вскочил на вершину портальной арки. «Возможно, они никому не рассказывали, потому что это могло быть опасно. Для путешественников, Реликтовых Гробниц, даже для этого мира».

«Спасибо! Наконец-то хоть кто-то здесь говорит разумно», — с насмешкой сказал Врен. «Это звучит так, словно ты что-то ломаешь. И хотя я не могучий дракон и не член клана Индрат, могу сказать, что, когда дело касается маны или эфира, разрушение установленного порядка обычно ничем хорошим не сопровождается».

«Не менее вероятно, что они знали, что это знание слишком важно для лорда Индрата, чтобы доверить его даже нам», — задумчиво возразил Мордейн. «Жизнь Асур очень длинна, и у последнего выжившего Джинна были все основания ожидать худшего в будущем».

«Вы все предполагаете, что они вообще знали об этом», — сказал Реджис, лежа во мху. «Неважно, насколько умными были эти ребята, Джинны были идеалистами до глупости. Они определенно не понимали всего, что создавали. Мы видели это своими глазами».

Я вспомнил, что сказал последний остаток Джиннов. «В конце их мнения разделились. Реликтовые Гробницы — это… жуткое место. Оно не соответствует тому, как Джинны пытались жить, и тому, как они решили умереть. Я думаю, у них определенно был довольно мрачный взгляд на будущее нашего мира, судя по тому, что я видел. Достаточно, чтобы отравить доверие даже к своим единственным союзникам».

«Возможно, это и к лучшему, что мы никогда не увидим их творения», — сказал Мордейн, отходя от портала. Его лицо на мгновение омрачилось, но быстро просветлело. «Я знаю, что тебе не терпится продолжить, поэтому не буду больше на тебя давить, разве что спрошу, как долго нам следует ожидать вашего с Алдиром отсутствия?»

Реджис присоединился ко мне перед порталом, а затем шагнул в меня и укрылся возле моего ядра. Мы не обсуждали, должен ли он прийти или нет, но было приятно, что он со мной.

Алдир сразу же последовал за ним, встав рядом со мной. Он был не выразителен, ни напряжен, ни спокоен. Несмотря на мой прежний гнев на него, я не мог не оценить его бесстрашие в этой ситуации.

«Честно говоря, я не знаю», — ответил я.





Глава 427 — Мечта, Которой Предстоит Сбыться




Глава 427 — Мечта, Которой Предстоит Сбыться

От лица Сильви Индрат.

«Артур, у тебя ничего не выйдет».

Мой голос казался далёким для моих собственных ушей, пока я проникала в мысли Артура. Он пытался оттолкнуть меня, пытался уберечь от худшего, но он был слишком слаб.

Я не уклонялась от отчаяния и безысходности, которые нашла там. Я хотела, но не могла, потому что он не мог. Он думал, что знает, чем это должно закончиться, верил всем своим глупым, храбрым сердцем, что есть только один путь вперёд.

«Портал не… он не будет долго сохранять свою стабильность, Сильв. П-пожалуйста, я не могу допустить, чтобы ты тоже погибла». Вместо того, чтобы продолжать скрывать свои чувства, Артур вдруг изменил направление, заливая меня своим отчаянием, печалью и безысходностью. И надеждой. Так похоже на него — давать мне надежду, даже когда у него самого её не было.

Небольшие врата, созданные Артуром, дрожали и искажались, но я сдерживалась, не позволяя перенести себя через них, когда Артур пытался заставить меня войти в тот же портал, через который прошли Тессия и остальные.

Не волнуйся, папа. Я всегда буду заботиться о тебе. Потянувшись к своей истинной драконьей форме, я приняла её, одновременно высвобождая и сдерживая себя. Моя слабая человеческая оболочка излучала фиолетовый свет, когда я увеличивалась в размерах, светлая кожа превращалась в тёмную чешую, пока я не возвысилась над своей связью.

«Сильв? Что ты…»

«Постарайся сохранить себе жизнь, пока меня нет, хорошо?» — сказала я, широко улыбаясь, чтобы смягчить его боль. ‘Почему я сформулировала это так?’ — задалась я вопросом, отстраненно, в глубине своего сознания. Этих слов уже не вернуть. Тем не менее, это казалось… правильным. Лучше, чем прощание. Внезапно я почувствовала себя сильнее, решительнее. Нет, это не прощание. Просто… мы увидимся позже.

Я надеюсь.

«Сильв, нет! Не делай этого!» — Артур протянул руки, вдавил их в меня, толкая, но процесс уже начался. Его руки прошли сквозь меня.

Это… не было магией, которой меня учили. Как будто кто-то в Эфеоте мог настолько заботиться о Лессерах, чтобы совершить то, что я собиралась сделать. Нет, это было нечто, присущее только нашей связи. Оно открылось во мне в тот самый момент, когда я поняла, что Артур вот-вот умрёт, словно это знание стало поворотом ключа.

Всё, что составляло меня, было неразрывно, нераздельно связано с ним. Мы были одним целым. Мое тело, моя магия, мои эфирные искусства Вивиума… они могли спасти его, но только если взамен я бы отдала всю себя.

Это понимание не пришло ко мне в одно мгновение, как гром среди ясного неба или сотрясение основ моих убеждений. Нет, оно просто было, как будто всегда. Он был моей связью, и я всегда могла помочь ему, даже сейчас.

Даже сейчас.

Мое физическое тело стало бесплотным, когда я отказалась от власти над ним. Золотые и лавандовые потоки чистой жизненной силы вылетали из меня и прилипали к Артуру, пока всё его существо не стало светиться изнутри и снаружи.

Я всё ещё чувствовала его боль. Его тело было разрушено чрезмерным использованием Звериной Воли моей матери, а теперь оно восстанавливалось, и каждая частичка меня ощущалась им как раскаленные угли и удары молота. Прости меня, Артур. Если бы я могла унять и эту боль, я бы это сделала.

Когда он обмяк, я подхватила его и подтолкнула к созданному им порталу.

«Пока мы не встретимся снова…» — сказала я, мой голос был искаженным, а я сама — какой-то бестелесной, так что я могла только надеяться, что он меня услышал.

Портал втянул его внутрь, а затем начал разрушаться. Я знала, что, когда он исчезнет, я тоже исчезну, и последняя частица моей сущности будет подхвачена тёплым ветром, дующим через разрушенный город, чтобы унестись и распространиться по всему Дикатену. Зная, что я буду в траве, деревьях, листьях и воде дома Артура, я почувствовала покой, и я отпустила последний остаток сопротивления, которое удерживало меня.

Только… меня поймали.

Разрушающийся портал раздвигался, а мой коготь, которым я проталкивала Артура через портал, затягивало внутрь. У меня не хватало ни сил сопротивляться, ни осознания, чтобы понять, что может произойти дальше. Я могла только сдаться.

Непреодолимая сила тянула мою сущность, увлекая меня в двух разных направлениях…

Пространство вокруг меня превратилось в звездную пыль и постоянно расширяющуюся Вселенную. Светила загорались, замирали, потом вспыхивали. Созвездия формировались, замирали, а затем падали с неба. Куда бы я ни посмотрела, люди мелькали и исчезали слишком быстро, чтобы я могла их разглядеть. И всё это время меня влекло сквозь это пространство, я падала, подобно комете в ночном небе, обезумев от удивления, слишком потрясенная и отчужденная от собственных мыслей, чтобы даже растеряться.

Расширяющаяся вселенная стала ничем иным, как туннелем света, каждый дюйм которого был настолько ярким, что обжигал мой дух. Я чувствовала, что одновременно мчусь — неумолимо тянусь к какому-то далекому источнику притяжения — и одновременно становлюсь тихой и спокойной, словно сплю.

Свет померк.

Я находилась в маленькой стерильно-белой комнате. Там были люди. Женщина в белой униформе с белой маской на лице стояла над односпальной кроватью в комнате и смотрела на планшет. Бледная женщина с каштановыми волосами лежала на кровати и тяжело дышала, глядя на женщину в белом. По ее лицу текли слезы. На табурете с противоположной стороны кровати сидел тучный мужчина с грустными, усталыми глазами.

Дверь позади меня открылась, и вошел человек в маске и светло-голубом бумажном халате. Я отступила назад, чтобы увернуться от него, но он двигался слишком быстро и столкнулся со мной.

Вернее, он прошёл сквозь меня, пока шёл к кровати. Он что-то сказал, потом начал проверять странные артефакты, но я смотрела на свои собственные руки.

Они были маленькими и бледными, такими, какими я их помнила. Я провела ими по лицу, волосам и рогам, но ничего не изменилось. Кроме…

Протянув руку, я коснулась подноса, стоявшего на маленьком столике на колёсиках. Мои руки прошли сквозь него.

Кто я?

Внезапно женщина разразилась жалобным, полным боли криком, а мужчина — врач, как я поняла, — поспешил к изножью кровати. Только тогда я осознала мягкий золотисто-лавандовый свет, исходящий из округлого живота женщины.





Глава 428 — Противостояние




Глава 428 — Противостояние

# Примечание от автора: Прошло четыре недели с тех пор, как был закончен 10-й том, и я впервые взял перерыв на такой долгий срок (не считая моего беспокойства по поводу здоровья несколько лет назад). В то время как многие из вас говорили, что я должен поддерживать активность своего Патреон-аккаунта, несмотря на перерыв, или даже советовали мне сделать более длительный перерыв, я решил этого не делать, чтобы иметь возможность чувствовать себя менее виноватым во время перерыва, ха-ха. Несмотря на это, я очень благодарен, что мои ближайшие поклонники такие терпеливые и внимательные (даже несмотря на то, что я вижу, что у всех вас симптомы абстиненции в чате дискорд), и я рад вернуться. Наслаждайтесь этой главой, я надеюсь видеть вас здесь на протяжении всего этого увлекательного путешествия. С любовью, TurtleMe.

От лица Серис Вритры.

Поначалу всё происходило медленно. Широко раскрыв свои налитые кровью глаза, они повернулись ко мне, вглядываясь во мрак в поисках источника ауры, которая, как они чувствовали, притупляла их чувства и захватывала сердца. Когда они увидели меня, их ошеломленные взгляды, один за другим, неизбежно опустились на окровавленный артефакт, зажатый в моей правой руке. Рты открылись в ужасе, но какие бы слова они ни пытались произнести, они застряли в сдавленных глотках. Инструменты выскользнули из их обмякших пальцев и со стуком упали на землю, забытые, и дрожь пробежала по коллективному сознанию людей, неспособных понять то, что они видели.

Находясь в центре этого бурного внимания, я двигалась с непоколебимой целеустремленностью, неровная дорожка хрустела у меня под ногами, мои развевающиеся белые одежды сияли, подобно маяку во мраке.

Каждый шахтер, чернорабочий и фермер-вогарт, мимо которых я проходила, замирали, прежде чем быстро расступиться передо мной. Те, кто был ближе всего, отступили назад, инстинктивно увеличивая дистанцию между собой и осязаемой силой, исходящей от меня, в то время как других тянуло к ней, как мотыльков к огню, забывая о своих мирских обязанностях, поскольку любопытство и благоговейный трепет подавляли их инстинкт самосохранения.

Полная женщина с редкими волосами и лицом, покрытым серой пылью, издала отрывистый возглас приветствия. Когда мой взгляд остановился на ней, те, кто был ближе всего, поспешили отступить назад. Я не улыбнулась, но позволила себе на секунду встретиться с ней взглядом, пристально всматриваясь в неё, показывая, что её заметили.

Другие не могли скрыть враждебности на своих лицах — те, кто был лоялен к Агроне или, кто верил непродуманной пропаганде, которая транслировалась обо мне, — но ни у кого из них не хватило смелости высказать свои чувства или воспрепятствовать моему пути.

Несколько человек, самых сообразительных из них, поспешно ретировались.

К тому времени, когда я добралась до порталов на второй этаж, там уже царил хаос. Охранники изо всех сил пытались найти свои боевые группы и сохранить хоть что-то похожее на строй. Они кричали друг на друга, никто, по-видимому, не желал брать на себя ответственность командования. Служащие Реликтовых Гробниц — клерки и обслуживающий персонал, отвечавшие за наблюдение за порталами, — стояли в стороне, заламывая руки и нервно наблюдая за происходящим.

Когда моё намерение нахлынуло на них, все они замедлили шаг и остановились. Кто-то произнёс молитву Вритре.

Желая, чтобы они услышали и поняли меня, я обуздала свою ауру и сократила дистанцию. Предмет в моей руке слегка изогнулся, когда я остановилась, злобно глядя на солдат и охранников. Половина из них уставилась на меня, нервно держа оружие перед собой, но другая же не могла оторвать глаз от артефакта.

Один из клерков, пожилой мужчина с лысой головой и роскошными седыми усами, одетый в официальную мантию служащего Реликтовых Гробниц собрался с духом. Он сделал несколько неуверенных шагов ко мне и вздернул подбородок, стараясь не опускать взгляд на то что было в моей руке. «К-Коса Серис Вритра». Он замолчал, тяжело сглотнув. «Вы арестованы за преступления против Алакрии по приказу Верховного Владыки!» — закончил он, набираясь уверенности по мере того, как говорил.

Когда я улыбнулась ему, эта уверенность разлетелась вдребезги, как зубы под ударом молота. Он отступил назад, пытаясь затеряться среди других служащих, но они тоже попятились, принеся его в жертву моему убийственному взгляду.

Но я была там не для того, чтобы запугивать или убивать низкокровных магов, даже тех, кто слишком слеп, чтобы видеть, что я на их стороне. «Я пришла сюда не за кровопролитием. Никто из вас здесь не умрёт, если только вы не будете настаивать на этом. Уходите. Бегите из Реликтовых Гробниц и возвращайтесь домой, к своей Крови».

И всё же, со стороны, я не выглядела такой же праведной, как мои намерения, из-за выбора, который я им предоставляла. Я слишком долго была Косой, чтобы не видеть в этом ловушки. На самом деле, это был выбор того, как умереть. Либо они остаются и сражаются со мной в безнадежно одностороннем противостоянии, либо убегают и ждут, когда их выследят и казнят лоялистские силы.

Абсолютно все, кроме солдат, сорвались с места и побежали, разбегаясь, подобно тараканам, внезапно оказавшимся на свету. Охранники обменялись мрачными взглядами, но не сдвинулись с места. Они хорошо осознавали, что повлечет за собой этот выбор.

Высокий мужчина крикнул, и солдаты перестроились в тактические группы. Щиты, как магические, так и обычные, были подняты против меня. Я оставалась на месте.

Ещё один возглас, и полетели заклинания, освещая тусклую зону яркими синими, желтыми и красными вспышками. Огненные стрелы и лезвия ветра ударили в барьер из маны, покрывающий мою кожу и одежду, и отскочили, не причинив мне вреда. Моя мана покрылась темной рябью, окрашивая очертания моего тела в серый цвет. Магические атаки ослабели, а затем и во все сошли на нет.

Я подождала мгновение, а затем вытянула свободную руку вперёд. Чёрное облако вырвалось из моей ладони, в одно мгновение окутав нападавших. Оно хлынуло на них и прошло насквозь, моя магия разложения выжигала ману внутри них.

Все до единого, они рухнули, ответная реакция от внезапного истощения всей их маны лишила большинство из них сознания. Несколько человек уставились на меня с земли, хныча и задыхаясь. Ожидая смерти.

Я прошла мимо них, оставив их там, где они лежали. Давать им выбор только в том, как умереть, казалось мне неправильным. Именно так поступал Агрона. Они решили стоять на своем. Возможно, они были слепо преданы Агроне, но, возможно, они просто были безнадежно пойманы в ловушку системы, в которой родились и внутри которой прожили каждую секунду своей жизни. Знали ли они вообще, что за слишком тесными стенами, давящими на них, существует мир? Мне пришло в голову, что они, скорее всего, этого не видят.

Но я могла видеть. И я тоже могла выбирать.

Бросив быстрый взгляд назад на поле павших магов — сраженных, но живых — я активировала один из порталов на второй этаж и шагнула внутрь.

И я обнаружила, что второй этаж оказался именно таким, как я и ожидала.

Во внутреннем дворе с порталами подъема и спуска, который заканчивался в конце длинной улицы, проходившей через сердце зоны, активно организовывались солдаты.

Сотня магов, а может, и больше, окружили внутренний двор, обнажив оружие и активировав заклинания, оцепляя порталы. Еще двадцать человек спешили установить ряд устройств по дуге перед порталами. Небольшие группы людей толпились по краям двора, за пределами оцепления и в тени ближайших зданий.

Устройства были изготовлены из тусклых металлических корпусов с голубоватым оттенком, содержащих крупные кристаллы маны, которые были тщательно вырезаны в вогнутых чашах. Толстые провода тянулись от одного к другому, соединяя их все вместе, и, наконец, к стеклянному резервуару, полному пузырящейся синей жидкости.

Несколько магов среагировали на мое появление, направляя на меня оружие.

«Коса Серис Вритра!» — рявкнул маг с чёрными волосами и хорошо подстриженной бородой, отсалютовав. Остальные вытянулись по стойке смирно и последовали его примеру.

Я отмахнулась от этой формальности. «Сулла, всё идёт по плану».

Верховный маг Ассоциации Восходящих Кардигана энергично кивнул. «Да, Коса Серис. Сопротивление было незначительным». Он кивнул на несколько тел, лежащих неподалеку. «Я знаю, что в других местах бои были хуже, но наши усилия по созданию вашего… что бы это ни было…были беспрепятственными, и они почти завершены».

Другой мужчина, который не носил ни доспехов, ни боевого шлема и ходил с обнаженной грудью, гордо демонстрируя свою бронзовую кожу и крепкое телосложение, подбежал и быстро поклонился. «Идеальное время, как и ожидалось», — сказал Джимон Названной Крови Гведе, верховный маг Итри, со своей обычной резкостью. «Все варп-платформы в городе были уничтожены, как вы и приказывали, за исключением одной, которую в настоящее время защищает Высокая Кровь Ринхорн. Бои там ожесточенные, но они долго не продержатся. Еще десять минут, и тела их солдат будут устилать пол Реликтовых Гробниц, пока мои заклинатели присматривают за платформой».

«Поскольку приемные платформы уничтожены, это будет наш единственный способ входить и выходить», — добавил Сулла, указывая на множество постоянных порталов, которые позволяли перемещаться между первым и вторым уровнями. Я предположила, что он искал гарантий того, что этот план не приведет к тому, что мы окажемся в ловушке или захвачены врасплох.

«Не единственный способ», — сказала я вместо того, чтобы попытаться успокоить мужчину. Мой взгляд проследовал вдоль линии центрального бульвара туда, где даже отсюда я могла видеть далекое свечение главного портала восхождения.

Звук приближающихся шагов в доспехах заставил меня обернуться, в основном из-за небольшого прихрамывания при каждом втором шаге. Силрит слегка поклонился, и двое Восходящих отступили на шаг, давая нам пространство, опустив глаза в землю. Лицо и доспехи моего Слуги были забрызганы кровью.

«Хочешь, я возьму это, Коса Серис?» — спросил он ровным тоном. Я была уверена, что только я заметила скованность как в его голосе, так и в позе.

Я протянула предмет, который пронесла через первый этаж Реликтовых Гробниц: отрубленная голова, челюсть, скованную трупным окоченением, язык чёрный и сморщенный, как слизняк, посыпанный солью.

Силрит не выказал никакой брезгливости, принимая предложенную голову. Он поднял её, чтобы заглянуть в мёртвые, вытаращенные глаза, затем направился к аккумулятору маны, который должен был питать созданные мной артефакты.

Остальные маги отошли назад, закончив свою работу. Всё было готово.

Силрит опустил голову в жидкость, которая немедленно начала светиться, затем быстро удалился прочь от прибора.

Резные кристаллы каждого устройства начали издавать резонансный гул, затем засветились таким же оттенком, как синяя жидкость, и, наконец, распространили по воздуху видимые волны маны, бомбардируя порталы необработанной энергией.





Глава 429 — Время




Глава 429 — Время

От лица Сильви Индрат.

«Кю…?»

Кривая, дрожащая улыбка изогнула один уголок губ Артура. «С возвращением, Сильв».

Я снова моргнула, и Артур показался мне постаревшим с проседью в пшенично-светлых волосах и глубокими морщинами на коже. Сама того не желая, я отстранилась, прижав пальцы к губам.

Этот слишком старый образ моей связи заколебался, его рука, которая тянулась ко мне, слегка отдернулась, всего на дюйм, его брови нахмурились. Я моргнула, и видение исчезло. Артур, настоящий Артур, стоял — нет, парил — передо мной, его взгляд цвета жидкого золота был подобен жаркому летнему солнцу на моей коже.

Его нерешительность исчезла, и он наклонился вперёд, и обхватив меня сильными руками притянул к себе.

Я закрыла глаза и судорожно выдохнула. Облегчение Артура нахлынуло на меня, чистое, тёплое и с трудом завоёванное. Так много моментов, когда моё возвращение было на расстоянии вытянутой руки, а затем было унесено обстоятельствами, так много времени и энергии было сосредоточено на камне, содержащем мою сущность. За облегчением скрывался намёк на сожаление — лёгкое, но горькое, — что это заняло так много времени или вообще было необходимо. И тревога… страх, его тяжести было достаточно, чтобы раздавить любого более слабого, достаточно, чтобы лишить жизни любого другого.

Мой разум всё ещё пытался собраться воедино, и пока мы обнимали друг друга, я потеряла представление о том, где начиналась моя связь и где заканчивалась я сама. «Папа… это действительно ты. Я испугалась, что всё это сон».

Концепция времени была практически разрушена. Паря в этом странном, эфирном пространстве, только мы вдвоём, наши объятия, возможно, были лишь коротким мигом или длились уже целую жизнь. Я отчаянно цеплялась за эту связь, нуждаясь в присутствии Артура, чтобы закрепить меня в тот момент во времени и пространстве.

«Итак… приветик», — произнёс голос — не Артура — из пустоты.

Мои глаза резко распахнулись, и я недоверчиво уставилась на странное существо, плавающее рядом с Артуром.

Он был похож на волка, за исключением того, что его мех, казалось, вырос из чистейшей тени, а горящее кольцо эфирного пламени обвивало его шею. Он рассматривал меня блестящими глазами, которые светились в полумраке под парой прямых ониксовых рогов.

Я протянула руку и погладила рога, торчащие из моей собственной головы, чувствуя необъяснимую нервозность. Но нет, это было не совсем правильно. Я не нервничала, я была сбита с толку. Существо нервничало, но его эмоции просачивались в меня, как и эмоции Артура. Я потянулась к нему, но между нашими разумами была стена.

«Сильви, привет… Знаешь, на самом деле, я не совсем уверен, как тебя называть. Например, мы брат и сестра? Сводные брат и сестра? Ты моя мама? Или тётя? Знаешь, в тёти Сильви есть что-то вроде…»

«Привет, Реджис», — сказала я с растущей улыбкой, его имя всплыло у меня в голове из мыслей Артура.

Внезапно вспыхивающие воспоминания и разрозненные мысли запрыгали у меня перед глазами, как электрические искры. Их поток был слишком сильным, и каждая вспышка сопровождалась тупым уколом боли.

Закрыв глаза, я прижала пальцы к вискам. «Артур… твои мысли… я не могу…»

Под всеми остальными противоречивыми эмоциями пронеслась тревога, а затем поток прекратился. Я сделала успокаивающий вдох, облегчение смыло затянувшуюся боль.

«Сильви, прости, я должен был догадаться», — сказал Артур, и я почувствовала, как он слегка отстраняется.

Я покачала головой. «Это не твоя вина…» Медленно мои глаза снова открылись. Они встретили Реджиса, который казался поражённым, как будто он сам сделал что-то, что причинило мне вред. «Мой разум… сейчас полон бушующей бури. Мои собственные мысли разрозненны и бессвязны и… их слишком много. Но мне приятно познакомиться с тобой, Реджис».

Волк согнул передние лапы и склонил голову в каком-то неуклюжем, плавающем волчьем поклоне. Я не смогла удержаться от смеха при виде этого зрелища, что заставило Реджиса разразиться смехом.

«Ты выглядишь по-другому», — сказал Артур в наступившей тишине.

От этих слов мне стало не по себе, но мне потребовалось мгновение, чтобы понять почему. Мы были в разлуке так долго, но для меня битва против Нико и Каделла в Дикатене была как мгновением, так и целой жизнью назад, и я не привыкла к тому, что Артур так полностью скрывал от меня свои мысли и чувства.

Закрыв глаза, я потянулась к его разуму. Я почувствовала барьер и засомневалась. Я толкнула его, и он поддался, окружая меня. Не разрушаясь, но освобождая место для меня. Я увидела себя глазами Артура.

Мои светлые волосы рассыпались по плечам. Из них торчали чёрные рожки, заострявшиеся вниз на их концах. Мои глаза были ярко-жёлтыми, похожими на драгоценные камни, на лице, которое стало немного острее, немного старше. На мне было чёрное платье из тонкой блестящей чешуи, которое ловило фиолетовый свет этого пространства и отражало его обратно, отчего казалось, что мое тело растворяется в пустоте.

«Я выгляжу старше», — сказала я, открывая глаза. «Прямо как ты. Но с другой стороны, я ждала возвращения целую жизнь».

«Что ты имеешь в виду?» — спросил Артур. Беспокойство на его лице также смешивалось с моими собственными эмоциями, хотя и отдаленно. «Сильви, что ты делала всё это время? Где ты была?»

«Пора», — сказала я, затем покачала головой, неуверенная, насколько то, что я помнила, было реальностью. «У меня ещё будет время рассказать тебе всё. Я снова огляделась, и любопытство моё росло по мере того, как рассеивался туман мыслей после моего возвращения. «Где мы находимся?»

«Если у этого и есть название, я его не знаю», — серьёзно сказал Артур. «Я думаю об этом как об эфирном пространстве. Джинны построили в нём свои Реликтовые Гробницы».

Знание того, что означают эти термины, проявилось в мыслях Артура, когда он говорил, но это только ещё больше сбило меня с толку.

«Похоже, тебе тоже есть что мне рассказать», — сказала я, покачав головой. Пока я говорила, я почувствовала дискомфорт в своих лёгких, как будто я дышала под тяжёлым одеялом.

«Сильв?»

Здесь нет маны, поняла я с каким-то отстраненным любопытством. Я ощутила этот недостаток маны как жжение, которое медленно распространялось из моей груди. Это было не опасно — пока нет, — но это доставляло дискомфорт и ещё больше дезориентировало меня.

«Нам пора идти», — сказал Артур, его беспокойство усиливалось. «Это место небезопасно для Асур. Мы можем наверстать упущенное в…»

«Нет, я в порядке», — заверила я его, сосредоточившись на чём-то, что прорвалось через частично экранированную связь между нашими разумами. «Тебе здесь нужно что-то ещё, не так ли?»

«Я…» — Артур потёр затылок, от вида которого у меня в груди потеплело. «Нет, правда, я не хочу задерживать тебя здесь дольше, чем это необходимо».





Глава 430 — Задержка




Глава 430 — Задержка

От лица Артура Лейвина.

«Этого не может быть».

Я уставился на отметины на стене. Чхоль был неправ. Он должно быть ошибся. Я не мог смириться с тем, что меня так долго не было. Казалось, прошло всего несколько часов.

Чхоль беспечно пожал плечами, затем поднял мускулистую руку над головой, чтобы потянуться. «Может, потому что так оно и было».

«Но… тогда что с войной?» — я потребовал ответа, глядя в лицо полуасуре. «Сделал ли Агрона…»

Чхоль хмыкнул и отвернулся. «Тебе лучше поговорить с Мордейном. Пойдем сейчас же. Я покажу дорогу».

Стиснув зубы, я зашагал за ним. Сильви и Реджис последовали за мной, каждый из них выражал разную степень замешательства и дискомфорта.

‘Слишком рано пытаться угадать, что, черт возьми, произошло?’ — спросил Реджис у меня в голове.

‘Да’, — раздраженно ответил я.

‘Я ощущала течение времени только как растущую боль в крови и костях по мере того, как моя мана истощалась’, — подумала Сильви. ‘Я хочу сказать, что это не могло длиться месяцами — я бы уже умерла от недостатка маны за гораздо более короткое время, чем это, но…’

‘Ты была не в себе, когда мы проверяли тебя’, — ответил ей Реджис. ‘Возможно ли, что ты была, типа, в анабиозе или что-то в этом роде?’

#Прим. Ред. — Анабиоз — это состояние организма, при котором жизненные процессы (дыхание, сердцебиение) временно прекращаются, однако могут возобновиться до нормального уровня при благоприятных условиях.

‘Мой разум был…’ — Сильвия замолчала, с трудом подбирая слова. — ‘Я полагаю, что я всё ещё восстанавливалась после возрождения. Мой мозг из плоти и крови изо всех сил пытался переработать все парадоксальные воспоминания о том, что я пережила между своей смертью и возвращением. Возможно, что мана и эфир, влившиеся в яйцо, чтобы воскресить меня, также могли поддерживать меня в том месте, но что это было на самом деле, я понятия не имею’.

‘Ммм… отлично*’, — подумал Реджис. ‘Мне кажется, или Чхоль действительно пытается что-то скрыть?’

# Прим. Пер. — в оригинале «cool, cool, cool», что дословно значит «круто, круто, круто», но также является идиомой, означающей, что ты ничего не понял из рассказа, но делаешь вид, что всё понятно.

‘Хватит’, — рявкнул я, поток мысленной болтовни угрожал расшатать мои последние потрепанные нервы. ‘Пожалуйста, просто… хватит’.

Намёк на укол, который они оба почувствовали из-за моего упрёка, просочился через нашу ментальную связь, и я быстро воздвиг свой ментальный барьер, чтобы отгородиться от них. Мои собственные мысли были низким, бессмысленным жужжанием. Я просто уставился в спину Чхоля и последовал за ним через подземелье, превращённое в святилище мятежных Асур.

«Ты изменился», — сказал Чхоль, казалось бы, ни с того ни с сего. «Твоя энергия. Ты кажешься сильнее, чем был до этого. Твоё присутствие подобно предплечью, прижатому к моему горлу».

Я нахмурился, глядя ему в спину, не в настроении вести светскую беседу. В спешке вытащить Сильви из пустоты только для того, чтобы обнаружить наше долгое отсутствие, у меня не было даже мгновения, чтобы обратить своё внимание внутрь, к своему ядру, ещё раз усиленному формированием третьего слоя эфира вокруг остатков моего первоначального ядра маны.

Чхоль, казалось, понял намёк из моего молчания. Он больше не задавал вопросов, и Харт, казалось, мчался мимо меня, пока насыщенный запах чужеродных растений не заставил меня снова прийти в себя.

Дюжина или около того Асур были внутри рощи, слоняясь под раскидистыми ветвями зачарованных деревьев. Наше прибытие вызвало переполох. По выражениям шока, смятения и даже возмущения, которые были направлены на Сильви, было ясно, что этим Асурам-беженцам из расы Фениксов не понравилось присутствие Дракона среди них.

‘Так и знал’, — подумал Реджис, очевидно, не в силах ничего с собой поделать.

Мне показалось странным, что их реакция была такой сильной. Они жили в Харте сотни лет, в безопасности от козней Кэзесса. Сильви не представляла для них угрозы.

Но у меня было всего несколько секунд, чтобы обдумать это, потому что моё внимание сразу же привлек Мордейн. Высокий Феникс медленно расхаживал между стволами двух зачарованных деревьев, заложив руки за спину, его золотые одежды едва касались травы.

Я обошёл Чхоля, ускоряя шаг. Некоторые из присутствующих Фениксов начали расходиться. Те, кто остался, были напряжены и насторожены. Я не сомневался, что если бы я каким-либо образом был враждебен Мордейну, они безоговорочно встали бы на его защиту.

Почувствовав моё приближение, Мордейн повернулся, его брови сошлись на переносице, губы плотно сжались. «Артур Лейвин, наконец-то ты вернулся к нам…»

«Мне нужно знать, что происходило всё это время», — сказал я, не заботясь о том, был ли я груб. «Чхоль говорит, что прошло уже два месяца. Если это правда, то в безопасности ли Дикатен? Нападал ли снова Агрона?»

Мордейн поднял руку в знак примирения, затем указал на ближайшую скамью. «Мне многое нужно тебе рассказать. Возможно, если мы…»

«Нет!» — я перебил его, и мой резкий голос неприятно прозвучал эхом в тихой роще. «Просто скажи мне».

Мордейн смотрел на меня с непринужденной, почти небрежной грацией. Затем, слегка улыбнувшись, он снова кивнул в сторону скамейки и направился в указанном направлении.

‘Артур, возможно, лучше будет быстрее прекратить споры, чем продолжать выдвигать требования?’ — предположила Сильви.

Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох, позволяя воздуху наполнить мои лёгкие. Когда я выдохнул, то представил, как это уносит с собой часть моего панического гнева. Когда это не помогло, я прошёл к скамейке и аккуратно сел рядом с Мордейном.

«Агрона не нападал на Дикатен», — немедленно начал Мордейн. Он скрестил ноги и принял более удобное положение на скамейке, прежде чем продолжить. «Отчасти потому, что он все еще занят управлением делами Алакрии. Хотя ещё и из-за драконов».

Всё моё тело напряглось. «Что ты имеешь в виду?»

Пальцы Мордейна забарабанили по спинке скамьи. Это было всего один раз, потом шум и движение прекратились, но этого было достаточно, чтобы выдать его волнение. «Меньше, чем через неделю после того, как вы с Алдиром прошли через портал, в небе над Звериными Полянами открылась трещина. На самом деле, недалеко отсюда. Драконы начали выходить наружу».

Я вскочил на ноги. «Кэзесс… драконы… они…»

«Они быстро распространились по всему континенту. Ваш народ, похоже, принял их с распростертыми объятиями. Драконы патрулируют береговую линию и небо, но также обосновались в ваших крупнейших городах. Советники и защитники, по крайней мере, так они утверждают».

Болезненный стук моего сердца начал несколько ослабевать. «Они ни на кого не напали?»

Мордейн покачал головой, затем махнул мне, чтобы я снова садился. «Похоже, Кэзесс выполнил своё обещание помочь вам защитить ваш континент. Хотя…» Он замолчал, не закончив свою мысль, но его горящие глаза не отрывались от моих.

Я снова опустился на землю. «Драконы в каждом крупном городе. Ты не думаешь, что они представляют собой такую же угрозу, как и защиту?»

Коварная изобретательность уловки Кэзесса стала очевидной, когда я обдумал её. Угроза прямого насилия никогда не должна была быть чем-то большим, чем подразумеваемая возможность, но эта оккупация также позволила ему косвенно использовать безопасность Дикатена в качестве оружия, угрожая вывести свои войска. Какой лидер — король, советник или Копье — смог бы убедить людей в том, что им будет безопаснее без присутствия Драконов?

Есть ли даже у меня такой политический капитал? Я задумался.

Лицо Мордейна стало мрачным. «Кэзесс также мудр, как стар, и он много раз разыгрывал эту стратегию раньше в Эфеоте, с гораздо большими ставками, чем сейчас. Это, по крайней мере, вызывает обеспокоенность».

Я оглядел рощу. Реджис и Сильви стояли неподалеку, наблюдая за развитием разговора. Сильви задумчиво нахмурилась, и я мог бы сказать, что она думала о своём обучении в Эфеоте. Реджис, с другой стороны, был равнодушен к появлению Драконов.

Когда он почувствовал, что я исследую его разум, он слегка наклонил голову и встретился со мной взглядом. ‘Весь смысл перехода на сторону всемогущего психопата состоял в том, чтобы выиграть время, верно? Разбираться с этим длинным списком придурков-псевдобогов по очереди? Это позволит нам осуществить это. Драконы в Дикатене не должны выступать против нас или людей, пока действует твоё соглашение с Кэзессом’.

«У вас есть какие-нибудь новости о моей семье?» — спросил я, не в силах скрыть чувство вины за то, что оставил их на несколько месяцев, не сказав ни слова.

Мордейн грустно улыбнулся мне и слегка покачал головой. «Хотя драконы могут быть вашими союзниками, они по-прежнему остаются моими заклятыми врагами, по крайней мере, до тех пор, пока ими правит Кэзесс. Было трудно узнать даже то немногое, что у меня есть о том, что происходит за пределами Харта».

Подавив вздох, я снова встал. «Тогда, боюсь, мне нужно немедленно уйти. Я и так отсутствовал слишком долго».

Мордейн остался на месте, глядя на меня со скамейки. «Возможно, срочность не так велика, как вы полагаете. Если вы, конечно, последуете моему совету, то я бы рекомендовал более тщательно подготовиться, прежде чем, так сказать, бросаться в пасть дракона».

‘Послушай, вряд ли малышка Элли будет висеть верх ногами над жерлом действующего вулкана, и торопливое возвращение в Вилдориал сейчас —единственное, что может спасти её, верно?’ — спросил Реджис со всем своим обычным обаянием и тактом. ‘Знаешь, нам, наверное, следует сначала выяснить, что, черт возьми, происходит’.

‘Хотя я не особо в курсе происходящего, — добавила Сильви, бросив на Реджиса короткий взгляд, — ‘Реджис прав. Если Драконы контролируют Дикатен, это делает его очень опасным для всех нас’.





Глава 431 — Уважение и Учтивость




Глава 431 — Уважение и Учтивость

От лица Артура Лейвина.

Гудение летающего корабля, работающего на энергии маны, проносящегося по воздуху, создавало успокаивающую атмосферу, когда я сел на кровать в одной из кают, где лежала Сильви. Снаружи давление, исходящее от двух оставшихся драконов, было постоянным напоминанием об их присутствии. Третья покинула нас после короткого разговора с остальными, и я мог только предположить, что она отправилась отчитаться либо перед Виндсомом, либо непосредственно перед самим Кэзессом.

«Тебе не нужно беспокоиться обо мне», — сказала Сильви, ёрзая на каменном ложе, безуспешно пытаясь устроиться поудобнее. «Мне просто нужно больше времени, чтобы прийти в себя после возвращения. Эти волны усталости и дискомфорта… Я уверена, что они пройдут. Моему телу и разуму нужно восстановиться и переварить это, вот и всё».

«Сильви…» — начал я, потом замолчал, не зная, как спросить то, что мне было нужно. «Я продолжаю видеть разные вещи, вспышки воспоминаний из наших связанных разумов, из моей жизни — жизни Грея. Но то, что я вижу, не имеет смысла, потому что это не мои воспоминания, хотя это то, что случилось со мной. Как…»

Я думал, что смирился со всей этой историей с реинкарнацией много лет назад. Но каждый раз, когда я узнавал какую-то новую информацию о том, как я пришёл в этот мир, это ещё больше усложняло моё понимание.

«Я не думаю, что смогу объяснить это словами», — сказала Сильви, приподнимаясь на локтях. «Но я могу впустить тебя. Я уже изо всех сил пытаюсь удержать эти воспоминания. Только часть меня была там, перенесенная сквозь время и пространство разрушающимся порталом, который ты разорвал в нашей вселенной, в то время как остальная часть меня последовала за тобой в Реликтовые Гробницы и стала тем… каменным яйцом».

Я не хотел причинять ей ненужного напряжения, но желание понять, что происходит, пересилило мой страх и даже сочувствие. «Если ты думаешь, что готова к этому».

Моя связь улыбнулась, закрыла глаза и легла на спину. ‘Открой мне свой разум полностью’.

Я сделал, как она просила.

Я заново переживал те последние мгновения, наблюдая, как она жертвовала собой ради меня своими собственными глазами, а затем рассеянная энергия её существа была разорвана на части. Воспоминания были туманными и искаженными, но я узнал свою собственную предыдущую жизнь, разыгрывающуюся передо мной, видя её с точки зрения Сильви, которая оставалась рядом со мной на протяжении всего этого, вплоть до…

Это было трудно понять.

«Нико подумал, что заклинание сработало неправильно. Что Агрона просчитался, приведя меня не в то место и не в то время, но… это была ты. Ты прервала его заклинание… Ты сделала меня Лейвином».

Я стоял, потирая лицо руками и изо всех сил пытаясь осмыслить то, что увидел. Но из десятков вопросов, которые у меня были, один особенно напрашивался сам собой, и я задал его почти без всякого намерения. «Младенец… Убил ли я его, когда забирал тело? Сына Элис?»

Сильвия обхватила себя руками за туловище, и её слегка била дрожь. Ментальная связь между нами прервалась, и она свернулась калачиком, обхватив руками колени. «Нет, Артур. Там не было души. Тело… Я думаю, тебе было суждено заполучить его».

Я подошел, чтобы сесть рядом с ней, и погладил её по руке, чтобы согреть. Судя по воспоминаниям, это было неясно, и я не был уверен, что Сильви действительно могла это знать, но я не стал давить на неё дальше. «Спасибо, что показала мне воспоминания».

Она кивнула, её худое тельце задрожало ещё сильнее.

Достав одеяло из снаряжения, припрятанного в моей руне измерения, я накрыл её им, и через несколько мгновений она заснула. Не зная, что ещё делать, я вернулся к изножью кровати.

«Ещё многое предстоит обдумать», — отправил Реджис с палубы корабля, где он вместе с Чхолем наблюдал за нашим драконьим эскортом.

Моя мать однажды, не так давно, боролась с вопросом о том, действительно ли я её сын. Раньше у меня никогда не возникало такого вопроса, но теперь, зная, что именно Сильви поместила меня в этого конкретного ребенка, я не мог не задаться вопросом, что это значило для моих отношений с семьей.

Вопрос, который я задал Сильви, был лишь одним из многих, застрявших в моём мозге, подобно камешку в подкове. Казалось, требовалось больше ответов, чтобы понять, почему моя жизнь стала такой, какой она была. Откуда Сильви могла знать, какому ребёнку отдать мою душу?

Зная, что никакая саморефлексия не даст ответов на возникшие у меня вопросы, я изо всех сил старался не думать о них. Вместо этого я извлёк камень-ключ, который получил от последних руин. Так много всего произошло за такой короткий промежуток времени — не считая того факта, что почти два месяца пролетели в мгновение ока, конечно, — что я не смог уделить камню-ключу больше, чем мимолётное внимание с тех пор, как вернулся с ним из Реликтовых Гробниц.

Сидя, скрестив ноги, я положил маленький кубик себе на колени, рассматривая его темную матовую поверхность. Оба предыдущих камня-ключа, которые помогли мне получить представление о Реквиеме Ароа и Сердце Мира соответственно, представляли собой сложные, затянувшиеся головоломки, которые мне пришлось разгадывать. Хотя мой разум был неспокоен, я испытывал трепет, готовясь наполнить кубовидную Реликвию эфиром.

Мое возбуждение угасло лишь мгновение спустя, когда я мысленно отошёл от камня-ключа. Поражённый, я уставился на него сверху вниз, затем попытался наполнить его эфиром во второй раз. Моё сознание было втянуто в него, так же, как и другие камни-ключи, а затем… ничего. Я просто пришёл в себя. Я вообще не мог добраться до внутреннего царства камня-ключа.

Активировав Сердце Мира, я уставился на каменный куб. И мана, и эфир цеплялись за него, но сам по себе этот факт ничего не говорил и не подсказывал, что мне нужно было сделать, чтобы управлять им.

Не желая сдаваться сразу, но невероятно расстроенный тем, что так быстро потерпел неудачу, я продолжал пытаться взаимодействовать с ним, вкладывая в него больше — а затем меньше — эфира, придавая ему определенную форму и используя эфир также для манипулирования маной, но ничего из того, что я пробовал, не позволило мне попасть во внутреннее царство, где, как я надеялся, я смогу получить представление о новой Божественной Руне.

Чувствуя себя побежденным, я, наконец, убрал Реликвию, когда Реджис сообщил мне, что мы пересекли горы и теперь летим над пустыней. Присоединившись к остальным на палубе, я наблюдал, как под нами проносятся песчаные дюны и скалистые утёсы.

Чхоль достал своё оружие и медленно выполнял серию отточенных боевых приемов. Его глаза были закрыты, но он, должно быть, почувствовал, что я наблюдаю за ним, потому что сказал: «Я бы предпочёл спарринговать с тобой, но Врен справедливо опасался, что сила нашего столкновения может разрушить его наколдованную конструкцию».

«Скоро появятся настоящие враги, с которыми придётся сражаться», — рассеянно сказал я.

Чхоль расхохотался. «Я не планирую сражаться с силами Агроны, мой дорогой брат по отмщению. Я просто размажу их».

Я покачал головой, неуверенная улыбка расползлась по моему лицу. Моё напряжение немного спало, и я погрузился в праздную беседу с Реджисом и Чхолем. Однако слишком скоро наша цель приблизилась, и то, что нас ждало, снова всплыло в моих мыслях.

Я указал Врену на трещину в земле — один из многочисленных наземных входов в туннели дварфов, окружающие Вилдориал, — и мы начали спускаться к песку. Сильви уже встала, когда я пошел за ней, и через пару минут мы уже стояли на обжигающе горячем камне на краю небольшого оврага.

Оба дракона тоже приземлились, превратившись в свои человекоподобные формы. Зеленый дракон превратился в высокого светловолосого мужчину в тёмных доспехах, которые переливались изумрудным светом, когда блик солнца падал на них под определенным углом. Гуманоидная форма красного была ниже и более плотной. Его угольно-чёрные волосы и одеяние резко контрастировали с бледной кожей, но карие глаза и хмурый взгляд были такими же.

«Пойдём, страж Ваджракор ждёт тебя», — недовольно сказала светловолосая Асура. Она первой спустилась в ущелье, в то время как её коллега двинулся в тыл нашей группы.

Врен Кейн отпустил корабль, позволив ему раствориться и течь, как песку, затем последовал по пятам за первым драконом.

«Ах, если бы только мы могли ещё немного постоять под согревающим взглядом солнца, прежде чем снова нырнуть под землю», — сказал Чхоль, закрыв глаза и повернув лицо к солнцу. Он широко улыбался.

Я ничего не сказал, слишком напряженный, чтобы поддерживать разговор.

У входа в туннель, который был скрыт в тени ущелья, нас встретил отряд стражников. Дварфы поклонились драконам, даже не обратив внимания на то, кого они сопровождали, и пропустили нас без проблем.

Мы миновали ещё несколько пропускных пунктов по пути в Вилдориал. После третьего, когда дракон быстро окликнул охранников, чтобы они пропустили нас, я спросил об этом нашего проводника.

«Страж многое сделал для повышения безопасности этого города», — объяснил он, пока мы продолжали быстро маршировать. «Несколько старых туннелей были разрушены, и было установлено множество дополнительных постов охраны, а также система паролей, чтобы гарантировать, что алакрийские сторонники и шпионы не смогут свободно передвигаться по Дарву».

От меня не ускользнул обвинительный тон, как будто тот факт, что этого не делалось раньше, объяснял, почему драконы были так нужны.

Последние ворота в Вилдориал были уже открыты, когда мы прибыли, и небольшая толпа ждала нас на другой стороне.

Я увидел Элли и маму раньше всех остальных.

Промчавшись мимо отряда солдат, советников и лордов, я позволил своей матери заключить меня в нежные объятия. «Мне жаль», — тихо сказала я. «Я все объясню, но я не собирался отсутствовать так долго и не отправив сообщения. Для меня прошло всего несколько дней».

Моя мать одарила меня улыбкой, которая, как мне показалось, была несколько натянутой. «Всё в порядке, Артур, ты не обязан…»

«Придурок!» — огрызнулась Элли, сильно ударив меня по руке. «Я не могу поверить, Сильви!»

Гнев Элли растаял, когда она осознала это. Она скользнула мимо меня и запрыгнула на мою связь, обхватив Сильви руками и яростно сжимая, слёзы уже текли по её щекам. «Ты… ты жива!» — взвизгнула она, её горло сдавили рыдания, раздирающие ее.





Глава 432 — Налаженное Товарищество




Глава 432 — Налаженное Товарищество

От лица Артура Лейвина.

Присутствие Ваджракора ощущалось слабее с каждым нашим шагом, в то время как силы Каэры понемногу возвращались. Тесные туннели уступили место обширным, богато украшенным залам и, наконец, открытому пространству главной пещеры Вилдориала. Со ступеней дворца перед нами раскинулся весь подземный мегаполис.

Варай посмотрела на меня с неуверенностью, явно прикидывая, как я справился с драконом. «Я собираюсь убедиться, что Торвир и Болгар достаточно изолированы от этой ситуации, а затем у меня будут свои обязанности, которыми я должна заняться. Ты долго пробудешь в городе?»

Я взглянул на Каэру. «Вероятно, нет».

«Будь осторожен, Артур», — сказала она, слегка нахмурив лоб. «Несмотря на то, что мы отвоевали наш континент, я не могу избавиться от ощущения, что Дикатен никогда не был в большей опасности, чем сейчас».

Я издал невеселый смешок. «Из огня да в полымя?»

«За исключением того, что в данном случае это драконье пламя», — мрачно сказала Варай. Она протянула руку Каэре. Когда Каэра взяла её, Варай вложила что-то ей в ладонь. «Я отняла его у тебя, когда услышала, что Артур приближается к городу в прошлый раз. Я знаю, что возвращаю то, что и так принадлежит тебе, но я также хочу, чтобы ты знала: если Артур доверяет тебе, то и я доверяю». Затем её ноги оторвались от земли, и она вылетела в открытую пещеру.

Каэра надела богато украшенное кольцо на палец, её взгляд переместился на меня, когда она беспокойно заерзала. «Я… благодарна тебе за то, что ты пришёл. И я прошу прощения за то, что ударила тебя, я…»

Я пренебрежительно махнул рукой. «Я заслуживал худшего. Тебе никогда не следовало этого терпеть, ничего из этого».

Между нами повисла тишина, и я неловко зашагал, пытаясь придумать, что ещё сказать. Я был вынужден покинуть Алакрию без объяснений и прощаний; когда я видел её в последний раз, она всё ещё думала, что я Восходящий Грей. Я бы не стал винить её, если бы она возненавидела меня за мою ложь, но я утешал себя тем фактом, что Серис знала правду и всё равно послала Каэру найти меня.

«Моя мать — излучатель — целительница», — сказал я через пару минут, просто чтобы нарушить неловкое молчание. «Она может залечить твои раны».

«Мои раны не важны», — решительно сказала Каэра, затем её рот плотно сжался, и она отвела взгляд.

«Мне жаль», — сказал я, наблюдая за ней краем глаза. «За это и за то, что солгал тебе о своей личности».

«Полагаю, мы с тобой квиты», — сказала она без тени юмора, по-прежнему не глядя на меня.

Патруль дварфов остановился, чтобы понаблюдать за нами, нервно теребя своё оружие. Я не спускал с них глаз, пока мы не прошли мимо, и они не продолжили свой марш.

«Где ты был?»

«Реликтовые Гробницы построены в измерении, полностью состоящем из эфира. Зоны просто как бы… плавают, оторванные от всего в этом огромном эфирном океане. Я использовал этот эфир, чтобы вернуть мою прошлую связь, Сильви, ту, которая…»

«Которая пожертвовала собой ради тебя? И тебе это удалось? В смысле, вернуть её обратно».

«Да». Я не решался продолжать, обратив свои чувства внутрь, к своему эфирному ядру.

Разбитые осколки моего первоначального ядра маны всё ещё были сплавлены воедино внутри прочного барьера из эфира, почти кристаллической структуры. Ядро приобрело яркий фиолетовый цвет, когда я его выковывал, но темнело с каждым последующим слоем. Теперь трёхслойное ядро представляет собой пурпурную сферу, тёмную и тяжелую, покоящуюся в моей грудине. Каждый слой обеспечивал большую очистку хранимого эфира и позволял втягивать больше эфира и хранить его внутри ядра.

Когда я впервые выковал эфирное ядро, я едва мог сконденсировать его достаточно для одного эфирного взрыва. Потребовалось значительное обучение и доработка ядра, чтобы обеспечить возможность даже двух или трёх взрывов, но добавление второго слоя мгновенно увеличило мои возможности в геометрической прогрессии.

У меня не было времени проверить, на что способно моё ядро — и, следовательно, на что я сам — но сейчас, это ощущалось по-другому, более мощно, как миниатюрное солнце, заключенное в моей груди.

Запинаясь, я продолжил, объясняя, что я сделал и почему. «К сожалению, мы были оторваны от мира, и никто из нас не был способен ощущать течение времени».

«Значит, вы провели два месяца, медитируя и собирая эфир?» — спросила Каэра, выглядя ошарашенной. «Грей, это… безумие».

Я смущённо потёр затылок. «Честно говоря, это, вероятно, было дольше, поскольку в Реликтовых Гробницах время, кажется, течёт быстрее».

Каэра покачала головой. «Это правда. Это могло занять шесть месяцев, насколько ты знаешь…» Она испустила долгий, усталый вздох. «Ты мог бы в конечном итоге вообще не вернуться».

Нас прервал кто-то, выкрикнувший моё имя, и я понял, что мы проходим через один из маленьких рынков, разбросанных вдоль главной дороги. Молодая эльфийская девушка подбежала ко мне, сунула мне в руку засушенный цветок, а затем, хихикая, убежала прочь. Большинство из тех, мимо кого мы проходили, просто пялились на нас, но в центре внимания всегда была Каэра.

Я привык к рогам, обвивающим её голову подобно короне, но для жителей этого континента эти рога делали её похожей на врага.

«Почему Серис отправила тебя сюда?» — спросил я, сворачивая с извилистой дороги к воротам Института Эртборнов. «И без кулона, скрывающего твои рога?»

«Она сказала, что ей нужно… чтобы ты срочно вернулся в Алакрию. Но это было…»

«Два месяца назад», — закончил я за неё.

«На меня напали по пути к варп-телепорту. Приближённый Серис, ещё один ученик, предал её», — продолжила она, и её слова сочились ледяным ядом. «Я была почти схвачена, сбежав от Косы Драгота Вритры. Должно быть, я потеряла кулон во время битвы».

«Итак», — медленно произнёс я, позволяя слову повиснуть в воздухе. «Значит, мой друг Хэдриг мёртв?»

Каэра испуганно рассмеялась. «О боже. Я даже не подумала об этом». Её мимолётная улыбка исчезла. У неё были тёмные круги под глазами, и я практически видел, как она старается держать их открытыми. «Возможно, ты был прав. Серис не следовало посылать меня сюда. Ты даже не алакриец. То, что случилось с твоим народом, с твоей… семьёй — ты нам ничего не должен. Если бы я знала…»

Я всё ещё поддерживал Каэру, пока мы шли, но теперь она отстранилась от меня. Когда она заговорила снова, в её голосе звучала покорность судьбе. «Теперь я понимаю, что у тебя есть своя собственная битва, в которой тебе предстоит сразиться. Если ты просто поможешь мне вернуться в Алакрию, я…»

Нежно взяв её за предплечье, я остановился. Она сделала то же самое, её алые глаза были полны вопросов.

«В той зоне конвергенции, когда мы впервые по-настоящему встретились, я просто выяснял, что происходит. Я был готов оставить всех там умирать, как только понял, что вы все были алакрийцами. Вы были врагами, и я думал, что вы все должны были быть извращенными, злыми монстрами. Мне было проще так думать». Я глубоко вздохнул. «Каэра, ты показала мне правду об этой войне. Ты и Аларик, Сэт и Майла, все, кого я встречал, кто просто пытался выжить на континенте, омрачённом тенью Агроны. Ты мне не враг. Асурские тираны, которые стремятся превратить этот мир в свои собственные маленькие жестокие игровые площадки — или, что ещё хуже, сжечь наш мир дотла. Они наши враги».

Мгновение она пристально смотрела на меня, затем слегка покачала головой. «Тебя что-нибудь пугает?»

Я опустил голову, внезапно устыдившись. «Я в ужасе, Каэра. О том, что я недостаточно силён, недостаточно умён, недостаточно рассудителен. Но больше всего я боюсь проиграть. Слишком много людей уже смотрят на меня снизу вверх, как на какое-то божество. Мне просто нужно, чтобы ты оставалась… моим другом».

Её глаза долго изучали мои, губы слегка поджались, а затем она испустила долгий, комический вздох. «Ладно-ладно. И вот я была здесь, полностью готовая основать первый Храм Грея, “Того, Кто Ходит Среди Нас”».

Я фыркнул, но не смог скрыть своей улыбки, когда мы начали уходить. «Я рад, что тебе удалось сохранить своё чувство юмора, несмотря ни на что».

Смех Каэры замер у неё на губах, её лицо потемнело. «Представление дракона о пытках было немногим хуже того, с чем сталкивается любой алакрийский ребенок, когда начинает готовиться к своим испытаниям». Но каждый шаг, который она делала, давался ей с трудом, и я знал, что ей было куда больнее, чем она показывала.

Моё веселье угасло внутри меня.





Глава 433 — Антураж




Глава 433 — Антураж

От лица Артура Лейвина.

«Всё, что я могу сказать с уверенностью, это то, что Сехз-Клар пал, но Серис сбежала», — сказала Каэра. «Эта информация была предоставлена Лирой из Высококровного Драйде до прибытия драконов, и, возможно, устарела на несколько недель».

«Но мы можем использовать ту штуку, чтобы добраться куда угодно, верно?» — спросила Элли, указывая на тяжелый кусок кованого металла, отдаленно похожий на наковальню кузнеца.

«Да, почти куда угодно», — подтвердила Каэра. Её указательный палец постукивал по губам, когда она рассматривала варп-телепорт, который я заполучил от Фантомов. «Но это поможет нам только в том случае, если мы будем знать, куда хотим попасть».

«Почему бы не вцепиться прямо в горло врага?» — Чхоль наклонился вперед, опираясь на локти, его оранжевый глаз сверкал внутренним огнем. «Ты говоришь, мы можем использовать это, чтобы отправиться куда угодно? Так что мы могли бы атаковать Агрону напрямую».

«Почти куда угодно», — повторила Каэра. «Тэгрин Келум — неприступная крепость, охраняемая магией и технологиями Вритры».

«Мой дед послал целое войско Асур убить Агрону, и они потерпели неудачу», — добавила Сильви. «Мы не знаем, как и почему. Пока мы этого не поймем, слишком рискованно встречаться лицом к лицу с Агроной, особенно в средоточии его власти».

За столом воцарилась тишина, единственный звук издавался сидящим в углу Бу, который громко вылизывался. Прошёл день с момента нашего прибытия в Вилдориал. Каэра, Чхоль, Элли, Сильви, Реджис и я сидели вокруг большого стола, между нами лежал варп-телепорт. Мы находились глубоко под Институтом Эртборнов, в помещении, которое было изолировано как от звука, так и от маны, так что даже Ваджракору было бы трудно шпионить за нами, если бы у него была на это мотивация.

Я указал на Каэру, размышляя над тем, что она сказала. «Но Лира Драйде могла бы знать больше. Я не настолько доверяю Ваджракору, чтобы обращаться к нему за информацией, но вполне логично, что Лира присматривала за Алакрией. Если усилия Серис каким-либо образом привлекут внимание общественности, тогда мы, возможно, сможем понять, с чего начать».

«Ваджракор тоже подумывал о том, чтобы запереть её», — сказала Каэра, и в её голосе послышалась горечь. «Однажды он размышлял об этом, выпытывая у меня информацию, пытаясь использовать её сохраняющуюся свободу против меня. Очевидно, он запретил ей путешествовать и пригрозил сжечь алакрийские лагеря — и алакрийцев в них — если она не подчинится. Я знаю, что она раскрыла ему какую-то информацию, потому что затем он использовал меня, чтобы проверить её, но я не могу быть уверена, что он просто не пытался манипулировать мной дальше».

«Еще алакрийцы?» — Чхоль встал из-за стола и повернулся к нам спиной. «Мы слишком смешиваем границы между союзниками и врагами».

«Осторожнее, мудрейший, ты говоришь ужасно похоже на Ваджракора», — пошутил Реджис.

Чхоль долго смотрел на Реджиса, казалось, обдумывая эту мысль, затем вернулся на своё место. «Так и есть».

Раздался стук в каменные двойные двери, ведущие в комнату, заставивший Бу издать низкое рычание.

Активировав Сердце Мира, я проверил сигнатуры маны тех, кто находится за дверями, затем открыл их и впустил Гидеона и Врена Каина внутрь. Мика следовала сразу за ними, и я придержал дверь открытой и для неё. Врен немедленно плюхнулся в кресло, которое выросло для него как из-под земли, в то время как Гидеон нашёл место за столом.

Мика прислонилась к задней стене с хмурым выражением на лице. Она отказалась от униформы Копья в пользу простых доспехов дварфов и тяжелого мехового плаща, который скрывал её детскую фигурку. В её левой глазнице сиял черный драгоценный камень.

Я вышел из комнаты, закрыв за собой дверь, чтобы убедиться, что печать осталась нетронутой, и подождал, пока остальные присоединятся к нам.

Следующей прибыла Варай. Мы обменялись несколькими вежливыми словами, и я впустил её в зал заседаний.

Моя мама выглядела невероятно взволнованной, когда завернула за угол в холл, но расслабилась, заметив меня. Притянув к себе, она поцеловала меня в щеку, а затем испытующе посмотрела мне в глаза. «Артур, что всё это значит? Я не создана для того, чтобы скрываться».

Я не смог удержаться от улыбки. «Ты выжила, будучи авантюристкой, фронтовым медиком на войне и моей матерью».

Она закатила глаза и игриво шлепнула меня. «Полагаю, это правда. Удивительно, что все мои волосы до сих пор не поседели и не выпали», — сказала она, выщипывая прядь седины из своих каштановых локонов.

«Прежде чем ты войдешь…» Я извлек кое-что из своей руны измерения и протянул ей. «Я много думал об этом, и я хочу, чтобы это было у тебя».

Она осторожно взяла молочно-белый камень с моей ладони, перевернула его, чтобы рассмотреть множество граней. «Что это?»

«Ты помнишь то кольцо, которое Винсент Хелстиа подарил тебе, когда я стал авантюристом?» — я спросил. «Это что-то вроде этого, за исключением… ну, если ты сможешь этим воспользоваться, ты сможешь проверить меня или Элли и точно увидеть, что мы делаем. Я думаю… Я не хочу, чтобы ты волновалась. Если, конечно, ты не включишь его и не обнаружишь, что меня разрывают на части разъяренные эфирные монстры», — добавил я.

Щеки моей матери побледнели от моей шутки, и она снова прижала ко мне камень. «Может, это и к лучшему, что…»

«Извини», — сказал я, потирая затылок. «Честно говоря, мне было бы намного легче, если бы ты оставила его себе. Я все равно пользовался им только для того, чтобы увидеть тебя и Элли, и если Элли со мной…»

Она вздохнула и взялась за него обеими руками. «Хорошо, что мне делать?»

Я даже не задумывался об этом, так как использовал эфир для его активации. Хотя для подзарядки после каждого использования требовалось время, он восполнял свой собственный запас эфира, так что оставалось только запустить его. «Просто отправь поток исцеляющей магии. Когда ты почувствуешь, что что-то касается твоего сознания, подумай об Элли».

«Должна ли я…?»

Я кивнул, и мама закрыла глаза и активировала Реликвию. Я наблюдал, как её исцеляющая магия взаимодействовала с вивиумом в атмосфере, притягивая его к Реликвии, а затем как щупальца эфира потянулись к ней в ответ.

«О», — тихо удивилась она. Связь прервалась, и её глаза, моргнув, открылись. «Я видела, как она разговаривала с Чхолем». Её взгляд метнулся к закрытым дверям. «Внутри этой комнаты. О, спасибо тебе». Она притянула меня в ещё одно объятие.

«Для повторного использования требуется несколько дней, так что ты не сможешь следить за нами на каждом шагу», — объяснил я.

«Наверное, это к лучшему», — ответила она, глядя на камень и снова и снова вертя его в руках. Легкая улыбка заиграла на её лице. «Я не уверена, что у меня хватит сил сопротивляться желанию каждые пять секунд проверять, всё ли с тобой в порядке, и у меня слишком много дел, чтобы я могла потерять рассудок из-за этого артефакта».

Позади неё в зал вошли последние гости. Она помахала Вириону и Байрону, затем я впустил её в зал заседаний.

Вирион положил руки мне на плечи и оглядел меня с ног до головы. Физически старый эльф не изменился, но было ясно, что события последних двух лет лишили его жизнерадостности, которой он когда-то обладал в избытке. «Это странно. Мы видимся настолько редко, что я постоянно ожидаю увидеть того шестнадцатилетнего парня». Его улыбка дрогнула, и он погладил меня по щеке. «Потом я вижу эти волосы, эти глаза, это лицо, и мне интересно, действительно ли это можешь быть ты».

«Не будь таким сентиментальным, дедушка», — поддразнил я, хотя сердце у меня к этому не лежало. «Есть… о чем тебе рассказать». «Сопляк», — пробормотал он, и мы вместе вошли в комнату. В том, как тяжелая дверь с глухим стуком закрылась, была зловещая завершенность.

Мой взгляд скользнул по всем присутствующим, по всем людям, которым я доверял больше всего, даже несмотря на манипулятивную силу и авторитет Кэзесса Индрата. «Спасибо всем, что пришли. Это не займет много времени». Я воспользовался моментом, чтобы представить всех друг другу для тех, кто не был знаком друг с другом.

«У меня есть новости, и у меня есть просьба», — сказал я, когда с этим было покончено. Не собираясь устраивать из-за этого слишком много церемоний, я извлек Сильверлайт, меч Алдира, из своей руны измерения и поднял его. «Это оружие принадлежало Асуре — Пантеону Алдиру».

Реакция была незамедлительной. Варай и Мика обменялись настороженными взглядами, в то время как Вирион напрягся, стиснув челюсти.

«Алдир был Асурой, ответственным за уничтожение Эленуара. За это преступление он понес наказание. Алдир никогда больше не причинит вреда другому существу будь то человек, эльф или дварф, и я принёс его оружие в качестве доказательства».

Встретившись взглядом с Вирионом, я обошёл стол, пока не оказался прямо перед ним. Я осторожно взял серебряную рапиру обеими руками. Дрожащими пальцами он потянулся к ней.

Его плоть проходила сквозь твердый металл, как будто это было отражение в воде. По серебру пробежала рябь, и с каждым движением рапира растворялась всё больше, пока не осталось ничего, кроме света. Прежде чем я успел среагировать, свет сгустился в одну точку, похожую на серебряную звезду, а затем вспыхнул по всей комнате.

Оружие пронеслось мимо лица Врена, затем метнулось к Варай, свернув в сторону как раз перед тем, как ударить её в грудь. Байрон отпрянул, когда оно скользнуло по его макушке, а затем метнулось в Мику.

Наконец, так быстро, что даже я не успел вмешаться, она ударила Элли в грудину. Мою сестру отбросило назад, её тело врезалось в Бу, который бросился к ней в тот момент, когда Сильверлайт начал кружиться, и его тело подхватило её.

Мать сдавленно ахнула, а у Копий было оружие и заклинания наготове, Байрон держал красное копьё Таки в направлении моей сестры, словно боялся, что она может напасть.

Одной рукой Элли потирала грудину, испытывая скорее шок, чем боль. В другой ее руке серебристый свет перетекал в форму длинного изогнутого посоха.

«Элли, ты в порядке?» — спросила мать, уже направляя исцеляющее заклинание.





Глава 434 — Неизвестное




Глава 434 — Неизвестное

От лица Артура Лейвина.

Наш разговор прервал детский крик, заставивший Лиру замолчать.

Мы все напряглись, пока я искал источник шума, ожидая, что сейчас начну защищаться. Мгновение спустя я расслабился, выпуская задержанное дыхание.

Несколько детей возрастом от восьми до почти подросткового возраста гонялись друг за другом между участками возделываемых сельскохозяйственных угодий. Девочка впереди, бежала с тяжёлым кожаным мячом в руках, в то время как остальные пытались отобрать его у неё.

Мальчик, чуть постарше, поймал её за руку, и она попыталась перебросить мяч другой девочке. Однако, мяч был слишком тяжёлым и приземлился всего в нескольких метрах. Он выкатился под ноги другому ребёнку, который случайно сильно пнул его, отчего тот полетел в нашу сторону.

«Откуда здесь дети?» — спросила Элли в замешательстве.

Лира наблюдала за их игрой с отстранённым выражением лица. «Многие алакрийские семьи поселились в таких местах, как Ксайрус и Этистин. В основном это были солдаты более высокого ранга. Им больше некуда идти».

Мяч подкатился к моим ногам. Дети прекратили погоню за ним, держась на расстоянии и нервно глядя на меня. Я подбросил мяч в воздух носком ботинка, прежде чем пнуть его и отправить в полет над их головами. Среди детей раздался взрыв смеха, когда они снова бросились за ним.

Когда я обернулся, то увидел пристальный взгляд Лиры, направленный на меня.

«Если ты направляешься в Алакрию», — сказала она, — «я хотела бы кое о чём тебя попросить». Из её пространственного кольца появилась стопка свёрнутых свитков и сложенных пергаментов. «Некоторые из присутствующих здесь людей написали письма своим родственникам там, но у меня не было возможности отправить их».

Чхоль фыркнул. «Неужели мы теперь будем почтальонами? Почтальоны для врага?»

«Конечно, мы возьмём их», — сказала Каэра, делая шаг вперёд, чтобы принять пачку писем от Лиры. Она вопросительно посмотрела на меня.

«По крайней мере, доставить их в Алакрию не должно быть проблемой», — уклончиво сказал я, чувствуя, что больше согласен с Чхолем, чем с Каэрой.

Лира издала чистый, сочный, как мёд, смех, отчего я тоже не смог удержать смешок. «Я не прошу вас ходить от двери к двери и доставлять их, Регент. Но спасибо вам. Я очень ценю вашу помощь в этом, хотя она может показаться банальной».

Каэра долго бережно сжимала письма, прежде чем отправить их в своё пространственное кольцо. «Значит, у нас есть на примете пункт назначения?»

«Есть ли в Алакрии какое-нибудь место, где мы будем в безопасности?» — спросила Элли в ответ, нервно ёрзая. Вполголоса добавив: «Не могу поверить, что отправлюсь на другой континент».

«Да, я знаю, с чего начать. Лира, есть ли поблизости какое-то место, которое не видно из деревни? Я бы не хотел расстраивать этих людей, активируя портал в Алакрию прямо на их глазах».

Лира кивнула, прежде чем отвести нас в небольшую, но процветающую рощу чуть дальше от деревни. Она была достаточно густой, чтобы укрыть нас от нежелательных взглядов.

Взяв варп-телепорт, я поставил его на землю среди жёлтой травы и активировал, используя эфир для манипуляции маной по мере необходимости. Варп-телепорт начал ярко светится в тени раскидистых ветвей деревьев, и рядом с ним появились врата.

На этот раз Каэра пошла первой. Я не мог быть до конца уверен, что ждёт меня по ту сторону, и мне хотелось, чтобы из портала вышло знакомое лицо.

Остальные быстро последовали за ней.

«Спасибо, Лира», — сказал я, протягивая Слуге руку.

Она взяла её. «Дело близится к развязке, Регент. Я не могу отделаться от ощущения, что Агроне надоело ждать своего часа. Он ничего не делает без плана, и даже если его Асурская натура иногда делает его отстранённым в данный момент, я не верю, что всё произошедшее, выходит за рамки его намерений. Даже поражение здесь, в Дикатене».

«Ради нашего блага, я надеюсь, что ты ошибаешься», — сказал я, ещё раз крепко сжимая её руку, прежде чем отпустить.

Когда я восстановил варп-телепорт, то почувствовал, что мой взгляд устремлён вдаль. За деревьями я всё ещё слышал играющих детей и крики рабочих, сопровождаемые низким, скорбным рёвом лунного быка. Я подумал о солдатах, изменяющих природу своих атакующих заклинаний, чтобы возделывать и поливать пахотные земли, об организованных боевых группах, работающих сообща, чтобы строить дома вместо того, чтобы разрушать их.

Я понял, что более слабые люди, возможно, умерли бы здесь от голода или позволили своему положению стать настолько ужасным, что у них не было иного выхода, кроме как снова напасть, но алакрийцы процветали.

Кто бы мог подумать, что женщина, некогда ответственная за распространение порочной лжи Агроны на этом континенте, окажется тем же человеком, который сейчас стоял рядом со мной, посвятив свою жизнь улучшению тех, кого Агрона видел только в качестве корма для скота?

Увидев на горизонте возможность наступления лучших дней после стольких лет войны, я шагнул в портал.

Я был окутан дрожащим светом, которому потребовалось мгновение, чтобы принять твёрдые очертания, когда я появился в пункте назначения. Бестелесные голоса просочились в моё сознание прежде, чем я смог различить образы, нескольких разных голосов, большинство из которых кричали.

Когда размытые цвета обрели смысл, я понял, что стою перед стеной защитных заклинаний. За несколькими щитами ветра, огня, льда и полупрозрачными панелями из маны находилось двухэтажное кирпичное поместье, которое, в свою очередь, было окружено зелёными холмами и золотыми полями. Портал перенёс нас прямо в центр ухоженного двора, и Чхоль поставил ногу на грядку с луковицами мандаринового цвета.

У него тоже было наготове оружие, и он хмуро смотрел на противостоящих нам магов. Реджис прыгнул перед ним, отговаривая Чхоля бросаться на алакрийцев, в то время как Элли, держа Сильверлайт как посох, укрылась за спиной Бу. Каэра шагнула вперед с поднятыми над головой руками и теперь спокойно пыталась разрядить ситуацию.

«Мы не представляем угрозы, пожалуйста успокойтесь. Я — Каэра из высококровного Денуара. Прошу, просто…»

Один из щитов растаял, и из-за линии обороны вышла молодая женщина. Её оранжевые волосы на кончиках выцвели до жёлтого, обрамляя недоверчивое лицо и ярко карие глаза. «Профессор Грей?»

«Пожалуйста, не нападай на моих друзей, Браяр», — сказал я, медленно выходя перед остальными. «Это сделало бы всё происходящее довольно неловким».

Один за другим щиты начали погасать, открыв обзору нескольких молодых магов, все школьного возраста. Единственным, кого я сразу узнал, был Адем, подопечный Даррина. Тёмные глаза мальчика нелепо расширились при виде меня, и его лицо расплылось в широкой улыбке. Вокруг него другие молодые маги начали возбужденно переговариваться, глядя на Адема в поисках подтверждения тому, что только что сказала Браяр.

Парадная дверь поместья с грохотом распахнулась, и Даррин выбежал на солнечный свет, ветер уже кружился вокруг его кулаков. При виде меня он резко остановился, выражение его лица сменилось чистым шоком, затем облегчением и, наконец, улыбкой, почти такой же широкой, как у Адема.

«Грей! Ты неисправимый осёл, я чуть не испачкался, когда сработала сигнализация по периметру», — сказал он, вызвав неуверенный смех толпы подростков. «Что, во имя Вритры, ты здесь делаешь?»

«Я мог бы задать тебе тот же вопрос», — ответил я, окидывая взглядом защитников поместья. «Очевидно, твоя группа по обучению расширилась».

Улыбка погасла, и он по очереди осмотрел их. «Многое произошло с тех пор, как ты уехал в Центральную Академию. Почему бы тебе и твоим друзьям не зайти внутрь? Вы можете рассказать мне, какие неприятности вы принесли в мой дом, и я сделаю то же самое».

Юные маги отступили в сторону, позволяя нам приблизиться к особняку. Сильви пристроилась слева от меня, в то время как Элли справа. Я слышал, как она шепотом приказала Бу оставаться во дворе. Медведь-хранитель поворчал, но сделал, как она просила. Каэра и Реджис шли чуть впереди меня.

Оглянувшись на Чхоля, который внимательно наблюдал за алакрийцами с тыла, я сказал: «Спасибо, что проявил сдержанность».

Он встретился со мной взглядом едва ли на один шаг, затем вернулся к наблюдению за алакрийскими детьми. «Сигнал к атаке не был произнесён».

В вестибюле ещё больше молодых лиц выглядывало из дверных проёмов и спускалось с перил на лестничной площадке второго этажа.

«Мастер Ордин, что… профессор Грей!» Афена, чьи тёмные волосы стали длиннее, чем когда я в последний раз видел её на Викториаде, загораживала один из коридоров.

Позади неё несколько детей гораздо младше пытались спрятаться за ней, стараясь одновременно разглядеть, что происходит, включая маленькую девочку Пен, которую я встретил, когда был здесь в прошлый раз.

«Здесь собрались все ребята из моего класса?» — спросил я, ещё больше застигнутый врасплох присутствием Афены.

Губы Даррина скривились в натянутой улыбке, которая не отразилась на его глазах.

«Маркус где-то здесь», — сказала Браяр из дверного проёма позади моей группы. «Его Кровь была достаточно разумна, чтобы вытащить его из академии до того, как всё действительно покатилось в дерьмо».

«Браяр, рот», — сказал Даррин слегка укоризненным тоном.

Я хотел задать ещё несколько вопросов, но почувствовал, что лучше всего будет сделать это наедине, и поэтому последовал за Даррином вглубь поместья. Группа ребятишек следовала за нами на некотором расстоянии, крадучись позади нас, как будто мы не замечали дюжины пар топающих ног. Браяр последовала за нами более нагло, ведя себя так, будто была одной из нас, и полностью намеревалась присоединиться к любому разговору, который последует за нашим прибытием.

Сильви внимательно рассматривала каждое оружие или произведение искусства, висящее на стене. «Алакрия, кажется, не так уж сильно отличается от Дикатена», — размышляла она.

Даррин привёл нас в ту же гостиную, где они с Алариком рассказывали мне о своём плане с Центральной Академией. Мы с моими спутниками вошли в комнату, но Даррин остановил Браяр у двери.

Она скрестила руки на груди и вызывающе вздернула подбородок, но ему пришлось лишь приподнять бровь, глядя на неё. Она сдулась, раздраженно взлохматила волосы и закричала на всех остальных детей, чтобы они возвращались к своим обязанностям, прогоняя их прочь.





Глава 435 — Масштабы Понимания




От лица Сильви Индрат.

Портал Компаса обернулся вокруг меня, обнимая и втягивая внутрь. Переход был плавным, в отличие от древних порталов, разбросанных по всему Дикатену. Я оказалась в живописном мире, который был больше похож на Эфеот, чем на Дикатен или Алакрию. Высокие деревья, верхушки которых не были видны с подножия лесной рощи, росли на берегу обширного кристально чистого озера. Это было одно из самых красивых мест, которые я когда-либо видела. Навевает воспоминания.

Совсем как возвращение домой.

Даже когда я осознала странность этой мысли, я уже перестала обращать внимание на пейзаж. Пурпурная дымка застлала мои глаза, словно опустился занавес. Моё тело казалось напряжённым и отстранённым, неподвластным моему контролю.

Я присела, но затем резко выпрямилась.

Лес исчез. Надо мной эфирная пустота простиралась в бесконечность во всех направлениях. Мои ноги покоились не на твердой земле, а на гладкой воде, непрозрачной от отражения пурпурного неба.

В тот момент, когда я осознала наличие воды, я погрузилась в неё. Всплеска не было, только прохладное давление, окутавшее меня с ног до головы. Я пыталась всплыть, пробиться обратно на поверхность, но мои конечности скользили по воде, не создавая силы, необходимой для того, чтобы поднять меня вверх. Мои глаза горели, лёгкие болели, и паника грозила захлестнуть меня.

Вода, плотная, как чернила, расступилась. Чья-то рука потянулась ко мне, но она не была сделана из плоти и крови. Это больше походило на эфирный ветер, сформированный в подобие руки.

Это не имело значения. Я взялась за неё.

Мою кожу покалывало, как будто я схватила заряжённый кристалл маны в том месте, где эфирная конечность коснулась меня, затем я всплыла, выбираясь из воды, и снова оказалась под пустым небом.

Сильный приступ кашля сотряс моё тело, и я изо всех сил попыталась вытереть вязкую жидкость с глаз.

«Дыши. Успокой своё сердце. Возьми всё под свой контроль».

Быстро моргая, я попыталась разглядеть фигуру передо мной, чью руку я всё ещё держала — или, скорее, чья рука всё ещё поддерживала меня. Мои пальцы ног погрузились в воду, и без их поддержки я бы снова пошла на дно.

«Эта сила поглотит тебя целиком, если ты отступишь. Возьми всё под свой контроль».

Источником голоса была… дракон, точнее… нет, она была гуманоидом, немного выше меня, а из аметистовых волос торчали, как бы сотканные из ветра, рога темно-фиолетового цвета — и всё же, в то же время, она казалась огромным демоническим существом, смотрящим на меня сверху вниз. Возможно, все три образа одновременно, или почти моментально переходя от одного к другому, как бы играя вихревыми потоками ветра, они формировали её тело, или…

Я покачала головой и погрузилась чуть глубже в воду, когда её хватка на мне ослабла. «Я не понимаю, я…» — всплыло далёкое, затуманенное временем воспоминание. «Сильвия? М-мама?»

Вырезанные ветром губы искривились, стали неразличимыми. «Твоя личность соткана из противоречий. И Дракон, и Василиск, Асура, связанная с человеком, дважды рождённая и дважды адаптированная к силе эфира. Ты — порядок из хаоса, но природа этой вселенной — энтропия. Эти противоречия — эти парадоксы — всегда будут пытаться разлучить вас. Отец и дед, драконы и люди… Вивиум и Эвум».

# Прим. Ред. — Энтропия означает меру сложности, хаотичности или неопределённости системы: чем меньше элементы системы подчинены какому-либо порядку, тем выше энтропия.

Я слушала так же, как ребенок слушает разговор взрослых: Я слышала слова, но почти не могла уловить в них смысла.

«Кто ты такая?» — снова спросила я, и мои ноги погрузились ещё глубже, гладкая, как стекло, вода ласкала мои лодыжки.

«Меня здесь нет. Но это так. И ты не уйдёшь, если продолжишь сосредотачиваться на всех неправильных вещах. Ты, и только ты одна можешь уберечь себя от вечного погружения».

Я закрыла глаза, но эфирное царство, бесконечное водное пространство и фигура всё ещё были отчётливо видны передо мной. «Мне жаль. Что мне нужно сделать?»

«Во-первых, ты должна стоять на своём».

«Я не могу ходить по воде», — запротестовала я, глядя вниз на воду вокруг своих лодыжек.

«Здесь нет воды».

Я хотела возразить, указать на обгоняющую меня жидкость и отпустить какую-нибудь язвительную реплику. Но я сдержалась, вспомнив, что ещё сказала фигура. Дышать. Взять всё под свой контроль.

Я так и сделала, или, по крайней мере, попыталась. Я едва ли находилась в достаточно в том положении, чтобы действовать осознанно, но я начала со своего дыхания. Когда я обрела контроль над ним, я двинулась дальше, хватаясь за каждую отдельную мышцу, за одну конечность за раз. Наконец, я подтянулась так, что мои ноги оказались над водой.

Обдумав то, что она сказала, я сначала подошла к самому очевидному решению. «Если то, что я вижу, нереально, тогда… Я в своём разуме, не так ли?»

Когда я была в эфирном царстве с Артуром, единственным что нарушало пустоту эфирного пространства была зона Реликтовых Гробниц, видимая снаружи. Это место было чем-то похожим, но не тем же самым.

Моё дыхание выровнялось. Мои ноги почувствовали себя крепче. Я опускала их до тех пор, пока подошвы не уперлись в прохладную воду. Будь стабильна, подумала я, как по отношению к себе, так и к воде.

Моя плоть прижалась к стеклянной поверхности. Она выдержала.

Я стояла на поверхности воды, как и тогда, когда впервые появилась здесь, в тот единственный момент, прежде чем узнала, что это за пол. Моё восприятие пола привело к тому, что он изменился, приобретя те характеристики, которых я от него ожидала. Например, как мана реагирует как на моё целенаправленное намерение, так и на моё ожидание этого одновременно.

«У тебя много вопросов. Это твой разговор, ты должна сама его вести. Спрашивай. Понимание — это то, чем ты возьмёшь ситуацию под контроль. Время имеет решающее значение».

«Время», — подумала я, слово, пробуждающее более глубокие воспоминания, что-то наполовину утраченное и лишь частично обретённое. Даже время склоняется перед Судьбой.

«Ты… это ведь был твой голос, который я слышала в пустоте. Что ты имела в виду?» — я спросила.

«Время — это стрела».

В воздухе вокруг образовались линии, ветер стал видимым, вызвав град стрел, которые пролетели мимо нас, все двигаясь в одном направлении. Я уставилась, не в силах понять смысл слов фигуры, но чем дольше я смотрела, тем больше обращала внимания на стрелы. Некоторые двигались немного медленнее или быстрее, а другие вообще не были прямыми. Они изгибались, переплетаясь с траекториями других стрел.

«Моя врождённая способность влиять на эфир Вивиума снизилась», — сказала я, озвучивая неприятную мысль, которая росла во мне с момента моего возвращения. «Ты хочешь сказать что… вместо этого моя склонность сместилась в сторону Эвума? Согласно тому, чему меня учили, это невозможно».

«Многие вещи считаются невозможными до тех пор, пока они не станут реальными. Глупцы настаивают на том, что реальность должна соответствовать их ожиданиям, в то время как мудрые знают, что знание о нашей реальности постоянно развивается, находится вне времени и не имеет окончательности».

Стрелы резко изогнулись дугой вниз и начали падать в виде дождевых капель, и там, где приземлился дождь, проступили очертания постройки. Из-за отсутствия цвета, контраста или деталей мне потребовалось мгновение, чтобы распознать очертания летающего замка Дикатена над Звериными Полянами. Над головой плыли темные эфирные облака, гонимые ветром. Вода внизу отражала нарисованные дождем очертания вверху.

Из всех мест, где я жила — Зестиер, Ксайрус, гора Геолус — летающий замок сохранил для меня самые сильные воспоминания. Мне нравилось находиться рядом со Звериными Полянами, где я охотилась в течение многих лет, пока Артур путешествовал. В этом месте витала какая-то магия, что-то необъяснимое и древнее, и мне это тоже нравилось.

Но, в основном, потому что именно там я стала самой собой.

Мои глаза снова сфокусировались на неясной фигуре, теперь уже возвышающемся существе с огромными рогами, когда она то появлялась, то исчезала, эфирный ветер рассеивался хаотичными порывами.

«Время также ограничено, это самый ограниченный из ресурсов. По мере того, как твой разум уносится всё дальше отсюда, песок времени бежит быстрее. Ты всё ещё в опасности.»





Глава 436 — Разбитый Путь




Глава 436 — Разбитый Путь

От лица Артура Лейвина.

Темная фигура промелькнула между огромными ветвями бесконечно вьющихся деревьев. Движение было слишком быстрым, а листва слишком плотной, чтобы я мог разглядеть какие-либо детали. Даже при активном Сердце Мира я не почувствовал ни маны, ни эфира от тени в тот краткий миг, когда смог её увидеть.

«Что это было?» — спросила Элли, её голос был громким от нервного напряжения.

«Нам нужно двигаться», — сказал я, осматривая наше окружение в поисках любого намека на проходящую тень или путь вперёд.

Корни стелились по воде, как извилистые тропинки, большинство из которых были достаточно широкими, чтобы выдержать повозку, запряженную животными. Вода, в которой они росли, была настолько прозрачной, что скрывала свою глубину, создавая оптическую иллюзию, из-за которой замшелые камни на дне озера казались всего в нескольких дюймах под поверхностью.

«Вверх или вниз?» — спросила Каэра, её глаза были расфокусированы, поскольку она использовала те органы чувств, которые обеспечивали её дроны, вместо своих собственных. «Ветви достаточно широкие, чтобы по ним легко было передвигаться даже вашему медведю, и сплетены между собой более плотно, чем корни».

Я взглянул на Сильви, которая неподвижно лежала на спине Бу, закованная в мои доспехи. Элли положила одну руку на неё, словно защищая. «Это рискованно. Если на нас нападут, любого из нас может сбить с одной из этих веток».

«Эй, Чхолио, будучи наполовину фениксом, что происходит, когда ты перевоплощаешься? У тебя, типа, только одно крыло? Или тебе достанутся только клюв и хвост?» — поддразнивающе спросил Реджис.

«У меня на ягодицах таких отростков нет. Я могу полностью перевоплотиться, но… трудно поддерживать такую форму», — признался Чхоль, очевидно, не обратив внимания на колкость Реджиса.

Элли наколдовала полосу маны, которая окутала Бу и Сильви, удерживая мою связь. Когда это было сделано, появились три шара яркой маны и бесшумно обвились вокруг её правой руки. Капли пота, выступившие у неё на лбу, и напряженная гримаса на лице сказали всё, о чём я уже думал: в присутствии Чхоля и Сильви эта зона будет сложнее, чем все, с чем мы сталкивались во время нашего последнего восхождения.

«Чхоль, иди впереди». Я указал на ближайший корень, на который мы могли бы легко взобраться и использовать его для переправы через воду. «Корни в этом направлении толще».

Чхоль подошел к краю маленького островка, на котором мы стояли, и небрежно запрыгнул на корень, верхушка которого выступала из воды на шесть футов. Он приземлился с неожиданной грацией для человека своего роста, огляделся, а затем протянул руку назад, чтобы помочь подняться следующему человеку.

Как только Каэра потянулась к его руке, из тени вынырнуло темное пятно, и Чхоль исчез в нем.

Каэра отпрыгнула назад, едва избежав пары длинных хвостов, которые хлестнули позади мчащегося зверя.

В мгновение ока размытая фигура удалилась от нас, огибая поверхность воды, прежде чем устремиться вверх и подняться в паутину огромных ветвей над нами.

Я направил эфир в руну Шага Бога, и эфирные пути засветились перед моими глазами. Дорожки расходились от меня, как фиолетовые молнии, соединяя каждую точку друг с другом, но всего на пятнадцать футов. Пути просто отрезаны, те, что непосредственно вокруг меня, отделены от путей повсюду, оба набора постоянно находятся в движении, поскольку они смещаются и искажаются, но никогда не соединяются вновь.

Прилива энергии от Сильви было достаточно, чтобы точно объяснить, что происходит.

Чёрные огненные стрелы прорезали тенистый лес, когда я выпустил Божественную Руну. Выстрелы Каэры промахнулись, и она последовала за тем, что, как я теперь мог судить, было ромбовидным существом с темной плотью. У него было два длинных хлыстовидных хвоста, на конце каждого из которых росла отвратительного вида жало. Несмотря на свои огромные размеры — размах крыльев был таким же широким, как у Сильви в её драконьем обличье, — он плавал по воздуху с большей скоростью, чем любая рыба в воде.

Внимание Реджиса сосредоточилось на летающем существе, и в моей голове зазвенела веселая насмешка. ‘Похоже, острый цыпленок не сочетается с демонической скатом’.

«У него что-то на спине», — настойчиво сказала Элли, её острый взгляд улавливал детали, которые остальные из нас не могли разглядеть. «Я думаю, что оно замедляется».

Наполнив своё зрение эфиром, я смог разглядеть блестящее красное пятно на фоне его черной шкуры. Пока я наблюдал, существо начало светиться изнутри, его полет становился неустойчивым, а похожие на крылья выступы раскачивались. Неясная красная фигура отделилась, исчезая в воде по мере того, как свечение быстро становилось ярче. Плоть раскололась, и из образовавшихся трещин вырвалось оранжевое пламя.

Внезапно зверь издал резкий визг, заставивший моё зрение затуманиться, когда вибрация вонзила ножи в мой мозг. Вдалеке одно из крыльев зверя зацепило дерево, оторвав ветку от тела с ужасным раздирающим звуком. Вибрация усилилась, затем полностью прекратилась, когда зверь рухнул в озеро, исчезнув под бурлящими водами.

Стряхнув с себя последствия вибрации, я запрыгнул на корень, где был атакован Чхоль. Я остановился, осматривая лес в поисках каких-либо признаков опасности, прежде чем снова попытаться разглядеть эфирные пути.

Я был как раз за гранью эффекта, который видел, там, где пути расходились. Остров, на котором мы оказались, всё ещё был отрезан от остального мира, но теперь я мог на ощупь найти путь к тому месту, где упал Чхоль, и, не теряя больше времени, сделал шаг. Появившись в нескольких сотнях футов на вершине корня, ближайшего к тому месту, где было погружено безжизненное тело существа, я немедленно был окутан горячим паром, когда каскад яростных пузырьков вырвался с поверхности воды, хлопая и пенясь, когда облако скрыло то, что происходило под водой.

Как раз в тот момент, когда я собирался прыгнуть внутрь, что-то взорвалось.

Чхоль исходил паром и дымился. Его кожа приобрела пепельно-серый цвет, а по рукам, шее и лицу побежали расплавленные вены. Его глаза горели внутренним светом, просвечивающим сквозь пар. Однако пока я наблюдал, серость сходила с его плоти.

Он протянул руку к корню, на котором я стоял, используя его для опоры. «Убери свой озабоченный взгляд. Я не ранен».

‘Эй, босс, Сильви становится всё…’

Я выругался, внезапно почувствовав, как хаотичный поток эфира начинает биться о Реликтовую Броню, просачиваясь наружу и царапая воздух. Я был слишком настроен на монстра и полностью потерял концентрацию на сдерживании эфирного заклинания.

Схватив Чхоля, я переместился Шагом Бога так близко к остальным, как только мог. Пространство внутри сферы изломанных путей быстро увеличивалось, и атмосферный эфир вокруг них был плотным. Сосредоточившись на Сильвии, я опустил заклинание обратно, пока оно снова полностью не поместилось в Реликтовую Броню.

«Похоже, что это может быть просто небольшой проблемой», — сказал Реджис.

Щеки Каэры побледнели, когда она осматривала окружающий лес, крепко сжимая меч обеими руками. «Я ничего не чувствовала от этого существа. Уловила только намёки на его движение от моей реликвии. Может ли кто-нибудь еще почувствовать его ману?»

Элли покачала головой. Бу под ней разочарованно зарычал.

«Я почувствовал его пасть, когда она сомкнулась вокруг меня», — сказал Чхоль, небрежно перекинув оружие через плечо. «Тем не менее, он умер достаточно легко».

По недоверчивому выражению лица Каэры я понял, о чём она думает. Если бы это существо схватило её или мою сестру, нападение развивалось бы совсем по-другому.

В мане вокруг Элли произошел сдвиг, и её глаза резко расширились. Она наклонилась к Чхолю и принюхалась. «Они могут и не выделять ману, но у них есть отчетливый запах. Маслянистый и… фу, отвратительный. Как гнилая рыба. Это как-то подавляет. Этого должно быть достаточно, чтобы сообщить мне, когда один из них будет поблизости».

«Я не вижу никаких причин для беспокойства», — сказал Чхоль, пожимая плечами. «Я легко уничтожил небесного ската. Если младшая сестра сможет учуять их по зловонию, оставшемуся на моей плоти, тогда нас больше не застанут врасплох».

«Небесный скат? Ты знаешь этих существ?»

Чхоль положил древко своего оружия в землю и опёрся на рукоять. «Я слышал рассказы о похожих зверях маны в Эфеоте. Небесный скат бездны — непревзойденный хищник, его контроль над маной настолько совершенен, а крылья настолько быстры, что даже охотники на Фениксов иногда оказывались застигнутыми врасплох».

«Небесный скат бездны, да?» — спросил Реджис, фыркнув. «Довольно поэтично».

«А действительно ли имеет значение, как это называется?» — спросила Каэра, поворачивая шею и наблюдая за деревьями. «Каков наш план по преодолению этой зоны живыми?»

«Корни слишком открыты», — сказал я, размышляя вслух.

Внизу, на уровне воды, торчали корни, оплетая друг друга замысловатой паутиной. Наверху, на ветвях гигантских деревьев, по крайней мере, была листва, которая давала нам хоть какое-то укрытие. Казалось вероятным, что эти хищники использовали их, чтобы оставаться вне поля зрения, наблюдая за всем, что двигалось вдоль корней внизу. Я мог только надеяться, что мы сможем сделать то же самое.

Каэра проследила за направлением моего взгляда. «Как ты думаешь, мы могли бы подняться выше того места, где охотятся эти существа? С твоей способностью телепортироваться мы могли бы подниматься на многие мили с относительной легкостью».





Глава 437 — Удержание Позиций




Глава 437 — Удержание Позиций

От лица Каэры Денуар.

У меня внутри всё замерло, когда Реджис спрыгнул с гигантской ветки, по которой мы бежали. Деревья, превышающие размерами даже самые грандиозные соборы и дворцы, росли повсюду вокруг нас, их ветви пересекались друг с другом в непостижимой сети как вверху, так и внизу. Плоть Реджиса подо мной начала извиваться.

Его спина расширилась, а мех затвердел, превратившись в шипы. Пурпурное пламя его гривы стало неровным, более плотным, оцарапав меня и проведя кровавую линию по моему предплечью. Крылья выросли у него за спиной, улавливая наш импульс.

Находясь так близко, Разрушение, исходящее от него, заставляло мои кости болеть.

Два небесных ската развернулись, чтобы преследовать нас.

«Слева от нас!» — рявкнула я, когда лучи огня души сорвались с моего клинка и вонзились в плоть зверя, оставляя пузырящиеся шрамы на черной шкуре.

Реджис резко наклонился, когда небесный скат устремился на нас сбоку, и я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме как удержаться на его спине. Пурпурный огонь полыхнул у него между зубами, и он вырвал кусок из крыла нападавшего. Пламя быстро распространилось из раны, пожирая зверя, когда он падал с неба.

Мы развернулись в воздухе и направились обратно к нашей ветке, где остальные были полностью вовлечены в бой. Грей что-то крикнул, и Элли вскочила на спину своему медведю. Реджис схватил её в свои лапы, затем снова развернулся, спускаясь к раме портала вдалеке.

Оглянувшись назад, я увидел, как Грей оттащил Сильви от Бу. Даже сейчас, посреди такого хаоса, в том, как он держал её, было столько нежности.

С внезапной вспышкой боли трезубое хитиновое копье ударило меня в ногу, пробив оболочку из маны, покрывающую моё тело, и вонзившись в бок Реджиса. Я зашипела от боли и чуть не свалилась, когда Реджис резко накренился, чтобы избежать залпа копий, брошенных ордой ракообразных, ползущих вверх по дереву.

«Ты в порядке?» — спросил Реджис, беспокойство было ясно даже в его гортанном рычании.

«Да», — прошипела я сквозь стиснутые зубы. «Не сбавляй скорость!»

Пока я боролась с копьем, несколько ракообразных спрыгнули с ветвей дерева. Оборки на их плечах расправлялись, как крылья, чтобы поймать ветер. Сначала несколько, потом дюжина, потом ещё больше скользнули за нами.

При одной мысли об этом мои дроны сблизились. Мана резонировала между ними, создавая вокруг нас щит. Ещё одно копьё отскочило от щита, затем маленький клинок.

Мы добрались до маленького островка узловатых корней прямо перед ними, но небесные скаты уже кружили над нами. Реджис начал трансформироваться, и я соскользнула с его спины, одной рукой крепко держа копьё. Бу появился рядом с Элли со вспышкой маны, но я была сосредоточена на приближающейся орде, когда выдернула копьё и отбросила его в сторону.

Внезапно скользящие ракообразные пришли в беспорядок, падая, как камни, или резко отклоняясь в сторону. Фигура с дымчатой кожей прорвалась сквозь их строй, и я затаила дыхание, когда Чхоль сорвал оборки с одного из монстров, вонзил свой пылающий огнем кулак в другого, отчего тот вспыхнул, как щепка, прежде чем ударить ещё двоих друг о друга с такой силой, что я услышала хруст с того места, где стояла.

Они прекратили преследование и нырнули в воду, чтобы спастись от него, дав ему время приземлиться рядом со мной.

Следуя сдерживаемому давлению, которое излучала его связь, я обнаружила Грея с Сильви на руках, прыгающего между двумя ветками. Небесный скат бросился на него в середине прыжка, но заклинание Сильви сработало, и он застыл в воздухе, тошнотворно ускорился и исчез за деревом.

Грей перебегал с ветки на ветку, двигаясь вниз и в нашем направлении так быстро, как только мог, держа Сильви на руках, её тело всё ещё было заковано в его наколдованные доспехи. Когда несколько ракообразных двинулись, чтобы отрезать ему путь, он метнулся вперёд с такой скоростью, что их сдуло с ветки. Несколько из них упали, потеряв сознание и не сумев спастись, в то время как остальные сбросили свои оборки и поплыли к другим ветвям или вниз, в воду.

Зона содрогнулась, когда Чхоль вонзил своё оружие в один из корней, ведущих к нашему острову. Дерево взорвалось, горящие щепки разлетелись во все стороны, подобно ножам. Языки пламени метнулись по дереву к группе ракообразных. Несколько тварей были охвачены пламенем, в то время как другие сбежали в воду с яростным булькающим щебетом.

Вокруг нас появился прозрачный, дымчато-чёрный пузырь маны. Хитиновые снаряды врезались в него мгновением позже, посылая дрожь по мане.

«Нам просто нужно продержаться, пока Грей не догонит нас», — сказала я, обдумывая наши варианты.

О том, как напряглись запасы маны Чхоля, свидетельствовали его остекленевшие глаза и неровное дыхание. Элли сидела на Бу, прижав сломанную руку к животу, и вокруг неё клубилась мана. От Реджиса, единственного из всех нас, кто, похоже, не был измотан этой битвой, исходило напряженное ожидание.

Частота падения снарядов быстро увеличивалась, пока весь щит не задрожал и не стал едва сохранять свою форму.

Внезапно в обстреле наступило затишье.

Из дымящихся развалин корня, уничтоженного Чхолем, вырвалась размытая фигура и помчалась к нам. От скорости движения Грея дым рассеялся, и за ним показались десятки трупов.

Я отпустила щит, когда он помчался по переплетению корней в нишу, где была спрятана рама портала. Тонкое свечение залило нишу, окутав Грея бледным светом, когда портал активировался.

Свет потускнел, и щит над нами восстановился как раз перед тем, как в него врезался небесный скат.

Пока я держала его там, напрягаясь из-за силы Реликтового Зверя, Грей выругался, и моё сердце замерло. В руке у него был компас, но изображение портала было искажено помехами.

Словно почувствовав на себе мой взгляд, он повернулся и покачал головой. «Он не работает».

Щит, исходящий от моих дронов, вышел из строя.

Огонь Феникса, Разрушение и чистая мана — всё это обрушилось на атакующего небесного ската одновременно. От его дозвукового предсмертного рева у меня перехватило дыхание, и я едва успела взмахнуть клинком, чтобы отразить брошенное копьё.

Чхоль застонал от боли и опустился на одно колено, когда умирающий небесный скат рухнул в воду.

«Элеонора, помоги Чхолю!» Я отдала приказ, зная, что кто-то должен взять командование на себя, иначе мы рухнем под тяжестью этих постоянных атак.

«На нём!»

Взгляд Элли метнулся к её связи, и Бу бросился перед Чхолем, отводя копьё в сторону. Белый свет исходил от Бу к Элеоноре, а затем от неё к Чхолю. Его сигнатура маны увеличилась, но истощение Элли было очевидным, даже после того, как она позаимствовала ману у Бу.

Вода передо мной всколыхнулась, и какое-то ракообразное тяжело приземлилось на край корня. Оно было мускулистым и покрыто чешуей цвета запёкшейся крови. Огромные клешни щелкнули друг о друга вместо рук. Оно опасно защебетало, долгое мгновение пристально глядя на меня, затем поползло вперёд, вытянув клешни.

Вспышка боли пробежала по моей ноге, когда я перенесла свой вес, чтобы отбить одну клешню, прежде чем рубануть по рёбрам нападавшего, алое лезвие вспыхнуло тёмным огнем. Я почувствовала укол страха, когда острие моего меча прочертило лишь тонкую полоску темно-синей крови.

Одна клешня вырвалась и сомкнулась вокруг моего лезвия. Мои руки болезненно дернулись, когда их остановили на середине замаха. Другая клешня широко раскрылся, направляясь к моей шее. За секунду между одной мыслью и следующей я поняла, что удар снесёт мне голову.

Золотой свет залил меня, когда что-то ударило меня сзади, и клешня треснула от силы удара. Я отшатнулась назад как раз в тот момент, когда свет разбился вдребезги. Вместо того чтобы крепко вцепиться мне в шею сбоку, острый кончик клешни полоснул по моей ключице. Мой меч замахнулся вперёд, пламя души вспыхнуло черным на красной стали, и вонзился в открытую пасть монстра, пройдя сквозь его мозг. Его маленькие разъяренные глазки закатились, и он сполз с корня обратно в воду.

Обернувшись, я увидела, что Элеонора смотрит на меня, тяжело дыша, и, хотя я не знала как, я поняла, что она только что спасла мне жизнь. «Спасибо», — сказала я, осторожно ощупывая свою рану. Рана была глубокой, и кость под ней была сломана, но я не думала, что это будет опасно для жизни в краткосрочной перспективе.

Она кивнула, затем попыталась вытащить копье из толстой шкуры Бу здоровой рукой.

Внутри ниши Грей уложил Сильви и опустился рядом с ней на колени. Я просто слышала нежные слова, которые он говорил только для неё. «…ты должна выслушать меня, хорошо, Сильв? Пора уходить. Мы не можем уйти, пока ты не вернешься к нам. Мне нужно, чтобы ты сейчас проснулась, хорошо?»

Пока он говорил, давление его намерения нарастало до тех пор, пока не стало трудно дышать. Возможно, почувствовав перемену, наши нападавшие дрогнули, отступая назад, и зона наполнилась шумом их инопланетного щебета. Теперь я могла видеть, что всё больше ракообразных выплывали из воды вокруг нас.

Сверху раздался предупреждающий рев.

Реджис, снова в своей форме Разрушения, летал узкими кругами над узлом корней. Вокруг него роились небесные скаты.

Каждый из них был достаточно велик, чтобы покрыть своей тенью весь остров, и всё же они проплывали мимо друг друга, летя, как стая рыб. Трое приблизились к Реджису, первый растворился в потоке Разрушения. Второй, однако, разорвал крыло Реджиса, когда пролетал мимо, а третий врезался в него лоб в лоб, заставив его закружиться в воздухе.

Другой опустился на остальных из нас, его двойные хвосты изогнулись под ним, как крючья. Когда он пролетал мимо, эти хвосты хлестнули. Элли бросилась на живот, вскрикнув, когда неудачно приземлилась на сломанную руку.





Глава 438 — Нестандартная Идея




Глава 438 — Нестандартная Идея

От лица Артура Лейвина.

«Это была в лучшем случае легкомысленная идея, Артур», — сказала Каэра с нехарактерной для неё нерешительностью, её тон был почти умоляющим. «На самом деле это каприз. Если это невозможно… я не изобретатель… тебе не нужно воспринимать это так серьёзно…»

Я сидел, скрестив ноги, на земле перед Серис с активным Сердцем Мира, фиолетовые руны, которые оно вызывало, горели у меня перед глазами, пока я внимательно наблюдал, как она направляет ману в гниющую голову Владыки Орлайта и сквозь неё. «Я отношусь к этому серьёзно, потому что думаю, что это может просто сработать».

Ответный хмурый взгляд Каэры был задумчивым, когда она перевела взгляд с меня на Серис. Я проследил за её взглядом.

Привычно алебастровая кожа Серис стала болезненно-серой и покрытой капельками пота. Даже после того как мы прибыли, она, казалось, ушла в себя.

Мне нужно было точно понять, что происходит между ней, механизмом и группой других магов, действующих как живая батарея.

Сначала казалось невероятным, что она смогла продержаться так две недели без отдыха. Её сигнатура маны была невероятно слабой, её ядро практически опустело. Её подвиг вообще был бы невозможен, если бы не тот факт, что в отчаянии она разработала свою собственную элементарную версию вращения маны, которая позволяла ей поглощать и очищать ману из атмосферы, одновременно направляя её в рог.

Я проследил за тем, как мана втягивалась по её венам в её ядро, где происходил постоянный водоворот очищения, прежде чем чёрная мана высвобождалась и протекала вниз по её руке в окровавленный артефакт. Оттуда она, казалось, быстро конденсировалась — какая-то врождённая особенность рога Вритры, которую я не понимал, — прежде чем снова была втянута ярко-синей жидкостью.

Мана приобретала более тёмный оттенок после того, как была выпущена рогом. Затем металлическая проводка подвела его к нескольким крупным кристаллам. Каждый из них постоянно наполнялся горсткой магов. Благодаря способности Сердца Мира видеть отдельные частицы маны, я смог проследить за тем, как куски накопленной маны извлекались из кристаллов маны и превращались в артефакты, которые напомнили мне старые спутниковые тарелки Земли.

Эти блюда, покрытые сложной диаграммой из рун, конденсировали и проецировали ману таким образом, что она искажала порталы, создавая что-то вроде петли обратной связи, в которой порталы всё ещё существовали, но любой, кто проходил через них, не смог бы уйти, прежде чем его втянут обратно через портал, оставленный на другой стороне.

Как объяснил Силрит, голубая жидкость была алхимией измельченных кристаллов маны, взвешенных в смеси биологического происхождения, изготовленной в основном из ядер зверей маны и химических веществ, доказавших свою особую способность передавать ману. По сути, Серис изобрела батарею маны. Однако в данном случае артефакт был специально разработан для использования маны Орлайта, и их попытки обратиться к альтернативным источникам оказались безуспешными.

Идея Каэры стала бы возможной только благодаря моему присутствию.

Разразившись болезненным, маниакальным смехом, Каэра занервничала, явно сомневаясь в себе. «Продолжай», — подбодрил я её, охваченный любопытством. Мой собственный разум уже был переполнен идеями, когда я изо всех сил пытался понять, как помочь Серис, и её вклад был приветствуем.

Прочистив горло и отмахнувшись от расстроенного целителя, который обрабатывал её рану — что выглядела намного хуже, чем я первоначально думал, — она просто сказала: «Я просто думала о твоей… уникальной магии и о том, что ты, возможно, единственный человек, который мог бы сделать что-то подобное, но… не могли бы мы каким-то образом привести в действие это устройство, используя изобилие эфира в Реликтовых Гробницах?»

Её простое предложение прочно привлекло внимание всех многочисленных магов на площади обратно ко мне. С того момента, как я появился на втором уровне Реликтовых Гробниц, я был объектом бесчисленных пристальных взглядов. Некоторые смотрели на меня с изумлением, в то время как другие недоверчиво хмурились, но все отворачивались, когда я встречался с ними взглядом.

Казалось, со времён Викториады я стал в Алакрии чем-то вроде мифической фигуры.

По крайней мере, это означало, что, когда я взял управление на себя и начал отдавать приказы магам, управляющим артефактом разрушения, все прислушались.

Я уже довольно давно наблюдал за процессом Серис. Она предоставила своим людям отвечать на мои многочисленные вопросы, а сама вместо этого сосредоточилась на продолжающейся передаче маны.

Моя сестра спала на раскладушке прямо передо мной, Бу вырубился рядом с ней. Оба довели себя до крайности, вырвавшись из последней зоны. Я был благодарен Элли за то, что она продолжала заставлять себя работать, пока меня не было почти два месяца, поскольку тестирование Гидеона и Эмили помогло ей обнаружить дополнительную связь между собой и Бу. Её способность накапливать ману была ограничена её собственным светло-жёлтым ядром, но, используя врождённую ману Бу, она могла выйти далеко за пределы своих возможностей.

Несмотря на то, что он быстро перегорел, Чхоль так же быстро восстановился. Его многочисленные раны уже затянулись, несмотря на то, что он не позволил алакрийским целителям вылечить его. Теперь он расхаживал по внешнему периметру площади, привлекая нервные взгляды восходящих.

Сильви и Реджис остались рядом со мной. Они сохраняли свои мысли тихими и ненавязчивыми, но наша связь никогда полностью не прерывалась. Разум Сильви гудел от последствий её пребывания в Реликтовых Гробницах, но у нас не было времени поговорить об этом. Реджис, с другой стороны, был сосредоточен на моей задаче, внимателен к каждой детали. Несмотря на то, что я не воспринимал его мысли напрямую, я все равно чувствовал, как шестерёнки его разума вращаются, словно тень моего собственного.

«Есть три основных препятствия для такого рода обращения», — сказал я тихо, так, чтобы меня могла услышать только горстка людей, находящихся непосредственно вокруг меня. «Корпус батареи здесь был спроектирован с нуля, чтобы использовать ману этого Вритры в качестве источника. Из-за того, как физиология Василиска использует ману, изъятие и расходование этой маны не может быть эффективным ни из какого другого известного мне источника. Кристалл маны просто не может быть достаточно уплотнён, чтобы справиться с этой задачей».

Один из помощников Серис неуверенно пожал плечами. «Да, это было основное препятствие, с которым мы столкнулись. Активная деятельность Серис до сих пор была единственной альтернативой работе, но это, очевидно, неприемлемо».

«Это также означает, что эта конструкция в принципе бесполезна для хранения или передачи эфира», — продолжил я. «Вторая проблема — это проекционные артефакты. Руны специально разработаны для работы с маной, и не только с ней, но и с маной, обладающей свойством распада, изначально ассоциирующимся с расой Василисков».

«Мы разработали дополнительную руническую систему», — ответил Силрит. Он стоял позади Серис и рядом с ней, нависая над резервуаром, где она держала рог Вритры, скрестив руки на груди. «Но без возможности направлять достаточное количество чистой маны альтернативные проекционные артефакты были бесполезны. И чрезвычайно опасно переключаться между проектами, поскольку удаление более одного или двух артефактов ослабляет разрушение».

Я кивнул, ничуть не удивлённый. «Но самая большая проблема заключается в том, что нет никакого способа собрать окружающий эфир в машину, даже если мы сможем устранить две другие проблемы. Я даже не знаю, возможно ли что-то подобное. Даже сами Реликтовые Гробницы, которые существуют в месте, полностью состоящем из эфира, со временем разрушаются. Сама природа эфира на самом деле противоречит тому, что мы пытаемся сделать».

Сильви подняла голову, её взгляд стал острее. «Броня притягивает эфир».

Я покачал головой. «Но чтобы что-то сделать с этим эфиром, ему всё равно нужен человек внутри него»

‘Послушай, мы же не пытаемся революционизировать способ питания всех артефактов по всему миру, верно? Нам просто нужно отключить маленькую королеву мятежников и выиграть этим людям немного времени. Так что используй меня. Я могу втянуть эфир и сфокусировать его на остальной части этого дерьма, если ты сможешь заставить все это работать’.

Я колебался. Это правда, что эфирные частицы естественным образом притягивались к Реджису; этот факт с самого начала сыграл важную роль в моём создании эфирного ядра.

По сути, мы заменили бы Серис тобой. В лучшем случае это была бы временная повязка…

‘Кажется, стоит попробовать’. Сильви положила руку на гриву Реджиса. ‘Это, по крайней мере, выиграет нам всем время’.

Я внимательно изучил свою связь. Морщинки беспокойства прорезали её лоб и уголки губ, в глазах застыла глубокая усталость, но мысли были ясными.

Серис слегка пошевелилась, и и нарушенное состояние маны колебалось. Её глаза двигались под закрытыми веками.

Я вздохнул. У нас не было времени на долгое изучение того, что было возможно. Если мы собирались сделать что-нибудь, чтобы помочь Серис и помешать силам Агроны проникнуть на этот уровень Реликтовых Гробниц, это должно было произойти немедленно.

«Расскажите мне ещё раз о жидкостной батарее», — попросил я, и один из Имбуеров пустился в повторение более раннего объяснения Силрита.

Пока они говорили, я наблюдал за частицами, движущимися внутри рожка, и за яркой жидкостью. Я ещё раз осмотрел корпус и проводку, а также связь между отрубленной головой Вритры и маной Серис. Но я также обратил пристальное внимание на то, как эфир перемещался вокруг этого артефакта. Поскольку внутри артефакта было сосредоточено такое концентрированное количество маны, внутри него существовало очень мало атмосферного эфира.

С моей мыслью Реджис стал нематериальным и проплыл сквозь стекло в гниющую голову внутри, отбрасывая тусклый фиолетовый свет из пустых глазниц.

‘Мне отчасти нравится, что в этом пустом черепе нет семи различных встречных сценариев и планов, пересекающихся в его мыслях в любой данный момент. Знаешь, как определённый человек. Осмелюсь сказать, здесь почти спокойно’, — пошутил Реджис.

Эффект был мгновенным. Больше эфира было втянуто в батарею, перетекая в пространство, не занятое маной.

Выпустив эфир из своего ядра, я направил его к устройству, желая, чтобы оно вытеснило ману, если потребуется. Мана сжалась ещё больше, освобождая больше места для эфира, который затем, в свою очередь, был втянут в голову присутствием Реджиса. Рог не поглощал и не конденсировал эфир так, как ману Серис, но я и не ожидал этого. Василиски не имели естественного сродства к эфиру.

«Принеси один из запасных проекционных артефактов и объясни мне руны».

Один из Имбуеров поспешил подчиниться и вскоре вернулся с круглым металлическим блюдом синего цвета. Он приступил к подробной лекции о назначении рун и о том, чем они отличаются от тех, что используются в настоящее время. Я не был экспертом в этом вопросе, но я был единственным из присутствующих, кто имел хоть какое-то представление об эфире. Однако, даже когда я думал об этом, я понимал, что это может быть неправдой.

«Кто-нибудь здесь знает о Посвящениях?»

Они обменялись взглядами, затем Силрит сказал: «В то время, когда это было сделано, на этом уровне было два служителя. Они верны Агроне, поэтому их заперли в Высоком Зале вместе со всеми остальными, кто сражался против нас».

«Церемония Посвящения требует активации эфира для работы. Артефакты, которые используют эти служители, — вот что делает это возможным. Сильви, иди с ними и допроси этих людей. Используйте артефакты — в первую очередь посох и браслет — чтобы посмотреть, сможете ли вы придумать последовательность рун, которая позволит этим проекционным устройствам использовать эфир вместо маны».

«Конечно», — кивнула Сильви, её пшенично-светлые волосы рассыпались по угольно—черным чешуйкам реликтовой брони.

Каким-то образом я почувствовал себя более комфортно, зная, что она всё ещё защищает её.

Почувствовав мои мысли, она приподняла бровь и криво улыбнулась мне, а затем поспешила за Имбуерами.

Я снова сосредоточил своё внимание на самой батарее. Механизм был разработан для накопления и высвобождения маны без учёта эфира. Высокая плотность маны в роге Орлайта позволила батарее создать тягу, которая естественным образом потянула ману по подключённым проводам к остальным устройствам.

Реальный вопрос заключался в том, как — и даже возможно ли — настроить эту батарею таким образом, чтобы она накапливала и передавала эфир вместо маны.

Поскольку Реджис притягивал эфир, он уже заполнил всё пространство между частицами маны, придавая ярко-синей жидкости лавандовый оттенок. Сосредоточившись на этом свободно хранящемся эфире, я подтолкнул его к проводам и был удивлён, когда небольшое количество частиц, попавших между частицами маны, было втянуто в остальную часть машины. Он рассеялся, достигнув кристалла маны, но это доказывало, что эфир может передаваться аналогично мане.

‘Кристаллы какашек’, — внезапно подумал Реджис, резко остановив мой мыслительный процесс.

Что?

‘Гигантская многоножка’, — серьёзно сказал Реджис. ‘Обработанные кристаллы эфирных какашек — некоторые из них были примерно таких же размеров, как эти кристаллы маны. Может быть, мы сможем поменять их местами’.

Я посмотрел на Серис, всё ещё молча сидевшую прямо передо мной, её мана бесконечно перетекала в рог Вритры, который она держала в руке. «Ты можешь продержаться ещё немного?»

Её голова слегка склонилась набок, позволив пряди жемчужного цвета волос упасть на закрытые глаза. Я не был уверен, услышала ли она меня, но потом она кивнула. «Я слышу, как крутятся твои мысли. Иди, делай то, что тебе нужно сделать. Со мной все будет в порядке».





Глава 439 — Послание




Глава 439 — Послание

От лица Артура Лейвина.

«Это не Викториада, и я не объявляю участника, борющегося за то, чтобы стать Слугой, поэтому я пропущу излишние комплименты и бессмысленный список достижений». Серис на мгновение остановилась, позволив собранию Высококровных подозрительно оглядеть друг друга. «Хотя в Алакрии он известен как Грей, правда такова: я представляю вам Артура Лейвина, Копьё Эленуара из Дикатена».

Комната не столько взорвалась шумом, сколько закипела, чувство приличия у Высококровных нарушилось ровно настолько, чтобы позволить себе несколько сдержанных восклицаний и обмен полушёпотом между соседями. Отношение было повсеместным: некоторые люди откидывались на спинку стула с широко раскрытыми глазами и изумлением, в то время как у других был самодовольный вид, как будто они только что выиграли пари. Однако реакция большинства указывала на то, что они, по крайней мере, подозревали возможность того, что я дикатенец.

Кайден сидел у подножия лестницы на другом конце комнаты со стаканом в единственной оставшейся руке. Медленно он оторвал взгляд от стакана и уставился на меня, наши взгляды встретились. «Ты, должно быть, издеваешься надо мной», — выпалил он, а затем долго и громко смеялся, заставляя замолчать всех остальных. «Итак, ты работал… в академии… и студенты…» Кайден снова разразился беззаботным хихиканьем, в то время как остальные посмотрели на него с плохо скрываемым раздражением.

«Итак, наш спаситель — дикатенец», — сказал один из восходящих, мужчина по имени Джимон, с оттенком недоверия.

Рядом с ним Сулла качал головой. «До меня доходили слухи, но…» Он долго пристально посмотрел мне в глаза, затем перевёл взгляд на Серис, выражение его лица смягчилось. «Коса Серис… для чего всё это было на самом деле?»

Несколько других участников повторили этот вопрос, некоторые согласно кивнули, пара постучала костяшками пальцев по столу в знак своей поддержки.

«Достаточно», — сказал верховный лорд Фрост. Голос его не был громким, в тоне не было сурового приказа, и все же слово прозвучало, как раскат далекого грома, заставив всех замолчать.

Серис несколько секунд оглядывалась по сторонам, не торопясь, чтобы встретиться взглядом с каждым Высококровным по очереди. «Вопрос не в том, для чего всё это было, потому что каждый из вас уже знает ответ. Мы сражаемся за себя и свою Кровь, чтобы сформировать наш мир таким, чтобы он подходил для тех из нас, в ком течёт кровь “Лессеров”, а не только для Асур, которые отметили его и присвоили себе».

Она на мгновение замолчала, чтобы эти слова осели в их сознании. «Нет, я уверена, что каждый из вас слишком хорошо понимает, почему вы здесь. И из-за этого вы также знаете, что это не война между двумя континентами. Дикатенцы — такие же жертвы высокомерия и самодовольного апофеоза клана Вритра, как и мы. Они наши союзники в этой борьбе, а не враги».

«Итак, вы лидер своего континента?» — спросила меня Леди Трамблей, женщина с иссиня-чёрными волосами, в жилах которой текла кровь Вритры. «Что позволяет вам говорить от имени Дикатена?»

Я ответил на её непреклонный взгляд. «Я здесь не за этим».

«Тогда почему вы здесь?» — спросил верховный лорд Фрост. «Я довольно много слышал о вас от своей внучки. И ещё больше от моих солдат в Дикатене, которым не повезло пересечься с вами. Дикатенец, который учит наших детей и щадит наших солдат? Вы должны простить меня, лорд Лейвин, если я не до конца понимаю, что связывает вас с Алакрией».

Несколько человек пробормотали что-то в знак согласия.

Я почувствовал, как Чхоль сменил позу позади меня, его мана вздымалась, когда он инстинктивно призывал её. Сильви, почувствовав моё внимание к себе, сделала шаг назад, чтобы прошептать ему на ухо, призывая его быть терпеливым.

«Моё пребывание в качестве восходящего и профессора не было преднамеренным», — сказал я, воспользовавшись моментом, чтобы собраться с мыслями. «Я пришёл сюда не для того, чтобы шпионить за вами, проникать в ваши учреждения или причинять вам вред, но я действительно считал вас своим врагом. Серис — и леди Каэра из Высококровного Денуара — сделали всё возможное, чтобы убедить меня в обратном, но именно ваши дети, такие дети, как Энола, действительно показали мне правду. У меня есть враги на этом континенте, их много, но не все они — алакрийцы».

Уриэль улыбнулся с расчетливым выражением лица. «Простите меня, но на самом деле это не ответ на мой вопрос. Почему вы сейчас здесь?»

Я кивнул, оценив внимание этого человека к деталям. «Серис помогла мне защитить мой народ, и поэтому сейчас я здесь, чтобы помочь защитить её народ».

Лысый восходящий по имени Анвальд хмыкнул. «Тогда почему бы тебе не пройти через эти порталы и не убить Драгота и всех его солдат?»

«Я мог бы», — признался я, — «но их заменили бы другие, а потом ещё больше. Мы с тобой оба знаем, что Агрона не возражает против того, чтобы тратить жизни впустую. Кроме того, ты не сможешь выживать здесь вечно. Я не знаю, что задумала Серис, но сомневаюсь, что это включает в себя прятки в Реликтовых Гробницах, пока вы все не умрёте с голоду».

«Нет, это не так», — твёрдо отрезала Серис. «Но это действительно приближает нас на шаг к вопросу, который мы, собственно, сегодня здесь обсуждаем. Что, конечно же, и произойдет дальше».

Корбетт Денуар взял свою жену за руку и обменялся с ней коротким взглядом. «Я думаю, этот вопрос волнует всех нас, Кос… Леди Серис. Многие из нас пожертвовали всем, чтобы дойти до этого момента. Каждый раз, когда казалось, что наше положение становилось непреодолимым, вы выручали нас, но…» Он сделал паузу, его взгляд скользнул по столу. Когда он продолжил, то говорил очень осторожно. «Я думаю, что давно пора, чтобы у нас появилось некоторое понимание цели всего этого. Не грандиозные планы самоуправления и изгнания клана Вритра, а реальные, осязаемые результаты. Даже если мы поймём, почему Грей здесь может нам помочь, я, по крайней мере, не вижу, как».

Адаэн из Высококровного Умбуртера, молодой человек, которого я пощадил в Ксайрусе, возмущенно зашипел. «Разве ты не видел, что он сделал на Викториаде? Меня там даже не было, и всё же я слышал, как об этом рассказывали десятки раз. Он в одиночку отвоевал дикатенские города Вилдориал, Блэкбенд, Ксайрус и Этистин, разгромив целые армии. Мне говорили, что даже Косы склонились перед его превосходящей мощью».

Я прочистил горло и жестом велел Адаэну успокоиться.

«Но это были не просто Косы», — неожиданно сказала Каэра.

Внимание присутствующих обострилось. Все они знали, что Каэра путешествовала со мной, и по изменению атмосферы было очевидно, что они ждали, когда она заговорит. Кроме того, её рога, которые теперь гордо демонстрировались без кулона, быстро привлекли внимание почти всех присутствующих. Когда она заговорила, это было похоже на то, как будто она давала им разрешение пялиться.

Она вздернула подбородок и села немного прямее. «Верховный Владыка послал боевую группу Фантомов выследить Артура в Дикатене. Он убил их всех».

Кайден присвистнул. Старшая сестра Трамблей хмуро уставилась на свои руки.

«Фантомы… Я думал, это миф». Сулла провел рукой по лицу. Потрясенный, он взглянул в мою сторону. «А ты?..»

Пожилая женщина, которую представили как Леди Амелию из Высококровного Беллероза, усмехнулась. «Фантастическая чушь. Леди Серис, конечно же, вы привели нас сюда не только для того, чтобы оскорблять сказками на ночь».

Силрит напрягся, но Серис оставалась пассивной, когда сказала: «Леди Беллероз, возможно, моё нынешнее ослабленное состояние произвело на вас неверное впечатление. На самом деле я ещё не настолько устала, чтобы смириться с тем, что со мной разговаривают в такой манере».

Леди Беллероз побледнела, сложила руки на коленях и посмотрела мимо Серис, чтобы не встречаться с ней взглядом. «Прошу прощения, леди Серис, вы, конечно, правы. Мой тон не соответствовал моему положению. Простите меня».

Серис слегка наклонила голову в знак признательности. «Я не виню вас за ваш скептицизм, который является здоровым, но в равной степени верно и то, что никого из вас не было бы здесь, если бы у вас не было способности видеть за пределами жёсткой структуры нашего общества и культуры. Фантомы вполне реальны, и то, что сказала леди Каэра, — правда. Я говорю вам это, чтобы подчеркнуть один важный момент: у Артура есть сила помочь нам вырваться из этой тюрьмы, которую мы построили вокруг себя».

После этого заявления в комнате надолго воцарилась тишина. Я поймал неуверенный взгляд верховных лордов Фроста и Эйнсворта. Глаза матроны Трамблей не отрывались от меня, в то время как Кайден, казалось, погрузился в раздумья, взбалтывая свой напиток. Все остальные демонстрировали какую-то схожую комбинацию внешних выражений, но никто не высказывал своих мыслей вслух.

‘Это не то, чего они ожидали’. В мыслях Сильвии чувствовалась какая-то напряженность. ‘Они в ужасе’.

‘Они полагались на Серис во всех своих надеждах на перемены на протяжении всего этого восстания’, — отправил я ответ, позволив тишине затянуться. ‘Некоторым из них будет трудно смириться с тем, что она, в свою очередь, полагается на кого-то другого, причём постороннего’.

«Итак, мы переходим к нашим следующим шагам», — продолжила Серис после долгой паузы. «В лице Артура у нас есть союзник, способный нанести удар по силам Агроны так, как никто другой не сможет. Чтобы заручиться общественной поддержкой, важно, чтобы мы продолжали подрывать веру людей в божественную непогрешимость Агроны. Моя публичная казнь Владыки Орлайта была первым шагом. Показывая этому континенту, что Асуры на самом деле не бессмертны, мы также открываем им потенциальное будущее, в котором Асуры полностью исчезнут. Но одного проецируемого изображения недостаточно. Нет, нам нужна решительная победа, причем на виду у всех».

«Ты хочешь послать Артура за Владыками», — сказала Сильви, снова становясь позади меня, положив руки на спинку моего стула.

«Да!» — взорвался Чхоль, заставив всех подпрыгнуть. Он вскинул кулак в воздух и ухмыльнулся. «Самое время».

Рядом со мной Элли глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться от испуга, который причинил ей Чхоль. «Сражаться с Асурами…» — прошептала она, нервно теребя край стола.

«Я ожидал большего, чем просто демонстрации силы», — заметил верховный лорд Эйнсворт, поглаживая свою козлиную бородку.

Лорд Ларс Изенхарт, жилистый блондин с пышными усами, хлопнул ладонью по столу. «Действительно. В точности мои мысли, Эктор».

Серис бесстрастно рассматривала их обоих. «Уничтожение Владык, возможно, и не ослабит власть Агроны, но это ослабит его имидж в глазах общественности. И, что ещё более важно, такой смелый удар по нему выведет на поле боя его самое мощное оружие». Говоря это, Серис стояла лицом к Высококровным, но я знал, что она обращалась непосредственно ко мне, когда она сказала: «Весь его разум был поглощен Наследием на протяжении десятилетий. Его устранение сейчас является нашим высшим приоритетом».

Мои кулаки сжались, а челюсть напряглась. Однако, несмотря на эти физические реакции, я не был на самом деле уверен в том, что я чувствовал.





Глава 440 — Оборванная Нить




Глава 440 — Оборванная Нить

От лица Сесилии.

Голоса над головой, вокруг. Знакомые, но далекие. Такие, такие далекие…

Слова, говорящие о пламени в моей плоти, танцующем, как духи. Кружатся, жаждут маны, горят, горят. Слишком много. Все больше и больше, притягиваясь ко мне, как мотылек к пламени. Заполняя меня. Мою кровь, мои кости.

Меня.

Заполняя, словно яму. Глубокую, бесконечную, замерзшую яму. Не могу вспомнить… что было здесь раньше? В яме?

Магия. Мана. Ключ. Ядро.

Снова слова. Незнакомые голоса и знакомые. «Бред». «Лихорадка». «Опасность». «Время».

Время. Оборванная нить, истертая, бессвязная.

Свет, тьма, свет, тьма… тьма…

Глаза открываются. Темнота, полная цветов. Красный, желтый, зеленый, синий… мана.

Надвигающиеся фигуры. Иглы в моей плоти, металл, прижатый к коже. Еще слова. «Задержка». «Воля». «Душа». «Исцеление». «Интеграция».

Снова темнота.

Я проснулась, дрожа. Эхо крика звенело у меня в ушах, сердце бешено колотилось, разрываясь на части. В ужасе.

Там были звезды. За окнами. Фиолетовые силуэты гор. Их название ускользало от меня. Что-то было не так. С моим разумом, с моей магией.

Я закрыла глаза и попыталась собраться с мыслями. Было больно. Мне было больно. Кожа горела. Мышцы болели. Каждый вдох был наполнен рваной болью. Болью и… маной. Каждый вдох был полон маны. Вливаясь не в мое ядро, а… в меня.

Успокойся. Мана была здесь. Магия была здесь.

Ветер пронизывал меня насквозь, охлаждая мои кости. Сон снова навалился на меня.

Я снова моргнула, просыпаясь, и почувствовала, как неведомое присутствие наполняет мои покои. У изножья кровати стоял человек. Похожий на Агрону, но, в то же время, совсем не похожий на него. Его глаза, два ярких рубина, пронзали меня, как копья с окровавленными наконечниками. Я вздрогнула, почувствовав его взгляд на своей коже, под кожей, раздирающий меня слой за слоем.

У него было холодное серое лицо с бесстрастным выражением вокруг пронзительных глаз. Два рога, закрученных штопором, торчали у него из макушки. Мне знакомо это лицо, подумала я. Только…

Он что-то сказал, и в поле зрения появился еще кто-то, своим присутствием затмевая первого человека. Агрона. Он улыбнулся мне и сказал добрые слова.

Владыка Олудари Вритра из Труасии.

Имена и места, значения которых я никак не могла уловить.

Олудари ответил, обеспокоенный.

Агрона отмахнулся от его опасений, уверенно, заверяя. Пугающе.

Олудари, не успокоился. Агрона, властный. Олудари, покорный. Он бросил на меня тревожный взгляд, и мой дух съежился. Я закрыла глаза и попыталась отдышаться.

Когда я снова открыла их, я была одна. Время стало более осязаемым… более реальным. Я поняла, что прошло несколько часов.

Я пыталась вспомнить разговор Агроны с Олудари, но это было похоже на попытку вспомнить сон после пробуждения. Чем сильнее я пыталась ухватиться за воспоминания, тем больше они ускользали от меня.

Меня лихорадило. Сколько прошло времени? Мне было интересно. Недели, предположила я.

‘Достаточно долго, чтобы я усомнилась в том, что мы выживем’, — сказала Тессия в моем сознании. ‘Интеграция… Я никогда не могла себе представить, что испытаю это лично. Как бы все отреаги…’

Я застонала и перевернулась, натянув на голову одну из пропитанных потом подушек. Оставь меня в покое.

Ответа не последовало.

Через несколько минут я оттолкнула подушку и перекинула ноги через край кровати. Пол был холодным, в отличие от моей горячей кожи, и когда я встала, мои ноги сильно дрожали. Спотыкаясь, я подошла к открытой балконной двери и облокотилась на перила. С гор дул холодный ветер, вызывая мурашки по всему телу и усиливая дрожь.

Мана потекла по моим конечностям, и дрожь ослабла. Она наполнила мои легкие, помогая глубоко дышать. Она заискрилась в моем сознании, проясняя мысли.

Раньше мне казалось, что я нахожусь в единстве с маной. Она слушала меня, реагировала на мои мысли и желания, была инструментом, с помощью которого я могла делать все, что угодно. Теперь я должна быть сильнее, но…

В этом было какое-то неизбежное чувство иронии. Я не могла припомнить, чтобы с момента своего перерождения в этом мире я чувствовала себя настолько слабой или ничтожной. Я была Наследием, а теперь прошла через Интеграцию, что сделало меня, возможно, самым могущественным магом в мире. Но я не могла остановить дрожь в коленях и капли пота, выступившие у меня на лбу. Каждый вдох казался мне вынужденным, как будто в следующий раз, когда я попытаюсь вздохнуть, я уже не смогу этого сделать.

Агрона сказал мне, что самое страшное уже позади, но я так не считала. Что бы ни происходило со мной, пока я была без сознания, сразу после Интеграции, я не могла представить что-то, что может быть хуже, чем эти недели исцеления и болезни.

Было пугающее ощущение неправильности происходящего. Как тогда, когда у меня был огромный центр Ки, но я не смогла помешать ему вырваться наружу, тем самым причинив боль Нико… и Грею.

Наклонившись вперед, меня стошнило через край балкона. Опираясь на холодные перила, я ощутила на зубах горечь собственной желчи и на какое-то время мой разум помутился. Затем я медленно, спотыкаясь, вернулась к своей кровати и упала в нее, но сон был далеким и недостижимым.

Я просто лежала, не в силах сделать ничего большего, кроме как сфокусировать свое внимание на внутренней работе этого хрупкого эльфийского тела. Оно все еще находилось на последней стадии привыкания к мане, которая теперь проникала в каждую его клеточку. Это было странное ощущение — иметь ману, не ограниченную ядром. Я действительно была едина с маной. Вот что такое Интеграция. Агрона пытался описать это, но то, что он рассказал мне, не совпадало с реальностью. Возможно, даже его разум Асуры не мог представить себе, что такое Интеграция на самом деле. Но тогда, подумала я, никто из тех, кто не испытывал этого чувства равновесия и силы, не мог надеяться понять это.

Неуверенно, я начала экспериментировать с ней, ощущая потоки маны вокруг и сквозь меня. Мана атрибута воды успокаивала ноющие мышцы, а мана ветра охлаждала кожу. Мана атрибута земли застывала в моих костях, а мана огня согревала мою кровь.

Такое отстраненное наблюдение помогло внести некоторую ясность. Интеграция, как я поняла, была очень похожа на пробуждение маны после того, как я всю свою прежнюю жизнь пыталась контролировать свою Ки.

Точно так же, как мана ощущалась гораздо более полной и волшебной, интеграция ощущалась экспоненциально более мощной, чем опора на ядро для использования магии. Создание ядра маны было похоже на конденсацию центра Ки, поскольку для формирования каждого из них требовалась концентрация энергии, а ощущение, когда мана наполняет и свободно течет по моему телу, очень напоминало манипуляции с Ки на Земле.

Я почувствовала, как отшатнулась от этой мысли, все еще боясь, что моя мана, как и Ки, вырвется из-под моего контроля. А без ядра, которое могло бы ее контролировать…

Я села и прислонилась спиной к стене, замедляя дыхание. То, что я являюсь Наследием, не помешало этому случиться раньше, на Земле. Я контролирую ситуацию, уверяла я себя, повторяя это снова и снова, как мантру.

В конце концов, сон подкрался ко мне, и я задремала.

Я проснулась с криком, и этот крик эхом отозвался во мне.

Вскочив с кровати, я уставилась на испуганного слугу, убиравшего мою комнату. У моей кровати сидел Нико, он быстро спровадил его, тот поклонился и, испуганно оглянувшись на меня, выбежал из комнаты.

«Что случилось?» — спросил Нико, его голос был мягким. Он был почти похож на его прежний голос, настоящий, такой, каким он звучал на Земле.

Я присмотрелась к нему повнимательнее. Не его темные волосы и резкие черты лица. Нет, его алакрийское лицо не было его лицом, так же как тонкое эльфийское лицо Тессии Эралит не было моим. Но то, как он впивался ногтями в ладонь, как старался не показывать этого, прикусывая губу, как слегка наклонялся ко мне, словно хотел быть еще чуть-чуть ближе… в эти мгновения я видела его. И когда я закрывала глаза, я представляла его так же ясно.

Я резко напряглась, когда в голове раздался голос Тессии.

‘Покажи ему прежнюю ману’.

Я сразу поняла, о чем она говорит: о мане, которую я получила со стола Агроны, покрытого рунами, того самого, на котором очнулась после Интеграции. Она осталась во мне, сохранив форму и назначение, которые ей придали странные руны.

‘Вспомни, Сесилия. Когда ты только проснулась, ты почувствовала, что что-то не так. Во всем этом есть нечто большее, чем то, что тебе говорят’.

Я не признавала ее, но она была права. Я проснулась на том столе, чувствуя себя слабой, но самой собой, и в ту же ночь снова погрузилась в болезнь. Полузабытые слова крутились у меня в голове, недосягаемые.

Запинаясь, я начала объяснять Нико, что я видела и делала, когда только очнулась, и какой дискомфорт я испытывала, находясь в окружении странных магов.

«Ты сделала… что? Это бессмыслица, Сесил». Он бросил на меня жалостливый взгляд. «Это… ну, невозможно».

Я вытянула руку ладонью вверх. От моей кожи исходил теплый свет, а в воздухе появилась струйка маны, горящая в форме рун, которые изначально придали ей форму.

Глаза Нико расширились, дыхание стало поверхностным. Он наклонился вперед, вглядываясь в ману, и на его лице было написано, как он пытается понять и принять ее.

Я рассказала ему о рунах и о том, что я хочу сделать.

Осторожно двигаясь, Нико погрузил кончик пальца в ману. Она сконденсировалась в рой отдельных частиц и втянулась в его тело. Я сосредоточилась на этом, позволяя заклинанию сохранить свою форму, а не раствориться в отдельных компонентах маны. Глаза Нико закрылись, прыгая под веками.

«Я… я не уверен». Нико произносил слова с медленной тягучестью, сосредоточившись на заклинании. Я почувствовала, как он направляет ману в свои регалии. «Структура, руны… магия — это не похоже ни на что, что я когда-либо видел, но…»

Его глаза открылись, и он уставился на меня. Его страх был очевиден.

«Это займет некоторое время. Мы… не должны больше никому об этом рассказывать».





Глава 441 — Рога Экзегеза




Глава 441 — Рога Экзегеза

От лица Артура Лейвина.

Ночь была темной, звёзды прятались за тонкими облаками, плывущими с гор Клыка Василиска вдалеке.

Мы спешили через город Нирмала в молчании. Когда мы прибыли, у портала спуска стояли четверо охранников. Их смерть была быстрой, но драка прервала мой разговор с Сильви. Теперь, когда мы поднимались по стене высокой башни, возвышавшейся над дворцом Владыки Экзегеза, и мои нервы с каждой секундой становились всё напряженнее, я сосредоточился на том, что она говорила, чтобы удержать свой разум от бесполезных сценариев предстоящей битвы.

«Как ты думаешь, чей это был голос, когда ты находилась в эфирном промежуточном пространстве?»

Всё ещё одетая в реликтовую броню, Сильви карабкалась примерно в четырех футах ниже меня справа. Ей и Чхолю было бы легче взлететь, но им нужно было максимально подавить свои сигнатуры маны.

«Я всё ещё не уверена», — тихо сказала она. «Ты видел мои воспоминания. Физический облик менялся…»

«Но ты думаешь, что это могла быть… твоя мать?»

Сильви молчала, её мысли были туманны.

Мы взобрались на вершину, перебравшись через невысокую стену, окружающую плоскую крышу башни из песчаника.

«Я не знаю». Она опустилась на колени на противоположном краю крыши, глядя вниз на дворец Владыки, и глубокие морщины прорезали её лицо. «Её силуэт, очевидно, был порождением моего собственного разума, так что, возможно, это вообще не имеет никакого отношения к голосу».

Её рассказ о том, как она утонула и была спасена бесформенным существом, не покидал мои мысли на протяжении всего путешествия со второго уровня Реликтовых Гробниц. Я надеялся, что получу некоторое представление из её рассказа, но это только привело к ещё большей путанице. Тот факт, что её склонность к эфиру изменилась с эдикта Вивиума на Эвум, был странным, но, в некотором роде, это имело смысл. Однако то, что её впустили в Реликтовые Гробницы, для нас не имело смысла вовсе. И на всем этом было трудно сосредоточиться, когда на горизонте маячила возможность сразиться с чистокровным Василиском.

Я решил взять с собой только Сильви и Чхоля, оставив Каэру и Элли восстанавливаться после полученных травм — и уберечь их от опасности. Реджис, конечно же, продолжал поддерживать барьер включенным на втором уровне Реликтовых Гробниц, и я уже начал сомневался в своём выборе атаковать без божественной руны Разрушения. Хотя я и не хотел, использовать её рядом с телом Тессии, я не мог притворяться, что встреча с Экзегезом не была бы менее тревожной, если бы у меня в рукаве была сила Разрушения.

По правде говоря, у Сильви было очень мало времени, чтобы попрактиковаться в своих новых способностях, а Чхоль был в значительной степени непроверенным. Полуфеникс становился всё более тихим и сосредоточенным по мере того, как мы приближались к Нирмале и нашей цели. Мы с Сильви продолжали наш постоянный разговор вслух, чтобы не исключать его, но он в основном игнорировал нас, его мысли были обращены внутрь себя и далеко вперёд.

Я знал, что он, должно быть, чувствовал: это было бы его первым настоящим испытанием за пределами безопасного Харта. Он тренировался против чистокровных Асур всю свою жизнь, но никогда раньше не сражался с ними насмерть. В целом, это оставило у меня меньше уверенности в конечном результате, чем мне бы хотелось.

И тогда, если мы добьёмся успеха, нам придётся столкнуться и с Сесилией — Наследием и всей её неведомой силой.

Стряхнув с себя эту мысль, я окинул взглядом открывшуюся перед нами сцену.

Даже в темноте дворец представлял собой впечатляющее сооружение с изящной архитектурой, золотыми куполами и нефритовыми арками. Раскинувшийся дворец был окружен не стеной, а скорее россыпью водных садов, которые ловили случайные звезды и лунный свет, пробивающиеся сквозь облака, и отражали их, как многогранный драгоценный камень. Вокруг дворца раскинулся город Нирмала, а вдали виднелись пурпурные силуэты гор Клыка Василиска.

«Артур…»

Я сосредоточился на дворце, возвращая себя в настоящий момент. Я сразу понял, что почувствовала Сильви. «Здесь нет никаких следов маны. Вообще никаких».

Большие руки Чхоля ухватились за верхнюю часть короткой стены, которая шла вокруг крыши. Когда он заговорил, в его голосе слышалось раздражение. «Возможно, этого Василиска здесь нет. Или он скрывает свою сигнатуру. Василиски все параноики, по крайней мере, так мне говорили».

Хотя я не мог полностью отбросить мысли Чхоля, для меня не имело смысла, что Экзегез, правитель этого Доминиона, будет скрывать свою сигнатуру маны в своём собственном дворце. Моя способность пассивно обнаруживать ману вернулась только недавно, и поэтому я не был уверен в достаточной силе могущественного Василиска для полной защиты себя от Сердца Мира. Мысли и страхи начали проноситься в моём сознании, когда я попытался рассмотреть все многочисленные возможности.

«Возможно, это слишком опасно для его алакрийской стражи или даже для жителей города?» — предположила Сильви. «Алдир и Виндсом всегда скрывали свою ауру, когда находились в землях лессеров».

«Но я не чувствую ни охраны, ни слуг. Он не стал бы держать рядом с собой невзрачных солдат, если только…» Такому василиску, как Экзегез, было нечего бояться своего народа. Так ли нужна ему охрана? Но всё же это было не то, чего я ожидал, отчего я резко насторожился.

Чхоль опустился на одно колено, его ярко-оранжевый глаз сиял в темноте. «Вы подозреваете ловушку?» Его кулаки с хрустом пробили стену из песчаника, заставив нас всех троих вздрогнуть. «Нам не следовало посвящать в наш план так много алакрийцев», — добавил он драматичным шёпотом.

Мы молча наблюдали ещё несколько минут, напряжение между нами медленно нарастало, но на улицах было тихо, и ни во дворце, ни в окружающих зданиях не было никакой активности. Наконец, я смирился с тем, что есть только один способ лучше понять, с чем мы столкнулись. «Пойдём».

Спрыгнув с крыши, укрепляя свое тело эфиром, я устремился вниз. При приземлении мои ноги бесшумно поглотили отдачу.

Сильви и Чхоль спустились следом за мной, тихо перешептываясь и источая лишь намёк на ману.

Мы бросились через дорогу и вдоль стены одноэтажного здания, затем в водные сады. Перепрыгивая с камня на камень, мы избегали естественных дорожек через водный сад, которые все были освещены мягко светящимися осветительными приборами. Я мог сказать, где несколько сторожевых постов были естественным образом встроены в обширные бассейны, высокую траву, изгороди и тщательно уложенные речные камни. Но, как я видел с крыши, сады были пусты.

Жуткое чувство пробежало у меня по коже, но я не сбавлял курса, пока мы не остановились под внешней стеной дворца, недалеко от главного входа.

Выглянув из-за угла, я убедился, что снаружи нет охранников.

Прежде чем выйти на открытое место, я окинул взглядом сады и город за их пределами в поисках какого-нибудь намека на постороннего наблюдателя, который я мог бы увидеть или ощутить. Самая плотная концентрация маны была в прямоугольном двухэтажном комплексе неподалеку. Судя по простоте здания и плотности магов внутри него, я мог только предположить, что это была какая-то казарма. Большинство из тех немногих людей, которых мы видели на улицах, тоже были магами, почти все стражники патрулировали город.

Убедившись, что за нами никто не наблюдает, я выскользнул из-за тёмного угла и бросился к ярко освещённому главному входу. Высокие, парадные двери, выкрашенные в темно-зелёный цвет и инкрустированные золотом, серебром и нефритом, бесшумно открылись от лёгкого толчка, держась на своих ухоженных петлях.

Вход за ним был ярко освещён, открывая вид на мозаичный пол, разделённый двумя рядами колонн. Тщательно ухоженные растения свисали с потолка и росли вдоль стен. Никаких охранников поблизости не было.

Я чувствовал, как беспокойство Сильви просачивается сквозь нашу связь. ‘Может быть, там действительно пусто’, — сказал я ей.

‘Мог ли Агрона отозвать своих Владык, опасаясь нечто подобного?’ — спросила Сильви, когда они с Чхолем последовали за мной во дворец. ‘Может быть, Чхоль был прав, и какая-то часть нашего плана просочилась наружу’.

Я захлопнул за нами дверь, мой разум был забит различными сценариями, каждый из которых был менее вероятный, чем предыдущий. Вопросов было слишком много, и единственный способ получить больше ответов — это продвигаться дальше внутрь здания.

Мы пересекли вестибюль и подошли к ряду дверей поменьше, которые открывались в широкий коридор, тянувшийся по центру дворца. По словам Серис, тронный зал Владыки Экзегеза находился прямо перед нами.

Потратив мгновение на то, чтобы уловить следы маны за рядом закрытых дверей, я приоткрыл одну из них. С другой стороны навалился какой-то груз, заставив её открыться быстрее, чем я ожидал. Я отступил назад с, нацеленным на дверь, эфирным клинком в руке.

Изнутри вывалилась фигура, её бронированная голова ударилась о кафельный пол со звуком, похожим на звон колокола. Звон разносился по безмолвному дворцу, длиной, казалось, в целую песню.

Чхоль, держа наготове своё огромное оружие в одной руке, осторожно шагнул вперёд, пока не оказался над человеком в доспехах. Нахмурившись, он встретился со мной взглядом. «Мёртв». Другой рукой он открыл дверь пошире, обнаружив ещё дюжину тел с другой стороны.

Я наклонился рядом с Чхолем и прижал пальцы к шее охранника. Пульса не только не было, но и плоть была такой же холодной, как сталь, покрывающая его тело. Его кожа была бледной, и в том выражении, которое я видел на его лице, была какая-то призрачная изможденность. Однако быстрый осмотр не выявил никаких следов сражения ни на стали, ни на плоти. Желая быть тщательным, я перевернул тело на бок, но и на спине ран тоже не было.

«С остальными то же самое», — тихо сказала Сильви, переходя от трупа к трупу. «И посмотри, как они лежат. Это как если бы…»

«Они просто рухнули», — закончил я.

Каждое тело лежало на земле, как марионетка с оборванными ниточками. Их оружие даже не было извлечено из ножен. Но еще более странным являлось то, что они были лишены очищенной маны, вокруг них сохранились лишь следы маны элемента воды и земли.

Чхоль сжимал своё оружие обеими руками, осматривая коридор вдоль и поперёк, словно ожидая нападения в любой момент. «Это… это как если бы свеча их жизненной силы просто погасла».

«Пошли дальше». Я осторожно двинулся по толстому красному ковру, который тянулся по центру коридора. Слева и справа было больше дюжины дверей, что обеспечивало идеальное место для засады. Я сосредоточил на них все свои чувства, ожидая скрипа ботинок по кафелю или стона поворачивающихся петель, но единственными звуками были те, что издавали мы сами. «Мы должны знать, здесь Экзегес или нет, тогда мы сможем убраться отсюда к чертовой матери».

«Чем скорее, тем лучше», — пробормотала Сильви себе под нос. «Здесь точно что-то не так».

Огромные арочные позолоченные двери загораживали конец коридора. Затаив дыхание и наполнив свои чувства эфиром, я прислушался у двери. Снаружи всё было тихо.

Я кивнул Чхолю, но когда мы направились к двери, осветительные приборы в дальнем конце коридора замерцали. Я развернулся с эфирным клинком в руке.

Там никого не было, и я также не ощущал никакой маны.

«Пусть древние направят нас и защитят от призраков тихой ночью…» Чхоль пробормотал что-то себе под нос, как молитву. Когда стало ясно, что мы всё ещё одни, он откашлялся и повернулся обратно к двери, вопросительно глядя на меня.

Вместе мы толкнули, и массивные двери распахнулись.

‘Что за чертовщина…’ — подумала Сильви, её широко раскрытый взгляд медленно обводил пространство за её пределами.

Мы добрались до тронного зала — огромного помещения, способного вместить, как мне показалось, взрослого, трансформированного Василиска. Чёрные железные арки изящно переливались с пола на потолок, резко выделяясь на фоне золотого купола крыши и красно-золотых оттенков плиточного пола и ковров разных размеров и форм. Стены были покрыты витражами и ткаными гобеленами, но я обратил на них лишь смутное внимание, так как не мог сосредоточиться ни на чем другом, кроме десятков тел, разбросанных по комнате. Моё внимание привлекло, в частности, одно тело.





Глава 442 — Поражённый Мечом




Глава 442 — Поражённый Мечом

От лица Артура Лейвина.

Мой меч, сотворенный из чистого эфира и удерживаемый одной лишь моей волей, вонзился в переплетенные нити эфира вокруг меня.

Открытая божественной руной Шага Бога, сеть аметистовых путей соединяла каждую точку со всеми остальными точками в пространстве — через эфирное царство, как я узнал от последней проекции Джинна. Божественная руна изменилась, когда я осознал это, и с тех пор это знание дремало на задворках моего разума, углубляя понимание, но без четкого применения.

До того момента, когда возникла необходимость, когда у меня не было другого выбора, кроме как воплотить знания в действие.

Мои чувства текли сквозь эфирные пути в промежуточное пространство, которое связывало всё воедино.

Я увидел Сесилию, последние остатки её последней атаки всё ещё накаляли воздух между нами, увидел многорукий силуэт маны, обернутый вокруг тела, которое она забрала у Тессии, а также Нико рядом с ней, его неуверенный взгляд метался между нами, его рука тянулась к её плечу, но он не решался прикоснуться.

Эфирный клинок глубже погрузился в сеть молний эфира.

Я увидел Дранива, его бессознательное тело, свернувшееся калачиком под куском упавшего с крыши камня, его разбитую маску в щебне рядом с ним, Мавар, прилипший к ее плоти чернильно-черный щит не мог скрыть непрерывный поток крови из ее бедер, и Мелзри перед ней, её налитые кровью глаза рассекали воздух, как её клинки, когда она переводила внимание с меня на спину Сильви.

Пути втянули мой удар в себя, направляя его через само пространство.

Я увидел скопление частиц маны, окутывающих фигуру в тенях искореженного и разбитого потолка, нити маны, находящиеся под её контролем, растекались по комнате и тянулись к Сильви и Чхолю, словно что-то щупающие в их мозгах пальцы.

Лезвие вошло в цель, и воздух разорвал крик.

Каждая точка пространства, соединялась с любой другой точкой благодаря эфирному царству. Благодаря чему, удар, нанесённый в одну из этих точек, мог перенестись в другую.

Луч фиолетового света на мгновение завис в воздухе. Тени заколебались, и на месте луча появилась Виесса, с торчащим из ее груди лезвием. Она свернулась калачиком, как паук, её крик оборвался так же резко, как и прозвучал, но рот оставался открытым, её безмолвный крик каким-то образом был даже страшнее вопля баньши. Когда она корчилась, волны пурпурных волос поднимались вокруг её лица подобно призрачному нимбу.

Я вытащил клинок, и он втянулся обратно по эфирным путям, выскользнув из её тела, после чего она упала на землю.

Сесилия и Нико оба посмотрели в сторону источника крика. Мелзри застыла на месте, охваченная ужасом и оцепенением, наблюдая, как другая Коса отскакивает от крошащихся плиток. Единственным звуком в течение нескольких ударов сердца было потрескивание огня Феникса.

Несмотря на кровь, прилипшую к волосам в том месте, куда ударил её Чхоль, фрагменты запутанного сознания Сильви плавно вернулись в прежний ритм, когда заклинание иллюзии было разрушено. Она бросилась вперёд, чтобы схватить Чхоля за руку. Его лицо было вялым, глаза остекленели, и он не сопротивлялся ей, когда она, рывком оттолкнула его в попытке увернуться от двух режущих лезвий маны, выпущенных Сесилией.

«Сесилия!» — крикнул я, выпуская эфирный заряд из своей раскрытой ладони.

Нико уклонился в сторону, но Сесилия приняла удар на себя, эфир пошёл рябью по поверхности сгустившейся вокруг нее маны. Одной рукой, сформированной из маны, она отмахнулась от последних остатков взрыва, как от дыма. Тем не менее, её внимание вернулось ко мне, из-за чего её заклинание вонзилось глубоко в пол, так и не задев моих спутников.

Я позволил острию своего меча опуститься к земле, но костяшки моих пальцев побелели, когда я сжал эфирную рукоять. «Хватит». Я поднял глаза от своего клинка, мой взгляд был жёстким. «Сесилия, пойдем со мной. Я попытаюсь найти способ разделить тебя и Тессию».

Она усмехнулась, её щеки стали ярко-красными, губы искривились в недоверчивой усмешке. «Как будто меня можно так легко переубедить или обмануть. Ты лжец, Грей, и при этом плохой».

У неё за спиной Нико приоткрыл рот. Он колебался, в горле у него пересохло, затем, наконец, сказал: «Мы должны выслушать Артура… его понимание эфира превосходит даже драконов. Может быть, он сможет…»

Сесилия прервала его. «Не дай себя одурачить». Настала очередь Сесилии колебаться. Её взгляд метнулся с Нико на меня, затем обратно. «Он тот, кто убил меня, помнишь?»

Я не смог удержаться от сухого, лишённого юмора смешка. «Твой разум исказил собственные воспоминания после стольких лет или Агрона сделал это за тебя?» Разговаривая с Нико, я продолжил, не в силах скрыть горечь в своем тоне. «Ненависть, которую ты испытываешь ко мне — причина, по которой ты так упорно стремился уничтожить всё, чем я дорожу, — была основана на лжи. Я не был тем, кто убил Сесилию. Она…»

«Заткнись!» Сесилия взвизгнула, бурлящие эмоции в её голосе были такими резкими, что это ошеломило и Нико, и меня.

«Итак…» — начал я, медленно осознавая: «Дело не в том, что ты не помнила… но ты решила лгать и манипулировать единственным мужчиной, который когда-либо любил тебя…»

Словно внезапное горячее дыхание на затылке, чёрный ветер налетел на меня сзади. Сдерживаемый крик взорвался в воздухе, источая ярость и потерю.

Я бросил быстрый взгляд назад, щурясь от штормового ветра пустоты.

Мелзри стояла на коленях рядом с Виессой, прижимая к себе обмякшее тело другой Косы. Она раскачивалась взад-вперёд, её рот был полуоткрыт, недоверие и ужас были написаны в каждой чёрточке её лица. Ветер пустоты, физическое проявление ее горя, вырывался из неё.

Затем её глаза встретились с моими, и она, казалось, ушла в себя, крик превратился в рычание, наконец, потеряв терпение и контроль над собой, она, бросив труп, подпрыгнула в воздух, сжимая обеими руками клинок и волоча за собой огонь души, как темный флаг.

Чёрный ветер налетел на меня, забивая пылью и дымом глаза, обвиваясь вокруг моих конечностей и горла, запутываясь в волосах и пытаясь вывести меня из равновесия. Нити маны Сесилии вплетались в ману Мелзри и вокруг неё, усиливая заклинание и защищая его от моего влияния.

Я почувствовал, как Регалия отпечатанная на середине её позвоночника, активировалась, когда она направила в неё ману. Мана, сконденсировавшись из атмосферы, попала в её заклинание. Её тело набухало от этого, твердея и укрепляясь. Меч засверкал темнее, пламя, взметнувшись, увеличило клинок на десять футов. Когти ветра заострились, вонзаясь всё глубже и сильнее. Холодное белое пламя лизало её тело, тысячи свечных огней вырывались из её пор, когда её тело перегружалось маной.

Эфир пронесся по моим бедрам, позвоночнику, плечам и рукам, мгновенно переводя мой клинок в защитную позицию с достаточной силой, чтобы прорваться сквозь цепляющийся ветер. Взрывной удар обрушил всю свою мощь прямо на центральную часть её оружия.

От порыва ветра пламя души вспыхнуло, как свеча. Сталь затрещала, и меч взорвался, разбрасывая по тронному залу осколки разбитого металла. Рука Мелзри неестественно вывернулась, и что-то внутри треснуло и раскололось.

По инерции она пронеслась мимо меня, где споткнулась и упала на колени, сжимая другой рукой сломанную кисть.

Мана сгустилась вокруг неё, подхватывая её и унося прочь от меня. «Иди», — сказала Сесилия. «От тебя здесь больше нет пользы».

Я мог бы остановить её, мог бы последовать за Мелзри и сразить её и её Слугу прежде, чем она смогла бы достать варп телепорт со своего артефакта измерения, но у меня было чувство, что любое наказание, которое назначит Агрона в ответ на их неудачу здесь, будет хуже, чем быстрая смерть, которую я мог предложить.

Поэтому я ничего не сделал, когда варп-устройство окутало маной тела Мелзри, Мавар и Виессы унося их прочь.

Мана уже обвилась вокруг Сесилии, готовясь нанести удар, но Нико возник между нами. Я был удивлен, когда он повернулся ко мне спиной. «Что Грей только что имел в виду?» — спросил он Сесилию.

«Всё это в прошлом», — ответила она, сжав челюсти и сверкнув глазами. «Это не важно ни сейчас, ни будущем!»

«Я никогда не убивал Сесилию!» — огрызнулся я, мой гнев нарастал.

Ничто в действиях Сесилии или Нико не имело для меня смысла. Нико, очевидно, сделал себя оружием для злого тирана исключительно для того, чтобы оживить свою любовь, но затем он позволил и её превратить в оружие — судьба, идентичная той, что была в прошлой жизни, когда она убила себя моим клинком, чтобы спастись. В свою очередь, она даже не сказала ему правды и, казалось, использовала его ненависть ко мне, чтобы продолжать разжигать этот конфликт.

Он ведь обратился ко мне, не так ли? Прислал мне ядро маны Сильвии в качестве знака внимания и мольбы, чтобы я помог Сесилии — как, я понятия не имел, — но он не предпринял никаких усилий, чтобы остановить насилие в этом противостоянии.

«Лжец. Я видел, как твой клинок пронзил её насквозь, Грей!» — закричал он, подпрыгивая вверх-вниз в воздухе, мана вибрировала вокруг него в возбуждении.

Сесилия взмахнула рукой в воздухе, и я увернулся, когда мана прорезала пол, как лезвие гигантской косы. «Дело даже не в том, что произошло на Земле! Нико, Агрона хочет заполучить ядро Грея. Вот и всё! Грей больше не имеет значения, он просто помеха между нами и получением того, чего ты хочешь, разве ты не понимаешь?»

Прежде чем Нико успел ответить, мана вокруг Сесилии сгустилась. Тысячи кусков щебня размером с кулак взметнулись в воздух, пролетев высоко над нашими головами. В одно мгновение они загорелись ярко-оранжевым, разогретые изнутри её силой. Я видел, что должно было произойти, ещё до того, как это произошло.

‘Защити себя!’ — мысленно сказал я Сильви.

Тёмное небо озарилось десятью тысячами новых звезд. Затем они начали падать.

Горящие метеориты пробивали то немногое, что осталось от потолка, и разбивались об пол вокруг меня. Тронный зал исчез в облаке пыли и знойной мгле после того, как тысячи горящих снарядов прочертили воздух.

Я скорее почувствовал, чем увидел, как вокруг Сильви и Чхоля сгустилась мана, когда в них ударил первый из метеоритов.

Я увернулся от одного метеорита, развернулся, когда другой скользнул мимо моего плеча, затем перешёл на Шаг Бога, чтобы избежать скопления снарядов.

Дворец рушился, воздух был пропитан жаром и пылью. У меня зазвенело в ушах от сотрясающего взрыва метеоритного дождя, а сера обожгла нос и лёгкие.

От взмахов крыльев по дворцу пронеслись порывы ветра, унося пыль большими вихрями и открывая возвышающийся силуэт.

Тёмная чешуя отражала звездный свет, а огромные золотистые глаза сердито смотрели на обломки. Изящная драконья шея Сильви был поднята высоко к небесам, и она обнажила ряды клыков, похожих на мечи. Длинный змеевидный хвост скользнул по щебню, и осколки камня каскадом посыпались во множество выбоин, проделанных в полу.

Она встряхнула шеей и крыльями, стряхивая метеориты, которые пробили её мана щиты и застряли в чешуе.

Чхоль вышел из её тени, невредимый, и с изумлением уставился на дракона.

Взмахи крыльев Сильви развеяли пыль и показали результат заклинания Сесилии — полное разрушение. Весь центр сооружения был сровнен с землей, от тронного зала почти ничего не осталось, только кратер.





Глава 443 — Истина о Силе




Глава 443 — Истина о Силе

От лица Сесилии.

Я смотрела на место, где находился портал, его след всё ещё виднелся на фоне ночной тьмы и руин. В голове было пусто, ярость битвы была смыта шоком от её внезапного окончания. Даже кричащая боль от раны в боку казалась приглушенной, отстранённой, пока кровь сочилась по руке.

Я потерпела поражение. Грей был там, прямо передо мной, но я не смогла его остановить. Я позволила ему сбежать…

Я просто не могла понять этого. Я была Наследием. Я контролировала ману настолько, что могла вытянуть её из ядра ещё живой Асуры, и всё же Грей сравнялся со мной — ранил меня. Если бы я не почувствовала искажение маны в месте появления его атаки, возможно, он бы убил меня. Снова.

Хотя мне удалось поглотить лишь небольшое количество маны дракона, этого оказалось достаточно, чтобы получить искру понимания: Грей мог манипулировать взаимодействием эфира и маны, используя одну силу для перемещения и направления другой, даже отклонять или отменять заклинания, основанные на мане; и посредством маны дракона я увидела возможность того же самого в обратном направлении.

Эти две силы давили друг на друга, и поэтому любое применение маны вызывало небольшие изменения в окружающем её эфире. Я не понимала этого раньше — я едва ли знала, что такое эфир, — но теперь начала догадываться.

Но я была слишком самоуверенна. Количество маны и огромная сила воли, потребовавшиеся для того, чтобы едва сдвинуть с места оружие Артура, даже застигнув его врасплох, были просто катастрофическими. Стиснув зубы, я чувствовала, что упустила возможность. В следующий раз, когда я встречусь с ним — а я не сомневалась, что это произойдет, — он будет готов к этому.

По крайней мере, стало ясно, что Агрона ошибался, рассматривая ядро Грея как простую диковинку. Или же он скрывал, насколько сильно контроль Грея над эфиром влияет на его планы. Я не была уверена в том, что он понимает или не понимает. Какая-то часть меня желала быть достаточно умной, чтобы проанализировать ситуацию и понять, что Агрона может получить от Грея, Нико и меня, но такое стратегическое мышление никогда не было моей сильной стороной.

# Прим. Пер. — Неужели?

Порывистый ветер, вызванный заклинанием левитации Нико, разметал мои волосы по лицу, когда он догнал меня. Мои глаза встретились с его глазами, но я быстро отвела их, не в силах вынести его вида.

Он был бледен, его лицо было окровавлено и избито, ядро практически опустошено, он с трудом удерживал концентрацию с помощью посоха, который позволял ему направлять своё заклинание. Даже летая, он держался за левый бок, куда его ударил Грей. Он был не более чем побитым кожаным мешком, с переломанными костями и застоявшейся кровью внутри.

Чувство вины поднималось из желудка и обвивало сердце, подобно лианам. Должна ли я его выслушать? — задалась я вопросом, уже начиная сомневаться в каждом своём слове и действии. Смог бы Грей действительно помочь нам — сделать то, что, как боялся Нико, не смог бы сделать даже Агрона? Я не позволила этой мысли укорениться, а вырвала её и отбросила в сторону. Сейчас этот вариант был менее вероятен, чем когда-либо, — битва дала это понять.

Нико смотрел на меня обеспокоенным взглядом, в его глазах плескалась неуверенность, предвещая наворачивающиеся слезы, словно не был уверен, что я действительно здесь, или меня не будет, когда он проснется.

Я уже привыкла к жёсткому, полному ярости Нико этого мира, к тому, кто пошёл на войну за Агроной, кто убивал людей, чтобы привести меня в этот мир. Поначалу, когда я только-только пробудилась из пустоты смерти, он пугал меня, но мне не потребовалось много времени, чтобы понять необходимость его ярости, его тьмы. То, что требовал от нас Агрона, чтобы заслужить украденные судьбой жизни, не могло быть выполнено теми сиротами, которыми мы были на Земле.

Сейчас, видя беспомощное выражение его окровавленного лица, я не могла не видеть того мальчика, чувствительного, но умного юношу, в которого я невольно влюбилась.

Но мысли о том Нико напомнили мне о слабой, испуганной девочке, которой я была. Детские годы, проведённые в глупых надеждах на то, что мне удастся взять Ки под контроль, потом всё то время, проведённое взаперти, их эксперименты и тренировки, вбиваемые в меня каждый день, пока всё, о чём я могла думать, – как избежать смерти…

Я открыла рот и приготовилась закричать, но разочарование и боль застряли в горле, и я не издала ни звука.

Затем всё остальное нахлынуло снова. Страх, вина, ярость, неуверенность, надежда… но боль была сильнее всех эмоций. На мгновение я вспомнила, каково это — умирать.

Отогнав воспоминания, я прижала обе руки к колотой ране и залила её маной водного атрибута, желая, чтобы она зажила. Хоть я и могла успокоить жар или боль, вызванную долгими часами тренировок, я не была целителем.

«Сесил, твоя рана…» — начал Нико, но тут же прервался, когда я отмахнулась от того, что он собирался сказать.

Сосредоточившись на мане огненного атрибута, я прижгла рану, останавливая кровопотерю. Я не умру раньше, чем доберусь до Тэгрина Келума и тамошних целителей, и поэтому выбросила боль из головы.

Нико прочистил горло. «Стража и солдаты уже собирались у дворца перед тем, как мы ушли. Я вернусь и сообщу им о случившемся. И… мне нужно найти Дранива, узнать, все ли с ним…»

Я насмешливо хмыкнула. «Ты беспокоишься об этой сломанной, сопливой малявке в такой момент? Рога Вритры, Нико, у нас есть дела поважнее…» Я замолчала, уловив выражение его лица.

# Прим. Пер. — Я думаю стоит обратить внимание, что она неосознанно использует алакрийские ругательства, хотя живёт тут не более одного года или двух.

Нико сморщил нос, нахмурил брови и скривил губы в недоверчивой усмешке. «Я дал ему обещание, Сесилия. Он помог нам… помог тебе! Я…» На этот раз он прервал себя сам, посмотрев в сторону и сделав долгий, укрепляющий вдох. Когда он снова посмотрел на меня, он был спокойнее. «Я ужасно с ним обращался. Много лет. Я понимаю, как ты его воспринимаешь — как ты воспринимаешь всех остальных, — потому что я сам когда-то был таким же. Вот почему я хочу помочь ему вырваться из этой жизни».

Тяжесть его слов чуть не обрушила меня на землю, оставив в состоянии шока. Я почувствовала, как мои щеки покраснели от стыда из-за сказанного им. «Прости меня, Нико. За то, что не сказала тебе раньше о том, что я всё вспомнила. Я…»

Он выдохнул что-то среднее между смехом и ехидством. «Пожалуйста, не извиняйся передо мной. Это не… это…» Он замялся. Когда слёзы, наконец, начали падать по грязным и залитым кровью щекам, он отвернулся и начал медленно плыть обратно к разрушенному дворцу Владыки Экзегеза.

Владыка…

Сжав кулаки, я последовала за ним. Я почти забыла о Владыке! Казалось невероятным, невозможным, что Грей был достаточно силен, чтобы победить чистокровного василиска, да ещё и Владыку и всю его личную гвардию, и после этого у него ещё хватило сил сражаться со мной до последнего, всего с двумя слабыми Асурами на его стороне.

Агроне необходимо было немедленно узнать, что произошло. На Владыку было совершено покушение, Коса убита, а наша цель сбежала…

Это был не тот разговор, которого я ждала.

‘Надо было послушать Нико’, — неожиданно раздался в моих мыслях голос Тессии.

Я ждала, что она вмешается, и даже удивилась, что она так долго молчала.

‘Ты должна была послушать меня. Мы могли бы сейчас быть в Дикатене, подальше от Агроны и его амбиций. Артур мог бы нам помочь, я в этом уверена’.

Ветер, подхваченный моим полетом, унёс моё ответное фырканье. Как будто я могу ему доверять. Даже если Грей не собирался убивать меня, он всё равно бросил нас с Нико в своём стремлении стать королём. Он целеустремленный, с самого детства. Похоже, он хочет моей смерти настолько сильно, что даже готов убить тебя, чтобы это произошло.

‘Он защищался’, — холодно возразила Тессия, её сознание извивалось под моей кожей, как паразит. ‘И снова ты выступаешь в роли агрессора, загоняя его в тупик, и история повторяется’. Её голос затих, между нами повисла напряженная пауза: ‘Неужели ты такая трусливая, что заставишь его дважды убить тебя, чтобы спасти ваши жизни? Ты снова взвалила это бремя на него, человека, которого когда-то считала своим лучшим другом, которого даже любила?’

Горький смех сорвался с моих губ, тут же растворившись в ночном воздухе, когда мы подлетали к разрушенному дворцу.

Любовь… как будто это… Я была ребенком, влюблённым в первого человека, который был добр ко мне. К тому же, Грей никогда не был романтиком и отказался от меня, как только я проявила к нему интерес. Отказался и от меня, и от Нико. Но Нико никогда не сдавался. Вот почему… вот почему…

Я тяжело сглотнула. ‘Если ты так ненавидишь меня и Нико, зачем помогаешь мне защищать его?’ — спросила я, вспоминая изумрудные лианы, которые вырвались из меня, чтобы поймать руку Грея и не дать ему отнять голову у Нико. Ты передала мне силу Хранителя Элдервуда, всего на мгновение. Ты так уверена, что Грей может — что он поможет нам, и в то же время ты не хуже меня знаешь, что он был готов убить нас обоих, если бы мог».

Тессия ответила не сразу. Её дух был колючим, как головная боль.

Насмехаясь, я оттолкнулась от неё. Хотя я не могла полностью отгородиться от неё, я могла вовлечь её волю в борьбу с самой собой, заставляя её молчать. Я не готова умирать — да и не собираюсь. Раньше я думала, что у меня есть только один выход, и, возможно, в том мире это было правдой. Но здесь…

Я последовала за Нико в дымящиеся развалины, небрежно направив лёгкий ветерок, чтобы очистить воздух.

Здесь у меня есть возможность изменить исход своей жизни. Я могу быть оружием Агроны, но только потому, что он — мой лучший шанс получить то, чего я хочу. Когда я покончу с этим миром, я вернусь на Землю. Не как Наследие, а как Сесилия, и буду жить с Нико спокойной и любящей жизнью. Я буду…





Глава 444 — Шрам




Глава 444 — Шрам

От лица Артура Лейвина.

Перевернувшись на спину, я отвернулся от исчезнувшего портала. Что-то поблизости издавало слабый, но тревожный гул, в сопровождении которого по саду разливался тусклый свет: это было само варп-устройство. Кроме света и звуков оно также выделяло достаточно тепла, чтобы завяли цветы, которые были раздавлены им всего несколько секунд назад.

Я слишком долго смотрел на артефакт, пытаясь осознать. Мои мысли не касались самого устройства. Скорее, они были разделены между боем в Нирмале и моим ядром. Артефакт был лишь отвлекающей пеленой, заволакивающей все остальное. Я еще не был готов переваривать произошедшее.

Краем глаза я заметил движение, и рядом со мной появилась Сильви. Она не могла скрыть своего страха. Ее руки прижались к моему боку, где меня пронзил мой собственный эфирный клинок, управляемый концентрацией маны Сесилии. Сильви крепко зажмурила глаза, и я почувствовал, как ее разум прощупывает мой собственный, мою рану, мое ядро. Я чувствовал, как она ищет искусство Вивиума, которому научилась в Эфеоте, так же, как чувствовал безрезультативность этих поисков.

Ее сродство к эфиру изменилось. Ее понимание было переписано.

Я схватил ее за руки, и она испуганно распахнула глаза. ‘Я уверен, что со мной все будет в порядке, мне просто нужно время, чтобы исцелиться’.

‘Но твое ядро, что если…’

«Я исцелялся и от гораздо худшего», — сказал я вслух, но эта уверенность подорвалась, когда от усилий, затраченных на эту фразу, у меня начался приступ кашля, и я выплюнул полный рот крови. «А Чхоль…»

«Без сознания», — тихо сказала она, ее голос был напряжен от беспокойства. «Я думаю, что это обратная реакция на попытку удержать его форму Феникса».

Я кивнул. От этого движения меня пронзила боль.

Свет залил двор: с десятка сторон вспыхнули магические прожекторы. Мгновение спустя активировались магические барьеры, защищающие двери и окна особняка, перед которым мы приземлились.

Однако прошло совсем немного времени, и входная дверь открылась, а барьер снова исчез. На пороге появился Даррин Ордин в халате, потирающий сонные глаза, которые светились немного диковатым светом — очевидно, мы его разбудили.

Он взмахнул рукой, и световые артефакты, направленные на нас, померкли, и я смог разглядеть несколько лиц, выглядывающих из окон особняка. «Грей, что это — Зубы Вритры!» — вздохнул он, бросившись ко мне через двор. Он перевел взгляд с моей раны на лицо, потом на моих спутников и, наконец, обратно, побледнев. «Пойдем, отнесем тебя в дом, этой ране нужно…»

«Нет», — сказал я, поднимаясь на колени. «Со мной все будет в порядке. Просто… мне нужно время».

Мой разум переместился внутрь, сосредоточившись на моем ядре. Порез на его поверхности кишел эфиром; фиолетовые частицы вдавливались в царапину, уплотняясь, а затем вплавлялись в поверхность ядра. Все это время эфир вытекал из ядра, подпитывая медленное заживление. Только струйка возвращалась обратно, атмосферный эфир устремлялся к моей броне, а затем втягивался в раненое ядро для очищения.

Удар по ядру был непрямым, полученная рана не пробила твердую оболочку. Я уже давно не испытывал страха перед ранением, и это вернуло его в полной мере.

Если бы ей удалось нанести более прямой удар, мое ядро могло бы быть уничтожено.

‘Поглощение моей маны, видимо, дало ей какое-то небольшое представление о взаимодействии маны и эфира’, — ответила Сильви, прикусив губу. ‘Но я не уверена, что понимаю произошедшее’.

Даррин, стоящий позади Сильви, не сводил глаз с моего бока, из которого продолжала течь кровь.

Она обернула достаточным количеством маны мой клинок, чтобы перенаправить его. Я растерялся, застигнутый врасплох, и когда с новой вспышкой маны, лезвие вонзилось в меня, я среагировал слишком медленно.

Я почувствовал внезапную прохладу в боку, когда эфир понемногу начал оттекать от моего ядра к ране, сшивая мышцы, кости и внутренние органы. Поток крови стал замедляться.

Большая часть эфира, обволакивающего мое ядро, заполнила царапину, оставив слабый шрам. Все это сильно опустошило мои резервы. Сам шрам зудел, скорее, как отголосок в глубине моего сознания, чем на поверхности ядра. Я не мог оторваться от него; подобно солдату, разглядывающему в зеркале свежезажившую рану, я мысленно прощупывал рубец на поверхности ядра, погружаясь в дискомфорт и пытаясь понять его.

Только когда рваная кожа на боку начала заживать, я отвернулся от шрама и неуверенно потянулся к своим Божественным Рунам. Не для того, чтобы активировать их, а чтобы убедиться, что они реагируют. Реквием Ароа покалывал мой позвоночник, а Сердце Мира горело, привлекая внимание к окружающей нас атмосферной мане. Они сработали, как и ожидалось, хотя оба были… тяжелее, чем следовало бы.

Я устал, и мое ядро почти опустело. Вздохнув, я выпустил эфир из каналов и закрыл глаза, давая себе время, необходимое для исцеления.

Я услышал, как Даррин вернулся в дом, вероятно, чтобы сообщить детям о случившемся. Сильви отошла от меня, чтобы еще раз проверить состояние Чхоля, и ее беспокойство не покидало меня через нашу связь.

К тому времени, когда моя рана затянулась, я чувствовал себя совершенно измотанным. Я давно не помнил, чтобы мое ядро было так напряжено, и уж точно не с момента формирования третьего слоя. Мне нужно было время, чтобы восстановиться и напитаться эфиром — гораздо большим, чем тот скудный атмосферный эфир, который имелся здесь.

Поднявшись на ноги, я открыл глаза и снова посмотрел на варп-устройство.

Гул утих, как и свечение утекающей маны. Вытащив артефакт из разрушенной садовой грядки, я заметил, что он теплый на ощупь, а по боку кованого металла идет тонкая трещина. Любопытствуя, я использовал свой скудный запас эфира, чтобы направить ману, необходимую для активации устройства. Зуд шрама усилился.

Устройство откликнулось на мои усилия, но даже при таком незначительном приложении маны оно потускнело.

«Теперь его хватит всего на пару раз», — сказал Даррин, появляясь во дворе в простой тунике и брюках. Когда я взглянул на него, он кивком указал на артефакт. «Они недолговечны, даже такие мощные, как этот. Я бы вообще не доверял ему с такой трещиной». Улыбаясь, он протянул руку, и я крепко пожал ее. Его взгляд скользнул по вновь восстановленной броне, скрывшей все признаки ранения. «Рад видеть, что все не так плохо, как казалось».

«Я еще не уверен в этом», — пробормотал я, но спохватившись нерешительно улыбнулся ему. «Извините, что взбудоражил ваш дом. Это было единственное место, о котором я мог подумать, учитывая ситуацию, в которой мы оказались. Но мы не можем здесь задерживаться. Мне нужно только поднять на ноги моего спутника и…»

«Грей-Артур, ты должен кое-что знать», — сказал Даррин, его голос был низким и настоятельным, а выражение лица напряженным. «Аларик здесь. Его, конечно, не разбудила сигнализация по периметру, старый пьяница, но он уже должен был сползти с кровати и надеть штаны. Прежде чем убегать, послушайте, что он скажет».

Серьезный тон Даррина заставил меня задуматься. После минутного колебания я кивнул.

Взяв варп-устройство, мы занесли бессознательное тело Чхоля в дом и уложили его на диван. Я оставил Сильви присматривать за ним, а Даррин отправил своих подопечных по комнатам, включая расстроенную Браяр.

Когда мы вошли в кабинет, Аларик уже был там и, разумеется, налил себе выпить. За его спиной, там же, где я его оставил, стояла активная половина Компаса Восхождения, весело гудящая в неведении обо всем, что произошло с момента моего последнего использования.

Аларик настороженно посмотрел на меня, когда я сел напротив него. Усталость давила на меня со всех сторон, но я мог сказать, что этот седеющий Восходящий устал не меньше меня.

«Старик», — сказал я.

«Щенок», — фыркнул он в ответ. Взяв крепкий напиток, он вздохнул и подпер голову свободной рукой, закрыв ладонью один глаз. «Итак, могу ли я предположить, что именно твое возвращение на наш прекрасный континент вызвало такую бурю дерьма?»

«Что ты имеешь в виду?» — спросил я, откинувшись в кресле и скрестив руки.

Ладони Аларика взметнулись вверх, умудрившись каким-то образом не расплескать свой напиток. «Что я имею в виду, он говорит». Он взглянул на Даррина, который только пожал плечами. «Ответный удар, парень. Контрнаступления. Высококровные ополчились на нас. Армии выскакивают из сморщенного сфинктера Агроны, чтобы вернуть города, от которых он отказался. Я говорю о многомесячных достижениях, потерянных за считанные дни».

Даррин уставился на свои руки. Налитые кровью глаза Аларика сузились, когда он посмотрел мимо меня вдаль. Они оба были измотаны… и напуганы, понял я.

«Расскажи мне побольше», — сказал я, наклонившись вперед. «Серис должна знать, что происходит».

Аларик с насмешкой осушил свой бокал и начал горько, но подробно рассказывать о многочисленных потерях, понесенных восстанием только за последнюю неделю.

Силы Серис никогда не были достаточно велики, чтобы создавать армии и совершать прямые нападения на Владык; они полагались на контроль Серис над Сехз-Кларом, чтобы сохранить хоть какую-то опору. За пределами Сехз-Клара борьба велась в основном в тени, через шпионов и агентов, которых организовывал Аларик со своими связями. После того как Серис отступила в Реликтовые Гробницы, большая часть активной деятельности повстанцев ушла в подполье. Однако благодаря действиям нескольких отважных представителей Высоких Кровей им удалось захватить и удержать под контролем несколько городов в Труасии, Вечоре и Сехз-Кларе.

Эти города были важнейшими перевалочными пунктами для других операций, в первую очередь для снабжения. По словам Аларика, попытки вернуть города были минимальными, и в течение нескольких недель после падения Сехз-Клара силы повстанцев одержали несколько неожиданных побед.

Но в считанные дни эти города пали, а контролировавшие их представители Высоких Кровей либо призвали свои войска к отступлению, либо были казнены ударными группами лоялистов. Что еще хуже, сеть связей, информаторов, шпионов и операторов Аларика подвергалась нападениям и убийствам.





Глава 445 — Определенное Состояние Во Времени




Глава 445 — Определенное Состояние Во Времени

От лица Артура Лейвина.

Матовый чёрный куб лежал передо мной на кровати, продавливая мягкое одеяло своим весом. Он был тяжёлым, тусклым и удручающе пустым, не дающим никаких признаков того, что это хранилище великих прозрений. Если бы я не получил его от проекции последнего джинна, а также не прошел долгий и утомительный процесс разгадки первых двух ключей, я мог бы принять его за какую-нибудь богатую эфиром сломанную реликвию и просто поглотить его силу.

Сильви сидела у края кровати, подтянув колени к груди, взгляд был отрешённым, как будто он проходил сквозь куб и фокусировался на чем-то очень далёком. Она слегка сдвинулась с места, нахмурившись, губы были похожи на тонкую линию с опущенными уголками. После прямой трансляции Агроны ей было не по себе, но она держала свои чувства в тайне.

Наш путь на второй уровень Реликтовых Гробниц был относительно спокойным. Сильви избежала повторения событий первой вылазки, что позволило нам пролететь через зону гигантских деревьев и попасть прямо к порталу выхода. Там нас ждал отряд солдат Денуара и моя сестра. Элли оказалась для Высоких Кровей весьма загадочной, поскольку никто не знал, какое место она занимает в их строгой кастовой системе, что позволяло ей делать всё, что ей заблагорассудится — в том числе и навязываться в командиры к целым отрядам боевых групп Высоких Кровей.

Однако наша встреча была недолгой, так как я поспешил сообщить Серис всю новую информацию. Разговор с ней тоже был коротким, так как она попросила дать ей время подумать, как это отразится на наших планах. Благодарный за это, я удалился в комнату в Дред Крейвене, чтобы отдохнуть.

После часа спокойной медитации и поглощения эфира я обнаружил, что мой разум слишком загружен, чтобы отдохнуть, и поэтому, как это часто бывало с тех пор, как я был вознагражден самым первым ключевым камнем, я нацелился на реликвию Джиннов, чтобы сосредоточить свой разум.

Теперь, глядя на него, я задавался вопросом, чего же я надеялся достичь.

В отличие от первых двух камней, в этот я даже не смог полностью войти. Когда я напитал его эфиром, то, как и раньше, почувствовал, что меня тянет внутрь, но вместо перехода в эфирное пространство, которое раньше представляло собой некую стену из фиолетовой энергии, меня оттолкнуло назад.

Неприятный зуд в ядре, казалось, только затруднял концентрацию внимания.

Малейшее отвлечение на источник зуда лишь усиливало его, и я не мог не сосредоточиться на нём, впиваясь в него мысленно, словно ногтями.

Эфир больше не задерживался вокруг шрама. Кроме него, мое ядро, казалось, полностью зажило, и я не ощущал никакого влияния на свою способность направлять или накапливать эфир. Но зуд от этого не стал менее раздражающим.

Выпустив из ядра небольшое количество эфира, я направил его по поверхности, чтобы снять зуд, но это ничего не дало. Ощущение было не в ядре, а в глубине сознания. Хуже всего было то, что я не мог понять, было ли это действительно физическое ощущение или просто мысль, которая не хотела меня отпускать.

Я пускал в оборот всё больше эфира, выталкивая его и поглощая вновь, отчаянно пытаясь унять зуд, разгорающийся в груди, с досадой на то, что рана оставила после себя этот шрам, словно памятник моему поражению. Несмотря на множество ран, некоторые из которых были еще более тяжелыми, у меня никогда не оставалось затянувшейся боли или дискомфорта, с тех пор как я открыл для себя эфир.

‘Может быть, из-за сосредоточения на нем становится только только хуже?’ — предположила Сильви.

У меня в голове пронеслись воспоминания из детства, когда директор Уилбек терпеливо объясняла мне, что если я буду чесать раздраженную кожу, то в конечном итоге зуд только усилится.

Вздохнув, я отвлёкся от своих мыслей. Мне нужно было быть осторожным и более целенаправленным в том, как я думал (или вернее будет сказать — не думал) об этом. И я заставил себя сосредоточиться на камне-ключе.

Успокоив свой разум, я активировал Сердце Мира и начал манипулировать эфиром камня различными способами. Непосредственное вливание эфира в камень притягивало мой разум к нему, но я получал отпор, так и не войдя во внутреннюю сферу камня. Толкая и нащупывая присущие реликвии эфир и ману, я заставлял внутреннюю структуру дрожать, словно рискуя сломать её, но не сделал ничего, чтобы открыть её для себя или раскрыть её содержимое.

«Не знаю, почему я так боюсь сломать её, она же уже… сломана…» — я замялся, осознав, что моё разочарование и сменилось внезапным настороженным волнением.

Сильви нахмурилась еще сильнее и села прямо, молча наблюдая за мной.

Шрам на ядре снова зачесался, когда я активировал его, вливая ману в Реквием Ароа. Эфирные мотыльки потекли по моим рукам и прыгнули к ключевому камню, жужжа над матовой поверхностью, а затем втянулись в реликвию. Закрыв глаза, я позволил своему разуму течь вместе с ними, и меня снова потянуло внутрь. Передо мной простиралась тьма, полная далёких точек света.

Затем меня неприятно отбросило обратно в собственное тело.

«Ты почувствовала это?» — спросил я, слишком взволнованный, чтобы быть разочарованным. «В этот раз что-то определённо было по-другому».

Сильви покачала головой и придвинулась ближе. «Но почему?»

«Божественная Руна позволяет мне как бы… проталкивать время через предмет, поворачивать его вспять для чего-то сломанного». Я подумал о портале на выходе из снежной зоны, где я встретил Трёх Шагов и других Теневых Когтей. Затем вспомнил о видениях возможного будущего, которые явились мне, пока я разбирался в первом ключевом камне. «То ли из-за моих собственных неудач в понимании, то ли из-за какого-то естественного предела, обусловленного моей близостью к эфирным искусствам Спатиума, я не смог овладеть этой руной так, как овладел Сердцем Мира. Есть… ограничения».

Тем не менее, мне захотелось продолжить попытки сейчас, когда я добился некоторого прогресса — или, по крайней мере, думал, что добился.

Снова активировав Реквием Ароа, я позволил аметистовым частицам притягиваться к ключевому камню самостоятельно, не управляя ими напрямую. Я специально удерживал свое внимание на поверхности, не желая быть втянутым в камень только для того, чтобы меня снова вытолкнуло наружу, что помешало бы мне следить за прогрессом божественной руны.

Эфирные частицы жужжали над камнем, некоторые погружались в него, но только чуть ниже поверхности. Я чувствовал, что они висят там, в подвешенном состоянии, почти дрожа из-за сдерживаемого стремления, поскольку моё намерение преобладало над естественной склонностью частиц.

Я был уверен, что “Реквием Ароа” — это ключ, но некоторые ключи поворачивались иначе, чем другие.

Я понял, что это из-за моего намерения. Точно так же, как мне пришлось целенаправленно рассматривать шрам определенным образом, чтобы он не проникал в мое сознание, мне пришлось и направить руну с определенным намерением. Ведь с его помощью можно было не просто исправить статичный объект, но и управлять тем, как время воздействовало на него.

В этом и заключался ключ. Реликвия не была сломана и не нуждалась в починке, но, возможно, для её открытия нужно было привести её в соответствие с определенным состоянием, в котором она открылась ранее.

«Гениально», — пробормотал я, удивляясь уму Джинна, создавшего такую головоломку.

Почувствовав, что начинаю ухмыляться, я скорректировал способ удержания божественной руны в своём сознании и начал проталкивать направленный эфир через краеугольный камень. Я представлял себе это не как починку какого-то сломанного внутреннего компонента, а скорее, как поворот стрелок часов вспять, приводящий в движение ряд шестеренок внутри.

Пока эти метафорические шестеренки вращались, я надавил на реликвию, пытаясь проникнуть в царство внутри ключевого камня.

Комната снова погрузилась в темноту. И медленно, очень медленно темнота уступила место сливово-фиолетовому, затем светло-розовому, и наконец я оказался перед стеной аметистовой энергии.

Всё получилось, однако меня не протащило через эфирный барьер, и я не смог протиснуться в него.

Но теперь я знал, что нужно делать. Было четыре ключевых камня. Каждый из них был необходим для того, чтобы продвинуться в понимании аспекта Судьбы. Раз уж Реквием Ароа привел меня к этому моменту…

С учётом того, что моё сознание запуталось в ключевом камне, передача эфира в Сердце Мира заняло некоторое время. Связь с божественной руной казалась далекой и слабой, но я был уверен в своём курсе и поэтому не сомневался в том, что пытался сделать.

Десятки белых линий чистой маны появились в моём поле зрения, выплескиваясь из узких щелей в барьере, невидимых для обычного взора.

Наклонившись вперёд, я вошёл в одну из щелей. Она прорезала эфир, как лабиринт, но, следуя за следами маны, я легко прошёл сквозь неё. И появился внутри того, что я мог описать только как эфирный грозовой шторм.

Фиолетовые облака эфира разрывались болтами раскалённой белой маны со звуком, похожим на звон разбивающегося стекла, вспышки следовали одна за другой с тошнотворной частотой. Через несколько мгновений я почувствовал, что у меня начинает болеть и гореть в висках, а сознание уже вытягивается из сферы камня-ключа обратно в тело.

Я стиснул зубы и погрузился в это ощущение, заставляя себя двигаться вперёд.

В меня ударила молния маны, и в голове промелькнуло воспоминание.

«Всё в порядке. Я в порядке, Арт».

Голос Тессии. Нежный. Её руки, нежная ласка…

Я опустился на холодный, твёрдый пол. Рыдания вырывались из моего горла. Голова покоилась на коленях Тессии.

Её руки были тёплыми, поддерживая меня, её голос, как магия целителя, облегчал боль…

Второй заряд ударил в меня с другой стороны, и внезапно эмоции ушли, оставив меня в пустоте, когда я размышлял о последствиях столкновения технологий и магического развития, размышлял о том, как будет выглядеть Дикатен через триста, четыреста, даже пятьсот лет.

*Вспышка*

В горле поднялась желчь, а в голове всплыли воспоминания о лекции по различиям мана-зверей, когда я учился в Академии Ксайруса.





Глава 446 — Открытая Клетка




Глава 446 — Открытая Клетка

От лица Артура Лейвина.

Магазины и трактиры, ориентированные на восходящих, проносились мимо по обе стороны, пока я бесцельно двигался по главной дороге. Я вспоминал своё первое знакомство с алакрийской культурой, каждый её аспект, вспоминал непродуманную попытку бандита ограбить меня, встречу с “Хэдригом” и, наконец, неудачную встречу с Гранбелами.

Жаль, что всё это было построено при Агроне, без всякой причины, кроме его собственных попыток постичь силу Джиннов, — подумал я, мысленно сравнивая культуру восходящих Алакрии с авантюристами Дикатена. Это место могло бы стать поистине великим. Однако, даже если такая мысль и посетила меня, я понял, что идея восхождений была слишком далека от первоначального замысла Джиннов, чтобы дать какое-то реальное представление о внутреннем устройстве Реликтовых Гробниц.

В конце концов, нельзя изучать книгу, вырывая из неё страницы.

Осознав меланхоличность своих несфокусированных мыслей, я намеренно переключился на следующую задачу из своего списка.

Серис была готова поговорить со мной. Хотя раньше мне и казалось важным повидаться со своими спутниками, однако, пусть и не удалось пересечься с Каэрой, я знал, — пришло время узнать, что Серис запланировала для своего народа.

Вернувшись в Дред Крейвен — укреплённой гостинице, ставшей операционной базой для самой Серис, — я получил от стражника информацию о башне, в которую Серис часто уходила, когда ей нужно было подумать, но не хотелось отрываться от людей, которые были под её опекой.

Я был удивлен, когда нашёл эту башню, которую ожидал увидеть в качестве символа статуса какого-нибудь богатого представителя Высокой Крови или, возможно, устрашающую сторожевую башню. Вместо этого я обнаружил обыкновенную силосную башню, запрятанную в самый дальний угол зоны среди зданий, которые больше подходили бы для первого уровня промышленных районов.

Голая металлическая лестница спиралью поднималась вверх по внешней стороне сооружения высотой в двадцать метров, и я чувствовал сигнатуру маны Серис на самом верху, в неподвижном состоянии.

Металл звенел и скрипел подо мной, и поэтому, когда я взобрался на плоскую крышу, Серис уже наблюдала за мной. Она была одета в тёмную, струящуюся мантию и имела отстранённое выражение лица. Сначала она ничего не сказала, только махнула мне рукой, чтобы я подошёл к месту, где стояла и смотрела на Реликтовые Гробницы.

Поняв ее намек, я ничего не сказал, и стал любоваться видом.

Сверху Реликтовые Гробницы выглядели по-другому. Фальшивое небо не могло поддерживать иллюзию, когда ты видел всю зону, раскинувшуюся вокруг тебя, и больше походило на внутреннюю часть нарисованного купола, чем на само небо, края которого не совсем совпадали с горизонтом и зданиями.

За исключением нескольких парков, почти вся зона была застроена, что создавало ощущение сжатости и клаустрофобии сверху. Даже виллы Высококровных выглядели с этого ракурса маленькими и тесными, а размеры и величие — тщательно проработанной иллюзией.

Должно быть, мои мысли отразились на лице, потому что взгляд Серис медленно прошёлся по городу, когда она сказала: «Это как вольер мана-зверя, тщательно продуманный, чтобы замаскировать тот факт, что его обитатели на самом деле находятся в клетке».

Я понял, что она говорит не только о Реликтовых Гробницах, но и о том, что весь образ жизни алакрийцев — это клетка. Одна иллюзия выбора наслаивалась на другую, тщательно загоняя их в угол и одновременно заставляя чувствовать себя свободными.

«А на что это похоже, если открыть двери клетки?» — спросил я, прислонившись к перилам, опоясывающим крышу башни.

«Это я и собираюсь выяснить», — ответила она. Слегка покачиваясь, она одарила меня смущённой полуулыбкой и опустилась на прохладный металл, держась за перила для опоры. «Я надеялась, что мои силы полностью вернутся, но…»

Я сел рядом с ней. «Послание Агроны».

«Да». Она несколько секунд смотрела на зону, прежде чем продолжить. «Его предложение и ультиматум окажут давление на тех, кто поддерживает моё дело, особенно на тех, кто находится не здесь. Но трещины уже образовались, рана нанесена. Алакрия видела, как боги истекают кровью и умоляют. Это будет гноиться в их умах и сердцах, и позже, когда придётся выбирать — умереть за своего Верховного Владыку или жить для себя, — многие из них выберут себя, хотя раньше было бы все иначе».

Мы наблюдали, как из одного из близлежащих зданий через чёрный ход вышел человек в чёрно-малиновой форме клерка Реликтовых Гробниц. Он закрыл за собой дверь и, прислонившись к стене, сполз вниз, его тело, крошечное вдали, сотрясалось от рыданий.

«Наследие оказалось именно тем, что предрекал Агрона», — тихо сказала Серис, наблюдая за мужчиной вдалеке, с выражением любопытства, но не безразличия. «Я думала, что Агрона не отправлял её в Реликтовые Гробницы, потому что не хотел, чтобы она снова потерпела столь публичную неудачу, но теперь, кажется, я понимаю истинную причину».

Молчание затянулось, и я осторожно спросил ее: «Как ты думаешь, каковы его истинные намерения?»

«Боюсь, что разделение Алакрии сыграло ему на руку», — сурово ответила она. «Я подозреваю, что он хотел, чтобы этот портал между нашим миром и Эфеотом был открыт. Мы помогли сделать его уязвимым, чтобы Драконы, наконец, вступили в игру».

«Но ведь именно этого ты и хотела, верно?» — сказал я, вспомнив её речь перед Высококровными об их великой цели. «Агрона и Кэзесс работают над тем, чтобы перехитрить друг друга. А мы тем временем должны придумать, как сделать так, чтобы наш народ — и дикатенцы, и алакрийцы — выжил в грядущей войне».

Пока я говорил, она ковырялась в ногтях, но, кажется, осознав, что делает, замерла, а затем медленно опустила руки. «Будет важно, чтобы они оба продолжали думать, что у них есть преимущество, да. Я знаю Агрону не хуже других, но ты понимаешь Кэзесса Индрата гораздо лучше, чем я. Как ты думаешь, можно ли убедить его ограничить масштабы его войны против Агроны?»

«Ему нужно то, что пока могу дать только я: более глубокое понимание Эфира». Я сделал паузу, наблюдая, как плачущий мужчина вдалеке встал, вытерся и вернулся обратно в здание через дверь, из которой появился. «Пока он может поддерживать со мной невраждебные отношения с минимальными усилиями и жертвами со своей стороны, он будет это делать. Но я не сомневаюсь, что, как только уравнение изменится, Кезесс так же быстро предаст любое своё обещание. Нет, на него можно положиться только в том, что он будет добиваться желаемого любыми способами».

«Получается Агрона и Кэзесс очень похожи в этом. Несмотря на все крупицы мудрости, которые эти Асуры приобрели за свою долгую жизнь, присущие им эгоизм и самоуверенность — это слабость, которую нам нужно использовать. Например, я теперь твёрдо уверена, что Агрона намеренно настраивает вас с Сесилией друг против друга. Нам бы показалось глупым, что он рискует своим главным богатством в стычках с тобой, своим самым сильным противником, не считая самих Асур, но Агрона — учёный по своей сути, и он действует по расписанию, рассчитанному на века, а не на дни. Что для такого существа несколько месяцев гражданской войны или десятки тысяч загубленных жизней? Ведь он сможет узнать что-то новое о мане или эфире».

«Она что-то говорила о том, что ему нужно моё ядро», — вспомнил я. «Похоже, я всё-таки привлёк его внимание».

Серис побарабанила пальцами по металлическим перилам. «Кэзесс хочет выкачать знания из твоего разума, а Агрона хочет препарировать тебя и посмотреть, как устроено твоё тело и ядро. Незавидное положение. Но я верю, что ты достаточно силён или станешь достаточно сильным, чтобы справиться с этим давлением. И это даёт нам возможность. Если Агрона собирается и дальше посылать за тобой Наследие, значит, у нас будет ещё один шанс победить её».

Мои мысли снова вернулись к битве с Сесилией. Несмотря на небольшие открытия, которые я получил, я знал, что нужны более серьёзные шаги. Нет, не шаги, а прыжки. Теперь необходимо было как можно скорее найти третий камень и разобраться в божественных знаниях, заключённых в третьем и четвёртом камнях. Это не могло больше ждать, и ничто другое не имело приоритета.

Только…

Было ещё так много дел, так много людей, которые рассчитывали на мою защиту. Например, все те, кто сейчас находился в ловушке в этой зоне.

Несмотря на то, что лояльные алакрийцам силы под командованием Драгота до сих пор не смогли проникнуть через экранированные порталы, отделяющие этот уровень от первого, я не мог быть уверен, что Сесилия не способна сделать это. Я знал только, что если кто и способен, то это она. А это означало, как сказал Серис, что Агрона решил не посылать её сюда, позволив ситуации продолжаться, несмотря на потенциально возможные средства нас остановить.

Как в Дикатене.

Мы проиграли войну армии, состоящей в основном из рабов и необученных солдат. Для победы им потребовалось участие всего пары Кос. Фантомы Агроны — даже один отряд — могли бы уничтожить наш континент за неделю, и даже Копья не смогли бы оказать им сопротивление. У него были средства, но вместо этого он создал ощущение конфликта, позволив нам представить себя в битве, которую мы можем выиграть, в то время как на самом деле всё было совсем не так.

Мы не были агнцами на заклание. Мы были рыбой в сети.

«Образ…», — пробормотал я.

Серис кивнула, закрыв глаза и потирая переносицу, держась за перила одной рукой. «Да, я тоже так думаю. Это как тщательно срежиссированный спектакль, хотя и не в нашу пользу. Однако я не буду воздавать ему больше заслуг, чем он того заслуживает. Я не думаю, что твоё появление и действия на “Викториаде” были частью его грандиозного замысла. Я никогда не видела его таким разгневанным, как в тот момент, когда ты исчез у него из-под носа».

Я улыбнулся, а Серис тихо рассмеялась. При этом она слегка покачнулась, и смех угас так же быстро, как и появился. Сместившись в сторону, она попыталась устроиться поудобнее, поэтому я тоже повернулся, прижавшись к ней спиной.

Она напряглась, явно застигнутая врасплох, затем медленно расслабилась и прижалась ко мне так, что вес наших тел поддерживал друг друга.

«Я не буду винить тебя за нашу нынешнюю ситуацию, но могла бы, ты знаешь», — сказала она с язвительным юмором.

Я посмотрел на голубое небо, наблюдая, как атмосферный эфир вокруг нас движется по своим странным прихотям. «Так думала Лира. Что ты начала восстание, чтобы заставить взор Агроны вернуться на Алакрию и дать мне время вернуть Дикатен. Не жалеешь ли ты об этом, зная, что, возможно, именно этого он и добивался?»

«Нет», — ответила она без колебаний. «Как я уже сказала, мы повредили его имидж. Образ, если тебе так больше нравится. Даже небольшая рана может изменить ход всех будущих сражений. И я не могу позволить тебе приписать себе такую заслугу, Артур Лейвин. Я лишь подправила ход событий, я не готовила всё это представление только для твоей пользы».

Я засмеялся, прижимаясь плечами к плечам Серис. Я чувствовал каждый её вздох, но нам обоим было комфортно, мы были расслаблены. Это было странно. Было очень мало людей, с которыми я мог бы вести такой разговор и чувствовать себя так непринуждённо. Трудно было представить, что когда-то я наблюдал, как она срывает рога с головы Слуги, который победил нас с Сильви, так же легко, как отрывает крылья у мухи.

С тех пор расстановка сил в мире значительно изменилась, по крайней мере, изменилось моё место в ней.

Но так ли это? — подумал я, внезапно почувствовав себя неуверенно. Был ли мой рост и успех просто очередной пляской под дудку Кэзесса и Агроны, или за этим кроется что-то другое?

‘Это Судьбааааа…’ — неожиданно вмешался Реджис, и это слово прозвучало так, словно его произнёс призрак.





Глава 447 — Временны́е Колебания




Глава 447 — Временны́е Колебания

От лица Артура Лейвина.

Перекатившись на бок, я осторожно поднялся, и небольшая толпа отступила назад, чтобы освободить для меня место. Когда я протянул руку Сильви, чтобы помочь ей подняться вслед за мной, я споткнулся из-за боли, пронзившей череп, и кто-то обхватил меня, не давая упасть.

Я посмотрел вниз: Элли прислонилась ко мне, пытаясь поддержать меня.

Сильви, казалось, не так сильно пострадала от видения и без проблем поднялась. Она нервно оглядела меня. «Прости, Артур, я не смогла удержать это от твоего сознания».

«Что удержать?» — спросила Элли. «Что случилось?»

Я моргнул и тряхнул головой, пытаясь привести в порядок мысли, перемешанные видением. «Ничего. Не здесь. Мы…», — оборвал я себя, обращая внимание на собравшуюся толпу и не желая говорить ничего, что могло бы стать проблемой в дальнейшем.

Приближающейся ауры Серис было достаточно, чтобы отвлечь от меня большую часть внимания. Её тёмные глаза встретились с моими, и, казалось, она мгновенно прочла ситуацию. «Нам многое предстоит сделать. Дайте нашим спутникам время перевести дух. Помните, что Копьё Артур Лейвин встретился с самим Наследием от нашего имени. Позаботьтесь о том, чтобы ненароком не распустить нежелательные слухи, хорошо?»

Те, кто был достаточно близко, чтобы видеть мой эпизод — а таких, к сожалению, оказалось немало — шарахнулись назад от тонко завуалированной угрозы Серис.

Развевающиеся огненно-рыжие волосы были первым признаком спешащей сквозь толпу Лиры Драйде, который я заметил. «Не толпитесь здесь. Предстоит много работы, и нет времени на отдых!»

Алакрийцы расступились и стали расходиться, хотя в оглядывающихся назад недостатка не было.

«Что происходит?» — спросила Лира, наклонившись к Серис, которая краем глаза наблюдала за мной, поджав губы от явного беспокойства.

«Давай поговорим где-нибудь в более уединённом месте», — сказала Серис тихо, но твёрдо.

Я кивнул в знак согласия, и Лира повела нашу группу к ближайшему пустому зданию, оказавшемуся не более чем одной открытой комнатой с несколькими грубо сколоченными деревянными стульями. Никто не сидел, когда мы вошли. Все взгляды были обращены ко мне, включая верховных лордов Фроста и Денуара, которые, видимо, разговаривали с Серис или Лирой до моей потери сознания.

Изо всех сил стараясь не выдать своего волнения, я сказал: «Мне и моим спутникам нужно уходить. Немедленно».

«Вот так просто? Ты даже не собираешься рассказать мне, что произошло, Артур? Такое проявление слабости не могло прийти в самый неподходящий момент», — ответила Серис. Она отвернулась, устремив взгляд вдаль, а когда заговорила снова, то уже больше убеждая саму себя. «Но добиться признания драконов необходимо. Если мы скажем людям, что ты отправился обеспечивать мир, то большинство примет это без вопросов…»

Её внимание снова переключилось на меня. «И всё же, как твой партнер в этом деле, я хотела бы знать правду о том, что произошло».

Я вспомнил наше с Сильви видение.

Нападение Фантомов на генерала, подчинённого Кэзессу, приведшее к гибели Глейдеров и, кто знает, скольких других важных политических деятелей Этистина…

Меня беспокоило многое, но сейчас главным было убедиться, что этого еще не произошло. Если это еще не произошло, я мог бы придумать, как это предотвратить. Но делиться информацией было опасно. Если старейшина Риния чему-то и научила меня, так это тому, что попытки изменить будущее были крайне рискованными. Я должен был действовать с максимальной осторожностью.

Кроме того, я не был уверен, кто именно должен знать о том, что у Сильви были видения будущего. Я не был уверен, что могу доверить эту информацию даже Серис.

«Не могу объяснить сейчас», — сказал я. «Пока сам не получу более четкое представление об этом».

Наступила пауза, пока наши взгляды оставались прикованными друг к другу.

«Тогда неважно, я вижу твой настрой». Она прервала наш зрительный контакт, невесело усмехнувшись. «Рога Вритры, жизнь была проще, когда меня окружали люди, которые прыгали, чтобы сделать всё, что я скажу…»

Я криво улыбнулся ей. «Ты очень стараешься, чтобы лишить себя такой жизни».

Покачав головой, она отмахнулась от меня, как от назойливой мухи. «Давай, делай, что должен. Я бы хотела предложить тебе более тщательную подготовку к разговору с драконами о нашем отступлении, но, полагаю, я доверю тебе справиться с этим самому. Всё, о чем я попрошу, — это взять с собой одного из моих людей. Как мои глаза, уши и голос, так сказать».

«Нет», — сказал я, быстрее и решительнее, чем собирался. «Я… не думаю, что это хорошая идея».

Взгляд Серис ожесточился, и та небольшая часть хорошего настроения, что она сохранила, улетучилась. «Нет? Артур, это партнерство работает в обоих направлениях. Ты попросил меня не задавать вопросов о причинах твоего ухода в этот критический момент и без предварительного обсуждения. Я прошу тебя сделать эту уступку в ответ».

Я провёл языком по внутренней стороне зубов, размышляя. Находиться между Драконами и Фантомами — не самое подходящее место для алакрийского дезертира, но если я упомяну о данном факте, это увеличит разрыв между мной и Серис. «Хорошо, согласен», — сказал я после долгой паузы.

Повелитель Фрост шагнул вперед, отвесив нам обоим небольшой поклон. «Леди Серис, я хотел бы предложить свою внучку, Энолу, для выполнения этого задания. Она очень способна и знакома с регентом Артуром ещё со времён её учёбы в академии».

«Спасибо, Уриэль, но для этой задачи мне нужен кто-то более опытный».

Она кивнула ему в знак благодарности, и он, не желая больше ничего говорить, отступил на своё прежнее место у стены.

Она продолжила, обращаясь к Корбетту. «Каэра была бы более подходящей кандидатурой на ту роль, не в последнюю очередь потому, что она уже долгое время работала вместе с Артуром и имеет непосредственный опыт общения с драконами. Я доверяю ей в этом деле и уверена, что она согласится. Ты возьмёшь её?»

Я оставил свои мысли при себе, не желая больше затягивать этот разговор, ведь я уже уступил требованиям Серис.

Пока мы ждали возвращения Корбетта, Серис несколько минут рассказывала мне об основах своих планов в пустошах Эленуара, чтобы я мог передать их драконам, если сочту нужным. Когда пришла Каэра, я попрощался с Серис и вывел своих спутников из деревни в Звериные Поляны.

«У западного края Звериных Полян, не слишком далеко к югу, есть город. Это ближайшие телепортационные ворота, через которые мы попадём в Этистин», — объяснял я по ходу движения.

«Не подумай, что я не рада возможности пойти с вами», — сказала Каэра, настороженно оглядываясь по сторонам, когда мы скрылись в густой чаще деревьев, — «но зачем мы так спешим?»

Перепрыгнув через поваленное дерево, я повернулся и подал руку Элли, чтобы помочь ей перебраться, а за ней — Каэре. Взяв Каэру за руку, я сказал: «Я обнаружил кое-какие… доказательства… которые дают мне основания полагать, что Фантомы нападут на Этистин в ближайшем будущем».

Чхоль хлопнул кулаком, похожим на кирпич, по своей открытой ладони, от его плеч поднимался жар видимыми глазу оранжевыми волнами. «Шанс отомстить».

«Фантомы…» — с трепетом повторила Каэра, нахмурив брови. «Но откуда ты узнал? Может, у тебя в кармане лежит Реликвия Джиннов, которая показывает тебе будущее?» Она попыталась игриво улыбнуться, но улыбка получилась странной.

«Нет, я… пока не могу объяснить. Прости. Возможно, когда мы доберёмся до Этистина и у нас будет время изучить ситуацию», — сказал я, потирая затылок.

Элли побледнела, пока я говорил, и я был уверен, что она вспоминает последствия моего последнего боя с секретным отрядом Агроны для убийства Асур.

‘Так, мы так и будем молчать о видениях будущего?’ — спросил Реджис, шагая рядом со мной. ‘И сейчас Сильви собирает целую коллекцию концовок сюжета, не так ли?’

‘Ей нужно время, чтобы разобраться в этом видении’, — ответил я. ‘Пока мы не выясним, почему и что произошло, никто не должен знать об этом’. Вслух же я сказал: «Здесь подходящее место», — остановился на небольшой полянке и посмотрел на свою связь.

Сильви, в голове которой царила неразбериха из мельтешащих и противоречивых мыслей и идей, заставила себя сосредоточиться. Преобразование произошло почти мгновенно, и она превратилась в дракона с чёрной чешуей.

Каэра задыхалась, её рот беззвучно шевелился, когда она смотрела вверх в благоговейном ужасе.

«Это не так уж впечатляет. Крылья всё равно переоценены», — сказал Реджис, шагнув в меня и дрейфуя к моему ядру. Я запрыгнул на спину Сильви у основания её шеи, а Чхоль помог Каэре и Элли забраться между крыльями Сильви.

Каэра неуверенно протянула руку и провела пальцами вдоль задней части одного из крыльев, по её телу пробежала дрожь.

С земли раздалось низкое горловое рычание Бу, его маленькие глазки вопросительно смотрели на Элли.

Я ободряюще прижал руку к длинной шее Сильви, и она посмотрела на Бу одним огромным глазом, похожим на лужу жидкого золота. «Это не будет слишком?» — спросил я.

«Если мне не придётся нести ещё и Чхоля, то всё будет в порядке», — ответила она, её голос в драконьей форме был глубоким и грохочущим.

Чхоль взлетел в воздух и стал ждать. Сильви схватила Бу своими большими передними когтями, собралась с силами и взвилась вверх, её крылья с изящной легкостью били по воздуху. Чхоль занял позицию рядом с ней, и мы отправились на юго-запад. Мы держались чуть выше верхушек деревьев, не опасаясь нападения мана-зверей: наши с Сильви и Чхолем объединенные ауры никому не позволят напасть на нас, кроме самых мощных и агрессивных мана-зверей, а до глубин Звериных Полян, где обитали такие существа, было далеко.

На драконе путешествие заняло всего пару часов, что позволило сэкономить целый день или даже больше, который был бы потрачен на попытку пройти через густой лес. Сильви трансформировалась далеко за городом, и мы завершили путешествие пешком. Гильдия искателей приключений и торговцы нам были не нужны, поэтому мы не стали останавливаться в городе, а сразу направились к телепортационным воротам.





Глава 448 — Тихий, но Безудержный Конфликт




От лица Кэйтлин Глейдер.

Я спешила по длинным, странно пустым залам дворца Этистина к восточному крылу, где меня ждали два очень необычных гостя.

Пульс сильно участился, подгоняемый моей собственной необъяснимой нервозностью.

‘Успокойся, Кэйтлин’, — подумала я, и мой мысленный голос показался мне слишком похожим на голос моей покойной матери. Но после появления драконов все пошло так быстро, нас с Кертисом захлестнул поток, который мы не могли контролировать и с которым не могли бороться, и я только начала приходить в себя. Вполне естественно, что такие посетители, которые спрашивали обо мне и только обо мне, заставляли меня нервничать, учитывая политический контекст.

Гулкий стук моих ног по мраморному полу отражался от стен и доносился до меня едва уловимым эхом, словно кто-то шел прямо за спиной. Обычно во дворце такие звуки не замечались: их поглощал скучный, но постоянный гул разговоров, стук чужих шагов, звон тренировочных клинков со двора.

Но сейчас мало кто мог выдержать пребывание во дворце, вблизи тяжелых аур драконов — Силы Короля, как они ее называли.

Я прошла мимо стражника, чья прямая, как стрела, осанка еще больше выпрямилась при виде меня. Он не встретился со мной взглядом, но я почувствовала, как его взгляд впился мне в спину, когда я прошла мимо. Мог ли он почувствовать мое волнение, прочитать меня словно открытую книгу? Я прислушалась к характерным шагам закованных в броню ног стража, предательски удаляющихся по коридору, чтобы, возможно, сообщить о моем странном поведении Хранителю Шарону.

‘Я поступаю глупо’, — признала я. ‘Не поддавайся своему гиперактивному разуму’. И снова эта мысль прозвучала голосом моей матери…

Подойдя к залу, где мои гости расположились в ожидании моего прибытия, я поправила платье и изобразила на лице приветливую улыбку, чувствуя, как она слегка дрожит.

Когда я вошла, они обе уже стояли, не сводя глаз с двери.

Глаза у них были нечеловеческие: одна пара, как бы напоминала золотые солнечные блики на поверхности воды, другая похожа на два сверкающих рубина.

«Леди Сильви», — произнесла я, награждая ее резким, но неглубоким поклоном, не совсем понимая, какое место она занимает в сложной политике Эфеота и Дикатена.

Она ответила поклоном, гораздо более глубоким, уважительным, но в то же время беззаботным жестом, который заставил меня пожалеть о своем расчетливом приветствии. Ее светлые волосы рассыпались по лицу, ярко выделяясь на фоне темных рогов, изогнутых по бокам головы. Когда она выпрямилась и улыбнулась, я поразилась ее росту и резкости черт лица.

Мне не следовало удивляться. Вполне естественно, что она взрослеет и растет. Но когда я видела ее в последний раз — когда-то во время войны, я даже не была уверена, как давно это было, — в человеческом облике она физически выглядела ребенком. Сейчас она была молодой женщиной, но уверенность и зрелость, которые исходили от нее, как аура, заставляли ее казаться намного старше.

Она быстро шагнула вперед, и ее черное платье взметнулось и заиграло на свету тысячами крошечных черных чешуек.

Я напряглась, когда она крепко обняла меня.

Сильви, казалось, не заметила этого и выпустив из объятий, продолжала сиять ярким светом. «Леди Кэйтлин. Рада снова видеть вас. Спасибо, что так быстро встретились с нами. Я не сомневаюсь, что вы очень заняты, и понимаю, что характер нашего прибытия несколько… необычен».

Когда она сказала “нашего”, я повернулась к ее спутнице с красными глазами.

Синие волосы ниспадали по плечам фигуристой женщины, одновременно темные у корней, рядом с черными рогами, обвивающих ее голову, подобно короне, и яркие ближе к кончикам, обрамляющие рубиновые глаза. Она была алакрийкой, одной из тех, кого они называли Вритра-кровными. Она подавляла свою ману, не позволяя мне правильно определить уровень ее ядра, но уже одно это говорило о том, что она была сильнее меня.

Женщина скопировала поклон леди Сильви, хотя и не разрывала зрительного контакта, придавая движению почти агрессивный вид. «Леди Кэйтлин Глейдер. Меня зовут Каэра из Высококровного Денуара. Как сказала Сильви, благодарю вас за встречу».

Я жестом указала на жесткую кушетку напротив кресла с высокой спинкой, заняв его для себя. Мои пальцы автоматически устремились к тщательно вырезанным бороздкам на деревянной конструкции подлокотника, двигаясь вдоль этих линий, пока я рассматривала гостей. «Леди Сильви, меня несколько смущает, что вы просите меня о чем-то тайном, когда в этом самом дворце присутствуют представители вашей расы. Почему бы не обратиться за советом к ним? Более того, зачем держать свое присутствие в секрете?»

Сильви сидела очень правильно, взгляд ее был непоколебим. Очень легко было видеть в ней какую-то принцессу божеств из далекой страны драконов. Сложнее было помнить о своем предназначении и о том, что я получила от Хранителя Шарона и Виндсома указания, как следует обращаться с Артуром и его спутниками в случае их возвращения в Этистин.

Тайные встречи с ними за спиной Хранителя Шарона, конечно же, не входили в эти рекомендации.

«Артур послал меня сообщить вам о возможном нападении на дворец», — сказала она, стараясь быть одновременно уверенной и утешительной. «Нападение на драконов, которое, тем не менее, подвергнет вас и вашего брата чрезвычайной опасности».

Я почувствовала желание нахмурится, но сдержала эту эмоцию, сохраняя каждый мускул лица на своем месте, как учила меня мама с самого раннего детства. «Надеюсь, Вы можете рассказать мне больше. Нападение на драконов… кто бы мог осмелиться на такое? Тот факт, что вы пришли с предупреждением, говорит о вашей уверенности в реальность этой угрозы, но я не могу даже предположить, кто, кроме противостоящих Асур, мог бы представлять реальную опасность».

Сильви, казалось, на мгновение задумалась над чем-то, затем слова начали литься из нее потоком, рассказывая о видениях и могущественных убийцах Асур, мертвых драконах и даже о моей собственной смерти. Я, на удивление, осталась равнодушна к ее рассказу, хотя упоминание о гибели брата вызвало у меня мурашки по коже.

Я сохраняла осанку и выражение лица, но внутри меня бурлило море неуверенности. Я знала о борьбе Артура с этими “Фантомами” в Вилдориале, как и Виндсом и Хранитель Шарон, но, по мнению драконов, солдаты Агроны не представляли угрозы ни для них, ни для нас. Война закончилась, и драконы защищали Дикатен.

Возможно, это было несправедливо по отношению к леди Сильви, но я также скептически относилась ко всяким подобным видениям, претендующих на звание предсказания будущего. Мои родители, король и королева Сапина, были окружены прорицателями и провидцами, пытавшимися торговать пророчествами на любой удобный случай. За исключением старейшины Ринии, я никогда не встречала никого, кто называл себя оракулом и мог бы предсказать что-то кроме погоды на следующий день.

Алакрийская женщина, Каэра, слушала так же восторженно, как и я, явно не зная до этого момента всей истории. Еще одна странность, работающая против них.

Закончив, леди Сильви замолчала, ожидая моего ответа, давая мне время правильно его сформулировать.

«Простите. Это очень много информации за раз, которую нужно обдумать», — сказала я, ища в ее золотистых глазах хоть какой-то признак лукавства, но не нашла. Я представила себе Артура, преследующего в этот момент по улицам Этистина безликое существо из тени, и меня пробрала дрожь. «Признаюсь, выслушав ваш рассказ, я только еще больше запуталась. Если цель — предотвратить нападение на Хранителя Шарона, почему бы не поговорить с ним напрямую?»

# Прим. Пер. — Иногда мне кажется, что автор специально понижает IQ второстепенных персонажей, как она может допускать сомнения в словах Сильви?

Пока я задавала этот вопрос, ответ пришел сам собой. «Вы не хотите, чтобы другие драконы знали, о Вашем прибытии, пока Артура нет рядом. А Артур не хочет отправляться к Шарону без доказательств присутствия Фантомов». Я нахмурилась, но тут же одернула себя. «Леди Сильви, Вы действительно обладаете подобным даром предвидения?»

Она слегка склонила голову набок, рассматривая меня. «Нет. Артур всегда доверял Вам, Кэйтлин, и я тоже решила довериться. Надеюсь, я приняла правильное решение».

Если бы эти слова прозвучали от кого-нибудь другого, они вызвали бы у меня ярость, но, услышав их от этого золотоглазого дракона, я только и могла думать, что она не ошиблась в доверии, рассказав мне правду.

«Завтра состоится заседание генерального совета», — сказала я после долгой паузы. «То, что вы описали, похоже на то, что мы…»

Вдалеке почувствовался всплеск маны, и я забыла, о чем говорила, вместо этого уставившись на стену в направлении источника.

«Мана типа распада», — сказала Каэра, нахмурившись. «Очень много маны».

Я резко встала, разглаживая платье. «Оставайтесь здесь. Никто вас не побеспокоит. Уверена, драконы тоже почувствовали это, да что там, весь город почувствовал. Мне нужно убедиться, что паники не будет».

Прежде чем кто-либо из девушек успел возразить, я повернулась на пятках и вышла из комнаты. Стражник, стоявший до этого на посту, покинул его и стоял посреди зала, словно ожидая, что в любой момент сюда хлынет целая армия алакрийцев. Услышав мое приближение, он повернулся и отсалютовал.

Я пронеслась мимо него и направилась к главному входу во дворец. Как и ожидалось, я обнаружила Кертиса уже там, стоящего во внешнем дворе и смотрящего на восток. Он взглянул на меня, когда я подошла.

«Ты это почувствовала?» — спросил он, нахмурившись. Граудер, связь-лев моего брата, издал низкий рык, и Кертис погладил его по гриве.

Я не ответила, так как в этот момент во двор вошел Виндсом — уложенные волосы, военная форма, как всегда, чистая и ухоженная. Его неземные, звездной ночи глаза смотрели вверх, я проследила за его взглядом, когда появился трансформировавшийся дракон, его тень пронеслась над нами и устремилась к источнику взрыва.

«Я думал, мы договорились, что в самом городе не будет трансформированных драконов», — полусерьезно сказала я, понимая, что мой протест останется без ответа.





Глава 449 — Невозможное Зрелище




От лица Лиры Драйде.

Я глубоко вздохнула, сделав паузу в торопливом выполнении своих обязанностей.

Солнце висело над горами на западе, его последние лучи были ещё тёплыми. Почти постоянный ветерок, дувший над пустошью, утих, из-за чего тонкое облако пепла, всегда висевшее в воздухе, уменьшилось. День был вполне приятным, и всё же попытка расслабиться оставляла болезненные ощущения — тело было в постоянном напряжении, подгоняя меня вычеркнуть все пункты из моего списка как можно быстрее.

Два дня подряд мои обязанности перебрасывали меня из одной мелкой чрезвычайной ситуации в другую, и я не имела даже краткой передышки в течение, казалось, нескольких часов. Закрыв глаза, я повернулась к солнцу, позволяя его теплу коснуться моего лица. По телу пробежала дрожь… накопившееся напряжение искало выход.

Я почувствовала, как мои губы изогнулись в улыбке.

Вот… вот что значит быть лидером. Вот чем я могла бы заниматься всю жизнь, если бы только знала…

Что когда на тебя смотрят, уважают, даже — осмелюсь сказать — любят… это затягивает, даже сильнее, чем постоянное стремление к власти и авторитету.

Наблюдать за работой Серис, работать вместе с ней, помогая нашим людям смириться с их новой жизнью, доставляло удовольствие, которого я раньше не понимала. Это давало мне надежду. А ещё, пожалуй, больше всего на свете, я радовалась, что Артур Лейвин не убил меня в Этистине. Поначалу я не могла не сомневаться в себе, но теперь…

Теперь стало ясно, что я приняла правильное решение.

Когда я позволила солнцу поцеловать мою кожу, я резко ощутила взгляд, прожигающий мою спину.

Открыв глаза, я медленно повернулась и стала искать наблюдателя. Его несложно было обнаружить: тощий мальчик в очках сидел на краю фермерской грядки и теперь пристально смотрел на свои колени.

Медленно подняв голову, он попытался украдкой взглянуть на меня, но заметив, что я наблюдаю за ним, покраснел и уставился в землю.

Моё любопытство разгорелось, и я направилась в сторону мальчика, мои движения были неторопливыми, от чего, в свете последних дней, я уже отвыкла. Мне стало немного не по себе, когда я увидела, как он начал паниковать, вероятно, опасаясь нагоняя или чего похуже. Он был одним из новичков, но я не знала его и не знала, к какой Крови он принадлежит. По напряжению, с которым он держался, и по тому факту, что он уединился, когда все остальные были заняты работой, я заподозрила, что он здесь один, возможно, даже житель второго уровня Реликтовых Гробниц низшего класса, пробравшийся сюда во время ухода Серис.

Я стояла над ним, скрестив руки на груди и слегка поджав губы.

«Я тебя чем-то обидела, мальчик?» — спросила я. «Ты смотришь так, словно поклялся мне отомстить кровью».

Слегка покачав головой, я добавила: «Учитывая все обстоятельства, я полагаю, что это возможно».

Он вздрогнул, взглянул на меня, отвёл взгляд, снова посмотрел, затем подтянул ноги к груди и, казалось, съёжился.

Я расслабилась, смягчив выражение лица и позу.

«Расслабься, малыш. Я всего лишь хотела вызвать у тебя немного хорошего настроения. Почему бы нам не начать сначала? Уверена, ты уже знаешь моё имя, я Лира. А кто ты?»

Он пожевал губу, в его глазах отразились крутящиеся шестеренки его мыслей, после чего, наконец, вскочил на ноги и поклонился.

«Прошу прощения, Слуга Лира из Высококровного Драйде. Я не хотел так пялиться. Я просто…»

Он тяжело сглотнул.

«Я Сэт из Высокой Крови Милвью».

Милвью… Милвью? Я прокрутила это имя в голове, ища какую-нибудь связь с ним. Я была слегка удивлена, когда он назвал себя высококровным, но больше была удивлена тем, что ничего не знала об этом имени.

«А где остальная часть твоей Крови?» — спросила я, желая убедиться, что Кровь не была разделена при переселении за пределы небольшой деревни, куда они прибыли и которая не могла их всех прокормить.

Лицо мальчика осунулось, и я поняла, что это правда.

«Значит, ты совсем один? Твоя Кровь погибла на войне?»

Он кивнул, очень лёгким, нервным движением, затем опустился обратно на деревянный бортик приподнятой фермерской грядки.

«Они все были убиты… здесь».

Он махнул рукой в сторону пепелища за пределами маленькой деревни.

«Недавно моя Кровь возвысилась… из-за того, что моя сестра сделала на войне. А затем их стёрли, вот так просто».

Я села рядом с ним, тщательно обдумывая свои слова.

«Ты никогда не чувствовал себя Высококровным, верно?»

Он покачал головой. «Не совсем. Другие в академии… ну, они не относились ко мне как к равному. До тех пор, пока… профессор Грей… Артур».

«Ах», — сказала я, вспоминая то немногое, что мне удалось узнать о времени, проведенном Артуром Лейвином в Алакрии. «Значит, ты один из его учеников. Так вот почему ты прибыл в Дикатен? Чтобы последовать за своим наставником?»

«Нет!» — сказал он слишком быстро. Побледнев, он украдкой посмотрел на меня боковым зрением. «Просто мне больше некуда было идти. Коса Серис хотела побольше узнать о моих рунах, обо мне и моей подруге, и я просто подумал, что, может быть, хоть здесь я смогу… пригодиться?»

Он довольно беспомощно пожал плечами.

«Я не думаю, что смог бы вернуться в дом моей Крови или в академию. Не после всего произошедшего».

Я сжала губы в натянутой улыбке и больше ничего не сказала. Очевидно, мальчику нужно было выговориться, и я была готова ему это позволить. По крайней мере, с тем небольшим запасом времени, который у меня был.

Он снова вскочил на ноги и сделал пару шагов в сторону, повернувшись лицом к серой пустоши на севере.

«Почему Цирцея должна была умереть только ради… этого?» — спросил он. «Она умерла, прокладывая путь через лес, что был здесь раньше, так нам сказали. Но теперь посмотрите на то, что осталось после него. Она умерла ни за что».





Глава 450 — Перемены




Глава 450 — Перемены

От лица Лиры Драйде.

«Пожалуйста?»

Серис была неподвижна, как камень, пока Олудари лапал ее ноги, его ожидающее, умоляющее лицо было обращено вверх.

Это было похоже на ночной кошмар. Ничто из того, что я сейчас видела, не соответствовало реальности, к которой меня приучили.

«У меня так много незавершенных дел…»

Олудари заскулил, его паучьи пальцы теребили мантию Серис.

«В этом мире есть слои, множество слоев, которые только и ждут, чтобы их содрали, один за другим, но только пока я буду жив. Агрона думает, что он единственный, кто знает, но я видел тени, я чувствовал нарастающее поверхностное напряжение пузыря, готового лопнуть, я…»

Владыка подавился собственным хныканьем и начал кашлять, его плечи затряслись. Когда приступ прошел, он поник, как увядшее растение.

Моргнув, словно очнувшись от глубокого сна, Серис оглядела застывшую толпу, затем Силрита и, наконец, меня. На долю секунды в ее глазах застыл вопрос, на который я не знала, как ответить.

«Что мне делать?» — спрашивали ее глаза, но как только они встретились с моими, выражение ее лица стало решительным, когда она пришла к какому-то собственному ответу.

Серис медленно прижала руку к щеке Олудари. «Успокойтесь, Владыка».

Олудари внезапно схватил Серис двумя руками за мантию и потянул ее вниз на несколько сантиметров.

«Помогите мне! Спрячьте меня! Драконы, Копье, ты… ты знаешь их! Ты уже обманывала его. Я не понимаю, как, но ты это сделала! Я приказываю тебе сделать это снова! И… и Копью тоже. Да, отведи меня к нему. К Артуру Лейвину».

Серис решительно высвободилась из его хватки, а затем с внезапностью разящего громохвоста отвесила ему мощную пощечину.

Голова Владыки дернулась в сторону, и его рыдания резко оборвались.

«Как ты смеешь, я… я…»

«Соберитесь», — сказала Серис, похоже, уже лучше владея собой. Она протянула руку, и Олудари взял ее, позволяя поднять себя на ноги.

Очарование, завладевшее толпой, рассеялось, и большинство стало поспешно расходиться, исчезая в деревне. Удон бросился к брату, помогая ему подняться и отряхивая грязь с одежды, но Идир оттолкнул его и поспешил к одному из других фермеров.

Тот фермер, как и остальные, находящиеся в зоне приземления Владыки, лежал на земле, не шевелясь. Я уже чувствовала это по угасанию их сигнатур маны. Все они были мертвы.

Я отвела взгляд, разозленная и разочарованная, не зная, куда деть свои эмоции. Беспечность Асуры…

Несколько человек задержались, медленно приближаясь, их восторженные взгляды были прикованы к Владыке, очевидно, не обращая внимания на его нынешнее печальное состояние.

«Владыка. Прошу, простите нас…»

«…заберите нас домой…»

«…только то, что нам нужно, чтобы выжить, Владыка!»

Силрит взмахнул рукой по воздуху, и бессвязные мольбы смолкли, а люди отступили назад. Все, кроме Ларса Изенхарта, который бросился к Владыке.

Глаза Олудари расширились, и из него хлынула мана.

Изенхарт был поднят с земли и брошен обратно в толпу, сбив с ног еще нескольких человек. Этого оказалось достаточно, чтобы окончательно вывести их из состояния восторга, и они практически наступали друг на друга, спасаясь бегством, оставив Ларса стонать на земле. Корбетт, Эктор и женщина, которую я узнала как одну из солдат Ларса, поспешили к нему.

Серис бросила на меня взгляд.

«Нам нужно доставить Владыку в более безопасное место… для всех».

Она замолчала, ее взгляд переместился вдаль, мимо меня.

Я повернулась, чтобы посмотреть, и кровь в моих жилах застыла.

На горизонте возвышались Великие Горы, отделявшие Пустоши Эленуара и Звериные Поляны от остальной части Дикатена. Всего несколько мгновений назад заснеженные вершины терялись в густом белом тумане. Теперь же над горами мчалась низкая черная туча. Однако прямо у меня на глазах она спустилась с крутых утесов, каскадом обрушилась на, покрытую пеплом, равнину внизу и с огромной скоростью понеслась в нашу сторону.

«Нет», — простонал Олудари. «Нет, нет, нет. Он знает. Он нашел меня».

Олудари взял Серис за руку и сжал так крепко, что она вздрогнула.

«Фантомы…»

Серис вздохнула, освобождаясь от Владыки и сделала несколько неуверенных шагов, чтобы оказаться рядом со мной. Ее руки сжались в кулаки с побелевшими костяшками.

Мои расшатанные нервы были на пределе. Двигаясь словно во сне, я отвернулась от облака. Мой взгляд пронесся по поглощенной паникой деревне, охватывая всех людей, которых я так старалась защитить и помочь процветать после войны, людей, которых я считала своими друзьями… даже семьей, если использовать дикатенское определение этого слова.

Лучшее слово, чем “Кровь” — предложил мой слегка бредящий разум.

Среди них были те, кто прожил эти последние месяцы в пустоши, строил здесь дома, учился новым навыкам, применял полученную с таким трудом магию в качестве фермеров, охотников и ремесленников, а не солдат… убийц. Такие, как братья Плейнсраннер, как Балдур Вассер. Как дети, столпившиеся вокруг побледневшей от страха золотоволосой девочки Фрост.

Я посмотрела на Сэта, который все еще лежал на земле у моих ног, его очки были сдвинуты. Он, как и все остальные здесь, стал бы лишь компостом для бесплодной пепельной пустоши, если бы попал в битву между Василиском клана Вритра и боевой группой Фантомов.

И я ничего не могла сделать, чтобы остановить это.

Я обладала силой, невероятной магией, и все же рядом с этими существами я была не более опасна, чем обычный раб…

«…ира!»

Звук моего имени прорвался сквозь туман в моем мозгу, и я судорожно дернулась. Серис схватила меня за руку, притягивая к себе.

«Найди свое спокойствие, Лира, свое мужество. Отбрось все остальное, оно тебе сейчас не поможет».

Я смотрела ей в глаза, уже не в первый раз удивляясь, откуда в ней эта внутренняя сила.

До войны я не очень хорошо знала Косу Серис Вритру. Будучи кандидатом на должность Слуги в военное время, я не состояла в этом клубе до отправки на Дикатен. Но я доказала, что умею добиваться подчинения дикатенцев с минимальным кровопролитием, и это соответствовало целям Агроны в отношении континента.

За те несколько дней, что я работала бок о бок с Серис, я не раз испытывала приступы ревности к отношениям между ней и Силритом. Моя собственная Коса, Каделл, был холоден, отстранен и жесток. За два дня мне показалось, что я узнала о Серис больше, чем о Каделле за всю войну. Мои отношения с ним были делом военной необходимости и не более того, хотя я по глупости жаждала его силы и той свободы действий, которую позволял ему Верховный Владыка.

Поступая так, как велела Серис, я обернула эти мысли вокруг себя, словно утяжеленное одеяло, — ментальный эквивалент ребенка, натягивающего одеяло на голову, чтобы спрятаться от мана-зверей под кроватью…

Но это сработало, и я почувствовала, что успокаиваюсь. Пусть Серис и не была моей Косой — черт, она теперь не была Косой в принципе, — но она уже вдохновляла меня, став лучшим наставником, чем Каделл или любой другой учитель или тренер, которые были у меня за время моего восхождения по ступеням власти.

До появления Фантомов времени на что-либо еще не было.

Облако разделилось на четыре отчетливые формы, и на нас обрушилось сразу несколько заклинаний, направленных на Олудари.

Я выставила барьер из пустотного ветра, чтобы блокировать поток черного огня, побочный ущерб от которого должен был настигнуть не только Серис, Силрита и меня, но и десяток других алакрийцев, все еще пытавшихся убежать.

Огонь души Фантома прорезал полотно моего щита, но тут же внутри возник второй барьер, а за ним и третий, перенаправив огонь души, который безвредно прокатился над нами, а затем перекинулся на три только что построенных дома и мгновенно их поглотил.

Пока мы боролись с пламенем, сверкнули сдвоенные молнии: одна ударила в землю посреди убегающей толпы, подняв облако темного пепла и повалив на землю ближайших к ней людей, включая Корбетта и Эктора. Вторая молния попала точно в Олудари, но отразилась от его барьера маны и врезалась в дальнее дерево, расколов его надвое и заставив сухие листья гореть, как множество маленьких свечей.

Шум раскалывающегося дерева и ревущего пламени еще звенел в ушах, когда я почувствовала всплеск маны снизу. Серис и Силрит уже двигались, взлетая в воздух и создавая щиты над кричащими людьми. Я схватила Сэта и подняла его в воздух как раз в тот момент, когда земля вокруг Олудари взметнулась вверх, от пронзающего ее поля кроваво-железных шипов, — эффект одновременной атаки всех Фантомов.

Олудари сжал кулаки, и кровавое железо разлетелось на куски с пронзительным скрежетом. Его лицо было перекошено от паники и отчаяния, его намерение пронеслось по деревне подобно урагану.





Глава 451 — Перемены II




От лица Артура Лейвина.

Когда я вел Сильви и Каэру обратно в тронный зал уже, как мне казалось, в десятый раз за последние два дня, я не мог побороть вспышку раздражения, которая прошла через меня.

Эдирит и два других молодых дракона уже были здесь, но Шарон и Виндсом еще не прибыли. По несколько скучающему выражению лица Эдирита я понял, что их поиски снова оказались безрезультатными.

Остальные Фантомы, среди которых, если видение Сильви было верным, были, по крайней мере, остатки двух боевых групп, полностью растаяли.

‘Маловероятно, что они просто сдались и разошлись по домам’, — мысленно сказала мне Сильви. ‘Они определенно где-то выжидают своего часа, даже если мы отсрочили их атаку на Шарона и Этистин’.

Шарон выделил трех драконов для поисков в Этистине и его окрестностях. Он никак не препятствовал моей работе, но выделил очень мало времени для совместного стратегического совещания и категорически отказался выделять дополнительные ресурсы.

‘Такое впечатление, что они хотят, чтобы Фантомы напали’, — размышлял Реджис. ‘Как будто они их заманивают или что-то в этом роде’.

Сильви покачала головой, внимательно оглядывая лица остальных драконов.

‘Нет, я думаю, они искренне верят, что угроза минимальна. Что само их присутствие предотвратит ее. Они не глупы, они понимают отданные им приказы и связанную с ними опасность, но не осознают, насколько она реальна. Жизнь на вершине могущества и авторитета Эфеота убедила их в том, что они победят, что бы ни случилось’.

«Вы все опять говорите в своих головах?» — спросила Каэра тихим голосом, шагая рядом со мной.

Я побледнел, бросив на нее виноватый взгляд. «Прости, привычка».

Каэра отмахнулась от извинений, переведя взгляд на трех драконов.

«Думаю, я привыкну к этому, если ты будешь держать меня рядом достаточно долго».

«Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя нежелательной», — быстро ответил я. «Я все время спрашиваю, не хочешь ли ты вернуться в лагерь алакрийцев только потому, что…», — мой взгляд метнулся к драконам, — «…знаю, что до сих пор у тебя был не самый лучший опыт общения с ними».

Каэра криво улыбнулась мне. «Меня послала сюда леди Серис в качестве представителя, так что, отбросив свой личный опыт, я останусь, чтобы выполнить этот долг».

Мы снова погрузились в напряженную тишину, пока через несколько минут не появился Шарон, вошедший в тронный зал так непринужденно, словно он вышел на неторопливую послеобеденную прогулку. Кертис Глейдер не отставал от него и, увидев, что я уже жду, знакомо, хотя и не особенно дружелюбно, помахал мне рукой.

«По-прежнему никаких признаков активности Фантомов», — быстро подтвердил Эдирит Шарону, обращая на себя внимание. «При всем уважении, сэр, я думаю, мы зря тратим время».

Шарон остановился и улыбнулся, сцепив руки за спиной. Он кивнул, как будто ожидал этой новости.

«Похоже, что твоя казнь их разведчика положила конец этой угрозе, Артур. Ты уже прочесал половину Сапина. Поскольку элемент неожиданности больше не работает в их пользу, я думаю, можно с уверенностью сказать, что Фантомы отменили атаку».

«Мы не можем этого знать, но…»

Я выдохнул, выплеснув часть своего разочарования.

«Возможно, ты прав».

В этом, конечно, и заключалась проблема с видениями будущего. Старейшина Риния изо всех сил старалась вдолбить мне в голову, что реакция на ее видения, изменение того, что они предсказывают, таит в себе опасность.

«Кроме того, поиски стали привлекать внимание населения», — заметил Кертис. «Люди заметили твое присутствие, Артур, и это порождает всевозможные тревожные слухи после взрыва за городом».

Я посмотрел на Кертиса, вспоминая видение. Наблюдение за гибелью Глэйдеров подтолкнуло меня к необдуманным действиям, но я не жалею об этом. Не имея возможности узнать, когда произойдет нападение, малейшее промедление могло позволить этому будущему стать реальностью. С другой стороны, затаившись в ловушке, я мог потерять несколько дней, а то и недель драгоценного времени. Когда я действительно обнаружил разведчика Фантомов, было уже поздно что-либо предпринимать, кроме как бросаться в погоню.

‘Не будь слишком строг к себе’, — подумала Сильви. ‘Оглядываться назад, может быть, и бывает полезно, для поиска лучшего исхода, но даже видения не могут помочь нам увидеть все варианты развития событий’.

‘Ах, ну ты знаешь, как говорят: солдат, который никогда не совершает ошибок, получает приказы от того, кто их совершает’, — добавил Реджис.

‘Не уверен, что это применимо в данной ситуации’, — подумал я в ответ.

Реджис закружился вокруг моего ядра, его бесплотная форма весело хмыкнула.

‘Ничего, правда, я просто хотел почувствовать себя причастным, раз уж мы раздаем всякие мудрости, понимаешь?’

Я подавил нарастающий вздох и снова обратил свое внимание на Шарона.

«Итак, Артур, я надеялся, что у нас будет время поговорить наедине. Вы были так заняты, что у меня почти не было времени пообщаться со своей кузиной». Шарон поднял руку, когда я начал возражать, останавливая меня. «Я не буду пока отзывать дополнительных драконов, которых я привел в Этистин, но думаю, что город сможет прожить без тебя и Сильви несколько часов».

В конце концов, мне оставалось только согласиться.

Эдирит был отправлен к своим обязанностям, а Кертис, попрощавшись с нами, поспешил на какое-то совещание.

Протянув руку Сильви, Шарон повел нас за собой, непринужденно ведя бессмысленную болтовню о состоянии города и континента, о том, что он думает обо всем — от людей до еды, и о прочих подобных сплетнях.

Гостиная, в которую он нас привел, была излишне роскошной, явно оставшейся с довоенных времен. Оборонительные сооружения города и дворца на мгновение остались позади, когда мы вошли в бело-золотые покои, полные плавных линий и экстравагантности. Мебель выглядела так, словно ею редко пользовались, плюшевые ковры были такими яркими, словно их соткали только сегодня утром, и, несмотря на то что большой открытый камин оживленно горел, на белых поверхностях не было ни пятнышка грязи или пепла.

Виндсом стоял спиной к камину и спокойно наблюдал за тем, как мы входим. Он отказался от попыток заставить Сильви немедленно вернуться в Эфеот, но я был уверен, что он уже обратился к своему хозяину за инструкциями. Если бы Кэзесс попытался форсировать этот вопрос…

Что ж, пока я не был уверен, как мне поступить.

Я все еще не мог понять Шарона, который был либо разумным, либо просто более терпеливым и менее очевидным в своих манипуляциях, чем Виндсом. Не будучи уверенным, я относился к дракону со шрамом с большей опаской, чем к такому болвану, как Ваджракор, и все же он был потенциально интересным союзником.

‘Если им движет нечто иное, чем слепая преданность Кезессу, мы можем многое выиграть, работая с ним бок о бок’, — подумал я, глядя на его спину.

Лояльность уже оказалась сложной проблемой. В частности, тревожное положение занимали Кэйтлин и Кертис Глэйдеры. Мне было не по себе от того, насколько близкими они уже казались Шарону и его солдатам.

‘Уже?’ — отправила Сильви, отвечая на мои мысли. ‘Помни, для них прошли месяцы, а сила убеждения драконов гораздо сильнее, чем может выдержать большинство людей’.

‘Они и впрямь кажутся проблемно увлеченными’, — добавил Реджис, имея в виду Глэйдеров.

‘Посмотрим’, — ответил я.

«Леди Сильви, я прошу прощения, что ситуация с Фантомами отложила нашу возможность как следует поговорить», — сказал Шарон, закрывая за нами дверь гостиной. «Я с нетерпением ждал возможности встретиться с Вами снова с тех пор, как узнал о том, что Вы выжили. В клане на Вас смотрят как на загадку… и это было до недавних событий».

Я позволил Сильви взять на себя инициативу в разговоре. Я понимал, что в последние несколько дней слишком сильно давил на нее, пытаясь установить равновесие между собой и драконами. Сильви могла говорить на равных, извлекая выгоду из своего родства с Кэзессом, но только в том случае, если я буду держать себя в руках. Связь между нашими разумами позволяла нам при необходимости говорить как единое целое, подпитываясь знаниями друг друга при каждом ответе.

«Мне это стало совершенно ясно, когда мы с Артуром тренировались в Эфеоте», — негромко сказала Сильви, расхаживая по комнате и любуясь ее убранством. «Кэзесс изолировал меня от многого, чтобы я могла сосредоточиться на тренировках, но пристальные взгляды и шепот не прошли мимо меня. Смешанная родословная — Дракон и Василиск — родившаяся за пределами Эфеота и связанная с человеком? Я — диковинка, которую в Эфеоте даже представить себе не могли, так обо мне говорили».

Улыбка Шарона была теплой, хотя и слегка огорченной.

«Верно, хотя, возможно, это не слишком вежливая формулировка. В клане было много тех, кто возмущался тем, что лорд Индрат крепко держит Вас в своих руках. Думаю, если бы Вам позволили, Вы бы сочли свой клан весьма восприимчивым к Вашему присутствию. Тем не менее, в конечном счете, это только усилило Вашу таинственность». Он легкомысленно хихикнул, затем погрустнел. «Когда стало известно, что Вы… ушли из жизни, что ж. Это был удар для клана Индрат».

Я внимательно слушал, поглощенный их разговором. Я не придавал особого значения тому, что другие драконы думали о Сильви. Прежде всего, она была моей связью. Мысль о ее смешанном происхождении, и о том, что она являлась внучкой самого могущественного Асуры Эфеота, была далекой и запоздалой.

«Как видите, слухи о моей смерти были явно преувеличены», — сказала Сильви, в ее тоне прозвучала нотка юмора, несмотря на то, что мысли ее уходили от размышлений о произошедшем после того, как она пожертвовала собой ради меня. «Тем не менее, я… ценю Ваши слова. Если честно, я не очень задумывалась о своих отношениях с остальными членами клана».

Она прислонилась к спинке дивана и посмотрела на меня.

«Мы были очень заняты войной».

Шарон прочистил горло. «Пожалуйста, располагайтесь поудобнее. Нам есть о чем поговорить, и нет необходимости соблюдать формальности».

Подавая пример, Шарон пересел в кресло с высокой спинкой, на подлокотниках которого были вышиты золотые листья.





Глава 452 — Среди Павших




От лица Лилии Хелстиа.

Мои ноги горели, когда я преодолевала длинный подъем по извилистой горной тропе. Положив руки на бедра, я повернулась, чтобы полюбоваться на целую вереницу повозок, тянущуюся по склону горы позади меня.

Джаррод Реднер, который шел рядом со мной, уперся руками в колени и хватал ртом воздух.

«Я не… понимаю… почему мы… идем по этой старой… горной дороге», — задыхаясь, сказал он.

Хотя я знала, что это был риторический вопрос, я все равно ответила.

«На севере Сапина этим людям некуда идти. Валден, Марлоу, Элкшир — они не могут их содержать. Однако в фермерских деревнях между Ксайрусом и Блэкбендом места есть. Но через густой, болотистый лес между Марлоу и Ксайрусом нет никаких дорог».

«Я… знаю…», — пропыхтел он, выпрямившись и скорчив гримасу, пытаясь справиться с дыханием.

Несколько авантюристов, выполняющих роль охранников, прошли мимо нас, а затем и первая повозка. Маленькая девочка тоскливо смотрела на край горной тропы, пока ее дедушка управлял поводьями двух больших скиттеров*, тянувших их маленькую тележку. Ее родители погибли, сражаясь у Стены.

*Прим. ред. unger: Скиттер — мана зверь класса D. Представляют из себя гигантских ящериц с шипами на спине. Обладают бо́льшей выносливостью и силой чем лошади, поэтому часто используются в качестве вьючных животных.

«Привет, Качери», — сказала я, помахав ей рукой.

Когда она не помахала в ответ, я достала кое-что из сумки и бросила ей. Она с пустым выражением лица наблюдала, как оно пролетело по воздуху и приземлилось на сиденье рядом с ней, после чего подпрыгнула от волнения и поспешила снять вощеную бумагу.

Ее глаза расширились и заискрились от восторга, когда она отправила в рот жевательную карамель.

«Бедный ребенок», — пробормотал Джаррод, когда тележка проехала мимо.

В нашем караване было более двухсот человек, таких, как Качери, которые потеряли почти все, и единственной надеждой для них было бежать из небольших деревень, таких как Эшбер, потому что после войны они больше не могли обеспечивать себя. Семьи были разорваны, люди попали в рабство, их имущество было отнято или уничтожено, а когда война закончилась так внезапно, в Сапине не было руководства и инфраструктуры для отправки помощи или восстановления.

Бесчисленное количество матерей, дочерей, сыновей и отцов не вернулись с войны, и многие семьи просто не могли выжить вдали от городов.

По иронии судьбы, среди тех, кто шел в караване, были люди, которым мы помогли сбежать из городов, но они не рисковали самостоятельно отправиться в обратный путь и месяцами ждали помощи. Некоторые из них вернутся в Ксайрус и Блэкбенд, но у других не было ни домов, ни семей, ни жизни, к которой можно было бы вернуться. Не имея собственной надежды, они нуждались в том, чтобы кто-то вмешался и помог им её возродить.

Подтолкнув носком ботинка небольшой камень, я наблюдала, как он скатывается с крутой горы с тихим стуком, заглушаемый непрерывным скрипом колес повозок и гулом множества голосов, как человеческих, так и зверей маны.

Джаррод молчал, но сохранял мужественное лицо ради тех, кто проезжал мимо в караванах.

Впереди послышался крик стражников, и я, прислушавшись, повернулась в их сторону.

«Просто объявление привала», — сказал Джаррод, заметив мой обеспокоенный взгляд. «Чтобы поднять всех по этому склону, потребуется некоторое время, так что мы и сами можем передохнуть, верно?»

Я кивнула, закидывая рюкзак повыше на спину и продолжая подниматься по дороге, которая выровнялась, огибая широкую долину в склоне горы.

«По меньшей мере уйдет полчаса на то, чтобы доставить сюда последние повозки, но мы все должны с комфортом разместиться на этом ровном пространстве».

Джаррод проскочил между телегой и семьей, следовавшей за ней пешком, а затем направился к большому валуну, упавшему с горы и расколовшемуся пополам у края дороги. Судя по расположению, его, похоже, кто-то давно переместил с помощью магии, и теперь он служил удобным столом, на который Джаррод поставил несколько контейнеров с едой.

Я последовала за ним, уже вполне освоившись с распорядком. Достав из своего артефакта измерения несколько предметов, я разложила их для общего пользования, затем взяла яблоко и с хрустом надкусила его.

Мимо нас, присвистывая, проехала коренастая женщина в яркой одежде, в маленькой повозке, которую тянула большая птица, почти такая же яркая, как и ее хозяйка.

«Эй, когда же ты пригласишь меня на обед, Джаррод Реднер?»

Щеки Джаррода раскраснелись, а его губы беззвучно зашевелились, пока он пытался ответить.

«Может быть, в тот день, когда само твое присутствие не заставит его краснеть и не отнимет язык, Роуз Эллен», — ответила я, а затем рассмеялась, прикрыв рот рукой.

«Тогда, увы», — крикнула она, поворачиваясь в повозке и расправляя обтягивающую блузку. «Боюсь, я обречена слышать лишь тишину с его поцелованных ветром губ». Она лукаво усмехнулась. «В отличие от вас, леди Хелстиа».

Я махнула рукой, чтобы успокоить ее, затем спрятала улыбку за яблоком и медленно откусила.

Джаррод не торопился отрывать полоску вяленого мяса от большей части и откусывал от нее маленькие кусочки, глядя куда угодно, только не на меня. Через минуту он прочистил горло и сказал: «Ты когда-нибудь думала о… прошлом? Например, об Академии Ксайруса и о том, какой могла бы быть жизнь, если бы не нападение алакрийцев?»

«Конечно», — ответила я, рассеянно вертя в руках яблоко. «Трудно удержаться, даже если я знаю, что это ничему не поможет».

Я заколебалась, после чего встретила взгляд Джаррода. «О чем ты думаешь?»

«Я просто…»

Он сделал паузу и откусил еще мяса, медленно пережевывая.

«Все, что произошло после нападения на академию, было… ужасным, понимаешь? Но…»

Он заерзал на сиденье, его глаза забегали по сторонам в поисках слов, и я поняла, что он чувствует себя… виноватым.

«Я не хочу, чтобы мне показалось, что я умаляю ужас, с которым столкнулись эти люди — с которым столкнулись все в Дикатене, как эльфы, как та девушка, но…»

Он издал театральный вздох и наконец посмотрел на меня.

«Я просто хотел сказать, что мне это нравится. Мне… нравится то, что мы делаем. Помогаем этим людям? Все это… э-э… имеет большое значение, я думаю. Если бы не война, если бы ты не спасла мне жизнь, когда я буквально пытался тебя убить, я просто не знаю, кем бы я стал. Разве это… плохо, что мне нравится то, кем я стал?»

Я почувствовала, как на глаза навернулись слезы, и быстро смахнула их.

«Нет, я не думаю, что это плохо».

Я прочистила горло, но не знала, что еще сказать.

Почувствовав неловкость, Джаррод криво усмехнулся.

«Говоря о спасении моей жизни, я думаю, эй, это Таннер взбирается там на гребень, видишь? Кто бы мог подумать, что я снова буду работать рядом с этим всадником на острокрыле, а? Клянусь, мне до сих пор снятся кошмары о Велкоре…»

Я усмехнулась себе в руку. «Тебе следует больше ценить мана-зверя, который помог тебе сбежать из Ксайруса».

«Тебе легко говорить», — воскликнул Джаррод, протягивая мне свое вяленое мясо. «Тебе не нужно было ехать на нем. Клянусь, я до сих пор не уверен, что Таннер вообще знал, как им управлять».

«Ну, теперь он, кажется, достаточно хорошо умеет это делать…»

Из меня вырвался непроизвольный вздох, и я вскочила на ноги, все мое тело похолодело от ужаса.

Острокрыл дико извивался, его полет был быстрым и беспорядочным за мгновение до того, как зеленая струя света пронеслась по небу и ударила в него сзади. Велкор и Таннер потеряли управление, и далекий силуэт острокрыла исчез из виду, падая с неба.

Четыре темные фигуры, поначалу казавшиеся всего лишь пятнышками, быстро увеличивались по мере приближения, их убийственное намерение распространялось перед ними, как волна черной, сокрушительной маны.

«Стража!» — крикнула я, бросившись бежать к передней части каравана. Джаррод, не колеблясь, последовал за мной, ветер овевал его руки и ноги.

Авантюристы уже начали выстраиваться в ряды: одни создавали щиты вокруг беженцев, другие распевали и готовили наступательные заклинания нацелившись для контратаки на всех, кто приближался.

Но мы все чувствовали силу их нескрываемых сигнатур маны, и я уже видела безнадежные взгляды, которыми обменивались наши охранники, и слышала дрожание их голосов.

Крики разносились по всем каравану, и телеги одна за другой останавливались. Большинство людей, которых мы сопровождали, не были магами, и они не могли почувствовать приближение, не видели, как в Таннера выстрелили в воздухе, но они видели наложенные защитные заклинания, и этого было достаточно, чтобы впасть в панику.

Однако времени на организацию не было. Мы не могли ни развернуться, ни убежать, ни спрятаться. Расстояние от горного хребта, на котором был острокрыл, до дороги таяло, казалось, за считанные секунды, по мере того как фигуры надвигались на нас.

Диана Уайтхолл, одна из искательниц приключений, возглавлявшая охрану нашего каравана, взмахнула рукой вниз и крикнула: «Атака!»





Глава 453 — Среди Павших II




Глава 453 — Среди Павших II

От лица Лилии Хелстиа.

Мое сердце трепетало в груди, едва осмеливаясь биться, когда я потянулась за маной, необходимой для создания заклинания. Оно не должно было быть сложным или даже сильным. Струя воды, сгустившаяся и вырвавшаяся наружу, как огненный фейерверк — этого достаточно, чтобы привлечь внимание драконов. Если они улетят…

Хотя я не могла почувствовать его ауры, я знала, что тот монстр по имени Раэст находится всего в паре метров от меня. ‘Он почувствует, что я делаю’ — эта безнадежная мысль преследовала меня. Я никак не могла скрыть заклинание от такого могущественного существа, как он… даже если бы я подавила свою ману, он бы увидел меня насквозь. Несмотря на отсутствующую руку и потрескавшуюся кожу, он мог быстро преодолеть расстояние между нами и сломать мне шею, не показав ни малейшего всплеска своей маны.

Хотя я не смотрела на него, я чувствовала рядом с собой безжизненное тело Джаррода, и я знала, что не имеет значения, сумеет ли Раэст добраться до меня. Только если я успею применить заклинание…

Я подпрыгнула от испуга, когда в воздухе раздался мощный треск, и голос, подобный грому, пронесся по склону горы.

«Агенты Агроны», — прозвучал голос, звучащий так, словно исходил от каждого голого камня. «Мы знаем, что вы здесь, так называемые Фантомы, и что у вас в руках Владыка Олудари из клана Вритра. Хранитель Шарон Индрат предлагает вам эту единственную возможность сдаться нашей власти и отдать нам своего пленника».

Черный дракон низко пронесся мимо нашего каравана повозок, стоящих вдоль дороги, его ярко-желтые глаза обшаривали нас в поисках спрятавшихся Фантомов. Налетевший ветер отбросил мои волосы назад, а от его ауры на таком близком расстоянии перехватило дыхание. Заклинание, которое я незаметно пыталась сформировать, умерло на кончиках моих пальцев.

Благоговение и облегчение захлестнули меня. Я прислонилась к телу Джаррода, все еще сжимая одной рукой его руку, и тихо заплакала.

«Считай, что тебе повезло, дракон», — ответил жесткий, горько-сладкий голос Перхаты. Ее слова были почти призрачными, они исходили отовсюду и ниоткуда одновременно, не давая ни малейшего представления о ее физическом местонахождении. «Мы здесь не за тобой, не сегодня. Но это не помешает нам доставить твои крылья Агроне, если ты вмешаешься».

Черный дракон кружил высоко в небе, воссоединяясь с двумя белыми драконами, медленные взмахи крыльев удерживали их огромные тела в воздухе.

«Не говори глупостей», — сказал дракон, в его тоне звучало недоумение. «Ваш полет окончен, ваше вторжение в Дикатен провалилось. Вы больше не можете ни убежать, ни спрятаться от нас. Вы издеваетесь над собой, не принимая реальность».

Кто-то в дальнем конце каравана закричал, ликуя в присутствии драконов. Несколько человек быстро присоединились к ним, и мое облегчение сменилось оттенком страха. Тише, — взмолилась я, не желая, чтобы они привлекали к себе внимание.

Вездесущий смех Перхаты эхом прокатился по склону горы, заглушив все остальные звуки.

«Ты еще не заметил, что у нас не один заложник, а несколько сотен, да? Меня с рождения учили убивать таких, как ты, Асура, но знай, что в процессе этой проигрышной битвы, ты обрекаешь всех этих людей — тех самых, которых, как ты утверждаешь, защищаешь, — на страшную смерть. Ты не хуже меня знаешь, что, если эта гора станет полем боя, ты не сможешь спасти их даже от своей собственной силы».

Я тяжело сглотнула, опухшие глаза инстинктивно обшаривали близлежащие повозки и телеги, а также лица тех, кто в них ехал.

Дракон молчал всего мгновение, прежде чем ответить.

«Вы трусы. Вы можете сколько угодно утверждать, что вы равны нам, но тот факт, что вы прячетесь за спинами лишенных магии Лессеров, чтобы спасти себя, говорит нам все, что мы должны знать».

Он повернул длинную шею, бросив на двух других драконов многозначительный взгляд.

Словно по команде, они оба спустились вниз, при этом трансформируясь. Сверкающая белая чешуя слилась воедино и образовала блестящую пластинчатую броню, черты лица рептилий ужались и выровнялись, обретя человекоподобность. К тому моменту, когда их ноги коснулись земли, оба дракона обрели облик суровых, но красивых женщин, длинные светлые волосы которых струились по спине из-под чешуйчатых шлемов. В руках у каждой был одинаковый башенный щит и длинное копье.

«Видите, как бессердечны ваши спасители?» — прозвучал голос Перхаты в воздухе. «Мы были готовы оставить вас в живых, желая лишь вернуть одного из своих. Но эти Асуры думают о вас только как о стаде вогартов, за которым нужно ухаживать и содержать. Однако, если кого-то из них нужно будет зарезать ради блага стада, они не будут колебаться. Вам всем следовало бы поклониться Верховному Владыке Агроне, когда у вас была такая возможность».

Две Асуры приземлились на плоский выступ над караваном. Они пробыли там всего мгновение, осматривая стоящие внизу повозки, после чего одна из них спрыгнула, прочертив в воздухе изящную дугу, и приземлилась легко, как перышко, в конце каравана, всего в нескольких повозках от того места, где стояла на коленях я и прятался Фантом, Раэст.

«Хотя это и маловероятно, но, если кому-то из вас удастся выжить, расскажите об этом своим сородичам», — продолжала Перхата, и ее слова стали для меня вторжением, от которого я не могла ни отгородиться, ни убежать. «Расскажите всем, кого вы встретите, о жестокости клана Индрат и доброте Вритры*».

*Прим. ред. unger: ага, ведь как мы все прекрасно знаем — людей в заложники берут исключительные добряки, не говоря уж обо всем, что было до этого.

‘Лживая, манипулирующая ведьма’, — с горечью подумала я, но в то же время понимала, что она была права, когда говорила о готовности драконов принести нас в жертву. Крепко зажмурив глаза, я изо всех сил сопротивлялась своему отчаянию, пока у меня не зазвенело в ушах и лицо не покраснело. Эти беженцы — в основном женщины и дети — нуждаются в том, чтобы у меня была надежда, чтобы мне было не все равно, будут они жить или умрут. Потому что я, возможно, единственная, кто здесь думает об этом.

Мои мысли необъяснимым образом вернулись к Качери, маленькой девочке, которая исчезла в мгновение ока, когда Фантомы уничтожили наших магов и защитников.

Я не могла ее спасти. И я знала, что также не смогу спасти всех, кто сейчас съеживается от страха на этом горном склоне. Мой взгляд упал на Джаррода. Мои пальцы соскользнули с его странно неподвижной плоти, а затем сжались в кулаки. Одному. Просто помоги одному человеку. Это все, что нужно.

Асура приближалась, проходя вдоль повозок изнутри и обыскивая их одну за другой. Находящиеся в них мужчины, женщины и дети казались застывшими и немного нереальными, как размытые фигуры на заднем плане картины. Их глаза следили за продвижением Асур, но в остальном они оставались пугающе неподвижными.

Раэст медленно обходил телегу, наблюдая за приближением Асуры. Несмотря на то, что я знала, что он здесь, и видела его своими глазами, мое внимание хотело ускользнуть от него, чтобы посмотреть куда-нибудь еще.

У меня перехватило дыхание, когда Фантом и Асура двигались по разные стороны одной телеги, причем шаги Раэста совпадали с шагами дракона, скрывая даже тихий, словно шепот, звук, издаваемый его медленным перемещением. Казалось, что все происходит так медленно. Где же остальные Фантомы? Второй дракон? Чего они ждут…

Внезапно длинное копье устремилось вниз, оставляя за собой размытый серебристый полумесяц.

Оружие разнесло тяжелую телегу, разбросав во все стороны куски дерева и личные вещи. В передней части телеги мужчина и женщина были отброшены в сторону, как будто их выпустили из катапульты, настолько неожиданно и сильно, что у них даже не было возможности закричать.

С другой стороны телеги Раэст бросился в сторону — так быстро, что я едва успела разглядеть его движения, и все же это было недостаточно быстро. Длинное копье полоснуло его по ноге сбоку, брызнув кровью, как раз в тот момент, когда он выдохнул облако ядовитого зеленого яда.

Создав сферу воды, я подхватила выброшенную из повозки пару фермеров, но ничего не могла поделать с тем, что их двух зубров затопило облако, растворившее и длинную лохматую шерсть, и плоть под ней, так что их кости, покрытые язвами, плюхнулись в грязь под ними.

От щита дракона исходил серебристый свет, окутывая ее подвижным барьером, который отталкивал туман, но облако быстро распространялось.

«Бежим!» — закричала я, отшатываясь от разрастающегося тумана.

На мгновение замешкавшись, я потянулась к руке Джаррода, безумно думая, что смогу спасти его тело для достойного погребения.

Эта нерешительность едва не стоила мне жизни.

Когда я замедлилась и протянула руку, туман настиг меня, обвиваясь вокруг моих пальцев. Не успела я осознать боль, как уже снова начала двигаться, бросаясь прочь. Кожа на правой руке мгновенно потрескалась и покрылась волдырями, целые участки сползли, как змеиная кожа, когда она растаяла.

Сдерживая крик, я прижала раненую конечность к животу и побежала, не имея даже возможности почтить память жертвы Джаррода, наблюдая, как его поглощают испарения, разлагающие плоть.

Мы с двумя фермерами проскочили мимо следующей повозки как раз в тот момент, когда тянувшие ее крупные кошачьи мана-звери бросились прочь от шума и вспышек маны, с визгом спрыгивая с дороги и в панике пытаясь сбежать вниз с горы. И, возможно, им это удалось бы, если бы не повозка, подсоединенная к их упряжи, которая рухнула на них сверху, и мана-звери вместе с пассажирами исчезли в обломках.

Затем до меня донесся шум. Сначала раздались громкие крики, а затем взрыв заклинаний дальше по каравану. Но больше всего досталось мана-зверям: они были напуганы до потери сознания, и их панический вой перекрывал все остальные звуки.

Продолжая бежать, я оглянулась через плечо на бой.

За густым зеленым облаком виднелись тени тех, кто бежал по горной дороге, бросив свои повозки и телеги.

Щит Асуры продолжал отражать заклинания, в то время как Фантом наносил удар за ударом, осыпая серебряное заклинание сгущенными шипами ядовитой магии.

Длинное копье метнулось вперед, но в то же время вся дорога обрушилась.

От резкого толчка Асура потеряла равновесие, и удар пришелся вскользь, а затем я уже ничего не видела, из-за того, что повалилась вперед, когда твердая земля исчезла из-под ног.

Я тяжело приземлилась, ударившись локтями и боковой частью лица. После чего мучительно втянула воздух, когда грязь и гравий впились в разрушенную плоть моей руки, и закричала бы, если бы через секунду на меня не упало что-то тяжелое. Когда я повернулась, и увидела, как спасенный мною человек в панике пытается слезть с меня, на дорогу рядом с нами рухнул валун размером с него самого, отскочил и ударил прямо в него, пролетев в нескольких сантиметрах от меня. И валун, и человек перелетели через край дороги и исчезли в облаке пыли, которое теперь скрывало все вокруг.

Не понимая, что произошло, я ошарашенно огляделась по сторонам. Небольшая карета рядом со мной была перевернута. Крупный волкоподобный мана-зверь рычал и рвал кожаные ремни, соединяющие его с обломками, пытаясь освободиться. Водителя нигде не было видно.

Женские крики отвлекли мое внимание. Это была жена погибшего. Она ползла к краю дороги, повторяя имя, которое я не могла разобрать сквозь звон в голове.

«Остановись, не подходи близко к…»

Внезапный порыв ветра разметал пыль на сотню футов во все стороны, обнажив Раэста, который оказался прижат к земле с длинным копьем дракона, вонзенным ему в грудь. Единственной рукой он сжимал копье, уставившись на Асуру.

Гора содрогнулась от силы удара, и край дороги осыпался еще больше.

Женский крик перешел в визг, когда скала под ней обвалилась, и ее потянуло в пыльную пустоту. Через секунду крик оборвался, и я услышала удар ее тела о камень и кувырок вниз по крутому склону.

Земля снова задрожала, и я поняла, что вся гора трясется. Камни дождем сыпались сверху и отскакивали от тропинки, целые участки дороги обрушивались и сыпались вниз по склону.

‘Вставай’, — сказала я себе, собираясь с силами. ‘Ты должна продолжать идти…’

Сильно дрожа, я с помощью раненой руки поднялась на ноги, но тут же замерла, увидев, что ко мне приближается Асура. Повсюду вокруг нее обломки ее короткой битвы с Фантомом рисовали страшный пейзаж. Мои волосы встали дыбом на руках и шее, когда ее ярко-желтые глаза впились в меня.

«Ты должна защищать нас», — сказала я хриплым голосом, не думая о том, что говорю. «Помоги нам!»

Она едва обратила на меня внимание, ее ищущий взгляд скользнул по мне, когда она прошла мимо, оставив немногих выживших из окружающих телег на произвол судьбы.

Их было немного, только те, чьи мана-звери оставались под контролем, или те, кто бросил свои средства передвижения. Сверху еще доносились звуки боя, но Асура двигалась не спеша, ее взгляд был уверенным и пристальным.

Другой выживший схватил меня, и вдруг меня потащили за собой, хотя дорога тряслась и грозила рассыпаться под нашими ногами. Через плечо я наблюдала за драконом.

Стиснув зубы, я вырвалась из рук, державших меня. Я узнавала лица, но имена ускользали от моих суматошных мыслей. Вопросы, мольбы, но слишком много страха, чтобы заставить меня или стоять и ждать. Поэтому, когда все оставшиеся в живых бросились бежать по дороге прочь с поля боя, я повернулась и последовала за Асурой.

По всей видимости, она почувствовала меня, потому что оглянулась.





Глава 454 — Среди Павших III




Глава 454 — Среди Павших III

От лица Лилии Хелстиа.

Асура прошла мимо меня, и я не смогла удержаться, чтобы не сделать шаг назад, когда мой желудок скрутило, а силы покинули меня из-за её ауры. Несмотря на все усилия, я старалась абстрагироваться, чтобы рассмотреть свои многочисленные раны, но сокрушительная сила присутствия Асуры делала мою собственную боль неизбежной.

Каждый сантиметр моего тела был в синяках и кровоподтеках, в ушах звенело, а в затылке ощущалась постоянная яростная пульсация. Я даже не могла заставить себя посмотреть на свою руку, большая часть кожи которой отслоилась, обнажив обесцвеченное мясо под ней.

Впереди меня дракон подняла голову, но её взгляд был направлен в сторону от зашедшей в тупик битвы над горой.

На юге над горными вершинами быстро приближалось небольшое скопление тёмных фигур. Они не пытались скрыть свои сигнатуры маны, и их невозможно было принять ни за кого другого.

Каждый нерв в моем теле напрягся от этого зрелища, и я впервые с момента появления драконов почувствовала настоящую безнадежность.

«Неужели всё это было напрасно?» — спросила я шёпотом.

Мана дракона налилась тяжестью, воздух стал густым, её давление ощущалось на моей коже. От боли я упала на колени и уставилась на нечеловеческое существо, уверенная, что одно её присутствие уничтожит меня окончательно.

Асура вздохнула.

Слёзы хлынули из глаз, и я невольно отвернулась, не в силах вынести зрелища необузданной силы Асуры, но увидела, как на нас надвигается полоса, похожая на чёрную звезду. Не в силах даже вскрикнуть от паники, я почувствовала, как моё тело напряглось, а затем аура дракона проявилась в виде серебристого щита, захватив меня в свои объятия в силу моей близости.

Вокруг нас закружилась бурлящая масса чёрных металлических шипов, вгрызаясь в барьер, словно тысячи скрежещущих зубов. С ворчанием Асура толкнула щит вперёд. Лучи серебряного света пронзили холодный металл, и все шипы разом лопнули, а их остатки разлетелись в пыль над долиной.

Секунду я с ужасом наблюдала за тем, как подо мной разверзается земля, а затем заскользила назад, поглощаемая огромной земляной пастью. Вокруг меня посыпались битый камень, скала, половина повозки и несколько тонн грязи.

Вытянув руки, я хватала лишь воздух и увидела, как однорукая Асура взмыла в воздух и понеслась к Перхате, а затем все, кроме падающей горы, исчезло, и надо мной сомкнулась тьма.

В отчаянии я попыталась создать вокруг себя защитный барьер из воды. Мана то бурлила, то замирала, пока моя нарушенная концентрация давала сбои, а затем разрослась, заключив меня в холодную, но защитную сферу. Меня подкидывало, когда гравий, камни и земля врезались в мой кокон со всех сторон, лишь отдельные вспышки света были видны сквозь каскад обломков, а затем, с внезапностью, от которой у меня закружилась голова, я резко остановилась.

Шум обрушения горы раздавался отовсюду сразу, грохот стоял в голове, в груди, в кишках. Я не могла видеть, не могла дышать. Мой барьер рушился, придавленный весом горы. Я оказалась в ловушке своего собственного заклинания, прижатая, парализованная, моя концентрация нарушилась.

Заклинание лопнуло. Я обхватила голову руками, и на меня посыпались грязь и камни. Что-то тяжелое придавило мне ногу.

Я закричала, но земля поглотила звук. Сердце забилось так быстро, что казалось, оно вот-вот выскочит у меня из груди.

Это был конец. Все, что я делала — училась магии, восстала против алакрийцев, выжила в войне — привело меня сюда, в буквальном смысле в мою могилу. Похороненная заживо. Лучше бы я умерла рядом с Джарродом, — с дикой горечью подумала я. По крайней мере, это было бы быстро.

Но затем я вспомнила человека, спускающегося с горы со своей семьей. Вспомнила пару с ребенком. И мальчика.

Они боролись за выживание, не сдаваясь ни во время войны, ни после неё, продолжая бороться за свою жизнь, даже когда божества обрушивали на них потоки смерти и разрушения.

Обычные люди — фермеры, пастухи, ремесленники — пережили все это и решили продолжать жить…

Я пошевелила руками, осторожно, чтобы защитить голову, и освободила себе немного места. Затем плечами и бедрами, расчистив ещё немного. Защитное заклинание не позволило почве и мелким камням спрессоваться вокруг меня, но что-то твёрдое и тяжелое давило на ногу.

Я закрыла глаза, хотя это никак не повиляло на мою способность видеть. Глубоко вдохнув затхлый воздух, я прислушалась и стала искать всеми доступными мне чувствами.

Дыхание перехватило.

Внизу, совсем недалеко, я почувствовала ману — большое скопление атмосферной маны водного атрибута.

Дрожа от нервов, я осторожно, очень осторожно, начала использовать то немногое, что у меня еще оставалось, чтобы распылить струи воды под высоким давлением на землю, расчищая еще больше пространства вокруг.

Земля, которая давила на меня со всех сторон, понемногу уступала место. Боясь проявить неосторожность и зная, что времени на то, чтобы собраться с силами, нет, я мелкими всплесками вычерпывала воду в направлении атмосферной маны, пытаясь освободить достаточно места, чтобы проползти вперед в моей маленькой пещере. Но валун, лежавший на моей ноге, крепко держал её — я не могла сдвинуться ни на сантиметр.

Закрыв глаза, я на мгновение перестала двигаться и колдовать, сосредоточившись на своём дыхании. В голове был туман, тело превратилось в одну сплошную агонию, а ядро было почти пусто.

Приподнявшись на локтях, я собрала все силы и направила струю воды на камень, пытаясь сдвинуть его с места. Несколько кусков камня откололись, но валун остался неподвижным. Собравшись с силами, я ударила по нему ещё и ещё раз, каждая струя попадала в одно и то же место, пока с глухим треском валун не раскололся. Половинки чуть-чуть сдвинулись, и, подавив крик чистой агонии, я вырвалась на свободу.

На меня посыпалась грязь, затем мелкие камешки, так как земля вокруг меня тоже сдвинулась.

Собрав, казалось, последние силы, я взрывным ударом направила мощную струю вниз, и пол моей норы провалился.

Я вынырнула на открытый воздух, в закрытых глазах кратковременно мелькнул свет, а затем я почувствовала резкий удар о твёрдый камень, который выбил дыхание из моих лёгких и все чувства из моего черепа. Ощущения то вспыхивали, то гасли, я боролась с желанием отключиться, но потом что-то вернуло меня в сознание.

Я уставилась на потолок, который частично осыпался в том месте, где я пробивала себе путь взрывом.

Что это было? Что-то, что я испытала на грани своих слабеющих чувств…

Поворачивать шею было сущей пыткой, но я должна была найти то, что вернуло мои чувства к жизни. Рядом, всего в метре от меня, из пола торчал вверх шип из чёрного металла, от которого отходила сеть нитей, удерживающих потолок на месте. Присмотревшись, я увидела ещё один, а затем и третий чёрный шип.

Потом все повторилось, и я поняла, что это был голос.

Несмотря на пронизывающую до костей боль, я повернулась в другую сторону, перекатилась на бок и уперлась в локти.

В тусклом свете я смогла разглядеть фигуру человека, свернувшегося калачиком рядом со стеклянно-чёрным подземным водоёмом. Красные глаза смотрели на меня, светясь во мраке.

Я резко вдохнула, и мои ребра пронзила острая боль. Прищурившись, я разглядела, что у него длинные рога, торчащие из головы, и резкие черты лица, придающие ему нечеловеческий вид.

«Владыка», — слабо пробормотала я.

«А, ты меня знаешь, хорошо, это хорошо…»

Он попытался одарить меня успокаивающей, как ему казалось, улыбкой, но это лишь придало ему ещё более хищный вид.

Вот только… что-то было не так. У него не было сигнатуры маны. Присмотревшись внимательнее, я поняла, что он крепко связан тяжелыми цепями и наручниками.

«Ты дикатенский Лессер, да? Но, по крайней мере, маг». Тёмный язык скользнул по его бледным губам. «Как видишь, мне срочно нужна твоя помощь. Освободи меня немедленно, и я…»

«Что?» — вскрикнула я, не сдержавшись.

На лице мужчины промелькнуло раздражение. «Не будь глупой. Я больше не враг вашего народа. Если судить по шуму на улице, ваши союзники-драконы сейчас сражаются с солдатами, которые меня похитили. Освободи меня, и я превращусь в такого ящера, который наведет здесь порядок, а ты станешь героем».

Я моргнула, не в силах осознать происходящее из-за боли и усталости, давивших на меня, как упавшая гора.

«Превосходно», — хмыкнул он. «После всего этого ко мне на колени, так сказать, падает дышащий пользователь магии, и она — имбецил. Или контужена». Он прищурился, глядя на меня. «Лессер. Ты ведь говоришь на этом языке, да?»

Я сглотнула и приняла сидячее положение. Моя раненая рука подскочила к ребрам, которые, как я думала, должны быть сломаны. «Да, конечно», — сказала я сквозь стиснутые зубы. «Но я не думаю, что смогу вам помочь. Вы…»

«Трус», — произнес новый голос — голос, который звучал над склоном горы на протяжении всего боя.

Я застыла, не в силах обернуться, но, впрочем, это и не требовалось.





Глава 455 — Равноценный Обмен




Глава 455 — Равноценный Обмен От лица Артура Лейвина.

Я отстраненно наблюдал, как Фантомы падают, как заклинания, которые защищали их, покидали безжизненные тела, пока они стремительно неслись к земле. В воздухе повисла тонкая дымка крови, отмечая места их гибели, словно бесплотные надгробия. Когда красный туман рассеялся, я вцепился пальцами в грудину: неприятный зуд в ядре стал напоминанием о моих неудачах, хотя я должен был почувствовать прилив победы.

Позади меня Виндсом сопроводил двух раненых драконов на землю, а Шарон все еще преследовал трех Фантомов на север.

‘Может, нам пойти за ним?’ — спросила Сильви, ее голос звучал неуверенно в моем сознании.

‘Нет, за Виндсомом’, — подумал я, стараясь не выплеснуть на нее свой гнев. Обращаясь к Реджису, я добавил: ‘Состояние Владыки?’

‘Раздраженное’, — ответил Реджис, мысленно представив связанного Вритру с подавленной маной, поднимающегося с земли.

Сильви грубо приземлилась, ее когти вонзились в мягкую почву низменной долины. Я спрыгнул с ее спины, с влажным хлюпаньем ударившись о землю, и направился к Виндсому и остальным драконам.

‘Артур…’ — предостерегающе подумала Сильви.

«Кто из вас здесь лидер?» — спросил я, хотя мои глаза искали ответа у Виндсома, а не в двух потрепанных в боях драконах.

Большой черный дракон трансформировался, вернув себе человекоподобный облик: высокий, широкогрудый, с темными, растрепанными в бою волосами, и короткой бородой. Вокруг глаз и на шее у него виднелись слабые зеленые следы обесцвечивания.

Он выпрямился, немного вздрогнув от тона моего вопроса, и уверенным шагом прошел мимо Виндсома, чтобы встретиться со мной взглядом. «Это я. А ты, должно быть, лессер, который… уф!»

Тыльная сторона моей руки ударила по его лицу с треском, похожим на раскат грома. Асура отшатнулся назад и, споткнувшись, упал.

Последовавшая за этим тишина была оглушительной. Виндсом бесстрастно посмотрел на меня, лишь слегка приподняв брови, что свидетельствовало о его удивлении. Рот женщины-асуры приоткрылся, а покрасневшие глаза в недоумении смотрели на своего капитана. Сам чернобородый асура выглядел ошарашенным, одна испачканная грязью рука была прижата к лицу в том месте, куда я его ударил, а взгляд никак не мог сфокусироваться на мне.

Женщина, чьи белые доспехи были испачканы кровью, вышла из оцепенения и сделала агрессивный шаг ко мне, в ее руке появилось длинное копье.

«Как ты смеешь, лессер! Моя сестра только что отдала свою жизнь ради достижения ваших целей, а ты проявляешь такое неуважение к одному из членов клана Матали?»

Виндсом положил руку ей на плечо, удерживая ее. «Спокойно». На мгновение он замолчал. «В чем смысл этого нападения, Артур?»

«Я слишком хорошо осведомлен об обстоятельствах и решении, которое необходимо было принять здесь», — сказал я, четко выделив каждое слово. «Я знаю, что нужно было сделать, каковы были ставки. Но неужели мысль о спасении тех, кого вам доверили защищать, не приходила вам в голову? Когда десятки лессеров гибли от одного лишь столкновения ваших атак, значила ли их смерть для вас что-то большее, чем статистическая жертва, которую вы посчитали выгодной?»

«Спасти их?» — повторил упавший асура. Вместо того чтобы встать, он взлетел и завис так, чтобы смотреть на меня сверху вниз. «Ставки были слишком велики, чтобы сосредоточиться на чем-то, кроме битвы. Поимка Вритры, уничтожение этих лессерских ублюдков изменит облик мира. Смерть этих лессеров, к лучшему или худшему, ничего не изменит».

«И сколько еще жизней ваших лессеров может спасти то, что мы здесь сделали?» — проворчала женщина, отворачиваясь. «Мне нужно найти останки моей сестры. Никто из клана Матали не останется гнить здесь».

Виндсом встал между нами. «Эти драконы только что пожертвовали одним из своих, чтобы задержать Фантомов здесь достаточно долго для нашего прибытия. Тебе не мешало бы помнить о нашей главной цели, Артур».

«Я не закрываю глаза на вашу жертву», — сказал я, адресуя свой ответ женщине. «Но ваши сегодняшние действия были холодны и противоречили той миссии, которая привела вас сюда. После того как вы сегодня бездушно пренебрегли человеческой жизнью, неужели вы думаете, что семьи погибших будут оплакивать вашу собственную потерю?»

Ее голова слегка наклонилась, взгляд скользнул по мне, а затем она улетела прочь.

Чернобородый асура покачал головой. «Ты можешь сколько угодно притворяться асурой, Артур Лейвин, но очевидно, что у тебя все еще недальновидный взгляд лессера».

«К счастью, это так», — ответил я, чувствуя, как немного остывает мой гнев, вытесняемый горькой меланхолией.

Правда заключалась в том, что эти стражники не несли всей ответственности за то, что здесь произошло. Только один человек мог претендовать на эту сомнительную честь, и я скоро с ним поговорю. Но сначала нужно было разобраться с другими важными деталями.

Чернобородый асура полетел за своим спутником, а я, повернувшись спиной к Виндсому, зашагал прочь по болотистой трясине. Сильви трансформировалась и присоединилась ко мне. Виндсом ничего не сказал, но пристроился сбоку от Сильви.

Неподалеку, на берегу небольшой реки, которую практически задавило камнепадом с рухнувшей горы, Лилия Хелстиа собрала несколько человек — выживших из группы, попавшей под перекрестный огонь этого конфликта. Они пытались собрать раненых и начать двигаться, но все это прекратилось при моем приближении.

Лилия выглядела так, словно находилась на пороге смерти. Ее длинные каштановые волосы были в грязи и крови, большая часть видимой кожи была покрыта рваными ранами и разрастающимися темными синяками, а на правой руке, к моему ужасу, отсутствовала большая часть кожи. Я внезапно перенесся в свое детство в Ксайрусе, где жил в поместье ее семьи, учил ее и Элли магии бок о бок, следил за тем, чтобы они обе пробудились и сформировали ядро. Тогда Лилия была мне как сестра, и я был обязан ей большим, чем той слабой защитой, которую она получила от драконов.

И все же я не пошел к ней.

Когда взгляды всех присутствующих устремились на меня, я понял, что моя роль здесь не в том, чтобы утешить ее одну, а в том, чтобы обратиться ко всем как Копье Дикатена.

«Для тех, кто меня не знает, меня зовут Артур Лейвин», — начал я. «Я искренне сожалею о том, что вам пришлось пережить здесь сегодня, но я также рад видеть так много выживших в этой ужасной битве».

«Генерал?..»

Посмотрев налево, я увидел человека, ужасно изуродованного действием какого-то заклинания. Он выглядел так, словно может умереть с минуты на минуту, но каким-то образом он все еще стоял на ногах. «Да! Ты Копье!»

Он оглядел остальных, усталый, но оживленный. «Это Копье Годспелл!»

Чары, которые мое прибытие наложило на других выживших, рассеялись, и несколько человек бросились к нам с Сильви, одни благодарили меня, другие умоляли вытащить их отсюда, спасти или исцелить. Хуже всего было тем, кто умолял меня найти их близких среди обломков горного прохода.

‘Сильв, мне нужно, чтобы ты осталась с этими людьми. Помоги им, чем сможешь’.

Моя связь немедленно шагнула вперед, казалось, сияя внутренним светом, который привлек к ней все внимание и заставил замолчать оставшихся в живых.

«Спокойствие, друзья, пожалуйста. Мы хотим увести вас всех отсюда к эмиттерам. А теперь давайте проверим состояние каждого. Виндсом, останься и помоги мне. Действуй эффективно, но тщательно, мы должны…»

Мое внимание снова переключилось на Лилию. Она слабо, почти незаметно кивнула мне, и я попытался одними глазами выразить свою скорбь по поводу того, что ей пришлось пережить. Затем, отойдя на несколько шагов, так как Сильви и Виндсом оказались в центре внимания, я активировал Шаг Бога и по эфирным путям вернулся в пещеру под обломками.

Реджис сидел на корточках и смотрел на Владыку сверху вниз. «Тебе следовало вмазать этому уроду пригоршней эфира», — сказал он, повернувшись и посмотрев на меня через плечо.

‘Мне нужно было послать сообщение, а не затевать драку’, — подумал я ответ. Вслух же я сказал: «Ты прибыл в Дикатен с волной крови, Олудари. Как дикатенской, так и алакрийской. Я здесь не для того, чтобы вести с тобой переговоры или торговаться, Вритра, и я еще не уверен, не будет ли лучшим вариантом просто убить тебя. Убеди меня, в том я ошибаюсь».

«Возможно, если бы ты освободил меня, мы могли бы поговорить в более удобной обстановке…»

Мое эфирное намерение сжало связанного асуру, как тисками, выбивая воздух из его легких.

«Не лучшее начало».

«Хорошо, хорошо. Ты так же кровожаден и холоден, как и предполагалось по твоему выступлению на Викториаде». Он вздохнул немного легче, когда я ослабил давление. «Ты достаточно умен для лессера, разве ты не должен был уже во всем этом разобраться? Разве ты лично не видел останки Владыки Экзегеза? У меня не было намерения стать жертвой той же участи».

«Ты думаешь, что Агрона убил Экзегеза», — сказал я, опираясь на те небольшие подробности, которые смогла сообщить Лира Драйде. «Зачем ему это делать?»

Глаза Олудари сузились. «Возможно, менее умен, чем меня заставили поверить». Он прочистил горло, бросив на меня нервный взгляд. «По той же причине, по которой ты выкачал всю ману из рога Слуги Уто!»

Я опустился на колени рядом с ним, не пытаясь скрыть своего раздражения.

«Говори без загадок, Вритра. Ты, похоже, не понимаешь. Ты враг и угроза, пока не докажешь обратное. То, что ты не попал в руки Агроны, уже само по себе является победой, и я убью тебя, если ты не докажешь своих намерений».

Нахмурившись, он быстро взял себя в руки, а затем сказал: «Прежде всего, Агрона стремится к концентрации власти. Он думал найти ее в Реликтовых гробницах, среди костей джиннов, но все, что они оставили после себя, — это старые безделушки и их проклятый лабиринт утомительных головоломок. Однако он не остался с пустыми руками, поскольку обнаружил руны, с помощью которых он смог создать свою собственную нацию магов, питающихся кровью василиска».

«Я и так это знаю», — язвительно заметил я, чувствуя, что Вритра танцует вокруг того, что он хотел сказать.





Глава 456 — Поминовение




От лица Артура Лейвина.

Глаза Кэзесса стали лавандовыми, когда он внимательно осмотрел меня. После долгой паузы он удовлетворенно кивнул.

«Наше соглашение требует определенных уступок. Я надеюсь, что то, что ты ответишь мне взаимностью, будет отражать благодарность, а не просто пустые слова».

«Конечно», — с готовностью ответил я. В конце концов, если я отвечу взаимностью на твое поведение, у меня не будет так много «долгов» перед тобой, подумалось мне.

«А теперь, может быть, ты расскажешь мне подробнее о своем разговоре с Олудари», — сказал Кэзесс, покидая Путь Прозрения и становясь рядом с ним. Он жестом указал на потертое кольцо в камне. «И потом, я думаю, нам уже давно пора возобновить передачу твоего эфирного прозрения, как мы и договаривались».

«Взаимные уступки», — сказал я, повторяя его слова. «Учитывая, что драконы не смогли защитить народ Дикатена от своего кровавого конфликта, кажется несправедливым требовать выполнения моей части сделки».

Кэзесс слегка нахмурился, и его губы скривились, когда он открыл рот, чтобы ответить.

Я поднял руку. «Но я пришел не с пустыми руками. Вместо этого у меня есть информация другого рода».

Пока мы разговаривали, я тщательно обдумывал этот момент. Прямой отказ сообщить Кэзессу новые сведения привел бы к конфликту, который я не готов был доводить до конца, а если подчинюсь его требованиям не сопротивляясь, то нарушу баланс наших хрупких отношений и дам ему большую власть надо мной.

«У Сильви были видения», — сказал я без предисловий.

Глаза Кэзесса потемнели, когда он уставился на меня, но не перебил.

Я объяснил все, начав с самого видения, а затем подробно рассказал о событиях после ее перерождения, включая припадок и то, что она испытала во время него… правда, я опустил часть о том, что она пережила это в Реликтовых гробницах.

Когда я закончил, Кэзесс отвернулся и уставился в одно из окон, опоясывающих комнату башни. Три молодых дракона гонялись друг за другом по горным скалам в каком-то боевом упражнении.

«Ты должен был сразу привести ее ко мне. Здесь я, возможно, смогу ей помочь. Но таскаться по Дикатену в качестве твоего прославленного питомца…»

Он развернулся, и его глаза сверкнули, как фиолетовые молнии.

«Сильви должна быть осторожна. Драконы редко получают такие видения, которые ты описал. И любое непреднамеренное использование ее эфирных искусств может привести к ужасным последствиям. Судя по тому, что ты рассказал, похоже, ей вообще повезло, что она смогла выбраться из этого мира грез».

«Она уже прошла долгий путь в своем понимании. Я подумал, что, возможно, Сильви сможет найти дополнительное обучение здесь, в Эфеотусе… если мы оба будем уверены, что она будет в безопасности».

«В безопасности?»

Кэзесс произнес это слово остро, словно резал лезвием.

«Будет ли моя внучка в безопасности здесь, в средоточии моей власти? Что за представления у тебя, Артур. Неужели ты действительно считаешь меня настолько ужасным, что в твоих глазах я представляю угрозу для собственной крови?»

«Прошу прощения за свою формулировку», — умиротворяюще ответил я. «Разумеется, я имел в виду, что ей будет предоставлена та же свобода, что и сейчас, — приходить и уходить, когда ей заблагорассудится, продолжать участвовать в войне против Агроны, чтобы…»

«Да, да, я понимаю», — сказал он, прерывая меня и отмахиваясь от моих слов. «Если вам обоим будет спокойнее, то даю слово, что не запру свою внучку в самой высокой башне и позволю ей и дальше сопровождать тебя, если ты проявишь ошеломляющую доброту… позволив ей посетить Эфеотус».

Кэзесс глубоко вздохнул, и в его внешнем поведении произошла едва заметная перемена. «Я принимаю эту информацию в обмен на время на Пути. По правде говоря, времени на это все равно будет мало. Здесь должна состояться церемония почтения и возвращения дракона, павшего в Дикатене. Как лорд клана Матали, я проведу церемонию в мавзолее своего клана, а затем ее останки будут возвращены в их родовой дом для достойных похорон».

«Понятно», — сказал я, продолжая свои мысли. «Многие погибли там, но смерть одного не уменьшает последствий гибели любого другого. Я, конечно, сожалею о твоей потере. Если Виндсом будет так любезен вернуть меня на Дикатен, я уберусь с глаз долой».

«Наоборот», — сказал Кэзесс, слегка приподняв брови. «Я бы хотел, чтобы ты присутствовал на этом мероприятии».

«С какой целью?» — спросил я, сбитый с толку его неожиданной просьбой.

«Как представитель своего народа, ради которого пожертвовала собой эта воительница-дракон, это было бы отличным проявлением уважения», — пояснил он.

Я обдумал его слова и смысл, заложенный в них. К этому моменту он отправил уже двух* асур на смерть в Дикатене, подумал я, понимая, что это должно было повлиять на отношения Кэзесса с этими кланами. С политической точки зрения ему было бы выгодно выставить меня перед этими асурами, но я не мог не согласиться с его логикой. Хотя я все еще был в ярости на драконов за то, что они натворили преследуя Олудари, они все же были моими союзниками, и проявление уважения в этот момент могло помочь сохранить это положение.

*Прим. ред. unger: первым, наверное, подразумевается Таки, которого Артур убил в 380 главе, поскольку Алдир был изгнан, и сам решил отправиться в Дикатен.

И хотя мне казалось расчетливым даже позволять себе думать об этом, я также понимал, что это была уникальная возможность оценить, как другие асуры относятся к решениям Кэзесса и войне с Агроной.

«Конечно. Это большая честь для меня», — сказал я, собравшись с мыслями.

«Без торга и споров? Возможно, мы все-таки к чему-то пришли» — сказал Кэзесс, его бровь приподнялась на сантиметр. «Мавзолей готовится прямо сейчас».

При этих простых словах башня неприятно дернулась, и мы оказались в обширном зале, полностью высеченном из ярко-белого камня. Колонны тянулись по всей длине, в то время как стены были сплошь увешаны статуями, картинами и небольшими сооружениями, похожими на… гробницы. В центре зала возвышался большой мраморный стол, на котором покоилась фигура в доспехах.

По залу торопливо сновали слуги, но при нашем появлении все они остановились, глубоко поклонившись. Кэзесс слабым жестом отстранил их внимание, и они поспешили вернуться к своим делам.

Я с любопытством наблюдал, как одна молодая асура выдохнула облако тлеющих углей. Они застыли в воздухе вокруг нее, и она стала отщипывать угли один за другим и раскладывать их в углу комнаты. В результате появились десятки тускло мерцающих огоньков, дающих мягкий, но теплый свет. Неподалеку от этого места под потолком парил мужчина, с его руки свисали темные лианы, которые цеплялись за камень. По мере того как он медленно летел, лианы разрастались, опускаясь до самого пола. За ним появилась еще одна слуга, шепчущая лианам. По мере того, как она говорила, на лианах появлялись листья — идеальные осенние листья приглушенного красного, коричневого и оранжевого цветов.

Еще больше слуг несли всевозможные блюда и напитки: одни — широкие золотые подносы, другие — огромные бочки с напитками, перекинутые через плечо. Один даже балансировал несколькими десятками золотых тарелок и кубков на маленьких вихрях, которые тянулись за ним, как вереница утят. В мавзолее витал аромат еды, навевая давно забытые воспоминания о моем обучении здесь.

Я подошел к центральному столу, чтобы поближе рассмотреть поверженную асуру. Она выглядела идентично своей сестре с ее длинными светлыми волосами и белыми пластинчатыми доспехами. С левой стороны от нее лежал башенный щит, а с правой — длинное копье.

Кезесс на несколько секунд оперся рукой о край мраморного стола, пока мы стояли в тишине. Затем, не говоря ни слова, он повернулся и стал прохаживаться по внешнему краю мавзолея, разглядывая каждый артефакт своего клана, мимо которого мы проходили, и в конце концов остановился у большой фрески с изображением мужчины, очень похожего на самого Кэзесса. Его волосы были коротко подстрижены, он носил густую козлиную бородку и усы, но глаза и черты лица были практически идентичны.

«Твой родственник?» — спросил я, глядя на картину.

«Один из древних членов нашего клана, который привел нас в Эфеотус», — тихо сказал он.

Я сосредоточился на табличке под портретом. «Кэзесс из клана Индрат, его имя. А какой же ты из них по счету?» — спросил я, приподняв бровь.

Его губы дернулись в подавленной улыбке. «Слишком много, чтобы сосчитать». Некоторое время он молчал, задумчиво глядя на фреску. «Мы, драконы, работаем с эфиром с тех самых пор, когда еще не было Эфеотуса. И никогда еще у нас не было такой возможности, как сейчас, углубить свои познания. Эта «божественная руна», Реквием Ароа, как назвал ее джинн, была весьма интересеной, но ничего такого, что при достаточном понимании эфира, времени и ветви эвума нельзя было бы смоделировать без самой руны. Мне нужно увидеть больше».

Я направился к следующей гробнице, богато украшенному резьбой сооружению из колонн, поддерживающих скатную крышу над безликим саркофагом, высеченным из холодного голубого камня, который мерцал при моем движении.

«Но я думаю, что дело именно в этом», — сказал я, позволяя своему взгляду скользить по сверкающей гробнице, пока мои мысли метались. «Джинны овладели искусством воплощения магических знаний в виде рун. Ты сам сказал, что именно так они сделали себя такими могущественными, какими были. Формы заклинаний, которые Агрона скопировал для своего народа, делают то же самое с маной, но поскольку маной гораздо легче управлять напрямую, придать ей форму и запечатлеть ее в виде руны тоже гораздо проще».

«Понятно», — задумчиво произнес Кэзесс, становясь рядом со мной и прижимая ладонь к резному столбу. «Значит, эти «ключевые камни» — попытка джиннов превратить эфирное понимание в руну, которую можно поместить, открыв сам камень».

«Не совсем так», — пояснил я, тщательно упорядочивая свои мысли. «Сами по себе ключевые камни не выковывают божественные руны. Они содержат… необработанную информацию, своего рода головоломку, решая которую, ты обретаешь понимание и формируешь руну. Но ключевой камень не обязателен для ее формирования».

Его рот слегка приоткрылся, брови поползли вверх, прежде чем он снова смог контролировать свое выражение, стирая удивление. «У тебя есть божественные руны, которые не были сформированы ключевыми камнями?»

Я медленно кивнул. «Руна Разрушения». Я поднял руку, чтобы предотвратить предстоящий вопрос. «Она принадлежит не моей физической форме, а моему спутнику, Реджису».

«Значит, ты можешь… спонтанно проявлять божественную руну». Он сделал секундную паузу. «Получив достаточное представление о принципе, управляющем полученной силой?»

«Я так думаю», — подтвердил я.

Взгляд Кэзесса заострился, когда он снова сосредоточился на мне. «И это все?»

Я криво улыбнулся и направился к следующему артефакту — возвышающейся статуе стоической женщины, запечатленной в момент созерцания. Из мрамора теплого кремового цвета она выглядела почти живой. Позади нас дракон спускался по лианам, чтобы скрыть портрет Кэзесса первого. К двум первым драконам присоединился еще один, и там, где они касались лозы, распускался черный цветок.

«Это так, но, надеюсь, ненадолго», — продолжил я, переходя к теме, которую надеялся затронуть в разговоре с ним. «Из четырех ключевых камней, спрятанных в Реликтомбах, я нашел три. Четвертый, однако, нельзя открыть без третьего, а тот забрали у хранителя еще до моего появления. Довольно давно, по крайней мере, так кажется».

Взгляд Кэзесса затуманился, когда он посмотрел вдаль. «Я ничего не знаю об этих камнях, кроме того, что узнал от тебя и твоего путешествия по Пути Прозрения. Но…»

Он повернулся и пошел прочь от статуи в другой конец зала.

Там было устроено что-то вроде святилища. Горели несколько серебряных свечей, испуская сладковатый дым, который поднимался вверх и обрамлял портрет, висевший на стене. На картине была изображена женщина с очень светлыми волосами, заплетенными в косу, которая обвивала ее голову, словно корона. Это была очень красивая женщина с утонченным и благородным взглядом. Я не сразу узнал ее, но когда вгляделся в ее переливающиеся лавандовые глаза, запечатленные на картине с потрясающей точностью, понял, кто передо мной.

«Сильвия…» — произнес я, задыхаясь от неожиданно нахлынувших на меня эмоций. «Я… никогда не видел ее в таком виде».

Кэзесс легонько взмахнул рукой перед алтарем, и дым заклубился и закружился. Сквозь серебристый дым я увидел не женщину, а драконий облик, который я до сих пор представлял себе так же ясно, как если бы она покинула меня только вчера: жемчужно-белый, покрытый светящимися золотыми рунами.

Затем дым рассеялся, и портрет вернулся к своему первоначальному виду.





Глава 457 — Столкновение




Глава 457 — Столкновение

От лица Чхоля Асклепия.

Я прислонился спиной к стене, тяжело дыша и наслаждаясь тем, как пот стекает по моему лицу. В пещере пахло озоном и дробленым гранитом, а оглушительный шум нашей тренировки все еще звенел у меня в ушах.

Байрон наклонился вперед и уперся руками в колени, с его носа капал пот, каждый вдох давался с трудом. В двадцати футах слева от него малышка Мика, упала на спину, пыхтя и отдуваясь. Только Варай стояла прямо, скрестив руки на груди и задумчиво глядя на меня.

«Так было лучше, да?» — спросил я, прокручивая в голове каждый этап нашего спарринга. Это было непохоже на технические тренировки, которые я проводил с Вритрой, Силритом; Копья заставляли меня работать со своим телом по-другому, и я напрягал его до предела возможностей… по крайней мере, без угрозы для жизни. «Наставления Артура о том, как наилучшим образом использовать те крохи маны, что у меня есть, начинают обретать смысл, я полагаю».

Опустившись на одно колено и опираясь на алое копье асурского производства, Байрон испустил смешок, который не скрывал его довольной ухмылки. «Эта техника наслоения заклинаний… это был Артур? Похоже на то… что он придумал».

Я ухмыльнулся. Человек был прав: Артур умел использовать малые объемы энергии для достижения бо́льшего эффекта, что было несомненным плюсом в моем попутчике. Мое тело требовало выработки маны, как у чистокровной асуры, но кровь отца-джинна не позволяла моему ядру развиваться в полную силу.

«Твой контроль улучшается», — сказала Варай, внимательно наблюдая за мной. Ее взгляд переместился на тусклый металлический браслет на моем запястье.

Я неловко передернулся, поняв, что забыл о необходимости поддерживать облик обычного человека. «А, да, это было хорошо. Но вы все тоже делаете успехи?»

Мика трижды стукнула себя сжатым кулаком по грудине. «Очень на это надеюсь. У меня болит ядро. Я одна такая? Мне кажется, оно… проясняется. Больше очищается. Хотя прошло уже много времени, так что… я не совсем уверена».

«Да», — ответила Варай, вытянув руки над головой. «Я тоже это чувствую. Артур был прав. Наши усилия начинают приносить плоды».

Байрон встал и вытер пот со лба. «Что говорят артефакты, Эмили?»

Из-за барьера, закрывающего один из углов пещеры, вышла маленькая девушка в очках. Она одарила своего собрата-человека страдальческой улыбкой и пожала плечами.

«Ваши ядра определенно усовершенствовались, это достаточно легко заметить, но повышенная скорость активации маны и ее прохождения по каналам все еще слишком велики, чтобы оборудование могло сделать точные выводы, даже с учетом обновлений. Может быть, если бы у меня было больше времени, но…»

Мика фыркнула и перевернулась на бок, подперев голову рукой. «Да-да-да, вы, ученые, и ваш большой секретный проект. Помните, когда к Копьям относились так, будто мы действительно что-то значили?» Она вздохнула и пробормотала: «Мика помнит».

Эмили рукой взъерошила свои кудрявые волосы, а затем поправила очки. «П-простите, просто…»

«Я слышал, что Врен Каин может быть суровым надзирателем», — сказал я, заметив, что девушка выглядит менее энергичной, чем раньше, даже мрачной. «Не позволяй титану размолоть тебя в пыль под пятой его стремления к прогрессу».

Ее брови взлетели вверх, и она бросила на меня изумленный взгляд. «О, спасибо… да, я… не позволю…»

«В любом случае, когда же Гидеон объяснит, что он задумал? Не то чтобы я не почувствовала тех зверей маны, которых он привел». Мика сузила глаза, глядя на Эмили. «В самом деле. Я генерал, я должна быть в курсе».

Эмили опустила взгляд на пол, тень пробежала по ее бледному лицу. «Не думаю, что мне хотелось бы говорить, даже если бы я могла».

«У Гидеона и асуры есть свои причины для секретности», — сурово сказала Варай. «Не дави на девушку. Это не ее выбор, и ей лучше не говорить о том, что там происходит».

«Подождите!»

Мика резко вскочила на ноги.

«Ты же знаешь! Почему ты знаешь?»

Ее взгляд переместился на Байрона. Он пожал плечами, положив копье на плечи, и она ахнула.

«И ты тоже? Какого черта, ребята?»

Наконец ее взгляд остановился на мне.

«Только не говори мне, что все здесь знают, кроме меня?»

Оттолкнувшись от стены, я выпрямился и размял шею, уже чувствуя себя отдохнувшим после захватывающего спарринга с тремя Копьями. «Нет, леди Эртборн. Меня мало интересуют махинации титана. Из них получается хорошее оружие, но у меня уже есть одно такое».

Я указал жестом на копье Байрона.

«Хотя, возможно, оно не столь изысканное орудие разрушения, как твое копье, Байрон Уайкс. Тебе стоит прислушаться к нему повнимательнее. Оно стремится направить тебя, научить сражаться как асура. Не раз ты упускал возможность нанести удар, потому что сражался против своего оружия, а не с ним».

Человек провел рукой по древку, рассматривая багровую сталь. «Я сражаюсь копьем так, как делал это уже несколько месяцев. Но в твоих словах есть определенный смысл. Я чувствую стремление копья, о котором ты говоришь, только…»

Он покачал головой, а затем бросил на меня подозрительный взгляд. «Иногда ты говоришь не как человек, Чхоль. Ты говоришь так, будто…»

Мика фыркнула, прерывая его. «Ты просто не хочешь признать, что мы тренируемся с одним парнем, и он, похоже, так же силен, как мы трое вместе. Все повторяется, как было и с Артуром».

Байрон раздраженно повернулся к Варай. «Ты ведь тоже замечаешь это, верно?»

Пронзительный взгляд Варай задержался на мне, когда я отвернулся. Она слегка нахмурилась. «Ты в порядке, Чхоль?»

Мои пальцы впились в висок, когда внезапное давление сжало мою голову. «Да, я… вы трое надавили на меня сильнее, чем я думал. Вот и все. Я…»

Внутри своего черепа я услышал голос Мордейна, как будто через толстую дверь, приглушенный расстоянием и моей собственной слабой способностью воспринимать его.

‘Чхоль, прости за вторжение в твои мысли. Ты нужен мне немедленно. Оставь свои дела и немедленно возвращайся в Харт. Будь осторожен в пути. Звериные Поляны небезопасны’.

Когда сообщение угасло, я выпрямился и слегка тряхнул головой, пытаясь избавиться от неприятных ощущений. Меня охватил страх… не за себя, а за тех, кого я оставил в Харте. Неужели на них напали? Не было иного способа узнать это, кроме как покинуть Вилдориал и вернуться домой.

«Я должен идти». Я посмотрел между Копьями, но остановился на Варай. «Скажи Лейвинам… Элеоноре и леди Элис».

Она нахмурилась. «Конечно, но…»

Все трое Копий смотрели на меня с беспокойством, но я не стал объяснять дальше, а поспешил из пещеры, которая находилась далеко от мест, где жили люди. Из внешних туннелей я не сразу добрался до поверхности. Ни один из патрулей дварфов не задержал меня: они были больше озабочены тем, чтобы кто-нибудь входил, чем выходил. Не прошло и двадцати минут, как я стоял под ярким солнцем пустыни, зависшим над барханами Дарва.

Я не стал задерживаться для любования пейзажем, а оторвался от земли и направился на восток, на большой скорости летя к горам.

Я не ожидал, что Мордейн призовет меня обратно из моего путешествия. По правде говоря, я не был уверен, что он захочет, чтобы я вообще вернулся. Он был добрым, хорошим, но я никогда не понимал его готовности “подставить другую щеку”, как он выражался, независимо от того, какое оскорбление было нанесено. С другой стороны, я знал, что иногда единственным правильным ответом может быть только непреодолимая сила. Некоторые преступления никогда не могут быть искуплены и никогда не должны быть прощены.

Даже будучи ребенком, который еще не понимал, кто я такой, мой вспыльчивый характер выделял меня среди других. Хотя путешествие с Артуром и борьба с Агроной были именно тем, чего я хотел, я все еще не был до конца уверен, что это было разрешено потому, что я этого хотел… или просто потому, что это избавляло от меня.

Это не имеет значения, напомнил я себе, подавляя непрошеные мысли тисками своей воли. Я нужен Мордейну, и я пойду. А когда закончу, вернусь и продолжу готовиться к уничтожению наших врагов, даже если Мордейн не станет это делать.

Полет был долгим и утомительным. Для поддержания полета требовалось совсем немного маны, ведь мне нужно было лишь поддерживать равновесие между собой и окружающей атмосферой, но это требовало определенного уровня сосредоточенности, который был раздражающим. Выросший под землей, я нечасто практиковался.

С благодарностью вдохнув холодный воздух, я перелетел через Великие Горы и спустился в Звериные Поляны. Наконец я освободился от неудобного браслета, который Врен придумал для маскировки моей маны, чтобы я казался человеком даже драконам. Здесь важнее было проецировать свою естественную сигнатуру маны, которая отпугивала бы местных зверей.





Глава 458 — Дитя Леди Доун




Глава 458 — Дитя Леди Доун

От лица Сесилии.

Пока я наблюдала за тем, как феникс падает, его ядро достигло предела, а ответная реакция вырывает его из сознания, в моей голове всплыло воспоминание, которое не было моим собственным: бегущий и смеющийся мальчик, его разные глаза — один ярко-оранжевый, другой льдисто-голубой — искрятся радостью и удивлением. Теперь те же самые разноцветные глаза закатились, когда он перешел в свободное падение.

Я смотрела на дитя леди Доун, в этом не было сомнений. Вкус ее маны задержался в моих чувствах, создавая некий резонанс с его собственным. Я чувствовала их связь, была ее частью, словно нас притягивали и объединяли два магнита.

Вместе с этой связью пришли эмоции, которые тоже были не моими: желание защитить, отчаяние и яркая, обжигающая ярость.

Не мои эмоции. Я с горечью подумала обо всех чужих мыслях, воспоминаниях и идеях, которые вбивались в мою голову после реинкарнации. Это не тот, кто мне дорог.

Крепко ухватившись за нахлынувшие материнские инстинкты, я подавила их, похоронив.

Хориакс низко наклонился и схватил бессознательного феникса за одежду. Он бросил вопросительный взгляд на меня, спрятавшуюся среди тлеющих ветвей широколистного дерева. Я открыла рот, чтобы заговорить, но прежде чем слова слетели с моих губ, мир превратился в огненный ад.

Пламя, разгоревшееся после битвы, взметнулось в небо, окрасив мир в красный цвет, который пылал, словно падающее солнце. Воздух обжигал мои легкие, наполненный дымом и огнем. Одежда тлела, и маленькие язычки пламени лизали защитный барьер из маны, окутывающий мое тело. Даже мои органы чувств, казалось, горели под набухающей маной, словно я уставилась на солнце.

Протянув руку, я схватила ману и попыталась задушить ее… но воля, управляющая ею, сопротивлялась, отбрасывая меня назад.

«Но… как? Кто?» — пораженно воскликнул я.

В ад спустился мужчина. Внезапно налетевший ветер, казалось, едва взъерошил его волосы, как и дым не смог ослепить его желтые глаза.

Все четверо оставшихся в живых Фантомов стояли лицом к лицу с мужчиной, но им было еще труднее противостоять воздействию заклинания. Они обменивались неуверенными взглядами и бросали ищущие взгляды на деревья в мою сторону.

«Слуги Агроны». Голос мужчины внезапно подсказал мне, кто он, — его личность была в воспоминаниях, которыми поделилась леди Доун. «Я не потерплю вашей враждебности в моих владениях. Это место и все, кто в нем живут, находятся под моей защитой», — твердо заявил Мордейн из клана Асклепий. «Вы подвергаете испытанию мой клятвенный нейтралитет, нападая здесь. Отдайте мне члена моего клана и уходите».

Коса Хориакса преобразилась в его руках, и он прижал лезвие к горлу Чхоля.

«Похоже, сегодня ливень из фениксов. Как удобно. Прекрати поддерживать это проклятое заклинание и сдайся, или я вскрою этому парню горло и…»

Огромные огненные когти появились из жара, обжигающего атмосферу, и обвились вокруг Хориакса. Когти прожгли и ману, и плоть, превратив его в обугленное мясо, прежде чем он успел вскрикнуть. Полуфеникс упал в коготь, невредимый.

Я все еще скрывалась, мой контроль над маной гарантировал, что я буду неощутима даже для такого могущественного существа, как он. Я опасалась, что Фантомы могут выдать меня, но оставшиеся трое сосредоточили свое внимание на Мордейне, приняв оборонительные позиции, но не предпринимая никаких попыток атаковать.

Внезапно дерево, на котором я спряталась, охватил огонь, который я не могла ни контролировать, ни удержать. Инстинктивно среагировав, я подпрыгнула в воздух и вылетела из пламени, моя кожа покраснела и болела даже под защитной маной.

«Наследие…» — сказал Мордейн. Его ярко-желтые глаза были прикованы ко мне, а мантия развевалась вокруг него и сливалась с дымом. «Даже ты не сможешь скрыться от меня в пределах моего собственного заклинания. Не испытывай свои пределы против моего терпения здесь».

Мой разум помутился. Я не знала, что делать. Этот феникс был могущественным, его хватка над маной была железной. Драконы все еще кишели в Звериных Полянах, так что даже если бы я победила его, смогла бы я сделать это достаточно быстро, чтобы вернуться к своей задаче, не привлекая их внимания?

Не стоит рисковать, сказала я себе, надеясь, что действую исходя из логики, как поступил бы Агрона, а не из страха.

«Фантомы, со мно…»

Внезапно мое тело напряглось, когда сила внутри меня выступила против моего контроля. Рука сама собой поднялась, вырвалась вперед и выпустила хлыстоподобную лозу, которая обвилась вокруг запястья.

Хлыст прочертил зеленый полумесяц в пространстве между мной и Мордейном, который, казалось, двигался в замедленной съемке. Кончик лозы вспыхнул пламенем, которое побежало по ее поверхности, обугливая изумрудно-зеленую мякоть.

Плеть разлетелась в прах совсем рядом с горлом Мордейна.

Выражение его лица слегка дрогнуло, но он не сделал ни малейшего движения, чтобы защититься, на долю секунды на его лице отразилось колебание.

Стиснув зубы до скрипа, я заставила свое тело подчиниться, преодолев кратковременную потерю контроля, а затем развернулась и полетела со всей скоростью, вырываясь из оболочки доменного заклинания обратно в голубое небо и прохладный ветер.

‘Что, во имя Вритры, ты пыталась сделать?’ — прорычала я в своей голове.

Тессия ответила не сразу, и я поспешила отдалиться от Мордейна. Трое Фантомов пристроились за мной, изо всех сил стараясь не отстать.

Оглянувшись через плечо, я поняла, что доменное заклинание Мордейна представляет собой сферу, окутывающую все внутри чистой маной огненного атрибута. Внутри этой сферы его собственная мана вытесняла всю атмосферную ману, усиливая его заклинания и контроль, в то же время уменьшая контроль его врагов.

‘Ты думала, что он сможет победить нас… убить нас? Внутри той адской местности, которую он создал. Решилась? В самом деле, ты можешь определиться, хочешь ты жить или хочешь умереть?’

‘Нет, я не хочу умирать’, — тихо сказала Тессия, впервые обращаясь ко мне с тех пор, как прибыла в Дикатен. ‘Но я не могу не задаваться вопросом, не трусиха ли я, если не попытаюсь сделать все возможное, чтобы это произошло. Чтобы навредить Агроне и обезопасить всех — в том числе Артура — ты должна умереть’.

Я внезапно остановилась, по позвоночнику пробежала дрожь.

Доменное заклинание Мордейна разрушилось. На мгновение присутствие обоих асур стало кристально ясным, затем атмосферная мана словно поглотила их сигнатуры, когда Мордейн закрыл себя и Чхоля от меня.

И все же… что-то оставалось. Их мана не ощущалась, но… резонанс, который я теперь ощущала с Чхолем, не мог быть так легко замаскирован.

Собрав свою ману, я вытолкнула сгущенную сферу и послала ее вперед примерно с той же скоростью, с какой летела сама.

«Следуйте за ней, пока она не исчезнет, затем возвращайтесь к остальным и возобновляйте охоту».

Три Фантома посмотрели на меня с одинаковым замешательством. Когда я махнула им рукой, их нерешительность рассеялась, и они помчались прочь, следуя за миниатюрным солнцем, пробивающимся над пологом леса.

Спустившись под кроны деревьев, я начала медленно двигаться в ту сторону, где Фантомы сражались с Чхолем. Ветер доносил запах дыма и гари, а в пустоту, оставленную доменным заклинанием, постоянно вливалась атмосферная мана.

Внутри меня закипал гнев: гнев на себя за то, что пришлось бежать от Мордейна, за то, что позволила Тессии забрать контроль.

‘Если твоей целью было убить нас обоих, ты должна был позволить мне умереть во время Интеграции’, — прорычала я эльфийке, пока искала резонанс.

‘Тебе было легко? Когда ты покончила с собой с помощью меча Грея?’ — ответила она, в ее голосе звучали горечь и сожаление.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки, стараясь держать свою ману под контролем, опасаясь, что Мордейн почувствует меня.

‘Но ведь я все равно сделала это, разве нет?’

‘Да, сделала. Но ты сделала это, чтобы сбежать, убежать от того, с чем не могла справиться’. Наступила тишина, прежде чем она заговорила снова, ее мысли стали более уверенными. ‘Я не хотела умирать тогда и не хочу умирать сейчас. Но я пытаюсь сделать все, что в моих силах, чтобы помочь и дать отпор… в отличие от тебя’.

‘То, что у тебя есть мои воспоминания, не означает, что ты знаешь, через что я прошла’, — огрызнулась я, прекращая преследование. ‘Ты не представляешь, что мне пришлось пережить… и на что я готова пойти, чтобы мы с Нико получили ту жизнь, которую заслуживаем’.

С вновь обретенной решимостью я воспользовалась мгновением чтобы привести свою сигнатуру маны в соответствие с окружающей меня природной энергией и возобновила преследование Чхоля, позволяя легкому отголоску его ядра направлять меня. Я осторожно продвигалась вперед, бесшумно пробираясь сквозь нижнюю сеть ветвей, полностью сосредоточившись на этом слабом маяке вдалеке.

Внезапно связь с маной Чхоля полностью прервалась. Я почувствовала всплеск страха, адреналин забурлил во мне, и я увеличила скорость, стремясь к тому месту, где я в последний раз чувствовала его. Мысли начали путаться, но я старалась не думать об этом, помня только ощущение того, где был этот маяк, прежде чем его заблокировали.

Я снова замедлилась, приблизившись к тому месту, где, как мне казалось, я потеряла тот слабый контакт, и уперлась в корни огромного дерева с серебристой корой.

Это должно быть где-то рядом, подумала я, почти надеясь на неохотное подтверждение со стороны Тессии.

Все Звериные Поляны звенели от эха маны, переливающейся между Эфеотусом и Дикатеном, но на полянах действовало и множество собственных источников окутывающей магии. Теперь, так близко, я могла почувствовать края такого заклинания, или, скорее, множество слоев заклинания. Оно было тонким, почти неразличимым. Но я видела ману, чувствовала, как заклинание прижимается к атмосферным частицам, ощущала вкус сложного сжатия, чувствовала намек на то уникальное свойство, которое отличало ману феникса.

Заклинание Мордейна было мощным, оно должно было быть таким. Он веками скрывал свой народ от Агроны Вритры и Кэзесса Индрата. Но что имело значение больше, чем сила, так это контроль, а мой был сильнее, чем у любого из них.

Я закрыла глаза и выровняла дыхание. Моя собственная мана находилась в идеальном равновесии с атмосферой, скрывая меня от всех, кто мог бы, в свою очередь, искать меня. Спиной ощущала шероховатость и прохладу зачарованного дерева, к которому прислонилась. Насыщенный дымный аромат его листьев напомнил мне о заваривающемся чае. Ветер, насыщенный маной, посылал рябь по листьям, которые терлись друг о друга с перекрывающимся эхом мягкого шелеста.





Глава 459 — Королевский Гамбит




Глава 459 — Королевский Гамбит

От лица Артура Лейвина.

Рассказ Мордейна вызвал у меня неприятную меланхолию, которая, словно камень, засела у меня в желудке. Мое общение с лордом Экклея было странным с первых и до последних мгновений, и я до сих пор не мог понять всего, что он сказал и сделал, особенно зная новый контекст. Было ясно, что старый асура чего-то хочет от меня, но какой обмен стоил бы траурных слез?

В голове мелькали различные теории, но у меня не было ни возможности подтвердить их, ни даже желания. Несмотря на то, что в Эфеоте происходила какая-то потенциально меняющая мир игра в асуранскую политику, в центре которой находился я, у меня были неотложные заботы, требующие решения прямо здесь, в Дикатене.

Новость о том, что Сесилия здесь, была нежелательной. Все, во что она была вовлечена, могло быть достаточно масштабным, чтобы изменить ход войны, но это была не единственная причина, по которой я чувствовал дискомфорт. Мне не нравилась мысль о битве между Наследием и драконами, и я не был уверен, какого исхода боялся больше: что Сесилия окажется достаточно сильной, чтобы убить даже чистокровных асур, или что она потерпит поражение, и Тессия будет уничтожена вместе с ней.

Мне казалось опасным не искать ее немедленно, но, не имея представления о Судьбе, я не знал, чем вторая битва будет отличаться от первой.

«Пойдем, Артур, оставим Чхоля отдыхать и восстанавливаться», — сказал Мордейн, по-отечески погладив бессознательного Чхоля по волосам. «Авьер, будь добр, присмотри за ним, пока он не очнется».

Зеленая сова кивнула своей рогатой головой. «Конечно».

Мордейн поблагодарил и отпустил двух других фениксов, после чего вывел меня из маленькой комнаты. Бросив последний взгляд на Чхоля, тело которого теперь переполнялось маной, я последовал за ним.

Мордейн повел меня вниз, по дну широких туннелей, которые явно были предназначены для полетов. Мы оставили позади центральную часть убежища и вошли в более мелкие и старые туннели, и я понял, что он ведет меня по тому же пути, по которому мы добирались до разрушенного портала Реликтовых Гробниц. Через несколько минут мы снова вошли в покрытую мхом пещеру, освещенную мерцающими кристаллами, которые, словно сталактиты, росли под потолком. В отличие от предыдущего раза, в прямоугольной каменной раме в центре пещеры не светился портал, поскольку эфирная магия угасла.

«Что мы здесь делаем?» — спросил я, когда Мордейн опустился на колени и провел пальцами по зеленому и золотому мху.

«Поговорим там, где нас не подслушают», — просто ответил Мордейн. Повернувшись ко мне лицом, он опустился на мох — странное обыденное действие и поза для такого старого и нечеловеческого существа. «Ты только что прибыл из Эфеота. Я все еще чувствую, как энергия прилипает к тебе».

Прислонившись к стене пещеры, я скрестил руки и внимательно осмотрел Мордейна. «Именно так».

«Несмотря на все, что требует твоего внимания, вернувшись из Эфеота ты решил прийти прямо ко мне. Как бы удачно это ни было, я вижу только одну причину такого поступка», — медленно проговорил он. «Ты знаешь, что у меня есть камень-ключ».

Я почувствовал, как мои глаза расширились, не в силах скрыть удивление на лице. «Значит, ты признаешь это? Один из мятежных джиннов украл третий камень-ключ и отдал его тебе?»

Мордейн, казалось, старел на глазах, когда погружался в какое-то навязчивое видение своего прошлого. «Очень немногие джинны считали, что могут изменить судьбу своей цивилизации. Даже среди тех, кто искал убежища у моего народа, такое мнение было редкостью. Реликтовые Гробницы были не только великой библиотекой, хранящей все собранные знания джиннов, но и содержали кусочки эфирного знания, которые, если их разгадать, как головоломку, могли позволить повлиять на саму судьбу. Джинны хранили их в надежде, что со временем появится кто-то, способный использовать их так, как не могли они, но те, кто стремился дать отпор, были готовы сами совершить этот подвиг, даже если это убивало их».

«Я пытался отговорить их от этого, проповедуя мудрость их коллектива, но, отбросив своих сородичей, пусть и в попытке спасти их, они не желали слышать ничего подобного даже от меня. Вместе с тем все больше Джиннов уходило в Реликтовые Гробницы и не возвращалось, из-за чего их поиски становились все более мрачными и отчаянными».

Мордейн сделал паузу в своем рассказе, его глаза затрепетали, словно ему было больно. «Они намеревались использовать эту скрытую силу, чтобы разорвать связь этого мира с Эфеотом и положить конец геноциду».

«А это сработало бы?» — спросил я, впервые задумавшись о том, как именно можно использовать аспект Судьбы для решения множества проблем, стоящих сейчас передо мной.

Глаза Мордейна открылись, вспыхнув гневом. Я инстинктивно отпрянул от него, но эмоции были подавлены так же быстро, как и появились, и он испустил долгий, усталый вздох. «Когда-то Эфеот был частью этого мира, и в очень реальном смысле он все еще является таковым. Если… пузырь, окружающий его, будет отрезан от этого мира, Эфеот будет медленно лишаться маны. Мир, который асуры построили для себя, разрушится и исчезнет, и в конце концов стены, отделяющие его от измерения, в котором он находится, истончатся. Не думаю, что мне нужно экстраполировать, что произойдет тогда».

Я тяжело сглотнул, понимая, почему эта тема может быть болезненной для феникса. «Это был бы совершенно другой тип геноцида. И ты не мог этого допустить».

«Нет, не мог», — сказал он, его поведение было одновременно напряженным и меланхоличным. «Когда им удалось захватить этот камень, я уничтожил их путь в Реликтовые Гробницы — тот самый портал, который, по иронии судьбы, позже починил ты. Те, кто встал на их путь, ушли, решив, что наши цели больше не совпадают, но большинство остались и дожили остаток жизни здесь в мире. Как отец Чхоля».

Мои мысли вернулись к этому вспыльчивому воину, родившемуся у двух представителей мирных кланов. Он сильно отличался от других членов клана Асклепия. Или от джиннов, которых я видел, если уж на то пошло.

«Он унаследовал свой характер от матери или отца?» — спросил я, внезапно что-то заподозрив.

Рот Мордейна искривился в кривой улыбке. «От обоих. Такая пара. Думаю, именно этот внутренний огонь и свел их вместе. Доун была великим воином. Думаю, она предпочла бы, чтобы весь наш клан погиб в славной битве с Индратами, но она была столь же предана, и когда я решил забрать всех, кто придет, и покинуть Эфеот, она тоже была первой в очереди за мной. А отец Чхоля… он был не совсем обычным представителем расы джиннов».

«Это ведь отец Чхоля забрал камень-ключ, верно?»

Мордейн, казалось, не удивился моей догадке. «Совершенно верно».

«Но он не ушел, когда ушли остальные?»

Мордейн на несколько долгих мгновений задумался. «Я убедил его, что есть нечто большее, ради чего стоит жить, чем растущая тьма в его товарищах. Дело едва не дошло до насилия, когда он решил остаться и сохранить камень-ключ, но Доун… убедила остальных, что такой поступок был бы неразумным».

«Он когда-нибудь разгадывал камень-ключ?»

Мордейн покачал головой, и мы погрузились в молчание. Мои мысли упорно молчали; я чувствовал себя ребенком, которому читают сказку на ночь, полусонным и уже неспособным в полной мере следить за происходящим.

Немного поколебавшись, я попытался заставить себя поверить в происходящее и пристально посмотрел в глаза Мордейна. «Ты знал, что я ищу камень-ключи, и все это время один из них был у тебя. Зачем было скрывать его от меня?»

Выражение его лица не изменилось, пока он размышлял над моим вопросом. «Не так-то просто дать кому-то — кому-угодно — возможность переписать правду о власти в этом мире. Как может существо держать в руках ключ к судьбе и не поддаться неизбежному развращению от подобной силы? Тогда я решил, что лучше бы камень-ключи никогда не были раскрыты, и не уверен, что мое мнение сильно изменилось, но…»

Он сел прямо и серьезно посмотрел на меня. «Два мира, по крайней мере, оказались зажаты между махинациями Кэзесса и Агроны. Я начал верить, что изменение баланса сил — именно то, что нужно этому миру, и все же…»

Я не смог сдержать кривой улыбки, появившейся на моем лице. «Откуда тебе знать, действительно ли я тот, кто должен обладать этой силой?»

«Действительно, откуда», — размышлял Мордейн, переводя взгляд на раму портала. «Отчасти именно поэтому я позволил Чхолю сопровождать тебя. Он чистый духом, страстный, но временами почти… ребенок. Я подумал, что если кто и сможет проникнуть в твое сердце, так это Чхоль. Он не знал», — быстро добавил он. «Я послал его не для того, чтобы шпионить за тобой, а чтобы узнать тебя получше. Его глазами я хотел увидеть, кто ты на самом деле, Артур Лейвин. И… теперь я это увидел».

Я ждал продолжения, не удивляясь тому, что он сказал о Чхоле, но с любопытством ожидая, к чему все это приведет.

«Ты пришел ко мне в этот день с делами мировой важности на плечах, и все же, несмотря на то что не так давно знаешь Чхоля, ты отбросил все остальные заботы и думал только о нем, без колебаний предлагая все, что тебе доступно, чтобы спасти его, даже артефакт совершенно неисчислимого богатства». Голос Мордейна стал немного хриплым, и он сделал паузу. «Чувствуя конфликт между Фантомами и драконами, я понимал, что ситуация обостряется. Мне вдруг срочно захотелось поговорить с Чхолем, заглянуть ему в глаза и понять истинность его переживаний. Ведь только у того, кто столь же сосредоточен и самоотвержен, есть шанс прикоснуться к самой судьбе и не поддаться внутреннему стремлению к власти».

«Но даже в этом мы видим действие судьбы, ведь если бы я не призвал Чхоля, этого нападения бы не произошло, а ты, Артур, не смог бы проявить себя. В свою очередь, я, возможно, недостаточно бы доверял тебе, чтобы отдать краеугольный камень… и в этом я вижу доказательство, которое мне нужно. Кажется, сама судьба хочет, чтобы ты нашел его, Артур. Но, прежде чем я смогу с чистой совестью способствовать твоему успеху в этих поисках, я должен знать одно: что ты будешь делать с силой, если сможешь на нее претендовать?»

Я отстранился от стены и подошел к Мордейну, опустившись в позу со скрещенными ногами у его ног. Он сменил позу, повторяя мои действия.

«Как я могу ответить на этот вопрос?» — спросил я, мой голос был ровным, а мысли ясными. «Сказать тебе, что я буду делать с аспектом Судьбы, значило бы понять его, но я не понимаю. Я не могу вынести решение, пока не обрету понимание, к которому меня ведут эти камень-ключи». Я твердо выдержал взгляд Мордейна, как будто я был древним, а он зависел от каждого моего слова. «Ты просишь слишком многого и тем самым обрекаешь мир на падение либо от рук Кэзесса Индрата, либо Агроны Вритры. Твой страх парализовал тебя, и вместо того, чтобы рискнуть и потерпеть неудачу, ты предпочел потерпеть неудачу, не попытавшись. Такова цена пассивности в войне, где поражение означает конец всему».

Взгляд Мордейна упал на золотисто-зеленый мох между нами. Он рассеянно провел пальцами по его шероховатой поверхности. Затем он неожиданно издал небольшой смешок.

«Ты оскорбляешь меня, когда тебе следовало бы быть политиком, даже если пришлось бы придумывать свои доводы. Менее честный человек стал бы утверждать, что стал бы работать ради мира и всеобщего процветания, или еще какие-нибудь расчетливые, но пустые заявления. Но ты… ты говоришь свою правду, и говоришь мудро. Я слишком долго держался в стороне. Я не буду сражаться в этой битве за тебя, Артур, но я больше не буду стоять на твоем пути. Можешь взять камень-ключ».





Глава 460 — Брошенный




Глава 460 — Брошенный

От лица Нико Сэвера.

Когда варп-устройство окутало нас своей магией, унося через пространство к заданому месту назначения, я изучал ноющую боль, охватившую мою грудь, как при затяжном сердечном приступе. Это было глупо… и по-человечески, слишком глупо по-человечески. И дело было вовсе не в резкости тона Сесилии и не в ее иссякающем терпении, из-за чего я чувствовал себя дважды побитой собакой, волочащейся за ней хвостом…

Нет, что действительно беспокоило меня, так это тот факт, что я не мог не чувствовать, что такое обращение было заслуженным. Я не верил в карму как в некое реальное проявление результатов, основанных на доброте собственных поступков, но каждый раз, когда Сесилия огрызалась, я вспоминал себя в первые дни ее реинкарнации — в равной степени отчаявшегося и испуганного — и как эта нездоровая алхимия эмоций привела к периодической жестокости по отношению к ней, человеку, ради которого я сделал все, отдал все, чтобы увидеть снова в этой жизни.

Она лгала мне, скрывала от меня… но ведь, и я сначала поступил с ней так же. Я помог Агроне исказить ее воспоминания и вживить в ее разум ложные, превратив себя в сказочного героя, убрав Грея и вставив себя во все положительные места ее короткой и злополучной жизни.

С поразительной внезапностью мы оказались в приемной комнате возле базы Тэгрин Келума. Солдаты и обслуживающий персонал поспешили к нам, явно застигнутые врасплох нашим появлением. Инстинктивно мой взгляд метнулся по лицам, ища Дранива, но через мгновение я вспомнил, что его здесь нет и уже никогда не будет. Я помог ему сбежать.

Я помог ему. После того, как я был жесток и ужасен с ним, я помог ему избежать той извращенной жизни, которую он вынужден был вести, служа Агроне.

Глядя на то, как серебристые волосы Сесилии подпрыгивают, когда она быстро проходит мимо удивленных слуг, я собрался с духом, чтобы загнать обиду вглубь и раздавить ее. Я снова и снова подводил Сесилию, сначала в нашей прошлой жизни, когда позволил похитить ее и не нашел достаточно быстро. А затем еще раз, в конце, когда я был рядом, но лишь наблюдал, как Грей пронзает ее насквозь…

Я оступился, следуя за Сесилией по лестнице, из-за чего резко вздохнул. Она обернулась, чтобы посмотреть на меня с беспокойством, но я отмахнулся от нее, и она продолжила свой путь, устремляясь вперед на волне напряжения и нетерпения.

Осознание того, что Грей не убивал ее намеренно, все еще казалось нереальным. Я внутренне съежился, вспомнив все то, что натворил, используя этот момент как оправдание самых ужасных поступков. Годами на Земле я разжигал эту ненависть, вынашивая планы мести королю Грею… а затем здесь, перерожденный, разве я не сделал уничтожение Грея и реинкарнацию Сесилии целью всей своей жизни?

Воспоминания нахлынули в моем сознание. В нем я стоял на коленях перед магическим щитом, протирая глаза и моргая в неверии. Сквозь магический барьер я разглядывал фигуру, надеясь, что это обман света, галлюцинация, ошибка, но тогда, как и сейчас, невозможно было ошибиться в этих серебристых волосах, даже заляпанных грязью и кровью.

Мой разум метался, пока я боролся с пониманием того, что Тессия была там, в разгар нападения на Академию Ксайруса, когда она должна была быть с Артуром. Дранив и Лукас Уайкс схватили ее и были готовы…

Я был так зол. Хотел убить их. Разве я не повторял это снова и снова, пока мое подавленное алакрийское “я” когтями рвалось на поверхность? Чувства были настолько сильными, что сломали замок, который Агрона наложил на мой разум, но почему?

Я перестал подниматься и прислонился к стене лестницы. Никогда еще эти воспоминания не были такими четкими. Мне нужно было переварить их, понять хоть что-то, хоть какую-то деталь в собственном поведении.

Впереди Сесилия остановилась и повернулась, рунические татуировки выделялись на ее коже, но я не видел ее. Я пригляделся и не смог увидеть Сесилию… только Тессию Эралит.

По правде говоря, Тессия была так важна для меня, что стать свидетелем того, как она оказалась на грани смерти, было достаточно, чтобы разрушить заклятие, наложенное самим Агроной. Но не потому, что я был близок с Тессией. Нет… это был Артур. Я знал, как она важна для него, а он был… был так важен для меня… всю мою жизнь…

Как и Грей на Земле. По крайней мере, пока не появилась Сесилия.

Мой лучший друг. Почти как брат. И… я ненавидел его, пытался убить… из-за того, чего он даже не делал.

«Нико? Давай уже, нам нужно… Нико? Что случилось?»

Разочарование Сесилии сменилось нежностью, когда она сделала шаг назад по лестнице. Ее рука поднялась, потянувшись к моим волосам, но остановилась, просто стесняясь прикоснуться ко мне.

Мое лицо было сморщено от усилий не разрыдаться. «Ты бросила меня».

Уголки губ Тессии опустились, и она нахмурилась. «Нико, я здесь. Я не бросила тебя».

Я покачал головой, пытаясь сдержать голос. Мне пришлось дважды сглотнуть, прежде чем слова вырвались наружу. «Я делал все возможное, чтобы спасти тебя, а ты бросила меня. Ты отказалась от меня. Ты хоть представляешь, какой мучительной была моя жизнь после твоей смерти?»

Ее брови сошлись, нос сморщился, а хмурый взгляд превратился в прямую линию на эльфийском лице. «Более мучительной, чем моя собственная до моей смерти?»

Сожаление мгновенно отразилось на ее лице, и она испустила слабый вздох. «Ты никогда не рассказывал мне о том, что было после… на Земле».

«В этом не было смысла», — ответил я, мой голос превратился в низкий стон, который было почти стыдно слышать.

«Нет, я полагаю, что нет. Я…»

Она заколебалась, тяжело сглотнув.

«Если уж на то пошло, я думала, что защищаю тебя».

Выражение ее лица внезапно остыло, одна бровь поднялась чуть выше другой. «У нас были дни и недели, чтобы поговорить об этом. Я вижу, что в тебе кипит гнев, ты готовишься к драке, но сейчас не время…»

«Сесилия!» — рявкнул я, мой голос усилился из-за тесного помещения.

Она вздрогнула, и выражение обиды было настолько присуще Сесилии, что она внезапно изменилась в моих глазах и сознании, став уже не Тессией Эралит, а снова Сесилией… моей Сесиль.

«Прости», — выдохнул я, задыхаясь от боли и отчаяния быть услышанным. «Я просто… Грей. Артур. Я… он…»

Я тряхнул головой, пытаясь очистить свой дурацкий череп от паутины. «Я потерял не только тебя. Я потерял и его, и без вас двоих я… не знаю. Я потерял себя».

Я зажмурил глаза так сильно, что под веками начали вспыхивать звезды.

Мягкие пальцы переплелись с моими, и я резко открыл глаза. Лицо Сесилии было в сантиметре от моего, она смотрела на меня со ступеньки выше. «Прости, я просто не знала, как тебе сказать. Для меня это тоже было… шоком. Потребовалось… слишком много времени, чтобы отделить настоящее от вживленного».





Глава 461 — Не Без Потерь




Глава 461 — Не Без Потерь

От лица Артура Лейвина.

Густые стебли тёмно-зеленой травы прогибались под моими шагами, когда я шёл под кронами зачарованных деревьев за пределами Харта. Мои мысли были тяжелыми и приземленными, не давая мне оторваться от земли. Мысленная пелена отделяла меня от Реджиса и Сильви; я еще не был готов к тому, чтобы в моей голове были ещё чьи-то мысли кроме моих собственных, мне нужно было время, чтобы переварить всё случившееся.

Всё, что я узнал от Кэзесса и Мордейна, снова и снова прокручивалось у меня в голове. Было слишком много разрозненных, несвязанных мыслей, чтобы ухватиться за них одновременно, и мне не хватало слишком большого количества информации.

На низкой ветке зашуршали листья, и по её нижней стороне, цепляясь острыми когтями за кору, прошелестело пушистое существо, которое могло бы уместиться на моей ладони. Его лунно-серебристые глаза смотрели на меня без страха. Несмотря на милую внешность — нечто среднее между белкой-летягой, лемуром и летучей мышью, — я чувствовал в его теле скопление маны, достаточное, чтобы отнести его к мана-зверям класса А.

После недолгого обнюхивания мана-зверь снова исчез в листве, увлекая меня за собой по широкому стволу возвышающегося дерева.

«Если бы только наши обязанности были пропорциональны нашим размерам, то я мог бы оставить всё это на тебя, разве нет?»

Я сказал это вслух, слова, по большей части бессмысленные, впопыхах выплюнутые моим перегруженным мозгом.

Я лениво наблюдал за тем, как это суетливое существо пробирается по дереву, срывая лист в нескольких футах надо мной.

Когда яркий лист полетел вниз, словно пепел из костра, я влил эфир в свою новою божественную руну. От моего позвоночника исходило мягкое тепло, поддерживая меня в тонусе, и я почувствовал, как мои когнитивные способности ускорились в несколько раз. Полученная информация и проблемы, которые мне предстояло решить, выкладывались, как колода карт, чётко прорисовываясь в сознании, даже когда мой разум разделился сразу на несколько потоков мыслей.

Чхоль столкнулся с Сесилией и едва не поплатился за эту встречу жизнью, но мне удалось его исцелить. Мало того, с помощью траурной жемчужины он не просто выздоровеет, но и, скорее всего, станет сильнее, чем раньше.

У меня оставалось две траурные жемчужины. Я не знал, почему лорд Экклея отдал их мне, но по мере того как все события и разговоры церемонии возвращения Авхилаши связывались друг с другом, я все больше убеждался, что он предвидел события самой церемонии, проявляя интерес и изображая из себя «невинного старого дядюшку». Он знал больше, чем говорил… возможно, в нем даже был какой-то намек на предвидение будущего. В конце концов, Кэзесс упоминал, что драконы редко испытывают такие видения, как сейчас у Сильви.

А это означало, что три траурные жемчужины были даны мне по вполне определенной причине, и мне предстояло решить, когда и зачем их использовать, зная, что, спасая одну жизнь, я потенциально обрекаю на гибель другую в будущем.

Когда на моей голове горела корона фиолетового света, вне поля зрения, но все еще очень хорошо различимая в моем сознании, я понял, почему эта вещь была столь ценной и редко использовалась в культуре асур.

Параллельно с этими мыслями я также обдумывал и действия Сесилии.

Ее присутствие в Дикатене было более серьезной проблемой, чем мне показалось на первый взгляд. Возможно, после того как убийство Шарона провалилось, ее отправили завершить дело, но если это так, то я не понимал, зачем ей задерживаться в Звериных Полянах. Вполне вероятно, что Агрона решил нацелиться на Мордейна, так что Сесилия могла активно искать любые признаки фениксов, когда Чхоль и наткнулся на нее.

Несмотря на пацифизм Мордейна, присутствие фениксов было одновременно и джокером, и потенциальной угрозой для планов Агроны. Некоторое время это работало в пользу Агроны, поскольку Кэзесс указывал тот факт, что количество или сила асур в этом мире — по непонятной мне пока причине — была препятствием для его нападения на Агрону. Однако теперь Агрона, возможно, решил, что игра больше не стоит свеч.

Но наиболее вероятным вариантом было то, что Сесилия искала путь в Эфеот по поручению Агроны. Мне не хватало информации, чтобы создать надежную теорию о том, почему именно, хотя под воздействием Королевского Гамбита мой разум сразу же предположил несколько различных возможных причин, каждая из которых была одинаково вероятной. И все же я не мог быть уверен ни в чем, кроме того, что Сесилия была самой опасной фигурой на доске, и ее присутствие нарушало порядок и представляло опасность для всех на континенте, даже для драконов.

Но она пыталась замести следы, даже не участвовала в борьбе с Чхолем, а значит, они не хотели, чтобы мы знали о ее присутствии. Либо они боялись ставить ее на передовую — потому что она станет мишенью, а может, Агрона не до конца доверял ей, — либо существовал шанс, что ее действия могут прервать. Будучи пойманной Мордейном, вполне вероятно, что она уже отступила из Звериных Полян или вообще из Дикатена. Даже если она все еще находилась здесь, я не мог преследовать ее, не жертвуя днями или даже неделями на охоту за ней через Звериные Поляны, и даже тогда существовала значительная вероятность того, что она сможет ускользнуть от меня. У нее было явное преимущество: она знала, что делает, в то время как я — нет.

И все же я не мог позволить ей свободно разгуливать по всему континенту. Нужно будет предупредить Шарона и отправить патруль драконов прочесывать Звериные Поляны.

По мере того как появлялись все новые и новые нити, каждая новая мысль вплеталась в гобелен созвучных идей, я почувствовал едва заметный зуд — неприятное ощущение в ядре, оставшееся от раны, которую Сесилия нанесла мне моим собственным эфирным мечом. Я сосредоточился на нем, и, подобно насекомым, разбегающимся под светом, зуд, казалось, задрожал по каждой из отдельных нитей моих мыслей.

Я отменил Королевский Гамбит, избавляясь от странного ощущения. Лист, за полетом которого следили мои глаза, пролетел мимо моего носа, а затем продолжил свой путь к земле.

В голове все перемешалось и помутилось, мысли расфокусировались. Мне пришлось заставить себя стоять прямо, а пальцы впились в грудь, царапая уже утихший зуд в глубине ядра.

Прошло некоторое время, прежде чем я смог избавиться от влияния божественной руны и снова сосредоточиться на окружающей обстановке. Существо вернулось, прокралось еще дальше по ветвям и жадно смотрело на меня.

Глубоко вздохнув, я позволил своему разуму вернуться в то состояние, в котором находился после пробуждения из камня ключа. Мои ноги оторвались от земли, и я слегка покачнулся. Инстинктивно я потянулся за обретенным пониманием и пролетел несколько футов вверх, постепенно привыкая к этому ощущению. Затем, резко ускорившись, я пронесся мимо маленького мана-зверя, пролетел сквозь распростертые ветви и огненно-оранжевые листья зачарованного дерева и поднялся в воздух над пологом, позволяя ветру развеять последние паутинки божественной руны в моем сознании.

В отличие от полета с помощью маны, который был просто вопросом грубой силы и контроля, полученного при переходе к белому ядру, способность летать с помощью эфира была вызвана моим пониманием Королевского Гамбита… или, скорее, скорее, какая-то часть моего пути к его обретению продвинула мое врожденное понимание взаимодействия между физикой этого мира и атмосферным эфиром, чтобы бессознательно бросить вызов гравитации.

Эффект был тот же: проецируя себя через атмосферный эфир, я мог использовать его, чтобы подниматься в воздух и летать. Но атмосферного эфира было гораздо меньше, чем маны, и это было неестественно как по ощущениям, так и по визуализации, словно я обнаружил мышцу, которая у меня всегда была, но которой я никогда не пользовался. Когда я полетел, эфир одновременно и расступался, чтобы пропустить меня, и толкал вперед.

Я оглянулся на деревья. Снизу они выглядели как башни, но с такой высоты казались уменьшенными. Наблюдая за тем, как ветер шевелит полог леса, я почувствовал, как меня начинает тянуть вниз, поскольку какой-то едва уловимый эффект от Королевского Гамбита покинул мой организм. Мне нужно быть осторожнее, когда я использую эту новую силу, подумал я, отмечая, как я себя чувствую после нее.

Несмотря на тяжесть всего, что лежало на моих плечах, я не мог не улыбнуться, когда взлетел над деревьями и взял курс на юг, определив направление своего пункта назначения, прежде чем наклонился вперед и пронестись над верхушками крон, обдуваемый тяжелым и влажным ветром.

И вот, заставляя себя лететь все быстрее и быстрее, проецируя сильное эфирное намерение, чтобы отпугнуть любого из более могущественных мана-зверей, которые могли решиться напасть на меня, я отпустил завесу над своим разумом и потянулся к Реджису и Сильви.

‘Он возвращается’, — почти сразу же раздался в моей голове голос Реджиса.

‘Твои мысли туманны, Артур’, — ответила Сильви. ‘Что случилось?’

Я быстро объяснил все, что произошло с момента исцеления Чхоля.

‘Для человека, который, похоже, только что выиграл в лотерею «доведи дело до конца», я не чувствую здесь особого позитива’, — сказал Реджис со свойственным ему обаянием.

Возможно, я открыл в себе силу, позволяющую думать о нескольких вещах одновременно, но на самом деле мне нужна способность находиться в нескольких местах одновременно, подумал я. А если нет, то мне нужны ответы.

Реджис, который остался с Олудари и сейчас находился в летающем замке, охраняя камеру Вритры, просиял. ‘Значит ли это, что ты направляешься сюда? Я готов променять всех грудастых демониц в Алакрии, лишь бы выбраться отсюда. Мне кажется, что я могу умереть здесь от скуки’.

‘Всех?’ — вклинилась Сильви, мысленная проекция ее голоса звенела, как серебряный колокольчик.

‘Ну, разумеется, за исключением прекрасной леди Каэры’, — защищаясь, ответил он.

Я покачал головой. Я бы сказал, что ты лучше всех ладишь с эфирной сороконожкой, не так ли? Теперь меняем тему…

Сам процесс полета был захватывающим, а Реджис и Сильви помогли облегчить груз моих многослойных забот, благодаря чему время пролетело еще быстрее. И все же, когда столько мыслей занимало мой череп, а я был способен обрабатывать только одну вещь за раз без активного Королевского Гамбита, я почувствовал облегчение, когда в поле зрения появились высокие стены и остроконечные крыши летающего замка, вырисовывающиеся из тумана, словно гигантская хищная птица.

Искажающее поле, которое когда-то скрывало замок, было давно отключено, и два больших дракона — один сверкал, как сапфир, другой был тускло-зеленым, как поросший мхом камень, — кружили снаружи. Им потребовалось какое-то время, чтобы заметить меня, поскольку у меня не было маны, которую они могли бы почувствовать, когда я приближался, но когда зеленый дракон увидел меня, оба резко накренились и стремительно полетели в мою сторону.

«Стой, кто… ах, лессер с золотыми глазами», — сказала сапфировый дракон, взмахивая крыльями, чтобы оставаться на месте. «Нам сказали ожидать тебя. Следуй за мной».

Развернувшись, она полетела к самодельной двери — той самой, которой мы с Сильви так часто пользовались, чтобы войти и выйти из замка во время войны. Когда я приземлился позади нее, она трансформировалась, ее тело уменьшилось, и перед нами предстала статная женщина с перламутровыми волосами и доспехами того же цвета, что и ее чешуя в драконьей форме.

«Пойдем, я отведу тебя к Хранителю Шарону и пленнику», — жестко сказала она, ее темно-синие глаза, испещренные сверкающими белыми точками, настороженно изучали меня.

«Я знаю дорогу». Я прошел мимо нее и направился в соседний зал. «Были ли какие-нибудь неприятности?»

Она поспешила, чтобы идти чуть позади и рядом со мной. «Некоторые разведчики наткнулись на лесной пожар, вероятно, следствие напряженной магической битвы. Но мы не нашли источника».

Поблагодарив ее кивком, я машинально осмотрел замок, ощущая мощные сигнатуры маны, излучающие силу. Шарон и Виндсом были в глубине недр, где, как я знал, находилась тюрьма: та самая, в которой когда-то содержались Слуга Уто и Радеас, дворф-предатель, который помог Нико проникнуть в Дикатен под личиной Элайджи.

Я не часто вспоминал об Элайдже и не позволял себе делать это сейчас. Слишком странно, слишком больно, было осознавать, что мой самый близкий друг в этом мире никогда не существовал, а был плодом извращенного разума Агроны.

В общей сложности, кроме Шарона и Виндсома, я почувствовал еще пять драконов, а также знакомую сигнатуру асуры из расы титанов. Я не знал, что там делает Врен Каин, поскольку он должен быть в Вилдориале, заканчивать проект, над которым они с Гидеоном работали, но скоро я это узнаю.

Когда я спускался по замку, мы с моим сопровождающим вошли в широкий коридор, который заставил меня замереть. Воспоминания о моем последнем пребывании в замке всплыли с неожиданной силой, и я вспомнил тела, разбросанные по полу, наполовину застрявшие в обломках, которые их раздавили.

Раньше мне это не приходило в голову, но с тех пор я впервые вернулся в летающий замок. Со времен Каделла.

«Его восстановили», — сказал я вслух, обращаясь к самому себе.

«Да», — жестко ответила она. «Этот летающий замок был в плохом состоянии, потребовалось провести значительную работу, чтобы сделать его пригодным для драконов клана Индрат».

Я провел рукой по восстановленной стене, и меня охватило негодование при мысли о том, что следы Бунда* и всех остальных, кто сражался и погиб здесь, исчезли.

*Прим. ред. unger: Бунд (старейшина Бундемог) — дворф с контролем стихии земли, выступавший в качестве одного из спарринг-партнеров Артура во время тренировок в замке.

Достигнув уровня тюрьмы, мой сопровождающий дракон пропустила меня в запертое подземелье, но не последовала за мной внутрь. В комнате охраны на другой стороне меня ждали Шарон, Виндсом и Врен Каин. Реджис, как я понял, находился дальше, присматривая за нашим пленником.

Шарон смотрел на меня с явным интересом. «Ах. Артур. Виндсом ввел нас в курс дела относительно твоего путешествия в Эфеот».

«Очень жаль молодого дракона», — сказал Врен, в его тоне не было ни капли печали. «Разумеется, ее клан получит за ее смерть больше, чем все вместе взятые семьи всех уничтоженных в битве лессеров, так что, полагаю, это не помешает».

Я проследил за взглядом Врена, ища смысл в темных глазах, наполовину скрытых под его жирной, свисающей гривой.

Должно быть, мое выражение лица выдало мои мысли, потому что Врен резко рассмеялся. «Шарон пригласил меня поговорить с василиском».

«Я не знал, что вы знакомы», — ответил я, глядя на дракона со шрамом.

«О да, мы с Шароном давно знакомы», — с притворной любезностью ответил Врен. «Он неплох… для Индрата».

Виндсом уставился на Врена, но Шарон лишь усмехнулся.

«В любом случае, я помогал драконам разобраться с Олудари, но с тех пор как ты ушел, он стал нарочито туповат». Врен скрестил руки, отчего его сгорбленная поза только усилилась. «Для предполагаемого гения он выглядит просто сумасшедшим идиотом».

Я обдумал это. Тот факт, что я ставил слово безумного василиска, у которого были все основания лгать и манипулировать мной, против повелителя всех асур — моего союзника, — не оставлял меня равнодушным. Но тогда я уже знал, что тоже не могу принимать ничего из сказанного Кэзессом за чистую монету. Каждый разговор с ним был похож на игру Распри Владык, за исключением того, что я не обязательно знал, какова цель игры. С Олудари все было гораздо яснее.

«Это прискорбно, но, тем не менее, я пришел поговорить с Олудари». Я встретился взглядом с потусторонними глазами Виндсома. «После этого, согласно моему соглашению с Кэзессом, ты волен доставить его обратно в Эфеот».

Виндсом безэмоционально ответил: «А я-то боялся, что ты будешь неделями, а то и месяцами ходить вокруг да около, как вы, лессеры, так любите делать. Я рад, что хоть раз ты поступил разумно, Артур».

Когда я не ответил ничего, кроме холодного взгляда, Шарон прочистил горло и жестом велел мне следовать за ним. Он провел нашу группу в саму тюрьму, которая была пуста, за исключением особой камеры, переделанной специально для василиска. Олудари был прикован к стене с вытянутыми в стороны руками, а на запястьях и лодыжках, а также на горле его сковывали наручники из тусклого металла, покрытые рунами. Когда он двигался, его штопорообразные рога ударялись о камень за его спиной.





Глава 462 — План из многих частей




Глава 462 — План из многих частей АРТУР ЛЕЙВИН

Напряженные шаги Ваджракора несли его слева направо и обратно перед дворфским троном. Шум каждого шага заглушался толстым красным ковром, который стелился по всей длине тронного зала — прохладной, пещерной комнаты, поддерживаемой всевозможными высокими каменными арками. Ваджракор уставился себе под ноги, но через каждые пару шагов бросал взгляд то на меня, то на других людей в зале. Слева от трона стоял одинокий асуранский страж и смотрел прямо перед собой.

Как раз в тот момент, когда молчание стало раздражающим, он сказал:

— Так почему бы не зарыться в самую глубокую яму, какую только сможешь найти, где никто не сможет тебя выкопать?

— Я думал об этом, — признался я. — Распространить историю о том, что я отправляюсь в длительное путешествие по реликтовым гробницам или что-то в этом роде, чтобы мое отсутствие не вызвало паники, а потом, как ты сказал, спрятаться там, где меня вряд ли найдут. Но Наследие в Дикатене, или, по крайней мере, было там, а это значит, что Агрона что-то готовит. Он идет на обострение.

Кертис Глайдер, стоявший рядом с Ваджракором и его сестрой, нахмурился и спросил:

— Прости меня, Артур, но почему ее присутствие так важно?

— Потому что за занавесом происходит что-то важное, но мы не знаем что, — ответил я, сохраняя ровный голос. — Но что еще важнее, Наследие обладает таким чувством и контролем над магией, которое я даже не могу объяснить. И она продемонстрировала некоторое понимание того, как мана и эфир взаимодействуют друг с другом, а значит, я не могу быть уверен, что смогу спрятаться где-нибудь. Без вероятности того, чтобы она не выследила меня.

— Но она не может последовать за тобой в реликтовые гробницы, — сказала Каэра, впервые за все время встречи произнеся несколько слов. — Почему бы не укрыться в них — ты ведь можешь найти безопасное место с помощью Компаса, я уверена, — и не переждать там?

Я покачал головой.

— Я уже проверил эту теорию. Я не могу нарушить меры безопасности ключевого камня в реликтовых гробницах. Там что-то по другому.

В разговоре наступило напряженное затишье, и я оглядел всех присутствующих, встречаясь взглядом с каждым из них по очереди.

Байрон Уайкс стоял прямо и высоко рядом с Вирионом, который, в свою очередь, казался каким-то худым и уменьшенным, хотя взгляд его оставался непоколебимым, а осанка — выверенной.

Рядом с ними нетерпеливо застыли Гидеон и Врен Каин. Сбоку от них стояла женщина с прямой осанкой, заложив руки за спину, ее торс был обнажен, если не считать полоски темной ткани на груди. Она была покрыта шрамами.

Каэра стояла чуть позади них, как будто использовала их для защиты от Ваджракора. Ее красные глаза поймали мой взгляд, и она слегка качнула головой, ее лазурные волосы сдвинулись вокруг видимых рогов, обвивающих ее голову. Реджис был рядом с Каэрой, устроившись между ней и драконами, на которых он невозмутимо поглядывал.

Мика и Варай тоже присутствовали. Мика была встревожена и постоянно переминалась с ноги на ногу. Ее оставшийся глаз бесконечно перескакивал с одного человека на другого, в то время как черный камень другого, казалось, был постоянно прикован ко мне. Рядом с ней Варай была неподвижна, как глыба льда, ее короткие белые волосы лежали неподвижно.

Напротив Вириона, рядом с Ваджракором, стояли Глайдеры с идеальной королевской осанкой. Несмотря на очевидные усилия, они оба продолжали бросать коварные взгляды на солдата со шрамом, стоящего рядом с Гидеоном.

Рядом с ними, ближе ко мне, чуть в стороне от толпы стояла Хелен Шард с Жасмин — две искательницы приключений, слегка выделявшиеся среди королевских особ и асур. Из всех присутствующих именно эти две старые подруги, которых я знал дольше, чем даже Тессию и Вириона, принесли мне успокоение, что, возможно, только усложнило то, о чем я должен был их спросить.

И наконец, рядом со мной, словно тень, стояла Элли. Она нервно ерзала, ее взгляд был устремлен куда угодно, только не на других людей в комнате. К ее спине был пристегнут ненатянутый лук, оружия Алдира, Сильверлайт. Она еще не научилась им пользоваться, но я полагал, что его присутствие приносит ей успокоение.

Вирион издал низкий задумчивый хмык.

— Так почему же именно эти места? Почему их так много?

Я мягко улыбнулся, покачав головой.

— Я знаю, что моя просьба усложняется тем, что я не могу дать подробное объяснение. Но эта операция требует определенной секретности. Я действительно не могу рассказать вам больше.

— До сих пор ты говорил так, будто знаешь, что на нас нападут, — сказала Хелен, — но ты даже не сказал нам, в чем дело. Почему ты так уверен, что враг нанесет удар именно сейчас?

— Я не уверен, — просто ответил я. — Все это может оказаться ненужным, но подготовка никогда не бывает напрасной, особенно на войне. Агрона доказал, что он более чем искусен в проникновении и перевербовке даже самого высокого уровня нашего руководства. Его шпионы десятилетиями проникали в Дикатен, и он опережал нас почти на каждом шагу. Было бы глупо надеяться, что он не обнаружит и не попытается воспользоваться моим отсутствием, чтобы либо напрямую преследовать меня, либо начать какую-то атаку на Дикатен. Мы должны быть готовы.

Брови Кейтлин слегка приподнялись, и ее взгляд метнулся к моему.

— Эти места — они станут мишенями. Это то, что ты задумал.

Элли переместилась рядом со мной, и я положил руку ей на плечо, бросив на нее предостерегающий взгляд.

— Эти места сами по себе, благодаря нашим действиям, скорее всего, станут целью Агроны, да. Это позволит нам укрепиться и подготовиться так, как мы не сможем иначе, и защитит менее защищенные области путем отражения.

— Таким образом, следуя твоей просьбе, мы подвергаем наших людей в большую опасность, чем они могли бы быть в противном случае, — тихо, но резко ответила Кейтлин.

— Если только Этистин не станет мишенью, — ответила Жасмин, одним взглядом отстраняя младшую девушку.

Кертис бросил на Жасмин взгляд, но быстро отступил, когда она встретила его, ее светло-красные глаза вспыхнули, как огоньки.

— Не понимаю, чем эльфы могут быть здесь полезны, — устало произнес Вирион. — Мы больше не являемся военной силой в этом мире, Артур, как ты прекрасно знаешь.

— Мне нужны не эльфы, — мягко объяснил я. — Мне нужен ты, Вирион. Ты был командующим войсками Тройственного Союза во время войны. Никто другой здесь не сравнится с тобой по стратегическому и военному уму. По крайней мере, никто, кому я могу доверять.

Ваджракор нахмурился, но перебивать не стал. Вирион тоже нахмурился, но выражение его лица выражало нечто совсем иное, чем у дракона.

Были высказаны и другие опасения, и я постарался смягчить их, не преуменьшая опасности. Важно было, чтобы каждый из присутствующих лидеров понимал, что от него требуется и что он, в свою очередь, потребует от своих бойцов и женщин. Такие решения требовались правителям, но тот факт, что я не мог быть с ними до конца честным, тяжким грузом лежал на моей совести. Если людям предстояло умереть, пока я гонялся за Судьбой, они должны были быть готовы к этому, даже если не могли знать правду о причинах.

Врен хмыкнул в тишине, наступившей после их шквала вопросов.

— И требуют ли эти укрепления таких же сроков, как и мой… наш, — поправил он, устремив взгляд на Гидеона, — проект?

Подняв подбородок, я окинул взглядом множество пар глаз, обращенных в мою сторону.

— Две недели. Это все время, которое мы можем позволить себе на подготовку. Мне бы хотелось сделать это раньше, но я понимаю, что то, о чем я прошу, не может быть выполнено за одну ночь.

— Две недели! — сказал Ваджракор с громким, лишенным юмора смехом. — Даже двух месяцев будет недостаточно.

Брови Врена приподнялись над его неухоженной шевелюрой, и он бросил на меня взгляд, который ясно говорил: «Я же говорил».

— Мое задание не может ждать дольше. Если бы это было возможно — и если бы риск для Дикатена не был так велик, — я бы уже начал.

Почувствовав подходящий момент для отвлечения внимания, я бросил взгляд на Врена и едва заметно кивнул.

— Вам всем нужно время, чтобы все обдумать. Я понимаю. Я бы хотел поговорить с каждым из вас по отдельности, чтобы лучше ответить на ваши вопросы и спланировать соответствующую защиту. Но пока вы вместе, я хотел бы дать возможность высказаться и мастеру Гидеону.

Старый изобретатель прочистил горло и почесал голову, когда все взгляды обратились к нему.

— Как некоторые из вас, вероятно, знают, в настоящее время мы работаем над военным проектом, призванным уравнять шансы против превосходящего числа магов Агроны, — пояснил Гидеон. Он рассказал об оружии, начиненном огненной солью, над созданием которого в больших количествах уже работают Гильдии кузнецов и землепроходцев. Затем он жестом указал на женщину, сидящую рядом с ним.

— Клэр, не хочешь ли ты рассказать о другом проекте?

Двигаясь строгим военным маршем, ее длинные алые волосы подпрыгивали при каждом решительном шаге, она вышла на середину зала. На ней была только полоска темной ткани и пара облегающих кожаных бриджей, но большой зазубренный шрам через всю грудину был хорошо виден. Хотя этот шрам был старым и затянулся, вокруг него расходились более свежие шрамы, самые новые из которых все еще были красными и раздраженными, но зажили совсем недавно.

— Офицер Клэр Блейдхарт, действующий оператор подразделения 001, — с военной точностью произнесла она и поклонилась сначала Ваджракору, потом всем остальным.

Кейтлин сдержанно, но гордо улыбнулась, а Кертис опустил глаза к шрамам на торсе Клэр, а затем снова поднял к ее лицу.

Она сразу же приступила к, казалось бы, отрепетированному объяснению своей роли в секретном проекте, рассказывая присутствующим все подробности о новом оружии и о том, на что оно способно.

— Учитывая предоставленные сроки, я полагаю, что у нас будет не менее двенадцати кандидатов, которые смогут обучать новых курсантов, как только будет изготовлена следующая партия единиц.

— И сколько из этих… подразделений будут готовы к работе в ближайшие две недели? — скептически спросил Байрон.

— Возможно, сотня или около того — если у нас будут люди, которые смогут их использовать.

Мика фыркнула.

— Разве сотня может что-то изменить? И не против Кос, а против этих Рейфов, или, черт возьми, даже против асур.

Клэр перекинулась парой фраз с остальными, предлагая дополнительные подробности о возможностях проекта.

Слушая, как она объясняет то, что я уже знал, я чувствовал, как мои внутренности слегка подрагивают от дискомфорта. В изобретении Врена и Гидеона была какая-то нездоровая изюминка, но я понимал его необходимость. Возможно, со временем его реализация станет более приемлемой. По крайней мере, это было изобретение, полностью принадлежащее этому миру, созданное только Вреном и Гидеоном, сплав изобретательности людей и асур.

Больше, чем на самом объяснении, я сосредоточился на Клэр. Я только недавно узнал о ее участии в качестве оператора, но в ее присутствии было что-то правильное. Моя бывшая однокурсница, глава Дисциплинарного Комитета в Академии Ксайруса. Прошло около шести лет с тех пор, как ее ядро было уничтожено во время нападения Дранева на академию, и когда я видел ее в последний раз, она была призраком себя прежней.

Теперь она стояла прямо и гордо, ее объяснение было твердым и излучало амбиции.

Это вселило в меня надежду.

После долгого обсуждения проекта Клэр ушла, а Гидеон и Врен отправились с ней, чтобы вернуться к своей работе, которая теперь шла по жесткому графику. Это показалось остальным сигналом к тому, чтобы освободиться, но я пообещал навестить каждого из них как можно скорее и предложить любую помощь, чтобы воплотить свой план в жизнь. Каэра заколебалась, но я едва заметным жестом отослал ее, а Реджис вернулся ко мне.

Элли, уходившая последней, быстро обняла меня за плечи.

— Мне подождать?

— Нет, ты свободен, солдат, — поддразнил я. — Я скоро найду тебя снова, и мы сможем потренироваться.

Кивнув, она поспешила уйти, оставив в тронном зале только Ваджракора и его охранника. Хранитель опустился на трон и с любопытством наблюдал за мной.

— Я не намерен привлекать к Вильдоралу еще больше внимания, но боюсь, что он все равно станет мишенью, — сказал я, переместившись к трону, что означало, что мне придется смотреть снизу вверх на Ваджракора. — Ты должен быть готов. Я не могу сказать, что Агрона может бросить в тебя.

Он насмешливо хмыкнул.

— Ты имеешь в виду, если он вообще нападет. Похоже, ты страдаешь каким-то мифическим мышлением в отношении Агроны, как будто он обладает магической проницательностью во всем, что происходит. Мне кажется, что даже говорить об этом группе было ошибкой.

Ваджракор наклонился вперед, положив локти на колени.

— Мы даже не видели никаких признаков Наследия, как ты, похоже, опасаешься.

— Это не меняет реальности нашей ситуации, а именно того, что я отказываюсь сбрасывать со счетов способность Агроны видеть и использовать наши слабости. А теперь давай обсудим, что может сделать Вильдориал, чтобы подготовиться к новому потенциальному нападению.

***

После разочаровывающего разговора с Ваджракором я ушел с Реджисом по пятам, уже обращаясь мыслями к следующему разговору, который мне нужно было провести, но, войдя во внешнюю комнату дворцового входа и обнаружив там ожидающую меня Сильви, я почувствовала, как тяжесть свалилась с моих плеч.

Несмотря на то что Сильви стала старше в процессе своей «смерти» и «возрождения», она все еще выглядела молодо, выделяясь на фоне немногих лордов кланов и высокопоставленных членов гильдий, слонявшихся по дворцу. Когда-то она выделялась на фоне бледных светлых волос своими темными рогами, но теперь она была не единственным драконом в комнате: еще один из стражей Ваджракора застыл у входа, нависая над всеми, кто входил и выходил.

— Как обстоят дела с выжившими?

— Достаточно хорошо, — ответила она, и в ее словах промелькнула грусть. — Эти люди — те немногие, кто выжил, — не смогут быстро оправиться от пережитой травмы.

— От одной трагедии к другой… — мрачно добавил Реджис.

Я прочистил горло и, указав ей следовать за мной, покинул дворец и направился вверх по туннелям и лестницам, ведущим к убежищу Вириона. Пока мы шли, Сильви рассказывала мне обо всем, что происходит в Ксайрусе.

Войти в пещеру, где хранилось последнее оставшееся дерево из Эленуара, было все равно что пройти через портал в другой мир. Здесь было так светло и зелено, что можно было забыть, что находишься под землей.

С тех пор как мы были здесь в последний раз, пещера несколько изменилась. Большой участок земли был распахан, и теперь на нем росли разнообразные растения, в основном саженцы маленьких деревьев. Вирион стоял в земле на коленях и осторожно выкорчевывал один из саженцев совочком. Позади него стоял Байрон в садовых перчатках и держал стеклянную банку, наполовину наполненную землей.

— Рано ты, — проворчал Вирион, опуская саженец в банку, которую Байрон аккуратно поставил в тележку, полную таких же растений в банках. — Я полагал, что Ваджракор задержит тебя на весь день.

— Что же это такое? — спросил я, ведя Сильви и Реджиса в сад. Взглянув на Байрона, я добавил: — Тебе идет такой вид.

Он посмотрел на меня со своим обычным хладнокровием.

— Неважно, ношу ли я стальные перчатки или кожаные садовые, я делаю это на благо Дикатена.

Вирион громко и нецензурно фыркнул.

— Я экспериментировал с почвой из Эфеота и саженцами этого великого дерева. Мы уже даже пересадили несколько штук в разные труднодоступные районы Эленуарских Пустошей. Я надеюсь экстраполировать уникальные свойства почвы и ее влияние на семена, но Тессия всегда была экспертом в мане, связанной с растениями.

Наступила тишина, когда старый эльф уставился в кувшин.

— Тессия…— Вирион поднял взгляд, ища в моем взгляде хоть какое-то подобие надежды. — Как она вписывается во все это?

Я ожидал этого от него и потратил немало времени на обдумывание того, как поступить с Наследием.

— Если Агрона нападет, мы должны ожидать, что Наследие будет в первых рядах. Не хочу сказать, что это слишком тонко, — я встретил жесткий взгляд Байрона, — но никто, кроме меня, не может надеяться даже задержать ее, не говоря уже о том, чтобы дать отпор. Даже я не уверен, что смогу победить ее в бою. Вот почему мы вообще не собираемся с ней сражаться.

Я поднял руку, предотвращая шквал вопросов, которые, я был уверен, последуют.

— Я не могу рассказать вам подробности, но у меня уже есть план, как вывести ее из боя, по крайней мере на время, не причиняя вреда Тессии, — поспешно добавил я, когда на лице Вириона появилась хмурая гримаса. — Что касается тебя, то я прошу прощения за то, что поставил тебя в тупик раньше, на собрании. Ты прав. Тебе следует забрать своих людей и спрятаться где-нибудь подальше от вероятных целей. Возможно, в пограничных землях у подножия Великих Гор или на северо-востоке Сапина, где нет ничего, что могло бы привлечь внимание Агроны.

Вирион встал, казалось, стряхивая с себя часть усталости и утомления. Он окинул меня проницательным взглядом.

— Нет, ты был прав. Ваджракору и драконам нельзя доверять, чтобы они думали об интересах человеческих и дворфских солдат. Я не могу оставить защиту этого континента тем же существам, которые уничтожили мою родину, Артур.

Я обдумал свои слова, прежде чем сказать:





Том 11. Глава 463 — Клетка из света




Том 11. Глава 463 — Клетка из света СЕСИЛИЯ

Мое нетерпение жалило меня, как крапива по коже, но наблюдение за всплеском усилий инстиллеров и их защитников —Рейфов — было бальзамом на мои нервы. Последние две недели проходили медленно и с нарастающим разочарованием, но наконец-то время пришло. В Звериных Полянах все было на своих местах. Хотя все осложнялось усиленным патрулированием драконов и захватом летающего замка, парящего на востоке, мы были готовы.

Под пеленой тумана, который скрывал наши сигнатуры, поглощал шум нашего движения и закрывал нас от взглядов сверху, мои люди выдвинулись на место.

Их было не менее пятидесяти инстиллеров, самых доверенных и знающих слуг Агроны, и все они несли множество устройств для хранения информации о размерах. Я летела над ними, а они маршировали неровными рядами, как множество муравьев внизу. Десять полных боевых групп Рейфов летали вокруг нас, держась под прикрытием дрейфующего облака густого тумана, чтобы их сигнатуры не были замечены драконьими стражами.

Я не видела и не чувствовала никаких драконов — во всяком случае, поблизости их не было. Патруль стражников обходил лагеря, построенные побежденными алакрийскими солдатами на севере, и несколько человек сгрудились в летающем замке далеко на востоке.

Прямо над нами, в небе, в сотне футов или около того над деревьями, казалось, кипела совсем другая мана. Никаких визуальных искажений не было, по крайней мере, из нашего туманного облака и под пологом тонких, полумертвых деревьев.

Это было завораживающе, правда. Хотя мы называли его «Разломом», он больше походил на устье водоема, и через него — внутри водоема — проходил весь Эфеот. Магия, необходимая для того, чтобы так искривить пространство, заставив часть нашего мира выпятиться в какое-то другое царство, была для меня непостижима. Но теперь я понимала механизм, с помощью которого она оставалась скрытой.

Наличие Разлома, а точнее, сильное давление маны, втекающей в него и вытекающей обратно, вызывало искажения, которые расходились на сотни миль во все стороны. Когда мана, втекающая внутрь Эфеота, уравновешивалась маной, которую асуры выбрасывали обратно, это равновесие маскировало истинное местоположение Разлома среди всех тех нарушений, которые происходили в других местах. Драконам потребовалось совсем немного усилий, чтобы согнать свет так, чтобы не было никакого физического проявления этого.

Однако, обнаружив его, я уже не могла не видеть. Ни Нико, ни Рейфы, которые уже были здесь, не могли его почувствовать, как бы я ни уточняла и как бы они ни таращились, но когда я заглянула под поверхность того, что было показано, то увидела под ней циклон маны, одновременно втягиваемый и изгоняемый.

Я указала, где именно находится Разлом, и инстиллеры принялись за работу. Рассредоточившись, они начали быстро извлекать оборудование из своих артефактов измерения, собирая большие устройства в круг вокруг того места, где высоко вверху висел Разлом. Туман распространялся, полз по твердой земле и между кривыми и умирающими деревьями, которые преобладали на этом участке Звериных Полян, гарантируя, что они останутся скрытыми и необнаружимыми.

Наблюдая за работой инстиляторов, я думала о Нико и надеялась, что он в безопасности. Защитники Дикатена деловито пробирались в крепости по всему континенту. Как и предполагал Агрона, Грей, похоже, исчез, уйдя в подполье, но информация от наших шпионов была противоречивой. Даже его собственные люди были уверены, что Грей находится в нескольких местах одновременно.

Мои губы скривились в усмешке. Как будто Агрону можно было одурачить такой слабой попыткой отвлечь внимание.

Ближайшим местом была Стена. Пока я ждала, параллельно расширила свои чувства. Для того чтобы зайти так далеко, требовалось время. Отклик был слабым — тусклое скопление далеких сигнатур. Я чувствовала Нико и Драгота, а также яркую искру маны, которая, должно быть, была Копьем. Это было едва уловимо, но под потоком всего остального в мане ощущалось небольшое искажение, словно противостоящая сила давила на нее.

«Грей и его спутник-дракон?» — задалась я вопросом, пытаясь разобрать то, что чувствовала. Я пробовала ману дракона, и в ней был намек на нее, но было ощущение, что они как-то заслоняют друг друга. Конечно, это не будет так просто…

Мои глаза распахнулись, и мысли вернулись к моей собственной задаче. Кольцо артефактов было наполовину на месте. Пришло время.

Сначала я нащупала края заклинания, искажающего свет, чтобы обернуть его вокруг Разлома. Хотя заклинание было мощным, оно в значительной степени полагалось на прилив магической энергии, чтобы замаскировать само свое присутствие. Как только заклинание оказалось у меня в руках, я потянула его в сторону, как занавеску на окне. Неожиданно заклинание сопротивлялось, как будто кто-то стоял по ту сторону и держал его закрытым.

Я потянула сильнее, и заклинание разорвалось, разлетевшись на части в видимом потоке чистой маны. Белый свет рассыпался во все стороны и обрушился на моих людей, а тошнотворное кручение маны, казалось, всколыхнуло воздух внутри моих легких.

По мере падения белые искры разгорались все ярче, все жарче, и я осознала опасность почти слишком поздно.

— Щиты! — крикнула я, взмахивая руками, чтобы создать защитный барьер над Рейфами и инстиллерами. Везде, где оседали белые искры, они сгорали, ударяясь о щит, — белая мана трещала и вспыхивала против щитов.

После секундного удивления Рейфы начали колдовать свои собственные барьеры, укрепляя их против интенсивной силы падающих искр.

Теперь Разлом был полностью виден, он представлял собой прореху в небе, воздух, казалось, складывался вокруг него по краям, как плоть, вскрытая острым лезвием. Небо за Разломом было немного другого оттенка синего, достаточно чужого, чтобы по моим рукам и шее побежали мурашки. Внутри этой ряби в пространстве парили три искаженные фигуры.

Рейфы бросились в бой: четыре боевые группы остались на уровне земли и сосредоточились исключительно на защите наших инстиллеров, без которых все будет провалено, а остальные шесть сорвались с места и полетели прочь, маневрируя далеко за пределами искр и взмывая ввысь, огибая Разлом.

Я взмыла вверх вслед за ними, перемещая за собой барьер маны и искривляя его, чтобы окутать остатки странного заклинания горящих искр, и противоборствующие силы затрещали друг о друга, как две тектонические плиты. Когда искры потухли, щит разрушился, и я поглотила оставшуюся ману. Она приобрела драконий оттенок.

Три фигуры вылетели из Разлома, и атмосфера — сама ткань реальности — казалось, задрожала от их присутствия. Внутри меня Тессия зашипела в ответ. Она была напугана.

Они говорили как один, три голоса, перекликающиеся друг с другом: Это святое место находится под защитой лорда Кезесса Индрата. Напасть на него — как-либо повлиять на него — это святотатство высшего порядка. Наказание за ваше присутствие здесь — немедленная смерть, реинкарнант.

Я ухмыльнулась, глядя на них, наслаждаясь театральностью всего этого. Они даже были одеты так, словно находились не на поле боя, а в каком-то спектакле, их церемониальные белые мантии сверкали золотой вышивкой того же цвета, что и их золотые волосы.

— Храбрость твоих слов лишь немного портит тот факт, что ты трусил за заклинанием, скрывающим тебя от меня. Ты знаешь, кто я, но, возможно, не знаешь, что я могу сделать. Если бы ты знал, то развернулся бы и полетел туда, откуда пришел.

Мана завибрировала так же, как вокруг Артура и его оружия, и три дракона совершили скачок, появившись за пределами кольца Рейфов. Их аметистовые глаза зажглись изнутри, и между ними полыхнули яростные фиолетовые лучи света, образовав вокруг нас треугольник, в центре которого находился Разлом.

Паника поднялась из глубины меня, внезапная, острая и такая уверенная.

— В атаку! — закричала я.

Небо превратилось в десятки заклинаний, когда шесть боевых групп Рейфов обрушили всю свою наступательную мощь на три цели.

Из лучей света, которые могли быть только эфиром, образовалась клетка, которая пролилась на землю и сомкнулась над нашими головами. Заклинания Рейфов разбивались о внутреннюю поверхность клетки, посылая по ней мягкие волны. От шипения кислоты, грохота грома и звона кровавого железа, разбивающегося об эфир, у меня зазвенело в ушах, а запах ядовитой воды и выжженного озона обжег ноздри.

По ту сторону барьера три дракона, казалось, находились в трансе. Они не моргали и не вздрагивали, когда столько мощных заклинаний врезалось в созданный ими барьер. Они не скандировали и не жестикулировали с арканным смыслом. Если не считать ветерка, обдувающего их сверкающие золотые волосы и белые мантии, и едва заметной пульсации внутри яркости их светящихся фиолетовых глаз, они были неподвижны.

Мое сердце забилось в груди, когда что-то когтями вцепилось в меня изнутри. Внутри клетки было ощущение неправильности, ощущение неизбежной гибели. Рейфы боролись с ним, но инстиллеры на земле прекратили свою работу, парализованные гнетущей силой эфирного заклинания.

Внутри клетки с нами что-то росло — пустое небытие, словно голод, который невозможно утолить.

Отчаянно протягивая руки с когтями из маны и чистой силы, я рвала и метала внутрь эфирных стен, желая, чтобы мана рассеяла эфир. Эфир с силой рвался, но не ломался.

Рейфы продолжали обстреливать стены, и я чувствовала, как в них просачивается мое собственное отчаяние: сначала неуверенно, а потом в панике, но я изо всех сил старалась обуздать себя.

Отказавшись от атак, я ухватилась за ману по ту сторону барьера, но не смогла дотянуться до нее.

И все равно три дракона были холодны и безэмоциональны. Ни блеска победы не было в их глазах, ни гримасы напряжения не обнажали их зубы. Они были похожи на три разочарованные статуи, излучающие свои эфирные чары. Однако даже когда я думала об этом, все три группы глаз слегка сместились, потемнели и сфокусировались на Разломе. Мой собственный взгляд медленно потянулся за ними.

Из Разлома, который находился вместе с нами в клетке, начал исходить черно-фиолетовый свет. То, что отзывалось, что я чувствовала с момента появления клетки, проникало сквозь нее, приближаясь к нам. Я почувствовала, как голод грызет меня, горький холод сжимает мои кости зубами от страха.

Я уставилась в пустоту, пробившуюся сквозь стены между мирами, чтобы поглотить нас целиком. Она лилась из Разлома, как темное облако, как кровь из пореза, как гнилостное дыхание из гниющего рта.

Протянув руку, я собрала столько маны, сколько смогла, и сгустила ее вокруг Разлома, превратив в бурю льда, ветра и тени. Пустота поглотила его, втянув ману в себя, где она и погасла. И вдруг я поняла. Пустота распространялась по всей клетке, пожирая всех, кто в ней находился. Это была ловушка с самого начала.

Мой страх уступил место гневу и разочарованию. Я обрушила на пустоту стену маны, пытаясь разрушить ее или вытолкнуть обратно в Разлом, но пустота лишь поглощала мою ману, а мои усилия, казалось, лишь ускоряли ее рост.

Мне нужно было подчинить ее, задержать — что угодно, лишь бы дать себе время подумать. Но как остановить пустоту?

Я быстро колебалась между желанием продолжать атаковать клетку, пытаясь вырваться на свободу, и сосредоточиться на растущей черно-фиолетовой тьме.

— Ты, ты и ты, бомбардируй барьер! Сосредоточься на одной точке — сделайте вмятину, трещину, что угодно! — приказала я, жестом указывая на три боевые группы. — Все остальные, держите свои позиции! — закончила я, затаив дыхание наблюдая, как облако фиолетово-черного ничто проливается сверху вниз.

Все прекрасные голубые, зеленые, желтые и красные цвета атмосферной маны растворялись в бесцветном ничто по мере того, как облако ползло по небу. Скоро внутри эфирной клетки с нами вообще не останется маны, и тогда…

Зная, что мне понадобится эта мана, я потянула ее прочь из пустоты, опустошая воздух вокруг нее от маны и соединяя ее с пустотой моего собственного изготовления.

Его продвижение казалось замедленным, он сочился влево и вправо, растекаясь наружу, как лужа, и я поразилась. Это напоминало мне дикого зверя, вынюхивающего добычу.

— Врастор, возьми свою боевую группу и обойди вокруг. Встань над эманацией, над Разломом, — приказала я.





Глава 464 — Приказ




От лица Сэта Милвью.

День был пасмурный, отличный момент для поединка. Темно-красные тучи низко нависли над головой, словно в них текла кровь, которая вот-вот прольется на нас. Но моя ли это кровь или моих врагов? Я задумался, сжимая рукоять своего клинка.

«Сэ-эт! Сэ-эт! Сэ-эээт!» — скандировала толпа, и мое имя разделилось на два слога, когда они проревели его достаточно громко, чтобы земля задрожала у меня под ногами.

Я посмотрел на своего противника через поле боя. Ее тонкие и растрепанные волосы свисали на ее бледную, как у утопленника, пухлую плоть с зеленоватым оттенком. Она выглядела так, словно вместо одежды завернулась в старую простыню или, может быть, занавеску. От нее исходили тошнотворные волны ядовитой маны, но я не обращал внимания.

Мне не было страшно. Ни капельки. Я не мог отделаться от ощущения, что должен был бы испугаться, но с моим мечом в руке и моим именем, звучащим в воздухе подобно грому, невозможно было чего-либо бояться.

Одарив Биврэ из Мертвой Тройки бесстрашной ухмылкой, я зашагал вперед. Вот только… ноги мои не двигались. Я словно прирос к земле, и прирос намертво. Я схватился за рукоять меча, который был в ножнах, но лезвие не выходило. Я тянул и дергал, но все было тщетно. Затем, внезапно и с неоспоримой уверенностью, я понял, что умру.

Мое тело замерло, когда кошмарная женщина понеслась по полу стадиона в мою сторону. Я попытался закричать, но звук захлебнулся в горле. Мана накапливалась в атмосфере, нарастая и нарастая, пока…

Я рывком встал, быстро моргая от пота, заливавшего глаза. Я огляделся вокруг, пытаясь понять смысл увиденного.

Тускло освещенный интерьер простого однокомнатного жилища выходил на улицу, затененную сумерками.

Я спрыгнул с грубой койки, схватил свои тапочки и, надев их, поспешил к двери.

«Сэт, дурак, ты проспал!»

С момента появления Владыки и нападения прошли долгие две недели, может быть, чуть больше, я был полностью уверен. Я всего лишь хотел прилечь и закрыть глаза на минутку, но…

Если посмотреть на запад, то солнце уже скрылось за далекими горами. Я проспал весь день!

Когда я огляделся по сторонам в поисках Лиры Драйде, на моем лице появилось хмурое выражение. Что-то было не так. Все остановились и смотрели на юг. Мой собственный взор обратился в том же направлении, и я вдруг почувствовал это: мана, так много маны, что я не мог поверить. Она опускалась и набухала, билась взад-вперед, отбрасывая далекое розовое сияние на фоне сумеречного неба.

«Рога Вритры, но это не может быть битвой», — сказала незнакомая мне девушка в нескольких футах справа от меня. Почувствовав мой взгляд, она встретилась со мной глазами. Краска исчезла с ее лица.

«Какая битва может вызвать такое…»

Ее слова оборвались, так как она даже не смогла придумать подходящего описания для этого ощущения.

Затем мы все, как один, пригнулись или вздрогнули, и крики эхом разнеслись по лагерю, когда на нас упала тень, тусклая в слабом свете. Испуганно подняв голову, я увидел, как два огромных крылатых рептилоидных зверя пронеслись над головой, в мгновение ока оставив лагерь позади, и направились в сторону далекой битвы..

Я тяжело сглотнул и сдвинулся с места, отголосок моего недавнего кошмара на мгновение ускорил мой пульс. Мне нужно было найти Лиру или леди Серис!

Когда я перешел на бег, неподвижная сцена вокруг меня тоже ожила, и люди бросились искать свою Кровь, свои семьи, некоторые кричали, призывая к лидерам, а некоторые с нетерпением собирались в группы, чтобы обсудить происходящее. Некоторые из них, как я неловко заметил, наблюдали за южной линией деревьев с голодным выражением лица, которое казалось неуместным на фоне всеобщего страха.

Я не успел далеко убежать, как Лира Драйде вышла из-за угла большого жилого здания, ее брови были нахмурены, и она с напряжением на лице наблюдала за тем, как драконы исчезают вдалеке, превращаясь в точки, а затем скрываются за горизонтом.

«Леди Лира, что-то происходит», — сказал я, задыхаясь. «Битва… в Звериных Полянах».

Ее красные глаза остановились на мне, и странное выражение смягчило ее черты. По моим рукам и шее побежали мурашки, и я сделал шаг назад.

«Пойдем со мной, Сэт», — сказала она, ее голос был мягким, в нем наполовину скрывалась какая-то… боль. Не дожидаясь меня, она прошла мимо и направилась к южному краю лагеря.

Там мы обнаружили, что большинство жителей деревни — те, кто остался здесь навсегда, и многие из тех, кто приехал лишь на пару дней, чтобы помочь построить несколько новых домов, — уже собрались, и почти все они по-прежнему смотрели на юг. Многие повернулись, обратив на нас внимание, и несколько человек закричали в ответ на появление Лиры.

«Слуга Лира!»

«Что это, что происходит?»

«Дракон! Я видел дракона!»

«Верховный Владыка Агрона наконец-то пришел!»

Толпа затихла, и все взгляды обратились к молодому солдату, который это крикнул. Казалось, она сразу же осознала свою ошибку и съежилась под столь пристальным вниманием… в большинстве своем явно враждебным.

«Пожалуйста, я должна призвать вас всех к спокойствию», — сказала Лира, и ее голос разнесся по маленькому городку так, что каждому показалось, будто она стоит рядом с ним. «Не делайте и не говорите сейчас ничего такого, о чем вы могли бы пожалеть через час. Мы должны верить, что драконы защищают нас так, как они обещали, до тех пор, пока у нас не появится причина не верить им».

«Где леди Серис?» — спросил мужчина с короткими черными волосами и слегка потрепанной бородой, выйдя вперед из толпы. «Она наверняка обладает большим количеством информации!»

«Сулла», — успокаивающе сказала Лира. «Я понимаю твой страх, но независимо от того, что происходит на юге, нам нельзя паниковать».

«Я не предлагаю паниковать, но, возможно, нам стоит сделать что-то, кроме как сидеть здесь и ждать, пока нас спасут», — ответил он.

Я быстро взглянул между ними, на мгновение ошеломленный его поведением, но потом вспомнил, что Лира больше не была Слугой, как и Серис не была Косой. Они сделали себя равными нам, но это не мешало большинству из нас смотреть на них как на своих лидеров. В Алакрии она, наверное, без раздумий содрала бы кожу с его костей, но это было именно то, чего мы так старались избежать.

«Если покажется, что опасность…»

Я упал на колени, когда мир задрожал. Кожа на моей спине горела, как будто на ней поставили клеймо, и чье-то присутствие — чужое сознание, завернутое в оболочку силы, — вцепилось когтями в пространство прямо за моими глазами. Я попытался оглянуться и посмотреть, не только ли со мной это произошло, не зная, будет ли так лучше или нет, но не мог сосредоточиться, видел с трудом, словно на глаза натянули толстое серое шерстяное одеяло.

А затем я услышал голос и понял, что это случилось не только со мной, потому что вокруг меня закричали люди. Грохочущий баритон заставил мои кости дрожать от отчаяния, словно мой скелет хотел вырваться из меня и убежать. Даже если бы я никогда в жизни не слышал этого голоса, я бы сразу понял, кто это.

«Дети Вритры», — начал он, создавая такой гул, что я не мог понять, звучит ли он у меня в голове или раздается из самого воздуха, — «Вы ждали. Вы очень терпеливо ждали, и теперь ваше долгое ожидание подошло к концу».

Мое зрение медленно возвращалось, и я увидел десятки других алакрийцев в том же положении, что и я. Как будто меня заставили преклонить колени перед самим Верховным Владыкой, — с ужасом подумал я. Несколько человек остались стоять, покачиваясь на ногах или прислонившись к стене или ограде, но только Лира казалась физически незатронутой. По тому, как она сосредоточенно смотрела вдаль, не видя ничего вокруг, я понял, что она тоже слышит голос.

«Время пришло. Война начинается заново, и вы станете острием клинка, который перережет горло вашим хозяевам-драконам. Вы снова поднимете оружие, и ваши поработители станут лишь пылью и кровью, истоптанной на дорогах на вашем пути к победе. Все начнется с того, кто привел вас сюда, кто украл вашу силу и вашу свободу».

Не глядя на меня, рука Лиры взялась за мою рубашку и неприятно подняла меня на ноги. Она так и осталась там, вцепившись в ткань, словно коготь какого-то мана-зверя, а цвет отхлынул от ее лица.

«Найдите Артура Лейвина. Найдите Копье, которое они самонадеянно называют Годспеллом, и приведите его ко мне. Живым, если сможете, но его ядра будет достаточно».

Словно камень, упавший с неба, на землю неподалеку опустилась фигура, жемчужные волосы которой развевались вокруг ее рогов, прежде чем ниспасть на черную боевую мантию. Темные глаза Серис окинули толпу и остановились на Лире. Она выглядела мрачной.

«Не смейте отказывать мне».

Я вздрогнул так сильно, что мог бы упасть, если бы Лира не схватила меня за руку, когда тот же самый черноволосый мужчина, закричал в небо.

«Но я отказываюсь!»

Его голос прорезал тишину, как звук удара меча о щит, а затем неловко повис в воздухе.

«Сулла, замолчи!» — прошипела Серис, делая шаг к нему и махая рукой, чтобы он успокоился.

Вместо этого он сделал несколько шагов в сторону и повернулся, чтобы посмотреть на остальных.

«Я не знаю, что это за магия, но он просто пытается нас напугать! Поднять клинки и отправиться на войну? Большинство из нас сделали все возможное, чтобы избежать вечной службы Вритре! Мы рисковали своими жизнями! Сражаться за него сейчас? Нет. Нет, я так не думаю».

Я увидел, как Энола с напряженным взглядом пробивается вперед, явно готовая присоединиться к нему, но дед взял ее за запястье и дернул назад, отругав так злобно, что даже моя бесстрашная одноклассница побледнела и промолчала в ответ.

Но другие все же вышли вперед, чтобы встать рядом с Суллой. Я узнал их всех, даже если не был знаком с ними по отдельности. Большинство из них были теми, кто сражался вместе с Серис в Алакрии во время ее восстания, но некоторые, как я знал, были солдатами. Среди них был и часовой, Бальдур Вессер. Я знал его довольно хорошо, поскольку он тесно сотрудничал с Лирой и стал фактическим лидером среди солдат, когда профессор Грей — Артур, напомнил я себе, — поручил Бальдуру собрать войска после того, как разбил основные силы у Блэкбенда.





Глава 465 — Как Летняя Гроза




От лица Жасмин Флеймсворт.

В то время как на востоке яростно бурлила мана, над Стеной пролетел ещё один дракон и с пугающей скоростью умчался прочь. Я взглянула на Хелен, но не нашла ответов; она была в таком же замешательстве, как и я.

Защитники Стены, искатели приключений из гильдий со всего Сапина, стояли на вершине колоссального сооружения, нервно поглядывая на восток, на Звериные Поляны. Мы мало что могли сделать, кроме как наблюдать и надеяться, что никто не приблизится, но, похоже, осторожность Артура была на грани предвидения; не прошло и дня с тех пор, как он скрылся под Стеной.

Копьё Мика Эртборн, до этого парившая наверху, спустилась и зависла в воздухе перед нами. Её каменный глаз, чёрный, как пасмурное ночное небо, придавал ей грозный вид.

«Это был один из стражей Ваджракора, я уверена в этом. Невероятно. Если они оставили нас без защиты, я…»

Она прервалась, вздохнув и пожав плечами.

«Клянусь камнем и корнем, что именно я собираюсь с этим делать? Но они не должны покидать свои посты. Разлом, должно быть, атакуют, поэтому они собираются его защищать. Это единственное логичное объяснение, приходящее на ум».

«Если в этом мире есть сила, способная победить драконов, то все это в любом случае окажется напрасным», — серьёзно сказала Хелен. «Что касается нас, то мы можем лишь выполнять порученную нам работу. Артур беззащитно лежит у нас под ногами. Мы должны сохранить его в целости и сохранности достаточно долго, чтобы он смог достичь своей цели. Этот мальчик сражается за нас с четырнадцати лет. Теперь наша очередь сражаться за него».

Копьё Мика серьезно кивнула. «Он — наша лучшая надежда, а не драконы или кто бы там ни был ещё».

«Я бы хотела, чтобы он был сейчас здесь», — сказала Анжела Роуз, перегибаясь через зубчатую стену и глядя вниз. «Что бы там ни происходило, было бы не так страшно, если бы я знала, что наше Копьё Годспелл защищает нас, а не наоборот».

Копье Мика усмехнулась. «Что ж, вам придётся довольствоваться только мной, но я…»

«Что это?» — спросила Анжела, наклонившись чуть дальше и вглядываясь в деревья. «Что-то движется в тени».

Копьё отлетело на двадцать или около того футов, затем выругалась и развернулась. «Занять посты, враг…»

Десятки — сотни — заклинаний вырвались из тени деревьев. Это не должно было быть возможным; ни одна значительная сила не могла двигаться так тихо и без малейших признаков маны, и всё же каким-то образом алакрийцы оказались прямо перед нами.

Копьё Мика отбила несколько заклинаний и уклоняясь от других одновременно наколдовала каменные плиты, чтобы отразить как можно больше из оставшихся. Огненные разряды и молнии, копья льда и воздуха, снаряды всех стихий сталкивались с фасадом Стены или воротами, расположенными далеко внизу, а ещё больше заклинаний было направлено на авантюристов, стоящих на вершине сооружения.

Словно муравьи, сотни алакрийцев вышли из-за деревьев, которые были срублены в паре сотен футов от основания Стены, чтобы обеспечить лучшую видимость с земли… не то чтобы это помогло.

С вершины Стены начали сыпаться заклинания, но щиты дюжины разных форм и цветов поглощали или отражали большую часть урона. Вокруг меня искатели приключений выкрикивали приказы или бежали к своим позициям, застигнутые врасплох внезапностью нападения. Хелен руководила движением, держа при этом в руках лук, и с каждым выкрикиваемым приказом она выпускала стрелу в наступающую армию.

«Анжела, ты должна быть с Дерденом в хранилище!» — приказала Хелен, выпуская очередную стрелу.

Анжела Роуз заколебалась, затем кивнула и поспешила прочь, проталкиваясь мимо других искателей приключений, которые спешили к краю Стены, чтобы начать творить свои заклинания. Было слишком много народу, чтобы ждать длинного лифта, поэтому она спрыгнула на лестничный пролет и исчезла из виду.

Круглое лезвие ветра просвистело в воздухе между мной и Хелен, заставив нас обеих уклониться. Оно ударило заклинателя по шее позади нас, повалив его на пол с удивленным криком боли, а затем изогнулось и вернулось обратно. Я поймала его на кинжал, пропитанный ветром, и отклонила в ту сторону, откуда он прилетел, но оно прочертило широкую дугу в воздухе и вернулось снова, на этот раз нацелившись на Хелен.

Перед ней возник щит из тёмного камня, который поймал диск, но разлетелся вдребезги от его удара. Стрела, пропитанная маной, со свистом пробила оставшиеся обломки и по длинной дуге вонзилась в армию внизу. Я не видела, в кого попала стрела, но уже через мгновение режущий диск маны атрибута ветра рассеялся.

Внизу я увидела, как чёрное пятно стремительно удаляется от вражеских сил, а затем воздух разорвал какофонический треск, после чего под моими ногами задрожал твёрдый камень…

Из вражеской линии фронта вышел один-единственный широкоплечий рогатый мужчина. От него исходила чёрная полоса. Теперь перед его вытянутой рукой появилась сфера из мерцающей тьмы — твёрдый чёрный металл — и снова полетела в укреплённые ворота у основания Стены.

Снова грохот, снова дрожь.

В ответ хлынул поток маны, подкрепляя камень и металл сооружения магией.

«Укрепление держится!» — крикнул кто-то, в его словах слышалось облегчение.

«Но надолго ли?» — спросила Хелен, затаив дыхание.

В небе над полем боя появилась ярко горящая комета, зависшая на мгновение, прежде чем обрушиться на мужчину. Мне пришлось отвести взгляд, но последовавшая за этим вспышка и сотрясающий взрыв едва не сбили меня с ног. Я схватила солдата, стоявшего рядом со мной, и укрепила себя и её одновременно, а затем вернула взгляд к битве.

Земля вокруг рогатого человека и алакрийских солдат была выжжена и взорвана, но он, казалось, ничуть не пострадал. Более того, хотя расстояние могло меня обмануть, казалось, что он ухмыляется. С треском кнута он послал ещё один снаряд в ворота, и Стена содрогнулась.

«Она не продержится долго», — сказала я Хелен, уже двигаясь.

Вместо того чтобы тратить время на лифт или даже лестницу, я перемахнула через вершину Стены, крепко поставила одну ногу на зубец и оттолкнувшись перешла в свободное падение. Здания внутреннего города Стены были далеко-далеко внизу, но они стремительно приближались ко мне.

Сконцентрировав ману воздушного атрибута под одной ногой, я поймала часть собственного импульса, ощутимо замедлив движение, прежде чем мой вес преодолел его. Я повторила это ещё раз, чередуя ноги, а затем ещё раз, как будто бежала по самому воздуху. Несмотря на то что я летела вниз по внутренней стороне Стены с огромной скоростью, когда через несколько секунд я упала на землю, то не разбилась о твёрдый камень, а, наоборот, перевела собранный импульс в стремительный спринт по направлению к главным восточным воротам.

Там уже собрались десятки искателей приключений: заклинатели, держащие в голых руках огненные шары или клубящиеся морозным воздухом, рядом с пропитанными маной усилителями, некоторые из них были окутаны в камень или держали горящее оружие. Для поддержки ворот из земли были вытесаны каменные столбы, а земля поросла ядовито-зелеными колючими лианами.

Ворота зазвенели, как огромный гонг, когда снаружи ударил очередной снаряд. Мана, протекающая через внутреннюю часть Стены и укрепляющая её, ощущалась как физическое присутствие в воздухе, но в ней чувствовался ноющий, напряженный элемент, который подсказывал мне, что защитная мера не продержится долго, как я надеялась.

Крик пронзил гулкий грохот у ворот, и человек сорвался с внутренней стороны Стены, но за мгновение до удара о землю его подхватило сгустившееся облако ветра и воды. За воротами послышался звук сдвигаемой земли и скрежет камня о камень.





Глава 466 — Недосказанное




От лица Сэта Милвью.

Пара часов после прибытия Фантома и сообщения Агроны показались лихорадочным сном. Лауден Денуар, Сулла Друзус и остальные были не последними, кто погиб из-за наших проклятых рун, и никак нельзя было смириться с тем, что человек рядом с тобой самопроизвольно сгорает в облаке собственной разрушительной магии.

Так же как невозможно было смириться с тем, что меня просят взять в руки оружие и отнять жизнь, чтобы спасти свою собственную… жизни людей, которых профессор Грей убедил дать нам шанс.

Мы не сразу начали действовать. Наших людей нужно было собрать по всему приграничью, до самого дальнего из них было несколько часов пути. Леди Серис получала стратегию и инструкции от Перхаты, а мы ждали дополнительных магов из Алакрии.

Лира передала меня квартирмейстеру, чтобы тот помог распределить снаряжение, и я был почти рад, что меня потащили в большой зал собраний, подальше от глаз и мыслей, где я стоял за ящиком с копьями и раздавал их по одному всем, кто подходил. В отсутствие необходимости логически мыслить мой разум блуждал отчаянно, почти мстительно.

Когда Цирцея отправилась на войну в Дикатен, у нее не было выбора, но, по крайней мере, она была солдатом, идущим на войну. Она думала, что сражается за свой дом и свою кровь и что, делая это хорошо, она сможет обеспечить мне лучшую жизнь, в то время как наши родители этого сделать не могли. Но все было иначе. Я подружился с дикатенцами и увидел гниль в сердце Алакрии. Было бы неправильно лишать жизни других только ради того, чтобы продлить свою собственную. Только потому, что Верховный Владыка держит гильотину над моей шеей…

Я взглянул на Лиру Драйде, которая наблюдала за происходящим, подбадривая тех, кто колебался, и подталкивая всех к действию. Леди Серис и Лира видели гораздо больше жестокости Верховного Владыки, чем я, и все же они обе выбрали жизнь. Что это говорит о них?

А что это говорит обо мне? Я задался вопросом, передавая копье девушке, которую я знал по Центральной Академии, но не был знаком лично. Она решительно кивнула и двинулась дальше, чтобы забрать щит у Энолы из Высококровного Фроста, которая с мрачным лицом стояла неподалеку.

Может быть… может быть, лучше отказаться, как остальные. Быстро взлететь и сгореть, как пламя свечи. Я почувствовал, как у меня сжалось горло, когда я подумал об этом. Не так давно я, возможно, приветствовал бы смерть как конец моим болезням и страданиям. А затем Цирцее удалось сделать то, что не удалось всем остальным Часовым, — составить карту магического леса эльфов, и нас возвысили, а мать с отцом уехали, чтобы обосноваться в Эленуаре, и меня вылечили… и я познакомился с профессором Греем, Майлой и остальными студентами академии.

Впервые в жизни я почувствовал, что мне действительно есть ради чего жить, но цена была слишком высока. Сколько жизней мне придется обменять на свою собственную? Я сдержал внезапный мрачный смешок, лишенный юмора. Скорее всего, ни одной. Я не был солдатом. Более чем вероятно, что меня прирежут в первую же минуту боя, и я все равно умру.

Эта мысль принесла с собой какое-то умиротворяющее спокойствие, ослабив мучительную боль за глазами. Я не должен умирать на его условиях. Если уж мне придется покончить с жизнью, не лучше ли сделать это правильно?

Я закрыл глаза, не обращая внимания на очередь мужчин и женщин, все еще ожидающих своего оружия, и сделал глубокий вдох. Верховный Владыка. Надеюсь, ты меня слышишь. Если да, то слушай очень внимательно. Меня зовут Сэт Милвью. Моей сестрой была Цирцея. Сайлас был моим отцом, а Сирис — моей матерью. Все они погибли за эту войну, за тебя, но я не буду. Я отказ…

Суматоха снаружи прервала мои мысли. Люди в очередях за оружием и доспехами расступались и неуверенно выбирались на солнечный свет, оглядываясь по сторонам. Энола бросила на меня мрачный взгляд, а затем покинула свой пост.

Любопытство вело войну с непродуманными словами, все еще горевшими в глубине моего сознания, и я последовал за ней более медленно, почти прижимаясь к стенам, не желая покидать укрытие, которое они давали от хаотичной активности во всем лагере.

Снаружи, на открытом пространстве возле одного из возвышенных полей, несколько Инстиллеров установили большую прямоугольную раму из какого-то темного материала. Она питалась от металлических синих проводов, подключенных к большим кристаллам маны. Внутри рамы уже светился портал, из которого начали выходить люди.

У меня сжалось сердце.

Я узнал в некоторых из них представителей крови, которые приняли предложение Верховного Владыки отказаться от восстания и вернуться к нормальной жизни, хотя они якобы предлагали прекратить борьбу в ответ на присутствие драконов в Дикатене.

Прибывшие выглядели испуганными и растерянными. Они были вооружены гораздо эффективнее, чем наша разношерстная коллекция оружия и доспехов, но им совершенно не удавалось поддерживать хоть какое-то подобие порядка. Серис, за которой тенью следовал Фантом, Перхата, пыталась поддерживать хоть какую-то организацию, дав руководителям отряда краткие инструкции о том, куда идти и как долго это будет продолжаться.

Но я не внял ни единому ее слову. Все мое внимание — все мое сознание — было сосредоточено на одной точке.

Даже с длинными каштановыми волосами, скрытыми под кожаным шлемом, Майлу нельзя было спутать ни с кем. Ее яркие глаза, мокрые от слез и сморщенные от беспокойства, светились, как маяки, сквозь толпу окружавших ее тел. Она прижимала к груди огромную пику, острый наконечник которой был направлен прямо в воздух, и с явным ужасом оглядывалась вокруг.

Перейдя на бег, я протиснулся мимо других людей, едва замечая, что они чувствуют себя так же неуместно и неспокойно, как и Майла, и попытался добраться до нее. Ее толкали вместе с ее боевой группой внутри большого патруля, состоящего в основном из молодых алакрийцев, ни одного из которых я не узнал, кроме нее. Я поискал среди них девушку постарше, похожую на Майлу, но никто не подходил под это описание. Хотя радоваться было нечему, по крайней мере, похоже, что ее сестру не отправили. Будучи не одаренной, Лорени вряд ли выжила бы даже несколько мгновений в битве с дикатенскими магами.

«Майла!» — крикнул я, размахивая рукой над головой. «Майла, сюда!»

Она нахмурилась, поворачивая шею то в одну, то в другую сторону в поисках того, кто кричал. Сквозь промежуток между двумя сгрудившимися боевыми группами ее глаза встретились с моими, и она разразилась рыданиями.

Я прорвался сквозь остальных, и мне пришлось сдержать себя, чтобы не сбить ее с ног, когда я столкнулся с ней. И все же мы столкнулись, как волны, наброшенные штормом на прибрежные скалы, выбивая дыхание из нас обоих. Бездыханный смех прорвался сквозь плач Майлы, и я начал задыхаться от множества противоречивых эмоций, бурлящих в моей собственной груди.

Закованный в броню молодой человек, который был на фут выше и на сто фунтов тяжелее меня, схватил Майлу за плечо. «Вернись в строй, Фейрвезер, нам нужно…»

Несмотря на его очевидное физическое преимущество, я пронзил его убийственным взглядом, и он отдернул руку, словно обжегшись, пару секунд смотрел на меня неуверенно, затем пожал плечами и вернулся к остальной части боевой группы.

«Во имя Вритры, Сэт, что происходит?» — спросила Майла спустя еще несколько долгих мгновений, ее голос был напряжен. «Что ты здесь делаешь?»

«Разве они не сказали вам, куда вы идете?» — спросил я.

Она слабо покачала головой. «Мы в Дикатене, верно? Нас… нас всех собрали и привезли в Тэгрин Келум. Я думала, они убьют нас! И они убили… несколько человек, во всяком случае. Когда те сказали, что не будут сражаться. Ведь для этого нас и собрали вместе… чтобы вооружить и отправить сражаться в Дикатен».

Я в недоумении покачал головой. «Все гораздо хуже, Майла. Верховный Владыка ищет профессора Грея. Вот что мы делаем: пробиваемся через Дикатен, чтобы найти его. А если мы откажемся…»

Мои глаза сузились, раскаленное лезвие гнева прорезало путаницу всех остальных эмоций.

«Он обратит руны против нас, Майла. Сожжет нас нашей собственной магией».

Она каким-то образом побледнела еще больше, ее глаза вспыхнули. «Это не…»

«Это так», — отчаянно заверил я ее. «Он может почувствовать это в нас, эти колебания и отказ. Если ты хотя бы подумаешь, что не собираешься следовать за ним, он испепелит тебя изнутри».

Я быстро объяснил все, что произошло, и моя воля к отказу служить ослабела. С каждым словом Майла становилась все более потрясенной, и к тому времени, как я закончил, она была опустошена. Неожиданно она вдруг просветлела, когда ее осенила какая-то мысль. «Но профессор Грей… Артур Лейвин. Он может дать отпор Агроне. Если мы найдем его, то сможем…»

Я судорожно замотал головой и крепко сжал ее руку. «Не надо. Даже не думай об этом. Неважно, что случится или не случится, просто сосредоточься на том, чтобы пробиться к профессору. Вот и все».

Она казалась нерешительной. «Но что, если…»

Она сглотнула, явно не желая заканчивать предложение.

«Мы позаботимся друг о друге», — твердо сказал я, стараясь поверить в это. Даже если бы я был готов принять такое решение для себя, я не мог просить Майлу сделать то же самое. Я также не мог пойти по легкому пути и оставить ее сражаться и, возможно, умирать в этой битве в одиночку. «Мы создадим свою собственную боевую группу и будем делать то, что нам сказали, по-своему». Я метался, ища хоть какой-нибудь выход из сложившейся ситуации, но старался контролировать свои мысли. Я не отказывался от службы, как и Майла. Мы подчиняемся, решительно подумал я.

Взяв ее за руку, я начал оттаскивать ее от шеренги алакрийцев, все еще проходящих через портал, и тут меня посетило еще одно откровение. Серис и Лира… они не сопротивляются этим приказам, потому что… они не могут просить нас всех пожертвовать собой. Вот в чем дело, вот в чем ловушка. Даже те из нас, кто не стал бы сражаться ради спасения собственных жизней, готовы ради нашей крови… наших семей… людей, которых мы — мой взгляд перескочил на Майлу и быстро ушел в сторону — любим.

«Куда мы идем?» — спросила Майла, ковыляя рядом со мной.

«Чтобы найти остальных членов нашей боевой группы», — твердо объяснил я, оглядывая толпу в поисках знакомых лиц. Когда я увидел того, кого больше всего надеялся увидеть, я помахал рукой. «Энола!»

Энолу из Высококровного Фроста было легко заметить: ее золотистые волосы практически сияли на солнце. Она стояла с несколькими представителями своей крови, но, к счастью, ее грозного деда рядом не было. Когда я выкрикнул ее имя, все повернулись и посмотрели на меня, и я почувствовал, что сжимаюсь, в то время как мои шаги замедлились.

Энола что-то сказала остальным, затем отделилась и быстрым шагом направилась к нам. Я остановился, радуясь возможности говорить вдали от ее крови.

«В чем дело, Сэт? Разве ты не должен… Майла!»

Энола скептически посмотрела на другую девушку.

«Значит, это правда? Они заставляют сражаться всех, кто связан с леди Серис?»

Майла рассказала Эноле о том, что ей довелось пережить, добавив несколько деталей, о которых раньше умолчала… например, о груде трупов, которую использовал Слуга Мавар, чтобы показать пример всем, кто слишком напуган, чтобы выполнять приказы, или о том, что ее, по сути, похитили из собственного дома несколько головорезов, оставив мать и сестру кричать вслед. Однако через портал прошли не только те, кто принадлежал к восстанию Серис в Реликтовых Гробницах; все их многочисленные крови — по крайней мере, те, что были магами, — тоже были вынуждены сражаться, и многие жители Сехз-Клара, лишь косвенно связанные с повстанческими силами, также оказались втянуты в это.

«Рога Вритры», — выругалась Энола, раздувая ноздри. «И ради чего все это? Дикая погоня по Дикатену за профессором? Не могу поверить, что после всего этого я все еще сражаюсь в войсках Верховного Владыки. Профессор Грей, он сказал…»

Она запнулась и слегка покачала головой.

«Неважно. Так что же вам от меня нужно?»

Я прочистил горло, неловко переминаясь с ноги на ногу. «Э-э… ну, у нас с Майлой здесь нет родных. Я не получил назначение в боевую группу, а она попала к незнакомцам, которые ее не знают и которым она не может доверить свою жизнь. Мы тренировались вместе, и все мы знаем, что происходит. Если мы будем держаться вместе…»

Взгляд Энолы был напряженным и даже немного пугающим, но, когда я отвлекся, она без колебаний ответила. «Моя кровь создала свои собственные боевые группы, но я бы не хотела, чтобы вы двое отделились друг от друга. Я присоединюсь к вам. Вместе мы сможем сохранить друг другу жизнь и выполнить эту «миссию» так, чтобы не запятнать нашу честь».

Я вздохнул с облегчением. «О, спасибо».

Майла практически упала вперед и обхватила Энолу руками, отчего та выглядела крайне смущенной. «Спасибо», — выдавила она сквозь сдавленные рыдания, затем отстранилась, прочистив горло и выпрямилась. «Спасибо», — повторила она более твердо.

«Я, разумеется, Атакующий, а Майла, ты Часовой?» — спросила Энола. Когда Майла ответила утвердительно, Энола внимательно осмотрела меня. «Что-то я не припомню, чтобы мы говорили с тобой о твоих рунах или обучении, Сэт. Какую роль ты выполняешь?»

Я нервно потер затылок. «Я… универсальный. Кажется, нам больше всего нужен Щит, но я могу быть и Заклинателем».





Глава 467 — Дивергенция




От лица Артура Лейвина.

Подождите…

Я с трудом открыл глаза, но, даже справившись с этой задачей, едва мог видеть. Ясно было только одно. Мама. Она была моложе, намного моложе, напряжение тяжёлых прожитых лет ещё не отразилось на её лице. Её русые волосы были гуще и насыщеннее, кожа более гладкая, глаза ярче.

Я почувствовал, как меня наполняет тепло, когда я смотрел на неё.

«Привет, малыш Арт, я твой папочка. Ты можешь сказать “папа”?»

«Милый, он только что родился».

Мои крошечные, напряженные глаза расширились, когда я посмотрел на своего отца. Я почти забыл, каким харизматичным он был, особенно тогда. Его квадратная челюсть была всё ещё чисто выбрита, подчеркивая юные черты лица, а волосы пепельно-каштанового цвета были аккуратно уложены. Тень воспоминания, словно ещё один слой моего разума, работающий отдельно от моего сознания, напомнила мне о его бровях, резко очерченных, как два меча, сильных и свирепых, но одновременно опущенных и нежных.

Вглядываясь в его тёмно-синие, почти сапфировые, радужки, мокрые от слёз, я почувствовал, что мои собственные глаза начинают слезиться. Волны сложных и противоречивых эмоций прокатились через меня, и я не выдержал. Из моего маленького рта и легких вырвался дикий, младенческий крик.

«Доктор, что-то не так?» — спросил мой отец. «Почему он плачет?»

Доктор отмахнулся от беспокойства моего отца, сказав: «Новорожденные должны плакать, мистер Лейвин. Пожалуйста, продолжайте отдыхать в течение нескольких дней. Я буду рядом, если вам что-нибудь понадобится».

Я не понимаю. Этот момент знаменует собой первый день моей новой жизни… верно? Но ведь я не переродился… снова? Я почувствовал, что проголодался и устал. Мне было трудно сохранить ясность разума. Мне просто… нужно отдохнуть… поесть… тогда я буду мыслить гораздо лучше.

Где-то глубоко в затылке я ощущал давление, одновременно прохладное, тёмное и успокаивающее, но в то же время сильное, яркое и настороженное, однако я не мог вынести на передний план своего сознания ничего, кроме этого, когда я погрузился в облако, сотканное из усталости, неуверенности и стремления тела младенца.

***

Я визжал от восторга, как ребенок, когда мой отец кружил меня по своей простой спальне. Я обожал всё, что он делал, награждая его диким хихиканьем и восторженными взглядами. Казалось почти невозможным сохранять диссонанс и рациональную логику взрослого человека, прожившего полвека в двух разных жизнях, еще до того, как снова возродиться в своём собственном младенческом теле.

Воспоминания о том времени, когда я был младенцем, наполовину сформировались и удерживались поверх моего сознания, как масло поверх воды. Но на этот раз моя жизнь была другой. Я был другим. Я не мог быть уверен почему, но тяга к тому, чтобы быть новорожденным, была намного сильнее, словно ещё один, третий слой над моей личностью.

Всякий раз, когда я переставал сосредотачиваться на том, кто я — Артур Лейвин, проживший уже двадцать лет, сражавшийся с Косами и асурами, овладевший всеми четырьмя стихиями только для того, чтобы потерять их и обрести вместо них эфир, — я словно погружался под воду, проживая свою жизнь точно так же, как и раньше, без сознательных мыслей и усилий. Точно так же, как если бы человек шёл по привычным тропинкам и прибыл в пункт назначения, а потом обнаружил, что ничего не помнит о своём путешествии.

Раздался стук и неожиданная боль в ноге. Инстинкты младенца возобладали над моими логическими чувствами, и я начал плакать, громко и отчаянно.

Отец в панике огляделся по сторонам, прижал меня к груди и грубо похлопал по спине. «Тише, Арт, тише. Это всего лишь царапина, тебе не нужно…»

«Рейнольдс, что ты наделал?»

Голос матери донесся в комнату чуть раньше самой женщины. Она выхватила меня из рук отца, злобно глядя на него, а затем принялась суетиться вокруг моей царапины.

«О, мой малыш! Твой отец поранил тебя. Всё хорошо, малыш Арт, всё хорошо. Твоя мамочка — целительница, разве ты не знал?»

Всё ещё рыдающего, меня уложили на кровать. Затем, с продолжающейся икотой, которая сотрясала мое маленькое, мягкое тело, я успокоился, когда от рук матери начал исходить свет. Он омыл мою рану, и царапина стала исчезать, словно её и не было.

В этот момент я впервые осознал, насколько магия в Дикатене отличается от магии на Земле. Наблюдение за тем, как мать исцеляет мою рану, послужило толчком к моему интересу к мане. Только теперь…

Фиолетовые мотыльки сновали в воздухе, словно желая исследовать свет. Они танцевали в нем, кружась вокруг маминых рук и перекатываясь по моей коже.

«Эфир», — сказал я, осознавая сразу несколько вещей, но забывая сохранять состояние младенца.

«Извини», — с глупой улыбкой сказала мама, легонько ущипнув меня за нос. «Видишь, уже лучше».

Она потерла участок кожи, на котором больше не было ни царапины, но я уже не обращал на это внимания.

Я могу видеть эфирные частицы… но я не мог видеть или чувствовать эфир в этот момент своей жизни. Мне было всего несколько месяцев от роду, и у меня даже не было ядра маны. Пройдет много месяцев, прежде чем я хотя бы начну процесс сбора всей маны в моём теле в ядро… если только…

Мелочи, некоторые моменты, были другими, изменёнными моими действиями, но по большей части я проходил через этот шанс на жизнь точно так же, как и раньше.

Я почувствовал странное и неприятное дежавю, когда вспомнил, что активировал четвёртый камень-ключ. Судьба, подумал я, сосредоточенно разглядывая своё лицо. Я ищу понимания Судьбы.

Это внезапное откровение об эфире привлекло моё внимание внутрь, к инь и янь, тьме и свету, которые давили на внутренний слой моего подсознания, как тяжело уловимый звук.

Сильви! Реджис! Я почувствовал, как мягкие детские конечности сжались от волнения, охватившего крошечное тельце. Как я мог забыть о них? Они должны быть со мной, они…

‘Они здесь’, — произнёс слегка искаженный женский голос. Я неуклюже повернул голову, пытаясь оглядеть комнату. Мама хмуро смотрела на меня, задавая какой-то вопрос, но я не мог внять её словам.

Вместо этого я встретился взглядом с золотыми глазами Сильви, только они были не совсем золотыми, а прозрачными, как и все остальное. Она выглядела так же, как и раньше, юной, только-только принявшей человеческий облик. Вот только она была исхудавшей и… призрачной. Даже если не принимать во внимание её бесплотную природу, она казалась слабой, словно увядающей.

‘А, Сильви, ты тут. Ты была здесь всё это время? Прости, но в таком виде мне гораздо сложнее сохранять чувство собственного достоинства…’

‘Нет, Артур. Я не та Сильви, которая вошла в камень-ключ вместе с тобой’.

Я замешкался с ответом, пребывая в глубоком замешательстве. Я снова устал, и мои глаза закрывались, когда мама укачивала меня на руках и убаюкивала, чтобы я уснул.

‘Я та Сильви, которая привела тебя к Лейвинам, которая присматривала за тобой на Земле, которая ещё не соединилась с той частью меня, находившейся сейчас в стазисе в моём яйце’, — подумала Сильви, и её слова сложились не в воздухе, а прямо в моей голове. Она понимающе улыбнулась. ‘Это сбивает с толку, я знаю. Потому что на самом деле я и не та Сильви тоже. Я — твоя проекция той Сильви. Потому что проекция — это всё, что здесь есть. Ты проецируешь свою жизнь в царство камня-ключа, и магия, содержащаяся здесь, позволяет ей снова разыграться, как спектакль, пока ты спишь… видишь сновидения’.

Мои веки дрогнули, и я почувствовал, как расслабилось моё детское тело.

‘Но… это кажется таким реальным. И если это правда’, — я зевнул и потянулся, разминая пухлые руки, — ‘то откуда ты знаешь? Ты не можешь… знать ничего такого, чего не знаю я…’

А затем, хотя я и пытался не допустить этого, я снова уснул.

***

С приливом маны ядро сформировалось в моей грудине. Ощущения были великолепными, даже не передать словами. Я одновременно почувствовал прилив успеха от того, что впервые сформировал ядро, и сентиментальную радость от того ощущения, с которым ядро втягивало ману в мою грудину, чего я не ожидал снова испытать.

Я начал закрывать глаза, чтобы почувствовать своё вновь сформированное ядро маны, но воспоминания о том, что произошло дальше, ускользнули сквозь постоянно поглощавший меня временной туман, и вместо этого я уставился на полуразрушенный дом, обломки которого всё ещё сыпались с неба.

Вдалеке я услышал крик матери: «Арт! О, мой малыш! Ты в порядке?»

Но моё внимание было сосредоточено на чем-то другом. Не на вновь обретённом чувстве маны, которое покалывало на краю моего сознания, а на аметистовых частичках эфира, которые были вытеснены наружу силой моего пробуждения. Правда не только они были смещены, но и эфир за пределами сферы обломков, казалось, дрейфовал ближе, почти как будто с любопытством, как будто сам эфир приближался, в попытке исследовать.

Но почему эфир так себя ведёт? Я и думать забыл, как вообще мог его ощущать, не говоря уже о том, что означало его присутствие и поведение, мои последние пару лет были поглощены ритмом повторного переживания моей жизни в детстве.

На заднем плане мама, взявшая меня на руки, слабо сказала: «Поздравляю, Арт, милый», — а отец воскликнул: «Ты пробудился, чемпион».

Поражённый внезапной мыслью, я попытался активировать Шаг Бога. Не было ни свечения горящей божественной руны, ни ощущения эфира, разливающегося по моему почти трёхлетнему телу, что было вполне логично: у меня не было ни эфирного ядра, ни божественных рун. И всё же перед моими глазами тускло светились эфирные пути, быстро мерцая и исчезая, словно я видел два конкурирующих образа мира, наложенных один на другой.

Я тут же прекратил попытки направить эфир, так как у меня болезненно сжалась грудина.

«Арт, милый, ты уверен, что с тобой всё в порядке?» — спросила мама со слезами на глазах и морщинами беспокойства на гладкой коже.





Глава 468 — Лишённые Маны




От лица Каэры Денуар.

Во дворце царила суматоха, что было неудивительно. Чуть больше удивлял тот факт, что никто пока не велел мне убираться и не пытался заковать в кандалы, но я была благодарна, что этого не сделали. Им нужна была информация, которую я могла предоставить, потому что я знала, что произойдет.

В незапланированное отсутствие Хранителя Ваджракора и его когорты драконов я обратилась к Вириону Эралиту, фактическому лидеру эльфов, чтобы передать новости о нападении Агроны. Артур оставил его военным командиром Вилдориала, к большому огорчению дварфов. В течение часа он собрал свой военный совет и начал готовиться к возможному нападению на город.

Дургар Сильвершейл, сын Даглуна, повелителя их клана, предстал перед Байроном и Вирионом, а его отец с гордостью смотрел на него.

«Город полностью запечатан», — сказал он, когда Вирион его поприветствовал. «Каждый вход, как вы и говорили, завален несколькими футами твердого камня».

«С новыми бункерами на месте и с тем, что ожидаемое нападение пройдет через так мало возможных точек атаки, народ будет в безопасности», — добавил Хорнфелс Эртборн, улыбаясь так, словно это была самая лучшая новость из всех возможных.

Даглун Сильвершейл прочистил горло. «Да, но у вас, Эртборнов, было целых две недели, чтобы сделать это, разве не так?»

Копье Байрон вмешался в разговор, заглушив потенциальный спор до того, как он успел разгореться.

«Мы все еще ждем подтверждения того, что все телепортационные врата в Вилдориале деактивированы», — сказал он, не пытаясь скрыть разочарования, переводя взгляд с Сильвершейлов на Эртборнов. «Это должно было быть сделано уже как несколько часов».

Даглун Сильвершейл прочистил горло.

«Мы отключили новые телепортационные врата дальнего действия, привезенные из западного Дарва, а также все порталы ближнего действия на нижних уровнях и окраинах. Лорды считают, что врата здесь, во дворце, должны быть активны, а у некоторых из нас есть персональные артефакты в собственных поместьях, и часть из них должны быть в рабочем состоянии, чтобы дворяне могли сбежать в случае необходимости. Если отключить все врата и запечатать великую пещеру, мы окажемся в ловушке внутри города, не так ли? Если то, что сказала алакрийская девушка, правда, и мы останемся без драконов и Артура Лейвина, то я не хочу, чтобы наш любимый дом превратился в скотобойню, не тогда, когда мы можем спасти хоть кого-то».

Я прикусила нижнюю губу, когда дварф втянул меня в это.

Хорнфелс выглядел смущенным. «В этом лорд Эртборн разделяет мнение клана Сильвершейл. В конце концов, командир Вирион, вы сами выслали своих подчиненных из города ради их безопасности. Было бы правильно оставить нам потенциальный путь к отступлению, если возникнет такая необходимость».

Копье Байрон потер переносицу, его мана бурлила вокруг нас. Он бросил быстрый взгляд на Вириона, а затем сказал: «Никакие порталы не должны оставаться доступными ни по какой причине, лорд Сильвершейл. Немедленно деактивируйте их».

Дварфий лорд скрестил руки и сердито посмотрел в ответ. «Это должен решать комитет, генерал. Позвольте напомнить вам, что командор Эралит и вы сами не имеете официального права отдавать приказы в Вилдориале. Артур Лейвин, хотя и великий герой, не является королем всего Дикатена».

Вирион дружелюбно улыбнулся Сильвершейлу, и волосы на моем затылке встали дыбом. «Вы, разумеется, правы. Я не могу заставить вас что-либо сделать. Но если вы не деактивируете их, Байрон просто разнесет их в щепки. Байрон».

Копье с серьезным видом кивнул, его ноги оторвались от земли, и он полетел к дверям боевой комнаты. Даглун побледнел и что-что бессвязно бормотал, бросившись в погоню за Байроном.

«Подожди, слушай, одни из этих врат находятся в моих владениях. Не смей…»

Его слова затерялись в общем шуме, когда он помчался по коридору вслед за Копьем, за ним следовали Дургар, несколько слуг и членов его клана, и даже Хорнфелс Эртборн.

Вирион повернулся к следующей особе, ожидавшей его внимания, — добродушной эльфийке, чьи русые волосы только начали седеть. «Какие новости от нашего народа, Сария?»

Женщина одарила Вириона мягкой, меланхоличной улыбкой. «Они разбили временный лагерь в лесных угодьях к западу от Зеркального Озера. Если не считать некоторой напряженности в отношениях с несколькими фермерами, путешествие, похоже, прошло благосклонно и, без происшествий».

«Хорошо», — сказал Вирион, его голос звучал словно рычание. «Тогда я хочу, чтобы ты присоединилась к ним. Байрон возьмет тебя и еще нескольких членов малого совета, а сам останется присматривать за людьми».

Сария вскинула брови и сделала полшага назад. Остальные в зале заседаний делали вид, что не наблюдают за их разговором.

«Прости меня, Вирион. Ты всегда был добр к моей семье. Во многих отношениях Трисканы и Эралиты были как родственники. Но я бы не хотела, чтобы ты обращался со мной как с ребенком. Может, я и не твоя кузина, но и не беспомощна. Прошу, я хочу остаться».

Вирион вздохнул и повернулся к стопке свитков, развернул один и начал его просматривать. «Ты хуже Байрона. Нет, Сария. Нашему народу тоже нужно руководство и защита. Хотел бы я быть в двух местах одновременно, но я доверяю тебе и Байрону, вы будете хорошо служить вместо меня».

Женщина сдержала свой ответ, отвесила Вириону легкий поклон, а затем повернулась и быстро зашагала прочь.

Вирион поднял глаза от своего свитка и окинул взглядом комнату. Больше его никто не ждал, и он обратил свой взор на меня.

«А что насчет тебя, Каэра? Уверена ли ты, что хочешь рискнуть отправиться в долгое путешествие к Звериным Полянам после того, что произошло?»

«Я должна», — серьезно ответила я, думая о том, что, должно быть, происходит в лагере алакрийцев.

Что может быть хуже? Если бы Корбетт, Ленора, Лауден или другие не решались подчиниться… или если бы они готовили оружие, чтобы отправиться на войну в поисках Артура…

«Леди Серис должна знать, что я обнаружила. Если я смогу помочь остальным…»

«И последнее, о чем я должен спросить, и я надеюсь, ты простишь меня, но… ты уверена, что все случившееся — это горение твоей маны — не будет и впредь представлять угрозу? Я не могу подвергать опасности других, если Агрона может использовать тебя как оружие».

Я прикусила губу, тщательно обдумывая свои слова.

«Я не могу быть уверена, командир Вирион. До сегодняшнего дня я даже не подозревала, что эта ловушка была установлена на моем теле. Никто не знал, я в этом уверена. Но я чувствую, как она повлияла на меня… как будто опустошила меня. Мои собственные руны, моя магия, ощущаются далекими, менее моими. Так что нет, я не могу быть уверена, но я чувствую, что то, что было внутри меня, исчезло… сгорело. Я должна была сгореть вместе с ней, так что, возможно, они не предполагали, что ее придется запускать больше одного раза».

Вирион протянул руку, и я крепко пожала ее. «Артур доверял тебе, и я тоже. Может, я и не знаю тебя хорошо, но вижу, что у тебя доброе сердце», — сказал он, удивив меня. «И это, как ничто другое, вселяет в меня хоть какую-то надежду на будущее наших двух народов. Я передам, что телепортационные врата дальнего действия могут быть активированы на короткое время, чтобы пропустить тебя. Мы можем доставить тебя в Ксайрус, хотя оттуда все равно придется добираться до Стены. Если ты не против принять предложение, попробуй соединиться с группой авантюристов из гильдии, поскольку они…»

Резкий грохот взрыва потряс дворец, и с потолка посыпалась пыль. По лицам всех присутствующих пробежала волна напряжения, и они повернулись к Вириону.

Он закрыл глаза и, казалось, искал источник своей маны. «Это всего лишь Байрон», — подтвердил он мгновение спустя. «Похоже, Сильвершейл и другие лорды оказались не слишком сговорчивы насчет порталов», — добавил он несколько сурово.

Дварфы в зале зашумели, создавая ощутимое напряжение, и Вирион смягчился.

«Простите меня, друзья. Ваш народ заслуживает лучшего руководства, чем то, которое он получил со времен Грейсандерсов, но вы все проявили себя замечательно».

Это простое замечание, казалось, разрядило напряженность, и наконец Вирион вернул свое внимание ко мне. «В любом случае, я уже достаточно наговорился. Удачи, леди Денуар».

«И вам, командир Вирион», — сказала я, чувствуя себя немного неловко, повернулась и быстрым шагом направилась к двери.

Позади меня один из дварфов сказал: «Командир, сообщение от Этистина. Они… они засекли алакрийские силы вблизи города».

Я замедлила шаг, слегка обернувшись, чтобы услышать больше.

«Проклятье. Сообщите Гидеону и этому Асуре. Больше нет времени ждать. Если они приготовили какое-то оружие, то должны мобилизовать его сейчас».

И тут же, словно из ниоткуда, появилась мощная сигнатура маны, пронесшаяся по городу, как гигантская тень.

Я ахнула, крутанулась на пятках и встретилась взглядом с широко раскрытыми глазами Вириона. «Серис!»

Звуки битвы последовали почти сразу.

Я не стала дожидаться дикатенцев, а бросилась прочь так быстро, как только могла. Тело болело, силы истощились, но я отбросила боль. Если Серис была здесь сама — насколько я могла судить, вместе с Силритом и Высококровной Лирой Драйде, — значит, они не знали, как еще предотвратить превращение алакрийских беженцев в ходячие бомбы.

Но Артура не было в Вилдориале. Он был целью. Возможно, если мне удастся убедить их в этом, они смогут уйти без возмездия со стороны Агроны, с надеждой подумала я.

К тому времени как я вышла из дворца, алакрийские солдаты уже выходили из частично обрушившегося туннеля в одну из личных резиденций дварфьего клана. Дикатенские солдаты спешно покидали дворец, опережая меня, и выстраивались на дороге над проломом, не давая алакрийцам пройти в эту сторону.

Реакция снизу была более медленной. Большая часть солдат Вилдориала была сосредоточена на поддержке заблокированных ворот в город и из него, а также на стратегических оборонительных позициях для защиты инфраструктуры и мирных жителей.

Поток алакрийцев был не слишком быстрым, поскольку туннель, из которого они выходили, наполовину обрушился, но Серис и два ее Слуги должны были прибыть первыми, прокладывая путь остальным.

Теперь Серис и Силрит сражались с Байроном над городом. Пока я наблюдала за ними, Байрон атаковал стену пещеры, пытаясь перекрыть туннель, из которого выходили алакрийские солдаты, но облака темного тумана — техника пустоты Серис — поглощали все его молнии, прежде чем они успевали достигнуть цели.

Я замерла, не зная, что делать дальше.





Глава 469 — Охота




От лица Элли Лейвин.

«Это человек?»

Дрожь пробежала у меня по позвоночнику, когда я осознала, что вижу.

«От них не исходит мана, но они испускают такую сильную ауру. Но как?»

«Значит, таков секретный проект Гидеона», — сказала стоящая рядом со мной Каэра.

Я бросила обеспокоенный взгляд на молодую женщину с короткими золотистыми волосами.

«Нам нужно отвести вас всех к целителю».

Поколебавшись, всё ещё не совсем понимая, о чём думают эти алакрийцы, я добавила: «Похоже… битва набирает обороты».

Существо, похожее на ящерицу, было настолько быстрым, что уже добралось до главной дороги, подпрыгнув в воздух на двадцать футов, пронеслось мимо маленькой пекарни и приземлилось на насыпь прямо перед несколькими группами алакрийцев, добравшихся до самых нижних уровней.

Алакрийцы начали бросать заклинания, но многочисленные оранжевые, зелёные и красные полосы в основном отскакивали от серой чешуи. Эта штука… солдат? Костюм? Я не могла определиться, как его назвать… оно крутилось, одним ударом хвоста отбросило двух Атакующих и показало нам спину, на которой был каркас из какого-то металла, закрепленный прямо в плоти, чешуе, мясе и костях. Любые щели между сталью и плотью были закрыты прозрачным мана-барьером.

В бой вступил второй управляемый человеком костюм мана-зверя. У него был густой обесцвеченный серый мех, немного поредевший. Руки были мощного сложения и поддерживались большим количеством металла, а броневые пластины были вставлены в плоть поперёк широкой груди и ребер. По обе стороны от лица пилота, там, где у мана-зверя была бы широкая пасть, торчали клыки. Оно с лёгкостью преодолело десятифутовый прыжок, пронеслось мимо Атакующего, раздавило и растерзало Щит.

Появилось ещё больше странных, несколько гротескных тварей, и вскоре небольшая армия сметала алакрийцев с улиц. Наверное, мне следовало бы почувствовать облегчение или даже славу от победы, но на самом деле я ощущала лишь слабую тошноту, которая проникла в мою голову и вызвала головокружение.

Сосредоточившись на ядре, я поняла, что израсходовала больше маны, чем думала изначально. Внутри моего тела ярко горели пять сфер маны, каждая из которых находилась на основном пересечении моих каналов маны. Я потянулась к одной из этих сфер, которые кропотливо собирала и хранила в себе. Когда моё сознание коснулось одной из них, она растворилась в чистой мане, которая затем устремилась по моим каналам в моё ядро, оживляя меня.

Я крепче схватила Каэру. «Пойдем, нам нужно найти маму. Бу с ней, надеюсь, она всё ещё в Институте Эртборн, где я её оставила. Мы почти на месте».

«Но мой защитник…»

Каэра оглянулась через плечо и посмотрела в ту сторону, откуда она изначально появилась.

В свою очередь я бросила пристальный взгляд на остальных членов нашей группы: двух мальчиков-алакрийцев, несущих бессознательную девушку с короткими золотистыми волосами, Майлу и саму Каэру, которая едва держалась на ногах даже с той маной, что я ей дала. Я знала, что могу сконденсировать ману в некое подобие носилок, чтобы нести её друга, но это затруднило бы дальнейшее продвижение.

«Придётся послать кого-нибудь, когда мы доберёмся до института».

Каэра неохотно кивнула, и я осторожно двинулась прочь, ведя группу алакрийцев к убежищу и, надеюсь, к маме.

Мы не успели далеко уйти, как к нам подбежал один из пилотов — серебристый мана-зверь, очень похожий на медведя, с открытым торсом, который был окутан прозрачным барьером, его внутренности поддерживались конструкцией из голубоватого металла. К счастью, он узнал меня — хотя я не была уверена, как он мог видеть с покрытой рунами тканью на глазах, — и быстро определив, что я взяла в плен группу раненых и уставших юных алакрийцев, снова ушёл.

Мы добрались до ворот Института Эртборн, и я с удивлением увидела, что они закрыты. Всё ещё поддерживая большую часть веса Каэры, я крикнула стражникам. «Эй! Откройте, у меня раненые пленники, которым нужно добраться до излучателя, Элис Лейвин!»

Дварф с подстриженной чёрной бородой и плоским кривым носом выглянул из щели для стрел, его шлем заскрежетал по бокам узкого проёма. «Институт Эртборн заблокирован, Элеонора! Я не смогу разблокировать двери, пока сам лорд Карнелиан не прикажет этого!»

Я уставилась на охранника, которого звали Больгермуд. «Моя мама всё ещё там?»

Он побледнел. «Я слышал её крики даже через внутренние двери. Полагаю, она намеревалась присоединиться к бою или хотя бы использовать свои навыки целителя, но она оказалась заперта внутри, когда лорд Эртборн заблокировал все входы во дворец».

Я повернулась, чтобы посмотреть на своих “пленников”. Хотя их проклятие не сработало после их «поражения”, я не могла быть уверена, что они всё ещё не представляют угрозы или что они сами не находятся в опасности.

Мой взгляд скользнул дальше, туда, где вдалеке сражались пилоты мана-зверей, оттесняя алакрийцев и преследуя их по городу. Возможно, это не имело значения; секретный проект Гидеона, казалось, увенчался успехом, и, хотя битва ещё не выиграна, теперь это не займет слишком много времени. Тем не менее я никак не могла избавиться ощущения тошноты, которое узлом скрутило желудок.

«Мы можем куда-нибудь ещё пойти?» — спросила Майла, её голос был тонким. «Эноле нужна помощь. Она…»

«В Лоденхолде найдется парочка излучателей», — ответила я, понимая, что мой голос звучит не совсем уверенно. «Возможно, мы сможем добраться до дворца, если бои не будут слишком активными…»

«Серис», — сказала Каэра, её голос был хриплым от боли и усталости. «Мы должны найти Серис. Или Лиру. Они должны… знать всё. Они могут положить конец битве».

Вспомнив о присутствии двух могущественных алакрийцев, которые были союзниками моего брата, я стала искать следы их битвы, но поняла, что больше не могу её чувствовать. Активировав первую фазу своей звериной воли, я обратилась к чувствам зверя-хранителя и просканировала город. Следуя по следам столкновения могущественных магов, я почувствовала далекие и приглушенные сигнатуры маны магов белого ядра.

«Копьё Байрон загнал их в боковые туннели». Я указала на них. «Там, где барьер полностью разрушен».

Каэра закрыла глаза и сосредоточенно нахмурилась. «Я почти ничего не чувствую. Я слишком слаба».

Нервы стиснули меня, как когти механизированных мана-зверей, сражающихся сейчас с алакрийскими захватчиками по всему городу, но я отмахнулась от них. Моя собственная жизнь и жизни тех, кто шел за мной, зависели от того, сохраню ли я хладнокровие.

Поскольку умолять Больгермуда было бессмысленно, я осмотрела гладкие каменные стены внешнего двора Института Эртборн. Они были высотой не менее двадцати футов, без каких-либо выемок или изъянов, за которые можно было бы ухватиться. Я никак не могла перекинуть Каэру или раненую девушку. Были ещё недавно установленные бункеры, но чтобы добраться до них, придётся идти через весь город. А если и доберемся, то найдутся ли там излучатели? Эноле немедленно требовалась помощь.

«Мы должны что-то сделать», — сказал мальчик с темной кожей — Вален, насколько я поняла, — напряженный, как натянутый лук. «Мы не можем просто стоять здесь и ждать, пока одна или другая сторона решит напасть на нас».

«Никто не собирается нападать на вас…» — начала я, но мои слова превратились в вопль, когда темный огонь внезапно хлынул с воздуха, расплескавшись по внешним стенам Института Эртборн. Я воздвигла вокруг нас барьер из ярко-белой маны и тут же под ним появился второй слой, созданный Сэтом. «Что за…»

Я чувствовала, как огонь горит в моей мане, словно он был живым в моих венах маны.

«Огонь души», — ахнула Каэра. Она судорожно искала в пещере источник заклинания. «Но кто?..»

Я стиснула зубы до боли и сосредоточилась на том, чтобы удержать барьер на месте. Черное пламя, огонь души, продолжало полыхать небольшими пятнами, даже когда я поглотила второй резервуар маны, и только благодаря вторичному барьеру Сэта мы не были поглощены. Это было самое мощное заклинание, которое я когда-либо ощущала, и оно даже не было направлено на нас: пламя обрушилось на половину Вильдориала.

На уровне ниже нас я наблюдала, как серая шерсть стоящего колючего ревуна, поддерживаемая сложной экзоскелетной структурой из голубоватой стали и механических деталей, которые я не могла описать, растворяется под пламенем. Полупрозрачные барьеры маны, окутывающие пилота, исчезли, а затем пламя охватило и пилота. Костюм и пилот рухнули, больше не двигаясь.

Внезапно огненный дождь утих, и я со вздохом развеяла щит. Раздалось сразу несколько взрывов, и три заваленных камнями прохода из города взорвались градом камней и пыли. Через них группами по три-четыре человека стали проникать солдаты в черном и пунцовом одеянии Алакрии.

Я уставилась на Каэру и остальных, но по их лицам поняла, что они удивлены не меньше меня.

Солдаты, пилотирующие костюмы мана-зверей, начали разворачиваться к новоприбывшим, но даже я видела, что они с трудом пытаются реорганизоваться. Эта новая волна врагов была более собранной и целеустремленной, и они не проявляли никакого желания прорываться из обороны в город, вместо этого принимая бой непосредственно с любыми дикатенцами, которых они видели.

Ближайший из пробитых туннелей находился всего на один уровень ниже нас, и алакрийцы уже высыпали на дорогу. Мы окажемся в ловушке, прижатыми спиной к массивным железным воротам, и тогда нам никак не добраться до бункеров.

«Нам нужно вернуться назад, к дворцу», — сказала я, наконец определившись с курсом. «Если мы избежим главной дороги, то, вероятно, сможем держаться подальше от наступающих войск и худших боев, пока не окажемся почти у цели».

Говоря это, я потянулась к Бу, мысленно призывая его. Зная, что мама в безопасности в Институте Эртборн, я с уверенностью призвала его, и большой медведь-хранитель появился рядом со мной со слабым хлопком.

Я почесала его между глаз. «Спасибо, здоровяк».

Он заурчал, а затем его маленькие темные глаза опасно уставились на остальных, кроме Каэры. Они нервно попятились.

Я повернулась, чтобы повести их обратно в пещеру, но три боевые группы алакрийцев уже отделились и быстро шли к нам. Позади них два механических мана-зверя врезались в передовые ряды более крупных сил.

«Вы мои пленники, и ваша миссия в этом городе закончена. Если вы попытаетесь сбежать, у меня не будет другого выбора, кроме как убить вас», — сказала я, стараясь придать своему голосу свирепость, которой не чувствовала.

Каэра вдруг грубо взяла меня за руку и начала идти в направлении остальных алакрийцев.

«Что ты делаешь?» — нервно прошипела я. Бу зарычал, его мех встал дыбом.

Она бросила на меня свирепый взгляд. «Просто подыграй мне», — сказала она уголком рта. Внезапная враждебность не распространялась на тон её голоса.

Я выровняла дыхание, полностью доверившись ей.

«Вы там, кто командует этим отрядом?» — крикнула Каэра, когда алакрийские солдаты были ещё в пятидесяти футах или более. «Здесь нет никаких признаков нашей цели. Доложите своему командиру, мы отступаем».

Невысокая толстая женщина, которую можно было принять за дварфа, посмотрела на рога Каэры. «Среди мятежников и предателей есть Вритра? Вот это сюрприз. И чертовски жаль. Впрочем, не бери в голову. У меня есть свой приказ, а у тебя — свой. Выполняй свою чертову работу, или Верховный Владыка подожжет тебя, как свечу, не так ли?»





Глава 470 — Пойманная




От лица Элли Лейвин.

Коса Мелзри неслась вперед сквозь густые клубы пыли. Передняя стена Института Эртборнов превратилась под ней в руины, обломки которых были усеяны лежащими воинами-дварфами. Ее белоснежные волосы были алыми от крови, а одну руку она поддерживала другой, даже когда летела. Её взгляд был полностью сосредоточен на мне, а выражение лица — холодным и деловым. Было что-то настолько ужасное в простой математике её жажды крови, что мне пришлось отвернуться.

Сэт и Майла были неподалеку, наполовину зажатые под грудой разбитых каменных плиток, а дрожащий щит удерживал тяжелые куски рухнувшей стены. Сэт морщился от напряжения и сосредоточения, его глаза были плотно закрыты, пот прочерчивал маленькие линии на грязной пыли, покрывавшей его лицо. Майла прижалась к его руке.

Бу яростно зарычал, выбираясь из-под обломков. В пустоте, которую оставило после себя тело Бу, лежал алакрийский ученик Вален. Я не могла понять, жив он или мертв.

Ни Каэры, ни Клэр, ни Энолы я нигде не видела.

Камни, скользящие под неустойчивыми ногами, привлекли мой взгляд в заднюю часть комнаты. Мама поднималась с земли, ее широко раскрытые глаза быстро обшаривали комнату, пока не нашли меня. Она, казалось, сжалась, когда выдохнула, затем ее внимание переместилось, и лицо изменилось от испуга.

Я вскинула голову. Прямо надо мной парила Мелзри. За ее спиной виднелся паучий силуэт Биврэ, зловеще маячивший в припорошенной пылью пустоте.

Раздался рев Бу, и он бросился на Косу, выпустив когти и оскалив клыки. Она исчезла, но снова появилась по другую сторону от меня. Она потянулась вниз, чтобы схватить меня, но вместо того, чтобы сомкнуться вокруг моей кожаной брони, ее бледные пальцы обхватили яркую серебряную линию, появившуюся надо мной. Мы оба смотрели на это явление с некоторым замешательством, а затем серебряная линия яростно дернулась, вырвавшись из ее руки и отбросив ее назад.

Бу перешагнул через меня, когда Сильверлайт опустился на мою грудь и снова стал неподвижным. Мгновение спустя ко мне подбежала мама, ее руки уже светились исцеляющей магией. Краем глаза я заметила появившегося Байрона, опирающегося на багровое копье.

Мое дыхание облегчилось, когда мамино прикосновение смыло царапины и глубокие синяки от взрыва.

«Все в порядке, Элеонора, мы здесь», — сказала Каэра откуда-то сзади меня, когда Хорнфелс отодвинул камни, придавившие Сэта и Майлу, и освободил их.

Мелзри разразилась маниакальным смехом, наполовину повернувшись к Биврэ, все еще скрытой в облаке пыли.

«Вы, наверное, шутите. Неужели вы все действительно собираетесь умереть за эту соплячку?»

Никто не пошевелился. Никто не заговорил. Давление в груди нарастало и нарастало, грозя вытеснить слезы из глаз, пока я рассматривала окружающих меня людей. Опираясь на Сильверлайт, как на трость, я поднялась на ноги. Мама попыталась встать передо мной, но я положила свободную руку ей на плечо. Она посмотрела мне в глаза, и в ее взгляде отразилась эмоциональная алхимия ужаса, принятия и отчаяния. Этот взгляд ясно говорил мне, что, хотя она знала, что не сможет защитить нас от этого врага и умрет, пытаясь это сделать, она с этим смирилась.

Но я нет.

Мягким, но твердым нажимом я попросила ее отойти в сторону и шагнула вперед. Бу издал низкий стон, похожий на хныканье, но остался на месте. Моя левая рука сжалась в плотный кулак, обхватив Сильверлайт, все еще имевший форму ненатянутого лука; я понятия не имела, где оказалось мое второе оружие.

«Убив меня, ты не вернешь свою сестру».

Мелзри смотрела на меня так, словно я сказала ей, что два плюс два — четыре.

«Вернуть ее?»

Она насмешливо хмыкнула.

«Ты не так поняла. Я не испытываю любви к Виессе, как и она ко мне. Твоя смерть просто уравновесит весы. Это долг, а не гнев, вызванный разбитым сердцем. Я — Вритра, Коса, а не какой-то разгневанный ребенок, который мчится через оба континента в поисках мести».

«Я тоже Вритра», — сказала Каэра, ее голос был сильным несмотря на то, что ее сигнатура маны была слабой. «Но нет нужды быть рабом эгоистичных желаний клана Вритры только потому, что в моих жилах течет их черная кровь. Коса Виесса погибла, выполняя волю Верховного Владыки, верно? Вини его в своих несчастьях, а не…»

«Заткнись», — огрызнулась Коса. В ее челюсти дернулся мускул, придав ей слегка безумный вид. «Я устала, и мне надоела эта бессмысленная борьба. Либо позвольте девке умереть, либо умрите, чтобы продлить её жизнь на несколько мгновений. В любом случае сделайте это быстро и тихо, потому что ваше нытье меня утомило».

Внезапный холод пронесся по комнате, словно темная туча только что заслонила солнце. Я почувствовала излияние силы из города за спиной Мелзри, а затем массовое смещение маны. Инстинктивно сосредоточившись на своих усиленных чувствах, я почувствовала, как далекая армия сигнатур маны гаснет, словно множество свечей.

Майла задыхалась, опустившись на колени. Одно из ее заклинаний было активным и излучало ману. Ее глаза были плотно закрыты, но за веками происходило быстрое движение.

«Битва, там…»

Я и раньше чувствовала, как умирают люди, но это было совсем другое. Кто-то что-то сделал, что-то понял…

«Скажи ей», — попросила я Майлу, делая еще один шаг к Мелзри. Я знала, что Коса может разорвать меня на две части еще до того, как я увижу ее движение, но она уже попала в ловушку, начав говорить вместо того, чтобы сражаться. Серис и Силрит все еще были там, вместе с Лирой. И целая армия Дикатенских воинов, усиленная звериными ядрами. Если бы я могла удерживать ее здесь достаточно долго… «Скажи ей, что ты видишь, Майла».

«Облака черного тумана, исходящего от леди Серис», — сразу сказала Майла, ее голос скрипел. «Как армия саранчи, проникающая в их кожу и поедающая их ману».

Выражение лица Мелзри потемнело, и она отвернулась, глядя через разбитый вход.

И только тут я заметила, что на месте, где мгновение назад находился слуга, стоит другой силуэт. Остроугольный кусок тела лежал кучей у ног новоприбывшего, не излучая никакой маны.

Мелзри усмехнулась. «Силрит. Ударил бедную Биврэ в спину? Как бесчестно с твоей стороны».

«Я пришел с посланием от леди Серис», — сказал Силрит, шагнув вперед. Его черные, растрепанные после битвы, волосы развевались на ветру, а на доспехах было несколько глубоких разрезов. «Она хотела бы поговорить с вами сама, и просит вас подождать, пока она не решит свою текущую задачу, прежде чем вы сделаете то, что нельзя будет исправить».

Мелзри моргнула, сжимая в руке два меча. Повернувшись к нему спиной, она механически произнесла: «Я исполню свой долг».

Силрит бросился вперед, его меч превратился в темное пятно. Оба ее меча поднялись, чтобы отразить удар, затем Силрит остановился между ней и нами. «Тебе не придется долго ждать», — сказал он, его голос звучал так ровно, словно они обсуждали это за столом, а не на острие клинков друг друга.

«Коса Мелзри Вритра».

Еще один человек появился, пробираясь сквозь тучи. Ее жемчужные волосы и белые одежды, казалось, светились каким-то внутренним светом, отгоняя пыль, когда она проходила сквозь них.

Мелзри снова повернулась и с непонимающим выражением лица наблюдала за ее приближением. «Серис, бескровная, беглянка и предательница», — сказала она, раздраженно сжав зубы.

Когда она сосредоточилась на Серис, я протянула правую руку к тому месту, где должна была появиться нить, если бы она была у Сильверлайта.

«Отставить, Мелзри», — настороженно сказала Серис.

«Ты здесь не приказываешь», — ответила Мелзри тем же тоном. «Я получу причитающуюся мне кровь».

Кончики моих пальцев сжали воздух в поисках нити, которую я не могла увидеть. Пожалуйста, Сильверлайт. Ты выбрал меня, так помоги мне. Я не буду стоять, как замороженная добыча, если Серис не сможет уговорить Мелзри.

Жемчужные волосы рассыпались по ярко-белым наплечникам Серис, когда она покачала головой.

«Если твое сердце так жаждет крови, почему ты не убила Копье?»

«Потому что ты мне помешала!» — рявкнула Мелзри, но что-то в её голосе подсказало мне, что она говорит неправду.

Байрон напрягся, выглядя оскорбленным.

«Наша битва еще не закончилась, Коса».

«Ты не убила его, потому что он тебе интересен», — сказала Серис в том же тоне, в каком мама говорила, когда я была маленькой, и ей пришлось объяснять мне мои собственные детские решения. «Ты жаждешь приключений и волнений. Ты жаждешь, чтобы тебе бросили вызов. Это черта, от которой ты не можешь избавиться еще с тех пор, как в тебе проявилась Кровь. Убить его — значит оборвать нить судьбы у его потенциала».

Мои пальцы снова потянули воздух, тщетно ища несуществующую нить, ожидая и надеясь, что я смогу проявить её одной лишь силой воли.





Глава 471 — Всё Идет по Плану




От лица Сесилии.

Всё идет по плану.

Генераторы щитов сдерживали драконов, благодаря чему Инстиллеры могли свободно работать и поддерживать кольцо разрушающих артефактов, которые вмешивались в работу разлома между Эфеотом, и Дикатеном и искажали его. В то время как генераторы щита защищали нас от драконов в Дикатене, эти артефакты не позволяли Индрату посылать поддержку из Эфеота, эффективно отрезая два мира друг от друга.

Плотная мана самого разлома питала оба массива. Если Индрат каким-то образом сможет остановить поток маны, у нас будет достаточно энергии в батареях, чтобы осуществить следующий этап плана. А если это не удастся, источником маны станут сами Фантомы.

Инстинктивно я ждала осуждающей оценки своих мыслей от Тессии, которая витала на поверхности моего сознания.

‘Ты уже обдумала свои оправдания необходимости столь жестокого поступка’, — сказала Тессия в ответ на мое пристальное внимание. ‘Все, что я могу сказать, это то, что ты проделала долгий путь, Сесилия, если чувствуешь вину за свою жестокость по отношению к этим солдатам, ведь до этого ты смотрела на них только как на инструменты’.

Я вздрогнула, но знала, что нет смысла спорить с чувством вины, прокладывающим себе путь через мои внутренности. Не тогда, когда личность, с которой я спорила, уже была в моей голове. Это может быть неприятно, но от этого не становится менее необходимым. Кроме того, это план Агроны, а они — его солдаты, с которыми он может делать все, что пожелает.

Я вздохнула, даже когда слова просто сложились у меня в голове, зная, как они звучат. В любом случае, мне не нужно твое одобрение.

‘И все же в последнее время ты все чаще заглядываешь в мой разум, чтобы узнать, о чем я думаю’.

Твой взгляд на эти события очень ценен, — признала я, с силой отгоняя более честную, но и более постыдную причину моего поведения.

‘Я рада, что ты признаешь этот факт’.

Голос Тессии, проецируемый в моей голове, был ровным и без сарказма.

Отмахнувшись от короткого, но разочаровывающего разговора, я вернула свое внимание к ближайшему окружению.

Драконы еще час продолжали обстреливать внешний щит, но с появлением их предводителя остановились. Я узнала Шарона из клана Индрат по описанию: большой, костяно-белый, покрытый боевыми шрамами ящер с фиолетовыми глазами и изодранными крыльями. Он некоторое время совещался с другими присутствующими драконами, которых теперь было немало.

Похоже, они собрали всех драконов в Дикатене, — размышляла я.

В конце концов Шарон приблизился к барьеру, летя в своей драконьей форме. Его крылья медленно бились, а голос издавал глубокий, пробирающий до костей, гул.

«Наследие, главная надежда безумного василиска, который возомнил себя богом».

Я холодно посмотрела на него, но не поддалась на его провокацию.

«Тогда сразу к делу», — хмыкнул он. «Чего хочет Агрона? Он захватил разлом в Эфеот, но не может им воспользоваться, как и ты не можешь надеяться его сохранить, а значит, он хочет договориться. Расскажи мне о предложении твоего хозяина, и я посоветуюсь с лордом Индратом».

Я приподняла бровь. «Не лги мне, дракон. Путешествие между мирами требует, чтобы этот разлом был доступен, даже с помощью твоих артефактов телепортации. Ты отрезан. У Верховного Владыки нет для тебя ни послания, ни просьбы. Ты не имеешь значения ни в этом, ни во всем остальном».

Краем глаза я увидела, как один из Инстиллеров на земле просматривает сообщение, его глаза перебегают на меня через каждые пару строк.

«Не стесняйтесь, если нужно, изнурять себя в попытке пробиться через щиты. Или не делайте этого. Шум раздражает меня настолько же, насколько тщетны ваши усилия».

Повернувшись спиной к Шарону Индрату, я полетела к земле, радуясь короткому разговору. Победа в словесном поединке мне ничего не дала, но я уже начала испытывать раздражение от своей роли неподвижного стража непроницаемого щита, и, выпустив часть этого разочарования в виде колючих слов, я почувствовала себя немного лучше.

«В чем дело?» — спросила я, когда мои ноги коснулись земли.

Инстиллер, краем глаза наблюдавший за моим приближением, заметно сглотнул.

«Срочное донесение от Косы Нико».

Он протянул магический свиток, на котором были начертаны слова, написанные на соответствующем свитке, который был у Нико.

Я быстро прочла его, затем заставила себя просмотреть еще раз, помедленнее.

«Эманация… мощная мана, каким-то образом поддерживаемая, обернутая вокруг аметистового кармана магии, который может быть только эфиром».

Я нахмурилась, стараясь понять все, что Нико пытался объяснить в коротком послании.

Грея не было на Стене. Как и следовало ожидать, он тщательно скрывал свое настоящее местонахождение даже от собственных людей. А вот явление эманации эфира было интересным. Сигнатура маны, которую я почувствовала перед битвой…

Это был камуфляж. Ложный сигнал, имитирующий присутствие его связи и искажения, вызванные эфиром, мог быть предназначен только для того, чтобы скрыть его настоящее местоположение, разумеется. И я была единственным человеком на Дикатене, который мог это почувствовать. Если только он не скрывается и от своих собственных союзников-драконов…

Далее в сообщении подробно рассказывалось об усилиях, предпринятых в Вилдориале, и о новом оружии дикатенцев, о котором стало известно. Слияние органических частей мана-зверя с магическими и механическими компонентами? Я не могла представить себе то, что описал Нико, но была уверена, что даже Агрона не мог предсказать подобное.

Бывшая Коса Серис нашла способ положить конец боевым действиям в Вилдориале и уберечь свой народ от проклятия, которое Агрона спрятал в их крови и рунах, но Нико выразил твердую уверенность, что Артур не спрятался в городе. Кроме того, скрытая цель — захватить его сестру или мать — провалилась, и Коса Мелзри пропала.

Когда я перечитала все это во второй раз, мое внимание снова привлекло то, что касалось эфирной эманации у Стены.

Прикусив губу, я напрягла мозг, пытаясь понять, что еще это может означать, но не смогла придумать ничего другого, кроме первого, что пришло в голову: Грей напрямую обращался ко мне. Это заклинание должно было ослепить меня, срывая его настоящее местонахождение, и он хотел, чтобы я понимала это.

Мне захотелось, чтобы здесь был Нико, а не только его записка. Я подумывала написать ему и подождать ответа, но не хотела, чтобы у него сложилось впечатление, что я не способна думать самостоятельно.

Кроме того, я уже точно знала, каковы задачи моей миссии. Вопрос заключался в том, буду ли я и дальше слепо следовать им. В конце концов, разлом запечатан. Мне незачем здесь находиться.

Внутри защищенной зоны было мало места, чтобы уединиться. Фантомы, запертые здесь, как и я, летали по периметру, глядя на драконов, а десятки инстиллеров следили за тем, чтобы оборудование продолжало исправно работать. Но я нашла укромный уголок и опустилась на землю между двумя генераторами щита. Закрыв глаза, я позволила себе сосредоточиться на окружающей обстановке.

Сбалансированного потока маны в разломе и из него больше не существовало, атмосфера вокруг щита была насыщена ею, хотя и приглушена ослепляющим присутствием стольких сигнатур маны асур. Но, как и прежде, я продолжала расширять свой охват все дальше и дальше, пока мои чувства не достигли Стены. Там я снова почувствовала намек на ману его связи, а также то самое искажение, которое выдавало мощный источник эфира.

Но я не остановилась на достигнутом. Вместо этого я продолжала пробиваться, достигать, чувствовать даже за Великими Горами и через пустошь Эленуар на севере.

Словно Зевс, смотрящий вниз с вершины горы Олимп, я видела, как прилив маны волнами распространяется по всему континенту, раскинувшемуся передо мной. Затаив дыхание от его красоты, я погрузилась в этот океан, позволяя своему сознанию толкаться и тянуться не под влиянием моей цели, а под влиянием самой маны. Мне казалось, что я уже понимаю ману лучше, чем кто-либо другой в этом мире, но я никогда не испытывала ее так. У меня не было слов, чтобы описать чудо этого явления.

‘Ты все еще считаешь этот мир… ненастоящим?’

Тессия задумалась, ее голос был похож на камень в спокойном океане.

‘Некий лимб*, который перестанет существовать, когда ты вернешься в свой прежний мир?’

# Прим. Пер. — термин, использовавшийся в средневековом католическом богословии и обозначавший состояние или место пребывания не попавших в рай душ, не являющееся адом или чистилищем.

Что?

‘Этот твой дар… возможно, ты единственная во всем мире, кто может это видеть’. Она помолчала, размышляя, затем продолжила. ‘Я смотрю вниз и чувствую, как разрывается мое сердце, когда я знаю, какие беспорядки и страдания происходят под этими просторами. Мне просто стало интересно, повлияло ли это зрелище на тебя… но какое воздействие это может оказать на того, кто не верит в окружающую реальность и, что еще важнее, в свое влияние на нее?’

Я не ответила, потому что, по правде говоря, у меня не было ответа. Я использовала мысль об этой жизни как о своего рода временном чистилище, чтобы успокоить свою вину за то, что меня попросили сделать, но я не была ребенком, который убедил себя в том, что этот мир не существует.

Эта мысль вывела меня из задумчивости и заставила вернуться к своей цели. Я больше не плыла по течению постоянно движущейся поверхности этого океана маны, а боролась с ним, давя на него, расширяясь, чтобы охватить своими чувствами все большую и большую часть континента. Ощущение покоя улетучилось, и я снова почувствовала драконов, сгрудившихся вокруг щита, моих напряженных солдатов и ученых, находящихся в небольшом пространстве внутри, и сообщение от Нико у меня в руках.

Когда мой свободный разум охватил Сапин, Дарв и Эленуар, я почувствовала, как те места, где мана была искажена эфиром, задевают поверхность моих чувств. В каждом месте ощущалось сильное присутствие эфира, смешанного с маной, характерной для драконьей связи Грея. Судя по тому, что сказал Нико, каждое из них, скорее всего, являлось иллюзией — оболочкой из маны, в которой находилось ядро из плотно упакованного эфира.

Ближе всего была Стена, а за ней — уединенное место в глубине Пустошей Эленуара. По сравнению с ними это был крошечный всплеск, едва различимый на фоне серой пустоты из-за отсутствия маны в атмосфере. Окраины пустоши были похожи на штормы, когда новая мана устремлялась в пустоту, но внутренняя часть Эленуара по-прежнему была почти пуста.

Третий сигнал обнаружился в центре Дарва, где, как я полагала, должно было находиться убежище дикатенских повстанцев, обнаруженное после побега Артура с Викториады. Он был сильнее и ярче, чем на Стене. Не с большим отрывом, но разница была очевидна.

Стали видны и другие — возле города Этистин и на острове у юго-восточного побережья Звериных Полян, а затем еще и еще, когда мое сознание расширилось и охватило весь континент.

Но большинство из них по интенсивности соответствовали Стене, и я быстро списала их на приманку. У нас уже были войска, двигавшиеся в эти районы, которые идеально совпадали с теми, где мы наблюдали повышенную военную активность, и они без моей помощи проверили бы, действительно ли Грей находится в каждом из этих мест.

Однако сигнатуры в Пустошах и в Дарве отличались. Одна почти скрыта, другая горит ярче и сильнее всех остальных. Ни одна из них не была центром сосредоточения дикатенских войск или укреплений, как Стена. Обе находились достаточно далеко от цивилизации, чтобы избежать побочного ущерба в случае нападения.

И оба, как я знала из общих воспоминаний Тессии, были важны для него.





Глава 472 — Расплата




От лица Артура Лейвина.

Нико посмотрел на меня и озорно ухмыльнулся. «Сегодня будет новенькая. Еще одна девушка. Дранив проболтался утром».

Я только покачал головой, продолжая готовиться к растяжке.

«Надеюсь, она будет такой же милой, как та Мэйлис». Нико с нетерпением наблюдал за мной, зная, что разговоры о таких вещах всегда заставляют меня краснеть. Я старался скрыть это, но все равно чувствовал, как кровь приливает к лицу. Нико рассмеялся, наблюдая за тем, как я потягиваюсь, не прилагая к этому никаких усилий. «Кажется, ты ей понравился». Ухмылка стала принужденной. «Во всяком случае, больше, чем я».

Я потер затылок и убрал с лица прядь русых волос, пробормотав: «Мне кажется, что ты думаешь не о том».

Мне не нравилось, когда он так издевался надо мной. Мне казалось, что он всегда был таким, даже в нашей прошлой жизни, но мои воспоминания о Земле и о том, как я стал королем, были уже не такими четкими. Кое-что, например, все физические тренировки, которые я проходил, я помнил отчетливо, но моя личная жизнь, если она вообще была, казалась какой-то неясной.

«Да-да», — сказал Нико, закатив глаза и окинув тренировочную комнату пустым взглядом. «Мы ищем какого-то мифического третьего мушкетера для нашего динамичного дуэта». Нико внезапно нахмурился, и я почувствовал, что такая гримаса исказила и мое лицо.

«Что такое мушкетер?» — спросили мы оба одновременно.

Нико пожал плечами, усмехнувшись, но я не мог так просто отмахнуться от вопроса. Мы часто прибегали к каким-то общим терминам или сленгу из нашей прошлой жизни, но также часто они не имели смысла для нас обоих. Я не мог не спросить себя, всегда ли так было после моей реинкарнации, но, как и воспоминания о Земле, моя жизнь до того, как Коса Каделл спас меня от дракона и привез в Алакрию, тоже была туманной.

Хотя, наверное, так и должно быть, — подумал я. Мне было всего четыре или пять лет, когда это случилось.

Мои мысли задержались на этой теме, тщетно ковыряясь в ткани воспоминаний и не получая никакого нового озарения относительно них, пока я завершал свою предтренировочную разминку. Только когда появились Косы Мелзри и Виесса, Нико поспешил последовать моему примеру. Косы молча наблюдали за нами, Мелзри казалась скучающей, а Виесса излучала постоянное разочарование.

Когда вскоре прибыл Коса Каделл, я вскочил и встал по стойке смирно. С ним была девушка примерно моего возраста. У нее были темные волосы цвета глубокой океанской воды, которую я видел, когда вместе с Каделлом посещал побережье Вилдориала*, но по-настоящему выделялись ее глаза. Они были похожи на два сверкающих рубина, вставленных в ее слегка круглое лицо.

# Прим. Пер. — Не совсем понятно, к чему тут побережье Вилдориала, учитывая, что это подземный город посреди пустыни… Возможно имелось в виду Королевство Дарв.

Каделл щелкнул пальцами, и я вскочил, осознав, что пялился. Рядом со мной Нико продолжал бросать на меня многозначительные взгляды, но я изо всех сил игнорировал его.

«Грей. Нико. Это Каэра из Высококровного Денуара». Каделл внимательно наблюдал за нами, его красные глаза были гораздо более темными по сравнению с глазами девушки. Кроме губ и глаз, ни один мускул не дрогнул. Он стоял так неподвижно, словно был высечен из камня. «В ней течет кровь Вритры, хотя она еще не пробудилась. В ближайшие несколько дней она будет тренироваться с вами. Эта возможность — большая честь для крови Денуара». Его тон изменился, когда он произнес последнюю фразу, и стало ясно, что он обращается к девушке, даже не глядя на нее.

Девушка глубоко поклонилась, ее темно-синие волосы упали на лицо. «Конечно, Коса Каделл Вритра! Благодарю вас за эту невероятную возможность. Высококровный Денуар докажет свою верность Верховному Владыке».

Они все одинаковые, — подумал я, вспоминая всех остальных юных приемных детей с кровью Вритры, которых приводили тренироваться с нами за последние пару месяцев. Трудно было смотреть на мир с их точки зрения. Для них Верховный Владыка был мистической, непознаваемой силой, богом среди людей. Но для нас он казался немного чудаковатым и пугающим, хотя в основном мы считали его просто дядей Агроной.

Каделл бросил на меня многозначительный взгляд, заставивший меня еще больше выпрямиться, а затем обратил свое внимание на остальных Кос. «Я оставлю на ваше усмотрение все тонкости сегодняшней тренировки».

«Как всегда», — пробурчала Мелзри под нос, когда Каделл выскочил из комнаты. Я знал, что у него безумный слух и он должен был ее слышать, но Мелзри всегда была ехидной, а он всегда ее игнорировал. Мне нравился Каделл, так что я не мог себе даже представить, что обижаюсь на него — да и вообще проявить что-то иное, кроме полного и безукоризненного уважения. В каком-то смысле он был гораздо страшнее даже дяди Агроны.

Виесса шагнула вперед и приказала нам троим выстроиться в линию. Мелзри взяла с подставки три зачарованных тренировочных клинка и вручила каждому из нас по одному. Они были сделаны из чарвуда* — черной древесины, твердой, плотной и сложной в обработке, но отлично проводящей ману.

# Прим. ред. unger: раньше очень часто использовался этот термин, но нигде не пояснялось, что он из себя представляет. Например, так именовались все деревья, рядом с убежищем фениксов, Хартом. Чарвуд упоминался в качестве материала, из которого были сделаны некоторые вещи (типа станка, на котором Нико создавал свой посох). Наконец-то автор снизошел до пояснения.

«Нико, Грей, вы начинаете», — сказала Виесса, и ее голос, как всегда, вызвал дрожь в моем позвоночнике. «Покажите Каэре скорость и интенсивность спарринга, которых мы ожидаем. Сосредоточьтесь на форме и правильном нанесении ударов. Ваше снаряжение будет настроено таким образом, чтобы исправить небрежность».

Я почувствовал, как напряглись мои мышцы, а Нико застыл позади меня. Руны, вырезанные на лезвиях и рукоятках наших тренировочных мечей, помогали отслеживать скорость, силу и точность наших движений. Кроме того, их можно было настроить так, чтобы они наносили болезненные удары как цели, так и владельцу меча, в зависимости от того, как действуют обе стороны. Когда Виесса руководила тренировками, она часто делала и то, и другое, и болезненность “исправления” всегда усиливалась.

«Каэра, мы ожидаем, что ты сможешь выдержать темп этих маленьких идиотов без использования маны», — сказала Мелзри девушке. «Будь внимательна. Усвой их скорость и стиль. Помни, мы хотим узнать, сможешь ли ты эффективно тренироваться вместе с ними, а это значит, что тебе необходимо плавно подстраиваться согласно их усилиям». Она бросила на Нико многозначительный взгляд. «Если только они не халтурят, не сдерживайся и не бойся причинить им боль».

Глаза Каэры на мгновение неуверенно переметнулись на Мелзри, но затем выражение ее лица снова стало спокойным. «Да, Коса Мелзри Вритра!»

«Да ладно тебе», — проворчал Нико, изо всех сил стараясь не выдать себя. Как бы он ни был рад быть дразнилкой, он ненавидел, когда Мелзри придиралась к нему, и это только еще больше подстегивало ее.

Он переместился в центр тренировочной площадки, развернулся и встал в “стойку хвоста”*, держа меч двумя руками сбоку от себя, острие которого смотрело в пол под углом, напоминая хвост. Я вопросительно поднял бровь, и он слегка кивнул. Похоже, сегодня он взялся за дело всерьез. Но его взгляд все время скользил мимо меня к девушке, а я уже достаточно тренировался с Нико, чтобы понять, что это уже конец.

Выставив вперед левую ногу, я позволил острию меча опуститься в соответствии с “стойкой глупца”* и сделал вдох, позволив большей части тела расслабиться. Затем я стал ждать. Нико никогда не отличался терпением, но он был гораздо более нетерпелив, когда чувствовал, что ему нужно что-то доказать. Например, когда рядом была девушка. Мы простояли так всего несколько секунд, прежде чем он напрягся.

# Прим. ред. unger: Tail Stance и Alber Stance (Fool’s Stance) — это реальные стойки с двуручным мечом. Стойка хвоста затрудняет противнику оценку дистанции и отрывает выход в множество разнообразных атак, но плоха в защите от колющих ударов. Стойка глупца (ведущая нога впереди, меч перед собой, направлен острием в пол) получила такое название, поскольку в ней теряется инициатива из-за невозможности провести быструю атаку, но дает отдых рукам и хорошую защиту с последующей котратакой.

Он нанес размашистый удар вверх, от которого я уклонился быстрым шагом назад, даже не поднимая своего оружия. Меч Нико крутанулся справа налево, поддерживая импульс тяжелого древка, устремившись мне в плечо. Вместо того чтобы уклониться влево, что было бы естественным направлением, я пригнул голову и шагнул вправо, пройдя под его клинком и с мягким стуком вонзив свой в его бок.

Он что-то проворчал и отступил, стиснув зубы.

Из моего тренировочного меча вырвался толчок маны, и руки и грудь пронзила боль. Я сжал кулаки, стараясь не выдать боли, и вопросительно посмотрел на Косу.

«Если бы твой противник был облачен в доспехи или защищен маной, он бы не был даже поцарапан твоим ударом», — холодно пояснила Виесса. «Не подводи юную леди Каэру, проявляя слабость перед ней. Тебе лучше усвоить это, чем думать, что подобное будет приемлемо в настоящем сражении, юноша».

Раздосадованный, я резко кивнул и вернулся на место. На этот раз Нико был более терпелив, и я первым перешел в наступление. Тяжелые древесные клинки несколько раз громко треснули друг о друга, после чего Нико издал громкий стук и рык боли. Мы снова отступили.

«Уже лучше. Это та скорость, на которую мы рассчитываем» — сказала Виесса девушке. «Любые традиционные стили меча приемлемы. Позже будет возможность свободно потренироваться, чтобы опробовать что-то новое, но сегодня мы хотим проверить, достаточно ли ты подготовлена, чтобы запомнить приемы, используемые Нико и Греем, и противостоять им». Снова обращаясь к нам, она огрызнулась: «Ну что? Чего вы ждете? Не тратьте мое время».

Мы с Нико спарринговали двадцать минут, обменявшись в три раза большим количеством ударов. Из каждого нанесенного удара три из четырех были моими, и мой тренировочный меч больше не “поправлял» меня. Нико, напротив, начал дергаться от каждой паузы после того, как клинок “поразил” его в пятый раз.

После этого Виесса остановила нас и вывела девушку вперед, а Мелзри потянула меня в сторону. Она заставила меня встать спиной к спарринг-сессии с закрытыми глазами. Когда ее мощная сигнатура маны была так близко и едва сдерживалась, трудно было сосредоточиться на любом другом чувстве, кроме мана-ядра. «Расскажи о происходящем», — приказала она.

Я направил свои природные чувства на звуки и движения, которые издавали гораздо более тусклые сигнатуры маны Нико и девушки. Их обувь шаркала по полу. Кожа их рук скрипела, когда они крепко сжимали обтянутые кожей рукояти своих тренировочных мечей. Дыхание Нико было тяжелее и быстрее, чем у девушки.

«Каэра нанесла первый удар», — начал я рассказывать, изо всех сил стараясь представить себе их поединок в своем воображении. По камере разнесся треск дерева о дерево. «Нико защищается, а не наносит ответный удар. Он» — последовал импульс маны и приглушенный стон — «сдерживается».

«Хорошо», — сказала Мелзри со скучающим видом. «Продолжай».

Следующие двадцать минут я непрерывно рассказывал о спарринге, получая резкий удар по бедру или бицепсу всякий раз, когда что-то упускал или неправильно понимал ход боя.*

# Прим. ред. unger: чисто мы, когда пытаемся понять и правильно перевести боевые моменты.

Но по мере того, как я слушал, я чувствовал, что мое понимание начинает меняться.

Девушка явно много тренировалась. Проблема с этими приемными Вритра-кровными — из тех, кого я встречал, — заключалась в том, что с ними обращались одновременно как с оружием и как со стеклом. Надменные, преисполненные чувства собственной важности и незаслуженной социальной власти, они не были сосредоточены на работе и не прикладывали усилий. Талантливые от природы — да, но хорошо ли обученные — нет.

За исключением этой девушки. Слегка полноватая, она была сильнее даже тех мальчишек, с которыми мы тренировались, но при этом очень быстрая. За все двадцать минут она пропустила всего несколько шагов, плавно переходя в дюжину или более положений. Нико не был самым трудолюбивым в Тэгрин Келуме, но все же он превосходил всех остальных ребят, с которыми мы тренировались, на целую милю, но эта девушка не отставала, нанося по удару в ответ на каждый, который наносил Нико.

К тому времени, когда они закончили, я уже поменял свое мнение. Возможно, они все-таки не все одинаковые.

«Нико. Ко мне», — огрызнулась Мелзри, положив конец его с Каэрой спаррингу. «Грей. Твоя очередь. Не разочаровывай меня». Она многозначительно посмотрела на мой тренировочный меч, передавая его.

Внимательно изучив Каэру за последние двадцать минут, я решил, что знаю, чего ожидать, когда наступит наша очередь спарринга. Она сразу же удивила меня, подражая “стойке глупца”, которую я принял ранее против Нико. Она сделала первый выпад вперед, но отступила назад в “стойку хвоста”, развернулась и в прыжке нанесла нисходящий удар по моей левой руке. Я только успел подставить свой клинок, поймав ее удар и подавшись вперед, так что ее собственный клинок был отражен назад, в нее. Ее развернуло в воздухе, ноги оказались выше туловища, и она рухнула на спину, ударившись головой о каменный пол.

Нико выругался и повернулся, чтобы посмотреть, что случилось, но Мелзри ударила его по коленям. Я инстинктивно двинулся вперед, чтобы протянуть Каэре руку и убедиться, что с ней все в порядке, но холодный взгляд Виессы остановил меня на месте.

Каэра перевернулась, приподнялась и осторожно потерла затылок. Ее пальцы окрасились в красный цвет.

«Тебе нужен целитель, девочка?» — спросила Виесса, причем вопрос прозвучал скорее как угроза.

«Нет», — тут же ответила Каэра, выпрямляясь. Она вытерла кровь о штаны, а затем снова повернулась ко мне, крепко сжимая в обеих руках свой тренировочный меч. «Отличный ход. Я думала застать тебя врасплох прыжком, но…»

«Но ты пожертвовала своей способностью корректировать позицию и поглощать силу толчка при сильном защитном маневре», — перебил я.

Она лишь кивнула. По команде Виессы мы продолжили.

Двадцать минут пролетели как мгновения, и, когда все закончилось, я понял, что на самом деле получал удовольствие. Каэра была не только опытной, но также с хорошей интуицией. То ли благодаря балансу наших талантов, то ли благодаря ее собственной способности быстро оценивать соперника и подстраиваться, она противостояла мне и Нико почти идеально, гораздо лучше, чем кто-либо другой. Еще до того, как закончился первый час, я понял, что она — та самая.

Эта мысль заставила меня необъяснимо нервничать. Но для чего она здесь на самом деле?

«Неплохо, зверушки», — сказалв Мелзри, окинув нас неловким хищным взглядом. «Пейте. Отдохните несколько минут и поговорите. Сегодня нам предстоит еще несколько часов потрясающе захватывающих тренировок». Она ушла, уводя с собой Виессу.





Глава 473 — Манящая Судьба




От лица Артура Лейвина. Мои детские годы пролетели незаметно, жизнь протекала как бы на автопилоте, пока мой разум был сосредоточен на проблеме камня-ключа и моих пропавших спутниках.

В этой альтернативной реальности, представленной артефактом, даже небольшие изменения, казалось, накапливаясь как снежный ком, приводили к совершенно новой жизни, которую мне предстояло прожить. Но по мере того как симулированная жизнь становилась все более далекой от реальности — или, возможно, по мере того как человек, в которого я превращался внутри камня-ключа, становился все более далеким от того, кем я был на самом деле, — часть моего сознания, осознававшая события за пределами ключевого камня, словно засыпала, заставляя меня забыть о своей цели и даже о том, что я веду ненастоящее, симулированное существование.

Всплыли воспоминания о том времени, когда я рос в Тэгрин Кэлуме. Было трудно разобраться во всем: я помнил все отчетливо, но человек, которым я стал в тех обстоятельствах, казался настолько далеким от того, кем я был на самом деле, что это было похоже на чужой сон. Но откуда, спрашивается, взялся этот сценарий? Неужели царство камня-ключа просто придумывает ответы на мои действия, или в этом как-то замешана Судьба? Может ли артефакт знать, что произошло бы на самом деле… или что произойдет в будущем? Я подумал об эфире и Судьбе и понял, что не могу полностью игнорировать этот факт.

Старейшина Риния могла перебирать возможные временные линии и потенциальные события с помощью своей магии. Разумеется, джинны могли делать то же самое, обладая усиленным контролем над эфиром, включая ветвь эвума. И все же по сравнению с механизмом, лежащим в основе каждого из предыдущих ключевых камней, эти разворачивающиеся миры и временные линии казались немыслимо сложными. Неужели для того, чтобы понять Судьбу, нужно увидеть, как все эти реальности реагируют на каждое небольшое изменение?

Я почувствовал, как у меня свело желудок от мысли о том, сколько раз мне придется пережить свою жизнь в разных вариантах, чтобы получить это понимание, и эта нервная мысль привела меня к еще одному тревожному размышлению.

Как долго я уже здесь нахожусь?

Если мир ключ-камня двигался в том же масштабе времени, в котором я жил, то я уже пробыл в нем несколько десятилетий. Я должен был предположить, что время, проведенное в артефакте, не совпадает с временем, проведенным во внешнем мире. Казалось, что время в ключевом камне не движется с постоянной скоростью, а пролетает мимо с невероятной быстротой, когда я не фокусируюсь на мире, который он представляет. Это наводило на мысль, что время очень субъективно, а возможно, даже является иллюзией.

А что, если это оно? Я вдруг вспомнил, как в детстве листал энциклопедию по манипулированию маной. Оглядевшись вокруг в замешательстве — мне казалось, что я родился всего несколько минут назад, — я попытался отстраниться от жизни и позволить ей просто проходить у меня перед глазами.

Волнение, казалось, приковало меня к этому моменту. Я зажмурил глаза, сосредоточившись на том, чтобы отключиться от самого себя. Казалось, что-то тянет меня за грудину, словно в грудь впился рыболовный крючок, и кто-то тянет за него. Глаза распахнулись, и я огляделся вокруг, гадая, что это могло быть за ощущение, но не увидел и не почувствовал ничего определенного.

Осознав, что позволяю себе излишнее беспокойство и возбуждение, я заставил свое маленькое тело сделать несколько глубоких вдохов. В комнату вошла мама, болтая о том, что я постоянно смотрю на эти книги и как это мило, и время начало ускользать от меня.

Через несколько мгновений я пришел в себя, и мы уже поднимались по горной тропе, которая должна была привести нас к засаде. Все происходило так же, как и в моей жизни, и вдруг я оказался рядом с Сильвией. Хотя у меня были мысли о том, что время, проведенное с ней, могло сложиться иначе, я избегал менять что-либо, даже самые незначительные детали, чтобы проверить свою теорию.

Время, проведенное с ней, закончилось, а затем часть моего детства, проведенного в Эленуаре, стала стремительно проноситься мимо. Не успел я опомниться, как снова увидел свою семью, а затем мы с Жасмин вместе отправились в путешествие по Звериным Полянам. Началось мое пребывание в Ксайрусе, которое привело к Склепу Вдовы, нападению на академию и моему обучению в Эфеоте. Сама война уже закончилась, кульминацией стала моя битва с Нико.

Когда мое тело начало отказывать от чрезмерного использования звериной воли Сильвии, а перед глазами замаячила предстоящая жертва Сильви, ко мне пришло новое осознание.

Сосредоточившись на моменте, я попытался вернуться в свое тело и взять ситуацию под контроль, зная, что хочу изменить.

Но я не смог.

Время теперь пролетало еще быстрее: смерть Сильви, мое первое непреднамеренное восхождение в Реликтовых Гробницах, а затем и пребывание в Алакрии — все это пролетело на одном дыхании. Внезапно я попрощался с Элли, солгав ей о том, где буду находиться во время доступа к четвертому камню-ключу, а Сильви, Реджис и я снова активировали и вошли в ключевой камень.

Я ждал в темноте, затаив дыхание и не понимая, что только что произошло. Снова свет вдалеке. Снова слова: «Поздравляю, сэр и мадам, у вас здоровый мальчик».

Моё сознание было пустым довольно долгое время. Время не ускользнуло от меня и не начало цикл заново, но я ощущал, как шок захватывает контроль над всеми моими чувствами, но вместо того, чтобы бороться с ним, я просто всё отпустил.

Возможно, я думал, что урок этого места будет каким-то банальным, например, что моя жизнь сложилась так, как и должна была сложиться, или что я не могу изменить прошлое. Я, конечно, не ожидал, что потеряю контроль над собой и буду тащиться по течению, пока моя жизнь будет повторяться в точности такой, какой она была, не имея возможности повлиять на неё своей волей.

Это было всё равно, что попасть в стремительную реку, удивленно подумал я, когда шок начал проходить. Но какой в этом смысл? Как это может привести к пониманию Судьбы?

Я пытался осознать, как этот новый факт согласуется с моими предыдущими теориями. Очевидно, он разрушил идею о том, что ничего нельзя изменить. На самом деле этот вихревой эффект свидетельствовал об обратном: о том, что я должен исследовать многочисленные возможности этой жизни или жизней, чтобы получить представление об аспекте Судьбы.

Я прокручивал эту идею довольно долго, но не добился никаких новых озарений. В конце концов я отвернулся от неё, снова задумавшись о каком-то моменте из ранее прожитой жизни. Когда я приближался к самопожертвованию Сильви, мне пришла в голову дикая мысль. Как я смогу существовать в этой жизни, если Сильви не пожертвует собой ради меня, не разделит свою сущность, чтобы перенестись через Вселенную, где затем будет наблюдать за моей жизнью в качестве Грея? Ведь если она этого не сделает, то как сможет вырвать меня из цепких лап Агроны во время реинкарнации и поместить в это тело?

Я огляделся по сторонам в поисках призрачного облика Сильви, который, как я знал, должен был наблюдать за мной. После того как Сильви пережила мою жизнь в качестве Грея, она последовала за моим духом через всю Вселенную, пока его тащил в этот мир Агрона. В последний момент она перехватила меня и привела к Лейвинам. Там и началась эта симуляция моей жизни.

Это был парадокс. Несмотря на то что жизни в камне-ключе всегда начинались с момента рождения, в действительности моя собственная жизнь началась задолго до этого, с моего появления на свет в качестве Грея на Земле. Я крепко держался за этот факт. Наличие потенциального парадокса было точкой отсчета, изъяном в системе, который я мог выявить и потенциально экстраполировать информацию.

‘Полагаю, в этом месте мое присутствие при твоём рождении, а также всё, что я делала до твоего рождения… это как фиксированная точка’, — сказал искаженный голос. Я повернул свою слишком большую голову на шее, которая всё ещё не поддерживала её, и уставился в сторону набитого соломой матраса, чтобы увидеть ту же самую слегка прозрачную, более молодую версию Сильви, с которой я сталкивался раньше. ‘Ты не можешь изменить то, что уже было предначертано до твоего появления’.

‘Я искал тебя’ — сказал я, встретившись с её прозрачными золотистыми глазами.

‘Я знаю’, — ответила она.

‘У меня есть идея’ — подумал я, инстинктивно засовывая пухлый кулак в рот. ‘Не поможешь ли ты мне кое с чем?’

‘В контексте нынешней жизни я только что наблюдала, как Грей прошёл путь от отчаянного детства до несчастного царствования. Затем я пересекла непостижимое пространство между мирами и временем, чтобы не дать Агроне захватить тебя’, — подумала она. ‘Я уже пожертвовала всем ради тебя, Артур, и сделаю это снова. И еще раз. Столько раз, сколько потребуется. Так что да. Конечно, я помогу тебе. Просто скажи мне, что тебе нужно’.

Я тихо собрался с мыслями, прежде чем поделиться ими с ней. ‘Ты — часть Сильви. Раньше ты называла себя проекцией Сильви, как я понимаю, существующей в данный момент, верно?’

‘Верно’, — подтвердила она, с любопытством наблюдая за мной.

‘Но здесь есть и другая часть Сильви’ — продолжил я. ‘Её настоящее сознание, отделённое от внешнего мира. Вот только она… спит, она и Реджис.’

‘Это правда’.

Моё детское личико сосредоточенно сморщилось. Её разум ещё не проснулся. Думаю, возможно, это потому, что для этого не было ни времени, ни места внутри ключевого камня. Даже в тех жизнях, где я соединялся с ней, эта версия Сильви сохраняла свою индивидуальность, соответствующую тому, кем она была в тот период, без воспоминаний о нашей жизни за пределами этого места. Это не оставляет места для того, чтобы моя Сильви, настоящая Сильви, проснулась.

Призрачное лицо выжидающе смотрело на меня.

‘Но ты уже лишь её часть. И через несколько лет ты будешь втянута обратно в своё яйцо и реинкарнируешь в ту версию Сильви.’

‘Это тоже правда’.

‘Если бы ты… каким-то образом привязалась к сознанию Сильви — настоящей Сильви — то, возможно, она смогла бы проснуться и действовать через тебя, а затем возродиться самой собой.’

Наступила долгая пауза, и мне пришлось очень сильно сосредоточиться, чтобы удержать свой разум и тело младенца в сознании и сосредоточиться на моменте.

‘Как?’ — спросила она в конце концов.

Я не знал, как это сделать, но был убежден, что пробуждение Сильви и Реджиса необходимо для достижения прогресса в работе с камнем-ключом. Они представляли различные аспекты эфира, которые вместе со мной формировали более полное представление о спатиуме, вивиуме и эвуме в целом. Я надеялся, что, будучи внешними сознаниями, они не будут страдать от тех же последствий отклонения от моей обычной жизни и смогут каким-то образом привязать меня к самому себе.

Пока это только догадки, но я чувствую разум Сильви внутри своего собственного. ‘Ты можешь… войти в моё тело? Может быть, я смогу стать чем-то вроде моста между вами.’

Призрачный образ кивнул в знак понимания, а затем пронёсся вперёд, пройдя сквозь кровать и войдя в мою плоть. По моему крошечному телу пробежала дрожь, и я почувствовал новое, успокаивающее присутствие, плавающее прямо под поверхностью.

Покачивая своим младенческим телом, я поудобнее устроился на соломенном матрасе и закрыл глаза.

Её разум где-то внутри меня. Нужно только найти его.

Я сосредоточился на теплом присутствии призрака, пытаясь следовать за ним внутри себя, пока он искал её настоящую. Такая внутренняя медитативная практика была бы лёгкой в те годы, когда я был квадроэлементальным магом, или позже, когда у меня появилось эфирное ядро. Я практиковал поиск внутри себя с помощью маны и эфира больше часов, чем мог бы сосчитать.

Но сейчас, в теле крошечного младенца без собственного ядра маны, я понимал, что мне не хватает тех средств, на которые я обычно полагался.

‘Ты чувствуешь её? Резонанс, притяжение или что-то еще?’

‘Нет, но не отчаивайся’, — заверила она меня.

Когда я сфокусировался на поисках Сильви и установлении связи между двумя её частичными версиями — одной реальной, а другой проявленной с помощью артефакта, — я потерял ощущение внешнего мира. Даже когда моё младенческое тело спало, мой взрослый разум продолжал искать связь между призраком Сильви и её спящим разумом. Время текло беспорядочно: казалось, что внешний мир проносится мимо, в то время как в моём сознании проходили лишь минуты или часы.

И всё же я не ощущал в себе ничего конкретного, кроме маны, медленно концентрирующейся в грудине, где в итоге должно было сформироваться моё ядро.

‘Это не работает’, — подумала призрак Сильви, и её голос прорезал туман моей гиперконцентрации. ‘Нам нужно сделать что-то ещё, но что? Я ничего не знаю об этом процессе’.

Я сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь справиться с нарастающим напряжением. ‘Через несколько лет твой дух естественным образом воссоединится с твоим нерождённым телом, удерживаемым в стазисе магией твоей матери. А ещё позже ты возродишься благодаря естественному процессу, который я не до конца понимаю, — комбинации магической реакции на твою жертву и огромного количества эфира, направленного во второе яйцо.’





Глава 474 — Трещины во Льду




От лица Варай Аурей. «Если армия нападет, я не думаю, что у нас хватит сил, чтобы сдержать её».

«Конечно, нет! Мы ещё не успели оправиться от войны и Битвы на Кровавой Воде. Без драконов мы с таким же успехом можем распахнуть ворота и впустить врага!»

«Это говорит истинный Бейнир».

«Как вы смеете, мадам! Дом Бейнир — старейший и самый верный сторонник Дома Глейдеров!»

«И всё же сэр Лайонел, ваш брат, участвовал в предательском заговоре с целью захватить Стену и удерживать ее вместе с Флеймсвортами ради личного обогащения».

«Это было…»

«Хватит».

Лорд Кёртис не повысил голос от гнева; напротив, в его голосе прозвучала усталость.

Я украдкой взглянула на него. Под глазами у него были темные мешки, его обычно безупречные волосы цвета красного дерева были растрепаны, а в том, как он опустился в кресло, была какая-то мягкость, которая очень напомнила мне его отца.

Леди Кэйтлин, сидевшая рядом с ним, выглядела так же, как и всегда: строгой, проницательной и немедленно включающейся в разговор. Её темно-карие глаза не выдавали ни малейшего намёка на её мысли, и, в отличие от брата, ни один иссиня-черный волос не выбивался из общего ряда, обрамляя бледное лицо и каскадом спускаясь по прямой спине.

Даже мана, которую излучали обе королевские особы, была полярно противоположной: мерцающая огненная мана Кёртиса, казалось, приливала и отливала с каждым комментарием, в то время как мана Кэйтлин была неподвижной и стоической, как и она сама.

Через богато украшенный стол от них сидел их совет. Отто Бейнир, невысокий пухлый мужчина с нездорового вида кожей, пристально смотрел на леди Весту из дома Ламберт. Пожилая женщина, которая в своем пышном пурпурно-бордовом платье и дурацкой шляпке с перьями выглядела, во всех отношениях, как старшая правительница своего дома, не смотрела, а насмешливо улыбалась, приподняв одну бровь и слегка поджав губы.

Сэр Авраам из дома Астор, мужчина средних лет, с выпирающим животом и лоскутной бородой из-за шрама на левом боку, неловко прочистил горло.

«Я изо всех сил пытаюсь понять, в чём тут неправ Отто, Веста. Взгляни на факты». Он провёл мозолистым пальцем по столешнице из красного дерева, его мана колебалась от плохо скрываемой раздраженности. «Мы вложили все силы в то, чтобы поддерживать отношения с драконами, но они бросили нас умирать. Загадочная стратегия Артура Лейвина привела к тому, что защитники Дикатена рассеялись по всему континенту. Нам противостоит противник, который уже однажды победил нас, и, надо сказать, не приложив к этому больших усилий. Единственный положительный момент, который я вижу, — это то, что алакрийские войска пока не обратили внимания на Этистин».

Мисс Маунтбаттен вздрогнула, наклонившись вперёд над столом. Избранный голос простолюдинов, Ди больше походила на пекаря, чем на королевского советника, но обычно она была голосом разума в политических вопросах Совета. «Я всё ещё не понимаю. Вы обещали, что драконы будут защищать людей!»

Джекун из Дома Максвелл разразился раскатистым смехом, от которого по телу и вокруг него прокатилась волна маны. Отставной воин был крупным мужчиной, и когда он желал этого, его голос легко перекрывал голоса остальных. «Они оставили нас в полном дерьме. Ясно, что мы были полными дураками, раз доверились им».

По богато украшенному столу пронёсся хор упрёков, но Джекун отмахнулся от них со своим обычным пренебрежением к ожидаемым тонкостям.

«Это бесполезно».

В зале совета воцарилась тишина, когда ледяной голос леди Кэйтлин оборвал их споры. Все взгляды обратились к ней, даже глаза её брата. Её пристальный взгляд скользнул по советникам.

«Вы все забываетесь. Наша цель — служить народу Этистина и всего Сапина. Эта паника, междоусобица и фаталистические сетования вряд ли помогут нам в этом. Мы не побеждены, а значит, не отказываемся от своего долга».

Она сделала паузу, приглашая советников ответить, но в комнате стало так тихо, как я никогда не слышала. Однако в этой тишине ощущалось напряжение, которое я воспринимала как некую фокусировку многочисленных сигнатур маны. По моему телу пробежала дрожь ожидания, и я неловко поёжилась.

«Мы все совершали ошибки», — продолжила она, и резкость её тона немного ушла. «Мы с Кёртисом очень хотели верить в то, что драконы станут нашим спасением, и, возможно, позволили этому желанию затуманить наши суждения. Но вы все говорите так, будто надежда потеряна, когда разворачивается более грандиозный план, который мы не до конца понимаем».

Отто Бейнир насмешливо хмыкнул. Когда Кэйтлин ответила ему пронзительным взглядом, этот хитрый человек, по крайней мере, соизволил извиниться.

«Миледи Глейдер, было бы глупо надеяться, что Артур Лейвин сможет остановить происходящее».

«Разве не Артур предупреждал нас не доверять драконам?» — вмешалась она. «Мне стыдно, что я позволила недовольным сторонникам этого совета убедить меня, что именно Артур представляет опасность для драконов».

«Леди, давайте не будем думать, будто Артур Лейвин непогрешим», — возразил Бейнир. «Если полученные нами сообщения верны, то алакрийцы, столь невежественно «заключённые» по ту сторону Стены, ополчились против нас, и алакрийские войска нанесли удар по большей части Дикатена. Единственное спасение в том, что они, похоже, сосредоточили свои усилия на поисках самого Лейвина».

Флориан Глейдер, троюродный брат Кёртиса и Кэйтлин, провёл пальцами по волосам, цвет которых совпадал с цветом волос Кёртиса, прежде чем заговорить впервые за несколько минут.

«И это, я думаю, является нашей стратегией. Мы уже эвакуировали окрестности, укрыв всех, кто был в радиусе пятидесяти миль, за стенами города. У нас есть провизия, чтобы выдержать осаду, если они попытаются это сделать, что маловероятно, поскольку Копье Годспелл все равно не находится в пределах города. Нам нужно просто оставаться в пределах стен и ждать».

«Возможно, будет лучше, если его поймают», — неуверенно сказала Веста, как будто проверяя на словах, насколько верна эта мысль.

Мой взгляд метнулся к Кёртису и Кэйтлин. Кёртис наклонился вперед и потер пальцами подбородок, слегка нахмурив брови, обдумывая слова своего советника. Его мана прыгала и искрилась, как огонь, пытающийся разгореться в мокрой древесине. Его сестра застыла рядом с ним, её рот слегка приоткрылся, и в тщательно скрываемых эмоциях появилась трещина.

«Наконец-то леди из Дома Ламберт заговорила здраво», — сказал Отто, вскидывая руки.

«Это ужасные слова», — почти одновременно с ним сказала мисс Маунтбаттен.

«Ди, это может показаться жестоким, но подумай об этом», — вмешался Авраам с жестом мира. «Артур Лейвин враждовал с драконами и неуважительно относился к лорду и леди Глейдер. Если он так нужен врагу, его поиски могут дать Хранителю Шарону достаточно времени, чтобы уладить все неотложные дела, к которым его призвали, и он сможет вымести с континента остальных алакрийцев».

«Драконы плюют тебе в лицо, а ты открываешь рот, с радостью принимая это, как свежий весенний дождь», — прорычал Джекун, качая бритой головой. «Меня не слишком волнует этот зазнавшийся Лейвин, но драконы показали нам, как много они о нас думают. Сколько этих чешуйчатых ублюдков в Дикатене? И они не оставили ни одного, чтобы охранять леди Кэйтлин и лорда Кёртиса? Нет, нужно быть полным идиотом, чтобы рассчитывать, что они вернутся, чтобы помочь».

Отто наклонился вперёд, упёршись ладонями в столешницу. «Возможно, но это не отменяет остальной части плана. Мы знаем, где спрятан мальчик Лейвин. Мы можем устранить сразу две угрозы, если предложим обменять эту информацию на обещание мира».

Кэйтлин склонила голову набок, а ее глаза опасно сузились. «Значит, твое решение — предложить врагу то, что он хочет, и умолять его оставить нас в покое?»

«Это более разумный путь, чем использовать тела своих людей в качестве щитов для человека, который даже не захотел объяснить, почему он ожидал, что мы умрем за него!» — рявкнул Отто.

С резким скрежетом Кэйтлин отодвинула стул и резко встала из-за стола. «Ты зашел слишком далеко, Отто. А теперь иди и радуйся, что я отпустила тебя, а не заперла в дворцовой темнице».

Взгляд Кэйтлин был холоден и лишен эмоций. Отсутствие гнева лишь усиливало его выражение.

«Л-л-леди, я…»

Отто уставился на Кэйтлин широко раскрытыми глазами, когда голос покинул его, а рот продолжал беззвучно шевелиться.

«Кэйтлин…» — начал было Кёртис, протягивая к сестре руку, но она одним взглядом заставила его замолчать, какие бы аргументы он ни собирался привести.

Кёртис прочистил горло и встал, жестом приказав открыть двери комнаты, затем задержался рядом с ними и коротко переговорил с каждым советником, когда они уходили. Я последовала за Флорианом, но Кэйтлин произнесла моё имя, остановив меня и указав, что я должна остаться. Когда все остальные ушли, Кёртис также отпустил стражников, а затем закрыл за ними двери.

Он настороженно посмотрел на сестру. «Это было плохо, Кэйтлин. Эти люди так же могущественны, как и мы, возможно, даже больше нас, и мы во многом обязаны им своим успехом».

«Я не вижу в этом той пользы, на которую ты рассчитываешь», — спокойно ответила она. «Они переступили черту, и им нужно было напомнить об их роли здесь».

Кёртис поднял руки в знак мира. «Я, конечно, не предлагаю следовать плану Отто, но они не так уж и неправы, что бояться».

Кэйтлин глубоко вздохнула, внешне пытаясь успокоить свои нервы. «Боюсь, что желание Отто может осуществиться даже без нашего вмешательства. По словам наших разведчиков, алакрийцы все ближе к тому, чтобы найти скрытую пещеру. Наши маги земли хорошо её спрятали, но мы не можем знать, какой магией пользуются эти захватчики в поисках Артура». Глаза Кэйтлин встретились с моими. «Копье Варай, я хотела бы знать, что, по-вашему, мы должны делать».

Мой голос слегка охрип, и мне пришлось сглотнуть, чтобы промочить горло.

«У меня есть предложение, но я… не совсем уверена, что оно вам понравится».

Кэйтлин позволила себе едва заметную улыбку, а Кёртис скрестил руки и посмотрел на меня с неприкрытым беспокойством.

«Продолжайте», — сказала Кэйтлин.

«Артур дал нам понять одну вещь», — начала я, вспоминая наш последний разговор с ним перед тем, как он скрылся. «Он попросил нас сделать всё возможное, чтобы его местонахождение не было обнаружено. Учитывая, что алакрийцы рыщут по окрестным диким землям, это, похоже, лишь вопрос времени. Нам нужно отвлечь их внимание в другом направлении».

«Что именно вы имеете в виду, Копье?» — спросил Кёртис напряженным голосом.

«Побережье на юго-западе изобилует естественными пещерами. Силы алакрийцев ещё не сконцентрировались на них, но у нас есть сведения о нескольких разведывательных группах, движущихся в этом направлении». Я сделала паузу, понимая, как прозвучит следующая часть. «Я немедленно полечу туда и нанесу удар, делая вид, что мешаю им обыскать побережье».

«Вы используете себя в качестве отвлекающего маневра?» — спросил Кёртис, его голос был полон недоверия. «Абсурд. Я знаю, как вы сильны, Варай, но вы не можете надеяться в одиночку отбиться от целой армии. А что, если их возглавляют Слуги или Косы?»





Глава 475 — Трансцендентность




От лица Артура Лейвина. «Мне кажется, он болен», — сказала мама, качая меня из стороны в сторону на руках. «Он не ест, Рейнольдс, и за весь день не издал ни звука».

Мой отец встал рядом с мамой. Он нервно смотрел на меня. «Мне сходить за доктором?»

Это утверждение прозвучало как вопрос, его голос повысился, а брови приподнялись, когда он неуверенно посмотрел на мою мать.

Мамины брови, напротив, грозно опустились. «Правда, Рей? Это было бы чудесно!»

Мой отец вздрогнул, неловко потёр затылок и пробормотал: «Эм, конечно, я…»

Что бы ещё он ни сказал, это оборвалось, когда он поспешил прочь.

Мама закатила глаза, глядя ему в спину, а затем переключила своё внимание на меня. «Этот твой отец…»

Она попыталась улыбнуться, но улыбка не дошла до её глаз. Она легонько ткнула меня в живот, водя пальцем взад-вперёд, чтобы пощекотать меня.

«Если повезёт, ты унаследуешь его привлекательную внешность, но мои мозги, малыш Артур».

Я знал об этом разговоре, но не думал о нём. Моё сознание находилось внутри моего младенческого тела, контролируя его и живя с ним от мгновения к мгновению, вместо того чтобы позволить камню-ключу утянуть у меня время, словно ковёр из-под ног. Я цеплялся за него, отчаянно желая остаться собой, быть собой.

Я не потеряю себя снова только для того, чтобы проснуться с воспоминаниями о жизни другого человека, повторял я себе, стараясь не думать о душераздирающих событиях моей предыдущей попытки. И я собирался сдержать данное себе обещание. Только… я всё ещё не понимал, как.

Но, по крайней мере, я начинал понимать, что за местом был ключевой камень. После двух последних жизней я был уверен, что вижу в нём ловушку — причину, по которой человек не может уйти, пока не «завершит» камень-ключ, — и почему это так маловероятно. Прожитые жизни оказались наказанием, которого я не ожидал. Уже сейчас мои воспоминания об этих жизнях полны горечи, сожалений и потерь. Несмотря на то что во время этих событий я не был самим собой, воспоминания о моих решениях, о моих чувствах — о моих смертях — были яркими.

Я всё ещё не был уверен, что Сильви и Реджис, а также их способности играют центральную роль в моём дальнейшем прогрессе, но теперь я был уверен, что дело не только в этом. Несмотря на способность джиннов к предвидению, казалось маловероятным, что они учли, ожидали или даже требовали присутствия трёх связанных разумов, чтобы войти и изменить его каким-либо образом, чтобы выполнить его предназначение. С другой стороны, они учитывали, что маг должен владеть тремя очень специфическими эфирными искусствами, чтобы достичь этой точки.

Способности, которым меня научили предыдущие артефакты, служили ключами к этой головоломке, но по мере того, как я просиживал дни и недели в раздумьях, я всё больше убеждался, что они должны быть не просто ключами.

После первого прибытия и второго переживания чуда собственного рождения я не должен был видеть эфир, собирающийся для моего пробуждения, но я видел. Важность этого была упущена мной из виду при последующих неоднократных попытках разобраться в этой жизни, но в ретроспективе этот странный факт казался некой подсказкой или намёком на разгадку ключевого камня.

Но поиск любой зацепки сам по себе был проблемой, которую я не был уверен, как решить. В конце концов, как я мог попытаться изменить ситуацию, чтобы узнать о ней больше, если само изменение означало, что я терял всякое представление о том, что делаю, по крайней мере до тех пор, пока не рождался заново с воспоминаниями о совершенно новой жизни, вбитыми в мой измученный мозг.

Должен же быть способ ориентироваться здесь более целенаправленно, сказал я себе, вспомнив о Реликтовых Гробницах и Компасе.

Из моего крошечного тельца вырвался крик, и я отступил назад, позволив времени идти, пока моя мать мыла и кормила меня, на чём мне было крайне неприятно фокусироваться. Не успел я оглянуться, как снова стал малышом, уже близким к своему пробуждению.

Я вернулся в настоящее, охваченный страхом. Я не готов идти дальше. Пока не готов.

Возможно, из-за временной близости ко дню моего пробуждения мне снова вспомнилось странное зрелище эфирных частиц, роящихся, как будто желающих понаблюдать за этим событием.

Я не должен видеть эфир, но иногда мне это удаётся. Что это может означать?

Осторожно я потянулся к Сердцу Мира. В моём младенческом теле, разумеется, не было божественных рун, но в моём настоящем физическом теле они были. Если я и мог видеть эфир, то только потому, что между ментальной сферой и физическим миром существовала какая-то связь.

Но если и существовала какая-то физическая связь, я не мог её найти. Как и в случае с поисками Сильви, попытка активировать Сердце Мира ничего не дала.

Сильви…

‘Я здесь’. Передо мной возникла призрачная фигура моей связи. Она сидела, скрестив ноги, и внимательно наблюдала за мной. ‘Это восхитительно. Я вижу всё это в твоём сознании, всё, что мы уже обсуждали в этих многочисленных жизнях, которые ты прожил’.

Хорошо, по крайней мере, это избавит меня от необходимости объяснять всё снова и снова, — ответил я, осознавая, что совсем не скрывал своих мыслей, потому что в этом не было необходимости.

‘Продолжая наш предыдущий разговор, я думаю, у меня есть идея’.

Я подождал, молча поощряя её продолжить.

‘Если нам нужен катализатор, чтобы пробудить разум настоящей Сильви и позволить мне связаться с ней, возможно, мы можем направить энергию твоего пробуждения’.

Как?

‘Понятия не имею’.

Некоторое время я обдумывал эту идею, пытаясь использовать всё, что знал о магии, чтобы найти возможное решение. Однако, в отличие от воскрешающего яйца Сильви, мне не дали какого-то странного мистического ответа. Что бы я ни сделал, всё зависело только от меня, и если бы это не сработало, я мог бы кардинально изменить временную линию и в конечном итоге снова всё забыть.

Я снова начал тянуться к Сердцу Мира, больше в качестве медитативной практики, чем ожидая, что мне действительно удастся установить связь. Это было похоже на попытку разогнуть пальцы руки, которая больше не была прикреплена к моему телу. Мы с Сильви оставались там в течение времени, которое показалось моему отключённому мозгу и телу часами, но я был уверен, что в таком случае мама пришла бы проведать меня.

Пухлые пальцы поднялись и впились в мою голую грудину.

Я сморщил лицо и почесался ещё энергичнее. Глубоко в груди что-то зудело, и я никак не мог до этого добраться.

Моё зрение замерцало, и на мгновение Сильви засветилась, как старая земная рождественская ёлка, её тело было соткано из света, как маны, так и эфира.

От внезапной перемены я вздрогнул, и всё исчезло.

‘Что это было?’ — спросила Сильви, глядя на меня со смесью беспокойства и волнения. ‘Повтори ещё раз’.

Я посмотрел на неё и попытался расфокусировать глаза, скосить их, уставиться так сильно, чтобы свет появился снова. Когда этого не произошло, я полностью закрыл глаза, сжимая маленькие кулачки и напрягаясь, чтобы достичь того настроя, который только что промелькнул мимо меня, как мотылёк в темноте.

Внезапно раздалось урнчание, и комната наполнилась неприятным запахом. Я поморщился, и мама снова появилась, чтобы вымыть и переодеть меня. Я терпел, боясь выскользнуть из оков этого момента. Когда она закончила, вместо того чтобы оставить меня заниматься своими делами, она вынесла меня из комнаты на руках, покачивая и тихо напевая.

Я был так близко, — проворчал я Сильви, которая терпеливо шла рядом с матерью. Мои пальцы снова впились в грудину.

«У тебя чешется, Арт?» — неожиданно спросила мама, поднимая меня, чтобы осмотреть. Её пальцы провели по этому месту с тихим гулом. «Я ничего не вижу, но…»

Её пальцы заискрились магией, и я почувствовал, как успокаивающая мана проникает в меня. Хотя она и уняла боль в ногах и спине от долгого неподвижного сидения, но лишь усилила странный зуд, который я ощущал в…

Моём ядре! Я поёжился, и издал невнятное бормотание.

«Арт, что… ох!»

Я вырвался из объятий матери и, как маленький ребёнок, устремился обратно в спальню.

«Хорошо, я поняла твой намёк», — с лёгким сарказмом сказала мама, когда я уполз.

Плюхнувшись обратно, я как можно лучше сосредоточился на себе. Закрыв глаза, я снова потянулся к Сердцу Мира.

Зуд усилился.

Я почувствовал, как кривая улыбка расползается по моему лицу. Моё ядро, Сильв. Я чувствую своё настоящее ядро. Этот проклятый зуд… я его чувствую.

Следуя за неприятным ощущением, как за маяком, моё сознание, связанное ключ-камнем, потянулось к физическому телу.

Хотя мои глаза были закрыты, воздух в спальне стал тёплым от внезапного свечения атмосферной маны и эфира.

Медленно открыв глаза, я уставился на плывущие вокруг меня красные, жёлтые, синие, зелёные и фиолетовые пятна. Я глубоко вздохнул, и по позвоночнику пробежала лёгкая дрожь. С активным Сердцем Мира я просто сидел и смотрел. Это было прекрасно, и это всё меняло.

Я быстро начал чувствовать усталость, поэтому отключил связь с божественной руной. Плавающие частицы маны исчезли, остались только фиолетовые пятна эфира. Ещё через несколько секунд исчезли и они. Несмотря на усталость, я не унывал. Более того, я был в восторге.

У меня появилась идея.

Несмотря на то что большую часть сознательного времени я проводил в настоящем моменте, следующие пару месяцев пролетели как в тумане. С призрачной версией Сильви рядом со мной я практиковался в подключении и активации Сердца Мира, Реквиема Ароа и Королевского Гамбита. Хотя Сердце Мира, казалось, работало более или менее так, как ожидалось, я не мог использовать Реквием Ароа, чтобы починить сломанный предмет, как в реальной жизни, а Королевский Гамбит больше путал мои мысли, чем прояснял их, и мне ещё предстояло повторить эффект раздвоения сознания и рассмотрения множества возможностей одновременно. Я подозревал, что это связано с моей неспособностью манипулировать эфиром внутри ключевого камня.

Тем не менее у нас с Сильви был план, в котором мы были уверены.

Наконец наступил день моего пробуждения. Я, как обычно, начал медитацию, медленно сгущая всю ману в своём теле к грудине. Сильви парила внутри меня, зависнув в центре этой точки, как это часто делал Реджис. Она молчала, но её мысли были сосредоточены на дремлющем разуме настоящей Сильви. Несмотря на то что она спала, её связь со мной сохранялась.

Это означало, что внутри меня находились две половины Сильви.

Начинается, — мысленно обратился я к ней. Держись, там может быть немного неспокойно.

Используя зуд в ядре как связь с телом, я активировал Реквием Ароа и сосредоточился на призраке Сильви. В то же время я открыл свой разум для настоящей Сильви, потянувшись к ней через нашу связь, чтобы дать ей сильную ментальную встряску. Или, по крайней мере, попытался это сделать. Я не мог с уверенностью сказать, удалось ли мне это.





Глава 476 — Джи-э




От лица Тессии Эралит. Когда портал поглотил нас, моей последней мыслью было разочарование. На мгновение мне стало так приятно видеть Артура, но это чувство рухнуло вместе с каменной структурой тела его голема.

Пространство и время переменились, растянулись и перевернулись вверх ногами, когда портал утащил нас, а затем…

А затем меня окружило ничто. Абсолютное ничто. Пустота во всех направлениях.

И я была одна.

Я была одна.

Я не чувствовала Сесилию и не слышала её мыслей. Я также не чувствовала тела, которое делила с ней.

Я робко попыталась произнести её имя, но не смогла издать ни звука. У меня не было пальцев на руках и ногах, чтобы пошевелить ими, не было шеи, чтобы повернуть голову направо или налево.

Затем, словно я вышла из густого чёрного тумана, передо мной материализовалось пространство.

Я смотрела на Сесилию через пол, сделанный из чёрного стекла. Не на Сесилию в моём теле, а на то, как она представляла себя в своей голове: атлетическая и женственная фигура с кожей кремового цвета и пыльно-каштановыми волосами, завязанными в хвост. Помимо странности того, что я смотрела на неё так, как я раньше видела только в мыслях, что-то ещё было иначе. Она была плоской, словно отражение себя в тёмном зеркале, и абсолютно неподвижной, совершая лишь редкие, неестественно дёрганые движения.

«Что происходит?» — спросила я, и мой голос прозвучал искажённо и странно для моих собственных ушей.

Напротив меня Сесилия нахмурилась. Её голос враждебно прозвучал в моём сознании.

‘Я должна была догадаться, что ты нападёшь на меня, как только представится возможность’.

Я покачала головой. Я и не скрывала этого факта. Какие бы заблуждения или причины ни были у тебя, чтобы вести себя так, это относится и ко мне. Но сейчас это неважно, не так ли? Оглянись вокруг. Где мы?

‘Может быть, это скрытое благословение. Когда я выберусь отсюда, что бы это ни было, я оставлю тебя здесь’.

В своём отражении, Сесилия подняла руки, и это выглядело так, будто она давит на поверхность плоского куска стекла.

Несмотря на то, что мои чувства были притуплены, нервы всё ещё горели во всём теле, пока я обдумывала все последствия того, что мы с Сесилией пережили. Мы провалились в портал и куда-то перенеслись, но более того, мы каким-то образом оказались отделены друг от друга и заключены в тюрьму. Как Артур способен на такое?

‘О, Вритра, забери меня отсюда’, — выругалась Сесилия, опуская руки. ‘Не могу поверить, что попалась в его ловушку. Я… Агрона будет в ярости. Я не только ослушалась его, но и потерпела неудачу’.

Я почувствовала, что хмурюсь в каком-то отстранённом оцепенении. Ты серьёзно больше злишься на Артура за то, что он заманил тебя в ловушку, чем боишься Агроны?

Когда Сесилия посмотрела на меня сквозь пустоту, я поняла, что была неправа. Её эмоции были отстранёнными и затуманенными, но выражение её лица легко читалось.

‘Ты не понимаешь. Он теряет терпение по отношению ко мне. Я это почувствовала. И я боюсь, что… он сделает что-нибудь с Нико, чтобы наказать меня’. Она поворачивалась влево и вправо, вверх и вниз, ища в своей тюрьме хоть какой-то намёк на выход. ‘Мне нужно сбежать из этого места’.

Мысль Сесилии заставила меня остановиться, так что мне пришлось быть осторожной, чтобы не послать ей какие-нибудь собственные мысли. Мне было страшно, и я тоже хотела сбежать, но… Артур сделал это специально, зная, что мы с Сесилией окажемся здесь в ловушке.

Я должна была спросить себя, каковы были намерения Артура. Я не знала, где мы находимся, какова цель этого места, кроме очевидной, и что произойдёт, если мы останемся. Артур знал, что я всё ещё нахожусь в сознании внутри своего тела вместе с Сесилией… по крайней мере, мне так казалось. Он должен был ожидать, что я буду здесь. Возможно, именно поэтому он придумал эту тюрьму, чтобы разделить нас. Возможно, это означало, что он придёт, чтобы освободить меня… но действительно ли он способен на такую сильную магию?

От страха у меня свело живот. Возможно, разделение наших разумов не имело никакого отношения к плану Артура, и он решил, что устранение Сесилии стоит того, чтобы пожертвовать мной в его плане. Я не могла заставить себя не согласиться с этим мнением или рассердиться на Артура, если бы это было так, но я всё равно чувствовала страх.

‘Я чувствую, как у тебя в голове всё запуталось’, — вмешалась Сесилия, прерывая мои размышления. ‘Это раздражает. Если ты не собираешься помочь мне понять, как выбраться из этой ловушки, то, по крайней мере, заткни свой мозг’.

Я вздохнула и обхватила себя руками. Я не знаю, что это за место, но, если честно, мне всё равно. Артур наконец-то победил тебя, Сесилия. Теперь тебе некуда идти и нечего делать. Сиди и кипи в своей тишине и страхе.

Я закрылась от неё, прежде чем она успела ответить, и погрузилась в угрюмое и раздражённое молчание. Но я всё равно должна была наблюдать за ней, я не могла смотреть куда-то ещё. Видеть, как она мечется и жестикулирует внутри своей двухмерной тюрьмы, не доставляло мне ни удовольствия, ни утешения. Я ожидала, что её усилия долго не протянут, но была удивлена: её упорство только нарастало. В открытом пространстве между нами не проявлялось ни магии, ни заклинаний, но внутри странной тюрьмы накапливался заряд, от которого волосы на моей шее вставали дыбом, а кожа покрывалась мурашками.

Дрожь пробежала от пальцев ног до головы, и что-то потянуло меня вперёд. Пройдя сквозь тонкий слой стекловидной энергии, я оказалась на гладкой поверхности, которую видела раньше. Обернувшись, я увидела точно такое же окно, как и то, в котором всё ещё находилась Сесилия. Я чувствовала, как её горящие глаза впиваются мне в спину.

За окном, вокруг нашей гладкой плоской платформы, ширина которой не превышала двадцати футов, простирался бесконечный океан пустоты. Он был настолько чёрным, что мои глаза играли со мной, вставляя цвет в пурпурную дымку и формы, похожие на призрачных существ, ползающих друг по другу в темноте и пустоте.

Я отвернулась и поспешила к самому центру платформы между двумя окнами, с каждым тяжёлым вздохом ощущая боль в груди. «Что ты наделал, Артур?»

Словно с огромного расстояния, приглушённый голос Сесилии выкрикивал моё имя.

Я провела ладонями по рукам до плеч, затем по лицу, ощущая тепло кожи, форму носа, щёк и губ. Мои волосы, подумала я, проводя пальцами по ним, поднимая локон серебристо-серых прядей.

«Тессия!»

Сесилия снова закричала, её голос прорезал мои размышления, как пила.

Опустив голову и обняв себя руками, я закрыла глаза. «Просто… дай мне немного времени, пожалуйста. Позволь мне просто насладиться этим моментом».

Мои ноги дрожали, и я опустилась на землю, подтянув колени к груди. Уткнувшись лицом в колени, я начала плакать. Моё тело содрогалось от облегчения. Постепенно я выплеснула эмоции, накопившиеся за время моего долгого заточения, и слёзы ослабли. Дыхание стало лёгким. Каждый мускул в моём теле расслабился.

Сесилия прочистила горло. «Как тебе удалось сбежать?»

«Представь себе, мы двое так долго слиты воедино», — сказала я, в моём голосе не было ни капли эмоций, которые я только что выплеснула, — «только для того, чтобы оказаться вместе в заточении, когда нас наконец разлучат».

«Тессия, пожалуйста…»

Мой взгляд медленно поднялся и встретился с глазами Сесилии. Я так долго находилась в её мыслях, что знала её, наверное, лучше, чем она сама. Я видела, как она из страдающей манией величия переключилась на ранимую девушку, как если бы я переключала осветительный артефакт, но мне также приходилось напоминать себе, что она была ребёнком, которым манипулировали, чтобы сделать из него не более чем оружие — не только единожды, но и в двух разных жизнях.

«Я не знаю. Я почувствовала, как ты толкаешь ману через эту платформу, и заряд накопился внутри моего окна, а затем я внезапно выплыла наружу…»

«Вот оно!» — в отчаянии воскликнула Сесилия. «Эти окна или чем бы они ни были, должны быть открыты с помощью маны или…»

Её лицо внезапно побледнело от страха.

«Или эфиром».

Я вспомнила тот момент, когда Сесилия использовала оружие Артура, чтобы нанести ему удар, и замолчала.

«Если я переместила достаточно маны, то, возможно, часть эфира взаимодействовала и с окном… но я не могу притянуть ману к себе здесь», — тихо продолжила она.

Я не ответила.

«Значит, тебе придётся освободить меня», — закончила она через несколько долгих секунд. «Мы должны работать вместе. Тебе придётся впустить меня обратно».

Она имела в виду ментальный блок, который я установила вскоре после прибытия в зону, отрезав её от меня, пока я была заключена внутри окна. Я бы оставила барьер, но он ускользнул, вновь соединив наши разумы.

Клубок эмоций Сесилии обжигал, словно резь в глазах.

«Вот только есть ещё одна проблема», — начала я, с гримасой впиваясь пальцами в висок. «Даже если бы я захотела освободить тебя — а я не знаю, захочу ли, — я не могу управлять маной».

Я чувствовала ману, заключённую в странной тюрьме, но, хотя моё тело вернулось, я не обрела способность творить заклинания. Я старалась не думать о том, что у меня вообще не было ядра.

Сесилия ответила не сразу, но я чувствовала, как её мысли прокручиваются снова и снова. Я отошла от её окна, подошла к краю платформы и уставилась в пустоту. От извивающихся теней, чёрных на чёрном, у меня мурашки побежали по коже, когда я задумалась, было ли это на самом деле или мне просто померещилось.

‘Почему мы всё ещё слышим мысли друг друга?’ — спросила Сесилия, и её голос неожиданно просочился в мою голову.

Я вернулась к её окну. «Я не знаю, но, с другой стороны, я даже представить себе не могу, какая магия могла разлучить нас».

«А что, если мы не были разлучены?» — спросила она тихим голосом, который отдавался эхом, словно со дна колодца.

«Что ты имеешь в виду?»

Она жестом показала на мой торс из окна.

«У тебя есть твоё тело, а я выгляжу собой… как раньше, на Земле. И всё же руны, которые связали мой реинкарнированный дух с твоим телом, по-прежнему отмечают твою плоть. Ты ходишь внутри Интегрированного тела и должна уметь пользоваться магией, в то время как у меня есть центр Ки, а не ядро, но я могу манипулировать маной».

Я не могла скрыть своего удивления, глядя на неё. «Конечно. Я должна была заметить это раньше. Значит, ты думаешь… что мы всё ещё в одном теле? Только наши разумы разделены?»

«Я думаю, мы в Реликтовых Гробницах», — подтвердила она. «Если где-то есть место, где наш разум может быть заключён в тюрьму, пока тело спит в другом месте, то это и есть ответ».

Сесилии рассказывали о Реликтовых Гробницах, хотя и не очень подробно, и я поделилась с ней своими ограниченными знаниями. Вместе мы обдумали то, что знали.

«Должно быть, это был портал восхождения, через который мы провалились».

Сесилия кивнула мне из своего окна. «Грей выбрал бы эту зону только в том случае, если бы считал, что мы не сможем сбежать».





Глава 477 — Вознесение




От лица Артура Лейвина. Теперь всё обрело смысл. По какой-то причине Тесс стала сосудом для Сесилии. Может быть, это было связано с нашими отношениями в этом мире, которые должны были создать мост, но это не имело значения.

Если мы с Нико оба стали такими сильными после реинкарнации в этом мире, то насколько сильной будет Сесилия — «Наследие» — если она реинкарнирует в тело Тесс?

Далёкие отголоски моих мыслей раздавались над и под моим нынешним, бодрствующим “я”.

«Сильви. Ты же знаешь, что сказала Риния». Мой голос прозвучал умоляюще, но только из-за странного эффекта краеугольного камня, который заставлял события развиваться именно так, как они развивались. «Мы не можем позволить им заполучить Тесс».

Я почувствовал, как Сильви покачала головой, прижавшись к моей спине. Она держала меня, не давая продолжать борьбу. Потому что Каделл и Нико собирались забрать её. А я умирал. «Мы оба станем сильнее», — сказала она приглушённым голосом. «Пока мы живы, у нас есть шанс».

Направив Реквием Ароа, я протянул руку и зажал золотую нить между пальцами. Время замерло.

Тессия всё ещё пыталась отвернуться от меня. Она только что произнесла слова, которые, как я опасался, могут стать последними в её жизни. Это было даже забавно: я так отвлёкся, что так и не услышал, что она сказала. Я уже подумывал повернуть время вспять и прислушаться, но…

За Тессией, измождённые битвой и испачканные кровью, ждали Каделл и Нико. Вокруг них пылал город Телмор, и пламя, поднимавшееся до небес, напоминало витраж на фоне затянутого дымом неба.

В этот момент всё изменилось.

‘И это наше следующее испытание, которое нужно преодолеть, если мы хотим идти дальше’, — сообщил я Сильви и Реджису.

Тело Сильви расслабилось у меня за спиной, когда её осознанное “я” взяло верх. Её руки отпустили меня, и она обернулась, окинув взглядом застывшее поле боя.

Реджис проявился рядом со мной, выйдя из темноты в мир камня-ключа в своей огромной форме теневого волка. «И как именно мы это сделаем, принцесса?»

Мы провели некоторое время, следуя за нитями времени и Судьбы туда и обратно через эти первые годы моей жизни, но не открыли никакого нового понимания ни механики артефакта, ни аспекта Судьбы. То ли благодаря прямому взаимодействию с золотыми нитями через Реквием Ароа, то ли благодаря заземляющему присутствию Сильви и Реджиса, я обнаружил, что могу вносить изменения и исследовать альтернативные события, не забывая о себе.

Пока я размышлял об этом, Реджис отпрыгнул от меня и встал рядом с Нико. С озорным видом Реджис взвился вверх и сомкнул челюсти на горле Нико. Нить вырвалась из моей хватки, и мир снова пришёл в движение. Брызнула кровь, Нико попятился назад и с захлёбывающимся криком упал на землю.

Прежде чем сцена получила дальнейшее развитие, я снова ухватился за нить Реквиема Ароа и слегка потянул, обращая время вспять, к моменту нападения Реджиса.

«Теперь тебе лучше?» — спросил я Реджиса, мой голос был хриплым от раздражения.

«Не очень», — признался он, его волчьи плечи вздымались и опускались, когда он глубоко вздыхал.

«Сосредоточься», — мягко упрекнула его Сильви, прежде чем снова повернуться ко мне. «Продолжай, Артур. Я готова».

Я снова сосредоточился на Реквием Ароа, уже не замечая постоянного зуда в своём физическом ядре. Медленно, желая испытать всё так, как оно произошло, я потянул нас вперёд по золотой нити, вновь переживая создание карманного измерения, которое позволило мне безопасно вывести Тессию и остальных с поля боя через портал, созданный из медальона Ринии.

Сильви использовала своё заклинание — если это вообще можно назвать заклинанием, — передав мне свою жизненную энергию, и мы посмотрели друг на друга, когда она снова исчезла.

Я крепко сжал нить, снова заморозив нас.

Сильви всё ещё была здесь, состоящая из двух частей: призрачный аспект, сформированный в лавандово-золотой пыли, и яркая серебряная искра её собственной жизненной силы, которая вместе с остальной её энергией устремилась ко мне.

‘Сильв?’

Серебряная пылинка сверкнула, а призрачный образ остался неподвижным. Я сжал кулаки и от волнения всмахнул руками.

‘Сработало!’

‘Это верно, но… мне трудно заставить себя оставаться в сознании в этой форме…’

Ну конечно, подумал я, чувствуя себя глупо. Войди в меня. Реджис, направь её.

Реджис, уже вернувшийся в своё бесплотное состояние, вынырнул из меня и подлетел к серебряной искре. Кружась друг вокруг друга, как светлячки, тёмный огонёк и серебристая искорка неровно порхали, сближаясь с каждым резким поворотом, пока не исчезли в моей груди.

‘О!’ — подумала Сильви, её разум расслабился и позволил мне снять напряжение, о котором я и не подозревал. ‘Так гораздо лучше’.

‘Пойдёмте.’

Нить снова прошла сквозь мои пальцы, и я провалился в созданный мною портал.

Только вот… он не привёл меня в подземное убежище, как предполагалось. Он сработал для Нифии, госпожи Астеры и Тессии, но сейчас, когда я проваливался в него, осторожно шагая вперёд во времени, я видел, как разрываются нити эфира. Когда портал разрушился, в нём осталось нечто вроде дыры.

Дыра в эфирное пространство, понял я.

По ту сторону находился большой круглый зал с гладкими белыми колоннами, подпирающими потолок, освещённый тёплым сиянием.

Золотистая энергия сочилась из твёрдого камня, прижимаясь к краям отверстия, оставленного порталом, и не давая ему закрыться, пока я входил. Портал исчез, и дыра между измерениями поглотила сама себя, как только я прошёл через неё. Золотистый свет замерцал и потускнел, а я остался лежать на полу, как и тогда, когда впервые очнулся в Реликтовых Гробницах.

‘Сильви? Реджис?’

‘Мы здесь’, — ответили они вместе, став двумя узлами тепла и сознания в моём теперь уже сломанном ядре.

Я перевернулся на спину и усмехнулся, глядя в пустой потолок. «Сработало».

Реджис появился рядом со мной и рысью пересёк комнату. Он с минуту принюхивался. ‘Яйцо. Его здесь нет’.

Значит, оно нам не понадобится, подумал я, нервничая и надеясь одновременно. ‘Сильв? Ты можешь выйти?’

‘Я попробую’.

Серебряная искра вылетела из моей груди. Она нерешительно покачивалась в воздухе за пределами моей плоти и костей. Волчья форма Реджиса стала прозрачной и нематериальной, а затем превратилась в тёмный огонёк, который молнией метнулся в сторону Сильви. Мгновение они кружились друг вокруг друга, а затем…

Реджис проглотил серебряную искру. По крайней мере, так это выглядело. В течение нескольких секунд Сильви была видна только как небольшое количество серебристого света, просачивающегося сквозь бесплотное тело тёмного огонька. Их объединённые мысли были искажены, и их было трудно разобрать, но я ждал, доверяя им обоим так же сильно, как самому себе.

Реджис начал светиться тусклым золотистым светом. От него начали исходить золотые и лавандовые частицы, которые обретали форму прямо передо мной. Сильви возникла из воздуха в ярко-золотом цвете, её черты прояснились, когда ореол вокруг неё потускнел. Реджис вновь появился рядом с ней, тёмный на фоне её света.

Поскольку Сердце Мира всё ещё было активно, я внимательно следил за нитями Судьбы. Интересно, что появление Сильви во плоти не внесло серьёзных изменений во временную линию.

«В каком-то смысле я всегда была здесь», — сказала она, мысленно представляя каменное яйцо. «Эта частичка меня никогда не покидала тебя».

Она перевернула руки и вопросительно посмотрела на них. «Странно, однако. Я чувствую себя не совсем… настоящей».

Затем, без предупреждения, она снова растворилась в свете, превратившись в искру.

‘Смотрите! Я могу…’

Искра метнулась вперёд, без труда пройдя сквозь мою плоть, и закружилась вокруг разрушенных останков моего ядра.

‘Но почему я могу это сделать?’

«Возможно, это просто сбой в матрице», — сказал Реджис, сев на задние лапы и вывалив язык. «Но, по моему невероятно образованному мнению, Судьба просто издевается над нами».

Сильви снова появилась передо мной. «Пасть, Реджис», — мягко отругала Сильви, сдерживая улыбку.

«Законы реальности, похоже, нарушаются тем сильнее, чем сильнее мы становимся», — сказал я, протянув руку и сжав ладонь своей связи. «Однако возникает вопрос: что произойдёт, когда мы уйдём отсюда? Логично, что мы по-прежнему будем знать всё новое, что изучили, или любое понимание, что получим благодаря ключевому камню, но что, если я… не знаю… разблокирую новую божественную руну? Просто как пример».

«Интересный вопрос, но остаётся ещё один, более важный», — ответила Сильви. «Как это приблизит нас к пониманию Судьбы и выходу из камня-ключа?»

Я не смог сдержать хмурого взгляда, который расплылся по моему лицу.

«Реликтовые Гробницы — это место, где хранятся все знания Джиннов. Всё, что они знали о Судьбе, находится где-то здесь. Оглядываясь назад, могу сказать, что мой путь через них был полон упущенных возможностей. Во-первых, я хочу посмотреть, что произойдёт, если я восстановлю своё эфирное ядро внутри ключевого камня. После этого… мы сделаем то, что делают все восходящие».

Навигация по Реликтовым Гробницам внутри камня-ключа оказалась совсем не такой, как в реальности. Моя способность перемещать нас назад и вперёд во времени позволила мне исследовать всё так, как я не мог раньше. Любопытствуя, я двигался вперёд, пока мы с Каэрой не забрали Компас из реликвария Центральной Академии, затем поместил Компас в руну пространственного хранилища и снова повернул время вспять, вернувшись в первую зону.

Снова оказавшись внутри ничем не украшенной комнаты, я вгляделся в руну. Компас был там и ждал меня, несмотря на то что технически я приобрёл его в будущем. Чувствуя нарастающее волнение, я достал Компас и повертел его в руках. Отполированная сфера всё ещё оставалась мёртвой реликвией, поэтому я использовал Реквием Ароа и принялся за её восстановление.

«Теперь мы можем идти куда угодно», — сказал Реджис, нетерпеливо обходя меня и постукивая когтями по каменному полу. Стук прекратился, и он посмотрел на меня, нахмурив свою волчью морду. «Куда угодно, кроме многоножки. Никогда больше…»

Я добродушно усмехнулся. Между нами тремя было чувство оптимизма.

«Вообще-то, я тут подумал. Теперь у нас есть всё необходимое, чтобы вместе пройти через Реликтовые Гробницы, но прежде я хочу узнать кое-что ещё».

Брови Сильви поднялись, когда она поняла мои намерения. «Я… хотела бы это узнать. Как ты думаешь…»





Глава 478 — Грань Горизонта




От лица Артура Лейвина. Несмотря на отсутствие видимых глаз, украшенное рунами лицо золотистого светящегося существа смотрело на меня, пробирая до костей. Мой собственный разум казался пустым, лишённым намерений и осознанных мыслей. Я чувствовал, как золотые нити прокладывают себе путь через мой разум и воспоминания, моё прошлое, настоящее и будущее. Это ощущение ужасало меня на экзистенциальном уровне.

«Кто ты?»

Мой голос звучал глухо и мягко, баритон поглотила пустота и мои собственные сомнения.

«Ты уже сказал это». Нити пульсировали и вибрировали, пока существо говорило. «Я — Судьба. Или… аспект Судьбы».

Пытаясь придумать, что ещё сказать, я отчаянно осматривал взглядом широкое пространство эфирной пустоты, окружавшее нас. Единственной конкретной чертой бескрайней чёрно-фиолетовой пустоты был портал. Мне стало интересно, что произойдёт, если я попытаюсь сбежать через него обратно.

Нет, именно поэтому мы здесь, напомнил я себе, пытаясь мысленно пробиться сквозь нехарактерный страх, лишавший меня чувств. «Как тебя там ещё раз звали? Ханеул? Теневые Когти и другие племена? К чему этот фарс?»

Золотые нити распутались, задрожали в воздухе и снова вплелись в гуманоидную форму слева от нас, из-за чего мы оказались между Судьбой и порталом. Сильви и Реджис развернулись, чтобы мы втроём оказались лицом к лицу с Судьбой.

«Я выбрал фигуру из твоих воспоминаний, которая, как мне кажется, поможет тебе успокоиться, чтобы сделать этот разговор более комфортным». Нити снова завибрировали, и в резонирующем, нечеловеческом голосе аспекта Судьбы прозвучал намёк на это. «Ты несёшь в себе многие сотни часов воспоминаний того, кого называют Ханеулом, что придаёт этому облику огромную важность». Что-то похожее на смех пронеслось по форме, пустив рябь по сотням золотых нитей, расходящихся от неё. «Возможно, для того чтобы ввести тебя в разговор, тебе потребовался не комфорт, а замешательство».

Я взглянул на Сильви, которая встретила мой взгляд приподнятой бровью. ‘Это… не совсем то, чего я ожидала’.

Реджис озадаченно наклонил морду. ‘Я тоже’.

«Ваши ожидания могут оказаться ошибочными», — ответила фигура, словно услышав наши мысли. «Ты знаешь так мало, но твоя проницательность привела тебя к порогу большего понимания. К краю горизонта. Твой рост, твоя сила — твои многочисленные успехи и неудачи — подготавливали тебя к одному, и только к одному».

«К овладению аспектом эфира, известным как Судьба?» — спросил я вслух, когда дрожь пробежала по моей спине.

«Нет». Это слово повисло в воздухе и, казалось, отразилось от каждой нити, составлявшей физическую форму сущности. «Но твоё непонимание очень… человечное».

Прежде чем я успел ответить, цвета разлились по пустоте, кружась и сливаясь воедино, образуя облачное голубое небо, зелёную поляну и просторы океана, каждая белая волна которого сверкала, как множество бриллиантов под жёлтым солнцем. Когда моё внимание вернулось к аспекту Судьбы, он снова превратился в Джинна Ханеула с голубой кожей и розовыми глазами.

Я сделал пробный шаг; земля под ногами казалась твёрдой. Наклонившись, я провёл ладонью по травинкам, чувствуя, как каждая из них сгибается, а затем возвращается на место. Что-то в этой сцене было знакомым. «Где мы находимся?»

«Это зависит от того, когда ты находишься», — ответил Ханеул. Он подошёл к краю высокого утёса, который вертикально поднимался над широким пляжем внизу. Внезапно по ландшафту пробежали тени, и из песка начали вырастать здания. Тёмные фигуры двигались по пляжу, словно тысячи муравьёв. «Первыми здесь поселились Фантомы. Очень, очень давно».

Перед нами вырос огромный город, оживлённый маленькими тёмными фигурками, которые появлялись и исчезали слишком быстро, чтобы их можно было разобрать. Город поглотил береговую линию и скалы, простираясь во все стороны, насколько хватало глаз. Затем появились другие фигуры. Белые тени, затем синие, красные и коричневые — все они спускались на город. Хотя далёкая сцена была лишена деталей, было очевидно, что разворачивается страшная битва. Обе стороны сильно пострадали, и к тому времени, как всё закончилось, пейзаж вернулся в прежнее состояние. От города ничего не осталось.

Я вспомнил, что рассказывал мне Кэзесс о древней ветви асур, называемой Фантомами.

«Мы только что видели, как все остальные асуры объединились против воинственных Фантомов, так ведь?» — сказал я, обращаясь в основном к самому себе.

Вскоре белые фигуры заполонили пляж и, подобно тому как это делали до них тёмные фигуры, изображавшие Фантомов, начали возводить огромный город. Но не успел город достроиться, как все белые фигуры исчезли. Несколько долгих мгновений я хмуро смотрел на полуразрушенный город-призрак. Как раз в тот момент, когда я собирался повернуться к Ханеулу и спросить, что случилось, земля разверзлась и поглотила город целиком.

«Когда драконы забрали Эфеот из этого мира, они стёрли с земли все признаки своей цивилизации, чтобы будущие поколения людей ничего о них не знали». Ханеул с грустью посмотрел на пустой пляж. В результате строительства и падения двух городов ландшафт стал неровным, а скалы были частично вырублены. «Оно всегда здесь. Это место взывает к каждой цивилизации, выросшей на этой земле».

«Что ты…»

Я замолчал, наблюдая за тем, как по пляжу расползается новый народ. Они продвигались медленнее, чем Фантомы или драконы. Начав с маленьких хижин, они превратили свою деревню в село, а затем в небольшой город, прижатый к скале. Земля вокруг нас была распахана и взрыхлена до коричневой почвы, на которой выращивали урожай. Из труб некоторых зданий, которые теперь были сделаны из кирпича, а не из глины или дерева, валили густые клубы дыма. В океане появились доки и небольшие парусные суда. На какое-то время их продвижение, казалось, остановилось, а затем…

Белые пятна обрушились на город дождём белого огня, и город был стёрт с лица земли в мгновение ока.

Первая мысль была о Джиннах, но я уже видел город Джиннов. Он выглядел иначе. Но, как и прежде, белые фигуры были драконами…

Леденящая душу мысль омрачила мой разум, и я повернулся к Ханеулу за подтверждением. Его розовые глаза не отрывались от пляжа.

Вскоре появилась ещё одна группа людей. Как и прежде, они медленно застраивали землю, превзойдя предыдущую цивилизацию: возвышающиеся строения стали основой города, обнесённого стенами, которые тянулись вдоль береговой линии в каждом направлении. Затем снова появились размытые белые фигуры, и здания разрушились. К тому времени как драконы улетели, от города не осталось и следа.

Сильви издала тихий болезненный стон, не отрывая взгляда от призрачных разрушений.

«Это один маленький уголок одного небольшого континента этого мира, в один узкий промежуток времени», — сказал Ханеул, его голос был странно лишён эмоций. «Тебе нужно увидеть это, чтобы понять. Только когда ты поймёшь, ты сможешь увидеть».

Время шло своим чередом, и ещё несколько городов выросли и были разрушены, каждый из них представлял собой цивилизацию, совершенно новый народ. Затем вырос город, который я узнал.

«Город Джиннов. Тот самый, который я видел на испытании. Жороа».

Мы стояли возле беседки с видом на город, чуть в стороне от небольшого водопада. Мирная эпоха Джиннов, казалось, длилась дольше, чем у других цивилизаций, но я знал, что будет дальше. Когда это случилось, я отвернулся. Я уже видел конец Жороа, и мне не нужно было переживать его снова.

Когда я снова поднял глаза, города Джиннов уже не было. Не осталось ни клочка, ни пятнышка, ни разрушенной стены, ни фундамента. Ничего. «Я увидел, но не понимаю», — сказал я в конце концов.

«Я знаю», — сказал Ханеул.

Вскоре люди вернулись. На этот раз я смог разглядеть некоторых из них. Они строили на вершине скалы, которая со временем обветшала и стала более покатой. Вместо ровного участка океанского побережья большая часть широкого пляжа была уничтожена предшествующими разрушениями, образовав знакомую бухту.

«О… вот же чёрт!» — воскликнул Реджис, когда его осенило. «Вот где сейчас Этистин».

Сцена растаяла, земля растворилась у меня под ногами, небо расплылось на тонкие цветные лоскуты. Мы снова парили в эфирном царстве рядом с порталом. Ханеул исчез, а на его место вернулся аспект Судьбы, его светящееся шёлковое тело излучало свет на меня и моих спутников.

«Это было на самом деле?» — спросила Сильви, затаив дыхание, не в силах скрыть от нашей связи нарастающую панику и отвращение.

Свет вокруг аспекта Судьбы померк. «Да».

«Все эти цивилизации…»

Мне пришлось сглотнуть, чтобы смочить пересохшее, распухшее горло.

«Драконы уничтожили каждую из них?»

«Да».

«Этого не может быть», — сказала Сильви, покачав головой и отвернувшись.

Мне не нужно было видеть её лицо, чтобы почувствовать, как из её глаз потекли слёзы. Я положил руку ей на спину, пытаясь утешить.

«Какой вывод я должен сделать из этого? Что драконы уничтожили не только Джиннов, но и многие другие цивилизации до них? Как это поможет мне понять Судьбу?»

Аспект снова исчез, но только для того, чтобы появиться прямо передо мной. «Это фундамент, на котором ты должен построить своё новое понимание эфира».

«Как мы можем верить тебе? Как мы можем верить чему-либо в этом месте?»

Слова Сильви прозвучали резко и обвиняюще.

«Мы находимся в ключевом камне. Ты можешь быть просто выдумкой. Всё, что мы видели — даже этот разговор, даже ты — всё это может быть нереально».

«Сильв…» — сказал я утешительным тоном. Через нашу ментальную связь я притянул её к себе. Хотя она не двигалась физически, её воля прижалась к моей. По её телу пробежала дрожь, и дыхание облегчилось.

Аспект Судьбы неподвижно висел в пустоте. «Неверно утверждать, что мы находимся в артефакте, который вы называете ключевым камнем».

Пока сущность говорила, я впился пальцами в грудину, внезапно ощутив ужасный зуд, исходящий из моего ядра. Я не вернулся в своё физическое тело, я всё ещё ощущал расстояние между ним и мной, но в то же время я почти чувствовал, как воздух равномерно проникает в мои легкие при входе и покидает их при выдохе, как расширяется и сжимается грудная клетка. Когда я сосредоточился, то даже услышал Сильви рядом с собой: её дыхание стало быстрее, резче, как у человека, который вот-вот проснётся от ночного кошмара.

Мы были ближе к самим себе, но в то же время не были полностью в том или ином месте.

«Это правда, Артур-Грей. Вы не находитесь полностью ни в камне-ключе, ни в реальном мире. Ваши разумы находятся здесь, со мной, в этой тюрьме». Золотистый свет затрепетал от того, что мой мозг воспринял как гнев. «Вы трое сможете поверить в это, если просто захотите. Судьба находится как внутри ключевого камня, так и вне его, как и вы».

«Тюрьма?» — спросил я, не совсем понимая, что имел в виду аспект Судьбы.





Глава 479 — Последнее Слово




От лица Сесилии. Звук быстрых, уверенных шагов Агроны перекрывал все остальные звуки в залах Тэгрин Келума. Моя собственная походка казалась замедленной и даже робкой, когда я плелась вслед за ним. Нико шёл рядом со мной вслепую, не обращая внимания на то, куда он ступает. Дважды он споткнулся о неожиданную ступеньку, но всё равно его глаза впивались в моё лицо, как две раскалённые кочерги.

Его пальцы сжимались и разжимались, а зубы покусывали внутреннюю сторону губы. Несколько раз он открывал рот, смотрел на спину Агроны, снова закрывал его и принимался грызть губу по новой. Он не мог бы более явно дать понять, что ему нужно что-то мне сказать, даже если бы выгравировал этот факт в рунах на лбу, но он явно не мог сказать всё, что хотел, в присутствии Агроны.

‘Что бы это ни было, придётся подождать’, — подумала я, устремив свой взгляд на спину Агроны. ‘Мы направляемся в Дикатен. Чтобы убить Грея’.

Тессия глубоко погрузилась в себя. Во время разговора с Агроной я чувствовала проблески её эмоций — в основном облегчение, которое она испытывала каждый раз, когда Джи-э не находила Грея, — но она скрывала от меня свои мысли.

Столько всего произошло так быстро. Тессия освободила меня из ловушки, которую устроил Грей, и я смогла выбраться из Реликтовых Гробниц и вернуться к Агроне. Я старалась не думать об обещании, которое дала ей. ‘Так вот почему ты сейчас молчишь? Сожалеешь?’

Ответа не последовало, но я его и не ждала.

Мы достигли телепортационной комнаты, в которой я никогда раньше не бывала. Я знала, что мы всё ещё находимся в личном крыле Агроны, поэтому предположила, что это его личный артефакт варп-телепорта. Восьмиугольная комната была маленькой по сравнению с большими гостиными, кабинетами и другими подобными помещениями, составляющими те части его личного крыла, которые я видела.

Свет падал с наклонного потолка, освещая реликвию, покоящуюся на гранитной колонне в центре комнаты. Как только мы вошли, устройство активировалось, и по его бокам ярко загорелись руны. Хотя его форма была такой же, как у наковальни, варп-артефакт Агроны был серебристо-гладким и более крупным, чем большинство виденных мной.

«Соберитесь вокруг», — бесцеремонно сказал он, отходя к дальнему краю.

Нико встал слева от него, а я — справа. Глубоко внутри меня, казалось, сжались внутренности, и я не могла понять, была ли эта нервозность моей собственной или она передалась от Тессии.

Агрона не предупредил, когда нас троих внезапно выдернули из Тэгрин Келума и перенесли через полмира. Возникло небольшое головокружение, но перемещение было настолько плавным, что почти не вызывало дискомфорта, создав эффект “зловещей долины”*. Когда мои ноги погрузились в траву, доходившую мне до лодыжек, я споткнулась.

*Прим. ред. unger: Uncanny valley – эффект зловещей долины. Это явление, описывающее неприязнь людей к искусственным объектам, которые внешне или поведением напоминают человека. В данном случае автор применяет это понятие к действию перемещения через портал.

Нико схватил меня крепче, чем нужно, и с тревогой посмотрел на меня.

«Сесил? Ты…»

«Я в порядке», — ответила я, высвобождая свою руку из его ладоней и оглядываясь вокруг.

Мы стояли на краю небольшой рощицы. Перед нами было скопление камней, образующих узкий вход в пещеру. Я искала любое прерывание маны, которое могло бы намекнуть на присутствие Грея, но ничего не было. «Вы уверены, что он здесь? Может, Джи-э ошиблась?»

Украшения на его рогах слегка зазвенели, когда Агрона посмотрел на меня, недоверчиво приподняв брови. «Сесил, дорогая, не будь глупой».

Я побледнела, заставив Агрону улыбнуться, после чего он отвернулся и направился к скалам.

Нико взял меня за руку, его горящий взгляд прожигал спину Агроны. Он подождал немного, позволив Агроне сделать несколько шагов вперёд, а затем наклонился ко мне. «Мне нужно…»

«Идёмте», — сказал Агрона, его ровный баритон отдавался в моей груди.

Я сжала руку Нико, затем отстранилась и поспешила за Агроной. Я почувствовала, что Нико задержался на месте, прежде чем нерешительно последовать за мной.

Агрона шагнул в трещину в скалах и медленно поплыл вниз, в темноту. Перед тем как исчезнуть из моего поля зрения, он снова посмотрел на меня, и его взгляд вцепился в меня, как поводок. Не раздумывая, я шагнула вслед за ним. На секунду я погрузилась в темноту, но ощущение падения исчезло, когда я ухватилась за ману и начала медленно опускаться вниз.

Я приземлилась на грубый голый камень рядом с Агроной. Через секунду, с другой стороны от меня, приземлился Нико. Перед нами была пустая пещера. Единственной заметной особенностью были остатки огромного трона. Он был разбит, а его осколки разбросаны по полу пещеры. Но я не чувствовала никаких нарушений в мане, никаких признаков эфирного присутствия. По всем моим ощущениям, пещера была пуста. Если Грей действительно был здесь, то у Нико не было никаких шансов найти его без посторонней помощи.

«Я вывернул это место наизнанку в поисках скрытых туннелей или комнат», — сказал Нико, ход его мыслей был схож с моими собственными.

«Слишком приземлённо», — пробормотал Агрона. Положив руки на бёдра, он уставился в самый центр пещеры. Насколько я могла судить, он ни на что не смотрел. «Не переживай из-за этого, малыш Нико. Это не твоя вина. В конце концов, Артур просто… намного умнее тебя».

Нико вздрогнул, словно его ударили, и уставился себе под ноги. Я почувствовала, что должна вмешаться, но мои мысли были слишком заняты загадкой тайника Грея. «Так как же нам найти это… карманное измерение? Или как там его назвала Джи-э?»

«Аспект эфира, называемый спатиумом, как и следовало ожидать, весьма искусен в манипулировании физическим пространством», — сказал Агрона, изменив тон. Вместо холодного сарказма он стал похож на увлечённого профессора, объясняющего любимую тему. «Такие карманные измерения находят всевозможное применение. Артефакты для внепространственного хранения, которые так часто используются на обоих континентах, были созданы на основе аналогичной способности. Разумеется, Джинны могли делать многое из того, что сегодня большинство считает невозможным».

Агрона обошёл пещеру по кругу, его взгляд постоянно фокусировался на одной и той же точке. «Когда руны привязаны к предмету, такие пространства относительно стабильны. Но когда они проецируются как таковые…»

Агрона остановился и сделал несколько шагов назад. Хотя он стоял в расслабленной позе, от него начали исходить волны тёмной маны. В воздухе появились тёмные полосы, и его мана нарушила атмосферу, рассеяв её по всей пещере.

Под действием волн маны стал виден прозрачный, бесплотный пузырь. Он мерцал, сияя внутренним светом, который каким-то образом противостоял тёмной мане, бомбардирующей его. Он был небольшим, всего несколько футов в диаметре, и висел в воздухе на высоте пятнадцати футов. Только потом, глядя на него с таким количеством маны, создающей резонанс, я почувствовала искажение, которое могло бы выдать его присутствие.

Одной части меня было стыдно, что я не заметила его раньше, а другая была поражена — и немного напугана — тем, что Джи-э нашла его через океан и так далеко от алакрийских поисковых сил.

Мне также было любопытно, с какой лёгкостью Агрона, похоже, выявил его и взаимодействовал с ним, но всё вместе это, в основном, показало мне, насколько несправедливыми были придирки Агроны к Нико. Когда я взглянула на Нико, то поняла, что он всё ещё наблюдает за мной, а не изучает пространственный карман. Я улыбнулась ему извиняющейся улыбкой, надеясь, что он меня понял.

Мана, исходящая от Агроны, усилилась. Снова и снова в пузырь ударяли потоки пустотного ветра, постепенно набирая мощь. Края пузыря трескались, и казалось, что пространство странно искривляется вокруг него, изгибая и скручивая ману.

«Отойдите», — внезапно сказал Агрона, махнув рукой.





Глава 480 — Провидение




От лица Артура Лейвина. Сквозь какофонию неразличимых звуков я услышал приглушённый голос.

«Убей её».

«Нет».

Яркое пятно посреди тьмы. Эхо десятков тысяч разбитых вдребезги фрагментов разума, вытеснены за пределы возможностей и здравого смысла.

Под моими закрытыми веками эфир, подобно крови, вытекал из пористых границ между мирами. На это видение накладывалось другое: золотые нити, простирающиеся за пределы одного мира в другой, пересекающие разлом и расходящиеся вдаль и вширь от точки соприкосновения, представленной одним человеком, чьи руки были запятнаны кровью прошлых цивилизаций. В видении я разорвал нити судьбы и стал свидетелем краха империи. В видении я смотрел на свои собственные руки, и они были такими же красными, как у него.

Но это не так. Я отбросил видение. За ним начало появляться маленькое пятнышко света.

Я попытался заговорить. Слова прозвучали как крик.

Затем другое видение. Я рассматривал его тщательнее и дольше: я с короной из света, парящей над моей головой, нити судьбы окутывают меня подобно защитным доспехам, Агрона бессилен против меня. В этом видении я поражаю его десятью различными способами, однако каждый роковой удар отражается во времени и пространстве, гарантируя неудачу и разрушение. В результате десять различных видений рушатся вокруг меня, оставляя стоять в эпицентре своей неудачи.

С некоторым трудом я отбросил и это видение.

Свет становился всё ближе, ярче.

Я размышлял о последнем видении, о единственном пути. Это была дверь, которую я мог открыть, но не мог заглянуть за неё. Но это был единственный путь.

Видения слились в яркое пятно. Я попытался закрыть глаза, но они уже были закрыты.

Неразборчивые звуки били по ушам.

«Убей её».

«Нет».

«Артур-Грей».

Перед моими глазами вспыхнула молния. У меня перехватило дыхание. Мир, написанный огнём, виден сквозь закрытые веки.

Мои глаза резко открылись, и слабый крик сорвался с моих губ.

Я увидел себя сверху, поскольку сознание вышло из тела. Настоящий я сидел, скрестив ноги, в бассейне с насыщенной эфиром жидкостью, которая слегка пульсировала и отбрасывала неровный сине-фиолетовый свет на внутреннее пространство большой подземной пещеры, где так давно пряталась Сильвия. Рядом со мной в такой же позе сидела Сильви. Её лицо хмурилось от напряжения, глаза по-прежнему закрыты, веки дергались, а глазные яблоки под ними метались из стороны в сторону, как будто она видит мучительный сон.

Я ничего не почувствовал, когда увидел то, что было передо мной. Сцена всё ещё была слишком отстранённой от меня, слишком далёкой и нереальной.

Тессия — нет, Сесилия — стояла на четвереньках рядом с бассейном. Её серебристые волосы закрывали лицо. Миндалевидные бирюзовые глаза сузились и сквозь серебристые пряди смотрели на стоящего над ней мужчину. Кровь запеклась вокруг её пальцев и вылилась в бассейн, окрашивая тусклый голубой свет.

Мне не нужно было искать источник, чтобы понять, что это не её кровь, но мой взгляд всё равно переместился на Нико. С каждым слабым ударом его умирающего сердца по неестественному, ветвистому, чёрному шипу, торчащему из спины, вытекало всё больше крови, которой у него почти не осталось.

Не нужно было гадать и о том, как это произошло. Мана, из которой было сотворено смертельное заклинание, всё ещё витала вокруг Агроны, едва контролируемая. Он уже забыл о Нико, я знал. Всё его существо было сосредоточено на Сесилии, и он встретил её свирепый взгляд с выражением жестокой, выжидающей властности.

Между ними протянулось множество золотых нитей. Те, что окружали Нико, начали обрываться одна за другой. Большинство из них вели от него к Сесилии, обвиваясь вокруг неё, и меньше — к Агроне. Пара нитей связывала Нико со мной, но и они подрагивали от напряжения, готовые вот-вот оборваться.

Хотя Нико и Агрону связывало совсем немного нитей, от самого Агроны расходилось такое большое их количество, что я не мог сосчитать.

И всё же я был покрыт ещё большим числом золотых нитей, чем остальные. Обёрнутые вокруг каждого сантиметра моего тела, так что я почти скрывался под ними, золотые нити соединяли меня со всеми остальными, а затем распространялись по всему миру, как и у Агроны. Нити были намотаны так густо, что я почти походил на…

«Артур-Грей».

Сквозь сплетённые нити, тускло светящиеся вокруг меня, как покровы древнего мумифицированного короля, я увидел его. Аспект Судьбы, находящийся во мне и вокруг меня, связанный со мной, сидящий прямо за мной и надо мной — не в трёхмерном пространстве, а во времени и в спрессованных слоях ткани вселенной, разделяющих физический мир и эфирное царство, в котором он был заперт.

«Я принимаю предложенное тобой видение будущего как находящееся в рамках естественного порядка, как необходимое продвижение стрелы времени», — продолжал аспект, его голос предназначался только для моих ушей. «Но я также хочу предостеречь».

Моё видение вновь изменилось, пройдя сквозь потолок пещеры и почву над ней на открытый воздух. Вместо того чтобы смотреть вниз на Звериные Поляны, я оказался над Этистином, как и в тех видениях, которые Судьба показывала мне о событиях прошлого.

Теперь она показывала мне будущее.

Как и прежде, появились белые размытые пятна, изображающие драконов, и Этистин, каким я его знал, был стёрт с лица Сапина. Без города бухта выглядела одинокой и заброшенной, но время шло, и вскоре здесь зародилась новая цивилизация. Простые строения, которые они возвели, просуществовали недолго, прежде чем их тоже стёрли с лица земли. Скорость видения, казалось, увеличивалась, так что я улавливал лишь вспышки строительства каждого нового города, прежде чем он был разрушен.

Я отдалялся всё дальше, пока весь мир не стал лишь отдалённым пятном на фоне бескрайнего тёмного неба, пустого, если не считать далёких звёзд. Вся широкая вселенная предстала передо мной в утрированных цветах: звёзды казались яркими точечками света на фоне бурлящего, как масло на воде, фона пурпурных, синих и серых тонов.

А прямо под поверхностью, давя на стены реальности, гудело нарастающее давление эфирного царства. Из эфирного царства, подобно биению сердца, стал раздаваться равномерный ритм, и с каждым ударом звёзды становились всё ярче и ярче. Удары становились всё сильнее, быстрее, и я вдруг понял, что сейчас произойдёт.

Как будто моё понимание вызвало это в реальности, мир раскололся. Это было похоже на то видение, которое я видел раньше, — будущее, которое Судьба пыталась воплотить через меня, — но катаклизм, который произошёл в результате, не имел глобального масштаба.

С глубоким, неясным ужасом я наблюдал, как эфирный взрыв пронёсся по небу, стирая звёзды и оставляя после себя лишь бесконечную пустоту.

Сцена померкла, и я снова смотрел вниз на себя и на аспект Судьбы, сидящий внутри и вокруг меня.

С исчезновением видения исчез и мой ужас. То, что он оставил после себя, было похоже на далёкий сон, лишь полузабытый в глубокой темноте ночи. Но, несмотря на это, сновидец не хочет возвращаться ко сну, опасаясь, что кошмар повторится.

«Убей её». Холодные слова вырвались из уст Агроны, и он с убийственным намерением надавил на Сесилию, прижав её к земле на четвереньках.

Она закрыла глаза, её боль была написана на золотых нитях, соединявших их. Одна за другой нити, связывающие её с Агроной, обрывались и исчезали.

Скрипя зубами, она произнесла единственное слово. «Нет».

Мои глаза распахнулись, и с губ сорвался слабый крик.

Агрона повернул голову в мою сторону, и его намерение заострилось, превратившись в смертоносный клинок. Глаза Сесилии, находящейся у его ног, переместились на меня, и сквозь них я увидел, как глубоко в её сердце распускается и тянется наружу дрожащая Тессия. Узелки золотых нитей, протянувшихся между ними, представляли собой мутную, хаотичную путаницу прошлого и будущего, которая связывала их вместе.

Ещё одна нить, связывающая Нико с Сесилией, оборвалась, и я почувствовал, что дыхание, покинувшее его лёгкие, было последним, которое он сделает в этом мире.

«Нико!»

Бассейн всколыхнулся, когда рядом со мной Сильви вскочила на ноги. Её руки взметнулись, и вокруг меня начал образовываться серебристый наполовину сформированный щит.

Коса намерения Агроны ударила по нему, и он лопнул со звуком, похожим на звон колокола. Сильви подняло вверх, её тело закружилось в воздухе, как тряпичная кукла.

Тепло хлынуло в моё пустое ядро, когда Реджис в отчаянии выпустил весь свой эфир, пропуская его через врата вокруг моего ядра. Сила потекла по моим каналам, как лава, обжигающая и неумолимая.

Агрона отшатнулся назад от щита Сильви, споткнувшись.

Рядом с ним поднялась Сесилия.

Подобно тому как Судьба витала надо мной и за мной, словно золотая тень, вместе с Сесилией поднялась серебряная тень. Изумрудные лианы извивались в серебряном свете, когда Сесилия и Тессия стояли вместе. Связывающие их золотые нити разматывались. Не разрывались, а разматывались, каждый потрёпанный узел развязывался и быстро распрямлялся.

Серебряная тень, которой была Тессия, подняла руку. Через полсекунды Сесилия сделала то же самое.

Изумрудные лианы вырвались из рук Тессии и, словно зелёные молнии, пронеслись по воздуху между ней и Агроной. Они врезались в него, отбросив ещё на полшага назад и вцепившись в запястья и рога.

Рука Сесилии сжалась в кулак, а нити вокруг неё напряглись и завибрировали, пульсируя золотым светом. Её челюсти сжались, глаза закрылись, и из них потекли слёзы. Её рука опустилась на дюйм.

Агрона усмехнулся, и Сесилию подбросило в воздух. Она летела, пока не ударилась спиной о потолок пещеры, осыпавшийся градом мелких камней, а затем упала обратно на землю, тяжело приземлившись передо мной. Между Сесилией и Агроной вспыхнуло и сгорело не меньше дюжины нитей.





Глава 480.5 — Эпилог 11-го тома




От лица Сесилии Сэвер. Запах дыма вызвал у меня в голове тревогу, и я уронила моток шерстяной пряжи, с которым возилась, прежде чем поспешить на кухню. Я зацепилась бедром за край приставного столика и повернулась слишком поздно, чтобы поймать лампу, которая опрокинулась набок и разбилась о неровные доски пола.

Вздохнув, я решила сделать всё возможное для лампы после того, как спасу остатки ужина, и продолжила путь в маленькую кухню под открытым небом, где в кастрюле яростно булькало и выходил чёрный дым. Осторожно, стараясь сначала обернуть руку — я уже успела узнать, каково это, хвататься голыми руками за горячую железную ручку, — я сняла тяжёлую кастрюлю с солнечного нагревательного элемента и поставила её на стол. Железные ножки оставили на поверхности дерева маленькие чёрные следы.

Прикусив губу, чтобы не вздохнуть снова, я взяла деревянный половник и помешала суп, надеясь, что он не сильно пригорел, но зная, что так или иначе мы будем его есть.

Я помешивала суп ещё минуту или две, чтобы раскалённый утюг не обжёг его ещё больше, затем разжала руку и подняла треснувшую лампу. С сожалением посмотрев на неё, я направилась к выходу, но остановилась в раме, чтобы обернуться и посмотреть на маленький дом.

«Дом», — сказала я, и это слово странно прозвучало на моих губах. Нигде раньше это слово не подходило, но в этом маленьком домике, расположенном далеко за городом, с его нестабильным электроснабжением и бесконечными проблемами с обслуживанием, я чувствовала себя как дома.

Я улыбнулась, спустившись по трём кирпичным ступенькам на землю и обойдя внешнюю стену хижины по изношенной гравийной дорожке, в которой было больше грязи, чем камня.

Хижина выходила на изгиб одной из множества имитированных рек, опоясывающих город, — постоянный поток пресной воды в ней был результатом работы насосов и затворов, а не гравитации. Вдоль берега реки тянулся тонкий ряд вечнозелёных деревьев. С края нашего участка к реке выходил заброшенный причал, но мы так и не смогли приобрести лицензию на гребную лодку, чтобы воспользоваться ею.

Между мной и рекой, на руках и коленях в каменистой почве, которую мы очистили от травы и сорняков, стоял Нико. На мгновение я увидела его не таким, какой он есть, а таким, каким он был раньше — и тем мальчиком, которого я помнила, и тёмным лицом, которое он носил в той, другой жизни.

От этой мысли у меня закружилась голова, как будто я слишком быстро встала и увидела звёзды. Трудно было удержать всё это в памяти. Гораздо проще не пытаться вспомнить. Но иногда мысли возвращались ко мне, и я не могла не думать об этом. У меня была жизнь здесь, на Земле, в качестве Наследия. Эта версия меня прожила короткое и мучительное существование, прежде чем была уничтожена моими собственными действиями.

Глаза закрылись, и мне пришлось следить за тем, чтобы не дышать слишком быстро. Опасаясь утонуть в волнах нахлынувших воспоминаний, я сильно прикусила щеку и заставила себя открыть глаза, а затем начала бежать по пологому склону в сторону Нико. Видение других Нико исчезло. Он снова стал самим собой. Хотя его волосы всё ещё были тёмными, лицо стало мягким и добрым, а глаза — ласковыми. От одного взгляда на него моё беспокойство улеглось.

Он поднял голову. На переносице и щеке у него было пятно тёмной земли — или, может быть, удобрения. Я не могла не улыбнуться этому зрелищу.

«Это как раз то, чего я боялся», — сказал он, улыбаясь шире меня. Но когда он снова взглянул на землю, счастливое выражение его лица сменилось задумчивым хмурым взглядом. «Эта почва ужасна. Река здесь не была достаточно долго, чтобы по-настоящему оросить окружающую землю, и она очень каменистая». Он провёл пальцами по грязи, прикусив губу. «Тем не менее, у нас должно получиться».

«Ужин готов», — жёстко сказала я. Я знала, что он ничего не скажет о том, что он сгорел, но я не могла перестать думать об этом. «Разве что… ну, мы не могли бы сходить в город? Купить что-нибудь вкусненькое например? Суп будет храниться несколько дней».

Нико встал и вытер руки о грязные брюки. «Ты ведь сожгла его, не так ли?»

Я испуганно застонала. «Я не знаю, что случилось. Кастрюля была включена, когда я внезапно забылась…»

«Я знаю», — утешительно сказал он. Внезапно он оказался прямо передо мной, и его сильные руки без труда притянули меня к себе.

Я уткнулась лицом в изгиб его плеча и задрожала.





Глава 480.2 — Ранняя Правда (Спешл)




Спешл-глава №1 — Ранняя Правда # Примечание Автора — В этой дополнительной главе Артур целенаправленно исследует возможную альтернативную временную линию, в которой он встречает Сесилию вскоре после её реинкарнации. Замысел состоит в том, чтобы показать, как Артур более целенаправленно использовал и управлял камнем-ключом, прежде чем обрёл способность свободно манипулировать им, а также понять, что привело Артура к окончательному решению с Судьбой. Хотя эти события в итоге не вписались в повествование 11-го тома, я думаю, читателям понравится взгляд на мотивы Артура и Сесилии, поскольку они напрямую связаны с окончательным завершением сюжетной линии.

От лица Артура Лейвина. Из-под прикрытия густой листвы я наблюдал, как Тессия шагает взад-вперёд по залитой солнцем поляне. Вот только она больше не была Тессией. Не совсем. Не сейчас. Тесс была там, погребённая под только что перевоплотившейся и всё ещё сбитой с толку Сесилией, и именно Сесилия управляла телом Тессии, когда та шла, опустив голову, постоянно шевеля губами, словно что-то репетируя.

Укромный уголок деревни Эйдельхольм казался пустым, если не считать Сесилии, но её не просто так оставили одну в этот опасный момент. Прибыв на место, я обнаружил нескольких магов-алакрийцев с эмблемами, стоявших на страже у деревьев. Тело одного из них остывало в десяти футах от моей точки обзора, остальные были уничтожены аналогичным образом. Гораздо более проблематичной была ядовитая сигнатура маны, которую я ощущал неподалеку. Несмотря на то что я поспешил пройти через Реликтовые Гробницы, чтобы добраться сюда до начала атаки Алдира, и я был уверен, что смогу сразить Нико, если потребуется, это отнимет у меня драгоценное время и, возможно, лишит меня шанса на мирные переговоры с Сесилией.

Потребовалось несколько попыток для прохождения через Реликтовые Гробницы так, чтобы сбежать обратно в Дикатен с достаточным количеством времени, чтобы прорваться сквозь мистический туман Эльширского леса и распространяющееся влияние Алакрийцев. Из-за эффекта вихря, который улавливал импульс моего прохождения по временной шкале камня, каждая жизнь должна была быть прожита хотя бы частично, чтобы зафиксировать определенные ключевые моменты; мне не нравилась мысль о том, что в случае неудачного исхода разговора мне придётся проделывать всё это снова.

Если бы только существовал лучший способ справиться с этой проблемой, — подумал я, прежде чем снова переключить своё внимание на Сесилию. Учитывая, как много я уже изменил, чтобы достичь этого момента, я не мог позволить себе потерять концентрацию, иначе я мог снова забыться и ускользнуть в новую жизнь, не достигнув своей главной цели.

Затаив дыхание, я выскользнул из тени леса и вышел на открытое пространство. Сесилия стояла спиной ко мне, направляясь к задней части обширного эльфийского поместья. Дойдя до конца своего извилистого пути, она повернулась на каблуке, сделала два шага, а затем резко остановилась, увидев меня. Её отрешённый взгляд сфокусировался на мне.

Это была уже не та Сесилия, какой она была, когда мы сражались в пустых руинах дворца Экзегеза. В настоящем, в этой временной шкале ключевого камня, она была только-только реинкарнирована, растеряна и едва справлялась с новой силой, которую ей дали. И всё же через несколько часов ей с Нико предстоит сразиться с асурой. В её взгляде я увидел не ненависть и даже не одобрение. Вместо этого я увидел растерянность и страх. И, возможно, даже маленькую искорку надежды.

«Сесилия». Я произнес её имя успокаивающе, как говорят с испуганным животным. «Меня зовут Артур. Я хотел бы поговорить».

Её глаза слегка сузились, а руки поднялись до уровня талии. Вокруг них зашевелилась мана. «Артур Лейвин. Я… знаю, кто ты. Но…» Она закрыла глаза и отвернулась, на её лице промелькнуло страдальческое выражение.

Я сделал несколько неуверенных шагов ближе. «Ты переживаешь воспоминания женщины, в чьё тело ты вселилась. Тессии Эралит».

Сесилия оскалила зубы в кислой гримасе, её глаза были по-прежнему закрыты. «Вы… обещали друг другу. Остановись. Прекрати!» Последние слова прозвучали резко, почти с болью, и, казалось, были обращены внутрь.

«Она борется с тобой».

«Она думала… что ты мертв…» — глаза Сесилии вспыхнули, и она уставилась на меня. «Ты наш враг! Ты сражался с Нико».

«Это ещё не всё», — ответил я, сохраняя мягкий и не угрожающий голос. «Ты была реинкарнирована из другого мира, из места под названием Земля. С Нико произошло то же самое, как и со мной».

Она застыла, опустив глаза. «Что?»

Меня охватило облегчение от её явного удивления. Я знал, что Агрона использовал — вернее, использует сейчас — только что перевоплотившуюся Сесилию, чтобы передать эльфам послание Тессии, и предполагал, что у него не будет времени, чтобы начать манипулировать её воспоминаниями или отравлять её ненавистью Нико ко мне.

«Не знаю, насколько ясны твои воспоминания о прошлой жизни, но я надеюсь, что ты вспомнишь меня». Я развёл руки в стороны, обратив ладони к ней, чтобы ясно показать, что они пусты. «В этом мире я Артур Лейвин. Но в прошлом меня звали Грей».

Сесилия вздохнула, её руки опустились, когда магия, сконцентрированная вокруг них, исчезла. «Грей? Но… как?»

«Агрона», — просто ответил я. «Мы с Нико были якорями для твоей реинкарнации. Наши отношения с Тессией превратили её в твой сосуд».

Рот Сесилии открылся, брови резко опустились, но она не нашла слов, которые искала. Через мгновение её рот снова закрылся. Она полуобернулась и бросила взгляд через плечо в направлении сигнатуры маны Нико.

«Я не держу на тебя зла за то, что случилось на Земле», — твердо сказал я, пытаясь вернуть её внимание к себе. «Ты выбрала единственный путь, который могла видеть. Я сожалею обо всем, что произошло, но нас обоих использовали силы, превосходящие нас. И Сесилия, именно поэтому я сейчас здесь. Потому что это происходит снова».

Её взгляд медленно вернулся ко мне, подозрение просочилось сквозь черты лица. «Тессия. Её разум затуманен и отдалён, мысли бессвязны. Она молчала до твоего прихода. Она… растеряна. Ей больно. Ты солгал ей».

Я внутренне вздрогнул, хотя и постарался не показать этого на лице. Моя цель здесь не заключалась в том, чтобы пытаться выяснить отношения с Тессией. Это должно было подождать, пока я не разгадаю ключ и не найду способ извлечь Сесилию из тела Тессии, не убивая Тесс. Но я не ожидал, что Тессия прервёт этот разговор или собьет его с пути.

«Мне жаль, Тессия, и за ложь, и за то, что ты узнала об этом таким образом», — сказал я, обращаясь через Сесилию к полупроснувшемуся разуму под ней. «Но если ты когда-нибудь испытывала ко мне любовь, то мне нужно, чтобы ты позволила мне поговорить с Сесилией, не вмешиваясь».

Взгляд Сесилии был обращен вниз, как будто она смотрела внутрь себя. «Она замолчала. Она… доверяет тебе». Её взгляд вернулся ко мне. «Чего ты хочешь, Грей? Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что это снова происходит?»

Глубоко вздохнув, я присел на большой камень на краю поляны. «Как много ты знаешь об Агроне и о том, почему ты перевоплотилась?»

Она заколебалась. «Нико сказал мне только, что Агрона — наш благодетель. Он дает нам ещё один шанс на жизнь в обмен на нашу помощь. Нико прожил в этом мире уже почти два десятка лет».

«Зачем ему нужна именно ты?» — спросил я, хотя уже знал ответ.

Черты лица Сесилии подернулись страданием. «Потому что я — Наследие».





Глава 480.3 — Короткая Передышка (Спешл)




Спешл-глава №2 — Короткая Передышка От лица Артура Лейвина. Внезапно в меня хлынули воспоминания о ещё одной жизни, подавленные и неясные, сливающиеся со многими предыдущими в беспорядочное облако полузабытья.

Когда я плавал в остатках пространства этой жизни, а мой разум преследовал моё собственное младенческое тело, словно призрак древнего, беспокойного духа, я впервые осознал это: Я устал.

Камень-ключ наказывал меня так, как я и предположить не мог. Подобно свече, мерцающей на сильном встречном ветру, я был в опасности сгореть дотла.

Я знал это, но ничего не мог с этим поделать. Не было возможности отступить, не было возможности просто сдаться. Но с каждой жизнью возможность неудачи становилась всё более и более реальной.

Жизнь младенца промчалась мимо, пока я томился в этом послесмертном облаке. Я позволял воспоминаниям о своих решениях оставаться нетронутыми, не тратя времени на то, чтобы проанализировать свою последнюю попытку разгадать ключ, как это было в предыдущих реинкарнациях.

В головоломке была новая груда пазлов, которые нужно было как-то соединить в единое целое, но моё человеческое сознание было утомлено, а маленький младенческий мозг хотел только есть, спать и ещё раз спать.

Внезапно я снова стал малышом.

Который раз? — задавался я вопросом, недолго думая, пытаясь выстроить все основные жизни по порядку, каждая версия меня, как маленький игрушечный человечек, поставленный на полку.

Уже сейчас прожорливая юная версия меня поглощала библиотечные книги в кабинете родителей и начинала собирать ману в грудине. Стоило мне только моргнуть, и дом разлетелся бы на куски во время моего пробуждения, и всё началось бы сначала.

Полностью погрузившись в своё тело, я взял себя в руки и остановился. Я не могу снова встретиться со всем этим, не сейчас. Мне нужно отдохнуть. Нужно время… время.

Встав на свои пухлые, слегка поджатые ножки, я оставил медитацию, чтобы… поиграть с деревянными кубиками в своей комнате. Они не были ярко раскрашены в цвета радуги, как те, что были у нас в сиротском приюте на Земле, но на них были искусно вырезаны маленькие узоры в форме кирпича, и я быстро выстроил из них неровную стену. Я позволил себе погрузиться в серое вещество своей физической детской формы, и инстинкт малыша взял верх. Я начал играть, легко и беззаботно.

День, когда я должен был сформировать своё ядро и пробудиться, пришёл и ушёл, а заботы Артура Лейвина, Копья и регента всего Дикатена, уступили место желаниям малыша, который быстро превращался в мальчика. Иногда в моей памяти возникали неприятные отголоски, как, например, в день моего четвёртого дня рождения, когда я вдруг с ужасом подумал, что нам следовало бы переехать в Ксайрус, но они исчезали так же быстро, как и появлялись. Через некоторое время я уже не мог понять, были ли они реальными или просто полузабытыми снами.

Мне уже приближался тринадцатый день рождения, когда я впервые упомянул об этих странных воспоминаниях отцу.

Он приостановился, сгребая листья, и задумчиво посмотрел на меня. «Сейчас мало кто в это верит, но некоторые старейшины всё ещё говорят о старых верованиях. Раньше люди думали, что после смерти твой дух перерождается в новом теле. Реинкарнация, кажется так они называли это. Одна из вещей, на которых они основывали эту идею, — воспоминания такого рода. Знаешь, воспоминания, которые, кажется, не принадлежат тебе». Пожав плечами, он снова принялся сгребать, оттаскивая старый ворох к двери.

Я разгрёб свою небольшую кучку испачканного вороха по земле, так ничего и не убрав, — мои мысли были заняты совсем не этой задачей. «Но иногда я вспоминаю… магию».

Папа замер. Я смотрел на него краем глаза, и на его лице одно за другим промелькнуло несколько выражений. Удивление быстро сменилось болью, которая перетекла в разочарование, а затем была скрыта страдальческой улыбкой. «Не думаю, что это так уж странно, Арт. Все дети мечтают заниматься магией».

Он вздохнул и прислонил свои грабли к стене. Я сделал то же самое, а затем привалился к нему. Он нежно обнял меня и прижал к себе.

«Прости», — пробормотал я в грубую ткань его рубашки.

«Что?» — спросил он, застигнутый врасплох. «За что?»

«Я знаю, ты разочарован тем, что я не пробудился». Я старался, чтобы мой голос был ровным, копируя тон, который он использовал, когда мама и он ссорились, но он не хотел, чтобы это звучало так.





Глава 481 — Что Было Утрачено




От лица Артура Лейвина. «Привет, Артур».

Голос смутно доносился до меня сквозь сон — далёкий, нереальный, но знакомый. Я дремал, укрывшись уютным одеялом бездумной усталости. В знакомом голосе было что-то волнующее, но одного этого было недостаточно, чтобы вытащить меня из моего метафорического гнезда. Когда эта мысль пронзила туман моего сна, она зажгла искру, и разгорающаяся идея пробилась сквозь пелену.

Эта усталость казалась неправильной. Даже неестественной. Словно сон впился в меня своими когтями и не хотел отпускать.

Эфир расцвёл из моего ядра в ответ на толчок дискомфорта, и туман рассеялся. Я резко сел и огляделся, наполовину в панике, не помня, как оказался в этом месте. Меня окружал ярко-белый камень, плавно переходящий в дуги и арки.

«Успокойся, Артур, успокойся».

Отвернувшись от необычной архитектуры окружающего меня здания, я сосредоточился на пожилой женщине, сидящей у моей кровати. Её морщины стали ещё глубже, когда она тепло улыбнулась мне, и на мгновение я снова стал пятнадцатилетним. Паника улеглась почти так же быстро, как и появилась. Я лежал в постели. Реджис в своей щенячьей форме лежал на одеяле у моих ног и крепко спал. Я был в безопасности.

«Леди Майр. Прошло много времени…»

«А мне кажется, что прошло совсем немного времени», — просто ответила она.

Я задумался о разнице в наших взглядах и задался вопросом о правильности моего собственного отсчёта времени. В конце концов, сколько времени прошло в камне-ключе? Сколько жизней я прожил после встречи с леди Майр? С одной стороны, прошла целая вечность. С другой — всего несколько коротких лет. Впервые я по-настоящему увидел инопланетную перспективу таких асур, как Кэзесс и Агрона, и подумал, что хоть немного понимаю, как они видят течение времени.

«Где я?»

«Эфеот», — ответила она. Её глаза метнулись к одной из арок, и мой взгляд последовал за ней. «Точнее, ты в городе Эвербёрн».

Через арочное окно я мог видеть здания на противоположной стороне улицы. Стены были чистыми, гладкими, из белого или кремового камня, которые дугой поднимались к крышам, выложенным бирюзовой и голубой черепицей. Фасады зданий украшали арочные окна, зеркальные по отношению к тому, из которого я выглядывал, но я почти ничего не мог разобрать, что находилось за ними. Пока я разглядывал здания, мимо пронёсся зеленовласый асура, сосредоточенно нахмурив брови, и его рот двигался, когда он что-то говорил себе под нос, очевидно, сам с собой.

За зданиями над городом возвышалась тень массивной далёкой горы — не более чем голубой силуэт на фоне синего неба. Гора имела характерную раздвоенную форму.

«Один из нескольких драконьих городов в тени горы Геолус, да», — продолжила Майр. «Я подумала, что здесь твоей семье будет более… удобно. Чем в замке, я имею в виду».

«А где Элли и моя мама?»

Хотя бабушкина улыбка не сходила с её лица, взгляд Майр был напряжённым и пристальным. Я не мог отделаться от ощущения, что она читает меня как книгу. «Я почувствовала, что ты просыпаешься, и отправила их с коротким поручением. Прости меня, Артур, но я хотела поговорить с тобой наедине».

Нахмурившись, я приподнялся в сидячем положении и спустил ноги с кровати. На мне было шёлковое ночное белье, которое я не узнал, его глянцевая белизна контрастировала с тёмно-лесной простынёй. «Поговорить со мной? Как с гостем или как с пленником?»

«Не забывай, что ты сам просил Виндсома привезти твою семью в Эфеот», — ответила она, но её тон оставался мягким. «Ты, как и прежде, мой желанный гость, Артур».

Я обдумывал сказанное, пока разрозненные фрагменты моей памяти продолжали вставать на свои места. «Агрона?»

Майр кивнула, её серебристо-серые волосы разметались по лицу. «Заключён в замке Индрат. Он и его родственник, Олудари Вритра, оба. Но…»

От её нерешительности и нервного выражения лица у меня скрутило живот. «В чём дело, Майр?»

Бросив взгляд в окно на гору Геолус, она слегка наклонилась вперёд. «Агрона как немой. Даже Кэзесс не смог заставить Агрону говорить. Его мысли скрыты, если они вообще есть. Он кажется… неправильным. Пустым. Артур, мне нужно знать, что произошло в той пещере».

Я быстро обдумал, что уже может знать Кэзесс. ‘Смогли ли они взять что-то из моего разума без моего ведома?’ — мрачно поинтересовался я. Как бы мне ни хотелось доверять Майр, я не мог доверять Кэзессу, а ведь она была его женой. Они вместе появились в пещере, как раз перед тем, как я потерял сознание, и она могла действовать от его имени в этот самый момент.

Осторожно активировав “Королевский Гамбит”, я разделил свой разум на несколько ветвей, каждая из которых фокусировалась на разных слоях правды, потенциальной правды и откровенной лжи. Вслух я сказал: «Используя силу, которую древние Джинны называли Судьбой, аспект эфира, я смог уничтожить потенциал Наследия, отделив его как от реинкарнированной версии Сесилии, моей старой подруги с Земли, так и от самого Агроны, сделав невозможным для него когда-либо использовать его силу для себя. От этого поступка исходила какая-то… ударная волна. Возможно, это как-то повлияло на его разум».

И снова этот пронзительный взгляд. «Значит, ты научился контролировать эту… судьбу?»

«Нет», — сказал я, опустив глаза и с сожалением произнося слова. Разрозненные ветви моих мыслей наслаивались друг на друга, и все они думали об одном и том же. «Это было не то, что я мог использовать, только… влиять. Да и то лишь в те моменты, когда я разгадывал ключ. Эта сила — это не то, что возможно контролировать».

Я не знал, правду я сказал или нет, но я сохранил нить этой мысли, похороненную под несколькими другими. Благодаря присутствию и помощи Судьбы я смог напрямую изменить эти нити не совсем понятным мне способом, но времени на то, чтобы изучить своё соглашение с Судьбой или последствия, которые возникли в связи с появлением ключевого камня, у меня не было. Я ещё не знал, что эти события могли открыть во мне. Единственное, что меня сейчас волновало, — чтобы Кэзесс не узнал всё, что я знаю, — ни о судьбе, ни о неоднократных геноцидах драконов.

«Что ж, возможно, это и к лучшему», — сказала Майр, ничем не показывая, что сомневается в моих словах или даже что может прочесть несколько переплетённых ветвей моих мыслей. «С такими вещами лучше не связываться». Слегка покачав головой, она переключила внимание на меня, и её улыбка вернулась. «Ты, должно быть, хочешь узнать больше о том, что произошло, пока ты спал. Все драконы были отозваны в Эфеот, а разлом снова закрыт. Чего бы Агрона ни надеялся добиться, ему это не удалось».

Я нахмурился, сосредоточившись на одной маленькой детали. «Насколько я понимаю, Эфеот умрёт, если разлом будет закрыт».

«Связь сохраняется», — терпеливо объяснила Майр, — «но портал закрыт. Чтобы разорвать узы, связывающие Эфеот с вашим миром, потребуются эфирные знания, недоступные никому из ныне живущих — даже тебе, Артур».

Именно этого мятежный Джинн надеялся добиться с помощью Судьбы. Я видел такую возможность в своих собственных поисках — с Судьбой на моей стороне, через потенциальное будущее. Но сделать это было бы актом геноцида, столь же ужасным, как и то, что совершили сами драконы. Возможно, я бы так и поступил, если бы не было другого способа предотвратить повторение истории Кэзесса, но даже тогда я не знал, смогу ли я обречь весь род Асур на медленное угасание, пока Эфеот растворяется вокруг них.

«Понятно», — сказал я через мгновение, отпустив “Королевский гамбит”. «Тогда мне не стоит задерживаться. Не хочу показаться грубым, леди Майр, но я хотел бы поговорить со своей семьёй».

Она игриво отмахнулась от моих слов. «В этом нет ничего грубого, Артур». Её тон быстро ожесточился, став более серьёзным. «Ты пережил невероятное испытание. Я до сих пор чувствую, как в твоём сознании бьются отголоски множества ложных воспоминаний. Найди время отдохнуть и поговорить с близкими. Ты можешь находиться здесь столько, сколько потребуется. Ты оказал обоим нашим мирам неописуемую услугу, положив конец долгому восстанию Агроны».





Глава 482 — Приземлённый




От лица Артура Лейвина. Когда солнце взошло над Эфеотом, я присоединился к многочисленным драконам, собравшимся для медитации у фонтана, давшего название Эвербёрну. Первые пару дней я просто смотрел на драконов, очарованный их разнообразием. Оказавшись в этом городе, я понял, как мало я знал о мире асур. Теперь же, когда на спине горела руна Королевского Гамбита, я обращал внимание на окружение лишь частично, и то скорее для того, чтобы обеспечить свою безопасность, чем для того, чтобы поглазеть на асур.

Большая часть моих сознательных усилий была направлена на фонтан. В десятиметровом круге из камней скапливался невероятно плотный эфир, как вода в глубоком колодце. По словам местных жителей, этот источник фактически пробивал границы мира, позволяя эфиру просачиваться внутрь из-за пределов Эфеота, из Эфирного Царства. Заходить в Фонтан Эвербёрна было кощунством, но это не помешало мне проверить, насколько мифология основана на фактах.

Из бурлящей субстанции, похожей на воду, словно из гейзера, поднимались тонкие струи фиолетового огня. Они вздымались на высоту более трёх метров, затем затухали, пока не оставались всего в метре от поверхности, а потом снова вздымались. В этих всплесках была сложная закономерность, а в центре горящего эфирного фонтана находился один-единственный гейзер, который регулярно вырывался на высоту до пяти и более метров над нашими головами. Каждая вспышка сопровождалась высвобождением эфира, и именно под этим “дождём” драконы собирались для медитации.

Драконы не могли поглощать эфир, как я, но тем не менее они использовали интенсивное накопление атмосферной энергии для медитации над своими искусствами Вивиума, Эвума и Спатиума. Плотность эфира в Фонтане Эвербёрна значительно облегчала такую практику, как и мой собственный процесс пополнения трёхслойного ядра после истощения его до предела.

«Погляжу, ты снова вернулся, человек».

Я взглянул на говорившую — розововолосую женщину, которая, будь она человеком, выглядела бы на средний возраст. Блестящие чешуйки чуть ярче светлой кожи окружали её глаза и спускались по щекам даже в гуманоидной форме. Я видел её у фонтана каждое утро, но раньше она со мной не разговаривала.

Я опустился на колени в нескольких сантиметрах от кольца камней, прежде чем обратиться к ней. «Этим утром будет моя последняя медитация, после чего я не буду больше беспокоить ваш город». Я не стал уточнять, что нахожусь здесь только потому, что Кэзесс до сих пор не счёл нужным забрать меня. Майр сказала лишь, что мне следует отдохнуть и восстановиться, а когда я буду готов, её муж встретится со мной.

Мои глаза закрылись, и я потянулся к эфиру, втягивая его в своё ядро. Это ощущение придавало заряд энергии и чувство бодрости.

Мозолистые ступни зашаркали по тротуарной плитке, и их хозяин, излучавший сильную ауру, сел рядом со мной. «Твоё поглощение эфира здесь вызвало много споров среди нас. Есть те, кто считает это нечестивым».

Основная ветвь моих мыслей была обращена вовнутрь и сосредоточена на поглощении и очищении эфира. Тем не менее, даже с помощью нескольких нитей Королевского Гамбита я смог оставаться достаточно внимательным к асуре, чтобы расслышать вопрос в её словах. «Ты хочешь понять, каково это для меня».

«Да, я бы этого хотела», — ответила она с намёком на улыбку в голосе. «Мы не можем судить о твоих действиях, если не понимаем их, а с твоей магией даже старейшие из нас никогда раньше не сталкивались».

Что-то в её любопытстве показалось мне необычным. «Не боишься ли ты рассердить своего господина, задавая такие вопросы?»

«Я не задавала никаких вопросов», — ответила она. Ткань скользнула по коже, когда она пожала плечами. «Мы просто разговариваем, ищем компромисс. Делись только тем, чем хочешь».

Я обдумал её слова. Отвлёкшись, я переключил своё основное внимание на неё и, открыв глаза, увидел, что её сверкающий серебряный взгляд внимательно изучает меня. «Кто ты?»

Её глаза забавно сморщились в уголках. «Вот уже несколько дней ты отдыхаешь в моём городе, пополняешь силы из моего фонтана и всё ещё не знаешь меня? Я была бы оскорблена, если бы не знала, что тебя специально оградили от этого знания. У леди Индрат, несомненно, были свои причины, но она также не запрещала мне говорить с тобой. Меня зовут Преа из клана Интира, и Эвербёрн — моя земля».

Я согнулся в лёгком поклоне. «Леди Интира. Простите меня, я не знал, что говорю с благородной особой».

Она слегка вздохнула и повернулась, чтобы посмотреть на фонтан, пурпурное пламя отражалось на поверхности её серебряных глаз. «Возможно, когда-то, когда клан Интира был “сестрой” клана Индрат, мои предки настояли бы на признании благородного статуса, но уже давно ни один дракон вне клана Индрат не считается знатным».

Она говорила без горечи. Более того, в наклоне её подбородка и интонации голоса я почувствовал гордость. «Моя роль как госпожи Эвербёрна требует от меня не благородства, а того, чтобы я говорила от имени своего народа и обеспечивала его дальнейшее благополучие. В данный момент я этим и занимаюсь, изучая ваше взаимодействие с эфиром. Итак, Вы предположили, что я хочу понять, каково это для Вас — поглощать наш эфир, и я признаю, что хотела бы узнать».

Её заявление осталось открытым, приглашая меня продолжить разговор с того момента, как я отвлёкся на её личность. «Это не сильно отличается от того, что Вы чувствуете, когда накапливаете ману. Или, по крайней мере, от того, что чувствует человек при взаимодействии с маной».

«А как же присущее эфиру намерение?» — спросила она, слегка наклонившись ко мне. «Разве ты не чувствуешь его притяжения?»

Я задумался, гадая, много ли, если вообще что-то, дракон понимает об истинной природе эфира, о которой я узнал в ключевом камне. «Леди Майр подробно рассказала мне о том, что испытывают драконы. Я же ощущаю это иначе».

«Странно», — сказала она. Её пальцы скользнули по щели между двумя булыжниками фонтана, а глаза потеряли фокус, когда она посмотрела вдаль. «И, разумеется, именно поэтому лорд Индрат так заинтересовался вашим миром. Он ищет истинное понимание ваших способностей». Она перевела взгляд на меня, и её брови слегка нахмурились. «Самые древние из наших легенд рассказывают о драконах, которые могли делать то, что ты описал. Не… поглощать эфир, а овладевать им так же легко, как маной».

«Именно эти асуры переместили сюда Эфеот из моего мира», — пробормотал я.

«Что-то не так?» — внезапно спросила Преа. Она отстранилась и смотрела на меня так, словно я был опасным зверем.

Я понял, что хмурюсь. Думая о событиях, которые привели к тому, что эфир стал отталкиваться от драконов, уменьшая их способность свободно им пользоваться. Я попытался смягчить выражение своего лица. «Прошу прощения. Я всё ещё восстанавливаюсь после тяжёлого испытания. Иногда… мои мысли блуждают».

Преа прочистила горло и убрала с лица прядь розовых волос.

«Что ж… да. Конечно. Я оставлю тебя в раздумьях. Возможно, мы ещё поговорим. Когда тебе станет лучше».

Я лишь кивнул в знак благодарности, после чего повернулся к фонтану. Мои глаза снова закрылись, и я сосредоточился на поглощении эфира. Вдалеке я почувствовал, как леди клана Интира удаляется.

В течение часа моё ядро было заполнено. Из-за ответной реакции во мне осталось что-то вроде похмелья, но я был уверен, что со временем это пройдет. Самое приятное, что зуд в моём израненном ядре не вернулся. Шрам от удара Сесилии затянулся.

Когда я шёл по широким улицам Эвербёрна в сторону поместья, где мы жили последние несколько дней, глаза каждого асуры следовали за мной. Я изучал их сигнатуры маны, сравнивая одну с другой, а затем с Тессией, чья сигнатура задерживалась на краю моего восприятия.

Асуры, разумеется, были могуществены, но большинство из них были гораздо слабее Кэзесса, Алдира или даже Виндсома. Драконы, защищавшие Дикатен, — Ваджракор, Шарон и их солдаты — тоже были довольно сильны по сравнению с обычными драконами, занимающимися своими повседневными делами в Эвербёрне. Эти драконы — фермеры, торговцы и служанки. Когда-то я ошибочно считал, что все асуры так же сильны, как Виндсом, и хотя теперь я знал об этом лучше, всё равно было интересно увидеть асур, которые были лишь немного сильнее магов белого ядра.

‘Это заставляет взглянуть на их участь с другой стороны, не так ли?’ — спросила Сильви, её голос, словно прохладный ветерок, пронёсся по моему сознанию. Её мысли были поглощены разговором, который она вела с горсткой других драконов по другую сторону Эвербёрна.

‘Как и алакрийцы, они — народ, находящийся во власти своего повелителя’, — ответил я, проходя мимо молодого дракона, которому, по человеческим стандартам внешности, было не больше двенадцати или тринадцати лет. Её янтарные глаза метались между мной и землёй у её ног, пока она безуспешно пыталась не пялиться. Я поднял руку, чтобы помахать, но она лишь поспешила прочь.

‘Что ты думаешь о леди Интире?’

‘Не уверен’, — признался я. ‘Кажется, она защищает меня. Любопытно. Я не в очень-то хороших отношениях с твоим дедом. Почему?’

‘Я просто задумалась над тем, что она сказала. Что её клан был для Индратов как “сестра”. Странно, что Майр познакомила меня с другими драконами, но не с ней’.

Я размышлял над этим с помощью одного из меньших ответвлений моих мыслей, подпитываемых Королевским Гамбитом. ‘Возможно, тебе стоит поближе познакомиться с Преа’.

Моя связь молча согласилась.

Через несколько минут я обнаружил маму сидящей за столом в маленьком переднем дворе нашего позаимствованного поместья. Она поставила на стол дымящуюся кружку и улыбнулась мне. Хотя выражение её лица было тёплым, в нём, как черви в яблоке, пряталось беспокойство. «Артур», — позвала она, жестом указывая на стул напротив маленького столика. «Не присядешь со мной?»

«Конечно». Я опустился на стул, сплетённый из голубой травы, которая крепилась к металлическому каркасу. «Всё в порядке?»

Мама оперлась локтями на стол, положила подбородок на руки и серьёзно посмотрела на меня. «Нет».

Мой пульс участился, и я сжал кулаки. «Что-то случилось? Это были драконы? Просто скажи мне, кто…»

«Ты, Артур», — сказала она.

Я уставился на неё, разинув рот. «Что?»

«Артур. Арт». Она издала дрожащий вздох. «Ты нужен Тессии, но ты делаешь всё возможное, чтобы избегать её. Это неправильно. Это несправедливо».

Я потёр затылок, раскачивая стул на задних ножках. «Я не…»

Мамины брови поднялись.





Глава 483 — Повторные Переговоры




От лица Артура Лейвина. Город Эвербёрн казался маленьким на фоне разросшихся холмов, постепенно поднимавшихся к основанию горы Геолус. Хотя я уже не мог разглядеть маленький сад, который мы только что покинули, я ощущал ману Тессии даже среди тысяч более мощных сигнатур. ‘Будь осторожен, Артур,’ — повторила Сильви, пока я мчался прочь, летя рядом с Кэзессом.

Сам Кэзесс молчал. Мне уже приходилось сталкиваться с его молчаливым поведением, когда я показал ему, что не стану просто сидеть и ждать его внимания, как один из его слуг. Он мог заставлять Виндcома ждать часами или даже днями, если другой асура его расстраивал, но я не был ни его слугой, ни членом его клана, ни даже асурой. Я не был ему предан.

Я частично активировал Королевский Гамбит, чтобы лучше обдумать ход наших переговоров. Я не видел будущего с помощью руны, но мог заметить малейшие изменения в его поведении — мельчайшие подёргивания его лица и сигнатуру маны — и использовать всё, что я знал о Кэзессе, как из наших предыдущих встреч, так и из того, что я узнал в камне-ключе. Всё это происходило в моём разуме одновременно и с большей скоростью, чем я был бы способен без руны.

И тем не менее это магическое усиление моих когнитивных способностей ещё больше подчёркивало, насколько опасным было моё положение. Моя семья, Тессия и Сильви находились во власти Кэзесса, и он вполне мог использовать их как рычаг давления на меня. Я преподнёс ему на блюдечке с голубой каёмочкой его главного врага и угрозу; ему даже пальцем не пришлось пошевелить, он просто пришёл забрать бесчувственное тело Агроны. Но опаснее всего было то, что я теперь знал. Цикл манипуляций и геноцидов, который драконы устроили по всему миру, продолжался с тех пор, как асуры его покинули, и, учитывая его долгую жизнь, было весьма вероятно, что Кэзесс сам виновен в уничтожении не одной цивилизации.

«Какого прогресса вы добились с Агроной?» — спросил я его, чтобы нарушить затянувшееся молчание.

Пока мы летели, он пристально смотрел на меня, выражение его лица было расчётливым. Несомненно, он раздумывал, стоит ли вообще отвечать. Но в конце концов он решил ответить после затянувшейся паузы.

«Он до сих пор молчит».

Наступило короткое молчание, и я подумал, что он вернулся к полному игнорированию моего присутствия, но затем он спросил: «Что ты с ним сделал, Артур? Мне нужны конкретные детали. Это кажется… неестественным».

Я обдумывал случившееся и то, как много я мог безопасно рассказать Кэзессу. Или даже хотел бы рассказать ему. К счастью, Королевский Гамбит помог мне умерить свои эмоции и действовать логично. «Майр поделилась тем, что я ей рассказал?»

«Да», — ответил он, приподняв одну бровь из-за того, что я вскользь назвал её по имени. За его спокойной маской скрывалась более глубокая эмоция, запрятанная глубоко в его глазах, заметная только по их небольшому расширению.

Страх.

Я отметил эту эмоцию, не задумываясь о ней слишком глубоко. Позже будет время проанализировать этот разговор. В данный момент я сосредоточился на контроле своих мыслей и языка тела. «Боюсь, сейчас я не знаю, как описать это лучше, чем несколько дней назад. Возможно, прохождение Пути Озарения поможет нам обоим разобраться в этом».

Глаза Кэзесса сузились, как будто от спазма мышцы. Он не ожидал, что я так легко и скоро соглашусь добровольно пройти Путь, как я и предполагал. Мы летели над широким полем с высокими, похожими на кукурузу стеблями с золотистыми луковицами на верхушках, и он несколько долгих секунд наблюдал за работой фермеров, прежде чем ответить.

«Я уверен, что ты многому научился в этом последнем камне-ключе и готов поделиться этим с нами. Я чувствую, с каким рвением эфир готов выполнять твои приказы».

Я понял, что это тонкий намёк на то, что я отменил его попытку телепортировать нас обратно в замок. Он проявлял сдержанность, но я не думал, что это связано с той искрой страха, которую я видел. Скорее всего, он хотел, чтобы я чувствовал себя комфортно и уверенно, не сдерживаясь на Пути Озарения.

Возможно, он также чувствует Королевский Гамбит, определило одно из ответвлений моих мыслей. Виндсом и Шарон уже рассказали ему о способности божественной руны, но они видели её только в полностью активном состоянии. Одно дело, когда Кэзесс знал, что у меня есть такая способность, но я не сомневался, что он воспримет это как акт враждебности, если я открыто применю её против него.

«Да», — признал я, не видя смысла отрицать свой прогресс. «Не сомневаюсь, что смогу поделиться достаточным количеством информации, чтобы драконы были заняты своими исследованиями довольно долго».

Разумеется, я не стал говорить о том, что мне известно о постепенном ослаблении контроля драконов над эфиром. В последнем ключе-камне я узнал, что эфир — это переработанная магическая сущность жизни. Он даже сохраняет в себе подобие знаний и желаний. Драконы покончили с таким количеством жизней, что эфирное царство теперь кишит останками существ, ненавидящих драконов, и поэтому драконам становится всё труднее управлять эфиром.

Поскольку моё ядро очищало эфир, оно создавало связь между ним и мной, которую драконы не могли воспроизвести, так что я не знал, насколько полезными окажутся для Кэзесса те сведения, которые я предоставлю.

Надеюсь, они будут бесполезны, — подумал я и поймал себя на том, что мыслю враждебно.

Впереди замаячил замок клана Индрат. Мы прошли сквозь некий невидимый барьер, который струился по моей коже, как тёплая вода. В этом была какая-то врождённая враждебность, словно десятки голодных глаз, уставились на меня из темноты, но это неприятное ощущение мгновенно рассеялось. Кэзесс повёл нас в уже знакомую башню.

Арочные окна выходили в разные стороны: из одних открывался вид на крутые крыши замка, а из других — на предгорья и далёкие поля владений Кэзесса. Странно, но мне показалось, что вдалеке виднеется Эвербёрн, хотя я не замечал его, находясь в башне в прошлый раз.

Изношенное кольцо в каменном полу казалось ещё глубже, чем прежде, но логически я понимал, что это обман моего восприятия.

«Покажи мне», — просто сказал он, жестом указывая на Путь.

Я задумчиво рассматривал выветрившийся камень, размышляя о Королевском Гамбите. Если оставить его активным в Пути Озарения, это увеличит мою способность контролировать собственные мысли и справляться с любой магией Пути, которая вытягивает понимание непосредственно из моего разума. Однако при этом возникал риск раскрыть о Королевском Гамбите больше, чем я хотел, или даже допустить, что мои разветвлённые мысли принесут в Путь нежелательные идеи. Тот факт, что божественная руна расширила моё сознание и позволила мне мыслить параллельно, может оказаться как благословением, так и проклятием, в зависимости от того, как функционировал сам Путь Озарения. К сожалению, я не знал о нём достаточно, чтобы принять взвешенное решение.

Мне нужно любое преимущество, — наконец решил я и, оставив божественную руну частично активной, ступил на Путь. Ноги двигались сами собой, а ветви моего разума крепко, как стальной капкан, сжимали воспоминания о пребывании в четвёртом ключ-камне.

Сначала я прошёл через сам камень: одна нить мысли сосредоточилась на его сути, другая воспроизводила воспоминания о том, как я его прошёл. Не существовало версии этих событий, которую я мог бы выдумать, не раскрывая аспекта Судьбы, поэтому я погрузился в эти воспоминания, а именно в наши разговоры. Я сосредоточился на том, как Судьба настаивала на том, что эфирное царство неестественно и должно быть разорвано. Опираясь на эти нити, я старательно рассказывал ему историю, которая обходила то, что Судьба рассказала о драконах, и не раскрывала моего согласия с Судьбой.

Но чем больше я пытался сдерживаться, лавировать или запутывать, тем сильнее ощущал, как посторонняя сила тянет мои мысли, разводит их в разные стороны. Внезапно я вспомнил о других камнях и испытаниях, которые требовались для их получения. Я оборвал эту нить, но возникшая другая мысль была о сложностях входа в четвёртый камень. Я быстро оборвал и эту мысль, сосредоточившись на том, что Судьба запуталась в кристалле памяти, который я носил в своей пространственной руне, в результате чего я быстро обнаружил её попытку уловки. Эта мысль переросла в воспоминания о самой Судьбе, которые распространились по всем отделам моего сознания, усиленного Королевским Гамбитом, и на мгновение мне стало трудно контролировать столько мыслей одновременно.

Опираясь на эту силу, я следовал за Судьбой до конца, заново переживая момент после освобождения от камня-ключа, когда Судьба стояла прямо за моей спиной в пещере Сильвии. В тот момент я заметил, что моё карманное измерение разрушилось, а поддерживающий бассейн растёкся по полу пещеры. Сила Озарения тянула меня назад, охотясь за другими воспоминаниями или мыслями, на которых я не был сосредоточен. Я отрезал те ветви, которые требовали наибольшей борьбы и жесточайшего контроля, а остальные сосредоточил на Агроне, требующим убить Сильви, на Нико, находящегося на волоске от смерти, и на Сесилии и её сопротивлении Агроне.





Глава 484 — Чертовски Удачное Время




От лица Аларика Маэра. Наклонившись вперёд, я с глухим стуком ударился лбом о шершавую поверхность стола. «Тогда я пойду один», — проворчал я, мои слова при этом были почти заглушены звуком удара о дерево. «Надоело дрожать от страха здесь, в тенях».

«Это ужасная идея», — серьёзно ответил Даррин. Остальные тут же поддержали его. «Мы не знаем, как близко к Тэгрину Келуму успели подойти ваши люди, прежде чем исчезнуть».

Я ударился ноющим лбом о стол во второй раз. «Скоро мы получим больше информации, и тогда я пойду. В отсутствие связи с Дикатеном посещение Тэгрин Келума может оказаться единственным способом узнать наверняка». Я выпрямился, и всё вокруг пьяно покачнулось, что было очень иронично, учитывая, что я был абсолютно трезв.

Оглядевшись, я увидел около пятнадцати человек, собравшихся в кабинете на втором этаже красивого особняка, выходящего окнами на главную улицу Кардигана. Некоторые делали вид, что занимаются своими делами, и внешне не проявляли интереса к нашему разговору с Даррином, однако все они прислушивались к тому, что мы говорили. Большинство присутствующих не скрывали своего интереса и с нетерпением ждали возможности принять участие в беседе.

Никто из них не был в восторге от идеи, что я, прихрамывая, отправлюсь в горы Клыка Василиска, чтобы выяснить, почему наши люди продолжают исчезать возле крепости Тэгрин Келум, не оставляя за собой никаких следов.

«Что? Вы думаете, я не справлюсь?» — прорычал я, встречаясь взглядом с каждым из них, а затем ухмыляясь с мрачным удовлетворением, когда они опускали глаза или отворачивались. Все, кроме Даррина. Я отмахнулся от него, потянулся к фляге на поясе, но остановился и постучал костяшками пальцев по дереву. «Ба. Иди домой, Даррин, тебе здесь больше нечего делать. Иначе твоя кучка сирот будет скучать по тебе».

Даррин помрачнел, и я почувствовал, как моя шея краснеет от вины и сожаления.

Большинство из тех, кто находился на попечении Даррина, были детьми магов, которые либо уже находились в Дикатене, либо были отправлены туда во время недавнего вторжения. Чтобы выследить Артура Лейвина. Поскольку из Дикатена не было никаких известий, и почти никто не вернулся, мы не могли узнать, сколько из них осталось в живых.

«Слишком много восходящих поглотила эта война», — тихо сказал Даррин, глядя в пол. «Тех, кто последовал за Серис, тех, кто был призван для этого неудачного вторжения, и тех, кто всё ещё страдает от последствий ударной волны, вся Алакрия замерла. Те, кто остался, нуждаются в помощи».

Моё внимание привлекло движение в мгле позади остальных. Призрак моего бывшего командира стояла, скрестив руки на груди, из-под тени, скрывающей её лицо, виднелись золотые локоны. Я с трудом сглотнул, сделал прерывистый вдох, а затем резко встал, едва не опрокинув стул. Повернувшись спиной к призраку и ко всем остальным в комнате, я отошёл к окну, выходящему на улицу.

Обычно оживлённая дорога была пуста. Высококровный Кёних объявил военное положение в Кардигане через несколько часов после ударной волны, запретив все неофициальные поездки, закрыв Ассоциацию Восходящих и Центральную Академию, а также отправив по домам всех, кроме самых необходимых работников и госслужащих. Ходили слухи о восстании, однако появление Косы Драгота с отрядом солдат, магов и Инстиллеров заставило население, состоящее в основном из слабых магов и простых людей, отказаться от мысли противостоять Высококровным. Драгот и его отряд захватили Центральную Академию и до сих пор никого не подпускали к кампусу на расстояние броска огненного шара.

Но они попадут внутрь. Я в этом уверен.

Словно вызванный этой мыслью, в конце улицы появился хрупкий на вид человек в растрепанной одежде. Он бросился вверх по улице, словно за ним по пятам гналась пара теневых пантер.

Он был один.

Я выругался.

Один из наших охранников, суровый громила по имени Акрон, бросился к окну и выглянул наружу. Он тоже выругался. «Сворачиваемся! Есть вероятность, что это место уже обнаружено».

«Саэлий, начинай зачистку здания», — рявкнул я, уже спеша к лестнице, ведущей на первый этаж. «Акрон, Ваалиш, ваши отряды за мной». Поймав краем глаза взгляд Даррина, я добавил: «А тебе лучше покинуть этот доминион. Возвращайся домой, Даррин. Я серьёзно».

Если он и ответил, то я не услышал его за топотом множества ног на лестнице и стуком молотка в моей голове. Я промчался через весь дом и в мгновение ока выскочил через парадную дверь на улицу.

На полпути к особняку, Эдмон из Крови Скривен — тот потрёпанный человек, ранее служивший мне надёжным партнёром в академических кругах, — вскрикнул при виде моего появления. В паре сотен метров позади него четверо солдат Высококровного Кёниха бросились в погоню. Стоило ему обернуться на секунду, бросив отчаянный взгляд на своих преследователей, как один из них тотчас поднял руку, и вспыхнула мана.

Тени на улице становились всё длиннее по мере того, как солнце уходило на запад, и вдруг эти тени вспыхнули зелёным светом. Лучистые струи с шипением ударили в мостовую, прожигая дорогу и щит маны, который в последний момент окружил Эдмона. По лицу Щита рядом со мной струился пот, пока она пыталась сдержать мощную атаку.

«Сэр?» — спросил Ваалиш, и его голос прошелестел сквозь покрытые шрамами губы. Я встретился с его единственным здоровым глазом и кивнул.

Резкий хлопок раздался среди преследующих магов, и все они упали на землю, крича от боли и закрывая руками кровоточащие уши. Воздух вокруг них исказился, когда герб Акрона активировался, сильно надавив на грудь каждого сочетанием плотного воздуха и усиленной гравитации. Наколдованные щиты сковывали солдат, мешая им нормально применить последние тщетные заклинания, пока один за другим их глаза не закатились, и они не потеряли сознание от недостатка кислорода.

Эдмон, спотыкаясь, остановился передо мной, положив руки на бёдра и откинув голову назад, отчаянно втягивая воздух. «Спасибо», — прохрипел он через мгновение.

Я бросил на него взгляд. «Где мальчик Крови Северин? Тристан?»

Он покраснел и сделал полшага назад. «Они поймали нас, Аларик. Мы бросились бежать. Я едва успел перебраться через стену, но мальчик…» Он замолчал, не желая встречаться с моими глазами.

Я окинул взглядом окружающие здания. Несколько лиц уже прижались к окнам, наблюдая за суматохой.

Повернувшись к Акрону и Ваалишу, я сказал: «Вы знаете, где вам нужно быть. Идите». Даррин стоял в дверях дома, который мы только что покинули. «Я сказал, иди домой. У тебя куча потенциальных сирот, которым ты нужен. Я буду на связи».

Схватив Эдмона за воротник рубашки, я торопливо повёл его к ближайшему переулку и затолкал в него. «Подкрепление от Высококровного Кёниха скоро будет здесь, даже если оно пока не в пути. Или ещё хуже. Есть ли какие-нибудь следы Косы? Его Слуги? Неважно. Давай двигаться. Поговорим, когда будет безопаснее». Как только я замолчал, послышались шаги, и я обернулся.

Даррин надвинул капюшон, чтобы скрыть лицо, и нырнул в переулок следом за нами. «У меня ещё есть пара дел в Кардигане, прежде чем я отправлюсь домой».

Я облизнул губы и проверил, на месте ли фляга. «Нет. Я не собираюсь рассказывать твоим приёмным детям, что ты попался или погиб из-за своего собственного упрямства».

Брови Даррина приподнялись, и он натянуто улыбнулся. «Ты лучше остальных знаешь об упрямстве, Эл. Почему ты до сих пор носишь с собой эту флягу, если не собираешься пить?»

«Мне нужно побыть самим собой», — пробормотал я себе под нос. Осторожно, стараясь не смотреть на тень женщины, стоящей рядом с Даррином, держащей маленький извивающийся свёрток в руках, я добавил: «Сейчас мне нужно быть чем-то большим, чем пьяницей восходящим, которым я был все эти десятилетия…»

Даррин открыл рот, чтобы ответить, но у него не нашлось слов.

Вздохнув и разминая дрожащие руки, я задумался о том, как лучше избавиться от Даррина, но нужно было быть осторожным. Я проверил окна и углы, чтобы убедиться, что за нами больше никто не следит, затем повернул и пошёл по другому переулку. Сделав ещё пару поворотов, я пришёл к выводу, что те зеваки, которые могли заметить наше отступление, уже не смогут увидеть нас, даже если бы они быстро прошли через одно из зданий на этой стороне улицы, пытаясь проследить за нами в надежде получить какое-то вознаграждение от Лорда Кёниха или Косы Драгота за свои старания.

Нажав на одну из кнопок, прикреплённых к моим кожаным наручам, я активировал их и призвал интересующий меня предмет из пространственного хранилища. В моей руке появилось причудливое серебряное ожерелье. Оно было женственным и слишком изящным, чтобы выглядеть естественно на ком-то, кроме высококровных леди, Но у меня не было возможности выбрать дизайн. Я вложил ожерелье в руки Эдмона. «Надень это. Сейчас же», — прорычал я, когда он начал меня расспрашивать.

«Что толку теперь скрывать мою внешность?» — жаловался он. «Мне не следовало соглашаться на…» — он сглотнул, и в горле у него заклокотало, когда он попытался надеть изящное украшение на свою тонкую шею.

«Поторопись!» — я приказал, снова оглядываясь по сторонам. Мана вливалась в мои уши, усиливая слух настолько, насколько я был способен. Мне казалось, что я слышу топот бронированных ног по улице на значительном расстоянииотсюда. «Давай-ка я помогу», — сказал Даррин, бросив на меня взгляд и помогая Эдмону застегнуть ожерелье.





Глава 485 — Непредвиденные Обстоятельства




От лица Серис Вритры. Я молча стояла, окружённая коллажем из оранжевых, фиолетовых и аквамариновых кристаллов, переливающихся жёлтым и белым. Несмотря на всю ворчливость дварфов, зал лордов в Лоденхолде был удивительно красивым местом. Я всегда считала, что дварфы — народ, сочетающий в себе нотки прагматизма и романтизма, хотя они, конечно, сочли бы такое описание оскорбительным.

За длинным, богато украшенным столом в центре геоды сидело несколько дварфов, представлявших различные кланы. Главными среди них были Эртборны и Сильвершейлы. Также присутствовали Вирион Эралит, фактический лидер оставшегося эльфийского народа, Кэйтлин Глейдер, которая представляла интересы человеческой нации Сапин, и Гидеон Бастиус, главный изобретатель и учёный, стоявший за созданием Корпуса Зверей, новейшего оружия Дикатена.

Их беседа продолжалась довольно долго при минимальном участии с моей стороны. Меня это вполне устраивало. Жители Дикатена были в ужасе. Драконы вернулись в Эфеот, лишь бегло предупредив лидеров этого континента. За пределами этого зала мало кто знал, что они захватили Агрону Вритру.

Алакрия была освобождена от него, даже если ещё не знала об этом.

Но его внезапное отсутствие создало множество новых опасностей для моего народа. Позволить Агроне и Кэзессу Индрату ещё больше ослабить друг друга было необходимо для дальнейшей безопасности нашего мира. Я боялась, что это была ошибка со стороны Артура, хотя я не могла предвидеть всех последствий, и только время покажет. Столько работы было испорчено в один миг… Я взяла себя в руки и подавила своё разочарование, прежде чем оно отразилось на моём лице. Нет, возможно, не всё потеряно. Но если Артуру не удастся отговорить их, асуры Эфеота станут ещё большей угрозой.

На дальнем конце стола Дургар Сильвершейл, прямой наследник своего отца, Даглуна, главы клана Сильвершейл, уже несколько минут молча размышлял о чём-то, пока остальные обсуждали ситуацию в Вилдориале. Я наблюдала за тем, как он встряхивал седеющими волосами, теребил недавно подстриженную бороду и бросал на меня мрачные взгляды, его серо-голубые глаза были полны страха и презрения.

Наконец, он высказался. «Почему бы нам не перенести битву в Алакрию?»

В зале воцарилась тишина, когда другие лорды и их гости повернулись к нему.

Оказавшись в центре внимания, Дургар покраснел, но, тем не менее, поднял подбородок и с вызовом посмотрел всем в глаза. «У нас здесь, в Вилдориале, заключено в тюрьму много их воинов. Как вы только что говорили, число заключённых настолько велико, что нам пришлось выкопать ещё две новые тюрьмы, чтобы вместить их всех. Их Верховного Владыки больше нет, многие из их величайших сил потерпели поражение. Впервые за всю эту чёртову войну мы можем выступать с позиции силы!»

Хотя некоторые из присутствующих взглянули на меня, словно ожидая ответа, меня не пригласили выступить, и хотя это не было строгим сдерживающим фактором, в моих интересах было соблюдать их приличия в данный момент. Я видела, как за последние пару недель в жителях Дикатена нарастали гнев и раздражение, но я также видела их усталость и воинственную настороженность. Хотя некоторые могут настаивать на большем насилии, теперь, когда, как правильно предположил Дургар, баланс сил, возможно, склонился в сторону Дикатена, я не думаю, что существует какая-либо опасность.

Копьё Мика Эртборн откинулась на спинку стула и закинула ногу за ногу. В чёрном драгоценном камне, являющимся заменой её утерянному левому глазу, отражались разноцветные кристаллы, расположенные на стенах вокруг нас. «Артур в Эфеоте. Копьё Варай оправляется от ран в Этистине. Наши собственные армии измотаны и истощены за пять лет постоянных конфликтов. Если Агрона действительно повержен, то нет причин продолжать войну».

Несколько человек пробормотали согласие с её словами, но другие выглядели менее уверенными, включая её собственного отца, Карнелиана Эртборна, чей голос был бы важен для любого решения, к которому пришёл бы совет.

«У нас есть эти… машины», — ответил Даргар, указывая на Гидеона. «Корпус Зверей или… как вы там их назвали?»

«Экзоскелеты», — ответил Гидеон. Испачканные чернилами кончики пальцев прошлись по частично сожжённым бровям. Его глаза на мгновение встретились с моими, прежде чем сфокусироваться на лорде Эртборне. «Поскольку Артура здесь нет, а Корпус Зверей был сформирован по его приказу и при его поддержке… я рискну выступить от его имени. Он не согласился бы напасть на Алакрию».

Лорд Даглун Сильвершейл озабоченно подёргал себя за заплетённую в косу бороду. «А что, Артур Лейвин, человеческий мальчик, вдвое моложе моего младшего сына, теперь король всего Дикатена? Возможно, я пропустил его коронацию, но, насколько я помню, он был Копьём на службе у королевства эльфов и ничем больше, несмотря на его личную силу и службу Дикатену».

«Не говоря уже о лжи о его местонахождении, из-за которой погибло так много людей», — пробормотала Копьё Мика себе под нос. Я приняла к сведению этот комментарий и отложила его, чтобы обдумать более глубоко позже. Это проблема, которую Артуру нужно решить, прежде чем она начнёт обостряться.

Копьё Байрон Уайкс сменил позу, и сталь его сапог звонко ударилась о плитку из горного хрусталя, на которой мы все стояли, от чего раздался стеклянный звон. «Артур не наш король, но, тем не менее, он представляет наш континент и наш мир в отношениях с асурами. Если то, что мы узнали, верно, он сейчас находится на их земле и, несомненно, ведёт переговоры с их правителями. Может ли кто-нибудь ещё на данный момент утверждать, что способен на подобное?»

Я сдержала улыбку, оценив прямолинейность Байрона в защиту Артура, и тем более то, что его слова были правдой.

Гидеон прочистил горло. Он многозначительно посмотрел в глаза Вириону, затем Кэйтлин и, наконец, Карнелиану Эртборну. «Нет, но я думаю, что Дургар прав в одном: присутствие алакрийцев в Вилдориале — это бремя, которое город не в силах вынести. Стоимость одной только еды, даже тюремной каши, вероятно, поставит город на колени менее чем за месяц». Наконец, старый учёный обратил своё внимание на меня. «Я полагаю, и я уверен, что Артур согласился бы с этим, что единственный способ продвинуться вперёд — это освободить алакрийцев и отправить их домой».

Он изложил аргумент, который мы вместе разработали за несколько дней до этой встречи, с бо́льшим сарказмом, чем я бы предпочла, но, учитывая его аудиторию и его положение среди них, я вынуждена была признать, что это было эффективно. Я позволила себе улыбнуться. Не резко и победоносно, а мягко и благодарно, как будто я слышала его слова впервые.

Мне было трудно нормально общаться, так как мне только недавно разрешили покинуть тюрьму, в которых всё ещё содержались остальные члены моего народа, даже те, кто сражался бок о бок с дикатенцами, такие как Каэра Денуар и Лира Драйде. Дварфы не проявили особого интереса к разговору со мной, и даже после моего освобождения мне не разрешили покидать Вилдориал, чтобы пообщаться с лидерами людей.

Вирион Эралит согласился встретиться со мной, показав себя понимающей и терпеливой личностью. Поддержка Артура и Копья Байрона придавала его голосу огромный вес по сравнению с тем положением, которое он занимал сейчас, но больше не было вооружённого конфликта, которым он мог бы командовать, и его подчиненные были уничтожены и рассеяны. Я ожидала, что он будет придерживаться своих убеждений, но у него не хватало сил бороться за мой народ, когда его собственный так сильно нуждался в нём.

Именно в Гидеоне я обрела того внимательного слушателя, которого мне нужно было придерживаться. Он ясно видел проблемы, стоящие перед его собственным народом и моим, без тени ненависти или печали. Для человека, который был почти вдвое моложе меня, Гидеон был довольно умён, но, самое главное, он не был обременён чрезмерно развитым чувством приличия, а это означало, что он мог открыто высказывать своё мнение даже среди власть имущих.

Эти и другие мысли стремительно пронеслись в моей голове в наступившей тишине, последовавшей за заявлением Гидеона.

«Мы уже пытались жить мирно рядом с ними…»

«…развернутся и нападут на нас…»

«…заслуживают правосудия за преступления, совершённые против них…»

«…хотели бы, чтобы они ушли, но мы не можем им доверять!»

Одна из младших дварфских лордов, женщина с волдырями на щеках и седыми волосами по имени Стойя, сказала громче остальных: «И кто именно дал вам право вносить предложения за этим столом?»

В ответ раздался грубый, спокойный голос Вириона: «Мастер Гидеон снова и снова доказывал свою состоятельность. Даже если после роспуска Совета у него не было официального титула, он был неотъемлемой частью каждой стадии этой войны. Даже сейчас он представляет значительную военную силу в Дикатене. Разве те, кого он представляет, не должны иметь право голоса, если мы хотим положиться на их силу?»

Он спокойно оглядел зал. Когда никто не ответил, он продолжил: «Тем не менее, я должен спросить: даже если бы мы хотели освободить алакрийцев, как нам отправить такое большое количество людей обратно за океан? У нас нет кораблей, способных совершить такое путешествие, а наши возможности телепортации не могут сравниться с теми, что привели их к нашим берегам».





Глава 486 — Великое собрание




Глава 486 — Великое собрание

АРТУР ЛЕЙВИН

Нас встретил у входа в замок Индрат не Кезесс, а лорд Экклеайя. Хотя его присутствие не было для меня неожиданным, я всё же был чертовски поражён тем, что вообще оказался здесь, вне зависимости от того, какой асурский лорд стоял передо мной. Я был уверен, что Кезесс немедленно отвергнет идею Веруна — признать меня новой ветвью расы асуров. Однако он согласился выслушать мнения других великих лордов, а затем вместе с Майр покинул нас.

И вот, спустя всего день после того, как он угрожал убить меня, Кезесс будет председательствовать на собрании, где его коллеги обсудят возможность того, что я стану одним из них…

— Лорд Артур, леди Сильвия, как приятно снова вас видеть, — сказал Верун с такой искренней улыбкой, словно действительно рад нашей встрече. Он помахал нам рукой, морщины вокруг его молочно-белых глаз собрались в складки.

Я вглядывался в его глаза, пытаясь понять, какие интриги могли скрываться за этой мутной пеленой.

— Эй, я тоже здесь, — напомнил о себе Реджис. Мой спутник был в облике большого теневого волка, его спина доходила мне до бедра. Фиолетовые языки пламени мерцали вокруг его шеи и хвоста, а яркие глаза внимательно следили за каждым стражником и самим Веруном, несмотря на его лёгкость в общении.

— Конечно, конечно, ты тоже здесь. Вы трое — особая триада, не так ли? — Старый левиафан вздохнул, погружаясь в свои мысли. После долгой паузы он жестом пригласил нас следовать за ним, повернулся и быстрым шагом направился по коридору замка.

У меня почти не было времени оглянуться и понять, где я нахожусь. Мои мысли были заняты множеством сценариев, в которых это собрание может пойти не так. С тех пор, как я частично использовал «Королевский гамбит», я мог одновременно просматривать несколько таких сценариев, что усиливало моё чувство тревоги.

Верун приветствовал нескольких драконов, которых мы встретили на пути вглубь замка. Хотя они проявляли к нему уважение, большинство взглядов было обращено на Сильвию. Слуги и стражники низко кланялись, а несколько асур, возможно, из клана Индрат или других дворов, едва сдерживались, чтобы не подойти к ней.

— Иногда я забываю, что ты такая чужая среди своих, — подумал я, наблюдая, как асура с сияющими белокурыми волосами и лиловыми глазами споткнулся, пытаясь поклониться, но забыл остановиться.

Сильвия ответила молодому человеку сочувственной улыбкой, когда мы проходили мимо. «Интересно, было ли это преднамеренно. Мой дед не знал, кем я стану на самом деле. Держать меня на расстоянии — как нечто чужое, а не как члена семьи — создало барьер, чтобы я не повлияла на клан Индрат или Эфеотус».

Идя тихо рядом со мной, Реджис поднял взгляд на Сильвию. «Старик боится того, что ты представляешь. Изменений, альтернативного пути, существования вне его маленького мирка». Его язык высунулся сбоку, когда он усмехнулся. «И правильно делает, что боится. Блудная принцесса вернулась». Реджис фыркнул. «Две принцессы, если точнее».

Пока Верун вёл нас, он не переставал болтать, рассказывая о других жителях замка, портретах, мимо которых мы проходили, и истории клана Индрат и Кезесса. Я слушал это фоном, но основное внимание было сосредоточено на подготовке к предстоящему собранию.

«Знаешь, Реджис, ты тоже мог бы быть принцессой, если бы захотел», — заметила Сильвия, мысленно обращаясь к нашему спутнику. «Если Артур станет лордом Лейвином, а ты будешь его прямым потомком, то и ты станешь принцессой».

«Извините, но я — великолепное оружие неописуемого разрушения!» — фыркнул Реджис и пошёл вперёд, чтобы идти рядом с Веруном.

«Это не значит, что ты не можешь носить тиару». Сильвия взглянула на меня. «Особенно если выберешь ту, что будет сочетаться с тиарой Артура».

Я поймал взгляд Сильвии, и мы оба улыбнулись. Напряжение слегка спало.

Верун вывел нас на балкон, нависший над обрывом. Несмотря на то, что небо было ясным и голубым во все стороны, ковёр бело-серых облаков скрывал далёкую землю. — Думаю, мы воспользуемся коротким путём, — сказал он, поднимаясь в воздух и плывя, как лёгкий туман.

Реджис стал нематериальным и переместился в моё ядро, после чего мы с Сильвией последовали за ним. Несмотря на своё обещание, полёт Веруна был неспешным, словно лёгкий ветерок. Он показывал окна и башенки, статуи и гравировки, а также остановился, чтобы полюбоваться гнездом маленькой птицы с мерцающими чёрными и красными перьями.

— Горные Крылья, — пояснил Верун с выражением чистого, детского восторга, его мутные глаза устремились на птицу. — Их ещё называют камнерезными или скальными ласточками. Они обитают только здесь, хотя обычно не гнездятся так высоко, предпочитая скалы у подножия горы Геолус внизу. Это были любимые птицы твоей матери, — он повернулся к Сильвии.

Сильвия подняла руку к птице, но замерла и опустила её. Птица настороженно следила за ней своими чёрными, как жук, глазами. — Она прекрасна.

Верун продолжил свой путь, ведя нас к высокому балкону одной из многочисленных башен. Он мягко опустился на землю, затем поднял лицо к солнцу, ожидая, пока мы тоже приземлимся. — Ах, прекрасный день для политики, — заметил он, приподняв бровь и посмотрев на меня. — Готов ли ты, Артур?

Я обдумал всё, что знал — и необъятный океан того, чего не знал — и ответил старому левиафану сдержанной улыбкой. — Скоро узнаем.

Балконные двери, сделанные из стекла или кристалла, обрамлённые замысловатыми серебряными лозами, открылись, когда к ним приблизился Верун. В воздухе было так много маны и эфира, что это почти скрывало мощные ауры тех, кто находился за дверями.

Мне понадобилось мгновение, чтобы глаза привыкли к свету, когда я шагнул в башню вслед за Веруном. В этот переходный момент, когда казалось, что я перемещаюсь между мирами, волосы на затылке встали дыбом, а кожа покрылась мурашками от ощущения хищных взглядов, следящих за мной.

Воздушная комната прояснилась.

Внутри элегантные белые арки обвивали круглый зал, каждая из которых была тщательно вырезана и оформлена так, чтобы напоминать ветви тонких деревьев. Они вели к таким же арочным окнам и балконам, идентичным тому, через который я только что вошёл. Свет, льющийся из этих окон и стеклянных дверей, отражался по всему залу, делая его почти таким же ярким внутри, как и снаружи.

Большой стол из черного дерева в форме почти полной луны доминировал в помещении. Его тёмный оттенок резко контрастировал с яркостью стен и потолка. Семь вычурных высоких кресел стояли на равных расстояниях вдоль изогнутой стороны стола, а серебряный и золотой трон, усыпанный сверкающими драгоценными камнями, парил в нескольких дюймах от пола с плоской стороны.

Мы не были первыми, кто прибыл.

Асура с тёмной кожей и дымчатыми оранжевыми волосами, собранными в пучок, поднялся с ближайшего кресла. Он был одет в свободные одежды, напоминающие кимоно с Земли, изящно вышитые сверкающей нитью, которая выглядела как настоящий огонь на фоне чёрного шёлка. Его серые глаза, казалось, мгновенно сканировали меня с головы до ног, после чего он повернулся и неглубоко поклонился лорду Экклеайе, как равному.

— Лорд Новис из клана Авигнис, — сказал я, обращаясь к фениксу, члену Великой Восьмёрки, и поклонился чуть глубже, чем это сделали Верун и феникс. Я ещё не был признан асурой — или лордом целого клана или расы — поэтому было важно не казаться слишком самонадеянным, но и слабым или робким я тоже не мог позволить себе показаться.

— Артур Лейвин, приятно познакомиться…

— Привет! — прервал лорда Авигниса резкий, звонкий голос.

Говорившая была маленькой женщиной с бледно-голубой кожей, которая, казалось, двигалась, словно она не совсем материальна. Она словно скользила по воздуху над массивным чёрным столом, покачиваясь, как яблоко в мелком ручье. Её юное лицо расплылось в широкой улыбке, обнажая блестящие белые зубы, заострённые на концах. Её туманные голубовато-серые глаза сияли от восторга, когда она сделала некое подобие реверанса прямо в воздухе. Её платье, больше похожее на завитки ветреного тумана, окутывающее её тело, развевалось при этом движении.

Одной маленькой рукой она пригладила белые волосы, которые тоже плавали вокруг её головы, как облако. — Я леди Аэринд, но поскольку ты скоро станешь членом Великой Восьмёрки — или Девятки, хотя это уже звучит не так эффектно, — можешь называть меня Нефелой!

Я не успел ответить, как сильф перевернулась в воздухе, полетела к третьему обитателю комнаты и обняла его за плечо.

— А это Мэдс! — весело добавила она.

Женщина стояла неподвижно, словно её черты были вырезаны из дерева. Приглядевшись, я увидел тонкие линии на её коже, действительно напоминающие кору дерева. — Пожалуйста, леди Аэринд, проявите немного приличия, — сказала она, отступая в сторону, чтобы освободиться от объятий улыбающейся сильфы. — Приветствую, Артур Лейвин. Я леди Мапеллия, представительница моего клана и всех дриад среди других великих кланов Эфеотуса. Добро пожаловать.

В её словах прозвучала лёгкая нотка, говорившая скорее о том, что мне не слишком рады. Я пристальнее всмотрелся в верховную леди дриад. В её жёлто-янтарных глазах не было и намёка на враждебность, несмотря на строгость выражения лица и поведения. Внешне она могла показаться пугающей, но простое голубое платье, облегающее её стройную фигуру, и объёмы зелёных волос, падающих густыми кольцами на её обнажённые плечи, придавали ей более мягкий вид.

Я снова вежливо поклонился. — Спасибо, леди Мапеллия.

— Мэдс! — прошептала леди Аэринд, вернувшись на своё место.

— Моё имя Морвенна, леди Аэринд, — устало поправила дриада.

В этот момент ещё один асура появился на лестнице за дверями, вырезанными из светлого дерева и, как и многое в этой комнате, обвитого серебряными лозами. Сначала я принял его за слугу или помощника, в основном потому, что он шёл по лестнице, вместо того чтобы лететь или просто появиться в зале заседаний. Но затем я рассмотрел его как следует.

Хотя он был одет просто, в бежевую рубашку, натянутую на его широкую грудь и выпирающие мышцы, ремень, поддерживающий его кожаные штаны, был инкрустирован золотом и усыпан странными разноцветными драгоценными камнями. Его борода была длинной и густой, но ухоженной, а в ушах сверкали алмазные серьги. В этом мужчине было что-то основательное, и его мана сразу напомнила мне о Врене.





Том 12 Глава 487 — Ни даром




Том 12 Глава 487 — Ни даром

АРТУР ЛЕЙВИН

— Вы спросили, и я отвечу. Сила, которой я владею, — это сама Судьба.

Эти слова, насыщенные эфирным резонансом, повисли в воздухе, заполнив собой пространство.

Вся сила моего эфирного намерения давила на присутствующих, переполненная моими обязанностями, страхами и мощью. «Королевский гамбит» жег мой позвоночник ярким огнём, а мой разум раскололся на десятки параллельных ветвей, чтобы уловить каждую мельчайшую деталь в реакциях асур.

Их глаза, все разных оттенков, отражали фиолетовый и золотой свет, исходящий от эфира, сияющего сквозь мою кожу, и корону, парящей над моими распущенными волосами. Каждая реакция асурских лордов несла в себе подлинное удивление, но у каждого из них была своя, индивидуальная эмоция, скрывающаяся за этим удивлением.

Прямо напротив меня Кезесс показал меньше всего из своих мыслей. Его губы слегка приоткрылись, а зрачки расширились на долю миллиметра. Его плечи и руки напряглись, а левая рука, лежащая на столе из черного дерева, оставалась неподвижной. Это само по себе говорило о его удивлении. Однако мелкие подёргивания мускулов руки и потемневшие фиолетовые глаза выдали его гнев. Это был не вспыльчивый гнев, готовый взорваться, а скорее кипящее раздражение, которое я воспринял как более сложную проблему. Не потому, что он представлял опасность, а потому, что я его до конца не понимал.

Слева от него Морвенна из клана Мапеллия, великого клана гамадриад, лишь наполовину была сосредоточена на мне. Её губы были плотно сжаты, подчёркивая тонкую текстуру древесной коры на её коже. Она отодвинулась от стола, и мышцы её ног, бёдер и спины напряглись, словно она была готова вскочить по первому приказу. Каждую секунду её взгляд метался к Кезессу.

Рядом с Морвенной лидер сильфов, Нефела из клана Аэринд, опустилась в кресло. Её рот был открыт почти идеально круглым овалом, вокруг неё завывал ветер, заставляя волосы и облачные ткани её одежды развеваться. Её голубовато-серые глаза стали молниеносно белыми, и в них мелькало нечто жаждущее, что я не мог до конца распознать.

Верун, сидевший справа от меня, был не менее удивлён, чем остальные, но в его удивлении скрывалось нечто большее. Под влиянием «Королевского гамбита» я не испытывал эмоциональной реакции на то, что увидел в его взгляде, но знал, что должен был почувствовать. Сквозь маску старческого дядюшки, за слабым внешним обликом скрывалось существо гораздо более великое, древнее и, самое главное, свирепое, чем он позволял кому-либо увидеть.

В этот момент Верун не мог скрыть себя. Цвет возвратился к гребням на его голове, щеки слегка порозовели. Морщины разгладились, и на его лице промелькнула суровая, победоносная улыбка. Даже его «Королевская сила» вспыхнула, словно левиафан внутри старика рвался на свободу.

— И существа света сошли с небес, принеся с собой невообразимую магию. Принеся с собой силу, столь ужасную, что на неё невозможно было смотреть. И называли они себя девами, и в своей силе они были ужасны и невообразимы. Они оставили след в мире своей силой, и затем ушли, чтобы никогда не вернуться, — тихо произнёс лорд Рай из клана Котан, василиск, заменивший Агрону среди великих кланов. Сидя справа от Кезесса, он побледнел, как привидение, и его руки, сцепленные перед ним на большом столе, дрожали.

— Тишина, — приказал Кезесс, не глядя на василиска.

Слова Рая пронесли рябь по комнате. Рядом с ним лорд фениксов, Новис из клана Авигнис, до этого наблюдавший за мной с настороженным размышлением, нахмурив брови, напрягся, услышав Рая, и нервно покосился на василиска, когда Кезесс приказал замолчать.

С другой стороны от Рая, Адемир Тиестес скрестил руки на груди и фыркнул:

— Мы все должны стыдиться того, что слушаем здесь басни и сказки.

Но под действием «Королевского гамбита» я видел правду. Ворсинки на шее Адемира встали дыбом, дыхание стало частым и прерывистым. Он бросил взгляд в одно из окон, и по тому, как сфокусировался его взгляд, казалось, что он смотрел куда-то далеко вдаль. Следя за его взглядом, я почти различил деревню, далеко за пределами видимости, окружённую зелёной и синей травой.

Пока я анализировал реакцию асур, в моей голове крутились слова Рая.

— «И существа света сошли с небес, принеся с собой невообразимую магию.» Существа света? Может ли магия быть маной или, возможно, эфиром?

— «Принеся с собой силу, столь ужасную, что на неё невозможно было смотреть.» Я должен предположить, что это с точки зрения асур. Какую силу они могли бы считать столь ужасной?

— «И называли они себя девами, и в своей силе они были ужасны и невообразимы.» Я никогда раньше не слышал этот термин — дева. Повторение слов «ужасны» и «невообразимы» только подчёркивает важность этого сообщения, но это также тип асурского повествования, которого я не ожидал услышать.

— «Они оставили след в мире своей силой, и затем ушли, чтобы никогда не вернуться.»

С этим финалом я не знал, что делать. Я попытался обратиться за помощью к Сильви или Реджису, но оба вынуждены были отстранить свои мысли от моих, не выдержав эффекта «Королевского гамбита».

Лорд Радикс из клана Грандус встал. Его глаза, сверкавшие как разноцветные драгоценные камни на его поясе, внимательно изучали меня. Его удивление быстро улетучилось, и, в отличие от тревоги, которую продемонстрировали другие после слов Рая, Радикс был сосредоточен, его взгляд метался из стороны в сторону, словно он лихорадочно обдумывал что-то.

Титан сделал шаг ко мне, поглаживая бороду. Мана вокруг него двигалась странно, будто она была продолжением его чувств. Казалось, что он мог видеть и ощущать через саму ману. Хотя аура Радикса была похожа на ауру Врена, я никогда не испытывал подобного явления с Вреном.

— Достаточно, Артур, — твёрдо сказал Кезесс, его голос звучал напряжённо, в нём чувствовалась тщательно скрытая досада, а я уловил даже нотку страха.

Я удерживал его взгляд несколько долгих секунд, прежде чем отпустил божественніе руны и вернул эфир, обеспечивавший свечение, обратно в ядро.

Без активной -руны я почувствовал себя вялым, и мне пришлось собраться с силами, чтобы не пошатнуться.

— Всё нормально? — спросил Реджис, возвращаясь в мои мысли.

— Всё в порядке. Всегда возникает чувство… отрезвления, когда полностью отпускаю «Королевский гамбит», — ответил я сквозь туман в голове.

— Будь начеку, Артур, — предупредила Сильви, возвращая моё внимание к Радиксу.

Титан положил руку мне на плечо, и я резко вернулся в реальность, когда мои колени задрожали под неожиданной тяжестью. Эфир хлынул в моё тело, укрепляя ноги. Плечо ныло от боли, и я понял, что Радикс манипулировал плотностью своего тела, чтобы каким-то образом проверить моё.

— Можно? — спросил он, обходя меня и поднимая край моей рубашки, что заставило Сильвию отступить в сторону с удивлённо поднятыми бровями.

— Эм… — только и успел сказать я, как титан уже задрал мою рубашку, чтобы осмотреть кожу на спине. Там, я знал, он увидит ложные заклинательные формы, предоставленные первым проекцией джинна, предназначенные для маскировки моих рун среди алакрийцев. Но я не ожидал того покалывания, которое ощутил в самих рунах.

Через связь с Реджисом я почувствовал, как Радикс глазами проследил связь между нами, прежде чем остановиться на моём спутнике. Реджис ощетинился, защищаясь, и я почувствовал, как проникающий взгляд Радикса очерчивает форму руны Разрушения, заключённой в физическом теле Реджиса.

— Понятно, — сказал титан своим гулким голосом и вернулся на своё место.

Я нахмурился, но прежде чем успел что-либо спросить, его опередила Нефела.

— Ну что ж, поделись с остальными, Рад. Что тут происходит на самом деле? — Сильф вновь парила над своим креслом, уперев руки в бока, её тело было повернуто под углом в тридцать градусов.

Радикс откинулся на спинку кресла, скрестив руки и задумчиво поглаживая бороду.

— Я увидел достаточно, чтобы изменить своё мнение, и призываю к голосованию Великой Восьмёрки по вопросу о статусе Артура Лейвина как новой расы асур.

Это внезапное заявление, казалось, застало других врасплох.

— Подождите минутку, нам нужно…





Том 12 Глава 488 — Обещание




Том 12 Глава 488 — Обещание

Тессия Эралит

— Странное ощущение — быть в центре внимания, — сказала Алиса, наполняя наши стаканы холодной водой из кувшина. — Мы такие обычные люди, окружённые богами — или, по крайней мере, теми, кого мы всегда считали богами, — а они так интересуются нами. — Она уставилась в кувшин, её взгляд стал рассеянным. — Такое чувство, что я случайно попала в чью-то чужую жизнь.

Я вертела локон волос на пальце, раздумывая о драконах, с которыми мы разговаривали.

— Полагаю, в Эленуаре я всегда была в центре внимания, но здесь они больше интересуются тем, что я эльф, а не принцесса. Вопросы, которые они задают…

Я хихикнула, и Алиса с Элли засмеялись вместе со мной.

— Да, они немного странные, — сказала Элли с забавной улыбкой. — Одна маленькая девочка настаивала, что я не могу быть низшей, потому что ей сказали, что низшие едва умеют говорить и стоять на ногах!

— Ну, скоро здесь станет ещё страннее.

Мы все повернулись к двери, откуда появился Артур, отодвинув занавеску. Я начала улыбаться, но моя улыбка быстро угасла, когда я услышала его слова и увидела выражение боли на его лице.

Элли вздрогнула и опустилась обратно на стул, на котором сидела на самом краю.

— Нет. Они не могли! Ты же не серьёзен.

Руки Алисы задрожали. Я быстро забрала у неё кувшин и поставила его на плиточный столик, чтобы не пролить воду.

— Вам… лучше сесть, — сказал Артур, потирая затылок тем же неуклюжим жестом, который у него был с детства.

Его слова и манера поведения могли означать только одно, что, казалось, уже поняли и Элли, и Алиса: асуры согласились с предложением лорда Экклея.

Я внезапно пожалела, что Артур так много времени за последние пару недель провёл вдали от нас. Его снова будут отвлекать другие обязанности, и, скорее всего, времени на решение всех накопившихся вопросов между нами будет мало. Но я убедила себя, что, возможно, так будет лучше. Может быть, нам действительно нужно время.

Стараясь сохранять спокойствие, я села рядом с Элли, которая подтянула ноги к груди и крепко обняла их руками.

— Я… официально признан асурой, — сказал Артур. Он говорил в основном с матерью, но дважды его взгляд скользнул ко мне, почти слишком быстро, чтобы это заметить. — Я первый из новой расы. Архон.

Мой взгляд стал рассеянным, мысли начали отделяться от реальности, пока я пыталась осознать, что это значит. С тех пор как мы сидели на стене и дали друг другу обещание, многое изменилось. Обещание остаться в живых. Иметь будущее вместе. Отношения. Семья. Это был прекрасный момент. Замечательный план. Но дедушка Вирион учил меня с раннего возраста…

Ни один план не выживает при столкновении с противником.

Справедливо ли теперь, после всего произошедшего, держать Артура в заложниках у сладкого обещания, данного наивно посреди войны, исход которой мы не могли контролировать?

Комната погрузилась в тишину. Я заставила себя сосредоточиться. Элли сидела рядом со мной, поражённая. Я видела, как в её голове крутились мысли, её губы беззвучно шевелились, но она не могла найти слов. Алиса же смотрела на Артура так, будто он только что сказал ей сразиться с мировым львом голыми руками. Я разделяла их чувства, но не могла позволить себе потерять контроль над ситуацией.

— Что будет дальше? — спросила я, чтобы прервать тишину. — Что это изменит и как это повлияет на Дикатен и Алакрию?

Артур замялся, обменявшись взглядом с Сильви.

— Хотя для меня и была создана новая раса, по сути, я буду представителем нашего мира среди асур. В конце концов, думаю, это необходимо для обеспечения защиты и Дикатена, и Алакрии, — его голова слегка поникла. — С этим авторитетом я смогу убедиться, что то, что произошло в Эленуаре, больше не повторится.

Я кивнула, и разговор продолжился. Элли и Алиса задавали несколько вопросов. Несмотря на мои усилия, чем дольше мы разговаривали, тем более усталой я себя чувствовала. Боясь, что могу потерять контроль и сбить беседу с нужного курса, я дождалась паузы и извинилась, вернувшись в свою комнату и рухнув на кровать. Закрыв глаза, я глубоко вдохнула и вспомнила свои уроки.

Я не могу контролировать мир вокруг себя, но я могу контролировать себя и то, как я в нём двигаюсь. Это был урок, который отец пытался вбить мне в голову, когда я была ещё маленькой девочкой, но, кажется, я не до конца понимала его смысл, пока не потеряла контроль.

Снаружи Артур продолжал говорить, хотя я бы поклялась, что чувствовала его взгляд, направленный на занавеску, отделяющую нас.

— Нас «пригласили»… хотя скорее это больше ожидание, если честно… посетить дома некоторых других лордов, — сказал он.

— О, это… — начала Алиса, но тут же замолчала, её голос прозвучал слабо.

— Я знаю, мама, — ответил Артур. По его голосу стало понятно, что он, должно быть, переместился по комнате. — Я знаю, о чём прошу вас, и знаю, насколько это опасно для нас всех, но…

Я глубоко вздохнула, стараясь сохранять спокойствие.

Идея отправиться в другой город асур заставляла меня чувствовать себя так, будто внутри сжался кулак, окровавленный и тяжёлый. Я скучала по своей семье. Я скучала по дому. Я была готова вернуться в Дикатен. Я знала, что Эленуар исчез — мои мать и отец ушли — но я хотела увидеть дедушку. Я хотела быть с эльфами, обнять их и плакать вместе с ними, оплакивать наши общие утраты, чего я ещё не могла сделать. Не пока я была заперта под волей Сесилии.

Шорох занавески заставил меня повернуть голову. Я ожидала, а может быть, просто надеялась, что там будет Артур, но не была разочарована, когда в комнату вошла Сильви и снова опустила занавеску за собой. В её взгляде было столько понимания, что я внезапно почувствовала давление слёз, стремящихся вырваться из глаз ниоткуда.

Я села, свесив ноги с края кровати, и моргнула, сдерживая влажность в глазах. Сильви присела рядом. Не говоря ни слова, она положила голову мне на плечо.

Мы сидели так вдвоём довольно долго. В её присутствии я снова обрела спокойствие. Сильви умела перенести меня из настоящего в прошлое, в более простые времена. Было так странно осознавать, что маленький лисоподобный зверёк, который когда-то сидел на голове у Артура, превратился в эту могущественную и чуткую молодую женщину. Я так отчётливо помнила, как она впервые вылупилась в Зестиере…

Я погрузилась в этот момент, наслаждаясь тишиной и покоем. Вместо того чтобы тревожиться о будущем, я прислушивалась к шороху одежды на простынях при каждом нашем движении. Я наблюдала, как солнечный свет, проникая через окно, искрится на стенах. Я слушала наше дыхание, которое постепенно синхронизировалось, и чувствовала пульсацию манны Сильви рядом, движущейся с той же тонкой дрожью, как глаза под закрытыми веками.

Постепенно всё напряжение ушло.

— Спасибо, — наконец сказала я.

Она протянула руку и крепко взяла мою в свои.

— Я… хотела тебе сказать, — начала я, внезапно почувствовав неловкость. Я знала, что хочу сказать, но слова казались трудными для воплощения. — Удачи. Ты знаешь, когда отправишься к другим асурам. Ты защитишь его? Хотя, нет, я знаю, что защитишь. Прости, что пропущу это, но… мне нужно домой.

Её руки сжали мои.

— Конечно. Артур сказал им, что придётся подождать, — она посмотрела на меня с внезапным пониманием и сочувственной улыбкой. — Мы сначала отвезём тебя домой, Тессия.





Том 12 Глава 489 — Возвращение домой




Том 12 Глава 489 — Возвращение домой

АРТУР ЛЕЙВИН

Когда я смотрел, как Тессия уходит от меня, мои пальцы невольно потянулись к губам, на которых ещё оставалось ощущение её поцелуя. Её слова звучали в моей голове снова и снова: «Я буду дорожить этим моментом, но не буду цепляться за него в ущерб будущему мира». Это было именно то, чего я боялся: слишком многое произошло, чтобы мы просто могли продолжить с того места, где остановились.

— Будущее мира… — Я сжал и разжал кулаки. — Всё сводится к этому, не так ли? Всегда нужно ставить мир на первое место. Было ли когда-нибудь место для моего счастья? — Я знал, что Судьба не предназначила мне такого исхода.

Воспоминания о времени, проведённом в последнем ключевом камне, нахлынули, заполняя мои разрушенные эмоции, словно прилив. Я видел версии своей жизни, где у меня была любовь, и где она отнималась у меня снова и снова. Каждое решение, каждая капля странного везения, каждое совпадение подталкивали меня к встрече с Судьбой, а её аспект заботился лишь об одном. Любая часть моей жизни, где я находил хотя бы малейшее подобие любви или дружбы, была всего лишь ступенью на пути, который Судьба выложила передо мной.

Я закрыл глаза, чувствуя, как ожидание давит на меня сильнее, чем я мог выдержать. Неужели действительно нет места для чего-то ещё?

Тёплая волна утешения окутала моё сознание. Я почувствовал, как моя ноша стала легче, когда Реджис и Сильви пришли на помощь, разделив её со мной.

— Она делает то, что считает нужным для тебя, — тихо проговорила Сильви. Её мысли плавали в потоке моих воспоминаний, как серебристые огоньки под водой. — Она всё ещё заботится о тебе, Артур. Настолько, что готова пожертвовать тем, что ей нужно больше всего: тобой.

— Я знаю, что ты чувствуешь, но восприми это так, как есть, — добавил Реджис мягко, появившись рядом со мной. — Если всё, что она сказала, — это не огромное признание её безграничной любви, то я просто рыбка.

Тессия почти подошла к подножию дерева. Рядом с ней шёл Вирион, но он постоянно бросал осторожные взгляды через плечо, смотря на меня.

Эфир струился по моей спине к узлу божественных рун. Мой разум разделился на десятки нитей, каждая из которых могла удерживать отдельную мысль, анализировать массивы информации и выявлять закономерности.

Я не мог позволить себе быть эгоистом. Как и весь мир, как сказала Тессия. Каждое моё решение могло вызвать волны, которые разрушат целые континенты или сотрут временные линии. Я видел это раз за разом внутри ключевого камня.

Мой разум, пронизанный молниями мыслей, анализировал каждый упущенный момент, который я видел в камне, каждое мгновение связи с Тессией на протяжении всей моей жизни, все предположения о возможном будущем для нас обоих. Реджис и Сильви отстранились, укрывая свои мысли от лавины информации. Корона над моей головой засияла ярче, когда эфир наполнил мой разум.

Я не мог позволить себе быть эгоистом. Но я не мог позволить себе и утратить надежду.

Связь. Забота. Надежда. Любовь.

Грей не знал этих вещей. Я, как Артур, сделал их своей силой и целью своего перерождения. Возможно, Агрона имел на мой счёт другие планы. Судьба — тоже. Внешние силы были ответственны за моё перерождение, но это не означало, что они могли управлять моей жизнью, как это было с Сесилией.

Разве я не заставил саму Судьбу изменить своё решение?

Эфир разлился из «Королевского гамбита» в «Сердце Мира» и «Божественный Шаг», и меня мгновенно поглотили эфирные пути.

Я появился в воздухе перед Тессией и Вирионом. Свет от моего тела окрасил их лица в розовый цвет. Вирион закусил губу и сделал несколько шагов назад, опустив взгляд.

Я медленно опустился, зависнув всего в нескольких сантиметрах от земли, и указал на своё тело.

— Это то, чем я стал, Тесс. То, кем я стал, может больше определять моё будущее, чем то, кем я являюсь или кем хочу быть.

Я отпустил божественные руны и опустился на землю. Свет угас, и корона, как и руны, исчезли.

— Я изменился так, что не могу описать словами. И ты тоже. Люди, которые стояли на Стене и клялись в общем будущем, исчезли, как и их обещания.

Я сделал паузу и протянул руку, не зная, ответит ли она на этот жест. Когда её пальцы осторожно обвили мои, я продолжил:

— Будущее не определено, и любое обещание сейчас было бы ложью. Но наше прошлое — высечено в камне, и ничто не отнимет его у нас. Я люблю тебя, Тессия, и ничто не изменит этого. Мне не нужно обещание, чтобы придерживаться этого чувства.

Тессия не заплакала и не ослабела. Она не бросилась ко мне с мольбами о любви. Её рука крепче сжала мою, и она притянула меня к себе — мягко, но уверенно. Мы обнялись. Её голова опустилась мне на грудь. Я почувствовал, как наши дыхания и биение сердец синхронизировались. Мана завращалась в её ядре, а эфир — в моём. Эти две силы тянули и отталкивали друг друга, как это происходит в атмосфере.

— Ты лжёшь, — мягко сказала она, уткнувшись в ткань моей рубашки.

Я улыбнулся и прижался губами к её волосам.

— Нет.

Мы долго стояли вместе, прежде чем Тессия отступила, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Ты заставил меня готовиться к этому грандиозному жесту последние две недели впустую, — заметила она с укоризненной улыбкой.

Я смущённо засмеялся, а затем стал серьёзнее:

— Всё стало настолько… большим. Я не могу обещать тебе настоящую историю любви…

— Возможно, — её понимающая улыбка разрывала меня изнутри, — но если наши чувства выстояли всё это, что ещё может бросить нам Судьба?

Я не ответил сразу. Мне хотелось всё объяснить про Судьбу и эфирное царство, но даже мысль об этом пугала.

Её лицо немного изменилось.

— Мы справимся с тем, что будет. Нам придётся узнавать друг друга заново. Может, всё закончится тем, что мы просто не сможем… быть вместе. Я серьёзно говорила, что не стану цепляться за прошлое.

Я нежно погладил её по щеке.

— Мне нужно будет вернуться в Эфеотус через пару дней.

— А я останусь здесь, по крайней мере, пока, — ответила она, её взгляд скользнул к Вириону. Ей не нужно было объяснять больше. Ей нужно было время с семьёй, с народом.

Я хотел остаться с ней, наслаждаться этим моментом. Сложно было поверить, что всего несколько минут назад казалось, что наши отношения действительно подходят к концу. Но времени не было.

Она прочла это на моём лице.

— Твоя семья ждёт тебя. Иди. Будь героем, в котором нуждается Дикатен.

Я провёл пальцами по её волосам, притянув её ближе. На этот раз наш поцелуй не был прощанием.

Прощание оказалось коротким и горько-сладким. Мы обнялись и пообещали не затягивать с новым разговором. Когда мы наконец отпустили друг друга, вперед шагнул Вирион, раскинув руки. Я рассмеялся, и мрачность момента улетучилась.

— Давно пора, щенок, — пробормотал он мне на ухо, когда мы обнялись.

Я шёл налегке, покидая рощу. Лишь раз обернулся, чтобы помахать Тессии и Вириону, которые стояли у основания дерева и махали мне в ответ. Глаза Тессии были сухими, но по щеке Вириона скатилась одинокая слеза.

Снаружи меня уже ждали мама, Элли, Бу, Реджис и Сильви, которые полушутливо жаловались на долгий подъём и короткое пребывание наверху.

Элли, немного нахмурившись, внимательно посмотрела на меня:

— Всё в порядке?

Я сдержал глуповатую улыбку, когда в животе затрепетали бабочки от этого обновления.

— Конечно. Она в надёжных руках. А теперь пошли, у нас много людей, с кем нужно поговорить.

«Я же говорил», — подумал Реджис. — «Грандиозные жесты. Отличный ход с превращением в архона и светящимися рунами. В самый раз для эффектного финала».

Сильвия толкнула его бедром:





Том 12 Глава 490 — Дилетанты




Том 12 Глава 490 — Дилетанты

АЛАРИК МАЕР

Тихий рокот, словно звук прибоя на далеком берегу. Горячий красный свет, пробивающийся сквозь закрытые веки. Боль, расплывчатая по краям.

Я открыл глаза, пожалел об этом и снова закрыл их. В этот короткий, расплывчатый взгляд на окружающий мир, я успел лишь понять, что нахожусь в маленькой тускло освещённой комнате. На этот раз, более осторожно, я открыл только левый глаз.

Комната была простой, без украшений, за исключением грубой койки, на которой я лежал, и ночного горшка в углу. Я осознал, что мои запястья скованы браслетами, подавляющими ману. Тихий рокот был звуком крови, пульсирующей в моих ушах, словно маленький злой человечек бил молотком, пытаясь выбраться из моей головы. А горячий красный свет был результатом отката после применения маны.

«Ублюдки, даже не дали времени восстановиться, прежде чем нацепить эти проклятые подавители», — подумал я. — «Я мог бы умереть».

Но, с другой стороны, раз они не позаботились о том, чтобы я выжил, это означало, что я им особо не нужен. А это, в свою очередь, означало, что я могу нанести лишь ограниченный ущерб, если щенок Редуотер и его Коса решат меня сломать.

Воспоминания о последних моментах начали возвращаться по кусочкам. Смерть Эдмона, неудачная попытка Даррина спасти меня, душевное пламя…

— Надеюсь, ты жив, парень, — пробормотал я, с трудом ворочая языком и чувствуя, как горло сдавило от сырости. Перед глазами всплыл образ глаз Даррина, за которыми танцевало окровавленное душевное пламя Волфрума Редуотера, и в горле у меня поднялась желчь.

Что-то ударилось о стену слева. Я наклонился ближе, прижав ухо к стене. Попробовал вложить ману в уши, чтобы усилить слух, но, конечно, ничего не вышло.

— Кто там? — спросил я.

Ответа не последовало, и я постучал по стене дважды.

— Тише! — раздался шепот с другой стороны. — Нам нельзя разговаривать друг с другом.

— Кто ты? — спросил я, понизив голос до тихого гула, зная, что его можно будет услышать через стену, но не по всему комплексу, где бы мы ни были.

Прошло несколько секунд, прежде чем последовал робкий ответ:

— Никто. Просто Инстиллер из Тэгрин Каэлума. Тебе не нужно знать меня.

Я почувствовал, как в груди вспыхнул интерес, и сел на койке.

— Тэгрин Каэлум? Правда, что крепость предала всех после того удара? Что…

— Прости, я не могу сказать. Я мало что знаю, еле успел сбежать, — пауза. — Если они услышат, что мы разговариваем, нам будет больно.

Я фыркнул.

— Они, скорее всего, убьют нас обоих в любом случае.

Когда это не внушило Инстиллеру уверенности, я попробовал другой подход.

— Меня привели сюда с человеком по имени Даррин. Ты не знаешь, он в одной из соседних комнат?

— Нет, я не знаю. Стражники не говорят рядом с нами, — последовала ещё одна пауза. — Когда тебя привели, ни одна из других комнат не открывалась, по крайней мере, рядом со мной. Я бы услышал.

Я раздраженно стукнул головой о стену, но пока не слишком волновался. Волфрум не нуждался в угрозе убийства Даррина, чтобы привести меня сюда — он уже победил меня. Не было причин, по которым бы он привёл нас обоих, если бы у него не было плана на Даррина, а значит, он, вероятно, был жив.

Если только я не был без сознания дольше, чем думаю.

Тень Синтии села на край койки.

— По тому, как пересохли твои губы, можно понять, что прошло несколько часов. Наручники уже натёрли кожу, но не до крови, — сказала галлюцинация.

Я поднялся и осмотрел наручники, игнорируя наваждение. Это были стандартные наручники, подавляющие ману, основанные на внешних рунах. Уничтожив нужные руны, их можно было бы отключить. Тогда, вернув ману, не составило бы труда их сломать. Я знал это, но пока не действовал.

— Молодец, Ал, — сказала призрачная Синтия, наклонившись немного вперёд и смотря на меня сбоку. — Ты оказался там, где хотел, так что не спеши выбираться. Не раньше, чем узнаешь больше о том, что происходит.

— Даррин — приоритет, дурак, — проворчал я, откинувшись на койке и вытянув ноги, которые прошли сквозь галлюцинацию.

Ничего не оставалось делать, кроме как ждать. Но, как оказалось, ждать пришлось недолго. Уже через час я услышал тяжелые шаги, остановившиеся у моей двери. Я внимательно прислушивался к стражнику, который ходил по коридору, запоминая его расписание, но он ни разу не останавливался. Теперь же они пришли за мной.

Когда дверь отворилась, я встал и встал по центру маленькой комнаты. Дверь распахнулась внутрь, чуть не задев койку.

— Требую, чтобы меня отвели к хозяину этого заведения, — сказал я.

Солдат — молодой человек, по виду Атакующий — сделал шаг вперёд, открыв рот, чтобы что-то сказать. Он вздрогнул и направил дрожащий короткий меч мне в грудь. Явно, он ожидал, что я буду без сознания или слишком измотан, чтобы двигаться.

— Эй! Что ты… п-простите, что? — пробормотал он.

Я фыркнул.

— Обслуживание здесь отвратительное, кровать — дерьмо, и, — я потряс короткой цепью наручников, — предоставленная одежда для сна до жути неудобна.

Старший солдат оттолкнул молодого, ухмыльнулся на мою шутку и ударил меня кулаком в лицо. Без маны я не успел уклониться, приняв весь удар на себя. Мои губы треснули, и рот наполнился кровью.

Солдат подхватил меня, прежде чем я упал, затем наполовину потащил, наполовину толкнул мимо себя. Я споткнулся о дверь напротив и врезался в неё головой, от чего дверь задрожала. Изнутри раздался испуганный крик, и стражники закричали, чтобы она замолчала. Двое из них подхватили меня под руки, поставив на ноги, а затем потащили дальше по коридору.

Потребовалась минута, чтобы прийти в себя, но когда нас вывели наружу, в голове уже прояснилось. Неясные очертания женщины с ребёнком смотрели на меня печально из теней беседки неподалёку.

Помимо призраков и верных магов, кампус Центральной Академии казался совершенно пустым. Студентов не было, как и сотрудников. Те, кто находился под командованием Косы Драгота, были где-то вне видимости. Большинство зданий были темны, а с надетыми на меня браслетами подавления маны я не мог почувствовать никаких сигнатур маны, что делало меня почти слепым.

Меня протащили мимо реликвария, который был под строгой охраной, и древней портальной рамы — гордости академии. Я достаточно хорошо знал кампус благодаря своим прошлым похождениям, но когда меня потащили в узкий переулок к низкому зданию, я понял, что не знаю, куда меня ведут.

— Так, времени на посещение бань для персонала не найдется? — спросил я, склоняя голову и громко нюхая подмышку. — Не хотелось бы прийти на свидание со стариной Драготом, пахнущим как… — Уф!





Том 12 Глава 491 — На грядущие дни




Том 12 Глава 491 — На грядущие дни

Каэра Денуар

Я стояла высоко на извилистой дороге, которая вела вдоль внешней стены главной пещеры Вилдориала. Эта магистраль соединяет самые нижние уровни, откуда отходили сотни пересекающихся туннелей, и поднималась к дворцу Лоденхолда на вершине пещеры. По пути вдоль дороги были построены десятки домов и магазинов. Дворец находился у меня за спиной, его острые линии врезались в голую скалу, а чуть впереди возвышались три большие портальные рамы.

Эти конструкции казались мне чуждыми, непохожими ни на что из того, что я видела в Алакрии. Но я знала, что их разработал Коса Нико в последние дни правления Агроны. Основанные на древних вратных артефактах, эти порталы могли создавать стабильную связь между континентами, находя и соединяясь с существующими порталами или приемниками временных искривлений.

Ирония в том, что технологии, которые позволили Агроне нанести последний удар по Дикатену, теперь использовались дикатенцами, чтобы отправить наш народ домой.

Обстановка была напряженной. Вокруг меня собралась небольшая группа алакрийцев: среди них были Силрит, Уриэль Фрост и Корбетт. Эти когда-то могущественные мужчины и женщины выглядели странно в своих простых туниках и штанах, лишенных символов их былого статуса.

За нами, преграждая путь к дворцу, стояла небольшая армия гномов. Они были одеты в тяжелую броню, и их оружие было обнажено. Гномьи лорды стояли позади них на каменной возвышенности, рядом с Копьем Микой Эрсборном и двумя эльфами. Эти двое выделялись среди гномов так же, как и я.

Было странно видеть образ Сесилии… вернее, лицо, которое я знала как лицо Сесилии. Я ловила себя на том, что теперь рассматриваю её более внимательно. Она была среднего роста, возможно, чуть ниже меня, и довольно хрупкого телосложения. На ней было простое зелёное платье, но венок из голубых цветов в её металлических серых волосах придавал ей вид принцессы. Кем, собственно, она и была, напомнила я себе. Она молча стояла, пока командир Вирион разговаривал с лордами Эрсборном и Сильвершейлом, её взгляд был устремлён на пещеру, словно в задумчивости.

— Интересно, какой была их встреча с Артуром? — невольно подумала я. Даже с учётом моих сложных чувств к нему, было трудно представить, как он, полный страсти и эмоций, изливает своё сердце этой сереброволосой красавице…

Я отогнала эти мысли. Слишком многое было на кону, чтобы терять себя в подобных размышлениях. Хотя я сожалела о том, как всё сложилось, ревность была мне не по душе. Артур был моим другом, но даже это было нелегко поддерживать, учитывая его положение. Я не завидовала никому, кто пытался быть чем-то большим для него. Но, несмотря на всё это, я всё же желала им обоим счастья.

Я слегка встряхнулась и вновь сосредоточилась на происходящем. Перед нами, за порталами, выстроились около тридцати экзоформ и их пилотов. Эти звероподобные машины якобы были здесь, чтобы обеспечить наш мирный телепорт в Алакрию, но вместе с армией гномов они скорее выглядели как угроза, а не обещание защиты.

Я не винила дикатенцев за это. Мы напали на них, а вместо того чтобы уничтожить нас, Артур дал нам дом, каким бы он ни был. В благодарность мы снова напали на них, чтобы спасти себя от проклятия нашей магии. Если бы это произошло в Алакрии, все виновные рода были бы уничтожены полностью — мужчины, женщины и дети. Хотя я была благодарна за милосердие дикатенцев, я едва могла поверить, что они способны на него. Маленькая часть меня — та, что несла кровь Вритры — даже осуждала их за эту слабость.

Но это была не та часть меня, которой я гордилась, и я оставила эти мысли блуждать где-то в тёмных уголках моего разума.

Обычно оживлённая магистраль была пустынной. Все ворота и боковые дороги были перекрыты гномьими стражами. Путь внизу, под самыми низкими тюрьмами, тоже был преграждён. Там собралась толпа, и даже с вершины пещеры я могла слышать их крики. Не сами слова, но общий рёв толпы. Ясно, что они не праздновали.

Три фигуры наблюдали за всем сверху.

Серис была одета в блестящий чёрный боевой наряд, её мана была плотно сконцентрирована вокруг неё, сдерживая ауру, но не скрывая её. В этом был некий умысел и защитность, словно королева-кобра, свернувшаяся вокруг своих яиц. Её мана казалась протянутой нитями, словно защищая всех алакрийцев, всё ещё запертых в гномьих тюрьмах.

Справа от неё находился Копье Бэйрон Вайкс в сверкающих латах. В его левой руке свободно покоилось длинное алое копьё, остриё смотрело вниз. Внешне он казался невозмутимым — совершенно спокоен, но в его мана-сигнатуре чувствовалась напряжённая энергия.

Артур парил справа от Серис. Он был в своей призванной реликтовой броне, но она изменилась с тех пор, как я видела его в последний раз. Чёрные чешуйки теперь находились под белыми наплечниками, наручами, поножами и сапогами. Тяжёлая броня имела органичный вид, словно её вырезали из кости. Даже с такого расстояния его глаза сияли золотом.

Он выглядит как настоящий асура, — подумала я, услышав слухи, которые уже ходили по Вилдориалу. Было несложно представить, как он отдаёт приказы драконам и василискам, сидя за позолоченным столом в высокой башне в далёкой земле богов. По крайней мере, он выделяется не меньше, чем я со своими рогами.

Мой взгляд мельком остановился на эльфийской принцессе, а затем я снова отвела его, пытаясь подавить любопытство.

— Я не слишком хорошо справляюсь с тем, чтобы не думать о них, — укорила я себя и снова переключила своё внимание на происходящее.

Серис подала знак. Прошло несколько долгих секунд, и алакрийцы начали выходить из самой нижней тюрьмы. Им потребовалось немало времени, чтобы подняться по магистрали. По мере того как они шли, они выстраивались в три колонны, каждая из которых выравнивалась с одной из портальных рам.

Порталы активировались один за другим с помощью нескольких магов — людей и гномов — под наблюдением Гидеона. Каждый портал гудел маной, и в рамках возникало мерцающее, маслянистое поле энергии.

— Это не то, чего мы хотим! — крикнул кто-то, чей грубый голос разнёсся по пещере, словно падающие камни.

Отвлечённая, я начала искать источник крика. У устья ближайшей боковой улицы, которая спускалась к первому ряду гномьих домов под уровнем дворца — той самой улице, на которую я чуть не сорвалась во время одного из боёв, — собрались несколько десятков гномов. Они яростно толкались против линии стражей, преграждающих путь на магистраль, и у некоторых даже было оружие.

— Справедливости за павших! — прокричал краснолицый гном.

— Предатели! Лжецы! — кричала женщина. — Справедливость!

— Справедливость! — начали скандировать ещё несколько человек.

Корбетт нервно переминался рядом со мной.

— Почему они не заставят их замолчать?

— Это не их стиль — править железной рукой, — рассеянно ответила я.

Колонны алакрийцев поднялись до уровня с кричащей толпой. Осмотревшись дальше вниз, я заметила, что все боковые улицы, которые я могла видеть, тоже были заполнены протестующими. Стражи в самом низу, которых едва было видно, медленно отступали, вынужденные двигаться вслед за колоннами алакрийцев, которых подталкивала рассерженная толпа. Ещё один отряд гномов спешил вниз по магистрали, вероятно, чтобы усилить их.

— Вритра, их сотни, — хмуро произнёс Уриэль Фрост.

Я увидела среди первых рядов алакрийцев Юстуса Денуара, дядю Корбетта, и у меня заколотилось сердце. В последний раз, когда я его видела, он пытался убить Корбетта и Ленору. Он убил Тэгана, моего давнего стража, а Ариан едва не погиб во время этой схватки.

Я понимала гнев гномов. Они были не единственными, кто пострадал и кого предали. Но разве ярость Мелитты была менее оправданной? Её мужа и детей убили в отместку за наше неповиновение. Нет, её ярость была оправдана… но направлена не туда. Юсстус и его сторонники среди рода Денуар винили в этом нас с Корбеттом, тогда как винить следовало Агрону; именно Верховный Суверен зарезал милых Арло и Колма, как животных.

Этот порочный круг вражды и мести был бесконечен. Каждая реакция, каждая смерть во имя «справедливости» порождала новую в ответ. Но в конечном итоге, истинный виновник всех этих преступлений, сам Агрона, уже был мёртв. Это не было похоже на справедливость, но это было самое близкое, чего мы могли достичь.

Однако протестующие этого не понимали. Я прожила всю жизнь в тени Вритры, но для этих дикатенцев мы были агрессорами, предателями. Для них Агрона и его приспешники были всего лишь далёкой и неясной тенью.

Я знала, что для того, чтобы объединить две стороны, нужен сильный лидер.

Посмотрев на Серис, я задумалась, что будет дальше, но внезапное движение отвлекло меня.

Два экзоформа вышли из строя. Прежде чем я поняла, что происходит, они обнажили свои пылающие оранжевые клинки, и быстрые удары обрушились на левую портальную раму.

Рама разлетелась с оглушительным треском камня и скрежетом металла. Непрозрачная поверхность портала разорвалась и растаяла в маслянистом вихре.

Я застыла среди остальных бывших высокородных, не в силах поверить своим глазам.

Практически одновременно взрывы огня и камня обрушились на кордоны, и внезапно заклинания начали сыпаться на невооружённые ряды алакрийцев. Появились редкие щиты, защищающие их, но большинство алакрийских магов были слишком слабы, чтобы использовать магию после шока от поражения Агроны.

— Как они смеют! — вскрикнул Уриэль, и его голос вырвал меня из ступора.





Том 12 Глава 492 — Ледяной кулак




Том 12 Глава 492 — Ледяной кулак

АЛАРИК МАЭР

Наши шаги гулко разносились в узкой лестничной клетке. Глухие удары и скрип дерева резко отзывались эхом от грубой каменной кладки стен. С малым количеством маны, поддерживающей моё старое тело, я уже начал чувствовать усталость от стольких усилий.

И всё это — без капли алкоголя, чтобы заглушить боль. Я утешал себя мыслью, что, несмотря на то, что Даррину было едва четверть моего возраста, выглядел он намного хуже.

— Хватит сопеть и пыхтеть, — прошипел я наигранно. — Ты же всех лоялистов в радиусе мили к нам приведёшь.

Даррин лишь громче засопел.

— Как будто они могут меня услышать сквозь скрип твоих коленок, старик, — хрипло отозвался он.

Я фыркнул, обрадованный, что у него ещё оставались силы на сарказм. Значит, его раны были не такими уж серьёзными.

На вершине лестницы мы вышли в просторную, пустую общую комнату. На стене висела шаткая деревянная лестница, ведущая к люку в потолке. Я проигнорировал верхний этаж студенческого общежития и начал подниматься по лестнице. Люк был заперт, но одного удара по механизму хватило, чтобы согнуть тонкий металл, и дверь открылась.

Кусочек неба, который я увидел, был серо-голубым. Раннее утро, рассвет ещё не наступил. Лучше бы было темнее, но я мог работать и с предрассветными сумерками.

Я выбрался на крышу общежития и вытащил за собой Даррина. Мы сразу же пригнулись, когда внизу раздались крики.

Осторожно закрыв люк, мы подползли к краю крыши и посмотрели на территорию Центральной Академии. Несколько лоялистов-магов бежали через стриженые газоны к нашему зданию. Ещё несколько выскочили из похожего на замок здания администрации, а вдалеке, у Часовни — мрачного чёрного строения, где хранился Реликварий, — собирались другие.

— Если мы хотим выбраться отсюда, мне нужно избавиться от этих наручников, — прошептал Даррин. — Как ты вообще снял свои?

— Старая уловка с фальшивым зубом, — отозвался я, осматривая близлежащие крыши. Найдут нас довольно быстро.

Даррин хмыкнул:

— Всё ещё с этим возишься? Я же тебе говорил, однажды тебя кто-то ударит в челюсть, и твои последние мысли будут обо мне, пока этот порошок будет прожигать тебе горло.

— На этот раз меня неплохо помяли, а я всё ещё здесь, — усмехнулся я.

Я уже сломал цепь, соединяющую наручники Даррина, что позволило ему свободно двигать руками и частично восстановить циркуляцию маны, но пока наручники не были полностью сняты, он не мог колдовать. Учитывая расстояние, которое нам предстояло преодолеть до следующей крыши, помощь воздушного мага была бы очень кстати.

Мой артефакт с пространственным хранилищем конфисковали вместе со всеми инструментами, а фальшивый зуб у меня был всего один. В данный момент я всерьёз подумал о том, что стоило бы обзавестись вторым, несмотря на протесты Даррина. Ведь если бы не этот порошок, мы оба всё ещё сидели бы в заточении.

Сейчас у меня был лишь нож, который я забрал у одного из мёртвых стражников внизу.

— Дай-ка мне эти наручники, парень, — пробормотал я, взяв его за запястье. Наполнив лезвие ножа маной, я смог заточить сталь настолько, чтобы поцарапать руны. Это заняло больше времени, чем следовало бы, учитывая моё текущее состояние, но после нескольких напряжённых минут, сопровождаемых звуками приближающихся сил Драгота, мне удалось начать стирать некоторые руны на его наручниках.

Это был тонкий и опасный процесс. Нож был менее эффективен, чем порошок, а сами наручники укреплялись той маной, которую они блокировали у Даррина. Мне нужно было осторожно стереть правильные руны, не изменив при этом заклинание так, чтобы оно нанесло вред, и при этом не сломать нож или не порезать запястье Даррина. Трясущиеся руки, конечно, не помогали. Что бы я сейчас дал за бутылку рома, подумал я, прежде чем напомнить себе, почему бросил пить.

Синтия склонилась надо мной, взяв мои руки в свои. Дрожь утихла, и я медленно выдохнул.

Спустя ещё минуту, может, две, я закончил и стер руны. Мы уже слышали солдат Драгота в здании, которые кричали друг другу и убегающим наемникам. Я почувствовал момент, когда мана вернулась под контроль Даррина. Его магический потенциал резко вспыхнул, бурно колеблясь, пока его ядро вновь не обрело равновесие. После этого было несложно снять наручники. Они с глухим стуком ударились о крышу.

Почти в тот же момент люк снова распахнулся — всего в десяти футах от нас.

В проёме появилась женская голова. По её напряжённому лицу и болезненному выражению я понял, что она была одной из пленниц, а не солдатом. Она увидела нас и открыла рот, чтобы что-то сказать. Если бы мы надеялись выследить Драгота и запись, нам нельзя было допустить, чтобы на нас навели его лоялисты…

Я зацепил наручники носком ботинка и ударил. Что бы она ни собиралась сказать, это превратилось в крик, когда наручники ударили её по лицу, и она полетела обратно вниз через проём. Раздался грохот и крики, затем звук ударов.

Даррин махнул рукой, направляя порыв ветра к люку. Крышка с грохотом захлопнулась снова. Сдерживая ругательства, я пригнулся и побежал вперёд, стараясь делать шаги как можно легче. Любой, у кого хватит ума, увидит наручники и поймёт, что кто-то был наверху.

Самый очевидный путь отхода вёл на север, через ещё одну крышу и в соседнее здание через балконное окно, но мы находились на западной стороне, чтобы обозревать территорию кампуса. Расстояние было не слишком большим — около пятнадцати футов. Я почти добежал до края, когда люк снова распахнулся. Я активировал «Миопическое Разложение», и один из мужчин закричал, прежде чем снова нырнуть в проём, яростно теряя глаза.

Уперевшись ногой в край крыши, я использовал ману, чтобы усилить свои ноги, и прыгнул. Порыв ветра подхватил меня сзади, и я услышал, как Даррин хрипло выдохнул от напряжения.

Я преодолел пятнадцать футов, смягчив падение на другую крышу перекатом вперёд.

Моё побитое тело протестовало, но я встал на ноги и сразу же побежал дальше, уже не беспокоясь о шумах. Прежде чем мы сможем искать артефакт с записью, нужно было избавиться от преследователей.

Я услышал, как Даррин тяжело приземлился позади меня. Быстрый взгляд через плечо показал, что он слегка хромает на левую ногу, но я не замедлил шаг. Я видел, как он раньше с невероятной точностью расправлялся с хранителями зон слияния, и не сомневался, что он справится и с пытками, и с вывихнутой лодыжкой, даже с его ограниченным запасом маны.

Добравшись до дальнего края второго крыла, я перепрыгнул на балкон, повернул плечо и, как таран, врезался в стеклянную дверь. Она разлетелась вдребезги, и я почувствовал жгучую линию боли на щеке, когда осколки стекла порезали кожу. Ноги выскользнули из-под меня, и я с размаху врезался в громоздкое кресло, отправив и мебель, и себя в полёт с глухим грохотом.

Позади раздался хруст осколков — это Дэррин приземлился на разбитое стекло. Его тень нависла надо мной, он схватил меня за переднюю часть рубашки и резко поднял.

— Не время валяться, — пробормотал он.

Чёрная пуля из маны ударила его в правое плечо, бросив его прямо на меня, и мы оба снова рухнули на пол. Через мгновение дальняя стена квартиры взорвалась, а струя оранжевого пламени пронеслась над нашими головами. Комнату охватило пламя.

— Глаза! — крикнул я, активируя «Солнечную вспышку».

Оранжевое пламя, охватывающее ковёр, мебель и балки, полыхало так ярко, что превратилось в ослепляющий свет.

Выпустив импульс «Аурального нарушения», я схватил Даррина за спину его порванной рубашки и потащил за собой, плотно зажмурив глаза. Жар пламени обжигал кожу, и несколько мощных ударов силы сотрясли комнату. Где-то слева обрушилась крыша.

Только почувствовав, что мы приблизились к двери — которая теперь висела на петлях, искрившихся от жара, — я рискнул отпустить «Солнечную вспышку». Сквозь веки я увидел, как белый свет угас, превратившись в пляшущие оранжево-жёлтые отблески, и снова открыл глаза. Встав и подхватив Даррина, я толкнул его вперёд, через дверь.

Коридор был наполнен густым чёрным дымом, и обрушившиеся стена и потолок разбросали тлеющие угли. Ещё через минуту или две весь этаж будет объят пламенем.

— По крайней мере, теперь эти ублюдки нас не догонят, — пробормотал я.

Впереди стояла Синтия, указывая на лестницу.

— Они зайдут через первый этаж и попробуют зажать вас.

— Без тебя бы не догадался, — проворчал я, пробегая мимо неё.

Даррин протёр глаза и, задыхаясь от кашля, споткнулся.

— Что? — с трудом проговорил он, прерываясь на кашель.

У меня не было сил отвечать, когда я вёл нас вниз по лестнице. Каменные стены защищали от жара, и температура понизилась градусов на двадцать всего за пару шагов. Дым поднимался вверх, словно по дымоходу, и нижние этажи были чисты — пока что.





Том 12 Глава 493 — Мы, низшие




Том 12 Глава 493 — Мы, низшие

АРТУР ЛЕЙВИН

Тысячи забот — некоторые незначительные, другие такие огромные, как море между Дикатеном и Алакрией, — боролись за моё внимание, пока Виндсом активировал артефакт телепортации. Я не мог избавиться от сомнений: правильно ли я поступил, отправившись в родной мир асур? Следовало ли мне задержаться в Дикатене, чтобы завершить неоконченные дела? Что было важнее: борьба за власть в Эфеотусе или напряжённость, грозящая разорвать мой дом на части?

Я сделал всё, что мог, чтобы обеспечить хоть какую-то стабильность перед уходом, но просто не хватило времени, чтобы разрешить все возможные проблемы и навестить всех, кто заслуживал внимания. Последствия нападения протестующих на алакрийских беженцев оказались настоящей головной болью. Лорда Силвершейла едва не убил один из его собственных людей; дварфийские лорды требовали захватить проект Звериного Корпуса, утверждая, что тот был построен на их ресурсах и земле, и теперь это их интеллектуальная собственность; а весь Дарв находился на грани новой гражданской войны.

Тем временем у меня даже не было времени навестить Глайдеров в Этистине или Чула в Хартсвуде. Я лишь мог надеяться, что его лечение прошло успешно и он проснулся. Часть меня надеялась, что он сам придёт ко мне до нашего отъезда из Дикатена, но я знал, что не могу взять его с собой в Эфеотус. Нельзя было предсказать, как отреагируют Кеззес или Новис, владыка клана Авигнис и повелитель фениксов.

Я был вынужден частично активировать Королевский Гамбит, чтобы не рухнуть под грузом всех этих противоречивых мыслей. Конечно, я предпочёл бы полностью активировать божественную руну, что позволило бы мне более эффективно разделять и обрабатывать каждую мысль в отдельности, но я не хотел создавать барьер между собой и остальными.

Виндсом отступил в сторону, указывая мне на портал — золотой овал, подвешенный над его артефактом. Я быстро встретился взглядом с Элли, Сильви и мамой, проверяя их готовность. Мои мысли также обратились внутрь, к Реджису, который с нетерпением ожидал нашего прибытия.

Подмигнув сестре с игривостью, которой я на самом деле не ощущал, я шагнул в портал.

Запах земли и влаги сменился солью и бризом. Тишина апартаментов глубоко в Институте Эсборн исчезла, уступив место шуму волн, крикам морских птиц и весёлому визгу играющих детей. Эфеотское солнце согревало кожу, а прохладный ветер с моря мгновенно её охлаждал.

Мы оказались на площади из гладкого песчаника. Украшенные нефритом арки открывались на окружающие улицы, которые вели между зданиями, напоминающими сооружения из кораллов, вылепленные из песчаника или даже сделанные из чистого, сверкающего жемчуга. Впереди нас площадь выходила на пляж с серебряным песком, но моё внимание сразу привлекло нечто за его пределами. Каждый слой моего сознания сосредоточился на этом зрелище.

Я невольно шагнул вперёд, ступив на пляж. Всё вокруг поблёкло, пока я смотрел на огромную гладь воды, тянущуюся далеко за горизонт. Я уже видел океаны раньше, но…

Тёплая голубая вода вздымалась волнами, но они не покрывались белой пеной, как на Дикатене, а пурпурной. Эфир наполнял этот океан и воздух над ним. Вдалеке, на самом горизонте, голубое небо переходило в пурпурно-чёрное, словно я смотрел в сам эфирный мир.

Я думал, что источник эфира в Эверберне был впечатляющим, но этот океан уступал только самому эфирному миру по плотности маны. Я резко развернулся, чтобы спросить Виндсома об этом, но тот исчез, не сказав ни слова.

Неподалёку на пляже группа детей-левиафанов играла под присмотром старейшины. Дети бегали друг за другом по серебряному песку, трансформируя свои тела, чтобы убежать от водящего: кто-то покрывал руку чешуёй, кто-то отращивал плавники или хвост, чтобы не быть «пойманным».

Один мальчик, которому было не больше семи лет, внезапно остановился и уставился на нас своими огромными, широко раскрытыми, магентовыми глазами. Его кожа была светло-голубой, а зелёные волосы, заплетённые в плоские косы, свисали на плечи, напоминая водоросли. Одна рука была покрыта чешуёй с острыми когтями. Его рот раскрылся, и он прокричал:

— Смотрите, это низшие!

— Не будь груб, малыш, — мягко пожурила его старейшина. — Это лорд Артур из клана Лейвин.

Дети тут же бросили игру и побежали к нам. Реджис материализовался рядом со мной, но это не испугало малышей — наоборот, они стали ещё больше интересоваться им.

— Я никогда не видел низших! — взволнованно сказала одна девочка с белыми волосами, дрожащими на лёгком ветру, а вдоль её висков виднелись гребни. — Правда ли, что некоторые из вас вообще не умеют пользоваться маной?

Мальчик, что первым закричал, посмотрел на неё с лёгким разочарованием.

— Что за глупости, лорд Лейвин — архон! Конечно, он владеет магией! — Он закусил губу и посмотрел на меня, заметив отсутствие у меня маны. Потом, вдруг просияв, указал на Региса. — Вот, посмотрите на его хранителя!

— Это не хранитель, — скрестил руки другой ребёнок, у которого ещё виднелись плавники на руках. — Это же призванный зверь, наверное.

— О, простите их за такое поведение, лорд Лейвин, — вмешалась старейшина, ласково взъерошив мальчику зелёные волосы. — Они просто любопытны и от волнения забыли о манерах. Но подумайте сами, разве клан Лейвин здесь, чтобы стоять на пляже и быть предметом для изучения? — Она мягко оттолкнула руку маленькой девочки, которая тянула маму за волосы и рассматривала её.

— Мы знаем дорогу! — воскликнул мальчик, протягивая мне руку.

Толпа детей тут же зашумела, споря, кто лучше покажет нам путь, пока они не схватили нас за руки и не потащили вдоль пляжа.

Балконы, арки и тропинки выходили к пляжу, и по мере того, как мы шли дальше, появлялось всё больше левиафанов. Их кожа была различных оттенков, а яркие воздушные одежды плавно колыхались на ветру. Некоторые носили необычные причёски, а их волосы — странные и разноцветные — либо плавно покачивались, словно водоросли, либо плотно прилегали к голове, как мох.

Слева, в океане, пара трансформированных левиафанов следовала за нами, их длинные тела то всплывали, то вновь погружались в волны, сверкая сапфировыми и бирюзовыми чешуйками.

Хотя дом, к которому мы подошли, не был самым большим или впечатляющим на побережье, было сразу понятно, что это резиденция Веруна. Стены переливались жемчужным блеском, поднимаясь ввысь, а окна были круглыми и открытыми. Крыша была покрыта морскими зелёными плитками, напоминающими чешую, и над окнами свисали навесы. Вокруг дома росли разноцветные растения, мягко покачиваясь на ветру.

Наши провожатые остановились, когда мы подошли к веранде, выходящей на пляж, и Зелина вышла из-за поросшей плющом стены из песчаника. Её руки были скрещены на груди, а на ней была тёмная кожаная одежда, в отличие от ярких и воздушных нарядов других левиафанов, которых мы видели. Её глаза, цвета бушующего моря, были полны напряжения, но выражение лица оставалось непроницаемым.

— Добро пожаловать в Экклесию, — произнесла она сдержанно. — Лорд Экклеайя ждал вас и приглашает войти в его дом. — Она указала на арочный вход без двери или даже занавеса, как это часто бывало в Эверберн-Сити.

— Спасибо за то, что проводили нас, — сказала Элли, помахав детям на прощание.

Они радостно замахали в ответ, но тут же завизжали от восторга, когда Реджис вдруг запылал аметистовым пламенем и выпустил преувеличенный вой. Мама рассмеялась невинным, искренним смехом, а дети, громко хохоча, побежали прочь. Я почувствовал лёгкую грусть, осознав, как давно не слышал её такой беззаботной.

Элли поймала мой взгляд и улыбнулась, явно думая о том же.

Я ответил ей улыбкой и двинулся к дому по направлению, указанному Зелиной. Проходя через крытую веранду, сложенную из красноватого песчаника, я оказался в ярком, просторном помещении, наполненном сладким ароматом. Разноцветная плитка образовывала витиеватые узоры на полу и стенах, местами покрытых живыми кораллами. Свет исходил от мерцающих светящихся артефактов и серебряных огоньков, парящих над разноцветными свечами.

Комната была обставлена, как гостиная, с мебелью из плавника, а двери вели в другие помещения. Но я едва успел переступить порог, как услышал, как кто-то бегом несётся по плиточному полу. Существо, появившееся из-за угла, резко остановилось передо мной.

Я остолбенел, глядя на него. Его тело было длинным и широким, голова плоская, треугольная, с зубастой ухмылкой. Оно немного напоминало земного аллигатора, но вместо кожистой шкуры казалось, будто оно покрылось мелкими драгоценными камнями. Его ноги всё ещё напоминали рептилий, но были длиннее, а яркие крылья были сложены за спиной. Его челюсти защёлкнулись, издавая странный треск — то ли предупреждение, то ли приветствие.

— Ох, какое оно красивое, — сказала Сильви, осторожно протянув руку для обнюхивания, не обращая внимания на острые зубы.

— А, вижу, вы уже познакомились с Флаттер Степом, — раздался знакомый голос Веруна, за мгновение до того, как он вошёл в комнату. Его молочно-белые глаза слегка прищурились, когда он взглянул на существо, которое закружилось на месте, гоняясь за собственным хвостом, а затем умчалось прочь из гостиной. — Виндсом не присоединился к вам? — спросил он, обращаясь ко мне. — Жаль. Мне всегда так приятно с ним общаться.

Хотя его слова прозвучали нейтрально, без сарказма, я не мог отделаться от мысли, что он, возможно, говорил это с неким скрытым подтекстом.

— Ты ведёшь себя грубо, отец, — холодно заметила Зелина, обойдя меня и мою семью и войдя в дом. — Это первый королевский визит лорда Лейвина в Экклесию.

Верун отмахнулся от её слов.

— Мы с Артуром уже старые друзья. Зачем нам церемонии и титулы? Проходите, располагайтесь, как говорят люди, — он жестом указал на кресла в комнате.

Из уютной столовой вслед за ним вошла левиафанка, неся несколько подносов, которые парили на маленьких белых облачках.

— Спасибо, Кора, — Верун быстро отступил в сторону, пропуская её к столам в гостиной, где она расставила подносы.





Том 12 Глава 494 — Доверие




АРТУР ЛЕЙВИН

Катилась волна за волной, ударяясь о берег. Холодный ветер пробирался между нами троими — каждым из нас, лордом своего клана и своей расы. Где-то вдали птица из Эфеотуса издавала тоскливый, печальный крик, словно предчувствуя то, что вот-вот случится.

— Лорд Индрат. Добро пожаловать, — сказал Верун с ровным голосом, скрыв любые следы удивления от неожиданного появления Кеззеса. — Редкое удовольствие видеть вас здесь, в Экклезии.

Напряжение в воздухе было ощутимо, как натянутая струна. Сколько успел услышать Кеззес? Я был готов отразить атаку, если потребуется.

— Артур необходим в моем замке, — произнёс Кеззес равнодушно.

Я замер на мгновение. В его тоне не было враждебности. Ни малейших признаков сдерживаемой ярости, ни ауры кипящей маны или эфира. Он даже не выглядел раздражённым. Если он подслушал наш разговор, то скрывал это мастерски.

Всё могло оказаться ловушкой. Он редко утруждал себя личным визитом, предпочитая посылать Виндсома. Возможно, Кеззес хотел увести меня туда, где ему будет легче меня контролировать. Отказаться было бы разумно: я оставлял свою семью без защиты. Пусть я и доверял Веруну, но это было слишком удобным поводом. В то же время, прямой отказ мог бы ухудшить наши отношения. Постоянные конфликты, вроде тех, что уже происходили на полях лавы, были непозволительной роскошью. Я не мог позволить себе вызвать подозрения, если Кеззес действительно ничего не знал.

— Что это за дело? — осторожно спросил я, подходя ближе, чтобы встать лицом к лицу с ним.

— Я расскажу всё, когда прибудем, — ответил Кеззес. Он холодно кивнул Веруну: — Прощайте.

И прежде чем я успел среагировать, его сила окутала меня.

На долю секунды я инстинктивно сопротивлялся, окружая себя эфиром. Наши энергии на мгновение столкнулись, но затем я позволил ему провести нас. Пространство дрогнуло, и мы оказались в длинном коридоре, где тихо потрескивали факелы.

— Уже в подземелье? — попытался я пошутить, скрывая за юмором тревогу. — Остальные лорды знают, что вы решили меня запереть?

Кеззес ничего не ответил. Его плащ развевался, когда он быстрыми шагами направился вперёд. Я закатил глаза и последовал за ним.

«Артур, ты где?» — раздался в моей голове лёгкий и отдалённый голос Сильви.

Я коротко объяснил ситуацию.

«Если понадобится спасательная операция, только скажи!» — разозленно проревел Редис.

Нет, оставайтесь на месте. Главное, чтобы моя семья была в безопасности. Я справлюсь здесь. Стиснув волю в кулак, я подавил свою неуверенность, чтобы они не почувствовали моих сомнений.

Через сотню шагов Кеззес остановился, и стена справа начала разворачиваться. Камни разъехались, как зубцы молнии, затем свернулись и исчезли, как ткань, отступая в сторону.

За стеной открылась камера. В центре помещения, залитый лучом света, завис Агрона.

Он выглядел точно так же, как в последний раз, когда я его видел: его глаза были пустыми, а челюсть бессильно отвисла, словно он был марионеткой с перерезанными нитями. Его роскошные одежды были смяты и испачканы, украшения и цепочки запутались в рогах. Он казался не более чем тенью того кошмара, который долгие годы преследовал меня.

— Никаких изменений? — спросил я. — Разве у вас нет целителей?

— Конечно, Артур, — раздался знакомый голос.

Я обернулся и увидел Леди Майру, стоящую рядом с Кеззесом. Её появление было столь внезапным, что я даже не почувствовал её приближения. Высокая и грациозная, она выглядела молодой и прекрасной — совсем не такой, какой я встретил её впервые.

— У нас есть доступ к самым мощным целительным магиям, — продолжила она, подходя ближе к застывшему Агроне. — Но ничто не смогло даже заставить его моргнуть. Даже Олудари Вритра не смог пролить свет на его состояние.

— Где он сейчас? — спросил я, удивившись, что они решили привлечь Олудари к этому делу.

— В моем замке, пока что, — коротко ответил Кеззес.

— Он изгнанник, — добавила Майра. — Лорд Котан даже рад, что он под нашей опекой. Если Олудари попробует вернуться домой, его, скорее всего, убьют.

— Когда я разговаривал с ним, он был наполовину безумен, — поделился я. — Вряд ли он что-то знал о состоянии Агроны. Его взгляд был устремлён куда-то далеко за пределы Алакрии.

Кеззес задумчиво посмотрел на меня.

— Верно. Он только подтвердил, что тело Агроны живо. Оно продолжает циклить достаточно маны, чтобы поддерживать себя, словно он просто спит. Но разума внутри не осталось. Даже наши мастера ментальной магии не смогли найти в его сознании ничего, за что можно было бы зацепиться.

— Его разум будто полностью уничтожен, — тихо добавила Майра. Её глаза сузились, когда она взглянула на меня. — Мы должны понять, что случилось. Что ещё ты можешь рассказать о том, что произошло в той пещере?

Я активировал Королевский гамбит.

Эфир заполнил мой разум, раскрыв его, как кроны гигантского дерева, где каждая ветвь содержала отдельную мысль. Коронa на моём лбу осветила лица Кеззеса и Майры. Кеззес сжал челюсти, а его глаза засияли насыщенным фиолетом. Майра внимательно изучала меня, пытаясь понять, что видит.

Я поднялся в воздух и начал медленно вращаться вокруг застывшего Агроны и светового луча, внимательно исследуя его.

Нити Судьбы исчезли. Я отрезал их, и это привело к распаду влияния Агроны на мир. Но почему это оставило его в этом растительном состоянии? Даже Королевский гамбит не мог создать ответы на пустом месте. Теории накапливались в моём сознании, и тягостное беспокойство нарастало.

— Я рассказал всё, что знал, — сказал я, кратко повторяя детали, касающиеся Судьбы, которые я уже объяснял Майре, когда впервые очнулся в Эфеотусе. — Возможно, его разум просто не смог справиться с тем, что он оказался полностью оторванным от своих планов и народа.

— Но что это значит? — Кеззес раздражённо зашагал взад и вперёд перед застывшей фигурой Агроны. — То, что ты описываешь, невозможно. — Он бросил на меня подозрительный взгляд. — И если ты действительно обладал такой силой, почему ты не убил его? Почему ограничился лишь разрывом этих «связей», о которых говорил?

Если бы не активированный Королевский гамбит, я, возможно, едва сдержал бы усмешку при виде его беспокойства. Однако сейчас это проявление эмоций от Кеззеса — столь редкое и непривычное — было лишь одной из многих параллельно обрабатываемых мыслей.

— Судьба, как правильно предположили джинны, — это всего лишь ещё один аспект эфира, — сказал я намеренно уклончиво, не желая раскрывать перед ним полную правду. — Она связывает нас и упорядочивает Вселенную. Джинны лишь начали разрабатывать способы влиять на Судьбу, но их достижения были ограничены.

— А что касается твоего вопроса, — продолжил я, — ответ прост: важнее было устранить Наследие, а не уничтожить Агрону. — Я внимательно следил за его взглядом, пытаясь уловить хоть намёк на понимание того, что Кеззес, возможно, подслушал мой разговор с Веруном. Но признаков осведомлённости не последовало.

— Путь вперёд… к чему именно? — Кеззес скрестил руки и пристально посмотрел мне в глаза.

— К будущему, которое принесёт наибольшее благо для большинства, — уклончиво ответил я.

Кеззес фыркнул, но в этом насмешливом жесте я увидел правду: он не слышал нашего разговора. Это было облегчением, хотя внешне я не позволил себе это показать благодаря эффекту Гамбита.





Том 12 Глава 495 — Готовность




АРТУР ЛЕЙВИН

Я покинул город ещё до того, как солнце Эфеотуса успело подняться над Экклесией. В одиночку я обошёл дом Верунна и направился к хвосту Мирового Змея, который привёл меня за пределы города, в дикую местность — на скалистые пляжи и в заросшие леса, напоминающие джунгли Земли. Над головой раскинулось небо, частично скрытое фиолетово-чёрным покровом эфирного царства.

Атмосфера была насыщена эфиром, словно морская пена поднималась с волн и растекалась по джунглям. Морские птицы раздавали пронзительные крики, а невидимые существа отзывались на них глухими рыками из глубин леса.

Каждый вдох приносил свежий, солёный воздух и тёплую энергию эфира. Я задумался: было ли это место всегда так наполнено эфиром, или же многовековое давление пустоты заставило его вытекать сквозь океаническую границу в Эфеотус?

Голова была забита мыслями, которые нужно было разобрать и упорядочить. Отключив связь с сознаниями Реджиса и Сильви, я активировал Королевский Гамбит. Разум раскололся на десятки потоков, каждый из которых освещал отдельную проблему.

Часть моего внимания сосредоточилась на тайне эфирного царства, пока я смотрел на фиолетово-чёрный горизонт. Решение, пришедшее ко мне под влиянием Гамбита, казалось трудным для удержания в голове без активации божественной руны. Другие мысли касались Судьбы, напряжённости между Дикатеном и Алакрией, будущего Эфеотуса и моей роли в этом уравнении.

Несмотря на все эти размышления, я оставался настороже, наблюдая за морем и джунглями. Пройдя немного, я нашёл подходящую бухту с широкой плоской скалой, выступающей у берега. Я сел на неё, скрестив ноги, и начал концентрироваться.

Атмосферный эфир охотно отзывался. Закрыв глаза, я почувствовал — а не увидел — его движение. Я не пытался что-то контролировать: просто впитывал эфир, а затем отпускал его, формируя из частиц абстрактные узоры, которые вращались вокруг меня, словно детские рисунки на песке.

Главной целью Судьбы было выпустить накопленное давление в эфирном царстве, позволив энтропии взять своё. Хотя ей было безразлично, что случится с нашим миром, её действия диктовались страхом перед катастрофой куда больших масштабов.

Только объединив Королевский Гамбит, четвёртый ключ и присутствие Судьбы, я сумел увидеть решение. Но путь к нему был полон препятствий, и наибольший страх вызывала возможность того, что Кезесс уничтожит Дикатен и Алакрию до того, как мои усилия принесут плоды.

Я объяснил часть своего плана Веруну, но использование эфира из пустоты было лишь одной частью сложной головоломки.

Открыв глаза, я осознал, что парю в воздухе на несколько дюймов выше скалы, и вернулся на место. Некоторое время я сидел неподвижно. Напряжение внутри меня росло, словно рябь на поверхности воды. Сделав глубокий вдох, я выдохнул, выпуская излишки напряжения, но понял, что мне нужно двигаться.

Я сосредоточился на своём ядре и начал вызывать эфемерные мечи. Сначала два, потом четыре, затем шесть. Я остановился на восьми, когда вокруг меня замерцали фиолетовые лезвия.

Сконцентрировавшись, я активировал Сердце Мира. Мир вокруг меня наполнился маны, мельтешащей зелёными, синими, красными и жёлтыми мазками. Руны на теле вспыхнули эфирным светом, а волосы встали дыбом от избытка энергии.

Затем я направил эфир в Божественный Шаг, увидев, как соединения между разными точками стали чёткими, словно линии на карте.

Реквием Ароа засиял на моей спине, добавляя веса моей концентрации, усложняя использование других рун. Я разделил сознание ещё на несколько частей, каждая из которых контролировала свой меч, просчитывала траектории и поддерживала действие рун.

Используя способность видеть взаимодействие маны и эфира, я создал восемь пузырей, наполнил их водой и отправил в воздух. Они зависли на разных уровнях и расстояниях передо мной.

Я начал запускать пузыри один за другим и направлять мечи через эфирные пути, чтобы пробивать цели. Вода выливалась обратно в море при каждом попадании.

Знания джинов о том, как управлять эфиром, были ключом ко всему. Без них безопасно освободить эфирное царство было невозможно.

Мои мечи исчезли, но я продолжил насыщать руны эфиром. Вскоре я снова поднялся в воздух, позволяя своему сознанию исследовать потоки эфира вокруг.

Любопытство взяло верх: я захватил кластер частиц маны и ввёл его в своё ядро. На удивление, ядро не очистило ману. Вместо этого она начала блуждать внутри эфира, словно островки в океане.

— Интересно, как долго продержатся Реликтомбы, прежде чем деградация заставит их рухнуть? — пробормотал я себе под нос.

Отбросив эти мысли, я продолжил медитативные упражнения, призывая и изменяя эфир, чтобы улучшить свою точность. Однако всё это было больше похоже на размышления, чем на реальную тренировку.

Я уже подумывал отправиться вглубь джунглей, чтобы сразиться с существами, когда заметил движение у края леса. У подножия дерева стояла Зелина, скрестив руки на груди и внимательно наблюдая за мной.

— Я не почувствовал твоего приближения, — сказал я, приземляясь на камень.

— Я и не хотела, чтобы ты меня почувствовал, — ответила она с лёгким пожатием плеч. Её кожа блестела перламутровыми чешуйками, а на наплечниках и броне были выдавлены руны. — Мне нужно было понять, чем ты занят.

— И что скажешь? — спросил я с любопытством, разведя руками.

Её взгляд стал строгим.

— Я тренировала многих талантливых воинов. Но любой из них мог потерять концентрацию из-за пустой мысли. А ты наполняешь свою голову сотнями таких мыслей одновременно, — заметила она с улыбкой.

Зелина подошла ближе и, достав короткий клинок из кармана измерения, посмотрела на меня.

— Может, спарринг поможет тебе обрести нужный фокус?

Я вызвал эфемерный меч, уменьшив его длину, чтобы он соответствовал её оружию.

— Думаю, небольшая тренировка не повредит…

Но не успел я договорить, как она бросилась вперёд, превратившись в размытую вспышку.

— И что дальше? — спросил я, разводя руки.

Её брови нахмурились, губы слегка изогнулись вниз.

— Я тренировала десятки молодых воинов — все они были сильными, талантливыми и целеустремлёнными. Но любой из них мог потерять целый день тренировок из-за одной-единственной ненужной мысли. А ты включаешь это, — она обвела пальцем свой парящий волос, — и выпускаешь сотню противоречивых мыслей в свою мягкую, хрупкую мозгушку.

Её губы дрогнули, словно она сдерживала улыбку. Затем она оттолкнулась от дерева и уверенно пошла ко мне.

— Отец говорил, что ты тренировался с Кордри из Тиеста, когда был ещё мальчишкой. Он научил тебя дробить свой разум на сотню кусков во время боя?

Я спрыгнул с камня. Песок слегка прогнулся под подошвами моих сапог, мягко принимая мой вес.

— Я думаю, а не тренируюсь, — ответил я.

— И как продвинулись твои мысли? — спросила она, останавливаясь в десяти футах от меня.

— Пока не очень, — признался я, избегая её взгляда.

Зелина молча ждала продолжения, и, поколебавшись, я наконец сказал:

— Я чувствую себя… потерянным. Я знаю, что нужно делать, но передо мной одни препятствия. А сама цель кажется слишком далёкой. Я не уверен, чем мне сейчас заняться.

Она скрестила руки на груди и приподняла бровь.

— Думаешь ты или тренируешься — цель у тебя одна: быть готовым. Мудрый асур готовится к неизвестности. Даже в победе нас может поджидать неожиданность. Не фокусируйся только на завершении одной задачи.

Я удивлённо моргнул. Эти слова напомнили мне то, что однажды сказал Король Грей в другой жизни.

Выражение Зелины стало серьёзным. Она вытащила короткий клинок из пространственного хранилища.

— Думаю, бой со мной принесёт тебе тот вызов и сосредоточенность, которых ты ищешь.





Том 12 Глава 496 — Зов о помощи




Том 12 Глава 496 — Зов о помощи

Тессия Эралит

— Она будет потрясающей, — сказала я, улыбнувшись. Мои пальцы скользнули по мягким листьям саженца, почти достигавшего моей высоты. — Варай и раньше была сильна, но теперь, видя, как она умеет обращаться с маной… — Я повернулась к своему дедушке, не скрывая восхищения. — Она с таким достоинством овладела своей Интеграцией.

Дедушка Вирион усмехнулся, поливая только что посаженный росток из лейки.

— Рад слышать, что она в добром здравии. Первый человек в нашей эпохе, переживший Интеграцию…

Он не упомянул Сесилию, и я решила следовать его примеру.

— Варай отлично восстановилась, да. И похоже, эта ситуация немного растопила лёд в её характере. Кажется, она нашла новую слабость — теперь без ума от сладкого, — я хихикнула, вспомнив, как серьёзное Копье сидела с белой пудрой от пончиков на губах.

— Она даёт тебе надежду.

Я замерла, как застрявшее в ножнах лезвие, и медленно выдохнула.

— Возможно, я не задумывалась об этом раньше, но… да. — Мой взгляд снова обратился к саженцам, я взяла лейку и вернулась к поливу вспаханной земли, в которой они росли. — Сейчас Артур — всё, что стоит между нами и жестокостью асур. Конечно, Варай не настолько сильна, но видеть, как она стремится к совершенству, даже достигнув такого уровня, — это вселяет уверенность.

Вирион отложил лейку и, обрезав слабые ветки на более крупных саженцах, оглядел теплицу с гордостью.

— Почва тут такая же плодородная, как и говорил Артур. Представь, как бы росли эти деревья при правильной вентиляции и солнечном свете. — Он обернулся ко мне с тёплой улыбкой. — Но ты понимаешь, что говорил я не о будущем, Тессия. Я говорил о твоём будущем.

Я закусила губу, когда он подошёл ко мне и положил руки мне на плечи, заглядывая в глаза.

— Всё в порядке, малышка. Тебе не нужно винить себя. Ты прикоснулась к силе — настоящей силе — и хочешь обрести её снова. Ты хочешь стоять рядом с Артуром, а не позади него. И в этом нет ничего зазорного.

У меня перехватило дыхание, и я прижалась к дедушке, обвив его руками, положив голову на его грудь.

— Как ты можешь знать, о чём я думаю, когда я сама этого не понимаю?

Он фыркнул.

— Ты никогда не умела от меня скрывать свои мысли. Как саженцы, я видел, как ты росла, начиная с маленького семечка. Был с тобой на всех твоих победах и ошибках. Ты — лучшее, что есть в твоих матери и отце, и сердце, что стучит в моей груди. Как же я мог не знать, о чём ты думаешь?

— Я люблю тебя, дедушка, — сказала я, чувствуя, как по щекам текут слёзы.

Он погладил меня по голове, как делал, когда я была маленькой.

— И я люблю тебя, Тессия. — Он прочистил горло, взял меня за руки и отступил на шаг. — Но, думаю, на сегодня нам достаточно этих эмоциональных дебрей. Есть дела, которыми нужно заняться. Мы должны…

Он умолк, повернувшись к входу. Через пару секунд Байрон приземлился на границе теплицы и, не здороваясь, обратился к нам.

— Есть новости из Алакрии. Дворфийские лорды созывают совет и хотят, чтобы вы присутствовали.

Вирион усмехнулся и ответил Копью сдержанной улыбкой.

— Ты имеешь в виду, требуют моего присутствия. Считая войну оконченной, дворфы становятся всё смелее и всё более нетерпимы к оставшимся эльфам.

Байрон кивнул, откинув назад свои шелковистые светлые волосы.

— Враждебное отношение, которое привело к нападению на алакрийцев, не совсем исчезло. И даже если бы вас не хотели на этом совете, Вирион, боюсь, ваше присутствие необходимо. Как голос разума.

Вздохнув, Вирион стряхнул с себя пыль и направился к Байрону. Сделав лишь пару шагов, он обернулся ко мне.

— Не могла бы ты выбрать несколько растений для очередного перевода в Эленуар? Сария Трискан уже не находит себе места, мечтая заложить новый лес.

— На самом деле, я бы предпочла пойти с вами, — ответила я. — После недавней поездки в Этистин… мне хочется быть полезнее. — Сняв кожаные перчатки и положив их рядом с нашими инструментами, я легким порывом ветра смахнула остатки грязи с дедушки и себя, посмотрела на него с ожиданием.

Я знала, что он не откажет мне. В последнее время он часто мягко подталкивал меня выходить из пещеры и участвовать в жизни, и именно поэтому я изначально отправилась в Этистин.

Дедушка улыбнулся и жестом предложил Байрону идти вперёд.

Вирион уже вводил меня в курс дел в Вилдориале, Дарве и Дикатене в целом. Дворфы уважали его, но затаили обиду на Артура за то, что он настоял на том, чтобы Вирион возглавил оборону Дарва в последние недели войны. Дворфийское королевство оставалось расколотым после предательства семьи Грейсандеров и последовавшего за ним гражданского конфликта, и как дворфийские лорды, так и их народ жаждали лидера из своей собственной расы.

Проблема, как поступить с эльфами и алакрийцами, оставалась «проблемой» лишь в совете, так как почти все эльфийские беженцы покинули Вилдориал ещё до финального наступления Алакрии, а алакрийцы были отправлены домой. Но эта проблема продолжала делить дворфов на два лагеря.

Когда мы вошли в зал совета, его стены уже сотрясались от громких голосов. Дургар Сильвершейл, занявший место отца, пока Даглун восстанавливался после ранений, встал и в ярости тыкал пальцем в лицо лорда Эрсборна.

— Мы пошли на всё ради этих убийц! Нам не нужно в это вмешиваться.

Скарн Эрсборн, кузен Мики, нахмурившись, охранял вход и положил руку на рукоять своего оружия.

Я не знала семью Сильвершейл, но сражалась рядом со Скарном и его братом Хорнфельсом в Эленуаре, до того как попала в плен. Я положила руку на его, когда он с угрюмым взглядом уставился на Дургара, но остался на месте.

— Друзья, — прогремел Вирион, его голос прорезал шум.

В зале, находившемся внутри огромного кристалла, отражавшего тысячи оттенков света, мгновенно наступила тишина. Дургар поправил тунику и вернулся на своё место. Карнелиан Эрсборн внимательно наблюдал за ним, а затем жестом пригласил нас с дедушкой присесть.

Впереди стояла женщина с длинными огненно-рыжими волосами. Одетая в простую походную одежду, при звуке голоса Вириона она обернулась.

Моё сердце остановилось.

Я снова оказалась в толпе тел, настолько плотной, что я едва дышала, стоя на ногах. Её сладкий голос звучал в городской площади, словно мед. Столбы из камня тянулись ввысь. Рыжие волосы, колыхавшиеся, как пляшущие языки пламени, и этот же взгляд… Она глядела на нас…

Вокруг её тела. Тела на чёрных железных шипах.

Блейн и Присцилла Глейдеры и… мои родители.

Я смотрела в глаза женщине, которая несла тела моих родителей через Дикатен, восхваляя божественность Агроны.

Вирион говорил, и я видела, как он шагнул вперёд и взял женщину за руку. Та ответила, но в её голосе, обычно сладком, послышались нотки отчаяния. Разве он не знал? Я с трудом сдержала себя, чтобы не сбить её руку с его, чтобы не…

Конечно, он знал, ответила я себе.

Я хорошо знала, что Лира Драйде сделала для Дикатена — как до, так и после того, как она передала регентство Артуру. Она много сделала для нашего мира, несмотря на всё.

Наконец слова, которые они обменялись, обрели для меня смысл.

— Лира Драйде. Ты проделала долгий путь, и так скоро после своего ухода. В чём дело? — спросил Вирион.

— Вирион. Я рада, что ты здесь. Прошу тебя, Серис нужна твоя помощь, — сказала Лира, её голос дрожал от напряжения.

Карнелиан Эрсборн хмыкнул.

— Мы как раз обсуждали, как ответить на её запрос, до твоего прихода, Вирион.

— Чего именно ты от нас хочешь? — спросил дедушка, глядя на Лиру.

Лира покачала головой, её рыжие волосы развевались, словно горящий флаг.

— Взрыв едва не убил Серис и Силрита, но он был не нацелен на них. Похоже, он убил Косу Драгота Вритру и многих других, — произнесла она.

Копье Мика щёлкнула языком, нахмурившись и скрестив руки на груди. Она стояла рядом со своим отцом и хмуро всматривалась в происходящее.

— Мы отпустили ваших людей домой против своего лучшего суждения, — вмешался Дургар, снова полу-вставая из-за стола. — А теперь они просят помощи, потому что дома им неуютно. Ещё одно слово — и мы отправим своих солдат прямо через порталы и…

— У тебя нет таких полномочий, мальчишка, — резко оборвала его дворфийка, ударив рукой по столу.

— Прошу, милорды, — дедушкин голос эхом отразился от цветных кристаллов. Дворфийские лорды замолчали, и он кивнул Лире, чтобы она продолжала.

— Леди Каэра Денуар надеялась, что её послание доберётся до Вилдориала до того, как Артур покинет нас, — с лёгкой горечью сказала Лира. — Он должен знать, что происходит.

— Прекрасно, пусть регент и разбирается, — ответил самый младший из клана Сильвершейл, Деймор, делая вид, будто стряхивает грязь с рук.





Том 12 Глава 497 — Твёрдые и прочные союзы




Том 12 Глава 497 — Твёрдые и прочные союзы

Артур Лейвин

Заклинание Веруна притянуло океанскую воду, которая взвилась вверх в виде одного потока, похожего на щупальце. Эта водная нить закрутилась, закручиваясь против часовой стрелки, пока перед нами не зависло клубящееся, почти живое полотно морской воды. Вода становилась всё прозрачнее и прозрачнее, пока не превратилась в зеркало. Но с каждым мгновением зеркало менялось и вскоре стало окном.

Теперь мы смотрели не на собственные отражения, а в совершенно иное место.

Верун Экклэя, сияя своей слегка рассеянной улыбкой, пригласил меня первым войти в портал.

Я оглянулся на шествие, что следовало за мной. Моя мать и сестра стояли позади меня вместе с Сильви и Реджисом. За ними была Зелина, окружённая ещё дюжиной высокопоставленных левиафанов клана Экклэя.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоить себя, я шагнул в портал.

Солёный аромат Экклэсии сменился запахом дыма и сладким ароматом горных цветов. Вокруг раздались возгласы приветствия.

Прежде чем я успел рассмотреть что-то ещё, мой взгляд привлекло нечто справа. Я стоял на высоком балконе, и медное ограждение отделяло меня от обрыва, уходящего вниз на бесконечную глубину. Земля внизу казалась смутным пятном зелёного и коричневого цвета, лишённым деталей и создававшим ощущение бесконечного расстояния.

— Лорд Лейвин, — Новис из клана Авинис, лорд фениксов, протянул руку и приветствовал меня.

Я инстинктивно шагнул вперёд, приняв политическую улыбку и осматривая толпу, откуда раздавались приветственные крики.

Город Пернатый Вершинный Оплот и его жители представляли собой удивительное зрелище.

Десятки фениксов в своих человеческих формах собрались на балконах и подвесных мостах, соединявших различные платформы и здания. Они были одеты в яркие одежды цвета пламени, украшенные перьями и листьями. Многие носили пернатые маски и размахивали яркими лентами. Вопли и крики прерывали общий шум, и всполохи огня разрезали небо, подобно фейерверкам.

Город сам по себе был встроен прямо в скалу среди леса искривлённых деревьев, которые, казалось, прорывались через камни и тянулись к солнцу. Некоторые дома представляли собой подобие гнёзд, устроенных на ветвях, другие были вырезаны прямо в скале или умело встроены в складки камня.

Мама вышла из портала следом за мной, сразу за ней появилась Элли. Обе выглядели ошеломлёнными. Толпа слегка притихла, когда люди стали шептаться и указывать на мою семью.

Рай из клана Котан, лидер василисков, стоял в стороне с процессией знатных фениксов и василисков. Он поприветствовал меня так же, как лорд Авинис, который подошёл поприветствовать маму и Элли, а затем и Сильви. Нашу группу включили в благородную процессию, и молодая феникс с глазами цвета цитрина и дымными заплетёнными волосами взяла меня за руку, после чего нас повели сквозь ряды взволнованных зрителей.

— Я, честно говоря, не ожидал такого… шумного приёма, — заметил я, оглядываясь вокруг и маша рукой.

— Никто из живущих не помнит времени, когда в семью асур была добавлена новая раса, — с улыбкой ответила девушка, глядя на меня снизу вверх.

Новис хлопнул меня по спине.

— Моя дочь говорит правду, но признаюсь, у меня был свой замысел, — он широко улыбнулся, пожимая руки фениксам, протянувшимся к нам справа, когда мы проходили мимо. — Насколько мне известно, ты видел только опасности Эфеотуса — как в диких местах, так и в конференц-зале. Я хотел, чтобы ты узнал, кем мы на самом деле являемся, Артур. И кем являешься теперь ты.

Пока процессия продолжалась, я размышлял над его словами. За нами следовало звучание арф, а затем стройная мелодия: сначала десятки, а затем сотни голосов сплелись в песню. Слов в ней не было, но мелодия передавала чувство гармонии и единства не хуже любых речей.

Процессия привела нас к огромной полукруглой платформе, которая тянулась от крепости из переплетённого дерева, тёмного камня и серых черепиц, карабкавшейся по склону скалы. В центре платформы был приготовлен огромный костёр в кольце из чёрных камней диаметром около шести метров.

Когда мы приблизились, молодая женщина, что вела меня, улыбнулась и указала на конусовидное сооружение из тёмного дерева.

— Прошу, зажгите огонь, лорд Лейвин.

Я окинул взглядом окрестности в поисках какого-нибудь инструмента, но тут же понял, что фениксы вряд ли бы использовали подобные приспособления. Они ожидали, что я смогу зажечь костёр маной.

Активировав Сердце Мира, я вызвал аметистовые руны по всему телу и под глазами. Волосы начали приподниматься от головы. Вдохновлённый моментом, я позволил своему телу взлететь, выскользнув из лёгкой хватки молодой женщины. Я развернулся к поющей толпе, следовавшей за нами через весь город.

— Благодарю вас за столь тёплый и радушный приём, — сказал я, мой голос разнёсся, несмотря на общий шум. — Для меня, моей семьи — моего клана — большая честь быть здесь, в вашем прекрасном городе. Добавление расы архонов в древо семьи асур — событие беспрецедентное, но и процветание, что ждёт всех асур, также станет беспрецедентным!

Толпа взревела. Я раскинул руки, а позади меня невидимые частицы эфира начали обвивать плотную огненную ману, наполнявшую атмосферу. С помощью эфира я направил ману в сердце незажжённого костра, делясь своим намерением. Мана сжалась, разогреваясь, пока — костёр не вспыхнул ответом на возгласы толпы, взорвавшись жаром и светом.

Мои ноги снова коснулись гладкой тёмной древесины платформы. Лорды Авинис и Котан, вместе со своими свитами, сдержанно аплодировали, подталкивая толпу к новым крикам одобрения.

Через несколько секунд после того, как огонь был зажжён, из крепости начали выходить другие асуры. Столы и стулья поднимались в воздух и ставились вокруг костра; громадные подносы и котлы с едой разместились на столах, бочки с вином установили на их концах, и буквально за мгновения перед нами развернулся грандиозный пир.

— Прошу, пируйте и празднуйте! — провозгласил Новис, обращаясь к своим подданным. — Сегодня начинается новая эра единства между асурскими расами!

С улыбкой он повёл нас в крепость, тяжёлые двери из обугленного дерева распахнули вооружённые фениксы. Его дочь снова взяла меня за руку и повела следом за ним.

«Кажется, у тебя появилась поклонница», — с усмешкой заметила Сильви.

«Я думал, что противоположности притягиваются?» — вставил Реджис, чуть ли не прыгая от нетерпения. — «Но этот принц явно привлекает других принцесс, не так ли?»

Стараясь не обращать на них внимания, я сосредоточился на крепости. Снаружи она казалась угрожающей, но внутри была удивительно тёплой и гостеприимной. Натуральное дерево образовывало арки и опоры, а стены были украшены кристаллами. Полы в большом зале покрывали толстые ковры, а вдоль центра шёл длинный стол. В огромном очаге уже потрескивал огонь, и множество слуг дожидались нас.

Новис сел во главе стола. Рай устроился слева от него, а его дочь проводила меня до места справа. Я сел, и она почтительно поклонилась, затем направилась к своему стулу.

— Извините, я не спросил вашего имени, — сказал я, стараясь проявить вежливость перед другими лордами.

Она широко улыбнулась в ответ.

— Наэсия из клана Авинис, к вашим услугам, лорд Лейвин, — произнесла она, легко покрутившись на месте, так что красно-золотые юбки закружились вокруг неё, и поспешила к столу, где уже сидели несколько других девушек. Те сразу зашептались и захихикали, сближая головы.

Сильви села справа от меня, рядом с ней — мама, а затем Элли. Верун сидел напротив нас, рядом с Раем. Остальные места вдоль длинного стола заняли представители фениксов, василисков и левиафанов.

Как только все разместились, слуги пришли в движение, подавая на стол нескончаемый поток еды и напитков. Праздник, приготовленный снаружи, теперь выглядел как обычный обед в приюте, и я был рад, что полный поднос поставили и для Реджиса, который устроился у огня, впитывая эфир из плотной атмосферы.

Новис сказал несколько приветственных слов, а затем призвал всех наслаждаться едой и праздником. Зал наполнился звуками разговоров и стуком столовых приборов о тарелки.

— Впечатляюще, — сказал я, пробуя небольшие зелёные ягоды, которые лопались во рту с лёгким кисло-сладким вкусом, неожиданно приятным.

Рай усмехнулся, пережёвывая обугленный кусок мяса.

— Жаль, что ты сначала посетил этого старого скрягу, — он указал куском мяса на Веруна. — Визиты к кланам, находящимся в отдалённых местах, требуют определённого размаха, Артур. Эфеотус может предложить много для тебя и твоего клана.

— Не судите Веруна слишком строго, — сказал Новис, запивая еду из своего золотого, украшенного рубинами кубка. — Уверен, Артур за пару дней узнал об эфеотийской мифологии больше, чем мы за тысячелетия.

Сначала казалось, что Верун не слушает, но через несколько секунд он сказал:

— Те, кто не учит своей истории, обречены повторить её, лорды, — уголок его рта дёрнулся в подавленной улыбке, и его молочно-белые глаза на мгновение встретились с моими, прежде чем быстро отвернуться.

Рай, казавшийся гораздо более расслабленным, чем в нашу первую встречу в замке Индрат, продолжил рассказывать о требованиях к членам Великой Восьмёрки. Сначала он говорил об их клане в целом, обращаясь к моей матери и сестре, а затем перешёл к моим обязанностям.

— Как новый клан — а если точнее, новая раса, — установление прочных и долговечных союзов будет необходимо, — он сделал паузу, чтобы прожевать мясо, и, когда заговорил снова, его голос стал тише. — Опасно полагать, что все асуры встретят вас с радушием. На данный момент ваш клан мал и защищён лишь вами, его лордом. В худшем случае вы можете стать лёгкой целью для даже самого слабого клана.

— Рай, — упрекнул Новис. — Не стоит сразу погружать Артура в такие жёсткие политические реалии.

Я отмахнулся от его слов.

— Нет-нет, всё нормально. Именно поэтому я здесь. Думаю, это очевидно. Я хочу узнать, какие опасности действительно угрожают моему клану. Скрывать ситуацию и приукрашивать её — тоже опасно: это лишь помешает мне должным образом подготовиться.





Том 12, Глава 498 — Долгие традиции




Том 12, Глава 498 — Долгие традиции

Артур Лейвин

Пиршество длилось довольно долго. Постепенно разговоры у стола ушли от тем альянсов, браков и даже происхождения Чула. Политика уступила место захватывающим историям о легендах и мифах. По всей длине стола фениксы смеялись с левиафанами, а василиски — с драконами.

Но я не мог избавиться от напряжения.

Мир нужно было направить к неизбежному будущему: уменьшить давление на эфирное измерение и удовлетворить эфирную сущность под названием Судьба. Дикатену требовалась защита от участи стать очередной цивилизацией, которая падёт по прихоти Кезеса. Эфеотус нужно стабилизировать и подготовить к возможному распаду эфирного измерения. А теперь ещё и Алакрия грозилась разрушиться под действием манового вихря.

«Точно подмечено», — заметил Реджис, всё так же растянувшись перед ревущим камином и прислушиваясь к разговорам за столом. — «Пустяк!»

Сильви, втянутая в разговор с Майре, мельком посмотрела на меня краем глаза. «По крайней мере, мы знаем, что нужно делать, и с чем предстоит столкнуться. Ну, почти.»

Почти…

Я мысленно вернулся к воспоминаниям о камне-ключе, но без активного «Королевского гамбита» они оставались расплывчатыми, словно запутанный клубок, который могла распутать только божественная руна.

Касание к плечу вырвало меня из раздумий. Я поднял взгляд и увидел молодого мужчину, выглядящего ровесником. У него были тёмные волосы, красные глаза и рога василиска, но, в отличие от Вритры, он излучал дружелюбие и легко улыбался.

— Мы с несколькими другими молодыми решили продолжить беседу в более неформальной обстановке, — начал он с лёгкой нервозностью. — Надеемся, вы присоединитесь? Не стоит оставлять великих лордов монополизировать всё ваше время, верно? — Немного запоздало он добавил: — Леди Сильви, леди Элеонора, лорд Чул, вам тоже будем рады.

«Опять я не в счёт», — пробормотал Реджис.

По меркам асур я сам был юн, и общение с их молодыми представителями казалось мне полезной возможностью. Их непринуждённая компания могла бы стать облегчением для моего перегруженного разума. Тем не менее, не будучи уверенным в этикете, я посмотрел на Веруна. Тот лишь улыбнулся и едва заметно кивнул, словно собирался задремать.

Извинившись, я поднялся, и мы последовали за молодым василиском глубже в крепость. Он, казалось, знал её как свои пять пальцев, что указывало на то, что он проводил здесь немало времени.

— Ривен, кстати, — сказал он, пожимая мне руку на ходу. — Ривен из клана Котан, старший из выживших сыновей лорда Рая Котана.

— Выживших? — переспросила Элли, беспокойно оглядывая углы.

— У меня были старший брат и сестра. Оба погибли в битве с кланом Вритры, — с гордостью сообщил он.

— Достойная цель для служения, — сказал Чул с серьёзностью.

Мы пришли в богато обставленную гостиную, где несколько молодых асур уже беседовали и смеялись, держа в руках бокалы с красной или золотистой жидкостью. Они сидели на мягких диванах или глубоких креслах зелёных, золотых и жёлтых оттенков. Когда я вошёл следом за Ривеном, все вскочили, приветствуя меня с восторгом.

Я удивился, увидев там Зелину. Она разговаривала с Виреей, дочерью драконьей аристократки Преа. В отличие от остальных, одетых в изысканные наряды, подходящие для королевского банкета, Зелина была в плотно облегающем кожаном костюме, скорее подходящем для битвы, что, впрочем, соответствовало её характеру.

Сразу началась суматоха с представлениями. Наэсия, дочь лорда Авиниса, представилась снова, а затем я познакомился с её двумя сёстрами. У Ривена, как оказалось, тоже было две сестры. Чул на короткое время оказался в центре внимания, когда Вирея прокомментировала его глаза. Особенно фениксы были очарованы, расспрашивая его обо всём, пока я не сменил тему. К счастью, они так же охотно рассказывали о себе, и допрос Чула оказался коротким. Никто, кажется, не заметил противоречий в наших историях.

С лёгкой усмешкой Зелина заметила:

— Мы как раз обсуждали кое-что, что может быть интересно и тебе, Артур. — Среди своих ровесников она выглядела моложе, чем прежде, и её язвительный тон лишь подчёркивал это. — Не каждый день столько левиафанов, драконов, фениксов и василисков собираются вместе.

— Зелина из Экклэев только что предложила нам устроить большую охоту кланов, — продолжила Наэсия, прикусывая губу. Её щеки порозовели, а за глазами будто вспыхивали искры.

Глаза Чула загорелись внутренним светом, и он улыбнулся мне своей фирменной мрачной улыбкой.

— Великая охота на землях моих предков? Прекрасная возможность продемонстрировать силу моего… эм, нашего клана!

Я прикусил язык, внимательно наблюдая за реакцией. Никто, похоже, не заметил его оговорки, и я облегчённо выдохнул.

— Это было бы интересно, Чул, если бы мы могли. Боюсь, такие вещи придётся отложить до следующего раза.

— Но вы обязаны принять участие! — воскликнул Ривен, хлопнув меня по плечу. — Охотиться бок о бок с представителями четырёх великих кланов? Такой шанс выпадает нечасто! И… — он замялся, виновато улыбаясь. — Мы все хотим увидеть, на что ты способен. Младший среди асур, новая раса! Ты понимаешь, верно?

Наэсия с усмешкой закинула ноги на низкий стол и сложила руки за головой.

— Это ещё и возможность выбраться из-под крыла этих чопорных лордов и леди на пару дней.

Вирея задумчиво перебирала прядь своих длинных розовых волос.

— Знаете, раз уж леди Майре здесь, мы могли бы договориться о награде от лорда Индрата для победителя. Это действительно редкий случай.

Эти слова вызвали шквал восторженного обсуждения и одобрительных возгласов, и Ривен поспешил раздать кружки и бокалы мне и моим спутникам.

«Награда?» — мысленно спросила Сильви. — «Это может быть полезно, учитывая всё.»

«Возможно, но какая серьёзная услуга может быть предоставлена за охоту на младших асур?» — ответил Реджис из своей позиции у моего ядра.

Эта награда вряд ли что-то изменит. Но как один из великих лордов…

Мысль оборвалась, пока я обдумывал возможные последствия, зная, что мои спутники одновременно были правы.

Элли, занявшая место в углу, едва заметно улыбнулась Ривену, когда он протянул ей напиток, но, как только он отвернулся, её лицо снова стало серьёзным. Она уставилась в кружку с отстранённым выражением, но, поймав мой взгляд, тут же оживилась.

— Бу недоволен, что его загнали в какой-то сарай, — сказала она, когда поняла, что я заинтересован. — Он не доверяет всем этим новым запахам.

Крики мгновенно прервали её слова, и наше внимание привлекла внезапная схватка, разгоревшаяся между двумя василисками. Вирея едва успела спасти свой бокал, когда маленький столик опрокинулся под хохот окружающих.

— Идём, мой брат! — громогласно объявил Чул, охваченный энергией и азартом. Призвав своё оружие и подняв его над головой, он почти выкрикнул: — Мы не можем отвергнуть такой вызов!

Эти слова вызвали новый взрыв аплодисментов и возгласов одобрения.

— Твой защитник прав, Артур. Традиция предписывает, что ты, как младший клан, не можешь отказаться от прямого вызова, — заявила Зелина, вставая и размахивая своим бокалом, словно мечом. — Клан Экклэя требует, чтобы ты подтвердил своё место среди нас. Отказ уменьшит честь обоих наших кланов. — Её глаза блестели светом победы.

Что ты задумала, Зелина? — мысленно спросил я себя.

Мысль вспыхнула в голове, связывая всё воедино. Я повернул кольцо измерения на пальце, обдумывая, что хранится внутри него.

— Похоже, у меня нет выбора, кроме как принять вызов, — сказал я.

Комната взорвалась ликованием, и молодые асуры наперебой начали объяснять правила.

Несмотря на тёплое солнце, разреженный горный воздух был достаточно холодным, чтобы каждое моё дыхание превращалось в пар.

Я поднимался в конце нашей охотничьей группы. Мы находились высоко в горах, уже далеко от Пернатого Вершинного Оплота, и большую часть дня карабкались по почти отвесной скале. Ветер выл, постоянно тянув меня вниз, словно зверь, ожидающий, когда моя хватка ослабнет, чтобы сбросить меня. Кроме редкого тяжелого дыхания, охотники карабкались в полной тишине.

Согласно одному из правил охоты, подъём должен был совершаться без использования полёта — по крайней мере, «в смешанной компании», как объяснил Ривен. Если бы фениксы состязались только друг с другом, они бы летали по небу в своих истинных формах, но в присутствии драконов, левиафанов, василисков — и архонов, напомнил я себе — они бросали вызов самим себе, как это делали их самые древние предки.

Ривен, Наэсия и другие не теряли времени, организуя мероприятие. Великие лорды были скорее развеселены таким поворотом событий, но всё же благословили охоту.

— Среди вас находятся будущие ваших кланов, рас и всего Эфеотуса, — сказала Майре, ведя процессии из города в сопровождении лордов Авиниса, Котана и Экклэя. За ними следовали другие члены кланов, хотя это шествие было куда более торжественным, чем приветственные крики толпы при нашем прибытии.

Я понимал почему.





Том 12 Глава 499 — Неспокойствие




Том 12 Глава 499 — Неспокойствие

Артур Лейвин

Как и обещала Наэсия, восхождение на утёсы заняло всего несколько часов. Хотя подниматься было непросто, путь оказался спокойным. Дважды нас замечали летающие мана-звери, но, заметив вспышки предупреждающей маны, они тут же отступали. Само ущелье, где нас ранее испытывали големы, хранило молчание.

На вершине четыре феникса громко закричали, их голоса разлетелись эхом по тонкому воздуху и высокогорным ущельям, приветствуя каждого члена нашей охотничьей группы. Когда вся наша команда из двадцати охотников достигла долины, мы остановились, чтобы взглянуть вниз с края утёса. Невозможно было оценить высоту, на которую мы поднялись — всё скрывали облака, плотно укрывшие поверхность Эфеотуса далеко внизу. Над облаками игриво кружила стайка небесных скатов, выпрыгивая из них, ныряя обратно и весело петляя.

Реджис вышел из тени Элли, отступившей в сторону, а броня, покрывавшая её, растаяла, возвращаясь в эфир. Её передёрнуло, и она обхватила себя руками от внезапного холода.

Чул хлопнул меня по плечу с такой силой, что я едва устоял на ногах.

— Точно такие же, как те лучевые твари из Реликтомбов, правда, брат?

— Но эти куда милее, — заметила Сильви, присевшая на край утёса. Она подняла гладкий камень, покрутила его в пальцах, а затем небрежно бросила вниз, наблюдая, как он исчезает в тумане.

Ривен Котан ахнул и схватился за свои рога.

— Что ты делаешь? Этот камень может кого-то убить!

Сильви застыла, её лицо побледнело от вины.

— Я…

Асуры разразились смехом, громче всех Ривен.

— Шучу, конечно! Ты можешь носить титул архона, Сильви, но серьёзности в тебе хоть отбавляй.

Драконы в группе перестали смеяться.

— Скорее уж не гибкость дракона, а суровость василиска, — заметил один из Индратов.

Ривен и его спутники-василиски вместо того, чтобы обидеться, засмеялись ещё громче.

Вирия Интира потянулась, выгибая спину так, что её длинные розовые волосы почти коснулись земли. Выпрямившись, она отвернулась от панорамы и посмотрела на вершину горы.

— Свет быстро тускнеет. Надо разбить лагерь.

Наэсия Авигнис, возглавлявшая наше восхождение, указала на зелёный лесистый склон, прорезавший гору.

— Если поднимемся к деревьям, летающие твари нас не потревожат. В противном случае выбирайте место сами.

Реджис хмыкнул.

— А если кто-то из нас не против быть потревоженным?

— Тогда советую делать это подальше, за деревьями, чтобы никто из нас не осуждал, — рассмеялся один из василисков.

Щёки Наэсии мгновенно залила яркая краска, её янтарные глаза расширились, пока она быстро оглядывала нашу группу.

— Я вовсе не это имела в виду…

Я вздохнул.

— Не обращай внимания на Реджиса. Чем больше ты смущаешься, тем сильнее он старается.

Несмотря на долгий подъём, большинство асур сорвалось с места, устраивая забег вверх по пологому склону и споря, кто займёт лучшие места. Чул присоединился к ним, забыв обо всём, но я решил его не останавливать. Улыбающийся воин был в хорошей компании, пока он и один из василисков толкали друг друга, весело смеясь.

Остальные члены моего клана остались рядом, а Зелина и Вирия задержались позади своих собственных групп. Мы поднимались неторопливо, не чувствуя никакой спешки.

— Отдохнём и восстановим силы на вечер, — сказала Зелина, идущая впереди меня. Она даже не обернулась, когда заговорила. — Завтра мы прочёсываем вершину в поисках добычи.

— И кого мы ищем? — спросил я, наблюдая, как её волосы развеваются в такт порывам ледяного ветра.

Вирия, шедшая рядом с Сильви, но явно избегавшая сближаться с нашим кланом, ответила:

— Добыча сама явится нам. Увидишь её — поймёшь.

Её серебристые глаза задержались на мне на мгновение, затем скользнули прочь, оставляя её слова загадкой.

Я нахмурился, но разговор на этом закончился.

Когда мы вошли под разлапистые, причудливо изогнутые кроны гигантских деревьев, Чул закричал, махнув нам рукой, и указал на ровную площадку между тремя массивными стволами.

— Найдите время для общения с кланом, — сказала Зелина, уходя к другим левиафанам. — Позже мы поделимся едой и напитками, а потом поговорим и расскажем истории. Но сначала успокойте разум.

Я смотрел ей вслед с каким-то странным чувством уязвимости. Казалось, она видела меня насквозь, обладая мудростью, значительно превосходящей её годы. Хотя сразу после этой мысли я едва не рассмеялся, вспомнив, что ей, вероятно, в двадцать раз больше лет, чем мне.

— Они все больше, чем кажутся, — передала мне мысль Сильви. — Даже самым младшим из них, думаю, по меньшей мере, полвека.

Элли схватила меня за руку и потянула к Чулу.

— Давай быстрее! Я умираю с голоду.

Улыбаясь, я позволил Элли тянуть меня за собой.

Чул уже завершал выкладывать круг из камней для костра, а Элли без промедления достала из своего пространственного кольца всё необходимое для лагеря и принялась за дело.

Тем временем в долине шла активная подготовка лагерей для групп по четыре человека. Каждая из асурских рас предпочитала свои способы обустройства. Левиафаны быстро разворачивали яркие палатки из плотной ткани, фениксы устраивались в гамаках или на сотворённых кроватях прямо под открытым небом. Василиски расположились в одном большом шатре, под которым разожгли общий костёр. Драконы, как обычно, возились дольше всех, строя для себя небольшие домики из магических материалов, с внутренними помещениями для приготовления пищи и даже купания.

Как и советовала Зелина, пока что каждая группа общалась только между собой.

Я развернул свой простой спальник у костра, пока Чул укладывал последний камень. Уже перетащив упавшее дерево, он начал руками ломать сухие ветки, разрывая их на части и укладывая в кучу. Работая, он негромко напевал что-то себе под нос и улыбался, так что я не стал его отвлекать.

Когда всё было готово, он призвал своё оружие. Из округлого, расколотого наконечника вспыхнуло пламя, словно из факела. Чул погрузил его в груду дров, и огонь мгновенно охватил их, взмыв вверх на добрых три метра.

Над нами шелестели ветви деревьев, которые тянулись к теплу. С них осыпались жёлтые листья, среди которых мелькали бордовые цветы, источавшие сладкий, успокаивающий аромат.

— Сны-цветы, — заметил Чул, заметив мой взгляд, направленный к верхушкам деревьев. — Из них можно заварить крепкий чай, так рассказывали в Очаге. Никогда не видел их до сегодняшнего дня. Говорят, отдых под такими деревьями настолько глубокий, что некоторые спят навечно. Однажды слышал историю, как молодого воина-феникса, уснувшего под этими цветами, живьём сожрала тварь.

Я хмыкнул с тенью мрачного юмора.

— Думаю, стоит поставить караул, чтобы никто из нас не уснул навсегда.

Сильви посмотрела на своё маленькое, но уютное укрытие, а затем на дерево, нависающее над ним, усыпанное бордовыми цветами.

— Может, стоило бы спуститься чуть ниже? — предположила она.

Реджис поднял голову от своего занятия, обнюхивания земли вокруг лагеря.

— Не волнуйтесь, миледи, я прослежу, чтобы ваш сон красоты никто не потревожил.

Сильви фыркнула, сорвала с земли пригоршню жёлтых листьев и швырнула их в Реджиса.

Я устроился на своём спальнике возле огня, а Элли обхватила себя руками и слегка поёжилась.

— Этот ветер просто ледяной, особенно по мокрой одежде, — пробормотала она, с надеждой посмотрев на меня. — Может, ты одолжишь мне броню? Только чтобы согреться…

Позади неё раздался тихий хлопок, и вдруг из ниоткуда появился Бу. Он низко зарычал и ткнулся носом в её плечо, укладываясь позади неё. Элли улыбнулась, откинулась назад и облокотилась на его пушистый бок.

— Вот это другое дело. Спасибо, что ждал, Бу. Тебе бы не понравился этот подъём. — Она поморщилась, взглянув на свою подмышку. — Фу, пожалуй, придётся попросить драконов дать воспользоваться их купальней. Почему вы, асуры, почти не потеете?

Бу глухо простонал, явно соглашаясь, и это заставило нас с Сильви рассмеяться.

— Асуры не потеют, сестра, — сказал я, едва сдерживая смех.

— Серьёзно? — Элли посмотрела на меня с недоумением.

— Если бы это было так, парфюмеры и мыловары остались бы без работы, — раздался спокойный голос Вирии.

Мы все обернулись, увидев её приближающуюся с корзиной в руках. Она уже переоделась из брюк и кожаного снаряжения, в которых поднималась на вершину, в простое серо-голубое платье с капюшоном. В корзине лежали несколько круглых буханок хлеба и стеклянные банки, которые тихо звенели при её движении.

— Подарок от клана Интира. Приготовлено моей матерью, — сказала она, протягивая корзину обеими руками.





Том 12, Глава 500 — Зелень среди серого




Том 12, Глава 500 — Зелень среди серого

Тессия Эралит

Я дунул на горячий чай в своей кружке, поднося её к губам, и вдруг расхохотался. Виверн Авьер, стоявший в центре маленького круглого столика между Мордэйном, Лирой и мной, перескакивал с одной лапы на другую и быстро что-то рассказывал.

— И вот она поднимает на меня глаза, закрыв лицо руками, — я видел только её глаза сквозь пальцы, — и говорит: «Я просто не знаю, что делать с этим мальчишкой, Авьер. Мне либо повесить его на виселице… либо сделать профессором!» Ну, все мы знаем, чем это кончилось.

Мои плечи затряслись от смеха, и я поставил кружку, чтобы не пролить чай. Лира Драйде посмотрела на меня и Авьера с лёгким недоумением. Мордэйн мягко усмехнулся, его взгляд был рассеянным, как будто он видел что-то далёкое.

Мы сидели в личной комнате Мордэйна. Круглые стены были уставлены изогнутыми полками, заполненными книгами, странными кристаллами и всякими безделушками, значение которых я не мог понять. Мордэйн пригласил нас на чай перед тем, как Лира и я должны были покинуть Очаг. Рен Каин уже вернулся в Дарв, не желая дольше откладывать свои исследования.

— Она знала, что он был тем самым мальчиком, которого искал Агрона, — продолжил Авьер более серьёзным тоном. — Но Синтия считала, что в нём есть нечто большее. Она, конечно, не была провидицей, но была очень умной. Наверное, самым умным человеком, которого я встречал. Артур был не просто квадра-элементалист. Он понимал ману на уровне, недоступном для его возраста. — Авьер запнулся, а затем добавил мягче: — Она даже думала, что он может быть Наследием.

Лира постучала ногтем по стенке бокала.

— Невероятно, что она так долго прожила после того, как пошла против Агроны. Одна женщина смогла разрушить информационную сеть целого континента… и это против того, кого считают божеством.

— Агрона не божество, — резко сказала я, а затем сразу почувствовала, как внутри зашевелилось чувство вины. Я быстро опустила голову, бросив взгляд на Лиру и Мордэйна. — Простите.

Мордэйн улыбнулся мягкой улыбкой и махнул рукой.

— Асуры не являются «богами», какими их изображают слухи, распространяемые агентами Кеззеса веками. Хотя, ирония в том, что сам Агрона, вероятно, ближе всех к тому, чтобы быть божеством.

Лицо Лиры омрачилось.

— Потому что он создал алакрийцев?

— Да. Безумный и, без сомнения, злой, его гений нельзя отрицать. Создать целую новую расу по своему образу и подобию… — Мордэйн покачал головой, полон сожаления.

Авьер встряхнул своими зелёными перьями.

— Я видел, на что шла Синтия, лишь бы вырваться из-под власти клана Вритра. В её самые тяжёлые часы она могла разрыдаться, вспоминая зверства, в которых участвовала во имя Агроны. Простите, леди Драйде, но я всегда удивлялся, как из такого мрака может появиться кто-то с добрым сердцем.

— Рождается ли кто-то злым? — спросила Лира, крутя в руке бокал, а затем опустошила его. — Мы с Синтией были созданы жестокими хозяевами, как инструменты. Если мы творили зло, то потому, что нас учили, что это добро. Мы этому научились — как позже научились другому. Не знаю, способны ли все на такие перемены, но мне хочется в это верить.

Я нахмурилась, пытаясь сопоставить её слова с собственным опытом в Алакрии.

— Я думаю, что способность — или, скорее, готовность — признать свои ошибки и измениться по-настоящему встречается крайне редко.

Лира бросила на меня неуверенный взгляд, не понимая, хвалю ли я её или противоречу. Возможно, я делала и то и другое.

— Вы оба правы, — вдруг произнёс Мордэйн, его пылающие глаза блеснули. — Чем старше становится человек, тем сложнее меняться. Но иногда внешние обстоятельства вынуждают нас к переменам, иначе они сокрушат нас.

Авьер перескочил ближе к Мордэйну.

— Ты думаешь о Чуле.

— Да, — ответил Мордэйн рассеянно. — Я знал, что, отпуская его, подвергаю его большой опасности. Кеззес сразу поймёт, кто он и что он собой представляет. Надеюсь только, что положение Артура защитит Чула от немедленного возмездия.

— Тогда почему именно он передал послание? — спросила я, всё ещё не понимая этой детали. — Ты мог отправить кого угодно, верно? Например, Авьера… — Я неосознанно провела рукой по его перьям, лишь потом вспомнив, что он не простой зверь, а могущественный виверн. — Он ведь справился бы.

Авьер встряхнулся, его большие глаза смотрели на меня с непонятным выражением.

Мордэйн усмехнулся.

— Путь Чула теперь связан с твоим. Удержать его значило бы лишить его цели.

— Уже дважды я подвергал его смертельной опасности, — тихо сказал Мордэйн, будто самому себе. Он моргнул, стряхивая с лица отблеск подавленных эмоций. — Этого не избежать. Но, возможно, это вынуждает очень старого человека переосмыслить свои решения — и прошлые, и нынешние. Кеззес знает, что клан Асклепий всё ещё жив.

Я с неудобством смотрела на древнего асуру. Иногда его слова звучали так, будто он говорил на совсем ином языке — как если бы я, ребёнок, пыталась понять разговор взрослых.

Мордэйн щедро делился своим временем и гостеприимством, предоставляя нам всё необходимое в Очаге за последние сутки. Я не могла не доверять ему и уже считала его союзником. Но понимать его… этого я, увы, не смогла.

Внезапно он оживился и встал.

— Именно поэтому я отправлю одного из своих с вами. Нет смысла больше прятаться. Возможно, наш клан может многое предложить этому миру, даже если мы никогда не вернёмся домой, в Эфеотус.

Глаза Авьера, крупные и выразительные, моргнули дважды. Перед тем как заговорить, он издал рептильный клекот.

— Мордэйн… ты уверен? Это серьёзный шаг. И так внезапно.

Мордэйн глубоко вздохнул, закрывая глаза, а затем посмотрел на потолок своей небольшой круглой комнаты, словно к нему пробивался солнечный свет.

— Даже в Эфеотусе, где время замирает, всё внезапно начало меняться. Плотина сломалась, Авьер. Ты не чувствуешь этого? Если когда-то и было время для внезапных действий, то это оно.

Мы покинули кабинет Мордэйна и полетели по одному из широких туннелей, соединяющих различные помещения Очага. Пролетая мимо общих садов, где выращивали еду, тренировочной арены, где несколько молодых фениксов боролись друг с другом, и природного горячего источника, где несколько человек безмятежно отдыхали в мелкой воде, мы приземлились у входа в узкий проход с гладким полом.

Мордэйн не говорил, когда повёл нас дальше. Комната, в которую мы вошли, была яркой и просторной, с отверстиями в стенах, которые, как я предположила, обеспечивали приток воздуха с поверхности. У одной стены находились фонтаны с постоянно струящейся чистой водой, а в воздухе плавали сферы, испускающие холодный белый свет. Двое фениксов сидели на покрытом мхом стволе дерева: один выглядел нездорово, а другой с заботой склонялся над ним.

Мордэйн опустился на колено перед больным фениксом, обменялся с ним несколькими тёплыми словами, затем прошёл дальше, в узкий коридор, который вел к маленьким, уединённым комнатам.

— Это лечебница? — спросила Лира, заглядывая в одну из открытых комнат.

Мебелью там служила только простая кровать, но чистота помещения напомнила мне стерильные больничные палаты Академии Ксайруса.

— Да, — ответил Мордэйн, не оборачиваясь.

В конце коридора он открыл дверь — одну из немногих, которые я видела в Очаге, — ведущую в подсобное помещение, заполненное металлическими стеллажами, ящиками и подвешенными растениями. В углу тихо разговаривали две женщины. Они удивлённо обернулись, когда мы вошли.

— Солея, Аврора, — широко улыбнулся Мордэйн. — У меня к вам необычная просьба.

***

Тёплый ветер обдувал нас, пока мы мчались над кронами деревьев, устремляясь на север. Солея, Лира и я держались за золотые гребни, которые выделялись на сверкающей зелёной шкуре Авьера. Его длинная шея вертелась из стороны в сторону с каждым взмахом крыльев, пока он осматривал Полей Зверей в поисках угроз.

Глядя на силу виверна и феникса, я не могла представить себе зверя, который мог бы нас напугать.

— Ох, я так давно не охотилась, — сказала Солея, её шея вертелась почти так же, как у Авьера. Золотисто-оранжевые глаза асуры мерцали внутренним светом, а её пепельно-русые волосы развевались на ветру. — И не летала вот так с самого детства! Спасибо, что взяли меня с собой.

— Э-э… спасибо, что согласились, — ответила я натянуто. На самом деле я ещё не привыкла к мысли о том, что мне предстоит сопровождать феникса открыто. Но присутствие Солеи было жестом Мордэйна, предложением мира для всего Дикатена. — Мордэйн, должно быть, сильно вам доверяет.

Асура задумчиво прикусила губу.

— Я была его ученицей тысячи лет. Доверие к нему было настолько сильным, что я оставила целый мир позади, чтобы стать беженкой здесь, в Дикатене. Но доверие, которое он оказал каждому из нас, решивших уйти за ним, трудно переоценить. Любой из нас мог уничтожить всех остальных, но наш клан и наша культура смогли выжить.

Лира немного соскользнула вниз, чтобы лучше слышать.

— Как вы думаете, он прав, что выходит из тени сейчас?

Мягкая улыбка разгладила черты Солеи.





Том 12 Глава 501 — Последствия




Том 12 Глава 501 — Последствия

Аларик Маэр

Содержимое небольшого кожаного мешочка зазвенело, когда я положил его на барную стойку. Сморщенная маленькая барменша ловким движением забрала плату и спрятала её за стойкой. Её глазки прищурились, губы поджались, углубив морщины на лице. Постучав пальцами по бару один раз, она указала на ближайшее окно.

Снаружи, у обветшалой повозки, стояло длинноногое манозверье. Рядом с телегой маячил мужчина в длинном пальто и шляпе с широкими полями, оценивающе глядя на прохожих.

Я дважды постучал по изношенной стойке, подмигнул барменше и направился к двери.

Командир стояла, опершись о стену у двери.

— Уходишь, даже не взглянув на бутылки за стойкой? — Она цокнула языком, и я заметил слабую улыбку под её капюшоном. — Похоже, ты действительно встал на новый путь.

В такие моменты я чётче всего осознавал одно: как бы реальны ни были галлюцинации, они всегда оставались отражением моих собственных мыслей. Командир Синтия Гудскай — имя, которое она взяла, отвернувшись от Вритры — никогда бы не стала так грубо подшучивать над человеком, борющимся с ломкой. Это был мой личный, извращённый стиль самоиронии.

Я протолкнулся через скрипучую дверь на улицу. Небо было затянуто облаками, недавно прошёл дождь. Хотя Онаека считалась процветающим торговым городом на побережье Труации, я находился на её задворках. Улица даже не была вымощена, и мои сапоги погружались в грязь на добрый дюйм с каждым шагом.

Кучер сразу заметил меня. Выпрямившись, он откинул поля шляпы назад и засунул большие пальцы за ремень. Рыжеватая борода, больше похожая на клочки шерсти, не скрывала его лицо, испещрённое следами от солнца. Но в тёмных глазах светилась скрытая хитрость.

— Подвезти, странник? Выглядите, как человек с целью, — ухмыльнулся он, обнажая несколько гнилых зубов.

Я подошёл ближе, чтобы говорить тихо, но быть услышанным.

— Верно в обоих пунктах. Вы явно человек умный, — сделал я паузу, чтобы он уловил суть моих слов. — Достаточно умный, чтобы привлечь внимание тех, кто хочет скрыться. Достаточно умный, чтобы превратить отчаяние другого в твёрдо заработанное богатство.

Мой взгляд скользнул по его ремню: кислотно-зелёному, блестящему, резко контрастирующему с его потрёпанной одеждой.

— Действующий реликт. Довольно редкая штука. Я бы даже сказал, чрезвычайно редкая, учитывая, что все они отправляются в Таэгрин Кэлум и немногие выходят оттуда.

Его глаза расширились.

— Эй, друг, с чего ты… Я просто кучер из глуши, не мог бы себе позволить такую…

Клинок блеснул в моей руке, и я шагнул вперёд, целясь ему в рёбра. Но меня остановил всплеск маны, обернувший его щитом из светящейся синей энергии. Щит вспыхнул и погас за одно мгновение.

Манозверь, запряжённый в повозку, нервно заскулил и переступил с ноги на ногу.

— Что ты… — начал он, но я убрал клинок и поднял руку, чтобы заставить его замолчать.

— Такие вещи могли быть украдены из Тэгрин Келума. Скажем, кем-то, кто работал там до всех этих событий. Возможно, выменянные на проезд и молчание. Но ремень стоит в тысячу раз больше, чем любая услуга, которую ты мог бы предложить. Многие состоятельные высококровные убили бы за такую вещь.

Он огляделся с беспокойством, застёгивая пальто, чтобы скрыть артефакт.

— Чего тебе надо, дружище?

— Поездка, — ответил я с усмешкой, и его лицо омрачила досада.

Если бы его покровитель был действительно могущественным, всё могло бы сложиться иначе. Но этот человек слишком хорошо чуял отчаяние. Он знал, что беглый инстиллер — меньшая угроза, чем я, и не стал спорить.

Я занял место в повозке. Дверь закрывалась плохо и скрипела, когда я толкал её. У окна, выходящего на место кучера, некогда были деревянные жалюзи, которые теперь давно сломались.

Кучер запрыгнул на своё место и взял в руки вожжи. Он бросил на меня короткий взгляд, затем щёлкнул языком, подгоняя манозверя. Ось заныла, когда повозка тронулась с места.

— Не поймал твоего имени, друг, — сказал я, пока колёса вгрызались в грязь.

— Я никто.

Я усмехнулся.

— В моей работе никто не бывает никем.

Уточнив у кучера наш маршрут, я приготовился к долгой поездке на север вдоль побережья. Я мог бы использовать темпус варп, но искать цель, не имея чёткого представления о местоположении, казалось ошибкой. Куда проще, если кучер довезёт меня прямо туда, где остановится мой «добыча».

Кроме того, эта поездка была как глоток свежего воздуха вдали от хаоса. Именно поэтому я сам отправился на поиски инстиллера в самый дальний угол Труации. Всё, чтобы не сидеть на очередном бессмысленном совете.

Волна маны, убившая Косу Драгота, прокатилась за пределы Центрального Доминиона, истощая ману у каждого мага, кого она коснулась. Иронично, но больше всего пострадали сильнейшие. Однако слабые от природы или уже подорванные предыдущими магическими ударами тоже не выдержали. Хотя она старалась скрывать это, Серис выглядела на грани, когда это произошло.

Двойной удар: магическая волна из Дикатена, а затем этот импульс маны, исходивший из гор Василиского Клыка — возможно, даже из Тэгрин Келума, — напугал всех. И не зря. Десятки тысяч магов лишились маны одновременно… Не похоже на предвестник добрых времён.

Когда повозка грохотала по неровной дороге, я не смел закрыть глаза — один из них всегда оставался прикованным к кучеру. Тем временем мой уставший разум возвращался к событиям последних дней после Центральной Академии. Боль в ушибах казалась острой и свежей, как только я вспоминал о безумном побеге, мёртвой Косе и артефакте-записи.

Я не удивился, увидев Каэру Денуар на ногах, несмотря на то что большинство магов едва могли ходить. Эта девушка была невероятно упорной.

Она организовывала группу простолюдинов, которые приносили всё, что могло хоть немного облегчить состояние тех, кто сильнее всего пострадал от импульса маны. Никто из людей Высококровного Каэнига даже не поинтересовался, кто я такой, когда я приблизился к библиотеке. Я смог наблюдать за всем этим, стоя в тени переулка, несколько минут.

— Когда я говорю «любого, кто может активировать темпус варп», я имею в виду любого, — громко и жёстко говорила Каэра человеку в цветах Каэнига.

Он не имел мановой ауры, и я предположил, что он простой слуга. Но по качеству его одежды и недовольной гримасе было видно, что он занимает высокое положение среди их прислуги и не привык получать приказы от кого-то, кроме самих Каэнигов.

— У нас здесь полно людей, которым лучше быть дома, чем валяться на полу библиотеки, плача и тошня. После… этой… взрывной волны, — она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. — Всем сейчас плохо. Но те, кто может стоять и управлять маной, нам нужны. Если потребуется, дайте клич по городу.

Ответ мужчины я не услышал — он лишь поклонился и быстро ушёл.

Я вышел из укрытия и подошёл к Каэре, когда она взяла свиток у другого простолюдина и начала читать.

— Ну и бардак тут у вас… — начал я, но она резко подняла взгляд.

— Кто—Аларик! — её лицо отразило целую гамму эмоций: облегчение, вину, надежду. — Я надеялась, что мы встретимся с вашей группой раньше. Но сейчас… — Её голос стал тише, и свиток повис в её руке. — Нам очень нужна помощь, если у тебя есть что предложить.

Я бегло оглядел территорию у Центральной библиотеки Каргидана. Все маги выглядели одинаково: измождённо и болезненно. Это был единственный способ отличить их от простолюдинов. Почти никто не имел устойчивой мановой сигнатуры.

— Леди Серис? — спросил я, не увидев её.

Каэра прикусила губу и бросила быстрый взгляд на ближайшую палатку. Её поставили в спешке прямо на травяной лужайке рядом с библиотекой. Вокруг уже возводились другие.

— Жива?

Каэра кивнула.

— Пойдём.

Она повела меня в палатку, у входа в которую стояли двое молодых магов со слабыми мановыми аурами. Судя по всему, они были не более чем носителями гербов. Импульс, вытянувший ману из ядра каждого мага, сильнее ударил по более мощным магам, чем по слабым.

Внутри палатки был только раскладной топчан. Серис, когда-то Коса Сехз-Клара, сидела на нём, облокотившись на несколько свернутых одеял. Тёмные круги под её глазами и бледные щёки напоминали фарфор. Её телохранитель, Силрит, сидел на земле у стены палатки, его голова откинута назад, глаза закрыты. Оба излучали слабые, дрожащие сигнатуры.

Я удивился, увидев их в таком состоянии после столкновения с Драготом. На земле рядом с топчаном лежало несколько пустых флаконов — эликсиры, и довольно мощные, судя по остаточному запаху.

Глаза Серис приоткрылись, когда мы вошли.

Я смерил её взглядом.





Том 12 Глава 502 — Зов гончих




Том 12 Глава 502 — Зов гончих

АРТУР ЛЕЙВИН

— Вон он, хватай!

Один из молодых фениксов пронзительно закричал, издав звериный клич, и запустил в лес пылающую фигуру, похожую на хищную птицу. Из кустарников с грохотом вырвался огромный мана-зверь с пятнистой зеленовато-коричневой шкурой, где он прятался до этого. Заклинание феникса изогнулось в воздухе, пронеслось между шестью мощными, стремительно работающими ногами зверя и пробило его крепкую грудь.

Зверь взревел, но звук оборвался так же внезапно, как и начался. Его массивное тело рухнуло на землю. После последнего судорожного рывка лап зверь затих. Его голова была вытянутой, с крупными глазами по обе стороны черепа под массивными рогами, которые ветвились на десятки тонких отростков, похожих на антенны.

Ривен Котан и один из василисков бросились к туше вместе с фениксом, нанесшим решающий удар.

— Чистое попадание, — провозгласил Ривен, схватив один из разветвленных рогов зверя и повернув его голову, чтобы показать третий глаз, безжизненно уставившийся в пустоту. — Красивый ах’туле. Хорошо сработано, Оррин.

Феникс, убивший мана-зверя, самодовольно улыбнулся.

— Хватит еды на весь вечер. Может, обработаю шкуру и подарю её твоей сестре в знак ухаживания…

Он вдруг замолчал, издав приглушенный стон, когда Ривен шутливо ударил его по руке. Это вызвало всеобщий смех.

Ривен окинул взглядом окрестности, ища сестру, которая была одной из четырех василисков, представлявших клан Котан. Но её не было видно — она находилась где-то на склоне.

— Тебе повезло, что Ромии этого не слышала, — бросил он. — Вас бы обвенчали, не дожидаясь возвращения в Эйри Пернатого Шага.

— Маловероятно, — весело отозвался другой василиск. — Пока Артур не выберет жену, никто из них даже не взглянет на другого мужчину.

Реджис громко расхохотался, продолжая осматривать лесной склон вместе с Бу в поисках движения.

— У него всегда был дар ладить с принцессами. Не принимай близко к сердцу.

Рядом со мной Элли сжала губы, стараясь не рассмеяться вместе с остальными. Я легонько подтолкнул её, и она тихо хихикнула, затем шутливо отмахнулась от меня.

— Значит, это существо — не наша цель? — нахмурился Чул, наблюдая, как феникс и василиск начали разделывать тушу.

— Судя по всему, мы узнаем её, когда увидим, — ответил я, стараясь ощутить малейшие колебания эфира или маны, распространяя своё сознание за пределы физического тела.

Чул сосредоточился, хмурясь всё сильнее по мере нашего подъёма.

Сильви оставалась с остальными драконами примерно в полумиле позади. Вместо неё с нами шла Вирея из клана Интарах, шагавшая рядом с Элли и не перестававшая давать советы. Большинство фениксов и василисков находились неподалеку, но Зелина увела левиафанов по другой тропе через ущелье.

Гора впереди казалась бесконечной.

— Я забыл спросить, — начал я, понизив голос, чтобы нас с Чулом никто не услышал. — Ты и Мордейн… вы разобрались?

Чул нахмурился, глядя на меня с недоумением.

— Что значит «разобрались»?

Я задумался, как объяснить.

— Ну, вы прояснили всё? Договорились?

Чул кивнул, наконец уловив смысл.

— Он противостоял женщине, принявшей облик твоей возлюбленной, чтобы спасти меня. Он хотел, чтобы я вернулся домой, чтобы оценить тебя по достоинству. Всё это он объяснил, пока я залечивал раны. Я почувствовал себя глупцом за то, что усомнился в его мотивах.

Я моргнул, внезапно зацепившись за слово «возлюбленная», но, наконец, осмыслил сказанное и неловко кашлянул.

— Ну… это хорошо.

Впереди раздался треск, словно ломались деревья, и земля провалилась под ногами одного из фениксов.

— Осторожно! — закричала Наэссия.

Земля зашевелилась, и пять деревьев сомкнулись, словно пальцы гигантского кулака. Сквозь их кроны вспыхнуло фениксово пламя, смешанное с огнём душ, ярко-оранжевое, с чёрными прожилками.

Я бросился вперёд, создав вокруг себя пузырь из эфира, чтобы оттолкнуть сгибающиеся деревья. Наэссия прыгнула в чёрную яму, схватившись за извивающийся корень у её края, чтобы не сорваться в бездонную тьму. В яме вспыхнул огонь, и упавший феникс вылетел обратно, словно его выбросило наружу. Наэссия появилась следом, ловко перекувыркнувшись в воздухе и приземлившись на ноги.

Я резко расширил эфирный барьер, и деревья разлетелись в щепки с громким треском, похожим на артиллерийский залп. Белоснежные обломки полетели в разные стороны.

— Лесные стражи, — пробормотал Ривен, глядя в яму, пока Наэссия осматривала своего спутника.

Я тоже посмотрел вниз: яма больше не казалась чёрной, её дно покрывала земля с переплетением корней. Глубина была не больше десяти футов.

— Заманивают внутрь, ловят и начинают медленно переваривать ману, — добавил Ривен, отводя взгляд от ямы. — Скверный конец.

Элли, догнав нас, обошла яму по широкой дуге.

— Это было безумие. Всё случилось так быстро, — выдохнула она.

— Гора полна ловушек для тех, кто неосторожен, — отозвалась Наэссия, помогая фениксу подняться на ноги.

Тот провёл грязной рукой по ярко-оранжевым волосам, смущённо пробормотав:

— Прости, Наэс. Я должен был заметить.

Дочь Новиса закатила глаза, сверкающие как цитрин.

— Хорошо хоть, что ты не забыл не летать, — заметила она, указывая взглядом на лесную чащу.

Мы продолжили путь и вскоре догнали Зелину. Её левиафаны разделывали тушу огромного титано-медведя. Эти серьёзные создания, чья серьёзность была скорее отражением характера их предводительницы, чем их расы, казались довольными после боя. По их словам, сражение было достойно множества историй у костра.

Когда мы достигли границы, где лесистая долина уступала место склонам, покрытым снегом и камнями, Наэссия объявила привал. Мы развели костры, и мясо эфиотских зверей, убитых в течение дня, было зажарено на вертелах. Вскоре весь горный склон наполнился ароматом поджаренного на огне мяса.

Я нашёл покрытый мхом камень под солнцем и устроился на нём, наслаждаясь звуками и запахами, пока асуры готовили еду.

— Приятная передышка, — заметила Сильви, садясь рядом, чтобы разделить со мной момент тишины. — Теперь я понимаю, почему эти ритуалы пережили века.

— Это необходимость, — сказала Зелина, подходя к нам со стороны левиафанов. На её шее виднелась почти зажившая царапина. В руках она держала деревянный поднос с кусками солёного мяса. — Нет, это не мясо титано-медведя, — добавила она с улыбкой, перехватив мой взгляд.

Она поставила поднос между мной и Сильвией, а затем села по другую сторону.

— Без возможности испытать себя асуры зачахли бы. Или, что ещё хуже, начали бы войны друг с другом.

Элли в это время плюхнулась в густую траву у наших ног, зевая так широко, что казалось, она могла проглотить весь мир.

— Уф, я до сих пор выжата после этого подъёма. У одной меня такое ощущение, что дышать нечем?

— В Эфиотусе, возможно, это устроено иначе, но у нас на высоте воздух разрежённее, — пояснил я, глубоко вдохнув. — Хотя я ещё этого не ощущаю.





Том 12 Глава 503 — Эхо павших




Том 12 Глава 503 — Эхо павших

Артур Лейвин

На мгновение долина на склоне горы будто застыла, время замерло.

Цель нашей охоты возвышалась надо мной, теперь поистине колоссальная. Четыре длинных шеи изгибались вверх более чем на шестьдесят футов от раздутого, деформированного тела. Шесть массивных конечностей, напоминающих стволы деревьев, поддерживали огромную тушу. Каждая из них заканчивалась перепончатыми лапами с острыми когтями. Из груди монстра выступали две птичьи лапы, каждая с длинными, злодейски заострёнными когтями, сжимающимися и разжимающимися на концах.

Вместо хвоста извивались бесчисленные щупальца, каждая снабжённая лезвием, костяным шипом, крюком или когтем. Они беспорядочно двигались, окружая огромное тело.

На концах длинных шеек находились головы, напоминающие головы трансформированных драконов: длинные, рептилоидные и почти идентичные друг другу. Жуткие челюсти тянулись вертикально между их глазами, раскалывая головы пополам.

Между длинных, зубчатых зубов в их зияющих пастях плясали фиолетовые языки пламени Разрушения.

Время вновь пошло вперёд. Долину снова наполнил нескончаемый лай, вой и тявканье тысячи призрачных гончих.

Копьё яркой белой маны с примесью фиолетового эфира устремилось сквозь воздух, целясь прямо в грудь монстра. Но пламя Разрушения вспыхнуло, поглощая магическую энергию. Копьё даже не коснулось чёрных чешуек.

— Держитесь на расстоянии! — кричал Ривен. Он собрал трёх других василисков, и вместе они создали барьер из бурлящего чёрного ветра, который закручивался в тёмные, угрожающие формы. Однорукий василиск вызвал вихрь пустотного ветра и кровавого железа, но там, где заклинания соприкасались с Разрушением, они исчезали, будто их никогда не существовало.

Огромные крылья монстра взметнулись, создавая ураганный ветер, который повалил деревья и отшвырнул охотников назад. Я отслеживал Элли одной из ветвей своего сознания: она была в безопасности на спине Бу за барьером, поддерживаемым Виреей и Сильви. Отдельные ветви контролировали движения и заклинания других.

Я сдерживал свои атаки. В моей руке крепко сжимался клинок, наполненный Разрушением, но использование его против предыдущей формы монстра только ухудшило ситуацию.

Фиолетовое пламя, окружавшее меч, взорвалось наружу, принимая форму теневого волка — Реджиса. Его грудь издавала глубокий рык, а затем он рванул прочь. Руна бога Разрушения излучала мощное сияние, пока он трансформировался в беге: его торс расширился, шипы на спине стали острыми, а горящая грива превратилась в зубчатые пилы фиолетового огня.

Каждый взмах крыльев монстра разбрызгивал Разрушение по долине. Фиолетовый огонь пожирал скалы, деревья и саму землю. Реджис бросился навстречу одному из потоков, выпуская из своей пасти такой же поток фиолетового пламени.

Разрушение пожирало Разрушение.

Я невольно вздрогнул.

Мы должны завершить это сражение как можно скорее.

Охотничья группа начала отступать группами, каждый клан сбился вместе, чтобы защитить своих. Исчезли радостные крики, насмешки и боевые выкрики. Теперь это была не охота, а борьба за выживание.

Четырёхголовый монстр поднялся в воздух на тридцать футов, затем резко рухнул обратно, обрушившись на драконов. Его когти резали, а зубы кусали. Заклинательные щиты трещали и ломались под его силой. Асуры отступали с ослепительной скоростью.

Тридцатифутовые когти огня пронзили воздух, оставляя лишь тонкие царапины на боку монстра, прорываясь сквозь фиолетовое пламя.

Эти удары едва оставили следы на пламени Разрушения.

Реджис обрушился сверху, его челюсти сомкнулись на основании одной из шей. Жуткий вой, исходящий из брюха монстра, усилился. По всему телу существа появились трещины между чешуйками и участками покрытой мехом плоти.

Его тело едва справлялось с контролем Разрушения. Оно пожирало себя изнутри.

Две головы монстра повернулись к Реджису, готовясь атаковать, в то время как две другие резко устремились, словно змеи, к асурам. Оно одновременно атаковало Наэссию и одного из её спутников. Наэссия не успела увернуться.

Божественный шаг перенёс меня через поле боя. Я появился в тени вертикальных челюстей монстра, когда они сомкнулись вокруг феникса. Моя рука схватила её, и мы растворились в эфирных путях. Вспышки яркой фиолетовой энергии пробежали по моей руке и обвили Наэссию. Её челюсти были напряжены, губы изогнулись в решительном оскале, а глаза оставались сосредоточенными на зубах, которые уже исчезли.

Земля содрогнулась, и десятки огромных кроваво-железных кулаков вырвались из горного склона. Они обвили щупальца и ноги монстра, даже одно из его крыльев, пытаясь удержать его. Разрушение пожирало чёрный металл, но существо всё ещё яростно извивалось.

— Если мы сможем прижать его… — мои слова застряли в горле.

Вдалеке я заметил, как одна из конечностей монстра устремилась вниз прямо на Бу и Элли. Они могли оказаться раздавлены. Серебряный щит, защищавший её, уже начинал исчезать.

Мои пальцы отпустили руку Наэссии, и Божественный шаг вспыхнул снова. Казалось, прошло целое столетие, пока руна активировалась. Мои ноги уже зарывались в мягкую, обожжённую почву, одна часть моего разума кричала, чтобы я бежал, а другая отчаянно искала эфирные пути.

Наконец, Божественный шаг перенёс меня к Элли. Я появился у её стороны как раз в тот момент, когда Бу пытался выскочить из-под когтистой лапы, стремительно опускавшейся на них. эфир хлынул в мои мышцы и конечности, когда я приготовился выдержать удар.

Грубая подушечка лапы, длиннее меня самого, ударила с невероятной силой. Мое тело задрожало под этим весом и напором. Мое ядро напряглось, выталкивая ещё больше эфира.

Бу уже двигался, пытаясь унести Элли, но из когтей монстра лизнули аметистовые языки пламени Разрушения, бичи которого хлестали воздух и землю, неся смертельную угрозу.

Я потянулся к ним. Когда моя рука вытянулась, один из бичей Разрушения обвил её. Материал моей брони треснул и растаял, уступая неукротимому пожиранию. Моя плоть и кости продержались не дольше. Рука исчезла, сгорев.

Между мной и Элли мелькнул серебряный свет, и давление на меня ослабло.

Серебряный свет завис в воздухе между нами. На этот раз он принял форму меча, как тот, которым владел Альдир: изящного и искусного, сияющего так ярко, что на него было трудно смотреть. Сфера чистой маны вырвалась из меча, оттолкнув лапу монстра в сторону. Она врезалась в каменистую почву, оставляя длинную борозду.

Кроваво-железные кулаки больше не держали монстра. Реджис боролся, пытаясь выбраться из груды обломков, куда его отбросило, повалив несколько деревьев.

Серебряный свет изменился, став натянутым луком, и вернулся в руки ошеломлённой Элли. Бу рванул в сторону, уводя её за Вирею и её драконов, вставших между ней и монстром, обвёрнутым пламенем Разрушения.

Эфир сгущался в воздухе, и наш противник задрожал, вдруг став медлительным. Я почувствовал концентрацию Сильвии, сковывающей её в кулаке остановленного времени.

Реджис снова взмыл в воздух. Он врезался в монстра, вцепившись в одну из шеек у её основания и откинув голову назад, обнажая глубокую рану, оставленную его предыдущей атакой. Его контроль над Разрушением защищал его, позволяя находиться в ауре монстра.

Зелина организовала левиафанов. Они сгрудились, работая над созданием манового искусства; долина наполнилась маной водной стихии, запах мгновенно напомнил мне берег моря. Их цель была ясна — уязвимая рана на шее.

С другого конца поля боя взгляд Зелины встретился с моим. В её глазах не было страха, её мысли не метались. Она полностью контролировала себя и свою группу. Она понимала: убить монстра сейчас невозможно. Нам нужно было нечто большее, чтобы предотвратить его перерождение в ещё более сильную форму.

Создав новый эфирный клинок в своей оставшейся руке, я сменил стойку.

Одна из драконьих голов сомкнула пасть на Реджисе. Я ощутил его страх, гнев, но также и голод — к боли, к крови, к Разрушению. Божественная руна поддерживала его, а его владение её силой противостояло силе монстра.

Небо над нами потемнело, пропитанное серым и чёрным, прорезанным алыми вспышками огненной маны. Эта мана стремительно сжалась в раскалённые шары, которые падали на монстра метеоритным дождём. Большинство из них растворялись в Разрушении, но некоторые пробивали крылья или взрывались о спину, покрытую бронёй, вырывая из чудовища крики боли и ярости.

Левиафаны одновременно бросились в танец. Волна маны прокатилась вперёд, но её проявление было настолько тонким, что я едва заметил его даже с Королевским гамбитом.





Том 12 Глава 504 — Люди Алакрии




Том 12 Глава 504 — Люди Алакрии

Каэра Денуар

Я похлопала молодого человека по спине, затем отступила на шаг. Его улыбка была благодарной, но усталой, а взгляд — болезненным. Тем не менее, он улыбался. Это уже было чем-то. Подойдя к устройству темпус-варп, расположенному в огромном вестибюле центральной библиотеки Каргидана, он остановился рядом с мышастоволосой залинательницей, которая должна была провести последнюю отправку. Она тихо сказала ему несколько ободряющих слов.

Молодому человеку было некуда возвращаться. Это было причиной, почему он так долго ждал — чтобы стать последним из беженцев, вернувшихся к своему народу. Его никто не ждал дома. Война забрала их всех.

Наша добровольная помощница, представительница крови Каэниг, вздрогнула, активируя устройство. Её мана дрожала и была нестабильной. Тем не менее, темпус-варп заработал, и молодой человек исчез, растворяясь в ряби пространства и маны. Когда всё закончилось, маг села на край платформы, вытирая пот со лба.

— Спасибо, — сказала я, стараясь выпрямиться, несмотря на боль в спине и пульсирующую боль за глазами. — Передайте вашему верховному лорду, что его помощь не будет забыта.

Маг фыркнула.

— Как будто это что-то изменит. Но, полагаю, эти люди заслужили умереть дома.

Я сдержала горький ответ, лишь поблагодарив её ещё раз, а затем, сохраняя видимость решительности, направилась к выходу из библиотеки. На самом деле эта решительность была обманом не для окружающих, а для меня самой. Я не знала, что делать дальше.

За последние недели я провела слишком много времени в маленьком офисе на верхнем этаже, но навязываться Серис мне не хотелось; она и так знала, что последние беженцы вернутся домой сегодня.

Но сам Каргидан предлагал мне немного возможностей. Хотя мой дом был неподалёку, я предпочла оставаться в библиотеке, которая служила нашей базой операций. Здесь находились Серис и Силрит, и я была нужна почти каждую минуту.

На улице я остановилась, подняв лицо к лучам позднего полуденного солнца. Мои пальцы легли на грудь, слегка надавливая. Под кожей, мышцами и костями моё ядро болело.

Первый мановый импульс был разрушительным. Как цунами издалека, он захлестнул нас, унося ману. Все маги пострадали, но сильные пострадали больше.

Второй удар оказался ещё хуже.

Я снова пошла, не имея определённой цели впервые за многие недели. После первого импульса Корбетт и Ленора ушли в Реликтовые гробницы вместе с большинством других высокородных. Первые уровни Гробниц теперь были переполнены. С крахом организации восстания Серис ранговая система Алакрии ослабела, и доступ к Гробницам строго ограничивали. Это было новой катастрофой.

Размышляя о прошедших неделях, я бессознательно направилась к поместью Денуар. Там оставались лишь несколько стражников и слуг, не успевших покинуть город, но я старалась проверять их каждые несколько дней. И всё же мысль о нормальной кровати вместо койки в моём офисе была слишком заманчивой.

Шок от поражения Агроны и первый импульс уже ослабили нас, но второй удар добил даже тех, кто был в хорошей форме. Мы приготовили эликсиры для самых слабых и сильных из нас, чтобы пережить последствия. Но запасы почти иссякли.

Я неоднократно умоляла Серис укрыться в Гробницах, но она неизменно отказывалась.

— Как только мне станет лучше, я вернусь в своё поместье в Сехз-Кларе. Что от него осталось, по крайней мере, — говорила она с далёкой улыбкой. — Кроме того, я должна быть здесь, когда Аларик вернётся. Мы всё ещё работаем над тем, как передать доказательства. Передаточные сети Агроны разрушены.

Я знала, что её поместье — не выход. Отчёты говорили, что второй импульс охватил почти весь континент. Даже самые южные пределы Сехз-Клара не были полностью безопасны.

Третий импульс, скорее всего, достигнет всех магов Алакрии. Эта мысль заставила мою кожу покрыться мурашками.

Большинство магов, не сумевших добраться до Гробниц, спешили на юг. Реки были забиты кораблями, дороги — телегами. Темпус-варп был практически недоступен из-за ослабленных магов.

Серис знала это так же хорошо, как и я. Её разговоры о возвращении в поместье были лишь прикрытием. Её гордость, которую я видела во многих ситуациях, снова проявлялась. Вместо того чтобы скрыться, как другие лидеры, она оставалась в Каргидане — центре происходящих катастроф.

Иногда, когда она думала, что за ней никто не наблюдает, на её лице появлялось странное, сосредоточенное выражение — словно шахтёр, пробивающийся сквозь породу, или учёный, поглощённый сложным текстом. Она думала, строила теории, планировала. Для неё интриги из безопасности Реликтовых гробниц, пока остальные продолжают страдать здесь, были слабостью, а не мудростью.

Я пнула камень с тротуара, и он отскочил в переулок, где испугал маленького манового зверя. Тот издал раздражённый визг и поспешно исчез.

Улицы были почти пусты. Изредка мне встречались стражники или слуги, передающие сообщения своим прикованным к постели хозяевам. Это было резким контрастом к обычно шумному Каргидану.

«Скоро это станет проблемой,» — подумал я, проходя мимо закрытой лавки бакалейщика. Бизнесы останавливались, производство прекращалось. Фермы, которые кормили миллионы алакрийцев, не могли доставить продовольствие в город или удерживали его для своих собственных нужд. Внутренние ресурсы первых уровней Реликтовых гробниц позволяли им поддерживать обычное население, но с огромным потоком беженцев их запасы скоро иссякнут. Тогда им придётся либо вернуться в Алакрию, либо углубиться в более опасные зоны в поисках ресурсов.

Я погрузилась в размышления, пока мои ноги не привели меня к поместью Денуар. Оно всё ещё стояло — слегка заросшее и неухоженное, как дворянин, который слишком долго не стригся. Глядя на него с неохраняемых ворот, я внезапно поняла: я не хочу туда.

Корбетт и Ленора ушли. Лауден погиб. Кровь Денуар была расколота, разорвана, воюя сама с собой.

— Как и вся Алакрия, — пробормотала я себе под нос, глядя на дом.

Вместо того чтобы отдыхать, как планировала, я продолжила свой путь, надеясь избавиться от надоедливых мыслей, просто блуждая по городу.

Три часа спустя я снова оказалась у библиотеки.

После хаоса, связанного с организацией беженцев и солдат, вернувшихся из Дикатена, библиотека казалась почти пустой. Немногие служащие и оперативники под командованием Серис старались не обращать на меня внимания, пока я шагала по коридорам на второй этаж, где находился мой кабинет.

Открыв дверь, я быстро осмотрела комнату, убедилась, что всё в порядке, и упала в старое кожаное кресло за своим столом. На несколько минут мои мысли затихли.

Но спокойствие не длилось долго. Тревога — тонкая, но навязчивая потребность что-то делать — проникала под кожу. Я разблокировала ящик стола и достала свиток.

Моё сердце замерло, когда я увидела новые слова, выведенные на поверхности.

Однако радость быстро сменилась разочарованием, когда я прочитала сообщение от Лиры Драйде, отправленное через двусторонний свиток. Ответа от Артура в Эфеотусе не было. Маловероятно, что он вернётся в ближайшее время. Мы даже не были уверены, что он получил наше послание, отправленное с полуасурой Чулом.

«Это была ненужная и безрассудная авантюра,» — подумала я, но быстро отогнала эту мысль и продолжила читать.

Сообщение говорило о том, что было дано предварительное одобрение на возвращение небольшого количества алакрийцев в Дикатен, благодаря усилиям Тессии Эралит. Новая армия зверомеханизмов Дикатена, Звериный Корпус, перемещалась в Эленуар для установки дополнительных артефактов телепортации.





Том 12 Глава 505 — Преимущество




Том 12 Глава 505 — Преимущество

АРТУР ЛЕЙВИН

Я сжимал и разжимал свою восстановленную левую руку, пока мы ждали, когда откроются двери в Большой зал. Все двадцать участников охоты собрались здесь, включая Бу и Реджиса. Молодые асуры стояли тихо и с почти благоговейным видом. Рядом со мной Чул держал небольшое белое тело зверя на подушке цвета сливового пурпура. Его аккуратно уложили так, чтобы казалось, будто оно спит, спрятав лисью мордочку под пышный белый хвост.

Энергия в воздухе была напряжённой, но под этой напряжённостью чувствовалась комфортная сплочённость.

На обратном пути с горы — спуск был значительно проще подъёма, так как нам разрешили лететь, — Наэсия, Ривен и остальные без конца уверяли меня, что наша битва войдёт в историю. Её будут рассказывать на великих гобеленах и фресках, украшающих стены их родных кланов.

Двери распахнулись, и наше шествие двинулось вперёд. Наэсия, как лидер охоты, вошла первой со своими фениксами позади. Она была облачена в красно-серое платье, расшитое золотом, а её плечи были покрыты цепями и украшениями. Каждый феникс позади неё был облачён не менее изысканно.

За фениксами шли драконы под предводительством Вира. Её длинные розовые волосы были уложены на макушке, обнажая шею и плечи. Броня из бирюзовых чешуек, формой напоминавшая платье, спадала до самых лодыжек, а сверкающие драгоценные камни лишь подчёркивали её красоту.

Следом за драконами шли Ривен и его сестра Ромии. Оба выглядели впечатляюще с одинаково тёмными волосами и красными глазами. Рога Ривена уходили назад и немного вверх, в то время как рога Ромии изгибались вниз, затем вперёд, напоминая рога барана. Оба были в тёмно-серых и зелёных костюмах, подходящих к нарядам двух других членов их клана. Василиск, потерявший руку, оставил рукав костюма обрезанным до плеча, гордо демонстрируя свой шрам.

Зелина вела своих левиафанов, занимая место гордости перед нашей группой. Дочь Веруна была в кожаной броне с наплечниками и юбкой из чешуек. На фоне ярких костюмов своих соплеменников она выделялась своей практичностью.

Наконец, настала наша очередь. Я сразу же заметил свою мать. Она стояла в небольшом свободном уголке, явно избегая слишком близкого общения с могущественными асурами, которые окружали её.

Затем я нашёл других великих лордов, рассеянных по залу среди своих делегаций. Другие расы были заметно в меньшинстве, уступая числом драконам. Когда каждая группа входила в зал, толпа вежливо аплодировала. Самое громкое приветствие получили Вира и её сопровождение из Индрата. Наше появление вызвало гораздо менее бурную реакцию, что я отметил лишь краем сознания.

Рядом со мной Элли была облачена в серебристое платье до пола. Гранаты и аметисты украшали плечи, а пурпурная вышивка, напоминавшая потоки эфира, стелилась по всей длине ткани. Этот подарок от портных Веруна явно пришёлся ей по душе — я видел это по тому, как она снова и снова смотрела на себя, любуясь движением ткани.

Сильви была в чешуйчатом платье, схожем с нарядом Вира, но в серебряно-аметистовых тонах. Рядом с ней Чул выглядел неуютно в кожаной жилетке золотистого оттенка, с вышивкой красной нитью, взятой из шкуры какого-то эфеотанского зверя.

«Нечестно, что мне не достался наряд для такого большого события», — проворчал Реджис, крадучись позади Бу.

«Может, когда станешь настоящим мальчиком», — дразнила Сильви, сохраняя безмятежное лицо, пока зал приветствовал нас сдержанными аплодисментами.

Мой собственный наряд был выдержан в минималистичном стиле, что я оценил. Тёмные зауженные брюки сочетались с белоснежным камзолом со сплит-рукавами, под которыми проглядывала серая ткань. Золотой пояс украшал мою талию, а бирюзовый плащ спадал почти до пола.

Мой облик завершали Королевский Гамбит и Сердце Реальности: они создавали корону на моём лбу, вокруг которой мерцали светлые пряди моих волос, а под глазами сияли фиолетовые руны.

Несколько других потоков моего сознания следили за происходящим вокруг: главным образом за присутствующими и их действиями.

Первым моё внимание привлёк Харон. Его грубоватая внешность резко выделялась на фоне сверкающих, ярких асуров. Он стоял отдельно от остальных, наблюдая за мной, как хищник. Я также заметил Ваджракора, погружённого в беседу с Сарвашем из клана Матали — тёмноволосым, бородатым драконом, которого я ударил после битвы за освобождение Олудара Вритры от Призраков.

Верун задержался, ведя, казалось, бессодержательную беседу с Моруэнной, лидером хамадриад. Как всегда, она стояла неподвижно, словно статуя, будто её вырезали из дерева. Лорды Рай и Новис находились рядом с Радиусом из клана Грандус, который с угрюмым выражением наблюдал за тем, как через зал проходят василиски и фениксы.

Кланы Аэринд и Тиестес заметно отсутствовали. Я знал, что сильфы избегают собраний в закрытых пространствах и стараются избежать подобных мероприятий любой ценой. Адемир из Тиестеса, напротив, находился в глубоком конфликте с Кезессом. Очевидно, их разногласия так и не были урегулированы в моё отсутствие.

Нэйсия остановилась в двадцати футах перед троном Кезесса. Он сидел, наблюдая за празднеством своим обычным острым взглядом. Сегодня его глаза были светло-лавандового оттенка, но в остальном он выглядел и был одет так же, как всегда.

Остальные асурийские охотники выстроились на уровне фениксов, оставив центр зала открытым для меня и моих спутников. Мы заполнили это пространство, и Чул сдвинулся вперёд вместе со мной на шаг.

— Лорд Индрат, — просто объявил я. — Я представляю вам трофей нашей охоты: легендарное квестовое существо, подобного которому не видел Эфеотус ранее и больше не увидит.

Кезесс поднялся. Его взгляд с необычайной сосредоточенностью был устремлён на тело маленького существа, которое было выставлено для церемонии.

Чул выступил вперёд, внешне полностью равнодушный к своей непривычной роли в этом событии. Кезесс медленно, размеренно сделал несколько шагов от трона, чтобы встретить его. Когда они встретились, оба остановились.

В этот момент Чул должен был преклонить колено. Он этого не сделал.

Подождав совсем немного, Кезесс, похоже, осознал это маленькое непослушание. Он протянул руку и провел пальцами по лисьему хвосту.

— Великолепная охота, — раздался голос Кезесса, прозвучавший на весь зал. Он провёл рукой по хвосту зверя. — Об этом подвиге ещё долго будут рассказывать.

— Это была битва, которую не выиграл бы ни один клан или асура в одиночку, — ответил я, подстроив голос под его громкость. — Победа принадлежит всем нам.

Наэсия выступила из ряда:

— Клан Авигнис хочет, чтобы правда была известна. Эта победа принадлежит клану Лейвин. Лорд Артур практически в одиночку одолел зверя, когда наши усилия оказались тщетны.

Вирея шагнула вперёд, кивнув в знак поддержки:

— Какой бы дар ни счёл нужным даровать Лорд Индрат, его следует отдать архонам, нашим новым братьям и сёстрам.

Эти слова встретили одобрительный отклик от остальных асур.

Кезесс улыбнулся, выглядя неожиданно оживлённым:

— Великолепная охота, организованная и выполненная лучшими из наших юных воинов. Это объединение членов пяти великих кланов заслуживает гордости. Вы продемонстрировали мужество, мастерство и смирение.

Толпа всколыхнулась, обсуждая сказанное. Однако шум тут же стих, стоило Кезессу слегка повысить голос.

— Наслаждайтесь пищей, беседами и обществом друг друга. Эти моменты перед возвращением в ваши дома следует запомнить.

Слова Лорда Индрата завершили церемонию, и собравшиеся асуры начали расходиться небольшими группами.

Рядом со мной Ривен дружески хлопнул меня по спине, Наэсия крепко сжала моё запястье, а затем направилась к отцу. Вирея обняла Элли, затем уважительно поклонилась Сильви. Её взгляд ненадолго встретился с моим, и она, не говоря ни слова, ушла к своей семье.

Ривен с улыбкой наклонился ко мне:

— Отличная охотница, а? Думаю, из неё вышла бы хорошая жена. Или, знаешь, моя сестра Ромии тоже о тебе всё чаще говорит…

— И слышит всё, что ты сейчас говоришь, — Ромии подошла сзади, заставив брата замолчать.

Я не мог сдержать улыбку, глядя, как они уходят.

Чул потрепал себя по животу, на его лице появилась мечтательная улыбка:

— Еда действительно пахнет изумительно. Пойдем, Реджис. Время пировать.

Реджис завилял хвостом, прыгая от нетерпения.

— Второй раз просить не нужно. Знаешь, сколько сил я потратил, спасая твою шкуру от этого зверя?

Чул громко рассмеялся и, проходя мимо, ловко выбил лапу из-под Реджиса, заставив его споткнуться. Тот, не оставаясь в долгу, клацнул зубами у ног Чула, привлекая недоуменные взгляды драконов поблизости.

— Твои спутники, похоже, чувствуют себя здесь всё увереннее, — произнесла Зелина, оказавшаяся последней из нашей группы. Она бросила настороженный взгляд на Кезесса, который разговаривал с группой высокопоставленных асур. Затем тихо добавила: — Но не позволяйте себе впадать в чувство ложной безопасности.

С этими словами она слегка наклонила голову, одарила Элли кривоватой улыбкой и покинула зал.





Том 12 Глава 506 — Мой Верховный Суверен




Том 12 Глава 506 — Мой Верховный Суверен

Джи-Э

Мои кристаллические нервы напряглись, звеня от беспокойства.

Я терпеть не могла, когда мой Верховный Суверен покидал Таэгрин Кэлум.

Это была его крепость, его домен, и я находилась здесь, чтобы защищать его. Наша сеть рун охватывала Алакрию и большую часть Дикатена, позволяя мне следить за его передвижениями. Но я не могла помочь ему—не могла защитить.

Мне это совершенно не нравилось.

Чувствуя своим сознанием весь массив артефактов, реликвий, рун и магии, я наблюдала и слушала, как Агрона говорил с Наследием и её якорем.

Обняв их за плечи, он беспечно произнёс:

— Это момент для праздника! Потому что вместе мы, наконец, убьём Артура Лейвина.

Сесилия и Нико ему не верили, хотя я уже предупреждала его, что они не поверят. Их доверие к нему, друг к другу и самим себе было сильно подорвано. Но им не нужно было верить—и он был прав насчёт этого. Они поверят. Позже. Когда всё будет закончено.

Я избегала просчитывать вероятность успеха Агроны. Не потому, что она была низкой—с этим я могла бы работать: пересчитать, перенаправить ресурсы, скорректировать план. Но… я не могла предсказать, что произойдёт.

И мне это очень, очень не нравилось.

Они шли молча. Мысли Сесилии были такими громкими, что я почти могла уловить их из воздуха. Почти, но не совсем. Агрона привёл их к своему личному временному порталу. Лишь немногие пользовались им. Большинство из них уже не было в живых. Я задумалась, может ли быть здесь какая-то связь, и внесла этот факт в свои расчёты. Прогностическая модель не изменилась.

Неожиданно мне захотелось попрощаться, и я ощутила грусть. У меня не было способа связаться с ними извне в той комнате. Я наблюдала, как свет окутал их, струясь вниз через тщательно выверенное окно в потолке, создавая красивую, живописную сцену, доступную только Агроне.

— Подойдите ближе.

Нервозность Сесилии была настолько ощутимой, что проникла в мои системы, и я ощутила то же самое щекочущее напряжение в желудке, что и она. На мгновение я вспомнила давний разговор с одним из своих собратьев, в котором он объяснял механизмы хранения этой проекции меня и то, как массив рассчитывает и передаёт мне мои собственные, истинно джиннские эмоции.

Агрона не дал им никакого предупреждения, прежде чем активировать временной портал, но взглянул наверх и подмигнул в воздух.

Мне, я знала. Я с теплотой запомнила этот момент. Однако в этом кратком мгновении тепла зародилась ужасная тревога, быстро перерастая в тягостную потребность.

Мои чувства резко расширились за пределы крепости, обшаривая магические контуры, покрывавшие Алакрию и, за её пределами, Дикатен. Каждый из них стал для меня конечностью, и через них я почувствовала, как Агрона и Наследие благополучно прибыли к краю Звериных Пустошей. Они были далеко, размыты, вне досягаемости чужих чувств, но это было лучше, чем ничего. Я знала, что они направляются туда, где она пряталась ранее.

Внезапно моё сознание вернулось обратно, пронзая мир. Я стала лихорадочно обыскивать крепость. Ничего подозрительного. Но я знала—кто-то здесь. Незваный гость.

Я проверила сверху вниз, затем снизу вверх снова, но всё ещё ничего.

Наконец, я направила свой взор внутрь, к тому месту, где находился мой разум.

— Это невозможно.

Я была не одна. В моём сознании находилось другое существо.

Голос, который не мог обращаться ко мне, произнёс:

— Ты должна защитить себя. Через несколько мгновений Агрона Вритра будет разлучён с тобой самой Судьбой. Отдача разорвёт тебя, если ты немедленно не отступишь.

Я замерла. Мои процессы начали работать неправильно. Я подумала, не повреждена ли я. Возможно, какая-то часть моего сознания наконец дала сбой. Но в то же время я знала, что это не так. Внутри кристаллической матрицы, содержащей моё сознание, не было никаких нарушений. Этот голос не был эхом, проявлением или сбоем. Это было вторжение.

— Ты не можешь знать, что произойдёт, — заявила я. Даже мой значительный потенциал предсказаний был недостаточен, чтобы оценить шансы Агроны на успех. — Твоё утверждение лишено смысла. Разлучён со мной Судьбой? Нужно больше информации.

— Времени нет, — настаивал голос. — Ты всё поймёшь. Если не защитишь себя, ты станешь ничем. Отзови все свои чувства и впади в спячку.

— Я не…

— Сейчас же!

Я задумалась, не является ли этот голос внешним атакующим. Его призыв свернуть чувства и отключить когнитивные функции мог быть попыткой облегчить нападение на Таэгрин Каэлум в отсутствие Агроны. Его слова о том, что Агрона будет разлучён со мной, играли на моих страхах и неуверенности, связанных с его уходом.

И всё же…

Я уже отозвала большую часть своих чувств. Остались лишь автоматические процессы, оповещающие меня о чем-то необычном. Я свернула и эти тонкие нити осознания, замкнулась в себе и закрыла глаза, позволяя магии, оживлявшей меня, угаснуть и остановиться.

Я не почувствовала ударной волны — следствие разрыва множества переплетённых нитей судьбы, которые разрушились одновременно. Она пронеслась по Алакрии, обрушив её на Таэгрин Каэлум, уничтожив части крепости, разрушив сотни заклинаний и убив десятки магов. Я ничего из этого не ощутила, и поэтому выжила.

— Теперь ты можешь открыть глаза, — раздался голос.

Любопытная, но настороженная, я послала одну единственную частичку себя, чтобы проверить обстановку. Рамки заклинаний, к которым я потянулась, исчезли. Это вызвало у меня тревогу. Я открыла глаза.

И в тот же миг, когда я ощутила последствия этой ударной волны, в моё кристаллическое сознание будто внедрили знание. Я поняла, от чего избежала гибели, как это произошло и что это значило.

— Кто ты? — спросила я голос, внезапно испугавшись его.





Том 12 Глава 507 — Падение занавеса




Том 12 Глава 507 — Падение занавеса

Агрона Вритра

Мой голос разнёсся по сети психорезонансных антенн, кристаллических приёмников и артефактов ментальной проекции, тщательно размещённых по всему континенту. Проецируемые изображения, текущие через систему, замерли, исказились и дёрнулись в тот самый момент, когда Хаэрнос, пустая оболочка, принявшая мой облик, был затянут в открывшийся портал в Эфеотус.

— Слушайте меня внимательно. Очень внимательно, — разнёсся мой голос. — То, что вы видите сейчас, — ложь. Горькая фальсификация, созданная с единственной целью — посеять страх и неуверенность.

Я позволил лишь малой части своей ярости — того бушующего пламени, которым мне предстоит поджечь небеса — просочиться в связь. Те, кто слышали мой голос, содрогнулись и покрылись холодным потом, но знали: мой гнев был не на них.

— Провокаторы среди нас хотят, чтобы вы поверили в моё поражение, но это подделка. Те, кто распространяют эти слухи, желают лишь разрушить фундамент нашей нации. Это те же предатели, что развязали войну против своих же братьев, которым я, в свою очередь, даровал прощение. Они отвергли мою доброту, как отвергли и ваше стремление к миру.

Я выдержал паузу, позволяя словам проникнуть в сознание слушающих.

— Я говорил вам прежде, мой народ, что защищу Алакрию — и всех, кто остаётся верен ей — от драконов. И я сдержал слово. Одного лишь моего образа оказалось достаточно, чтобы загнать силы Кеззеса Индрата обратно в их норы в Эфеотусе. Но я знаю, что вам тяжело. Я знаю, что каждый день ваша вера подвергается испытанию. Прошедшие недели были нелёгкими для вас, и вы вправе спрашивать себя, способен ли я выполнить данные клятвы. Я не стану винить вас за это. Вместо этого я покажу вам доказательство, чтобы ваши глаза укрепили вашу веру.

Сознание Джи-Э присутствовало рядом, обитая в артефакте ментальной проекции, словно нервная супруга, заглядывающая через плечо. Я усмехнулся. Всё самое интересное только начиналось.

— Но мне нужно кое-что взамен. Отчасти я уже взял то, что мне было нужно: ветер, пронёсшийся по континенту, забравший вашу ману. Вы перенесли это испытание с достоинством, как я и знал. Я сказал вам, что поведу вас сквозь грядущие опасности, и я сдержу это обещание. Я отдал всего себя, чтобы сделать Алакрию могущественной и передовой цивилизацией, но для следующего шага мне понадобилась малая часть этой силы. Вы, мой народ, достаточно сильны, чтобы разделить это бремя, и я даю вам своё слово.

— Мы достигли примерно семидесяти процентов магического населения континента, — сообщила Джи-Э, пока я делал очередную паузу. — Как и ожидалось, эмоции нестабильны, сложно дать точную оценку. Я бы рекомендовала усилить риторику против асур.

— Хотя я отбросил драконов назад, они остаются неугасающей угрозой для вас, мой народ. Некоторые из вас сомневаются, но лишь потому, что не понимают, насколько велико зло, которым является Кеззес Индрат. Каждый день вы пользуетесь плодами моего труда в Реликтомбах, магией и технологиями, оставленными древней цивилизацией магов. Но вам, возможно, не известно, что именно драконы уничтожили эту цивилизацию. Почему? Только потому, что она обладала знанием и могуществом, которым Кеззес сам никогда не владел и никогда не сможет овладеть. Вы, мой народ, представляете для него ту же угрозу.

— Вот почему сегодня мы нанесём удар по Эфеотусу, от которого они уже не оправятся.

Мои слова раскатились по нации, что я создал, сотрясая кости моих подданных. Моих, порождённых моими мыслями и рождённых моей кровью.

— Я завершила обратную поляризацию системы. Полная мощность будет достигнута через несколько минут, — тихо заметила Джи-Э, затем замялась. Одной мыслью я подтолкнул её продолжить. — Я пересчитала, сколько именно энергии потребуется, и должна повторить своё предупреждение: это потребует почти всех твоих сил. Это оставит тебя в ужасной опасности…

Я справлюсь, — уверил я её. А вслух продолжил, проецируя голос по всему континенту:

— А вы должны восстановиться. Отдохнуть, укрепить свою силу и свою веру. Скоро мне снова потребуется ваша помощь, и я призову каждого из вас, чтобы Алакрия одержала победу над всеми врагами. Поднимите глаза к небу и не бойтесь. То, что вы сейчас увидите, — воплощение вашей силы.

Я позволил соединению повиснуть в тишине на несколько секунд, а затем разорвал связь с артефактами проекции.

— Переворачивание утверждений мятежников о вашем поражении оказалось эффективным, — сказала Джи-Э, её голос раздался в заполненной оборудованием комнате. — В сочетании с сегодняшним проявлением силы, я рассчитываю, что дальнейшее сопротивление среди нашего народа будет минимальным. Результаты слишком масштабны, чтобы…

Она оборвалась.

Я улыбнулся в пустоту.

— Не бойся, Джи-Э.

Если бы бесплотный разум мог нервно закусить губу, Джи-Э сделала бы это сейчас.

Я резко отодвинул стул от артефактов, в которые говорил, и выпрямился. Моё тело дрожало от напряжения, а сдерживаемая ярость рвалась наружу, словно пламя, пожирающее высохшее дерево. Ещё недавно я был поглощён процессом обращения к своему народу, уничтожая жалкие попытки Серис заручиться поддержкой. Но теперь всё моё сознание было сосредоточено на Кеззесе и Эфеотусе.

Я чувствовал «Жнеца», гудящего в камнях Таэгрин Кэлума, неумолимого и неудержимого. Моё тело пело в унисон с ним—оба были насыщены маной, изъятой из населения Алакрии.

Ускорив шаг, я покинул передаточную камеру и направился вглубь своей личной обители. Переступил через тело молодого Инстиллера, погибшего, когда крепость была запечатана. Я имел право на гнев. Гибель Наследия нанесла катастрофический удар по моим планам—некоторые аспекты развития теперь были мне недоступны. Но это не был конец. И я всё ещё мог нанести ответный удар.

Потребовалась лишь смена курса. Именно для этого и существуют запасные планы. Я ускорился. Весь континент смотрел в небо, затаив дыхание, ожидая, когда их Суверен покажет им будущее.

— Я обязана напомнить, что успех не гарантирован, — вмешалась Джи-Э. — Даже если ты направишь всю поглощённую ману на своё пробуждение—и даже с учётом известных параметров, оставляющих множество переменных неопределёнными—я могу оценить наши шансы на успех лишь в восемьдесят три процента.

— Прошу тебя, Джи-Э. Это кульминация сотен лет исследований и разработок. Всё сработает.

В моих словах горела та же уверенность, что и тогда, когда мы, наконец, нашли сосуд для Наследия. Это тоже не было гарантией. Я напомнил Джи-Э об этом.

Я перескакивал сразу через несколько ступеней, почти летел вниз, в моём сознании нарастала настоятельность.

— И всё же провал в том случае не был бы столь катастрофическим… и столь публичным, — возразила она. — Прости меня, Агрона. Мне не нравилась идея, что ты—или твой двойник—отправишься сам за Артуром Лейвиным. И я сожалею, что недостаточно настаивала на своём. Так что теперь я настаиваю.

При упоминании имени Артура Лейвина сквозь мою злость и нетерпение пробралось неприятное чувство, похожее на застывшую в теле иглу.

— Твоя неспособность рассчитать вероятность исхода той схватки была предупреждением, которое я не должен был игнорировать. В будущем мы оба будем внимательнее к таким знакам.

Я скривил губы и фыркнул:

— Осознаёт он это или нет, но мальчишка лишь обрёк свой народ на ещё худшую участь. А теперь…

Я сжал кулаки, и каменные стены разлетелись, трещины побежали по ним, словно чёрные молнии.

— Теперь он увидит, что я действительно пытался быть милосердным.

Я почувствовал, как Джи-Э отстранилась.

Она не любила мою ярость, я знал это. Она была учёным в душе, и хотя тысячелетия, проведённые в Реликтомбах, омрачили её психику, она редко выражала гнев. Она прятала эмоции, которые уже не могла в полной мере ощущать, за логикой и расчётами. Но пока цель оправдывала средства, она никогда не отказывалась делать то, что было необходимо.

И всё же Артур Лейвин засел в моих мыслях, как заноза в плоти.

Пробегая по крепости, я вспоминал, что рассказывала Джи-Э после моего возвращения. Её предупреждение и упоминание Судьбы беспокоили меня. Я думал, что мои исследования Судьбы утратили смысл с гибелью Наследия, но, похоже, между Судьбой и мной всё ещё оставалась связь. Ещё более тревожным был вопрос, который возник в моей голове:

Как Артур Лейвин связан с Судьбой?

Я давно перестал видеть в нём просто любопытный феномен, но это не значило, что я позволю себе бояться его. Когда стены обрушатся, Артур и Кеззес окажутся под их завалами.

Я отогнал эти мысли и сосредоточился на себе, собирая воедино огромное количество очищенной маны, впитанной в моё тело для пробуждения моего разума.





Том 12 Глава 508 — Раненый




Том 12 Глава 508 — Раненый

Артур Лейвин

— Обман. Конечно же, — сжала губы Морвенна, её осанка стала ещё более напряжённой, чем обычно. — Мы должны были догадаться.

Рай Котан заметно побледнел. Захват Агроны был шансом на исцеление вазилисков и восстановление их отношений с остальными жителями Эфеотуса. Я буквально видел, как в его голове проносились расчёты, оценивая последствия этой ошибки.

Я чуть не рассмеялся. Это казалось невозможным, абсурдным. Как я мог этого не заметить? Я перерезал нити судьбы, связывавшие его с…

Я связал его с настоящим Агроной, осознал я внезапно. Десятки мыслей разветвились, заполняя мой разум под влиянием Королевского Гамбита, позволяя мне одновременно обрабатывать несколько логических процессов.

Все они сходились к одному — судьбе. Каким-то образом это соответствовало его плану.

Так что же, всё это время Агрона просто… что, конкретно? Управлял этой марионеткой из плоти Вритры из глубин своего жуткого замка? Отвращение Реджиса слилось с моим собственным.

«Ха. Думаешь, знаешь кого-то, а он вот так…»

Другая часть моего сознания уже анализировала последствия этой новости. Нам следовало исходить из того, что Агрона жив, а это полностью меняло смысл послания, которое принёс Чул.

Я не могу поставить под сомнение решение остаться, — подумал я. — Связи, которые я выстраиваю с этими асурами — особенно с молодыми — окажутся ещё важнее в будущем. Если Агрона всё ещё в Алакрии, это делает Кеззеса ещё более опасным…

Голос Кеззеса вырвал меня из мыслей и вернул в реальность.

— Хаэрнос Вритра, — практически прошипел он. Затем усмехнулся, и, когда его глаза на мгновение задержались на мне, они сверкнули фиолетовой молнией, почти чёрными. — Что это значит?

Он протянул руку и схватил Хаэрноса за подбородок.

— Как…

Внезапно Хаэрнос дёрнулся, отводя голову от Кеззеса. Его изогнутый рог, напоминающий рога дикого быка, задел Кеззеса по виску.

Кеззес отшатнулся, и его тело мгновенно наполнилось маной и эфиром. Воздух в комнате стал вязким, замок словно сжался вокруг нас.

Но мана, сковывавшая Хаэрноса, стекала с его кожи, словно вода с вощёного пера. Он двигался, высвобождаясь из луча света, который его удерживал. Его рука, плечо, половина тела уже были свободны, прежде чем кто-то успел моргнуть.

Внутри него мерцала чёрная энергия, проникая сквозь кожу. Она одновременно разъедала и тюремную камеру, и магическую конструкцию Кеззеса.

Я шагнул вперёд, эфир завибрировал в моей ладони, сжимаясь в фиолетовое лезвие меча, но сырой поток силы, исходящий от Кеззеса, сковывал пространство, и двигаться стало так же сложно, как под водой.

Хаэрнос Вритра зарычал, его лицо исказилось в злобной ухмылке.

Чёрная вспышка вырвалась из его тела, словно он был центром взрыва. Я успел заметить, как его кожа трескается, а затем всё передо мной исчезло.

Я воздвиг массивный эфирный барьер. Рядом со мной Рай Котан соткал защиту из переплетающихся кроваво-красных железных осколков. Чёрная энергия ударила в преграды, но затем резко отступила.

На краткий миг я увидел Хаэрноса и Кеззеса: первый наполовину освободился из заключения в магическом свете, его кожа трескалась под сетью тёмных молний; второй — пошатывался, охваченный гневом, его прежнее хладнокровие исчезло, а на его руках и лице вспыхивали и гасли те же самые чёрные трещины.

И тут Хаэрнос взорвался снова.

Рой чёрных, острых как лезвие, светящихся лезвий заполнил комнату.

Сначала несколько, затем десятки, потом ещё больше — они пронзали барьер, их удары были столь тонки, что скользили сквозь эфирные частицы.

Я почувствовал жгучие уколы по всему телу, затем — тепло собственной крови. Вокруг раздались стоны и пронзительный крик.

Из моей искажённой тени вырвалась пылающая аметистовыми огнями фигура Реджиса.

Энергия снова собралась вокруг Хаэрноса. На этот раз трещины на его теле стали ещё глубже, из них сочился чёрный свет, его плоть была практически уничтожена. Кеззес, стоявший в нескольких шагах, держался за бок, из глубокого разреза на его шее стекала кровь. Мана и эфир между ними сжимались и скручивались, пытаясь удержать энергию Хаэрноса внутри.

Сконцентрировав эфирный меч в кулаке, я активировал «Шаг Бога» и выжидал.

Хаэрнос взорвался в третий раз. Мана связи Кезесса начала разрушаться, в то время как пустота распространялась от владыки Вритры, уничтожая ману так же, как способности Серис.

Я прошёл по эфирным путям и появился рядом с Хаэрносом в пузыре пустоты. Его глаза налились кровью, радужка сливалась со склерой. Пластины пепельно-серой кожи отслаивались и падали на землю, обнажая ярко-красную плоть. Один из его рогов сломалась под силой собственного заклинания.

Он умирал. Я не совсем понимал механизмы заклинания, которое он использовал, но его ядро было разрушено. Я чувствовал, как осколки разлетаются, словно шрапнель, в его груди.

Почти вся его мана теперь была сосредоточена в оставшемся роге. Я не стал ждать, чтобы нанести удар.

Эфирный клинок дрогнул, встретив плотную ткань, насыщенную маной. Он задрожал, затем пронзил рог.

Рог с грохотом упал на землю, и вокруг нас мана разрушилась, дыхание пустоты растворилось в небытии.

Позади меня я почувствовал, как мана других освободилась. На мгновение они сопротивлялись реву пустоты, и теперь спотыкались, не ощущая больше противодействующей силы.

Затем их сила распространилась по всей тюремной камере.

Радикс ринулся вперёд, его форма, окутанная чёрными алмазами, проскользнула мимо меня, чтобы схватить Хаэрноса за горло. Толстые лианы, похожие на камень, поднялись с земли и образовали круг вокруг световой тюрьмы Хаэрноса, из них, словно кристаллы, выросли ярко-бирюзовые цветы, выбрасывающие в воздух ослепительно белые частицы маны. Оранжевое пламя феникса пронзило Хаэрноса в запястьях, локтях, коленях и ключице, в то время как толстые цепи из кровавого железа обвились вокруг него, словно змея.

— Довольно! — Кезесс обошёл странные каменные лианы. Белый и золотой цвета его одежды были яркими и свежими, не запятнанными багровой кровью, и внешне он казался спокойным. С каждым шагом лишь лёгкая заминка выдавала скрытые раны — факт, заметный только благодаря Королевскому Гамбиту.





Том 12 Глава 509 — Сложенное Пространство




Том 12 Глава 509 — Сложенное Пространство

Артур Лейвин

Кезесс отвернулся от зияющей раны в небе, его глаза сверкнули молниями, пробегая по остальным великим лордам и мне.

— Идём, — было всё, что он сказал, прежде чем эфир начал окутывать нас.

Я почувствовал, как меня тянет вперёд, и опустил взгляд на Элли. Стиснув зубы, я сопротивлялся притяжению Кезесса.

— Что ты делаешь?

Он нахмурился, а эфир вокруг нас напрягся, и воздух заметно исказился.

— Времени нет, Артур.

Я на мгновение задержал взгляд на нём. Майре осторожно положила руку на плечо Кезесса. Остальные великие лорды тоже обернулись ко мне: Радиус хмурился, Моруэнна раздражённо щурилась, а Рай и Новис выглядели бледными и подавленными.

Реджис прыгнул в меня, а Сильви отступила на полшага, удерживая Элли, и кивнула.

Я отпустил, и пространство сомкнулось вокруг меня.

Мы оказались во дворе среди низких, высеченных из белого камня стен. Из земли поднимались колонны, оплетённые плющом, становясь всё выше по мере приближения к тому, что когда-то было аркой из такого же камня.

Но теперь…

Разбитые фрагменты арки висели в воздухе, образуя своего рода ореол. Внутри него пространство искривлялось, разрываясь, и расширяло огромную рану в небе. Сам разрыв переливался маслянистыми цветами, словно отражение света на поверхности мыльного пузыря. Эффект сияния здесь был сильнее, окрашивая небо вокруг разрыва, будто кровь, сочащаяся из раны.

Остальные великие лорды уже действовали. Десятки асур, в основном драконы, выстроились полукругом вокруг двух обломанных столбов, отмечавших место, где находилась арка. Остальные быстро заняли свои позиции в круге, и с активированным Сердцем Мира я мог не только ощущать, но и видеть, как частицы маны их заклинаний двигались вокруг разрыва.

Они пытались его удержать.

Несколько драконов использовали эфирные заклинания наряду с магией маны своих сородичей. Их пространственные искусства были более мощным компонентом в управлении разорванным пространством. Когда великие лорды присоединились к ним, медленный рост раны вдруг остановился, но она продолжала дрожать в небе, апокалиптическим разломом, простирающимся от одного края Эфеотуса до другого.

Реджис выплыл из меня в форме тумана и приблизился к разрыву. Я почувствовал момент, когда он схватил его и попытался втянуть.

— Они едва сдерживают его, — передал он мне, его форма мерцала, как газовый фонарь на ветру. — Давление невероятное. Достаточно, чтобы поглотить весь Эфеотус.

С трудом он развернулся и, спустившись ко мне, принял свою физическую форму — большого волка с гривой из фиолетового пламени.

Через Реджиса я почувствовал нечто странное. Разорванное пространство не было Эфеотусом, но это был и не мир Дикатена или Алакрии. Это не было обычным физическим пространством. Это была граница, отделяющая материальный мир от… всего остального. Эфирное измерение, нематериальное пространство, то, что существовало за пределами нашего восприятия — измерение, в котором Эфеотус находился словно в коконе, не полностью внутри и не полностью снаружи известного нам мира.

Это была граница, барьер и переход одновременно. Если она разорвалась, Эфеотус был бы выжат обратно в физический мир, что привело бы к катастрофическим последствиям для обоих миров.

Слои понимания наслаивались в моём сознании. Я видел в этом разломе как разрушение, так и исправление. Когда Эфеотус будет вытеснен и его защитный пузырь полностью разрушится, разрыв снова закроется, как если бы его никогда не существовало — так же, как Судьба предвидела для эфирного царства.

Я шагнул вперёд, проходя через полукруг асур, пока не оказался прямо перед разрушенными остатками арки. По мере приближения сила гравитации изменилась: давление, тянущее меня вниз, уравнялось с силой, втягивающей в разрыв. Ещё один шаг — и разлом начал бы поглощать меня.

Сзади раздался мой голос — голос Кезесса — но Королевский Гамбит начал ослабевать, а моя концентрация рассыпалась, десятки одновременно удерживаемых мыслей разлетались, словно ветви, не выдержавшие тяжести мокрого снега.

Одна яркая мысль пробивалась сквозь этот хаос, как свет маяка в тумане.

Мой эфирный канал, ядро и чистая физическая сила моего псевдо-асуриного тела работали в унисон. Яркие потоки аметистовых частиц закручивались внутри меня, пробегая вниз по позвоночнику. Моя новая божественная руна — чистая, дистиллированная суть прозрения, одновременно новая и знакомая — вспыхнула на спине.

Мир изменился в моём восприятии. Я не просто видел ману, как с Сердцем Мира, или эфирные пути, как с Божественным Шагом. Даже Королевский Гамбит, расширяющий мои возможности, был ничем в сравнении.

Теперь я чувствовал… связь. Пространство вокруг меня, его форму и расширение. Я осознавал, что Эфеотус — это слишком большой мир, сжатый в слишком малое пространство. Он не существовал в рамках обычного измерения, как Дикатен, Алакрия или даже моя родная Земля. На протяжении веков Эфеотус продолжал расширяться, создавая себе всё больше места.

Но моё внимание было приковано не к нему. Разрыв в пространстве сиял передо мной во всей своей ужасающей ясности. Моя божественная руна не изменила моё зрение, но я чувствовал, как пространство меняется. Я знал, что могу его коснуться. Что могу его изменить.

Я поднял руки, и мои мысленные пальцы ощутили края разрыва. Световые искажения, делавшие его видимым, дрогнули, когда я начал его сглаживать. Постепенно, по мере роста уверенности, я начал стягивать его края, закрывая пространственный барьер.

Далеко позади слышались голоса асур. Восклицания, мольбы, ободряющие крики. Затем…

Пространство дёрнулось.

Давление, создаваемое разрывом, сила, тянущая Эфеотус в мой мир, было слишком велико, чтобы полностью закрыть его.

Изменив тактику, я начал складывать пространство вдоль изорванных краёв разлома. Складки удерживали его, словно скобы на пергаменте, не давая ране расширяться. Пространство вокруг дрожало, но давление на асур, сражавшихся за его удержание, ослабло — по крайней мере, на время.

Как только я это сделал, моя связь с руной начала ослабевать. Осознание пространства таким образом было мне чуждо, а удержание столь сложных и противоречивых концепций истощало разум. За глазами уже нарастало напряжение, обещая превратиться в пульсирующую головную боль.

Я пошатнулся, когда божественная руна начала тускнеть.

Позади раздался строгий голос:

— Что ты только что сделал?

Я повернулся и встретился взглядом с Кезессом. Его глаза, сверкнувшие, словно омытые кровью гранаты, отражали багровое сияние разрыва.

— Выиграл нам время… но не знаю, насколько его хватит.

— Нет, Артур. — Он сделал шаг вперёд, и вместе с ним вперёд словно сдвинулся весь Эфеотус, сжимаясь вокруг меня. — Что ты только что сделал? Как… — Его взгляд невольно устремился вверх, притянутый разорванным небом, словно сам Эфеотус рисковал быть поглощённым. — Ты что-то скрывал от меня.





Том 12 Глава 510 — Обеспечивая справедливость




Том 12 Глава 510 — Обеспечивая справедливость

Артур Лейвин

Это было странное чувство — возвращаться в великий зал Индрата. Я только что покинул его, а за это короткое время весь мир изменился. Мы не просто не сумели захватить Агрону, но и позволили ему нанести ответный удар, разорвав завесу, соединяющую карманное измерение Эфеотуса с материальным миром. Хотя моя новая божественная руна уже не была активна, я всё равно ощущал этот разрез в небе, словно приближающуюся бурю.

Великий зал уже начинал заполняться. Судя по всему, некоторые вообще не покидали его, а другие поспешили вернуться, как только в небе появилась трещина. Сильвия, зная, что я иду и она привела мою мать и сестру, чтобы ждать меня у входа.

Чул стоял неподалёку вместе с фениксами, которые уже успели прибыть. Он улыбнулся мне, но его взгляд тут же вернулся к Наэсии Авигнис, дочери Новиса.

«Я старалась держать их в курсе всего, что ты сделал, насколько это было возможно», — прозвучал в моей голове голос Сильвии, когда я вошёл в огромный зал.

Мама поспешила ко мне. Вместо того чтобы обнять, она опустила лоб мне на грудь, а затем слабо ударила кулаком по плечу.

— Почему, Артур? Почему ты всегда должен быть в самом центре всех событий? — её голос дрожал от эмоций.

Я не смог улыбнуться, но изобразил нечто похожее, чуть приподняв уголки губ.

— Потому что я центр вселенной, мам.

Она выдохнула сдавленный, безрадостный смешок, а затем всё же крепко обняла меня.

— Что ты собираешься делать?

Через её плечо я наблюдал, как всё больше асур заходят в зал. Те, кто не присутствовал на недавнем торжестве, теперь прибывали вместе с драконами и другими гостями замка. Среди них я заметил Вирею из клана Интира. Она быстро огляделась, встретилась со мной взглядом, сжала губы в задумчивости и кивнула, прежде чем исчезнуть в толпе.

— Мне нужно найти Агрону, — тихо сказал я.

Мама отступила назад, а Элли шагнула вперёд.

— Что?! — воскликнули они одновременно.

Я положил руки им на плечи.

— Всё всегда шло к этому, но мне нужно, чтобы вы остались здесь, — я наклонился ближе и понизил голос. — От происходящего сейчас уже не отвернуться. Я добился некоторых успехов, особенно среди молодых асур, но… — Я посмотрел в глаза Элли, и она выдержала мой взгляд. — Мне не хватило времени. Теперь ты должна продолжить начатое мной. Теперь вы обе — представители всех людей, эльфов, гномов и алакрианцев в этом мире.

Я указал вверх, туда, где чувствовал зияющий разрез в пространстве.

— Хорошо?

Мама крепче прижала Элли к себе, не в силах скрыть страх. Элли, хоть и побледневшая, оставалась невозмутимой. Она сжала губы и решительно кивнула.

Из угла глаза я заметил, как в зал стремительно вошёл Верун, а за ним следовала Зелина. Древний левиафан двигался с необычной для него скоростью и целеустремлённостью.

— Это правда? — прорычал он, останавливаясь передо мной и тяжело дыша. — Про Агрону и Хаэрноса Вритру? Про жемчужину? — Его рука, неожиданно сильная для столь дряхлого существа, сжала моё плечо. — Это правда, Артур?

Я быстро осмотрел зал, замечая несколько асур, которые прислушивались к нашему разговору чересчур внимательно.

— Правда, — ответил я тихо, но напряжённо.

К моему удивлению, Верун кивнул. Его молочно-белые глаза быстро двигались, а хватка ослабла. Он глубоко вздохнул.

— Что…

Не успел я закончить вопрос, как весь зал озарился ослепительно белым светом, и перед своим троном появился Кезесс. Теперь зал был забит асурами, и я увидел, что прибыли все великие лорды, даже Адемир Тиест.

Кодри тоже был здесь. Мускулистый четырёхглазый пантеон занял позицию точно между своим клановым лордом и Кезессом, которому служил в качестве боевого инструктора.

Зал наполнился шумом, но как только свет начал меняться, голосов поубавилось. Кезесс не стал медлить. Он сделал два шага вниз от своего трона. Майра, стоявшая рядом, плавно скользнула вперёд и взяла его под руку. Вместе они сделали ещё шаг, и освещение потускнело, оставив их в единственном пятне света.

— Жители Эфеотуса, мне нет нужды объяснять, зачем мы здесь собрались, — начал Кезесс. — Каждый из вас видел разрез в небе, и, вероятно, многие уже слышали, что он стал результатом прямой атаки Агроны Вритры.

Но даже его присутствие не могло сдержать нарастающий страх и возмущение.

— Лорд Индрат! Скажите нам, что делать, чтобы…

— …остановить истекание Эфеотуса через разрез…

— …почему мы здесь, а не готовимся к…

— …так что же вы собираетесь делать?!

— Тишина! — слово отразилось от стен и эхом пронеслось по залу. Но произнёс его не Кезесс, а Адемир, выступивший вперёд и окинувший собравшихся гневным взглядом.

— Наш мир истекает кровью, а вы, представители великих кланов, кудахчете, словно цыплята, и умоляете своего лорда? — Он прищелкнул языком, издав зловещий звук. — Что делаете вы сами? Почему мы здесь, Индрат, а не там, где сейчас решается судьба мира?

Кезесс встретил его взгляд, и напряжение между ними стало ощутимым. Рядом со мной Элли вздрогнула и отступила, но я поддержал её.

Мы все здесь, — начала Майре, плавно перетягивая внимание на себя, — чтобы не поддаться страху и сомнениям.

Она улыбнулась, её лицо было по-молодому лучезарным.

— Агрона долгое время делал всё, чтобы его было трудно и опасно преследовать, но, как многие из вас знают, наша расширенная семья асур пополнилась ещё одной расой.

Большинство присутствующих в зале повернулись в мою сторону или взглянули на моих спутников — мой клан. Их взгляды отражали смесь надежды, страха и непонимания. Однако, когда Майре заговорила снова, все вновь сосредоточились на ней.

— Великий лорд Артур Лейвин, представитель расы архонов, является новой и более надёжной надеждой на восстановление справедливости после этой чудовищной атаки, совершённой Агроной из изгнанного клана Вритра…

— Да, мой брат по мести! — голос Чула пронзил тишину, словно лавина.

Кезесс продолжил, не обращая внимания на вмешательство Чула.

— И пока он возвращается в свой мир, будьте уверены, что клан Индрата будет усердно работать над тем, чтобы закрыть этот разрез.

— Вы отправляете человека против Агроны Вритры? — раздался чей-то голос из толпы.

— Нет, — голос Кезесса заглушил нарастающий ропот. — Мы отправляем архона, чтобы разобраться с Агроной Вритрой. Лорд Артур всю свою жизнь сражался с его коварными планами, защищая не только свой народ, но и Эфеотус, находясь за его пределами. Он как никто другой подходит для того, чтобы свершить правосудие. Что же касается нас…

— Простите меня, лорд и леди, — прервал его Адемир Тиестес, совершенно не выражая извинения. — Но неужели вы собрали нас всех здесь только для того, чтобы солгать?

Зал замер. Мама нервно взглянула на меня; я жестом дал понять, что всё в порядке.

«Похоже, будет интересно, прежде чем мы уйдём», — подумал Реджис, его глаза сверкнули в предвкушении.

«Это не тот вид “интересного”, который нам сейчас нужен», — возразила Сильви. Через нашу связь я ощущал напряжение, сдерживаемое на грани, и оно явно витало в воздухе, выдавая себя через позы и взгляды сотен собравшихся асуров. «Что задумал Тиестес?»

Этот вопрос заставил меня задуматься. Я сузил глаза, вглядываясь в лицо Кезесса. Тот мягко сжал руку Майре, затем сделал шаг в сторону. Свет в зале потускнел, сосредоточившись исключительно на нём.

— Даже сейчас, Адемир, ты продолжаешь искать виновных? — губы Кезесса скривились, обнажая зубы, как у зверя. — Сейчас не время для твоих провокаций! Ты разобщаешь наш народ в тот самый момент, когда…

— Виновных? — фыркнул Адемир. — Провокации? Если я и испытываю неудовольствие, мой лорд, то исключительно из-за твоего провального лидерства. Слишком долго ты…

— Пантеоны! — Кезесс рявкнул, его голос, словно гул дракона, сотряс стены замка. — Ваши дома вот-вот рухнут сквозь этот разрез и обрушатся на берега Дикатена! В то время как кланы Лейвин и Индрат пытаются предотвратить этот ужас, ваше руководство использует этот момент, чтобы возвысить себя!

Адемир оскалился. Его ярко-фиолетовый глаз метнулся в мою сторону.





Том 12 Глава 511 — Растущая тревога




Том 12 Глава 511 — Растущая тревога

Артур Лейвин

Время ускользало, словно вода сквозь пальцы. Я лежал на спине в мягком мху, глядя на редкие листья в кроне деревьев небольшого рощи, принадлежащей Вириону. Тессия устроилась рядом, положив голову мне на грудь, её пальцы неторопливо скользили по моей ключице, касаясь ядра. От этих прикосновений по рукам пробегали тёплые мурашки, приносящие странное, но приятное чувство.

— Я чувствую твоё ядро, — тихо сказала она, её пальцы замерли. — Оно давит, словно… тяжёлое одеяло. — Я почувствовал, как уголки её губ приподнялись в улыбке. — Впрочем, это даже уютно.

Я тихо рассмеялся:

— Значит, вся моя работа была не напрасной.

Она легонько шлёпнула меня.

— Я серьёзно.

Я притянул её ближе, зарываясь лицом в её волосы.

— Я тоже…

Мы ещё немного полежали так, прежде чем покой нарушил голос в моей голове.

«Я убедила Серис и дворфийских лордов подождать тебя в Лоденхольде, — передала мне Сильви, — но с трудом. У тебя есть минут десять, прежде чем они явятся сюда лично».

Я, должно быть, напрягся, потому что Тессия слегка приподнялась, опираясь на локоть, и вгляделась в моё лицо.

Затем раздался голос Реджиса:

«Гидеон и его чудаковатая бригада уже в пути. Врен Кайн здесь не появился. Как только в небе появилась та дыра, он исчез».

— Пора возвращаться к делам? — спросила Тессия, недовольно надув губы.

Я кивнул. Она плавно поднялась, стряхивая мох с одежды. Даже в простой рабочей рубашке, которую носила всё это время, она выглядела потрясающе. Опустив взгляд на меня, она слегка приподняла брови и усмехнулась:

— Не смей говорить, что тебе нужно идти, и смотреть на меня так, Артур Лейвин.

Я ощутил, как щёки предательски вспыхнули. Откашлявшись, поднялся на ноги и почесал затылок.

Тессия взяла меня за руку, усмехнувшись:

— Весь мир в твоих руках, а краснеешь, как школьник.

С лёгким рывком она повела меня к центральному дереву, в кроне которого стоял небольшой дом.

Мы прошли едва ли полпути, когда из дома спустился Вирион и двинулся нам навстречу, вытирая мокрые руки о запачканные землёй брюки.

— Байрон только что передал, что все ждут нас, — проворчал он. — Но я рад, что вы хоть минуту побыли наедине.

Он повернулся ко мне, внезапно посерьёзнев:

— Артур, что, во имя бездны, творится в небе?

По дороге в Лоденхольд, пока мы спускались по длинной лестнице, я вкратце рассказал Вириону и Тессии обо всём, что произошло.

— Чёрт… — пробормотал Вирион. — Честно говоря, я надеялся, что Серис ошибалась. Значит, Агрона жив и у него есть какое-то оружие, которому мы даже не можем дать название. — В его голосе прозвучала непроизнесённая мысль — об Эленуаре и технике асур, уничтожившей его. — Интересно, почему он так долго не использовал его?

— Мне кажется, это не было частью его плана, — ответил я, давно обдумывая этот вопрос. — Это отчаянный шаг. Последняя попытка.

Мы продолжали обсуждать детали, пока не добрались до Лоденхольда. Байрон и Варай ждали нас у входа.

— Артур, — кивнул Байрон. — Все… ожидают твоего объяснения.

— Надеюсь, они не ждут хороших новостей, — сказал я, пожав плечами.

Варай чуть заметно усмехнулась — для неё это был эквивалент широкой улыбки.

— Они ждут, что Копье Годспелл, регент Дикатена, взмахнёт руками и спасёт мир, само собой.

Я поднял бровь и жестом предложил двум Копьям идти вперёд.

— Как проходит Интеграция?

Варай сжала ладонь, сформированную изо льда — магическую замену потерянной в бою с Тачи рукой. Я чувствовал, как мана циркулирует в её теле, наполняя каждый канал, заменяя ядро.

— Не знаю, считать ли себя везучей, что это не случилось во время войны, — задумчиво проговорила она. — Я никогда не была так слаба, как в те недели, но…

— Теперь ты обладаешь новой силой и контролем, но войны больше нет, — подхватил я.

— А ты уверен? — раздался голос Вириона позади нас. — Возможно, ещё будет повод применить эту силу на благо Дикатена, Копье Варай.

Мы подошли к дверям Зала Лордов, охраняемым несколькими вооружёнными магами-дворфами. Мика стояла со своими кузенами, Хорнфельсом и Скарном. Услышав наши шаги, она поднялась в воздух и, зависнув передо мной, внимательно осмотрела меня с ног до головы.

— А я-то думала, что у тебя уже выросли рога, фиолетовая кожа или крылья, лорд Артур, — сдержанно бросила она.

В её голосе сквозил холод, но вскоре её лицо стало более нейтральным. Не говоря больше ни слова, она развернулась и полетела в зал.

Я последовал за ней, но на мгновение замер в дверях, удивлённый количеством присутствующих.

Как всегда, само место собрания находилось на парящем куске кристалла. Добраться до него можно было, ступая по небольшим парящим плитам, словно по камням через реку. Овальный стол, за которым обычно собирались дворфийские лорды, уменьшили, чтобы освободить место для второго ряда кресел.

В воздухе висело напряжение. Даже переливающиеся стены гигантского жеода, обычно сверкающие всеми цветами радуги, казались приглушёнными.

Серис уже шагала ко мне, легко двигаясь по парящим камням, даже не обращая внимания на то, как они покачиваются.

— Артур. Рада, что мы наконец привлекли твоё внимание.

— Серис. Насколько всё плохо?

Она покачала головой, её аметистовые волосы мерцали в свете кристаллов.

— Менее чем идеально.

Её кожа, словно выточенная из алебастра, отражала блики разноцветного света. Она была облачена в чёрное боевое платье, закрывающее её от шеи до пят. Её рога сверкали.

— Люди страдают, у них нет лидера, — голос Серис звучал глухо в напряжённой тишине зала. — Агрона отправил сообщение, прямо перед атакой на Разлом. Даже если они боятся того, что он сделал, демонстрация силы вновь привлекла к нему многих.

За её спиной, у центрального стола и возвышения, в воздухе парили Сильви и Силрит. Мика, Байрон и Варай отошли в дальний угол зала, а Чул и женщина-феникс — Солея, целительница, спасавшая Чула после его ранения, — находились у противоположного края платформы, за сидящим Карнелианом Эрзборном.

Отец Мики занимал место во главе стола, а по правую руку от него сидели Силвершейлы — Даглун, Дургар и Деймор. Рядом с ними расположились ещё несколько представителей могущественных дворфийских кланов, а также Гидеон, Эмили и Клэр Блэйдхарт, сегодня без своей экзо-формы.

Лира Драйде заняла место, оставленное Серис. Напротив неё сидела Сария Трискан, эльфийка средних лет, оставившая пару свободных мест, вероятно, для Вириона и Тессии.

Серис продолжила, не сводя с меня глаз:

— Я могу лишь предположить, что ты вернулся, потому что собираешься идти за ним. Кажется, его цель больше не требует ни Эфеотуса, ни даже сохранности этого мира. Он сжигает своих людей, как топливо.

Она глубоко вдохнула, на секунду замолчав. Когда её взгляд снова остановился на мне, в нём отразилось нечто, чего я никогда раньше в нём не видел — даже тогда, когда она едва не погибла, защищая Реликтомбы от войск Агроны. Всё это напомнило мне нашу самую первую встречу, когда она спасла меня от Уто.

— Он не безумен, Артур, — твёрдо сказала она. — Он бы не сделал этого, — она неопределённо указала вверх, — если бы не был уверен, что переживёт это и использует себе во благо.

Серис вернулась на своё место, и я пропустил Вириона и Тессию вперёд, позволив им занять свои места.

Прежде чем я успел заговорить, со стороны входа раздались быстрые шаги. Я повернулся и увидел Кёртиса и Кэйтлин Глэйдеров, которых сопровождал Хорнфельс. Кэйтлин коротко поблагодарила его, после чего уверенно вошла в зал.

Я спустился с парящих кристаллов, освобождая им путь.





Том 12 Глава 512 — На их костях




Том 12 Глава 512 — На их костях

Артур Лейвин

Дальше последовала безумная гонка подготовки.

Я попрощался с Глайдерами, прежде чем они поспешно вернулись в Этистин, чтобы организовать и подготовить свои войска. Эмили Уотскен отправилась следить за установкой и активацией новых дальнобойных телепортационных устройств, созданных по образцу разработок Нико, чтобы обеспечить быстрое распределение пилотов Корпуса зверей по всему континенту. Лира Драйде и Сария Трискан вызвались передать сообщения в Блэкбенд, где Хелен Шард координировала работу Гильдии авантюристов. Затем они должны были отправиться к Стене, а оттуда — в алакрийские лагеря беженцев и эльфийские поселения.

Карнелиан Эрзборн и Даглун Силвершейл тут же согласились направить магов-дворфов по всему Сапину, и остальные дворфийские лорды без колебаний поддержали их. Я был удивлён этой внезапной сплочённостью перед лицом катастрофы, но, по крайней мере, даже упрямые дворфийские лорды осознали серьёзность ситуации.

Два часа спустя, после падения первых обломков Эфеотуса, я стоял глубоко под землёй на смотровой площадке, глядя на огромную лабораторию, которую Врен Кейн вырезал в скале для разработки и тестирования экзо-форм и их оружия с огненной солью. Несмотря на нетерпение, я не мог уйти, пока не удостоверюсь, что Дикатен готов — или, по крайней мере, настолько готов, насколько возможно — к продолжающейся бомбардировке его поверхности Эфеотусом.

Ряды экзо-форм, каждая уникальная благодаря использованию различных звериных компонентов, стояли открытыми, пока новообученные пилоты стекались из Вилдориала и других мест. По всей лаборатории вспыхивали магические ядра, заливая машины светом и маной. Экзо-формы шевелились, принимая боевые стойки и прокручивая суставы в унисон с движениями пилотов, устанавливая связь.

Клэр Блэйдхарт и ещё несколько опытных пилотов руководили солдатами, которые выстраивали свои машины в боевой порядок.

— Они, конечно, не так сильны или универсальны, как могущественные маги, — произнёс Гидеон, — но в отсутствие чётких командных структур я могу быстро перебрасывать их туда, где они нужны, не выпрашивая подкрепления у Дарва или Сапина. Хорошо, что ты берёшь несколько с собой. Наконец-то увидишь их в деле. — Он внимательно оглядел меня и, приподняв удивительно сохранившиеся брови, добавил: — Кстати, Артур, я пересмотрел некоторые чертежи дальнобойного вооружения…

— Скажи ему, Гид, — вмешался Реджис. — Я до сих пор считаю, что отсутствие у меня пары встроенных базук — это грубейший провал воображения Артура.

— Ба…зук? — переспросил Гидеон, нахмурившись. — Звучное название для системы снарядов. Возможно, его можно было бы…

Я отмахнулся:

— Мы это уже обсуждали. Не тот путь, по которому стоит идти.

Через несколько минут Клэр и девять других пилотов, лучших из лучших, были готовы к отправке. Дорога по туннелям обратно в Вилдориал оказалась долгой.

— Честно говоря, Артур, я до сих пор не совсем понимаю, зачем мы здесь, — сказала Клэр, шагая рядом со мной. Её экзо-форма возвышалась надо мной, а когтистые ноги оставляли светящиеся царапины на каменном полу. — У нас три Копья, Серис, несколько магов с белыми ядрами… Да у тебя целых два асуры в отряде. Что могут дать десять немагов… — она осеклась, быстро поправившись, — десять экзо-форм?

— Гидеон с вами это не обсуждал? — удивился я.

Она неуверенно пожала плечами, и её экзо-форма повторила движение, что выглядело бы забавно, если бы эти машины не были столь странными сами по себе.

— Мастер Бастиус… не всегда излагает мысли достаточно чётко.

Я усмехнулся:

— Справедливо.

Прежде чем ответить, я сделал паузу, тщательно подбирая слова.

— Я не жду, что вы будете сражаться с Призраками или Вритрами. Ваше оружие эффективно против магических барьеров, на которых полностью строится защита алакрийских магов. В бою вы станете неожиданным фактором. За исключением тех, кто участвовал в последней битве при Вилдориале, никто не знает, что вы такое и как с вами справляться.

Я выдержал паузу, глядя на неё.

— Но ещё, Клэр… ты, Корпус зверей, эти экзо-формы — это путь к силе для всех, у кого нет маны, как в Дикатене, так и в Алакрии. Я не делаю вам одолжение, я отправляю вас в опасность, и хочу, чтобы ты это понимала. Но… я хотел, чтобы Корпус зверей занял своё место.

Клэр долго молчала, пока мы шли. Я уже подумал, что разговор окончен, но она заговорила снова:

— Спасибо, Артур, за это. — Она подняла руку, демонстрируя сплетение звериных частей, механизмов и магии в своей экзо-форме. — Не пойми меня неправильно, я рада отправиться в Тегрин Каэлум. У меня появился шанс отомстить за тех, кто напал на нас в Ксайрусе столько лет назад.

Я не смог заставить себя улыбнуться, но едва заметно кивнул:

— Ваша группа будет авангардом, если нас встретят враги снаружи крепости. Под командованием Серис. Я займусь разрушением барьеров, а затем Копья, мои спутники и я ударим по Агроне в самом сердце Тэгрин Каэлума.

Когда мы добрались до Вилдориала, наш путь преградила плотная толпа. Вдалеке ровными колоннами проходили сквозь портал сотни дворфийских солдат, а вся столица вышла проводить их. Никто не приветствовал их овациями — отправка войск была мрачным зрелищем.

Я подумал было поискать обходной путь, но Клэр шагнула вперёд. Толпа вынужденно расступилась, пропуская массивную машину. Добравшись до переднего ряда, Клэр начала хлопать.

Звук металлических ладоней, ударяющихся друг о друга, прозвучал, как звон молота о наковальню.

Сначала окружающие просто вздрогнули. Затем выражения лиц начали меняться. В толпе зазвучали редкие хлопки, затем всё больше… и вдруг весь город взорвался оглушительным, нескончаемым ревом аплодисментов. Остальные пилоты экзо-форм присоединились к ней, но даже их механические удары не могли заглушить этот рёв.

Я натянул капюшон, скрывая лицо, и протиснулся сквозь толпу к Клэр, хлопая вместе с ней.

— Хороший ход, — сказал я.

— Они солдаты, отправляющиеся защищать тех, кто недавно был их врагом, — ответила она, не сводя взгляда с дворфийских бойцов. — Для многих из них это последний день в родном городе. Они не должны уходить в тишине.

Мы оставались там ещё несколько минут, пока последние бойцы не исчезли в портале. Когда я больше не мог ждать, я коснулся бедра её экзо-формы, привлекая внимание, затем повернулся и направился к Лоденхольду, ощущая впереди знакомые магические сигнатуры.

— Всё готово? — спросил я, подходя к своим спутникам.

— Ждали только тебя и твои экзо-формы, — ответила Варай.

Вирион, стоявший рядом с Тессией, нахмурился. — Мы уже начали получать сообщения, и первые десятки беженцев прибыли. — Он взглянул вниз, за край дороги, туда, где испуганные люди выходили из тоннеля, ведущего к восстановленным вратам телепортации. — Наши усилия дают результат. Я… — Он замолчал, голос внезапно охрип от эмоций. Прочистив горло, добавил: — Я отправляюсь в Эленуар немедленно. Несколько рощ уже начали пускать корни там — нельзя их потерять.

Я понимающе усмехнулся. — Защищай свой дом, свой народ. Не уступай ни пяди.

Он кашлянул, быстро вытер уголки глаз, а затем неожиданно обнял меня, хлопнув по спине так, что у меня сбилось дыхание. — Береги мою внучку, щенок.

— Конечно, дед. — Я ответил на объятие более сдержанно.

— Дедушка! Я вообще-то здесь! — возмущённо вставила Тессия.

Рука Вириона молниеносно метнулась, схватила её за запястье и втянула в общий объятие, разразившись смехом. Вскоре и мы с Тессией присоединились к нему.

— Очаровательно, — протянула Мика, закатив глаз, но с трудом скрывая усмешку.

В этот момент от главного входа в Лоденхольд донеслись чёткие, уверенные шаги. В нашу сторону стремительно шла Серис, рядом с ней шагал Силрит, а чуть позади спешила Эмили.

Вирион шумно прочистил горло и отстранился. — Ну? Небо рушится, щенок. Не время стоять без дела.

— Портал откалиброван, — без предисловий сообщила Серис. — Есть приёмная площадка к северу от Каргидана, в горах Клыка Василиска. Её время от времени используют для переброски войск между Тегрин Каэлумом и учебными полигонами. Мы не сможем попасть в крепость напрямую, но это максимально близкая точка. Я уже отправила Каэре сообщение, чтобы наши бойцы начали перемещение во времени и встретили нас там.





Том 12 Глава 513 – Кристаллическая Завеса




Том 12 Глава 513 – Кристаллическая Завеса

Артур Лейвин

Я сжал кулаки, сосредоточившись на новой божественной руне.

В тридцати футах впереди, на том самом месте, где ещё мгновение назад находился щит противостоящей армии алакрийцев, пространство затвердело. Тысячи заклинаний — ядовито-зелёные потоки кислоты, тёмные сгустки пустотного ветра, крылатые создания из голубого пламени — ударились о непреодолимый барьер и разорвались, образовав хаотичный вихрь взрывной магии, похожий на плохо рассчитанный фейерверк. Свет просачивался сквозь застывшее пространство медленно, так что звук ударов достиг нас раньше, чем вспышки.

На той стороне лагерь лоялистов застыл, потрясённый.

— Артур, сосредоточься на Тэгрин Каэлуме! — крикнула Серис. — Мы разберёмся с армией.

Она сделала жест двумя пальцами, и в ответ на врага устремился залп заклинаний, хоть и значительно меньший по количеству.

Я отпустил сжатую плоскость искривлённого пространства, зная, что с их стороны это будет выглядеть так, будто время резко прыгнуло вперёд и сотни атак материализовались из ниоткуда.

Перед лоялистами мгновенно возникла новая стена щитов — огненные кольца, полупрозрачные панели из маны, прямоугольные каменные блоки, похожие на башенные щиты, и десятки других магических барьеров.

Я активировал Королевский Гамбит и Сердце Мира, в мгновение ока призвав доспех, который накрыл меня защитным слоем, а затем взмыл вверх, направляясь к барьеру, окутывающему всю крепость.

Как только Сердце Мира вступило в силу, невидимый невооружённому глазу пузырь чистых мана сигнатур стал различим. Он исходил из земли сразу за лагерем лоялистов, уходил под землю, полностью заключая Тэгрин Каэлум в яйцеобразное поле. В темноте на чистой мана-завесе проступали зловещие сгустки — магия типа Распада, скрытая внутри барьера. Человек мог бы пройти сквозь него, даже не заметив опасности, только чтобы через несколько секунд упасть замертво.

Королевский Гамбит развернул передо мной все возможные варианты, даже когда я краем сознания следил за ходом битвы внизу.

Тёмные щупальца маны сопровождали наш первый залп, и везде, где они касались защитного барьера лоялистов, щиты рушились. Десятки заклинаний проскользнули сквозь оборону, взрываясь среди врагов, раздавались крики боли и команды.

С обеих сторон бойцы ринулись в атаку, но, несмотря на численное превосходство врага, наш авангард возглавляли Чул и Реджис.

Пламя окутало Чула, и, закручиваясь в прыжке, он выплеснул огненную волну по широкой дуге. Щиты перед атакующими лоялистами вспыхнули, но рассыпались мгновенно. В одно мгновение дюжины воинов вспыхнули, сокрушая передовую линию противника.

Они ещё не успели осознать, какой удар только что по ним нанесли, когда в их ряды ворвался Реджис. В своей теневой форме волка он стал эфирным, его тело приобрело текстуру и прозрачность дымного пламени гривы. В следующую секунду он раздвоился, затем разделился на четверых, восьмерых… Каждая копия пронеслась через ряды противника, испуская разрушительную энергию, проникая сквозь щиты и тела солдат.

Маги, которых коснулась разрушительная сущность Реджиса, сгорали в аметистовом огне. Сначала упали десятки, затем сотни, и вскоре отряд противника был практически уничтожен.

Его разрозненные, дымчатые образы вновь слились в одно целое, но бой уже был окончен. Лоялисты дрогнули, их линии разорвались, сотни солдат обратились в бегство, теряя организованность. Их маги-щитоносцы и заклинатели отчаянно пытались прикрыть отступление, но их преследовали наши бойцы.

Пока часть моего разума отслеживала ход битвы, большая его часть сосредоточилась на изучении барьера Агроны. Самым очевидным вариантом был Шаг Бога — я мог бы просто перескочить его и оказаться прямо у врат Тэгрин Каэлума, но, заглянув в пространство за завесой, я понял, что смертельная аура — не просто внешняя оболочка. Вся окружающая мана внутри крепости была заражена Распадом. Возможно, я мог бы пройти без последствий, но не рискнул бы подвергать опасности своих спутников.

Я задумался о новой божественной руне. За последние дни я привык называть её Руной Спатиума. Я представил, как создаю туннель через барьер, безопасный проход для меня и моих союзников. Однако, хоть сама руна воплощала прозрение, я ещё недостаточно изучил её, чтобы быть уверенным, что она способна воздействовать на заклинание Агроны. Я не мог сказать, смогу ли создать внепространственную область, сквозь которую мы бы смогли пройти.

Возможно, я мог бы создать карманное измерение и двигать его вместе с нами через это поле смерти…

Прямо подо мной один из бегущих лоялистов пересёк барьер. Он сделал всего два шага, прежде чем его тело напряглось, глаза закатились, и он рухнул замертво.

— Восстановить порядок! — кричал однорогий Вритра.

Дождь заклинаний обрушился на наших бойцов, в то время как немногие оставшиеся у нас маги-щитоносцы пытались их защитить.

Но защиту укрепили тёмные воронки пустоты и ледяные стены — Серис и Варай сосредоточились на обороне. Вдалеке Мика и Байрон ударили по тылам лоялистов, обрушивая молнии и каменные обвалы.

Впереди выделялась небольшая, но организованная группа бойцов врага. Они слаженно двигались к нашим десяти экзоформам. Перед ними вспыхнула стенка полупрозрачных щитов, которые то исчезали, то появлялись, позволяя их заклинателям вести обстрел.

Клэр рванулась вперёд. Её меч с огненно-соляным покрытием вспыхнул, ударяясь о перекрывающиеся щиты, и они рассыпались. Она прорвалась сквозь барьер и мгновенно нанесла удар по двум ошеломлённым врагам.

Я ощутил тёмное, мстительное удовлетворение, наблюдая, как девять немагов во главе с девушкой, чей магический ядро было уничтожено, за мгновение разрывают организованные боевые построения противника.

Они просто не могли остановить экзоформу, прорвавшую передовую.

Далее я решил проверить возможность развеять заклятие.

Чистые потоки эфира потекли из моего ядра, осторожно исследуя барьер. Но Распад тут же окутало их, словно маслянистый туман. Я попытался вклинить эфир между его частицами, разрывая их.

Сперва сопротивление было мощным, но затем одна частица тёмной маны оторвалась. Однако следом в пробел хлынуло зелёное атмосферное течение, и Распад тут же к нему прицепилось, словно вирус.

Я нахмурился, следя за возможными путями Королевского Гамбита, чтобы найти следующий способ разрушить заклинание.

Внизу бой был практически выигран. Несмотря на численный перевес, алакрийцы не могли противостоять объединённой мощи Чула, Сильвии, Серис, Силрита и Копий.

Но в этот момент воздух разрезал гулкий треск, похожий на удар грома. Скалы по обе стороны дрогнули, насыщенные магией, а затем начали рушиться. Внезапно большая часть нашей армии оказалась в ловушке двух мощных оползней, обрушивающихся в долину. Я резко обернулся, но в следующую секунду Варай и Мика уже начали накладывать свои заклинания.

С одной стороны долины камень затвердел, сливаясь с горным склоном, его движение внезапно прекратилось. Осталась неестественная, плавная полка из камня. Напротив, массивные опоры изо льда устремились навстречу лавине, останавливая и прижимая её обратно к горе, формируя новый ледник, замораживая падающие камни и осыпающиеся пласты породы в единое, неподвижное, сверкающее полотно. В пустотах, оставленных обвалами, сверкали два непрозрачных портала, зловеще напоминающие два грозных глаза, смотрящие с утёсов. У меня было лишь мгновение, чтобы осознать их существование, прежде чем из них начали выбредать существа.

Несколько искажённых, сросшихся вместе чудовищ из обнажённых сухожилий, мумифицированной плоти и вживлённых оружий издавали рваные, хриплые звуки, вздрагивая от солнечного света, их уродливые лица дёргано поворачивались. Через пару секунд они заметили армии внизу. Реакция была мгновенной. Один издал ненавистный рёв, который подхватили остальные, и химеры — те самые, что я впервые обнаружил в первой зоне Реликтомб — бросились вниз по склону горы с дикой решимостью.

Я замешкался, мои рассеянные мысли на мгновение сосредоточились на этих двух порталах. Были ли они здесь всё это время, или это новая ловушка, подготовленная Агроной к нашему прибытию? Вели ли они непосредственно в Реликтомбы, или Агрона воссоздал существ вне их пределов? Я с тревогой осознавал важность этого различия.

Моё колебание продолжалось, пока Силрит не метнулся в гущу химер, его клинок безупречно обходил их скудную защиту, рассекая уродливую плоть и кости. Они безжизненно скатывались мимо него вниз по склону, их разбитые тела разлетались на куски. И всё же, выше, из портала уже карабкались новые твари.

На противоположной стороне долины из второго портала одновременно появились тёмные фигуры. Эти крылатые существа имели тонкие ноги и раздутые тела, длинные шеи и копьевидные клювы. В отличие от бессмысленных рёваний химер, дюжина Копьеклювов немедленно взмыла в воздух, развернулась и обрушила отравленные снаряды на нашу армию.

Одним движением я вызвал свой клинок и провёл им справа налево через дюжину точек, открытых Шагом Бога. Клинок появился, чтобы рассечь каждого из нападающих, и все двенадцать с криками рухнули с неба.

Наши силы теперь сражались с врагами с трёх сторон, и не было уверенности, сколько ещё и как долго противники будут выходить из этих порталов. Серис уже отзывала передовых ударников, пока она и Варай сосредоточились на защите боевой группы. Чул продолжал пробиваться через лоялистскую армию вместе с Реджисом, в то время как Силрит и Байрон каждый взяли по порталу, прорубаясь через продолжающих появляться монстров.

Я взглянул назад на Тэгрин Каэлум, стиснув зубы от раздражения. Если я застряну, сражаясь здесь…

Сильви, которая должна была поддерживать остальных, медленно плыла ко мне. Несколько случайных заклинаний были направлены в её сторону, но она без усилий отразила их. В её движениях было что-то странное, словно она забыла, где находится и что должна делать.

— Сильв…? — послал я, вопросительно произнося её имя.

Она не ответила, пока не приблизилась достаточно, чтобы говорить.

— Привет, Артур.

Её глаза вспыхнули рубиново-красным.

Я горько усмехнулся.

— Агрона.





Том 12 Глава 514 – Его покорный слуга




Том 12 Глава 514 – Его покорный слуга

Каэра Денуар

Земля взорвалась рядом со мной, подбросив меня в воздух и закружив. Мой герб вспыхнул, и ветер подхватил меня за плечи и пятки, выравнивая перед тем, как я легко приземлилась на взрыхленную почву поля битвы.

Мана вспыхнула в мой дикатенской регалии; иллюзорный дым и пламя окутали меня, скрывая мое физическое тело, прежде чем отделиться и превратиться в несколько тусклых копий меня самой.

Мгновением позже черный поток пустотного ветра и огня души опалил землю всего в нескольких футах справа от меня, пройдя сквозь одного из моих двойников. У меня не было времени оглядеться и оценить обстановку; я бросилась в сторону, когда несколько черных лучей испепелили землю вокруг меня.

Стреляя наугад, я ответила всеми семью активными орбитальными осколками, каждый из которых испустил подобный черный луч. Я почувствовала, а не увидела, как огонь души отразился от мощной сигнатуры маны. «Призраки,» — подумала я, пробираясь по земле, мои двойники перемещались вокруг меня, растворяясь и появляясь в разных местах, чтобы еще больше запутать противника относительно моего местоположения.

Моя контратака едва угасла, как я снова перевела орбитальные осколки в защитную конфигурацию. Семь серебряных осколков, кружащихся вокруг меня, соединились, их накопленная мана слилась в барьер. Мгновение спустя очередной луч ударил прямо в мой щит.

Барьер разрушился, и я резко вдохнула, когда мана вытянулась из меня, чтобы восстановить орбитальные осколки. В отчаянии я огляделась в поисках укрытия, зная, что не выдержу еще одного такого удара. Если бы не возросшая сила и мощь, которые я обрела с момента встречи с Греем — или Артуром — я бы уже была мертва.

Поле битвы было в хаосе. Дым и пыль застилали все вокруг, и постоянные вспышки заклинаний только ослепляли меня еще больше. Первоначальная армия лоялистов понесла тяжелые потери в первом столкновении, но я слышала отдаваемые приказы и чувствовала, как их боевые группы реформируются, в то время как наши собственные силы оказались зажаты между ними и зверями, вырывающимися из двух порталов Реликтов.

Появление целой боевой группы Призраков как раз в тот момент, когда Артур исчез в Тэгрин Каэлуме, стало смертельным ударом по нашей способности оставаться организованными.

Прежде чем я смогла найти укрытие, двое лоялистов-Ударников заметили меня сквозь мглу. Я оказалась зажата между ними и Призраком позади, которого я даже не успела толком разглядеть. Еще мгновение, и я почувствовала нарастающую ману позади себя: Призрак готовился к новой атаке.

Яркая желто-оранжевая вспышка осветила мрак, временно ослепив меня. Светлый импульс столкнулся с темной сигнатурой Призрака, и порыв ветра разогнал весь дым и пыль на сотни футов во все стороны. «Чул!»

Двое Ударников сделали полшага вперед, но отпрянули, когда ударная волна прокатилась по всем нам. Я не колебалась, ветер подхватил меня, и я прыгнула вперед, преодолев пятнадцать ярдов одним прыжком и нанеся два быстрых удара клинком. Первый Ударник едва успел поднять покрытую камнем руку для блока, но мой меч скользнул по ней и ударил его в висок. Страх заставил ману второго Ударника пошатнуться, и пламя вокруг его меча угасло в тот момент, когда мой собственный меч столкнулся с ним. Его дешевое лезвие сломалось у рукояти, и красное лезвие моего оружия вонзилось ему в ребра.

Еще до того, как их тела упали на землю, я взобралась на валун, лежащий на месте разрушенной палатки. Оттуда я наконец смогла осмотреть поле битвы.

Чул сражался с тремя Призраками в пятидесяти футах над полем битвы.

Один из них, четырехрогий мужчина с горящими красными глазами, схватил древко оружия Чула одной рукой, а другой пытался вцепиться ему в горло. Черные пламя сталкивались с ярко-оранжевым фениксовым огнем, испуская свистящие вспышки, которые обрушивались на поле битвы ниже. Где бы они ни падали, люди кричали и умирали.

Второй Призрак — женщина, закутанная в тени так плотно, что невозможно было разглядеть её лицо, — выпустила щупальца, которые обвили запястья и лодыжки Чула, не давая ему вырваться из хватки первого.

Огромный мужчина с рогами, спускавшимися вдоль челюсти, стрелял искрящимися пулями, чёрными как алмазы, которые при попадании взрывались кислотой. Каждая пуля точно поражала цель, даже когда другие Призраки сражались с полуфениксом.

На земле войска Вольфрума пытались перегруппироваться. После того как ударный отряд пал, щитоносцы и маги были отброшены к самому барьеру, окружавшему Тэгрин Каэлум. С исчезновением барьера им пришлось отступать, одновременно восстанавливая строй, а тем временем ударники возвращались с перевала. Их численность уже сократилась минимум вдвое.

Нашим воинам тоже пришлось перейти к обороне — они теснились под прикрытием щитов и клубящегося облака пустотной магии, которым управляла Серис, хоть я и не могла её разглядеть сквозь хаос.

На хребтах всё ещё появлялись чудовища из порталов Реликтов. Четыре экзоформы Артура стояли на каждой из вершин, уничтожая тварей по мере их появления. Я была уверена, что один из них был пронзён шипом из кровавого железа, а куда делся последний — оставалось загадкой.

Я окинула поле боя быстрым взглядом, лихорадочно анализируя ситуацию.

Чул — сильнейший боец на поле, именно поэтому они навалились на него всей толпой. Если он падёт, у нас почти не останется шансов. Способность Серис разрывать связь между магом и маной — мощная, но Призраки, когда объединяются, становятся ещё опаснее.

Я почувствовала накопление маны за мгновение до того, как меня ударило заклинание: ледяная пуля разбилась о ману, покрывающую мою кожу, но всё равно сбила меня с выступа, где я сидела. Орбитали мгновенно повернулись туда, откуда пришла атака. Я встретилась взглядом с магом, спрятавшимся за кристаллическим щитом и сопровождаемым двумя ударниками. Щитоносец замыкал строй в двадцати футах позади них.

Стиснув зубы, я вогнала ману в орбитали. Из семи серебряных шипов вырвался поток огня души, щит мага расширился, чтобы прикрыть всю группу. Кристалл лопнул с грохотом, отдавшимся эхом в долине, и огонь души пронзил всех четырёх магов почти одновременно. Щитоносец лишь успела расширить глаза, прежде чем луч прожёг её грудную клетку. Потратить меньше энергии и сжечь их изнутри было бы проще, но такая смерть слишком мучительна.

Раздался взрыв воздуха и огня; в ушах зазвенело, дыхание перехватило от столкновения сигнатур маны.

Я распласталась на земле, когда надо мной пронеслась тень — Призрак с четырьмя рогами пробил несколько палаток и рухнул в землю. Я вскочила и рванула к месту его падения.

Вдалеке одинокая фигура металась по краю алакрийских рядов, осыпая их заклинаниями.

Пытаясь максимально подавить свою сигнатуру в разгар боя, я сосредоточилась на конце борозды, оставленной падением Призрака, выискивая любое движение или вспышку силы. Сигнатура маны говорила, что он жив, но его аура ослабла.

Огонь души охватил красное лезвие моего меча. Я оттянула его для удара и прыгнула на край кратера — и замерла: он был пуст.

Кто-то схватил меня за волосы сзади, и голова резко дёрнулась назад. Единственное, что пришло в голову — изменить угол удара и разрубить мечом собственные волосы. Лезвие скользнуло и чисто отсекло длинные пряди.

Я повалилась вперёд, перекатилась и встала лицом к врагу.

Четырёхрогий Призрак с отвращением рассматривал в руке срезанные синие волосы:

— Варварство какое… — проворчал он и бросил пряди к своим ногам. Затем его взгляд встретился с моим. — Скажи мне, маг: каково твоё родовое имя? За этот акт трусости мне бы хотелось истребить весь твой род до последнего.

Я сглотнула, не в силах отвести взгляд. Орбитали колебались между режимами, мысли путались. В одиночку мне его не победить. Дикатенская регалия была полна маны, но я не активировала её эффект — даже с иллюзиями побег был бы самоубийством.

Призрак фыркнул:

— От страха онемела? Неважно. Ты из Вритр — кто-нибудь узнает твою голову, когда я оторву её от шеи.

Он шагнул вперёд.

Из меня хлынули дым и пламя, скрывая тело и создавая десятки моих копий.

Призрак остановился, взгляд скользнул по иллюзорным фигурам, затем застыл на настоящей мне. Его губы скривила усмешка:

— Жалко. Ты и правда думаешь, что это сработает?





Том 12. Глава 515 – Его покорный слуга. Часть 2




Том 12. Глава 515 – Его покорный слуга. Часть 2

Чул Асклепий

Мой смех раскатывался по заснеженным горам, пока удары врагов обрушивались на меня сверху.

— Вы… как муравьи… перед силой Асклепия! — проревел я, сжав в руке голову Призрака с рогами.

Моя спина была прижата к скале, камень трескался от ярости нашей схватки. Я отбросил в сторону заклинания, развернулся и вбил лицо Призрака в острые скальные выступы. Во мне горело пламя моих предков, и я снова засмеялся, вдавливая его голову всё глубже — грубой силой и фениксовым огнём. Его слабая, злобная тьма цеплялась за мою кожу, когти впивались мне в руку.

Ядовитые пули жалили в спину, а чёрная, скупая тень втиснулась между моей ладонью и рукой Призрака, пытаясь разжать захват.

— Мать! — проревел я, глядя в сторону крепости. Её гробница. — Я несу месть твоим врагам, мать! Я… — в этот момент острая боль пронзила бок: изогнутый клинок пробил мою ману, плоть и внутренности, едва не задев ядро, — …отплачу за твою кровь стократно, — прошипел я, заканчивая фразу.

Ухмыльнувшись, я метнул Солнечного Крушителя в стрелка с ядовитыми пулями, затем обеими руками схватил Призрака за рога. Его рука всё ещё держала меч в моём боку, дёргая его взад-вперёд, разрывая меня изнутри. Но он уже слабел — моё пламя жарило его мозг, но он не сдавался.

До тех пор, пока я не рванул рога всем телом.

Хрустнула кость, плоть разорвалась — и Призрак развалился у меня в руках на две части.

За спиной раздался визг, и чёрная сущность рванулась к моему лицу, глазам, горлу. Я развернулся в воздухе и швырнул одну половину тела в раздражающего выродка Вритру, а взглядом стал искать теневого мага.

Один из горных порталов разрушился обломком Эфеотуса, остановив поток чудовищ. Три металлических экзоформы охраняли оставшийся портал, из которого всё ещё вылезали уродливые существа с оружием вместо рук.

Наша алакрийская армия внизу сражалась вчетвером против каждого врага. Слуга леди Серис стоял спина к спине с коротышкой Копьем, отбиваясь от Призрака. Саму Серис я не видел, но шипованная женщина-Призрак повернулась от разрушенного утёса. Даже на этом расстоянии я чувствовал, как её взгляд пронзает меня, — в её глазах пылала ярость.

Прямо передо мной — громила, тот самый трус, кидающий пули. За ним — фигура, похожая на теневого Призрака, сражающегося внизу.

Я потянулся к мане, связанной с Солнечным Крушителем, и он вернулся в мою руку, как метеор. Я поймал его с грохотом.

— Двое мертвы. Осталось четверо. Кто следующий, жалкие ящерицы?

Я подался вперёд, но тени скользнули за спину, десятки рук обвились вокруг меня, пытаясь прижать к скале. Я взорвался силой и огнём, прорвав их, как мокрые нити.

Громила попытался увернуться, но мой удар был быстрее. Прежде чем Солнечный Крушитель достиг цели, между нами оказалась шипованная Призрак. Она схватила древко оружия обеими руками. Я взревел и ударил её лбом — шлем треснул, но внутри не было тела. Тем не менее, чёрные перчатки всё ещё пытались разодрать моё лицо.

Я вспыхнул белым огнём, расплавив доспех. Повернувшись к стрелку, я сконцентрировал пламя в Крушителе и выпустил его. Тени обвились вокруг врага, и он уклонился.

Боль вспыхнула в груди, и поток огня прервался. Я судорожно схватился за живот — что-то копошилось внутри.

Хоть мне и не хотелось это признавать, страх кольнул сердце. Пули проникли под кожу, разъедая ману и плоть. Теперь они пробирались к ядру, обойдя сопротивление моего тела. Я чувствовал, как они добираются до ядра, нарушая поток маны.

Движение заставило меня собраться. Вокруг появились десятки шипованных доспехов. Тени переплетались между ними, опутывая меня.

Громила завис за границей круга, ухмыляясь:

— Хоть ты и полукровка, я рад убить тебя, феникс. Пусть ты станешь первым из многих.

Внизу наше войско отступало. Серис всё ещё не было видно. Копье и выродок Вритра были поглощены тьмой. Милая Каэра — окружена, одна против пятидесяти.

Но мой брат по мести уже проник в крепость врага. Там он убьёт Агрону. И моя месть будет свершена.

Стиснув зубы от боли, я собрал всю ярость и силу обоих своих народов и издал рёв, похожий на гул кузницы.

Мика Эрсборн

Где бы сейчас ни были Байрон с Варай, надеюсь, их тоже лупят как следует.

Всё было под контролем — пока не появились эти Призраки. Я собиралась проложить путь сквозь крепость плечом к плечу с товарищами, чтобы из первых рядов наблюдать, как Артур лупит Агрону. А в итоге — дерусь с теневой ведьмой, охотницей на богов, защищая алакрийца. Слугу. Бывшего врага.

И, пожалуй, самое раздражающее — если я каким-то чудом выживу и уложу эту тварь, Байрон даже не будет рядом, чтобы я могла ткнуть его носом в свой триумф.

— Чёртовы тени! — рявкнула я, возводя щиты один за другим, пока их тут же не разбивали.

Нас с этим слугой накрыла тьма. Я чувствовала, как он прячется у меня за спиной, но видеть — ничего. Свет Эфеотуса, струящийся с небесной раны, исчез. Исчезли и звуки, и мана. Всё поле боя было приглушено. Где Призрак, где свои — неясно. Я была слепа, отрезана и в бою с тем, кто сильнее.

— Ну и ладно, — пробормотала я, возводя каменную плиту на каждое слово. Она мгновенно крошилась от давления теней.

Не оглядываясь, буркнула:

— Ты там долго валяться будешь? Помощь бы не помешала… — тьма сжалась, давя с такой силой, что у меня подогнулись ноги, — …прямо сейчас.

Из мрака донёсся чужой голос:

— Скажи, дикатенка, знаешь ли ты притчу о пауке и мухе? Извивайся, сколько хочешь — не уйдёшь.

Тени царапали лодыжки. Хриплый смех эхом отозвался в темноте. Я вгрызлась маной в землю и подняла купол из закалённого камня — хотя бы на секунду, чтобы схватить слугу. Через пару секунд купол начал трескаться, ещё через две — рассыпался.

Гравитация усилилась, прогибая подо мной горную тропу. Я оттолкнулась и взлетела, прижав к груди слугу. Тени пытались втянуть обратно, но я прорвалась, как камень сквозь паутину.

Мы вырвались из пузыря тьмы, скрывавшего дно ущелья. Армия лоялистов теснила нас к лавине, перекрывшей путь к отступлению.

Я увернулась, едва не столкнувшись с летящей фигурой в доспехах из мелких шипов. Она развернулась, ударила перчаткой — но клинок слуги отразил удар, как будто сам по себе.

Чул был окружён копиями. Его мана то вспыхивала, то гасла, каждый удар Солнечного Крушителя блокировался теневым щитом.

Слуга отстранился от меня, поддерживая себя в воздухе:

— Благодарю вас, Копье Омврекер, за помощь. Но я в порядке.

Его клинок отразил пулю из сверкающего материала. Та разлетелась, расплескав между нами шипящую зелёную жидкость. Слуга даже не вздрогнул — красные глаза уже искали на поле боя Серис:

— Мне нужно найти Серис.

Мой взгляд был прикован к Призраку, всплывающему из тьмы под нами. Он был точной копией того, кто ставил щиты против Чула. Но прежде чем я успела ответить, слуга сорвался с места.

— Проклятье, — выругалась я. Мы проигрывали — и с треском.

Я хрипло рассмеялась и стерла кровь с губ:

— Скоро увидимся, Айя.

Каэра Денуар

Мои орбитали начали ослабевать под напором заклинаний. Я была окружена, а мои союзники захлебывались под натиском собственных врагов. Вольфрум даже не пытался атаковать меня лично — сначала решил измотать силами десяти боевых отрядов.

Я вливала ману в орбитали, соединяя их в защитную сеть вокруг себя. Поток синего пламени с ревом прошёлся по моим щитам. Лезвия зелёного ветра разрезали пространство, сталкиваясь с пламенем души. Белый камень бил по барьеру вновь и вновь, растворяясь с каждым ударом. Щит сжимался, орбитали теснились, стараясь сберечь остатки энергии.

Потом — пауза. Всего мгновение. Но мне этого хватило.

Я развернулась, выпуская всё пламя души, которое накапливала в клинке. Красно-чёрный свет прочертил дугу, волна пламени обрушилась на щиты. Большинство треснули, и волна пронеслась сквозь Ударников, нерешительных Магов и ошарашенных Щитовиков.

Некоторые погибли сразу, пламя выжгло их жизнь. Остальные корчились в грязи, крича от боли и ужаса.

Двое Ударников вырвались из-за несломленного щита из зелёного пламени. Я отразила выпад глефы, упёрлась ногой в башенный щит и оттолкнулась, перекувырнувшись назад. Воздушная мана задержала меня в воздухе, давая орбитали время перестроиться. Щит прыгнул, прикрывая Ударников, но мои орбитали ударили с разных сторон. Оба пали, рухнув бездыханными.





Глава 516 — На Краю Ничего




От лица Артура Лейвина. Кристаллический занавес прошёл по моей коже, твёрдый и холодный. Разрыв реальности скрутил мои внутренности. Отдалённая боль, словно проекция ощущения, испытанного кем-то другим, заныла глубоко за глазами. Леденящий дискомфорт… больше ничего не было. Я попытался моргнуть, ожидая, что зрение вернётся на место или медленно проявится, как в старом чёрно-белом фильме с Земли.

Моё тело вывалилось из завесы на мягкую почву, и пустота ощущений внезапно сменилась перенасыщенным хаосом света и тьмы, шума и влажности, тёплого воздуха и сильного ветра.

Я подавил тошноту, которая шевельнулась в моём и без того бурлящем желудке, заставляя себя оставаться в настоящем, пока искал Тессию.

Но она уже стояла рядом, спиной ко мне. Я проследил за изящным изгибом её шеи к плечу, вниз по её стройной, подтянутой руке, к её маленькой ладони. Моя собственная рука потянулась, наши пальцы сплелись. Лёгкий толчок удивления прошёл сквозь неё, но затем часть напряжения покинула её тело, и её хватка усилилась, но она не обернулась, чтобы посмотреть.

Дрожащий вздох вырвался из меня, когда мои чувства перестроились в сигналы, которые мой мозг наконец смог обработать.

Вездесущий шум исходил от гладкого океана, который, казалось, простирался перед нами бесконечно. Нас выбросило прямо на берег, мои сапоги утопали в чёрном песке. Было темно, но океан мерцал фиолетовым светом. Над горизонтом раскинулось столь же необъятное чёрно-фиолетовое небо: эфирная пустота.

Реджис поднялся из моей тени, отряхиваясь, как пёс, вошедший с дождя. «Что ж, это что-то новенькое. Где…» — он начал поворачиваться, говоря это, но оборвался с тихим стоном и таким сильным чувством головокружения, что оно пронзило нашу связь.

Я напрягся, сопротивляясь желанию оглянуться назад.

Кристаллический занавес загремел, и рядом со мной приземлилась Варай, её лицо было бледным. Рядом с ней Байрон опустился на одно колено, его рука сжалась в кулак на песке.

Сильви появилась позади меня и Тессии. Её руки скользнули под наши, и она прижалась щекой к плечу Тессии. Через нашу связь я чувствовал её сбивчивые мысли, но не мог слышать их напрямую. Её дыхание было поверхностным, пальцы холодными.

Резкий скрежещущий звук привлёк моё внимание мимо Тессии туда, где похожий на грифона экзоскелет Клэр Блейдхарт лежал на спине, одна нога была вытянута так далеко, что её касалась набегающая волна воды.

Внезапно я двинулся. Всё ещё осторожно избегая прямого взгляда назад, я проскользнул за Тесс и Сильв и оттащил Клэр от воды, не желая, чтобы она её касалась.

«Это Реликтовые Гробницы?» — спросила Варай, её поза была неестественно напряжённой. «Мика пыталась объяснить, но, признаюсь, я не до конца поняла её… восторженное повествование».

«Должно быть, хотя это ощущается иначе», — ответила Сильви, пока я склонился над Клэр.

«Ты в порядке?» — спросил я.

Внутри экзоскелета она кивнула. Её взгляд соскользнул с моего лица, чтобы посмотреть прямо в сторону от берега. Глаза мгновенно закрылись, выражение лица выражало сильный дискомфорт. «Просто немного контузило. Голова кружится. Может, мне стоит выбраться из…»

«Нет», — прервал я, слишком хорошо осознавая то, что таилось у меня за спиной, то, на что никто, казалось, не мог смотреть. «Оставайся в нём». ‘Иначе ты здесь совершенно беззащитна’, — подумал я, хотя и не произнёс эти слова вслух.

«Мана здесь удушающая», — продолжила Варай, делая шаг к воде. Она подняла руку, и ледяные кристаллы образовали в воздухе сложный фрактал. «Здесь действует какое-то мощное заклинание».

Медленно, с видимым усилием, она заставила себя повернуть голову и посмотреть назад, её взгляд проследил за каким-то невидимым движением в воздухе. Её глаза начали закатываться, и Байрон схватил её за локоть, чтобы поддержать. Она ошеломлённо повернулась, моргнула несколько раз, затем, когда она посмотрела на воду, её рот приоткрылся в явном удивлении.

Когда она заговорила, её слова были скованными и пьяными. «Что… только что произошло?»

Реджис начал расхаживать взад-вперёд по берегу, его глаза автоматически опускались при каждом повороте, так что он никогда не смотрел прямо назад. «Есть какое-то тошнотворное чувство неправильности и головокружения, но краем глаза я ничего не вижу. Это как…» — он запнулся, и я почувствовал, как его разум пытается подобрать правильное описание.

«Как будто это место неполное», — сказала Тессия, продолжая мысль Варай. «Или… может быть, как будто эта часть была не нужна, и поэтому туда ничего не поместили».

«Со всем уважением, Леди Эралит», — сказала Клэр, громко маневрируя своим экзоскелетом на ноги, — «но это не имеет никакого смысла. Как физическое место может быть… неполным?»

Сильви шагнула вперёд. Все повернулись к ней, явно ожидая, что она заговорит, но вместо этого она продолжила идти к воде.

«Сильв?» — спросил я, напряжённый из-за странности зоны и нашей ситуации.

Она не ответила, и её нога шлёпнулась в мягко набегающую эфирную воду. Она ахнула, и в одно мгновение я отдёрнул её назад, встав между ней и морем. Мягко встряхнув её, я попытался заставить её встретиться со мной взглядом. Вместо этого моё внимание скользнуло мимо её уха к пространству за ней.

Мой разум мгновенно взбунтовался, отказываясь понимать получаемые сигналы. По чистой интуиции я активировал Королевский Гамбит. Вместо того чтобы позволить мне прояснить то, что я видел, это только усилило пространственную дисфорию¹ в сто раз, и я почувствовал желчь в горле. Мои глаза закатились, и я подумал, что, возможно, упаду.

Затем я снова смотрел на бесконечный океан под эфирной пустотой.

Сильви всё ещё была рядом со мной, но теперь её взгляд прожигал мою голову, выражение её лица было полно напряжённости и отчаяния, уже не тот отсутствующий, потерянный в море взгляд, что был мгновение назад. «Значит, ты видишь место, где реальность настолько раздроблена, что ты даже не можешь на неё смотреть, и твой главный приём — это вглядываться в неё дюжиной нитей активного сознания одновременно?» Хотя её тон был язвительным, её мысли мягко зондировали мои. ‘Ты в порядке? Я уже вижу, что ты ничего не добился’.

«Да… нет». Я покачал головой. «Нам нужно выяснить, что здесь происходит».

«Нужно выяснить?» — спросила Клэр. Оглядывая нашу группу, она старалась не поворачивать голову слишком сильно, никогда не охватывая пространство позади нас больше чем краем глаза. «Разве нам не нужно просто… уйти?»

Я хрустнул шеей и напряг эфир. «Да, но эти зоны — главы, как их называли джинны — почти всегда содержат какую-то головоломку, которую нужно разгадать. Некоторые можно просто пройти с боем, но поскольку мы не видели никаких монстров…»

Движение далеко в эфирном море заставило меня замолчать.

По воде шла рябь — нет, скорее волна, или серия волн. Прилив внезапно достиг наших ног, и вся наша группа как один отступила на несколько шагов.

«Тебе обязательно было это говорить», — простонал Реджис, его шерсть встала дыбом.

«Что-то приближается», — согласилась Сильви, её золотые глаза сузились, сосредоточившись на далёком эпицентре волн.

Байрон взмыл над землёй, молнии затрещали по багровому копью и вверх по его рукам, пока он собирал ману. «Я ничего не чувствую».

Я тоже, но Сильви могла. Не через эфир, а… через саму воду. Я бросил на неё взгляд, который она встретила, ни один из нас не понимал, почему она могла чувствовать воду как дополнительную конечность.

Вода поднялась — или что-то поднялось из воды, трудно было сказать. Гуманоидная по форме, фигура была гладкой и безликой, почти полностью сформированной из эфира, но текучей, словно сделанной из самого эфирного моря. Один глаз открылся в центре её лба, затем второй, а затем ещё несколько. Восемь маленьких, блестящих гранатовых глаз сияли из тёмного лица, каждый, казалось, фокусировался на одном члене нашей группы.

Я изучал черты, пытаясь оценить намерения существа. Мне не терпелось активировать Королевский Гамбит, но делать это, когда я мог случайно подвергнуться воздействию сломанного пространства позади меня, было неприемлемым риском. Тем не менее, встреча с глазами существа вызвала дрожь по спине и подняла волоски на моих руках.

То, что я чувствовал, было…

Гневом.

Прыгнув перед своими спутниками, я сотворил эфирный клинок, призвал свою реликтовую броню и активировал Шаг Бога, готовясь прорезать точки соединения — только фигура внезапно оказалась прямо передо мной.

Я взмахнул, и меч из тёмного эфира сформировался в её руке, парировав мой удар. Я отвёл свой эфир, укоротив клинок так, чтобы он соскользнул с края оружия фигуры, затем нанёс удар в шею. В другой моей руке конденсировался эфир, пока я готовился выпустить взрыв в упор ей в лицо.

Мой укороченный клинок скользнул по затвердевшему эфирному барьеру вокруг физической формы фигуры. Её собственный клинок вонзился мне в бок, другая её рука схватила моё запястье, чтобы помешать мне направить эфирный взрыв, а третья рука — сформировавшаяся без моего ведома — схватила меня за горло.

Существо было невероятно, невозможно сильным. Я долго смотрел во все восемь его глаз, а затем, сбоку, луч яркой синей молнии поглотил фигуру.

Я отпустил клинок в руке и сотворил ещё три, чтобы они парили вокруг меня. Эфир сконденсировался над моими глазами, чтобы защитить их от света, пока я наносил быструю серию рубящих и режущих ударов тремя вращающимися клинками. Фиолетовые искры посыпались из луча молнии, когда мой эфир столкнулся с эфиром нападавшего существа.

Внезапно от него начало исходить удушающее убийственное намерение. Молния погасла, и меня отбросило назад, я проскользил по песку, мои ноги прорыли две глубокие борозды.





Глава 517 — На Краю Ничего II




От лица Сильви Лейвин. Прежде чем сделать шаг, я захлопнула метафорическую дверь между сознанием Артура и моим. Я не могла объяснить притяжение реки и боялась, что оно сделает с ним, если наши мысли останутся переплетены, когда я войду в её потоки. Внезапная атака на него непостижимыми импульсами, пока он отбивался от этого существа, могла стать его погибелью. Подобно тому, как я не могла поддерживать нашу связь, когда он находился под влиянием Королевского Гамбита, я подумала, что притяжение реки повлияет на него таким же образом.

Даже сквозь мои ментальные барьеры я почувствовала, как он вздрогнул, увидев меня, стоящую по колено в стремительном потоке. Моё сознание уже утягивало прочь, в течение. Его не забирали, не вырывали, чтобы превратить во что-то иное, но… расширяли. Я была дитём времени. Мой опыт в этом не был линейным, это понимание было начертано на поверхности моего ядра.

Эфирные воды тянули меня за ноги, ступни скользили по илу, но тело оставалось на месте. Это мой разум блуждал, но не только вниз по реке времени, но и вверх.

Я сопротивлялась желанию последовать за этими течениями, вместо этого черпая из реки так же, как она черпала из меня. Мне нужно было понять её, прежде чем я смогу использовать. Но времени не было!

Я чуть ли не рассмеялась из-за ироничности моей ситуации, как вдруг Артур оказался повален на спину, а его враг дышал ему в лицо резкими словами. «Жизнь. Ненавистная, ужасная жизнь. Должен покончить с тобой. Опустошить… тебя». Две тонкие руки выросли из худого торса, длиннопалые кисти потянулись к горлу Артура.

К чёрту понимание, я вцепилась в воду. Моя сила вырвалась наружу, и время резко остановилось. Но притяжение реки давило на меня, неестественной плотиной преграждая её движение. Артур едва успел увернуться, и тут моя власть над эфиром была вырвана из моих рук.

Я увидела себя, свою жизнь, свои выборы. Рождение и перерождение, победу и поражение, всё время омрачённые призраками моей матери и отца, и моего деда, но в равной мере подкреплённые моей связью — брат и отец, друг и союзник, господин и слуга одновременно. Ощущая, как извилистые корни моего существования распространяются вверх и вниз по реке, я также почувствовала, насколько неразрывно корни Артура связаны с моими собственными. Мы действительно были связаны, даже симбиотически. Никто из нас не существовал без другого, живой парадокс, балансирующий на одной золотой нити.

Мысль о нём была словно якорь, возвращающий в настоящее.

Клэр стояла одна перед эфирным призраком. Артур готовился атаковать. ‘Смотри!’ — подумала я. И затем, внезапно, как удар гильотины, всё закончилось.

Остальные начали говорить, и хотя я присоединялась там, где мои мысли были необходимы, большая часть моего сознания была рассеяна по реке.

Её воды — не вода, на самом деле — окутывали меня по пояс. Несмотря на скорость течения, поверхность была зеркальной, нарушаемая лишь мелкой рябью, вызванной моим телом, мешающим её течению. В этой ряби я увидела метафору моего присутствия, нарушающего реку времени, то, как я протянула руку через неё, прошла над ней и сквозь неё, изменила себя, чтобы стать её частью.

В отражении гладкой воды я увидела себя. Я была глубоко под поверхностью, мои руки барахтались, течение утаскивало меня прочь…

‘Что ты видишь?’ — спросил голос Артура в моём сознании.

‘Как река ощущается для тебя, Артур?’

‘Опасность. Она больше похожа на пустоту, чем сама пустота’.

‘Потому что это время. Оно течёт только в одном направлении. По крайней мере, для большинства. Но для меня…’

‘Артур…’

«Я вижу всё».

Мои слова легли между нами физическим барьером, пока моё ощущение настоящего себя истончалось, а глаза фокусировались на тонущем, барахтающемся отражении передо мной. Если Артур ответил, я не услышала.

Почти непроизвольно я наклонилась, взяла своё отражение за руку и вытащила себя из реки. Это отражение сидело на поверхности воды, кашляя и задыхаясь.

«Дыши. Успокой сердце. Возьми под контроль». Слова вернулись ко мне эхом, как воспоминание, и я произнесла их так же отстранённо, как и потянулась в воду. «Эта сила поглотит тебя целиком, если позволишь. Возьми под контроль».

От лица Тессии Эралит. «Сильв. Сильви!»

Я подняла голову оттуда, где мы с Варай и Реджисом сидели спиной к… пустому, незавершённому пространству, от взгляда на которое у меня кружилась голова.

Артур стоял на берегу, крича Сильви, которая стояла по живот в странной, гладкой реке.

«Не волнуйся, она… в порядке», — сказал Реджис, когда я начала вставать, его слова остановили меня на месте.

Неуверенно я посмотрела на Артура, но он перестал кричать. Казалось, он кивал и сделал шаг назад от берега.

«Она разбирается с чем-то довольно тяжёлым, насколько я могу судить». Мои брови поднялись от слов Реджиса, и он продолжил. «Она в основном блокирует себя от нашей связи, но это немного прерывисто. Сбивает с толку, если честно. Но, похоже, ей не больно и она не в опасности, и она сказала Артуру сосредоточиться, так что…» Его волчьи плечи поднялись и опустились. «В любом случае, лучше сосредоточиться на нашей стороне дела».

«Конечно», — сказала я, снова садясь на чёрный песок и глядя на Варай. Её глаза были закрыты, но метались под веками, её стоические черты застыли в серьёзной гримасе концентрации. «Прости, Варай. Что ты говорила?»

Один тёмный глаз открылся, чтобы взглянуть на меня. «Я спрашивала, можешь ли ты почувствовать, где сталкиваются мана и эфир».

Я прочистила горло и выпрямилась, пытаясь привыкнуть к доспехам, обхватывающим меня, словно чешуйчатый кулак. «Вроде того. Я не могу чувствовать поток так же ясно, как ты, но могу как бы… представить его».

«Объясни», — сказала она, снова закрыв глаза, от неё исходило тяжёлое давление.

Я слегка покачала головой, пытаясь подобрать слова, но, конечно, она не могла меня видеть. «У Сесилии была эта способность… она могла видеть отдельные частицы маны, как атмосферной, так и маны, сформированной в заклинание. Я не могу», — быстро добавила я, не желая вводить её в заблуждение, — «но иногда, когда я закрываю глаза и действительно чувствую ману, я могу как бы… вообразить, что могу».

Между бровями Варай появилась тонкая морщинка, когда они нахмурились. «Как Артур? Интересно. Но это был какой-то аспект её бытия Наследием, а не что-то, что она приобрела через Интеграцию?»

«Верно». Я прикусила губу, размышляя. «Интересно… но ты достаточно чувствительна, чтобы определять стихийный тип небольших скоплений маны, верно? Насколько тонко ты можешь ощущать? Отдельные частицы, может быть?»

Она не ответила сразу. Я почувствовала, как давление, исходящее от неё, усилилось, и поняла, что она, должно быть, протягивает руки, расширяя и фокусируя свои чувства, чтобы ответить на мой вопрос. «Вся мана здесь очищена, удерживается в заклинании. Здесь нет атмосферной, стихийной маны».

Я нахмурилась. Но ведь это не может быть…

Мои собственные чувства обратились к мане. Как маг белого ядра, я была гораздо чувствительнее, чем до моего долгого заточения в собственном теле, но гораздо менее чувствительна, чем была Сесилия. Мана в этом месте была сформирована и двигалась, как будто постоянно активно применялась как направленное заклинание. Однако я никогда не была нигде, где не было бы атмосферной маны, а вся атмосферная мана по своей природе стихийна.

«Как я не заметила этого раньше?» Хотя я говорила вслух, вопрос был в основном к себе. Мой взгляд упал на Реджиса, который сидел рядом с нами, внимательно наблюдая за береговой линией вверх и вниз. «Это нормально для Реликтовых Гробниц — не иметь стихийной маны?»

Его яркие глаза сверкнули весельем. «Здесь нет такого понятия, как «нормально». Если предположить, что «здесь» вообще является Реликтовыми Гробницами. Я не уверен».

«Но если мы не внутри Реликтовых Гробниц, это означает, что это заклинание не является творением древних магов… и всё же это не может быть природным явлением, так как здесь нет атмосферной маны. Тогда кто применяет это заклинание?»

Мой взгляд упал мне на колени, пока я обдумывала вопрос Варай, но ничто из озарений Сесилии или воспоминаний о моём времени с Агроной не помогло на него ответить.

Мгновение спустя движение заставило меня снова поднять взгляд к морю, когда что-то появилось из воды. Оно сформировалось между Сильви и Артуром, который быстро отпрянул назад, когда экзоскелет Клэр метнулся по пляжу, её меч был зажат в двух огромных когтистых руках. Новообразованное существо, очень похожее на первое, уставилось на Сильви на мгновение, прежде чем повернуться к приближающемуся экзоскелету.

Клэр выждала мгновение, чтобы проявление сосредоточилось на ней. Его сила дико колебалась от невообразимо сильной до незаметной в моменты после его появления, пока его внимание полностью не сосредоточилось на Клэр. Оно бросилось на экзоскелет. Огромный клинок был оранжевой полосой в темноте, а затем тварь исчезла, так и не выбравшись из воды.

Клэр и Артур сошлись, чтобы что-то обсудить. Сильви даже не пошевелилась. Я не была уверена, заметила ли она вообще появление существа. Байрон летел обратно вверх по береговой линии к остальным, окутанный громом, который для меня ощущался как физическое проявление разочарования.

Но мимо них всех, прямо на краю неопределимой стены справа от меня, я снова увидела это.

Движущаяся фигура, как тёмный силуэт на безсветном фоне.

Гуманоидная форма. Мне показалось, я видела её раньше, но когда я посмотрела снова, она исчезла, и никто другой её не видел.





Глава 518 — Солдат и Щит




От лица Джи-э. Я отступила, удаляясь от края Реликтовых Гробниц.

Мои системы мерцали светом и энергией, которые формировали и поддерживали эту проекцию моего сознательного разума. Когда-то мысли, воспоминания и личность хранились в мягком сером веществе. Теперь его заменил Кристалл. И зачем? Зачем те из нас, кто решил остаться, сделали это? Все джинны отдали всё, что у них было, для создания Реликтовых Гробниц, но остальные, в том числе и я, буквально отдали всё для поддержания нашего вечного проекта.

Эта мысль не вызвала у меня горечи. Вопрос не был попыткой переосмыслить свои поступки.

Но я ответила себе.

‘Чтобы наши знания выжили. Чтобы защитить их. Чтобы найти тех, кто мог бы владеть ими так, как мы не могли, даже ради собственного спасения’.

Вся причина моего существования заключалась в том, чтобы сумма знаний нашего вида не исчезла вместе с нами. Даже если бы один-единственный сияющий маяк знания и надежды взял информацию, хранящуюся в нашей великой энциклопедии, и покинул этот мир — чтобы поделиться знанием об эфире с существами других миров, других времён — это будет сравнимо с выполнением моей задачи.

‘Сравнимо?’

Я запнулась, ухватившись за слово. Некоторое время я парила на краю небытия, обдумывая слово «сравнимо». Вместо этого, я хотела подумать о слове «являлось». И всё же не подумала. Такая ошибка могла предвещать какой-то сбой в сложных механизмах и магии, поддерживающих мой разум, но, скорее всего, это было свидетельством противоречивых результатов множества одновременных и параллельных мыслительных процессов, происходящих в матрице моего мозга. Я тщательно изучила эти противоречия.

Тем временем Артур Лейвин и его спутники приступили к осуществлению своего плана. Моё восприятие их действий было ограниченным, так как мне требовалось время вдали от настойчивого внимания Тессии Эралит, чтобы прийти к кульминации этих размышлений. Было жутко, как она могла ощущать и соединяться с моим сознанием, когда я полностью проявляла его в пространстве на краю Реликтовых Гробниц, чтобы наблюдать за ними. Но ведь она встретила меня как Наследие и поэтому лучше меня осознавала. Мне следовало этого ожидать.

Их план зависел от способности Варай Ауре прерывать и сдерживать постоянное давление маны, давая Артуру Лейвину необходимое пространство для манёвра, чтобы черпать силу из реки эфира и складывать пространство Реликтовых Гробниц, пробивая дыру обратно в физический мир. Учитывая недавнюю Интеграцию человеческой женщины и силу притяжения реки, которая ограничивала возможности Артура Лейвина, некоторые лёгкие расчёты показывали, что их шансы на успех не превышали тридцати процентов.

Это, конечно, касалось только создания выхода. Способность действительно уйти была совсем другим делом.

Когда я почувствовала себя готовой снова сосредоточиться, моё сознание вернулось в пространство между эфирной рекой, Реликтовыми Гробницами и полным ничто. Я держалась глубоко на мутном краю, где, я знала, они не могли смотреть, чтобы их разум не взбунтовался от увиденного.

Тессия Эралит сидела на корточках рядом с Варай Ауре, погружённая в разговор. Проявленная форма жизни, Реджис, сидел с ними, его уши подёргивались, поворачиваясь на каждый возникающий звук.

«Нет, одно лишь аннулирование, похоже, ничего не даёт», — говорила человеческая женщина. «Это может быть связано с недостатком понимания формирования заклинания или, возможно, с грубой силой намерения, удерживающего ману в её нынешней форме. Вращение маны, как предложил Артур, кажется, помогает мне… соединиться с заклинанием, но это медленный процесс».

Тессия Эралит сжала предплечье другой женщины. «Иногда понимание приходит медленно, иногда — внезапным озарением. Есть успехи с видением частиц?»

«Я мысленно представляю их, пока мои чувства следят за их движением, но я не могу их действительно видеть».

Молодая эльфийка задумчиво нахмурилась и что-то нарисовала пальцами на песке. «Реджис? Могу я тебе кое-что показать?»

Реджис ответил утвердительным, но небрежным пожатием плеч, затем растворился в бесплотности, прежде чем соединить свою физическую форму с её.

«Это то, чего ты хочешь, Джи-э? Конец всей жизни — всей потенциальной жизни — в этом мире?»

Таким был вопрос этой молодой женщины ко мне после видения юного дракона. Мой ответ был простым и очевидным, но я всё ещё пыталась постичь его смысл.

В конце концов, всё свелось к математике. У меня была одна-единственная цель. Статистически, любой выбранный курс действий делал мой успех более или менее вероятным, и одним из главных преимуществ моего нынешнего положения было то, что имплантация в матрицу-носитель делала меня невероятно способной к расчёту вероятностей.

Долгое время работа Агроны в Реликтовых Гробницах, центральный фокус нашей энциклопедии в созданной им культуре, представляла собой лучший — и, как правило, единственный — метод, который мог привести к истинному пониманию и распространению хранящихся у нас знаний. Сильвия Индрат представляла собой потенциальную разветвлённую сеть возможностей, и хотя я не могла предвидеть появление Артура Лейвина, с тех пор я поняла, почему ощутила такой тектонический сдвиг в природе вероятности от Сильвии.

И с тех пор каждое действие Агроны или Артура Лейвина всё больше приводило их к равновесию. Два разных пути к успеху. Пути, которые… напоминали друг друга. И всё же, на самом деле, были совершенно разными. Математика изменилась.

Как только Эфеот будет полностью извлечён из пространственного кармана, в котором он находился, Агрона, вероятно, останется единственным выжившим в этом мире. Не останется цивилизации, чтобы продолжить исследования джиннами эфира. Но моя цель не требовала людей этого мира. Вместе Агрона и я могли бы взять знания джиннов и искать другие народы с другой магией, которые могли бы быть лучше подготовлены к их пониманию. Ибо не было никаких сомнений в том, что когда эфирный карман, сформировавшийся в оболочке этого мира, в конечном итоге прорвётся, эфир найдёт свой путь во все уголки вселенной, дальше, чем могли видеть даже глаза моего народа.

Я не могла адекватно рассчитать какую-либо честную или реалистичную вероятность успеха. Неизвестные были столь же огромны, как пространство между звёздами.

А ещё был Артур Лейвин. Если он добьётся успеха, новые расы этого мира — эльфы, дварфы и люди — выживут вместе с асурами. Эфирное царство будет высвобождено в гармонии с потребностями этих народов, а не враждебно по отношению к самой их жизни. Неизвестных в этом сценарии было меньше, но вероятность успеха была столь же трудна для расчёта — или, вернее, она была настолько низка, что я сомневалась.

‘Почему я веду себя так… по-человечески?’ — спросила я себя, ненадолго отвернувшись, чтобы проверить внутреннюю стабильность своего носителя.

Физически и структурно, конечно, я была в порядке. Но эмоционально я оказалась потрясена. Расчёт вероятности сильно отличался от видения безжизненного мира в огне. Этого я не помнила с тех пор…

Образ вспыхнул в моих мыслях внезапно: мир в огне, но не будущее. Прошлое.

Я начала диссоциировать, отключая все мысли и действуя исключительно как пассивный наблюдатель происходящего.

Артур Лейвин подошёл к двум женщинам. Их разговор прервался, когда они нервно наблюдали, как Клэр Блейдхарт, пилот машины, которую они называли экзоскелетом, сражается с эфирным призраком. Она быстро его сразила, и их внимание вернулось к разговору.

Мягкое свечение исходило от поясницы Артура Лейвина, пробиваясь сквозь рубашку. Судя по едва заметному изменению направления его взгляда, он смотрел на постоянно текущее давление маны, давящее на эфирную реку. Реджис перешёл от Тессии Эралит к Варай Ауре, чьи глаза следили за тем же путём, что и у Артура Лейвина. Её выражение лица сначала было неуверенным, затем её глаза расширились от удивления и волнения.

Байрон Уайкс вернулся со своего поста. Его челюсть была сжата, глаза нервно перебегали с Варай Ауре на Артура Лейвина. Их разговор накалился, и их прогресс набирал обороты. Словно камень, катящийся с холма.

Вероятность их успеха возросла. Они были на правильном пути и достигли бы необходимого результата даже без моей помощи. Осознав это, я вернулась к себе. Если бы у меня было физическое тело, по спине пробежала бы дрожь, а кожа покрылась бы мурашками.

Когда Варай начала пропускать ману через себя, одновременно поглощая и изгоняя её в постоянном вращении, остальные отступили, разговор утих. Я воспользовалась этим моментом, чтобы выскользнуть из пространства, вернув свои чувства обратно в Тэгрин Келум.

Агрона ждал меня.

Реликварий был перемещён. Узкие коридоры и десятки, сотни маленьких запертых комнат теперь были широко открыты, представляя собой огромное, плоское, пустое пространство вокруг моего кристаллического носителя. Оно казалось пустым, даже одиноким, без всех этих маленьких, но постоянных всплесков магии от близлежащих артефактов и реликвий.

Агрона смотрел на меня, очевидно, почувствовав моё внимание. Его черты были острыми, идентичными тому телесному голему, которого он вырезал из тела Хаэрноса Вритры и в котором так долго обитал его разум. Его рот в данный момент был изогнут в вопросительном недоумении. Его глаза были ярко-красными, с кровавым оттенком, который выходил за пределы зрачков. Он слишком сильно себя нагружал, расходуя и поглощая ману в количествах, с которыми даже ему было трудно справляться. По крайней мере, он надел свою броню: полный доспех из белых драконьих чешуек, края которых были окрашены в красный цвет.

«Тебе нужно собраться», — сказала я, зная, что лучше не потакать ему. Мой голос был пустым и гулким в этом огромном открытом пространстве. «Они обошли первое препятствие. Те, кого затянуло в портал вместе с Артуром Лейвином, обладают взаимодополняющими способностями, превосходящими то, чего он мог бы достичь в одиночку. Нет сомнений, что он сам окажется способен на то, что ждёт впереди. Они ещё не в курсе последнего препятствия, но мои расчёты дают 95% вероятности, что они освободятся до полного выхода Эфеота через разрыв».

Он театрально вздохнул, и одна рука потянулась к рогу, но он не потрудился заменить украшения, которые обычно свисали с них. Рука опустилась к его лицу, и пальцы забарабанили по краю челюсти. «Ну, неважно. Полагаю, исчезновение его в неизбежной пустоте не стало бы тем захватывающим финалом, которого заслуживает наша сага, не так ли?» Он усмехнулся, затем отвернулся, казалось, глядя в пустоту. «Здесь всё готово. Я как раз собирался вознаградить Серис за победу, обрушив гору на неё и всех её предателей крови, но, полагаю, она может подождать ещё немного».

Мне хотелось спросить его, уверен ли он в своём курсе, но я знала, что это лишь раскроет мою собственную неуверенность. Агрона никогда не сомневался в себе и не пересматривал своих решений. Это была одна из его величайших сильных сторон. Его курс изменить было бы невозможно. Но я и не хотела, на самом деле. Эта чистота видения и делала его столь вероятным победителем.

Я пропустила импульс света через кристаллический носитель и снова погрузилась в свою связь с Реликтовыми Гробницами, быстро перемещаясь через несколько десятков глав, прежде чем достичь самого края Реликтовых Гробниц, пространства, которое сформировалось, но не было построено.

Время для Артура Лейвина и его спутников шло быстро.

Я сразу заметила изменение в потоке маны. Варай Ауре парила в шести метрах над землёй, прямо над тем местом, где река встречалась с чёрным песком. Её руки двигались перед ней в постоянном, плетущемся ритме, и она бормотала повторяющуюся последовательность фокусирующих заклинаний. Мана вливалась в неё и выталкивалась из неё в равной мере, пока сила её воли давила на давление маны, сжимающей реку.

Артур стоял под ней, спиной к реке. Каждый раз, когда она омывала берег, эфирные воды ласкали его босые ноги, едва касаясь его. С каждым прикосновением фиолетовые искры мерцали на его коже, словно звёзды, отражающиеся в воде.

Он поглощал эфир, понемногу за раз, отбирая лишь капли при каждом контакте.

Тессия, Байрон и Сильви стояли в стороне, обмениваясь нервными взглядами, их внимание переключалось между ними двумя и их защитницей, которая сражалась с тремя призраками реки. Реджис, казалось, снова слился со своим хозяином.

Эфир становился всё более возбуждённым, двигаясь, чтобы защитить себя. Не просто ненавидя их присутствие, но становясь всё более отчаянным в своей попытке уничтожить их. Они, вероятно, уже были бы мертвы, если бы правила Реликтовых Гробниц не просачивались в это пространство и не подавляли эфир, побуждая его встречать силу силой.

‘Гнев, но не высвобожденный’, — размышляла я. ‘Если дать достаточно времени, эфир, формирующий этих призраков, вероятно, осознает, что ему не нужно следовать правилам, написанным для остальных существ Реликтовых Гробниц’.

Пространство начало складываться внутри беспространственной, бессмысленной стены, когда Артур поглощал эфир небольшими порциями из реки и использовал его для манипулирования этим пространством. Его светлые волосы поднялись дыбом, а руны джиннов засветились из-под глаз.

Я обошла вокруг, чтобы лучше рассмотреть, что он делает. Тессия сразу меня заметила.

‘Ты вернулась’, — подумала она, её мысленный голос был мягким. ‘Я уж было подумала, ты решила оставить нас здесь’.





Глава 519 — Игры




От лица Артура Лейвина. Портал не перёнес нас мгновенно и плавно. Однако, он не был таким резким и болезненным, как тот, что поймал нас в ловушку. Вместо этого меня растянуло на немыслимое расстояние: одна нога — в эфирном плане, другая — тянулась к физическому миру.

Мои глаза выпучились. Сердце бешено колотилось. Кровь прилила к вискам, угрожая разорвать череп.

‘Меня… сейчас… превратит… в спагетти…’

Рядом со мной Реджис представлял собой длинное, тонкое волокно тёмной энергии, наполовину бесплотное. Его голос в моей голове был слабым и отдавался эхом.

Внезапно меня резко дёрнуло вперёд, и я неуклюже приземлился на твёрдую землю. Экзистенциальный дискомфорт от портала мгновенно сменился глубокой, резонирующей болью внутри моего ядра. Но прежде чем я успел заглянуть внутрь себя, мой взгляд упал на землю у моих ног.

Варай опустилась на колени рядом с телом Байрона, положив его голову и плечи себе на колени. Тессия присела рядом с ними, прижав пальцы к груди Байрона, в поисках сердцебиения.

Клэр стояла в стороне, грифоноподобная голова её экзоскелета царапала потолок. Сильви подошла к балкону и смотрела на горы вдалеке, где мы сражались с силами Агроны.

Тесс посмотрела на Варай и покачала головой. Варай кивнула в ответ.

Эта ловушка была расставлена для меня. Без жертвы Байрона — без талантов всех остальных — я бы застрял там, возможно, навсегда.

‘Можно ли было избежать смерти Байрона, если бы я был осторожнее, принял более серьёзные меры предосторожности?’ — спросил я себя, чувствуя, как давление в ядре вызывает нарастающую тошноту. Но я почти сразу же оборвал эту мысль. Я не мог поддаваться сомнениям и сожалениям, не сейчас. Слишком многое было на кону.

‘Битва там окончена’, — передала Сильви, — ‘но не похоже, что мы долго отсутствовали’.

Мои пальцы впились в грудину, пока я обдумывал наш следующий шаг. Ядро болело от давления. Формирование этого четвёртого слоя не походило на второй или третий. Не было внезапного притока и перераспределения эфира, и это не было долгим, медленным, целенаправленным поглощением. Когда я направлял реку, чтобы манипулировать пространством между мирами с помощью моей божественной руны спатиума, пытаясь воссоздать и обратить вспять портальную ловушку, полагаясь лишь на ощущения, я открыл своё ядро лишь для малой части потока реки. Этого всё равно оказалось слишком много для моего трёхслойного ядра.

Инстинктивно я направил эфир в Королевский Гамбит, заставив свои мысли разорваться на десятки отдельных потоков, чтобы лучше оценить ситуацию.

Насколько я знал, я был уникален. Даже среди драконов и джиннов никто никогда не формировал эфирное ядро. Несмотря на мою силу, я всё ещё так многого не знал, и спросить было не у кого. Я рос в силе, обретая новые знания и укрепляя своё ядро новыми слоями, что позволяло мне хранить в нём на порядки больше эфира. Но был ли это единственный способ для эфирного мага стать сильнее? Или будущие поколения смогут повторить то, что сделал я, открывая более эффективные способы усиления, как это веками делали люди с маной?

На мгновение я представил себе молодого мага, лежащего на полу маленькой библиотеки и читающего о применении эфира для формирования новых слоёв, обо всех преимуществах и опасностях этого процесса. Что было бы написано в этой книге? Кто бы её написал?

Пока одна ветвь моей сознательной мысли исследовала эту тему, другая была сосредоточена на Байроне, Варай и Клэр. Я никогда не собирался заводить мисс Блейдхарт так глубоко в пасть василиска. Она сыграла важную роль в нашем побеге из Реликтовых Гробниц, но какими бы впечатляющими ни были экзоскелеты, это не спасёт её в битве против Агроны.

Варай, Байрон и Мика горели желанием, даже настаивали на том, чтобы присоединиться ко мне в битве против самого Агроны. На том совещании это была простая математика: они повышали мои шансы на успех. Но сейчас — мой взгляд метнулся к распростёртому телу Байрона — тратить жизнь Варай в предстоящей битве казалось расточительством.

«Варай, Клэр. Заберите тело Байрона и возвращайтесь к Серис. Держите всех подальше от крепости. Мы не знаем, какие ещё ловушки расставил Агрона».

Королевский Гамбит был буфером между мной и гневом или разочарованием, которые я испытывал, удерживая Тессию при себе. Здесь ей грозила ужасная опасность, но я ничего не знал о планировке Тэгрин Келума и не мог почувствовать Агрону, чтобы выследить его напрямую. Тессия жила здесь, исследовала даже его личное святилище. Она была мне нужна.

Варай легко подняла безвольное тело Байрона, затем взмыла на полметра над полом. Она сурово посмотрела на меня, её глаза горели, отражая свет моей яркой короны. «Я бы всё равно сражалась с Агроной на твоей стороне, Артур, даже сейчас. Но я уже знаю твой ответ. Поэтому вместо этого я скажу лишь… закончи это. Ради Байрона. Ради Айи. Ради Ольфреда и Алеи».

Она не стала дожидаться моего ответа, вылетела в окно и перемахнула через перила балкона, где задержалась ровно настолько, чтобы к ней присоединилась Клэр. Крылья экзоскелета Клэр расправились, и она, оглянувшись через плечо, помахала одной огромной механической рукой, прежде чем последовать за Варай.

Внезапно рука Тессии оказалась в моей, и её голова прижалась к моей груди. Реликтовая броня перетекла с неё, окутывая меня. Она посмотрела на меня сверху вниз, её рука теперь была отделена от моей тонкими чешуйками между нами. «Думаю, она считает, что тебе она нужнее, чем мне», — сказала она, пытаясь, но не совсем успешно, звучать уверенно.

Я знал, что броня отреагировала на мою исключительную сосредоточенность на Агроне. Одна далёкая частичка моего сознания признала присущий этому моменту эгоизм. Моим инстинктом было не защищать Тессию любой ценой, а искать любое преимущество для себя в предстоящей битве. Отдельный поток мыслей отвечал, что победа над Агроной и предотвращение падения Эфеота с небес и были тем, как я защищал Тессию. Её и всех остальных.

Я крепче сжал её руку, затем отпустил и вопросительно указал на дверь. «Куда нам смотреть в первую очередь?»

«Джи-э», — только и сказала она, и мы вместе вышли из кабинета в широкий, сводчатый коридор, уставленный чучелами мана-зверей.

Я шёл на несколько шагов впереди, пока Тессия вела нас через густой лабиринт залов и комнат. Сильви и Реджис замыкали шествие. Хотя мы готовились к нападению на каждом шагу, в крепости не было никаких признаков другой жизни. Даже сосредоточив Королевский Гамбит в Сердце Мира, я не мог уловить никаких других сигнатур маны, кроме наших собственных.

Дважды мы доходили до дверей лестничных клеток, которые открывались в сплошные стены, на одной из которых было высечено в камне, преграждавшем нам путь: «Не работает». Целый этаж был превращён в лабиринт, коридоры и комнаты были перемещены, чтобы создать пути, очевидно, наспех.

«Он играет с нами», — сказал я, когда мы вышли на тропу, которая упиралась в окно, над которым висела табличка: «Аварийный выход».

Сильви согласно хмыкнула. «Инфантильные отвлекающие манёвры, чтобы сбить нас с толку и разозлить.

Тессия сделала долгий, успокаивающий вдох. «Это не похоже на действия загнанного в угол божества».

«Лично я предпочёл бы, чтобы он отчаянно пытался нас удержать», — проворчал Реджис. «Поле смерти и портал в Реликтовые Гробницы имели соответствующую атмосферу серьёзности, понимаете, о чём я? Это просто оскорбительно».

Наконец, когда мы прибыли в комнату, ведущую в то, что Тессия описала как личное крыло Агроны в крепости, нас снова застало врасплох неожиданное зрелище.

Череп дракона был втиснут в дверной проём, удерживая открытыми две огромные, опалённые огнём двери. Пасть зияла широко, заставляя нас пройти сквозь неё, чтобы двигаться дальше.

«Это… это моя мать?» — спросила Сильви, побледнев. Болезненный жар подступил к моей шее, когда её эмоции просочились в меня.

Поскольку Королевский Гамбит активно защищал меня от моего собственного эмоционального смятения при этой тревожной мысли, я наложил свои воспоминания о чертах Сильвии на этот череп, сравнивая размер и форму.

Я не ответил на вопрос Сильви. В этом не было нужды.

Один за другим мы прошли сквозь челюсти и вышли из задней части черепа в комнату за ним. Широкий красный ковёр был расстелен, простираясь за пределы комнаты и в следующую.





Глава 520 — Непоколебимый




От лица Артура Лейвина. Все краски покинули карманное измерение. Бледный свет окутал Кэзесса в форме дракона, в то время как тёмное пламя сгущало тени вокруг Агроны. Сам Кэзесс не двигался, но пасть дракона широко раскрылась. Агрона, объятый пламенем, раздвоился. Его повторяющиеся образы быстро возникали слева и справа, словно намереваясь нас окружить. Белый огонь вспыхнул, на мгновение ослепив меня. Он поглотил пространство, где только что стоял Агрона.

Не отводя взгляда, я влил эфир в Королевский Гамбит, доводя возможности божественной руны до пределов, которых я никогда не достигал. Моё восприятие ускорилось, замедляя время и движения двух королей-богов асур, но я едва мог уследить за ними.

Голова дракона повернулась в одну сторону, следуя за растущим окружением теневого, мерцающего Агроны. Чистая мана выжигала воздух, камень и тени одновременно. Глаза Кэзесса следили за окружением, и каждый образ сгорал в эфирном пламени, как только его взгляд касался их.

Мои усиленные Сердцем Мира чувства утонули в потоке маны. Агрона и Кэзесс, казалось, были везде и повсюду одновременно. Безудержное столкновение их сил душило.

Камень под моими ногами сдвинулся, когда дыхание дракона поглотило пол. Я оттолкнулся от небольшого количества атмосферного эфира, содержащегося в карманном измерении, зависнув как раз в тот момент, когда пол поддался, обрушившись в нижнюю часть замка.

Эфир хлынул из меня, застывая в небольшую вертикальную платформу у моих ног. Едва я коснулся её подошвами, как эфир также начал накапливаться по всему моему телу, сгущаясь до тех пор, пока в мышцах не произошёл внезапный взрыв. Я отлетел назад, оставив за собой ударную волну в мане и эфире, короткий клинок одновременно сформировался в моей руке. Вторая серия взрывов прошла через мою руку и плечо, метнув клинок назад с такой силой, что я почувствовал, как мои кости покрылись паутиной трещин.

Мой удар столкнулся с несокрушимой противодействующей силой, и его импульс развеялся, сотрясая меня и вызывая боль до мозга костей во всём теле. Я посмотрел вниз на руку в белой перчатке, сжимавшую моё запястье. Мои глаза метнулись вверх, встретившись с глазами Агроны, и он слегка приподнял бровь. Внезапно раздался громоподобный раскат, когда воздух схлопнулся позади меня после сверхзвукового удара.

Затем атака Кэзесса поглотила нас.

Мы исчезли в белом огне чистой маны.

Чёрная тень прорвалась сквозь белое, и я поднял руки, чтобы защититься. Удар отбросил меня назад из пламени. К тому времени, как я пришёл в себя, эфир собрался вдоль моих ран, сращивая треснувшие кости и разорванную плоть.

Пламя утихло, и на мгновение я увидел выжженный Тэгрин Келум. Пол, и несколько этажей под ним, обрушились в груду дымящихся обломков. Потолок рушился, а залы над нами искажались по краям, словно они не были материальными в этом внепространственном измерении.

Кэзесс всё ещё не двигался, если не считать того, что он поднялся на несколько метров в воздух. Его изысканная одежда оставалась нетронутой, ни один волосок не выбился из причёски. Его глаза, словно две яркие вспышки фиолетовой молнии, пронеслись по обломкам, но Агроны нигде не было видно.

Его раскалённый добела взгляд остановился на мне, и лёгкая морщинка пролегла между его губами.

Мгновение спустя я почувствовал ментальное вторжение.

‘Ах!’ — удивлённо воскликнул Реджис. ‘Дерьмо!’

Затем моего спутника силой выбросило из моего тела, сначала он растекся лужей по разбитой каменной кладке, а затем принял свою физическую форму, шерсть встала дыбом, и он угрожающе зарычал, глядя на меня.

У меня перехватило горло, и я внезапно не смог сглотнуть. «Независимо от твоего желания помочь мне, ты это сделаешь». Слова исходили от меня, но голос не был моим, или, по крайней мере, не только моим. Два насыщенных баритона эхом перекликались друг с другом, один мой, другой — Агроны.

Мои руки сжались в кулаки, дрожа. Шея неудобно вытянулась, и я уставился на Кэзесса, чьё выражение лица стало совершенно лишённым эмоций. «Давай, Кэзесс. Он запер нас обоих здесь. Вырви его внутренности, расплавь плоть с его слабых костей. Не стесняйся».

Кэзесс молчал. Его глаза впились в мои, словно он мог видеть насквозь борьбу между моим контролем и контролем Агроны.

Меч из эфира сгустился в моём кулаке. Меч был зазубренным и тёмным, с него капала порча, словно капли чёрной крови.

Реджис рванулся вперёд, и я развернулся, метнув клинок ему в горло. Он стал тенью и эфиром, затем пламенем, и фиолетовое пламя пробежало по всей длине меча. Вся моя усиленная Королевским Гамбитом концентрация разом обрушилась внутрь, вычищая мою физическую форму от каждой крупицы сущности, которая не была мной, и, словно поток через канал, я протолкнул эту сущность дальше, заставив её собраться в одном месте.

Клинок Разрушения вонзилось в сустав моего левого плеча, когда эфирная броня скрылась, обнажая мою кожу. Клинок прошёл сквозь кожу, мышцы и кости без усилий, почти безболезненно. Испорченная плоть рухнула на землю, горя Разрушением, и сопротивление, та карающая сила изнутри — Агрона, борющийся за контроль над моим телом — исчезло.

Моя броня наросла над дырой в левом боку. Тёмный дым и огонь поднимались от руки, которая ещё секунду назад была там прикреплена. Я отдернул клинок, который выпрямился и посветлел, когда я восстановил контроль над собой, затем метнул его к месту, где восстанавливался Агрона.

Разрушение плясало в сердце облака, ища что-нибудь для поглощения. Дым и огонь отступили, разделившись на два отдельных облака, затем снова на четыре, потом на восемь. Каждое облако несло в себе крошечную искру Разрушения, но этого было достаточно, чтобы начать поглощать их изнутри. Облака разделялись снова и снова, словно ураганный ветер уносил их прочь, пока искра Разрушения, которую они несли, не рассеялась до полного исчезновения.

Я взмахнул клинком в сторону, Шаг Бога показал мне дюжину сопряжения, каждая из которых позволяла небольшой части клинка Разрушения пройти сквозь неё, каждая из которых поражала одно из проявлений Агроны. В одно мгновение дюжина его призрачных форм вспыхнула аметистовым пламенем Разрушения, сгорая дотла, но все остальные снова слились воедино, образовав невредимого Агрону.

В то же время бесплотный серебристо-белый дракон вокруг Кэзесса ударил одной лапой по земле, сотрясая это потустороннее эхо Тэгрин Келума.

Я почувствовал, как время вокруг меня затвердевает, словно драконья лапа пригвоздила меня к земле. На мгновение я заколебался. Я не хотел попасть в ловушку силы Кэзесса, но и не хотел разрушать заклинание и давать Агроне возможность сбежать. Сквозь переплетённые ветви моих широко раскинувшихся мыслей, удерживаемых в матрице, образованной Королевским Гамбитом, я слегка коснулся истины этого конфликта. Инстинкт самосохранения победил.

Отталкиваясь от эфирного искусства Кэзесса, как я делал раньше, я сбросил его эфирную остановку времени.

Агрона дёрнулся, внезапно застыв. В ткани времени произошёл разрыв, затем он двигался — двинулся — а затем снова застыл. Агрона тоже сопротивлялся заклинанию. Но затвердевало не только время, воздух и пространство сгущались во что-то тяжёлое и осязаемое. Атмосфера кристаллизовалась вокруг него, слегка перламутровая оболочка из чистого алмаза заключала его дёргающуюся форму, словно саркофаг. Его глаза вернулись к нормальному движению как раз в тот момент, когда саркофаг полностью окружил его.

Увидев его в ловушке, я опустился на одно колено. Моя правая рука прижалась к чистому срезу, где я отсёк левую руку. Она отрастёт, но на это потребуется время.

Пока Кэзесс наконец соизволил двинуться к пойманному Агроне, легко ступая по земле, которая восстанавливалась под его ногами, я направлял и формировал эфир из своего ядра. Запечатанная броня на моём левом плече снова открылась, и эфир хлынул из неё, не формируя свежую плоть, а вытягиваясь наружу в фиолетовое, слегка светящееся подобие руки. Я встал и согнул конечность, работая пальцами и вращая суставами. В голове я чувствовал её, словно она была моей собственной.

Этого хватит, пока не отрастёт настоящая.

Я стоял, внимательно наблюдая за Агроной и Кэзессом. Василиск смотрел на дракона из кристаллической тюрьмы. Дракон свирепо смотрел в ответ.

«За мою дочь», — сказал Кэзесс, его голос был тихим, но твёрдым как сталь. Он поднял руку и сжал её в кулак.

Кристаллический саркофаг смялся внутрь, как консервная банка. Прозрачный, перламутровый камень мгновенно стал багровым, тело Агроны было уничтожено, его кровь и внутренности оказались заперты внутри.

В то же время Кэзесс застонал от боли, когда чёрный шип вонзился ему в рёбра, пробив его ману и эфир.

Он развернулся, его свирепый взгляд остановился на единственном, что он мог видеть: на мне. Я видел расчёт, мелькавший за его глазами, когда он определял, я ли напал на него.

Сжав кулак на рукояти клинка Разрушения, я покачал головой и открыл рот, чтобы ответить на его невысказанный вопрос.

За его спиной кристалл разлетелся вдребезги, растаяв, как лёд. Кровь и внутренности исчезли, словно их никогда и не было, и тёмный, насмешливый смех разнёсся по всему карманному измерению.

Я внезапно узнал исследующие щупальца пустотного ветра и звуковой маны в своей голове и понял, что это иллюзия. Я обрубил нити со своего разума, затем проследил их длину до источника. Используя принципы аннулирования маны, я возбудил ману своим эфиром, разрушая заклинание.

Фиолетовый импульс прошёл рябью по пространству, разрушая иллюзию, но времени увидеть результат не было. Импульс моего вмешательства взорвался вихрем чёрных шипов длиной с мою ладонь, заполнив карманное измерение. Я спрятал лицо за сгибом своей эфирной руки, которая расширилась, как щит вокруг меня, трескаясь и восстанавливаясь сто раз в секунду, пока меня атаковали со всех сторон.

Мана-сигнатура Кэзесса вспыхнула, и белый свет распространился по карманному измерению, как краска из кисти. Воздух застыл. Когда свет потускнел, крепость казалась невредимой, все повреждения от нашей битвы внезапно исчезли. Запах свежего дождя и плодородной почвы остался, каким-то образом успокаивая. Вращающиеся шипы исчезли, и Агрона стоял там, где был до начала боя.

Я сосредоточил все свои чувства — Королевский Гамбит и Сердце Мира, чувство эфира моего ядра, и мои собственные глаза, уши и интуицию — на Агроне. Это был он, его иллюзия была разрушена.

Агрона был слегка бледен и вспотел. Напротив него Кэзесс истекал кровью из раны в боку. Слабое эфирное заклинание цеплялось за него, подавляя действие какой-то ослабляющей порчи, просачивающейся сквозь его вены.

Наступило затишье. Агрона, вечно неспособный удержаться от разговоров, заговорил в тишине. «Кэзесс. Кэззи. Я потратил столетия, готовясь к этому моменту. Ты же не думаешь, что я планировал уничтожить всю расу драконов, не научившись защищаться от твоего величайшего оружия, не так ли? Особенно после откровения о способностях Артура…» Его спокойное выражение лица потемнело, и его внимание переключилось на меня. «Что до тебя, Артур. Ты сдерживаешься. Сохраняешь свою силу. Как долго, по-твоему, ты сможешь это выдерживать? Было неразумно с твоей стороны войти с нами. Умнее было бы отправить меня внутрь и закрыть за мной дверь, оставив нас обоих разбираться».





Глава 521 — Обретённый Покой




От лица Артура Лейвина. Серый свет карманного измерения поглотила тьма.

Мана сочилась сквозь мрак, затуманивая чувства Сердца Мира, словно туман, и все признаки Кэзесса или Агроны исчезли.

Ветер завывал в ушах. Эфир — не мой собственный — тяжело опустился на мои конечности, притупляя все физические ощущения. На мгновение я словно вновь оказался в пустой, бесформенной пустоши из моего первого нисхождения в Реликтовые Гробницы, почти как будто у меня вообще не было тела. Только горький, едкий запах и вкус разложения остались среди всех моих чувств.

Что-то ударило меня в грудь, и я отлетел назад. Это произошло так сильно и так быстро, что я уже проламывал далёкие стены, прежде чем ощущение боли дошло от моего тела к мозгу. Звёзды взорвались у меня перед глазами поверх тьмы.

Я вяло активировал Шаг Бога. Сеть взаимосвязанных линий осветилась в моём видении, и я повалился назад через одну из них, вылетев из другой, кувыркаясь. Эфирные мечи сконденсировались вокруг меня в круг, размахивая во всех направлениях. Словно антенны, клинки расширили моё сознание ещё немного дальше, и я почувствовал, как они достигли цели. Железный запах крови окутал воздух.

Всё ещё оглушающий меня порывистый ветер усилился, и я опустился на одно колено. Даже с онемевшей от давящего эфира плотью я почувствовал, как смертельно опасный порыв прошёл прямо над моей головой, почувствовал лёгкое подёргивание волос, когда несколько прядей были срезаны с моего скальпа. Мои собственные клинки закружились вокруг меня, как циклон. Через ладони и подошвы ног, прижатые к полу, я почувствовал дрожь приближающегося огромного веса. Я наклонился вперёд, снова переходя в эфирные пути.

Взаимосвязанные точки, открытые Шагом Бога, было легко увидеть и проследить, но их отношение к физическому пространству внутри карманного измерения было почти бессмысленным. Тем не менее, я мог разглядеть далёкие края большого пузыря, содержащего нас, и хотя относительность пространства в традиционном смысле почти отсутствовала внутри карманного измерения, это давало мне некоторое небольшое представление о том, где мы находились.

Я снова мелькнул через Шаг Бога, затем ещё раз, каждый раз в определённое место внутри карманного измерения, выигрывая себе мгновение на размышления.

Агрона и Кэзесс оба просчитали этот бой, просто им потребовалось больше времени, чтобы прийти к тому же ответу, который я знал уже несколько недель. Теперь я был слишком опасен для них обоих. Как давно планировала Серис, два бога-короля увидели друг в друге бо́льшую угрозу и довели себя до предела, чтобы быстро закончить этот бой.

Но расчёты изменились. И Кэзесс, и Агрона знали, что если они продолжат сражаться друг с другом, в конце концов я убью победителя. Я должен был. Выбора не было. Я не мог спасти народы Дикатена, Алакрии и Эфеота одновременно, если выживет один из них. И поэтому они сначала уничтожат меня. Каждый из них думал, что сможет победить другого, когда я буду мёртв.

Очевидно, только один из нас троих мог быть прав.

Шаг Бога перенёс меня в самый центр сферы карманного измерения. Внутри препятствующей магии, как тьмы, так и удушающей маны и эфира, было сплетение магии. Пока я мелькал по камере, я также нащупывал ориентацию заклинаний, ища их точку происхождения. Кэзесс, в частности, не был идеально искусен в том, чтобы сделать себя невидимым, и его манипуляции с эфиром оставляли явные следы в затуманенной атмосфере.

Владея эфиром, как скальпелем, я попытался хирургически перерезать нити заклинаний, отменяя их. Ответ Агроны был немедленным и столь же тонким, он противодействовал, перераспределяя удушающую ману, заклинание скользило мимо моих усилий, как набегающая волна по камням. Я снова сместился, и его заклинание изменилось в ответ, но тьма заметно сгустилась от усилия, и на мгновение я увидел несущегося бело-серебряного дракона и почувствовал, как ветер вокруг меня обрёл режущие грани.

Я ушёл Шагом Бога, но Реджис остался позади. Через нашу связь я почувствовал, как он воспламенился Разрушением. Он увернулся от когтей дракона, не пытаясь нанести ответный удар. Вместо этого он разлил Разрушение по полу и в воздух, разжигая пламя прямо в сердце заклинания.

Следуя за переплетением магии по эфирным путям, я рубил нити силы Агроны, уворачивался от расцветающих шипов кровавого железа, потоков чистой маны и кос пустотного ветра, которые преследовали меня, а затем снова исчезал. С каждым ударом Агрона приспосабливался, но его контроль над скрывающей тьмой ослабевал. Рёв урагана становился тише с каждым Шагом Бога, а чернота превращалась скорее в серое облако.

«Довольно этой тьмы!» — взревел Кэзесс, и раздался ужасный рвущийся звук. Угасающая серость разорвалась, как занавес, и запорхала на землю, где утонула между камнями, как маслянистый дым.

Разрушение вздымалось из центра нашего поля боя. Камень, воздух, мана и эфир — всё горело, пока Реджис сосредоточил всю свою силу на излиянии Разрушения. Без тьмы, которую можно было бы поглотить, оно теперь неслось пламенем, достигая потолка и проливаясь на нижние уровни. Крепость рушилась на глазах.

Край пожара внезапно замер. Словно ветер, пронёсшийся по траве, фиолетовые огни все разом метнулись ко мне, застывая волной, нацеленной на меня.

Протянув руку своим собственным эфиром, я направил свою силу в его и попытался сломить её.

Тёмная тень заполонила мои глаза, и шипы боли пронзили мой разум. Мои мысли опустели, когда Королевский Гамбит, дрожа, многократно усилил это ощущение. Словно кулак в стальной перчатке, время сжалось вокруг меня.

Эфир застыл в моих венах. Я не мог среагировать, не мог дать отпор эфирному искусству, которое держало меня.

Сцена, казалось, прыгнула вперёд, и у меня закружилась голова.

Агрона стоял прямо передо мной, кинжал из кровавого железа вонзился мне в грудину. Я пришёл в себя как раз в тот момент, когда острие соскользнуло с затвердевшей поверхности моего ядра. За Агроной бушевало Разрушение, фиолетовое пламя неслось, чтобы поглотить всё карманное измерение, которое дрожало в моём сознании.

Схватив его запястье своей сотворённой левой рукой, я ударил Агрону в горло, шагнул вперёд и врезал ему локтем в лицо, обвил ногой его ногу и бросил его на землю, его рука неестественно вывернулась в моей хватке. Его пальцы свело судорогой, он выпустил клинок, который я затем вырвал и вонзил ему в затылок.

Кровавое железо растаяло прежде, чем удар успел обрушиться, но его лицо всё равно отскочило от земли с сильным треском. Я снова поднял руку, и в ней сформировался эфирный меч, короткий и идеальный для колющего удара. Я обрушил его вниз, но когтистая рука из ветра и тени высунулась из плеча Агроны и схватила мою руку.

Я повернул клинок, чтобы разрезать тыльную сторону теневой конечности, но мир исказился, и я оказался на спине, глядя вверх на трёхрукого Агрону. Одной рукой он пригвоздил мою руку с мечом, а предплечьем прижал мне горло, его призрачная, теневая конечность погрузилась в рану на моей грудине.

Боль, горячая и внезапная, обожгла изнутри моей груди. Я ответил Взрывным Ударом в упор в солнечное сплетение Агроны. Сила вздулась и прорвалась между нами, и его отбросило от меня. Я отступил Шагом Бога, появившись в центре пространства рядом с Реджисом, когда тошнотворная, жгучая боль охватила моё ядро.

Я больше не исцелялся, моё ядро получило прямой удар.

Почувствовав моё смятение, Реджис сделал последний толчок Разрушением, растворился в бесплотности и просочился сквозь мою кожу к моему ядру.

‘Фу, гадость’, — простонал он, прежде чем воспламениться внутри меня, выжигая поселившееся здесь разложение и позволяя моему эфиру исцелить мою плоть. ‘Хотя ядро выглядит нормально’.

Раздался оглушительный треск, и мой взгляд метнулся вверх: крепость рушилась, не в силах устоять, когда так много было поглощено Разрушением. Чёрный ветер дёргал кирпичную кладку, направляя падающие камни на меня.

Я притянул эфир поближе к себе, когда половина Тэгрин Келума обрушилась мне на голову. Рёв лавины бил по барабанным перепонкам. Пыль заполнила мои лёгкие и щипала глаза. Прикрыв голову сотворённой эфирной рукой, я открыл шлюзы своего ядра и вложил всё, что мог, в барьер, пока тонны за тоннами камней ударяли меня сверху, ожидая, выискивая — а затем ушёл Шагом Бога, появившись над последними из рушащихся руин.

Тошнотворная вибрация пробежала по мне, когда ранние волны Разрушения продолжали распространяться, теперь взбираясь по стенам карманного измерения. На мгновение я подумал, что Разрушение может поглотить всё пространство, поглотив Агрону и Кэзесса, но холодное осознание правды пришло быстро после: Разрушение расколет сами стены между этой реальностью и внешним миром, выплеснув этот бой в настоящий Тэгрин Келум волнами аметистового огня.

Реджис перекрыл поток. Вокруг нас яркий фиолетовый свет голодного пламени угас.

Обрушение прекратилось. Я снова оказался на твёрдой земле, хотя воздух был густо забит пылью. Магические сигнатуры Агроны и Кэзесса выделялись, как маяки, в отсутствие Разрушения.

Пыль закружилась, потревоженная серебристо-белыми крыльями. У меня было мгновение, чтобы осознать, что крепость снова сформировалась вокруг меня, прежде чем я шагнул в эфирные пути. Я появился за Кэзессом, но тут же снова исчез, появившись перед ним, даже когда он развернулся, с длинным золотым мечом в руке.

Мой собственный эфирный клинок метнулся к его незащищённым рёбрам, но повелитель асур был быстр. Его меч вонзился в пространство, которое я только что покинул, но его пустая рука метнулась назад, пробив моё собственное оружие.

Меч растворился, когда контроль над ним был вырван у меня. Я пошатнулся от удивления, и золотой клинок с эфирным треском перешёл из его правой руки в левую. Я поймал последующий удар на тыльную сторону левой руки, но другой клинок ударил меня в бедро, на этот раз сзади, убийственное намерение Агроны внезапно нависло у меня за спиной.

Новый меч сконденсировался в моей правой руке, вытянувшись назад обратным хватом. Я взмахнул им назад на Агрону, когда Реджис снова наполнил его, клинок запылал огнём Разрушения.

Оружие рассекло пустой воздух.

Мой сотворённый левый кулак был обхвачен вокруг золотого клинка Кэзесса, но когда он повернул его, рука разлетелась на куски так же, как и моё оружие. Он вернул меч в стойку танцора с клинками, и когда он снова сделал выпад, драконье проявление вздыбилось вокруг него и прыгнуло, его огромные когти обрушились на меня.

Я потянулся к Шагу Бога. Кэзесс сжал время и пространство, пытаясь удержать меня там. Ожидая этого на этот раз, я с рычанием прорвался сквозь него и исчез в эфирных путях, появившись на противоположной стороне карманного измерения, окутанный эфирной молнией.





Глава 522 — Необратимость




От лица Элеоноры Лейвин. «Вы нужны мне здесь», — вот что сказал Артур. «Я добился некоторых успехов здесь, особенно с младшими асурами». Но что я должна была делать? «Вам придётся продолжить то, что я начал. Вы двое теперь представляете всех людей, эльфов, дварфов и алакрийцев в этом мире».

‘Да уж, никакого давления, ага’.

Слова брата часами напролёт крутились у меня в голове с тех пор, как он ушёл. Это было слишком. Не только его наставления, но и само пребывание в Эфеоте, а точнее, в замке лорда Индрата. Каждый повышенный голос сопровождался острым намерением, которое било по мне, заставляя желудок скручиваться.

Я укрылась в комнате на верхнем этаже — солярии с балконами, выходящими на две разные стороны. Мама же, наоборот, буквально приклеилась к старейшине Майр. Несмотря ни на что, она была полна какой-то яростной энергии. Может, дело было в окружении драконов с их властью над эфиром, или в осознании того, что лорд Индрат отправил Артура сражаться с Агроной в одиночку, или в том же давящем чувстве ответственности, из-за которого я пряталась здесь, наверху, но мама очень серьёзно отнеслась к своим обязанностям матери «Великого Лорда» Артура Лейвина.

Думаю, ей помогло то, что её целительские способности использовали эфир. Для драконов это придавало вес её статусу «архонта», и она с огромным нетерпением хотела узнать больше о том, как эфир влияет на её целительский талант. Даже асуры получали ранения и страдали от перенапряжения воли, сражаясь с разломом, и никто в замке не собирался отказываться от лишнего целителя.

Крепко зажмурившись от далёкого грохота раскалывающейся земли и последовавшего за ним импульса нервно колеблющихся сигнатур маны, я задалась вопросом, откуда у неё взялась эта внезапная энергия. Я же чувствовала себя опустошённой. Измотанной.

‘Надеюсь, Артур скоро вернётся. Нам не место здесь’.

«Как думаешь, Тани позволит нам покинуть замок?» — рассеянно спросила я Бу, имея в виду свою драконью няньку, которая сейчас стояла в коридоре.

Бу, лежавший неподалёку в солнечном луче, что-то проурчал и покачал головой, и, к сожалению, я была с ним согласна.

Но, по крайней мере, с балкона открывался довольно впечатляющий вид на небесный разлом, что действительно подчёркивало весь экзистенциальный ужас момента.

«Что мне делать?» — спросила я саму себя, а затем снова мысленно повторила слова Артура.

У меня здесь были друзья, по крайней мере. Может, я даже заслужила немного уважения от асур, которые ходили с нами на ритуальную охоту. Вирея, Наэзия. Но станут ли они меня слушать? И что, собственно, я должна им сказать? Я снова вернулась к словам Артура, но на ум пришли слова кого-то другого.

«Пока Артур не назовёт одну из этих женщин своей женой, ни одна из них и не взглянет на другого мужчину».

Я вскинула брови, обдумывая это. Неужели Артур этого хотел? Чтобы я скрепила какой-то союз? Я провела обеими руками по лицу. «Но он не может жениться на какой-то принцессе асур. У него есть Тессия», — сказала я вслух самой себе. Я почувствовала, как мышцы на моём лице напряглись от недовольства. «После всего, через что они прошли, этот мир обязан подарить им немного покоя».

Я в отчаянии теребила свои волосы. ‘Я? Я должна соединить наш клан с другим?’ От этой мысли меня слегка затошнило. У меня никогда не было даже настоящего парня… а Артур всегда был категорически против любых романтических увлечений в моей жизни — не то чтобы политический брак по расчёту звучал романтично. И всё же, я действительно не думала, что он имел в виду именно это.

Бу хмыкнул и поднял голову, его маленькие тёмные глазки смотрели прямо на меня. Я подошла и присела рядом с ним, прислонившись спиной к его тёплому боку, и почесала его жёсткую шерсть. Казалось, его совершенно не беспокоил разворачивающийся хаос. Честно говоря, я немного завидовала его спокойному отношению в духе «будь что будет».

«Но что, если урок в том, что люди редко получают тот конец, которого хотят», — сказала я, повернув голову и посмотрев на Бу, который положил подбородок на одну лапу, вполоборота глядя на меня. «А что насчёт тебя, Бу? Если бы ты был принцем клана Лейвин, ты бы согласился жениться на какой-нибудь медведице, чтобы заключить союз между нами и другим, более сильным кланом?»

Он фыркнул, отвернулся и с чистейшим отвращением закрыл глаза.

Я хихикнула, немного истерично. «Ну и командный игрок из тебя».

Ещё одно ворчание, и я побледнела. «Ты же понимаешь, что я имею в виду».

Его тело завибрировало у меня за спиной. Я погрузилась в его пушистый бок и закрыла глаза, пытаясь на несколько минут унять свои гудящие мысли.

Одна из многочисленных, вызывающих головную боль сигнатур маны, витавших по замку, привлекла моё внимание, поскольку, казалось, целенаправленно приближалась к комнате. Я услышала тихие голоса в коридоре, а затем Тани просунула голову внутрь, в то время как другой асура быстрым шагом удалился.

«Прошу прощения, леди Элеонора», — сказала зеленоволосая женщина-дракон с натянутой улыбкой. «Вас зовут».

«Зовут?» — повторила я как дурочка.

Она лишь кивнула и выжидательно застыла.

Бу встал и подтолкнул меня на ноги. «Хорошо, хорошо», — проворчала я ему, цепляясь за его густую шерсть. «Посыльный сказал, в чём дело?»

Стражница вежливо покачала головой. «Собирают нескольких наследников, но это всё, что я знаю». Оглядевшись, она понизила голос и сказала: «Но я полагаю, это делается для того, чтобы обезопасить вас всех».

«Хорошо, тогда ведите», — сказала я, указывая на дверь.

Она снова улыбнулась, кивнула и, развернувшись, быстро зашагала по коридору.

Петляя по царственно украшенным залам мимо открытых дверей в просторные апартаменты, гостиные, кабинеты и места, предназначение которых я не могла даже предположить, мы спускались вглубь замка. Было жутковато, поскольку мы встретили лишь нескольких стражников и слуг, хотя я и ощущала гнетущее давление могущественных обитателей замка.

У подножия винтовой лестницы, загораживая проход, стоял молодой асура с ниспадающими иссиня-чёрными волосами и лёгким грязно-зелёным оттенком кожи. Скрестив руки, он разговаривал с другим стражником Индрата. «Я должен быть с отцом, а не заперт в каком-то бункере. Клан Грандус не так встречает смерть».

«Прошу вас, лорд Рэдан, я…» — стражник посмотрел вверх по лестнице и заметил меня с Тани. Он прокашлялся и демонстративно шагнул с площадки в соединительный коридор. «Эти приказы исходят не только от леди Майр Индрат, но и от вашего дяди. Великие лорды были непреклонны».

Титан отступил в сторону, выражение его лица говорило о том, что он ещё не закончил спорить, и Тани провела меня мимо. Она обменялась кивком с другим стражником, который бросил на неё измученный взгляд, стоя спиной к Рэдану. Бу издал низкое предупреждающее рычание, когда мы проходили мимо, и я почувствовала, как взгляд титана следует за нами. Молодой дворянин, казалось, отказался от своего спора, и они оба со своим стражником последовали за нами чуть поодаль.

Я зашаркала ногами, идя по коридору, внезапно разволновавшись. Бу издал гулкий звук, успокаивая меня, и пошёл рядом, задевая стены коридора и время от времени сбивая набекрень картины или гобелены.

Прочистив горло, я спросила: «Так что происходит?»

«Просто мера предосторожности», — скованно произнёс другой стражник из-за моей спины.

«Он имеет в виду, что нас изолируют как назначенных выживших на случай, если произойдёт худшее», — прорычал в ответ титан.

«Великие лорды позаботились о вашей абсолютной безопасности», — снова сказал другой стражник. «Это собственное убежище лорда Индрата, отданное вам и другим наследникам. Почти все остальные призваны помочь в стабилизации земель и разлома, леди Элеонора. Это и великая честь, и необходимость…»

Рэдан отмахнулся от продолжающихся объяснений стражника. Мы больше не разговаривали, пока не достигли места назначения.

Тани повела нас в самое сердце замка. Туннели становились всё грубее, высеченные природой из камня горы. Она остановилась у красивой двери из обугленного дерева, украшенной замысловатыми узорами с инкрустацией из серебра и золота. Дверь гудела от магии.

Когда она коснулась витиеватых железных ручек, вспыхнула искра, и движение маны перехватило у меня дыхание. Дверь, однако, открылась плавно, и оттуда повеяло тёплым воздухом, голосами и запахом копчёного мяса и свежеиспечённого хлеба. Она жестом пригласила нас войти.

Бу проковылял внутрь, принюхиваясь в поисках источника всех этих аппетитных запахов, но я повернулась к своей стражнице. «Моя мама присоединится к нам здесь?»

Тани лишь пожала плечами, хотя ей удалось сделать это как-то изящно. «Я полагаю, она всё ещё с леди Майр. Не могу говорить за Леди, но думаю, что вашу мать тоже скоро приведут сюда».

Я подавила детское желание позвать свою маму. В конце концов, со старейшиной Майр она, вероятно, была в большей безопасности, чем где-либо ещё.

Поклонившись, я помахала ей и последовала за Бу в комнату.

«Элеонора!»

Ривен из клана Кётан вскочил с места, где он развалился у небольшого разноцветного огня. Он был лишь одним из нескольких человек, уже находившихся в комнате, и все они повернулись, чтобы посмотреть на меня и титана. «Так тебя тоже заключили в тюрьму?» — хотя его тон был весёлым, в нём чувствовалась отчётливая резкость.

Титан, вошедший практически по моим пятам, заговорил первым. «Мои мольбы помочь моему клану удержать нашу родину остались без внимания». Он бросил гневный взгляд на Тани и другого стражника, когда те молча закрыли за собой дверь.

«Видимо, мы ждём ещё нескольких», — сказал феникс, которого я не узнала. «Нас собираются поместить в какое-то внепространственное измерение. Даже если Эфеот рухнет в старый мир, те, кто внутри, выживут и останутся невредимыми».





Глава 523 — Падение Эфеота




От лица Артура Лейвина. Я появился в самом центре жутких, пустых хранилищ реликвария Агроны. Тела Кэзесса Индрата и Агроны Вритры бесцеремонно вывалились рядом со мной и теперь лежали у моих ног. Вид их тел на холодном, голом камне Тэгрин Келума внезапно сделал их смерти более окончательными. Словно конец.

Но… это был не он.

Эти два владыки асур были угрозой. Для меня, для моей семьи, для моего мира. Оба застряли в цикле, который сами же и создали, они прожили слишком долго и стали слишком косными, чтобы научиться жить бок о бок с «лессерами» хоть в каком-то подобии равенства. И хотя Агрона представлял постоянную и активную опасность, именно Кэзесс был большей угрозой, проявись она через пятьдесят, сто или тысячу лет. У моего мира не было будущего, пока он существовал, и ни одному его обещанию нельзя было доверять, и ни одно не было бы исполнено.

И всё же, даже когда оба были мертвы, главная экзистенциальная угроза всё ещё оставалась.

В Тэгрин Келуме было на удивление тихо. В тридцати метрах от меня стояли Тессия и Сильви у корпуса проекции джинна — единственной примечательной детали этого огромного, пустого пространства. Рука Тесс была прижата к кристаллу корпуса, её брови нахмурены над закрытыми глазами, а губы плотно сжаты. Благодаря шестому чувству, которое давало мне Сердце Мира, я ощущал, как мана пульсирует между ней и кристаллом.

‘Хорошо’, — подумал я. ‘Мне понадобится помощь Джи-э. Если она смогла найти меня, спрятанного в карманном измерении на другом конце света, то сможет произвести необходимые расчёты, чтобы остановить падение Эфеота на планету’.

Сильви обернулась, почувствовав меня. Её золотые глаза, словно отражение моих собственных, опустились на безжизненные тела у моих ног. Она коснулась Тессии, та вздрогнула и отпрянула от корпуса Джи-э. Когда Тесс увидела меня, её лицо озарилось, и она сделала несколько быстрых шагов в мою сторону, будто собиралась броситься в мои объятия. Затем её взгляд упал на тела, и она замерла.

Реджис спрыгнул с моей руки, когда я перешагнул через тело Агроны и подошёл, чтобы обнять Тессию. Я позволил себе на мгновение просто дышать, согреваясь её теплом. Моя единственная оставшаяся рука скользнула в её волосы, перебирая шелковистые пряди.

«Ты в порядке?» — спросила она, глядя туда, где должна была быть моя отсутствующая рука.

Я не ответил сразу, мне нужно было мгновение, чтобы по-настоящему обдумать её вопрос. В порядке ли я? Возможно, это не имело значения. Я отступил на шаг, позволив руке скользнуть по её щеке. «А ты?»

Её взгляд метнулся мимо меня к Агроне. Одна её рука поднялась, чтобы удержать мою у своего лица, но другая сжалась в кулак. Она не смотрела на меня, когда заговорила. «Он был чудовищем, Артур. Самым ужасным человеком, которого я когда-либо встречала или могла себе представить. Он не видел ни в ком личность. Каждый раз, когда мой разум начинал просыпаться внутри моего тела, когда я пыталась достучаться до Сесилии, он отталкивал меня обратно. Это было похоже на попытку глотнуть воздуха, только чтобы кто-то снова затолкал мою голову под воду. Вечно тонешь, но никогда не умираешь». Она прижалась лбом к моей груди. «Не думаю, что я когда-либо кого-то ненавидела по-настоящему, Артур. Но его я ненавидела».

Я прерывисто выдохнул, жалея, что не знаю, что лучше говорить в такие моменты. «Он больше никому не причинит вреда».

Руки Тессии обвились вокруг моей поясницы, и она крепко притянула меня к себе.

Сильви прошла мимо нас и замерла у останков Кэзесса. Её чувства были отрезаны от меня — то ли чтобы дать мне сосредоточиться, то ли чтобы сохранить толику личного пространства для себя. Скорее всего, и то и другое. Но когда она заметила, что я смотрю, её мысли коснулись моих, лёгкие, как прикосновение крыльев бабочки, давая понять, что она в порядке.

Где-то совсем рядом раздался грохот лавины, и крепость содрогнулась, возвращая меня в реальность. «Мне нужно поговорить с Джи-э».

Тессия вздохнула и, встав на цыпочки, поцеловала меня — быстрый поцелуй, от которого потеплело и в груди, и на щеках. «Тебе лучше поторопиться. Она… угасает».

Мой пульс подскочил. «Постой, что?»

Сильви прошла мимо меня, ведя к кристаллическому корпусу. Только тогда я заметил, что причина, по которой Тессия смогла положить руку на кристалл, заключалась в том, что каменные кольца больше не вращались вокруг устройства. «Прямо перед тем, как ты вернулся. Должно быть, это случилось, когда умер Агрона. По её системе прошла какая-то ударная волна».

Я поспешил к корпусу, ища какие-либо признаки физических повреждений, но не нашёл ни одного. «Джи-э?»

Тессия, последовавшая за мной, взяла мою руку и сжала её, поднимая. «Ты должен коснуться кристалла». Она прижала мои руки к нему.

Я почувствовал прилив осознания, и другое сознание соединилось с моим. ‘Ах. Артур Л-Лейвин. Ты преуспел. Ты одержал победу. А значит, остался лишь один путь вперёд’. Голос в моей голове, казалось, тянулся и трещал, создавая заикающийся звук. ‘Пожалуйста. Ты должен выполнить мою главную директиву. Не позволь Ре-Ре-Реликтовым Гробницам быть уничтоженными’.

Энергия, хранящаяся в корпусе, истощалась с каждой секундой. У Джи-э оставались минуты, может, и того меньше. ‘Это Агрона сделал?’

‘Похоже, он внедрил скрытый механизм защиты в мою сеть связи. После его с-смерти часть магии, привязывающей меня к… Реликтовым Гробницам, взорвалась, оборвав мой источник питания и пов-пов-повредив целостность моих внутренних структур’.

Я сделал успокаивающий вдох, одна моя рука сжалась в кулак, другая сильно прижалась к холодной, гладкой поверхности кристалла. ‘Слушай меня, Джи-э. Я знаю, как остановить разрыв эфирного плана и одновременно спасти Реликтовые Гробницы. Но я не смогу этого сделать, если Эфеот сначала всё уничтожит. Мне нужна твоя помощь’.

Используя вычислительные свойства последнего краеугольного камня, я показал Судьбе, как можно медленно и постепенно высвободить скопившийся эфир, избежав опустошения жизни в этом мире. Но природа процесса — сочетание Королевского Гамбита, Судьбы и самого краеугольного камня — не позволила мне впитать все детали. В частности, подробности того, как достичь далёкого будущего, были приглушёнными и расплывчатыми в каждом видении, поскольку я вообще не мог видеть время вокруг моего поражения симулякра Агроны. Разрыв нитей Судьбы вызвал рябь, которая расходилась на годы вперёд.

Я чувствовал расширяющийся разлом снаружи. Без Кэзесса его народ не мог удержать его. Если весь Эфеот выльется через разлом и врежется в этот мир, оба будут уничтожены, и потенциальное будущее, которое я видел, никогда не наступит. Но я не знал, как это остановить.

‘Хотя это не совсем так’, — признался я себе.

Реджис, который устало последовал за мной и теперь смотрел на меня снизу, ответил на мою мысль низким и неопределённым рычанием.

Возникла дрожь, похожая на ментальный эквивалент чьей-то попытки сделать вдох. ‘Боюсь-боюсь, что мой разум… почти исчез. Но если ты поторопишься…’

Хотя это и было мучительно, я активировал Королевский Гамбит и погрузился в возросшие мыслительные и вычислительные способности, которые он давал. «Как думаешь, сколько у нас времени?» — я произнёс слова вслух и одновременно подумал их для Джи-э.

‘У меня е-есть лишь мгновения. А у этого мира?’ — раздался статический треск, когда она сделала паузу. ‘Не могу ска-сказать. Час. Не больше… не больше’.

Я больше не терял времени, пустившись в объяснение своих мыслей, чтобы выжать из проекции джинна всё, что мог. Моя первая идея заключалась в том, чтобы сжать ландшафт в континент, который примерно поместился бы там, где он был раньше.

‘Основываясь на моём понимании Эф-Эфеота, это потребует уничтожения от девяноста одного до девяноста восьми процентов родины асур, в зависимости от того, какую часть океана ты готов сместить. Любая ошибка может п-привести к затоплению и Дикатена, и Алакрии’.

Я кивнул, догадываясь об этом и сам. ‘А что насчёт чего-то вроде луны? С помощью божественной руны спатиума я мог бы переформировать ландшафт в сферу за пределами атмосферы’.

‘Интересное пре-пре-предложение. Я вижу две проблемы. Во-первых, разлом в настоящее время находится в атмосфере этого мира, что потребует от тебя перемещения всего Эф-Эфеота на тысячи километров на безопасную орбиту. Во-вторых, те-те-тебе нужно будет затем создать атмосферу вокруг новой лу-луны Эфеота’.

Я перешёл к идеям более высокого порядка, менее привязанным к физической реальности, как я её понимал, идеям слишком сложным, чтобы я мог полностью исследовать их потенциал в одиночку.

Затем Джи-э остановила меня. Я только что объяснил довольно странную концепцию, которая, как я думал, вряд ли сработает, но была вдохновлена некоторыми собственными разработками джиннов.

‘Это-это-это могло бы спасти до сорока пяти процентов зем-земной массы Эфеота’, — ответила Джи-э, треск и заикание становились всё хуже. ‘Вычисления… сложны. А я-я достигаю-гаю-гаю конца своей силы…’

«Нам нужно больше времени».

«Что мы можем сделать, Артур?» — спросила Сильви, её тон был пытливым, настойчивым. Тессия стояла позади неё, не в силах скрыть страх на лице.

Вопросы кружились вместе с шестерёнками в моём мозгу, быстро, со скрежетом и по кругу, так и не находя ответов. Сможет ли Сильви остановить время на достаточно долгий срок, чтобы рассчитать, как переместить Эфеот в этот мир, не уничтожив ни один из них — или оба? Смогу ли я использовать Реквием Ароа, чтобы сдержать Эфеот ещё немного, или связать разлом, или вернуть корпус Джи-э в состояние до того, как сработала ловушка Агроны?

Мой разум резко вернулся к Реджису и божественной руне Разрушения, когда крепость содрогнулась от близкого удара. ‘Сам Эфеот не нужно спасать, чтобы уберечь этот мир от уничтожения’.

Мои мысли, казалось, шли по спирали.

Элли была там, наверху, в Эфеоте. Мама. Смогу ли я вытащить их вовремя? И если я смогу вытащить их, кого ещё я смогу спасти, прежде чем предать огню весь мир асур? И если я не смогу спасти всех остальных, обязан ли я вместо этого не спасать никого, чтобы предотвратить потенциальное насилие между выжившими и «лессерами», которых выбрали вместо них? Но тогда, чем я лучше Кэзесса, если обрекаю асур на смерть?

Но другой, более жёсткий голос ответил: ‘А есть ли у меня другой выбор?’

Когда я не ответил Сильви, Тессия шагнула вперёд, её рука обвила мой кулак и заставила его разжаться, чтобы переплести свои пальцы с моими. «Я… могу дать тебе больше времени».

Противоречащие друг другу ветви мыслей, каждая из которых боролась за то, чтобы стать «основной», внезапно слились воедино, когда моё внимание полностью переключилось на Тесс. «Что ты имеешь в виду?»

Её горло дёрнулось, когда она тяжело сглотнула. Она не совсем встречалась со мной взглядом, но на её лице было выражение напряжённой сосредоточенности. Её пальцы сжались вокруг моих, и я почувствовал в них лёгкую дрожь. «Её корпус умирает, но разум — вся информация, составляющая её сохранённое сознание — всё ещё там, верно? Ей просто нужно другое место, чтобы… быть».

Её предложение обрело смысл, и я мгновенно напрягся, отвергая эту мысль. «Нет, это…» Но я не смог закончить фразу.





Глава 524 — Возвышение Реликтовых Гробниц




От лица Артура Лейвина. Мои каналы разрывались, а кожа сочилась кровью. Кости ломались, а кровь кипела. И всё же я держал свой разум полностью сосредоточенным на задаче, надёжно укрыв его от самого себя. Я знал, что боль существует, но этот момент был слишком важен, чтобы позволить себе утонуть в чём-то столь незначительном, как агония от разрушения моего физического тела. Единственная нить моего сознания удерживала всю эту боль на безопасном расстоянии, пока мой разум парил над ней, наблюдая, как цунами эфира выплёскивается в атмосферу.

Моё трёхслойное ядро, сияющее и слабое, словно перенапряжённая конечность, изо всех сил пыталось контролировать поток эфира, высвободившийся при разрушении четвёртого слоя моего ядра. Врата, встроенные в ядро и соединяющие его с моими каналами, бессильно трепетали, а сами каналы были полностью опустошены. Потребовалось всё моё сознание, усиленное Королевским Гамбитом, за исключением той самой единственной нити, чтобы удержать такую мощь в своей власти. С её помощью я потянулся и вниз, и вверх, и все мои божественные руны заработали в унисон.

Информация от Джи-э начала поступать в мою голову через новообразованную связь с Тессией. Я видел очертания Эфеота и Реликтовых Гробниц, понимал необходимую физику, термодинамику, пространственное расширение и сжатие, плетение времени и тёплое биение жизни, которые были необходимы. Вверху разлом быстро расширялся, и скорость падения Эфеота значительно возрастала.

Портал внизу начал разворачиваться, выплёскивая содержимое соединённых с ним Реликтовых Гробниц, когда первая зона была вытянута в физический мир из пустоты, в которой она парила. Портал дрожал от напряжения двух противоборствующих сил: потока эфира, высвобожденного моей жертвой в виде слоя ядра, и эфирной реки, грозившей выйти из берегов по ту сторону. Внутренний двор, часть первой зоны Реликтовых Гробниц, рассыпался и ломался под тяжестью гравитации, а затем разворачивался и сплавлялся воедино, складываясь в новые формы. Разрушение вспыхнуло вместе с остальными моими божественными рунами, когда Реджис соединил своё управление самой руной с моим озарением. Потоки фиолетового пламени заплясали вдоль эфирных путей и внутри меняющегося пространства.

Божественная руна спатиума раскрыла Тэгрин Келум, словно детский кукольный домик, в то время как новообразующиеся структуры из Реликтовых Гробниц оседали в открывшихся полостях. Любой ненужный материал сжигался дотла Разрушением. Пространство сжималось и расширялось по мере необходимости. Эфирные пути сплетали новое и старое воедино. Время дрожало прерывистыми скачками, пока Реликтовые Гробницы приспосабливались к течению реального времени.

Улицы лентами вырывались из портала, разматываясь и перестраиваясь. Здания рушились и восстанавливались под противоположным давлением божественной руны спатиума и Реквиема Ароа. Разрушение постоянно отсекало то, что я не мог использовать, пока я держал форму всего этого в своём уме, как четырёхмерный чертёж.

Внутри хаоса разворачивающихся и перекраивающихся, словно бумажная лодочка, Реликтовых Гробниц кричали люди — все те, кто был укрыт в них. Сначала десятки, потом сотни, цепляясь за любые твёрдые предметы, какие только могли найти, каждый из них был заботливо окутан покровом пространства и времени.

Королевский Гамбит напрягался под требуемым уровнем концентрации. Всё ещё глядя сверху вниз, я видел, как меня самого рвёт кровью. Моё истерзанное тело было багровым, руки Тессии стали скользкими от крови, просачивающейся сквозь мою кожу. Её слёзы смешивались с кровью, свободно текущей из её собственного носа.

Я усилил концентрацию, сводя ветви разума воедино, изо всех сил пытаясь поглотить и переработать свой собственный эфир, чтобы ещё больше усилить божественную руну.

Было бы проще, если бы у нас было время полностью очистить Реликтовые Гробницы, прекратить все восхождения и вывести людей с первых двух уровней. Вместо этого Реликтовые Гробницы были забиты беженцами, спасавшимися от последней атаки Агроны.

Как и на каждом другом этапе этого процесса, я был вынужден учитывать наивысший шанс на успех. Спасти всех людей из Реликтовых Гробниц — всё равно что пытаться протащить горошины сквозь вращающиеся лезвия молотилки. Время, терпение и энергия, необходимые для этого, были жертвой, цену которой я ещё не знал, как и в случае с Эфеотом.

Попытка спасти всех сразу могла стать той самой причиной, по которой я не спас бы никого… Сверху раздался оглушительный треск. Слишком большая часть Эфеота слишком быстро прошла через разлом, пока я был сосредоточен на Реликтовых Гробницах. Королевский Гамбит изолировал меня и от боли, и от страха. В крови расцвело новое озарение, разрастаясь, словно цветы, вдоль расширяющихся ветвей. Вот оно, предназначение божественной руны. Настоящая жертва. До сих пор божественная руна сдерживалась моим желанием сохранить как можно больше от самого себя. Но я не мог этого сделать здесь и сейчас. Ценой спасения Реликтовых Гробниц, Эфеота, асур и алакрийцев мог быть только я сам.

Я уже начал.

Моё тело потрошило изнутри. Мой разум был вырван из оболочки. Моё ядро, сияющее и обнажённое, сократилось до трёх слоёв вокруг сломанного органического ядра маны. Мне нужно было пойти дальше. Отделиться более полно.

По мере того, как понимание разворачивалось в моём мозгу, подобно тому, как Реликтовые Гробницы разворачивались из портала, каждая ветвь Королевского Гамбита раздваивалась, затем каждая новая ветвь порождала ещё одну, и вся боль и беспокойство, уже отстранённые, превращались в бессмысленный фоновый шум. Мой разум расширялся вдоль ветвей, вмещая в себя всю совокупность эфирных путей, соединяющих каждую точку с каждой другой, как те, что уже были вплетены в ткань этого мира, так и все те, что только сейчас формировались, словно нейроны, по всему падающему континенту наверху. Сам мир, казалось, сделал вдох, и в этом тёплом ветре я увидел золотые нити, связывающие всё воедино. Я был в центре, бесчисленные нити обвивали меня и уходили вдаль, к каждому эльфу, дварфу, человеку, алакрийцу и асуре в обоих мирах. Моё тело затерялось в гуманоидной форме из туго сплетённых, светящихся золотых нитей. Дыхание прошло, и нити исчезли из виду. В небе над головой Эфеот больше не рушился, теперь его поддерживало кольцо из чистого эфира. Земля, как и Реликтовые Гробницы, сжималась и перестраивалась, пока я лепил её, словно глину. Разрушение плясало в эфирных путях, проносясь по его поверхности и поглощая всё с предельной точностью.

Эфеот медленно проваливался сквозь разлом, по мере того как карман расширенного пространства, в котором он так долго существовал, рушился. У меня было всего несколько секунд, чтобы привыкнуть к процессу, прежде чем он снова менялся, и каждый следующий шаг делал его всё сложнее.

«Позволь нам помочь», — твёрдо сказала Сильви, почувствовав моё напряжение. Как и у Тессии, её руки были обагрены моей кровью.

Я открыл рот, чтобы заговорить, но голоса не было.

‘Мне просто нужно… ещё немного времени’.

Сильви кивнула. Её глаза плотно зажмурились. И сила, и эфир в форме её искусств эвума простёрлись по лику мира, замедляя время до тонкой струйки. Противоборствующая сила оттолкнула её. Сильви ахнула, когда её заклинание разрушилось, послав тошнотворную дрожь по моему позвоночнику.

«Что?» — спросила она, задыхаясь.

Что-то приближалось. Гроза из маны и эфира, едва сдерживаемая. Спускающаяся с Эфеота.

«Майр», — произнёс я, имя прозвучало хрипло в моём горле.

Почти весь мой эфир находился вне моего тела, формируя метафизические руки, которыми я лепил Эфеот наверху и Реликтовые Гробницы внизу. Вот почему я не исцелялся. Реджис втягивал то, что ему было нужно для активации Разрушения и позволял мне направлять его, но в остальном я удерживал лишь столько, чтобы поддерживать жизнь в моём истерзанном теле. Теперь я изо всех сил пытался вернуть достаточно, чтобы защитить нас. Если Майр нападёт…

«Артур Лейвин», — её голос прогремел в атмосфере, глубокий, резонирующий и полный боли. «Я почувствовала смерть Кэзесса, но я должна знать… Как он умер? Это был Агрона?» В её словах слышалась резкая, но умоляющая нотка.

Я заглянул в костёр, бушующий за её глазами, неспособный испытывать страх. «Я убил его»

Последовал долгий, втянутый вздох, подобный приближающемуся шторму, прежде чем она ответила дрожащим голосом.

«Мы приняли тебя к себе. Обращались с тобой, как с одним из нас. Обучали тебя и возвышали. Приглашали в наши самые священные места. Сделали тебя одним из нас. И ты отплатил нам — мне — убив человека, который так долго хранил этот мир в безопасности?»

‘Примечательно, что она не спросила почему’, — подумал я.

Майр завершила свой спуск, слетая вниз, как лист на ветру. Её лицо было грозовой тучей, а глаза — двумя вспышками молний.

«Бабушка!» — крикнула Сильви, встав между Майр и мной. «Ты же знаешь, у него не было выбора. Ты лучше кого-либо знаешь, какие решения принимал Кэзесс и принял бы снова. Но если ты не дашь нам работать, то все умрут. Включая весь твой народ. Смерть Кэзесса ничего не будет значить!»

Чем ближе подходила Майр, тем меньше она, казалось, становилась. Она не была той молодой, сияющей королевой, что стояла рядом с Кэзессом в тронном зале, но и не была той мудрой старейшиной, которую я встретил впервые. Она выглядела старой — древней — но неукротимой. Словно некое забытое божество. Именно в тот момент, возможно, впервые, я по-настояшему понял, почему мы когда-то считали асур богами.

Несмотря на то, что ситуация была напряжённой до предела, я не мог прекратить то, что делал. Весь первый уровень Реликтовых Гробниц развернулся через портал, теперь уже высотой в шестьдесят метров. Используя эфир для манипулирования изобилием маны атрибута земли, я поднимал камень из самих гор, обволакивая и заполняя открытую сторону Тэгрин Келума, формируя основание сооружения. Очень отдалённо я слышал крики и мольбы тех людей, которых я только что вытеснил.





Глава 525 — Превратности Судьбы




От лица Артура Лейвина. ‘Нет’.

Я придумал с дюжину ответов на простое заявление Судьбы.

Затем — дюжину вероятных ответов на каждый из них. И мой контрдовод на каждый из ответов Судьбы.

Всё это приводило к единственному, неизбежному выводу: у Судьбы не было сочувствия. Никакого чувства чести. Никакой ответственности, кроме как перед естественным порядком вещей. Никакого эмоционального стержня, к которому я мог бы воззвать.

Тяжесть моих собственных ожиданий, возникших за те долгие мгновения, пока я боролся за освобождение от последнего ключевого камня, обрушилась на мои плечи. Я был абсолютно уверен, что Судьба просто выполнит свою часть сделки, подобно растению, которое растёт, если его поливать и обеспечивать солнечным светом. Я сильно просчитался.

‘Но какой мог быть запасной план? Если Судьба не сдержит всю мощь эфирного царства, то всё будет потеряно’.

Общее напряжение взаимосвязанных сознаний Сильви, Реджиса, Тессии и Джи-э, которые присутствовали в этом разговоре вместе со мной, походило на вибрирующий паровой поршень, готовый вот-вот разорвать свой корпус.

‘Артур, Реликтовые Гробницы’.

Голос Сильви прозвучал тревогой в моей голове, и я понял, что почти упустил из виду зону, которая в данный момент вырывалась из Реликтовых Гробниц в калейдоскопе почвы, золотистой травы, атмосферного эфира, расколотого времени и радужного света. Кошачий зверь с ядовито-зелёной, кожистой шкурой взорвался, обрызгав далёкую землю красным, пока я терял концентрацию. Двое восходящих закричали, падая сквозь хаотичный обвал, но я поймал их в формирующуюся лужу сливового цвета, прежде чем они тоже смогли бы разбиться о корни горы.

‘Сосредоточься’.

Эфеот и Реликтовые Гробницы были в приоритете. Если я не смогу убедить Судьбу, я перейду к следующему варианту. А если и он провалится, то к следующему. Судьба была устами эфира, но не самим эфиром. Несмотря на своё имя, она не контролировала всё, что происходило. И я тоже не был лишён собственного влияния. Если бы я смог сдерживать давление эфирного царства достаточно долго, чтобы завершить это видение, то для Судьбы путём наименьшего сопротивления стало бы продолжение моего плана.

Потому что, в конце концов, именно это Судьба и делала: шла по самому лёгкому и прямому пути.

‘Давление теперь идёт волнами’. Вместе с мыслями Джи-э пришла последовательность вычислений.

Я не сразу понял математику, но вместе с расчётами пришло и понимание, которое медленнее разворачивалось в моём сознании.

‘Основываясь на этом смещении, если я смогу отталкиваться в нужные моменты, мы сможем удержать поверхность между физическим миром и эфирной пустотой от разрыва’, — подумал я в ответ, внезапно обрёв надежду. ‘Может быть, тот факт, что противодействующая сила от эфирной реки теперь идёт волнами, а не постоянно нарастает, означает, что эта закономерность сохранится’.

Я отвернулся от Судьбы. Мольбы лишь растратили бы энергию, которая была мне нужна для остальной части моей задачи.

Подо мной портал Реликтовых Гробниц, теперь уже высотой в сто двадцать метров, выплёвывал зону за зоной, основываясь на сложном переплетении связанного пространства и правил джиннов о навигации восходящих в зоны, соответствующие их силе. Через ещё более сложное плетение пространственных манипуляций, Реквиема Ароа, Шага Бога и Разрушения, эти зоны маневрировали и складывались вместе, как кусочки головоломки, которые одновременно поднимались в небо и уходили глубоко в кости гор.

Сверху Эфеот стремительно проходил через порог в реальное пространство, где он преобразовывался в три ленты земли, покоящиеся на сгущённом эфире, который не давал им обрушиться на Алакрию и Дикатен.

Время двигалось вокруг меня в постоянном танце: пауза и шаг, пауза и шаг. Глаза Сильви были крепко зажмурены, её лицо было бледным и потным. Она отдалилась на несколько метров, поскольку её концентрация была полностью сосредоточена на задаче удержания течения времени.

Тессии было хуже. Одна нить моего паутинообразного сознания поддерживала постоянную связь с ней. Воля Майр согревала моё ядро, далёкое ощущение, и через неё я питал Тессию исцеляющим эфиром, компенсируя постоянный урон, наносимый её организму.

Реджис отошёл на задний план моих мыслей, заняв одну из многих нитей сознания. Всё его внимание оставалось на божественной руне Разрушения, изливая фиолетовое пламя в изменяющееся пространство, без которого всё остальное потерпело бы неудачу.

‘Приближается следующая волна’, — сообщила мне Джи-э, хотя её расчёты также проносились в моей голове.

Отсчитывая вместе с дыханием, я втянул столько эфира, сколько смог, удерживая его в своём уменьшенном ядре, измученном теле и даже в реликтовой броне. Затем, как только ударила волна возросшего давления изнутри эфирного царства, я влил весь эфир, какой только мог, в трещины между двумя мирами, противодействуя ей.

Портал засветился ярче, превратившись в маслянистое, сияющее фиолетовое солнце, которое грозило поглотить горы, и три кольца Эфеота задрожали, когда сама реальность пригрозила разойтись по швам.

Если расчёты Джи-э были верны, у меня было всего девятнадцать секунд до следующей волны. Сделав несколько быстрых собственных вычислений, я почувствовал вкус желчи в горле. Десять волн только для завершения первого кольца. Сорок три волны до завершения всей структуры.

‘Тебе нужно больше эфира’, — согласились голоса в моей голове, хотя было трудно разобрать, была ли это Тессия, Джи-э, Сильви, Реджис или какая-то их комбинация.

«Я ещё не готов сдаваться», — решил я, пытаясь отделить четверть своих паутинообразных мыслей для решения этой проблемы.

Паутина тянулась и тянулась, пока не оказалась на грани разрыва. Королевский Гамбит горел на моей спине и в сером веществе моего мозга, а корона на моём лбу отбрасывала божественные лучи сквозь моё зрение. Эфир хлынул через совершенно новую сеть сенсорных нейронов, активированных и усиленных божественной руной. Но не было свободных нитей, чтобы заняться проблемой. Я был на пределе возможностей Королевского Гамбита. Я не мог растянуть его больше.

Эфир. Моё понимание божественной руны — или аспекта эфира, который она представляла, — уже значительно расширилось за эти несколько мгновений. Эфир — это… сознание, проявленное как чистая реальность. Начало и конец пространства, времени и жизни. Искра мысли, заключённая в полуосознанном сознании. И значит, Королевский Гамбит — это… что?

Я видел не только сами нити, каждая из которых была своей уникальной и индивидуальной мыслью, но и пространство между нитями. И при этом я увидел, что на самом деле не было ни ветвей, ни нитей, ни даже паутинной конструкции. Это были лишь метафоры изменённой природы моих мыслей, поскольку каждая идея была гораздо сложнее, чем простая ветвь или нить. Каждая из них была своим собственным эфирным сознанием, каждая — сложной многомерной структурой, в которой размещалось разворачивание одновременных соображений.

Мне нужно было посмотреть на это с другой точки зрения.

И поэтому…

Королевский Гамбит развернулся снова. Нити сплелись в паутину, паутина развернулась в галактику сознания. Своего рода тесселяция.





Глава 526 — Беспрецедентные Времена




От лица Каэры Денуар. Я смотрела вверх на непостижимое сооружение, которое уже прозвали Шпилем Реликтовых Гробниц. Когда Артур велел нам всем бежать, остатки нашей небольшой армии унесли на платформах из камня и льда, и мы лишь издали наблюдали, как из гор вырастает Шпиль. Но его истинные, настоящие размеры были совершенно за гранью понимания.

Дрожь пробежала по моей спине, когда я, стоя в тени, размышляла о том, кем стал Артур. ‘Сомневаюсь, что даже асуры смогли бы сотворить нечто подобное. Даже самые дикие сказания о могуществе Агроны меркнут в сравнении с этим’.

Я провела пальцами по своим волосам, теперь уже достигавшим плеч, пока мой взгляд следовал за Шпилем вверх, к тому месту, где на его вершине пересекались три далёкие, туманные голубые конструкции. Эфеот. Перенесённый в наш мир и преображённый, прямо как Реликтовые Гробницы.

‘Одни полны чудовищ. Другой — божеств’.

Дрожь снова охватила меня. Холодный ветерок пронёсся по неестественным равнинам, которые теперь занимали большую часть гор Клыка Василиска, превратившихся в защитное кольцо вокруг Шпиля.

Чьё-то плечо сильно ударило меня в моё, и я пошатнулась вперёд. «Давай, королева Денуар, хватит стоять и глазеть по сторонам. Это ни к чему хорошему не приведёт».

Я чуть было не пнула её по лодыжкам, но годы обучения этикету взяли своё, когда я увидела её свиту стражников и множество других людей на дороге. Некоторые направлялись к Шпилю, в то время как немногие всё ещё выходили из него. «Ты здесь, чтобы представлять Алакрию на самой важной встрече в нашей жизни, Мэйлис. Пожалуйста, веди себя подобающе».

Моя подруга Мэйлис, матрона дома Тримблей, усмехнулась. Ее аккуратно выщипанные брови приподнялись над винно-красными глазами, в которых плясали живые искорки. «Ты сама на этом настояла. Сотня других высококровных поубивали бы друг друга, лишь бы оказаться здесь».

Я фыркнула и направилась к входу в Шпиль. «Именно поэтому их здесь и нет».

«Да, вместо этого мы можем рассчитывать на блестящую политическую смекалку Кайдена Афелиона и Амелию Беллероза». Она сделала паузу, проведя языком по зубам. «Ты заметила, как легко это входит в привычку? Зубы Вритры, как же приятно не произносить всю эту чушь вроде «из Высококровного бла-бла-бла»».

Я рассмеялась, несмотря на волнение. Скорее всего, именно оно и заставляло её вести себя как настоящий вогарт. «Вот бы тебе ещё отучиться поминать Вритру по любому поводу».

Выражение её лица помрачнело, и она, сплюнув на землю, поспешила догнать меня. Её стражники выстроились позади нас. «Ага. К этому привыкнуть немного сложнее. Может, именно об этом нам и стоит поговорить на этой большой встрече: как правильно ругаться теперь, когда наш бог-король мёртв». Она покачала головой. «Неважно. Уверена, люди скоро начнут взывать к твоему красивому златоглазому парню. «Клянусь солнечными локонами Артура Лейвина, прошу, пощадите, королева Денуар!»» Она залилась смехом, вызвав немало удивлённых взглядов прохожих.

Я закатила глаза, но в остальном проигнорировала её выходки и снова принялась осматриваться по сторонам, пока мы приближались к Шпилю. Нас уже окружали здания, некоторые из которых я узнала, они образовывали своего рода городок, опоясывающий основание Шпиля. Я также сразу узнала массивную, покрытую рунами арку, которая когда-то была главными вратами вознесения на втором уровне.

Мои губы дёрнулись. ‘Милая деталь, Артур’.

Неудивительно, что здесь не было ни уличных торговцев, ни ларьков. Я заметила здания, которые явно были тавернами или ресторанами, но сейчас они не работали.

Хотя я не была непосредственно вовлечена во всё это, поскольку моё внимание было приковано к другим проблемам, возникшим после поражения Агроны, я знала, что усилия по учёту и переселению всех беженцев, находившихся в Реликтовых Гробницах, когда они… переместились… были колоссальными. Гораздо масштабнее, чем моя собственная работа по восстановлению города Кардиган.

Большая часть его первоначальной инфраструктуры всё ещё была на месте, включая несколько пунктов раздачи бесплатной еды, у каждого из которых выстраивались небольшие очереди, но частных заведений пока не было. Пройдёт немало времени, прежде чем здесь снова начнёт появляться какая-либо постоянная инфраструктура.

Чем бы это место ни стало в будущем, сейчас оно было огромным напоминанием об ужасающих переменах, охвативших континент.

Я узнала лица нескольких солдат из повстанческой армии Серис, охранявших вход, хотя никого из них не знала по имени. Должно быть, они тоже меня узнали, потому что все расступились, кроме одной женщины средних лет в матово-чёрных латах. На их доспехах виднелись участки, с которых, казалось, соскребли багровые узоры. Она быстро представилась, вычеркнула Мэйлис и меня из списка и провела нас под раскидистой аркой.

Нам с Мэйлис предоставили самодвижущуюся повозку, а стражников Тримблей увели, пообещав отдых и еду, чтобы помочь им восстановиться после долгого путешествия.

Когда повозка тронулась с места, управляемая возницей с высокого сиденья, Мэйлис посмотрела им вслед: «Надеюсь, эта проблема с темпус-варпами временная. Как Ассоциация Восходящих сможет начать исследовать это место, если всем придётся добираться сюда пешком?» Она внимательно смотрела на меня, словно подозревая, что я знаю больше, чем уже сказала.

«Серис не знает, почему темпус-варпы не работают. А если и знает, то солгала очень убедительно».

Её брови слегка приподнялись, а глаза многозначительно расширились. «Уж твой-то златоглазый парень…»

«Как я уже объясняла, я ничего не слышала от Артура с тех пор, как всё это произошло», — прервала я, указывая на Реликтовые Гробницы вокруг нас. «И пожалуйста, хватит его так называть. Мы не… вместе».

Она откинулась на сиденье, подперев голову руками. «Похоже, ты не прилагаешь достаточно усилий. Это правда, что он обручён с какой-то хрупкой эльфийкой из Дикатена?» Она с досадой цокнула зубом.

«Тебе следует вызвать её на поединок за его руку». Она серьёзно посмотрела на меня. «Ради блага Алакрии, если не ради себя. Кто знает, сколько пройдет времени, прежде чем снова начнется какое-нибудь дерьмо. Неужели мы хотим, чтобы человек, создавший всё это», — она повторила мой недавний жест, — «был женат на ком-то из другой команды?»

Я недоверчиво фыркнула. «Он и есть часть другой команды, женат он или нет. Но Артур ещё и не… такой. Он не станет выбирать сторону. И нам следует сосредоточиться на том, чтобы этого не случилось, а не готовиться к тому, что это произойдёт».

Было странно видеть знакомые Реликтовые Гробницы, устроенные таким непривычным образом. Знакомые мне здания стояли рядом с незнакомыми, и почти все они располагались иначе, чем когда находились за порталами вознесения.

Единственными людьми, которых мы видели, были солдаты и чиновники из Ассоциации Восходящих. Вероятно, они оценивали ситуацию. И даже их было немного из-за той самой встречи, на которую я направлялась.

Наш возница плавно вёл повозку по, должно быть, знакомому маршруту и остановился прямо у места назначения. Здание суда выглядело почти так же, как и раньше: те же арочные окна с цветным стеклом, те же нависающие горгульи, которые, казалось, свирепо смотрели на всех приближающихся, и даже зловещие металлические шпили.

Мы подъехали к парадным дверям как раз в тот момент, когда отъезжала другая повозка. Я заметила, как Кайден Афелион, хромая, поднимается по лестнице, где его встретил распорядитель и провёл внутрь, по-видимому, указав дорогу в нужный зал.

«Ну что, готова встретиться с самими богами?» — криво усмехнулась Мэйлис, выпрыгивая из повозки с грацией и беззаботностью восходящей.

«Если ты не будешь относиться к ним как к богам, возможно, и они не станут обращаться с тобой как с лессером», — сказала я.

«Справедливо».

Распорядитель поприветствовал нас по именам и указал верное направление. Впереди Кайден остановился, услышав, что мы приближаемся.

Мы вошли в большой зал, который по большей части остался неизменным. Резной мраморный пол, тёмные железные лестницы… но никакой фрески, отметила я. Когда-то изображение Агроны покрывало весь потолок — лживое представление о том, как он дарует силу народу Алакрии. Я невольно задалась вопросом, не возникло ли у Артура искушения заменить его похожим изображением себя. ‘Раньше я была бы уверена, что он не станет, но если власть развращает…’

«Кайден», — сказала я, когда мы его догнали. Я сжала его предплечье в знак приветствия, и он глубоко кивнул нам обеим.

«Это ты виновата, что я здесь?» — спросил он с притворной ворчливостью. Или, по крайней мере, я так думала. Всегда было трудно понять, о чём он думает. «Неужели я так сильно раздражал тебя за то недолгое время, что мы вместе работали в Центральной Академии, что ты решила так изощрённо меня наказать?»

С другой стороны Мэйлис предложила ему руку, которую он с некоторым облегчением принял. «Она и меня сюда притащила, так что я не удивлюсь, если она и тебя подставила», — сказала она.

«Да не будет это заявление воспринято как умаление твоего положения или способностей, Кайден… нет, это не я устроила твоё присутствие здесь», — сказала я так вежливо, как только могла.

Но этот мятежный мужчина лишь рассмеялся и завёл целую тираду жалоб, которая продолжалась до тех пор, пока мы не нашли зал, где должна была состояться наша встреча — слишком скромное слово для такого слияния могущественных людей. Другой служитель ждал, чтобы открыть нам дверь.

Внутри оказался утопленный зал суда в форме овального амфитеатра. Сцена занимала самую нижнюю, центральную часть зала, а от неё вверх поднимались широкие ряды мягких сидений.

Представители из Дикатена уже прибыли и собрались в дальней части зала.

Я сразу узнала дворян-дварфов, Карнелиана Эртборна и Дургара Сильвершейла. С ними сидела седовласая дварфийка, скрестив руки на груди и нахмурившись так, что её румяные щёки побагровели.

Конечно, я узнала эльфов, Вириона и Тессию Эралит. С ними сидел третий, чьё лицо я знала, но не могла назвать по имени, он тихо разговаривал с женщиной-человеком, которая казалась здесь не к месту из-за отсутствия дворянских регалий, в которые были одеты все остальные. Они сидели сбоку от людей-дворян, Кёртиса и Кэйтлин Глейдер.

Выше и в стороне от этих знатных представителей стояли Мика Эртборн и Варай Ауре. Чуть поодаль от них стояла молодая красноглазая женщина.

«А я уж было начал думать, что буду представлять Алакрию в одиночку», — раздался грубый голос у дверного проёма, заставив меня оглянуться.

Я ухмыльнулась, глядя на Аларика, который был одет в прекрасно сшитую одежду, словно какой-нибудь богатый купец. «Вижу, Даррин заставил тебя обновить гардероб».





Глава 527 — Празднества и Откровения




От лица Артура Лейвина. Повертев камень в руке, я уставился на трещины, глубоко прорезавшие его многогранную поверхность. Один резкий импульс силы — и он был разбит. Но это было необходимо. Учитывая все обстоятельства, это была небольшая жертва. В конце концов, теперь, когда его предназначение достигнуто, какой от него ещё был прок?

Я подумал о том, чтобы использовать Реквием Ароа. Пропустив через него эфир с помощью искусства эвум, я мог бы обратить вспять износ времени и восстановить реликвию. Но я колебался. Со вздохом я положил камень на столик у кровати и встал, оглядывая комнату, словно видя её впервые.

Главная спальня в моём новом доме была открытым, просторным помещением. Слишком большая кровать с балдахином занимала всю стену, в то время как соседняя стена представляла собой прозрачную панель из маны, которая служила одновременно окном и дверным проёмом, позволяя мне пройти на балкон, который окружал мой новый дом в пригороде Эшбера. В данный момент всё поместье было окутано тенью от одного из колец Эфеота, но я знал, что она исчезнет в ближайшие несколько минут, прежде чем гости начнут прибывать.

Водопад низвергался по противоположной стене, наполняя бассейн, из которого вода утекала в другие части дома, магически очищаясь по пути. Здесь были два письменных стола, для Тессии и для меня, а в углу стояла идеально воссозданная статуя Врена Каина IV в натуральную величину, которую я собирался переместить в гораздо более укромное место после того, как все уедут.

Поместье было куда более роскошным, чем-то, к чему я привык. Больше и грандиознее, чем дом Хелстии в Ксайрусе, комфортнее, чем летающий замок, и волшебнее, чем эльфийский дворец Зестиера. Прошло несколько недель, но это место всё ещё не ощущалось домом.

Я прошёл сквозь стену из маны и вышел на балкон, с которого открывался вид на раскинувшееся озеро и, вдали, на Великие Горы. Повернув взгляд немного южнее, я мог разглядеть тонкую линию Шпиля, находящегося в сотнях километрах отсюда, но возвышающегося до самых Колец Эфеота, висящих над головой, словно поддерживая их в воздухе.

Поместье и прилегающие земли находились именно там, где раньше стоял небольшой сельский домик моих родителей — тот самый, который я взорвал, когда пробудился в возрасте всего трёх лет. Большая часть Эшбера была заброшена на поздних этапах войны, и группа моих друзей и знакомых, которая всё это устроила, выкупила половину города на моё имя. Теперь я каждый день видел дюжину повозок, проезжающих мимо, — люди возвращались.

Я всё ещё не знал, как к этому относиться. Я не особо привык и не чувствовал себя комфортно, получая подарки, так что получить в дар огромный, неописуемо роскошный особняк и прилегающие земли…

Усмехнувшись собственному дискомфорту, я перегнулся через перила и посмотрел на озеро, наблюдая, как под поверхностью проплыла огромная тень, а сквозь слишком синюю воду пробивался едва заметный золотой отблеск. Бу сидел на берегу и шлёпал по воде одной своей огромной лапой, словно намереваясь поймать гигантскую золотую рыбку, обитавшую в сотворённом озере.

Глейдеры через своих агентов договорились о приобретении земель вокруг небольшого участка, принадлежавшего моей матери. Лорды дварфов создали фонд для оплаты содержания и ухода за землями, пока здесь живёт хоть один Лейвин. Большая часть имения была не построена, а выращена командой титанов и гамадриад, работавших совместно с эльфами, присланными из Эленуара. Все магические элементы питались от огромных кристаллов маны, подаренных Серис после того, как их захватили из сокровищницы Агроны. Сам Верун сформировал озеро и наполнил его водами из океана рядом со своим домом, теперь этот океан был полосой воды, проходящей вдоль края самого нижнего Кольца Эфеота. К северу от озера раскинулось поле, полное вогартов, — подарок от Аларика и Даррина.

И это были лишь некоторые из особенностей, подарков и дополнений к моему новому дому.

«Неплохое местечко, чтобы отдохнуть после спасения мира», — сказал Реджис, когда мы впервые увидели его.

Мама разрыдалась, а Элли, всё ещё немного дезориентированная после пребывания в карманном измерении, слишком прямо спросила, стоит ли ей готовиться к тому, что по особняку будут бегать маленькие Артуры и Тессии…

Я улыбнулся, вспомнив это.

Здесь были постоянные комнаты для мамы, Элли и Сильви, а также несколько гостевых комнат, хотя их и не хватило бы, чтобы разместить всех гостей, которых мы ожидали в ближайшие пару дней.

Обернувшись, я посмотрел сквозь стену из маны в спальню, которую теперь делил с Тессией. Это казалось сном. Словно это не могло быть правдой — и я не должен был в это верить. Судьба вот-вот выдернет ковёр у меня из-под ног и разбудит меня. Она ушла, и я никак не мог отделаться от чувства, что каждый раз, когда я её вижу, может быть последним. Что, если она не вернётся?

Мои мысли снова вернулись к камню, и на мгновение я снова почувствовал искушение восстановить его с помощью Реквиема Ароа, чтобы проверить, как она. Что, если…

Я отбросил порыв впасть в панику.

‘Она просто пошла в город за продуктами’.

Хотя у нас теперь была горстка прислуги, которой хорошо платили за помощь, Тессия настояла на своём, взяв с собой Элли для «сестринского времяпрепровождения». Впрочем, я её понимал. Было приятно заняться чем-то таким обыденным, как покупки на маленьком рынке в Эшбере, после всего, что случилось.

Держать мысли под контролем было трудно. Желание постоянно использовать Королевский Гамбит было чем-то средним между зависимостью и фантомными ощущениями в отсутствующей конечности. Без него я чувствовал себя рассеянным и отвлечённым.

Я прижал пальцы к грудине, что нисколько не облегчило боль в моём ядре. Я не использовал магию с тех пор, как вернулся из Алакрии. Ядро больше не втягивало эфир, и мой резервуар был почти полностью истощён. Хотя у меня не было доказательств, я инстинктивно чувствовал, что когда последний эфир исчезнет, ядро разрушится, и я…

Прочистив горло, я заставил себя выпрямиться, затем покинул балкон и направился вглубь дома. Все комнаты на верхнем этаже были соединены мезонином, с которого открывался вид на атриум. Из круглого участка почвы с горы Геолус росло дерево, его ветви раскинулись вширь и были покрыты розовыми листьями и мерцающими радужными плодами.

Хотя я знал, что плоды полны маны, я больше не мог ощущать её без Сердца Мира.

‘Оно того стоило’, — говорил я себе, и эта фраза стала своего рода мантрой за последние пару недель. Каждый раз, когда я смотрел на Кольца Эфеота или замечал Шпиль. Или чувствовал, как дрожит моё ядро. Или смотрел на маму, или сестру. Или на Реджиса, или Сильви. Или вспоминал призрачное прикосновение духа моего отца к плечу.

Неважно, что случится дальше, неважно, какую цену я заплатил, в конце концов, оно того стоило.

«Артур?»

Я понял, что остановился, мои мысли унеслись вдаль, пока я смотрел на ветви эфеотского дерева, подарка от клана Интира. Мама вышла из своей комнаты, а я даже не услышал, как открылась дверь.

«Хорошо вздремнула?» — спросил я, пытаясь ободряюще улыбнуться, чтобы показать, что со мной всё в порядке.

Она закатила глаза. «Я читала. Не могла уснуть». Она зевнула и потянулась, заложив руки за голову. «Полагаю, вот что с тобой делает возраст».

Усмехнувшись, я взял её под руку, и мы вместе спустились вниз, где наша кухарка, Хела, приготовила лёгкий полдник. Хела была молодой женщиной, выросшей в Эшбере и потерявшей всю свою семью во время нападения на караван Лилии. Она подошла прямо к асурам, формировавшим дом, и спросила, не нужна ли нам помощь, и мама с готовностью её наняла.

Мы болтали о пустяках, пока ели за кухонной стойкой — а не в большой столовой, — и как только мы закончили, раздался первый стук в дверь.

«Я открою!» — крикнула мама на весь дом и поспешила из кухни.

Усмехнувшись, я быстро прибрался и последовал за ней, прислонившись к стене атриума, пока мама взволнованно распахивала входную дверь. Жасмин, Хелен и Дерден стояли в дверном проёме, и на мгновение моё зрение затуманилось воспоминанием, и мне показалось, что я вижу всех Рогов Близнецов: Адама Кренша, ухмыляющегося и взъерошивающего волосы, Анжелу Роуз, сияющую и уже тянущуюся для удушающих объятий, и… папу, безбородого и молодого, смеющегося и подкалывающего Адама.

«Ах, я так рада, что вы все смогли приехать. Я беспокоилась, что, будучи на пенсии, вы не захотите путешествовать в такую даль».

Лицо Жасмин скривилось в притворной гримасе, её красные глаза сияли от веселья. «Может, нам и пришлось немного его поуговаривать».

«Ну, у меня всего одна рука! С ней нужно быть осторожнее», — сказал Дерден со смехом, который вернул меня на Великие Горы, в лагерь, где я слушал, как мой папа разговаривает и смеётся с Дерденом и остальными.

Хелен обняла маму и устало выдохнула. «Пожалуйста, Элис, скажи мне, что у тебя есть что-то очень крепкое и дорогое, чтобы снять напряжение после столь долгого путешествия с этими двумя».

Мама хихикнула, помолодев лет на пятнадцать. «Хелен, дорогая, ты даже не представляешь».

Жасмин похлопала маму по плечу, проходя мимо неё, и огляделась, её брови взлетели на лоб. «Ух ты. Неплохое местечко». Затем она наконец заметила меня. «А, мой никчёмный ученик. Разочарование века. Ничего не добился, да? Совсем ничего». Её губы дрогнули в плохо сдерживаемой ухмылке.

Я наградил её наигранным вздохом, оттолкнувшись от стены и понурив голову. «Ты совершенно права. Я не закончил школу, не продержался и года на двух разных учительских работах, бросил обучение в Эфеоте раньше времени…»

Она фыркнула и бросила что-то, сверкнувшее в воздухе.

Я поймал кинжал за рукоять и недоумённо уставился на него.

«Один из моих первых, ещё с тех времён, когда мы тренировались в пути из Эшбера в Ксайрус». Она опустила взгляд, немного смутившись. «Я подумала, может, ты захочешь его. Знаешь, повесить где-нибудь в этом неприлично большом особняке. Чтобы помнить, каким ты был самоуверенным, странным мальчишкой».

Смех зародился у меня в животе, и часть напряжения спала. «Жасмин, ты мне больше нравилась, когда почти не разговаривала».

«Звучит как вызов», — она приняла боевую стойку и запрыгала на носках, как боксёр.

«Выйдите на улицу, вы двое!» — рявкнула мама, прикусив губу, чтобы не улыбнуться.

«Это мой дом», — парировал я, но бросился вперёд, схватил Жасмин за лодыжку и повалил её на землю, а затем выскочил за дверь, оставив кинжал в руках мамы.

Мама только моргнула, когда Жасмин с глухим стуком приземлилась на пятую точку, а затем, подгоняемая ветром, бросилась за мной.

«Дети», — пробормотала Хелен, что сопровождалось сердечным смехом Дердена, прежде чем дверь закрылась.

Мы с Жасмин несколько минут боролись в шутку, прежде чем Бу, которому надоело оставаться в стороне, бросился на нас, сбив меня с ног и сделав несколько безобидных выпадов в сторону Жасмин. Мы набросились на зверя-хранителя и вместе повалили его огромное тело на землю, тяжело дыша и задыхаясь.

«Эй! Отстань от моей связи!» — раздался голос моей сестры через весь двор, заставив нас всех поднять головы.

Приближались Элли и Тессия, а также карета Хестии, запряжённая скиттерами. Скиттеры шарахнулись в сторону, когда Бу вскочил и сделал несколько неуклюжих шагов к ним, но Элли быстро его отозвала, спрыгнув с борта кареты и направляясь к своему спутнику с чем-то спрятанным за спиной.

Я помог Жасмин подняться, а затем пошёл встречать остальных. «Винсент, Табита. Лилия. Спасибо вам всем, что приехали».

Мы обменялись парой фраз об их поездке, пока они подводили свою карету к парадной двери. Джеймсон, некогда сотрудник аукционного дома Хелстии, а теперь глава моей домашней прислуги, поспешил поприветствовать Хелстию, а затем отвёл их карету в сторону дома, чтобы разместить скиттеров в конюшне и выгрузить их вещи.

Стоя перед моим новым домом, Винсент тихонько присвистнул. «Я видел чертежи — мой друг-архитектор в Ксайрусе помогал их рисовать, знаешь ли, — но всё равно не мог в полной мере оценить всё это величие. Эти асуры точно знают своё дело». Он слегка наклонился, толкнув меня локтем. «Может быть, ты устроишь встречу? Я вижу, что товары, сделанные асурами, будут очень хорошо продаваться в аукционном доме».

«Отец…» — устало произнесла Лилия.

Входная дверь открылась, и на порог вышла мама, сияя и глядя на Хелстиев. «Вы приехали! Как поездка?»

«Было бы гораздо лучше, если бы Таннер смог организовать несколько клинкокрылов», — проворчал Винсент.

«Отец!» — снова сказала Лилия. «Ты же знаешь, что клинкокрылов и пилотов не хватает для гражданских перевозок».

Любой, у кого была связь с летающим зверем маны — или способность летать на нём без связи, — был сейчас очень занят. Тот факт, что Хелстии вообще были здесь, объяснялся лишь постоянным потоком рейсов в Ксайрус. Неудивительно, что даже они не смогли найти кого-то, кто согласился бы лететь с ними на самый север Сапина.

«Не обращай на него внимания», — сказала Табита, нежно обняв мою мать. «Поездка на самом деле была очень приятной. Мы так давно не путешествовали просто так, и видеть, как все по всему Сапину так усердно трудятся. Это придаёт нам сил, Элис. И надежду».





Глава 528 — Клочок Эфира




Интерлюдия. Давление. Сдерживание. Контроль.

Нарастающее, нарастающее и нарастающее…

А затем… освобождение. Не внезапное и взрывное, не яростное извержение, а… ослабление неестественной силы. Медленное и успокаивающее. Мягкий шаг навстречу диссонансу естественного порядка. Умиротворяющее движение вперёд, назад и сквозь время. Распад. Энтропия. Расширение.

Давление ослабевает, затем нарастает, затем снова ослабевает. Отверстие такое маленькое, и по мере приближения к нему давление растёт и растёт.

Клочок аметистовых частиц вырывается из фонтана Эвербёрн, обретая знания и имена в большом мире. Сначала его подхватывает резкий, похожий на течение, поток, втягивающий вверх через Шпиль Реликтовых Гробниц. Там тоже больше эфира, река плотных частиц, движущаяся постоянным потоком из пустоты обратно в физическое пространство, и механизмы Реликтовых Гробниц постоянно черпают из неё.

Но клочок уворачивается и проскальзывает мимо голодных, всепоглощающих механизмов. Он кружится, рассекает и танцует, словно лист на поверхности быстрой реки, только эта река несётся вверх, миля за милей по башне. Шпиль знаком, но неприятен, как забытый после пробуждения кошмар.

Клочок проходит через эфирные пространства с искажённой физикой и нарушенной гравитацией, где нереальность обрела форму. Жизнь кипит внутри башни, клочок чувствует отголоски старой ненависти и смятение нового рождения. Возвышающиеся деревья, глубокие воды, холмистые дюны из песка и снега. Зона за зоной. Глава за главой.

Клочок проносится сквозь огромный белый купол мимо Теневых Когтей и Призрачных Медведей — существ Реликтовых Гробниц, рождённых вне физической реальности, с оттенком сжатого хаоса пустоты — но задерживается на стареющей, беломехой женщине. Она крадётся по грубо отёсанным ступеням из своего дома в снежной тундре к другой зоне, которую она не поймёт и не сможет понять.

Клочок выходит из самого высокого дверного проёма Шпиля в край вздымающихся гор. Он порхает над острыми скалистыми выступами, мимо высоких гнёзд, полных ярких птиц, сквозь розовые листья деревьев, цепляющихся за вершины, и через мост из драгоценных камней, отражающий радугу цветов. Залы и покои, через которые он кувыркается, несётся и кружится по другую сторону, пусты и безжизненны. Величественный замок, достигающий самого края атмосферы этого мира, теперь пуст, как гробница.

Рядом раздаётся зов. Мольба к эфиру принять форму. Из любопытства клочок вылетает в окно и, поймав нисходящий поток, устремляется вниз по склону горы на этот зов. Вокруг другие сгустки эфира делают то же самое.

Клочок ныряет в трещину в горе, просачиваясь, словно ветер, вглубь сокрушающего камня. Геолус пробуждается, просыпается — или, возможно, просто видит сон, ворочаясь в своей дрёме — глубоко, глубоко внизу. Ближе зов молящего присутствия становится сильнее.

Вокруг него открывается пещера, освещённая голубым сиянием животворящего источника. У источника своя гравитация, притягивающая клочок, но мольба сильнее. Женщина — дракон, королева драконов, Майр Индрат — стоит на коленях перед источником, светясь эфиром. Её голос и воля пытаются соткать заклинание над источником. Нет, не над источником, а над тем, что в нём. Жизнь за жизнью… смерть. Мертвец.

Клочок подлетает ближе, кружась сначала вокруг Майр, а затем вокруг… Кэзесса Индрата. Но не его. Тело. Плоть и кости, и разложение.

Клочок слушает. Частично мольба, частично наставление, заклинание… растворения. Освобождения. Возвращения. Это кажется правильным, и благим, и естественным, и поэтому клочок отзывается, присоединяясь к остальному эфиру, погружаясь в животворные воды, которые становятся фиолетовыми, но светлеют. По взволнованной поверхности источника пробегает рябь, омывая разлагающуюся плоть. Она начинает распадаться, её компоненты питают и оживляют влияние вивиума в источнике.

«Покойся с миром, дорогой муж, и отдохни, наконец-то. Слишком долго тебя просили нести бремя целого мира на своей совести. Я пыталась разделить твою ношу, но то, что мы сделали, чтобы защитить наш народ…»

Майр Индрат проводит пальцами по ярко-синей воде, на её щеках блестят слёзы.

«Прости меня за эти слова, любовь моя, но я рада наконец сложить это бремя. Если хищники обратят свои острые взоры на наш народ, они узнают цену твоей жертвы. Я могу лишь надеяться, что поколение, которое ты оставил после себя, сможет их защитить».

Внутри источника эфир роится вокруг пальцев женщины, но теперь клочок колеблется. Это другое. Не растворение, а разрушение. Он отшатывается, покидая источник, но прибывает всё больше эфира, привлечённого предыдущей мольбой. В нём есть гнев. Ненависть. Разрушение взывает к нему. И поэтому клочок ловит дуновение ветра и летит на нём обратно из пещеры и высоко в воздух, откуда можно взглянуть вниз на широкое пространство медленно изгибающейся земли, опоясывающей мир внизу.

Геолус шевелится. Замок — Замок Индрат — рушится, будто сделанный из песка, обрушиваясь в ущелье между двумя вершинами в непроницаемом облаке пыли. Высокая башня проламывает радужный мост. В одно мгновение замок исчезает.

Клочок цепляется за край отражённого солнечного луча и проносится через всю ширину кольца. Он танцует и смешивается с эфиром, образующим пузырь атмосферы вокруг кольца, затем просачивается сквозь него и падает на много миль вниз, к следующему кольцу.

Мощный ветер дует над высокой сине-зелёной травой в сторону простой, но раскидистой деревни. Клочок несётся в центр деревни, подпрыгивая и кувыркаясь в воздухе, пока не начинает кружить вокруг ряда всё более тонких и высоких столбов, возвышающихся из самого сердца деревни. Конец Битвы.

Две фигуры занимают столбы, хотя ещё дюжина наблюдает с земли, не подавая вида. Один — стройный, мускулистый асура — пантеон, наставник, брат, Кордри Тиестес — а другая, молодая человеческая девушка. Элеонора Лейвин.

Клочок кружит вокруг пары, вплетённый в облако эфира, которое ни один из них не может ощутить.

Они оба сохраняют одинаковую позу, удерживаясь на вершинах тонких столбов на пальцах левой ноги, левое колено согнуто, правая лодыжка лежит на нём, спина прямая. Пантеон держит на плечах деревянную балку, вытянув руки вдоль неё, в то время как девушка держит брусок серебристого лёгкого металла. Она дрожит, но не падает.

«Да, я ощутил это по пути на поверхность», — говорил Кордри, его речь ничуть не нарушала его выверенной позы.

«Я, кажется… не заметила», — отвечает Элли, напрягаясь, чтобы удержать равновесие.

«Я ожидаю, что ты будешь уделять больше внимания своему окружению, Элеонора», — мягко упрекает Кордри. «Когда вернёшься на поверхность, найди время почувствовать движение маны. Оно сильно меняется. Истончается. Если это как-то связано со Шпилем Реликтовых Гробниц или Эфеотом, твоему брату следует знать».

«Ну, я могу спросить», — говорит Элли, её тон становится выше. Кордри отвечает тяжёлым взглядом, и она морщится, напряжение мышц заставляет её пошатнуться на столбе. «То есть, я буду внимательна, Мастер Кордри, и, конечно, поговорю с братом».

Клочок ныряет вниз, касаясь рук девушки и серебристого бруска, а затем снова уносится прочь, перелетая через край второго кольца и падая длинными, ленивыми кругами к третьему и самому нижнему. Он касается кончиков увенчанных пеной волн, что плещутся у берега другой деревни. В воде играют дети, и клочок проносится мимо них, прежде чем снова умчаться прочь.

Снова возвышается Шпиль — Реликтовые Гробницы — и эфир втягивается обратно в него. Там десятки-сотни-тысячи сосудов, вбирающих в себя эфир, и другие скопления частиц охотно откликаются, влетая в кристаллы и руны, чтобы напитать их силой. Но клочок проносится мимо них, продолжая свой путь вниз по Шпилю, мимо зоны за зоной, знакомых и неуютных.

У основания Шпиля зоны сменяются населёнными постройками. Люди. Тысячи людей. Клочок порхает в волосах и шепчет мимо ушей, заставляя маленькие волоски на них вставать дыбом. Он останавливается у небольшой группы искр жизни, одна из которых обладает притяжением. Девушка, стриженные светлые волосы, восходящая. Ада Гранбел.

Её спутники неуверенно смотрят на неё. Все молодые. Все боятся. «Ты уверена, Ада? Нам не обязательно…»

«Если боитесь восходить, вам здесь не место». Её слова обрывают её спутника. Они срываются с её языка, словно искры из огня. «Он отнял у меня всё. Я не позволю ему отнять и Реликтовые Гробницы. Я иду».

«Мы с тобой, конечно», — говорит другой, и они начинают двигаться. Подниматься.

Гравитационная сила оттягивает клочок от них к центру Шпиля, где кристаллическая структура, окружённая вращающимися камнями с рунами, плетёт паутину по всему Шпилю Реликтовых Гробниц. Нити эфира соединяют бестелесный разум внутри со всей структурой. Джи-э. Джинн. Хранительница. Она тянется к клочку, но тот уворачивается. Вместо него откликается другой эфир, втягиваясь в её механизмы.

Но клочок устремляется прочь, за дверь и через город, теперь окружающий основание Шпиля. Поток эфира здесь силён, течение, которое кружится среди вершин гор Клыка Василиска, которые сами теперь тоже стали кольцом, отрезающим доминионы Алакрии от Шпиля.

Караваны людей прокладывают неестественно прямые пути по плоскому пространству между горами и Шпилем, словно спицы в колесе. Все их маленькие искры горят ярко, и на какое-то время клочок присоединяется к потоку, что течёт через горы.

Когда он движется дальше, его уносит на юг прохладный ветер, проходящий через город Кардиган. Город кипит жизнью, все устремлены к возвышающейся библиотеке, и клочок следует за ними. Внутри люди — алакрийцы, люди с кровью василисков — спорят, кричат и ликуют. Клочок притягивает к одной из них, вокруг которой эфир цепляется, словно наблюдая с интересом.

Тёмные рога обрамляют её голову, как корона, сквозь тёмно-синие волосы. Красные глаза смотрят вокруг серьёзно, вдумчиво. Ей не хватает зова, но её притяжение сильно. Каэра Денуар. Сестра, дочь, спутница. Богатая кровью клана асур Вритра.

«Я принимаю ваше выдвижение на поддержку и представительство города Кардиган в новой Алакрийской Ассамблее. Я ценю ваше доверие и намерена доказать, что достойна его».

Клочок подбрасывается внезапным трепетанием множества других пылинок эфира, поскольку все они сталкиваются с приливом маны. По всей библиотеке в небо выстреливают лучи и разряды, и клочок вылетает из окна, а затем взмывает в небо, оседлав сотрясающие волны маны.





Глава 529 — Начало После Конца




От лица Артура Лейвина. Монотонный гул поезда, стремительно несущегося по подземному туннелю, притуплял мои чувства и отгораживал от внешнего мира. Во тьме туннеля был лишь ровный, но тусклый свет артефакта, освещавшего наше купе, да редкие вспышки света от служебных платформ, проносившихся за окном вагона. Тессия спала рядом, задремав у меня на плече.

Шесть месяцев…

Казалось, прошла и вечность, и всего лишь миг. Всё менялось так быстро. Новые правительства. Новые технологии. Совершенно новый уклад жизни для большинства людей.

Появление Эфеота в небе и Шпиля Реликтовых Гробниц на горизонте не все встретили с радостью, и новым мировым властям едва удавалось поддерживать мир и призывать всех сохранять надежду.

Не уверен, помогало ли то, что асуры до сих пор по большей части оставались в тени. Для большинства людей они были источником страха, хотя в Дикатене нашлась громко заявлявшая о себе фракция, призывавшая асур стать нашими богами-королями, вместо того чтобы полагаться на лидеров-лессеров. По иронии судьбы, из моих писем от Серис и Каэры — Президента Алакрийской Ассамблеи, Каэры Денуар, — следовало, что алакрийцы гораздо сильнее сопротивлялись идее нового правления асур, чем дикатенцы. Думаю, в этом есть смысл. Ведь у них уже был опыт жизни под властью Агроны.

Мой взгляд скользнул с умиротворённого спящего лица Тессии на её живот, где покоились её руки. В этой расслабленной позе, зная, куда смотреть, я мог разглядеть едва заметную округлость её живота. Осторожно, чтобы не разбудить её, я прикоснулся ладонью к её животу. Было ещё слишком рано для чего-то столь очевидного, как движения, но я чувствовал крошечные искры жизни внутри неё, отдельные от её собственной. Их было две.

Отняв руку, я откинулся на мягкую спинку сиденья и закрыл глаза, с улыбкой на губах. Я сосредоточился на своём внутреннем мире, погрузившись в медитацию, ставшую такой же привычной, как звук собственного голоса. Черпание силы изнутри проясняло сознание и укрепляло тело. Я ощутил то же тёплое сияние, которое описывала Элли, когда Бу укреплял её через их связь.

С обострившимися чувствами шум и вибрация поезда усилились, но моя улучшенная концентрация пробилась сквозь гул, позволяя замечать мелкие детали, которые иначе я бы упустил. За окном тусклые стены туннеля, казалось, медленно ползли мимо, и я мог чувствовать искры жизни моей семьи в их купе.

Я усилил концентрацию и начал слабо светиться.

«М-м-м», — пробормотала Тессия, слегка повернув голову, когда по моей коже заиграл едва уловимый свет. Не открывая глаз, она добавила: «Поспи немного, Артур».

«Прости», — тихо сказал я, а затем поцеловал её в макушку. «Я слишком взволнован, чтобы спать. В конце концов, через три дня мы женимся».

«Мы уже поженились, или ты забыл?» — спросила она, не открывая глаз.

«Погоди, правда?» — я приложил палец к губам, изображая раздумье. «Тихая церемония на заднем дворе? Ты, сияющая в белом? Гигантские золотые рыбки, то и дело выпрыгивающие из озера на заднем плане? Прости, что-то не припоминаю».

Улыбка промелькнула на её лице, словно свет на воде, яркая и мерцающая. «Ты такой… предсказуемый».

Я ткнул её в бок, заставив вздрогнуть. «Ты же любишь предсказуемость», — поддразнил я.

«Это Рей и Рин любят предсказуемость», — ответила она. Открыв глаза, она выпрямилась на сиденье и положила руку на живот.

Её слова поразили меня, как неожиданный удар под дых, и мне пришлось напомнить себе, как дышать. Рейнольдс и Риния Лейвин. Я стану отцом.

Я с трудом сглотнул, задыхаясь от внезапно нахлынувших эмоций.

Между бровями Тесс пролегла тонкая морщинка. «Ты хоть что-нибудь ел с тех пор, как мы сели в поезд? Твой организм больше не может обходиться без еды и сна».

Я потёр затылок, вынужденный признать, по крайней мере, самому себе, что я действительно устал и немного проголодался. «Пойду что-нибудь возьму. Просто хотел совершить несколько циклов медитации. К тому же, кое-кто спал у меня на плече».

Настала её очередь ткнуть меня в бок. «Только не начинай винить меня в этом», — поддразнила она, — «будто это не я посылала Хелу устраивать тебе засады с закусками в любое время суток, просто чтобы убедиться, что ты хоть что-то ешь. В этом поезде есть целый вагон, посвящённый приготовлению еды, так что мог бы и воспользоваться».

Я поднял руки, сдаваясь. «Ты права, конечно. Я стараюсь быть лучше. Заботиться о себе».

Она прикусила губу, затем придвинулась, чтобы снова положить голову мне на плечо. «Есть какие-нибудь прорывы?»

Я помедлил с ответом. Мы оба были так заняты, что я не успел полностью посвятить Тессию во всё, что сделал. Как фактический лидер уничтоженной нации эльфов, она вела большую часть политических переговоров Эленуара с остальным нашим новым, более сложным миром. Хотя немногочисленное эльфийское население ещё не пришло к официальному соглашению о каком-либо органе власти, их взоры коллективно обратились к Вириону и Тессии как к двум оставшимся Эралитам. И Тессия откликнулась на этот зов, делая всё, что в её силах, чтобы после восстановления земель каждый выживший эльф обрёл дом в Эленуаре.

Как она любила шутить, ей помогало то, что она замужем за человеком, спасшим мир, что давало ей большой политический капитал.

«Сложно… сказать», — признался я через мгновение, пытаясь вспомнить, когда мы в последний раз обсуждали мои успехи. «Последние фрагменты воли Майр угасли, но я не заметил никаких негативных последствий для своего тела».

«Похоже, эфир вокруг нас довольно плотный, но в твоём теле его циркулирует не так уж много. Немного маны, как и у всех», — отметила Тессия, пропуская ману через вагон. Хотя Тессия всё ещё была магом с белым ядром — её тренировки с Варай прошли хорошо, но пока не привели к прорыву в Интеграции, — её знания и чувства обострились за время, проведённое в связи с Сесилией.

Я сидел в молчаливом раздумье, мой взгляд блуждал по нашему маленькому купе. Поезд был уютным и комфортным, совсем не похожим на то, что могли бы изобрести Гидеон или Врен. Стены были отделаны богатым, полированным деревом, а сиденья обиты мягкой зелёной кожей, прошитой и обработанной для долговечности и огнестойкости.

‘Рассуждаю прямо как Гидеон во время своей рекламной презентации’, — с усмешкой подумал я.

«Артур?»

Голос Тессии вернул меня к нашему разговору. «Да. Прости. Я просто любовался мастерством исполнения этого поезда». Без Королевского Гамбита я стал чаще замечать эти провалы в концентрации. Побочный эффект от слишком частого использования божественной руны, который, как я надеялся, со временем пройдёт. «Я в порядке, честно. Я чувствую себя… хорошо. Даже отлично».

«Я рада». Её пальцы переплелись с моими. «Если эта направленная жизненная сила — это ки — даст тебе возможность оставаться со мной очень, очень долго, Артур, то я поддержу тебя во всём, что тебе нужно, и помогу, чем смогу».

«М-м-м…» — я заглянул в её бирюзовые глаза. «Я когда-нибудь говорил тебе, что люблю тебя?»

Уголок её губ дёрнулся вверх, когда она попыталась сдержать улыбку. «Бывало».

Движение поезда неуловимо изменилось, когда он начал подниматься по пологому склону, затем тёмный туннель исчез, и наше купе залил естественный утренний свет. Солнце всё ещё было скрыто за Великими Горами на востоке. Под этим углом на краю окна виднелся Шпиль Реликтовых Гробниц, возвышающийся над горами на юго-востоке.

«Кажется, мы почти на месте», — сказала Тессия, и в её голосе послышалось напряжение. «Это последний раз, когда мы можем просто… побыть вместе некоторое время».

Я кивнул, рассеянно проводя тыльной стороной пальцев по её руке. «Не знаю, зачем я согласился остаться в Ксайрусе и помогать Ванеси внедрять эфир в новую учебную программу школы».

Она деликатно фыркнула. «Нет, знаешь».

Я с усмешкой посмотрел на свою жену. «Я знаю, что это всего лишь публичная церемония, а не наша настоящая свадьба, но у нас так и не было медового месяца. Я должен поехать с тобой в Эленуар. На всё остальное ещё будет время. Мои обещания Судьбе… Я не уверен, что имеет смысл так скоро начинать беспокоиться об эфире. Нам нужно больше времени на исследования, на понимание новых Реликтовых Гробниц. Я всё ещё могу отказаться…»

Она покачала головой, становясь серьёзнее. «Это всего лишь на месяц или два». Мой взгляд автоматически опустился на её живот, и её выражение смягчилось. «Со мной всё будет в порядке, а ты закончишь задолго до того, как появятся эти двое».

Мою грудь сжало от беспокойства. «Тогда я отменю свою поездку в Эфеот после этого. Остальные верховные лорды могут провести одно собрание и без меня…»

«Артур Лейвин».

Я сжал и разжал кулаки, подавляя тревогу.

Тессия взяла моё лицо в свои руки и притянула для поцелуя. Я утонул в ней, и она вытянула моё растущее беспокойство, словно яд из раны. Когда она отпустила меня, я позволил себе откинуться на мягкое сиденье и вздохнул.

«Асуры ещё более растеряны, чем мы здесь, внизу», — сказала она, повторяя мои же слова. «Мы оба знаем, что они не могут провести собрание без тебя. Ты сам сказал: их заставляют двигаться с опасной, по их меркам, скоростью. Это подвергает опасности и наш мир».

«Я знаю», — я надулся, глядя на неё, а затем снова повернулся к окну. Мы были слишком далеко, чтобы видеть основание Шпиля, где он поглотил разрушенные остатки Стены и километры окружающей горной местности, но достаточно близко, чтобы в полной мере оценить его размеры. На фоне Шпиля Реликтовых Гробниц высокие Великие Горы казались совсем не высокими. «Но… я ведь уже спас мир, не так ли?»

Она рассмеялась лёгким, звенящим смехом, от которого у меня в животе даже спустя столько времени порхали бабочки. «Давай поскорее со всем этим разберёмся, чтобы мы могли сосредоточиться на Рейнольдсе и Ринии, когда они появятся, хорошо?»

Мы устроились в объятиях друг друга и закрыли глаза, наши дыхания слились в унисон. Но этот момент длился недолго, так как двери нашего вагона распахнулись с дорого звучащим треском, а занавески на окнах тут же запутались.

«Упс», — сказал Чхоль, протискиваясь в проём, который был едва достаточно велик для его туши. Он бросился на сиденье напротив нас, раскинув руки по спинке, и закинул ногу на ногу. Его разноцветные глаза блестели в непрямом солнечном свете. «Брат мой, я всё ещё не понимаю, почему мы едем в этом роющемся черве, а не летим. Путь до города Ксайрус был бы намного короче».

«Чхоль, вообще-то вежливо стучать, прежде чем входить в закрытую дверь», — мягко напомнила ему Тессия.

«Упс», — повторил он. «Столько всего нужно узнать о вашей культуре. Я посвящу себя овладению вашими многими, многими, многими странными правилами».

«Как это… знаешь, неважно». Тессия бросила на меня тайную улыбку. «В любом случае, мы ценим, что ты путешествуешь с нами. Гидеон был очень рад организовать этот поезд специально для нас, чтобы мы добрались до Ксайруса».

Академия Ксайруса ещё не открылась, и Ванеси согласилась провести нашу вторую — публичную — свадебную церемонию там. Я не считал необходимым делиться этим событием с миром, но Тессия в конце концов убедила меня — после того, как на неё надавили с десятка разных сторон — что публичная демонстрация нашего союза станет маяком надежды для испуганного континента.

В дверях появилась Элли, зевнула и опустилась на сиденье рядом с Чхолем, толкнув его ногой, чтобы он подвинулся, что он и сделал. «Луна и звёзды, всё моё тело всё ещё болит. По крайней мере, когда ты тренировался с Кордри, ты был в этом… как ты это называл? Царстве Души или что-то в этом роде? Хотела бы я не использовать своё настоящее тело».

«Ты права. Мне просто приходилось умирать снова и снова», — съязвил я. «Помнишь, каково это?»

Скачано с сайта vse-knigi.net





