[Перевод: ranobelist] Второй год, Том 4 (том 15)


Файл был сгенерирован проектом . - ранобэ на русском онлайн





Аннотация





Вторая половина двухнедельного экзамена по выживанию на необитаемом острове превратилась в настоящее поле боя. Первый, второй и третий года обучения, а также временный директор Цукиширо; в это вечное лето чувства и намерения переплетаются друг с другом.



— Я не боюсь исключения из школы. Я сделаю все для защиты Аянокоджи-семпая.

— Слушай, давай ты не будешь торопиться и проигрывать без моего разрешения, ладно?

— Посмотрим, если уж дойдет до такого… прорвемся силой.

— Я возьмусь за сдерживание Коенджи.

— Ой-ой, ну что за шумные ребятки? Ладно, прибавим-ка мы скорости, что на это скажете?

— Аянокоджи-кун, м-мне нужно тебе кое-что рассказать!



Экзамен по выживанию на необитаемом острове – битва способностей между учащимися со всех годов обучения наконец подходит к своему завершению!





Начальные иллюстрации





Пролог: Монолог Амасавы Ичики


Ребенок из пробирки – знакомо ли вам подобное выражение?

Кажется, сейчас оно не употребляется. В настоящее время используется термин экстракорпоральное оплодотворение. Я как раз тот самый ребенок, зачатый «искусственным оплодотворением».

Но это все, что я о себе знала. Я никогда не видела лиц своих родителей. Я не знала где они, что делают и почему меня отдали в Белую комнату. Мне неизвестно абсолютно ничего, да и, если честно, я не особо-то интересовалась этим. Разве только то, что мне однажды сказали, – мои родители весьма талантливые люди.

Другими словами, мне удалось появиться на свет ребенком, которому уготовано судьбой стать гением. Однако мое существование в корне противоречило идеям Белой комнаты. Ведь главная цель этого учреждения – воспитание детей с одинаковыми выдающимися качествами.

Белая комната стремилась доказать, что человеческие пределы определяются не наследственностью, а окружающей средой. Другими словами, я, будучи талантливой с рождения из-за генов, не приветствовалась. Я была уверена, что мое существование в Белой комнате было частью «эксперимента». Однако я не собиралась препятствовать эксперименту. Мне было интересно, действительно ли это так.

Пока я пришла к выводам, что невозможно воспитать всех людей с одинаковым интеллектом, чертами характера и силой воли. Разве мое существование не является отличным доказательством? С раннего детства мое внутреннее «я» контрастировало с окружающими людьми. Подавляя свет в своих глазах и делая их бесцветными, я постоянно рассуждала о смысле существования подобного учреждения.

Проникнуться идеями Белой комнаты, чтобы в будущем поставить свою жизнь на кон ради них? День изо дня тратить драгоценное время ради становления лучшим образцом чужого эксперимента? Разве все это не звучит печально? Разве не все хотят жить свободно? По крайней мере, я хочу. Мне претит мысль быть пойманной в ловушку такого мира.

Что-то я разошлась. Давайте вернемся к главной сути, а именно к существованию Аянокоджи Киётаки, которому удалось добиться выдающихся результатов в Белой комнате. Я была скептически настроена, когда впервые услышала о нем. Разве можно поверить в факт, что кому-то удалось одолеть врожденный талант и добиться лучших результатов?

Но… все оказалось правдой. Я сама убедилась в этом, когда просмотрела его данные и встретилась с ним лицом к лицу.

Этот человек и правда особенный.

Но мне жаль, семпай. Я правда хотела стать твоей союзницей, но этому не бывать.

Что касается длительности наших отношений, они гораздо длиннее, чем у моих семпаев. Никогда бы не подумала… что смогу быть к кому-то такой сострадательной.

Поэтому как человек, который с почитанием относится к семпаю, когда наступит «то самое время», я буду наблюдать за тобой издалека.





Глава 1: Тайные маневры


Вступление


Дождь продолжал усиливаться, а туман сгущаться. Видимость ухудшалась на глазах, но это не помешало мне ощутить присутствие кого-то постороннего и услышать его шаги.

Громкие звуки хлюпанья по грязи были подобны топоту. Казалось, кто-то намеренно шел так, чтобы его заметили. Как и я Нанасе услышала приближение незнакомца. Когда я оглянулся назад, то увидел ученицу с развевающимися на ветру багровыми волосами.

— Скоро грянет ливень, семпай.

На фоне усиливающегося дождя перед нашими глазами предстал силуэт Амасавы Ичики из класса 1-А. На этом специальном экзамене она была зачислена в ту же таблицу, что и мы с Нанасе, но я крайне сомневаюсь, что наша встреча случайна. Кроме нас в этой зоне не должно быть никого, тем более, если присмотреться, Амасава шла к нам без рюкзака и планшета.

Каким образом она очутилась здесь?

Как вариант, Амасава могла заранее спрятать вещи поблизости и затаиться.

Или с открытия экзамена, путешествуя налегке, она следовала за нами.

Нельзя исключать возможность, что кто-то мог намеренно отследить наше местоположение по GPS и передать ей координаты по рации. Как я упомянул ранее, шанс случайной встречи крайне невелик.

Впрочем, как бы то ни было, наша встреча для меня неблагоприятна.

Она подошла к нам не с пустыми руками.

Ее левая рука крепко сжимала массивную деревянную палку. Грозное оружие, подобной вещью можно серьезно травмировать человека.

Неужели она рассчитывала застать нас врасплох? Но в такую погоду она могла подкрасться незаметнее.

— Пожалуйста, встань за мной.

Пока я обдумывал возможную причину появления Амасавы, Нанасе с нервозностью на лице сделала шаг вперед. Смотря на нее сбоку, я видел напряженный взгляд, который она даже не пыталась скрыть, — она пронизывающе уставилась на Амасаву.

— Чего? Нанасе-чан не рада мне? Но мы ведь в одной группе? Ах, может быть, штуковина в моей руке испугала тебя?

В ту же секунду Амасава выкинула к ее ногам палку, убеждая нас, что она пришла с миром. Но даже после подобного поступка Нанасе ни капли не ослабила бдительности.

— Ты… не заслуживаешь доверия.

— Это ужасно. Почему ты так холодна ко мне? Разве я не достаточно милая?

Не думаю, что понятие миловидности и доверия можно связать друг с другом, но, кажется, подобное совсем ее не волновало.

— Нанасе, что происходит?

Амасава была человеком, чьи мысли понять не так просто. Я не слукавлю, если заявлю, что эта девушка обладает исключительным актерским мастерством и невероятным стимулом к осуществлению задуманного. Вот почему проявление бдительности вполне естественная реакция.

Но Нанасе отреагировала чрезмерно бурно, что не поддавалось логике. Разумеется, ее реакцию можно связать с неожиданным появлением Амасавы сразу после того, как она стала моим союзником…

— Эй, Аянокоджи-семпай, тебе ведь известно, что я не злодейка. Мы можем немного поговорить?

— Не слушай ее. Она опасна, — резко возразила Нанасе на предложение Амасавы, которая не проявляла враждебности.

И хотя Нанасе высказывала необоснованную критику в ее сторону, та не выглядела обиженной или задетой.

— Семпай… я кое-что скрывала от тебя. Помнишь тот день, когда кто-то напал на группу Комии-семпая и серьезно травмировал их? Вместе с Ике-семпаем вы начали подниматься на верх склона.

Нанасе вспомнила момент, когда на верху склона послышался шорох. В надежде, что он принадлежит Шинохаре, Ике бросился наверх. Я решил, что отпускать его одного опасно и последовал за ним.

— Как только вы отдалились, я почувствовала на себе чей-то взгляд и побежала в сторону, где мог укрываться злоумышленник.

— Значит, когда мы обнаружили Шинохару, тебя не было рядом с Судо и ранеными?

На мой вопрос Нанасе подтверждающе кивнула.

— Что произошло дальше?

— Тот человек был невероятно быстр и ловок, поэтому мне не удалось догнать его… Впрочем, в один момент мне удалось заметить характерный цвет его волос, — ответила Нанасе и медленно вытянула правую руку вперед, чтобы указать пальцем на Амасаву. — Амасава-сан, в тот день ты следила за нами.

— Хах, ты все-таки увидела меня, — ухмыльнулась девушка, даже не пытаясь защититься.

Весь ее вид показывал, что ее нисколько не волнует раскрытие.

Что ж, неожиданно всплывший факт решил одну из проблем и прояснил личность человека, следившего все это время за мной.

— Это ты виновата в случившемся с Комией-семпаем и остальными?

— Э, разве можно сходу обвинять человека? Может я, как и вы, случайно оказалась рядом с местом происшествия?

— Тогда почему ты убегала от меня?

— Ты гналась за мной с такой страшной гримасой на лице. Любой человек сбежал бы. Тем более я не хотела, чтобы меня в чем-нибудь подозревали.

— Я не верю тебе.

— Нанасе-чан, ты так уверена, что именно я столкнула семпаев с обрыва?

— Да. Я почти уверена в этом.

— Так уверена, что добавляешь слово «почти». Тогда почему ты думаешь, что тебе известна вся правда?

Прямо передо мной две участницы из одной малой группы спорили друг с другом.

— Тогда можешь ли ты поклясться, что не замешана в происшествии с Комией-семпаем?

— Могу, но какое тебе дело? Ты все равно не узнаешь, правдива ли моя клятва или нет, — ответила Амасава, намекая, что клятва в данной ситуации абсолютно бессмысленна. — Лучше я задам встречный вопрос. Предположим, злоумышленник я, что ты собираешься делать?

Она не стала пытаться уводить подозрения Нанасе, вместо этого прыгнув в водоворот событий. Нанасе, подавив эмоции, продолжила прощупывать Амасаву:

— Зачем идти на подобное нарушение? И более того объясни мне, почему школа не обнаружила твои координаты GPS рядом с местом происшествия?

Последний вопрос Нанасе не нуждался в дополнительном подтверждении.

— На самом деле скрыть свое местоположение очень просто. Для этого достаточно сломать часы, — с радостью в голосе отозвалась Амасава и приблизила к нашим глазам правую руку с часами. — Во-о-от ответ на твой вопрос. В случае преднамеренной или случайной поломки часов их можно заменить совершенно бесплатно.

— Разве школа не должна заметить пропажу сигнала твоего GPS?

— Разумеется. Но отследить пропажу достаточно сложно, если заранее не обратить внимания на мой сигнал.

Амасава права. Количество сигналов GPS на острове превышало отметку в четыре сотни. Даже если один или два сигнала пропадут с планшета, у учителей не будет времени на выяснение причины. Ведь их первостепенная задача – обеспечение безопасности учеников.

— Но это вопрос времени. Если школа устроит тщательное расследование, она обнаружит потерю сигнала.

Поскольку Шинохара заявила о нападении на ее группу, школа обязана провести расследование. И поскольку вероятность потери сигнала GPS только у одного человека к этому моменту достаточно высока, подозрения падут на Амасаву.

Однако именно здесь начиналась новая проблема.

— Без сомнения, у школы возникнут подозрения, если во время нападения на группу Комии сигнал GPS пропал только у Амасавы. Но больше никаких доказательств нет. Только из-за одного момента нельзя заключить, что злоумышленником была именно она.

— Пожалуй…

Нанасе, которая непосредственно видела Амасаву рядом с местом происшествия, должно быть, испытывала искушение заклеймить ее как злоумышленника. Однако доказать нарушение гораздо сложнее, чем это можно представить. Школа может посчитать обвинения ложными, и Амасава спасется от участи быть дисквалифицированной с экзамена.

Роль поддержания порядка и соблюдения правил была отдана «наручным часам», а в случае поломки их замена предоставлялась совершенно бесплатно. Наверное, школе стоило изначально ужесточить правила с целью предотвращения попыток мошенничества. Например, единоразовая замена часов за все время проведения экзамена, отнимание очков в случае замены или даже дисквалификация с экзамена из-за большого количества поломок часов.

Но чем жестче правила, тем выше вероятность саботажа со стороны ваших соперников, которые могли нарочно выводить часы из строя. Кроме того, это было бы неприемлемо для специального экзамена, если дисквалификация произойдет от действительно случайной поломки часов.

— В любых правилах есть лазейки. Пока твою вину не могут доказать, можно творить что угодно.

Конечно, заявление Амасавы было немного преувеличено, но в целом она права.

— Если нет доказательств, я готова лично дать показания, что Амасава-сан была на месте происшествия.

— Результат будет тем же. Даже если мы сами заявим о пропаже сигнала GPS и о ее местонахождении рядом с местом происшествия, в лучшем случае она просто попадет под подозрение.

Будь на ее месте Судо или Рьюен, которые склонны к насилию и нарушению правил, школа, быть может, провела бы тщательное расследование по отношению к ним. Но речь шла об ученице с первого года обучения старшей школы. Вероятность того, что они прислушаются к нашим обвинениям, крайне мала.

Тем более Комия и Киношита не засвидетельствовали о нападении, а Шинохара смогла лишь расплывчато заявить, что не смогла разглядеть злоумышленника. То же самое относится и к заявлению Нанасе о том, что она видела Амасаву. Без убедительных доказательств школа не может что-либо предпринять по отношению к ней.

— Вот так вот, Нанасе-чан.

И все же причина появления Амасавы до сих пор оставалась для меня тайной. Нанасе не переставала обвинять Амасаву, а та шутливо отпираться, но никакого прогресса это не приносило.

Если срочно не вмешаться… дальше станет еще сложнее добраться до правды.

Необходимо отложить в сторону ситуацию с выбыванием Комии и Киношитой и выслушать историю Амасавы.

— Что ты здесь делаешь… Нет, как ты нашла нас?

Принимая во внимание, что экзамен продлится еще неделю, дальнейшее нахождение под дождем нежелательно. Необходимо как можно скорее разбить палатку и спрятаться в ней от непогоды.

— К чему такая спешка, Аянокоджи-семпай. Разве ты не рад нашей встрече на необитаемом острове?

— Извини, но дождь истощает физические силы намного быстрее, чем ты можешь представить. Поэтому давай поскорее со всем разберемся.

— Тогда что насчет того, чтобы разбить палатку и переночевать в ней вдвоем?

Амасава прекрасно знает, что парням и девушкам запрещено ночевать в одной палатке.

Кроме того, она словно пыталась выиграть время бессмысленными разговорами.

— Ах, с этим что-то не так? Да не волнуйся ты, не волнуйся. Школа все равно не может контролировать всех.

Она попыталась подойти ко мне, но Нанасе мгновенно схватила ее за руку.

— Чего тебе? Зачем ты вцепилась в меня?

— Ты собиралась напасть на Аянокоджи-семпая?

— С каких это пор ты стала его защитницей? Разве не ты вместе с Хосен-куном пыталась исключить семпая из школы?

— Тебя это… не касается. Зачем ты появилась здесь?

— Я заблудилась и пришла просить помощь.

Очевидная ложь, которая никак не могла сгладить ситуацию.

Может ли быть, что Амасава пришла сюда проверить последствия боя между мной и Нанасе? В таком случае лишь по одному взгляду на Нанасе было понятно, что она встала на мою сторону. Нет, тогда и смысла продолжать этот разговор не было.

— Я хочу переговорить с Аянокоджи-семпаем. Может, отпустишь мою руку?

— Ты можешь сказать все и отсюда.

— Нет, не могу. Ведь речь пойдет о Белой комнате, — призналась Амасава.

Возможно, она подумала, что скрывать истинную личность дальше бессмысленно.

Неожиданное признание изумило Нанасе.

Весь первый семестр я пытался раскрыть ученика из Белой комнаты, но не смог. Никогда бы не подумал, что правда придет в форме «признания».

— Поняла? Ты здесь посторонняя.

Если Амасава и правда ученик из Белой комнаты, она в праве назвать Нанасе посторонним человеком.

— Нанасе, отпусти ее руку.

Хоть и с недовольством, но следуя моему указанию, Нанасе отпустила руку Амасавы.

— Какая ты хорошая девочка, Нанасе-чан. Настоящий верный песик. Не скажу, что мне не нравится такое поведение, — произнесла Амасава и начала сокращать дистанцию со мной.

Неужели сейчас наш разговор сдвинется с мертвой точки?

— Извини, но как пример, что-то подобное я уже слышал от Нанасе. Я не могу поверить тебе по одному упоминанию Белой комнаты.

— Хорошо, я докажу. Но прежде… думаю наш разговор не обязателен для ушей Нанасе-чан.

«Понимаешь?», — читалось в улыбке дьяволенка Амасавы.

Она слегка махнула рукой Нанасе, жестом приказав держаться от нас подальше. Не сомневаюсь, что Нанасе не хотелось оставлять нас наедине, но, тем не менее, она послушалась. На расстоянии в нескольких метрах от нас звуки дождя должны были полностью скрыть наши голоса, разговаривай мы шепотом.

Аккуратно ступая по грязи, Амасава сократила дистанцию между нами до расстояния вытянутой руки.

— Итак, с чего бы мне начать, — протянула Амасава и наигранно задумалась.

Внезапное появление Амасавы выглядело странным. Ведь до сего момента ученик из Белой комнаты скрывался от меня. Однако сейчас Амасава спокойно раскрыла свою истинную личность.

Более того, с самого начала она демонстрирует жест нерешительности, будто не зная с чего начать. Она явно тянула время. Но прежде чем я успел упрекнуть ее, Амасава начала говорить:

— Семпай, когда тебе было десять лет, твоей учебной программой числился проект пять, базирующийся на теории построения. В одиннадцать лет ты изучил теорию относительности проекта семь. Я хорошо запомнила это, потому что сама проходила их.

Как доказательство обучения в Белой комнате, она указала на конкретные факты.

— Весь интерьер учебных комнат, коридоров и наших спален был настоящим белым миром.

Уже стало ясно, что Амасава знает о Белой комнате гораздо больше, чем Нанасе. Маловероятно, что она услышала все от Цукиширо, ведь тому запрещено говорить посторонним такие подробности.

А значит Амасава и есть тот самый засланный «убийца». Содержание нашего разговора, манера речи, — я легко мог поверить, что она обучалась в Белой комнате.

— Зачем ты пришла сюда и просто так раскрыла мне свою истинную личность?

— Тебе не дает покоя мое признание? Мне просто хотелось донести, что я не твой враг, семпай.

— Звучит противоречиво. Ученик из Белой комнаты — убийца, засланный в школу, чтобы исключить меня. Нелогично утверждать, что ты мне не враг.

Под усиливающимся дождем Амасава насквозь промокла. Но это ее не волновало, и она продолжила свою речь:

— Аянокоджи-семпай, все последующие поколения после четвертого испытывают сильнейшую ревность к тебе. Вот почему верхушка решила направить ревность одного из учеников в благое дело и исключить тебя из школы. Но они прогадали с выбором. Им даже в голову не могло прийти, что тот ученик в душе всегда восхищался тобой.

— Значит вот в чем причина, почему ты раскрыла свою личность.

В ответ Амасава подтверждающе кивнула.

— Тогда почему не раскрыть себя сразу же после поступления в школу? Тебе удалось благополучно проникнуть в мою комнату, так что у нас было множество возможностей переговорить.

— Потому что долгое время я восхищалась воображаемым образом. Мне было необходимо время, чтобы лично встретиться с тобой, пообщаться и обдумать свои чувства.

Другими словами, если в глазах Амасавы моя оценка оказалась бы слишком завышена, она прибегла бы к моему исключению. Что ж, я получил ответ еще на один вопрос.

— Ты понял меня?

— Да. Пойти на подобное ученик Белой комнаты может только по собственной воле.

— Именно так. Знаешь, так странно ощущать себя обыкновенной ученицей старшей школы.

До сего момента только я испытывал подобное чувство. Вот почему я был заинтересован услышать реакцию от другого ученика Белой комнаты.

— Если ты испытываешь схожие с моими чувства, смогла ли ты получить удовольствие от пребывания в этой школе?

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, семпай, но я никогда не задумывалась над тем, чтобы весело проводить время до окончания школы и наслаждаться жизнью. В конце концов, я не умею заводить друзей, поэтому мне не с кем общаться.

Это так похоже на меня.

Я общаюсь с Хорикитой и Ике, но все равно не мог не замечать некоторую дистанцию между нами. Долгое время мой язык не поворачивался назвать их «друзьями».

— Но в отличие от тебя, семпай, у меня нет проблем с навыками общения.

Будто прочитав мои мысли, Амасава поправила себя.

— По сути, все что знаешь ты, семпай, знаю и я. Однако, с другой стороны, существуют некоторые вещи, которым могли обучиться только дети с пятого и следующих поколений.

Я решил не перебивать и молча выслушать Амасаву.

— Например, поддерживать минимальный уровень общения. Из-за огромного брака среди детей эпоха индивидуализма закончилась после твоего поколения, семпай. Разумеется, я не говорю о никчемных детях. Только по-настоящему одаренным детям было разрешено вступать в контакт с такими же одаренными.

Если она не врет, это объясняло проявление стольких эмоций на ее лице. Конечно, на короткий промежуток времени я тоже мог притвориться, но слишком трудно избавиться от старого безэмоционального образа жизни, в котором провел большую часть своей жизни.

— Все еще не веришь мне?

— В твое происхождение я верю. Но не в причину, по которой ты решила раскрыть мне свою истинную личность.

— Ты довольно спокойно отнесся к моему признанию, что я из Белой комнаты. Семпай, неужели ты совсем не видишь во мне угрозы?

Хоть я и не ответил на ее вопрос, Амасава все равно рассмеялась.

— Ну… я была рада пообщаться с тобой, семпай. А сейчас мне пора.

Сразу же после своих слов Амасава повернулась ко мне спиной, словно для нее было достаточно встретиться со мной и рассказать о том, что она является учеником из Белой комнаты.

— Что ты задумала, Амасава?

— Я ведь уже сказа-а-а-ала. Я восхищаюсь тобой, Аянокоджи-семпай, — оглянувшись, произнесла Амасава и влажными от дождя кончиками пальцев коснулась моей щеки. — Поэтому прошу, без моего разрешения не дай другим раздавить себя.

Бросив фразу на прощание, Амасава убрала пальцы с моей щеки и побрела в неизвестное направление.

Кого она имела в виду, когда говорила не дать другим раздавить себя без ее разрешения? Цукиширо? Первогодок, жаждущих награду в двадцать миллионов приватных баллов? Или может…

— Аянокоджи-семпай, все в порядке? Ничего не случилось? — с тревогой спросила Нанасе, подбежав ко мне.

Я заверил ее, что беспокоиться не о чем, и посмотрел на свой рюкзак.

— Дождь усиливается. Нам следует поторопиться.

Больше всего мне хотелось обдумать только что полученную информацию, но дождь наша первостепенная проблема.

— Мне ставить палатку?

— Да, — ответил я.

Однако прежде, чем заняться своей палаткой, необходимо позаботиться еще об одной вещи. А именно рассмотреть следы обуви, оставленные Амасавой после ухода.

— Семпай?..

— Дождь скоро смоет ее следы.

Следы, которая оставила после себя Амасава, уже начали терять первоначальную форму.

— Следы? А что с ними не так?

— На месте происшествия, где пострадали Комия и Киношита, я обнаружил чьи-то следы. На первый взгляд те следы и следы Амасавы примерно одинакового размера.

А это означало, что Амасава, как и говорила Нанасе, была на месте происшествия.

— Получается, появление Амасавы-семпай не случайно, и именно она столкнула семпаев со склона.

— Не знаю. Без сомнения, Амасава следила какое-то время за группой Судо и тобой. Но это не доказывает ее причастность к трагедии.

На мгновение на лице Нанасе застыло выражение, будто она не сразу поняла сказанного мною.

— Точных доказательств может и не быть. Но мы ведь можем сделать выводы, что в происшествии замешана она?

— Безусловно. Если сложить воедино всю имеющуюся информацию и руководствоваться логикой, злоумышленником определенно станет Амасава.

— Так и знала. Я точно уверена, что видела именно ее.

Конечно, ошибки в этом не было.

— Но ты не видела, как именно Амасава спихивала второгодок со склона.

— Ну… эм… А как же ее признание?

— Признанием ту фразу можно назвать с большой натяжкой. Амасава просто спросила у тебя: «Предположим, злоумышленник я». Она не сказала прямо: «Я главная виновница».

— Может, она боялась записи разговора, например…

— Взгляни на нас и обрати внимание на дождь. Неужели ты думаешь, что в таких условиях ей стоило проявить бдительность?

Погодные условия совсем не располагали к записи каких-либо доказательств.

— Пускай и так. Но отказываться от идеи все равно не стоит. Амасава-сан должна была понимать, что Аянокоджи-семпай – человек, которого стоит опасаться. Разумно с ее стороны проявить осторожность.

Что ж, проявить бдительность, чтобы снизить риск до нуля, звучит мудро.

— Предположим, она правда захотела нанести второгодкам серьезные травмы, которые с легкостью могли привести к летальному исходу. Тогда после содеянного ей следовало сразу покинуть место происшествия. Какой смысл задерживаться, чтобы ты, Нанасе, смогла увидеть ее?

Нанасе подумала немного, пока доставала вещи из рюкзака.

— Ну… Возможно, она захотела узнать о состоянии Комии-семпая и Киношиты-семпай. Тут могла сработать та же психология, что и у поджигателей, возвращающихся к месту преступления.

Действительно, в жизни имелась теория, что поджигатели всегда возвращаются на место преступления. Существуют несколько мнений насчет психологии этого поступка, но эту теорию применять всегда и так просто было довольно опасно. Если сразу обвинить Амасаву, то можно лишь поверхностно пройтись по случившемуся.

— Сомневаюсь, что после удачного дела Амасава вернулась бы на место происшествия из-за желания узнать о состоянии пострадавших. Невозможно, чтобы ученик Белой комнаты, посланный Цукиширо, мог совершить подобную глупость. Амасава прекрасно понимала, что ты, Нанасе, и я, почувствуем ее.

Чтобы не упустить ничего важного, я продолжал внимательно осматривать уже терявшие форму следы.

— Как ты думаешь, почему тогда Амасава без колебаний начала убегать от тебя, но при этом спокойно позволила раскрыть нам свою истинную личность?

— Может быть, она поняла, что ее раскрыли, поэтому по собственной инициативе решила вступить с нами в контакт? Если мы поделимся своими опасениями со школой, даже без доказательств у нее могут возникнуть проблемы. И не только у нее. Вместе с ней неприятности могут появиться и у временно исполняющего обязанности директора Цукиширо.

— Только что ты сама подтвердила противоречивость повторного возвращения на место происшествия.

— Может, она совершила ошибку по собственной неосторожности.

— Сомневаюсь.

Скорее всего, по какой-то лишь ей ведомой причине, Амасава намеренно позволила Нанасе раскрыть себя.

Тем временем, идя по следу, мне удалось обнаружить новую подсказку.

— В действиях Амасавы есть некоторые вещи, которые не стоит упускать из виду.

— Не стоит упускать из виду?

Все это время я шел по следам Амасавы, которые практически смыло дождем.

— Амасава показалась за нашими спинами. Поэтому если пройтись по ее следу и осмотреться…

— Ох?

Наконец-то и Нанасе заметила кое-что странное.

— Неужели это еще один след?

— Ага.

Размером этот новый след был немногим больше, чем у Амасавы, но из-за дождя точно определить невозможно.

— Человек, оставивший эти следы, довольно близко подобрался к нам. По следам также видно, что он и Амасава пересеклись. Что-то произошло между ними, после чего таинственный человек ушел.

— Незадолго до того, как к нам вышла Амасава-сан, здесь был кто-то еще?..

Из-за дождя невозможно установить принадлежность следов ученику или какому-то взрослому из числа сотрудников школы.

— Нанасе, принеси мне ту деревянную палку, которую держала в руке Амасава.

— Д-да, сейчас.

Нанасе быстро сбегала за палкой, которую оставила после себя Амасава, и вернулась ко мне. Внимательный осмотр палки привел только к одному умозаключению.

— Ничего не замечаешь?

— Заметила ли я… хм? Думаю, подобной палкой можно нанести серьезные травмы. Или…

Присмотревшись к палке, Нанасе, судя по всему, тоже это заметила.

— Ах, кажется, палка не была взята спонтанно откуда-то поблизости.

— Верно. Для того чтобы воспользоваться ею в качестве оружия, кто-то убрал с нее все лишнее. Сомневаюсь, что такого вида палка может просто так валяться на земле.

— Значит, она собиралась напасть на Аянокоджи-семпая с этой палкой?

— Если Амасава хотела напасть на меня, ей не следовало так сильно привлекать внимание. И хотя в руке она держала оружие, агрессии с ее стороны не было. Более того, Амасава намеренно предупредила нас о собственном приближении.

Из этого предположения можно было сделать еще один вывод.

— Получается, с самого начала она не планировала нападать… Тогда владельцем палки изначально был таинственный незнакомец, а не Амасава-сан?

Кто-то осторожно подкрадывался к нам, но улепетывал уже широким шагом. Должно быть, когда его раскрыли, таинственный незнакомец убегал со всех ног.

— Но зачем?

— Амасава рассказала, что всегда восхищалась мною. Должно быть, по этой причине она отогнала незнакомца, который собирался напасть на меня. Думаю, ситуация обстояла как-то так.

— Знаешь, немного опасно записывать ее в союзницы только по таким выводам…

— Знаю. И все же мне сложно по одним только следам понять, кто здесь был.

— Возможно… этот человек как-то связан со школой?

— Может быть. За меня еще положена награда.

Легко представить, что след принадлежит одному из учеников, жаждущему награду. Кто-то непременно мог пойти на риск, чтобы исключить меня из школы.

— Ах, точно! — воскликнула Нанасе, будто что-то придумав. — Семпай, давай воспользуемся поиском по GPS! После ухода Амасавы прошло не так много времени. Даже если незнакомец убегал со всех ног, плохая погода не должна позволить ему уйти далеко.

И правда, если воспользоваться поиском по GPS и получить координаты всех людей вокруг в зоне, можно сузить круг подозреваемых. Для этого необходимо определить тех, кто сейчас ближе к нам.

— Ох, но, если часы сломаны, как и у Амасавы-сан, ничего не получится…

— Ты не права. Повреждение часов приводит к исчезновению GPS сигнала. Если бы я сегодня уже воспользовался поиском GPS и сейчас решил бы сделать то же самое, о чем можно было бы подумать в случае пропажи еще одного сигнала, помимо Амасавы?

— …Что тот человек и является таинственным незнакомцем.

— Правильно. Тот человек, который пытался напасть на меня, ни за что не сломает свои часы.

— Значит, мы можем потратить одно очко, да?

С момента как меня окликнула Амасава прошло примерно пятнадцать минут. Недостаточно сбежать от нас, незнакомцу потребуется время, чтобы покинуть зону. Нам может повезти, и мы правда определим владельца таинственных следов. Для этого достаточно воспользоваться предложением Нанасе и использовать поиск по GPS…

— Нет, мы не будем использовать поиск по GPS.

— А?! Но почему?

— Незнакомец мог предвидеть, что мы воспользуемся поиском по GPS. Не удивлюсь, если мы обнаружим не относящегося к происшествию ученика.

Нет гарантий в обнаружении человека, который нам-то и нужен. Но лучше отказаться от информации, навязываемой другой стороной. Особенно если учесть, что Амасава позволила Нанасе увидеть и раскрыть свою личность.

— Мне кажется поиск по GPS пустая трата времени.

— Что ж, на его месте я бы не позволила так глупо себя раскрыть. Можно не бояться человека, которого так просто обнаружить по GPS.

Мой аргумент не совсем убедил Нанасе, но она приняла мое решение. В любом случае, даже собрав мысли в кучу, продолжать разговор в текущих условиях не стоит. Вот почему я замолчал и приступил к установке палатки, как и Нанасе.

Без преувеличения можно сказать, что шел сильный дождь. Мы расположили свои палатки вход к входу и спрятались в них. Быстро скинув намокшие спортивный костюм и нижнее белье, я насухо вытер волосы и тело. После я переоделся в запасной комплект одежды и расстегнул вход палатки, чтобы выглянуть наружу. День еще не закончился, но снаружи уже было темно, как ночью.

Как минимум сегодня мы больше не сможем никуда выдвинуться.

Под громкие звуки дождя я застегнул вход палатки и прилег. За один день мне раскрылись прошлое Нанасе и истинная личность Амасавы как ученицы Белой комнаты. Но особой ясности в ситуацию информация не вносила.





Часть 1


Под непрекращающиеся звуки ливня снаружи, на наши планшеты поступило электронное письмо от школы. Как и ожидалось, экзаменационная программа на сегодняшний день завершена. В сообщении упоминалось, что отмена основного перемещения и заданий неприятна для многих, поэтому школа рассмотрит все способы компенсации, чтобы не оставить учеников в затруднительном положении.

Пока дождь не прекратится, школа не сможет установить точный размер компенсации, но факт оставался фактом, экзаменационный день для учеников окончен.

С точки зрения общего рейтинга групп компенсация окажется совсем не лишней. Однако многие группы предпочитали придерживаться определенной стратегии выживания, и теперь им придется придумывать новую.

Что касается меня, я тоже не назову дождь божьим благословением. Большинство групп выдохлось во время первой недели экзамена, поэтому оставшуюся неделю я планировал выложиться на полную ради набора очков. Но сейчас, когда школа выделила оставшуюся часть седьмого дня под отдых, каждый ученик мог воспользоваться перерывом для восстановления физических сил. Конечно, окружающие условия были далеки от понятия комфорта и в такой обстановке полностью избавить организм от усталости не представлялось реальным, однако сам факт наличия дополнительной возможности перевести дух уже играл немалую роль.

— …пай.

— М-м-м?

Тяжелые капли дождя громко тарабанили по палатке, но я был уверен, что услышал чей-то голос.

— Сем…пай.

И снова до моих ушей донесся голос. Он исходил из палатки Нанасе напротив моей. Я расстегнул молнию и выглянул из-под сетчатой ткани. Несмотря на плохую видимость снаружи, палатка Нанасе просматривалась отлично, ведь мы их поставили вход к входу.

— Я хочу поговорить с тобой! Можно ненадолго зайти к тебе в палатку?! — прокричала Нанасе из своей палатки.

Неужели Нанасе позабыла, что девушкам и парням не подобает проводить время вместе в одной маленькой палатке?

Хотя школьными правилами запрещена совместная ночевка, провести какое-то время вместе не создаст проблем. Пока мы придерживаемся моральных норм, все будет в порядке.

Однако ливень снаружи не собирался затихать. Пускай расстояние между нашими палатками меньше двух метров, можно снова промокнуть за пару секунд.

— Хорошо. Но ты точно хочешь поговорить со мной? — поинтересовался я, на что Нанасе согласно кивнула.

Она накрыла свою голову полотенцем и полностью расстегнула вход своей палатки. Я последовал ее примеру и, приветствуя ее, тоже широко расстегнул вход. Нанасе быстро выпорхнула из своей палатки и забежала в мою. Она пробыла снаружи долю секунды, поэтому дождь не успел сильно намочить ее.

— Эм… Семпай, прости, что нарушила твой отдых.

— Не бери в голову, все в порядке.

На самом деле за сегодняшний день она должна устать сильнее, чем я. Мало того, что путь до этой зоны был отнюдь нелегким, позже ее ждала изнуряющая драка со мной, причиной которой стало недопонимание.

Я подумал, что Нанасе сразу начнет разговор, но после извинений она не произнесла ни слова.

Как будто она не могла решиться. Какое-то время мы просидели в тишине, молча наблюдая друг за другом…

— Наверное, ты считаешь меня бесстыдной? — спросила Нанасе и виновато опустила голову. — Я была враждебно настроена к семпаю и наговорила много плохих вещей… Вероятно, сейчас тебе неприятно находиться рядом со мной.

Хоть и с опозданием, но сейчас в непосредственной близости Нанасе охватило чувство вины.

— Все хорошо, можешь не извиняться. По крайнее мере, мы прояснили все между собой и необходимость во враждебности пропала. Я прав?

Возможно, между нами остались некоторые неясные моменты, но специальный экзамен никуда не девался. Потеря возможности рационально мыслить и рассуждать может повлиять на результат.

— Да, — произнесла Нанасе и снова виновато опустила голову.

— Итак, о чем ты хотела поговорить со мной?

— Ах, точно, — воскликнула Нанасе, будто только сейчас вспомнив настоящую причину. — Аянокоджи-семпай, когда перед нами появилась Амасава-сан, я потеряла голову… Я помнила, какую тяжелую ношу ты несешь на себе, поэтому не смогла подавить желание прогнать ее.

Значит, Нанасе просто беспокоилась обо мне, не придерживаясь какой-то цели. С одной стороны беспокойство постороннего человека казалось немного проблематичным, но с другой – не скажу, что мне было неприятно ее внимание.

— Я убедила себя, что именно Амасава-сан столкнула со склона Комию-семпая и Киношиту-семпай. Мне казалось, что, утаивая свою истинную личность, она скрывает правду. Но потом ты, Аянокоджи-семпай, объявил, что она может быть не виновата, и я совсем запуталась…

— Правда до сих пор скрыта от нас.

Личность Амасавы-сан окрашена серым, приближенным к черному цвету. Но не абсолютно черному.

— Мне не понятен мотив злоумышленника. Зачем кому-то понадобилось идти на подобное?

— Возможно, подсказки придут к нам, если мы будем отталкиваться от противоположного. Давай предположим, что Амасава не замешана в происшествии.

Я решил еще раз обсудить инцидент, произошедший с Комией и Киношитой. Обмениваясь друг с другом мыслями, можно увидеть то, что раньше оставалось в тени. Кто-то столкнул их вниз со склона. Отсутствие GPS сигнала доказывало, что нападение было преднамеренным, а не случайным.

Поэтому…

— Эм… разве все это не выглядит странным? — недоуменно нахмурилась Нанасе после моих слов. — Я про то, что Амасава-сан не имеет отношения к нападению. Случайно со сломанными часами оказаться рядом с местом нападения на группу Комии-семпая и начать следить за ними? А после случайно позволить мне раскрыть себя?

— Случайности, накладывающиеся друг на друга, перестают называться случайностями. Наше предположение, что Амасава не замешана в нападении на группу Комии, уже начинает трещать по швам.

Однако не стоит забывать, что столкнуть их могла не сама Амасава, а кто-то из ее знакомых.

— Получается, если Амасава-сан не нападала на группу Комии-семпая, она может знать настоящего злоумышленника? И тогда вполне возможно, что она его сообщница?

— Все верно. Те следы, которые я упомянул, могут принадлежать настоящему виновнику.

Если предположить, что Амасава помогала настоящему злоумышленнику, ее действия легко объяснялись.

— Думаю, если бы они попытались применить насилие, то сделали нечто подобное.

Нанасе приняла связанные между собой улики.

— И еще…

В то же время… я начал беспокоиться о чем-то, что не имело отношения к нашей теме обсуждения.

— И еще? — недоуменно переспросила Нанасе, но я не решился озвучить предмет беспокойства.

Для меня это была настоящая загадка о «причине» такого явления.

В течение семи дней мы выживали на необитаемом острове. Большую часть времени Нанасе проводила вместе со мной, поэтому у нее не было возможности заняться гигиеной тела.

Конечно, один раз у нее появилась возможность принять душ после «Пляжных флагов», когда она переодевала купальник и смывала с себя песок. Тем не менее пота, накопленного за сегодняшний день, должно быть достаточно, чтобы чувствовать себя дискомфортно.

Поскольку сейчас мы вместе в одной маленькой палатке, запах Нанасе распространился по ней, но он отнюдь не был неприятным. Частично избавиться от запаха пота можно при помощи полотенца, но как она добилась такого приятного запаха?

Мне очень хотелось задать ей вопрос на эту тему, но я не решился, ведь мог нарваться на обвинения по типу «семпай-извращенец».

— Ничего, не обращай внимания.

— Хорошо, — Нанасе кивнула, не став ничего у меня выпытывать.

В моей жизни появилась девушка, но я до сих пор новичок, познающий азы. Во всяком случае, когда речь заходила о подобных вещах, я многого не понимал. Антиперспиранты, дезодоранты и прочее стоит достаточно дешево, наверное, Нанасе и воспользовалась ими. Это единственный ответ, который мог сейчас прийти в мою голову.

Хоть я и сам задумался над этим, почему-то мне стало необъяснимо неловко. Нанасе не придала значения моему замешательству, поэтому я быстро сменил тему.

— Пока неизвестно, действительно ли происшествие дело рук Амасавы, но можно предположить, что в нем замешан кто-то из ее таблицы.

Мои слова остались непонятны Нанасе, поэтому она вопросительно склонила голову. Я решил достать планшет и показать наглядно.

— А это нормально? Аянокоджи-семпай, разве планшет не содержит приватную информацию?.. Ты точно уверен, что хочешь показать его мне?

Под приватной информацией Нанасе, скорее всего, имела в виду общее количество набранных очков. Ведь на всеобщее обозрение был выставлен счет только тех, кто входил в десятку верхних и нижних групп. Общее количество набранных очков других групп держалось в секрете.

— Нанасе, разве мы не установили между собой доверительные отношения? Может я что-то не так понял?

Когда я задал вопрос, Нанасе мгновенно вспыхнула и подняла свой взгляд на меня.

— Никак нет! Я очень рада, что ты доверяешь мне, — отозвалась Нанасе одновременно смущающимся, извиняющимся и радостным голосом.

До недавнего времени я даже представить себе не мог, что увижу подобное стыдливое выражение на ее лице.

— Кроме того, если вспомнить наше совместное выживание, разве мы не можем предположить примерное количество очков, заработанных друг другом?

Конечно, в некоторых заданиях я принимал участие в одиночку, но Нанасе могла исходить из предположений, что мне удалось занять первые места. Я не видел никакой проблемы в раскрытии общего количества набранных очков, так что сразу попытался перейти к сути дела:

— Что касается сообщника, который может оказаться в той же таблице…

Нанасе, которая отличалась острым умом, сразу увидела странность.

— Послушай, семпай… разве твои набранные очки не должны быть больше?

— Что?

Когда я переспросил ее, Нанасе начала рассуждать, попутно загибая пальцы на своих руках.

— Награда за прибытие в зону, плюс бонус за прибытие, плюс участие в заданиях… минус несколько очков за трехкратное неприбытие в зону. Плюс пока я отдыхала, ты принял участие в заданиях и занял на них первые места.

У Нанасе хорошая память. В будущем это может пригодиться мне.

— Хорошо подмечено. На моем счету сейчас должно быть восемьдесят восемь очков.

— Именно. Но сейчас у тебя семьдесят восемь, что на десять очков меньше. Это точно не из-за штрафов…

Как и почему исчезли десять очков? Я решил поделиться этой информацией с Нанасе.

— Во время проведения специального экзамена, согласно правилам, зона прибытия объявляется четыре раза за день. С семи утра и до пяти вечера в общей сложности мы путешествуем по острову десять часов. Когда наступил шестой день экзамена, я решил начать пользоваться поиском по GPS каждый час. Начиная с семи утра шестого дня экзамена, исключая полуденный перерыв, я воспользовался поиском по GPS десять раз.

Кажется, Нанасе не до конца поняла, зачем я пошел на подобное.

— Поиск по GPS – очень полезный инструмент, который позволяет определить местоположение всех учеников на острове. Но однократное использование этой функции не несет никакой пользы. Вот почему я разделил день на десять отрезков и благодаря поиску по GPS смог прояснить множество вещей, которые раньше были скрыты.

Если соединить точки в единую линию, то можно получить траекторию перемещения любого ученика за день. Кто-то мог использовать поиск десять раз и заметить, что я с Нанасе путешествую вместе.

— Вот как, теперь мне понятно, куда ты использовал те очки. И правда, если каждый час отслеживать местоположение учеников, можно прояснить их таблицы. Однако я не помню, чтобы ты, семпай, начиная с шестого дня экзамена проводил много времени за планшетом. Как ты не забываешь полученную информацию?.. Хочешь сказать, что ты запоминаешь ее за одно мгновение?

— Это технически невозможно. Требуется много времени, чтобы отследить поименно всех учеников.

Одновременно со своими словами я открыл папку с фотографиями на своем планшете, чтобы продемонстрировать сохраненные в ней изображения.

— Во время каждого поиска по GPS я делаю скриншоты карты. Это позволяет неограниченно изучать информацию в свободное время.

Отправка сообщений и фотографий невозможна во время экзамена. Но скриншот экрана – это базовая функция, доступная всем владельцам планшетов. Масштабируя карту острова и делая ее снимки, можно разузнать местоположение абсолютно любого ученика.

— Мне доступна история перемещения всех учеников. В любой момент времени я могу сравнить их маршруты друг с другом.

Перед тем как лечь спать, перед началом экзамена, во время полуденного перерыва. Времени было достаточно много, и я использовал его для анализа информации.

Поскольку на карте каждый период времени отображались задания с кратким описанием, уже на шестой день экзамена я примерно понял, ученики каких групп принимали участия в них.

— …Провернуть нечто подобное. Я ничего не замечала.

— Я не так глуп, чтобы позволить потенциальному врагу увидеть свои секреты. На шестой день экзамена я еще не знал, что ты за человек, Нанасе.

Я не мог позволить Нанасе, как неподтвержденному врагу, понять, что использовал поиск по GPS. Поскольку планшет постоянно использовался для отслеживания заданий и подтверждений текущих зон прибытия, я мог свободно пользоваться им без всяких подозрений.

Постоянно отслеживая местоположение зон назначения, каждый час я выполнял поиск по GPS и делал скриншоты экрана. Нанасе восхищенно листала скриншоты карты. С каждым ее движением на карте менялось расположение GPS сигналов учеников.

— Но я просто не могу не поинтересоваться, стоила ли твоя затея десяти очков? Чтобы проанализировать шаблон передвижения одного человека требуется много времени. Подобная стратегия имела бы смысл на существование, если информацией можно было каким-нибудь образом поделиться с другим человеком.

Действительно, ценность снимков возросла бы в разы, если их с легкостью можно было отсылать одногруппникам по электронной почте.

Некоторые могли объединиться и чаще использовать поиск по GPS, чтобы отслеживать местоположение других вне активной части экзамена. Не удивлюсь, если другие классы так и поступали.

— Для одиночек ценность снимков зависит от того, как ими воспользоваться. Уже в скором будущем прояснится, стоила моя затея десяти очков или нет.

— Семпай, неужели…

— Верно. Некоторую информацию можно добыть только после повторного использования поиска по GPS.

Просматривая классы первогодок и третьегодок, можно было открыть для себя много нового. Особенно это касается третьегодок, чьи группы сильно отличились на экзамене.

— Возьмем, к примеру, часть групп третьегодок. В течение всего дня они вели себя достаточно странно. И их странность тесно связана с группой Нагумо и группой Кириямы. Я проследил по карте за их перемещениями и открыл для себя кое-что интересное.

Начиная с семи утра шестого дня экзамена я сосредоточил внимание на группе Нагумо, отслеживая их перемещение каждый час.

— Во-первых, в семь часов утра группа Нагумо находилась в зоне B8.

— Получается, квадрат B8 стал для них последней зоной назначения на пятый день экзамена?

— Может быть, но B8 не самая южная часть острова, они могли выдвинуться и из зоны B9 под ней. Но сейчас это неважно. В семь утра я воспользовался поиском по GPS и засек сигналы только членов его группы.

Спустя час во время повторного поиска вокруг группы Нагумо начали собираться другие третьегодки. Этот факт стал еще заметнее в девять утра, когда вокруг Нагумо собралось еще больше групп.

Одной большой группой они двинулись в одну сторону. Понаблюдав за ними в десять и одиннадцать утра, я обнаружил некоторую особенность.

— Множество групп собралось вокруг одной и начали передвигаться вместе… Все это напоминает рыбий косяк.

— Оценивая их действия целиком, можно не заметить этого, но приглядись внимательнее к деталям и тогда кое-что заметишь.

После моего совета Нанасе дважды кивнула. Следом я показал ей снимок карты за три часа дня.

— Неужели своим объединением они решили монополизировать задания?

— Верно. Подобная формация с легкостью позволит группе Нагумо занять первое место в любом задании.

В этом не было ничего сложного. Простая, но одновременно сильная стратегия.

— Но в таком случае другие третьегодки, кроме группы президента ученического совета Нагумо, не смогут зарабатывать очки, разве нет? Вряд ли они все находятся в одной таблице. Сотрудничать друг с другом, чтобы позволить выиграть определенной группе… Многим может прийти в голову подобная стратегия, но реализовать ее на практике практически невозможно.

Другие группы должны стремиться к своим зонам назначения. Отдача всех заданий группе Нагумо приведет только к потере больших наград.

— Ты права. Их стратегия игнорирует общую идею экзамена на необитаемом острове. Как думаешь, почему изначально мы не можем работать друг с другом, чтобы помочь победить определенной группе?

— Потому что на кону классные очки и исключение из школы.

Я показал Нанасе членов групп, собравшихся вокруг Нагумо.

— Вот оно что… все остальные члены групп – выходцы из классов ниже…

— Ни одного ученика из класса А нет в этих группах.

— Разница в классных очках у третьегодок слишком огромна.

— Другими словами, независимо от того, проиграет класс B или D, это никак не повлияет на межклассовое противостояние между третьегодками.

Первогодки и второгодки еще не отказались от межклассовых противостояний. Конкурируя друг с другом, каждый ученик мечтал попасть в класс А, не признавая остальные низшие классы.

Но все четыре класса третьегодок уже сплотились и игнорировали межклассовое противостояние.

— Преимущество стратегии заключается в том, что группы на самом дне рейтинга могут пойти на любые поступки. Заработают они одно очко или пятьдесят – неважно, ведь еще ниже упасть в рейтинге нельзя. Все что им может грозить, это потеря еще скольких-то классных очков или исключение из школы.

— Если они правда решат всеми силами поддерживать определенную группу, общее количество набранных очков устремится к нулю. Хотя большинство групп третьегодок уже имеют не больше двадцати-тридцати очков, верно?

Постоянное игнорирование перемещения зон и заданий никак не способствует зарабатыванию очков. Как и выразилась Нанасе, постоянно набирая штрафную цепочку из-за неявки, можно легко упасть до нуля очков.

Я решил не отвечать на вопрос Нанасе, а задать наводящий, чтобы она смогла понять еще больше вещей:

— Когда стратегия становится явной, ее эффективность снижается. Как думаешь, что они могут предпринять, чтобы о ней ничего не узнали?

— С нулем очков на счету они быстро привлекут внимание других классов, возможно, группам третьегодок позволено зарабатывать хоть сколько-то очков… — предположила Нанасе и посмотрела на меня.

Все верно, стратегия Нагумо сильно заметна.

Это похоже на то, как группы будут ходить и кричать о своих нулях на счету, утверждая, что прикалываются над всеми.

— Среди групп-третьегодок многие поддерживают Нагумо, но у них всегда есть по одному человеку, который будет перемещаться в назначенные зоны.

— Так они пытаются избежать увеличения штрафов за неявку.

Именно это позволяет третьегодкам помаленьку копить очки на своем счету.

— Группы, сотрудничающие с Нагумо, рассматриваются как конкурирующие друг с другом. Пускай они и отказались от первого места, шанс занятия второго и третьего места одинаков для всех. Поэтому иногда даже низшие группы будут меняться позициями и общим количеством набранных очков. Именно так они обманывают остальных, делая вид, что относятся к экзамену серьезно.

Невозможно распознать подобную стратегию, не воспользовавшись десятью очками для поиска по GPS. Даже при возникновении подозрений, без каких-либо доказательств это так и останется на уровне подозрений.

— Неужели ради победы президента ученического совета Нагумо семпаи готовы покинуть школу? Пускай они больше не могут попасть в класс А, разве им не хочется избежать исключения из школы?

— Если не брать в расчет эксцентричных личностей, ты окажешься права. Нагумо определенно предпринял меры для завлечения людей к своей необычной стратегии.

— Предпринял меры?

— По результатам специальных экзаменов учащиеся классов 3-B и ниже не смогут попасть в класс 3-А. Но что если Нагумо за сотрудничество поможет им перевестись в класс А?

— Если только по этой причине, то… ученики действительно захотят помочь ему…

Выпуститься из класса B и ниже или из класса А? Ради призрачного шанса на перевод множество учеников присоединятся к стратегии Нагумо.

— Я в растерянности. Кто заправляет этим экзаменом – школа или президент ученического совета Нагумо?

— Мне понятны твои чувства. В его руках весь третий год обучения. Он не придерживается правил, он тот, кто сам их устанавливает.

Именно он стоит во главе текущей ситуации. Даже если пройтись по истории Кодо Икусей он, вероятно, будет первым и последним столь уникальным учеником.

Разумеется, мы, второгодки, не можем позволить делать Нагумо все, что ему захочется.

На пятый день специального экзамена я обратился к Рьюену и Сакаянаги с конкретным предложением. Для достижения определенной цели «часть» второгодок будет работать вместе. Проще говоря, наша стратегия была похожа на стратегию Нагумо, но отличалась тем, что она не была сфокусирована для сбора очков конкретной группы. Поскольку второгодки соревнуются друг с другом, не было никакой возможности договориться о вещах, связанных с классными очками. Поэтому мы решили, что будем сотрудничать друг с другом в других аспектах. Рьюен и Сакаянаги были обеспокоены некоторыми группами, в которых находились их одноклассники. Наши переговоры закончились решением о взаимной поддержке. К примеру, вместо того чтобы помочь группе Судо расширить число участников учениками класса 2-D, мы отдадим подобную прерогативу классу 2-А.

Даже несмотря на враждебность между нами, ради общих интересов мы готовы протянуть руку. Именно эта черта отличала лидеров классов второго года.

Сомневаюсь, что все прошло бы гладко, будь мы на первом году обучения. Только полуторагодичный опыт позволил стратегии выйти в свет.

— Я все поняла. Значит для тебя, семпай, трата десяти очков ради получения информации не является большим риском?

— Я не отказался от цели добраться до вершины рейтинга. К моему счастью, мне повезло с энтузиазмом Коенджи. Поэтому сейчас мне нужны ресурсы для поддержки своих одноклассников.

— Коенджи-семпай удивителен. Только подумать, он в одиночку противостоит группе президента ученического совета Нагумо.

Коенджи и правда произвел впечатление. Но на деле факты немного отличались от истины. Группы Коенджи и Нагумо не просто противостояли друг другу, а вели полноценное сражение. Каждый раз при проверке десятки верхних групп все думали о «противостоянии между одиночкой и целой группой Нагумо». На самом деле это была битва между группой Нагумо и Коенджи.

На протяжении двенадцати дней группа Нагумо продолжит борьбу за вершину. И если результат ее не устроит, то в последние два дня она сделает мощный рывок.

Результат в подобной ситуации один – группа Нагумо выиграет у сильно выдохшегося к концу экзамена Коенджи. Стратегия с использованием большого количества людей принесет много выгоды при участии в заданиях. Но если Нагумо обгонит Коенджи, мы также можем забыть о победе.

— А сейчас, держа эту информацию в голове, посмотрим, как передвигалась Амасава на шестой день экзамена.

Этим заявлением я должен дать понять Нанасе, что использование десяти очков несет дополнительную ценность.

— Кажется, утром Амасава находилась не в последней назначенной зоне.

Не было ничего необычного в том, чтобы ученики в одной таблице ночевали в последней зоне прибытия. Но поиск по GPS показал, что Амасава находилась в двух зонах ниже от нашей. И ночевала она одна, поскольку я не видел других сигналов GPS возле нее.

— Вот ее местоположение в восемь часов. Ровно через час после объявления зоны назначения.

— Нашей зоной стала B6.

— Ага. Амасава шла к зоне B6 по другому маршруту.

Учитывая расстояние, пройденное ею за час, передвигалась она очень быстро.

Может ли быть, что ее скорость передвижения выше среднестатистического ученика? Или, может, она пользовалась эффективными маршрутами передвижения? По крайней мере, она не выглядела девушкой, одиноко блуждающей по лесу.

После повторного поиска по GPS через час Амасава добралась до зоны C6, располагавшейся правее от зоны прибытия. Потратив всего час на перемещение, в свободное время она могла принять участие в заданиях поблизости.





— Не могу не отметить, насколько это потрясающе. Ты можешь просмотреть перемещение любого ученика.

На первый взгляд утром шестого дня Амасава участвовала в экзаменационной программе, как и все ученики.

Следующим шагом мы просмотрели остальные снимки экрана с третьего по седьмой. И снова ничего подозрительно увидеть мы не смогли. Передвигаясь до зон назначения, она приняла участие в трех заданиях. Что касается полученных наград, эту информацию можно было получить из планшета Нанасе, но результат не был так важен.

— По крайней мере, до пяти вечера шестого дня экзамена Амасава не подходила к нам и не делала ничего подозрительного.

— …Жаль, но наш урожай на этот раз равен нулю.

— Да нет, мы узнали достаточно. Кажется, Амасава относится серьезно к специальному экзамену и не совершает ничего подозрительного, что можно обнаружить поиском по GPS.

Наверняка Амасава что-то предпринимает до начала экзаменационного дня и после его окончания. Конечно, можно воспользоваться поиском по GPS и в это время, но это будет пустой тратой очков.

В это же время нам поступило дополнительное сообщение от школы насчет очков, которых мы недосчитались из-за отмены экзаменационной программы.

«В связи с тем, что экзаменационная программа седьмого дня выполнена всеми на четверть, школа решила компенсировать потерянные очки путем удвоения награды и бонуса за прибытие и награды за выполнение заданий в последний день экзамена. Прогноз погоды показывает, что завтра утром погода вернется в нормальное состояние».

Последний день экзамена, как и первый, длится три четверти от общей программы. Правильно ли поступила школа, когда решила компенсировать потерянные очки путем их удвоения?

— Возможно, это решение перевернет всю ситуацию на экзамене.

Удвоение очков, собранных в последний день экзамена, просто обязано изменить представление об экзамене у всех групп.

— Школа правильно поступила, когда заранее предупредила об удвоении очков в последний день экзамена. Это даст достаточно времени, чтобы пересмотреть передвижение во второй половине экзамена.

Так как экзаменационная программа сегодняшнего дня отменена, некоторые группы приступят к переосмыслению стратегии выживания для финального рывка в последний день. Я совсем не удивлюсь, если скорость зарабатывания очков группами упадет после восьмого дня. Тем не менее мне трудно сказать, что для меня все складывается как нельзя кстати, — сюда также можно отнести и сегодняшнюю погоду.

Какое-то время я просматривал информацию на планшете, пока не заметил, что Нанасе начала клевать носом. Ее глаза открывались и закрывались, не в силах совладать с усталостью.

— Сейчас еще день, но, может, тебе следует лечь спать?

Тяжелый утренний подъем на гору, изматывающая драка – не удивительно, что Нанасе потратила все свои силы. Она превысила свой лимит в два-три раза и теперь ничего не могла поделать с усталостью.

— Ах, э… извини.

Нанасе попыталась выпрямить осанку, но сонливость помешала ей. Тяжело оставаться в сознании, когда на твоем теле нет ни единого живого места.

— …Я вернусь к себе в палатку.

Ей лучше всего известно состояние своего тела. Дальнейшее времяпровождение рядом со мной не принесет никакой пользы.

— Давай.

Если честно, после сегодняшней прогулки под дождем я и сам не мог нормально передвигаться. Раз у нас появился перерыв, следует тратить каждую секунду на отдых для тела.

Хотя не то чтобы палатка была самым приятным местом для этого.

Нанасе уже было приготовилась покинуть мою палатку, но у самого входа обернулась.

— Как только дождь прекратится, я пойду вслед за Амасавой-сан. Меня немного беспокоят ее передвижения, ведь она прибыла из Белой комнаты.

Конечно, если Нанасе продолжит передвигаться со мной, она не сможет ничего разузнать. Поскольку Амасава и Нанасе члены одной группы, та не должна яростно отвергать ее.

— Амасава до этого года успешно обучалась в Белой комнате, что ставит степень ее угрозы на другой уровень. Не стоит недооценивать ее, основываясь только на поле и возрасте.

— Я не знаю всех подробностей, но она точно очень сильный противник.

С точки зрения боевой мощи Амасава должна превосходить Судо и Рьюена. Даже если в физическом плане они одерживают победу, навыки у нее гораздо выше уровнем. Даже соревнуясь в стойке на руках, у них не будет и шанса.

— Не забывай про Хосена в своей группе.

— С точки зрения грубой силы он тоже не та цель, которую я могу контролировать, — кивнула Нанасе, но его сила не единственная опасность.

Хосен не принадлежал к тому типу противников, которые опирались только на силу.

— Не думаю, что Хосен также ученик из Белой комнаты, но из-за истории с Амасавой я уже ни в чем не уверен. В любом случае мои проблемы второстепенная задача для тебя. Для начала позаботься о себе.

Я дал понять, что мое исключение из школы не должно сильно волновать ее.

— Я не боюсь исключения из школы. Я сделаю все для защиты Аянокоджи-семпая.

Но Нанасе с легкостью отказалась от моего совета.

— Ладно, тогда я немного перефразирую. Нанасе, твое неосторожное поведение может навредить мне. Поэтому я прошу тебя отказаться от опасных авантюр.

Я прямо сказал, что действия Нанасе в будущем могут навредить мне, а не ей. Мои твердые слова стерли храбрость на ее лице. Ее выражение стало мягким, как у щенка.

— Эм… я не желаю этого. Я не могу позволить и дальше доставлять проблемы Аянокоджи-семпаю.

— В таком случае я прошу тебя действовать осторожно, хорошо?

— Я поняла. Даю свое слово.

Только так можно остановить Нанасе от безрассудных поступков. Теперь, держа в голове мое предупреждение, она сто раз подумает, не нанесет ли ее поступок вреда.

Как только Нанасе вернулась в свою палатку, я вновь вернулся к планшету. Мне захотелось проверить результаты десяти верхних и нижних групп и на основе данных сложить картину в своей голове.

***

Топ-10 лучших групп:

№1: Группа Коенджи, второй год обучения, 168 очков;

№2: Группа Нагумо, третий год обучения, 166 очков;

№3: Группа Кириямы, третий год обучения, 150 очков;

№4: Группа Мидзоэ, третий год обучения, 133 очка;

№5: Группа Очиай, третий год обучения, 133 очка;

№6: Группа Рьюена, второй год обучения, 128 очков;

№7: Группа Сакаянаги, второй год обучения, 127 очков;

№8: Группа Такахаши, первый год обучения, 115 очков;

№9: Группа Канзаки, второй год обучения, 104 очка;

№10: Группа Куронаги, третий год обучения, 101 очко;

***

Со своими 78 очками я занимал сорок девятое место. Разница с первым местом Коенджи составляла 90 очков.

На первый взгляд отрыв казался огромным и не было никакого шанса нивелировать разницу в счете. Однако если учесть, что четыре раза за день можно получить одиннадцать очков в качестве награды и бонуса за прибытие, то… достаточно занять первое место девять раз подряд, чтобы наверстать упущенное. Разумеется, это все при условии, что другая сторона не заработает ни одного очка.

Если Коенджи продолжит набирать очки в прежнем темпе, его итоговый счет под конец экзамена должен составить примерно 350 очков. Для того чтобы наверстать упущенное, каждый день мне необходимо зарабатывать по 40 очков. Большинство групп на моем месте откажутся и сдадутся, но Коенджи все еще человек, чей темп во второй половине экзамена неизбежно должен понизиться.

— Десятое место – 101 очко, да?

Когда во время брифинга перечислили все правила специального экзамена на необитаемом острове, на этой стадии экзамена я ожидал более высокого результата от десяти верхних групп. Со своими 78 очками я занимал сорок девятое место, что соответствовало первой середине общего списка. Все это говорило, что разница в очках между группами крайне мала. Впрочем, подобный результат не удивителен, пик роста набора очков пришелся на второй день. Начиная с третьего усталость давала о себе знать – упущенные очки, штрафы за неявку в зону, невозможность участия в заданиях из-за необходимости достигать назначенных зон.

Однако по мере постепенного слияния общее число групп уменьшалось. Об этом тоже нельзя забывать.

Чтобы пробиться на вершину, необходимо приложить много сил во второй половине экзамена. «Десятое место по очкам» играло в этом важную роль.

Именно поэтому всю первую половину экзамена я старался выживать в размеренном темпе.

Я планировал увеличить темп на восьмой день, но из-за отмены экзаменационного дня из-за сильного дождя, на восьмой и девятый день возможен рост активности других групп. Также появятся и те, кто сосредоточится на последнем дне с удвоенными наградами и по возможности будет сохранять выносливость.

На этом специальном экзамене могло показаться, что одиночка не имеет ни единого шанса на победу. Но между основным перемещением и заданиями существовала взаимоисключающая связь.

К примеру, если на полной скорости погнаться к зоне прибытия, существовала большая вероятность пропустить все задания на пути. И наоборот, со стремлением принять участие в заданиях, шанс взятия награды за прибытие сильно уменьшался. Работала эта закономерность для всех: как для одиночек, так и для групп с большим количеством людей. Награда за прибытие начислялась лишь после того, как последний член группы ступал за границу зоны. А планирование участия в заданиях могло позволить разжиться большим количеством очков только в случае победы.

Пока неясно, пойдет ли завтра дождь, но с завтрашнего дня, с наступлением второй половины экзамена, я буду бороться с новой стратегией. Хотя, признаюсь, у меня имелись некоторые опасения насчет присутствия Нанасе.





Глава 2: Молча и целеустремленно


Вступление


Сильнейший ливень, бросивший тень на дальнейшее выживание учеников на острове, без остановки шел до рассвета, но к шести утрам дождевые тучи исчезли, будто их и не было. Небо вернуло свою яркую синеву позавчерашнего дня, но солнечным лучам потребуется время, чтобы пробиться сквозь дремучие леса и подсушить всю грязь под нашими ногами.

— Необходимо как можно скорее решить вопрос с провиантом…

Будучи здоровым старшеклассником, я не мог поддерживать суточное потребление калорий, поэтому постепенно терял энергию. Первый раз в жизни я испытывал затяжное чувство голода, поскольку ранее мне не приходилось тренироваться в условиях преднамеренного голодания.

Продолжать участвовать в специальном экзамене можно с помощью поддержания водного баланса в организме на минимальном уровне, но это приведет к не совсем хорошим последствиям, таким как ослабление иммунитета и заболеваниям.

Безусловно, можно попытаться пустить в рацион насекомых и дичь, но подобное я решил держать в уме как крайнюю меру.

В случае наличия баллов можно было вернуться в стартовую зону и потратить их, но это всего лишь на время отсрочило бы проблему.

Другими словами, основной способ получения пропитания – зачистка особых заданий и получение награды за участие.

Однако со временем конкуренция в подобных заданиях на получение продовольствия неизбежно возрастет.

— Я готова, — с рюкзаком за спиной Нанасе обратилась ко мне после того, как собрала свою палатку.

— Значит, Амасава передвигается к зонам назначения?

— Судя по темпу зарабатывания очков, да. Поэтому, Аянокоджи-семпай, позволь мне последний раз сопроводить тебя в первую зону прибытия.

Я дал свое согласие кивком, не произнеся ни слова. Если наши пути совпадают, нет никакого смысла разделяться прямо здесь.

Спустя некоторое время как мы выдвинулись в путь, Нанасе обратилась ко мне:

— Амасава-сан следовала за нами с вечера шестого дня и до утра седьмого, да?

— Если так подумать, она могла воспользоваться поиском GPS утром седьмого дня.

Так как не существовало истории пользования, невозможно доказать, что Амасава воспользовалась поиском по GPS. Однако, поскольку Нанасе в одной группе с ней, она могла увидеть, что на утро седьмого дня общее количество набранных очков уменьшилось и что это рук дело Амасавы или Хосена. Их группа не входит в десятку верхних и нижних групп, поэтому подобное изменение могла отследить только Нанасе.

— Я проверяла данные в планшете. Но… насколько я помню, утром седьмого дня наш общий счет не потерял ни единого очка.

Значит, если довериться памяти Нанасе, Амасава не пользовалась поиском по GPS.

— Я не знаю, где была Амасава-сан утром, но мы ведь шли в спешке. Разве не сложно догнать кого-то, если не путешествуешь с ним вместе?

— Вероятно, она придумала что-то, и это позволило ей следовать за нами.

В отличие от нас с рюкзаками, Амасава путешествовала налегке. А значит, она могла без особых трудов преодолеть какое-то расстояние.

— Думаю, она использовала какую-то уловку, чтобы отследить конкретное место.

— Возможно, она спросила у кого-то твое местоположение?

— Может быть. На данном этапе подтвердить или опровергнуть догадку достаточно сложно.





Часть 1


— Семпай, здесь я прощаюсь с тобой.

Как только мы покинули D3, пересекли границу зоны E3 и заработали по одному очку, Нанасе сама подняла вопрос о нашем расставании.





— Как ты собираешься воссоединиться с Амасавой и Хосеном?

Поиск по GPS – отличная функция для отслеживания чужого местоположения, однако сложно сказать, подходит ли она для воссоединения. Скорее всего, эта функция больше подходила во время ведения прямого разговора, к примеру как по рации.

— Не думаю, что мне удастся случайно набрести на них. Кроме того, я не имею права использовать накопленные группой очки в своих эгоистичных целях. Поэтому я воспользуюсь только что полученным очком для поиска по GPS. Даже если мне не удастся найти их, они все равно будут передвигаться к зонам назначения.

Самый легкий способ набрести на Амасаву и Хосена – просто искать их в свободное время. Поскольку я ничем не мог помочь с поисками Амасавы, я просто слушал Нанасе.

— Сложно предугадать передвижение первогодок, если ты сам не первогодка. Но я обещаю, в случае тревожных вестей я немедленно вернусь к тебе, Аянокоджи-семпай.

Нанасе переполнял энтузиазм, но больше всего я боялся, что ее усилия пройдут впустую.

— Не переусердствуй.

Напоследок отвесив кивок в качестве прощания, с планшетом в руках Нанасе покинула меня.

Я надеялся, что в скором времени ей удастся встретиться с ними, но все зависело от поведения тех двоих. Даже если Амасава и Хосен передвигались к зонам назначения, они могли выбрать любой непредсказуемый для Нанасе маршрут.

Как только спина Нанасе исчезла в лесу, я достал планшет. Наконец-то спустя долгое время я снова остался один и мог как следует выложиться во второй половине экзамена.

— Так, есть ли тут поблизости какие-нибудь задания…

Примерно в четырехстах метрах по прямой располагалось задание. Время на регистрацию составляло двадцать минут, а с учетом того, что участие займет еще минут пятнадцать, я должен был потратить тридцать пять минут. Кроме того, принять участие могли всего пять групп.

Я решил понапрасну не рисковать и остаться на месте, чтобы отдохнуть. А уже дальше с восстановившимися силами двинуться к следующей зоне назначения.

Когда время приблизилось к девяти часам, я достал планшет и начал действовать. Поспешить кратчайшим путем к новой зоне назначения или уделить внимание вновь обновившимся заданиям? Я быстро проверил новую назначенную зону, но во второй раз за этот день зона переместилась случайным образом.

Моей зоной стал квадрат E6, что было в трех клетках к югу от последней назначенной зоны. Учитывая случайность перемещения, можно сказать, что она располагалась не так далеко.





Я немедленно тронулся в путь, продолжая смотреть в планшет. Я быстро проверил все появившееся задания и выбрал направление. «Эффективность» велела в течение ограниченного одного дня набрать большое количество очков.

А для этого требовалось исключить как можно больше факторов, связанных с «удачей».





Часть 2


До того как наступило четыре часа вечера. Это произошло, когда я покидал место, в котором принял участие в задании.

— Аянокоджи-кун?

Я повстречал Хорикиту впервые с тех пор, как расстался с ней в первый день специального экзамена. Она удивилась внезапной встрече со мной, но, по крайней мере, не выглядела сильно уставшей.

— Прошло восемь дней.

— Ага.

После недолгого разговора во время открытия специального экзамена мы воссоединились в зоне F7.

— Ты на задание отправляешься или просто держишь куда-то путь?

— В G8. Решила отправиться этим маршрутом. А ты?

Она назвала зону, располагавшуюся по соседству с моей.

— В F8. Кажется, наши направления совпали.

Нет ничего расточительнее, чем вести разговор, стоя на одном месте. Вот почему бок о бок мы возобновили движение.

— Ты выглядишь энергичнее, чем я представлял. Ты… до сих пор участвуешь одна?

— Да. Несмотря на многочисленные трудности, выживание в одиночку имеет и плюсы.

Она права. Путешествуя в одиночку, можно не беспокоиться о своих одногруппниках и не подстраиваться под темп другого человека. Все это время Хорикита ни разу не засветилась в десятке нижних групп. Это доказывало, что дела у нее идут достаточно хорошо, но отсутствие усталости на ее лице выглядело странным.

— Так необычно видеть, что у меня все хорошо?

— Многие ученики, встретившиеся на моем пути, выглядели измученными.

— Ничего странного не происходило?

— Странного? А… значит, ты уже слышала о Шинохаре и остальных.

— Да. Я услышала о происшествии сегодня. В этом смысле я даже рада, что повстречалась с тобой.

Видимо, Хорикита проходила через стартовую зону, где повстречала Сакаянаги из класса 2-A, которая и поведала ей о судьбе группы Комии. Также от нее она узнала и о предложенной мною стратегии и дальнейших переговорах.

— Ты не отказала.

— Отказывать смысла все равно не было. В любом случае мы должны не допустить исключения Шинохары-сан. Ты первый обнаружил их. Тебе известны подробности случившегося?

— Да не особенно. Это могло произойти в результате несчастного случая или по воле злоумышленника.

Я просто описал случившееся, как будто случайно оказался на месте происшествия. Само собой я скрыл часть истории, связанную с Амасавой и прочим.

— Группа Шинохары-сан быстро выбыла из гонки за рейтинг и опустилась на седьмое место с конца. Если оставить все как есть, уже сегодня они опустятся на последнее место и угроза исключения из школы станет для них явью. В случае если нам не удастся найти группу, к которой они смогут присоединиться, я возьму их к себе. К счастью, до того, как повстречалась с тобой, мне удалось победить в задании и разблокировать дополнительные три слота для участников в группе.

Хорикита поделилась приятной новостью. Заданий с увеличением предела количества участников в группе крайне мало, поэтому конкурентность на них ожидалась огромной. Занять первое место было отнюдь не легким делом.

— Но в таком случае зарабатывать очки придется только вам двоим. Если честно, мне бы хотелось, чтобы сотрудничество с Сакаянаги прошло гладко, и какая-нибудь другая энергичная группа присоединила Шинохару к себе.

На мои слова Хорикита кивнула и сразу же ответила:

— Путешествуя по острову в течение последних восьми дней, я остро осознала, что количество групп с рациями гораздо больше, чем можно было представить. Точно так же, как Сакаянаги-сан рассказала о Шинохаре-сан своим одноклассникам из класса А, можно взаимодействовать с другими учениками в различных частях острова.

— Подобная тенденция наиболее распространена в высших классах, где есть люди, которые могут взять на себя лидерство. Такие инструменты позволяют обмениваться информацией на больших расстояниях – их высокую цену вполне можно окупить в зависимости от сценария использования.

— Я того же мнения… Интересно, доверяя друг другу немного больше, могли бы мы провернуть что-то подобное?

Сложно вообразить, что эти слова вышли из уст Хорикиты.

— Благие намерения не всегда приводят к нужным целям. Не факт, что это могло как-то помочь нам на специальном экзамене.

— Ты прав.

Я достал планшет, чтобы проверить, не появились ли поблизости новые задания. Вблизи нас действительно появилось простенькое задание, в котором, лишь приняв участие, можно было получить провиант и питье. Более того, принять участие в нем могли целых пятнадцать групп, что было довольно много. Однако из-за небольшой награды в одно очко за призовое место оно не было особенно привлекательным.

— У меня сейчас некоторые трудности с продовольствием, поэтому я собираюсь принять участие в этом задании. Что насчет тебя, Хорикита?

Если она нацелена на получение награды за прибытие, лучше не отвлекаться на окружающие задания и поспешить к цели.

— У меня тоже осталось не так много еды, поэтому, пожалуй, я тоже поучаствую в задании.

Наши мнения совпали, и мы скорректировали маршрут в сторону задания.

Из-за полезной дополнительной награды конкуренция ожидалась высокой.

Мы вместе ускорили шаг и поспешили к месту его проведения. На нашем пути появилось множество торопящихся групп третьегодок, первогодок и, конечно же, второгодок. Как и мы, все разделяли одну и ту же мысль и направились в сторону задания. Как только большинство групп осознало, что все вокруг них соперники, они перешли на бег.

— Хорикита, можешь не беспокоиться обо мне и тоже побежать.

— Разве ты также не должен перейти на бег, раз у тебя трудности с продовольствием?

— Мне не хватит сил.

— Мне тем более.

Хоть мы и спешили, Хорикита не пыталась понапрасну тратить еще больше выносливости. Будучи одиночкой, у нее была определенная степень свободы, и все же она поддерживала похожий на мой темп во время выживания на необитаемом острове.

Все же нам удалось принять участие в задании, и после мы решили переговорить с одноклассниками, которых встретили впервые за долгое время. Даже если мы поспешим к зонам назначения отсюда, у нас никак не получится заработать награду за прибытие. В такой ситуации лучше всего до последней минуты обмениваться информацией, чтобы увеличить шансы на выживание во второй половине экзамена. Тем более, многие ученики до сих пор не знали о ситуации, которая случилась с Шинохарой.

За этот день я набрал четыре очка за посещение назначенных зон и поучаствовал в четырех заданиях, заработав в них четырнадцать очков, – в общем за сегодня мне удалось заработать восемнадцать. Мой счет составлял девяносто шесть очков, что позволило подняться в общем рейтинге до двадцать третьего места.

Возросшая активность групп по сравнению с пятым и шестым днем экзамена чувствовалась уже сейчас, но все равно нашлись группы, которые четко следовали цели сохранения физической формы для последнего дня.

Восьмой день хоть и показался достаточно трудным, но прошел он хорошо. Тем более, положение десятки верхних групп практически не изменилось и десятое место со ста одиннадцатью очками принадлежало по-прежнему группе Куронаги.

Завтра мне хотелось бы сохранить свое положение в рейтинге и, если подвернется такая возможность, встретиться с Сакаянаги.

Я лег спать с надеждой, что следующая назначенная зона направится в сторону стартовой.





Глава 3: Борьба с одиночеством


Вступление


Я смахнул паутину, повисшую на одежде, и медленно опустил рюкзак со спины на землю.

Девятый экзаменационный день на необитаемом острове выдался жарким. Я благополучно добрался до последней четвертой зоны и тяжело вздохнул. Как я и планировал, мне удалось достичь последнего пункта прибытия.

Проступивший на лбу пот медленно побежал по переносице, и я вытер его рукой.

После полудня, в три часа дня, в четвертый раз зона сдвинулась из H9 в D5. Добраться до нее в отведенный интервал времени оказалось нелегкой задачей.





Во время перемещения на моем пути встретилось задание, в котором можно было бы принять участие, но я решил не делать этого, опасаясь набрать штрафную цепочку.

Хоть мое перемещение и заняло практически два часа, кроме меня, в зоне находилось несколько групп, в том числе входящих в другие таблицы. Мне удалось занять третье место и получить награду за прибытие. Не то чтобы такой результат меня не устраивал, но изначально я планировал подобраться ближе к стартовой зоне и встретиться с Сакаянаги.

С момента открытия второй половины экзамена я уже использовал много сил, поэтому не хотел лишний раз себя нагружать. На моем пути попадались группы с учениками из класса 2-А, но при разговоре с ними выяснилось, что рации ни у кого нет.

Можно было попробовать осуществить задуманное завтра утром, но я передумал… Вопрос достаточно деликатный.

Я отложил в сторону мысли о Сакаянаги и начал подводить сегодняшние итоги.

— Итак, с заработанными за сегодня очками мой общий счет составляет сто двенадцать очков…

Группа Куронаги, которой по-прежнему удавалось сохранять за собой десятое место, на данный момент имела в общей сложности сто двадцать три очка. С разницей в одиннадцать очков я поднялся на тринадцатое место. Если учесть, что сейчас было почти пять вечера, сегодняшний экзаменационный день должен окончиться с такими результатами.

Изначально я собирался занять одиннадцатое место, но, если принять в расчет разницу в одиннадцать очков между мной и десятым местом, результат вполне приемлем. Несмотря на отставание от графика из-за непогоды и Нанасе, мне удалось достичь идеальной позиции, к которой я стремился с самого начала.

Все верно, с открытия экзамена на необитаемом острове я поставил себе цель: занять одиннадцатое место. Правда, сейчас я на тринадцатом, что немного ниже цели, но самое главное для меня на данный момент – это «держать позицию и не подниматься в рейтинге до десятого места».

Избежать гонки в накоплении очков невозможно. Но если очутиться в верхней десятке, то на тебя неизбежно будет направлено все внимание и неважно, входишь ты в состав группы-одиночки или это большая группа из семи человек с картой «Подмога». А с повышением внимания возрастал риск саботажа со стороны соперников.

Для того чтобы избежать подобной участи, можно стремиться к идеальному одиннадцатому месту. Однако здесь также не обошлось без недостатков. В основе своей стратегия требовала чрезвычайно внимательно относиться к набору очков, ведь если расчеты не сойдутся, можно оказаться на десятом или выше месте – и когда это произойдет, стратегия будет считаться проваленной.

К самому главному недостатку моей стратегии можно отнести сильную зависимость от результатов десятой в списке группы. С десятого по первое места наблюдалась упорная борьба, поэтому существовала легкая возможность отдалиться от них. Однако, чем больше отдаление, тем больше очков понадобится для того, чтобы снова нагнать верхние десять групп.

По этой причине очень важно, чтобы группы верхней десятки тянули друг друга вверх… Но какие-то значительные изменения между ними происходили гораздо медленнее, чем я предполагал. Наверное, это из-за того, что несколько групп сильно оторвались и изолировались от других.

В целом, группы второгодок в списке чувствовали себя достаточно вольготно, поскольку их не подталкивали снизу и не давили сверху. Мое вмешательство может оказаться актом самопожертвования, но его сложно осуществить из-за невозможности подсчета очков.

Вызывала беспокойство и формация Нагумо. Казалось, она направлена на то, чтобы помешать Коенджи, борющемуся за первое место. Но, если судить по его перемещениям с помощью поиска по GPS, пока все в порядке. Наверное, это благодаря тому, что Нагумо сейчас сконцентрирован на зарабатывании очков, а не на травле своего соперника…

— Пускай мне не удастся победить, я не буду возражать, если Коенджи принесет нам первое или второе место.

Если держаться за одиннадцатое место и не выделяться, то даже потерянное время в результате саботажа Амасавы или других первогодок никак не отбросит меня на самое дно. Все, что мне нужно делать сейчас, – это продолжать прятаться от верхних мест до конца двенадцатого дня.

Потихоньку, отдыхая в тени дерева и вытирая пот, я привел в порядок вещи в рюкзаке и закинул его за спину. Я решил покинуть последнюю зону прибытия и двинуться в сторону соседней.

Мне хотелось найти открытое место, которое бы располагалось невдалеке от границы между зонами.

Когда солнце почти зашло за горизонт и уже наступила пора определяться с местом ночлега, я наткнулся на небольшую одинокую палатку, которая показывала, что в этом месте уже кто-то остановился. Несмотря на духоту, вход палатки был полностью застегнут, так что внутри могло никого не быть. Возможно, ее владелец отошел в туалет или направился разведывать окрестности.

— Хм, неплохое местечко.

В этой местности не так много открытых и ровных полян. Разбить палатку прямо здесь – наилучшее из всех решений. Однако теперь я путешествовал один, а не вместе с Нанасе. Если хозяйкой палатки является девушка, неосторожный контакт может стать источником новых неприятностей.

Что могла означать одиноко стоящая палатка?

Может, ее владелец просто отделился от группы? Или с самого начала выживал в одиночку?

Если предположить второй вариант, владелец палатки должен быть мне знаком.

Прежде чем останавливаться на ночлег, нужно все-таки определить личность этого человека.

С этой мыслью в голове я решил немного постоять на месте и понаблюдать. Если владелец палатки отошел на разведку, то он должен вернуться до полного наступления сумерек. А в случае шума в палатке, я просто окликну его.

Само собой я понимал, что правильнее всего попытаться окликнуть владельца прямо сейчас, но… нужно понаблюдать.

В общей сложности я простоял минут десять, но ни звуков приближения, ни шороха внутри палатки я так и не услышал.

Может, ученик решил пораньше лечь спать?

Поскольку я так и не увидел, чтобы к владельцу палатки собирались присоединиться его товарищи, то решил начать действовать.

— Есть ли тут кто-нибудь? — крикнул я в направлении палатки и задержал дыхание в ожидании реакции. Но ответом для меня стала тишина. — Прости, но я собираюсь разбить палатку рядом. Если с этим что-то не так, просто скажи.

Поскольку слов возражения так и не последовало, я снял рюкзак и поставил его на землю. Разумеется, я держался на некотором отдалении от палатки соперника.

Немного опасаясь соседа по ночлегу, вскоре я закончил ставить палатку.

Я также лишний раз убедился в простоте установки палатки в сравнении с прошлогодним специальным экзаменом по выживанию на необитаемом острове. Кроме того, одноместные палатки были еще хороши и тем, что не было необходимости в беспокойстве о других.

Хотя, быть может, я мыслю так из-за того, что друзей у меня не так много. Будь человек общительным, он, наверное, заскучал бы в такой палатке.

А может, и я когда-нибудь почувствую то же самое?

— …Не могу себе такого представить.

Подобное будущее определенно никогда не наступит.

— Мне послышались какие-то странные звуки, а это оказался ты.

Прежде чем я успел зайти в палатку и переодеться, голос сзади окликнул меня. Похоже, владельцем одинокой палатки была Ибуки.

— Я потревожил тебя?

— Отнюдь, — коротко бросила Ибуки и уставилась на меня.

Я подумал, что она хочет мне что-то высказать, но Ибуки тут же скрылась в своей палатке.

Неожиданная встреча оставила неудобные чувства, поэтому я решил сам заглянуть в ее палатку.

— Эй, все хорошо? — повысил я голос, но Ибуки вновь ничего не ответила. Однако в ту же секунду до моих ушей донесся едва слышимый шорох. — Я просто хочу задать тебе пару вопросов.

Я вновь окликнул ее и, опять же, мои слова остались без ответа.

Может, она решила игнорировать меня? Хотя нет, больше походило, что внутри палатки, она делала что-то в тайне.

— Я открою, хорошо?

Для уверенности я выждал тридцать секунд и затем расстегнул вход палатки.

— …Чего?

Когда я заглянул внутрь, то увидел сидящую Ибуки, которая что-то отрывала своими зубами.

— Весьма… отталкивающее зрелище. Что ты ешь?

— Вяленое мясо.

— Вяленое мясо?.. Не помню, чтобы оно было в руководстве по выживанию.

Другими словами, Ибуки купила сырое мясо и, чтобы надолго его сохранить, приготовила в удобном виде.

Но приготовление вяленого мяса требует достаточно много усилий и времени. Я помнил, как Ибуки бросила вызов Хориките на старте и тут же поспешила к назначенной зоне.

Если носить сырое мясо с собой в такие жаркие летние дни, оно стухнет за пару часов. В таком случае, может, класс 2-В организовал готовку вяленого мяса для всех своих учеников? Какая-нибудь группа могла взять эту роль на себя.





С точки зрения экономической эффективности вяленое мясо довольно дешевое. Оно достаточно выгодно в качестве переносного пайка, но как еда, которая способна храниться в течение длительного времени, имеет низкие показатели эффективности, поскольку требует больших вложений. Зная, сколько времени и усилий требуется для изготовления, выгоднее всего производить вяленое мясо крупными, а не малыми порциями.

Я не видел, чем питается Рьюен, но держу пари, вяленое мясо играет для него не последнюю роль в качестве неприкосновенного запаса. Пускай еда и не выглядела привлекательной, она может избавить от проблем, связанных с повышением конкуренции в заданиях, где в качестве награды выдавались съестные припасы.

— Не твоего ума дело.

Хоть я и был близок к догадке, похоже, услышать истину из уст Ибуки у меня не получится.

В любом случае… Не помню, чтобы Ибуки хоть раз засветилась в списке нижних десяти групп. Она продолжала прикладывать усилия и зарабатывать очки.

В случае с Ибуки глупо предполагать, что ей удастся занять высокие места в заданиях, предполагающих академические способности. В таком случае основным источником получения очков будет награда и бонус за прибытие в назначенные зоны. Если же сузить список заданий, то принимать участие она могла только в тех, где требовалось показать физические способности.

Однако, если сравнить с другими учениками, приверженность подобной стратегии выживания неизбежно приведет к ускоренному истощению. И как результат, Ибуки нанесет серьезный психический урон своему организму.

Хотя не будет преувеличением сказать, что она уже превысила лимит своих сил.

— С кем в последний раз ты общалась после открытия специального экзамена?

— Че?..

Вероятно, из-за недостатка сна, под ее глазами залегли синяки.

— …Ну, с Хорикитой. Ты слышал, как я объявила ей, что не проиграю.

— Другими словами, с момента разговора в стартовой зоне ты больше ни с кем не общалась.

То есть максимум, что она произнесла за последние дни, — это «да» или «нет» во время регистрации на заданиях.

— Знаешь, время от времени необходимо общаться.

— Я не веду разговоров с врагами.

— Тогда хотя бы с одноклассниками. Во время путешествия по острову ты наверняка повстречаешь их.

— Не думаю, что моих одноклассников можно считать за друзей.

Получается, Ибуки заперлась в своей скорлупе и провела в таком состоянии последние девять дней экзамена. Но до конца оставалось еще пять дней.

Если нить накала оборвется хотя бы на мгновение, для нее все закончится в ту же секунду. Ведь для одиночек выбывание с экзамена равносильно исключению из школы.

Однако все участвующие на этом специальном экзамене разделяли одинаковую мысль, что необходимо избежать участи исключения групп из одного класса. Поэтому лучшим решением на данный момент могло стать отведение целого дня под отдых, не считая отмененного седьмого дня. В спокойствии провести день и ничего не делать, позитивно скажется на восстановлении физических сил. И тогда оставшиеся четыре дня Ибуки вполне легко сможет пережить.

Но на практике все обстояло не так сладко. Звучало просто, но вот устроить себе перерыв на целый день можно было считать непозволительной роскошью. Даже если насильно заставить себя отдыхать, не факт, что сознание сможет восстановиться. Ведь пока вы отдыхаете, ваши соперники продолжают набирать очки. Это будет давить. Вас начнет мучить мысль, что вы опуститесь на самое дно.

При этом немногие могут позволить себе очистить сознание. Кроме того, из-за накопления неявок в назначенные зоны со счета будут списываться очки. А начинать следующий день со штрафной цепочкой тяжко.

— Я пойду.

— …Вали.

Хоть моим временным соседом стала Ибуки, она все равно оставалась девушкой. Негоже заглядывать в палатку к противоположному полу в вечернее время. Да и вряд ли присутствие Рьюена как-то решило бы проблемы.

Я вышел из палатки Ибуки и на ходу проверил состояние запасного комплекта одежды. Начинал задувать ветерок, поэтому ночью может похолодать.

— Эй.

Как только я разобрался со всеми делами, из палатки показалась Ибуки.

Сначала ее походка была несколько неустойчива, но почти сразу же нормализовалась. Сунув руки в карманы, она подошла ко мне.

— Сколько у тебя сейчас очков?

Стоило мне подумать, что Ибуки все же вышла из палатки, она огорошила меня дерзким вопросом.

— Мы ведь враги.

— И поэтому ты не ответишь, да… — вполголоса произнесла она.

Если новость о моем тринадцатом месте разнесется повсюду, мой враг на необитаемом острове сможет извлечь выгоду.

— Именно.

— Тогда хотя бы скажи, я ниже или выше тебя. Мое место…

Мне пришлось вмешаться и остановить Ибуки, которая без зазрения совести начала выуживать информацию по набранным очкам.

— Прости, но как бы ты меня не спросила, я не отвечу.

Ответ «выше» или «ниже» ничем не отличается от подсказки. Даже в случае лжи.

Безопасным вариантом казался ответ «ниже», но до других может дойти информация о том, что я испытываю трудности в наборе очков – могут появиться группы, которые попытаются сбросить меня на дно. Действуя как одиночка, я должен избегать любых возможностей распространения информации о себе.

По-прежнему держа руки в карманах, Ибуки цокнула языком.

— …Ну и ладно. Иметь с тобой дело – просто время впустую тратить.

— Так и есть. К слову, разве не Хорикита фаворитка в вашем споре?

Стоило мне только упомянуть Хорикиту, как равнодушное выражение на лице Ибуки моментально изменилось. Она вынула из кармана руку и, оттопырив средний палец, уставилась на меня.

— Если встретишь ее, передай – я ни за что не проиграю.

— Передам, но я не тот человек, что будет показывать своему собеседнику средний палец.

— Мы похожи. К тому же ты в хороших отношениях с Хорикитой.

Совсем нет. Хотя даже если бы я воспротивился, Ибуки вряд ли поменяет отношение ко мне.

Она развернулась и зашагала обратно в свою палатку, видимо, потому что изначально хотела просто выяснить количество набранных мною очков.

— Погоди минуту.

Мои слова остановили Ибуки, и она обернулась ко мне. Тот час я направился к ней и попытался схватить ее за руку, но она бдительно уклонилась.

— Че? Ты чего это удумал?

Судя по сжатым кулакам, она посчитала мои действия за желание подраться.

— Прости, но этого я не хочу…

Я вновь устремился к руке Ибуки и в этот раз крепко схватил ее запястье, не давая шанса на побег.

— Что ты делаешь?!

Она попыталась ударить меня ногой, но я вовремя предотвратил удар свободной рукой. Я предположил, что она продолжит борьбу со мной, но Ибуки тяжело вздохнула и отвела взгляд в сторону.

— Я признаю, мне тебя не победить. Но когда-нибудь наступит тот прекрасный день, когда я изобью тебя.

Не нужно ставить таких раздражительных целей без моего разрешения.

— Ну и? Это Хорикита попросила мешать мне?

Мои действия не только не будут поняты ею, но и с ее стороны также появятся подозрения на мой счет.

Поскольку я учусь в одном классе с Хорикитой, Ибуки не будет воспринимать мои слова.

К тому же она не может так просто согласиться на отдых.

— У тебя учащенный пульс.

— Че?!

— Сухость во рту и губ. Признаки на лицо, у тебя обезвоживание.

Не удивлюсь, если в ближайшем будущем раздастся сигнал предупреждения. Хотя, вероятнее всего, он уже прозвучал как минимум один раз. Отдых Ибуки в палатке связан не только с усталостью, наверняка таким образом она попыталась избавиться от потенциального сигнала тревоги из-за аномально учащенного пульса.

— Все у меня в порядке… нет у меня уже сухости во рту.

— Значит до этого была?

Я отпустил запястье Ибуки, и та мгновенно отпрыгнула от меня с раздраженным выражением лица.

— Оставь при себе ненужную заботу. Со мной все в порядке.

После своих слов Ибуки отвернулась от меня, но я сразу же пришел в движение и обогнал ее.

— Эй… Ты че делаешь?!

Я пропустил возмущения мимо ушей. Быстро проникнув внутрь палатки, я вытащил ее рюкзак наружу.

— Покажи мне его содержимое.

— С чего бы мне показывать содержимое парню. Ни одна девушка не даст согласие на подобную просьбу.

— Ладно.

Ибуки отказала мне, поэтому я раскрыл ее рюкзак без разрешения.

— Чего ты добиваешься?!

Внутри ее рюкзака лежал запасной комплект одежды, туалетные принадлежности, немного еды в виде вяленого мяса и… одна пустая полулитровая бутылка из-под воды.

Выброс мусора производился в строго отведенных местах, поэтому возможно ли, что она просто не успела избавиться от бутылки? Хотя, с другой стороны, внутри пластиковой бутылки не было видно ни капли воды. Она выглядела так, будто из нее давным-давно все выпили.

Кроме того, мне не удалось найти рацию, через которую Ибуки могла с кем-нибудь связаться.

— Когда последний раз ты пила?

— Я не обязана тебе отвечать…

— Когда последний раз ты пила? — с силой в голосе переспросил я, смотря на нее тяжелым взглядом.

— …День назад, может немного больше.

— И в таком состоянии ты передвигалась по острову?

— Я никуда не ходила. Весь день я отдыхала в палатке.

— Глупая ложь. Утром на этом месте не было твоего сигнала GPS.

— Следил за мной?

Разумеется, нет. Я прибегнул к обыкновенному блефу.

Ибуки отчаянно пыталась победить Хорикиту, так что вряд ли стала бы отсиживаться в палатке.

— Сигнал предупреждения уже звучал?

— …Может, час назад. У меня не было другого выбора, кроме как устроить привал раньше времени.

Сигнал предупреждения часов – это система, которая автоматически прекращает звучать в отсутствии аномальных значений параметров здоровья. Но со временем, если не удается нормализовать состояние, сигнал предупреждения сменяется на сигнал тревоги.

— Если ты не восстановишь водный запас, сигнал будет звучать даже во время отдыха.

Если не сбить учащенный пульс как можно скорее, сигнал тревоги не заставит себя ждать. А в таком случае с прогрессирующим обезвоживанием организма, медицинский осмотр обязательно приговорит ее к дисквалификации с экзамена.

— Я придумаю что-нибудь завтра. В крайнем случае вернусь в стартовую зону. Поэтому отвянь от меня.

— Отсюда до стартовой зоны больше двух километров. Ты свалишься по дороге, и экзамен для тебя завершится.

— Тогда я просто приму участие в задании.

— Сомневаюсь, что в такой форме у тебя что-то получится.

У меня не оставалось другого выбора, кроме как доказать нелепость рассуждений Ибуки и насильно усмирить ее упрямый нрав. Я сходил в свою палатку и вынес оттуда рюкзак. Из него я достал две полулитровые бутылки с водой, которые получил в качестве награды в недавних заданиях.

— Обмен.

— Че?

— У меня проблемы с нехваткой еды, зато воды немного в избытке. Поэтому сейчас я предлагаю тебе, Ибуки, равноценный обмен.

Еще не успело похолодать, но при виде бутылок с водой Ибуки вздрогнула и тяжело вздохнула.

— Что скажешь? Я предлагаю равноценный обмен. Мы просто обмениваемся припасами.

— Что ты…

— Ты можешь отказаться, но запомни – мое предложение действует только сейчас.

Лишь жесткость в голосе могла разрушить оборону упрямства Ибуки и заставить ее замолчать.

— Подумай сама, если ты покинешь экзамен из-за обезвоживания, то проиграешь Хориките. Не так давно я встретил ее, и она выглядела довольно хорошо. Не похоже, что она испытывает затруднения с водой или едой.

В своем доводе я намеренно сделал акцент на то, что должно заставить Ибуки согласиться на обмен. И нет, это не дисквалификация с экзамена, а упоминание Хорикиты.

— Хорошо… Я принимаю сделку. Сколько я должна тебе отдать?

При нормальных условиях еды Ибуки хватит на пару дней. Но если я попрошу слишком мало, обмен нельзя будет назвать равноценным.

— Половину от оставшихся запасов. На этом и сойдемся.

— Тебе хватит?

— Это намного лучше, чем питаться травой из-за нехватки еды.

Таким образом, обменяв еду и воду, мы с Ибуки устроили равноценный обмен.

Как только наш обмен завершился, она в ту же секунду свинтила крышку с бутылки и буквально выдавила воду себе в глотку, опустошив сразу половину бутылки. В обычной ситуации я бы упомянул о манерах, но учитывая обезвоживание, Ибуки необходимо как можно скорее пополнить водный запас в организме.

Острый взгляд пронзил меня вновь, возможно, потому что я пристально на нее смотрел, и ей это не понравилось.

Даже справившись с обезвоживанием, психологическое состояние Ибуки все равно далеко от нормального. Сильный стресс должен продолжать давить на ее чувства.

Сколько еще она сможет продержаться? Несколько часов? Или, может, дней? Надеюсь, у нее получится дойти до последнего экзаменационного дня.

Поскольку мы находились в разных таблицах, после расставания в этом месте мы вряд ли уже встретимся вновь. Следует ли мне переброситься с ней еще парой слов?

— Не жди от меня благодарности. Мы заключили равноценный обмен, верно?

— Я и не ждал ее.

— Тогда чего тебе нужно?

Ибуки чувствительна к любому контакту, поскольку на протяжение всего дня ее нервы были доведены до предела. Такое состояние полезно в краткосрочных битвах, но в спокойной обстановке это только истощало.

— Раз ты не опустилась на дно рейтинга, может тебе следует потратить целый завтрашний день на отдых для восстановления сил? Или хотя бы переключиться на стратегию, ориентированную на сбор еды и воды?

— Говоришь мне сейчас отказаться от зарабатывания очков? Довольно с меня шуток, — разозлилась Ибуки, услышав мое предложение. — Я вкладываю силы не для спасения собственной жопы от исключения из школы. Моя единственная цель – одолеть ту девку Хорикиту.

Я знал.

Знал, что именно это она мне и скажет, поэтому попытался дать пару советов, как увеличить шансы на победу…

Но Ибуки ненавидела меня с тех пор, как узнала, что я тот самый человек «X».

Через призму ненависти ей не удастся понять истинные намерения, вкладываемые в мои слова.

— Я не желаю продолжать с тобой трепаться, — произнесла Ибуки и вернулась в палатку.

Уговоры в ее случае бесполезны, но хотя бы предостережение до нее дойдет.

У Ибуки с ее нынешним состоянием не должно возникнуть проблем в ближайшие пару дней. У нее не оставалось иного выбора, кроме как своими силами пытаться обеспечить себя продовольствием и едой.

Выживание в одиночку накладывает определенные ограничения и должно вызывать беспокойство, но пока ее боевой дух остается на том же уровне, ей не грозит попадание на самое дно рейтинга. До сна еще много времени, но я решил отдохнуть, поскольку потратил слишком много физических сил. Успокоив свои чувства, я решил лечь спать, несмотря на окружающую духоту.





Часть 1


Ранним утром, когда я покончил с туалетом и возвращался обратно с гигиеническим пакетом, возле своей палатки я обнаружил подозрительно копошащуюся Ибуки.

— Что ты делаешь?

— Ах!

Она свободно рылась в моем рюкзаке и не могла скрыть удивления на своем лице.

— Ты попыталась без разрешения заглянуть в мой планшет? Или, может, хотела сделать что-то другое?

К ее несчастью, другому лицу, кроме владельца, не под силу снять экран блокировки.

— Я ничего не делала! Просто… мне захотелось прояснить, действительно ли наш вчерашний обмен был равноценным, — произнесла Ибуки и оставила в стороне мой рюкзак. — В твоем рюкзаке осталась только одна бутылка. В каком месте у тебя избыток воды?

Хоть я и отсутствовал меньше минуты, но все равно поступил неосмотрительно. Ибуки хватило времени, чтобы проверить содержимое моего рюкзака.

Но я не имею права винить ее за содеянное. Ведь еще вчера я сам проверил содержимое ее рюкзака без разрешения. Даже если я отвечу ей, что она заблуждается и на самом деле бутылку с водой я выпил вчера вечером, она задаст логичный вопрос насчет местонахождения пустой бутылки. Ведь выброс мусора на необитаемом острове строго запрещен правилами школы.

— Ты решил помочь мне, чтобы в будущем я осталась тебе должна?

— Сомневаюсь я, что ты бы выполнила мою просьбу, даже если бы не заглянула в рюкзак.

— Угх-гр, — прорычала Ибуки, когда мои слова попали в цель.

— Я просто к тому, что как бы ситуация не смотрелась со стороны, между нами произошел равноценный обмен.

— Не понимаю… ну и ладно. Тогда я тебе ничего не должна.

— Для тебя было бы предпочтительнее вернуть долг?

— Нет.

— …Ясно.

Она принялась обыскивать рюкзак только потому, что не могла принять этого?

После окончания разговора я вернулся в свою палатку.

На часах было чуть больше половины седьмого, но снаружи уже слышались звуки копошения Ибуки. Когда я расстегнул вход и выглянул наружу, то увидел, как она поспешно собирает палатку. Будь сейчас второй или третий день экзамена, я бы сказал, что она сверх мотивирована. Впрочем, по царившей атмосфере я понял, что мне лучше ничего не спрашивать, и вернулся обратно в палатку.

В итоге в семь часов утра первой зоной на сегодня стала E4. Без всяких колебаний я использовал одно очко для поиска по GPS, чтобы отследить координаты всех учеников на карте.





Функция отслеживания других учеников в качестве платы требовала одно очко. Поскольку разница в очках между мной и десятым местом невелика, я открыл для себя неожиданный способ ее увеличения. Как только я потрачу одно очко, разница между мной и группой Куронаги увеличится до двенадцати. И тогда, в случае моего первого места и полной награды в размере одиннадцати очков, я уклонюсь от участи подняться в десятку верхних групп.

По карте я насчитал три группы соперников, которые, вероятно, будут соревноваться за награду за прибытие. Кроме того, человек, которого я считал «грозным соперником», входил в этот список и занимал наилучшую позицию. В зависимости от развития ситуации я планировал оставить на второй план основное перемещение и сосредоточить все внимание на заданиях, в которых можно пополнить припасы. Думаю, так я и поступлю. Тем более, поиск по GPS позволяет увидеть количество учеников, заинтересованных в подобных заданиях и на раннем этапе предсказать насколько высока конкуренция. Когда я покончил с приготовлениями и вышел из палатки, Ибуки уже и след простыл. Я не видел никакого смысла в выдвижении до открытия экзаменационного дня, но, возможно, ей просто хотелось поскорее уйти от меня подальше.





Часть 2


Хоть зона назначения и располагалась вблизи от моего места ночлега, дорога все равно заняла у меня полтора часа. На мои часы поступил сигнал – согласно сообщению мне начислили всего лишь одно очко в качестве бонуса за прибытие. Я не был разочарован результатом, поскольку намеренно по дороге принял участие в задании.

С большой высоты открывался потрясающий вид на необитаемый остров.

— Аянокоджи, ты что-то подзадержался.

Немного впереди меня стояла Кирюин, наблюдая с высоты за утесами. Она сразу же повернулась ко мне.

— Похоже на то.

Именно она была тем самым хлопотным противником из списка, который я рассмотрел чуть ранее.

— Знаешь, я ожидала сильнейшего противостояния с соперником за награду по прибытию. Был ли ты в их числе?

— Кто знает? Одна и та же зона может стать целью учеников сразу из нескольких таблиц. А что насчет тебя, Кирюин-семпай? Я не думал, что ты заинтересована в верхней десятке.

Еще вчера в списке общего рейтинга Кирюин располагалась ниже одиннадцатого места. Но сегодня за одно утро она прыгнула сразу на девятое.

— К моему удивлению, экзамен на необитаемом острове оказался достаточно занимательным. Хотя, наверное, в мои годы не следует так сильно ребячиться.

Ребячиться. Так странно слышать подобные слова от человека, который всего лишь на год старше.

— Какое-то время я продолжу сражаться в прежнем темпе.

— Разве ты не стремишься к первому месту?

— Слишком много рук тянутся к нему. Мне не хочется участвовать в такой гонке. Хотя, если Нагумо и Коенджи потерпят крах, все может измениться.

— Потерпят крах? Пока ничто на это не намекает.

— Ты правда думаешь, что Нагумо оставит Коенджи в покое?

Видимо, в голове Кирюин уже была выстроена картина предполагаемого будущего.

— В прямом противостоянии наверняка о победе Нагумо сказать нельзя. И как ты должен заметить, сложившаяся ситуация помаленьку начинает меняться. Сражение между Нагумо и Коенджи не за горами. И в зависимости от исхода сражения, их темп набора очков может замедлиться.





Пожалуй, и правда – кто-то из них может потерпеть крах и покатиться вниз по списку общего рейтинга.

— Столкнуть соперника с пути – тоже важная задача.

Пока неясно, когда это произойдет, но с нынешним темпом развития событий эти двое точно столкнутся друг с другом.

По крайней мере, Нагумо определенно остановит Коенджи.

— Разве ты сам не стремишься к вершине?

— Извини, но я не вижу себя в десятке верхних групп.

— Вот как. Жаль, я думала по очкам ты приближаешься ко мне.

Кажется, она очень сильно заинтересовалась мной. Хотя нет, как и я, она анализировала стратегии выживания всех учеников школы.

— Наступил момент, когда многие группы подрастеряли свою хватку. Не сдавайся, продолжай стараться изо всех сил.

Только что ученица, которая до недавнего времени совсем не знала обо мне, отметила меня как человека с незаурядными способностями. Для третьегодки ее интуиция и проницательность невероятно остра, ведь по одному «ОИС» по мне не сделать таких выводов.

— Кстати, если судить по информации в планшете, ни одна группа не была дисквалифицирована с экзамена. Что думаешь на этот счет?

— Я думаю, что нельзя терять бдительности даже на время.

— Знаешь, вчера я побывала в стартовой зоне, чтобы собрать кое-какую информацию. И там я увидала группу, испытывающую проблемы с нехваткой еды и питья. Но они преодолели чрезвычайное положение дел путем разделения участников группы, чтобы избежать совместной катастрофы.

— Умное решение.

Сколько бы вы не набрали очков, все будет бесполезно, если все члены группы выбудут с экзамена и ее дисквалифицируют. В такой ситуации безопаснее всего оставить одного или двух участников в стартовой зоне. Да, производительность группы неизбежно снизится, но зато в стартовой зоне находился бесплатный источник воды и имелась возможность соблюдать гигиену, что снизит вероятность заболевания.

— Получается, ты считаешь, что первые дисквалификации начнутся из десятки нижних групп, но тебе неважно, кто именно покинет экзамен?

— Загнанные в угол люди не брезгуют использовать любые средства. Будь внимателен к этому, хорошо?

— Именно об этом ты больше всего беспокоишься, Кирюин-семпай?

— Хм, как миленькая девушка, я быстрее всех чувствую надвигающийся кризис.

Последнюю реплику я произнес в шутку, поэтому меня удивил ее серьезный ответ.

— А в случае непредвиденной ситуации… прорвемся силой, — произнесла Кирюин, сжав кулаки.

Ее ответ совсем не походил на ответ девушки.

— Я даже не предполагал, что ты так серьезно настроена.

— Фу-фу. Прости, что отняла твое время. Ведь сейчас нам обоим важно использовать каждую секунду, — ответила Кирюин.

Слегка махнув рукой, она зашагала в сторону задания.

— Не пойдешь? Еще можно принять участие в задании.

— Пожалуй, воздержусь. Не думаю, что у меня получится посоревноваться с Кирюин-семпай и победить.

В данный момент в наличии остались задания с не более чем двумя группами для участия. Учитывая, что как минимум три группы с Кирюин во главе попытаются принять участие в них, мне ничего не светило.

Я провожал взглядом Кирюин, когда та торопливо оглянулась на меня.

— Понятно… Но я все равно лично схожу и проверю.

Как будто прочитав мои мысли, Кирюин оставила меня и направилась в сторону задания.





Часть 3


Десятый день экзамена, солнце полностью скрылось за горизонтом в девять часов вечера.

Я сидел в палатке и проверял сохраненные снимки на планшете с координатами GPS десятки верхних и нижних групп, когда снаружи блеснул свет.

— Кто-то передвигается в такое время?..

Вероятно, кто-то добирался до последней зоны прибытия, но посреди ночи делать подобное крайне опасно.

Я невольно начал наблюдать за светом изнутри палатки. Свет фонаря не светил в одну сторону, а скорее блуждал взад-вперед, намекая, что кто-то отчаянно искал кого-то. Ситуация снаружи немного заинтересовала меня, поэтому я решил покинуть палатку.

Свет фонаря, тонким лучом пронзая темноту леса, постепенно отдалялся от меня. Видимо, в своих предположениях я не ошибся – кто-то отчаянно кого-то искал.

Может ли свет принадлежать Амасаве, и ищет она именно меня? Да нет, вряд ли. Сомневаюсь, что она могла так небрежно воспользоваться фонарем. Скорее, чтобы снова сблизиться со мной, она бы воспользовалась поиском по GPS для передвижения по темноте.

— …Юмэ-ча-а-ан!

Неожиданно со стороны фонаря до моих ушей донесся едва слышимый голосок. Его владелец пока неизвестен, но в школе я знал только одну ученицу с именем Юмэ.

Я уверен, что это Кобаши Юмэ из класса 2-С. В таком случае можно логически предположить, что владелец голоса тоже связана с этим классом. В группе Кобаши, помимо нее, могла быть только одна девушка – Чихиро Ширанами.

Как бы то ни было, по голосу казалось, что она готова расплакаться в любую минуту. В обычной ситуации можно было бы ее проигнорировать, однако владелица голоса – ученица класса 2-С. А этот класс вел тесное сотрудничество с Сакаянаги из класса А.

Я сходил в палатку за планшетом и включил фонарик, который также был стандартной функцией каждого устройства. Разумеется, мой источник света не так надежен, как свет фонаря, но для привлечения внимания его вполне достаточно.

Вскоре владелица фонаря заметила мой тусклый свет.

— …Юмэ-чан?

Как только до меня донесся растерянный голос, свет фонаря в панике начал продираться ко мне. Наконец, меня осветил яркий свет и в поле моего зрения вошла владелица фонаря.

— Юмэ-чан!

— Мне жаль, но я не она.

— Ах…

Как я и думал, силуэт, показавшийся из листвы деревьев, принадлежал Ширанами.

— Эм, Аянокоджи-кун… Добрый вечер.

Мы далеко не друзья, но, кажется, при виде меня она испытала небольшое облегчение.

Видимо, она осталась совсем одна.

— Ночью опасно бродить в одиночку по лесу. Где Кобаши и Такэмото?

— О-ох… не знаю… я потерялась и не знаю куда идти… вот и растерянно блуждаю здесь…

Я просто не мог не поинтересоваться, как она оказалась одна в лесу посреди ночи. В лесу пейзаж один и тот же, куда ни посмотри. Если легкомысленно отнестись к выбору направления, потеряться очень легко.

И теперь, вероятнее всего, Ширанами сильно отстала от своей группы.

— Как давно ты блуждаешь так?

— Не знаю… может пятнадцать… или двадцать минут?..

Даже если бы они шли в противоположном направлении, совсем уж разделиться у них вряд ли бы вышло. Но в данном случае они явно находились на расстоянии, когда они не могли услышать голоса друг друга.

— Надеюсь ты понимаешь, что в темноте опасно нарезать круги по лесу?

— Д-да.

Я решил взять на себя лидерство и велел ей следовать за моим светом планшета. Будет слишком хлопотно, если дело дойдет до чрезвычайной ситуации.

Я не мог отправиться на поиски группы Ширанами, оставив палатку и свои вещи на авось.

Подобное несчастье могло случиться с каждым. Разница лишь заключалась в том, что кому-то удалось бы воссоединиться со своей группой, а другим потребуется потратить на это кучу времени.

Но если она не сможет найти свою группу, то ей придется провести ночь в темном лесу. А в таком случае, даже если она не пострадает физически, я не мог гарантировать сохранность ее душевного здоровья.

Прибыв в мой лагерь, я обратился к расстроенной Ширанами:

— Вокруг много насекомых, так что пока можешь зайти ко мне в палатку.

— Ах?! — вскрикнула Ширанами не столько удивленным, сколько испуганным тоном.

— Сам я заходить не буду, так что не волнуйся.

Чтобы донести свои мысли ничего не понимавшей Ширанами, я потратил еще какое-то время. В конце концов я убедил ее зайти в мою палатку и застегнул вход.

— П-прости… что помешала отдыху…

— Да все нормально. Лучше расскажи, с Кобаши и Такэмото все в порядке?

— Да.

Что ж, а теперь пришла очередь задуматься о группе Ширанами, чья участница не возвращалась к ним. Необходимо прояснить, что они могут предпринять: отправятся на поиски или останутся ждать на одном месте?

— Вы о чем-то договаривались по случаю, если кто-то из вас потеряется?

На мой вопрос Ширанами отрицательно покачала головой.

— Такэмото, будучи парнем, может выйти на твои поиски, только вот велика вероятность повторения нынешней ситуации. А вдвоем они отправиться также не могут, потому что придется бросить палатку и вещи.

Если Такэмото и Кобаши отправятся на поиск вместе со всеми вещами и палатками, это может оказаться не лучшим вариантом на случай самостоятельного возвращения Ширанами. Тогда можно предположить, что они выберут более безопасный вариант и останутся на месте со своими вещами в надежде, что их громкие голоса и свет привлекут внимание Ширанами. Однако, как я выяснил, они ни о чем не договаривались в случае отставания одной из девушек.

Многие в подобной ситуации бездумно спешат сразу начать поиски.

— Как они поступят…

Я вел монолог сам собой, не надеясь услышать чужое мнение. Малейший просчет может привести к чрезвычайной ситуации. Нет смысла проявлять нетерпение.

Все проблемы заключались в оставшихся двух членах ее группы. Хотя нет, их может быть больше.

— Ширанами, а вы по-прежнему выживаете малой группой из трех человек? Или уже расширились до четырех участников и больше?

— Эм-м…

До сего времени Ширанами без проблем отвечала на мои вопросы, но сейчас она замялась.

Собственную группу она должна знать хорошо, так что для колебаний должны быть причины.

Как известно, класс Ичиносе сотрудничает с классом Сакаянаги. Я не спорю, что некоторые ученики преодолели межклассовые барьер и теперь их связывают узы дружбы. Но подавляющее большинство в основном взаимодействовало друг с другом только в результате заключенной договоренности.

Посвящение меня в их дела означало утечку информации.

Держа это в голове, можно понять, почему Ширанами было нелегко поведать об изменениях в численности ее группы.

— Понял, тогда можешь ничего не рассказывать. Просто послушай мой ход мыслей.

После вступительного замечания я продолжил свою речь:

— Итак, будь я членом твоей группы, Ширанами, к этому времени я бы точно заподозрил неладное. И первое, что пришло бы мне в голову, – девушка потерялась в темном лесу и блуждает в поисках дороги назад.

Мои слова Ширанами встретила легким кивком.

— Само собой я не оставил бы ситуацию на произвол судьбы. Для начала я попытался бы выкрикивать твое имя. Но раз никакой ответной реакции не последовало, необходимо перейти к новому плану. Ширанами, что бы ты предприняла вместе с Такэмото, если бы от вас отстала Кобаши?

— …Наверное… мы вдвоем отправились бы на поиски Юмэ-чан…

— Несмотря на риск травмироваться и выбыть с экзамена?

— Я не могу оставить подругу в одиночестве.

Что и следовало ожидать от класса Ичиносе. Но рассуждать о достоинстве и недостатках класса не время. Поначалу Такэмото из класса А может проявить сдержанность, но позже из чувств волнения бросится на помощь.

Самый надежный вариант в данной ситуации – отсидеться в моей палатке и ждать их появления для воссоединения. В чрезвычайной ситуации они непременно должны использовать поиск по GPS. Однако в такой темноте не понятно, хватит ли им одной или двух попыток запроса на поиск.

— Что насчет ваших набранных очков? Можете ли вы без риска опуститься в рейтинге потратить два-три очка на поиск по GPS?

— Эм-м… я думаю, это не слишком хорошая трата.

Разве их группа не должна занимать высокое положение в рейтинге? Только после окончания специального экзамена можно выяснить, находилась ли эта трата очков в пределах допустимого или же для них она стала разницей между тьмой и светом.

Даже сама Ширанами призналась, что для них будет болезненно тратить набранные очки на поиск.

В таком случае отсидеться в палатке казалось самым лучшим решением, но… вероятность того, что Ширанами не найдут в такой темной ночи, не равна нулю. Если дойдет до этого, мне придется провести ночь снаружи палатки. А это обязательно скажется на моем набранном за последние дни темпе.

Если принимать какие-то меры, нужно делать это прямо сейчас…

— Что с твоими силами?

— Э?

— Я спрашиваю, хватит ли тебе сил продолжить движение?

— Ах, да. Не беспокойся обо мне. Но…

Я прервал Ширанами и велел ей выйти из моей палатки.

— Тогда сейчас мы отправимся в путь, чтобы ты смогла встретиться со своей группой.

— Но… как?

— Это не та проблема, решить которую можно прогулкой вслепую. Используем его, — произнес я и показал планшет в своих руках. — Мы воспользуемся поиском по GPS, чтобы узнать в каком направлении и как далеко находится твоя группа.

Но даже так воссоединение будет нелегким делом. В такой темноте очень трудно продираться сквозь лес. Для обыкновенных учеников наподобие Ширанами без многократного использования поиска по GPS никак не обойтись.

— Зачем ты мне помогаешь?..

— Зачем? Текущий экзамен представляет собой битву между параллелями, и в ней также есть свои особенности.

— Но ради меня использовать поиск по GPS…

Трата одного или двух очков не являлось для меня большой проблемой. Я не планировал подниматься выше одиннадцатого места и мог добрать очки в любое время.

Однако знать об этом Ширанами не обязательно, поэтому я решил сказать что-то другое, похожее на правду:

— Раз ты спрашиваешь… все дело в том, что ты из класса Ичиносе.

В тот же момент, как мои слова слетели с уст, лицо Ширанами помрачнело.

— …Вот, значит, как…

Неужели я необдуманно ляпнул что-то неприятное?

— Что-то не так?

— Может ли быть, что Аянокоджи-кун и Ичиносе-чан…

Не успев озвучить свою мысль, Ширанами поспешно закрыла свой рот.

Хоть и с задержкой, до меня дошла странная реакция на мои слова. Я вспомнил кое-какие факты от одноклассников Ичиносе, с которыми мне удалось пересечься в недалеком прошлом.

— Ошибаешься.

Хоть я и поторопился опровергнуть ее мысли, выражение на лице Ширанами осталось мрачным и угрюмым.

Я решил прекратить обсуждение этой темы и начал поиск. Сигналы GPS Кобаши и Такэмото пересекались друг с другом, а значит, они до сих пор вместе. Я шел, высматривая группу Ширанами. В направлении сигнала GPS Кобаши мы шли примерно десять минут.

— Чихиро-чан!!!

Пока я пробирался сквозь прорехи в темном лесу, Кобаши с рюкзаком нашла нас. Рядом с ней находился Такэмото, при котором тоже был рюкзак. Поскольку все вещи при них, видимо, они решили отправиться на поиски Ширанами со всем своим багажом.





И учитывая их направление, они все-таки решили воспользоваться поиском по GPS.

В результате мы встретились в месте, где не так давно я уже ставил палатку.

— Аянокоджи-кун, спасибо, что помог Чихиро-чан.

— Не стоит. В конце концов вы бы и так нашли Ширанами. Надеюсь, что я не сделал ничего лишнего.

— Ни в коем случае. Долгое блуждание по темному лесу увеличивает шанс травмироваться в процессе поиска.

Даже Такэмото, принадлежащий к другому классу, почувствовал облегчение после встречи с Ширанами. Ведь для поиска нужного человека по GPS траты одного или двух очков может быть недостаточно.

— Тогда у меня встречный вопрос, у вас есть рация? — задал я вопрос Такэмото.

— Чего? Рация? Да есть…

Если он хоть немного благодарен мне, то должен спокойно позволить воспользоваться ею.

— Тогда, если не возражаешь, могу я воспользоваться рацией для небольшого разговора с Сакаянаги? Я очень переживаю за судьбу ученицы из класса D, и мне хочется узнать, добралась ли она в целости до стартовой зоны.

— Я не против сотрудничества. Подожди минутку.

Сразу же после своих слов Такэмото спокойно вытащил рацию.

Рации, которые предлагала школа, были само собой цифровые и имели функцию конфиденциального режима. Другими словами, эта функция позволяла вести разговор с человеком, не опасаясь возможной прослушки. Группа, приобретая рации на этом экзамене, должна подготовить код для предотвращения утечки информации.

После приготовлений Такэмото вызвал по рации Сакаянаги. Дождавшись ответа с той стороны, он сразу же вручил ее мне.

— Если можно, я бы хотел переговорить с Сакаянаги наедине.

Вся троица согласно кивнула, поэтому, поблагодарив, я отошел от них на небольшое расстояние. И естественно, я встал так, чтобы те видели рацию в поле своего зрения и тем самым продемонстрировал, что ничего подлого делать не собираюсь.

Переговорив с Сакаянаги какое-то время, я вернул рацию Такэмото обратно.

— Еще раз извини, Сакаянаги, что потревожил посреди ночи.

Сакаянаги что-то ответила ему. Немного перебросившись репликами, они закончили разговор, подтверждая, что все прошло хорошо.

— Спасибо. Я получил необходимую информацию от Сакаянаги.

— Все в порядке. Кстати, Аянокоджи, Сакаянаги попросила меня отдать ее тебе.

— Ох, спасибо.

Такэмото отдал мне свою рацию.

— Это ведь мы должны благодарить тебя, да?

— Ага, еще раз спасибо за помощь, Аянокоджи-кун.

Вместе с Ширанами, вся троица еще раз поблагодарила меня за помощь, и мы решили разбить лагерь и переночевать вместе.

Я заснул, слушая истории классов А и С, которые в обычной ситуации не мог услышать.





Глава 4: Осадная сеть. Коенджи против освобожденных групп


Вступление


После начала второй половины специального экзамена быстрый темп Коенджи нисколько не снизился. До сегодняшнего «десятого» экзаменационного дня он активно зарабатывал очки, не отставая от группы Нагумо.

С наступлением пяти часов вечера экзаменационная программа подошла к концу и ученик класса 3-B Кирияма, закончив разговор по рации, медленно прикрыл глаза. Когда на четвертый день опубликовали результаты десятки лучших групп, он крайне удивился, что Коенджи удалось занять высокое положение в рейтинге. Но тогда ни он, ни Нагумо особо не забеспокоились. Ведь они полагали, что как одиночка, Коенджи скоро выдохнется.

— Эй, Кирияма, тебе не кажется, что Нагумо поздновато связался с тобой? Изначально планировалось, что к началу второй половины экзамена он оторвется от всех своих соперников. Какая-то невезуха, что ему не удалось подтвердить свое превосходство даже под конец десятого дня, — произнес Микитани, третьегодка с класса B, протягивая планшет.

Согласно информации на нем, общее количество набранных очков группы Нагумо составляло двести тридцать шесть, а группы Коенджи двести тридцать. Их разделяло всего шесть очков. Награда за прибытие в назначенную зону первым совершенно точно поменяет позиции этих групп. Однако большая группа Нагумо, расширенная до семи человек благодаря карте «Подмога», гарантировала дополнительные семь очков в качестве бонуса за прибытие в случае достижения зоны в назначенное время. В свою очередь одиночка Коенджи мог претендовать только на одно очко, однако своим малым составом он с легкостью забирал награду за прибытие первым. Среди всех групп, участвующих на экзамене, его группа могла похвастаться большим количеством занятых первых мест по прибытии в зону.

— Даже если все останется как прежде, и Нагумо отстанет, ты все равно сохранишь за собой третье место. Но, если он проиграет одиночке-второгодке, его репутация сильно пострадает.

В настоящий момент группа Кириямы имела на своем счету сто восемьдесят восемь очков. Разница между их счетом и счетом Коенджи постепенно увеличивалась.

— Кстати, когда Коенджи поступил в школу в прошлом году, о нем сразу поползли слухи. Вроде бы он заводил дружеские отношения с второгодками и третьегодками, а после скупал их приватные баллы. Какого ты был мнения о нем?

— Я думал, что он чудак при деньгах.

— Чудной богатенький ученик с великолепными академическими и физическими способностями, но при этом не блещущий хорошей успеваемостью. Уверен, что этот образ сложился у всех учеников в школе, — кивнул Микитани на слова Кириямы.

— Основная причина, по которой все недооценили Коенджи, – его неискренность в отношении многих вещей. Вечно идущий вразрез с правилами, он прямо создавал сильное впечатление повторного отказа от участия в экзамене в самом начале.

Такое мнение сложилось не только среди второгодок, но также и третьегодок.

Если бы Коенджи изначально проявил свой истинный характер, Нагумо в тот же момент отметил бы его как потенциального противника и относился бы к нему со всей осторожностью. Кирияма имел в виду, что попытки Коенджи заработать баллы пресекались бы на корню, владей он полной и достоверной информацией о нем.

— Непонятно, что произошло с Коенджи, но почему-то к этому специальному экзамену он отнесся со всей серьезностью и стал главным соперником для всех учеников. Особенно пугает его выносливость, которая, кажется, вообще не собирается заканчиваться. Если оставить все как есть, он прорвется на самую вершину.

Коенджи продвигался вперед с неисчерпаемой физической силой, по максимуму используя преимущество одиночки. Третьегодкам ничего не оставалось, кроме как взять ситуацию в свои руки. Ведь если оставить Коенджи в покое, он без сомнения закончит экзамен в тройке лучших.

Некоторые результаты могут привести к нежелательным последствиям для Нагумо. Проигрыш ученику младших классов уже можно считать проблемой, но проигрыш одиночке заклеймит позором до окончания учебы.

Коенджи стал противником, которого нужно обязательно победить, поэтому они должны немедленно предпринять всевозможные меры. И желательно обойтись без грубого насилия. Ведь если, к примеру, третьегодки неожиданно нападут на Коенджи и травмируют его, их дисквалификация с экзамена станет вполне закономерной.

Ситуация требовала тщательного обдумывания. Нужно было придумать наиболее мирное решение, которое позволило бы потопить Коенджи.

— Ты уже решил, что будем делать, Кирияма?

— Ага. Я собираюсь задействовать освобожденные группы.

Освобожденные группы. В одной такой группе состояло три человека, которых выбирал Нагумо для использования в качестве правой руки. Всего таких групп насчитывалось пятнадцать: по пять с классов B, C и D. Двое учеников в этих группах должны были беспрекословно следовать любым инструкциям, а последнему третьему отдавалась роль придерживаться зон прибытия, чтобы уберечь группу от штрафной цепочки.

Другими словами, двое учеников из каждой освобожденной группы могли свободно перемещаться по всей карте.

— Ожидаемо. Так сколько групп ты собираешься задействовать?

— Все шесть групп, имеющиеся у меня в наличии.

— Все шесть? Ты серьезно? Наш противник одиночка, хватит и четырех групп, включая мою. Другие две группы ты мог бы, к примеру…

— Наша единственная угроза – Коенджи. После того как мы раздавим его, наши действия в будущем произведут положительный эффект. Набранные очки можно отслеживать до конца двенадцатого дня. Нам необходимо сдерживать Коенджи в течение двух дней. Он одиночка, если мы сбавим его темп, он никогда больше не сможет подняться, — прервал Кирияма речь Микитани.

Даже если он присоединится к какой-нибудь группе, результат будет тем же.

— Я понял тебя, но разве Нагумо ранее не поведал тебе об интересе к другой группе? Если ты задействуешь все освобожденные группы, у тебя возникнет нехватка людей.

Микитани не знал, что это за группа. Но если просмотреть список десятки верхних групп, то ей могла стать одна из двух групп второгодок Сакаянаги или Рьюена, или группа первогодок Утомии.

— Беспокойство о ней сейчас не имеет никакого смысла. Необоснованные опасения Нагумо никак не подтвердились.

Само собой Кирияма знал, какой группы опасался Нагумо. Однако за последние десять дней та группа ни разу не засветилась в верхней десятке.

Даже если она начнет набирать очки в ускоренном темпе, ей никогда не подняться до тройки лучших.

— Нагумо просто ошибся.

— …Очень редко Нагумо ошибается в подобных вещах.

— Он вцепился в призрака, поэтому нет ничего удивительного.

Единственный признанный Нагумо ученик – тот, кто остался после ухода Хорикиты Манабу. Неудивительно, что взгляд Нагумо несколько затуманился, учитывая его всесторонний охват поля боя.

— В таком случае, почему бы нам не оставить судьбу Коенджи шести освобожденным группам, а самим продолжить набирать очки в прежнем темпе?

— Нельзя. Я лично возьмусь за сдерживание Коенджи.

— Ты? Так это неэффективно. Дай уж я возьму эту роль на себя.

Если группа Кириямы, которая в настоящее время занимала третье место, попытается остановить Коенджи, это неизбежно скажется на ее результате.

— Хочешь взять лидерство на себя?

— «Пан или пропал» – вот какой у нас сейчас расклад. В отличие от меня, ты решил выиграть, поэтому, чтобы заслужить оценку в глазах Нагумо, тебе нужна победа. Оставь все дела на меня, — предложил Микитани, но Кирияма не прислушался к его словам.

— Не могу. Поражение вместе с шестью освобожденными группами принесет нам огромные неприятности.

— Разве не тебе нужно занять второе место? Не трать свое время впустую, — продолжал наседать Микитани, которому не терпелось отличиться.

— Кроме меня и Нагумо нет никого, кто мог бы остановить Коенджи. Разговор окончен.

От подобных слов меж бровей Микитани залегла складка, а его лицо скорчилось в неприятной гримасе. Однако Кирияма не видел этого, поскольку смотрел совсем в другом направлении.

Тем же вечером шесть освобожденных групп во главе с Кириямой выдвинулись в путь, чтобы перехватить одного ученика.

По сравнению с остальными противниками предел Коенджи оставался неизвестен, что внушало Кирияме страх.

Главный вопрос заключался в том, куда завтрашним одиннадцатым экзаменационным днем переместится утренняя семичасовая зона назначения Коенджи. Ведь масштаб осадной сети варьировался от того, куда выдвинется Коенджи: на север, юг, восток или запад.

В идеале подготовить засаду требовалось в промежуток с вечера до семи утра завтрашнего дня, пока место ночевки Коенджи не менялось.

К счастью, текущее местоположение Коенджи в зоне B3 было относительно недалеко от зоны E3, в которой находился Кирияма и остальные.





Поскольку результаты десятки верхних групп доступны для просмотра до конца двенадцатого дня, отслеживать результаты осады можно было в течение оставшихся двух дней, а именно завтра и послезавтра. К концу двенадцатого дня необходимо увеличить разрыв между Нагумо и Коенджи как минимум на тридцать очков.

— Как далеко мы собираемся идти сегодня? — поинтересовался Микитани, которому наскучил только начавшийся долгий поход.

— Столько, сколько сможем. Я понимаю, что передвигаться ночью опасно, но нам нужно оказаться как минимум в одном квадрате от Коенджи. Остальное сможем наверстать завтра утром.

Как только начнется экзаменационный день, поймать Коенджи станет в два-три раза сложнее.

— Что ж, двух дней должно хватить для легкой победы. Шесть освобожденных групп плюс твоя седьмая. В общей сложности нас восемнадцать человек, — произнес Микитани и оглянулся назад, чтобы посмотреть на шестнадцать идущих за ним третьегодок.

— Не теряй бдительности. В таком огромном лесу он может попытаться сбежать от нас.

— Да знаю я, что тот второгодка может представлять опасность. Но в конце концов он младше нас.

Кирияме с Микитани не удалось непосредственно увидеть феноменальных физических способностей Коенджи. Однако информация о его незаурядной силе поступала каждый раз, когда третьегодкам удавалось поучаствовать в одних с ним заданиях.

— Будем осторожны. Необходимо признать его как самого грозного противника.

— Самого грозного, значит.

В очередной раз внутри себя Кирияма подтвердил правильность своего решения, что не оставил лидерство Микитани.

Столкнувшись с противником, которого обязательно нужно победить, требуется не дать тому и шанса сделать ход. В противном случае нерешительность действий может только погубить.





Часть 1


Одиннадцатый экзаменационный день, на часах полседьмого утра. Группе Кириямы и шести освобожденным группам, включая Микитани, удалось взять Коенджи в осаду.

— Каково положение дел?

— Никакого намека на движение в палатке. Кажется, он продолжает мирно спать. Ну, нам было бы легче, если бы он заболел и проспал так весь день.

Затем Микитани обратился к членам освобожденных групп.

— Эй, а что насчет оцепить его палатку, прежде чем он попытается выйти? В таком случае он ведь никуда не сможет пойти, верно? — предложил Микитани с мыслью, что это будет плевым делом для них.

— Мы так можем, конечно, помешать ему собраться и тем самым задержать на некоторое время от выдвижения к зоне. Но что, если наши действия увидят посторонние? Нужно воздержаться от детских затей, которые очевидны всем с первого взгляда.

Раз они пошли на явное нарушение правил, следует позаботиться о максимальном снижении риска.

— Тогда почему бы не воспользоваться поиском по GPS? Все равно вы можете свободно тратить свои набранные очки.

— Наши планшеты не могут отследить местоположение учителей, поэтому не следует относиться к GPS как к абсолютному решению всех проблем. Будем действовать согласно изначальному плану. Начнем операцию в момент, когда Коенджи соберет палатку и попытается выдвинуться к следующей зоне. В случае встреч с первогодками и второгодками на пути, а также, если он отправится на задания, где обязательно присутствуют учителя, немедленно отходим от Коенджи на расстояние не менее двух метров, — напомнил Кирияма, что им ни в коем случае нельзя приближаться к нему вплотную.

По мере наступления семи утра, ситуация начала меняться.

— Коенджи пришел в движение.

Возможно, Коенджи не заметил установленного за ним наблюдения, поэтому, беззаботно напевая, он начал убирать палатку. Затем после сборов он взял в руки планшет и принялся ждать семи утра.

— Начали.

Кирияма решил, что лучшего времени не представится, и первым направился к Коенджи. Микитани и остальные ученики освобожденных групп наблюдали за развитием ситуации на расстоянии.

Почувствовал Коенджи присутствие Кириямы и других или нет, но он никак не менялся в лице и продолжал что-то тыкать в планшете. Даже когда его окружило восемнадцать человек, он вел себя непринужденно, будто весь окружающий его мир не существовал.

Микитани несколько возмутился таким нахальным поведением и хотел уже было вмешаться, но Кирияма запросто остановил его, начав первым:

— Эй, Коенджи, удели мне немного времени.

— Тебе что-то нужно от меня? — спросил Коенджи.

Даже когда к нему обратились, взгляд от планшета он так и не отвел.

Кирияма даже не попытался его упрекнуть за явное неуважение к старшим. Ведь он полностью осознавал, что Коенджи Рокуске полностью лишен общепринятого здравого смысла.

— Знаешь, никто не мог подумать, что ты так активно проявишь себя на этом специальном экзамене. Раз ты настолько силен, почему раньше не относился всерьез к школьным мероприятиям?

— Ты хочешь об этом поговорить? Семь утра уже вот-вот наступит, разве всем вам там не нужно в спешке подготавливаться для выдвижения к своим назначенным зонам?

— Не юли, Коенджи. Ты заработал слишком много очков, — произнес Кирияма, открыто призывая его не притворяться. — Поэтому я советую тебе оставаться здесь до конца дня.

— То есть я не должен зарабатывать очки… да?

— Именно.

Разумеется, на подобное предложение Коенджи не мог согласно кивнуть головой.

— Понятия не имею кто ты, но данный тобою совет слишком уж неразумный. Более того, ты привел за собой всех тех людей… Я правильно понимаю, что в случае отказа вы попытаетесь задержать меня?

— Ты можешь продолжить свою борьбу в прежнем темпе, но первого места тебе не видать. Ты один, а группа Нагумо, которая сейчас занимает первое место, насчитывает семь человек. И в моей группе, удерживающей третье место, шесть человек. Признаю, ты достойно показал себя и добился невероятных результатов, но сейчас идет вторая половина экзамена. Ты неизбежно устанешь и покатишься вниз по рейтингу.

— Раз так, тебе не нужно беспокоиться обо мне, верно?

— Я просто перестраховался. Кроме того, мы третьегодки, — для нас в принципе недопустимо столкновение с тобой, одиночкой. Я обещаю, что не сделаю тебе ничего плохого, если ты послушно примешь мое предложение. Если ты будешь находиться на стороне президента ученического совета Нагумо, то твоя жизнь в школе станет гораздо комфортнее.

Кирияма предложил Коенджи на выбор два предложения: быть подавленным жестокостью или послушно принять сторону Нагумо.

Наступило семь утра. Первая зона назначения одиннадцатого экзаменационного дня была объявлена на планшете. Коенджи молча подтвердил квадрат и убрал планшет обратно в рюкзак.

Пока Кирияма и остальные пристально наблюдали за действиями Коенджи.

— Я очень тороплюсь, поэтому прощайте.

Тот отказался от всех предложений и, на мгновение ускорившись, быстро прорвался сквозь группы добровольцев.

— Э-эй!!!

Хотя он и был окружен, между учениками оставалось довольно много пространства для прорыва. На самом деле это явная беспечность со стороны Кириямы и остальных. Никто из них не считал, что ученик просто проигнорирует третьегодок и помчится со всех ног.

— А ну стой! — закричал Микитани, но Коенджи уже скрылся в глубине леса.

— Без паники. Слишком хлопотно будет пытаться соответствовать темпу Коенджи.

— Ты слишком спокоен! Это твоя вина, что он сбежал!

— Ему, быть может, и удастся забрать награду за прибытие, но на этом для него все закончится. Коенджи решил побегать от нас, поэтому ему не получится спокойно принять участие в заданиях. А если он все же попытается, то на месте проведения задания мы его и перехватим.

Кирияма понимал, что опасно определять зону по направлению, в котором побежал Коенджи. Но от поиска по GPS ему не скрыться.

Все еще проявляя нетерпеливость, Микитани побежал за Коенджи.





Часть 2


Кирияма и освобожденные группы во главе с Микитани преследовали Коенджи.

— Где он сейчас?

— Все там же. Похоже, он совсем не движется. Я три раза воспользовался поиском по GPS, но его местоположение не меняется.

Время перерыва не настало, поэтому неподвижность Коенджи оставалась загадкой. Кирияма немедленно погрузился в планшет, чтобы разузнать причину необычного поведения второгодки.

— Странно, поблизости нет ни одного задания.

— Ага. Зато метров через двести мы его догоним.

— Осторожно. Нельзя вновь проявить беспечность.

— Разумеется.

Третьегодки разделились с Коенджи, но спустя шесть часов по странному стечению обстоятельств им удалось нагнать его. Причина, по которой Коенджи перестал двигаться, была невероятно простой. Он просто завалился спать посреди дня.

С недоверием осматривая спящее тело, третьегодки недоуменно обменивались взглядами. Как их представитель Микитани уставился сверху вниз на лицо Коенджи и с силой в голосе заговорил:

— А ну вставай, Коенджи. Ты не можешь просто так завалиться спать, после того как сбежал от нас. Или, может, за последние десять дней так сильно вымотался от бега, что упал и заснул от истощения?

Лечь спать не хотелось, но пришлось. Учитывая сложившуюся ситуацию, что Коенджи лег спать сразу же после побега от них, в голову Микитани не могла прийти никакая другая причина.

Коенджи не спеша распахнул глаза и миролюбиво улыбнулся.

— Разве это не очевидно? Я такой же человек, как и вы.

— Тогда остатки сегодняшнего дня отведи под отдых. В твоем теле накопилось столько усталости. Прислушайся к совету добреньких семпаев.

— Отвести сегодняшний день под отдых? А ты забавен, — сказал Коенджи и встал с земли, совершенно не смущаясь окружающей обстановки.

Все это время Микитани смотрел на него сверху вниз. Но когда Коенджи с ростом в сто восемьдесят сантиметров встал, его взгляд само собой изменился. Его глаза, переполненные жизненной силой, стали казаться еще больше, чем даже у Коенджи до недавнего времени.

— …Не переусердствуй. Просто возьми небольшой перерыв и отдохни. Никому не станет от этого хуже, — с угрозой в голосе Микитани подошел практически вплотную к Коенджи.

— Не беспокойся обо мне. Я восстановил свою физическую силу до превосходного состояния. И не нужно обращаться ко мне как к простолюдину.

Со стороны слова Коенджи казались обыкновенной бравадой, но Кирияма все же обратил на них внимание, потому что тот демонстрировал полную безмятежность духа.

— Ты и правда выглядишь неплохо, но, как и заметил Микитани, за последние десять дней ты должен был вымотаться сильнее, чем кто-либо другой. Ты неоднократно занимал первые места за прибытие. Даже незаурядные люди с огромным запасом выносливости к этому времени должны достичь пределов.

— Для обыкновенных простолюдинов нет ничего необычного в том, чтобы достичь своих пределов.

— То есть ты сейчас заявляешь, что их не достиг?

Коенджи незамедлительно ответил, укрепляя подозрения Кириямы:

— У меня синдром короткого сна с небольшими фазами быстрого сна.

— Чего? У тебя короткие фазы быстрого сна? — откликнулся на слова Коенджи Микитани.

Впервые с момента разговора лицо Кириямы помрачнело.

— Синдром короткого сна… если это правда, то у нас серьезные проблемы.

— Что ты имеешь в виду, Кирияма?

— Средняя продолжительность сна обыкновенного человека – семь-восемь часов. Для поддержания здоровья и комфортного сна необходимо спать не меньше упомянутого мной времени. Но люди с синдромом короткого сна могут оставаться здоровыми, спя меньше шести часов.

Общеизвестно, что сон чередуется фазами быстрого и медленного сна. Во время фазы быстрого сна мозг бодрствует и продолжает свою работу, а во время фазы медленного сна он наконец-то засыпает. Поскольку у людей с синдромом короткого сна фазы быстрого сна непродолжительны, они могут отдохнуть и восстановить свои силы даже во время короткого перерыва.

— Мне изначально показалось странным, что он просто так завалился спать посреди дня. Кто бы мог подумать…

Хоть Коенджи и обладает исключительной физической силой, но даже его тело накапливает усталость из-за долгих перемещений к зонам назначения и постоянных участий в заданиях. Вот почему, если поблизости не было никаких заданий, все время, оставшееся после прибытия в зону назначения, он тратил на сон, позволявший ему поддерживать физические силы на высоком уровне. К тому же, если у него и правда синдром короткого сна, то помимо огромных запасов выносливости по сравнению с обыкновенными людьми, он также обладал невероятной стойкостью, которой можно только позавидовать.

Впервые с момента прибытия внутри Кириямы зародилось небольшое раздражение.

Все участвующее на этом экзамене, думая о поддержании темпа, ощущали сильнейшее истощение и усталость. С каждым новым шагом их ноги требовали отдыха, а сознание кричало, что отказывается продолжать участвовать в таком кошмаре.

Такую глубинную психологию разделяли все ученики на острове. На нее надеялся и Кирияма, предполагая, что сдержать Коенджи будет не так сложно.

Но все его предположения только что разбились вдребезги…

— Итак, вам все еще что-то нужно от меня?

— Нам плевать, есть ли у тебя силы или нет, просто будь… — раздраженно Микитани попытался осадить Коенджи, но тот быстро перебил его.

— Раз вам ничего не нужно от меня, тогда можете забыть про свое беспокойство.

Коенджи оставался спокойным и избегал острот в речи. Микитани, подчиняясь его мягкому поведению, становился еще более раздражительным.

— Хах, несмотря на свои речи, ты выглядишь довольно воинственным.

Коенджи пропускал мимо ушей все советы и угрозы третьегодок. По минимуму поддерживая разговор, он подтвердил по планшету координаты третьей зоны прибытия и немедленно отправился в ее сторону.

— Кирияма, он не из тех, кто прислушивается к советам.

— Я вижу.

— Вдобавок у него синдром короткого сна или что-то в этом роде, он точно не блефует.

К тому времени, когда большинство учеников выдохлось, Коенджи удалось сохранить свой изначальный темп практически без изменений. Очевидно, что он постоянно тренировал свое тело, а к специальному экзамену на необитаемом острове отнесся не иначе как к очередной тренировке.

— Ничего не поделать, придется сменить стратегию. Пресечем его попытки участия в заданиях.

Проанализировав текущую ситуацию, Кирияма принял новое решение и начал отдавать указания по выслеживанию Коенджи.

В свою очередь Микитани продолжал точить зуб, вероятно недовольный развивающейся ситуацией.

— Командую здесь я. Не нарушай осадную сеть, Микитани.

— Тц…

Пускай темп Коенджи и озадачил третьегодок, они быстро пришли в движение. Восемнадцать человек заняли треугольный строй, заключив Коенджи посередине.

Кроме того, Кирияма по рации связался со своими товарищами.

Коенджи же продолжал идти вперед, совершенно не задумываясь о будущем. Он не намеревался останавливаться и тем более задерживаться на одном месте.

В общей сложности Кирияма заготовил три плана. Первый заключался в том, чтобы мирно уговорить Коенджи отказаться от первого места. Само собой в случае отказа этот план включал в себя силовые методы и давление с участием нескольких человек. Второй план предполагал помешать передвижениям Коенджи, если тому вздумается отказать им. И третий – опередить его во всех заданиях, в которых мог принять участие Коенджи.

При вмешательстве шести освобожденных групп и седьмой группы Кириямы препятствия на пути к участию в заданиях неизбежно возрастут. Более того, если все сосредоточатся на разгроме Коенджи, его шансы на победу в них обязательно уменьшатся.

Пускай задания имели разные условия для участия, они все равно содержали одинаковый шаблон правил. А именно: «участвовать должно определенное количество человек от группы» и «участвовать должна вся группа».

Так как освобожденные группы принимали участие в осаде неполным составом, они не удовлетворяли второму условию, однако Коенджи, будучи одиночкой, не попадал под первое, поскольку в таких заданиях по большей части требовалось участие от двух человек от группы. Другими словами, ему подходили те задания, требованием к участию в которых значился один человек – а под эти условия освобожденные группы также подходили.

Какое-то время третьегодки спокойно следовали за Коенджи, но постепенно в них начало зарождаться чувство похожее на раздражение. Скорость ходьбы Коенджи была настолько велика, что, если взглянуть со стороны, ее ошибочно можно было принять за спортивную ходьбу. Для того чтобы просто не отстать, третьегодкам приходилось вкладывать большое количество сил. Именно поэтому, придерживаясь незнакомого темпа, они начинали уставать.

Фактически их насильно заставили приспособиться к непривычной скорости ходьбы, что неизбежно вело к истощению.

Более того, едва ли это можно было назвать ходьбой, а не настоящей пробежкой.

— Коенджи! А ну хватит хвастаться своей силой! — с раздражением прокричал Микитани, полагая, что тот нарочно мчался вперед.

— Ну и ну, опять стало шумно. Что ж, тогда я просто немного увеличу свой темп, — произнес Коенджи и одновременно со своими словами перешел на бег.

— Не дайте ему сбежать! Окружаем!

Преследующие Коенджи третьегодки стали окружать его. Однако тот, прежде чем его успели загнать в ловушку, с легкостью прорвался через их строй.

— Да вы шутите?!..

Крики удивления третьегодок утонули в порывах ветра. Ноги помчавшегося вперед Коенджи словно ступали по ровному спортивному полотну. Со скоростью спринтера Коенджи ловко огибал все деревья и все сильнее отрывался от погони.

Из присутствующих двенадцати учеников освобожденных групп большинство гордилось собственными силами. Их физические способности в «ОИС» имели оценку B и выше. Фактически они были надежными солдатиками Нагумо и Кириямы, что позволило им монополизировать большинство заданий на карте.

— В погоню! Не дайте ему уйти!

— Постой, Микитани. Не своевольничай!

— Заткнись! Хочешь упустить его дважды?! А ну ловим его, парни, и силой заставляем остановиться!

Микитани и остальные проигнорировали его и стали дальше пытаться загнать Коенджи в угол.

— Идиот…

На мгновение заколебавшись, не пуститься ли ему в погоню, Кирияма все же взял себя в руки и уставился в планшет, чтобы заново продумать собственную стратегию.

Сложно представить, чтобы Коенджи бесцельно побежал вперед. Необходимо выяснить, нацелился ли он к зоне назначения или решил принять участие в задании.

— Сравнительно вблизи располагается только одно задание в зоне E3, однако награда за первое место составляет всего восемь очков… Вероятно десять очков за первое место в награде за прибытие будут иметь для него наивысший приоритет… Итак, куда переместилась его зона назначения?

D4 совпадала с его направлением, однако как факт мог сработать механизм случайного выбора зоны.

— … Ты не тот оппонент, который поддается анализу.

Голова Кириямы разболелась от мыслей о противнике, против которого не работал ни один план.





Часть 3


В конечном итоге путь Коенджи лежал к заданию в зоне E3. В мгновение ока он достиг желаемой цели и принял участие в задании. На этом же месте он и остановился.

Спустя пару минут Микитани и его товарищи догнали Коенджи, но тот занял последний слот на участие и после него регистрация на задание окончилась. Третьегодкам ничего не оставалось кроме как отступить и выжидать Коенджи. Задание представляло собой тест по «Английскому языку». В участниках числились как третьегодки, так и первогодки, но на содержании теста это никак не сказывалось.

Первое место с небольшим отрывом досталось третьегодке Домичи, который в своем потоке считался талантливым учеником. Второе место с наградой в четыре очка досталось Коенджи.

Из-за пристального взгляда учителей как наблюдателей Микитани и его товарищи были вынуждены отступить от места проведения задания. Однако стоило заданию завершиться, как Коенджи моментально подорвался с места, исчезая из виду своих наблюдателей.

Третьегодки были вынуждены вновь плестись сзади и преследовать Коенджи, чья скорость до сих пор оставалась недостижимой для них.

Следующий раз им удалось настигнуть Коенджи в три часа дня, когда подошла очередь следующему объявлению зоны назначения. В общей сложности за весь день Микитани успешно удалось настичь Коенджи только три раза.

— Ребятки, а вы все не сдаетесь.

— Мы даже не можем ему помешать!

На следующий одиннадцатый экзаменационный день третьегодкам не удалось остановить Коенджи и помешать ему принимать участие в заданиях. Не будет преувеличением сказать, что их гордость как третьегодок была растоптана напрочь.

Нагумо явно сильно разочаруется, когда узнает про их результат. Шанс тихо урегулировать ситуацию потерял всю надежду на осуществление.

— Коенджи, это последнее предупреждение, — произнес Кирияма, приказывая освобожденным группам окружить его. — От тебя требуется просто провести весь завтрашний день на одном месте. И все.

Задержка Коенджи на одни сутки должна позволить Нагумо укрепиться на первом месте. Самое главное не позволять ему вновь занять первое место.

— Э-эй, Нагумо велел удерживать его в течение двух дней!.. Разве мы не должны возиться с ним завтра и послезавтра?

— Послезавтра исчезнет всякая возможность отслеживать список десятки верхних групп. Не думаю, что какая-то другая группа может наступать нам на пятки, но все равно следует позаботиться о собственных результатах, а не сосредотачиваться на удержании кого-то.

Именно к таким выводам пришел Кирияма, наблюдая за Коенджи.

— Нам не следует тратить в общей сложности три дня на Коенджи.

— В таком случае давай просто оставим по минимуму людей, чтобы те не спускали с него глаз и никуда не выпускали следующие два дня!

— Ты серьезно веришь, что в случае Коенджи это сработает?

Существовала большая вероятность, что Коенджи удержится на втором или третьем месте, если сдерживать его одни сутки. Однако продолжать преследовать его следующие два дня тоже не дело. Ведь в таком случае уже перед ними возникала угроза выпасть из тройки лучших.

— Я не могу смириться с поражением.

— Исход зависит только от действий, — взбунтовался Микитани, до этого с недовольством следуя за Кириямой.

— …Что ты задумал?

— Я сделаю это. Я своими руками добуду билет в класс A! — произнес Микитани и сделал шаг вперед, оттолкнув Кирияму в сторону.

Затем он сразу же обратился к Коенджи:

— Ты слышал нас. Поэтому завтра и послезавтра как миленький отсидишься здесь.

— Это просьба?

— Нет, это приказ.

— Не могу не полюбопытствовать. Что произойдет, если я откажусь?

— В худшем случае ты покинешь школу, — ответил Микитани и позвал нескольких товарищей поближе к Коенджи.

И без слов понятно, что они намеревались подчинить его грубой силой.

Однако, несмотря на открытые угрозы, бесстрашная улыбка Коенджи не исчезла с его лица, пока он наблюдал за приближающимися третьегодками.

— Я могу засчитать твое молчание за согласие?

— Я никому не подчиняюсь.

— Нет, тебе придется подчиниться. Я ведь прав, Кирияма?

— Меры по подчинению Коенджи предоставляю тебе.

Презрительно рассмеявшись, Микитани не нарушил свою угрожающую позу. Но как только была объявлена последняя на одиннадцатый день зона назначения, Коенджи незамедлительно направился в ее сторону.

Увидев его маневр, Микитани в спешке пропустил прямые инструкции и скомандовал немедленно окружить Коенджи.

— Тебе что-то непонятно? Я же приказал тебе оставаться на месте.

Из-за близкого расстояния, когда их тела практически соприкоснулись, Коенджи ничего не оставалось кроме как намеренно оттолкнуть от себя третьегодку.

И…

— Что за уродливый вид. Я не любитель мальчиков.

— И что ты сделаешь? Если собираешься прорываться силой, это будет равноценно объявлению войны.

— Фу-ха-ха, хорошо, — рассмеялся Коенджи и сделал еще один шаг.

Такого большого шага было вполне достаточно, чтобы оттолкнуть впереди стоящего Микитани. Однако в этот раз Коенджи даже не попытался задействовать свои руки. Вместо этого он продолжил спокойно идти вперед, намереваясь столкнуться плечом к плечу.

Другими словами, он попытался прорваться силой без использования рук.

Внутри себя Микитани самоуверенно рассуждал, что ему получится удержаться на месте при помощи своего крепкого телосложения и Коенджи провалит попытку оттолкнуть его в сторону. Возможно, ему хотелось доказать, что сила и скорость – два разных понятия.

— Ох!

Однако в тоже мгновение Микитани ощутил, как будто в него врезалась скала. Когда он пришел в себя, то обнаружил, что его насильно сдвинули с пути, а Коенджи спокойно продолжил продвигаться вперед.

— Ублюдок! Стой, кому говорю!

В спешке Микитани схватился за плечо Коенджи, но такой поверхностной силы было недостаточно, чтобы остановить его движение.

Если они в очередной раз позволят Коенджи уйти – вчерашняя бестолковая череда событий вновь повторится. Держа эту мысль в голове, Микитани попытался вновь оказать сопротивление, но ноги Коенджи даже не думали останавливаться.

Какое-то время понаблюдав за Микитани, Кирияма цокнул языком. Он решил привлечь в дело еще одного ученика, чтобы они вдвоем помешали Коенджи. Морока принял участие в перехвате Коенджи и неожиданно зашатался. После он преувеличено рухнул на землю и начал делать вид, будто ему ужасно больно.

Микитани, проследив за ситуацией, немедленно встал перед Коенджи и предпринял новую попытку остановить его.

— Эй! Ты, кажется, сломал ему руку!

Морока истошно кричал, привлекая к себе внимание как настоящий футболист.

— Ты совершил ужасный поступок, Коенджи. Ты травмировал Мороку.

— Это ведь обыкновенное притворство?

— Можешь говорить что угодно, но факт, что ты толкнул Мороку, останется неизменным.

В тот же момент все третьегодки пришли в движение и окружили Коенджи, не позволяя тому сбежать от них.

Вот в чем заключалась суть тихой стратегии, отброшенной на время назад.

— Кажется, нынешняя ситуация больше не позволяет мне так просто отмахнуться от нее. Итак, что делать будем?

— Пусть даже ты травмировал своего семпая, мы можем попытаться это замять. Но ты ведь понимаешь, во что может вылиться избиение одного за другим, да?

Прежде чем он вновь предпринял попытку пробиться, его заранее предупредили, чем все может закончиться.

Только вот Коенджи без всяких оправданий спокойно прошел мимо Микитани.

— Я не намерен щадить людей, вставших на моем пути. Не говоря уж о том, чтобы позволить добровольно обломать себе зубы.

На какое-то время Микитани опешил от ответа Коенджи, ведь тот не собирался отказываться от грубой силы.

— Но что, если мы заявим о произошедшем школе?

— Разве подобное не оставит жирное пятно на репутации третьегодок, попытавшихся потопить своего кохая?

Дополнительно подтверждать работоспособность часов Микитани и остальных не было никакого смысла. Первоначально их цель состояла в том, чтобы опережать Коенджи и регистрироваться в заданиях раньше него.

— Может, закончим? Ваше присутствие здесь и так бросило тень на мою возможность получения награды за прибытие.

С момента объявления последней зоны назначения прошло десять минут. Пока соперники один за другим направлялись к зоне, Коенджи все еще должен был только выдвинуться к ней.

Вполне вероятно с десятиминутной задержкой здесь он упустит первое место, но пока до конца не ясно.

— Прости… но я не пущу тебя, — с твердой решимостью в голосе заявил Микитани, отказываясь отпускать Коенджи. — И да, мы тоже не можем до бесконечности нянчиться с тобой.

— Значит, вы тоже намерены показать свои зубы?

Третьегодки были смущены его поведением, но они помнили уготованную им роль. Они прекрасно осознавали свое жалкое положение из-за необходимости толпой окружить кохая, и здесь не могло быть никакого оправдания, даже если это единственный возможный способ справиться с ним.

Как правило, в таких ситуациях обе стороны ощущают отчаянное положение дел. Но Коенджи отличался ото всех.

Заинтересованный исключительно собой, он стал готовиться к ответным мерам с блеском в глазах, будто перед ним разворачивалось поистине нечто великолепное. Очаровывающий блондин, чья красота не уступала девушкам, – даже на необитаемом острове он все также следил за собой. Слегка коснувшись растрепанной челки, он улыбнулся третьегодкам.

Испытав на мгновение благоговейный страх, Микитани отступил назад.

— Время – деньги. Давайте, нападайте, — поприветствовал Коенджи третьегодок.

Он медленно развел руки в сторону и жестом пригласил их нападать.

— Эй, Микитани, все ведь в порядке? Кажется, он не шутит.

— …Да. В крайнем случае просто вцепитесь в него и повалите на землю. Вперед!

Одновременно с сигналом трое третьегодок набросились на Коенджи. Один зашел сзади, чтобы повязать ему руки, а двое других атаковали с фронта и с левого бока.

На первый взгляд казалось, что с их комбинированной атакой сложно справиться. Однако на деле те трое учеников не привыкли драться и уже тем более сотрудничать в этом друг с другом.

Они просто одновременно попытались оказать сопротивление Коенджи. Никто из них не собирался по-настоящему атаковать, скорее каждый из них надеялся, что это сделает кто-то другой.

В великолепном пируэте Коенджи уклонился от их нападения и буквально столкнул третьегодок лицом к лицу.

— Э-эй, осторожнее!

— А сам-то!

Далеко не идеальное сочетание. Трое третьегодок начали переругиваться друг с другом, продолжая накаливать ситуацию.

— Парни, не забывайтесь! Наша цель Коенджи, — призвал Микитани товарищей, едва ли не сорвавшихся друг на друга.





Часть 4


Спустя некоторое время вымотанные третьегодки, тяжело дыша, свалились на колени вокруг Коенджи. Их гордость была растоптана напрочь, ведь как они не пытались нападать на Коенджи, он уклонялся ото всех ударов.

— Ха-а-а, ха-а-а… черт, да что с этим придурком не так… Он настоящий монстр. Я думал, мы с легкостью справимся с ним… — произнес Микитани, в смятении отступая назад.

Он понимал, что ему никак не совершить внезапную атаку.

— Довольно утомительно, когда за тобой неотступно следуют по пятам. А еще неприятнее, когда опавшие листья раз за разом пытаются надавать тебе по щекам.

Небрежно брошенные слова Коенджи Кирияма встретил хладнокровно, продолжая спокойно анализировать ситуацию.

— Вот как. Знаешь, Микитани и правда был готов повсюду гнаться за тобой. Но ты продемонстрировал огромную разницу в силе и растоптал его гордость. Наверное, только тебе под силу использовать трюк, который без физического насилия способен сломить сердца людей.

Несмотря на задержку в получении награды за прибытие, он заранее предотвратил возможность контратаки со стороны третьегодок.

Именно к таким мыслям пришел Кирияма после всех попыток помешать Коенджи.

— Ты в порядке, Микитани?

— А-ага. Никаких… травм.

Большинство третьегодок попадали на землю, либо были сбиты Коенджи во время нападения в стиле камикадзе, но в целом все остались невредимы – в самом худшем случае в некоторых местах была слегка ободрана кожа.

Нет никакого смысла махать кулаками перед абсолютной силой.

— Итак, теперь я могу идти?

— Делай что хочешь, Коенджи.

— В таком случае, адью*.

[П/Р: от фр. «прощайте»]

Никто больше не мог остановить Коенджи и тот спокойно пошел дальше. Проводив его взглядом, Микитани начал терзаться душевными муками:

— Да кто этот парень? Он вообще походит на ученика старшей школы?

— Всегда существует вероятность нарваться на противника, действия которого не поддаются анализу. Нагумо тому пример.

— Значит, нам только и остается, что вечно ползать по земле?

Осознавая свое бессилие, Микитани раздраженно ударил кулаком по земле.

— Проиграть чудаковатому кохаю! Неслыханно! Черт! Чтоб тебя!

— Наша битва еще не окончена, — произнес Кирияма, посмотрев в направлении исчезнувшего Коенджи. Затем он достал рацию.

— Собираешься доложить Нагумо о неудаче?

— Какой в этом смысл? Если помнишь, я собирался оказаться в рядах победителей.

— Т-точно.

— Не переживай так, Микитани. С самого начала предполагалось, что сила Коенджи выходит за рамки возможного. Но у любого противника всегда имеются слабые стороны. Как говорится, сила – тоже своего рода слабость.

Испытывая благодарность за слова Кириямы, Микитани молча кивнул. С другой стороны, Кирияма изначально предполагал такой результат, поэтому и не расстроился.

Стратегия избавления от Коенджи как от назойливой помехи закончилась неудачей. Несмотря на палки в колеса от большого количества людей, он вышел сухим из воды. После подобного у него определенно должно сложиться сильное впечатление о слабости третьегодок. И именно на это изначально рассчитывал Кирияма.





Часть 5


(Возвращаемся к Аянокоджи)

Одиннадцатый экзаменационный день, на часах почти пять вечера. Когда я добрался до последней зоны назначения J10, меня очаровал пейзаж передо мной.





Набирать очки и припасы в заданиях важно, но еще важнее контролировать число набираемых очков. К моей досаде, держаться за одиннадцатое место оказалось сложнее, чем я мог представить. Для спасения от штрафной цепочки требовалось придерживаться зон назначения, но при этом необходимо было рассчитывать очки, чтобы не подняться в верхнюю десятку.

В третий раз вчерашнего десятого экзаменационного дня зона переместилась случайным образом из квадрата F4 в квадрат B9, и я сразу принял решение отказаться от ее достижения. До следующей труднодостижимой зоны назначения я опять не дошел, поэтому к концу дня у меня набралось две неявки. К счастью, сегодня утром я благополучно достиг первой назначенной зоны C8, но во второй раз опять сработал механизм случайного выбора зоны, и я не успел вовремя добраться до квадрата H9. Пришлось изрядно попотеть, чтобы затем нагнать следующую зону в I9.

Но даже если один раз зона может переместиться на огромное расстояние от прошлой, следующие уже будут располагаться вокруг нее.

Я вновь осознал проблему в потенциальной потере первых мест, которая замедлит набор моих очков.

С трудом добравшись до зоны J10, я набрел на конец дороги, после которой начиналась каменистая местность с отвесным утесом. Однако где-то впереди я услышал общающиеся между собой мужские и женские голоса.

Из-за дуновения ветра их едва можно было услышать, но они показались мне знакомыми.

Поскольку я мог знать этих ребят, то направился прямо к ним.

Источник голосов располагался в западном направлении, со стороны моря. Там я и встретил группу. Она состояла из трех девочек класса 2-B, в которую входили Исояма Нагиса, Рика Морофуджи и Шиина Хиёри.

…Помимо них тут была еще одна малая группа из второгодок. Я не видел ее участников с начала открытия специального экзамена. В нее входили Ишизаки Дайчи, Нишино Такеко и Хитоми Цубе.

Если я не ошибаюсь, эти две группы должны находиться в разных таблицах. Неужели они встретились здесь, потому что их зоны назначения совпали?

— Ах! Аянокоджи-кун?

Пока пятеро учеников болтали друг с другом и не замечали меня, Хиёри первой заметила меня, находясь ближе всех ко мне. Как только наши взгляды пересеклись, она махнула мне рукой.

— Выглядишь неплохо. Гораздо лучше, чем я предполагал.

— Мы делаем все, что в наших силах. Кроме того, нам удалось расшириться до шести человек.

Значит, они присоединили к себе группу Ишизаки.

Что ж, выдающихся учеников в той группе как раз не хватало, поэтому Хиёри сможет внести большой вклад при помощи собственных умственных способностей и окажет поддержку. Однако, с другой стороны, про физические способности такого сказать уже было нельзя. Если же рассматривать группу в целом, им удалось добиться идеального баланса.

— Вы с самого начала планировали слиться с группой Ишизаки?

— Да. Среди нескольких потенциальных групп для слияния его группа была первой в очереди, — честно созналась Хиёри и повернула голову в сторону Ишизаки и остальных учеников.

Те весело переговаривались и смеялись друг с другом, не отводя свой пристальный взгляд от заходящего солнца, будто оно должно было исцелить их усталость.

По сути, группа, собранная из учеников класса 2-B, выглядела довольно гармоничной. Даже единственная ученица из другого класса, Цубе, хорошо сочеталась с ними.

— Аянокоджи-кун, твое физическое состояние без изменений?

Хиёри, кажется, совсем не волновала ее отстраненность от остальных.





— Ага. Пока все в пределах нормы.

— Понимаю, что мое беспокойство напрасно, но все равно будь осторожен. У одиночек высокий шанс вылететь с экзамена, буквально одна ошибка и все.

— Знаю.

Она поманила меня рукой, поэтому я решил сесть рядом.

— Еще три дня.

— Ага.

Я понимал, что в этой брошенной фразе не было глубокого смысла.

После недолгого разговора мы молча уставились на море и восстанавливали энергию.

При каждой встрече с другом или просто с близким человеком меня постоянно просили рассказать о текущем положении дел. И на самом деле беспокойство об этом вполне естественно, пока мы участвуем в этой битве за выживание.

Но Хиёри не собиралась расспрашивать меня о набранных очках.

Думаю, это нельзя назвать незаинтересованностью, а, скорее, она просто убеждена в невозможности моего исключения из школы.

— О, Аянокоджи!

Наконец, Ишизаки приметил меня и с глуповатой счастливой улыбкой окликнул. Остальные члены группы также заметили меня, но тут же подхватили его за плечи и не дали ему подойти к нам.

— Чего?

— Не вмешивайся.

— Э? Аянокоджи же не ненавидит нас, разве нет?

— Да не в этом же дело…

— Ну и ну. Ты же знаешь, что Ишизаки-кун не очень хорош в подобном.

— Не очень хорош? Да он совсем не умеет читать атмосферу.

— Эм-м… согласна. Не могу этого отрицать.

Нишино и Цубе, похоже, открылись друг другу.

Уверен, подобное происходит повсеместно во время затяжных боев на необитаемом острове. Ученики объединяли все свои силы с другими во избежание исключения из школы и полагали, что смогут с легкостью пробиться сквозь все препятствия.

Но в то же время здесь была и жестокость.

Как только специальный экзамен подойдет к концу и межклассовые битвы вновь возобновятся, стычки между учениками снова покажут себя. Неизбежно появятся те, кто не сможет принимать правильные решения.

— Извините, что побеспокоил вас.

Как ученик класса D, я решил, что мне не следует оставаться с ними и попытался уйти, но Ишизаки быстро подбежал и вцепился в мое плечо.

— В такой тесной компании я единственный мужчина на группу. Не покидай меня, присоединись ко мне на сегодня, Аяноко-о-оджи.

— Присоединиться…

— Все равно экзаменационный день подошел к концу. Ты же собирался разбить лагерь где-то в зоне I9, верно?

Из-за каменистой местности и сильных порывов ветра зона J10 совершенно не подходила для места ночлега. Как и сказал Ишизаки, я планировал покинуть побережье и отойти в I9…

— Замечательная идея, — быстро дала свое согласие Хиёри, поднявшись на ноги.

Эта парочка была довольно близка ко мне, поэтому с ними не должно возникнуть проблем. Но что насчет других девушек?

— Почему бы и нет? Аянокоджи-кун выглядит так, будто и муху не обидит.

— Согласна!

Судя по всему, никто не имел ничего против моего присутствия.

В их группе царила такая мирная и уютная атмосфера, что на время я позабыл о суровом специальном экзамене. Раньше подобная атмосфера наблюдалась только в классе Ичиносе, но, видимо, и класс Рьюена постепенно начинал меняться.





Часть 6


— Аянокоджи-семпай, Аянокоджи-семпай!..

В полночь, когда все вокруг меня спали, я услышал голос, зовущий меня. Тихий шепот возле палатки будто боялся потревожить окружающих.

Когда я проверил время по часам, была половина третьего ночи.

— Это я, Нанасе.

Я мгновенно пробудился и высунул лицо из палатки. Во тьме ночной на меня глядело взволнованное лицо Нанасе, подсвечиваемое лишь светом от планшета.

— Заявиться в такое время… ты ранена?

— Со мной все в порядке. Просто, как и ты, семпай, я была в зоне I9. На самом деле я видела тебя еще вчера, но не стала вступать в контакт, потому что передвигалась с Хосен-куном.

— …И?

— Мне нужно рассказать о кое-чем важном… Сегодня… нет, точнее вчера, ведь сейчас уже наступил новый день, я услышала от Хосен-куна, что на двенадцатый день первогодки начнут масштабную подготовку к нападению на Аянокоджи-семпая.

— Масштабное нападение? Тебе тоже велели принять участие в нем?

— Нет-нет. Подожди немного, сейчас я расскажу все с самого начала.

Восстановив дыхание, Нанасе начала свое объяснение.

Однажды, в какой-то из дней экзамена Такахаши, Ягами, Цубаки и Утомия пригласили Хосена на встречу, но тот проигнорировал их. Чуть позже на девятый день экзамена кто-то из членов той группы связался по рации и попросил Хосена о сотрудничестве.

Содержание разговора сводилось к следующему. К концу экзамена на необитаемом острове я должен быть исключен из школы. Помимо этого, человек поведал о цели: организовать атаку на всех семпаев-одиночек, тем самым тоже исключив их из школы.

Рация оставалась у Хосена, поэтому в назначенный день с ним пообещали еще раз связаться и сообщить конкретные детали плана. Но как рассказала Нанасе, Хосен не пылал желанием сотрудничать с ними, поэтому сделал вид, что на их стороне.

Как я и ожидал, накал страстей произойдет на финальном этапе. Поэтому необходимо позаботиться и предпринять необходимые шаги «заранее».

— Что ж, они поступили правильно, когда решили отложить объяснение всех деталей плана и даты реализации до самой последней минуты.

Если случится утечка информации о деталях плана и его дате реализации, очень легко предпринять ответные меры. А так, пока Хосен не полностью посвящен в подробности плана, можно сильно не бояться такого исхода событий.

— Известно кто главный?

— Нет. Но собеседником по ту сторону рации была Цубаки-сан.

— Что-то не припомню, чтобы она раньше как-то выделялась и заявляла о себе.

— Я тоже. У меня сложилось впечатление, что все ученики класса C сплотились вокруг Утомии-куна. Знаешь, Хосен-кун не ладит с Утомией-куном, поэтому вполне возможно, что во избежание конфликта Цубаки-сан намеренно выдвинули на должность переговорщика.

Нельзя так же отмахиваться от вероятности, что дергать ниточками за кулисами могли Ягами и Такахаши.

— Хоть дата решающего наступления не известна, я все равно благодарен тебе. Но лучше тебе не задерживаться долго здесь поздней ночью. В будущем могут возникнуть многочисленные неприятности, если они узнают, что ты поделилась со мной информацией.

Это неизбежно может повлиять на дальнейшую школьную жизнь Нанасе.

Хорошо это или плохо, но ей следует и дальше оставаться с Хосеном в классе 1-D. Поэтому я поручил ей задание вернуться к нему до того, как тот заметит ее отсутствие.

— Хорошо. Если разузнаю еще что-нибудь о масштабном нападении, обязательно свяжусь с тобой.

— Спасибо, но не стоит. Ты и так постаралась на славу на этом специальном экзамене. Если ты выяснишь что-то новое о передвижениях первогодок, то можешь не бежать ко мне и не пытаться оказать неумелую помощь.

— Но…

— Нанасе, я уже получил достаточно информации от тебя. Теперь тебе следует продолжить выживать, как член группы Хосена и Амасавы.

Если Нанасе утратит доверие первогодок, в будущем она не сможет выуживать информацию. А в таком случае ее ценность резко упадет.

— Раз так говорит Аянокоджи-семпай… Я поняла.

Нанасе низко склонила голову и умчалась в темноту ночи.

Когда ее спина исчезла из поля моего зрения, я достал планшет и призадумался. Сонливость полностью исчезла, стоило мне уставиться на экран.

Информация, услышанная Нанасе, наверняка правдива, но произойдут ли будущие события согласно ей – другой вопрос. Я не совсем в курсе ситуации класса 1-D, но, как мне известно, Хосен относится к тому типу людей, которые захватывают власть в классе с помощью силы, как это делал Рьюен. Однако в отличие от него он склонен брать инициативу в преодолении препятствий в свои руки.

Кроме того, Хосен изначально поставил рядом с собой Нанасе. Я не сомневался, что среди всех первогодок она наиболее стойкая в плане характера, поэтому ее существование рядом полезно с точки зрения высокого уровня академических и физических способностей.

Но его доверие к Нанасе до сих пор остается загадкой. Если он не доверяет ей, зачем ему рассказывать о наступлении первогодок? Кроме того, вряд ли только Хосен догадывается о том, что Нанасе теперь на моей стороне, – не столь удивительно растущее внутри меня чувство неправильности происходящего. И если Амасава будет огрызаться, появляется вероятность утечки информации…

В любом случае план первогодок совсем не удивил меня. С начала открытия экзамена на необитаемого острове я предполагал, что стану их целью из-за награды. Конечно, я был рад, что Нанасе пришла ко мне и поделилась информацией, но планы мои это ничуть не изменило.





Часть 7


Немного поспав, я сделал поиск по GPS в шесть утра. Если первогодки собираются перейти к решительным действиям, я должен заметить изменения в их передвижении, в том числе и Хосена.

— В выборе местоположения… странностей никаких нет.

Только Хосен, как человек с одинаковой таблицей, располагался в относительной близости от меня. Все остальные находились от меня как минимум в трех зонах и, похоже, ничего решительного делать не намеревались. Да и нападать в видном месте невозможно, поэтому, пока я рядом с Ишизаки и остальными, я в безопасности.

Тем временем Хиёри и Ишизаки тоже проснулись и начали готовиться к двенадцатому экзаменационному дню.

Как только все закончили свои дела, мы вместе выдвинулись в дорогу.

— Так утомительно спозаранку подниматься куда-то, — зевая, пожаловался Ишизаки. Видимо, он еще не полностью отошел от сна.

— Ничего не поделать. Мы можем потерять очки, если случайно окажемся в будущей зоне назначения, — ответила Нишино на жалобу Ишизаки.

Видимо, за последние десять дней подобный разговор повторялся многократно. Другие же члены группы предпочли отмолчаться и сделать вид, будто полностью сконцентрировались на собственном темпе.

— Аянокоджи-кун, а тебе не одиноко оставаться одному во время специального экзамена? — поинтересовалась Хиёри, идущая рядом со мной.

— Вовсе нет. Наоборот, наедине с собой я чувствую умиротворенность.

— Мне… мне было бы страшно и одиноко выживать в одиночку.

— Страшно? Никак не могу представить вид испуганной Хиёри.

Я всегда считал ее невозмутимым человеком, поэтому и в этот раз ожидал ее отстраненности.

Мне казалось, что даже в случае паранормальных явлений под возглас «Удиви-и-ительно!» она захлопает в ладоши.

— На самом деле я большая трусиха. Вот почему я искренне восхищаюсь тобой, Аянокоджи-кун.

— Полагаю, восхищаться стоит Хорикитой и Ибуки, а не мной.

Чем дольше борьба с одиночеством, тем сильнее ухудшается душевное состояние, и в голову полезет совсем не то, о чем стоит думать. Вы неосознанно начнете обращать внимание на каждое дуновение ветра и поскрипывание многочисленных деревьев в лесу.

— Верно… Будучи девушкой, выживать одной на необитаемом острове… даже подумать страшно.

Только представив себе это в голове, на лице Хиёри появилось испуганное выражение.

Можно ли отнести к уникальной особенности экзамена на необитаемом острове, что я смог увидеть необычную сторону Хиёри?

— Эй, а вы двое, кажется, и впрямь хорошо ладите? — оглянувшись, окликнул нас Ишизаки, который все это время шел впереди.

— Не суй любопытный нос в чужие дела, — немедленно вмешалась Нишино и потянула его за шею.

Но Ишизаки не обращал на нее никакого внимания.

— Почему бы тогда вам не начать встречаться? Тогда ты сможешь перейти в наш класс! А?

— Это уже слишком!

Кулак Нишино упал на Ишизаки и тот с воплями схватился за голову.

— Интересное предложение, Ишизаки-кун, — смеясь, ответила Хиёри без всякого стеснения.

Что ж, принимать всерьез все слова Ишизаки слишком обременительно. Я решил воздержаться от комментариев и просто следил за происходящим.

— Больно же! Разве ты не задумывалась, что Аянокоджи полезно сделать нашим другом?

— Нисколько. Среди нас только ты одержим Аянокоджи-куном.

Подобная реакция от Нишино и остальных, кто не знал всех обстоятельств, не выглядела странной. Для нее это чрезвычайное внимание по отношению ко мне из-за полученного идеального балла за тест в прошлом экзамене было не совсем понятным.

— Но почему?.. Разве мы не на одной волне?

— На какой такой волне? Что-то сомневаюсь я, что найдется хоть кто-то на одной волне с тобой.

В ответ на резкость Нишино Ишизаки взглядом попросил о помощи.

— А я так не считаю. В случае Ишизаки-куна все выглядит именно так, — будто откликнувшись на просьбу о помощи, высказалась Хиёри, заставляя всех остальных задумчиво склонить голову.

— О чем ты?

— О том. Это все, что я хотела сказать.

— …Ладно. Ты так жалок, что тебя похвалила Шиина-сан.

— Э-эй! В похвале не может быть ничего плохого!

Вероятнее всего, Хиёри больше ничего не пришло в голову.

Но поскольку сказать об этом было бы жестоко, я продолжал молча слушать.

В семь утра была объявлена первая моя на сегодня зона назначения – H10.

Зона назначения Хиёри и ее друзей выпала в противоположном направлении — J9, так что соревноваться нам не придется. Честно говоря, я был несколько благодарен судьбе, поскольку мне не совсем нравилась идея соперничать с другими учениками из своей параллели.





— Прощай, Аянокоджи. Увидимся позже.

— Ага. Осталось еще немного. Не сдавайтесь и продолжайте стараться в прежнем темпе.

Я ответил на рукопожатие Ишизаки, и мы разошлись каждый в свою сторону. Однако через несколько шагов я позади себя услышал голоса. Когда я оглянулся, то увидел Ишизаки и Хиёри, махающих мне рукой. Я тоже помахал в ответ на прощание и направился к зоне H10.

В этот день я пользовался поиском по GPS каждый час, но мне так и не удалось обнаружить к пяти часам вечера что-то подозрительное в передвижении первогодок.

Информация насчет двенадцатого дня, донесенная до меня рискующей всем Нанасе, не оправдалась. Может ли быть, что Амасава, знавшая о предательстве Нанасе, рассказала об утечке информации или же, может, наступление было отменено из-за какой-то внезапной чрезвычайной ситуации?

В любом случае завтрашний тринадцатый и последний экзаменационный день будет нелегким. Из-за очередного неудачного случайного выбора зоны я был вынужден вновь пропустить третью и четвертую зоны прибытия. Вкупе с постоянным поиском, я немного упал в рейтинге и стал шестнадцатым.

Завтра во что бы то ни стало мне необходимо добраться до зоны назначения.





Глава 5: Мнение каждого


Вступление


Линия повествования возвращается к девятому экзаменационному дню на необитаемом острове. А именно к следующему дню, после того как Нанасе покинула Аянокоджи.

Несмотря на сформированную группу из трех человек, Хосен с самого начала выживал в одиночку. Вот и сегодня он продолжил спокойно лежать в своей палатке, пусть даже была объявлена первая зона назначения в семь утра.

Примерно в восемь утра к палатке Хосена приблизилась тень и окликнула его.

— Доброе утро, Хосен-кун.

— А?

— Это я, Нанасе.

— Твой голос я узнал. Тебе че здесь надо?

— Что ты имеешь в виду? Мы в одной группе. В нашем воссоединении нет ничего странного, — серьезно заявила Нанасе.

Но Хосен лишь презрительно ухмыльнулся.

— Как ты запела. Разве не тебе понравилось находиться рядом с Аянокоджи? Что по результатам?

— …Их нет. К сожалению, я не смогла стать для него достойным противником.

— Хах. Ты сама пристала к нему, но не догадалась использовать свое женское оружие?

— Женское оружие?.. — недоуменно вопросила Нанасе, что заставило Хосена вновь удивиться.

— Несмотря на огромную грудь, похоже, в твоей черепушке не так уж и много мозгов.

— Я не совсем понимаю взаимосвязь между мозгом и размером груди.

— Забудь. Ну? Ты приперлась ко мне, чтобы просто проинформировать?

Долго не размышляя, Хосен немедленно взял в руки планшет и запустил поиск по GPS. Он до сих пор не знал причину появления Нанасе, поэтому решил проявить бдительность к окружающей обстановке. Однако возле них не было ни одного человека, к кому бы Хосен присматривался.

— Моя своевольная попытка заставить Аянокоджи-семпая бросить школу с треском провалилась. Вот почему мне пришла в голову мысль, что я могу воспользоваться твоей силой. Хосен-кун, если ты что-то задумал, пожалуйста, поделись планом и со мной.

Хосен не очень доверял Нанасе, решившей вклиниться в текущую череду событий после самовольного поступка. Хотя он по своей природе вообще никому не доверял.

— Исчезни. Я справлюсь и без тебя.

— …Тогда я просто подожду, пока ты изменишь свое мнение.

— Лучше поспеши к объявленной зоне назначения. Так ты хотя бы убережешь нас от штрафной цепочки.

Хосен открытым текстом призвал Нанасе убираться, но та не выказывала никаких признаков, что собирается уходить. В результате он решил просто игнорировать ее и закрыть глаза в попытке расслабиться.

Однако приблизительно через десять минут Нанасе вновь окликнула его:

— Хосен-кун.

— Ну что тебе еще? Ты не понимаешь, что впустую тратишь время?

— К тебе гость.

Когда Хосен немного приоткрыл глаза, то увидел возле Нанасе еще один силуэт.

— Э-эм, Хосен-кун… я…

— Не знаю его. Придурок, ты кто?

Даже не дав представиться, Хосен с ходу угрожающим тоном обратился к незнакомцу.

— Э… класс С… Катагири.

— Не знаю такого.

— Давай я выслушаю тебя вместо него. Что-то случилось?

— Я принес одну вещь, которую должен передать Хосен-куну.

— Передать вещь? Какую?

— Об этом я могу сказать только Хосен-куну…

Без интереса прислушиваясь к голосам снаружи, Хосен все же передумал и вышел. Во весь свой гигантский рост он взглянул сверху вниз на маленького, тщедушного Катагири.

— Учти, если она мне не понравится, я побью тебя.

— …А-ах!

Дрожа от страха и зажмурив глаза, Катагири вытянул руку с рацией.

— Похоже на рацию.

— В-вот… Утомия-кун желает переговорить с тобой, — дрожащим голосом произнес Катагири.

— Хах. Значит, ты так хочешь пообщаться со мной, что даже послал мелкую рыбешку.

Хосен немедленно вырвал рацию из его руки, будто украв ее.

— Зачем тебе общаться со мной? Хочешь поиграть, Утомия?

Все это он проговорил в рацию, но ответа от другой стороны так и не последовало. Хосен незамедлительно использовал планшет, чтобы отследить координаты Утомии на карте.

— Не знаю, специально игнорируешь ты меня или нет, но это твоя первая и последняя попытка, понял меня?

После предупреждения Хосена по ту сторону рации раздался ответ:

— Я не желал связываться с тобой. Но это необходимо для осуществления плана.

— Плана? Что за хрень ты несешь?

— Ты забыл про шестой день?

— Ах, точно. Та тайная встреча. Извиняй, совсем вылетело из головы.

До сего времени Нанасе сопровождала Аянокоджи, поэтому ее бесстрастное лицо немного посуровело, ведь никакой информацией она не владела.

Искоса посматривая на Хосена и держа дистанцию, она внимательно прислушалась к разговору по рации.

— Видишь, ты тоже игнорируешь.

— Ну да. Так в чем дело?

— Уже совсем скоро мы перейдем к решительным действиям и осуществим план по спасению первогодок.

— По спасению первогодок? — переспросил Хосен и сразу приостановил передачу голоса Утомии.

В ту же секунду Нанасе быстро достала планшет из рюкзака и вывела на экран десятку нижних групп. На текущий момент времени под угрозой исключения находились четыре группы первогодок.

— Среди них две группы с учениками из нашего класса D.

— Хах. Исключение мусора меня никак не волнует. С чего он решил, что я двину пальцем ради спасения одноклассников?

— Будь осторожен. Наверняка он что-то задумал.

— Заткнись.

Хосен и без ее предупреждения все понимал, поэтому вновь включил передачу голоса:

— Слушай, понятия не имею зачем, но какое все это имеет отношение ко мне?

Чутье Нанасе подсказало ей о начале переговоров, поэтому она затихла и внимательно прислушалась. Однако ее местоположение очевидно для всех, кто решит воспользоваться поиском по GPS.

Естественно, разговор с Хосеном произошел только после проверки окрестностей. Создавалось впечатление, что они намеренно опустили эту тему.

— Потому что для их спасения нужен ты…

Невозможно рассмотреть выражение на лице Утомии по ту сторону рации, но Хосен ощутил, что тот явно скрывает свои истинные чувства. Он не настолько глуп, чтобы не понять подобного.

— Кто такое сказал? Мне очень интересно.

— Не хочешь сотрудничать – откажись. Я связался с тобой, потому что это может иметь хоть какой-то смысл. Изначально я планировал обойтись и без тебя.

— Ну вот и порешили. Я отказываюсь, — коротко ответил Хосен, готовясь закончить передачу.

Однако, вместо того чтобы немедленно выкинуть рацию, он крепко сжал ее в руке, будто ожидал ответа.

— …Хосен, — с раздражением обратился Утомия, но Хосен продолжал молчать. — Я тебя правильно понимаю, что ты отказываешься сотрудничать с нами?

Из-за своего характера Утомия на моменте отказа Хосена тут же прервал бы связь. Но Хосен чувствовал, что кто-то другой из своих личностных соображений не желал, чтобы это произошло.

— Притормози. Я не говорил, что совсем не собираюсь сотрудничать.

— …Что?

Утомия по ту сторону рации растерялся.

Заранее запланированный разговор явно пошел не по плану.

— Как насчет того, чтобы приползти ко мне на коленях и молить о помощи?

— Не неси чушь. Кому захочется склониться перед тобой?

— Тогда переговоры окончены. Ты ведь не против, Цубаки?

Хосен упомянул Цубаки, предположив, что та рядом с Утомией может слушать их разговор по рации.

— Догадался? Или, может, воспользовался поиском по GPS?

— Думаешь, для таких очевидных вещей я должен был потратить одно очко? Я изначально знал, что рядом с тобой та подозрительная девка.

Явная ложь со стороны Хосена. С помощью поиска по GPS он увидел, что Утомия и Цубаки находятся вместе. А теперь выдал факт так, будто это его интуиция.

— Вот как, значит, я не могу оставить все на Утомию-куна.

Хосен немного ухмыльнулся, слушая разговор между Утомией и Цубаки.

— Ты не доверяешь Утомии?

— Только когда его дела касаются тебя, Хосен-кун. Всем хорошо известно, что ваши отношения как у кошки с собакой. Я не хочу прерывать переговоры только из-за личной неприязни.

— Так что там насчет спасения первогодок, что это значит?

— Ты ведь уже знаешь? В десятке нижних групп четыре группы первогодок. Среди них две группы с учениками класса D. Если экзамен закончится на такой ноте, то наши классы понесут огромные потери.

Для человека, взявшего бразды правления класса D в свои руки, подобная ситуация ужасна. Очень странно наблюдать отсутствие нетерпения с его стороны. И все же Хосен оставался спокойным и, кажется, ничего не собирался предпринимать.

— И? Ты планируешь спасти всех первогодок в нижней сетке?

— Прежде чем я отвечу, скажи, Нанасе-сан на твоей стороне?

Впервые Цубаки поинтересовалась существованием Нанасе. Та же в свою очередь изо всех сил пыталась собрать информацию из приглушенных речей и ругательств.

— Пока что да. В классе D полно бесполезного мусора. А ей хотя бы можно пользоваться.

— Хорошо. Тогда я продолжу разговор, но в целом ты понял меня правильно. Я действительно собираюсь спасти те четыре группы и еще одну, которая, вероятно, вскоре тоже упадет в нижнюю сетку и станет пятой.

— Дурочка, ты очень много болтаешь, но получится ли у тебя? Я не помню никакой активности с твоей стороны. Надеюсь, ты понимаешь, что я не прощу трату моего драгоценного времени?

— Зовешь свое время драгоценным, а сам продолжаешь прохлаждаться.

Цубаки явно дала понять, что Хосен с начала разговора находился под наблюдением GPS.

— Почему бы тогда мне не избить до полусмерти твоего посыльного Катагири и отправить его обратно?

Стоило лицу Хосена посуроветь, как Катагири весь съежился. Многие ученики пугаются незначительных перепадов настроения Хосена.

— Не дури, Хосен. Если ты поднимешь руку на Катагири, я лично займусь тобой.

— Успокойся, Утомия-кун. Ты мне мешаешь.

— Но…

Кажется, по ту сторону рации началась перепалка, поэтому связь на время прервалась.

— Ну и что мне делать с тобой, а?

— Ах!

Стоило зловещей ухмылке возникнуть на лице Хосена, как Катагири невольно отступил назад.

— Тц, какой скучной малой. Вали отсюда.

— Так рация…

— Я оставлю ее у себя.

— Но…

— Катагири-кун, не говори слов, о которых можешь потом пожалеть. Лучше оставь рацию Хосен-куну, — вклинилась Нанасе между ними двумя и начала убеждать Катагири.

Она выразительно смотрела на него, как бы намекая, что с ним может случиться, если он не послушается. Вкупе со сверкающими позади глазами Хосена, это полностью сокрушило сердце Катагири и тот, повернувшись к ним спиной, помчался куда глаза глядят, едва не падая по дороге.

— Идиот.

— Ты слишком агрессивен.

— Таковы мои методы. Ты сама это знаешь.

После короткого обмена репликами рация наконец ожила.

— Прости за ожидание. Мы можем продолжить наш диалог?

— Ага. Кстати, ваш Катагири оставил мне рацию и убежал.

— Ты ведь ему угрожал? — коротко откликнулась Цубаки.

Ей не понадобилось много времени, чтобы прийти к правильным выводам.

— Слабым сложно победить в драках, поэтому они строят планы до их начала. Ты ведь такая же, Цубаки?

— Разумеется, я не смогу победить, даже если у тебя будут связаны руки. Но все же между нами есть кое-какие различия.

— Различия?

— Я про мозги и мышление.

Несмотря на серьезный ответ, в котором не было ничего смешного, Хосен невольно расхохотался.

— Ха… было бы круто, если бы ты превосходила меня.

— Существует способ, который может спасти терпящих бедствие первогодок. Но для этого потребуется очень много людей. На самом деле семпаи уже используют подобную стратегию, поэтому я и хочу взять немного силы у класса 1-D.

Вот почему Цубаки попросила помощи у Хосена, для которого открывалось больше возможностей для маневра.

— Я не против сотрудничества, но у меня другие дела. Я занят.

Цубаки и другие знали, что, несмотря на объявление зоны, Хосен не сдвинулся с места. Свободного времени у него должно быть предостаточно, поэтому она и задала вопрос, чтобы услышать его реакцию.

— Занят… Ты не оставил попытку исключить Аянокоджи-семпая из школы?

— Верно. Поэтому мне и неважно, сколько мусора покинет мой класс.

— Но как ты планируешь заставить его покинуть школу? На момент восьмого дня Аянокоджи-семпай все также один в своей группе, но его имя ни разу не засветилось в десятке нижних групп. Согласно правилам специального экзамена исключение из школы возможно только при двух случаях. Первое – это дисквалификация всей группы с экзамена. Второе – падение на самое дно рейтинга.

И как показывает ситуация, падения на дно по очкам можно не ожидать.

— Во время первой недели несколько учеников выбыло с экзамена, однако потерь среди групп не произошло. Вторая неделя должна пройти в более жестких условиях, поэтому потери наконец-то должны начаться.

— Это правда. Некоторые группы уже достигли критической черты, связанной недостатком в продовольственных припасах, — вновь раздался голос Утомии, расхаживающего рядом с Цубаки.

По правде говоря, Утомия и его товарищи уже несколько раз оказывали помощь группам первогодок, попавшим в тяжелое положение из-за нехватки припасов.

— Если та пятерка групп первой покинет экзамен, исключить Аянокоджи-семпая из школы станет практически невозможно. Вот почему помощь первогодкам может оказать положительный эффект в сложившейся ситуации, ты так не считаешь?

Впервые за разговор ухмылка на лице Хосена померкла и он стал серьезнее.

— Помочь первогодкам? Что ж, звучит не так плохо… Но все же для начала я спрошу, что ты собираешься делать.

— Я уже упомянула ранее, что ученики одного года объединяются в единую коалицию. Группы, которые могут себе позволить, сливаются с терпящими бедствие учениками. И при необходимости я бы также хотела отхватывать задания у групп второгодок и третьегодок, что уже находятся внизу рейтинга.

— Разве так просто слиться в единую коалицию, чтобы пережить тяжелые времена? Что-то мне не верится, что классы А и В захотят помочь классам С и D.

— Об этом беспокоиться не нужно. Мы уже договорились о сотрудничестве друг с другом. И теперь надеемся на твое согласие, Хосен-кун.

Если он даст свое согласие насчет класса 1-D, план Цубаки придет в действие.

— Неплохой план, но я не вижу никаких гарантий, что он поможет победить. В конце концов, если все воспользуются им, шансы на победу у всех станут равны. И тогда поражение первогодок из-за разницы в очках никуда не денется.

Пока Хосен внимательно слушал Цубаки, он начал выстраивать в своей голове ее стратегию.

Тогда же он и пришел к выводам, что вероятность спасения первогодок, несомненно, увеличится, но бедственное положение никуда не исчезнет.

— Все так. Если оставить план как есть, вероятность жертв среди первогодок действительно не снизится.

— Ты несешь околесицу. Разве не тебе хотелось спасти абсолютно всех первогодок?

— Когда ученики всех годов воспользуются данной стратегией, первогодки по-прежнему останутся в лузерах. Ты пришел к правильным выводам, Хосен-кун. Следовательно, в последние экзаменационные дни нам нужно позаботиться о дисквалификации других групп.

Наконец-то раскрылась истинная сущность плана Цубаки.

— Некоторые семпаи продолжают выживать в одиночку. Нам просто нужно сбросить их на самое дно.

— Понятно, так ты хочешь потопить пять групп одиночек ради спасения первогодок.

— Я планировала сделать это, как только все изрядно устанут. Первоначально я задумала начать операцию с восьмого по десятый экзаменационный день, но случилось кое-что неожиданное.

Шестого дня Хосен не явился на место встречи, а из-за непогоды на седьмой день все были вынуждены восстанавливать истощенные силы.

Мысли в голове Хосена закрутились с новой силой.

— Итак? О чем именно ты хочешь меня попросить?

— Тебе знакомо предложение, поступившее от организатора экзамена. Вот почему я не против силовых методов по сбросу на дно. Хосен-кун, ты же и так планировал применить силу против Аянокоджи-семпая?

— Кроме этого ничего не остается, — ответил Хосен, но на деле думал иначе.

Сколько бы остальные не заготавливали стратегий, его устраивало только сокрушение Аянокоджи собственными руками.

— Сложно напасть на Аянокоджи-семпая, находящегося постоянно в движении. Вот почему, Хосен-кун, у тебя ничего не получалось. Однако, если использовать широкую осадную сеть, все может измениться.

Только что Цубаки озвучила свою роль в плане.

— Я выяснила, сколько первогодок уверены в своих силах и способны оказать сопротивление. Само собой Утомия-кун и Хосен-кун входят в этот список. Если мы возьмем Аянокоджи-семпая в осаду, он не сможет сбежать.

— Ты все подготовила и теперь ожидаешь мое согласие на сотрудничество?

— Верно.

— А они понимают, что ходят по тонкому льду? Тем более не думаю, что ученики наподобие Утомии захотят присоединиться за просто так.

— Разумеется. Именно поэтому в случае успеха я пообещала им пятьсот тысяч баллов. Твоя награда уменьшится, но я считаю, что это необходимые расходы.

Цубаки предложила поделиться частью выигрыша в случае исключения Аянокоджи.

— Подожди, Цубаки. Насилие запрещено правилами. Неужели они правда согласились участвовать ради пятисот тысяч баллов?

Видимо, Утомия тоже в первый раз слышал детали операции.

По крайней мере, его голос снова раздался по ту сторону рации. В этот же момент Хосен понял, что Цубаки намеренно разглашает то, чего Утомия не знал.

Обычно рация передает звук другой стороне только при нажатии кнопки. Если Утомия говорит о неудобных вещах, достаточно просто отпустить кнопку.

А так невольно вскрылся один из секретов.

— Разумеется о подобном нельзя спрашивать в первую неделю. Но вторая половина экзамена более тяжелая как физически, так и морально. Ученики ощущают сильный стресс. Им хочется чувствовать себя комфортно и в них просыпается бунтарство. Эти два чувства смешиваются друг с другом. Само собой сложно сделать первый шаг, поэтому право первому нанести удар я оставляю за тобой, Хосен-кун.

Спокойно анализируя, Цубаки заявила, что план легко выполним.

— Многие люди хотят проскочить на красный свет, когда трафик на дороге мал. Но под тяжестью других взглядов они не могут сделать этот шаг. Однако все изменится, когда кто-то перед вами решится на него.

Другими словами, решающую роль Цубаки хотела оставить Хосену.

— Ну, не то чтобы мне не нравилась эта идея, но школа не столь глупа, чтобы допустить подобное.

— В сложившийся ситуации наказание понесут обе стороны: подстрекатель и цель. Как зачинщица, давшая наставления первогодкам, я готова понести наказание и покинуть школу.

— А?

— Меня ничто не держит в школе. Поэтому я могу покинуть ее хоть сейчас. Кроме того, для ребят из своей группы я заготовила приватные баллы и карточки «Скос половины».

Цубаки намеренно подчеркнула, что не только разработала план, но и заранее подготовилась на случай, если вина перекинется также и на ее группу.

— Как камикадзе. Я и не знал, что ты на это способна, — выразил восхищение Хосен.

Цубаки не просто заявила о себе – она показала мощное оружие.

— Утомия-кун, я не обсуждала это с тобой. Ты не против моего плана?

— …Нисколько. Скорее, мне даже приходила мысль, что мелкие трюки будут бесполезны. Я наблюдал за Аянокоджи со стороны, и это явно не совпадение, что за его голову положено двадцать миллионов баллов. Он ведет себя странно, поэтому и стал мишенью. Если мы будем соблюдать правила, у нас ничего не выйдет. Вот почему если ты так серьезно настроена, я не стану тебя останавливать.

Другими словами, Утомия переживал не столько о насилии, сколько об отсутствии результатов.

Если Цубаки возьмет ответственность в свои руки и до последнего будет использовать в плане как Утомию, так и Хосена, все изменится.

Получение штрафа – неизбежный результат, но школа явно не посмеет исключать пачками учеников из школы.

— Практически невозможно напрямую заставить Аянокоджи-семпая покинуть школу. Поэтому я почти убеждена, что необитаемый остров был выбран не случайно, поскольку только здесь можно скрыться от чужих глаз.

— И правда. Не думаю, что это совпадение.

Хосен убрал с экрана планшета карту и включил диктофон.

— Цубаки, ты задумала насильственный метод исключения Аянокоджи. Это так?

— Что-то в этом роде.

— Если я последую за тобой, ты обещаешь, что мы, первогодки, не покинем школу? Гарантируешь?

— Обещаю. Также в случае маловероятной неудачи я возьму всю ответственность на себя.

Услышанное удовлетворило Хосена, и он остановил запись.

— Ты записал мои слова в качестве доказательства? Надеюсь, они смогут принести тебе спокойствие.

Слова Цубаки, которая буквально видела его насквозь, стали причиной новой ухмылки на лице Хосена.

— Итак? Когда начинаем?

— Пока не могу сказать. Я не могу допустить утечку информации.

— Тогда я не смогу довериться тебе. Секретность неплохая штука, но я против такого сотрудничества.

— У тебя осталась рация.

Рация, отобранная у Катагири, изначально была заготовлена для Хосена. Пускай он и насильно отнял ее, ничего не изменилось.

— Точно.

— Я свяжусь с тобой позже, поэтому до связи, — попрощалась Цубаки и в одностороннем порядке закончила передачу.

— Непростая девушка, — со смехом произнес Хосен и убрал рацию в карман.

— Что ты собираешься делать?

— Я ничего не теряю в случае участия в стратегии Цубаки. Я и так планировал разобраться с Аянокоджи в одиночку.

Для этого потребуются многократные отслеживания по GPS. А раз Цубаки хочет позаботиться об этом сама, то нет никаких причин для отказа.

— Неограниченное буйство, а вся ответственность ляжет на Цубаки, как на зачинщицу. Очень вкусно.

— Разве ты не чувствуешь себя странно… будто тебя используют?

— Я приму их предложение. Пока что.

— …Тогда и я буду сотрудничать.

— Что?

— Мне тоже хочется защитить группы первогодок из нашего класса. Поэтому, пожалуйста, позволь мне остаться рядом, пока от Цубаки-сан не поступят детали.

На предложение Нанасе Хосен ответил короткой фразой: «Делай что хочешь».





Часть 1


Линия повествования возвращается к тринадцатому экзаменационному дню. На часах 6:51 утра.

Утомия обнаружил Цубаки, задумчиво смотрящую в небо, у палатки.

— О чем задумалась, Цубаки?

— Просто в последний раз отрепетировала план в голове. А что?

— Ничего такого. Просто хотел поговорить с тобой до того, как начнется операция. Ведь нам, Цубаки, есть что обсудить.

— Ты прав.

Быть может, это последний их разговор, поэтому неплохо напоследок поделиться собственными мыслями друг с другом.

— Почему ты не захотела использовать рацию для связи со мной?

— Невозможно понять истинные намерения человека, пока не посмотришь на него. Ты должен это понимать, поскольку слышал разговор с Хосен-куном.

— Верно. Невозможно довериться, если не знаешь, о чем думает твой собеседник.

— Ты не смог довериться, потому что им был Хосен-кун, да?

Цубаки попала в цель, поэтому Утомия с неприятной гримасой на лице отвернулся.

— Утомия-кун, ты единственный среди первогодок, кому я могу доверять. Именно поэтому я захотела вживую рассказать тебе о своих планах и услышать реакцию.

Улыбнувшись слегка уничижительно, Цубаки через мгновение вновь вернула свою невозмутимость.

Она сказала, что доверяет Утомии. Но кое-что еще требовало проверки.

— Как идет подготовка?

— Я не так давно воспользовалась поиском по GPS, хочешь глянуть снимок?

Вместе со своими словами Цубаки включила планшет и показала скриншот карты во время поиска по GPS. Аянокоджи обустроил лагерь в зоне E5, а первогодки расположились в D4 и E6.





— Идеальная дислокация. Все так, как ты и планировала, Цубаки.

— Само собой, ведь мы провели тщательную подготовку. Местность на нашей стороне, — ответила Цубаки и медленно подняла свой взгляд на Утомию, который неотрывно смотрел на экран.

Чуть позже к ним подошел еще один человек.

— Цубаки-сан, можно?

Им был Ягами – лидер класса 1-B, а также один из членов группы, в которую входил Утомия.

— Я закончил со всем, поэтому хочу немного поговорить с тобой…

Хоть Цубаки и стала что-то подозревать, Ягами она этого не показала.

— На самом деле я тоже хочу кое-что услышать от тебя.

— Подожди. Сначала я поговорю с Ягами, — со стальными нотками в голосе вмешался Утомия и прервал слова Цубаки.

— Что такое?

— Куда ты делся после того, как внезапно исчез вчера?

— Прости, но у меня сломались часы. Вот почему я и поспешил вернуться в стартовую зону, — ответил Ягами и продемонстрировал часы, надетые на левую руку.

— Сломались? Это уже второй раз, — проявил бдительность Утомия, будто начиная что-то подозревать. — Ягами, ты что-то замышляешь?

— Это расстраивает, когда тебя начинают подозревать в заговоре из-за поломки часов. Утомия-кун, разве не у тебя пару дней назад сломались часы. Тебя это не делает также подозрительным?

— В моем случае в часах произошла какая-то неисправность.

— Ну вот и у меня случилось что-то похожее.

Утомия хмуро уставился на широко улыбающегося Ягами.

— Вы, двое, может, хватит ссориться? Мы сейчас в одной лодке, помните?

— Прости. Кажется, перед началом операции я начал немного нервничать.

— Я тоже зашел слишком далеко. Приношу свои извинения.

— Значит, ты потратил целый день на замену часов? Или, может, ты хочешь рассказать нам еще о чем-нибудь?

— В связи с запуском сегодняшней операции я приготовил подарок для Цубаки-сан.

— Подарок?

— Я говорю про стратегию выслеживания Аянокоджи-семпая. Ведь нет стопроцентного шанса, что она сработает?

Ягами выразил тревогу перед началом важнейшей операции.

Однако именно стоявший рядом Утомия бурно отреагировал на его слова, а не Цубаки.

— О чем ты говоришь, Ягами? Не известно, провалится ли операция…

— Я не намеревалась проводить операцию с целью потерпеть неудачу, — повышая голос, вмешалась Цубаки, прерывая возражения Утомии.

— Без сомнений, стратегия Цубаки-сан идеальна. Я бы даже сказал, что даже у муравья нет шанса выползти наружу. Мы, первогодки, выложимся с максимальной силой, на которую только способны, поэтому в успехе я не сомневаюсь. Но ты не считаешь, что каждый должен заниматься тем, что у него лучше получается?

— Я не нуждаюсь в сюрпризах. Ну, раз уж начал, договаривай, — тихо ответила Цубаки, с подозрением прислушиваясь к красноречивой болтовне Ягами.

Она решила для начала выслушать его, а уж потом решать, принимать в расчет его слова или нет.

— Цубаки-сан, начиная с этого момента, ты будешь вынуждена многократно использовать поиск по GPS для отслеживания местоположения Аянокоджи-семпая. Это безусловно приведет к большим затратам очков.

— Для этого мы заготовили стопку планшетов, — вмешался Утомия, намереваясь немного утихомирить Ягами.

— Но позвольте отметить, это же совсем неэффективно. И знаете почему?

— Нам неизвестна зона назначения Аянокоджи-семпая, поэтому мы не можем предсказать его перемещение.

Как будто удовлетворенный ответом Цубаки, Ягами кивнул головой.

— Именно так. Спешит ли Аянокоджи-семпай к зоне назначения или нацелен к конкретному заданию, а может, и вовсе убегает. Совсем неясно какие приоритеты он выбрал для себя, а от чего отказался… Если нам удастся прочитать его, эффективность действий вырастет в разы.

— Можешь не переживать об этом. У нас достаточно планшетов, чтобы пользоваться поиском по GPS сколько душе угодно.

— Я потратил уйму времени на изучение передвижений Аянокоджи-семпая, поэтому могу помочь. Я знаю, к какой из двенадцати таблиц он принадлежит.

Цубаки, вертевшая рукой прядь волос, будто ей был неинтересен разговор, остановилась. В это же мгновение Утомия прекратил пререкаться.





— Ты знаешь?

— Ага, и в этом нет никакого сомнения, поскольку об этом нам поведает «планшет», — произнес Ягами и продемонстрировал планшет.

— Чей он?

— Я одолжил его у одной группы друзей из класса 1-B. Таблица в этом планшете та же самая, что и Аянокоджи-семпая.

— Значит, с помощью него мы можем проанализировать движения Аянокоджи-семпая без задержек по времени.

Ягами медленно кивнул головой.

Если узнать зону назначения Аянокоджи во время ее объявления, то появится легкая возможность опередить его.

— Ты утверждаешь, что в этом планшете та же самая таблица, что и у Аянокоджи? — немного высокомерно спросил Утомия, но Ягами продолжил разговор с Цубаки.

— Как ты узнал?..

— Для выяснения таблицы я многократно воспользовался поиском по GPS.

— …Что и следовало ожидать. На этом все? Больше нет ненужных сюрпризов? — не задумываясь ответила Цубаки.

Ягами ожидал удивить Цубаки, а на деле получил совершенно противоположную реакцию.

— Но я буду признательна, если ты все равно одолжишь мне планшет. Учитывая, сколько очков в будущем придется потратить, с этого момента мне бы хотелось минимизировать затраты. Ты не против?

— Мы повязаны одной судьбой. Твой успех, Цубаки-сан, – мой успех. Хоть наши с Утомией-куном группы во всю соревнуются с другими как представители первогодок, но достичь мест с третьего по первое будет невероятно сложно. У нас нет другого выбора, кроме как работать сообща.

Причина, по которой Ягами находился здесь, заключалась в том, что он не видел смысла в набранных очках. Ведь если нацелиться на первое место, нельзя хладнокровно тратить их.

После небольшой паузы Ягами продолжил:

— Кроме того, если не воспользоваться моим предложением, вы не сможете перестраховаться.

— Перестраховаться? Что за чушь ты несешь?

— Наш главный приоритет – воспользоваться стратегией Цубаки-сан для выслеживания Аянокоджи-семпая и заставить его покинуть школу. Но нельзя исключать возможность провала. К примеру, сегодня Аянокоджи-семпай может начать выживать с другим учеником. А устроить нападение при свидетелях плохой вариант.

— Можешь не переживать об этом. После восьмого дня Аянокоджи в основном выживает в одиночку, — возразил Утомия, демонстрируя, что тоже изучал передвижения Аянокоджи.

Но Ягами лишь помотал головой.

— На тринадцатый день все может измениться.

— Твоя правда. Так что ты предлагаешь?

— В случае непредвиденного провала, мы можем сменить стратегию и помешать Аянокоджи-семпаю добираться до зон назначения, тем самым отбирая у него очки. А в последний – четырнадцатый день, то есть завтра, будет всего три зоны, и их мы также запечатаем.

— Предлагаешь организовать ему штрафную цепочку из пяти неявок?

— Не совсем, потому что у нас появилась возможность организовать максимальную штрафную цепочку из семи неявок. Вчера, согласно таблице Аянокоджи-семпая, в третий раз зона случайным образом переместилась в далекую D4. Следующую зону D2 он снова пропустил, тем самым заработав к концу дня две неявки. На основе этого уже можно сделать вывод, что Аянокоджи отдался выполнению заданий.

— Последовательная неявка семь раз подряд – это минус двадцать восемь очков… Невообразимая потеря.

До конца экзамена осталось два дня. Трата двадцати восьми очков очень болезненна. Утомии не составило труда поразмышлять над вкладом запасной стратегии Ягами.

— Аянокоджи-семпай по-прежнему один. Понятия не имею, сколько он мог набрать очков, но в одиночку набрать много все равно не получится. Тем более, во время нашей атаки ему самому неизбежно придется пользоваться поиском по GPS. Если мы пресечем все его попытки принять участие в заданиях, шанс падения в пятерку низших групп для него станет достаточно большим.

— Это правда.

— Если таким образом получится исключить Аянокоджи-семпая из школы, как насчет того, чтобы отдать мне пять миллионов баллов и десять миллионов баллов Цубаки-сан? Я уверен, что оставшихся пяти миллионов вполне хватит для того, чтобы распространить их среди проигравших групп.

— Неплохое предложение. Разве не так, Цубаки?

Утомия действительно глубоко удивился предложению Ягами, но почему-то Цубаки почти не отреагировала.

— Цубаки, нам нужно перестраховаться, — он снова напомнил, что им следует прислушаться к словам Ягами.

— Ну, раз он добыл планшет с той же таблицей, ничего не поделать.

С этими словами… Цубаки сразу достала еще один планшет.

А за ним второй запасной, и потом еще третий.

— Что это за планшеты?

— В них заложена та же таблица, что и у Аянокоджи-семпая.

— Что? Но когда…

Даже без расследований Ягами Цубаки изначально имела то, что ей было нужно.

— Цубаки-сан, ты превзошла все мои ожидания. Только подумать, ты тоже пришла к перестраховочному плану…

— Почему ты молчала об этом?

— Просто он мне немного не понравился. Как и Ягами-кун, я тоже подумала о возможности помех достижению зон назначения. Но решила притвориться, будто впервые слышу, чтобы понять, насколько план Ягами был близок к моему.

Утомия и Ягами переглянулись на фразу, почему-то сказанную на детский манер.

— В таком случае я не могу требовать вознаграждение. Я откажусь от пяти миллионов баллов и буду просто наблюдать за вами со стороны.

— Спасибо, но, честно говоря, тяжело поверить в помощь человека, не заслуживающего доверия, — прямо заявила Цубаки, но Ягами просто принял ее слова.

Как только он отошел, Утомия снова заговорил:

— Слушай, Цубаки. Грубая сила действительно поможет исключить Аянокоджи из школы?

— Метод основан на чистой силе, но и он не без недостатков. В худшем случае мы, первогодки-зачинщики, можем вылететь из школы.

— Тогда все содействующие нам группы тоже будут исключены.

Представив, что школу покинут только первогодки, лицо Утомии посуровело.

— На самом деле вероятность крайне низка. Как главная зачинщица, только я пострадаю за тяжкие грехи. Не думаю, что школа посмеет исключить сразу десять или двадцать первогодок.

— В этом и заключается проблема. Ты и правда намерена взять всю вину на себя?

— Именно я первой предложила исключить Аянокоджи-семпая из школы во время того специального экзамена. Ты, Утомия-кун, просто согласился.

— Это так, но…

Утомия вспомнил специальный экзамен после поступления в школу, который проводился в паре с второгодками. Именно тогда поступило предложение получить двадцать миллионов приватных баллов в случае, если им удастся исключить Аянокоджи из школы.

Первоначально Утомия, которому совсем не понравился специальный экзамен, пожелал, чтобы класс 1-С отсиделся в стороне. Но Цубаки неоднократно предприняла попытки уговорить его принять предложение. Ведь если класс С нацелен занять место класса А, двадцать миллионов баллов могут стать важным активом в будущем.

Тогда же Утомия и поинтересовался, как она собирается это сделать. Цубаки планировала объединиться с Аянокоджи и намеренно провалить экзамен – ее бы исключили из школы, а двадцать миллионов баллов достались бы Утомии как подельнику. Было также дополнительно обговорено, что эти баллы должны пойти на будущее класса 1-C.

— Когда ты первый раз рассказала мне о своих планах, я глубоко не лез в твои мотивы.

— Разве тебе не интересны причины, из-за которых я хочу покинуть школу?

— Я солгу, если скажу, что мне не интересно. Неестественно желать покинуть школу сразу же после зачисления.

— Что ж, я признаюсь, что обстановка в классе С оказалась приятнее, чем я ожидала. Именно по этой причине я решила сделать хоть что-то полезное в случае, если мне пришлось бы покинуть школу, — ответила Цубаки, но подробности так и не затронула.

Чтобы услышать еще больше, Утомия решил изменить свое мнение насчет нарушения правил и посмотрел в сторону леса.

— Тогда, может, и мне пойти? Я почти уверен, что в драке один на один одолею Аянокоджи.

— Не нужно, ведь ты, Утомия-кун, незаменимый человек в классе 1-С. Тем более существует вероятность, что судить меня будут только за то, что я взяла ответственность. Доверь судьбу Аянокоджи-семпая другому ребенку.

— Будь наш противник обыкновенным человеком я так бы и поступил. Но за голову Аянокоджи назначено двадцать миллионов баллов, что уже необычно. Если Хосен провалится, нам придется самим позаботиться о нем.

— Ты прав, но я предпочту верить, что у класса Хосен-куна все получится.

Цубаки не предоставила Утомии «зеленый свет», вместо этого поручив оставаться рядом с ней.

— …Хорошо. Тогда я понаблюдаю за их боем со стороны.

— Эй, Утомия-кун, — крикнула Цубаки в спину Утомии, сохраняя дистанцию, чтобы не мешать.

— Что?

— Выглядишь таким сильным, но где ты научился драться? Если не секрет?

— Это не имеет большого значения. И уж тем более нам не стоит лишний раз выуживать информацию друг о друге.

— Правда. Но я все же спрошу. Ты ведь ничего не утаиваешь от меня?

— Утаиваю? Нет. Все мои мысли сосредоточены только на сражении.

— Тогда хорошо.

Вскоре в семь утра началась экзаменационная программа. С рацией в одной руке и планшетом в другой, Цубаки заговорила. На планшете отобразилась зона назначения Аянокоджи – C3.

— Объявление всем группам: зоной назначения нашего врага стал квадрат С3. Группа в зоне D4 продолжит выжидать, пока группа в E6 не отправится на север и не нападет первой. Даже если вы встретите его, вам нельзя связываться с ним, пока я не дам разрешение, — отдала приказ Цубаки и закончила передачу по рации.

— Когда ликвидация Аянокоджи-семпая завершится, прежде чем мое присутствие будет обнаружено школой, я уничтожу несколько групп одиночек второгодок и третьегодок… Интересно, кого бы выбрать?

Последними мыслями Цубаки стали рассуждения, на кого нацелиться под конец.





Часть 2


(Возвращаемся к Аянокоджи)

Я заподозрил неладное в семь утра, когда была объявлена моя зона назначения в C3.





Поиск по GPS за последнюю пару дней стал для меня обыденной вещью. В первую очередь я использовал его для отслеживания соперников, соревнующихся за награду по прибытию. Именно тогда я и заметил шевеление со стороны трех важных учеников среди первогодок: «Утомия», «Цубаки» и «Ягами».

Поскольку Ягами и Утомия члены одной группы, находиться вместе для них совсем не удивительно. Но сейчас вместе с ними была и Цубаки, что уже выглядело подозрительным. Кроме того, помимо этой троицы, не было других учеников из главной группы первогодок.

Я не забыл недавний разговор с Нанасе, поэтому догадка пришла инстинктивно. Сегодня тот самый день, когда первогодки решили перейти в масштабное наступление.

Согласно вчерашней вечерней проверке, группы первогодок, все это время разбросанные по всему острову, значительно поменяли свое расположение. В зоне D4 и E6 располагались несколько групп, явно намеренных перехватить меня.

— Значит, перешли к действиям.

Даже на огромном острове будет сложно избежать столкновения, если противник начнет использовать поиск по GPS. Спустя пару дней с начала экзамена я уже знал таблицу, к которой принадлежала Нанасе, поэтому вовсе неудивительно, если моя зона назначения уже ими вычислена.

В сложившейся ситуации верным решением станет отказ от зоны С3. Но в таком случае я неизбежно заработаю штраф.

По состоянию на вчерашний день я уже дважды не прибыл в зону назначения. Интересно, насколько сильно я упаду в рейтинге, если набью штрафную цепочку из семи неявок?..

Пока не понятно, намеренно ли они выбрали время, когда за моей спиной уже две неявки, но пока все выглядит как идеальный момент для атаки.

— Как минимум, вы умеете сражаться.

Они сделали правильный выбор, когда отказались от атаки посреди ночи или ранним утром.

Ведь напав ночью в условиях плохой видимости и впоследствии упустив меня, им больше ни за что не удалось бы поймать меня, даже воспользовавшись поиском по GPS. Тоже самое и с ранним утром – из-за необъявленной зоны назначения им очень сложно предугадать мой возможный маршрут.

И, тем не менее, их довольно много. Я ожидал, что к наступлению могут присоединиться немногочисленные влиятельные первогодки наподобие Хосена, но их численность превысила рамки ожиданий.

Со вчерашнего вечера местоположение Хосена не сдвинулось из зоны D4. Вполне вероятно, когда я выдвинусь к объявленной зоне назначения, на меня тут же устроят охоту. Однако если драку начну не я, скорее всего, школа встанет на мою сторону.

С другой стороны, мое пребывание в школе станет тревожным и беспокойным. Я утрачу возможность вести спокойную школьную жизнь. Многие учителя, которые до этого времени не были знакомы со мной, неизбежно отметят меня как необыкновенного ученика.

На месте проведения задания моя безопасность будет гарантирована, поскольку там всегда присутствуют учителя. Но это не самый мудрый выбор, поскольку меня будет преследовать толпа врагов. Конечно, можно попытаться сотрудничать с каким-нибудь учеником, но не стоит забывать, что мои враги не только первогодки, но и третьегодки под командованием Нагумо.

Один из лучших вариантов, который я могу предпринять, – это бежать до тех пор, пока у первогодок не закончится выносливость и они не махнут на меня рукой.

На сбор палатки и подготовку выдвинуться ушло десять минут, и я еще раз выполнил поиск по GPS и увидел, что наступающие первогодки, намеревающиеся перехватить меня, стали еще ближе.

Слова Нанасе, что «в случае моего обнаружения они прибегнут к насилию» скоро должны сбыться. Ведь человек, стоявший за главного в этой операции, явно не боялся участи быть исключенным из школы и в случае необходимости взять всю ответственность на себя.

В такой ситуации лучше всего продолжать избегать ненужных столкновений. Хоть для этого мне и придется пропустить шесть зон назначения, включая вчерашние.

Окруженный горами и рекой, я хотел сбежать через горы, но это не такая уж и хорошая идея. Лучше всего отправиться на юг, пусть даже это несколько опаснее.

Возможно, если я буду держаться подальше от зон назначения, враг перестанет преследовать меня. С этой мыслью я достал кое-что из рюкзака и тронулся в путь.





Часть 3


(Переходим к группе первогодок)

— Как наши дела, Цубаки-сан?

На часах было восемь утра, и операция перехвата Аянокоджи группами первогодок шла своим чередом.

Ягами немного беспокоился, потому что не получал никаких докладов по рации.

— Не паникуй, пока что все идет хорошо. Пугающе хорошо.

— Рад слышать.

Аянокоджи исправно двигался окольными маршрутами, чтобы держаться на расстоянии от групп первогодок и не позволить им схватить себя. Не понятно, сколько это еще продлится, но абсолютно ясно, что он постоянно использовал поиск по GPS. Они вынуждали его тратить очко за очком, что уже являлось отличным результатом. Поначалу Цубаки планировала использовать силу, но теперь она поменяла свое мнение и думала, что неплохо сокрушить Аянокоджи и так.

Если ситуация никак не изменится, они выйдут победителями, даже не пересекаясь с ним.

А если все-таки он не выдержит и решит прорваться, они просто задавят его силой.

В целом пока дела обстояли так, что легче продолжать погоню, а не пытаться загнать его в угол. По этой причине Цубаки без колебаний каждые десять минут тратила накопленные очки ради поиска по GPS.

Она копила очки последние двенадцать дней не ради победы на специальном экзамене. Вот почему она намеревалась по максимуму использовать их в данный момент.

К девяти часам утра за Аянокоджи окончательно закрепилась третья неявка. Если верить планшету, следующей зоной для него стал квадрат D2, но учитывая его побег в сторону C6, он не успеет добраться до пункта прибытия даже без их вмешательства.





Две группы первогодок продолжали погоню за Аянокоджи Киётакой. Десятиминутные обновления GPS показывали, что операция продвигается вполне успешно.

Если маршрут Аянокоджи никак не изменится, он должен будет пройти между зонами B4 и C5 и отправиться на север. Исходя из этого факта, Цубаки приказала трем оставшимся группам выжидать в зоне C4. Рассудив, что ближайший час можно просто понаблюдать за ситуацией, она также перестала сверяться с GPS и взяла отдых.

После десяти часов она еще раз отследила позиции своих сил, чтобы проверить обстановку. Как Цубаки и планировала, Аянокоджи намеревался пройти между зонами B4 и C5. По этой причине она отправила две группы погони в зону B5.

— Не уйдешь.

Следующим действием Цубаки приказала выжидающим группам в зоне C4 отправиться на перехват к месту, откуда будет спускаться Аянокоджи с горы. Она намеревалась опередить и встретить его между зонами B4 и C3.

В связи с этим Цубаки возобновила свои поиски по GPS каждые десять минут для отслеживания точного местоположения. Она вовремя заметила, что Аянокоджи отправился на север через B4, чтобы скрыться и не попасть в руки ожидающим впереди первогодкам. Проследив за его перемещениями, она немедленно дала указания трем группам в зоне C4 выдвинуться на север и не позволить ему сбежать.

— Цубаки-сан, я могу кое о чем спросить?

— …Что? — Цубаки окинула взглядом Ягами, который в отдалении от нее тоже работал с планшетом.

— Почему ты не хочешь прислушаться к моим подробным указаниями для перехвата Аянокоджи-семпая? Разве операция не стала бы тогда проходить более гладко?

— Раздражаешь… — шепотом откликнулась Цубаки, чтобы Ягами ее не услышал, и решила просто проигнорировать его слова.

Первая проблема возникла через тридцать минут.

Три группы, посланные Цубаки из C4 на север, практически не сдвинулись с места. Даже если на пути возникли какие-то сложности, неужели для решения проблемы потребовалась остановка всех трех групп?

Цубаки решила не ждать десять минут и воспользовалась поиском по GPS спустя пять минут с последней попытки.

— Совсем не движутся…

Аянокоджи вот-вот покинет B3, а три группы по-прежнему застряли в С4.

Если срочно что-то не предпринять, возникнет вероятность побега Аянокоджи через С3.

— В чем дело? Что-то случилось? — вызвала группы по рации Цубаки.

Но ответа от них так и не последовало.

— Странно.

Цубаки прекрасно понимала, что в случившемся явно замешан не несчастный случай.

— Цубаки-сан, что-то произошло? — поинтересовался Ягами, заметив тень на ее лице, и незаметно заглянул в ее планшет. — Что-то случилось?

— Из пяти групп первогодок, которые я отправила на перехват, три прекратили движение. Более того на том же месте и в том же положении остановились группы второгодок, фактически перекрыв движение.

В специальном экзамене на необитаемом острове, в котором одновременно принимают участие четыреста учеников, пересечения друг с другом не редки.

По этой причине ранее Цубаки не обращала на них внимания.

— Ответьте, — снова вызвала Цубаки те группы по рации, но ответом по-прежнему была тишина.

— Может, произошел обыкновенный несчастный случай? В погоне за зонами назначениями и заданиями на необитаемом острове случайные стычки с другими группами вполне естественны.

— Хочешь сказать, что второгодки случайно перекрыли дорогу трем группам?

— Вроде того, но…

Еще через пять минут, подавляя нетерпение внутри себя, Цубаки вновь обновила местоположение по GPS.

— Тронулись в путь, но как-то вяло.

— Потому что группы второгодок практически вплотную идут рядом с ними.

Тем временем Аянокоджи уже почти покинул зону B4 и готовился спуститься с горы в B3, чтобы двинуться в сторону C3.

Теперь, когда уже ничего не изменить, Цубаки оставалось только доверить перехват двум оставшимся группам… Однако, как она позже заметила, те две группы, преследовавшие Аянокоджи, тоже застыли на месте.

И точно так же рядом с ними остановились группы второгодок.

— Все выглядит так, будто второгодки намеренно мешают… но кто ответственен…

Ягами попытался разузнать детали, прикоснувшись к ее планшету, но Цубаки ударила его по руке.

— Не смей мешать мне.

— А?!

Она явно пыталась отмахнуться от Ягами как от назойливой мухи.

— Поскольку сейчас ты в нашей компании, я позволила тебе остановиться здесь. Но что-то я никак не припомню, чтобы давала право свободно распускать руки.

Перед пылающим взглядом Цубаки, Ягами невольно отступил назад.

— …Я понимаю, но позволь мне кое-что сказать. Разве нам не нужно проверить, кто из второгодок в ответе за происшествие?

— И без тебя знаю.

Излишне напоминать о проверке Цубаки, поскольку она и так собиралась заняться этим.

Со стороны действия второгодок были похожи на саботаж. Но среди тех пяти групп она не увидела ни одного ученика, за которого стоило побеспокоиться.

— Кажется, в этом лидеры второгодок не участвуют.

— Причем среди них равномерно распределены ученики как класса А, так и класса D.

— Другими словами, это дело рук не конкретного класса, а всей их параллели?

Как и Ягами, Цубаки почувствовала беспокойство. Никто из них не мог предположить, что ради защиты Аянокоджи ученики второго года обучения объединят силы.

— …К слову, — только один ответ мог возникнуть, глядя на текущую ситуацию. — Кажется, эти пять групп сами не понимают причину, по которой должны удерживать кого-то.

— Они объединили усилия, не будучи проинформированы?

— Меня не волнует причина. Разве ты не чувствуешь, что кто-то влиятельный попросил вмешаться в основное перемещение и задания первогодок ради защиты второгодки?

Цубаки немедленно начала просматривать скриншоты результатов прошлых поисков по GPS. Пролистывая снимок за снимком, она начала отслеживать передвижения второгодок.

— Ловко сработано. Думаю, я совершила глупую ошибку, когда решила перейти в наступление сегодня.

— До конца специального экзамена осталось всего два дня. Напротив, проявление бдительности не выглядит странным. Аянокоджи-семпай сам знает о награде за его исключение, поэтому он мог подготовить почву заранее.

Ягами заявлял, что чем больше проходит вторая половина экзамена, тем ближе становится день атаки на Аянокоджи.

— Мы просто должны подгадать время для нападения. Второгодки не могут же вечно защищать Аянокоджи-семпая? Тем более специальный экзамен еще продолжается.

Осталось всего два дня, набор каждого очка сейчас невероятно важен.

— Несомненно…

— Еще меня волнует, как тем группам удалось так ловко обойти нас и остановить. Не так легко перехватить пять групп, перемещающихся по отдельности.

У Ягами не было ответа на вопрос Цубаки, поэтому он прислонил ладонь к подбородку и задумался.

— Разве это не очевидно? Это ведь доказательство присутствия какого-то лидера.

— Хочешь сказать, что кто-то из тени взял командование в свои руки наподобие тебя, Цубаки-сан?..

Слова Ягами Цубаки встретила кивком и открыла полную карту.

Где-то за многочисленными сигналами GPS скрывается человек, следивший за полем боя так же, как и она сама, и отдает инструкции для перехвата первогодок.

— Может, рассмотришь вариант приостановки операции?

— Зачем?

— Ты хочешь, чтобы они прорывались силой? Разве это не опасно?

— Ничего подобного. Тем более с пятью пойманными группами это сделать довольно проблематично.

— Тогда почему бы не приостановить операцию?

— Потому что исход будет одинаков.

— Одинаков?..

В действительности, текущее положение дел Цубаки гипотетически предположила с самого начала. По этой причине она даже в какой-то степени была благодарна группам, вставшим на их пути.

— Не знаю, кто руководит ими, но он явно был хорошо осведомлен.

— Каким образом?

— Возможно, их командир заметил передвижение пяти групп первогодок этой ночью.

— Вот как, думаешь, он пользовался поиском GPS даже ночью.

— Как ты и сказал, у второгодок сейчас свой экзамен. Мы подготовили пять групп, и другая сторона ответила теми же пятью группами, удачно контратаковав нас. Если бы их было шесть или семь, тогда это сильно бы сказалось на экзамене.

— Но возможно ли, что у них еще заготовлена пара групп – просто на всякий случай?

— Вполне. Но насколько я вижу, только пять групп второгодок продемонстрировали странность в передвижении. Может, они уверены, что справятся и так? Тогда это крах, — Цубаки немедленно взяла в свои руки рацию, и отдала новые указания. — Больше никто не помешает. Можете делать что угодно.

— С кем ты связалась? Разве есть еще группы, которыми можно заправлять?..

— Я уже говорила. Другая сторона хорошо осведомлена.

Как только Цубаки отдала новые инструкции, она задумалась над тем, кто мог встать по другую сторону битвы.

— Может, дело рук убегающего Аянокоджи? Да нет, у него нет столько власти, что контролировать другие классы. Да и не в том положении он, чтобы отдавать приказы, — еле слышно шевелила губами Цубаки, рассчитывая, что рядом стоящий Ягами ее не услышит.

Во время рассуждений Цубаки имела привычку тихо говорить вслух так, чтобы ее никто не услышал. Громкость речи в этом случае совсем не имела значения, поскольку беседа с самим собой помогала принести ясность в голову. Принцип напоминал захламленный комод, из которого сначала вынимают всю одежду, чтобы затем аккуратно сложить все обратно.

— Быть может, Аянокоджи связался с вовлеченными в ситуацию людьми и попросил о помощи? Тогда он должен был заранее все подготовить.

— Э, ты что-то сказала?

— Нет, ничего. Не бери в голову.

Видимо, ее долгое шептание под нос достигло ушей Ягами. Вот почему Цубаки раздраженно возразила и уткнулась в планшет.





Часть 4


Всматриваясь в море, сияющее, как ослепительный бриллиант, Сакаянаги потягивала воду. Ее целью не было пополнение водного запаса в организме, скорее, она просто смачивала губы.

На часах пять минут восьмого. Именно в это время Цубаки привела свой план в исполнение.

— Кажется, началось.

Опустив взгляд на экран планшета, Сакаянаги начала отдавать приказы по рации, которую держала в руке. За прошедшие три дня, а именно десятый, одиннадцатый и двенадцатый, она каждую ночь пользовалась поиском по GPS. На то была важная причина, поскольку для перехвата Аянокоджи требовалось передвигаться ночью.

— Ожидание подошло к концу, можно начинать.

— Хорошо, но ведь нет никаких гарантий, что мы пересечемся с ними, пускай и находимся в одной зоне? — раздался вялый голос из рации.

Он принадлежал Цукасаки, однокласснику Сакаянаги.

Сегодня он получил приказ прибыть в конкретное место, чтобы перекрыть первогодкам доступ к заданиям и встать на их пути перемещения.

— За последние двенадцать дней ландшафт необитаемого острова немного изменился. Ты понял, о чем я говорю?

— Ландшафт изменился?.. Ты о том, что ученики постоянно передвигаются туда-сюда?

— Именно. Каждый день учителя и ученики перемещаются по необитаемому острову. Даже ты, Цукасаки-кун, пусть того и не замечая, используешь наиболее безопасные и быстрые маршруты.

Хоть изменения довольно незначительны, но на необитаемом острове образовались тропинки с четкими следами, особенно после недавнего дождя.

— Когда цель известна, не так тяжело предугадать ее маршрут.

— Ты способна видеть дороги, хоть и не находишься непосредственно перед ними.

Даже не беря в расчет планшет, весь необитаемый остров для Сакаянаги выглядел трехмерной моделью. Правдоподобно прокладывая предполагаемые маршруты у себя в голове, она будто садилась на тень ученика, рисуя тем самым их пути передвижения.

Понаблюдав за морем где-то еще минут тридцать, Сакаянаги повторно взглянула на экран планшета.

— Итак, немногие остались на местах в то время, как всем необходимо стремиться к зонам назначения и заданиям…

Если сузить круг поиска до учеников первого года, то можно сократить предполагаемый список подозреваемых.

Она быстро засекла GPS сигналы троицы, не двинувшейся с места даже после семи утра – начала экзаменационного дня.

— Ягами Такуя-кун, Утомия Рику-кун, Цубаки Сакурако-сан – кто из вас мой противник? А может, вы все вместе? — радостно прохихикала Сакаянаги, прищурив глаза.

В ее голове сразу всплыл тот человек, который организовал для нее занимательную битву.

Это произошло три дня назад. Поздней ночью десятого экзаменационного дня группа Такэмото, имевшая рацию для общения с Сакаянаги, связалась с ней.

— Что-то случилось в такое время? У вас проблемы? — в первую очередь поинтересовалась Сакаянаги, предполагая, что произошел несчастный случай.

Но она ошиблась.

— Нет-нет, все хорошо. Дело в том, что Аянокоджи желает переговорить с тобой.

— Аянокоджи-кун?

Неожиданно прозвучавшее имя моментально смело всю сонливость с лица Сакаянаги.

— Понимаешь, мы ему немного обязаны, поэтому, если тебе не сложно, можешь пообщаться с ним?..

— Все хорошо, не волнуйся. Позови его.

— Хорошо, подожди немного.

После недолгого молчания…

— Сакаянаги?

— Добрый вечер, Аянокоджи-кун, — манерно поздоровалась Сакаянаги, будто сейчас они не были в середине экзамена на необитаемом острове.

— Смотрю, межклассовое сотрудничество продвигается успешно.

— Все так, мне удалось связаться с Рьюен-куном и Хорикитой-сан. Пока все и правда продвигается гладко. Кстати, я не знаю всех подробностей, но, кажется, группа Такэмото-куна благодарна тебе.

— Группа Сакаянаги тоже отлично показывает себя, поднявшись на пятое место. Думаю, вам сейчас под силу взобраться еще выше.

— Если бы, ведь присутствуют кое-какие причины для беспокойства.

— Например?

— Ты не пересекался с Ичиносе-сан?

— Нет. Я ни разу не видел ее во время экзамена. А что с ней?

— Мне сообщили о ее странном поведении. Боюсь, что за последние дни ее психическое состояние сильно ухудшилось.

Для затяжного специального экзамена не редки случаи упадка духа и плохого самочувствия среди учеников.

— Ну ладно, так зачем ты связался со мной?

— Я хочу попросить тебя об услуге.

— Пожалуйста, я вся внимание. Я обязательно отплачу тебе за помощь, которую ты оказал моим одноклассникам.

— Речь пойдет о Белой комнате.

— Звучит интригующе.

Сакаянаги уже знала всю вправду о временно исполняющем обязанности директора Цукиширо, поэтому Аянокоджи спокойно рассказал, что одна из отправленных за ним убийц – Нанасе. Однако, помимо нее, есть еще тот, кого послали от Белой комнаты, и что, вероятнее всего, это Амасава Ичика.

— Какая жалось, что я поздно узнала об этом, — разочарованно протянула Сакаянаги, понимая, что упустила шанс поиграться с ней.

— Но явных доказательств пока нет.

— Хочешь, чтобы я уничтожила Амасаву Ичику-сан?

— Нет, — поспешил с ответом Аянокоджи, услышав страшные слова из уст Сакаянаги, — на самом деле существует еще одна неприятность.

Аянокоджи рассказал Сакаянаги о щедрой награде от Цукиширо и Нагумо.

Сакаянаги единственная ученица, знавшая с детства Аянокоджи и всю правду о нем. Правда до сего момента он воздерживался от того, чтобы полагаться на нее, поскольку не считал эту девушку своим «союзником».

В данной школе понятие союзник не могло распространяться на учеников других классов. Существовала вероятность, что для победы Сакаянаги воспользуется информацией о Белой комнате.

Однако Аянокоджи пришел к выводу, что риск не так велик. Поэтому, взвесив за и против риски раскрытия личности и награды за его голову, он решил рассказать все детали.

— Другими словами, существует вероятность, что в скором будущем первогодки выступят против Аянокоджи-куна.

— Верно. Вот почему я и хочу попросить тебя помочь мне разобраться с этим.

— Я не беру в расчет силы учеников Белой комнаты, но разве кому-то под силу загнать в угол Аянокоджи-куна?

— Возможно, первогодки решили прибегнуть к насилию. Один из лучших способов исключить меня из школы – воспользоваться недостатком группы-одиночки. Я не исключаю вероятность, что они перекроют мне доступ к заданиям и по ходу развития ситуации помешают продвигаться к зонам назначения.

Сакаянаги считала, что вне зависимости от численности людей у Аянокоджи вряд ли появятся какие-либо проблемы, если он прибегнет к грубой силе.

Но в данной ситуации это не самое умное решение.

— Если первогодки не смогут победить тебя даже после всех приложенных усилий, имя Аянокоджи-куна разлетится по всей школе. И я не знаю… радоваться мне в таком случае или грустить.

— Мне бы не хотелось, чтобы ты выбирала последнее. Помимо этого, существует вероятность, что сам Цукиширо что-то замышляет. По этой причине я хочу сосредоточиться на нем.

— Хорошо. Я примерно поняла положение твоих дел.

— Нагрузка на тебя неизбежно возрастет.

— Знаю. Из-за постоянного наблюдения придется регулярно использовать поиск по GPS, — озвучила предполагаемый недостаток Сакаянаги. — Но не волнуйся. Общее количество набранных очков всех групп, принадлежащих классу А, под моим контролем.

— Вот как… Значит, все это время ты не спускала с них глаз.

— Результаты десятки нижних групп известны только до конца двенадцатого дня, поэтому важно знать, какая группа испытывает затруднения, а какая чувствует себя довольно свободно. Знаешь, у нас достаточно групп, которые ощущают себя вольготно, хоть добраться до десятки верхних мест и не могут. А это значит, что они спокойно смогут потратить несколько очков на поиск по GPS, тем самым прикрыв тебя до последнего дня экзамена.

Только Сакаянаги, обладающая совершенной властью над классом А, и Ичиносе, к которой все ученики класса С были абсолютно лояльными, могли реализовать этот план, объединив усилия. Для класса D подобный план ни за что не выполним – вряд ли бы окупились хотя бы расходы на рации.

— Так что, нужно остановить нацелившихся на Аянокоджи-куна первогодок?

— Могу я положиться на наше сотрудничество?

— Этот экзамен вышел довольно скучным, и вот ты предлагаешь нечто, от чего я могу извлечь пользу.

— Что ты имеешь в виду?

— Твоя просьба выходит за рамки благодарности за помощь Такэмото-куна. Тебе не кажется, что ты будешь мне «должен»?

— Не особо радует, но ладно. Если ты добьешься результатов, я останусь тебе «должен».

— Хорошо. Тогда я начну приготовления.

— Ничего, если я позаимствую рацию?

— Разумеется. Я и сама намеревалась отдать ее тебе для облегчения связи друг с другом. В таком случае не мог бы ты на время дать рацию Такэмото-куну? Я расскажу ему все, что нужно, и попрошу отдать рацию Аянокоджи-куну.

...Сакаянаги вспомнила ночь десятого экзаменационного дня и блаженно улыбнулась.

На планшете отобразились пять групп, посланных Сакаянаги, – они выдвинулись на перехват первогодок.

— Ну вот, пять подозрительно передвигающихся групп первогодок перекрыты. Пришло время раскрыть личность человека, ответственного за нападение.

С рацией в руке Сакаянаги связалась с учениками класса А.





Часть 5


— Послушай, Цубаки-сан.

— Чего еще?

— Не знаю, о чем ты думала, но раз ты предвидела подобную ситуацию, почему не выдала более подробные инструкции тем пяти группам? Неужели им было бы так сложно оторваться от второгодок перед тем, как их окружили?

В общей сложности было задействовано пять групп первогодок. Даже если бы кто-то обратил на них внимание, поймать их всех на таком огромном острове далеко не легкая задачка. Ягами считал, что подобный результат вызван грубой стратегической ошибкой.

— Применить силу и прорваться. А мы позже придумали бы сколько угодно отмазок, что, к примеру, они испугались цепляющихся к ним семпаев. Почему ты не связалась с ними раньше…

— Что если я просто забыла?

— Раз ты прямо заявляешь, значит, пусть будет так.

Взглянув на недовольного Ягами, Цубаки снова открыла рот:

— Ладно. Ты считаешь, что для нас все кончено… А я отвечу, что все ровно наоборот.

— Наоборот?

— Пойманы не мои группы. Это я поймала вражеские группы.

— Эм… прости, но я не догоняю смысл твоих слов.

— Для исключения Аянокоджи-семпая из школы мы послали пять групп. Но даже если им удастся выследить его и загнать в угол, из-за огромной разницы в силе ему ничего не помешает просто сбежать, верно? По школе давно ходят слухи, что Аянокоджи-семпай ничуть не уступает по силе Хосен-куну. Вот почему я с самого начала не надеялась на то, что нашим группам получится ударить по нему.

На слова Цубаки Ягами лишь вопросительно наклонил голову.

— Твои слова можно интерпретировать так, будто посланные в погоню пять групп изначально не могли справиться с Аянокоджи-семпаем. Я не вижу смысла в нашей операции.

— Я преследовала две цели. Первая – это исследовать ход мышления Аянокоджи-семпая и прояснить, что ему нравится, а что нет, — начала объяснять Цубаки, постучав указательным пальцем по планшету. — К примеру, ему не нравится связываться с первогодками, поэтому он отказался от достижения зон назначения. Также он предпочитает избегать мест проведения заданий с учителями, второгодками и третьегодками. Лишь на основе всего этого уже можно сделать вывод, что он не любит выделяться. И ради сохранения в секрете своих сил готов понести наказание на экзамене.

— Допустим, ты и правда собиралась прояснить его модель поведения. Но для этого вовсе не требовалось позволять вражеским силам брать в осаду наши группы.

— В произошедшем есть более глубокий смысл. Как и другая сторона, мы точно так же перехватили вражеские группы, намеревающиеся защитить Аянокоджи-семпая.

Слова Цубаки крайне удивили Ягами.

— Единственное, чего нам не следует делать – это вмешиваться в процесс исключения Аянокоджи-семпая. Кроме Утомии-куна, Хосен-кун единственный человек, способный справиться с ним.

Наконец-то истинные намерения Цубаки дошли до Ягами и тот сразу же попытался отследить сигнал GPS Хосена. Но ничего не вышло.

— Это не просто сокрытие… понял? — закончила объяснения Цубаки, сделав на этом акцент.

— Тогда, пожалуйста, ответь на последний вопрос. Если Хосен-кун не дал бы свое согласие на сотрудничество с нами, операция завершилась бы неудачей?

— Ну, возможно, она просто пошла бы немного другим ходом. Я была уверена в участии Хосена-куна, поэтому и приняла решение о проведении операции. С самого начала речь шла о битве один на один. И если бы он отказался от сотрудничества, вместо него я бы просто отправила Утомию-куна. В любом случае я намеревалась организовать идеальные условия для битвы один на один. Кто бы из них не пошел, исход все равно одинаков.

Аянокоджи, выживающий в одиночку, неизбежно покинет школу.





Часть 6


Самый рослый ученик среди своего потока энергично бежал вперед. Единственную цель, которую он преследовал, – одолеть Аянокоджи Киётаку из класса 2-D.

В этом экзамене на необитаемом острове, согласно здравому смыслу, не рекомендовалось применять грубую силу.

Однако в отличие от школы, полностью напичканной камерами наблюдения, необитаемый остров скрыт от чужих глаз. Невозможно отследить все конфликтные ситуации только с помощью одних часов.

Осадная сеть, которую придумала Сакурако Цубаки… С самого начала этого ученика не волновали подобные вещи. Но все же существовала причина, по которой он придерживался плана.

Дело в том, что поиски конкретного человека на огромном необитаемом острове крайне непростое занятие. Для этого требуется многократный поиск по GPS, что уже на словах звучит обременительно. Однако, когда под рукой имеется человек, готовый взять на себя подобные трудности, это может оказаться крайне полезным.

Только из этих рассуждений Хосен решил притвориться, что следует инструкциям Цубаки. Все ради того, чтобы спокойно выследить Аянокоджи и покончить с ним один на один без всяких помех.

Когда до Аянокоджи осталось совсем немного, Хосен отбросил рацию в сторону. Этим жестом он продемонстрировал, что отказывается дальше подчиняться Цубаки.

Хосен достал собственный планшет и лично провел последний поиск по GPS. Ему удалось выяснить, что сигнал GPS Аянокоджи располагался в трехстах метрах впереди от него. По сравнению с другими первогодками только ему удалось так сильно сблизиться с Аянокоджи.

Еще немного.

Хосен уже загорелся, предвкушая будущую ожесточенную схватку.

Но…

Еще один сигнал GPS появился вблизи, будто намереваясь перегородить ему путь. Впрочем, Хосен счел это простым совпадением и даже не удосужился проверить, кому он принадлежит. Ведь в поле зрения ему наконец удалось заметить Аянокоджи.

— Я нашел тебя, Аянокоджи-семпай!

Оглянувшись, Аянокоджи заметил Хосена, который на первый взгляд был не в силах сдержать свое возбуждение.

— Хосен? — спокойно откликнулся Аянокоджи и остановился на месте.

— Как же долго я ждал этого момента!

— Я предполагал нашу встречу гораздо раньше. Ты оказался хладнокровнее, чем я ожидал.

— Помехи в нашей встрече только испортят весь интерес.

— О чем ты?

— Не притворяйся. Я знаю о ночном походе Нанасе, и что из доброты душевной она тебя предупредила.

— Понятно. Значит, ты намеренно рассказал ей о предстоящем нападении на меня, чтобы лучше подготовиться?

— Я против мелких уловок. Но в данной ситуации я расценил их как благоприятную возможность для себя. Вот почему я воспользовался ими, — воскликнул Хосен, ударяя крепко сжатыми кулаками друг о друга.

Без всяких сомнений ожесточенная драка планировалась начаться менее чем через десять секунд.

— А не слишком ли ты многословен, а, Хосен?

— Че?

В месте, где была запланирована драка один на один, в тени деревьев стоял еще один человек.

— Слышь, а ну вали-ка отсюда побыстрее. Мешаешь.

Человек будто ожидал, что сюда заявится Хосен. Проскользив легким взглядом по парню, Аянокоджи пришел в движение и скрылся в глубине леса.

Тотчас Хосен намеревался пуститься в погоню, но проигнорировать человека перед собой было попросту невозможно.

— Что ты здесь позабыл, Рьюен, ублюдок?..

— Это мои слова, Хосен. Здесь тебе ловить нечего, понял?

Сразу же после небрежно брошенных слов Рьюена, до Хосена начало доходить.

— А?.. Хах, значит, я правильно понял, что все неспроста, — радостно рассмеялся Хосен, полностью вникая во всю ситуацию, — Это ведь не совпадение, что второгодки перекрыли первогодок.

Все группы, посланные вслед за Аянокоджи, чтобы загнать того в угол, застыли на месте, когда их сигналы GPS пересеклись с сигналами второгодок.

Это лишний раз доказывало, что помимо Цубаки, контролировавшей всех первогодок, существовал человек, который точно так же командовал второгодками.

— Ты стоишь за этим? Хотя нет, не похоже.

В случае если бы Рьюен стоял во главе, ему бы понадобились рюкзак и рация. Однако на первый взгляд рюкзака с ним не было. Вдобавок как человеку, сражающемуся на передовой, ему было бы сложно командовать несколькими группами.

— Закончил вникать в ситуацию?

— Не совсем. Однако тебя никак не должны волновать мои действия, ублюдок.

Хосен примерно разобрался в ситуации, однако совсем не понимал, почему Рьюен встал на сторону Аянокоджи.

— К несчастью, все ровно наоборот, — с легкой улыбкой Рьюен неспешно пошел навстречу Хосену. — Заставил меня столько передвигаться в такую холодрыгу. Можешь считать, будто я подражаю наемникам.

— Значит, дело в деньгах. Но ты серьезно веришь, что сможешь остановить меня?

— А с чего ты решил, что у меня не выйдет? А?

Минимальная дистанция. Два парня, одаряющих друг друга зловещей улыбкой, оказались на расстоянии вытянутой руки.

Роль первому сделать шаг досталась Рьюену. Не отводя взгляда от Хосена, он вытянул левую руку вперед. Из-за очевидной разницы в телосложении и мощи, он нацелился ударить в подбородок.

— Ох… какая игривая левая рука.

Пускай первым атаковал и не он, Хосен уже был наготове, поэтому легким движением перехватил левый кулак Рьюена у своей груди и расхохотался.

— Изо рта воняет, не открывай его, горилла.

— А ты чесать языком только и можешь. Давай же! Продемонстрируй мне гордость и силу второгодки!

Когда могло показаться, что Хосен отпустил левый кулак Рьюена, он тут же ухватился за него снова и потянул парня к себе. В ту же секунду Хосен изо всех сил ударил лбом Рьюена.

— Тц!

От неожиданного удара, потрясшего его мозг, Рьюен сильно зашатался. Дело не в том, что ему не хватало боевого опыта. Напротив, его список достижений как человека, сражавшегося на передовой, был больше, чем у простого ученика. Однако в сражении с Хосеном он ничего не мог поделать против мощи, в несколько раз превышавшей его.

— Ха-а-а!

Рьюен, не в силах принять защитную стойку, получил прямой удар в живот от Хосена и завалился на спину. Несмотря на то, что он стал полностью беззащитным, Хосен не сдвинулся с места и расхохотался.

— Не прошло и десяти секунд с твоего последнего воодушевленного лая! Не смеши меня.

— Ха… чертова твердолобая башка. Может, она у тебя из камня? А, горилла хренова?

Как только Рьюен поднялся на ноги, он вновь отпустил реплику, больше похожую на провокацию. Услышав ее, Хосен легонько почесал затылок, будто слегка поразился.

— Видимо, я ожидал от тебя слишком многого. Ты мне совсем не ровня.

— Не думаю, что найдется счастливчик, способный порадовать тебя.

— Вообще-то такой нашелся, но он свалил. Это из-за тебя, ублюдок, скрылся Аянокоджи.

— А?

После слов Хосена легкая улыбка, блуждавшая на лице Рьюена, померкла.

— Что ты знаешь об этом идиоте, Хосен?

— Что я знаю? А-а, разве что его истинное лицо отличается от показываемого всем скучного неумельца.

— Я думал, его истинное лицо известно немногим. Только подумать, и ты тоже связан с ним.

Отпустив странный диалог, больше похожий на обмен мыслями вслух, они будто убеждали друг друга.

— Впервые я заинтересовался тобой, Хосен. Где и когда ты с ним познакомился и чем все закончилось?

— Ты тоже одержим Аянокоджи, Рьюен?

Основная причина, по которой Рьюен продолжал находиться в школе, – месть Аянокоджи. Будь то в драке или еще каким способом, пока месть не свершится, Рьюен не позволит Аянокоджи кому-то проиграть. Даже бойцу в виде Хосена, который совсем не вписывался в рамки обыкновенного старшеклассника.

Почувствовав жар, смешанный с жаждой убийства, Хосен презрительно фыркнул:

— Остынь. Между нами ничего не произошло, поскольку мы даже не начали.

Наклоняя голову и похрустывая шеей, он двинулся навстречу Рьюену.

— Но я никогда ранее не встречал человека, который так спокойно мог бы остановить мой кулак. Даже на колотую рану ножом он не показал и виду, что ему больно.

Услышав про «колотую рану ножом», мысли разом нахлынули на Рьюена. Он вспомнил, как Аянокоджи какое-то время ходил с перебинтованной рукой, а после повязок у него остался шрам.

— Эй, да ты, похоже, повеселился без меня, а?

Рьюен немедленно бросился с кулаками на Хосена, но тот никак не переменился в лице. Даже перед жутким зрелищем Хосен не выказал ни единого намека на беспокойство и продолжал выжидать.

С начала драки он не проявлял гордости или хвастовства, поскольку находился наготове. Ведь перед ним Рьюен, который был хорошо известен в его старой средней школе.

Оттолкнувшись от земли со скоростью, в которую ни за что не поверишь с его рослым телом, Хосен рубанул кулаком по лицу Рьюена, попытавшегося защитить себя.

Поскольку его противник не успел защититься, неудивительно, если бы его разогнанный удар сломал бы тому нос.

Не успел Рьюен встать, как его снова сбили с ног. Что касается Хосена, очередным ударом он еще раз убедился в разнице сил между ним и Рьюеном.

Рьюен немедленно приподнял верхнюю часть туловища, но прицельный удар ногой по лицу от Хосена вновь опрокинул его на землю.

— Ты решил проснуться ото сна, да?

Прошло меньше минуты с начала боя, но исход уже был очевиден.

— Ты, ублюдок!..

— Ха-ха! Как я и ожидал, Рьюен! Я знал это! — радостно кричал Хосен.

Однако в развивающейся ситуации они оба были близки к крикам.

С начала боя между ними присутствовала разница в силе, с которой ничего не поделать. Впрочем, даже сейчас воля Рьюена не была сломлена.

Обычно восемьдесят процентов оппонентов Хосена теряли желание драться после первого удара. Еще десять процентов находили в себе силы храбриться. И оставшиеся десять процентов впадали в уныние после второго или третьего удара.

Однако в глазах Рьюена не пропала искра, пусть тому и нанесли серьезные увечья. Именно по этой причине разницу в силе он продолжал компенсировать дерзкими словами, подтверждая тем самым, что отказывается сдаваться.

Такого рода игра разумов помогала ему оставаться впереди.

— Выглядишь чересчур самодовольным. Что, думаешь уже победил меня?

Рьюен продолжил улыбаться сквозь боль и вновь приподнял верхнюю часть туловища.

— Не смеши. Ты серьезно веришь, что способен выступить против меня, тупица?

Хосен незамедлительно подошел к нему вплотную и схватил его за грудь.

— Ты всего лишь ничтожество. Жалкая угроза, мелюзга.

— С каких это пор драка один на один все решает? Помнится, в средней школе нас оценивали одинаково, — припомнил Рьюен, пытаясь стряхнуть с себя Хосена.

— Лишь из-за того, что ты действовал исподтишка и избегал прямых конфронтаций. Жалкое зрелище.

Попытка стряхнуть с себя Хосена не то чтобы оказалась полностью бессмысленной затеей, но и пользы это действие особо не принесло. Господствующая позиция Хосена, идеально подходившая для нанесения ударов, никак не изменилась.

Следующим действием Рьюен, которого продолжали держать за грудки, взмахнул левой рукой. Он намеревался разжать кулак перед лицом Хосена и бросить песок в глаза, который удалось зачерпнуть.

— Выкуси!

Несмотря на внезапную атаку со стороны Рьюена, Хосен спокойно защитился свободной рукой.

— Не балуй!

— А если так?!

Рьюен сразу же взмахнул правой рукой, намереваясь вновь попытаться бросить песок в глаза Хосена.

— Сказал же, не балуй!

От броска песком преобладающей правой руки Рьюена, Хосен вновь защитился рукой. Как только он поднял упавшего Рьюена, то заметил, что тот сжал кулаки.

— Ручки, которыми ты цепляешь мелюзгу, давно не котируются мной! — произнес Хосен и моментально впечатал кулак в правую щеку Рьюена.

Его удары, похожие на джеб*, базировались на скорости, а не на силе. Он поочередно наносил удары то в правую, то в левую щеку Рьюена как бравый боксер, тренирующий хук многократными ударами по мешку с песком.

[П/П: Джеб – это классический удар в боксе, который в отличие от классического прямого удара, имеет очень незначительный импульс силы и строится исключительно на скорости и точности движений.]

Испытав прилив крови к голове, Рьюен дернулся и стрельнул взглядом в Хосена. Однако практически сразу обмяк телом, будто поддавшись порывам ветра, и, как отметил Хосен, его взгляд потух.

— !..

Резко скрутив тело во время непрекращающегося избиения, Рьюен с полного разворота взмахнул рукой перед тем, как потерять сознание. Этой выходкой ему удалось слегка мазнуть по подбородку Хосену, который тут же взъярил, ибо с самого начала драки не собирался пропускать ни одного удара со стороны Рьюена.

Грубым движением он схватился за челку Рьюена.

— Доволен своим достижением? А?! А теперь сдохни!

Прежде чем Рьюен успел хоть как-то защититься, Хосен нанес пару быстрых ударов правой рукой по животу.

— Никому не по силам одолеть меня в драке!

После седьмого полученного удара из часов Рьюена послышался сигнал предупреждения.

— А-ха-ха! Пытаешься сохранить хладнокровие, когда уже на пределе? Знаешь, твои часы гораздо честнее, чем ты сам!

Часы, обнаружив аномалию вроде учащенного сердцебиения, издали сигнал предупреждения.

— Серьезно, горилла, ха-а… Я признаю твое драчливое хвастовство…

Хосен, расценив похвалу как сигнал капитуляции, гордо улыбнулся и отпустил челку. Не в силах поддерживать вертикальное положение туловища, Рьюен немедленно рухнул на землю.

Эхом сигнал тревоги отдавался по лесу.

— Пип-пип, похоже сигнал предупреждения не собирается затухать. Ты на пределе уже, да? Быть искренним – совершенно нормально, знаешь?

— Ха… довольно шуток. Часы просто сломались, понял? — ухмыльнулся Рьюен, опустив взгляд на часы.

Однако по одному лишь виду было понятно, что он понес серьезный урон.

Понаблюдав за таким неприглядным видом своего оппонента, Хосен со скучающей миной плюнул себе под ноги.

— Прощай, Рьюен. Ты не тот человек, с кем я мог бы позабавиться.

— Стоять. С чего это ты так уверен в своей победе?

— Че?

— Я разве говорил, что сдаюсь?

На какой-то миг слова Рьюена ошеломили Хосена, но тот быстро пришел в себя. Как бы сильно он не избивал его, свет жизни не покидал глаза Рьюена.

— Что ж, я признаю твою силу воли… но даже она не вечна!

Человек – существо, уязвимое к боли.

Насколько бы силен не был человек, ему в любом случае придется пройти через неописуемую боль от ударов наподобие атак Хосена. Теперь все свелось к тому, сколько еще ударов тот сможет выдержать.

Как бы долго Рьюен не терпел, ему никак не изменить подавляющую разницу в силе.

Даже второй сигнал предупреждения не заставит Хосена потерять самообладание в причинении боли Рьюену.

От обильных не прекращающихся атак Хосена сигнал предупреждения из часов Рьюена превратился в сигнал тревоги. Если оставить ситуацию на самотек более чем на пять минут, медицинская команда вместе с преподавателями выдвинется на место происшествия.

— Твое тело гораздо честнее тебя. Просто признай свою безнадежность.

— Ах… это приятное онемение от боли… — под жуткий смех, совершенно не обращая внимания на часы, Рьюен поднялся на ноги.

Впервые Хосен убедился в неукротимом духе Рьюена.

— Да что за хрень?! Ты едва на ногах держишься, сдавайся. Упрямство не приведет ни к чему хорошему.

Рьюен поднес часы к уху, будто намеревался использовать громкий сигнал в качестве уведомления о чрезвычайной ситуации.

— Что, закончил упрямиться? Ха, самый нелепый образ мышления.

Поначалу Хосен предполагал, что Рьюен немедленно вырубит сигнал тревоги. Однако тот, не выключив его, просто опустил руки и заснул их в карманы.

— Наша драка еще не окончена.

— Совсем сбрендил?.. Собираешься призвать нянек и удалиться с экзамена?

— В таком случае экзамен покинешь и ты, верно? — вопросил Рьюен о том, как школа будет рассматривать их ситуацию.

Хосен отделался легким ударом в челюсть и остался невредим. Нельзя исключать вероятность, что школа расценит драку как одностороннее проявление насилия.

— Не смей строить из себя победителя, когда ты жертва! Ты жалок, Рьюен!

В зависимости от того, как ляжет карта, расклад событий может поменяться. Но Хосен нисколько не испугался. Он намеревался подчинить Аянокоджи грубой силой, а значит, уже пора покидать это место.

— Если так боишься нянек, почему тебе не покончить со мной?

— Как тебе угодно.

Решив, что план Рьюена состоял в неотключении сигнала тревоги, Хосен вновь пошел на него.

— Мой GPS уже давно вырублен, поэтому не вижу ничего плохого в твоем убийстве, пока няньки добираются досюда.

Пускай школа уже выдвинулась к этому месту, у него оставалось в запасе еще около тридцати минут.

— Ку-ку, тогда давай, действуй, — поприветствовал Хосена Рьюен, нисколько не испугавшись.

Его руки по-прежнему находились в карманах.

— Раз не собираешься защищаться, просто падай и отрубайся!

Не желая больше терять время, Хосен изо всех сил сжал правый кулак. На это движение Рьюен тоже вытащил руки из карманов и сжал кулаки.

— Не думай, что твои жалкие трюки сработают против меня!

Инстинктивно Хосен догадался, что Рьюен что-то держал в руках, но не прервал атаку. Чтобы вконец сломить его строптивый нрав, рука Хосена вытянулась вперед. Рьюен отреагировал немедля, хладнокровно вытягивая оба кулака вперед, будто намереваясь защититься. Хосен уже приготовился пробить его защиту, как внезапно…

— Ха-а-а!

Две тени, скрывающиеся позади многочисленных деревьев, выскочили из леса и оказались за спиной Хосена.

— А… Че?!

Неудивительно, что присутствие посторонних удивило Хосена. Ведь он лично пару минут назад воспользовался поиском по GPS и кроме сигналов Аянокоджи и Рьюена никого вокруг себя не обнаружил.

Даже если бы кто-то сломя голову напрямик мчался сюда, он не успел бы так быстро вмешаться в драку.

Тем не менее двое парней, возникнув как призраки, вцепились с обеих сторон в его руки.

Ими были Ишизаки и Альберт, чье телосложение ничуть не уступало Хосену. Их каменная хватка намертво приковала Хосена на месте.

Альберт вцепился в его преобладающую правую руку, а Ишизаки с другой стороны крепко держал левую.

— Сволочи!!! — взревел Хосен.

Но даже ему было сложно освободиться из хватки парней, чье телосложение было не хуже его.

Запечатлев в памяти Хосена в таком виде, Рьюен опустил руки и гадко ухмыльнулся.

— Все очень просто. Если сломать часы, сигнал GPS не будет отслеживаться.

Рьюен изначально велел Ишизаки и Альберту отключить GPS и следовать за ним.

Хосен ошибся, когда предположил, что Рьюен намеревался сразиться с ним один на один.

— Ты изначально хотел устроить драку трое против одного? Да?!

— Прекрати вопить, горилла. Твоя казнь уже скоро начнется.

Особо долго не раздумывая, Рьюен пару раз ударил кулаком по лицу Хосена.

Голову Хосена мотало по сторонам, но Рьюен намеревался без устали наносить удары, пока колени его оппонента не рухнут.

Хосен, сдерживая дрожь в коленях, продолжал орать, пока его изо всех сил избивали.

Но всему приходит конец, из-за увечий его колени подломились, и он рухнул на землю. Как только его голова оказалась в нужном положении, Рьюен сразу же вцепился в нее обеими руками и изо всех сил ударил коленом по носу.

— Гха-а-а!..

С глухим звуком Хосен завалился на землю. Рьюен дал сигнал своим товарищам встать от него по сторонам и крепко удерживать руки.





— На гориллах всегда должны быть кандалы. Ты ведь много чего мне сделал, Хосен? — поправляя волосы, произнес Рьюен и оседлал Хосена.

— Только попробуй. Пошел нахрен… ублюдок!

— Попробовать? Ты не веришь мне?

— Я говорю так, потому что ты мелюзга, полностью лишенная достоинства!

— Ку-ку, а ты забавен. Знаешь, я не настолько идиот, чтобы с одним достоинством переться к горилле, — рассмеялся Рьюен и поднял кулак.

Долго не раздумывая, он снова вмазал по щеке Хосену.

— Ах, точно, можешь быть уверен, Хосен. Я не заставлю тебя слезно выпрашивать прощение. Ведь от твоих извинений ничего не изменится.

Несмотря на то, что Хосена избивали без шанса на защиту, он был не настолько слаб, чтобы просто впасть в отчаяние. Он продолжал орать и неистовствовать, пока Альберт и Ишизаки крепко держали его.

— Говнюки!.. Прочь от меня, мелюзга!

— Успокойся, не видишь, что я почти закончил с подготовкой? Будь уверен, я тщательно позабочусь о тебе, поэтому наслаждайся.

Рьюен снова дважды или даже трижды опустил кулаки, но Хосен продолжал орать, а не скулить.

— Я знал, что тебе не понравится такая драка.

В физическом и духовном плане Хосен доказал себя в драке и стал горделив.

Однако Рьюен изначально предполагал драку трое на одного. Возможно, он пришел к такому выбору, поскольку понимал, в насколько невыгодном положении он окажется при битве один на один.

В каком-то смысле его выбор признавал силу человека, известного как Хосен Казуоми.

Вопрос победы и поражения в бою сменяется очень быстро. Один удар, одно фатальное падение и ситуация на поле боя может кардинально измениться в противоположную сторону. Это же случилось и сейчас, когда Рьюен продолжил жестокое линчевание Хосена, выбивая всю силу из его тела.

— Ого. Начинает побаливать рука, — ухмыльнулся Рьюен, выдохнув на свой багровый кулак.

— Ха-а… ха-а… дерьмо…

В очередной раз Хосен предпринял попытку побега путем освобождения правой преобладающей руки, но Альберт крепко держал ее.

— Поверить не могу. Иметь при себе такого подчиненного… Невероятно, — впился взглядом в Альберта Хосен, просто сравнивая чистую силу, — Эй, гигант… Зачем ты водишься с Рьюеном, а?

Бесспорно, чистая сила Альберта намного превосходила Рьюена.

— Само собой Альберт тот человек, которого мне не победить ни с первой, ни со второй попытки, даже если у него будут повязаны руки.

— Тогда почему?

— Понимаешь, Хосен. Простое хвастовство сверхчеловеческой силой это еще не все, — Рьюен произнес что-то похожее на объяснение, но оно было вряд ли понятно Хосену, который предпочитал всегда сражаться в одиночку. — Ку-ку, кроме того, Альберт очень хороший и верный друг.

Альберт не любитель бесполезных драк, поэтому решил следовать за Рьюеном как за человеком, который лучше всех мог организовать класс. Только по этой причине он не раз протягивал руку помощи даже порой в беспрецедентных ситуациях. Он мог даже пострадать при исполнении поручений, но все равно следовал за Рьюеном, поскольку верил, что это в конечном итоге принесет пользу его одноклассникам. Сложно поверить, но изначально он был добрым человеком, нелюбящим насилие.

— Победителем должен был стать я, Рьюен!

— Я понимаю, что происходящее ниже твоего понимания. Ты не мог проиграть таким образом. Но для меня сам процесс не имеет значения. Кто остался стоять последним – и есть победитель.

Поскольку Рьюен изначально не видел красоту в драке один на один, провокации Хосена были ему по барабану. Скорее, он получал удовольствие от душераздирающих криков проигравшего.

— Гх-х, кх-х!..

Непрекращающаяся череда ударов приблизила Хосена к пределу. Он потерял всякую возможность одолеть Рьюена, поэтому пропала нужда продолжать держать ему руки.

— Запомни… пускай ты и останешься победителем, я убью тебя, как только увижу в следующий раз.

— Вообще-то я не собирался навлекать на себя месть гориллы, но… если все-таки надумаешь мстить, убедись, что все хорошо продумал, ладно? Победа дается не так просто. Если ты надумаешь просто побить меня, это приведет к твоему же исключению, и ты снова проиграешь.

— Что ты?!.

Прицельный сокрушительный удар Рьюена по щеке Хосена заставил того потерять последние крохи сознания. Как только его оппонент отрубился, Рьюен медленно поднялся на ноги.

— Ха-ха… какая утомительная драка, — устало выдохнул Рьюен, вытирая кровь с кулаков и поднимая голову к небу.

— Настоящий дикарь… серьезно, он точно монстр.

— Связываться с ним один на один очень глупо, — кивком подтвердил Альберт.

— Вам, парни, тоже пришлось нелегко, — вылетели слова благодарности из уст Рьюена, подтверждая жестокость драки.

— Нет-нет! Мы просто держали его и все! Верно, Альберт?

Ни Ишизаки, ни Альберт не понесли серьезных травм, поскольку Рьюен решил не привлекать их в драку. Если бы количество раненных увеличилось, последствия могли оказаться фатальным.

— Вам пора уходить. Скоро сюда прибудут учителя.

Часы Рьюена уже приличное время сигнализировали о чрезвычайной ситуации.

— Что насчет тебя, Рьюен?

— Сам видишь мое состояние. Продолжить выживать будет непросто, верно?..

Наряду с отрубившимся Хосеном, Рьюен тоже получил серьезные травмы.

— Я покину экзамен вместе с Хосеном.

— Это нормально?

— Все необходимое я доверил Кацураги. Хотя признаю, занять топ три станет сложнее.

Если просто бросить Хосена здесь, велика вероятность, что он вновь попытается отправиться за Аянокоджи. Также, если Рьюен, нанесший увечья Хосену, просто уйдет, то это тоже выльется в ряд проблем.

Они вместе сошлись в драке один на один, поэтому вместе должны покинуть экзамен. Рьюен изначально пришел к этому выбору, поскольку он единственно верный и наиболее изящный.

— …Прискорбно это, — выразил сожаление Ишизаки.

Еще вчера группа Рьюена и Кацураги занимала пятое место в сетке и имела большие шансы подняться еще выше.

— Не о чем беспокоиться, — ухмыльнулся Рьюен, будто что-то вспомнив.

Не понимая причину его ухмылки, Ишизаки и Альберт просто переглянулись между собой.

— Я расскажу позже. А сейчас вам пора уходить.

Для того чтобы Ишизаки и Альберт могли и дальше продолжать выживать со своими группами, им нужно не допустить возможности своего выбывания.

А для этого им необходимо как можно скорее заменить часы и вернуться к своим группам.

После того как два его товарища помчались к стартовой зоне, Рьюен воспользовался находившимся в бессознательном состоянии Хосеном в качестве скамейки и сел на него.





Часть 7


— …Спасибо за отчет, можете возвращаться к экзамену, — тихо завершила передачу Цубаки после выслушанного отчета.

— Нерадостные новости? — спросил Ягами, наблюдая как изменилась в лице Цубаки.

— Там, где Хосен-кун должен был вступить в контакт, собралось множество учителей, которые забирали его с собой в стартовую зону. Помимо них, там присутствует некий Рьюен из класса 2-B, имеющий такие же тяжелые травмы, как и у Хосен-куна. Что ж, я сразу заподозрила неладное, когда Аянокоджи-семпай не замедлил свое передвижение.

В случае победы Хосена в драке один на один, не застывший на месте сигнал GPS Аянокоджи выглядел бы странно.

— Я мало что знаю о том парне, но ему удалось остановить Хосен-куна, — закусила губу Цубаки, не до конца понимая, как операция провалилась.

Зона назначения Аянокоджи располагалась в C3, поэтому D2 являлась идеальным местом для засады. Впрочем, стоит отметить, что этот плюс был выгоден одновременно и для другой стороны.

— Но ведь это не конец нашим планам по исключению Аянокоджи-семпая из школы? Нам еще нужно спасти попавших в беду первогодок, а для этого необходимо расправиться с группами одиночек. Пожалуйста, расскажи мне, что планируешь делать дальше, — произнес Ягами, практически вплотную подойдя к Цубаки.

Но та просто отвела от него взгляд, будто потеряв весь интерес к происходящему.

— Я не вижу смысла в протягивании руки утопающим, если рано или поздно они все равно потонут.

— …Другими словами, ты хочешь пустить их в расход?

— Мне и самой это не нравится. Наверное, моему плану с самого начало было суждено провалиться.

— О чем ты?

— Я про награду за голову Аянокоджи-семпая и что он изначально действовал очень осторожно. А самое главное я так и не смогла довериться товарищам-первогодкам, поэтому план стал крайне несвязным.

Другими словами, Цубаки расстраивал не провал операции, а не прекращающаяся тревожная неразбериха.

— Как жаль, что я сама не взялась за дело.

Цубаки сильно жалела, ведь ей одной удалось бы достичь гораздо лучших результатов.

Опустив взгляд на экран планшета, она кое-что заметила.

— Э-э?..

Все это время она не замечала, но Утомии не было рядом с ними.

— Что такое?

— Где Утомия-кун?

Услышав вопрос, Ягами также выказал удивление насчет пропажи Утомии.

— Минут тридцать назад он бродил где-то здесь.

Произошедшее стало возможным, потому что Цубаки с головой ушла в битву с врагом на планшете. Ощущая беспокойство, она моментально открыла снимок карты, сделанный десять минут назад, и начала поиски местоположения Утомии.

Цубаки обнаружила его сигнал в четырехстах метрах к югу-западу от места, где они сейчас оставались.

— Что он делает?..

Более того, рядом с ним располагался еще один сигнал GPS, принадлежащий… Кито Хаято из класса 2-А.

Как только Цубаки прочитала имя, она сразу же схватилась за рацию.





Часть 8


В условиях плохой видимости рослый парень мчался по лесу. Его целью являлся лагерь, в котором должны находиться Цубаки Сакурако, Ягами Такуя и Утомия Рику.

Получив инструкции лично от Сакаянаги, он отправился на задание по раскрытию личности человека, возглавляющего вражеские отряды.

Пытаясь засечь лагерь, Кито бежал вперед, когда перед ним возник человек. Пристально разглядывая его, незнакомый парень встал на его пути, словно пытаясь перекрыть дорогу.

Хоть лицо парня и не было знакомо Кито, он сразу понял, что перед ним не союзник. Пока позволяло пространство, он попытался отклониться от первоначального курса и разойтись с ним, но парень сразу же вместе с ним пришел в движение. Кито признал в нем противника и остановился.

— Тебе чего?

Несмотря на то, что перед ним стоял семпай, Утомия отбросил вежливость и с твердостью спросил:

— Ты ведь, кажется, из класса 2-А, Кито Хаято… семпай, — хладнокровно произнес он, примешивая в свою речь немного почтительности.

Утомия знал ученика перед собой, поскольку раньше Кито выступал в одиночку. Однако позже его пришлось исключить из списка в виду того, что он слился с другой группой.

Но поскольку раскрытие того факта, что он знал его, могло вызвать лишние подозрения, Утомия решил притвориться, словно только сейчас подтвердил его личность.

— Я тороплюсь.

Кито снова предпринял попытку разойтись с Утомией, но тот сразу схватился за его плечо и остановил.

— …Тебе че надо?

Раздраженный выходкой парня, Кито свирепо глянул на него. В ответ Утомия тоже пронзил его колючим взглядом.

— Мне жаль, но дальше я не пропущу тебя.

— Что?

Пока Кито подозрительно наморщил межбровье, кулак Утомии полетел в его сторону. Впрочем, Кито спокойно уклонился от удара, отпрыгнув назад.

— Ты че творишь?

— Я уже говорил. Я не намерен пропускать тебя дальше, — ответил Утомия.





— Кто ты такой?

— Класс 1-С, Утомия Рику.

Утомия. Одна из целей, порученная Кито Сакаянаги.

Но парень лично пришел остановить его, что снимало метку предполагаемого командира.

В свою очередь Утомия тоже догадался, что Кито пришел сюда по чьему-то приказу.

— Кто приказал тебе прийти сюда? — задал вопрос Утомия, но Кито даже не подумал отвечать. — Хоть ты и мой семпай, вежливости от меня не жди.

Вслед за раздавшимися словами глаза Кито злобно блеснули, и он потянулся крепкими руками к его шее.

Утомия не испугался и без лишних усилий ускользнул от его атаки, отпрыгнув назад. Однако вместе с его маневром уклонения рация, лежавшая в кармане, вывалилась и упала к ногам Кито.

— Черт!..

Поспешная попытка подобрать рацию ни к чему хорошему не приведет. Неосторожный прыжок только подставит его перед Кито.

Некоторое время они играли в молчанку, перебрасываясь злобными взглядами, пока их тишину не прервал кое-кто другой.

— Утомия-кун? Что ты делаешь?

Из рации, валявшейся у ног Кито, донесся голос Цубаки.

— Тц… — цокнул языком Утомия, взглянув на рацию, которую обронил.

— Разве ты не должен следовать моим инструкциям? — продолжала спрашивать Цубаки, начиная что-то подозревать из-за отсутствия ответа.

Утомия начал искать возможность прыгнуть к рации, когда Кито остановил его поднятой рукой. Подобрав рацию у своих ног, он небрежно бросил ее в сторону Утомии.

— Что ты задумал?.. — ошарашенно спросил Утомия, удивившись неожиданному поступку.

— Своей цели я достиг, — произнес Кито, подобрав свой рюкзак и повернув назад.

Смысла бороться не осталось. Он услышал голос Цубаки из рации, поэтому сделал вывод, что командир именно она.

Его спина полностью открылась Утомии.

— Утомия-кун, если слышишь, не делай глупостей. Драться с Кито-семпаем сейчас плохая идея.

Провожая исчезающий силуэт Кито, Утомия какое-то время сохранял молчание.

— …Я здесь, — ответил Утомия по рации, убедившись, что сейчас он точно остался один.

— Ты в порядке? Где Кито-семпай?

— Он только что ушел перед моими глазами.

— Зачем ты пошел на это? Если бы у тебя ничего не получилось, разве ты не покинул бы школу вместе со мной? Или, может, таким образом ты хотел отвадить второгодку подальше от меня?

— Нет… прости, я сам этого захотел. Даже если основная стратегия не сработает, я подумал, что дарить лишнюю информацию противнику все равно не хорошо. Вот почему я решил не дать человеку близко подойти к тебе, Цубаки.

— Я не могу винить тебя за содеянное, но это точно твое решение?

— Не… — на мгновение он замолк. — Т-то есть да. Я сам принял решение.

Может быть из-за того, что ее расстроил ответ, Цубаки какое-то время ничего не говорила.

— Хорошо. Раз еще можешь передвигаться, возвращайся поскорей.

— Понял.

Закончив разговор, Утомия опустил взгляд на экран планшета. Затем он снова взял рацию в руки и, набрав другой защитный код, начал передачу:

— Я отогнал то назойливое насекомое в лице второгодки. Думаю, результат удовлетворил тебя, когда Цубаки взяла на себя роль командующего.

— Отличная работа, Утомия-кун.

— Итак, что с планом Цубаки?

— Провалился, как ты и хотел. Ее план изначально казался банальным и не мог увенчаться успехом. Даже предупреждать заранее Аянокоджи-семпая не имело смысла.

— Я отключаюсь, — Утомия решил не затягивать разговор и выключил рацию.





Глава 6: Человек, известный как Цукиширо


Вступление


Утром я проснулся в правой части зоны E3 и сразу потянулся к планшету, чтобы проверить карту.





В результате вчерашней беготни от первогодок я ни разу не переступил границ зон назначения. Во второй половине дня Сакаянаги связалась со мной и сообщила, что можно перестать убегать, но я все равно не решился нацелиться на зоны прибытия. Я просто принимал участие в заданиях, попадающихся на пути отступления, поэтому набрал минимальное количество очков.

Вчера в час дня зона случайным образом переместилась в квадрат F3, а следующая в три часа переместилась в G3.

Я посмотрел на снимок карты, сделанный в час дня во время поиска по GPS. В общей сложности меня преследовало пять групп первогодок. В них не входил Хосен, который гнался за мной с отключенным GPS, в этом я точно был уверен. После того как Хосен вступил в конфронтацию с Рьюеном, и они порешили дела между собой, с помощью последующих поисков я убедился, что преследующие меня группы успокоились и вернулись к экзаменационной программе.

Но… в то же время, пока Сакаянаги, как и я, анализировала врагов, несколько разрозненных групп первогодок собрались воедино и двинулись вперед к конкретному месту. Причина, по которой они мне показались подозрительными, заключалась в том, что в три часа дня после объявления моей четвертой зоны назначения, – G3, – группы выдвинулись на запад в сторону F4. Впереди находились довольно узкие протоптанные дорожки, но, если сойти с них, придется делать огромный крюк.

— Ради перестраховки я бегал от опасностей, но к концу дня понес огромные потери.

В результате беготни я пропустил шесть зон назначения и получил штраф четыре раза подряд. Необходимо как можно скорее поправить свои совсем не радостные дела. Ведь последующий пропуск трех зон назначения только увеличит штраф, и я потеряю еще восемнадцать очков.

Сейчас мой общий счет составлял сто девятнадцать очков, что было довольно недалеко от границы безопасной зоны, спасающей от исключения. По моим предположениям она начиналась примерно со ста пяти очков. Очевидно, что падение ниже этой границы приведет к исключению из школы. По этой причине мне пришлось передвигаться посреди ночи, чтобы добраться до вчерашней четвертой зоны назначения G3 и держать ее в пределах досягаемости.

Поскольку отслеживать рейтинг групп больше невозможно, в последний день мне придется примерно предугадывать свою позицию в списке. На рейтинг, просмотренный ночью на конец двенадцатого дня, можно особо не надеяться. Всего насчитывалось сто пятьдесят семь групп, что казалось большим числом, но на самом деле многие группы уже завершили свое слияние. Правильнее предполагать, что количество групп уже значительно уменьшилось.

Не сомневаюсь, что некоторые группы в последний день продолжат тянуться к своим путям спасения. Например, если группа с примерно двумястами очками присоединит к себе кого-то из списка лузеров, она все равно обгонит меня по очкам.

Кроме того, нельзя игнорировать факт удвоения очков в финальный день.

План первогодок подтолкнул меня к исключению из школы. Нельзя исключать вероятность, что в будущем они опять что-то предпримут, но на поиск по GPS я больше не могу рассчитывать.

В семь утра моей зоной назначения стала H3. Сложно назвать мой пункт прибытия удачным из-за горной местности, но брюзжать не имело никакого смысла. Даже самый короткий маршрут займет почти два часа, поэтому не время прохлаждаться.





В этот день, когда многие ученики бросят вызов заданиям с удвоенной наградой, я буду вынужден вести свою упорную борьбу по достижению зоны назначения. Возможно, к полудню я упаду еще сильнее в сетке.

Когда я собрал свои вещи и выдвинулся в дорогу, по рации со мной связалась Сакаянаги.

— Доброе утро, Аянокоджи-кун. Вчерашний день выдался достаточно хлопотным.

— И с твоей помощью я спасся.

— Что насчет штрафа? Похоже, вчера ночью ты много передвигался.

Мои ночные передвижения само собой не скрылись от поиска по GPS Сакаянаги.

— Сегодня моя первая зона назначения H3. Не скажу, что будет легко, но я должен добраться вовремя.

— Н3, значит? — с интересом в голосе откликнулась Сакаянаги, как будто ей что-то пришло в голову.

Все это время, разговаривая по рации с Сакаянаги, я продолжал идти к цели.

— На самом деле у меня проблема. Ичиносе-сан исчезла на рассвете.

Крайне неприятная ситуация в последний день экзамена.

— Исчезла? Несчастный случай?

— Да нет, похоже, она ушла по собственному желанию. Последние несколько дней она вела себя странно.

К слову, что-то подобное Сакаянаги уже упоминала.

— Но почему ты связалась со мной? Не думаю, что могу хоть как-то помочь.

— Дело в том, что с целью выяснения местонахождения Ичиносе-сан, я провела поиск по GPS и обнаружила, что она в той же зоне E3, где и Аянокоджи-кун, только в противоположной стороне, вблизи D3.

Хоть мы в одной и той же зоне, между двумя противоположными сторонами имелось существенное расстояние. К тому же сейчас я уже ступил на территорию F3.

— Какая была ваша последняя вчерашняя зона?

— D5. Ичиносе-сан прибыла со всеми.

Зачем она направилась к зоне E3 ранним утром, никого не предупредив?

— Утром я заметила пропажу одного очка. Я проверила участников группы и не похоже, что они пользовались поиском по GPS. Видимо, именно Ичиносе-сан использовала то очко. Пока не совсем ясно, нацелилась ли она в Е3 или еще в какую-то зону, но разумно предположить, что она намеревается с кем-то встретиться.

— И я так считаю. Если вы добрались до четвертой зоны назначения вчера, я не вижу другой причины выдвинуться ранним утром.

— Я подумала, что, может, она хочет встретиться с Аянокоджи-куном, но…

— Прости, но я ничего не знаю. Как уже говорил, я ни разу не видел Ичиносе на этом экзамене. Конечно, можно подождать, пока она пересечет F3, но я тороплюсь. Что планируешь делать?

— Нашей первой зоной, куда мы должны направиться сегодня, стала Е6. Награду за прибытие мы не получим, но тут уже ничего не поделать, придется игнорировать этот момент. В худшем случае, если Ичиносе покинет экзамен, это не сильно скажется на результатах последнего дня.

Несмотря на ее слова, группа Сакаянаги – ценная формация из семи человек. К концу двенадцатого дня они занимали четвертое место и могли подняться еще выше. Очень болезненно терять Ичиносе на такой стадии.

Раз Ичиносе отвернулась от группы, значит, она решила действовать самостоятельно в такой важный последний день. Она всегда действовала в интересах друзей больше, чем кто-либо другой. Вот почему ее поступок казался странным и непостижимым.

— Для вас это не столь приятно.

— Нет ничего необычного в несчастных случаях. Что ж, оставить ее в покое не выглядит проблемой, ведь специальный экзамен закончится через полдня. Пожалуйста, если встретишься с Ичиносе-сан, спроси, что с ней происходит.

Сакаянаги завершила передачу фразой, что отсутствие Ичиносе не станет помехой.

— Куда же направилась Ичиносе?..

Не останавливаясь, я убрал рацию в рюкзак и достал планшет. Раз сегодня последний день, нет нужды беспокоиться о батарее. Оставшихся 31% должно вполне хватить.

На карте, отображенной на моем экране, раскинулось множество заданий в различных частях острова, в которых можно принять участие.

В эти две недели задания появлялись везде.

Однако в последний экзаменационный день явно прослеживалось отсутствие заданий в северной части острова, а точнее в верхних трех рядах. Напротив, большинство заданий сосредоточилось в центре и в южной части острова, с пятого по десятый ряд, от А до Е. Поскольку сегодня последний день экзамена, логично предположить, что задания как бы направляли к стартовой зоне. Выгоднее всего сейчас как можно быстрее достичь зоны назначения и бросить вызов очередному заданию.Мне хотелось воспользоваться поиском по GPS для отслеживания местоположения Ичиносе, но угроза падения в нижнюю сетку меня остановила. Чтобы увеличить свои шансы на выживание, сейчас мне необходимо экономить каждое очко.





Часть 1


Второй объявленной зоной назначения стала I2. Она находилась в северо-восточной части необитаемого острова. Мне удалось обнулить штрафную цепочку, поэтому сейчас я мог спокойно направиться к зоне.





После трех часов дня под конец экзамена большинство наверняка будут находиться в районе стартовой зоны, но при определенных обстоятельствах, кажется, у школы был план по забору учеников в любое время на патрульном катере. Похоже, к пяти часам вечера его ближайшим местом высадки будет зона J6.

— Только подумать, последние зоны в заключительный экзаменационный день перемещаются в такие неудобные места…

Задания все так же в основном располагались в южной части острова, а эта зона лежала на северо-востоке.

Больше всего хотелось пожаловаться на крайне неудачную таблицу, но с этим ничего не поделать.

Добраться до зоны не было тяжелой задачей, но по мере продвижения меня начало одолевать беспокойство.

С самого утра никто не проходил мимо меня и не попадался в поле зрения. Хоть необитаемый остров достаточно большой, все равно во время основного перемещения к зонам я должен видеть учеников и слышать их голоса.

Само собой я не был до конца уверен во встрече с учениками, разделявшими со мной одну таблицу, ведь вчера вечером мне не удалось добраться до последней зоны назначения…

Возможно, большинство учеников предпочло выдвинуться в южную часть острова, богатую различными заданиями.

После того как я доберусь до I2, мне тоже, наверное, следует проигнорировать последнюю зону и принять участие в заданиях.

Зону H3 разделяла узкая река. Поскольку рекой никак нельзя было воспользоваться как кратчайшим путем, возникала проблема, вынуждающая идти в обход. Для этого требовалось просто идти вдоль реки, поэтому о вероятности заблудиться можно позабыть.

Без всякой паники я выдвинулся вдоль берега к юго-западу, пока не добрался до места, где можно было перейти реку и направиться на северо-восток. Можно было бы продолжать и дальше идти вдоль берега, но тогда я точно бы уперся в гору.

Я перебрался на другой берег реки и уже устремился к центру H3, когда…

— Аянокоджи-кун!..

Чей-то далекий голос окликнул и оторвал меня от прислушивания к шуму воды. Голос раздался с северной стороны реки, с того берега, который я не так давно покинул.

Я оглянулся и увидел грязную Ичиносе, которая пристально смотрела на меня и тяжело дышала.

— Ичиносе?.. Ты добралась до H3?

Согласно словам Сакаянаги, она все еще должна находиться в E3.

На часах за десять утра, а солнце начало подниматься в половине шестого. Вероятно, Ичиносе пришлось идти непрерывно в течение четырех с половиной часов, чтобы добраться досюда. А ведь я все время передвигался в быстром темпе.

— Я… Я пришла повидаться с Аянокоджи-куном, — откликнулась с другого берега реки Ичиносе, несмотря на свой измученный вид и прерывистое дыхание. — Подожди, я сейчас приду к тебе!

Сразу же после своих слов на подкашивающихся ногах Ичиносе побежала вдоль берега. Видимо ее рюкзак был слишком тяжелым, поэтому она предпочла оставить его.

Ее нетвердая походка выглядела опасной. Видимо, Ичиносе приближалась к физическим пределам, поэтому я не был уверен, что она доберется до меня. Держа эту мысль в голове, я решил вернуться обратно тем же путем, чтобы как можно скорее воссоединиться с ней.

Примерно минут пять я бежал вдоль берега реки, прежде чем удалось добраться до места, где мы могли бы встретиться.

Я решил облегчить ношу Ичиносе и первый двинулся к северному берегу реки.

— Н-наконец… наконец-то я догнала тебя… Подожди, сейчас я буду.

Интересно, неужели она ощущала некую ответственность за долгое преследование, поэтому не могла остановиться?

Она медленно переставляла ноги и шаг за шагом волочилась ко мне.

Запыхавшись, Ичиносе все же встала передо мной, но тут ее тело наклонилось вперед, и она должна была рухнуть.

— А…

Я поймал в свои объятия едва не упавшую Ичиносе.

— П-прости! А-а?! Что? Мои ноги… они не слушаются меня… — запаниковала Ичиносе, попытавшись отстраниться от меня. Но ее дрожащие колени не могли поддерживать тело.

— Ичиносе, к чему такая спешка?

Смотря на меня снизу вверх, Ичиносе в отчаянии открыла рот, чтобы рассказать о причине появления:

— Аянокоджи-кун, м-мне нужно тебе кое-что рассказать!

— Что именно?

— Я так мучилась, так мучилась. Я не прекращала мучаться… ведь пообещала себе всегда защищать друзей и одноклассников.

Что она хочет сказать? Я ничего не понимал, но, судя по всему, она стояла перед тяжелым выбором.

— Но в тоже время я волновалась об Аянокоджи-куне… Невыносимо…

На этом специальном экзамене я ни разу не пересекался с Ичиносе.

Кажется, произошло что-то серьезное.

И ради этого она добиралась сюда четыре часа.

— М-мои… часы сломались, поэтому я направилась к стартовой зоне, чтобы заменить их… А там были временно исполняющий обязанности директора Цукиширо и Шиба-сенсей!..

Ичиносе еще не восстановила дыхание, но продолжала рассказывать мне уставшим голосом. Не знаю сколько, но, видимо, последние дни тревога не отпускала ее.

— Е-если до последнего дня с тобой, Аянокоджи-кун, ничего не случится, тебя призовут в I2 и похоронят…

Такие слова, как «I2» и «похоронить»… На самом деле только услышав их, уже можно было похолодеть от ужаса. Неужели ей удалось подслушать Цукиширо и Шибу лишь по той причине, что она сломала часы и отключила тем самым GPS?

— Ты говорила о защите одноклассников… Тебе угрожал Цукиширо?

На мгновение Ичиносе, видимо, удивилась моей догадке, но сразу же несколько раз кивнула.

— Если я все расскажу Аянокоджи-куну… моих одноклассников исключат из школы… но я не могла повернуться спиной к Аянокоджи-куну!..

— Тебе не следовало волноваться насчет этого. Я ведь твой враг.

Если бы только она думала в таком русле, план по исключению меня из школы мог быть осуществлен.

Ичиносе яростно покачала головой, чтобы выразить свое несогласие, услышав мои слова.

— Я так не могу! Аянокоджи-кун, Аянокоджи-кун… мне не враг!

Ичиносе грудью прижалась к моей футболке.

— А мне кажется, что враг.

— Все потому… потому что Аянокоджи-кун…

Ее рука, вцепившаяся в мою футболку, вновь напряглась.

— Мне… мне нравится Аянокоджи-кун!..

Вероятно, даже Ичиносе не предполагала, что произнесет нечто подобное вслух.

Как только слова сорвались с ее уст, она тут же отвернулась и закрыла рот:

— Н-нет! Э-это, почему я, э-э-э?!

Она запаниковала и начала мотать головой из стороны в сторону, как бы не осознавая, что именно сейчас произнесла.

— Что я сейчас сказала?!

Как будто воспоминание о той произнесенной фразе улетучилось, и сейчас она впала в панику, ничего не понимая.

— Мне озвучить? То, что сказала Ичиносе?

— Э-э-э… нет-нет! Я сама вспомнила свои слова!!!

— Спасибо, Ичиносе.

— Э-э-э-э?!

Я решил поблагодарить Ичиносе. Она отдала предпочтение мне, а не своим одноклассникам и группе, нацеленной на победу.

Я решил не принижать ее чувства.

— Если бы ты не рассказала мне об этом, Ичиносе, кто знает, что со мной могло бы случиться.

Возможно, только что произошел большой переломный момент.

Не встреть я здесь Ичиносе, то никогда бы не узнал, что Цукиширо тоже направился в I2.

Он угрожал ей, но все же она прямо сейчас стояла перед моими глазами.

Несмотря на риск, она все мне рассказала.

— Твои последние слова правда?

— Э-это совсем не то, что я имела в виду. П-понимаешь?

— Раз это не правда, откажись от слов. Скажи, что я неправильно понял тебя.

— Э-это… заблуждение… заблуждение, правда…

Кажется, Ичиносе поначалу хотела все отрицать, но почувствовала, что не сможет больше убегать:

— …Люб…лю, — призналась Ичиносе тихим, едва различимым слабым голоском. — Мне казалось, что ты заметил это чувство… П-прости.

Ей не за что извиняться.

— Честно говоря, я немного удивлен, что Ичиносе думает обо мне так.

— П-прости… тебе ведь все это не нравится?

— Ничего подобного. Но пока что я не могу ответить на твои чувства.

— Ага… я знала, что не подхожу Аянокоджи-куну.

— Не совсем так. Просто сейчас я должен решить для себя несколько важных вещей. Поэтому и не могу ответить «да» или «нет» на твои слова.

Я должен избегать любых упоминаний о Кей в разговоре с ней. Пускай Ичиносе и обидится, узнав об этом позже, сейчас я в середине экзамена на необитаемом острове.

Пока осталось немного времени, нет нужды тратить лишнюю энергию, отведенную на сражение.

— Ты можешь остаться недовольной, но это лучший ответ, который сейчас я могу дать.

— Да… я понимаю, — кивнула Ичиносе без всякой обиды и неприязни.

— Тогда я отправляюсь в I2. Там меня ждут дела.

— Нет-нет! Это опасно!

— Если я не сделаю этого, то ты, Ичиносе, не сможешь защитить своих дорогих одноклассников, верно?

Я должен сказать ей, чтобы она не беспокоилась обо мне.

Раз Ичиносе вышла на меня и все рассказала, нетрудно представить, что и Цукиширо обо всем догадается.

Но мне нужно доказать ему, что там меня ждет не конец, а перерождение.

— Отдохни немного, а потом возвращайся к своей группе, хорошо?Я погладил Ичиносе по голове и направился к I2.





Часть 2


Каменистый участок с кустами высотой по колено располагался рядом с границей между зонами I2 и I3.

— Значит, он где-то здесь?

Я снял рюкзак со спины и спрятал его в кустах.

Неизвестно что будет ждать меня дальше, но рюкзак точно станет помехой. Я решил убрать в него все, включая планшет. Если мне удастся добраться до прибрежной зоны, то и возвратиться на этот каменистой участок не составит большого труда.

Ичиносе рассказала, что именно здесь Цукиширо намеревается «похоронить» меня.

Вполне возможно другим группам с моей таблицей объявлена совсем другая зона назначения. Мне очень хотелось подтвердить такой вариант, но я не мог потратить даже одно очко на поиск по GPS.

Зная о вовлеченности Ичиносе в эту ситуацию, я просто не мог не пойти. Ведь если я проигнорирую зону, Цукиширо безжалостно расправится с ее классом. Мне сложно представить, какое наказание он придумает для них.

Закончив все приготовления, я уже направился в I2.

— Аянокоджи. Вот ведь совпадение.

В этот момент меня окликнул Нагумо, с интересом смотря в мою сторону. В руках он держал планшет.

Учитывая мое положение, чье-то местонахождение здесь казалось неестественным.

Возможно ли, что этот парень, помимо награды, также связан и с делами Цукиширо? Маловероятно. Ведь должность президента ученического совета мало что значила для Цукиширо.

Его появление с большой вероятностью никак не связано с текущей ситуацией, но все равно мне необходимо держать ухо востро.

— Что президент ученического совета Нагумо забыл в таком месте?

Я быстро огляделся, но на первый взгляд других учеников из группы Нагумо поблизости не было.

— Успокойся. Здесь только ты и я.

Наверняка ранее он специально провел поиск по GPS, чтобы я стал менее настороженным.

— Поблизости нет ни одного задания. Зачем ты здесь?

Нагумо появился от меня с юго-восточной стороны.

— Я развлекался на пляже в зоне I4. Знаешь, выживание на необитаемом острове вот-вот завершится.

В последний день, когда большинство учеников в поте лица выцарапывали очки, этот ученик забавлялся на пляже.

— Это и есть та самая свобода действий короля?

— Тогда и я спрошу тебя о том же. Аянокоджи, что ты делаешь в таком месте, где нет ни зон назначения, ни заданий? Пришел увидеться с Хонами? — ухмыльнулся Нагумо, не отвечая на мой вопрос.

Совсем не удивительно, что всплыло имя Ичиносе. Нагумо было даже не обязательно непосредственно встречаться с ней. Он мог заметить Ичиносе рядом со мной с помощью поиска по GPS.

— А с этим какие-то проблемы?

— Нет? Будь ты рядом с ней, у тебя появилась бы возможность обсудить множество вещей. Но сейчас ты сам по себе, а значит, у тебя другая цель. I2, что особенного в этой зоне?

Хоть я ничего и не ответил, Нагумо просто сменил тему и продолжил разговор.

— Как я сказал, экзамен на необитаемом острове вот-вот закончится, верно? Мне просто хочется поговорить с тобой с глазу на глаз. Ведь в школе я президент ученического совета, а ты простой ученик. Нам не так просто пообщаться друг с другом.

— Это точно.

Я продолжал оставаться неприметным учеником, а он президентом ученического совета, который способен унять даже рыдающего ребенка.

Разница между нами несоразмерна, однако вряд ли он пришел сюда просто для разговора.

— Наверняка ты знал о нападении первогодок на меня.

— Знаешь, твоя интуиция не так плоха.

Речь шла о награде. Ученику, которому удастся исключить меня из школы, полагалось двадцать миллионов приватных баллов. Без сомнений именно Цукиширо контролировал всю ситуацию, но Нагумо явно тоже был в ней замешан. А раз так, то для такого человека, как Нагумо, вполне естественно наблюдать за мной по GPS в любое время.

Если проследить за вчерашними передвижениями групп первогодок, погоня за мной будет очевидна.

Нагумо даже лучше меня наблюдал за всей картиной поля боя на специальном экзамене.

И видя все мои движения, ему не составило труда оказаться здесь, передо мной.

— Не расстраивайся из-за награды. Ведь изначально это было не моей идеей.

— Идея с наградой принадлежала временно исполняющему обязанности директора Цукиширо, верно?

— Раз ты так много знаешь, разговор будет легким. Все деньги пришли от временного директора. А я просто одолжил свою роль президента ученического совета.

Хотел Нагумо того или нет, но указания директора он ослушаться все равно не мог.

— Я вполне могу понять, что из-за указания временного директора тебе пришлось принять это предложение. Однако мне кажется, что тот Нагумо, – президент ученического совета, – которого я знаю, все равно отказался бы.

— Ну да, будь кто-то другой на месте тебя, я бы так и поступил. Но именно ты стал целью. Тот самый единственный ученик, удостоившийся внимания Хорикиты-семпая.

Значит, Нагумо и правда заметил меня после Хорикиты Манабу.

— Ответь мне, Аянокоджи. Что ты намереваешься делать дальше?

Легко заявить что-то в духе: «Не беспокойся о моем ничтожном существовании». Но боюсь, Нагумо так просто не примет подобный ответ.

Я не знал, что меня ждет впереди. И вот почему хотел ценить оставшееся время.

— Это не имеет никакого отношения к президенту ученического совета Нагумо. Тебе разве не стоит просто сосредоточиться на заключительном этапе экзамена, не отвлекаясь на меня? Разница в баллах между твоей группой и Коенджи минимальна. Если ты не повернешь как можно скорее к своей зоне, то лишишься награды за прибытие и не сможешь принять участие в заданиях.

Видимо, Нагумо даже не задумывался о вероятности изменения позиций в рейтинге.

— Не беспокойся. В этот последний день я полностью сдерживаю Коенджи, — произнес Нагумо и вынул рацию из заднего кармана.

Даже на огромном расстоянии от своей группы, с помощью этой вещи он может продолжать отдавать приказы.

— Мне все же интересно, что ты собираешься делать дальше, но если не хочешь отвечать, то я изменю вопрос. Давай-ка посмотрим, сможешь ли ты оправдать возложенные на тебя надежды Хорикиты-семпая. Получится ли у тебя продемонстрировать всю серьезность.

Неужели именно по этой причине он зашел так далеко?

— Другими словами, мне придется сразиться с президентом ученического совета прямо здесь?

— Я не любитель драк, ибо предпочитаю более законные битвы. Пускай этот экзамен на необитаемом острове подходит к концу, в будущем нас ждет еще множество битв параллелей, где ты обязательно станешь моим противником.

Президент ученического совета лично вызвал меня?

— Разве ты ничего не понял по этому экзамену на необитаемом острове? Я ничего не могу противопоставить президенту ученического совета.

Все это время Нагумо стабильно удерживал первое и второе места на экзамене. Нельзя раньше времени снимать со счетов Коенджи, но для изменения ситуации ему предстоит тяжелая битва.

— Ты одиночка, а нас семеро. Странно ожидать какого-то иного результата.

— Тогда не подходит ли Коенджи лучше меня? Он тот еще чудак, но невероятно талантливый. Тем более, мне ни разу не посчастливилось попасть в верхнюю десятку.

Если он ищет сильнейшего соперника, я должен убедить его, что кандидатура в лице Коенджи лучше.

— Что ж, он действительно превзошел все мои ожидания. Он единственный человек, из-за которого мне пришлось перейти к активным мерам на экзамене, — признался Нагумо, пожав плечами, будто был поражен.

Без сомнений под активными мерами Нагумо имел в виду рацию, которую сейчас использовал.

— Только президенту ученического совета получится использовать трюк, подразумевающий монополизацию наград за прибытие и заданий при помощи всех классов третьегодок.

В отличие от первогодок и второгодок, почти все третьегодки находились под контролем Нагумо. Если ему действительно хотелось задержать Коенджи, он мог мобилизовать всех на своем году обучения.

Как бы сильны и быстры вы ни были при выполнении заданий, это все окажется бесполезным, если другие группы облепят зоны и высосут все соки. И как итог, Коенджи сможет получать какие-то очки только за счет бонуса за прибытие в зону.

А Нагумо и его товарищи будут увеличивать разницу в счете, добавляя к заработанным очкам за выполнение заданий еще и очки за награду по прибытии.

— Ты видишь меня насквозь, как я и ожидал. Когда заметил?

— Я заподозрил неладное во время задания «Пляжные флаги». Вице-президент Кирияма и другие намеренно не занимали оставшееся свободное место. Ведь оно принадлежало президенту ученического совета.

Но поскольку я прибыл раньше, им ничего не оставалось кроме как самим занять его. А Нагумо тем временем предавался неторопливым развлечениям, пока Кирияма и другие закончат соревноваться.

— Мне казалось вице-президент Кирияма враждебно настроен к тебе. А оказалось все ровно наоборот.

— Ради попадания в класс А можно оставить ненависть в стороне и протянуть мне руку.

— За исключением нестандартного Коенджи, обыкновенные ученики ничего не могут поделать.

Мой ответ вызвал у Нагумо смех, будто я сказал что-то неправильное.

— Ты так думаешь? Похоже, ты совсем не считаешь меня сильным.

— Это…

Я уже хотел возразить, когда Нагумо перебил меня.

— Тебе кажется, что я гарантировал себе победу, просто мобилизовав всех третьегодок, но это не так. Давай я продемонстрирую тебе свою сверхспособность.

— Сверхспособность?

— Я предскажу твой рейтинг на конец двенадцатого дня.

На общий доступ был выставлен рейтинг десяти верхних и нижних групп. За исключением двадцати из ста пятидесяти семи групп, рейтинг ста тридцати семи групп скрывался.

Только я знал свою точную позицию. Под конец экзамена я занимал шестнадцатое место.

— Твоя позиция… одиннадцатая, да? — уверенно ответил Нагумо, хоть и немного не попал.

Однако я не мог с улыбкой поправить его ошибку. На конец двенадцатого дня из-за преследований первогодок я неоднократно использовал поиск по GPS. Вполне вероятно, что без траты этих очков я и правда мог занять одиннадцатое место.

Согласно правилам, узнать счет другой группы невозможно.

Получается, слова Нагумо были подкреплены чем-то другим.

— Немного ошибся? Тогда твоя позиция примерно пятнадцатая или шестнадцатая?

— Верно. Я искренне впечатлен.

Мое послушное признание Нагумо принял абсолютно спокойно, будто как должное:

— Если честно, я пошутил про сверхспособность. Я просто предположил, что раз ты скрываешь свои силы, то можешь занимать примерно такие позиции.

Кажется, Нагумо гораздо умнее, чем я предполагал.

— Ты решил не привлекать к себе внимание, держась чуть ниже десятого места, чтобы всегда имелась возможность быстро забраться на вершину? Если бы мы с Коенджи столкнулись и покатились по рейтингу у тебя появился бы шанс вернуться.

Чтобы не привлекать внимание, я собирался скрываться до конца двенадцатого дня.

По мере накопления усталости темп сбора очков замедлялся и у групп начиналась стагнация*. В зависимости от обстоятельств, я мог резко поднакопить очки и подняться в топ три. Но я не собирался проворачивать нечто подобное.

[П/П: Стагнация – это отсутствие развития, застой.]

— Или ты с самого начала заметил, что это невозможно?

Стратегия, которую я планировал изначально, оказалась бесполезной перед Нагумо:

— Десятое место удерживает третьегодка Куронаги, верно? Знаешь, я специально приказал ему поддерживать десятую позицию, чтобы блокировать всех тех, кто скрытно копил очки в надежде изменить ситуацию.

Хоть разница между девятым и десятым местом была довольно существенной, с каждым новым днем становилось все труднее дотянуться до высших мест.

Именно это и планировал Нагумо. Он безжалостно устранил всех невидимок, сузив тем самым список предполагаемых угроз.

— Много раз я задавался вопросом, насколько ты силен, но теперь я все понял. Радуйся, ты удостоился участи быть раздавленным именно мной.

— Так это часть твоего плана? В последней день экзамена президент ученического совета собирался лично возглавить нападение на Коенджи?

— Я мог заработать четыреста или пятьсот очков, если бы захотел. Но какой в этом интерес? Так хотя бы я смог дать первогодкам или второгодкам надежду на победу. Вдобавок, если Коенджи проиграет мне в упорной борьбе, я смогу насладиться сожалением на его лице.

Как член сильнейшей группы, последние две недели Нагумо провел в расслабленном режиме. А сейчас, в последней день экзамена, он намеревался продемонстрировать свое превосходство, потопив Коенджи, и занять первое место.

Если Нагумо отнесется к экзамену серьезнее, он разузнает про все очки, которые набрала какая-то конкретная группа. Благодаря поискам по GPS и глазам своих приспешников он может узнать получила ли группа награду за прибытие в зону и каков ее результат за выполнение заданий. Даже сейчас, в последний день экзамена, когда общее количество очков групп неизвестно, можно не сомневаться, что Нагумо знал счет очков у Коенджи.

Другими словами, он может добиться драматической победы, выиграв с разницей в одно очко.

— В любом случае мне больше нет дела до Коенджи. Последнее, что я сделаю в этой школе, – сожру Аянокоджи.

Нагумо, преследовавший тень Хорикиты Манабу, пытался разглядеть ее во мне. Он горел желанием одолеть его полностью. Определить победителя и проигравшего независимо от формата сражения.

— К сожалению, лидером класса 2-D является Хорикита. Пускай этот специальный экзамен подразумевает соперничество с третьегодками, я не стану сражаться с президентом ученического совета Нагумо.

— В таком случае, почему бы мне насильно не заставить тебя выйти на сцену? Само собой я говорю и о награде.

Неужели он так сильно хочет разнюхать все про меня?

— Прости, но я тороплюсь. Давай продолжим эту тему в следующий раз.

— Думаешь, что у тебя получится так просто сбежать? Я не отпущу тебя, пока ты не согласишься на сражение со мной.

Кажется, Нагумо до последнего намеревался преследовать меня, поэтому и появился передо мной.

Если что-то ожидает меня впереди, это заденет и Нагумо. Мой противник – Цукиширо. В худшем случае Нагумо может потерять все, что обрел, и будет исключен во имя власти.

Но если я попытаюсь убедить его словами, то это тоже ни к чему не приведет. Само собой и ложь не сойдет мне с рук.

Я решил остановиться на месте и оглянуться.

— Значит, ты решился… — начал радостно Нагумо, не правильно поняв ситуацию.

Но я просто с силой толкнул его в грудь, без всякого предупреждения.

Нагумо явно не ожидал, что кохай нападет на него, поэтому без сопротивления рухнул на землю, выронив планшет и рацию.





— А…

Похоже, он до сих пор не понял, что случилось с ним.

А значит, самое время вдолбить в него все нужное, пока он не пришел в себя.

— Президент ученического совета Нагумо. Я признаю твои способности. Ты отличаешься от бывшего президента Хорикиты, и тебе удалось твердо занять вершину школы. Даже на этом специальном экзамене тебе легко удавалось держаться в верхней тройке с хорошим отрывом, и не будет преувеличением сказать, что ты полностью все контролировал.

Прежде чем он успеет прийти в себя и разозлиться, я продолжу внушать ему.

— Но даже так существуют особые ситуации, куда тебе не следует совать нос. Надеюсь, ты понял.

— Н-не смеши меня, Аянокоджи. Ты правда собираешься указывать мне?

— Хоть ты и мой семпай, которого я обязан уважать, я не собираюсь проявлять снисходительности к тебе.

— А? Что ты…

С жаждой крови я заглянул в глаза Нагумо.

— Ах?!.

— Тебе не понятен смысл моих слов?

Нагумо быстро вскочил на ноги, словно не желая признавать страх передо мной.

— Хочешь, чтобы я остановился? Аянокоджи, ты первый, кто с пренебрежением отнесся ко мне…

Одновременно с его словами рация, упавшая рядом с Нагумо, ожила:

— Нагумо, я трижды удачно помешал Коенджи принять участие в задании. Жду следующих инструкций.

Из нее раздался довольно веселый голос какого-то третьегодки. Похоже, стратегия по сдерживанию Коенджи шла полным ходом.

Впрочем, Нагумо никак не отреагировал и продолжал смотреть на меня.

— Эй, Нагумо, без твоих приказов подчиненные не смогут продолжить работу. Разве мы не должны были атаковать Коенджи до конца экзамена, чтобы сбросить его до второго места?

— Не хочешь ответить?

Даже на первый взгляд услышанные слова казались важными для Нагумо. Однако тот молча подобрал рацию и отключил ее.

— Коенджи мне сейчас неважен.

Даже не пытаясь стряхнуть грязь с одежды, он подошел ко мне.

— Я доведу дело до конца и одолею тебя. Это будет моей последней работой в качестве президента ученического совета.

Ну и упрямство. Он вдохновил себя как президент ученического совета и избавился от страха.

— Я… Ах?!

Без колебаний я снова нанес удар кулаком в солнечное сплетение Нагумо.

— Ах ты!..

Он тут же перестал дышать и, видимо, потеряв сознание, начал заваливаться наземь. Но я успел перехватить его и прислонить к большому дереву в тени.

Нагумо не прислушался моего совета, поэтому у меня не было другого выбора, кроме как поступить так.

Тут же часы Нагумо, заметив аномалию, издали сигнал предупреждения, который должен прекратиться через пять секунд.

Скоро он очнется. Примерно минут через двадцать или тридцать.

Однако я отвадил Нагумо от вмешательства в мои будущие дела. Само собой после окончания экзамена на необитаемом острове у меня неизбежно возникнут другие проблемы, но сейчас не время думать о них.

Ведь если я не разберусь с Цукиширо, мне не получится открыть для себя путь в будущее.





Часть 3


(От лица Хорикиты)

В последний день экзамена после десяти часов утра я… Хорикита Сузуне, выдвинулась на север вдоль границы между I4 и I3, чтобы добраться до зоны I2. Сегодня последний день специального экзамена, поэтому можно потратить оставшиеся силы. К моему счастью, до полуночи вчерашней ночи ни одна группа из учеников класса 2-D не входила в десятку нижних мест.

Нижние пять групп целиком состояли из групп третьегодок, но я все равно не могла позволить себе расслабиться. Ведь если под конец экзамена та пятерка групп сольется с другими группами, их общий счет увеличится и рейтинг наверняка изменится. Можно практически не сомневаться, что борьба за шестые и седьмые места в нижней сетке продолжится. В худшем случае вся нижняя десятка может слиться с группами повыше, и тогда они точно покинут сетку лузеров.

Согласно планшету моей зоной назначения стала I7, однако вопреки всему я шла ровно в противоположном направлении, а именно в сторону I2.





Мой поступок можно расценить как прямое игнорирование зоны назначения.

Почему? Ответ на этот вопрос крылся на листке бумаги, зажатом в моей руке. Утром, стоило мне только проснуться, я обнаружила его лежащим возле своей палатки.

Естественно, я поспешила раскрыть листок бумаги. Тогда же я заметила четыре слова, написанных в хаотичном порядке: «полдень», «К. А.», «исключение» и «I2».

Стоило их мне прочесть, как в мою голову пришли две мысли. Первая – человек, написавший эти слова, имеет такой красивый почерк, что его можно отнести к прописи. Вторая – ручка и бумага не входили в список бесплатно распространяемых вещей.

— Сколько очков стоила ручка с блокнотом…

Смутно я помнила упоминание об этих вещах в руководстве по выживанию на необитаемом острове, но точно назвать цену не могла, поскольку тогда они мне показались бесполезными. В случае разрядки или неожиданной поломки планшета само собой может потребоваться что-то, на чем можно делать заметки. С такими мыслями в голове какой-то чудак действительно мог купить блокнот и оставить мне зашифрованное сообщение.

— Нет. Назвать это сообщение зашифрованным можно только с большой натяжкой.

Конкретная зона I2 на необитаемом острове и точное время полдень. Поскольку сегодня последний день, оставленное мне сообщение точно касалось четырнадцатого экзаменационного дня. Сообщение могло показаться простой шуткой, если бы не оставшиеся два слова.

«Исключение» и «К. А.». Пока можно оставить в стороне первое слово «исключение» и сосредоточить все внимание на «К. А.».

Будь на моем месте другой ученик, он определенно не понял бы заложенный смысл в нем. Но я, стоило мне только прочесть, сразу поняла, что упомянутые инициалы принадлежат Киётаке Аянокоджи.

— Если отталкиваться от подобной точки зрения, то сегодня в полдень что-то случится с Аянокоджи-куном в I2, и он будет исключен из школы…

Сообщение показалось мне простой шуткой, поэтому после объявленной зоны в семь утра я решила проигнорировать его. Однако факт наличия GPS сигнала Аянокоджи-куна в E3 немного беспокоил меня.

Если он и дальше продолжит передвигаться в направлении I2, предупреждение может оказаться реальным.

Подобная мысль не покидала мою голову, поэтому спустя некоторое время я решила воспользоваться поиском по GPS. Что ж, если это все-таки чья-то уловка, принуждающая впустую тратить очки, я несомненно попалась.

По результатам поиска выяснилось, что… Аянокоджи переместился из F3 в G3. Похоже, он и правда шел в направлении I2…

Движимая предчувствием, я решила сама отправиться в северную часть острова, чтобы лично подтвердить это. В конце концов за Аянокоджи-куна положена награда. А значит, сбрасывать со счетов худший исход ситуации просто так не стоит.

До полудня оставалось не так много времени, и мне становилось все любопытнее, как далеко зашел Аянокоджи-кун. Ведь все могло оказаться простым совпадением, и сейчас он передвигается совсем в другом направлении.

Мной овладело сильное желание воспользоваться поиском по GPS, но я стерпела. За время экзамена мне удалось собрать достаточно очков, чтобы попасть в топ 50%. Однако сейчас я приняла решение отказаться от достижения зон назначения и выполнения заданий, а также использовала поиск по GPS, поэтому не факт, что нынешнее мое положение в рейтинге останется таким же. Если уж я решила впустую тратить время, то лучше всего просто поспешить в I2.

— Фух! Наконец-то догнала! Подожди, Хорикита!

Стоило реке предстать перед моими глазами, как чей-то голос раздался позади меня.

— …Почему ты здесь?

Его владельцем была Ибуки-сан, которая пристально уставилась на меня и пыталась отдышаться. Я сильно сомневалась в случайности нашей встречи. Почему-то мне показалось, что она воспользовалась поиском по GPS.

— Рейтинг. Покажи мне свой рейтинг.

— Подожди. Ты хоть понимаешь, о чем просишь?

Внезапно заявиться и потребовать у меня, врага, показать свое количество набранных очков. Мне было сложно представить, чем она руководствовалась, требуя у меня такие вещи.

— Я уже говорила. На этом специальном экзамене я не собираюсь проигрывать тебе, — заявила Ибуки-сан, ткнув в меня указательным пальцем.

— Тогда мне нет никакого смысла показывать свой рейтинг. Почему ты не хочешь просто дождаться окончания экзамена?

— Нет никаких гарантий, что после специального экзамена объявят результаты всех групп.

— Может и так. Значение-то имеют только верхняя и нижняя десятка.

Действительно, не было стопроцентной вероятности, что ученикам позволят просмотреть результаты всех групп. Однако все равно была возможность, что рейтинг станет общедоступным.

— Поэтому я и хочу подтвердить здесь и сейчас.

В последней день экзамена ей захотелось прояснить, у кого из нас больше очков.

— Настолько глупая просьба, что я просто не могу поверить… Ты серьезно появилась передо мной только ради этого? Сколько раз ты воспользовалась поиском по GPS?

— …Три раза. Ты была в относительной близости от меня. Вот почему я и подумала, что пора действовать, сейчас или никогда.

Чем больше расстояние, тем труднее встретиться с нужным человеком. Похоже, Ибуки-сан и правда была недалеко от меня, поскольку использовала поиск по GPS всего три раза.

— Ты хорошо постаралась.

— Мне не нужна твоя благодарность. Просто назови мне свое количество набранных очков. У меня сто тридцать одно очко! — привычным вызывающим тоном заявила она.

— Хоть я и не просила, спасибо за небрежно объявленный рейтинг. Но позволь мне рассказать тебе о двух вещах. Во-первых, нет никаких гарантий, что ты назвала свой настоящий рейтинг.

— Че? Хочешь я покажу его тебе?

Я остановила Ибуки-сан, которая уже собиралась достать планшет из рюкзака.

— Во-вторых, я не стану называть свой рейтинг просто потому, что ты раскрыла свой.

— А? Че ты сказала? Почему ты говоришь, как тот чертов парень?

Как тот чертов парень?.. Брошенные слова немного взволновали меня, но я все равно продолжила свою речь:

— Хоть мы и обе ученицы второго года, мы враги. Мне не нужны лишние риски, которые могут появиться после утечки информации.

На данный момент я не думала, что нахожусь в нижней десятке. Но рейтинг может колебаться до самого конца. Даже в последний день вероятность быть обманутой информацией Ибуки-сан не равнялась нулю.

— Вот как. Значит, ты испугалась, услышав мой рейтинг? Ты явно проигрываешь.

— Я не собираюсь беседовать с тобой о победе или поражении.

Несмотря на все мои слова, что я не собираюсь делиться никакой информацией, Ибуки-сан продолжала цепляться ко мне.

— Почему ты не можешь честно заявить о своем поражении? У тебя явно не получится побить мой рейтинг.

— Как скажешь. А теперь возвращайся к экзамену.

В надежде, что Ибуки-сан устроит такой ответ, я решила просто согласиться с ее словами.

— …Бесишь. Ну че ты, покажи мне свой рейтинг.

— Я признала свое поражение. Почему ты до сих пор недовольна?

— Я хочу узнать твой настоящий рейтинг. Мне важно знать, как сильно я опередила тебя по очкам.

— Что за ерунда…

— Мне это важно.

— Очень жаль, но я спешу.

— Хочешь сбежать от меня?

— Я стремлюсь к зоне назначения. Странно слышать от кого-то, что я убегаю.

Я поспешно возобновила свое движение к I2. Вероятно, до сих пор не отказавшись от мысли о моем побеге, Ибуки-сан последовала за мной.

— У тебя зона назначения на севере? Или ты просто преследуешь меня?

— Все что сейчас мне нужно – это узнать твой счет. Как только я его узнаю, то сразу поспешу к своей зоне назначения.

Другими словами, она призналась, что намерена без устали преследовать меня.

Честно говоря, меня не вдохновляла перспектива застрять в таком месте. Меня и так водили за нос листком бумаги, поэтому мне не хотелось тратить еще больше времени впустую.

— …Я проиграла.

— Это признание? Ты наконец-то признала свой проигрыш?

— Нет. Я имела в виду, что проиграла вроде как твоей настойчивости. У меня сто сорок пять очков. Мне жаль, что тебе пришлось так долго добираться сюда, но победа за мной.

Заявить об информации, которую следует держать в секрете, – вот почему я честно призналась в своем поражении.

— Победа за тобой? Если ты так просто заявляешь о своем выигрыше, мне нужны доказательства.

Как и следовало ожидать. Но я больше не собиралась прохлаждаться в этом месте. Мне нужно спешить в I2, чтобы подтвердить безопасность Аянокоджи-куна.

— …Я поняла.

Правильно или нет, не время рассуждать об утечке информации. Сейчас последний день экзамена. То, что Ибуки-сан узнает мой рейтинг, не сыграет большой роли.

Каждая секунда сейчас на вес золота.

Я сняла рюкзак и потянулась за планшетом, который лежал внутри. Тем временем Ибуки-сан с серьезным выражением лица не сводила с меня взгляда и ждала подтверждения моих слов.

Дальнейшее развитие событий произошло в тот момент, когда я уже вынула планшет и собиралась нажать на кнопку питания. Практически одновременно с Ибуки-сан я ощутила чье-то присутствие впереди нас и подняла голову.

— Упс, раскрыли, — раздался невинный голос, как у ребенка, встретившего своего друга по играм. — Привет, Хорикита-семпай.

— …Кто ты? — беззастенчиво выразила свое недовольство Ибуки-сан, когда увидела неожиданно появившуюся ученицу впереди себя.

— Амасава Ичика, класс 1-А.

Ее появление могло быть случайностью, но наша встреча все равно выглядела странно. Сохраняя бдительность, я повернулась к Амасаве-сан с планшетом в руках.

Если учесть утреннюю записку и ту историю про награду… может ли быть, что она замешана в происходящем?

— Можете не волноваться обо мне. Просто продолжайте заниматься своими делами, хорошо?

— Не получится. Мы говорим о личном.

Ибуки-сан должна понимать мое стремление сохранить в тайне собственный рейтинг. Она также должна понимать, что сейчас не время доставать планшет и выяснять, кто из нас победил или проиграл.

Я вежливо попросила Амасаву-сан уйти от нас, но она не сдвинулась с места.

— Мешаешь, — проявляя нетерпение, Ибуки-сан открыла рот.

— Хорикита-семпай, как дела у Судо-семпая?

— Че? Игнорировать меня вздумала?

Амасава-сан не могла не слышать слов Ибуки-сан, но все же решила проигнорировать их. Она положила свой рюкзак на землю и снова повернулась к нам, как будто не собиралась в ближайшее время покидать это место.

— …Хорошо. Я благодарна тебе за его спасение.

Ее яркая улыбка на лице явно не предполагала извинений. Интересно, Амасава-сан и правда считала, что нет никакой необходимости извиняться передо мной за свой поступок по отношению к Аянокоджи-куну? Или, быть может, она просто не видела ничего плохого в случившемся?

— Эй, я же сказала, что ты мешаешь. Сейчас у меня к ней дело, поэтому проваливай.

— Дело? Ибуки-семпай, разве не ты сама пришла сюда без разрешения?

Амасава-сан будто слышала весь наш разговор. Впрочем, я совсем не удивлюсь, если это так.

— Неважно. Исчезни, — еще более суровым тоном ответила Ибуки-сан.

Она явно начала терять терпение. Если ничего не изменится, Ибуки-сан станет той, кто сделает первый шаг. Однако, вопреки всему, Амасава-сан просто звонко рассмеялась.

— Чего тебе нужно, Амасава-сан?

Я решила отвлечься от Ибуки-сан и переключила все внимание на Амасаву-сан. Мне очень не хотелось терять еще больше времени, но тут ничего не поделать.

— Тц, — раздраженно цокнула языком Ибуки-сан. Но, как и я, она смирилась с происходящим.

— Я просто хотела задать тебе один вопрос. Хорикита-семпай, что ты будешь делать дальше?

— Сейчас я общаюсь с Ибуки-сан. После разговора поспешу к зоне F3.

Естественно, я солгала. Ведь уже давно я намеренно отказалась от достижения объявленной зоны назначения.

Но Амасаве-сан знать про это вовсе не обязательно. Ранее она уже вступала в заговор с другими первогодками, дабы исключить Аянокоджи-куна из школы и получить награду.

Безопаснее всего совсем не распространяться об Аянокоджи-куне. Так я думала изначально, однако практически сразу поняла, что мой план не сработает.

— Не лги, Хорикита-семпай. Твоя зона назначения совсем в другом направлении, верно?

— О чем ты? Хочешь странными уловками заманить меня в ловушку?

— Твоя ложь ни к чему не приведет. Хорикита-семпай, разве ты не должна идти в I7?

Зона, которую упомянула Амасава-сан, и правда была моим пунктом прибытия. Сомневаюсь, что ей повезло и она просто угадала. По выражению ее лица я сразу поняла, что она все знала с самого начала.

— Мы второгодки, поэтому и должны вести борьбу как второгодки. Я не могу рассказать всю правду, — произнесла я и тут же продолжила. — Тем более, разве есть что-то странное в проявлении бдительности к человеку, который пытался навредить Аянокоджи-куну?

Я решила плавно сменить тему. Раз первогодки наши враги, не время демонстрировать перед ними собственную слабость.

— Понятно. Ну, может быть.

Я не видела никакого отклика в ней на свои слова. Весь ее вид показывал, что она без моей помощи пришла к каким-то умозаключениям.

— Хорикита-семпай, так куда ты направляешься? Быть может… в I2?

Ситуация начала развиваться совсем не в том направлении, что я хотела.

— Какая прозорливость. Из-за произошедшего утром я действительно решила отправиться в I2. Ты очень догадливая, знаешь об этом?

Даже если Амасава-сан решилась наблюдать за моим местоположением с помощью поиска по GPS, так просто угадать мой пункт назначения невозможно.

А значит, листок бумаги, полученный сегодня утром, как-то связан с ней.

Пока я сомневалась, спрашивать ли мне о нем или нет, Ибуки-сан снова вмешалась.

— Вы слишком много болтаете.

Как и она, я тоже была раздражена.

Если наша встреча затянется еще сильнее из-за времени, потраченного на Амасаву-сан, я стану еще более нетерпеливой, чем Ибуки-сан.

— Ибуки-сан.

Мысленно я уже давно смирилась с утечкой информации, поэтому включила планшет и показала свой рейтинг Ибуки-сан. Само собой она увидит, что я разблокировала три дополнительных слота для присоединения в свою группу, но я не планировала ими пользоваться, поэтому ничего страшного не случится.

Да и вряд ли ей важно, какое максимальное количество участников может быть в моей группе.

Когда Ибуки-сан увидела мой рейтинг, она снова цокнула языком. Почесав затылок, она решила выразить свое разочарование словами.

— Че? Серьезно? Ну и отстой.

Жестокая правда в ответ на затраченные усилия за последние две недели.

Но я все равно считала, что Ибуки-сан хорошо постаралась.

Она решила соперничать со мной и добилась таких потрясающих результатов в накоплении очков, несмотря на свой низкий уровень академических способностей.

— Раз теперь мы все прояснили между собой, можешь возвращаться к своей зоне назначения. У тебя все еще есть шанс изменить исход между нами, поскольку очки в последний день удваиваются.

— Это да, но… что та девка имела в виду под отказом от зоны назначения? — спросила Ибуки-сан, немного обеспокоенная ранее сказанными словами Амасавы-сан.

— Все это отличная возможность для тебя, Ибуки-сан. Сейчас я в той ситуации, когда по особым причинам не могу продолжить набирать очки.

Я глазами дала понять ей, что мне не следует подробно разъяснять происходящее.

— Ну и ладно. Победитель и проигравший все равно определится только в самом конце экзамена на необитаемом острове. Раз ты собираешься остаться здесь, я, не раздумывая, пойду дальше.

Изумленная Ибуки-сан какое-то время смотрела на меня, но потом отвернулась, будто смирившись с моим выбором.

Благодаря этому мне удалось ненадолго расстаться с Ибуки-сан.

Убирая планшет обратно в рюкзак, я думала о том, что мне делать дальше с Амасавой-сан.

— Я спешу в I2. Что планируешь делать?

— Почему тебя так тянет к I2, которая никак не относится к твоей зоне назначения? Там нет никаких заданий. Почему бы просто не сосредоточиться на экзамене?

— Будто ты не знаешь?

— Не знаю что?

— Не придуривайся. Зачем ты подбросила листок бумаги к моей палатке, пока я спала?

Я зажала сложенный листок бумаги между большим и указательным пальцем левой руки и помахала перед ней.

— …Листок бумаги? Могу я взглянуть на него?

Она не прекращала свой фарс. Что ж, все равно пользы от листка больше не будет. Я протянула его Амасаве-сан, предполагая, что та и есть его прежняя хозяйка.

Она осторожно взяла листок и раскрыла его, чтобы познакомиться с содержанием.

— Цепочка хаотично набросанных слов… «полдень», «К. А.», «исключение» и «I2».

Прочитав слова, она закрыла глаза.

— Боже… насколько сильно тебе нравится играть…

— Играть? Во что ты хочешь втянуть меня и Аянокоджи-куна?

— Без понятия. Я такой же наблюдатель, как и ты, Хорикита-семпай.

— Не лги. Ты появилась передо мной. А это лучшее доказательство, что листок бумаги принадлежит тебе.

В ответ на мои слова Амасава-сан натянуто улыбнулась и разорвала листок в клочья.

— Значит, тебе стало тревожно после тех четырех слов?

— Аянокоджи-куна могут исключить из школы. Это легко можно понять по записке.

— Хм.

И снова Амасава-сан выглядела так, будто знала о ситуации гораздо лучше, чем я.

В любом случае продолжать играть в словесные игры – пустая трата времени. Я снова надела рюкзак и направилась в ее сторону.

— Какая незадача. Ты ведь совсем ничего не знаешь об Аянокоджи-семпае, правда? Ты просто ведешь себя как его товарищ, потому что учишься с ним в одном классе, — произнесла Амасава-сан, как только я сблизилась с ней. — Ты совсем ничего не знаешь о нем. Верно, Хорикита-семпай?

Ее слова задели меня, поэтому я остановилась на месте.

— Хочешь сказать, что знаешь его лучше?

Я уставилась прямо на нее. Когда наши взгляды пересеклись, на мгновение она напряглась. Но практически сразу на ее лице расплылась гримаса самодовольства.

— Именно. Я очень хорошо знаю Аянокоджи-семпая. Я знаю, почему он такой крутой, умный… и сильный, как никто другой.

В своей голове я даже представить не могла, что только зачисленная в школу первогодка сможет так хорошо знать Аянокоджи-куна. Быть может, они учились в одной средней школе? Точно так же, как мы с Кушидой-сан?

Тем временем Амасава-сан невозмутимо продолжила.

— А что ты знаешь о нем, Хорикита-семпай?

Что я знаю?

Он… Аянокоджи-кун после зачисления в эту школу стал моим первым… другом.

Точно, я могу считать его своим другом.

Мы с ним много общались, потому что наши парты стоят рядом…

Поначалу я думала, что он обыкновенный ученик, но он оказался намного умнее. Его также признал мой старший брат. А еще он прекрасно владеет боевыми искусствами.

Обычно он скрывал эту часть себя, желая наслаждаться спокойной школьной жизнью. Немногие люди знали о его настоящих способностях. А вся информация, которой они владели, особой разнообразностью не отличалась.

— Ты права. Наверное, я и правда ничего не знаю о нем. Я не стану отрицать.

Естественно, в размышлениях об Аянокоджи-куне я пришла к таким выводам.

Это должна понимать и Амасава-сан. После моих слов, которые можно засчитать за признание поражения, она снова радостно улыбнулась.

— Но…

— Но?

Я не думала, что это так важно. Не имеет значения, как много я знаю о нем.

— С этого момента и до окончания школы я планирую продолжать узнавать его, как своего одноклассника… как друга. Гораздо больше, чем ты сейчас.

Вот мое желание, свободное ото лжи.

Да, мне постоянно казалось, будто Аянокоджи-кун мог в любой момент предать меня.

Но он незаменимый человек для класса и важный товарищ, которого нельзя потерять.

И раз сейчас именно он попал в опасную передрягу, я просто не могу не помчаться к нему на помощь. Вот почему я решила отказаться от своей зоны назначения.

Сейчас я знаю, что должна сделать.

В моем выборе нет ничего неправильного. Он наилучший из всех возможных, поэтому мне нет смысла напрасно терзать себя.

— Думаешь, что сможешь помочь ему, Хорикита-семпай?

— Возможно, сейчас я недостаточно сильна. Но раз он в беде, я обязана помочь ему.

Только что моя будничная школьная жизнь сменила курс. Даже этот разговор заимел для меня большое значение, хотя вначале я считала его лишь пустой тратой времени.

Я должна поблагодарить ее за то, что она заставила меня это осознать.

Стоило мне возобновить движение, как Амасава-сан преградила путь правой рукой. Когда я оглянулась на нее, то приметила, что улыбка на ее лице сменилась грозным взглядом.

— Я многое прояснила из нашего общения. Что-то точно произойдет в I2. Иначе тебе не имело смысла так рьяно пытаться задержать меня.

Я больше не могу позволить себе терять время здесь.

— Куда ты собралась?

— До сих пор не поняла? Я иду в I2, чтобы прийти на помощь к Аянокоджи-куну.

Вот он – мой первый шаг на пути становления тем самым человеком, который мог бы прийти к нему в трудную минуту.

— Не смеши. Аянокоджи-семпай никогда не попросит помощи у Хорикиты-семпай.

Она будто поправила мои слова.

— Ты права. По крайней мере, сейчас.

— То есть в будущем станет все по-другому?

Я кивнула и посмотрела на нее.

— Я поняла еще кое-что. Ты так не хочешь, чтобы я отправилась в I2, а значит, тот человек, написавший записку, не ты.

Я попыталась пройти мимо ее правой руки, но Амасава-сан вновь встала на моем пути.

— Я не могу пропустить тебя, Хорикита-семпай.

— Чем больше ты пытаешься остановить меня, тем сильнее мое желание отправиться в I2. Я ведь правильно понимаю, что сейчас он в беде?

Неважно, как много я знаю о происходящем.

Что-то точно происходит с Аянокоджи-куном и этого достаточно.

— Думаешь, что сможешь пройти мимо меня?

— Думаю, у меня получится.

Я готова силой расчищать препятствия на своем пути.

— Что ж, твоя решимость передалась мне. Я подожду, пока ты отложишь свои вещи в сторону.

Другими словами, она собиралась задержать меня силой. И лучше мне не надеяться, что это пустая словесная угроза.

Я послушно приняла ее слова и медленно опустила рюкзак к своим ногам.

— Я должна заранее предупредить тебя, что за моей спиной опыт в боевых искусствах.

— Знаю.

— …Вот как. Значит, ты и правда хорошо осведомлена.

Интересно, знает ли она обо мне так же, как и о Аянокоджи-куне?

— Тогда и я заранее предупрежу тебя. Я суперсильна. Имей это в виду.

С того момента, как она обрушила свой гнев на меня, я уже видела в ней не обычную ученицу.

Мне ни за что нельзя упускать это из виду.

Во время экзамена на необитаемом острове во мне накопилась усталость. Но то же самое должно касаться и Амасавы-сан, стоящей передо мной.

Физически я в порядке, поэтому если заговорить о силах, думаю, мы находимся примерно на одном уровне.

Так просто одолеть меня у нее не получится.

Наблюдая за движениями Амасавы-сан перед собой, я медленно приняла стойку. Она не придерживалась какого-то определенного стиля, на ее лице просто застыло жуткое выражение.

— Говоришь, что хочешь встретиться с Аянокоджи-семпаем? Тогда давай немного поиграем, чтобы этого не случилось.

Прямо передо мной Амасава-сан перенесла назад левую ногу.

— Ах?!

Я хоть и была настороже, но, ощутив опасность, немедленно отскочила назад. В ее вытянутой руке не ощущалась сила, быть может, она собиралась просто схватить меня.

В любом случае мне удалось избежать ее первого рывка, но в тот момент, когда я приходила в себя, правой рукой Амасава-сан схватилась за одежду на моей груди.

— Невозможно…

Стоило мне пробормотать, как мое зрение завертелось по кругу.

Только почувствовав боль в спине, я поняла, что меня отбросили назад и опрокинули на землю.

— Оп-ля.

— Гхах!

Из моих легкий вырвался болезненный вздох.

— Ну вот, ты потеряла бдительность. Ладно, я дам тебе еще попытку. Поднимайся, — произнесла Амасава-сан, со злой улыбкой наблюдая за мной свысока.

Наверное, не нужно пояснять, насколько это было унизительно.

Лишь по одному контакту я поняла, насколько способности Амасавы-сан огромны. Мы обе представительницы женского пола, поэтому я предполагала, что если между нами и есть отличия в силе, то незначительные.

Изобретательность, смекалка, ловкость и удача. Против таких качеств вполне можно бороться.

Но я рассуждала слишком наивно.

По крайней мере ущерб, который я получила после падения спиной на землю, не был легким, чтобы просто рассмеяться.

К моему счастью, подо мной оказалась мягкая почва. Но даже так мне потребуется какое-то время, чтобы прийти в себя.

Мой противник гордится своим абсолютным превосходством, поэтому мне нужно по максимуму извлечь из этого пользу. Я решила медленно подниматься с земли, тратя на каждое движение по несколько десятков секунд.

— Все в порядке, я подожду. Можешь отдохнуть пять-десять минут.

— Я так и поступлю, если ты оставишь попытки удержать меня здесь.

— Разве отказ от драки не лучшее решение, Хорикита-семпай?

Она права. Если под конец экзамена, который шел для меня гладко, я устрою драку на необитаемом острове, это может привести к печальным последствиям. Меня дисквалифицируют или того хуже могут исключить из школы.

— …Повторим.

Как только боль в спине немного затихла, я снова встала в боевую стойку.

Это была точно та же стойка, что и раньше. Дело в том, что хоть я и владела боевым искусством, на самом деле я не очень хорошо сражалась.

Я могла использовать только те приемы, которым меня обучили или я сама выучила.

Скорость движений Амасавы-сан удивительна, но пусть она и хороша в дзюдо, кое-какие идеи мне тоже пришли в голову. Когда-то один из учителей карате научил меня, что делать в случаях, когда парень хватает девушку и опрокидывает на землю.

Я вспомнила про его слова и прокрутила движения в своей голове.

Подобное нежелательно применять против кого-то, но раз мой противник Амасава-сан, лишнее беспокойство бессмысленно.

Необходимо распрощаться с мыслями, что она мой кохай, и переключиться на настрой борьбы с сильнейшим оппонентом.

— А-ха-ха.

Пока я сосредоточилась на мелкой моторике ног и плеч Амасавы-сан, а не на ее лице, та громко рассмеялась, вероятно, найдя в этом что-то смешное.

— Да-да, я все понимаю, Хорикита-семпай. Я понимаю, что ты чувствуешь. Но!..

У меня нет времени как-то реагировать на ее словесные игры.

Самое время сосредоточить всю себя, чтобы разглядеть ее движения…

После приступа шока и боли я поняла, что сконцентрировала все внимание на правой ноге и пропустила удар ее левой ноги, который на большой скорости заехал чуть выше моего бока.

— Ах!

В агонии от боли, которая едва не заставила меня зарыдать, я снова повалилась на землю.

Я снова проявила пассивность и не успела защититься. Дважды или трижды перекатившись по земле, я была сбита с толку, хоть и понимала, что произошло.

— Думала, я просто хороша в дзюдо? Как наивно.

— Ха-а… ха-а-а!..

Непреднамеренно надавив на область вокруг правых ребер, по которой ударили ногой, я прикрыла глаза. Боль была настолько сильной, что мое сердце мгновенно сдалось.

Уже во второй раз в жизни я на себе ощутила такую неудержимую силу.

Силу, как у Хосен-куна…

То происшествие случилось совсем недавно. Если бы подобные вещи происходили постоянно, я определенно потеряла бы уверенность в себе.

— Первогодок в этом году никак нельзя назвать милыми…

— Хочешь сказать, что в прошлом году Хорикита-семпай была гораздо милее меня?

Ее подлый вопрос болезненной правдой резанул по ушам. Мы разные, но в отсутствии привлекательности мы схожи.

Вкладывая силу в ноги, я попыталась подняться, но тут же ощутила что-то похожее на бессилие. Ее удар ногой подорвал мою силу сильнее, чем я предполагала.

— Кто ты такая? Почему ты знаешь прошлое Аянокоджи-куна…

Я могла с уверенностью заявить, что Амасава-сан обладала той же удивительной силой, что и он.

Сражение против моего брата, против Хосен-куна – Аянокоджи-кун в тех моментах демонстрировал свою настоящую силу.

— Я не могу рассказать о подобных вещах семпаю.

— И правда. Ты не похожа на ту, кто бы с легкостью все рассказал.

Из хороших новостей для меня, моя соперница с готовностью выделяла мне время, чтобы я пришла в себя.

Неважно сколько времени это займет, она преследовала цель преградить мне путь к Аянокоджи-куну. Прежде чем продолжать, мне необходимо небольшое восстановление от понесенного ущерба.

— Знаешь, сейчас я испытываю что-то похожее на разочарование. Наверное, я предполагала, что Хорикита-семпай намного лучше. И если уж на то пошло, Аянокоджи-семпаю просто не о чем с тобой разговаривать.

Глаза Амасавы-сан впились в меня, будто она заглядывала в мое сердце.

— Хоть ты и спешишь на помощь, в душе должна понимать, что Аянокоджи-семпай тебе не доверяет.

— …Да, возможно.

— Как я сказала чуть ранее, ты недостойна быть той, на кого Аянокоджи-семпай может положиться.

— Пускай и так. Но я предпочту услышать об этом из его уст, а не из твоих.

— Ты до сих пор не понимаешь, о чем я говорю?

Даже не пытаясь скрыть свое раздражение, Амасава-сан подошла ко мне.

— Кушида-семпай намного проницательнее тебя.

— Кушида-сан? С чего ты решила упомянуть ее?..

— Пора вставать, Хорикита-семпай. Мне неприятны разговоры с тобой, поэтому время заканчивать.

По крайней мере, она проявила великодушие и дала мне немного времени, чтобы подняться на ноги. Но даже после всего я не могла отказаться от борьбы.

Я снова встала с земли и сконцентрировала все внимание на Амасаве-сан, чтобы разглядеть момент ее нападения. Это все, что я могла сделать, другого мне было не дано.

— Пока-пока-а-а.

Легкой поступью Амасава-сан побежала ко мне.

Отразить? Уклониться? Безусловно ни то, ни другое не сработает против нее.

В таком случае мне лишь оставалось контратаковать ее!..

Удар! Глухой звук удара кулаком резанул по моим ушам.

Но боли не было. Вместо нее появилась чья-то тень, которая перекрыла мне весь обзор.

— Ты, почему…

Не оборачиваясь, тень перехватила летящий в мою сторону кулак и отвела его в сторону. Небольшой силуэт, закрывший меня от удара, безусловно принадлежал Ибуки-сан, которой здесь уже не должно быть.

— Ого… вот это удар.

— Класненько перехватила. Знаешь, твое внезапное появление удивило меня.

Из-за шока я не могла пошевелить своим телом. Тем временем Ибуки-сан обернулась и впилась в меня взглядом.

— Только я могу бить тебя. И я не позволю, чтобы ты проиграла какой-то вшивой, незнакомой первогодке, — произнесла Ибуки-сан и отпустила кулак Амасавы-сан из хватки. Обретя свободу, та немедленно сделала шаг назад.

— Вообще-то я Амасава Ичика-ча-а-ан! Пожалуйста, запомни мое имя как следует, Ибуки-семпай.

— У меня плохая память. Если так хочешь, чтобы я тебя запомнила, как насчет произвести на меня сильное впечатление?

— А-ха-ха, я немного заинтересовалась.

— Слышь, я позабочусь о ней. Как насчет того, чтобы ты свалила в свое желанное место?

— О чем ты? Разве не ты вкладывала всю себя на этом специальном экзамене, дабы победить меня?

— А ты не сама отказалась от достижения собственной зоны назначения? Я не желаю подобным образом менять ситуацию между нами.

«И ради этого ты вернулась?» — хотелось сказать мне, но я вовремя проглотила слова.

— Она чудовищно сильна. Позже, ты можешь пожалеть о собственном решении. Ты ведь это понимаешь?

— О чем ты. Хочешь сказать, что я проиграю?

— Она грозный противник.

— Ибуки-семпай я не проиграю.

— …Вот и отлично.

Кажется, мои неуклюжие запугивания только возымели обратный эффект и разожгли Ибуки-сан.

— Возможно, ты и одолеешь Амасаву-сан. Но если перестараешься и зазвучит сигнал тревоги, то тебя, скорее всего, дисквалифицируют. Может быть, тебя даже исключат из школы.

— Как и тебя, верно?

— Э? А-а, ну да.

— Я уверена, что намного сильнее тебя, — произнесла Ибуки-сан и махнула рукой, намекая мне как можно скорее уходить.

— Так кто из вас будет драться? Ну же, решайте поскоре-е-е.

— Сражусь с ней я.

— Разве так должен говорить человек, который секунду назад чуть не проиграл? Уходи, ты будешь только обузой.

— Это моя битва. Тебя она совсем не касается.

— Ты хоть сама слышишь свою чушь? Может, она тебя так швырнула, что ты ударилась головой?

— Это…

Ничего не выйдет. Мои неуверенные слова ни за что не остановят Ибуки-сан. Но так просто оставить бой на нее я тоже не могу. Я вцепилась в ее плечо и с силой заставила ее отступить.

— Че ты творишь!

— Я пыталась смягчить правду, но сейчас скажу прямо. Ты не сможешь победить ее.

— Довольно. Хватит утверждать то, что еще не случилось.

— Я говорю правду. У меня ничего не получилось, а уж у тебя и подавно.

Я уже разожгла Ибуки-сан, поэтому просто продолжала подкидывать бревнышки.

— Но, если хочешь доказать обратное, сделай это. Прямо здесь и сейчас…

Я протянула Ибуки-сан левую руку.

— Что…

— Я не намереваюсь проигрывать. Но раз ты так рвешься в мою драку, я тоже готова продемонстрировать свою решимость. Присоединяйся к моей группе. Если кто-то из нас пострадает и будет вынужден выбыть, так мы предотвратим дисквалификацию наших групп.

— Да ты сбрендила. Почему я должна объединяться с кем-то вроде тебя?

— Я уже говорила. И все решила. Если ты не готова, тогда не вмешивайся в эту битву.

— Мне это не нравится…

— Тебе не обязано нравиться. Но раз ты хочешь принять участие, самое время начать доверять.

— Че за отстой. Но будет действительно не круто, если ты покинешь школу из-за какой-то первогодки.

Мы прекрасно понимали, что несовместимы друг с другом, но все же вскинули руки и прислонили часы друг к другу.

Для слияния групп необходимо десять секунд. Амасава-сан могла вмешаться и остановить нас, однако предпочла молча наблюдать за нами со стороны.

Похоже, ей нравилось наблюдать за нашими действиями свысока.

— Неплохая задумка. Если одиночки создадут группу, в случае чего-нибудь плохого они смогут уберечь себя от исключения из школы, — сохраняя дистанцию, произнесла Амасава-сан и отвернулась от нас.

Похоже, бой двое против одного совсем не страшил ее.

Она набрала дистанцию и после снова повернулась к нам.

— Но в одном ты просчиталась, Хорикита-семпай.

— Просчиталась? О чем ты?

— Ты не видишь ничего страшного в том, что кто-то из вас выбудет с экзамена. Тогда я не вижу ничего плохого в том, чтобы как следует поиграться с одной из вас.

На ее лице растянулась широкая злобная улыбка, которую ранее мне еще не удавалось видеть.





— Рассердилась? Как здорово.

Ибуки-сан собственной шкурой должна была ощущать ее силу, однако вопреки всему она, кажется, чувствовала себя счастливой.

Наконец-то раздался долгожданный сигнал об окончании слияния групп.

— Итак, кого же мне уничтожить первым… интересно!

Огромными шагами сокращая расстояние, Амасава-сан кинулась на нас с возбужденным выражением на лице. Она не приняла никакую стойку, просто бросилась с вытянутыми руками, будто намереваясь схватить нас.

— А-ха-ха! А-ха-ха-ха!!!

С ослепительной улыбкой, ее лицо больше походило на гримасу существа не от мира сего.

Кто ее цель? Я? Или Ибуки-сан?

Наверняка больше всех она ненавидит меня, но уверенности в этом у меня не было.

— Вперед, Ибуки-сан! За тобой левый фланг!

— Не командуй! — огрызнулась Ибуки-сан, но послушно двинулась в левую сторону.

Я же в свою очередь переместилась вправо, намереваясь прояснить, кто стал целью Амасавы-сан.

Бегущая напрямик Амасава-сан, кажется, не собиралась попадаться на мою уловку. Интересно, она планирует до последнего не позволить мне принять решение?

Неважно, даже в этом случае я внимательно прослежу за ее движениями.

Как только обе стороны пришли в движение, расстояние сократилось за одно мгновение и наши кулаки столкнулись. Прежде мне не представлялось случая работать в паре с Ибуки-сан, поэтому, конечно, наши удары отличались скоростью. Но даже так наша атака была достаточно грозной.

Впрочем, с Амасавой-сан все было не так просто. Она с легкостью увернулась от нашей атаки, будто привыкла к подобному на каких-то тренировках. Но мы продолжили наносить быстрые удары по ней, не жалея собственных рук.

— Так, давайте остановимся ненадолго.

Без всяких усилий Амасава-сан прервала нашу череду последовательных ударов, которые никак ее не задели.

— Быть того не может. Эта первогодка!..

— И правда…

Встав плечом к плечу и тяжело дыша, мы уставились на Амасаву-сан.

Хоть нашему импровизированному союзу не хватало отладки, это все равно была драка двое против одного.

В обыкновенной ситуации взять верх обязаны мы, но вместо этого осадили именно нас.

Она превысила все мои ожидания… нет, она выходит за рамки любого воображения.

Не поддающееся идентификации существо, ее сила за границей здравого смысла.

Она перехватила наши преобладающие руки. Если мы попытаемся как-то неумело лягнуться, то нарвемся на встречный удар.

— Ибуки-сан, давай без глупостей.

— Отпусти!

Лишенная сдержанности Ибуки-сан выгнула тело, намереваясь изо всех сил лягнуть соперницу. Однако Амасава-сан, будто ожидая нечто подобное, дернула ее за схваченную преобладающую руку, нарушая в одно мгновение ее стойку.

— А!!!

— Вроде как прозвучала команда «остановимся», нет?

В этот момент в условиях боя я ощутила тревожное чувство неправильности происходящего.

Разница в силе очевидна. Может ли быть, что Амасава-сан просто играет с нами?

Ее движения. Она дерется с нами, прикладывая еще меньше сил, чем в битве со мной. Ждала ли она меня тогда не просто из-за того, что мне было необходимо время на восстановление?

Истинного ответа на вопрос у меня не было. Ведь ее сил достаточно, чтобы с легкостью раздавить нас.

Под невеселые думы я придумала новую стратегию, которую было бы неплохо опробовать. Но для начала нужно что-то сделать с текущим положением дел.

— Ха!

Мой левый кулак полетел в сторону Амасавы-сан, но та с легкостью уклонилась, как и в случае с атакой Ибуки-сан.

— Что ж, начнем все сначала.

Свысока одарив нас легкой улыбкой, Амасава-сан вновь отступила назад.

— Разве ты не такая же, как и я?

— В отличие от тебя, я пошла на это сознательно… самое время пересмотреть план.

— А вот и отговорочки.

Наверное, всякий сказал бы что-то подобное про нас, наблюдая за нашими потугами в текущий момент.

— Будешь с пренебрежением относиться ко мне, и я преподам тебе урок…

Я быстро поднялась с земли и схватила Ибуки-сан за руку, чтобы та не начала нападать в одиночку.

— Че тебе надо?

— Теперь, раз мы в одной группе, я попрошу тебя следовать моим указаниям. Ты ведь можешь сделать это, правда?

— Ха? Размечталась.

— Тогда все наши усилия будут лишены всякого смысла. Ты уже должна почувствовать, насколько сильна Амасава-сан. Поодиночке нам ни за что не победить ее.

— Пускай и так. Я все равно не намерена следовать твоим указам.

Думай.

Как лучше всего ответить Ибуки-сан?

Будь на моем месте Аянокоджи-кун, как бы он поступил? Как заставить две противоположности работать сообща?

— Ибуки-сан.

— Ты не слышала меня?

— Я понимаю, что мы с тобой как огонь и вода. Так уж вышло, что в прошлом экзамене на необитаемом острове из-за разногласий у нас завязалась текущая вражда. Но даже так, в тебе существует та часть, которой я восхищаюсь.

Да, я без колебаний сделаю то, что мне сейчас нужно.

— Твое боевое чутье сравнимо с моим. Даже нет, оно немного превосходит мое.

— Неожиданно. Ты решила признать свой проигрыш?

— Но твой стиль боя рассчитан на драку один на один. Я же в свою очередь знаю, как сражаться с грозным противником двое на одного. Я понимаю, что слово «сотрудничество» чуждо тебе, поэтому просто прошу тебя одолжить мне свою силу.

Как только я открыла рот, Ибуки-сан мгновенно уставилась на меня.

— Ты сильнее меня, я не спорю. Но это все. В остальном мы как небо и земля. Ты плохо учишься, не умеешь брать бразды правления в классе и отвратительна в контакте с другими людьми. Знаешь, в открытую называть меня своей соперницей слишком самонадеянно.

Мои слова могут рассердить ее. Но останавливаться пока рано.

— Может пришло время покинуть свою скорлупу? Что думаешь, Ибуки-сан?

— …О чем ты?

— Если ты так и продолжишь вести свою борьбу в одиночку, в будущем на горизонте тебя может ждать исключение из школы.

— Пускай. Не вижу в этом ничего страшного.

— Тогда в моих глазах ты потерпишь полное поражение, понимаешь?

— Че?

— Если тебя исключат из школы на половине пути, ты больше не сможешь называть меня своей соперницей. Борись до конца и стань тем человеком, который сможет представлять для меня угрозу.

— Я и без тебя все это понимаю, поэтому заткнись. Я буду слушать тебя, но только сейчас, ясно? Довольна?

— Вполне.

— Тогда что мне делать?

— Как и до этого мы вместе нападем на Амасаву-сан. Но только в этот раз наши удары не будут играть главную роль. Я хочу, чтобы ты аккуратно уворачивалась от ее атак и не дала схватить себя. Продолжай непрерывно атаковать ее.

— Удары не играют главную роль? В чем смысл?

— Если мое предположение окажется верным… это наш шанс на победу. Когда я дам сигнал, ты начнешь атаковать изо всех сил.

Хоть Ибуки-сан не совсем поняла мою задумку, она послушно отдалилась от меня, чтобы подготовится к бою.

— Все обсудили? Мы можем начать второй раунд?

Придерживаясь каждый своей стороны, мы одновременно помчались на Амасаву-сан. Чтобы не попасться, категорически запрещалось сильно сближаться.

Требовалось тщательно рассчитывать время, чтобы вытянуть кулаки и не попасть в зону поражения.

Разумеется, если Амасава-сан ничем не ответит, наши кулаки ударят по ней. А так ей придется тратить много сил, чтобы справиться с нашей чередой бесконечных ударов.

Главное не спешить, оставаться спокойной. В случае опасности нужно просто немедленно отступить назад. Будь я одна, шанс на отступление мне не представился бы. Но сейчас нас двое, поэтому внимание Амасавы-сан равномерно разделено на нас и подобная стратегия может сработать.

Шанс еще не представился.

Я продолжу наращивать темп, пока не собьется дыхание!..

Мы продолжали нашу опасную комбинацию, пока движения Амасавы-сан не начали замедляться. Хоть по ее улыбке на лице и не скажешь, она явно притомилась, а ее дыхание участилось.

— …Сейчас!!!

Дабы не упустить прекрасный шанс, я изо всех сил замахнулась в Амасаву-сан правым кулаком. Все это время она с легкостью парировала мои атаки одной рукой, но сейчас была вынуждена уйти в защиту.

Мой кулак не достиг цели и был заблокирован ею, но Ибуки-сан, все это время держась позади Амасавы-сан, громко топнула ногой, изо всех сил сжала кулак и ударила ее по лицу, когда та не вовремя повернулась к ней.

Под действием первого пропущенного удара тело Амасавы-сан сильно зашаталось.

— Ха-а-а-а-а!

Опустив бедра вниз, я нанесла прямой удар кулаком по ее незащищенному животу. Амасава-сан, выплюнув воздух, упала на землю и в ту же секунду я оседлала ее тело, чтобы она не смогла подняться.

— Фух… сработало…

— Ха-а-а… ха-а-а… Амасава-сан… я признаю твою силу, но даже у тебя запасы выносливости не бесконечны.

Мне удалось переломить ситуацию, воспользовавшись ее слабостью.

— Понятно, значит, ты раскрыла меня? И обнаружила слабость?

Несмотря на то, что ее оседлали, Амасава-сан рассмеялась и показала язык.

Рассеянно пройдясь взглядом по ее спортивной одежде, я усомнилась в увиденном. Ее голая кожа немного выглядывала из-под одежды. Недолго думая, я схватилась за олимпийку и с силой потянула вверх, пока не обнажилась зона пупка.

— Ты, откуда у тебя такой ушиб?..

Огромный синяк похожий на след от побоев. Ее явно били и даже не один раз. Такого рода ушиб, похожий на след от наказания, сильно отличался от моего прошлого удара.

Без сомнений она заработала такой синяк до начала нашей драки.

— Перед тем как встретиться с тобой, семпай, я уже подралась.

Обычно с подобного рода травмой сложно передвигаться, а с лица не спадает гримаса боли. Но, несмотря на свое травмированное состояние, Амасаве-сан удавалось успешно противостоять нам двоим.

Ее выносливость отнюдь не была слабым местом. С самого начала она дралась со мной, находившись на грани. Она продолжала драться, несмотря на то, что именно ей было необходимо больше времени на восстановление…

От осознания неожиданной правды у меня закружилась голова. Кто-то, обладая еще большей силой, напал на Амасаву-сан, находившуюся в идеальном состоянии, и сильно травмировал.

Среди всех парней я могла подумать только о Хосен-куне.

— Тебе интересно, кто это сделал? Как насчет Хосен-куна?

Я не сомневалась в поражающей силе Хосен-куна. Легко представить, как он, не прилагая особых усилий, берет верх в драке против сильной и выносливой Амасавы-сан.

Но в ее характере было что-то знакомое.

Вряд ли она честно ответит на мой вопрос.

Но, по крайней мере, сейчас она дала мне тот убедительный ответ, который я могу принять.

В таком случае… кому еще по силам сокрушить Амасаву-сан?

Перебирая всех возможных учеников в школе, я не могла подумать ни на кого.

Быть может, Ямада-кун? Нет, от этого он ничего не выиграет.

— Прости, но я не верю тебе. Кто на самом деле виноват в случившемся?

— Я не могу ответить… Ух!

Амасава-сан не стала упускать возможности, которая появилась после моего отвлечения на синяк.

— Что ты творишь!

— …Да, я проявила беспечность.

Нам выпал единственный шанс, но из-за моей неосторожности Амасава-сан вырвалась.

— Ну вот, теперь ситуация вернулась на круги своя.

Наш противник сильно травмирован, но ситуация вновь переменилась.

Получится ли у нас снова одолеть ее… Если честно, я была совсем не уверена, но другого выбора не оставалось.

Пока я предавалась размышлениям, Амасава-сан подошла к своему рюкзаку и достала планшет.

— Похоже, все закончилось. Стало немного интересно, но увы – время вышло.

— О чем ты?

— Все кончено. Если тебе так хочется, прошу, можешь отправиться туда-а.

Сразу же после своих не совсем понятных слов, Амасава-сан сошла с моего пути, который все это время так решительно обороняла.

Ловушка? Пока я пыталась собраться с мыслями, Амасава-сан уже пошла куда-то от нас.

— Ты куда?

— Куда? Если тебе интересно, я намереваюсь сейчас отправиться к своей зоне назначения. В конце концов специальный экзамен еще не окончен.

Без сомнений, она выиграла время, но мне все равно необходимо проверить Аянокоджи-куна…

— Да, кстати. Можешь больше не преследовать Аянокоджи-семпая.

— …Почему?

— Так ведь все закончилось. Само собой если не веришь мне, можешь лично убедиться в этом.

— …Что с Аянокоджи-куном?

На мой закономерный вопрос Амасава-сан слегка прикрыла глаза.

— Почему бы тебе самой не проверить? Но учти, ты можешь пожалеть, что не успела.

Кажется, Амасава-сан и правда планировала отступить, пропуская вперед нас.

Может ли быть, что что-то впереди уже подошло к своему концу?

— Так чего дальше делать будешь? Погонишься за Аянокоджи? Ты ведь ради этого устроила драку с Амасавой?

— Да, я продолжу преследование.

Я уже совсем близко. Пути назад нет, я обязана лично убедиться.

— Тогда я пойду с тобой.

— Зачем?

— Если Аянокоджи действительно попал в беду, я постою в сторонке и поглумлюсь.

— Ты испорчена до мозга костей.

Мы поспешно надели рюкзаки и побежали к I2.





Часть 4


Я пересек границу I2, но никакого звукового сопровождения по прибытии в зону от часов не последовало.

В обычных условиях я бы подумал об ошибке GPS, но сейчас это крайне маловероятно.

Все, что мне оставалось, – это сместиться насколько возможно к центру зоны во избежание настоящей ошибки, если это действительно произошло из-за часов. За последние две недели я ни разу не сталкивался с подобным. Наверное, к возможной причине ошибки можно отнести оконечность острова, располагавшуюся как раз вблизи от центра I2. Выбор зоны явно не случаен. Не прибудь ко мне Ичиносе, я просто бы шел туда, ни о чем не догадываясь.

Я медленно брел по тропинке, лишенной путей к отступлению. В течение десяти минут я шел через дремучий лес, чьи деревья поглощали весь свет, пока не увидел синее море и голубое небо, простирающееся за пределами моего зрения.

Часы продолжали хранить молчание, зато на небольшом пляже впереди я увидел двух мужчин, пристально смотревших на меня.

Одним из них оказался хорошо мне знакомый временный директор Цукиширо, одетый в несвойственный для него спортивный костюм. Другим оказался Шиба-сенсей, классный руководитель класса 1-D.

Странно видеть их вместе, но, похоже, нужно принять это как данность.

— Временный директор Цукиширо. Я правильно понимаю, что вы решили прибегнуть к крайнему силовому методу? — спросил я, идя по песчаному пляжу.

— По-другому просто не сработает. Это мой последний шанс.

Я припомнил прошедшие две недели специального экзамена. Похоже, приманка Цукиширо заманить меня в зону I2 была действительно его последней «ловушкой».

Но варианта быть пойманным здесь могло и не быть.

Да, в северо-восточной части острова отсутствовали зоны назначения и задания, поэтому можно не опасаться появления других учеников. Однако, помимо всего, существовал возможный вариант, что я откажусь от зоны назначения и нацелюсь на задание. К примеру, я мог так же продолжать выживать с Нанасе или с кем-то другим с той же таблицей.

Трудно представить, что Цукиширо решил доверить свой последний шанс счастливому стечению обстоятельств. В таком случае мое будущее вполне вероятно было «предопределено» еще задолго до моего прибытия.

Проигрыш Нанасе и смена ее деятельности. Мое желание выживать в одиночку, дабы спрятаться на одиннадцатом месте и от него устремиться к вершине. Время наступления первогодок и последствия.

Без сомнения, Цукиширо спланировал все с самого начала.

— Итак, что здесь со мной должно случиться?

Боковым зрением я отметил небольшую раскачивающуюся на волнах лодку, которая при приглушенном двигателе стояла на якоре.

Другими словами, в любой момент времени она была готова выйти в море.

— Если возможно, мне хочется, чтобы ты послушно последовал моим указаниям и сел в лодку вместе с нами.

— Так мы все урегулируем мирным путем. Будем считать, что Аянокоджи Киётака добровольно дисквалифицировался, — добавил Шиба-сенсей.

— Вы правда думали, что я послушно остановлюсь на варианте сесть с вами в лодку?

— Разумеется. Начистоту, тебе не следовало участвовать в экзамене на необитаемом острове.

— Мне не получилось познакомиться с Шиба-сенсеем в школе, но я правильно понимаю, что изначально он был на стороне временного директора Цукиширо?

Он не вступал в контакт со мной, поэтому мог исполнять роль наблюдателя за Амасавой. Но, видимо, сейчас потребность в этом пропала, и он перестал скрываться.

Поскольку в северо-восточной части острова не должно никого быть, я с подозрением отнесся к нему, однако сразу вспомнил Нагумо с Ичиносе. Наверное, мне стоит отдать должное его маскировке.

Впрочем, не время рассуждать о подобном, ведь, как бы то ни было, он – приспешник Цукиширо.

Но на первый взгляд никакой опасности в себе он не таит.

— Здесь так легко воспользоваться оружием для подчинения, но, к сожалению, ты всего лишь товар, который я обязался вернуть в целости и сохранности… Поэтому я воспользуюсь только кулаками, — бесстрашно улыбнулся Цукиширо, слегка разводя руки в сторону.

Другими словами, чтобы выкрутиться из отчаянного положения, мне нужно сразиться с Цукиширо? В отличие от боя с Нанасе методы, позволяющие избегать ударов, явно не сработают.

— Мне остается только принять это, если я хочу спастись от исключения из школы?

— Как-то так.

— В таком случае, если возможно, могу я рассчитывать хоть на какое-то снисхождение? Я не говорю, что силовой метод плох, но сейчас я ученик школы. По обыкновенным правилам вы идете на «грубое нарушение».

— Может и так. Но ты, Аянокоджи-кун, успешный образец величайшего достижения Белой комнаты. Даже в рамках ограниченных правил у твоих врагов нет ни шанса. Послушай, тебе не кажутся глупыми попытки соревноваться с другими учениками в этой школе? Или, может, тебе доставляет удовольствие быть царем горы?

— Надежды того человека не оправдывает моя эволюция… или, лучше сказать, деградация?

— Нет-нет, о чем ты говоришь? Давнее желание Белой комнаты – захват контроля над Японией, а следовательно, и над всем миром. Если ты чувствуешь, что подобное развитие в конечном итоге принесет успех в захвате мира, почему бы и нет?

От небольшой японской старшей школы наш разговор унесся на тему господства над всем миром. Услышь кто угодно такие фантастические истории, уверен, он не смог бы сдержать гомерический хохот.

Подозреваю, даже Цукиширо скептически относится к подобным вещам.

Но он всего лишь исполнитель, который следует приказам и пытается добросовестно выполнить свою работу.

— Не буду таить, эта школа не имеет для меня большого значения.

— Само собой. Уровень данной школы давно преодолен тобой в детстве.

— Но это касается только учебной программы. Я наконец-то понял, где хочу быть, и чем хочу заниматься в этой школе. Я с удовольствием проведу время в ней до окончания учебы, поскольку талантливые люди, оказывается, есть не только в Белой комнате.

Наверное, лучше всего обозвать школу кладезем человеческих ресурсов, который Белой комнате не под силу воссоздать.

— Я не собираюсь принижать высокий уровень развития учащихся в старшей школе Кодо Икусей. Как ты заметил, в мире всегда найдутся талантливые люди. Кто-то из них, возможно, превзойдет тебя в спорте, а кто-то в академических способностях. Но сейчас речь идет не о них, а о людях, которым под силу возглавить толпы и добиться совершенных результатов вне зависимости от обстоятельств, — произнес временный директор Цукиширо и бросил легкий взгляд на Шибу. — Что там с Нагумо-куном и Ичиносе-сан?

— Нагумо перестал двигаться, а Ичиносе уже далеко от нас. Можете не переживать.

Само собой, в своих расчетах он предвидел, что я остановлю Нагумо и Ичиносе.

— Что касается незапланированного, кажется, Амасава решила разобраться с этим.

Незапланированного?

В этой части острова нет ни зон назначения, ни заданий. Неужели, помимо Ичиносе и Нагумо, кто-то еще хотел появиться здесь?

Если здесь внезапно появится какой-нибудь посторонний ученик, то для Цукиширо это станет досадным упущением. Но, похоже, именно Амасава взяла на себя задачу удержать на месте нечто, не поддающееся контролю.

— Ты ведь научил ее нормам поведения?

— Не похоже, что Амасава отвечает требованиям временного директора Цукиширо.

— Она обыкновенная «предательница». Ее выбрали вернуть тебя назад, а она с самого начала не планировала это.

С этими словами Цукиширо сделал шаг вперед, будто отсекая бесполезную болтовню.

Пустая трата времени друг на друга прошла.

Постепенно расстояние между нами уменьшилось до пяти-шести метров.

Шиба-сенсей тем временем медленно обходил меня сзади, чтобы не позволить сбежать.

— Ты ведь не посчитаешь драку двое против одного чем-то нечестным? В конце концов, ты величайший шедевр Белой комнаты. Я даже немного нервничаю по этому поводу, — произнес Цукиширо, несмотря на свое подавляющее преимущество.

Я был практически уверен, что для сражения хватило бы и его одного, но он интуитивно предположил, что лучше привлечь второго человека.

Лишенный гордости поступок.

Я перевел взгляд и посмотрел на раскачивающуюся лодку у берега. Насколько мне видно отсюда, на ней находился только один моряк. А значит, для выпутывания из сложившейся ситуации, возможно, мне потребуется разобраться с тремя врагами.

— Успокойся. С тобой будем драться только он и я.

Цукиширо далеко не тот человек, которому можно верить на слово. Пускай на первый взгляд он был с пустыми руками, я не мог отбросить возможность, что он не припрятал где-то переносное оружие.

Взрослые, о которых я ничего не знаю. Сражение с двумя враждебными агентами с предположением о наличии или отсутствии оружия, а также существование фактора подкрепления в довесок к остальным неопределенностям.

У обычного человека от такой многозадачности расплавится мозг, но только не у меня. С раннего детства я провел несчетное количество боев в неравных условиях.

Обдумывание всего подобного было для меня ровно тем же самым, что и процесс бессознательного дыхания, который так необходим для человеческой жизни.

— Выглядишь так, будто не предполагаешь возможности собственного поражения.

— Правда?

Предсказать результат невозможно.

Пока я не схлестнусь в данном месте, возможное будущее мне неизвестно.

Враг спереди и позади меня продолжали наблюдать за мной.

В обыкновенных драках проявить инициативу будет правильным выбором, но только не сейчас.

Меня окружили не ученики, а сотрудники школы. Стоит мне одному поднять руку, как я окажусь в невыгодной ситуации, – и это касается не только этого поля боя.

— Преимущество на моей стороне, но стоит ли мне начинать первому? Как считаешь? — анализировал Цукиширо, прекрасно посвященный в процесс обучения Белой комнаты. — Ладно… можешь начинать, Шиба-сенсей.Как только прозвучала команда, двое противников одновременно направились ко мне. Они оба хладнокровно сокращали дистанцию, будто намереваясь перейти к цумэ-сёги*.

[П/П: Задача на форсированный мат в сёги.]

Неожиданно позади меня пропали звуки шагов Шибы. До бредущего ко мне Цукиширо осталось семь шагов, шесть шагов, пять шагов, четыре шага…

Я присел на корточки и уклонился от рук Шибы, который, подкравшись, собирался схватить меня за лицо.

Моя первостепенная задача позаботиться о своем тыле.

В середине маневра уклонения Цукиширо вытянул ко мне руки, намереваясь схватить меня в точности, как и Шиба. Я спасся от его рук перекатом по песку и быстро вскочил на ноги, чтобы разорвать дистанцию с ними.

Морской бриз с тучей песка закружился в воздухе. Оба взрослых спокойно смотрели на меня, не пытаясь броситься в погоню.

Я решил последовать их примеру и тоже уставился на них.

Похоже, недостаточную информацию обо мне они решили нивелировать на практике, изучая мои движения.

Мои ноги тонули в песке. Наверное, мне стоило скинуть обувь еще до начала драки.

Под палящим ослепительным солнцем они вновь пошли на меня, чтобы сократить дистанцию. Мое лицо и тело были повернуты в их сторону, поэтому я начал пятиться назад, пытаясь выдержать расстояние между нами и сохранить твердую опору под ногами.

С морем позади я отступал по рыхлому пляжному песку, одновременно не позволяя никому обойти себя.

— Теоретически возможно, но на практике неизвестно, правильно ли ты поступил, Аянокоджи-кун.

Никто не зайдет мне за спину, но своим решением я также отрезал себе путь к отступлению.

Цукиширо и Шиба становились все ближе. Если я отступлю еще дальше, прибрежные волны ударят по ногам и меня схватят.

Их вытянутые руки все также пытались схватить меня. А значит, они не собирались переходить к ударам и наносить мне увечья.

— У тебя хорошо получается бегать.

Они оба ускорились и промежуток между нами, который я так пытался сохранить, практически исчез.

Наконец, я достиг критической отметки, когда моя нога наступила в морскую воду. Я решил больше не откладывать и покинуть это место.

— Что такое? Перестал думать, что море защищает твой тыл?

Когда твой противник начинает паниковать, он допускает ошибки.

Размышляя в таком духе, Цукиширо и Шиба вместе оттолкнулись от песка и устремились ко мне.

Бой двое против одного. Стоит кому-то одному поймать меня, и игра закончится.

Четыре руки вытянулись ко мне, оставляя совсем крохотное расстояние для маневра. Я попытался дистанцироваться от них, но они сразу возобновили преследование.

Даже простые догонялки в данном месте истощали мою выносливость. Я сразу понял, что под палящим солнцем и неуверенной опорой под ногами они планировали лишить меня сил.

Я остановился на половине пути и, по максимуму воспользовавшись пружинящими свойствами тела, прыгнул левой ногой вперед и развернул свой торс к Шибе, который намеревался напасть на меня сзади.

— М-м-м?!

Его движения немного смазались, когда я неожиданно обернулся к нему. Применив обманный финт левой рукой, я нацелил правый кулак в его грудь, но Шиба почуял опасность и спокойно отступил назад.

Очередное доказательство того, что они отдали предпочтение уклонениям, а не попыткам схватить меня.

— Боже… Аянокоджи-кун, против нас двоих ты хорошо держишься.

Я попытался контратаковать, избегая атак с обеих сторон, но так и не смог нанести точный удар.

— Но человеческая выносливость не бесконечна. Сколько еще ты продержишься, пока у тебя не собьется дыхание?

— Временный директор Цукиширо сложный противник для драки.

— Моя работа как раз и заключается в том, чтобы браться за дела, которые обычно людям не нравятся.

Чистая или грязная работа – неважно. Они просто придерживались плана схватить и вернуть меня обратно.

Однако я не собирался впустую растрачивать выносливость.

Что мне известно на данный момент? Кажется, между Цукиширо и Шибой существует небольшая разница в уровне сил.

Цукиширо располагается где-то на четвертом уровне, а Шиба на шестом. Резкость движений Шибы была выше.

Я предполагал, что Цукиширо как минимум на ступень выше меня, но…

Впрочем, неважно, на всякий случай в качестве меры предосторожности мне следует слегка изменить баланс пять к пяти.

Я думал, что Цукиширо доверил мой тыл Шибе из-за того, что его способности немного уступают, но все вышло ровно наоборот. Просто за кулисами они выбрали такой метод борьбы.

Мне хотелось нацелиться на Цукиширо, как более слабого противника, но настоящая его сила оставалась мне неизвестной.

Он явно находился в превосходящей лиге. Сомневаюсь, что у меня получится быстро с ними разобраться.

Скорее всего, Цукиширо задумается о защите, когда поймет, что я его проанализировал.

Мне необходимо расправиться с Шибой одним ударом, не позволяя тому понять, что я догадался о разнице в силе.

Проще говоря, я собирался сыграть на неведении и покончить одним ударом. Есть шанс, что они не догадываются о моей попытке ударить в ответ.

Если мне повезет, в одностороннем порядке увечья понесет только вражеская сторона. И как только я нейтрализую Шибу, то сразу один на один разберусь с Цукиширо.

На обдумывания плана у меня ушло около одной секунды. Оба врага напали на меня с одинаковой скоростью.

Но их руки, которые до этого пытались схватить меня, резко сжались в кулаки, намереваясь ударить по мне.

Меня прочитали…

Они поняли, что я собирался обменяться ударами, и сами приготовились ударить по мне.

Но даже в таком случае, моя атака превзойдет их…

Я попытался переключиться на свой тыл, чтобы обменяться ударами с Шибой позади себя, когда произошло кое-что незапланированное. По моей спине прошел холодок, поэтому я решил прервать контратаку.

Сбившись со счета, сколько раз за драку мне пришлось уклониться, в очередной раз я сбежал от Цукиширо.

Слегка запаздывая, кулак Шибы просвистел над моим ухом. Не откажись я от обмена ударами, кулак Шибы определенно оглушил бы меня на месте. Ведь без сомнений его удар нес в себе такую же мощь, что и мой.

Кроме того…

Искоса я взглянул на Цукиширо, чья сила должна уступать Шибе. Он оказался на два шага ближе ко мне, чем я предполагал.

— …Видимо, он относится к тем людям, которых невозможно застать врасплох, временный директор Цукиширо.

Я спасся на пороге краха. Впервые за много лет меня бросило в холодный пот во время боя.

Не поверь я в собственную интуицию, что бы со мной произошло?

Вероятно, я оказался бы беззащитным не только перед ударом Шибы, но и перед атакой Цукиширо.

Предположение, что Цукиширо на четвертом уровне, а Шиба на шестом оказалось ложью. Это уловка, запланированная врагами во время подготовки к операции.

Они целенаправленно сдерживали свою силу, чтобы я потерял бдительность.

— Я намеревался быстро расправиться с тобой, но, похоже, твоя скорость реакции превосходит возможности обыкновенного человека.

Или мне просто повезло, что я не отбросил вероятную возможность. Мне с самого начала показалось странным, что Цукиширо уступает по силе Шибе.

Только благодаря этой мысли моя бдительность была взвинчена до предела.

Оба моих врага невероятно осторожны и зря не рискуют. Однако стоит им только увидеть преимущество, как они нападают сломя голову без всяких промедлений.

Я совсем в невыгодном положении…

Даже если я попытаюсь расправиться с кем-то одним, они уклонятся и мой удар не достигнет цели. Сомневаюсь, что их комбинация – простая импровизация.

— Как продвигается твой анализ, Аянокоджи-кун?

С начала боя прошло чуть больше двух минут.

Я опробовал различные способы ведения боя, но ни один из них не увенчался успехом.

— Наверное, ты предпочитаешь те легкие, детские драки, когда решала только сила и мощь. Но мы, взрослые, готовы на многое пойти ради поражения врага. И нам плевать насколько это выглядит грязно и не круто.

Без всяких сомнений, Цукиширо читал меня на девяносто девять процентов.

Как в таком случае мне продолжить вести уверенное сопротивление без опасения быть прочитанным снова?

Или, может, мне стоит позволить ему читать себя дальше, но не показывать всю правду?

Во всяком случае, не похоже, что сейчас мне удастся нанести решающий удар. Тогда для выпутывания из тяжелой ситуации, быть может, мне следует пойти на разумный риск?

— Временный директор Цукиширо, — окликнул его Шиба.

Весь бой он провел в молчании, поэтому его слова вырвали меня из тяжелых дум.

Услышав это, Цукиширо заметил кое-что…

Ведь произошло то, чего никто не ожидал:

— Что временный директор Цукиширо и классный руководитель делают с учеником в таком богом забытом месте? Кто-нибудь может мне ответить?

На поле боя появился названый гость.

— Кажется ты…

— Она из класса 3-B, Кирюин Фуука.

Почему она здесь? Зона назначения I2 должна была достаться только мне.

— Ты не выглядишь заплутавшим котенком. Чего тебе нужно? — поинтересовался будничным голосом Цукиширо, выйдя из боевой стойки.

— Понимаете, какое-то время я наблюдала за вами из-за того большого дерева и просто не могла не заметить боя, где двое напали на одного. Вот почему я решила показаться.

Уверен, Цукиширо и Шиба не могли так глупо проворонить сигнал ее GPS.

— Наверное, вас интересует, как так вышло? Дело в том, что из-за несчастного случая я, кажется, сломала свои часы, — со смехом произнесла Кирюин и продемонстрировала свои часы с разбитой лицевой поверхностью. — Поскольку передо мной сотрудники школы, я хочу спросить, не вызовет ли это проблем? Пускай из-за поломки часов отключается возможность набора очков, но я ведь могу ходить свободно куда захочу?

— Разумеется, здесь нет никакой проблемы. Поломки часов нередки во время этого экзамена.

Похоже, Цукиширо не впал в панику при появлении кого-то неподконтрольного.

Обычно в такой ситуации следует как можно скорее скрыться, но Цукиширо, понимая, что сейчас последний шанс, даже не пытался отступить.

Видимо, он просто добавил Кирюин в список людей, которых необходимо устранить.

— Аянокоджи, правильно ли я поступаю?

Она видела нелицеприятную драку между учителями и учеником, поэтому нет смысла ее разубеждать. Мне следует по максимуму воспользоваться неожиданным стечением обстоятельств.

— Зависит от последствий. Но значит ли это, что ты собираешься протянуть мне руку помощи?

Сила Цукиширо огромна. Стиль боя, основанный на мастерстве и опыте, делал его первоклассным врагом по сравнению с другими из моих воспоминаний.

— А как же. Разве в обязанности семпая не входит защита кохая? — со смехом произнесла Кирюин и встала рядом со мной.

— Но почему ты сюда пришла?

— Вчера ты весь день бегал от первогодок. Я заинтересовалась, поэтому и захотела услышать историю о твоих приключениях именно от тебя, но подумала, что ты предпочтешь убежать.

Получается, она специально сломала часы, чтобы прийти ко мне и все разузнать?

— Я так рада, что любопытство перевесило сомнения. Ведь теперь я стала частью занятной заварушки.

Что ж, теперь я точно уверен, в обычной ситуации подобное развитие событий невозможно.

— Шиба-сенсей, расправу над ней я оставляю на тебя.

— Насколько я поняла, сила временного директора и Шибы-сенсея слишком велика. Я не знаю, насколько сильно могу стать тебе полезной, но долго продержаться у меня вряд ли выйдет, — произнесла Кирюин и, подойдя ко мне, радостно сжала кулаки.

— Я уже буду благодарен тебе, если ты задержишь его на одну или две секунды.

— Поговори мне. Я планирую продержаться как минимум одну или две минуты. И кстати, Аянокоджи, ты можешь что-то сделать со своим никчемным внешним видом?

— С никчемным внешним видом?

— Мне не нравится твое расхлябанное выражение на лице. Держи кулаки поднятыми и постарайся создать атмосферу напряженности.

Я и представить не мог, что мне скажут нечто подобное в таком месте.

Под причудливым давлением Кирюин у меня не осталось другого выбора, кроме как попытаться принять нужную позу. Почему-то наша драка стала больше напоминать мне сцену из какой-нибудь драмы.

— …Как-то так?

— Фу-фу, выглядишь неуклюже. Но ладно, сейчас ты соответствуешь минимальным стандартам, — ухмыльнулась Кирюин и тоже приняла боевую стойку.

— У тебя имеется опыт избиения людей?

— Я дама, забыл? Конечно, нет.

— …Ты серьезно?

— Не волнуйся, мне всегда хотелось кого-нибудь ударить.

После небольшого диалога мы отошли друг от друга, чтобы начать каждый свой бой.

— Давайте уладим этот вопрос, временный директор Цукиширо.

— «У меня получится победить» … я правильно предугадал твои мысли? — с легкой будничной улыбкой спросил Цукиширо, совсем не испытывая напряжения. — Что ж, раз мы остались наедине, почему бы мне не показать свою настоящую силу?

Передо мной враг с равной силой.

Мне нельзя оплошать.

При всем этом в запасе у меня около одной минуты. Мне нужно одолеть его раньше, чем Кирюин проиграет Шибе.

Я уклонился от удара Цукиширо, который атаковал без всякого предупреждения, и нацелился левым кулаком в его щеку.

— Ах?!

Молниеносный джеб и мой кулак ударил по нему. Пока я сосредоточился на том, что делал, сила удара была не столь велика.

Впрочем, после нескольких ударов улыбка померкла на лице Цукиширо.

Моей целью стал его нос. Даже малейшего увечья хватит, чтобы запустить нужную мне реакцию человеческого организма.

Речь шла о «слезах».





У любого человека выступят слезы после нескольких ударов по перегородке носа.

Слезы от боли застилают глаза и ухудшают зрение.

Взрослые и дети, молодежь и старики, неважно. Это механизм человеческого организма.

Как только поле зрения Цукиширо ухудшилось, я нанес апперкот в подбородок.

Его взгляд устремился в небо. Должно быть, он прикусил губу, поскольку кровь тонкой струйкой полилась из уголка рта.

— Интересно, сколько времени прошло… — вытирая кровь, капающую с губ, Цукиширо устрашающе улыбнулся, — …с тех пор, как я признал тебя, хоть ты и второгодка старшей школы. Ты, бесспорно, шедевр.

Из всех врагов, с которыми мне пришлось драться голыми кулаками, Цукиширо несомненно один из сильнейших. По крайней мере, он сам решил, что может сразиться со мной один на один и победить.

— Я не любитель насилия, но, если оно приносит веселье, почему бы и нет? — со смешком Цукиширо вновь приготовился к бою.

Однако наш контакт случился не сразу, поскольку он предпочел отступить.

Возможно, он задумал выиграть немного времени, пока Шиба не одолеет Кирюин…

Сохраняя спокойствие, я невозмутимо направился вперед навстречу к победе.

Цукиширо уставился на песок у своих ног. Всего на мгновение.

Не обращая внимания ни на что, я устремился к нему и вложил силу в правый кулак.

— Ты по-настоящему великолепен!..

Я ударил по корпусу Цукиширо, который сразу согнулся.

В свой удар я вложил все свои силы, но даже так я не смог стереть улыбку с лица Цукиширо. Он вышел из стойки, зачерпнул левой рукой песок под ногами и кинул его в меня. Вслед за этим он снова погрузил свободную руку в песок и, будто достав что-то, резко выдернул ее обратно.

Его правый кулак летел в меня на манер апперкота, но из-за неправильной стойки ему не получится нанести серьезных увечий. Впрочем, я не собирался мириться с его ударом. Я быстро откинул от себя правую руку Цукиширо и сразу же вцепился в нее, чтобы обездвижить.

— А!..

Впервые улыбка Цукиширо исчезла с лица.

Мои глаза внимательно смотрели на электрошокер, который был зажат в его правой руке.

— Как ты узнал?

— Я оставался в неведение до недавнего времени. Весь этот бой вы не спускали с меня глаз, но по какой-то причине на мгновение решили посмотреть себе под ноги. Я сразу почувствовал что-то неладное. Если вы собирались ослепить меня песком, не следовало смотреть себе под ноги.

Даже когда он зачерпнул левой рукой песок и кинул его в меня, мое сознание было впереди.

— Кроме того, мне показалось немного неестественным, что вы нарочно поддались, будто хотели принять мой удар.

Раз наши силы примерно равны, нам обоим необходимы трюки для переворота хода боя.

— По возможности мне не хотелось рисковать… Но я просто решил перестраховаться, поскольку твоих сил достаточно для того, чтобы вызвать у меня нетерпение.

Когда я отпустил его правую руку, он разжал пальцы и электрошокер упал вниз, погрузившись в песок.

— Итак, что нам делать дальше? Я сильно пострадал от тебя, но…

Боковым зрением я засек, как Шиба крепко держал Кирюин со спины.

В тот же момент временный директор Цукиширо взмахнул рукой, посылая какой-то сигнал. Тут же моряк, держа что-то в руках, предпринял попытку причалить к берегу. Понятно, что Цукиширо заготовил последний козырь на случай поражения, но честь демонстрировать сюрпризы принадлежала не только ему.

— Мне жаль, но нам пора заканчивать, временный директор Цукиширо.

Внезапно моряк, который все это время готовился причалить к берегу, оставил свои попытки и, быстро заведя двигатель, отчалил в море, оставив временного директора одного.

Должно быть, причиной послужило то, что на горизонте появилась еще одна приближающаяся небольшая лодка.

— …Я удивлен. Каким образом ты вызвал лодку? Я перестраховался на тот маловероятный случай, если ты захочешь обратиться за помощью к школе. Мне казалось, тебе не хочется, чтобы школа была посвящена в твои дела.

— Все очень просто. Вы сами ответите на свой вопрос, если хорошенько всмотритесь в маленькую лодку.

Стоило только внимательно присмотреться к носовой части, и можно было заметить Машиму-сенсея и Чабаширу-сенсей. Должно быть, Цукиширо их тоже узнал.

— Что произойдет, если кто-то сообщит, что с учениками из класса 2-А и 2-D случилось несчастье и сейчас они в опасности? От такой новости нельзя так просто отмахнуться. Некоторое время назад мне удалось выяснить, что в таких случаях классные руководители пострадавших учеников немедленно выдвигаются на место происшествия. Вот и сейчас я знал, что Машима-сенсей и Чабашира-сенсей обязательно появятся здесь.

Все очень просто, школа наверняка решила поступить так, потому что классным руководителям легче всего идентифицировать своих учеников. И раз поступила информация об учениках классов 2-А и 2-D, им ничего не оставалось, кроме как отправить на место происшествия классных руководителей.

В случае чрезвычайной ситуации нет времени даже на проверку GPS сигналов. Часы могут быть повреждены, поэтому школа обязана проверить сообщение даже без соответствующего GPS сигнала.

— Если бы они проверили GPS сигналы всех учеников на острове, ситуация с подмогой наверняка бы изменилась, разве нет?

— Нет. В таком случае они бы заметили пропажу сигнала GPS ученика из класса 2-А и 2-D. Скорее, их доверие к моему сообщению лишь только окрепло бы.

— Так значит, ты с самого начала планировал это, поэтому и сосредоточился на беге от нас, невзирая на неблагоприятную обстановку.

— Вы совершили ошибку, когда на половине пути решили пригрозить Ичиносе. Если уж вы и пошли на подобное, вам следовало лучше позаботиться о деталях.

Своими действиями Цукиширо дал мне шанс попросить о помощи у Сакаянаги до того, как я прибыл сюда.

— Даже если так, разве я все еще не остаюсь чист? Я же не мог пойти на такие грязные поступки, — рассмеялся Цукиширо.

Мне было непонятно, шутил ли он, либо говорил правду.

— На этом экзамене часы использовались в качестве получения точного местоположения ученика. Только что они сработали против вас.

Шиба немедленно отпустил Кирюин, словно следуя за действиями Цукиширо.

— …Хф, благодари за спасение Аянокоджи. Драка со мной тебе не по зубам.

Он опустился на колено, как будто хотел немного отдохнуть.

Краем глаза я наблюдал за дракой между Кирюин и Шибой и могу смело заявить, что она хорошо продержалась.

Хорошо, что враг более высокого ранга постарался насколько возможно сдерживать ее без применения излишней силы.

Сражайся Шиба бок о бок с раскрывшимся Цукиширо, кто знает, чем все бы закончилось.

Тем временем лодка наконец причалила и на берег начали сходить Машима-сенсей и Чабашира-сенсей.

Рация, которую мне одолжила Сакаянаги, пригодилась до самого конца.

— Я победил. Принимаете такой исход?

— Иного выбора у меня нет. По крайней мере, сейчас.

При текущих обстоятельствах у Цукиширо больше не должно остаться скрытых тузов в рукаве.

Он изменил мою зону назначения, и если я буду давить, этот факт обязательно всплывет.

— Твой рейтинг довольно деликатная тема, но думаю, все будет в порядке. Поскольку дело предано гласности, я не смогу избавиться от протестов, если ты упадешь в пятерку нижних групп.

— Не волнуйтесь. Мой рейтинг должен быть за безопасной чертой.

— Значит, мое беспокойство напрасно. Что ж, тогда на время я все оставлю как есть.

— На время? Надеюсь, в будущем меня не ждет очередное ненужное насилие? По крайней мере, это противоречит философии школы. Хотя проверку на прочность при условии соблюдения правил я вполне могу принять.

С улыбкой на лице временный директор Цукиширо наблюдал за высаживающимися на берег Машима-сенсеем и Чабаширой-сенсей.

— Напоследок мне хочется спросить кое-что у временного директора Цукиширо. Вы правда пытались исключить меня из школы? Даже с жесткими ограничениями, будь я на вашем месте, смог бы придумать более надежный метод.

Я сомневаюсь, что человек передо мной настолько глуп, чтобы не продумать все детали.

— Ты переоцениваешь меня. Я всеми силами пытался исключить тебя из школы, согласно выданным мне инструкциям. Но ничего не вышло, и я пал перед тобой.

Единственную вещь, которую мне удалось прояснить, – Цукиширо не показал всего себя.

Неизвестно, солгал ли он мне сейчас, но, наверное, следует полагать, что у него имелась какая-то другая цель.

— Могу я попросить тебя передать сообщение Амасаве-сан?

— Я слушаю.

— Амасава Ичика, за неподчинение приказам ты дисквалифицирована. Тебе больше некуда возвращаться. Можешь остаться в школе или покинуть ее по своему усмотрению.

Он говорит искренне или нет? С уверенностью сказать не могу.

По крайней мере, даже после признания поражения он не выглядел так, будто потерял решимость.

Пускай Амасава действительно покинет Белую комнату, я не думаю, что это положит конец истории.

Но одно можно сказать наверняка – проблемы с Белой комнатой далеки от завершения.

Есть еще кое-что. И это заставляет задуматься.

— Прошу, борись до самого конца, — произнес Цукиширо и медленно поднялся на ноги. Он поднял руки вверх, будто в знак примирения, когда Машима и другие направились к нам. — Здесь ничего не произошло. Мы просто с Аянокоджи-куном болтали.

— Как будто этого будет достаточно для объяснений.

— Так ведь все решено. Вы, учителя, ничего не сможете сделать. На самом деле вы должны быть благодарны мне, что я решил не сопротивляться.

Я посмотрел на Машима-сенсея и кивком головы подтвердил, что все в порядке.

— Тогда пойдем. Специальный экзамен для учеников еще не окончен.

Я проводил взглядом взрослых, идущих к лодке, и посмотрел на Кирюин. Похоже, драка с Шибой ее утомила. Усевшись на песок с поднятыми коленями, она уставилась на морскую гладь.

— Ты потрясающий, Аянокоджи.

— Нет. Кирюин-семпай, ты тоже отлично продержалась против Шибы-сенсея.

— Я видела тебя в действии, поэтому мне сложно принять твою лесть. Ах, да, можешь не волноваться, я никому ничего не расскажу. Но знаешь, мне хочется услышать немного больше о произошедшем.

Ее появление оказалось неожиданным, но я рад, что увидела меня именно Кирюин.

— Скажем так, у меня сложная семейная обстановка. Вот и все.

— Сложная семейная обстановка? Кажется, тебе тяжело приходится, — произнесла Кирюин и поднялась на ноги.

Стряхнув песок с ягодиц, она направилась в сторону леса.

Когда я покинул I2 вслед за ней и вернулся в I3, Нагумо уже не было, но зато вместо него я повстречал совсем неожиданных для себя учениц.

Стоило им заметить меня, как удивление тоже показалось на их лицах.

— Необычная комбинация, Хорикита. Не ожидал увидеть тебя с Ибуки. Мне следует ожидать дождь с градом?

— …Ты в порядке?

— В порядке? О чем ты?

— Понимаешь, мне стало интересно, не повздорил ли ты с кем-то там впереди.

В этот раз переглянулись мы с Кирюин и отрицательно покачали головами.

— Нет. Впереди никого нет.

— Тогда что ты там делал?

— Последние две недели выдались невероятно утомительными. Я решил отдохнуть на уединенном пляже, наблюдая за морем.

— Похоже, у тебя очень много свободного времени. Не удивлюсь, если ты заработал минимальное количество очков.

«Только почему с тобой Кирюин-семпай?» — глазами вопрошала Хорикита.

— Я просто набрела на ученика, который филонил, и решила вернуть его обратно. Разумеется, я прочитала ему нотацию о том, что нужно продолжать бороться до самого конца, — произнесла Кирюин-семпай и слегка похлопала меня по спине. После своих слов она возобновила движение. — Что ж, тогда до встречи на лайнере после экзамена.

— С тобой точно все в порядке?.. — прошептала Хорикита, подойдя практически вплотную ко мне.

— О чем ты?

— Да я… кое-что слышала недавно. Вдобавок тот клочок бумаги.

— Клочок бумаги?

— Не бери в голову. Мне много о чем следует разузнать, и я сама поищу ответы. А после мы поговорим.

Ее слова заинтересовали меня, но я решил ни о чем не расспрашивать, поскольку не хотел говорить о произошедшем в I2. Я не мог ей рассказать о Цукиширо.

— Почему ты здесь с Ибуки? Тут нет никаких заданий.

Ибуки хотела что-то сказать, но Хорикита остановила ее.

— Ибуки-сан бросила мне вызов, поэтому мы показали свои результаты друг другу. Твой сигнал GPS оказался в странном месте, вот я и решила проверить.

— Ставлю на то, что у вас ничья.

— …Почему ты говоришь так? Разве не ясно, что победа за мной?

— Ошибаешься. Ой как ошибаешься.

— Ошибаюсь или нет, но мне достаточно опередить тебя на одно очко, и я выиграю.

Я не совсем уверен, но возможно ли, что Хорикита и Ибуки неплохо поладили за время специального экзамена?..

Вскоре после всего произошедшего экзамен на необитаемом острове подошел к концу.





Эпилог: Оглашение результатов


Вступление


Долгий двухнедельный экзамен на необитаемом острове подошел к концу.

В последний день некоторые ученики и группы изрядно настрадались и уже просто пересиливали себя, но каким-то образом экзамен для всех нас завершился. В стартовой зоне учителя приветствовали прибывающих учеников.

После шести вечера, когда начал опускаться багровый закат, всем пришло уведомление об окончании подготовки к подъему на лайнер. После него все ученики благополучно вернулись на борт.

Нас предупредили, что итоги экзамена объявят позже на корабле. Но это не касалось десятки нижних групп, которую решили поставить в известность заранее, тем самым запустив процесс многочисленных исключений из школы. Он начался сразу после подъема на лайнер еще до того, как наступило время сна.

Видимо, организаторы таким образом хотели избежать публичной казни перед глазами всех учеников.

Нижние пять групп вызвали заранее, дабы прояснить их возможность исправить собственное тяжелое положение.

Ученики тех групп могли спасти себя от исключения из школы при помощи приватных баллов. А тех, кому не хватало баллов или по какой-то причине они не захотели воспользоваться ими, ждало только исключение. Все, что им оставалось, – это собрать свои вещи и сесть в небольшую лодку.

Я принял душ спустя несколько дней после последнего раза и решил прогуляться по кораблю. Во время такого занятия обычно я пользовался мобильным телефоном для связи с друзьями и девушкой, но они еще запрещены, и школа держала их у себя.

На пути я встретил нескольких бредущих ко мне учеников из класса D, и мы обменялись парой слов о тяжелом экзамене. Затем я последовал на палубу, где мне удалось встретить интересную парочку, оживленно болтающую друг с другом.

Я не ставил себе цели прятаться от кого-то, поэтому один из них довольно быстро приметил меня. Все лицо того человека покрывали синяки и шрамы, демонстрируя, что совсем недавно он принял участие в ожесточенной драке против Хосена.

— Мы больше не одни. Ладно, надеюсь ты не забыла про обещание? Ну и про деньги, конечно, — упомянул про какое-то обещание Рьюен и, скользнув по мне взглядом, решил вернуться внутрь корабля.

— Разумеется, Рьюен-кун. Пожалуйста, уведоми меня, когда наступит время, — радостно улыбнулась Сакаянаги, глядя на спину Рьюена.

— Обещание?

— Да. Тогда сила первогодок оставалась для меня тайной. Мне пришлось нанять Рьюен-куна как отличного наемника, но сам знаешь, он не из тех, кто согласится сотрудничать бесплатно. Я пообещала ему, что окажу любую помощь, если он о чем-то решит попросить меня.

Понятно. Значит, вот почему Рьюен решил встать на пути Хосена.

— Кстати, ты знаешь о результате их драки?

— Не совсем. Я знаю, что искалеченных Рьюен-куна и Хосен-куна сопроводили в стартовую зону, где им оказали медицинскую помощь. Ну а после удалили с экзамена.

Получается, исход боя неизвестен, но из-за сильно травмированного состояния их удалили с экзамена вместе. Однако, держу пари, ему нелегко было отказаться от своего стремления отдаться полностью ради победы на необитаемом острове.

— Но… хорошая ли мысль так просто разбрасываться обещаниями?

— Да. Я дала общение, которое неизвестно, когда придется исполнить, и…буквально сковывающее мне руки на ближайшее будущее, — со взглядом невинного ребенка улыбнулась мне Сакаянаги.

Без сомнения, выполнение того обещания не станет такой легкой задачей, как только что случившаяся встреча.

— Прежде всего ты в безопасности. Никаких трудностей не возникло со временем пропажи сигнала GPS?

— Выбор времени был идеален. Я обязательно верну тебе долг.

— Тогда и сейчас я мечтаю только об одном. Мне хочется столкнуться с Аянокоджи-куном в серьезной схватке, где нам никто не помешает.

— Весьма труднодостижимая мечта.

— Я знаю. После всего Аянокоджи-куну захочется провести свои деньки в мире и спокойствии. Я прекрасно отдаю себе отчет, что не могу пойти на необдуманные глупости, которые точно привлекут внимание. Спешить некуда, впереди у нас почти полтора года школьной жизни.

Другими словами, Сакаянаги объявила, что согласна и на любые другие соревнования до выпуска из школы.

— Уже почти шесть. Время оглашения результатов.

— Так и есть.

Кто победил, а кто проиграл?

Пришло время прояснить ситуацию.





Часть 1


В семь вечера, когда настало время ужина, ученики класса D начали собираться в одном месте, чтобы поесть вместе. Разумеется, среди них был и я. Весь вчерашний и сегодняшний день рейтинг групп оставался недоступным, поэтому единственный способ разузнать ситуацию в группах – спросить напрямую.

— Прежде всего… я хочу с облегчением отметить, что по прошествии специального экзамена класс 2-D сохранил всех своих учеников и избежал штрафов в виде исключения. Это подтверждает факт, что все мы здесь сегодня собрались. Никто не исключен из нашего класса, что является отличным результатом, — от всего сердца произнес Йоске, окинув взглядом своих одноклассников.

Я немного переживал о судьбе Йоске, поскольку ни разу не пересекался с ним на необитаемом острове, но, похоже, мои опасения оказались беспочвенны. Как и всегда, он переживал о судьбе друзей больше, чем о собственной.

Раз Йоске объявил, что все мы в сборе, значит, группа Харуки и Айри тоже в полном порядке.

Я решил бегло пробежаться по лицам учеников других классов на втором году обучения, но не заметил отсутствия кого-либо.

Впервые за последние две недели ученикам представился шанс плотно насладиться трапезой, но, похоже, сейчас она их не радовала. Как только все ученики и сотрудники школы собрались в зале, ровно в восемь вечера раздался сигнал и включился микрофон.

— Во время оглашения информации прошу вас отвлечься от еды, — объявил классный руководитель класса 3-А Сасаки, и ученики уставились на него. — Прежде всего я хочу поблагодарить вас всех за усердный труд во время специального экзамена на необитаемом острове. Признаюсь честно, нас, учителей и организаторов, удивил факт, что, несмотря на выбывание тринадцати учеников, все группы избежали участи быть дисквалифицированными и на протяжении всех двух недель.

Как и ожидалось, разговор начат с благодарностей к нам за усердный труд.

— Наверное, некоторые классы уже отметили пропажу нескольких учеников. Как было объявлено ранее, пять нижних групп уже оштрафованы и исключены из школы. Позвольте мне огласить их. Если в группе больше одного ученика, я назову только лидера. Итак, вот пятерка групп: Муто из класса 3-D, Каваками из класса 3-D, Кацумата из класса 3-С, Шинономе из класса 3-C и Микитани из класса 3-B. Всего в общей сложности пятнадцать человек.

Как только Сасаки-сенсей огласил список, среди первогодок и второгодок поднялся гул.

Я видел все эти имена в нижней десятке групп на момент окончания двенадцатого дня, но все равно не ожидал, что весь список на исключение будет состоять из третьегодок.

Мне казалось, что Нагумо спасет их. А из-за насыщенного событиями экзамена уйдет кто-то из первогодок или второгодок.

Но в итоге участь стать исключенными досталась пяти группам третьегодок.

— Никто из них не воспользовался шансом на спасение, поэтому их исключение из школы принято окончательно.

В мою голову пришла мысль, что не было ли тайно решено исключить именно ту пятерку групп, но после взгляда на третьегодок я понял, что ошибся. У многих на лицах застыло растерянное выражение, будто они до сих пор не могли поверить только что объявленным словам.

Они искренне были напуганы мыслью, что то же самое могло произойти с ними.

Глазами я поискал Нагумо, но его профиль, который мне удалось заметить на мгновение, ничем не отличался от обычного. Однако, вполне вероятно, та наша мимолетная стычка могла повлиять на результат.

Огромный экран вспыхнул белым фоном, и перед нами предстал другой человек.

— А теперь настало время объявить три лучшие группы по результатам специального экзамена на необитаемом острове.

Силуэт принадлежал временному директору Цукиширо. После абсолютного поражения для меня стало неожиданным, что он все еще способен продолжать спокойно вести себя:

— На третьем месте… с двумястами шестьюдесятью одним очком группа Сакаянаги Арису из класса 2-А.

Внезапно для всех группа второгодок заняла третье место.

Эта группа в полной мере воспользовалась преимуществом состава из семи человек среди второгодок и неуклонно двигалась вверх по рейтингу, набирая очки и продвигаясь к третьему месту.

В середине последнего дня от них отдалилась Ичиносе, но, видимо, серьезных последствий это не принесло.

Что касается группы Рьюена и Кацураги, они тоже в свою очередь вели упорную борьбу, но уход первого на тринадцатый день оказал большое влияние. Кацураги не мог в одиночку принять участие в многочисленных заданиях и лишился возможности получения награды за прибытие. Последние два дня, несомненно, оказались для него самыми сложными, но стоит отдать должное, он спас группу от дисквалификации.

Наверняка удвоение количества очков в последний день тоже было своего рода встречным ветром.

В противовес им положение группы Сакаянаги оставалось нерушимым, как скала. Все ученики, которых она посылала на сдерживание первогодок, не входили в ее группу. То же самое касалось и планшета, с которого она непрерывно тратила очки для анализа ситуации, – он не принадлежал ей. Помимо всего, ей удалось отвадить опасного соперника в лице Рьюена.

Рьюен должен был предвидеть опасность контакта с Хосеном. Интересно, его участие связано с тем, что он с Хосеном из одной средней школы, или, быть может, все дело в полученном «обещании»?

Если последнее, то это может оказаться намного полезнее, чем увеличенная награда за третье место благодаря карточке «Бонус».

Несколько удивила группа Кириямы, которая под конец сбавила ход.

Но что насчет второго места?

Без преувеличений заявлю, что на нем все решится.

На конец двенадцатого дня лучшими стали группы Коенджи и Нагумо. Даже если они потеряли несколько очков, никакой суеты не должно случиться, поскольку результаты третьего места уже объявлены.

Итак, кому достанется победа? Нагумо, подмявшему под себя всех третьегодок, или Коенджи, скрытой лошадке, выстрелившей безудержной энергией?

— На втором месте… с тремястами двадцатью пятью очками группа Нагумо Мияби из класса 3-А.

Стоило только временном директору озвучить второго победителя, как в зале вместо восторженных криков раздались вопли недоумения.

Впрочем, это не остановило Цукиширо, и он сразу перешел к объявлению главного победителя.

— И на первом месте… с тремястами двадцатью семью очками группа Коенджи Рокуске из класса 2-D.

Тотчас, как только произнесли имя Коенджи, все взгляды учеников устремились на него. Впрочем, он никак не отреагировал на собственную победу и продолжал сидеть в прежней расслабленной позе.

Разница между ними составила два очка. Исход борьбы могло изменить любое простенькое задание. Тем не менее победа досталась Коенджи, который в одиночку выцарапал ее в самых суровых условиях.

Его победа принесла три сотни классных очков, один миллион приватных баллов и одно очко защиты.

— Ты действительно сделал это, Коенджи-кун.

В ответ на слова Хорикиты, Коенджи глазами спросил ее: «Ты понимаешь, что из этого следует?». Ей ничего не оставалось, кроме как согласиться и ответить.

Как и было обещано, до конца учебы он получал иммунитет. А значит, в будущем он мог делать со своей школьной жизнью все, что только захочет.

— Ну… я вроде бы счастлива. По крайней мере, я точно не испытываю разочарования…

— Сейчас мы имеем право на счастье. Нам удалось заработать три сотни классных очков, что поможет нашему продвижению к классу А. Тем более, уже подтвержден второй выход из класса D.

В самом начале учебы Коенджи самостоятельно распоряжался своей жизнью. Нет смысла грустить из-за упущенной возможности взять его под контроль.

— Да, все верно. Теперь мы точно поднимемся на вершину. И неважно из класса D или из класса В.

— Если, конечно, мы не устроим бедлам во время нашей повседневной жизни и снова не уменьшим количество очков.

Классные очки понемногу снижались по результатам неудовлетворительных оценок и проблемного поведения.

— …Не болтай глупостей.

Я снова подумал о той разнице в два очка, которая сыграла большую роль.

В моей голове все еще свежо воспоминание, когда Нагумо встал на моем пути.

Тогда из рации раздался голос его подчиненного.

Ответь Нагумо тогда, результаты между первым и вторым местами могли измениться.

А еще мог измениться список групп на исключение.

Невозможно получить все ответы на вопросы размышлениями. По крайней мере, затянувшийся экзамен благополучно окончился.

Каким-то чудом все второгодки избежали участи исключения из школы и пережили лето.

А еще мне удалось узнать, что ученицей из Белой комнаты была Амасава Ичика. Я все еще не знаю всех подробностей, но она хотя бы на моей стороне, а не на стороне Цукиширо.

Пока еще не ясно, исполняла ли Амасава продуманную стратегию или это был шаг с ее стороны после предательства Белой комнаты. Но даже так, полученная информация невероятно важна.

И все же кое-какие тайны еще остаются нераскрытыми.

Вполне вероятно, что остаток летних каникул мне дадут завершить гладко.





Короткая история Шиины Хиёри. Под алым закатным небом


— Вау!!! Мы наконец добрались!!! — прокричал Ишизаки-кун после долгого пути, глядя на море.

— Ты слишком шумный, Ишизаки, не ори так.

Его голос наверняка отдавался эхом в ушах Нишино-сан, и потому она поспешила умерить его пыл.

— А чего в этом такого? Я ведь просто кричу-у-у. УО-О-О-О-О! Мы зде-е-е-е-е-е-сь!

— Ты меня слышал вообще?!

Нишино-сан подошла и ударила Ишизаки-куна, поскольку тот продолжал орать.

Но даже боль не остановила его, и он продолжил вести себя оживленно.

Эта сцена вызвала у меня улыбку.

Мне кажется, они образуют удивительную пару.

Внезапно позади себя я услышала шаги.

Какая-то другая группа пришла в нашу назначенную зону?

Я обернулась, и этим человеком оказался…

— Ах! Аянокоджи-кун? — спросила я прежде, чем мой разум смог воспринять реальность.

— Выглядишь неплохо. Гораздо лучше, чем я предполагал.

Он сократил дистанцию со мной с тем же настроем, что и обычно.

— Мы делаем все, что в наших силах. Кроме того, нам удалось расшириться до шести человек.

Аянокоджи-кун посмотрел в сторону Ишизаки-куна, видимо, удовлетворившись моим объяснением.

— Вы с самого начала планировали слиться с группой Ишизаки?

— Да. Среди нескольких потенциальных групп для слияния его группа была первой в очереди.

Хотя изначально я планировала просто оказать поддержку группе Ишизаки-куна, которая сама не могла о себе позаботиться, но вышло все намного лучше, чем я ожидала – мы стали зарабатывать еще больше очков.

— Аянокоджи-кун, твое физическое состояние без изменений?

Он не из тех, кто будет перенапрягаться, но на этом экзамене ничего нельзя сказать наверняка.

— Ага. Пока все в пределах нормы.

— Понимаю, что мое беспокойство напрасно, но все равно будь осторожен. У одиночек высокий шанс вылететь с экзамена, буквально одна ошибка и все.

— Знаю.

Выступать одному – значит остаться без возможности уберечь себя от неожиданностей.

Даже если бы я захотела помочь ему, моя группа уже по максимуму укомплектована.

— Еще три дня.

Буду надеяться, с ним ничего не случится за это время.

— Ага.

Я взглянула на его лицо, которое словно окунулось в закатные лучи, и начала размышлять.

Его выбывание было бы лучше для моего класса.

Я знала, все настолько просто, но не могла продолжать думать в этом направлении.

Нет, уверена, я просто хотела избежать таких мыслей.

Для меня Аянокоджи-кун хороший партнер по чтению и друг.

И… как бы мне так выразиться?

От него исходит таинственное очарование. Он такой человек, от которого я не могу отвести взгляда.

Из-за этого мне хочется проводить с ним больше времени. Столько, сколько это вообще возможно.

Если бы только нам не нужно было сражаться, если бы мы только учились в одном классе…

…школьная жизнь, скорее всего, окрасилась бы в еще более прелестные краски.

Если бы только эти нежные мгновения длились вечно…





Короткая история Ибуки Мио. Нет на то причин


Десятый экзаменационный день.

Этим утром я подошла к соседней палатке.

Подтвердив уход владельца, я потянулась за рюкзаком внутри.

Я не пыталась украсть что-либо. Я просто хотела подтвердить один момент.

А для этого мне требовалось заглянуть в него.

Но не то чтобы мне хотелось этого. Противоречие, однако.

Немного поколебавшись, я схватила рюкзак.

— А он легче, чем я ожидала…

Я почувствовала легкость, и это еще сильнее придало мне уверенности, так что я начала шариться в нем без задних мыслей.

Одежда, предметы личной гигиены, еда… и одна полулитровая бутыль с водой.

— Как знала.

Когда мои сомнения переросли в уверенность, владелец рюкзака – Аянокоджи – вернулся.

— Что ты делаешь?

— Ах!

Его внезапное появление так испугало меня, что я едва ли не подпрыгнула.

— Ты попыталась без разрешения заглянуть в мой планшет? Или, может, хотела сделать что-то другое?

— Я ничего не делала! Просто… мне захотелось прояснить, действительно ли наш вчерашний обмен был равноценным.

Я не хотела, чтобы меня ошибочно посчитали за вора, поэтому быстро оставила рюкзак.

В любом случае свои домыслы я подтвердила, так что обязана спросить прямо:

— В твоем рюкзаке осталась только одна бутылка. В каком месте у тебя избыток воды?

Вчера этот парень хотел провести равноценный обмен.

Он отдал мне две бутылки воды за часть припасов.

Я потеряла всякое спокойствие из-за чрезмерной жажды, и он просто отдал мне их…

В итоге он солгал.

У него не было избытка воды, а значит, он помог обезвоженной мне.

— Ты решил помочь мне, чтобы в будущем я осталась тебе должна?

Если так, то это слишком наивно с его стороны. Я должна сделать так, чтобы он сполна это осознал.

Или я так думала…

— Сомневаюсь я, что ты бы выполнила мою просьбу, даже если бы не заглянула в рюкзак.

— Угх-гр.

Очевидно. Если бы я не подтвердила сейчас это, то все равно не узнала бы о его текущей ситуации с водой.

— Я просто к тому, что как бы ситуация не смотрелась со стороны, между нами произошел равноценный обмен.

И поэтому я должна выплюнуть искреннее «Спасибо?». Ни за что не скажу, даже если кто-то будет насильно раскрывать мне рот.

Хрена с два я захочу сказать это.

— Не понимаю… ну и ладно. Тогда я тебе ничего не должна.

«Пойдет?» – как бы спросила я его.

— Для тебя было бы предпочтительнее вернуть долг?

— Нет, — ответила я в мгновение ока.

Нет на то причин.

Почему? Да просто я ненавижу этого парня.





Коротка история Ичиносе Хонами. Мне нужно тебе кое-что рассказать


Я знала о важности последнего экзаменационного дня.

Вскоре после наступления утра я покинула свою группу и бросилась бежать, продираясь через лес.

Я гадала, сколько я уже вот так бегу?

Я не могла больше терпеть и еще утром воспользовалась поиском по GPS.

Если Аянокоджи-кун сегодня окажется в районе I2…

«Прошу, пусть он будет где-то на юге», – пожелала я, пока смотрела на карту.

Но он находился в северной части острова.

Моя интуиция говорила мне, что сегодня – в последний день – он направится к I2.

Услышанный ранее разговор все еще стоял в моих ушах, и я просто не могла остановиться.

— Ха-а, ха-а-а!.. Ха-а, ха-а-а!..

Я стала неровно дышать и вскоре рухнула на колени.

Я бежала так целеустремленно и отчаянно, а теперь достигла своего предела…

Хотя нет, я уже превзошла его.

Я хочу встретиться с ним. Я должна встретиться и рассказать.

Только это поддерживало мои ноги, и я продолжила бежать.

Я хотела завалиться спать прямо тут, на земле.

Я не могла остановить это чувство, пока оно медленно обволакивало меня.

Потихоньку изнеможение исчезало, а я прикрыла глаза, чтобы очутиться во тьме.

— Нет… Я не могу…

Мои пальцы задвигались и заскребли землю.

Грязь попала под ногти, и я проснулась от неприятного ощущения.

Я не выдержу.

Но мне ни в коем случае нельзя позволять себе засыпать.

Я уже оставила своих драгоценных одноклассников.

Можешь даже назвать меня предательницей, которая зашла слишком далеко.

«Ради чего?», – спросила я себя.

Но четкого ответа я дать не могу.

Хочу ли я спасти Аянокоджи-куна?

Что вообще значит – спасти кого-то?

Способен ли на это кто-то вроде меня?

Даже если я не имею понятия, что происходит. Даже если я ничего не знаю?

«Пожалуйста, будь осторожен» – насколько было важно сказать это?

Теперь я поняла, насколько мои действия бесполезны.

Обливаясь потом, уставшая, почему я продолжаю бежать?

Бесконечная череда вопросов и ответов.

А затем… на другой стороне реки…

Я увидела Аянокоджи-куна, идущего по направлению к I2.

Как бы я не пыталась повысить голос, ничего не получалось.

Измождение, удивление и нетерпение. Мой голос зажат этими чувствами.

Но несмотря на это, мне удается прийти в себя и выкрикнуть:

— Аянокоджи-кун!..

Слова выдавливались из меня и достигали той стороны.

— Я… Я пришла повидаться с Аянокоджи-куном.

Да. Я бежала именно ради этого.

— Подожди, сейчас я буду.

Даже если я уже не могла бежать… Нет…

Даже если я уже не могла идти.

Мои ноги все равно каким-то образом передвигались.

Я хотела встретиться с тобой.

Вот что меня поддерживало.

…Мне нужно тебе кое-что рассказать.





Бонус с Kadokawa Expo: Каруизава Кей — Типа свидание


Эта история имела место быть еще до начала специального экзамена по выживанию на необитаемом острове. Я, Каруизава Кей, шла в торговый центр Кёяки после школы. Среди учеников это место было наиболее популярным для времяпрепровождения после занятий. В центре много чего можно поделать: встретиться с друзьями, прикупить чего-нибудь или в парикмахерскую сходить. Или, например, провести свидание со своей второй половинкой.

Поскольку никому из нас не разрешено покидать территорию школы, торговый центр Кёяки стал местом, без которого мы, ученики, прожить не можем. К слову, я частенько заглядываю сюда вместе со своими друзьями.

Но… сегодня я пришла одна.

Покупать мне тоже здесь нечего.

Просто я хочу проделать кое-что.

— Фу-у-у, я немного нервничаю, — пробормотала я и зашла в центр с северного входа.

С окончания занятий прошло уже около часа, поэтому в центре всюду можно было увидеть прогуливающихся учеников.

— Так-так, с таким количеством народа все должно быть в порядке.

Оглянувшись, я продолжила идти с молчаливым спокойствием.

Перво-наперво я, как и планировала, направилась к универсальному магазину. Магазинчик сам по себе был маленьким, но внутри уже находились четыре веселящихся девушки; они осматривались.

А теперь.

Я бродила по магазину, держа в руках телефон. Тут же получила сообщение – сигнал, что все приготовления завершены.

Я продолжала прогуливаться, время от времени смотря на выставленные на продажу предметы, и пыталась сдержать улыбку на лице.

Еженедельно полки обновлялись, так что редко когда можно было заскучать. Особенно мне нравились милые аксессуары. Однако за последнее время я прикупила так много ремешков для телефона, что в совокупности они весили больше самого телефона. Сегодня я должна сдерживаться.

Сдерживайся… Сдерживайся… Совсем не уверена, что смогу!

— Миленько.

Один из новеньких ремешков оказался очень милым.

На нем был кот с небольшой лентой.

Я отправила фотку этого ремешка. Медленно бормоча себе под нос, я осторожно двигалась по магазину.

[О, так тебе нравится такое?]

Я улыбнулась на ответное сообщение.

[Неожиданно?]

Я ответила ему.

[Немного.]

Вновь получила ответ.

«Мое сердечко определенно пропустит удар, получи я такой от своего парня ♡».

Я думала написать такой ответ, но поскольку это было слишком неловко, просто стерла сообщение.

Что и ожидалось от сегодняшнего пробника. И все же смелости мне не хватит.

Я слегка разволновалась, когда получила изображение от человека по ту сторону телефона, но когда увидела…

[Мне казалось, тебе нравится что-то вроде такого.]

И прикрепленное изображение с ремешком, на котором нарисованы черепа и крестики.

[Нет, нет и нет, твой вкус ужасен. Такое только парнишки со средней школы будут носить.]

В этот раз я добавила к своему ответу немного колкости. Ну, вообще-то очень важно, когда не все фразочки были сладостными.

А сейчас, возможно, настало время рассказать, что именно сегодня происходит.

Правда такова, что пока я прогуливаюсь по магазину в одиночку, некто другой следует за мной, но выбирая другой маршрут. Не думаю, что требуются дополнительные пояснения, но… этим человеком является мой парень, Аянокоджи Киётака. Он супер клевый, супер умный и супер атлетичный.

— Хотя, я, может, еще слишком хвалю его?.. — поправила я себя.

Ну то есть, его навыки в человеческих отношениях далеки от хороших.

Кхем, ладно, в общем мы сейчас на типа свидании. Мы вдвоем выбрали разные места для прогулок и ходим в магазины по разным маршрутам.

Услышь кто об этом, наверняка задался бы вопросом: а зачем? Уверена в этом.

Однако тот факт, что мы встречаемся, остается в секрете. Наш пробный день должен показать, насколько приятны могут быть свидания.

Ма-а-х-х… Когда-то все же наши отношения раскроются, но для начала сойдет и так.

[Что сейчас делать собираешься?]

[Могу я еще немного побродить?]

Обменявшись несколькими сообщениями, я вновь прошлась по магазину.

Отлично, кажется, никто не заметил.

Хотя это должно быть очевидно, ведь для большинства двое людей зашли в магазин раздельно и осматривают разные вещи. Конечно, я счастлива, когда мы находимся рядом друг с другом, но в то же время мне, как и ожидалось, захотелось поболтать с ним напрямую.

Мое мнение таково, что иметь возможность поговорить друг с другом, смотреть в глаза и держаться за руки приносит истинное удовольствие от свидания.

Выйдя из универсального магазина, я направилась в супермаркет, затем в книжный, перемещаясь с одного места на другое, переходя от одной вещи к другой, и так проходило время.

Свидание было приятным, но чувствовала я себя немного одиноко.

Я не считаю его полностью провальным, но эти смешанные эмоции…

В конце концов, я хочу пойти на настоящее свидание с Киётакой как можно скорее.

Эта мысль крутилась у меня в голове.

Затем.

В этот же день, примерно в семь вечера.

Я смотрела телевизор, когда раздался стук в дверь.

— Хм-м?

Не звонок, а легкий стук.

Мне было интересно, кто это мог быть, но я не слышала голоса.

Я открыла дверь, поскольку мне это показалось странным…

На полу в коридоре лежала небольшая бумажная упаковка с розовым узором. Вокруг я никого не увидела.

Продолжая думать о том, насколько все это странно, я подобрала упаковку и вернулась в комнату.

Это же для меня?

Еще до открытия я почувствовала, что знаю ее содержимое.

— Хм-м, может ли это быть…

С этой мыслью в голове я открыла упаковку.

Внутри находился ремешок с изображением кошки с небольшой лентой.

Увидев его, я невольно рассмеялась.

— Он такой простак, когда дело заходит о подобных покупках.

Если он считает, что это сделает его популярным, то ой как ошибается.

С улыбкой на лице я развязала свой старый ремешок с телефона и прицепила новый.

— Что-то наподобие этого недостаточно для того, чтобы я чувствовала себя удовлетворенной.

Весь остаток дня я так и глазела на этот ремешок.





Короткая история Кирюин Фууки. Невозмутимое лицо


Я достигла назначенной зоны и заполучила одно очко в качестве бонуса за прибытие.

Постепенно набирая очки, я, сама того не осознавая, поднялась в верхнюю десятку рейтинга.

— Надо же, группа под предводительством Куронаги все удерживает свое десятое место. Он слишком предан Нагумо.

Одного взгляда на очки находящегося на самом верху Нагумо оказалось достаточно, чтобы меня накрыло разочарование.

— Какой же ты скучный человек, Нагумо.

Мне, как любительнице одиночества, претит избранный им метод сражения, хотя должна признать, толика силы в нем есть.

Он может казаться увлеченным противостоянием, но за этим фасадом кроется желание поиграть с оппонентами.

А заинтересоваться готовым произведением я не могу.

В этом плане, возможно, Коенджи Рокуске заслуживает больше внимания.

— Было бы ложью утверждать, что он меня совсем не заинтересовал, однако...

Наблюдая за сценой на необитаемом острове, я наткнулась на одного ученика.

Аянокоджи Киётака. Его способности неизвестны, но он определенно мне интересен.

— Аянокоджи, ты что-то подзадержался.

С помощью поиска по GPS я уже убедилась, что он продолжал оставаться в своей группе.

— Похоже на то.

Он не выглядел удивленным, несмотря на нашу внезапную встречу.

Может, он уже провел исследование и узнал, что мы в одной таблице?

— Знаешь, я ожидала жесткого противостояния в борьбе за награду по прибытии. Был ли и ты в числе моих потенциальных противников? — попыталась выведать я немного информации.

Я попыталась выведать немного.

— Кто знает? Одна и та же зона может стать целью учеников сразу из нескольких таблиц. А что насчет тебя, Кирюин-семпай? Я не думал, что ты заинтересована в верхней десятке.

Он избежал моего легкого побуждения раскрыть себя и перевел разговор на меня.

— К моему удивлению, экзамен на необитаемом острове оказался достаточно занимательным. Хотя, наверное, в мои годы не следует так сильно ребячиться.

Не стоит слишком давить на него.

Попытки зайти далеко не всегда могут принести больше веселья.

— Какое-то время я продолжу сражаться в прежнем темпе.

— Разве ты не стремишься к первому месту?

— Слишком много рук тянется к нему. Мне не хочется участвовать в такой гонке. Хотя, если Нагумо и Коенджи потерпят крах, все может измениться.

— Потерпят крах? Пока ничто на это не намекает.

Как похвально, это его неизменное невозмутимое лицо явно талант.

— Ты правда думаешь, что Нагумо оставит Коенджи в покое?

Я пустилась дальше с надеждой хоть на миг стереть эту невозмутимость с лица.

— В прямом противостоянии наверняка о победе Нагумо сказать нельзя. И как ты должен заметить, сложившаяся ситуация помаленьку начинает меняться. Сражение между Нагумо и Коенджи не за горами. И в зависимости от исхода сражения, их темп набора очков может замедлиться, — вдумчиво пояснила я, на что он кивнул, будто все понял.

— Столкнуть соперника с пути – тоже важная задача.

Я могла выявить способного человека просто поговорив с ним один или два раза.

— Разве ты сам не стремишься к вершине?

Я спросила его об этом, прежде чем уйти, потому что захотелось увидеть его реакцию.

— Извини, но я не вижу себя в десятке верхних групп.

— Вот как. Жаль, я думала по очкам ты приближаешься ко мне.

Мне стало ясно, что он не откроется.

Свою оценку о нем я составлю потом.

Благодаря ему и Коенджи я с нетерпением жду дальнейшего развития событий.





Послесловие автора


С прошлого года я продолжал работать без продыху. Даже когда мои умственные и физические силы истощались в бесконечной рутине, я просто заканчивал один день и готовился к новому. Привет, с вами Кинугаса.

…Хм.

Мне нечего писать в послесловии!

В последнее время мой большой палец на левой ноге отдает пульсирующей болью. (Надеюсь, это не подагра)

Новое заведение с острым карри по соседству настолько восхитительно, что я не могу не посещать его регулярно. (Ничего не могу поделать)

Проведя почти час времени на их сайте, чтобы оформить заказ на дом, в конечном итоге я задумался о дополнительных расходах на доставку. Я решил сесть за велосипед и самому забрать свой обед. (Ну и что?)

Ничего нового не произошло в моей жизни, поэтому мне только и остается, что равнодушно относится к проходящим бесцветным денькам.

Да, вот так. Это все равно место для отчета о текущем состоянии дел, так? Пожалуйста, обратите внимание, что обычно мои послесловия не блещут содержанием.

Тогда вот отсюда я немного поговорю о второй половине экзамена на необитаемом острове.

Этот том четвертый по счету в серии. Но оглядываясь назад, как же тяжело было писать последние два тома! В общей сложности вышло семьсот страниц, но мне жуть как хотелось добавить еще сцен. Все это время на необитаемом острове сражались множество главных персонажей, и мне хотелось написать и про них тоже, но я не смог, ибо они вдалеке от главной линии повествования…

Конечно, если меня попросят, я могу написать главы про каждого персонажа по отдельности, но пока ничего неизвестно, поэтому давайте на время забудем.

На этом четвертом томе противостояние с Цукиширо завершится, но история с Белой комнатой еще какое-то время продолжится. Те, кто прочитал том, наверняка поняли, о чем я.

Следующий том 4.5 после окончания специального экзамена расскажет о летних каникулах на роскошном лайнере. Я очень надеюсь, что вы обратите внимание на некоторые детали необитаемого острова и эпизоды с персонажами, о которых ранее я не упоминал.

Любовная связь Аянокоджи и других может перемениться, а может и нет. Изменения могут коснуться даже Белой комнаты, про которую я упомянул чуть ранее…

Так что, несмотря на историю о летних каникулах, накал страстей останется таким же, как и во время экзамена на необитаемом острове, поэтому с нетерпением ждите.

Итак, мои дорогие читатели, в следующий раз встретимся не позднее чем через четыре месяца.

В этом 2021 году я надеюсь на ту же крепкую поддержку от вас.



* * *



Спасибо, что прочитали наш перевод 4 тома второго года обучения (15 тома)

Чтобы оставаться в курсе всех новостей, вступайте в нашу группу Вконтакте

***

Для вас старались:

Перевод: YATranslate, OlegRom4ig

Сверка и работа с иллюстрациями: OlegRom4ig

Редактура: Dyrak_Glen

Бета: Mijiro





