Девиации: подчинение





Направленность: Слэш

Автор: Крис Оуэн, Джоди Пэйн / Chris Owen, Jodi Payne

Переводчик: Alex3717 (())

Оригинальный текст:

Фэндом: Ориджиналы

Пэйринг и персонажи: Тобиас / Ной

Рейтинг: NC-17

Размер: 163 страницы, 79 826 слов

Кол-во частей: 31

Статус: завершён

Метки: Анальный секс, Минет, Рейтинг за лексику, Рейтинг за секс, Зрелые персонажи, BDSM, Повседневность, От сексуальных партнеров к возлюбленным, Персонажи-геи, Элементы психологии



Описание:

Тобиас - опытный Дом, способный подчинить даже самого нерешительного сабмиссива. Ной нуждается именно в этом. Но пока не нашел того, кто сможет привести его к желаемому результату. В ходе серии встреч Ной раскрывает, почему ему нужна твердая и уверенная рука.

Тобиас позволяет себе доминировать, но не позволяет себе любить. Тем не менее, Тобиас не может устоять перед обаянием Ноя.

Они учатся любить, но смогут ли остаться вместе, исследуя секреты друг друга, в мире, где эмоции зашкаливают.



Примечания:

Книга первая.



Девиация (девиантное поведение) — устойчивое поведение личности, отклоняющееся от общепринятых, наиболее распространённых и устоявшихся общественных норм.



Крис Оуэн и Джоди Пэйн, создали роман о девиантной стороне, где любовь тесно связана с необходимостью подчиняться, доминировать и разделять жизнь, полную исследований и заботы.



На мой взгляд, совершенно камерная, атмосферная история.



Публикация на других ресурсах:

Уточнять у автора / переводчика





Содержание


Содержание

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Часть 7

Часть 8

Часть 9

Часть 10

Часть 11

Часть 12

Часть 13

Часть 14

Часть 15

Часть 16

Часть 17

Часть 18

Часть 19

Часть 20

Часть 21

Часть 22

Часть 23

Часть 24

Часть 25

Часть 26

Часть 27

Часть 28

Часть 29

Часть 30

Часть 31





Глава 1


В этой жизни много истин, решил Тобиас, завязывая вечером галстук. Смерть приходит ко всем, налоги нужно платить, а сорокалетие - повод для друзей покупать хорошее вино, печь роскошные торты и устраивать званые ужины. Сорок первый день рождения, с другой стороны, прошел незамеченным для всех, кроме самых близких. Поскольку у него были открытки от нескольких друзей и сообщение от Фана, он подумал, что почти исчерпал все ожидаемые пожелания.

Но то, что ему исполнился сорок один год, вовсе не означало, что он умер или не способен развлекаться сам. Он заранее подготовился к вечеру, спланировав все как можно более детально, что, признаться, было не так уж и сложно. Он знал, что надеть в соответствии со своим настроением; знал, куда пойдет и что будет есть; знал, чего хочет. Но в игру вступало поразительное количество факторов, больше, чем он обычно позволял.

Он думал об этом, поправляя смокинг и убирая ключи в карман. Ему предстоял тщательно спланированный вечер спонтанности, новизна которого заставила его улыбнуться. Возможно, иногда позволять судьбе влиять на него - это и к лучшему. В любом случае, он скоро все узнает; худшее, что он может сделать - провести вечер за изысканным ужином и бутылкой вина. Лучшее было бы намного, намного лучше, но редко удавалось найти именно то, что он искал.

Тобиас в последний раз провел расческой по волосам, ожидая свою машину, и свет, проникавший в подъезд его квартиры, заставил несколько выбившихся седых волосков блеснуть среди темно-каштановых.

Сорок один - не такой уж большой возраст, решил он. Это прекрасный возраст, вершина его успеха и мастерства. На самом деле, он ни в чем не нуждался.

Только в том, с кем можно было разделить свой день рождения.

Зазвонил телефон, и он отогнал эту мысль, с удивлением осознав, что это звонил не домовой телефон о его машине, а городской.

- Доктор Винсент, - сказал он, снимая трубку. Боже, он надеялся, что это не срочно - он действительно был одет не для того, чтобы принимать роды у овцы или выхаживать лошадь из-за колик.

- Добрый вечер, доктор, извините, что вот так звоню. Уверена, у вас планы, - раздался ровный и веселый голос его пожилой экономки.

- О, миссис Миллер, здравствуйте. Да, я как раз ухожу, но у меня есть несколько минут. - Он печально улыбнулся про себя; он будет говорить столько, сколько решит леди, и он это знал. Какого бы успеха он ни добился и сколько бы дней рождения у него ни наступило, всегда найдется миссис Миллер, которой можно уступить.

- Я просто звоню поздравить тебя с днем рождения, - сказала она, - и спросить, будешь ли ты на ферме в эти выходные.

Улыбка Тобиаса стала шире.

- Спасибо, миссис Миллер, очень любезно с вашей стороны. И да, я планирую приехать завтра днем, до понедельника.

- Тогда мне сказать Питеру, чтобы он не приходил, или ты хочешь, чтобы он потренировал лошадей?

- Нет, это сделаю я, - решил он. Это было одним из лучших моментов поездки за город, и он с радостью не станет платить кому-то за это, находясь там. Зазвонил домовой телефон, два коротких звонка. - Еще раз спасибо, миссис Миллер.

- Увидимся завтра, доктор, - сказала она, и он представил, как она улыбается. - Приятного вечера.

- Надеюсь, так и будет, - сказал он с улыбкой. Он повесил трубку, позвонил портье и направился в свой клуб.

* * * *



Машина остановилась перед зданием, и Тобиас опустил стекло для охранника.

- Добрый вечер, Тобиас, - сказал мужчина с чисто профессиональной улыбкой, несмотря на то, что назвал Тобиаса по имени.

Согласно клубному правилу, ко всем членам следовало относиться одинаково, пока не будет заключено соглашение между отдельными лицами, и, поскольку фамилии вообще не использовались в целях сохранения анонимности, предполагалось, что их будут называть по имени.

- Тимоти, - ответил Тобиас с теплой улыбкой. - Когда ты начал здесь работать? - В последний раз, когда Тобиас был в клубе, Тимоти был внутри.

- Около пяти месяцев назад. Мне здесь нравится, хотя при необходимости меня могут вызвать обратно. - Тимоти записал номер на карточке Тобиаса и снова улыбнулся ему. - Приятного вечера, Тобиас. И добро пожаловать обратно.

Машина медленно двинулась вперед и остановилась у широких ступеней крыльца; к тому времени, как Тобиас открыл дверцу, водитель уже открывал парадную дверь.

- Тобиас! Тимоти сказал, что ты здесь.

Тобиас покачал головой и снова улыбнулся.

- Надеюсь, ты не возражаешь, что я появляюсь снова, после стольких лет? - спросил он Бредфорда.

Бредфорд встретил его на ступеньках и пожал руку. Дружбе Тобиаса с Бредфордом уже слишком много лет, и даже после долгого отсутствия Тобиаса в клубе, крепкое рукопожатие этого человека казалось таким же знакомым и успокаивающим, как любимый свитер.

- В тот день, когда мы выставим тебя отсюда, друг мой, - сказал ему Бредфорд с теплой улыбкой, - я закрою это старое заведение. А теперь заходи! Ешь. Наслаждайся своим днем рождения. У меня для тебя забронирован номер, как ты и просил. У тебя ведь ни с кем не назначена встреча, да?

В клубе было небольшое, эксклюзивное число членов, состоящее из тщательно отобранных доминирующих и подчиняющихся мужчин. Эти мужчины прошли отбор не только по уровню подготовки, но и по стилю и индивидуальности, что позволило сохранить разнообразие состава. Это не был БДСМ-клуб в общепринятом смысле; это было скорее место, где мужчины могли встречаться, общаться и удовлетворять потребности и фантазии друг друга в безопасной и контролируемой обстановке. Бредфорд взял на себя управление клубом несколько лет назад и, в конечном итоге, стал владельцем, когда его наставник, спокойный, уверенный в себе Дом, также бывший наставником Тобиаса, был готов уйти в отставку. Бредфорд был прирожденным хозяином; он хорошо знал своих членов и умел заставить всех чувствовать себя как дома.

Тобиас снова покачал головой и позволил провести себя внутрь. Массивные двери закрылись за ним, и он глубоко вздохнул, мгновенно расслабляясь. Было что-то в темном интерьере, роскошных тканях и глубоких креслах с откидными спинками, что манило его. Или, возможно, все дело в скрещенных хлыстах, украшавших стены.

- У меня нет гостей, если ты это имеешь в виду, - сказал он Бредфорду, когда они направились к небольшому бару. - Но я открыт для новых возможностей.

- Я надеялся, что ты это скажешь. - Бредфорд вдруг задумался. - В таком случае...

- Подожди, - рассмеялся Тобиас. - Я не говорю, что хочу, чтобы ты нашел мне пару. Я просто хочу приятно провести вечер - вкусно поесть, чтобы рядом были люди, которые мне нравятся...

- И прошло восемь месяцев с тех пор, как ты был здесь в последний раз, Тобиас. Я знаю, что выходные ты проводишь на ферме, а будни - в городе. Я бы, конечно, узнал, если бы у тебя появился кто-то новый. - Он печально покачал головой, заставив Тобиаса улыбнуться. - Нет, друг мой, ты заслуживаешь того, чтобы поиграть. И, возможно, у меня есть для тебя подходящий кандидат.

Тобиас склонил голову набок и внимательно посмотрел на своего друга. Бредфорд руководил клубом в течение нескольких лет и был неотъемлемой частью тренировок Тобиаса. Пожалуй, никто лучше него не мог понять, какой тип партнера нужен Тобиасу, какой был бы... желанный.

- Расскажи мне, - попросил Тобиас, принимая от бармена стакан воды со льдом.

Бредфорд радостно улыбнулся ему.

- Я могу и сделаю для тебя кое-что лучше. Проходи.

Тобиасу ничего не оставалось, как последовать за Бредфордом, целеустремленно пересекающим комнату и направляющимся к маленькому столику. Тобиас, шедший позади, не мог разглядеть ничего, кроме человека, сидевшего в одиночестве. Тот быстро поднялся, когда Бредфорд направился прямо к нему.

- Тобиас, - величественно произнес Бредфорд, - я хотел бы познакомить тебя с Ноем. Ной, это Тобиас. Я считаю, что вы двое прекрасно подходите друг другу. Конечно, вы можете принять иное решение, но я призываю вас хотя бы обсудить этот вопрос. - Затем он склонил голову и отступил назад, с понимающей усмешкой пожелав им доброго вечера, прежде чем повернуться и уйти, оставив Тобиаса наедине с незнакомцем, о котором неизвестно ничего, кроме имени.





Глава 2


Благодаря долгой практике и природной склонности, Тобиас изучил стоявшего перед ним мужчину, окинув его быстрым взглядом. Прежде всего, он заметил мужественную линию подбородка Ноя и расслабленность плеч. Черный кожаный жилет, рубашка с круглым воротником, синие джинсы, облегающие и мятые в нужных местах, и все это в сочетании с зачёсанными назад коротко стриженными каштановыми волосами, едва закрывающие макушку, выбритыми над ушами.

- Привет, - спокойно сказал Тобиас. - Рад с тобой познакомиться.

Ной протянул руку и встретился взглядом с Тобиасом, хотя ни один из этих жестов, казалось, не доставил ему удовольствия.

- Очень приятно, - ответил он приятным голосом и красивой улыбкой. Казалось, он был немного лучше подготовлен к этой встрече, чем Тобиас. - Я как раз собирался заказать что-нибудь на ужин, не хочешь ко мне присоединиться?

Тобиас слегка улыбнулся.

- На самом деле, я позвонил заранее и договорился с кухонным персоналом о приготовлении чего-нибудь особенного. Пожалуйста, присоединяйся ко мне в столовой - если не любишь форель, я уверен, здесь найдется что-нибудь по твоему вкусу.

Ной на мгновение заморгал, приглашение было явно неожиданным, хотя и не таким уж нежеланным. Он кивнул и вышел из-за стола. Он был выше, чем казался минуту назад, и шире в плечах, хотя все еще ниже Тобиаса.

- Очень любезно с твоей стороны, спасибо. Я люблю форель.

- Чудесно. - Тобиас позволил своей улыбке стать шире и круто повернулся. Он указал бокалом на дверь в барную зону и через широкий холл в столовую. - Думаю, у них найдется столик для меня. - Он шел впереди Ноя, едва осознавая это. Только когда они оказались в самом зале, он это заметил и слегка замедлил шаг.

Обеденный зал был полупустой, но он знал, что они сядут у дальней стены. Он понятия не имел, почему, но так было всегда; кто бы ни обслуживал столики, его всегда отводили в одно и то же место.

- Сэр!

Тобиас подавил улыбку и закатил глаза, когда к нему подскочил худощавый молодой человек в развевающемся фартуке.

- Щенок. Будь осторожен, - мягко сказал он.

За это он получил ухмылку и подмигивание.

- Да, сэр. Столик на двоих?

Тобиас театрально вздохнул и кивнул.

- Правда, Брайан, попытайся хотя бы вести себя как официант, когда ты на работе, - поддразнил он.

Ной прикрыл улыбку тыльной стороной ладони и кивнул Брайану в знак приветствия, затем последовал за Тобиасом к столу. Тобиас с некоторым интересом отметил, что Ной подождал, пока он сядет первым, видимо, по привычке, прежде чем выдвинуть стул для себя.

- Не хочешь ли чего-нибудь выпить? - Спросил Тобиас, расправляя салфетку.

- Сан-Пеллегрино, пожалуйста. С лаймом, - спокойно ответил Ной.

Тобиас кивнул Брайану.

- Мне не помешает вода со льдом, а Ной присоединится ко мне за форелью, спасибо.

Брайан кивнул и одарил их обоих улыбкой, прежде чем умчаться прочь.

- Ты в курсе, - задумчиво произнес Тобиас, - что мы только что стали предметом обсуждения на кухне?

Ной оглянулся через плечо, когда Брайан скрылся за углом, а затем снова посмотрел на Тобиаса.

- Правда? Ты настолько популярен? - Он откинулся на спинку стула. - Прости, не хочу показаться грубым, но... Я бываю здесь почти каждые выходные и не могу сказать, что когда-либо видел тебя раньше. Откуда ты знаешь Брайана?

Тобиас потягивал воду, изучая мужчину, сидевшего перед ним.

Игрок, тренированный саб, это очевидно. Но он появлялся в клубе каждые выходные и, как предполагал Тобиас, обычно был одинок, а это означало, что он что-то искал.

Интересный. Военная стрижка, но без обычной бравады - хотя этому его можно было бы научить.

Он давно понял, что, скрывая правду без причины, мало что можно добиться, поэтому поставил свой бокал и откинулся на спинку стула.

- Я состою в этом клубе уже девятнадцать лет, - сказал он. – Однако в последние несколько лет мои визиты были довольно нерегулярными. Около года назад у нас с Брайаном была сессия - он сильно нуждался в порке.

Последние слова совпали с появлением у стола Брайана с напитком Ноя. Он поставил его на стол и что-то прошептал Ною, а затем убежал.

Ной фыркнул и ухмыльнулся, затем тихо рассмеялся.

- Он подтверждает твой рассказ, - сообщил он Тобиасу, потянувшись за лаймом, чтобы выдавить его в стакан. - Девятнадцать лет. Понимаю, почему мы стали предметом обсуждения на кухне. Впечатляет. - Он взял свой бокал и поднял его в честь Тобиаса, прежде чем сделать глоток. - Итак, что конкретно привело тебя сюда сегодня вечером, кроме ужина, конечно?

Тобиас признал, что у него также было время решить, сколько правды следует рассказать. В этом случае, возможно, было бы лучше просто оставить важные аспекты на первом плане - особенно с человеком, который использует такие слова, как «подтверждает».

- Вероятно, то же самое, что привело сюда тебя - потребность в самореализации, стремление удовлетворить голод.

- Бредфорд еще ни разу не вводил меня в заблуждение, - сказал Ной и сделал еще один глоток воды. - Значит, предположу, что способен на то, что ты ищешь, если только ты не видишь никаких причин думать иначе?

- Это полностью зависит от того, какой у тебя вкус, - ровным голосом ответил Тобиас. - Уверен, тебе известно, что нет смысла лезть в любую ситуацию вслепую. То, что Бредфорд считает, что нам было бы хорошо вместе - хороший знак, но решение принимаем мы. Тебе нравится боль?

Ной откинулся на спинку стула и задумчиво посмотрел на Тобиаса.

- Вопрос относительный. Нравится ли мне ударяться ногой о кофейный столик, нет. Ценю ли я остроту флоггера в руках мужчины, который знает, как им пользоваться? Абсолютно. Я довольно разносторонний человек, и у меня большой опыт в этом отношении, хотя я бы предпочел, чтобы это было целенаправленно.

- Целенаправленно. - Тобиас медленно кивнул и увидел Брайана, возвращающегося с подносом. - Для наказания или дисциплины? - он спросил. - Возможно, ты захочешь немного подождать, прежде чем ответить.

Брайан, натренированный распознавать признаки переговоров, дождался, пока Тобиас кивнет, прежде чем подойти. Быстро и умело он начал расставлять тарелки, аккуратно поставив их перед Тобиасом.

Ной выпрямился.

- Пахнет восхитительно. - Он улыбнулся и поставил свой стакан на стол. - Можно мне еще? - спросил он, указывая на него. - Спасибо. - Он подождал, пока Брайан отойдет, прежде чем ответить, и, как заметил Тобиас, не взял в руки вилку. - Сегодня вечером? Дисциплина. Мои условия просты: никаких унижений, водного спорта, полной изоляции или клеток, обычные ограничения.

Тобиас кивнул.

- Какие инструменты тебе нравятся? Я могу использовать их все, но предпочитаю флоггер или кнут. И есть ли у тебя ограничения на связывание, кроме полного лишения свободы? - Он взял вилку и аккуратно очистил форель от кожи. - О, чудесно, - пробормотал он, когда мясо отделилось от кости.

- Кнуты и флоггеры - это прекрасно, какие бы игрушки тебя ни заводили, - улыбнулся Ной Тобиасу и попробовал форель. - Очень вкусно, - прокомментировал он и откусил еще кусочек, прежде чем продолжить. - Хм. Связывание, буду полагаться на твой уровень комфорта, в этом отношении я тоже широк, о, и я не чувствую необходимости в стоп-словах... если это не доставит тебе неудобств? - На этот раз Ной держался немного увереннее, глядя ему в глаза, и, казалось, внимательно изучал реакцию Тобиаса.

Тобиас приподнял бровь и отложил вилку.

- Только в том смысле, что это невероятно глупо. Со мной ты будешь использовать как предупреждение, так и стоп-слово. - Он взял свой бокал и откинулся на спинку стула, наблюдая за мужчиной.

Ной не сразу согласился или возразил. Вместо этого он попробовал рисовый плов и внимательно рассмотрел его, прежде чем проглотить. Его слова прозвучали как проверка, как будто Ной пытался оценить его, не задавая прямых вопросов.

- Знаешь, я вступил в этот клуб не просто так. Здешние Домы хорошо проверены. Большинство из тех, с кем я проводил сессии, достаточно квалифицированы и знают свои возможности - не думаю, что среди этих людей все так глупо, как тебе кажется.

Тобиасу этот человек показался интригующим, хотя он сильно сомневался, что Ной использовал бы стоп-слово в этот момент, даже если бы оно ему понадобилось. Он не был уверен, что может доверять ему в безопасности, а это означало... это означало, что они будут играть так, как Тобиас. На полную.

О, это был прекрасный подарок на день рождения. Он должен поблагодарить Бредфорда, даже если это уже сделал Ной.

- Хорошо, - сказал он, доедая форель и принимаясь, наконец, за рис. - Мои условия. Два слова на твой выбор, или мы не играем. В связывании выбор за мной, я буду использовать флоггер, без разминки, а ты приведешь мне убедительную причину, почему тебя нужно наказать. Без крови, без следов, но тебе будет больно. Мы остановимся, когда ты произнесешь стоп-слово или я устану. Я могу начать снова. Если ты действительно хочешь отказаться от реального контроля, когда это имеет значение, мы можем обсудить это, как только ты заслужишь немного доверия. О, и ты хочешь, чтобы тебя трахнули?

Ной кивнул и, казалось, был удовлетворен правилами Тобиаса, и, похоже, был заинтригован им не меньше. Он проглотил то, что, очевидно, было его последним кусочком с еще более чем наполовину полной тарелки, и отложил вилку.

- Отлично. Желтый и красный, мы обсудим реальный контроль, когда и если ты сочтешь это уместным, ужин был отличной разминкой, а секс, на мой взгляд, предпочтительнее, но потом, давай посмотрим, к чему нас приведет сессия. Я оставлю решение «да-или-нет» на твое усмотрение. Мы пришли к соглашению?

Улыбаясь поведению этого человека, Тобиас расправился с рисом и, не торопясь, принялся есть дальше. Он всегда находил, что первые переговоры должны быть, своего рода, аперитивом, и эти не стали исключением. Ной был совершенно неизвестен и уже сейчас удивительно сложным.

- Я бы сказал… - сказал он тихим голосом, глядя на Ноя, чтобы тот подчинился. Чтобы насладиться этим. - …да.

Ной кивнул, сделал еще один большой глоток воды, затем расправил плечи, сложил руки на коленях и опустил взгляд на стол.

- Если вам так угодно, сэр, и поскольку мы работаем со стоп-словами, - Ной сделал паузу, тщательно подбирая слова, - я хотел бы поговорить с вами вот о чем. Больше всего мне нужно успокоиться и отпустить все. Довериться. Прошло слишком много времени с тех пор, как я мог это сделать, - вздохнул он, и Тобиасу стало ясно, что Ной говорит ему не дразнящие, игривые слова, чтобы заполнить вечер, а честно рассказывает о своих потребностях.

Они давались нелегко, и Тобиасу пришлось задуматься, был ли Ной таким открытым со всеми, или же он увидел в Тобиасе что-то такое, что заставило его решиться на более честный шаг.

- Мне нужно сосредоточиться на том, чтобы доставить вам удовольствие, и не требовать объяснений там, где есть только ваша воля. Мне нужно полностью подчиниться.

Тобиас некоторое время ничего не говорил, просто ел свой рис и устраивался поудобнее.

- Хорошо, - сказал он тихим голосом. - Ты можешь встать на колени рядом со мной, пока я не закончу ужинать, а потом мы поднимемся наверх. Ты будешь вести себя тихо, но тебе не обязательно молчать; если есть вопросы, не стесняйся задавать их, хотя я отвечу на свое усмотрение.

- Спасибо, сэр, - тихо ответил Ной.

Он встал, подошел к Тобиасу и медленно опустился на колени рядом с ним.

Тобиас наблюдал за ним, довольный, что у мужчины хорошая осанка. Его спина была прямой, голова высоко поднята, а взгляд опущен вниз. Его руки, снова сложенные на коленях, были неподвижны. Он определенно был хорошо тренирован; Тобиас допил остатки воды и лениво подумал, кто имел удовольствие учить его, и чему он научился - страху или привязанности.

Брайан стоял в дверях, наблюдая за происходящим, и Тобиас поднял свой стакан, прося еще воды. К нему тут же подошел официант, не обращая внимания на Ноя.

- Сэр?

Тобиас улыбнулся ему и протянул свой стакан, чтобы Брайан наполнил его.

- Спасибо. Пожалуйста, принеси ключ от моего номера со стойки регистрации. Мы поднимемся через несколько минут.

- Конечно, - пробормотал Брайан, быстро уходя.

Он действительно был хорошим мальчиком, хотя временами, немного несдержанным. Хотя, по большей части, знал, как себя вести.

Тобиас взглянул на Ноя и подумал, знает ли тот то же самое.

- Нет вопросов, мальчик?

Ной воспользовался моментом.

- С вашего позволения, сэр, я спрошу, ранее этим вечером вы говорили о чувстве голода и потребности удовлетворить его. Я смогу удовлетворить вас лучше, если пойму, чего именно вы жаждете. -Ной не шевелился; только медленный подъем и опадание плеч при дыхании заставляли его шевелиться.

Это был справедливый вопрос, хотя и колкий. Тобиас обдумывал свой ответ, расправляясь с рисом и проверяя, все ли зернышки подобраны.

- У меня их несколько, - сказал он, положив вилку на пустую тарелку и взяв стакан с водой. - На данный момент некоторые из них более насущны, чем другие. Сегодня вечером твое тело - мое, чтобы позировать, привязывать, манипулировать им. Мне нужно контролировать твои реакции, а это значит, что все, что тебе действительно нужно делать, это чувствовать и быть честным. Если я захочу, чтобы ты кричал, я сам могу этого добиться. Вот чего я жажду. Я хочу твоего подчинения и твоей честности.

Ной кивнул.

- Спасибо, сэр, - сказал он, - у меня есть еще один вопрос. Мне интересно, есть ли у вас постоянный саб, или ваше появление в клубе означает, что вы недавно его потеряли? - Для сабмиссива это была неопределенная территория, и ее важность была очевидна по уважительному тону Ноя.

Улыбка Тобиаса слегка угасла, и он приподнял бровь.

- Я бы сказал, что это не твое дело, но подозреваю, что многие с радостью рассказали бы тебе, - спокойно произнес он. - У меня нет постоянного сабмиссива, и я не терял его в последнее время. На самом деле, я никогда его не «терял». Остальное я не готов обсуждать на данном этапе.

Ной кивнул:

- Да, сэр, - ответил он и замолчал, как подозревал Тобиас, задумавшись.

Брайан снова появился в дверях, и Тобиас встал, не глядя на Ноя сверху вниз, но совершенно уверенный, что его подготовка будет достаточно простой, чтобы не разочаровать его в этот момент.

- Пойдем, мальчик, - тихо сказал он.





Глава 3


Брайан подождал, в кои-то веки не двигаясь, и протянул Тобиасу ключ, когда тот приблизился.

— Комната номер три, сэр. Приятного вечера.

— Спасибо, Брайан. Спокойной ночи.

Он повернул направо и направился к лестнице, не в силах удержаться от того, чтобы не взглянуть в настенное зеркало, проходя мимо него. На самом деле зеркало было установлено здесь именно по этой причине — чтобы Домы могли проверять своих сабов, не поворачивая головы. Очень эффективный инструмент; Домы либо использовали его, либо нет, а сабы, как правило, ненавидели его, если их подготовка была слабой или если были таковыми.

Взгляд в зеркало не разочаровал, и, как Тобиас и ожидал, произвел глубокое впечатление даже на человека с таким опытом, как у Ноя. Плечи Ноя еще больше распрямились, подбородок приподнялся, но глаза оставались старательно опущенными.

Он не потянулся к перилам и не замедлил шаг, но осторожно следовал за Тобиасом, пока они поднимались на второй этаж.

Тобиас торопился, довольный, что получил хотя бы часть того, что хотел, и ему не терпелось узнать, получит ли он остальное. Прошло слишком много времени с тех пор, как он был здесь в последний раз, и он это знал. Но теперь он тоже это почувствовал, по спине пробежала дрожь возбуждения. Он отпер дверь и шагнул внутрь, направляясь к большому шкафу, прислушиваясь, не захлопнется ли за Ноем дверь.

Он услышал щелчок, остальные звуки заглушил толстый ковер и звуконепроницаемые стены.

— Раздевайся, — приказал он, распахивая дверцы шкафа. Запах кожи окутал его, и он рассеянно ослабил галстук, затем повернулся, чтобы посмотреть, как Ной раздевается.

— Да, сэр, — ответил Ной и начал с ботинок, наклонившись, чтобы расстегнуть пряжки, прежде чем снять их и поставить у двери. Следующим был жилет, и Тобиас заметил склонность Ноя к перфекционизму, когда тот пытался найти способ сложить жилет, не помяв тонкую кожу.

Ной решил аккуратно накинуть его поверх ботинок. Тобиас спрятал улыбку, подумав, что Ной был бы гораздо счастливее, если бы у него была вешалка для одежды.

Затем Ной расстегнул рубашку, оставив ее распахнутой и висящей на плечах, и выскользнул из джинсов, обнажив черные боксеры.

Тобиас позволил себе насладиться этим зрелищем; он часто убеждался, что искреннее восхищение телом другого мужчины стоит почти столько же, сколько ободряющее слово, а это тело, безусловно, заслуживало восхищения. Сильные ноги с хорошо очерченными мышцами, узкие бедра, а затем подтянутый плоский живот; расстегнутая рубашка дразнила, свисая с широких плеч. Он кивнул, в основном, самому себе. Определенно, над этим телом много работали, но оно не было накачано до уровня одержимости.

Ной аккуратно сложил джинсы и положил их рядом с ботинками, стянул носки и отбросил их в сторону, а затем позволил рубашке соскользнуть с плеч, обнажив гладкую, слегка загорелую кожу. Рубашка присоединилась к жилету, аккуратно сложенная сверху, а затем Ной замер, засунув большие пальцы за пояс своих боксеров, достаточно надолго, чтобы Тобиас дернулся, прежде чем стащить с ног и переступить через них.

Он бросил их поверх джинсов и снова выпрямился, ожидая одобрения Тобиаса.

Тобиас заставил его подождать всего несколько мгновений, затем подошел ближе и сказал:

— Очень мило, мальчик.

Он стал медленно обходить Ноя, не прикасаясь, но достаточно близко, чтобы чувствовать тепло его тела. Он был гладким, почти везде.

— Руки за спину, держи запястья, да, вот так. Хорошо. Когда я прошу тебя позировать, то хочу, чтобы ты стоял вот так, расставив ноги и отведя руки назад.

Тобиас снова обошел Ноя и, наконец, посмотрел на наполовину вставший член, выставленный напоказ.

— Тоже очень симпатичный. Не сопротивляйся, если не хочешь; по крайней мере, на этот вечер у тебя есть разрешение возбуждаться, даже кончать, когда захочешь, до тех пор, пока ты не попытаешься лишить меня удовольствия.

Ной немного сдвинулся, принимая удобную позу, которую предпочитал Тобиас.

— Спасибо, сэр.

Тобиас кивнул и, сняв галстук, бросил его в сторону большой кровати. Комната была большой, но центральное место в ней, безусловно, занимала кровать с матово-черным железным каркасом и темно-красной обивкой.

— По-моему, как в настоящем борделе, — сказал Тобиас, сбрасывая смокинг поверх галстука. — Не то, чтобы это имело значение, мы не будем ею пользоваться. Принеси подушки и сложи их стопкой на полу.

— Да, сэр. — Ной сменил позу и послушно подошел к кровати, чтобы собрать подушки и свалить их в кучу на полу.

Тобиас расстегнул рукава и начал закатывать их до локтей, пока шел к стационарному телефону. Он снял трубку, позвонить на прямую линию с портье, и посмотрел, как Ной двигается. Прекрасная задница, в дополнение ко всему остальному, подумал он.

— Администратор, чем я могу вам помочь? — произнес вежливый голос.

— Это Тобиас. Мне нужно, пожалуйста, немедленно доставить полдюжины бутылок с водой. Не могли бы вы сказать, кто сегодня дежурит в охране?

— Конечно, сэр. Мэтью и Пэт в диспетчерской.

— Не могли бы вы соединить меня?

— Конечно. Какие-то проблемы?

Тобиас улыбнулся про себя. Однажды его причуды могли кого-нибудь расстроить.

— Вовсе нет.

— Секунду. А воду вам принесут через несколько минут.

На линии раздался щелчок, и Тобиас поправил рукава, полностью игнорируя Ноя, хотя был уверен, что тот внимательно слушает.

— Диспетчерская.

— Пэт?

— Да, сэр?

— Это Тобиас.

— Тобиас! Рад вас слышать, сэр. Какие-то проблемы?

Тобиас рассмеялся, радуясь, что его вспоминают с явной нежностью.

— Нет, просто остаюсь самим собой. Я собираюсь проверить тревожную кнопку. Не будете ли вы так любезны, позвонить в номер, когда я это сделаю?

— Конечно. — Пэт, без сомнения, хорошо помнил распорядок Тобиаса.

— Через минуту, Пэт. Комната номер три.

— Мы позвоним.

Тобиас повесил трубку и направился прямо к красной кнопке у двери, сосчитал до пяти и нажал ее. Через несколько секунд телефон зазвонил.

— Все в порядке, Тобиас.

— Спасибо, Пэт.

— Не за что. Приятного вечера.

Тобиас повесил трубку и повернулся к Ною.

— Теперь мы начинаем. Ложись на подушки лицом вниз. Я хочу, чтобы ты свел ноги, приподнял задницу и расслабил тело. Ты будешь находиться в таком положении очень долго, поэтому убедись, что можешь дышать, что колени разведены для равновесия и что тебе достаточно опоры для плеч. Ты понимаешь?

— Думаю, да, сэр.

Ной стоял на коленях возле подушек, пока Тобиас заканчивал свой телефонный разговор, но теперь он перебирал подушки, перекладывая их и располагая так, как ему было нужно, чтобы положение было удобным и устойчивым. Он хотел положить голову на подушку, но на мгновение заколебался.

— Простите, сэр, но где бы вы хотели видеть мои руки?

Тобиас посмотрел на него сверху вниз и задумался. Единственное, чего он не хотел, так это чтобы Ной пользовался руками; о его ногах скоро позаботятся, но руки, если их оставить свободными, могут стать проблемой.

— Я думаю, — медленно произнес он, — что если сложишь руки и положишь на них голову, у тебя будет дополнительная опора для плеч. Как я уже сказал, ты будешь лежать так долгое время, и тебе не позволят двигаться. — Он подошел к шкафу и взял маленький зеленый мячик. — Да, мне нравится так. Сложи руки и устройся как можно удобнее.

— Да, сэр.

Ной скрестил руки на груди и снова немного поерзал, пока, казалось, не стало удобнее. Тобиас отметил, что он был очень добросовестен, и это было к лучшему. Спустя минуту-другую Ной уткнулся лбом в руки и затих.

— Хороший мальчик, — тихо сказал Тобиас. Он присел на корточки у головы Ноя и показал ему мяч, слегка покачав его, так что колокольчик внутри зазвенел. — Ты знаешь, что это?

Ной поднял голову, чтобы посмотреть.

— Мяч-колокольчик, сэр? — Неуверенно ответил Ной.

Тобиас кивнул.

— Обычно я использую его как запасное слово, если заткнут или завязан рот. Но сегодня я не буду использовать кляп, и ты будешь связан моим словом и собственным телом. — Он встал и подошел к ногам Ноя, оценивая позицию, о которой просил. Колени Ноя были разведены, но ступни были сведены вместе от пятки до носка, красиво изгибаясь на полу. Тобиас осторожно положил мяч в чашечку, которую они образовывали, и улыбнулся. — Если ты пошевелишься, мяч упадет и зазвенит. И я остановлюсь. Ты понимаешь?

Ной, казалось, слегка напрягся.

— Да, сэр, — покорно ответил он и с чуть более выразительным акцентом, добавил: — Я понимаю.

— Хорошо, — сказал Тобиас, позволив своему голосу слегка мурлыкнуть. — Я так рад, что ты это понимаешь.

Он снова встал и подошел к шкафу, выбирая один из флоггеров. Из-за того, что он хотел сделать, и из-за того, сколько времени это займет, он был ограничен в выборе. К счастью, в клубе имелся широкий ассортимент инструментов, и он без особых проблем нашел то, что ему было нужно.

Он уже собирался показать его Ною, когда раздался тихий стук в дверь. Снова улыбнувшись, он подошел к двери, аккуратно перешагнув через голого мужчину на полу, и открыл ее, впуская одного из официантов с бутылками воды.

— Поставьте, пожалуйста, на стол, — сказал он, легонько хлопнув себя по ноге длинной ручкой флоггера.

Официант, которого он раньше не видел, быстро вошел, очевидно, не обращая внимания на Ноя. Он пожелал Тобиасу доброго вечера и через несколько мгновений снова ушел.

— Тебе удобно? — спросил Тобиас Ноя, еще раз осматривая флоггер.

— Да, сэр. Удобно, — уверенно ответил Ной.

— Тебе легко дышится? — Спросил Тобиас, подходя к Ною.

Ной для пробы сделал глубокий вдох, а затем медленно выдохнул.

— Думаю, да, сэр.

— Хорошо. — Тобиас немного выпрямился и посмотрел на обнаженное тело перед собой. — Мне все еще нужны слова, мальчик. Скажи мне их сейчас.

Ной быстро ответил.

— Желтый означает предупреждение, но не о прекращении сессии, а о том, что вы прекращаете то, что делаете, а красный — о немедленном завершении сессии.

Тобиас улыбнулся, спокойствие овладело им, как любовник, двигаясь в нем, как живое существо.

— Ты можешь говорить, если хочешь. Я хотел бы слышать тебя, любые звуки, которые тебе нравятся. Я, безусловно, буду говорить. Ты не можешь двигаться, твое тело принадлежит мне. Ты можешь просить, требовать, умолять… твоя воля не имеет значения. Ты можешь кончить; я не остановлюсь, пока не захочу. Ты понимаешь?

— Да, сэр, — подтвердил Ной, и Тобиас увидел, как кожа Ноя внезапно покрылась мурашками, а затем залилась румянцем.

Предвкушение было прекрасным, хотя и кратким моментом.

Без лишних слов, без предупреждения, Тобиас начал. У флоггера, что он выбрал, было много хвостов, все из мягкой оленьей кожи, и очень длинная ручка. Он мог с легкостью перетянуть им спину Ноя простым движением запястья, ему даже не нужно было наклоняться. Однако, он сделал нечто большее, чем просто щелкнул запястьем; это не было поддразниванием. Он тщательно рассчитал вес, приложив к удару ровно столько силы, чтобы Ной почувствовал его как пощечину, но не настолько сильно, чтобы было больно.

Боль была бы вызвана простым повторением. Тобиас почти не напрягался; силы его торса было более чем достаточно, чтобы осуществлять легкие удары в течение длительного времени, и он твердо намеревался делать перерывы, когда это было необходимо; время от времени останавливаясь и меняя руки, он был уверен, что сможет делать это в течение двух часов, если понадобится.

— Хочешь, я расскажу все, что знаю о тебе? — спросил он, еще раз опустив флоггер на спину Ноя.

— Да, пожалуйста, сэр. — В голосе Ноя звучало любопытство. Его кожа слегка реагировала на удары, но не тело, во всяком случае, пока. В его голосе не было никакого напряжения.

Тобиас продолжал опускать флоггер, удары были ровными и ритмичными.

— Ну, ты сам дал мне понять, что ищешь что-то, что тебе еще предстоит найти. Твое стремление избегать стоп-слов и парадоксальное отвращение к сенсорной депривации[1] говорят мне о том, что ты жаждешь полностью отказаться от контроля, но в то же время боишься этого. Возможно, ты стремишься к максимальному выбросу адреналина.

И снова флоггер опустился, и снова Тобиаса почти успокоил звук удара о теплую обнаженную кожу.

— Я думаю, ты работаешь в правоохранительных органах. Вероятно, ты какой-то полицейский, судя по стрижке. Ты любишь свою работу. Ты заботишься о своем теле — за что, кстати, я тебе благодарен. Ты действительно прекрасен.

— Спасибо, сэр. А вы… — речь Ноя была прервана шлепком флоггера, и Тобиас мысленно отметил это место, — очень проницательны, сэр. — Он шумно вздохнул и продолжил. — Полная сенсорная депривация вызывает у меня некоторый страх, это правда, но не просто завязывание глаз и… ах… — Тобиас ухмыльнулся, когда мысли Ноя были прерваны хорошо поставленным ударом. Его спина слегка выгнулась, а затем снова расслабилась. — Я патрульный офицер, патрулирую в центре города.

— Правда? — спросил Тобиас, легко двигая рукой. — Интересно. — Он опустил флоггер на несколько минут, изучая красиво формирующуюся красноту. — У тебя на плече шрам, на который нужно было наложить швы. В качестве обоснованного предположения, я бы сказал, что ты играешь, а не работаешь. И все же, по-прежнему стремишься к тому, чтобы над тобой доминировали без ограничений. Скажи мне, тебя возбуждает сама боль или капитуляция?

— И то, и другое, хотя это скорее капитуляция, сэр. — Ной облизнул губы. — Боль — это настоящее, действенное напоминание о том, что кто-то другой контролирует ситуацию. Шрам — неприятное напоминание о том, что даже у опытного и закаленного Дома есть слабости.

Ной не двигался, дыша ровно, пока говорил, и Тобиасу пришлось задуматься, были ли эти слова предназначены для того, чтобы успокоить или уязвить.

— Конечно, — сказал он, наконец. — В конце концов, мы люди, даже если стараемся быть чем-то большим для наших сабмиссивов.

Он на мгновение задумался, его рука и флоггер поддерживали ритм. Он не удивился, обнаружив, что его внимание все время приковано к шраму на спине Ноя, и с усилием отогнал от себя любопытство. Сейчас было не время зацикливаться на прошлом Ноя, лучше сосредоточиться на его нынешнем состоянии.

Он распределял удары, концентрируясь на местах, заставляющих Ноя выгибаться дугой, но, не усиливая их. На мгновение ему захотелось дотронуться до появляющихся красных пятен, почувствовать жар, исходящий от гладкой кожи, но и это он оттолкнул.

— Видел бы ты свою спину, — небрежно заметил он. — Замечательное полотно. Я могу представить тебя в полосах от колен до плеч, украшенного искусной рукой.

— Этой искусной рукой, несомненно, была ваша, сэр, — быстро ответил Ной.

Тобиас услышал, как у него перехватило дыхание, а затем он застонал — звук, больше связанный с возбуждением, чем с постоянными жгучими ударами, — и он, не глядя, понял, что у Ноя встал. Вот и все, что осталось от его утверждений, что боль его не возбуждает. И с этого момента каждый шлепок и укол, казалось, ощущались Ноем все острее. Его спина выгибалась, встречая один удар, и сжималась от следующего, а дыхание было поверхностным и легким.

Наконец, Ной зашипел и тихо, почти неохотно, простонал:

— О, Боже.

Тобиас не позволял себе бить сильнее или быстрее, хотя его собственное тело просило об этом. Он ничего не говорил, сосредоточившись на равномерных ударах, пока не услышал еще один стон, а затем остановился.

— Оставайся на месте, — спокойно сказал он, ожидая, что ему подчинятся.

Он подошел к столу, открыл бутылку воды и облокотился на него, чтобы напиться.

— Хочешь кольцо на член? — мягко спросил он.

Ной, казалось, был рад, что его спросили.

— Да, сэр, да, пожалуйста, — ответил он, по-видимому, заставляя себя дышать глубже и медленнее, с упрямой решимостью удерживая мяч в ногах.

Тобиас поставил бутылку на стол и подошел к шкафчику, порывшись в нем с минуту. Он не спеша выбрал простое кожаное кольцо с застежкой-молнией, прежде чем склониться над Ноем.

— Перевернись.

— Я уроню мяч, сэр, — напомнил ему Ной, и было ясно, что это его не устроило.

Тобиас улыбнулся, чрезвычайно довольный.

— Очень хорошо, мальчик. — Он наклонился и поднял мяч, весело позвякивая им. — А теперь перевернись.

— Спасибо, сэр. — Ной выполнил просьбу, перевернулся на спину и уставился в потолок.

Его эрекция была толстой и тяжелой, удачно расположенной именно там, куда, казалось, смотрел Ной. Тобиас удивленно покачал головой и, присев на корточки, ласково коснулся ее.

— Помни, ты можешь кончить. Хотя теперь это будет сложнее. Тем не менее, я верю. — Он защелкнул кольцо и несколько раз быстро погладил Ноя. — Тебе нравится моя рука? — спросил он.

— Ах! — прошипел Ной и рефлекторно выгнулся в руке Тобиаса. — Да. Да, сэр, очень уравновешенно, последовательно… очень хорошо, — сказал он, тяжело дыша, снова опуская бедра на подушки. Он пошевелился, как будто лежать на спине было неудобно.

— Хорошо. Перевернись, вернись на место.

Тобиас легко встал и поднял флоггер, в то время как Ной сделал, как ему было велено. Он поймал себя на том, что ему не терпится услышать больше звуков, увидеть, как Ной двигается; с сожалением он воспользовался моментом, чтобы привести в порядок свою эрекцию, прежде чем вернуться и положить мяч на место в ступнях Ноя.

И снова без предупреждения он возобновил свои удары, начав с чувствительной зоны и продвигаясь к заднице Ноя, открытой и приподнятой для него.

— Ах! — Ной вздрогнул и застонал при первом же ударе, когда флоггер задел уже покрасневшую кожу, подняв голову, красивая гримаса на лице вознаградила усилия Тобиаса.

Удары по его пока еще нетронутой заднице поначалу были не такими жгучими, и Ной смог немного расслабиться, уронив голову на руки.

Тем не менее, с раздвинутыми ногами этого было не избежать, а даже если бы и удалось, Тобиас не был склонен этого делать. Когда острые кончики флоггера задели мягкую кожу на яйцах Ноя, он подался вперед, слегка отпрянув.

— Ух, блядь, — выругался Ной, теперь его голос дрожал, а тело словно вибрировало от напряжения.

Тобиас осторожно двинулся вверх по заднице Ноя, а затем снова вниз, делая движения более легкими. У него не было желания ранить мужчину, но он хотел услышать, как тот умоляет, услышать, как просит о чем-либо — о чем угодно. Он хотел слов, оргазма, реакции, которые заставили бы Ноя сломаться перед ним, подарить ему что-нибудь.

Он хотел подарок.

Ной слегка покачивался; возможно, он чувствовал трение подушек под собой или, возможно, боль в спине, из-за флоггера ему было трудно сохранять неподвижность. В любом случае, это был признак того, что он начал расслабляться, что это ощущение становилось для него важнее самообладания. Он застонал и вцепился пальцами в подушки под головой.

— Ух… сэр… сэр, разрешите… пожалуйста, сэр, разрешите потрогать себя? — Просьба Ноя была искренней.

— Отказано. — Тобиас продолжал работать флоггером ровно, но гораздо легче, лаская яйца Ноя. Затем он на несколько мгновений вернулся к обычным ударам по спине, прежде чем возобновить изощренную пытку между ног Ноя.

Самообладание Ноя полностью покинуло его после такого отказа. Он застонал, но Тобиас знал, что без разрешения он не прикоснется к себе. Вместо этого Ной опустил бедра еще ниже, на этот раз явно ища трения, и тяжело задышал. Ной снова застонал, призывая его.

— Так сильно, сэр. — Ной застонал от удара флоггера и жалобно заскулил, когда Тобиас подразнил его, быстро сгибаясь под умелой рукой Тобиаса. — Сэр, сэр, пожалуйста, снимите кольцо? Сэр? Будьте добры, пожалуйста. О, Боже, мне это нужно сейчас, пожалуйста, сэр?

Тобиас улыбнулся.

— Я только что надел его, мальчик. Кажется, тебе трудно принять решение.

— О, пожалуйста! — Ной умолял, почти кричал, от напряжения в его голосе Тобиаса бросило в дрожь. — Пощадите, сэр, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… — Голос Ноя был на грани рыданий.

Тобиас быстро наклонился и расстегнул кольцо. Это сбило его с ритма, но подарок был сделан, и Ной заслужил награду.

— Ты мой, — прошептал он. — Прямо сейчас ты принадлежишь мне.

Встав, он провел кончиками флоггера по заднице Ноя, ожидая.

Ной издал сдавленный звук, его тело дернулось и затряслось, мгновенно кончая, забрызгав подушки, когда он вжался в них бедрами. Вместе с физическим облегчением последовали слова благодарности.

— Сэр! О, да, да, ваш… спасибо вам… спасибо, сэр, — выдохнул Ной, приближаясь к кульминации.

И, как будто этого было недостаточно, чтобы насладиться таким зрелищем, когда Ной начал приходить в себя, хватка возбуждения ослабла, он расслабился, ступни разжались, а мяч, который он так упрямо держал до этого момента, скатился со своей колыбели и весело, насмешливо звенел, ударяясь об пол.

Ной сначала замер, затем наклонился в сторону, посмотреть, как мяч откатывается от него. Мгновение спустя он, казалось, внутренне сжался, разочарование отразилось на его плечах, когда он со злостью ударил кулаком по подушкам под собой и снова тяжело уронил голову на руки.

— Блядь! — горько выплюнул он, и Тобиас с удивлением увидел, как он начал тихо всхлипывать.

Тобиас бросил флоггер и опустился на колени рядом с Ноем, одной рукой поглаживая его волосы, пока прикидывал, как лучше всего переместить тело мужчины, не причинив боли его нежной спине.

— Ш-ш-ш, — спокойно сказал он. — Ш-ш-ш. Я собираюсь переместить тебя, Ной. Прислушайся к моему голосу, мальчик. — Осторожно, говоря тихо все это время, он усадил Ноя к себе на колени.

Прижимая к себе обезумевшего мужчину, Тобиас продолжал говорить, ласково поглаживая его по волосам.

— Ной, вернись, милый. Ты был прекрасен, мальчик.

Он ждал, пока мужчина успокоится, под его прикосновениями, голос звучал успокаивающе и настойчиво. Ему пришло в голову, что в последний раз, когда говорил таким тоном, он имел дело со свиньей, столкнувшейся с лисой. Сравнение показалось ему не совсем уместным.

Когда рыдания Ноа утихли, он обмяк на коленях Тобиаса.

— Простите, сэр, — извинился он и прочистил горло. — Черт, — он снова выругался и, сделав глубокий вдох, тяжело выдохнул. Казалось, он снова стал Ноем, хотя голос его по-прежнему звучал неуверенно, даже немного робко. — Если вам угодно, сэр, могу я глотнуть воды?

— Конечно. Оставайся здесь. — Тобиас наклонился, укладывая Ноя обратно на подушки. — Ляг или сядь, как хочешь, — сказал он, доставая две бутылки и открывая их на обратном пути.

Он сел рядом с подушками и посмотрел на Ноя, пытаясь поймать его взгляд.

— С тобой все в порядке? — спросил он, передавая ему бутылку.

Ной опустил глаза и решил встать на колени, хотя его об этом не просили. Тобиас подозревал, что это спасение в привычном. Ной с благодарностью взял бутылку.

— Спасибо, сэр, да, сэр, я в порядке. Вы очень искусны. Мне жаль. — Он сделал глоток воды и вздохнул.

Тобиас отпил из своей бутылки, пытаясь решить, как с этим справиться. У него был большой опыт обращения со слезами, с катарсисом, с гневом сабов, когда они ломались, но ничего, подобного разочарованию, которое выказывал Ной. Он боролся с самим собой и проиграл, и что бы он ни говорил, Тобиас не был готов поверить, что с Ноем все в порядке.

— Извинения приняты, — сказал он тем же успокаивающим тоном. — И спасибо тебе. Было приятно наблюдать за тобой. Твоя подача была великолепна. Однако, похоже, твоя неспособность удержать мяч беспокоит тебя гораздо больше, чем меня. Скажи, почему.

Ной склонил голову набок и задумчиво прикусил губу.

— Я не уверен, сэр. Наверное, все началось с упрямой потребности что-то вам доказать, но потом, когда я сдался, то перестал помнить, почему не должен уронить его, и у меня появилось ужасное чувство, что, что бы ни делал, я должен держать его, что угодно, но только не позволить себе уронить. Поэтому, когда услышал, как он упал, и даже сейчас, сидя здесь, я почувствовал себя неудачником, как будто подвел вас, как будто подвел себя. Я не знаю. Дело не в самом стоп-слове, а в том, чтобы найти пределы.

Тобиас на мгновение задумался и откинулся назад, вытянув ноги прямо перед собой и скрестив лодыжки. Он заметил, что на его брюках даже не было складок, а Ной был красным, воспаленным и забрызганным спермой.

— Границы важны, — медленно произнес он. — Ты это знаешь. Ты устанавливаешь их, когда играешь, ты живешь в соответствии с ними в своей работе. То, что ты делаешь, милый — это пытаешься найти свои границы, испытать себя, чтобы преодолеть их, не зная, где они находятся. Сколько времени прошло с тех пор, как у тебя был постоянный Дом?

— Почти восемнадцать месяцев, сэр, — сказал ему Ной. — Но он тоже… он колебался, чувствовал себя неловко, не решаясь по-настоящему меня подтолкнуть. С тех пор, как я был с ним, меня никто по-настоящему не испытывал. Скорее, два года? Сейчас было хорошо, сэр, было приятно. Это было… искренне. Разъясняюще. Это только укрепляет мою уверенность в том, что это правильный путь для меня. Наконец-то, хоть что-то. — Он проглотил еще воды и вздохнул. — Раньше я так хорошо себя знал, но… — Ной пожал плечами. — Вы правы, я больше не уверен, что знаю, где мои границы.

Тобиас, в свою очередь, пожал плечами:

— Это потому, что они изменились. Они меняются постоянно, Ной, и если ты годами не изучал их по-настоящему, то, конечно, они изменились. Ты вырос, ты многому научился, ты стал другим человеком. Чтобы найти их снова, требуется время, осторожность и честность с самим собой. Сегодня вечером… может, это и было приятно, но на самом деле это было совсем не то, чем могло бы стать. Все, что произошло сегодня вечером — я заставил тебя успокоиться, заставил прислушаться к своему телу. Я заставил тебя кончить, вот и все. Я не знаю твоих границ, знаю только то, что мне нравится. К счастью для тебя, на этот раз это сработало.

Ной аккуратно закрыл бутылку с водой и вернул ее Тобиасу.

— Простите, что прерываю наше занятие, сэр. — Его взгляд все еще был устремлен в невидимую точку на полу.

Тобиас протянул руку и снова коснулся его волос, затем нежно погладил по щеке.

— Мне нечего прощать, мальчик. Это всего лишь сессия, возможно, самая важная часть. Моя работа — удовлетворять твои потребности так же, как твоя — удовлетворять мои, не так ли?

Ной со вздохом прижался щекой к пальцам Тобиаса и закрыл глаза.

— Я благодарен вам за поддержку, сэр. Пожалуйста, скажите, что я могу сделать, чтобы сейчас удовлетворить ваши потребности? Вам бы понравилось мое тело? Мои руки? Мой рот? Для меня было бы честью доставить вам удовольствие.

Давно забытая эрекция Тобиаса вернулась почти мгновенно, скорость его затвердевания почти смущала.

— Ты уверен, что чувствуешь себя лучше? — спросил он, не желая удовлетворять себя с партнером, который не очень-то этого хочет.

— Да, сэр, — ответил Ной. — На самом деле, лучше. Пожалуйста… позволите мне доставить вам удовольствие?

Член Тобиаса пульсировал, поощряя, подталкивая. Он медленно отпустил лицо Ноя, проводя пальцем по его нижней губе.

— Соси меня, — прошептал он. — Медленно и долго. Доставь мне удовольствие, и ты заслужишь поцелуй.

Ной придвинулся ближе и потянулся к брюкам Тобиаса. Он легко расстегнул пуговицу на его талии и, не торопясь, расстегнул молнию. Нежно скользнув пальцами в трусы Тобиаса, он высвободил напряженный член и тяжелые шелковистые яйца. Ной одобрительно хмыкнул и нежно провел пальцами по стволу.

Тобиас поймал его улыбку и наблюдал, как Ной перевернулся на живот, чтобы Тобиас мог рассмотреть его розовые ягодицы и красные полосы на спине — дело его собственных рук — в то время как Ной касался влажным языком и горячим дыханием его заброшенной эрекции.

Казалось, он никуда не торопился, водя языком кругами по головке, а затем опустился ниже, чтобы помассировать яички. Он нежно взял одно из них в рот и пососал, прижимая к небу, прежде чем отпустить и заняться другим.

Это была медленная, изысканная пытка, пока внимание Ноя не вернулось к члену, он облизывал его по всей длине, крепко сжимая основание пальцами, беря головку в рот.

Тобиас наблюдал, зачарованный зрелищем своей эрекции, медленно скользящей между губами Ноя, так долго, как только мог, задерживая дыхание. Это было непреднамеренно; воздух в его легких просто отказывался уходить, пока его не выталкивали длинным потоком, который слегка взбудоражил. Он поднял руку к голове Ноя и гладил его, подбадривая, пока тот не сделал следующий выдох.

— Хороший мальчик, — сказал он, удивленный тем, насколько напряженным был голос. — Боже, какой хороший мальчик. — Он откинулся на подушки, закрыл глаза и сосредоточил все свои чувства в паху.

Воодушевленный, Ной открыл рот шире и принял Тобиаса в себя, медленно двигаясь вверх и вниз, то усиливая, то ослабляя всасывание по очереди. Он издавал мягкие влажные звуки и мычал, что доказывало Тобиасу его готовность и удовольствие от того, что он может служить. Он заглатывал Тобиаса снова и снова, сохраняя медленный и ритмичный темп, но как только почувствовал, что Тобиас напрягся, Ной выпрямился, облизал губы и невинным тоном спросил:

— Я доставляю вам удовольствие, сэр? Приятно ли это? Мне продолжать?

— Щенок, — прорычал Тобиас, прежде чем смог себя остановить. Он посмотрел на своего мальчика сверху вниз, борясь с улыбкой и разочарованием в равной степени. — Отсоси у меня, — снова приказал он.

— Да, сэр, — ответил Ной и послушно заглотил его снова, целиком, сжав яйца Тобиаса.

Тобиас рефлекторно сделал выпад, обе его руки взлетели к голове Ноя, удерживая его на месте. Он хотел, он нуждался в этом… Боже, как же он хотел.

— Ты сможешь это вынести? — спросил он, на этот раз, заставляя себя не рычать.

Ной положил руку на бедро Тобиаса, чтобы использовать его как рычаг, а затем кивнул, насколько это было возможно, несмотря на сильную эрекцию Тобиаса.

Это все, что требовалось Тобиасу. Возможно, Ной вышел за рамки своих возможностей, но, несомненно, он знал, сможет ли справиться с этим. С тихим стоном он стал толкаться, не отпуская голову Ноя. Глубоко и жестко, учащая дыхание, Тобиас взял то, что ему было нужно, проникая в липкий влажный жар рта и горла Ноя.

— О, да, — выдохнул он, почувствовав, как язык Ноя танцует на нем. — Возьми его. Пососи мой член, мальчик.

Быстро, глубоко, жестко, его бедра оторвались от пола, и он задвигался. Завладел ртом Ноя, прижался к губам и погрузился в его жар, пока не почувствовал, как его охватывает оргазм.

— Скоро. Боже, да, бери его, бери… — Жар охватил его, и он отстранил Ноя одной рукой, его член, влажный и скользкий, шлепнулся ему на живот. — Стой, — прорычал он, одной рукой схватив член, кончая, позволяя выплеснуться через кулак и по дуге попасть Ною на лицо.

Ной закрыл глаза и улыбнулся, позволяя Тобиасу омыть его лицо спермой. Когда он, наконец, излился, Ной вытер пальцами глаза, рот и нос и размазал липкую жидкость по груди, чтобы она смешалась с его собственной.

Наконец, дыхание стало ровным, хотя и частым, и Тобиас улыбнулся.

— Тебе идет, мальчик. Молодец.

— Спасибо, сэр. — Ной улыбнулся в ответ. — Разрешите принести полотенце, сэр? — Его взгляд был веселым.

— Разрешаю. А потом я хочу, чтобы ты вернулся, понял? — Тобиас сосредоточился на своем дыхании, стараясь успокоиться как можно быстрее. Он все еще был главным, и, как бы ему ни хотелось потянуться и вздремнуть, на нем лежала ответственность, о которой он должен был позаботиться.

— Да, сэр. — Ной вскочил и быстро скрылся в крошечной ванной, а затем поспешно вернулся с полотенцем. Он опустился на колени рядом с Тобиасом и протянул ему полотенце первому.

Тобиас приподнял бровь.

— Да? Верю, что это ты виноват в том, что я в таком состоянии.

Ной кивнул.

— Конечно, сэр, — сказал он и принялся сам приводить Тобиаса в порядок, прежде чем насухо вытереть лицо и грудь. Закончив, он отложил полотенце в сторону и сложил руки на коленях, снова опустив свои мягкие карие глаза в пол.

Тобиас долго смотрел на него, наслаждаясь позой и гладкой кожей. Он прекрасно понимал, что находится под воздействием эндорфинов, но, похоже, это не имело особого значения.

— Иди сюда, Ной, — мягко сказал он, протягивая руку и жестом приглашая его лечь рядом. — Ты заслужил свою награду.

Улыбка, которой одарил его Ной, была достойна каждой слезинки, которую Тобиас выдавил из него ранее. Ной растянулся на подушках рядом с Тобиасом, хотя, устроившись удобнее, он выглядел немного встревоженным.

— Простите, но меня никогда раньше не целовал Дом; я не уверен, куда смотреть, сэр.

Тобиас уставился на него, совершенно ошеломленный и неспособный это скрыть.

— Никогда? О, милый, ты так много пропустил. — Он перевел дыхание и взял себя в руки. — А как насчет того, чтобы закрыть их? Это сработает?

Ной кивнул.

— Спасибо, сэр, — ответил он и закрыл глаза, как предложил Тобиас.

Тобиас некоторое время изучал лицо Ноя, коснувшись волос, давая ему понять, что он здесь. Губы Ноя все еще были слегка опухшими, ресницы взъерошены от высохших слез, и Тобиас чувствовал, как тот напрягся в ожидании. Медленно, осторожно он приблизился и нежно прижался губами к губам, медленно целуя, ожидая, что Ной ответит.

Ной, в истинно покорной манере, приоткрыл рот, приветствуя язык Тобиаса. Переплетя свой язык с языком Тобиаса, он тихо застонал и придвинулся к нему чуть ближе. Тобиас медленно углубил поцелуй, стараясь, чтобы он был ласковым и плавным. Он провел языком по языку Ноя, попробовал его на вкус и подразнил, а затем прикусил нижнюю губу, прежде чем отстраниться.

— Еще одна граница пройдена? — спросил он, удивленный и довольный тем, что Ной ответил на поцелуй.

— Думаю, уничтожена, сэр. — Ной улыбнулся, не открывая глаз. Он облизал губы. — У вас приятный вкус.

До нелепости довольный, Тобиас сказал:

— Спасибо.

Затем засмеялся, не в силах остановиться. Он был более расслаблен, чем когда-либо за последние недели, он чувствовал себя более непринужденно в собственной шкуре. Он и не подозревал, как сильно нуждался в этой разрядке, в этих разговорах.

— Спасибо, — сказал он снова, но уже по совершенно иной причине.

— Для меня большая радость и честь доставить вам удовольствие, сэр, — ответил Ной с искренней улыбкой на губах.

— Ты справился, мальчик, — заверил его Тобиас. — Ты действительно справился.

Тобиас, наконец, поддался желанию потянуться и вздохнул, совершенно довольный собой. Он мог бы снова привыкнуть к этому чувству гордости за саба, узнающего о себе больше. Он мог бы привыкнуть руководить.

Прежде чем смог отговорить себя, он встал и подошел к кровати, к своему пиджаку. Во внутреннем кармане он нашел ручку, а на столе — бумагу. Ему пришлось немного подумать, вспоминая номер, но тут же вспомнив его, он аккуратно вывел над ним свое имя.

— Это номер пейджера, — сказал он, поворачиваясь, чтобы показать его Ною. — Он есть только у одного человека. Если ты решишь, что хочешь поиграть еще раз, исследовать свои границы со мной, позвони. Возможно, я не смогу перезвонить сразу, поэтому убедитесь, что у тебя есть время подождать, максимум час. Если я не перезвоню, это будет связано с чем-то неизбежным, связанным с моей работой. Кроме того, не звони в эти выходные — меня не будет. Оставь только номер телефона и обычный код, если это необходимо — 911 в экстренных случаях, 411 — если нужно что-то узнать. И, конечно, это твой выбор, звонить ли вообще. Ты понимаешь?

Ной кивнул, хотя по выражению его лица было трудно что-либо понять, особенно когда он снова уставился в пол.

— Понимаю, сэр. Спасибо, сэр, это большой комплимент, и его нельзя не оценить.

— Это не совсем бескорыстно, мальчик. Ты чертовски хорош в своем деле, и… — Тобиас помолчал: — Ну что ж. У тебя есть этот номер. Я буду верить, что он останется с тобой или исчезнет. — Он подошел к Ною, стоявшему на коленях, и осторожно коснулся его плеча. — Иди сюда. Ложись на кровать, и я позабочусь о твоей спине. Ты можешь поспать здесь, если хочешь.

— Спасибо, сэр. — Ной встал и подошел к кровати, удобно растянулся на животе и положил голову на руки.

Тобиас внимательно осмотрел кожу Ноя, убедиться, что на ней нигде нет сильных царапин, что она не повреждена. Довольный тем, что она просто хорошо согрелась и стала магкой, Тобиас намочил в ванной прохладной водой салфетку для лица и осторожно положил ее Ною на спину, чтобы снять боль. Он методично позаботился о том, чтобы Ною было максимально удобно, а затем взял одну из бутылок с водой и оставил ее у кровати.

— Спокойной ночи, Ной, — тихо сказал он, не уверенный, заснул мужчина или нет.

— Спасибо, сэр, спокойной ночи, — пробормотал Ной с закрытыми глазами, очевидно, уже погружаясь в сон.

Тобиас взял свой галстук и пиджак и вышел из комнаты, не забыв оставить ключ. Если Ною не понадобится, уборщики заберут его утром. Он быстро спустился по лестнице и направился прямо в бар, на ходу раскатывая рукава рубашки. Ему действительно нужно было выпить.





частичное или полное прекращение внешнего воздействия на один или более орган чувств, которое приводит к снижению потока нервных импульсов в центральную нервную систему





Глава 4


Бредфорд в стильном костюме, облокотившись на стойку, разговаривал с еще одним официантом, которого Тобиас не узнал, но заметив приближающегося Тобиаса, Бредфорд улыбнулся и направился к нему.

- Тобиас! Позволь, я принесу тебе что-нибудь выпить, - сказал он, провожая Тобиаса к столику, где сидеть было удобнее, чем у стойки бара. Не спрашивая, что он хочет пить, Бредфорд отошел и сделал заказ, а затем присоединился к нему за столиком. - Я обеспокоен тем, что ты так скоро спустился вниз. Надеюсь, Ной тебя не разочаровал.

Тобиас пристально посмотрел на него и демонстративно сунул галстук в карман смокинга.

- Это, - с горячностью сказал он, - полностью твоя вина.

Бредфорд выглядел ошеломленным и тут же извинился.

- Ах... Тобиас, я, правда, думал, что он будет хорошей парой для тебя. Приношу свои глубочайшие извинения. Ужин, конечно, будет за счет заведения, и если могу что-то сделать, чтобы исправить ситуацию, я в твоем распоряжении. - Бедняга, казалось, был готов поцеловать Тобиаса в зад, если бы тот этого захотел.

Испытывая отвращение к самому себе, Тобиас отмахнулся.

- Нет, не это. Ты был совершенно прав, черт бы тебя побрал. - Он вздохнул и провел рукой по волосам. - Боюсь, я совершил большую глупость, Бредфорд, - признался он.

Бредфорд выглядел озадаченным. Он поднял руку и подозвал одного из официантов.

- Никки! Где наши напитки? А, неважно, просто принеси два бокала и эту чертову бутылку. Поторопись. - Он снова посмотрел на Тобиаса. - Никки новенький, я пока взял его под свою опеку.

Тобиас наблюдал, как Бредфорд откинулся на спинку стула, а робкого вида молодой человек с непослушными светлыми волосами и огромными голубыми глазами поставил перед ним бутылку скотча и два бокала. Он начал опускаться на колени рядом с Бредфордом, но тот отмахнулся от него.

- Все в порядке, это конфиденциальный разговор, щенок, беги.

Никки мгновенно исчез.

Налив им по бокалу, Бредфорд сделал глоток и выжидающе посмотрел на Тобиаса.

- Хорошо. Я заглотил наживку. Мне нужно убрать беспорядок наверху?

Тобиас уставился на него, не уверенный, что сможет вынести столько потрясений за один вечер.

- Нет! За кого ты меня принимаешь? Он сладко спит, обихожен, с подоткнутым одеялом. Бардак сидит напротив - ты мог бы меня предупредить, знаешь ли.

Бредфорд мгновение смотрел на Тобиаса, а затем разразился искренним смехом, достаточно громким, чтобы привлечь внимание некоторых мужчин в баре. Тобиас сидел, чувствуя себя неловко, ожидая, когда Бредфорд продышится.

- Какого рода предупреждение ты ждал, Тобиас? Я знал, что он сломается под тобой. Я знал, что он вызовет твой интерес. - Мужчина выглядел довольным собой. - Ты платишь не за то, чтобы тебя предупреждали, ты платишь за опыт. Кроме того, если бы я предупредил, ты прекрасно знаешь, что отказался бы от него.

- Да, ладно. - Тобиас поднял свой бокал и сделал солидный глоток. - Когда ожидаешь приятного вечера, а уходишь, получив... раздражение, вынужденный дать конкретный номер пейджера, чувствуешь себя немного неспокойно. - Он посмотрел на свой стакан и вздохнул. - Ох, Бредфорд. Ему так много нужно. Он потерян и ищет... Черт.

- Ты дал ему свой пейджер? - Бредфорд выглядел шокированным. - Ну. - Он поднял свой бокал и медленно отпил из него, прежде чем заговорить снова. - Ной так и не нашел то, что искал, Тобиас, за почти два года попыток. У него много внутренних проблем и трудностей, и он не нашел никого… достаточно сложный. Два года поисков, он практически умолял меня найти кого-нибудь, поработать с ним, и ни один из Домов здесь не смог его удовлетворить, несмотря на то, что он сам рассказывал об отличном опыте. Я уже начал беспокоиться, что мы скоро потеряем его, как клиента, и тут, чудо из чудес, твое имя появилось в списке бронирования.

- Прекрасно, - проворчал Тобиас. - Как раз то, что я искал. - Он снова выпил, на этот раз медленнее. - Ему будет больно, Бредфорд, - тихо сказал он. - Он... Он не любит стоп-слова, но думаю, это скорее из-за того, что он не знает, каковы его границы и как их переступить. Его нужно учить. Не пойми меня неправильно, он знает все красивые трюки, даже слишком хорошо. Он опускает глаза и играет свою роль идеально, естественно. Он уступил мне ради оргазма, но совершенно растерялся из-за незначительной неудачи, которую на самом деле не мог победить. Он был сломлен тем, что подвел самого себя, хотя все еще стремится к истинному подчинению. И над ним издевались.

Бредфорд медленно кивнул, и Тобиас понял, он уже знает все, что ему рассказывет Тобиас.

- Прости, если я немного самодоволен, - сказал он, потянувшись за бутылкой и наполнив оба бокала. - Итак, что тебе нужно о нем знать?

Тобиас покачал головой, внезапно почувствовав усталость.

- Я не знаю. С кем он играл, каким был его последний эксклюзив. С какой борьбой мне предстоит столкнуться.

Бредфорд покачал головой.

- Ну, для начала, вопрос в том, с кем он еще не играл? Но если ты ищешь его последний эксклюзив, то он стоит в конце бара, в ковбойской шляпе. Его зовут Бретт. Оба настаивают, что это было обоюдное расставание, и с тех пор они дружат. Я примерно представляю, с какой борьбой ты столкнешься, но он расскажет больше подробностей.

Тобиас никогда в жизни не бросал бокал, но был на волосок от этого.

- Его последний Дом - член клуба? - резко спросил он.

Ной не сказал. Он посмотрел на мужчину в ковбойской шляпе и слегка нахмурился.

- Я его не знаю. А он меня знает?

Бредфорд снова рассмеялся, но на этот раз тише.

- Тобиас, друг мой, тебя все знают.

- Конечно, - вздохнул он. Обычно это было ему на руку, но в данном конкретном случае, возможно, нет. - Ной не знал.

- О, уверяю, он знает о тебе, просто не уловил связи, а я не стал ему этого объяснять.

- О, огромное тебе спасибо. - Он понимал, что переходит черту раздражительности, и не имело значения, знал Ной о нем или нет. Сейчас имело значение только то, переступит ли он черту, чтобы поговорить с Бреттом, или нет. Если он будет готов сделать такой выбор. - О, черт, - повторил он, осушая свой бокал. Он встал и поправил пиджак, завязывая на шее мятый галстук. - Спасибо, Бредфорд. Это был незабываемый вечер, как всегда. - А потом налил себе еще выпить и направился к бару.

Бретт не повернул головы, когда Тобиас подошел, но, вероятно, наблюдал за ним в зеркало за стойкой бара.

- Добрый вечер, - вежливо поздоровался Тобиас, присаживаясь рядом с ним. - Я Тобиас. Интересно, не хочешь ли ты поговорить со мной о Ное?

- Нет ничего лучше прямого подхода. - Бретт ухмыльнулся, наконец, повернувшись и протянув руку. - Очень приятно. Я Бретт, но, полагаю, Бредфорд сказал тебе об этом. - Он был грубоват на вид, и у него были темные волосы. - Я видел, как ты повел его наверх, как все прошло? - Он не скрывал своего скептицизма.

- Полагаю, это зависит от твоего понимания, - сказал Тобиас, пожимая Бретту руку. - Он сломался, и мы много говорили о границах. У него проблемы, и я хочу знать, как избежать их усугубления.

Бретт приподнял брови над своим пивом, потягивая его, затем поставил бутылку на стойку, прежде чем заговорить.

- Сломался? - В его голосе звучало удивление. - Тогда, возможно, ты уже знаешь больше, чем я, - признал Бретт. - Это еще один шаг вперед по сравнению с тем, чего я добился за последние шесть месяцев наших сессий. Думаю, они правы насчет тебя.

Тобиас подавил желание закричать. Он заслужил свою репутацию, заслужил свое место, но иногда это мешало. Он пожал плечами и сделал быстрый глоток виски.

- Он сказал мне, что хочет дисциплины, что не может сидеть на месте. Думаю, он хотел посмотреть, что я буду делать со связыванием, поэтому я его не использовал. Он прекрасно подчинился, умолял кончить, но когда сделал это, его тело расслабилось, и мой мячик скатился с его ног. Вот что сломило его. Не я, а его собственные ожидания.

Бретт кивнул.

- У Ноя есть некоторые проблемы. Их немного, но те несколько, что есть, встречаются повсеместно. - Он снова взял пиво и сделал глоток, прежде чем продолжить: - Его гордость - одна из главных проблем. Его страхи - другая, и они глубоко укоренились. - Бретт махнул бармену, чтобы тот принес еще пива. - На самом деле ты хочешь знать, почему у нас больше нет совместных сессий, верно? - Он вытащил сигарету из пачки, лежавшей перед ним на стойке, закурил и продолжил, не дожидаясь ответа. - Верно. Что ж, это моя вина, не его. В первый год, когда мы с Ноем работали вместе, у нас все шло неплохо. Он был немного неуверенным в себе, а я - неопытным. Поначалу на него не требовалось давить, и он не просил меня о большем. Потом мы вошли в ритм друг с другом, и он начал испытывать и подталкивать меня к большему. Поэтому на одной из наших сессий я пообещал его наказать за непослушание. Я купил клетку - к тому времени мы встречались почти исключительно у меня дома. Он выразил некоторое беспокойство, сказал, что боится ее, попросил меня присмотреть за ним и все в таком духе. Он выглядел встревоженным, но я понятия не имел... Поэтому я отправил его туда, заставил запереться и бросить мне ключ... Я сел и немного поработал. Я извинился и отлучился на минутку в туалет, сказав ему, куда иду, и, пообещав, что скоро вернусь, а затем вышел из комнаты. Я не слышал, чтобы он протестовал, когда выходил из комнаты. Меня не было и пяти минут, но когда я вернулся, он был весь в синяках, пытаясь выбраться. Понятия не имею, что произошло, почему он взбесился, и он никогда мне не скажет. Когда я схватил ключ и пошел его выпускать, он обругал меня. Он просто хотел уйти. Что бы я ни говорил, он не позволил мне утешить его.

Бретт покачал головой и снова отхлебнул пива.

- Я отпустил его. На самом деле у меня не было особого выбора, понимаешь? Так или иначе, через несколько дней он позвонил мне. Мы встретились здесь, в клубе, много разговаривали, и он рассказал мне о парне, с которым какое-то время встречался до меня, которому действительно доверял, но, я думаю, этот Дом начал пить или что-то в этом роде и предал его. После этого мы просто уже не были прежними. Он злился, если я не давил на него достаточно сильно, и я, честно говоря, боялся зайти с ним слишком далеко. Признаюсь, я был далеко за пределами своей зоны комфорта. Я так и не смог снова расположить его к себе.

- Что я могу тебе сказать, так это то, что он прирожденный саб, он предан во всем, и он никогда, ни за что не соврет. Если уж на то пошло, он может быть слишком честным, рассказать слишком много. Я думаю, это и стало причиной его падения с первым парнем.

Тобиас осторожно поставил свой бокал и сказал себе, что он здесь не для того, чтобы тренировать Дома или отталкивать последнего постоянного партнера Ноя. Если Бредфорд был прав, то эти двое мужчин по-прежнему были дружны.

Так что он не назовет этого человека идиотом за то, что он оставил саба связанным, за то, что не присматривал за ним, за то, что не выполнил свою работу. Хотя ему очень этого хотелось.

Он сосредоточился на своем стакане и попытался привести голову в порядок, отбросив все мысли о насилии. Боже, он хотел сигарету.

- Значит, парень до тебя - тот, кто порезал плечо Ноя? - спросил он, мысленно составляя список других вопросов. Это было нейтральное начало.

Бретт снова опустил взгляд на пиво и, казалось, погрузился в свои мысли, прежде чем, наконец, ответить Тобиасу. Он взглянул на Тобиаса.

- Я еще не умею обращаться с ножами, - тихо сказал он. - Послушай, я знаю, о чем ты думаешь, и я помирился с Ноем. Я извлек урок из этой ошибки, так что, пожалуйста, теперь это касается только его и меня, ладно? - Он, должно быть, почувствовал, что Тобиас смотрит на его пачку сигарет, и придвинул ее к нему.

Тобиас даже не стал бороться с желанием, просто взял сигарету и закурил.

- Хорошо, - сказал он, выпуская струю дыма. По тому, как его легкие даже не протестовали, он понял, что выпил лишнего, и что это не последний раз за вечер. - Хорошо. Не мое дело. Хотя, может, и мое. Боже. - Он снова вдохнул и отпил виски. - Итак, что самое главное? Никакой клетки, никакой сенсорной депривации… он что, помешан на боли? - Тобиас был почти уверен, даже в своем нынешнем состоянии, что больше не сможет через это пройти.

- Боже, нет. Он не откажется от кнута, но ему очень нравится простая плеть или хлыст. Можешь связывать его узлами, если хочешь, но он не любит ослепляющую боль. Он примет все, что предложишь, но ты не добьешься лучших результатов, если ударишь его сильнее или чем-то более устрашающим, понимаешь? Он просто не такой. Лучше просто держать его в неведении, оставаться непредсказуемым. Кажется, ты это уже понял. Хм… насчет сенсорной депривации, повязки на глаза - нормально, кляпы, беруши - только не все сразу, он взбесится.

Тобиас кивнул.

- В этом есть смысл. Он очень хорошо реагировал на нежную стимуляцию и похвалу - я обнял его, и он успокоился. - Он на мгновение задумался, уставившись на заднюю стену. - На самом деле, я думаю, что получил больше отклика одним поцелуем, чем пока трахал его рот. - Тобиас рассеянно размышлял над этим, покручивая в руках бокал и не переставая курить.

- Ты поцеловал его? - Бретт тоже закурил сигарету. - Может, мне стоит сменить технику. - Он фыркнул. - Он очень чувственный, меня это не удивляет. Я заставил его умолять, отказавшись прикасаться к нему вообще. Я уговорил его кончить, просто встав у него за спиной и прошептав ему на ухо. - Бретт вздохнул. - Черт, иногда я скучаю по нему. Он сложный и требовательный, но он будет добр к тебе.

Тобиас закрыл глаза, представляя, как доводит Ноя до оргазма. О, Боже милостивый, ему действительно нужно было вернуться домой, в какое-нибудь нормальное место. На ферму, это поможет.

- Он заслужил поцелуй, - сказал он, туша сигарету. - Понятия не имею, есть ли у меня то, что ему нужно, и узнает ли он об этом, если я это сделаю. В любом случае, теперь решать ему. - Он осушил свой бокал и подозвал бармена. - Попросите дежурного вызвать мою машину, пожалуйста, - сказал он, затем снова повернулся к Бретту. - Ты пытался с ним еще раз поработать?

- Нет, мы решили, что лучше останемся друзьями. Он не доверяет мне; он хочет, но не может. Я его не виню, - сказал Бретт, туша сигарету.

Кстати, о дьяволе, подумал Тобиас, заметив Ноя в зеркале.

- Здесь уютно, - сказал Ной, останавливаясь между ними и пристально глядя им обоим в глаза.

- Что-нибудь узнал? - спросил он Тобиаса. Он выглядел приятно взъерошенным. Он не застегнул рубашку и не надел жилет.

В пальцах у него был номер пейджера Тобиаса.

- Вообще-то, да. - Тобиас встал. - Спасибо тебе, Бретт, за беседу и сигарету. - Он повернулся к Ною и кивнул, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, насколько это было возможно, учитывая выпитый виски. - И еще раз спасибо тебе. У меня был замечательный день рождения.

- Ого! Я думал, имениннику положена порка, - заметил Ной, ухмыляясь. - Дай угадаю, опять двадцать девять?

Тобиас слегка наклонил голову.

- Сорок один, щенок. А я-то думал, что это умник получает взбучку, о, подожди, так оно и было. - Позади себя он услышал, как Бретт хихикнул и пробормотал что-то вроде «видимо, недостаточно».

Тобиас указал на листок бумаги одной рукой, а другой застегнул пиджак.

- Воспользуйся им, если хочешь, Ной, - серьезно сказал он.

- Эй, не дыши на меня, - запротестовал Ной, - я как раз собирался уходить. - Он помахал номером пейджера перед Тобиасом и сунул его в задний карман. - Мне нужно в душ. Какой-то парень кончил мне в волосы. - Он подмигнул, а затем немного скованной походкой вышел из бара.

Тобиас слегка улыбнулся.

- Ему идет, - сказал он Бретту. – Я, правда, слишком много выпил.

Бретт хихикнул в свое пиво, и Никки появился рядом с Тобиасом.

- Тобиас, ваша машина прибыла, сэр, - сказал он немного нервно.

- Спасибо, Никки, - ответил он как можно мягче. Парень выглядел так, словно был готов взорваться от любого менее вежливого ответа. - Как думаешь, он позвонит мне? - спросил он Бретта.

Бретт покачал головой и ухмыльнулся.

- С ним не угадаешь. Но он только что пошутил на твой счет; я бы сказал, это положительный знак.

- А, это хорошо? - Задал риторический вопрос Тобиас.

Он помахал рукой и вышел из бара, остановившись у стойки пожелать спокойной ночи. К тому времени, как вернулся домой, он все еще не знал ответа.





Глава 5


Благодаря огромной силе воли и тому, что его отвлекали лошади, Тобиас на весь уик-энд выбросил Ноя и клуб из головы. Он катался верхом, пил чай с миссис Миллер и работал в саду с Питером, разбивая грядки сладкой кукурузы и обсуждая, смогут ли они спасти спаржевую грядку его матери, после того как она была заброшена на протяжении стольких лет. Короче говоря, он ничего не думал о сабах, пейджерах или заботе о людях.

Однако, в понедельник вечером он оказался в торговом центре, меняя свой старый пейджер на новый. Они стали меньше, изящнее и незаметнее. Теперь у него их было два, и нужно было, чтобы оба были надежными и простыми в использовании, так как один предназначался для экстренных вызовов, а другой - для... на всякий случай. Возможно, просто для пущей убедительности, о чем он сильно подозревал к вечеру среды, когда эта штука даже не пикнула.

Он вернулся домой из офиса, где вместе со своей напарницей Дейдре занимался бумажной работой, и обнаружил телефонное сообщение от Фана.

В клубе переполох, позвони мне и расскажи все об этом.

Серьёзно. Я хочу это услышать. Ты, правда, пошел в бар в плохом состоянии и напился? Ты разговаривал с Бреттом?

Господи, позвони мне.

Он не стал этого делать. Последним человеком, с которым он хотел бы разговаривать, был Фан, последним человеком, о котором он хотел думать, был Ной.

В четверг он начал приводить в порядок свою голову. Ему не нужны были головные боли, связанные с уходом за новым сабмиссивом.

Он не хотел отказываться от вредных привычек. Ему не нужно было беспокоиться о сроках, о том, какие еще ужасы пережил этот мужчина. Он действительно не был заинтересован в том, чтобы работать с Ноем.

Поэтому, когда в пятницу утром зазвонил его пейджер, он просто выругался.

- Дейдре? - спросил он с преувеличенной вежливостью. - Не могла бы ты, милая, выключить эту чертову штуку? Я сейчас немного занят.

Дейдре, благослови ее господь, показала ему язык и, обхватив его за талию, осторожно потянулась к пейджерам, забирая их оба.

- Новый гаджет, Тобиас? - рассеянно спросила она.

Он резко повернул голову и увидел, что чириканье исходит от того, что поновее. Конечно. Мужчина решил позвонить, когда Тобиас засунул руку в коровью задницу.

- Что там написано? - резко спросил он.

Корова запротестовала, слегка подвинувшись, и он снова выругался.

- Это всего лишь номер, - спокойно сказала Дейдре.

- Не вздумай его потерять.

Дейдре подняла бровь, глядя на него. - Чувствую, за чашкой кофе можно поговорить о хорошем. Фан?

- Нет. Боже, пожалуйста, помоги мне.

Их разговор, по сути, закончился недовольным мычанием коровы, и прошло почти сорок пять минут, прежде чем Тобиас нашел время позвонить по указанному номеру.

Он пошел к грузовику, пока Дейдре разговаривала с фермером, пообещав вернуться через несколько минут. Сотовый был заряжен, но ему пришлось немного поплутать, прежде чем он поймал нормальный сигнал, и, в конце концов, снова оказался рядом с сараем, правда, вдали от двери. Он набрал номер и откинулся на стену, прикрыв глаза от солнца, когда связь установилась и послышались гудки.

Раздался щелчок, и голос на другом конце провода был одновременно знакомым и незнакомым.

- Да. Долан слушает.

Тобиас отметил это имя в какой-то части своего мозга и немного подождал. - Тобиас. Боюсь, я попал не вовремя.

- О, да, здравствуй, спасибо, что перезвонил. - На этот раз это больше походило на Ноя, но, судя по тону, он был не один. - Э-э-э... Слушай, я подумал, может, ты захочешь потусоваться сегодня вечером? Может, встретимся в баре?

"Все не так, похоже, в последнюю минуту", безжалостно подумал Тобиас.

Придумал сцену, разыграл ее, устранил последствия - и накануне вечером на ферму приехал кузнец. Но он знал, что, если откажется, ему больше никогда не позвонят.

- Мы могли бы, - осторожно ответил он. - Однако, мне придется лечь пораньше, у меня планы на завтрашнее утро. Как ты думаешь, мы можем закончить к одиннадцати или около того?

- О, да, и, эй, я готов принять все, что захочешь. Извини, что позвонил в последнюю минуту. Я заканчиваю работу в четыре. Не хочешь перекусить?

Тобиас опустил взгляд на свои джинсы и ботинки и деликатно понюхал воздух.

- Не думаю, что успею вернуться в город к этому времени. - Еще две остановки, перекусить дома, четыре или пять раз принять душ; как план, это имело смысл. - Я могу быть в клубе к семи. Встретимся в баре, скажи Бредфорду, что мне нужен шестой номер, и закажи мне воду со льдом.

- Я буду там... эй? Я только что слышал корову? Или... я не хочу знать? - Ной усмехнулся.

Тобиас усмехнулся про себя.

- Ты слышал корову. Судя по тону ее голоса, мне пора возвращаться к работе, пока она не нанесла себе еще какой-нибудь вред. Ты сказал, что придешь?

- Я приду и все закажу. Дресс-код?

- Это вряд ли имеет значение, так как ты разденешься при первой же

возможности.

Ной рассмеялся.

- Надеюсь. Увидимся в семь.

Тобиас отключился и пошел убирать телефон обратно в грузовик, уже прикидывая возможные варианты развития событий, основываясь на том немногом, что он знал о вкусах Ноя.

Однако корова и Дейдре одновременно взревели, и ему пришлось выбросить это из головы.





Глава 6


Когда он прибыл в клуб, все, кто его видел, встречали с ошеломленным удивлением.

- Сэр? - Брайан моргнул, когда они проходили мимо друг друга в коридоре. - О, боже.

- Соблюдай приличия, щенок, - сказал Тобиас, зная, что если уж на прошлой неделе в клубе было много шума, то сейчас это место вот-вот погрузится в хаос.

Он вошел в бар, игнорируя скорость, с которой Брайан убежал на кухню, и приглушенный шепот, казалось, разносившийся перед ним. Он уже переживал такое много лет назад и знал, что все успокоится.

Он на мгновение задержался в дверном проеме, понимая, что выглядит так, как и ожидалось, о чем, казалось, напоминало его имя. Он надел черные кожаные брюки, но это была его единственная уступка - на нем были обычные ботинки, а свитер был из мягкого серого кашемира.

Ной сидел за тем же столиком, что и на прошлой неделе, и Тобиас двинулся к нему, намеренно замедляя шаг.

- Тобиас, - раздался знакомый голос справа, и он прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы не выругаться.

Он небрежно повернулся и проговорил:

- Фантом. Как дела?

Фантом выглядел хорошо, счастливым и сияющим, как новенький медный грош. Копна рыжих волос небрежно растрепана, его крошечное тело облачено в обтягивающие кожаные штаны и кожаную нагрудную упряжь. Он уже шел, направляясь к нему, и Тобиас приготовился к тому, что, как он знал, вот-вот произойдет. Были все шансы убить Фана за это.

- Теперь лучше, - промурлыкал Фан, опускаясь на пол. Он поцеловал ботинки Тобиаса, скользнул вверх, поцеловал каждое запястье, а затем через кожу неосмотрительно коснулся губами члена Тобиаса, прежде чем встать. - Позвони мне, - прошипел он.

Тобиас медленно моргнул и отвернулся, направляясь к Ною. Да, ему придется разобраться с Фаном, и как можно скорее.

- Добрый вечер, Ной, - сказал он, подходя к столу.

Судя по выражению лица, Ной наблюдал за перепалкой с Фаном с некоторым интересом. Тобиас отметил, что Ной внимательно посмотрел ему в глаза, когда садился за стол напротив, и предположил, что Ною нужны дальнейшие переговоры до начала вечера.

- Добрый вечер. - Поприветствовал его Ной, выглядевший непринужденно в удобной оксфордской рубашке и синих джинсах.

- Были какие-то проблемы с заказом комнаты? - Спросил Тобиас, восхищаясь рубашкой. Ткань выглядела роскошной и мягкой, и он внезапно решил, что обязательно выяснит, так ли это на самом деле.

- Едва ли, я сказал Бредфорду, что это для тебя, и он ответил, что позаботится об этом. - Ной был чисто выбрит и, очевидно, недавно принял душ, судя по чистому запаху мыла и лосьона после бритья, доносившемуся с его стороны стола. - Прошу прощения за свой тон по телефону. Я был в полицейской машине, мой напарник сидел рядом, знаешь ли. - Он улыбнулся и беспомощно пожал плечами.

- Я так и предполагал, - легко согласился Тобиас. - В подобных ситуациях всегда есть определенная доля снисхождения - например, необходимость ждать моего звонка, кто-то может находиться рядом во время телефонного разговора... и внезапное появление людей, которых ты не ожидал увидеть. Пока ты остаешься вежливым и уважительным, я приму ситуацию такой, какая она есть.

- Внезапное появление таких людей, как он? - Спросил Ной, указывая глазами на Фана.

Тобиас вздохнул, но знал, что Ной в какой-то момент спросит. Ной отпил воды и откинулся на спинку стула, выжидающе глядя на Тобиаса.

Ему всегда было немного сложно объяснить Фана. Но, с другой стороны, ему никогда не приходилось говорить что-либо кому-то из его окружения, так что, как ни странно, это было проще, чем объяснять Дейдре или миссис Миллер. В последнем случае ему пришлось надолго уехать, прежде чем он смог снова увидеться с ней, но его встретили словами: «Скажи этому парню, что ему нужен портной. И подстричься».

- Фантом - активный член клуба, - сказал он. - Однако по выходным он уезжает, так что я не удивлен, что вы с ним никогда не встречались. Также он довольно долгое время был моим.

- Я заметил, - ответил Ной. Он не очень хорошо скрывал свое отвращение к показухе Фана. - Сожитель? Раб?

- Почему ты хочешь знать?

- Я хочу знать, это ли ты ищешь.

- Я искал кого-нибудь, с кем можно было бы поиграть на свой день рождения. Кажется, я уже нашел кое-кого, - спокойно сказал Тобиас, осторожно подталкивая Ноя, но наблюдая за его волнением или страхом. Он хотел знать, ему было необходимо узнать как можно больше о мыслях Ноя. Его реакции, его намерения - даже те, о которых он не подозревает. Его мгновенная неприязнь к Фану, вероятно, выдала больше, чем он предполагал, что очень заинтересовало Тобиаса.

Ной, казалось, обдумал это и счел горьким.

- Я не умею делиться.

Тобиас рассмеялся, искренне довольный ответом.

- О, нам действительно есть что обсудить, не так ли? Если это поднимет тебе настроение и поможет разгладить морщинки на лбу, мы с Фаном больше не играем.

- Рад это слышать. - Ной отхлебнул воды. На его лице действительно отразилось облегчение. - Бретт что-то прояснил или ты еще больше запутался? - Он слегка улыбнулся. - Он милый, да?

- Он... - Тобиас вздохнул. - У меня нет намерения сидеть здесь и обсуждать твое или мое прошлое, или наши прежние отношения. Если хочешь поиграть, прекрасно, я буду более чем счастлив это сделать. Если ты хочешь обсудить все, что привело нас к этому моменту, то предлагаю встретиться где-нибудь на следующей неделе. Ясно?

Ной кивнул.

- Конечно. Я просто поддерживал светскую беседу. Хочешь о чем-нибудь спросить меня, прежде чем мы начнем? У тебя есть какие-нибудь планы, о которых мы не говорили на прошлой неделе?

- Ты увидишь, что у меня нет особой потребности в светских беседах, - сказал Тобиас. Он допил воду и поставил пустой стакан на стол, поворачивая его, наблюдая, как по краям стекает конденсат. - Боюсь, на этот вечер у меня несколько примитивные планы; будь у меня больше времени, я бы с радостью создал сложные сцены, но, возможно, в следующий раз. Я готов, если ты готов.

Ной допил остатки воды и поставил стакан на стол. Бросив последний взгляд в глаза Тобиасу, он соскользнул со стула и опустился на колени.

- Хороший мальчик. Покажись. - Тобиас не двигался, наблюдая, как руки Ноя уходят за спину, а грудь и бедра двигаются вперед для равновесия. Он действительно хорошо это делал, движения были плавными и легкими. Прирожденный, не имеющий понятия, на что он способен.

Тобиас взглянул в сторону бара и увидел, что Фан с интересом наблюдает за ним, изучая фигуру Ноя. Тобиас мысленно улыбнулся, увидев, как Фан слегка кивнул сам себе, и Тобиас знал, этот жест был неосознанным. Фан всегда слишком много показывал; в чем-то Ной был очень похож на него.

Эта мысль была неприятной, и ему потребовалось время, чтобы отогнать ее.

- Пойдем, мальчик, - тихо сказал он. Он встал и пошел прочь, без сомнения, зная, что Ной следует за ним; он должен был это сделать, Фан наблюдал за ним. Это было бы смешно, если бы не было так очевидно, что Ной чувствовал себя неуверенно из-за этого.

Они медленно поднялись по лестнице, на этот раз на два пролета, к более просторным комнатам на третьем этаже.

- Ключ, - сказал Тобиас, когда они шли по коридору к шестой комнате. - Ты можешь открыть дверь.

- С удовольствием, сэр. - Ной повиновался, достал из кармана ключ и открыл дверь.

Она была тяжелой и широко распахнулась, сразу же открыв взору большой Андреевский крест на дальней стене. Бредфорд всегда отличался отменным вкусом в выборе мебели, но этот крест был новым с тех пор, как Тобиас в последний раз был в этой комнате. Он возвышался от пола до потолка и был обит черной кожей, с массивными кольцами для лодыжек, бедер и шеи, регулируемыми манжетами с обеих сторон на уровне головы и шнуровкой для ног. Дополнительные манжеты для запястий, свисающие с потолка на толстых цепях, были аккуратно прикреплены к стене.

В одном углу стоял такой же кожаный шкаф с заклепками, в другом - конь для порки, а на третьей стене располагалась стойка с различными кнутами, цепями, наручниками, масками и фурнитурой. И, как было хорошо известно Тобиасу, сразу за обитой кожей дверью справа, находилась огромная ванная комната с зеркалами и искусно оборудованными душем и ванной.

Как только они вошли в комнату, Ной повернулся и запер дверь ключом, затем опустился на колени на деревянный пол и протянул ключ Тобиасу, чтобы тот взял его.

- Итак, мальчик, - пробормотал Тобиас, вставая перед ним и забирая ключ. - Поскольку это наша вторая совместная сессия, я не буду проходить тщательную проверку безопасности, как в прошлый раз. Ты понимаешь, что я забочусь о твоей безопасности и ожидаю, что ты будешь использовать свои стоп-слова, если захочешь. Ты будешь использовать те же самые стоп-слова? - Он рассеянно погладил Ноя по макушке. Бретт сказал, что он сластолюбец. Он мог с этим справиться. Окружить его, успокоить, причинить боль. Одна только мысль об этом, запах кожи, запах мыла Ноя - все это вместе чуть не захлестнуло Тобиаса, и он почувствовал, как член начал твердеть.

- Если вам так угодно, сэр, - ответил Ной.

Тобиас почувствовал, как тот неосознанно подался навстречу его прикосновению.

- Угодно, - тихо сказал Тобиас, наслаждаясь охватившим его возбуждением.

Он редко тратил время на то, чтобы просто почувствовать это; обычно он уже вовлекался в сцену, прежде чем она начиналась. Конечно, ему приходилось ждать несколько минут, но он был вполне доволен тем, как всё идёт. Он еще немного погладил Ноя по волосам, спускаясь к шее и спине.

- Ты хочешь доставить мне удовольствие, - прошептал он.

- Да, сэр. Для меня важно, чтобы я был всем, что вам нужно, сэр, - ответил Ной творчески.

А еще это единственное, что могло разорвать Тобиаса на части, если бы все пошло наперекосяк, единственное, что могло заставить его член пульсировать, а контроль над собой ослабнуть настолько, что он задумался, каково было бы отвезти этого мальчика в загородный дом, в конюшню. В постель.

- Хорошо, - заставил он себя произнести. - Это хорошо, милый. - Он сделал ненавистный шаг назад и прочистил горло. - Я хочу осмотреть тебя. Встань и разденься, не торопись.

Он выдвинул единственное большое кресло на середину комнаты и сел, откинувшись на спинку. Он хотел скрестить ноги, но в данный момент это казалось неразумным; вместо этого он постарался сесть так, чтобы Ной был прекрасно осведомлен о том, какое воздействие оказывает на тело Тобиаса.

Ной встал. Его плечи были прямыми и уверенными, в уголках губ появился намек на улыбку, а взгляд опустился прямо между ног Тобиаса.

Он расстегнул рубашку, затем наклонился, чтобы медленно расстегнуть ботинки, на этот раз позволив Тобиасу рассмотреть их получше. Они были сделаны из плотной черной кожи и имели толстую подошву с небольшим каблуком, так что, когда Ной снял их, оказался на добрых два дюйма ниже, чем был минуту назад. Отложив ботинки в сторону, Ной стянул носки и запустил руку под рубашку, чтобы расстегнуть верхнюю пуговицу джинсов.

Пальцы Ноя на мгновение задержались на талии, а затем он передумал, решив, похоже, сначала снять рубашку. Он медленно расстегнул ее, и мягкая ткань натянулась на его плечах и бедрах. Он потратил мгновение на то, чтобы расстегнуть манжеты, а затем отвел плечи назад и поймал рубашку пальцами, когда она под собственным весом соскользнула на пол.

Затем он вернулся к своим джинсам на пуговицах, расстегивая по одной за раз, прежде чем спустить и выйти из них, оставшись в одних трусах. На этот раз они были белыми и не оставляли простора воображению, придерживая эрекцию Ноя. Он сложил джинсы и отложил их в сторону, затем стянул трусы и бросил их поверх кучи.

Тобиас кивнул, довольный зрелищем и конечным результатом. Он медленно встал.

- Покажись, - приказал он.

Ной заложил руки за спину, снова расправляя плечи. На этот раз Тобиас извлек выгоду из того, что член Ноя был наружу и мягко покачивался. Тобиас улыбнулся и, обхватив яйца Ноя одной рукой, начал их перекатывать.

- Ты не кончишь, пока я не разрешу, - промурлыкал он.

Ной сначала зашипел, а потом ответил.

- Да, сэр.

- Ты предупредишь меня, если будешь близко - в этом нет ничего плохого. Это не неудача, это способ доставить мне удовольствие, понимаешь? Я постараюсь заставить тебя кончить; твоя работа - рассказать мне о своей реакции.

- Да, сэр, - ответил Ной, коротко кивнув, и Тобиас с удовлетворением отметил, как расслабились его плечи, реагируя на отпущение грехов.

- Хорошо. Итак, я сказал, что осмотрю тебя, и это именно то, что я собираюсь сделать. Встань перед креслом, согнувшись в талии, расставь ноги.

Это была унизительная поза, Тобиас знал, но это также позволяло Ною смотреть вниз и отстраниться от рук, блуждающих по его коже. Тобиасу хотелось прикасаться к нему везде, к каждому дюйму его тела. Он хотел знать каждый шрам, чтобы включить их в свою мысленную карту жизни Ноя.

Ной молча повиновался, сделав шаг вперед и согнувшись в пояснице. Он был гибким и, вероятно, мог бы при необходимости опереться руками о пол, но вместо этого положил их на подлокотники кресла. Он глубоко вздохнул и медленно выдохнул.

- Это не больно, - сказал Тобиас, открывая шкафчик с игрушками. - Но приятно не будет. Называй это необходимостью, если хочешь. - Он открыл нижний ящик стола и достал свежий тюбик смазки, положив его так, чтобы Ной не мог его видеть. Он начал осмотр с ног Ноя, постукивая по лодыжкам, чтобы Ной приподнялся. Он вдруг вспомнил, как Фан ненавидел это и смеялся позже, когда понял, что именно так Тобиас поступал с животными.

Тобиас решил, что физически Ной в прекрасной форме, когда провел руками по гладкой коже. Его мышцы были сильными и хорошо развитыми, и, судя по всему, он придерживался сбалансированной диеты. Он не был чрезмерно рельефным, но это вполне устраивало Тобиаса, даже было предпочтительнее.

Линии загара были четкими, кожа чистой и здоровой. Единственные отметины, которые смог обнаружить Тобиас, были типичными для большинства людей, независимо от того, участвовали они в сессиях или нет - случайные оспины, зажившие царапины, которые могли появиться в детстве.

Тобиас осторожно провел руками по голове Ноя в поисках шрамов и не нашел ни одного.

- Ты в прекрасной форме, - небрежно сказал он, потянувшись за смазкой.

Ной всем своим видом показывал, что осмотр его вполне устраивает.

- Чтобы лучше служить вам, сэр, - ответил он в своей обычной учтивой манере.

- Да, хорошо. Это было бы уместно, если бы ты знал меня больше недели. - Тобиас подошел к Ною сзади и провел рукой по бедру, затем между ног, чтобы успокоить его эрекцию. - Но я поверю тебе на слово. - Он провел пальцами по теплой коже и почувствовал, как она подергивается. - Мне нравится твой член, - прошептал он. - Не двигайся и расслабься, насколько сможешь.

- Спасибо, сэр. Да, сэр.

Ной явно не остался равнодушен к прикосновениям теплых рук Тобиаса. У него на мгновение перехватило дыхание, и было видно, как он старается расслабиться. Он глубоко вдохнул и выдохнул, и пальцы его ног уперлись в деревянный пол.

Тобиас провел смазанным пальцем по входу Ноя, очень быстро скользнув в него. Он повернул его, осторожно потирая мышцу и нащупывая ссадины, прислушиваясь к дыханию Ноя.

Ной ахнул, этот звук, по-видимому, вырвался непроизвольно, хотя Тобиас был уверен, что Ной был готов ко вторжению. Он рефлекторно сжал палец Тобиаса. Его признание, когда оно прозвучало, было приятным и правдивым.

- Мне очень трудно, сэр. Я очень...

- Близко? - Спросил Тобиас, замирая.

- Нет. Пока нет, сэр, - быстро ответил Ной.

- Хорошо, - спокойно сказал Тобиас. - Если что-то изменится, скажи. Дыши. Вдыхай через нос, выдыхай через рот. Расслабься.

Ной кивнул, вдыхая через нос и выдыхая через рот, как ему было сказано, хотя и несколько преувеличенно, чем Тобиас предполагал. Ной попытался расслабиться; его плечи немного опустились, и он расставил ноги еще на несколько дюймов.

Тобиас легонько провел пальцем внутрь и наружу, распределяя смазку, прежде чем погрузиться еще глубже.

- С тобой все в порядке? - спросил он, чувствуя, как Ной слегка расслабился.

- Все хорошо, - выдохнул Ной. - Приятно, сэр.

Тобиас задумался, правда ли это, но все же вошел чуть глубже, стараясь двигаться медленно. При каждом движении вперед он снова отступал, распределяя смазку и понемногу открывая Ноя для себя, трахая его одним пальцем. Он всерьез начал задаваться вопросом, использовали ли когда-нибудь Ноя подобным образом.

- О, Боже. - Слова Ноя были такими тихими, что их легко можно было принять за вздох, если бы не последовавший за ними стон, который выдал его с головой. - О, Боже.

Тобиас ждал предупреждения, но его не последовало. Решив, что Ной либо подчинится, либо почувствует боль от наказания, Тобиас задвигался немного быстрее, проникая глубже. Он скользнул вторым пальцем по дырочке Ноя, не вдавливаясь, а просто дразня и смазывая ее.

- Сэр! Близко, сэр, о Боже. - Ной инстинктивно подался вперед, словно пытаясь разорвать контакт. Он зашипел сквозь зубы, после чего несколько раз судорожно выдохнул, вцепившись в подлокотники кресла с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

Тобиас мгновенно отстранился, прекратив всякую стимуляцию тела Ноя.

- Хороший мальчик, - мягко сказал он. - Продышись. Я горжусь тобой. - Он широко улыбнулся, довольный усилиями Ноя. Возможно, он ждал слишком долго, но сделал, как его просили. Тобиас положил руку на гладкую спину Ноя и нежно погладил. - Хороший мальчик, - снова прошептал он.

Голова Ноя тяжело вжалась в плечи, и его ребра широко раскрывались при каждом контролируемом, успокаивающем, сосредоточенном вдохе. Он пошевелил пальцами, переставил ступни и, наконец, снова поднял голову, напряжение в плечах и бедрах почти исчезло. Возможно, он ждал слишком долго, но, по крайней мере, быстро овладел собой.

- Отличная работа, - сказал Тобиас. - Когда у тебя последний раз был анальный секс?

- Я точно не уверен, сэр. Год назад? Может и больше. - В его голосе звучало легкое смущение.

Тобиас кивнул. Ладно, значит, не девственник, но чертовски близко к этому. Это может оказаться очень полезным инструментом.

- Как правило, тебе это нравится? - спросил он, снова открывая баночку со смазкой.

- Когда мне это позволено, сэр, - вздохнул Ной.

- Когда тебе позволено кончить? - Тобиас слегка смутился.

- Когда мне позволено получить от этого удовольствие, сэр. - Ной пошевелился. - Вообще.

Тобиас нахмурился. Он никогда не использовал секс как наказание, только как награду. Он создавал долгие и сложные сеансы, связанные с сексом, сеансы, попеременно мучительные и доставляющие удовольствие для его саба, но вопрос удовольствия никогда не стоял. Даже когда он лишал своего саба оргазма, он следил за тем, чтобы в организме вырабатывалось достаточно эндорфинов, удовлетворялись другие потребности, так что сексуальный аспект был не более чем неисполненным желанием.

- Расскажи мне, - сказал он. - На самом деле, подойди сюда и расскажи мне.

Он помог Ною встать, а сам сел в кресло, указывая на пол.

- Сядь, положи голову мне на ногу. Расскажи, что произошло.

Ной колебался. Казалось, его пальцы подергивались в нерешительности. Физически пытаясь подчиниться, Ной, в конце концов, отрицательно покачал головой.

Тобиас вздохнул и встал.

- Тогда позволишь мне обнять тебя? Я не буду приказывать, но хочу обсудить это. Не для того, чтобы ты снова испытал боль, а чтобы я случайно не причинил тебе вреда. Когда мы здесь, я отвечаю за твое физическое и психическое здоровье. Мне нужно знать.

Плечи Ноя опустились в знак поражения, но на этот раз он кивнул.

- Да, сэр.

Тобиас внутренне вздохнул с облегчением. Возможно, это было ужасно, но было бы гораздо хуже, если бы он просто затеял игру и запустил что-то, не зная, чего ожидать. Он потянулся и, взяв Ноя за руку, осторожно усадил рядом в широкое кресло.

- Это хорошее кресло, - небрежно заметил он, поглаживая по спине и рукам Ноя. - Подозреваю, оно выдерживало вес не только нас.

- Я никогда... ох. Могу я попросить разрешения говорить небрежно, сэр? - Спросил Ной, почти забывшись.

- Об этом? Безусловно.

- Спасибо. - Ной прижался к нему; он был на удивление легким. - Не могу вспомнить, когда в последний раз Дом спрашивал меня, нравится ли мне секс; полагаю, это было просто предположением. Но, как я заметил, многие Домы здесь вообще не включают секс в свои сессии. В любом случае, у нас с Бреттом обычно вообще не было сексуального контакта во многих наших сессиях. А Мастер... то есть мой бывший Мастер, он использовал проникновение только в качестве наказания. - Ной пожал плечами.

- Мне очень жаль это слышать. - Тобиас погладил Ноя по спине и вздохнул. - Существует множество форм доминирования, ты же знаешь. Кажется, я допустил довольно большую ошибку, предположив, судя по нашей последней встрече, что тебе также нравится сексуальное подчинение. - Он быстро покачал головой. - Я неправильно выразился. Лично я использую множество методов, чтобы привлечь внимание и подчинить себе своего саба. Я умею пользоваться игрушками, я могу причинять боль, хотя предпочитаю не делать этого выше определенного уровня. Мне нравится бондаж, мне нравится лишать выбора. Но мне также нравится сексуальный аспект игры. Я никогда не использую секс как форму наказания. Иногда бывает боль, но переменные... Боже, мне действительно нужно как-нибудь составить подробный список и раздать его в качестве удобного справочника по играм со мной.

Ной тихо засмеялся.

- Так лучше узнать правду. - Он улыбнулся и немного подвинулся. - Я не имел в виду, что мне не нравится сексуальное подчинение. Ты хотел знать, что я имел в виду, говоря, что мне позволено наслаждаться этим, но просто в прошлом я потратил много времени, когда мне прямо запрещали это делать. - Ной покачал головой и вздохнул. - И, в любом случае, прошло так много времени, что я уже ни в чем не уверен - все, что знаю, это то, что минуту назад я был чертовски близок к тому, чтобы кончить, и это было совсем не так неприятно, как можно себе представить. И вот так сидеть здесь - это... что ж, я бы очень хотел, чтобы вы закончили свой осмотр, сэр.

Тобиас широко улыбнулся.

- А еще мне нравится отрицать секс, как метод доминирования.

Ной ухмыльнулся.

- Вы, Домы, все одинаковые.

Фыркнув, Тобиас хлопнул Ноя по ноге.

- Не совсем. Ладно, так и быть, мальчик. Я думаю, сегодня вечером мы исследуем некоторые границы.

- Да, сэр. - Ной встал, подождал, пока Тобиас отойдет от кресла, и снова облокотился на него, принимая широкую стойку. - Спасибо, сэр, - тихо добавил он.

Тобиас улыбнулся про себя.

- Не за что. Посмотрим, что у тебя получится минут через пять. - Он потянулся за тюбиком и громко щелкнул крышкой. - Если будешь очень-очень хорошо себя вести сегодня вечером, то, возможно, даже сможешь кончить.

- Надеюсь, так и будет, сэр, - сказал Ной, и по его спине побежали мурашки.

- Делай больше, чем просто надейся. - Тобиас смазал два пальца и показал их Ною. - Просто чтобы ты стал скользким, мальчик. А потом можно начинать игры. - Он снова встал за Ноем и медленно ввел один палец, ожидая, пока Ной расслабится.

Тихий стон Ноя выдал его. Если во время разговора его эрекция и ослабла, то только что она вернулась с удвоенной силой. Но, к его чести, он сделал несколько глубоких, ровных вдохов и остался расслабленным.

У Тобиаса возникло неприятное ощущение, что он попался по-настоящему. Отзывчивый, покорный, честный, он, очевидно, хотел знать свои границы... это было похоже на то, что у него было восемь лет назад. Быстро, прежде чем он смог бы слишком сильно подавить волю Ноя, он вставил второй палец и быстро задвигал туда-сюда.

Ной приподнял голову и выгнул спину, затем со стоном уронил ее обратно.

- О, Боже. - Он слегка согнул одно колено и поднялся на носочки.

- Осторожно, - сказал Тобиас, высвобождая пальцы. - Отдышись и встань перед крестом.

Ной выпрямился и не спеша подошел к кресту. Он остановился примерно в футе от него, повернувшись лицом к стене.

- Как пожелаете, сэр, - ответил он, осторожно меняя позу, несмотря на свое возбуждение.

Тобиас подошел к шкафу и сделал глубокий вдох, понимая, что только многолетний опыт удерживает его от того, чтобы просто бросить этого мужчину на пол и взять его.

- Господи, - прошептал он себе под нос.

Он уставился на шкаф и выругал себя. Это не то, о чем он должен был думать, не то, что он должен был делать. Его роль заключалась в том, чтобы выбросить Ноя из головы, добраться до того места, которого они оба жаждали и любили. Доминировать. Взять все под свой контроль, использовать любой метод, который он сочтет нужным, чтобы завоевать доверие Ноя и подчинить его себе.

Секс был приятным побочным эффектом, но не целью.

Он заглянул в шкафчик и нашел там маленькое полотенце, которым вытер руку. В выдвижном ящике оказались дилдо и зажимы, презервативы и пробки. Улыбаясь про себя, он выбрал длинную узкую пробку и презерватив; чего бы он только не отдал за то, чтобы оказаться в собственной игровой комнате со своими принадлежностями.

Однако, он полагал, что сможет обойтись. В другом ящике лежало роскошное кольцо для члена, сделанное из мягкой кожи и стали, с тонкими цепочками, которые крепились к зажимам для сосков. Он долго рассматривал его, но, в конце концов, с сожалением убрал. Может, в другой раз. Если Ной позвонит ему снова.

Держа в руке простое кольцо для члена и пробку, он подошел к маленькому столику возле креста и разложил их, демонстративно смазывая пробку.

- Я не собираюсь вставлять тебе кляп, - сказал он Ною, - но собираюсь привязать тебя. Ты будешь использовать свои слова и скажешь мне, если будешь близко к тому, чтобы кончить.

- Да, сэр. Сказать стоп-слово, если мне понадобится, и сообщить, если буду близко, - повторил Ной свои инструкции, как подозревал Тобиас, больше для себя, что означало, что он уже отвлекся. - Я понимаю, сэр.

- Хорошо. Подозреваю, что кольцо могло бы пригодиться, - сухо сказал Тобиас, поднимая его. - Иди сюда, и не кончи на меня. С кожи трудно вывести пятна.

Тобиас подождал, пока Ной повернется и медленно сделает несколько шагов к нему, обеспокоенный тем, что выражение лица его саба означало, что Ной не был уверен в том, что не кончит. На самом деле, хорошо, что кольцо было простым; возня с замками была бы непосильной задачей для них обоих, подумал он. Он быстро сжал основание члена Ноя и защелкнул кольцо.

- Вот так. Это должно тебя ненадолго задержать.

Ной все еще не был уверен, но Тобиас снова указал на крест.

- Повернись лицом к кресту, руки над головой.

Ной молча снова приблизился к кресту, мгновенно расставив ноги, и поднял руки над головой.

- Вот так, сэр?

Тобиас встал у него за спиной и, потянувшись к запястью Ноя, отвел его в сторону.

- Вот так.

Он аккуратно пристегнул правое запястье Ноя наручниками к крестовине, не до конца вытянув его. Он потянулся за другим и тоже надел на него наручник, после прислонился к Ною, потираясь своей эрекцией, обтянутой кожей, о его задницу.

- Я так рад, что вы довольны, сэр, - заметил Ной с легкой ноткой в голосе. Он демонстративно потянул себя за запястья и отодвинулся назад.

- Ты распутник, - спокойно сказал Тобиас.

Он знал, что в значительной степени его властность чувствуется в голосе; он упорно трудился, чтобы так и было. Тем не менее, прошло много времени с тех пор, как он делал это в последний раз, и сильное возбуждение, которое он не мог скрыть в своем голосе, уже не было его второй натурой. Он был немного раздражен тем, что ему приходилось над этим работать.

- Простите, сэр, - тихо ответил Ной, покаянно склонив голову.

- Теперь ноги, - сказал он, скользя вниз по телу Ноя движением, напоминающим предыдущее выступление Фана в баре.

Двигаясь, он ласкал ногу Ноя, дразня его, пока не приподнял его ступню и не поставил ее на нижнюю часть креста. Ноги обвязывались шнуровкой до икр, и Тобиас воспользовался этим в полной мере, проведя пальцами по коже Ноя.

- Ммм... сэр, - Ной вздохнул от прикосновения Тобиаса. Он сам поставил другую ногу на место, растопырив пальцы на кресте, затем наклонил голову вперед и глубоко вздохнул.

- Вот и все, - тихо сказал Тобиас.

Он зашнуровал Ноя, позаботившись о том, чтобы вторая нога была такой же приятной на ощупь. Он почувствовал, как напряглись мышцы под его руками, и улыбнулся про себя, прежде чем наклониться вперед и лизнуть внутреннюю сторону бедра Ноя.

- О, Боже.

Послышалось, как Ной прикусил губу, и немного пошевелился. Однако он не смог пошевелиться слишком сильно, уж точно не настолько, чтобы ускользнуть от языка или пальцев Тобиаса. Тобиас лизнул и другую ногу, и складку между бедром и ягодицами Ноя. Затем Тобиас на мгновение просунул кончик пальца в задницу Ноя.

- О, боже мой, - прошипел Ной, когда палец Тобиаса вошел в него, и слегка приподнял задницу, чтобы встретить его, что, по-видимому, еще больше его разочаровало, когда Тобиас вскочил на ноги и отодвинулся. Он заскулил и повернул голову, чтобы посмотреть через плечо, стараясь не смотреть прямо на Тобиаса, но стараясь держать его в поле зрения.

- Смотри вперед, мальчик, или я надену на тебя маску, - сказал Тобиас почти рассеянно. Он смотрел на стену, пытаясь найти что-нибудь, что могло бы ужалить и наделать много шума.

Ной резко повернул голову к стене.

- Прошу прощения, сэр.

- Я в этом не сомневаюсь, - ответил Тобиас. - Однако я не буду предупреждать тебя во второй раз. - Он вгляделся в стену и, наконец, увидел кое-что подходящее. Он поднял хлыст и попробовал его на подлокотнике кресла, удовлетворенный как весом, так и щелчком. - Этого хватит, - сказал он, кладя его на стол рядом с крестом. Он снял свитер и бросил его на стул, затем взял кнут и встал рядом с Ноем. - Ты готов?

- Вам лучше знать, сэр, - ответил Ной с напряжением в голосе, выдававшим нечто большее, чем просто возбуждение.

- Я знаю. Поверь, мальчик. Я знаю, что лучше. - Тобиас отступил назад и быстро размахнулся, полоснув Ноя по левому плечу. Еще один удар, и по правому.

- О! - Ной вскрикнул от неожиданности, услышав удар.

- Знаешь, - непринужденно сказал Тобиас, - я твердо верю, что регулярная дисциплина уменьшает необходимость в наказаниях. - Еще один щелчок, и две полоски были аккуратно соединены. - Но ведь наказание часто бывает полезным опытом. Что ты об этом думаешь?

Ной ссутулил плечи, а затем расправил их. Он шумно выдохнул и прочистил горло.

- Наказание - это умение учиться на ошибках, дисциплина - это умение не совершать их, - быстро сказал он. Очевидно, в какой-то момент он тщательно изучил эту фразу. Он сделал два быстрых вдоха, задержал их на мгновение, а когда выдохнул, то немного расслабился.

- Я согласен в первом, но не во втором. - Тобиас в четвертый раз погладил Ноя по спине и придвинулся ближе, вдавив в него один палец и медленно подвигал им взад-вперед.

Ной застонал.

- О, Боже. - Его голова упала вперед.

- Ошибки допускаются, исправляются и прощаются. Дисциплина позволяет тебе познать себя, набраться сил.

- Да. Да, сэр. Я... так лучше. Познать себя. Вы так добры ко мне. - Дыхание Ноя было поверхностным, тело отзывчивым, а пальцы царапали кожу.

- Я могу быть добрым к тебе, - прошептал Тобиас, медленно вводя палец внутрь и поворачивая его. - Я могу вывести тебя из себя и вернуть обратно. Я могу научить тебя, найти тебя и причинить тебе боль. - С этими словами он убрал руку и отступил назад, снова щелкнув хлыстом и оставив красный след на бедре Ноя.

Ной слегка покачнулся в сторону после удара, но отреагировал так, словно боль была почти второстепенной по сравнению с их разговором.

Критический взгляд на след убедил Тобиаса в том, что он правильно выбрал свой инструмент; конечно, было немного больно, и он надеялся, что Ною не придется много двигаться или бегать в выходные, но звук, который издавал хлыст, был почти таким же резким, как и сам удар. В нынешнем состоянии Ноя он действительно мог не обращать внимания на тяжесть ударов и позволить звуку сделать свое дело.

- Боль может очистить, - сказал Тобиас вслух, возвращая свой тон к нормальному. - Регулярная порка, рутинная работа по дому, могут дать тебе ощущение места, того, кто ты есть. Когда в глубине души ты знаешь, что подчиняешься, ты можешь радоваться этим вещам.

- Боже, да, мне это нужно - побывать там, вернуться целым и невредимым, мне это так нужно. - В голосе Ноя слышались напряжение и эмоции, но он намеренно снова выпрямился на кресте и расправил плечи.

- Знание своего места приносит покой, - сказал Тобиас, оставляя вторую отметину на бедре Ноя. - Знание того, что о тебе заботятся, приносит спокойствие. - Еще одна отметина, и он схватил пробку со стола, уронив хлыст. - Вера в то, что ты - самая важная обязанность твоего Дома, приводит к экстазу, - прошептал он, не слишком осторожно вводя в Ноя пробку. Ной громко выдохнул, а затем затих и замер. - Твои потребности удовлетворены, твое тело проходит через боль и удовольствие, и удовольствие твоего Дома становится твоим собственным.

Тобиас был немного обеспокоен, пока Ной не выдохнул и не кивнул. Ной на мгновение замолчал, но довольно быстро пришел в себя.

- О боже, сэр, мне больно... так больно, что... - Бедный мальчик снова захныкал и запрокинул голову. Его глаза были плотно закрыты, лицо раскраснелось. Он облизал губы.

- Я знаю, милый. Потому что я этого хочу, потому что я прошу тебя об этом. - Тобиас воткнул пробку в Ноя и убедился, что она надежно закреплена, прежде чем отступить и поднять хлыст. - Потому что ты мой, - сказал он, снова взмахнув хлыстом, отчего полосы на спине Ноя удвоились. Ной заскулил от ударов и наклонился вперед, уткнувшись лицом в руку. - Потому что я могу отвести тебя туда, куда тебе нужно.

Ной все еще пытался дышать ровно, но, похоже, и в этой битве он быстро проигрывал. Он повис и тихо застонал.

Тобиас улыбнулся, наблюдая, как Ной улетает прочь от самого себя. Он отложил хлыст и придвинулся ближе, заметив, что и тело Ноя и его собственное, блестят от пота. Его дыхание участилось, член безжалостно пульсировал. Он провел пальцем по одной из отметин, оставленных на Ное, затем осторожно повернул пробку, намеренно слегка толкнув ее.

- Ах... - Ной дернулся и ахнул, когда Тобиас вытащил и вставил пробку обратно.

- И я могу вернуть тебя, - тихо прошептал Тобиас. - Снова и снова, мальчик. Я могу доставить тебе удовольствие, если ты подчинишься.

- Что угодно, лишь бы угодить, - снова выдохнул Ной, - только бы угодить вам, сэр. - Он попытался выпрямиться, но без особого успеха. - Вы так добры ко мне.

- Попробуй, и ты мне понравишься. Потерпишь неудачу и попробуешь еще раз? Я пойду на край света, чтобы защитить тебя. - Тобиас снова дернул за пробку, вытащил ее из тела Ноя и заменил двумя пальцами, которыми растягивал и раскрывал мышцу, ища железу Ноя. - Умоляй меня, - сказал он, кусая Ноя за плечо. - Умоляй меня трахнуть тебя, и я покажу, насколько прекрасным может быть мое удовольствие.

- Боже, да! - Ной ухватился за этот шанс. - Пожалуйста, пожалуйста, сэр, пожалуйста... Трахайте меня, любите меня, пожалуйста, сэр, вы могли бы? О Боже! - Ной стонал и рыдал, и Тобиас понял, что попал в точку. - Трахните меня, сэр, пожалуйста! - Он потянул себя за запястья и сильно выгнулся навстречу руке Тобиаса.

Тобиас застонал и стал быстрее двигать пальцами, поглаживая своего мальчика. Мальчик его, он был уверен, он надеялся; его раненая и ноющая душа, умоляющая, чтобы ее взяли, чтобы ее любили. Он оставил все дальнейшие попытки обмануть себя; ему нужно было обладать этим мужчиной, заботиться о нем, учить его.

- Пожалуйста, сэр! - Умолял Ной, извиваясь в его объятиях, и Тобиас заставил себя отодвинуться. - Нет! - Крик был жалобным, и Тобиас немедленно коснулся бедра Ноя.

- Я здесь, я никуда не ухожу. Я обещаю тебе, что не уйду. - Одной рукой он расстегнул брюки и высвободил свою ноющую эрекцию, задыхаясь от прикосновения к себе. - Я прямо здесь, милый. Просто достаю презерватив.

- Извините, о Боже, спасибо, да, сэр, - пробормотал Ной, очевидно, не зная, каким должен быть правильный ответ.

Теперь он тяжело дышал и примерно на каждом третьем вдохе громко всхлипывал. Он был почти в постоянном движении, раскачивался, дрожал, дергал руками, его потребность делала его совершенно неспособным усидеть на месте.

- Хочу вас, хочу вас, сэр, хочу доставить вам удовольствие, так сильно в вас нуждаюсь.

Тобиас, не теряя времени, достал презерватив и раскатал его; все равно это заняло больше времени, чем ему бы хотелось, и он проклинал себя за то, что не догадался развернуть фольгу, прежде чем начать. Но потом он приблизился и прижался к Ною, окруженный его теплом и запахом, и это уже не имело значения.

- Ты доставляешь мне удовольствие, - тихо сказал он, входя в него так медленно, как только мог себя заставить. Он крепко держал Ноя одной рукой, а другой скользил по мокрой от пота коже в поисках кольца для члена.

- Ах! Да, о, Боже. - Ной задохнулся, когда Тобиас заполнил его, слегка наклонившись, чтобы улучшить угол.

- Ты доставляешь мне удовольствие, - снова сказал Тобиас, расстегивая кольцо и позволяя ему упасть, когда взял Ноя в руку.

- Спасибо! - Ной всхлипнул от слов Тобиаса, с облегчением расправив плечи и радостью в голосе. И затем, в довершение всего, кончил, как только рука Тобиаса коснулась его, выстрелив так сильно, что хватал ртом воздух, а по лицу текли слезы. - Спасибо вам, так хорошо, о, спасибо вам... О, сэр...

Хорошо, что Ной был привязан, иначе Тобиасу пришлось бы самому поддерживать его. А так Тобиасу пришлось обхватить себя, избегая оргазма Ноя.

- Ной, - хрипло сказал он. - Мой мальчик. - Он отпустил Ноя, отчасти из-за того, что не хотел трахать его слишком долго, но в основном из-за того, что был вынужден, он не мог не двигаться, снова и снова погружаясь глубоко в тело Ноя.

Ной был крепок и податлив, и это доставляло гораздо больше удовольствия, чем что-либо другое, а звуки, запахи, крест и кожа нарастали вокруг Тобиаса, пока тот цеплялся за тонкую ниточку контроля. Он снова врезался в Ноя, и когда кончил, нить оборвалась, казалось, на целую вечность, а воздух наполнился низким рычанием.

- Мой мальчик.

- Сэр, - раздался тихий ответ. Голос Ноя звучал хрипло.

Ной был похож на тряпичную куклу, каждая мышца Тобиаса была напряжена до предела, и он заставил себя встать на ноги ради своего саба. Он отстранился, избавился от презерватива и ловко зацепился ногой за ножку кресла, чтобы потянуть его на себя. Он быстро освободил руки Ноя и, подхватив его под мышки, усадил в кресло, а затем наклонился, чтобы расшнуровать его ноги.

Ной слегка поморщился, когда его усаживали, но устроился как надо. Он был измучен, взмок от пота и был прекрасен.

- Спасибо, - повторил он, начиная приходить в себя.

Тобиас улыбнулся, опускаясь на колени перед креслом.

- Пожалуйста. Ты в состоянии немного постоять? Ты на моем месте. - Он подмигнул и дотронулся до лица Ноя, надеясь, что это будет воспринято как поддразнивание, а не как критика.

Ной ухмыльнулся.

- Думаю, у меня все еще есть ноги, - ответил он, протягивая руку, как бы прося помочь ему встать.

- Да, но работают ли они? - Тобиас встал и помог Ною подняться, обхватив за талию и быстро поменяв их местами. Легкий рывок, и он с радостью уселся с теплым и довольным Ноя на коленях. - Лучше? - спросил он, прижимая его к себе.

- О да, сэр. - Ной наклонился к нему. - Вы замечательный. Мне так хорошо.

- Я рад, - сказал Тобиас, целуя Ноя в макушку. Он тихо вздохнул, каждая клеточка его тела была довольна. - Отдохни, мальчик. Расслабься и знай, что ты сделал меня счастливым.

Ной расслабился, и они еще долго сидели так, просто слушая дыхание друг друга. В конце концов, Ной извинился, чтобы немного привести себя в порядок, и вернулся через несколько минут с полотенцами, надушенными лимоном, которые достал из сушилки в ванной. Одним он прошелся Тобиасу по лицу, а затем оставил его в руках Тобиаса, а другим нежно вытер его член, прежде чем опуститься на колени у его ног.

- Разрешите говорить откровенно, сэр?

Тобиас кивнул.

- Если будешь вести себя уважительно.

Ной кивнул.

- Конечно, сэр, всегда, - ответил он, искренне удивленный тем, что Тобиас ожидал от него чего-то меньшего. - Мне это нужно. Вы мне нужны. Я давно не чувствовал себя так - как после нашей последней сессии, как сейчас - самим собой. Я не хочу принимать никаких сиюминутных решений, но мне нужно спросить, не согласитесь ли вы встретиться со мной вне этого контекста, возможно, в понедельник за ланчем, чтобы поговорить. Я был бы вам очень признателен, сэр.

Тобиас почувствовал, как облегчение разливается по нему, как наркотик, и был рад, что сидит так, чтобы можно сосредоточиться на выражении своего лица. Он старался не показать Ною, в каком отчаянии он ждал такого предложения, как рад, что ему не пришлось сидеть и ждать следующего телефонного звонка.

- Для меня очень много значит, что ты просишь, - сказал он через мгновение. - И еще больше значит, что ты рассуждаешь рационально, осознавая, что прямо сейчас ты плывешь по течению. Проявляя уважение не только ко мне, но и к себе, а это очень важно.

- Спасибо, сэр. Я надеюсь, что вы обдумаете это. Я не хочу, чтобы вы чувствовали себя вынужденным отвечать прямо сейчас. У вас есть номер моего мобильного, и вы можете им воспользоваться.

Тобиас улыбнулся и покачал головой.

- Да, но я могу договориться о встрече прямо сейчас. Я просто не уверен, что понедельник подойдет, мне нужно посоветоваться с моей партнершей и посмотреть, как расписаны наши встречи. Обычно по понедельникам я задерживаюсь допоздна, и она таскает меня за собой до ужина.

Ной кивнул.

- У меня запланирован перерыв на обед каждый день в полдень, или, если вам так удобнее, я могу организовать вечернюю встречу. Я буду ждать вашего ответа, сэр.

- Тогда я позвоню тебе в понедельник, но предлагаю запланировать встречу на вторник. На всякий случай. - Тобиас улыбнулся и потянулся, при этом его часы блеснули. Он взглянул на них и вздохнул. - Ах, черт. Мне скоро нужно будет уходить, - с сожалением сказал он.

Ной кивнул.

- Я понимаю, сэр. Примите душ, ванная великолепна.

Тобиас кивнул и встал, собираясь пригласить Ноя пойти вместе с ним. Затем подумал о времени и о том, что Ной, вероятно, упадет в обморок от такого приглашения, и продолжил свой путь. Он не позволил себе улыбнуться своему успеху, пока не оказался под струями трех насадок душа, шум которых заглушил его довольный смех.





Часть 7


Было еще темно, когда Тобиас выехал из своего жилого комплекса. Его дорожная кружка с кофе наполняла кабину грузовика ароматом, обещая заряд бодрости. Он знал, что к тому времени, как доберется до фермы, солнце уже взойдет, но это нисколько не умаляло его наслаждения пустыми городскими улицами, светом уличных и дорожных фонарей, уносящих его прочь, от одной жизни к другой.

Он подумал, что эта картина прекрасна и романтична, возможно, подошла бы для фильма или заурядного романа, но даже при малейшем размышлении она разлеталась вдребезги, и вот он, один, едет из одного дома в другой. Не было никакой опасности, что одна его жизнь перетечет в другую; они были одинаковыми, существовала только одна. Он был тем же, куда бы ни ехал и с кем бы ни разговаривал. Он был Тобиасом Винсентом, ветеринаром, боссом, партнером, Домом, фермером-любителем и удачливым ублюдком. И это все было в нем.

Поездка пролетела быстро и гладко, приятная рутина, несмотря на ранний подъем и остатки ночной усталости. Он прекрасно понимал, что все еще немного не в своей тарелке, скорее из-за осознания того, насколько ужасно не хватало практики, чем по какой-либо другой причине. Это было приятно - чертовски приятно - и он с удовольствием подумает об этом позже. Ему понравится обсуждать, перечислять и перебирать свои собственные потребности, а также те, в которых он хотел помочь Ною. Лежа в одиночестве в своей большой кровати, он…

Позже. А пока нужно было позаботиться о лошадях, проведать миссис Миллер и решить сотню мелких дел. Всему свое время, и сейчас настало время заварить чай для миссис Миллер, с легким медовым оттенком и каплей лимона. Лично он ненавидел такой чай, но ей он нравился, и в свои восемьдесят три года она твердо стояла на своем.

Он тихо вошел в дом, прекрасно понимая, что даже пять лет назад она встретила бы его у двери, ее рабочий день уже час, как начался. Она все еще делала почти столько же, сколько и тогда, просто в более медленном темпе, и он был вполне доволен, чтобы смотреть в другую сторону, когда она наняла девочек Спенс для уборки. Конечно, все они настаивали на том, что подростки приходили в гости. Три раза в неделю, как по часам.

Размышляя о приготовлении тостов к чаю, Тобиас почти дошел до кухни, когда миссис Миллер с чайником в руке внезапно появилась из солнечного света прямо перед ним.

- Доброе утро, - сказал он, зная, что она видела, как он вздрогнул.

Она улыбнулась ему, выглядя необычайно счастливой от того, что, наконец-то, совершила что-то шокирующее.

- Доброе утро, доктор. Садитесь, я принесу вам кофе и тосты.

Он восхищенно покачал головой и сделал, как ему было велено, удобно устроившись за круглым кухонным столом. Обычно он завтракал в солнечной комнате, с миссис Миллер или без нее, но обедал часто на свежем воздухе, а ужинал всегда в столовой. В последнее время ему нравилось проводить утро на кухне.

Миссис Миллер вернулась из кладовой с подносом, на котором стояли его кружка и тосты, а рядом - графин кофе и сливочник. Ставя массивную штуковину на стол, она посмотрела на него краем глаза и сказала:

- Вчера вечером мне звонил сладкий пирожок.

- Черт, - не задумываясь, выпалил Тобиас, а затем демонстративно прикусил язык. Ругань не допускалась за столом, накрытым миссис Миллер. - Прости. Могу я спросить, чего хотел этот мальчишка?

Она закатила глаза и села, аккуратно взяв свою чашку с чаем.

- То, чего хочет всегда, конечно. Он хочет, чтобы ты позвонил ему, настаивает, что это важно. -Выражение ее лица внезапно стало хитрым. - Я думаю, он хочет вернуться к тебе, - уверенно сказала она.

Тобиас закатил глаза, давно забыв о деликатности миссис Миллер.

- Нет, не хочет. И я бы не хотел его возвращать, боюсь, мадам, ваш сладкий пирожок уже превратился в «бывший сладкий пирожок».

Она цыкнула на него и пододвинула тосты ближе, подождав, пока он послушно откусит кусочек, чтобы сказать:

- Девушки ведь могут мечтать, не так ли? Фантом привнес в дом столько энергии.

Тобиас твердо сказал себе не смотреть на нее. Фан привнес, этого нельзя было отрицать.

- Я могу пригласить его в гости, - сказал он, внезапно воодушевившись. - При условии, что ты пообещаешь отказаться от своей идеи о том, чтобы мы снова были вместе. Фантом двинулся дальше - я двигаюсь дальше.

- Ты двигаешься дальше? - Она ухватилась за это, как кошка на бесшабашную мышь, и он застонал.

- Вероятно, именно об этом Фан и хочет поговорить, - сказал он. - А теперь, дорогая леди, мне нужно встретиться с кузнецом, позвонить Фантому и заняться фермой. Мы с вами посплетничаем после ужина, хорошо?

- Да, доктор, - согласилась она, улыбаясь ему. - Он хороший мальчик?

Тобиас улыбнулся ей в ответ, на мгновение подумав о Ное.

- Он хороший мальчик. Он вам понравится.





Часть 8


В полдвенадцатого Тобиас обошел дом сбоку и поднялся на крыльцо, готовый немного посидеть и выпить чего-нибудь прохладительного. День был теплый, хотя и немного влажный из-за внезапного утреннего ливня, и он подумал, что заслужил немного времени на солнышке со стаканом холодного чая миссис Миллер.

Она снова ждала его, и он обнаружил ее уютно устроившейся в кресле, весело покачивающейся рядом со столом. Он остановился, чтобы с нежностью оглядеться: его домработница, печенье и холодный чай, и ее корзина для вязания. Его собственное кресло манило, и он улыбнулся, подходя к ней.

Она полезла в свою корзину с вязанием и протянула ему портативный телефон.

- Номер шесть в быстром наборе. А потом можешь выпить холодного чая.

Тобиас раздумывал, сказать ли «нет», хотя бы для того, чтобы заявить о себе как о взрослом человеке, но мысль о том, что она просто улыбнется и все равно отправит в дом, заставила его похолодеть. У него была определенная гордость, даже значительная, и он умел выбирать, с чем бороться. Со вздохом он кивнул и вошел в дом, стараясь не хлопнуть дверью.

В прихожей он снял ботинки и, поднимаясь по лестнице, нажал нужную кнопку, решив, по крайней мере, провести этот разговор в относительном уединении своей спальни. Телефон трижды пискнул у него в ухе, прежде чем Фан ответил.

- Желтый[1].

- Хочешь, чтобы я уже немного сбавил обороты? - спросил Тобиас, моргая от странного приветствия. - Мы ещё даже не начали.

Наступила ошеломленная тишина, а затем Фан рассмеялся.

- Я сказал «алло», а не «желтый». У меня акцент.

- Перестань.

- Думаю, придется, иначе мне совсем не будет весело. Боже.

Тобиас снова услышал смех Фана и присел на край кровати.

- Миссис Миллер скучает по тебе, - сказал он, когда Фан успокоился.

- Ах, моя Элизабет. Как она? По телефону она звучала замечательно.

- У нее все хорошо. Я сказал, что попрошу тебя навестить ее.

- Правда? Когда?

Тобиас слегка нахмурился, вспомнив о своем ежедневнике.

- Я не уверен, точно не на следующей неделе. Может, через неделю?

Он слышал, как переворачиваются страницы, пока Фан листает свой неизменный дневник.

- Не могу, - с сожалением сказал он. - Вот что, я посмотрю, что можно сделать, чтобы как-нибудь заскочить в течение дня - я, конечно, согласую это с тобой.

Тобиас знал, что «в течение дня» означает «когда тебя не будет рядом, я могу пораскинуть мозгами, а она - пораскинуть мозгами, и мы можем строить планы». На самом деле, это не было проблемой. Он знал, что они беспокоятся о нем, возможно, больше, чем кто-либо другой.

- Конечно, - согласился он. - Принеси ей что-нибудь вкусненькое.

- Разумеется. Итак, хочешь узнать сплетни о себе или расскажешь мне, что происходит?

Тобиас вздохнул и откинулся на кровать.

- Полагаю, мы не сможем пропустить этот разговор?

- Ты, правда, хочешь, чтобы я снова появился в баре, просто чтобы посмотреть?

- Знаешь, я бы с радостью убил тебя.

- Знаю, - печально сказал Фан.

Последовало долгое молчание, прежде чем Тобиас, наконец, сказал:

- Тебе не нужно так сильно беспокоиться, Фан. Но спасибо за заботу.

- Спасибо, - послышался шепот в ответ. - Но я не согласен. Особенно если то, что я слышал, правда, Тобиас.

Тобиас поморщился.

- Хорошо, расскажи мне, насколько сильно искажена история.

Он почти почувствовал, как Фан немного приободрился; сплетни были для него чем-то, вроде небольшого удовольствия, а возможность поделиться ими - особенно с объектом этих сплетен - была подобна подарку.

- Итак, суть в том, что ты позвонил и сказал, что придешь, и что тебе нужна форель...

- Боже милостивый, ты собираешься мне пересказать все?

- …так что кухня уже знала, и Брайан...

- Аа.

- ... был почти в оргазме. Ну, многие были… правда, клянусь, твоя репутация могла бы обеспечить тебе секс каждую ночь в течение года, без повторов.

- Фан.

- Нет, правда. Парни готовы были пойти на что угодно, чтобы их выбрали, и никто никогда не говорил об этом. Они просто варились в ожидании несколько дней, выглядя счастливыми. Ну, кроме Пэта - что, черт возьми, ты с ним сделал? Я имею в виду, пять дней? Он как легенда, поднимается с тобой наверх в пятницу и не спускается до утра среды...

- Неважно. - Было очень, очень мало вещей, о которых Тобиас никогда бы не рассказал, и время, проведенное с Пэтом, было одной из них. Он не планировал пять дней, на самом деле всё началось вечером, очень похожим на первый вечер с Ноем. Но прошло всего несколько месяцев с тех пор, как он отпустил Фана на свободу, и это было слишком рано. Долгая сессия в пятницу привела к тому, что в субботу и воскресенье он плакал на руках у Пэта, разговаривал, приводил доводы рассудка... а с понедельника по вторник были сессии для восстановления сил в качестве награды и благодарности для них обоих. Он совсем не хотел пережить это снова.

Внезапно он увидел себя через год или два в будущем, делающим именно это, Ноя, серьезно и честно объясняющего, что ему пора двигаться дальше, найти что-то новое.

Он ахнул, образ был настолько резким и ярким, что пришлось выкинуть его.

- Фан, я...

- Так вот. Итак, в ресторане поднялся переполох, потому что ты не забронировал номер, а потом в столовой произошла эта история. Брайан рассказывает всем, что Ной опустился на колени, и все думают, что он вот-вот сойдет с ума, что он, наконец-то, добрался до лучшего Дома и кому-то придется вытирать за ним лужу. В общем, все сожалели, что это не они, и, может, когда ты вернешься через несколько месяцев, у них еще появится шанс, понимаешь?

Тобиас сглотнул, едва ли обращая на это внимание. Он видел Ноя на кровати, отсыпающегося, чувствовал вкус его слёз.

- Да.

- А потом ты появляешься в баре, в далеко не идеальном состоянии и не только бесишься на Бредфорда, но и разговариваешь с Бреттом и напиваешься. Заведение тихо сходило с ума, все умирали от любопытства.

- Не говоря уже о том, что ты звонишь мне.

- Да уж. Я волнуюсь. Подай на меня в суд.

Тобиас фыркнул в трубку.

- Неделю ничего не происходило, все как-то затихло, но ходили слухи, что если Ной появится в пятницу, то устроят тотализатор, а потом, что ты думаешь? Он звонит и бронирует для тебя номер.

- Откуда ты это знаешь? - С любопытством спросил Тобиас.

- Я был с Бредфордом, когда поступил звонок.

- О. - Тобиас решил не думать об этом.

- Ты сам спросил, - тихо сказал Фан.

- Спросил. Продолжай.

Он услышал, как вздохнул Фан, и представил, как он проводит рукой по волосам, и они встают дыбом.

- И тут все взорвалось. Все просто... Господи, Тобиас. Три года прошло с тех пор, как ты водил кого-нибудь наверх больше одного раза. Черт возьми, восемь, если не считать меня. Там есть парни, которые и понятия не имели, что ты можешь быть с кем-то другим более одного раза. А Ной… он меняет партнеров, как и большинство… ну, он сменил очень много партнеров. Поэтому я решил попросить Сэнди подменить меня на несколько часов в пятницу и задержался.

- Мне это не понравилось, Фантом, - мягко сказал Тобиас. - Твое поведение было чрезмерным, пугающим и грубым.

Фан фыркнул.

- Я бы согласился, если бы ты сказал, что я был груб с тобой.

- Ты был груб. Твоё поведение по отношению ко мне говорит само за себя, ты же знаешь. Это был важный момент твоего обучения и абсолютный признак твоего подчинения.

Последовала долгая пауза.

- Ты больше не владеешь мной, Тобиас, - тихо сказал он.

Тобиас закрыл глаза.

- Нет. Не владею.

- Послушай, - спокойно сказал Фан. - Я боготворил тебя. А он еще даже не стал твоим сабом, просто парнем. Да, я хотел подчеркнуть, что ты важен для меня, что я сделаю для тебя все, что угодно, даже поцелую твои ноги на публике. Если он тоже этого хочет, прекрасно, но он не одинок. Он должен быть лучшим.

Как ни странно, именно потому, что не имело смысла, это тронуло Тобиаса.

- Фантом, ты совсем не меняешься, да? - спросил он с улыбкой.

- Неа. А теперь... что ж, сенсация в том, что ты ушел раньше, но счастливым, а Ной спустился по лестнице затраханым. Слышны стоны, рвётся одежда, и куча сабов проклинают свою неудачу. Скажи мне, это правда? Теперь он твой мальчик?

Тобиас сел, одной рукой разглаживая джинсы.

- Я не знаю. Я... ничего официального, если ты это хочешь знать. Мы поговорим позже, на этой неделе, за пределами клуба. Но...

- Но? - Голос Фана стал таким же тихим, как и его собственный.

- Я облажался, Фан. Ты был прав, ты и Бредфорд, я ждал слишком долго. Я потерял контроль, и этого было достаточно, чтобы отвлечься, и пришлось постараться, чтобы мой голос звучал спокойно. Я хочу спать с ним, обнимать его и заботиться о нем, и больше всего на свете я хочу его. Это как... вернуться на восемь лет назад. Я чувствую, что вот-вот сорвусь с обрыва.

- О, сэр... - Голос Фана был полон сочувствия, вероятно, он был единственным человеком на планете, понимающим, что имел в виду Тобиас, о чем беспокоился.

- Я спросил Бретта, любит ли Ной боль, - прошептал Тобиас. - Я уже знал, что не смогу до этого дойти, и мысль о том, что я это знаю, что уже думаю о долгосрочной перспективе, хочу этого… Боже, Фан. Что мне делать?

- Ты поговоришь с ним о том, чего он хочет. Ты, блядь, проследишь, чтобы твои потребности были удовлетворены. И ты воспользуешься шансом. Прошлая ночь была так же хороша, как говорят слухи?

- Возможно, даже лучше. Я так гордился им, Фан. Он так хочет учиться, он такой щедрый... как будто он голодал и только что нашел еду. И я чувствую, что могу взять его на ферму.

- Тогда перестань бояться того, что может случиться в будущем, и живи сегодняшним днем.

Слова казались слишком знакомыми, слишком ласковыми, чтобы быть чем-то естественным для Фана, и Тобиасу пришлось напрячь память. Он в конюшне, а Фан стоит на коленях, плачет и просит, чтобы его отпустили. Они вдвоем долго разговаривали до поздней ночи и даже позже, наконец, приняв тот факт, что рабство должно закончиться, что это не та граница, которую Фану нужно преодолевать. Что им двигала потребность в боли, была той частью его самого, которую ему нужно было лелеять, и что Тобиас не мог пройти этот путь вместе с ним. Что иногда одной любви было недостаточно.

- Фан?

- Что?

- Если собираешься цитировать меня, то, по крайней мере, выбери что-нибудь более оригинальное, - сказал он с легкой улыбкой.

- Да, Тобиас. Ты в порядке?

- Буду. Поговорим на следующей неделе.





в англ.языке желтый - yellow, созвучно с приветствием hello





Часть 9


Тобиасу с трудом удалось найти парковку.

И без того узкие улицы Чайна-тауна создавали проблемы, но к этому добавилась еще и суматоха в конце часа пик. Улицы были забиты машинами и людьми, он постоянно попадал на красные сигналы светофоры, и к тому времени, как, наконец, заглушил двигатель, он был совершенно измотан. Вдобавок ко всему, работник парковки потребовал двадцать долларов наличными за то, что он оставит там свою машину на три часа, что было довольно проблематично. Тобиасу потребовалось пять минут, чтобы найти эти деньги в бардачке, затерявшиеся под картами и театральными программками.

Так что он опаздывал на несколько минут и мысленно проклинал свои часы, направляясь на ужин.

Ресторан, который выбрал Ной, был полон, но когда Тобиас назвал свое имя, ему улыбнулись и неторопливо поздоровались, а затем вежливо проводили в заднюю часть обеденного зала. Там его провели мимо нескольких высоких диванчиков, украшенных яркими азиатскими тканями. Его провожатый остановился у одной из кабинок и жестом пригласил Тобиаса войти.

Кабинки больше походили на крошечные отдельные комнаты, и внутри каждой стоял низкий столик, окруженный подушками вместо стульев. Ной поприветствовал его улыбкой и легким поклоном.

- Они ожидают, что ты снимешь обувь, - сказал Ной. - Тебе не разрешат пить чай, пока ты не останешься босиком. - Он усмехнулся и взял свою чашку.

Приподняв бровь, Тобиас просто смотрел Ною в глаза, пока поднимал одну ногу, затем другую, снимая ботинки и носки.

- Я предлагаю тебе максимально использовать этот вечер, - сухо сказал он. - Возможно, это твой последний шанс повеселиться без последствий. - Ему пришлось постараться, чтобы не улыбнуться, его тревога исчезала.

- Тогда мне лучше проследить, чтобы ты тоже встал на колени и поклонился, когда тебе принесут чай, - поддразнил Ной, а затем, посерьезнев, добавил: - Здесь превосходная еда, тебе понравится. И здесь очень уединенно.

- Действительно. - Тобиас оглядел крошечную комнату, пока садился, радуясь, что у него хватало гибкости без проблем расположиться за низким столиком. Он внимательно прислушался, но не смог разобрать ни слова из того, что происходило поблизости; голоса других посетителей были довольно приглушенными. - Признаю, что это не то, что я себе представлял, когда ты просил о встрече... как ты сказал? На своей территории?

- Я действительно так сказал. А что ты себе представлял? Мне любопытно.

- Что-нибудь со стульями. - Тобиас улыбнулся, а потом задумался. - Ну, думаю, на самом деле я ожидал увидеть итальянскую кухню, а не китайскую, и живую, домашнюю атмосферу. Где-нибудь в семейном районе или в центре города. Заведение, где подают крепкие вина, официантки с приятным, сочным акцентом и пахнет свежим хлебом и чесноком. Возможно, я был голоден, когда звонил тебе.

Ной рассмеялся.

- Ну, поскольку я не пью, то совсем не думаю о вине, а поскольку полжизни провожу на коленях, полагаю, что стулья тоже не имеют большого значения. - Он улыбался, был в отличном настроении и казался очень расслабленным, когда протягивал меню. - Серьезно. Это тебе не китайская уличная закусочная на углу.

Тобиас взглянул на меню и улыбнулся в ответ. Оно было витиеватым и длинным, с подробными описаниями. Он не увидел ничего похожего на «Му Гу Гай Пан» или что-то в этом роде. Обрадованный, он сказал:

- Вижу. Я признаю, что, вероятно, пробовал одно или два из этих блюд, возможно, даже несколько, но никогда бы не догадался об этом. Что бы ты порекомендовал тому, кто предпочитает острое кисло-сладкому и морепродукты свинине?

- Хм... у них есть сычуаньские креветки на стеклянной лапше. Не проси меня произносить название вслух, но это вкусно, - предложил Ной с уверенной улыбкой. - Может, разделим? Хочешь что-нибудь перекусить?

Флирт. Тобиас был почти удивлен, что узнал его, ведь прошло так много времени с тех пор, как кто-то, кто действительно знал, кто он такой, флиртовал с ним.

- Было бы неплохо попробовать суп вонтон, - сказал он, не совсем уверенный, как реагировать. Его естественным желанием было пофлиртовать в ответ, но, учитывая, зачем они пришли, не был уверен, что это уместно. Он также был немного удивлен, учитывая, что не мог припомнить ни одного саба, который когда-либо флиртовал бы с ним, за исключением Фана, а на это ушло около трех месяцев. - Мы можем разделить, - наконец, сказал он, и его желудок слегка сжался. - При условии, что я получу то, что мне причитается.

Ной на мгновение задержал взгляд, а затем кивнул.

- Я всегда плачу по долгам.

- Это хорошо. Ты делаешь это с умом? - Спросил Тобиас, стараясь говорить тихо и вкрадчиво.

- О, - вздохнул Ной. - Что ж, ладно, если хочешь сразу перейти к делу - нет, я не всегда так делал. Но я учусь на своих ошибках. - Он откинулся и снова взял свой чай.

- Я обнаружил, что обычно это важно. - Тобиас улыбнулся и взял свою чашку с чаем, нахмурившись, когда понял, что она пуста. - Ну что, поделимся? Обещаю не заставлять тебя кормить меня.

Ной снова усмехнулся.

- Два супа вонтон и острые креветки по-сычуаньски.

Он потянулся за спину и потянул за резной колокольчик, висевший на задней стене, и тут же появилась очаровательная маленькая официантка. Она вошла с подносом и опустилась на колени рядом с Тобиасом, чтобы налить ему чаю, затем поклонилась, приняла заказ и исчезла.

Ной снова посмотрел на него.

- Меня не интересует положение раба. Я не соглашусь сразу на год, но согласен на шестимесячный контракт. По истечении шести месяцев мы можем подписать продление на следующие шесть месяцев, пересмотреть условия еще на один срок или расстаться.

Тобиас кивнул, не удивленный неожиданным поворотом разговора.

- Согласен. Я требую, чтобы ты постоянно носил пейджер - я знаю, что как полицейский, ты обязан перед жителями этого города, и во время своей смены твое время имеет первостепенное значение. Каждое воскресенье я буду спрашивать о твоем еженедельном расписании - работе, любых обязательствах перед семьей, друзьями... что угодно. Я хочу знать, где ты находишься, насколько это возможно. Твои выходные – мои.

Основные моменты - как долго Ной будет принадлежать ему, и пейджер - были самыми простыми; они, так сказать, являлись решающими. Если у кого-то из них были серьезные проблемы с такими основополагающими вещами, продолжать было бессмысленно.

- Согласен. - Ной не колебался, и Тобиас позволил себе еще немного расслабиться так, что, наконец-то, смог рассмотреть несколько деталей.

Наблюдая за происходящим, Ной поерзал и скрестил ноги, опершись на руку. Он выглядел хорошо: повседневные брюки цвета хаки, белая рубашка, синий жилет.

- У меня дома есть пейджер, я запишу для тебя номер.

Тобиас покачал головой, отвергая эту идею.

- Нет, я предоставлю. - Он слегка наклонился вперед, собираясь с мыслями. - Это будет нелегко, Ной. Временами ты будешь ненавидеть меня. Я требую послушания, уважения и заботы. Я хочу, чтобы ты подумал обо мне, о том, что могло бы сделать меня счастливым. Я помогу тебе освоиться и надеюсь, что ты будешь работать над собой усерднее, чем когда-либо прежде.

Ной на мгновение заглянул Тобиасу в глаза.

- Ничто в жизни, что стоит делать, не дается легко. И у меня есть веские причины доверять тебе.

Это заставило его улыбнуться.

- Ты хочешь этого. Возможно, ты уже начал это делать, и я искренне хочу, чтобы ты это сделал. В обмен на согласие я обещаю никогда не лгать, не использовать уловки и не причинять тебе вреда. Я буду отвечать за тебя, когда мы будем вместе или когда отправлю тебя куда-нибудь от своего имени. Я буду защищать тебя, направлять и учить. Это приемлемо?

- Приемлемо и ценно. - Ной кивнул.

Тобиас вздохнул. Искренние обещания давались ему легко. Он не меньше сделал бы для любого, кто был под его контролем. Но были и вещи, в которых он нуждался.

- Мне все равно понадобятся стоп-слова. Я также хотел бы получить подробный список инструментов, которые тебе нравятся, и тех, что ты ненавидишь, с указанием причин. - Он пожал плечами. - Возможно, я все равно решу их использовать. То же самое со сценами или ситуациями, которых ты боишься или которые вызывают отвращение, ты не обязан сообщать мне подробности, но я хочу знать твои доводы, прежде чем соглашусь не пытаться что-то предпринять. Если дашь мне все это, тебе не придется беспокоиться о моем выборе.

Через мгновение Ной кивнул.

- Хорошо, я могу это сделать, - согласился он. - Ты готов к моим проблемам?

Тобиас облегченно улыбнулся.

- Думаю, лучше мне быть готовым.

Ной усмехнулся и стал наблюдать за тем, как принесли еду, ожидая, пока они снова не останутся одни.

- Я хочу это сделать, я знаю, что мне это нужно. Я предлагаю это свободно и безоговорочно, Тобиас. - Он вздохнул и помешал суп, а затем обратил проникновенный взгляд карих глаз на Тобиаса. - Но мне нужно, чтобы ты понял, что я искренне боюсь потерять свою личность из-за этого.

Кивнув, Тобиас взял ложку.

- Не могу сказать, что такого никогда раньше не случалось. Часть моей работы заключается в том, чтобы этого не произошло, чтобы ты укоренился в себе, а не во мне, не в подпространстве. Ты проводишь время по вечерам, занимаясь чем-то определенным?

- Зависит от вечера. По средам я играю в баскетбол в мужском клубе в центре города, а по четвергам работаю волонтером-консультантом для подростков... В остальное время смотрю игру с парнями с работы или отдыхаю дома.

Тобиас размышлял об этом, прихлебывая суп. Бульон оказался чуть кислее, чем он обычно любил, но вонтоны были просто божественны.

- Ты сохраняешь среду и четверг, без сомнения, особенно четверг. Это рутина, это баланс, и это вне твоих мыслей. Кроме того, это важная работа. - Он улыбнулся Ною, довольный его интересами. Это говорило только хорошее об этом мужчине и его характере. - Возможно, я буду звонить тебе в другие вечера. Но пойми, что часть нашей работы будет заключаться в том, чтобы у тебя было определенное место и время, чтобы полностью отдаться себе. В безопасности. Я верну тебя обратно. Моя задача - поддерживать тебя в целостности.

Ной еще раз попробовал свой суп и снова отстранился.

- Мне нужно включить в соглашение всего пару пунктов. Я люблю свою работу. Я хорошо ее выполняю, и чувствую, что каждый день что-то меняю к лучшему, понимаешь? Поэтому я ценю, что ты понимаешь, что мне необходимо это личное пространство. Кроме того, поскольку я полицейский, и меня узнают на улице самые разные люди, если мы будем вместе в рамках контракта вне клуба, нужно, чтобы ты убедился, что я хотя бы в маске на глазах. - Ной сглотнул, глядя Тобиасу в глаза. - И второе - пожалуйста, не обижайся, потому что я верю, что тебе виднее - мне нужно, чтобы ты согласился быть трезвым, если я буду связан и не смогу освободиться самостоятельно. Абсолютно трезвым. А если нет, я должен сохранить за собой право действовать так, как считаю нужным, без риска наказания, включая право немедленно разорвать контракт, если захочу. Это не из-за тебя, Тобиас, это просто... у меня должна быть защита. Мне нужно это в письменном виде.

Тобиас и глазом не моргнул. Было крайне важно, чтобы Ной поверил - и доверял - ему в этом вопросе.

- Я никогда не участвую ни в одной сессии, если что-нибудь выпил, Ной. Если я когда-нибудь это сделаю, ты можешь поступать так, как пожелаешь. Я не оставлю тебя одного, пока ты будешь связан. То и другое вместе это... ладно. - Он покачал головой, не в силах представить страх, который, должно быть, испытывал Ной. - Я не буду над тобой издеваться.

На мгновение он притворился, что не заметил, как у Ноя навернулись слезы, и как он скрыл их, попивая чай и глядя на еду. Когда Ной снова поднял глаза, никаких признаков слез не было, но он также не стал больше комментировать эту тему.

Тобиас сел немного прямее и махнул рукой в сторону Ноя.

- Что касается остального - сомневаюсь, что мы будем где-то еще какое-то время, но это не точно. Благоразумие - это всегда хорошая идея. Предполагаю, что ты готов играть за пределами клуба, однако я предпочитаю свои инструменты и собственное пространство.

- Я открыт для всего, что тебе нужно, - ответил Ной. - Дома, в клубе или вне дома.

- Ты уверен? - тихо спросил Тобиас. - Если я скажу тебе, что каждую пятницу буду присылать за тобой машину, и ты уедешь из города, ты это сделаешь? Если я попрошу тебя целовать мои ноги и лизать мой член, как это делал Фан, ты это сделаешь? Если бы мне это было нужно, как дыхание?

- Если бы тебе это было нужно, как дыхание? - Ной снова посмотрел ему в глаза. - Конечно. Это моя обязанность перед тобой, как саба - следить, чтобы твои потребности удовлетворялись, ставить твои потребности выше моих. Признаюсь, я не в восторге от идеи лизать тебе ботинки, но если бы ты попросил меня об этом? Если бы я знал, что тебе это нужно? Да. Да, с удовольствием. - Он снова опустил глаза и подцепил вилкой кусочек креветки. - А что касается моих выходных, мы договорились, что они в твоем распоряжении. Я поеду, куда скажешь.

Тобиас ухмыльнулся.

- К счастью для тебя, я не нуждаюсь в подобном обслуживании, а моя ферма находится всего в часе езды от города. - Он, наконец, позволил себе насладиться острыми креветками. - Тем не менее, я более чем уверен, что, в конце концов, попрошу тебя сделать что-нибудь... неприятное. Но ты слишком хороший саб, чтобы отказать мне, а если и откажешь, всегда будут наказания. Я строгий господин, Ной. Будут обязанности, обязательства и дисциплина. Наказания будет легко заслужить и трудно избежать, хотя они и не будут чрезмерными.

- Я думаю, заслужить уважение гораздо сложнее, - сказал Ной. - Ни один Дом, с которым я встречался в клубе, не заставил меня стать таким, каким я должен стать. Я хороший саб, я это знаю. Простые вещи приходят сами собой. С большинством Домов, если я не забывал называть их «сэр» и делал то, что мне говорили, этого было достаточно. - Он взглянул на Тобиаса. - Этого недостаточно для меня.

- Конечно, не достаточно, это игра не для тебя. - Тобиас хотел обойти стол, хотел быть физически ближе - и это стало той потерей самообладания, которой он ждал, его сигналом самому себе отступить. - Я пришлю за тобой машину в пятницу, - сказал он, протягивая Ною чистую карточку и ручку. - Мне нужен твой адрес и время, когда ты будешь дома. Не бери с собой ничего, кроме смены одежды на понедельник. Если в ближайшее время возникнут какие-либо проблемы, пожалуйста, напиши мне.

- Ты ведь позаботишься о том, чтобы я выспался в воскресенье вечером, чтобы в понедельник утром быть на работе, верно? Я реально не хочу объяснять своему напарнику, почему дремлю в полицейской машине. - Ной подмигнул и, взяв ручку, наклонился над столом, чтобы написать. Он записал свой адрес, и Тобиас узнал его - это был один из районов в центре города. - Обычно я прихожу около половины пятого, плюс-минус несколько минут, если метро не работает. Как мне связаться с тобой, если я задержусь из-за ареста или чего-то еще? По пейджеру?

Тобиас кивнул.

- Хорошо. Я пришлю машину без четверти пять; этого времени тебе хватит, чтобы добраться домой, собрать сумку и начать избавляться от своей... работы. Часа в машине тебе достаточно, чтобы прийти в себя, или понадобится помощь, когда доберешься?

- Часа должно хватить, спасибо, что подумал об этом. - Ной улыбнулся. - Ты хочешь, чтобы сессия началась, как только я выйду из машины, или у тебя будет контракт, чтобы я сначала его просмотрел?

Тобиас задумался, подбирая слова для ответа.

- Я думаю... Я надеюсь, что ознакомления с контрактом будет достаточно, и изменений не потребуется. Но как только он будет подписан, Ной, ты станешь моим сабом. Исключительно. В течение следующих шести месяцев не будет такого времени, когда ты не назовешь меня «сэр» или «господин», и это не прекратится, пока ты не произнесешь стоп-слово. Конечно, будут сцены с определенным временем... но как только ты подпишешь, все.

Ной кивнул, тоже, казалось, тщательно обдумывая свой ответ. Он на мгновение прикусил губу, а затем глубоко вздохнул.

- Справедливо. Я понимаю это. - Он сделал глоток чая. - Итак, как насчет того, чтобы я прочитал контракт, мы обсудили все возможные изменения, если таковые будут, а затем вели себя так, как будто он подписан, все выходные? Затем ты дашь мне неделю на обдумывание и подписание, или на то, чтобы решить не делать этого, когда я буду у себя. Это справедливо?

- Пробный шар? - Тобиас был не в восторге от этой идеи. - Ты поймешь, что это не по-настоящему.

- Хм. Ты бы предпочел, чтобы я либо подписал его, либо нет, сразу. Ты действительно хочешь, чтобы мне понадобились стоп-слова, да? - Подмигнул Ной. - Хорошо, поступим по-твоему. В пятницу я либо подпишу, либо нет. Ты согласишься дать мне, скажем, полчаса побыть одному, чтобы я принял решение?

Тобиас улыбнулся широкой, дразнящей улыбкой.

- Если задержишься дольше, то будешь убирать стойла. Обнаженный. Тебе ведь делали прививку от столбняка, не так ли?

- Надеюсь, мне не понадобится так много времени, верно? Погоди... стойла? У тебя есть лошади? Или коровы? Не из-за этого ли я на днях услышал по телефону коровье мычание? - Ной ухмыльнулся.

Тобиас просто улыбнулся, убедился, что ручка и адрес Ноя надежно спрятаны у него в кармане, и встал.

- Спокойной ночи, Ной. Водителя зовут Хорхе, машина «Мерседес», увидимся в пятницу.

Не взглянув больше на Ноя, опасаясь, что поддастся на пустые разговоры и харизму этого мужчины, он открыл дверь и выскользнул наружу, задержавшись лишь для того, чтобы убедиться, что за ужин заплачено, прежде чем выскочить на улицу. Ему нужно было сделать очень много покупок, а оставалось всего три дня, чтобы все успеть.





Часть 10


Ной остался и доел свой ужин, слегка разочарованный поспешным уходом Тобиаса. Он надеялся, что им с Тобиасом удастся немного поговорить, узнать друг друга получше. Но чем дольше он сидел там, в одиночестве, тем яснее понимал: не в знакомстве тут дело, и Тобиас, вероятно, ушел так резко именно для того, чтобы сохранить сугубо деловой характер отношений. Ной мог это уважить. Впрочем, он был удивлен, обнаружив, что счет уже оплачен; ему бы хотелось сделать это самому.

Что ж. Это было начало чего-то нового, не так ли?

Вместо того чтобы ждать метро, ​​он раскошелился на такси до дома, а по пути отправил сообщение Бретту на пейджер. Ему требовалось «проверка реальностью» - ему нужно было услышать, что он готов, что бояться - это нормально, что нервничать - естественно. Ему необходимо было услышать эти слова - пусть даже он их и так знал, пусть даже Тобиас и заверил его, что он будет в безопасности, потому что больше не доверял самому себе в принятии подобных решений в одиночку.

Он ждал звонка на мобильный минут десять, и, наконец, телефон зазвонил - как раз в тот момент, когда Ной входил в дверь. Он выудил аппарат из кармана и откинул крышку.

- Алло?

- Ной? Ной, что случилось? Ты в порядке?

Ной с облегчением выдохнул.

- Привет, Бретт. Да. Да, я в порядке. Я просто...

- Ты где-то застрял? Тебя нужно подвезти или еще что?

- Нет. Ничего такого, все в порядке, Бретт.

- Ты же знаешь, что отправил мне 911.

- Да. Да, знаю, прости. Мне нужно было, чтобы ты перезвонил мне немедленно. - Ной стал расхаживать по прихожей.

Бретт фыркнул, явно раздраженный.

- Ной, лучше бы это было срочно, я больше не в твоем распоряжении.

Ной подумал, что, в конце концов, это была плохая идея, но ему нужно было с кем-то поговорить, а Бретт был его единственным настоящим другом.

- Знаю! Я знаю, знаю, прости меня, Бретт. Господи. - Он потер пальцами лоб.

Настала очередь Бретта вздохнуть, и его тон стал более сочувственным.

- Ладно, малыш, ладно, успокойся. В чем дело? Ты не пользовался этим кодом уже несколько месяцев.

Много месяцев. На самом деле, он не мог вспомнить, когда в последний раз это делал.

- Бретт, я думаю, что подпишу контракт. - На другом конце провода повисло долгое молчание. - Ты меня слышал? Я был сегодня на переговорах... Бретт?

- Да. Да, я здесь. С доктором Винсентом?

- Он врач? - Ной остановился, чтобы переварить услышанное.

- Ветеринар. - Сообщил ему Бретт.

Ной сел на диван, прервав ход своих мыслей.

- Ха. Ни хрена себе.

- Подожди, ты собираешься подписать контракт с этим парнем и даже не знаешь, чем он живет?

- Блядь, - простонал Ной.

- Чем зарабатывает на жизнь...

- Коровами.

- Прошу прощения?

- Не могу поверить, что не спросил его, чем он зарабатывает на жизнь! - Ной хлопнул себя ладонью по лбу.

- Ной, ты что-то не улавливаешь, малыш. - Тон Бретта стал немного снисходительным.

- Перестань называть меня малышом, Бретт.

Бретт вздохнул в трубку.

- Вот черт. Я даже не заметил.

- Ты никогда этого не замечал. - Ной так и не смог отучить его от этой привычки с того дня, как они расстались.

- Должно быть, это из-за 911 на мой пейджер. Я чувствую себя защитником.

- Прости меня.

- Ладно, послушай. Вернемся к тому, с чего начали, хорошо? Зачем ты мне позвонил?

- Я хочу подписать контракт с Тобиасом, - без обиняков сказал ему Ной.

- Эксклюзивный контракт?

- Да.

- Постоянным сабом?

- Не считая моей работы и волонтерской деятельности, да. И без совместного проживания или чего-то в этом роде. Но работа над собой - по полной программе.

- Похоже, это как раз то, что тебе нужно, ма... Ной.

Ной снова принялся расхаживать по комнате.

- Мне страшно, Бретт. Я в ужасе. Я нервничаю.

- Я знаю. - Голос Бретта звучал спокойно, ободряюще, именно так, как и ожидал Ной. - Но ты готов.

- Ты, правда, так думаешь?

- Да, я так думаю. Для начала, когда в последний раз у тебя было с кем-нибудь две сессии за столько недель? Он - тот Дом, который тебе нужен, и ты это знаешь. И в любом случае, он... Ты не найдешь никого лучше него.

- Ты так думаешь?

- Он крепкий орешек, Ной, и ты ему интересен.

- Да? Он так сказал? О чем вы, парни, говорили?

- Он не сказал этого прямо, но он поговорил со мной, он поговорил с Бредфордом. Ты не будешь этого делать, если не рассматриваешь долгосрочные отношения.

- Что он сказал, Бретт?

- Он хотел знать о твоих пристрастиях, хотел знать, на что ты способен...

- Ты рассказал ему о клетке, да? - Ной снова опустился на диван. Иногда он жалел, что не пьет.

- Да, малыш, мне пришлось. Но не волнуйся, он считает, что меня следовало пристрелить на месте, а ты вышел, благоухая, как роза.

Ной вздохнул.

- Бретт...

- Я рад, что ты кого-то нашел, Ной. Кого-то хорошего.

- Ты был хорош, Бретт. Ты и сейчас хорош. - Ной всегда сочувствовал Бретту. Конечно, Бретт совершил ошибку, и да, это была серьезная ошибка, но Ной даже не ожидал, что так запаникует. Страхи Ноя были вызваны не Бреттом, Бретт просто никогда не мог избавить от них.

Бретт зарычал на него.

- Пошел ты. Не говори так, Ной.

Раны Ноя, нанесенные в тот день, зажили. Раны Бретта - нет.

- Бретт, брось, все в прошлом.

- У тебя все в прошлом, и я рад, что это так.

Ной услышал, как Бретт закуривает на заднем плане.

- И для тебя должно быть.

- Я знаю, что должно быть, но пока нет. Возможно, и никогда.

Ною стало не по себе от эмоций в голосе Бретта.

- Прошло уже больше года...

- Я еще не готов, Ной, ладно? - Перебил Бретт. - Но я рад, что ты двигаешься дальше, малыш, я рад. Рад за тебя.

Ной не знал, что ответить, поэтому вообще ничего не сказал.

- Ты все еще здесь?

- Да.

- Послушай, мне жаль. Это касается тебя, верно? И я думаю, ты должен это сделать, Ной. Подпиши контракт. У Тобиаса потрясающая репутация. Он перевернет твой мир, малыш, я это знаю.

- Да, хорошо, Бретт. Я подпишу. - Ной знал, что поступает правильно; в конце концов, ему вовсе не требовалось, чтобы Бретт говорил ему об этом, и всё же услышать это было приятно. Это служило подтверждением. Это была та самая проверка реальностью, которую он искал. - Спасибо, что перезвонил, Бретт.

- Я люблю тебя.

- Я... знаю. - Ной покачал головой, сам себе удивляясь. Черт возьми. Он не скучал по Бретту, как по Дому, но и не держал на него зла. После инцидента Бретту нужен был кто-то, кто помог бы ему обрести уверенность в себе, и Ной пытался остаться с ним и наладить отношения, но в итоге им обоим было слишком тяжело.

Бретт вздохнул.

- Знаешь, он тоже никогда не справится лучше, чем ты.

- Спасибо, Бретт. Эй, ты в порядке?

- Да. Да, в порядке. Я просто рад за тебя и в то же время немного расстроен, понимаешь?

- Понимаю. Веди себя хорошо, иди и надери кому-нибудь задницу. - Он попытался изобразить улыбку.

Бретт усмехнулся.

- Спокойной ночи, малыш.

- Спокойной ночи. - Ной повесил трубку и откинулся на спинку дивана.





Часть 11


- Уверен, что у вас все есть? - Спросила миссис Миллер, собирая свои вещи. - Все в порядке с ужином?

Тобиас прислонился к стене кухни и наблюдал, как она волнуется.

- У нас все будет хорошо, - заверил он ее.

- Я не уверена, что на воскресный завтрак хватит яиц, - сказала она и снова скрылась в кладовой, издавая взволнованные звуки.

Он знал, что это притворство. Он понимал, она знает, что он знает. Но они все равно танцевали вокруг друг друга, он настаивал, что все в порядке и все готово к выходным, а она всячески оттягивала время, чтобы познакомиться с новым мальчиком.

- Как давно ты его знаешь? - спросила она его ранее на этой неделе. - Вы хорошие друзья?

Он закатил глаза, глядя на телефон, находясь в безопасном часе езды от нее, и спокойно ответил:

- Он приедет на выходные, я приеду первым в пятницу. Ничего не предпринимайте, я позабочусь о…

Она прервала его, деликатно фыркнув.

- Честно говоря, ты всегда так говоришь, но очень сомневаюсь, что ты сможешь самостоятельно приготовить еду на три дня, я прекрасно знаю, что Фантом готовил для тебя, и совершенно уверена, что он не придет и не сделает это для твоего нового... друга. Ной, ты сказал?

- Да, - вздохнул он. - Ной. - И тут он понял, что Ной ни за что не увидит дом изнутри, если там не будет миссис Миллер. Он сделал пометку позвонить и предупредить его как можно скорее. - Увидимся в пятницу.

Он немедленно позвонил Ною, повергнув беднягу в довольно хорошо скрываемую панику. Он чувствовал себя неловко, но для всех них было лучше, чтобы Ной знал, что они не останутся совсем одни, пока Хорхе не заберет миссис Миллер. Однако он не предупредил Ноя ни о чем, кроме того, что его экономка задержится на несколько минут; гораздо интереснее будет наблюдать, как эта дама работает с материалом.

Миссис Миллер стремительно выскочила из кладовой и направилась к своей сумке. Она выглядела решительной, и Тобиасу пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться - он мог только предположить, что по подъездной дорожке приближается машина. Он надеялся, что у Ноя есть некоторый опыт общения, как с властными мужчинами, так и с женщинами.

Он проводил ее до двери и увидел, как подъехал «Мерседес»: Хорхе впереди, Ной сзади. Солнце стояло по другую сторону дома, и тени только начинали ложиться на поля. Это довольно красиво, рассеянно подумал он, когда Хорхе и Ной вышли из машины.

- Вы готовы? - спросил он миссис Миллер, открывая дверь.

- Конечно, доктор, - сказала она, и по ее тону было ясно, что она всегда готова ко всему.

- Ты когда-нибудь собираешься снова называть меня Тобиасом?

- Нет. Я получила степень вместе с тобой, парень. Мне нравится использовать доказательства.

Он улыбнулся и покачал головой, до нелепости довольный, что, наконец-то, задал этот вопрос. Они вышли на крыльцо как раз в тот момент, когда Ной и Хорхе начали подниматься по лестнице.

- Привет, Ной, - спокойно сказал он. - Рад, что ты смог прийти.

- Привет, Тобиас, - радостно улыбнулся Ной. Он, казалось, не нервничал, так что либо он старательно скрывал это ради миссис Миллер, либо после их телефонного разговора стал более уверенным в себе.

Однако Тобиас, слегка нахмурившись, заметил, что его просьба оставить все дома, по-видимому, была проигнорирована. Хорхе вытащил из багажника довольно большую спортивную сумку.

- Спасибо за машину. У тебя прекрасный дом.

- Благодарю. - Тобиас на мгновение задержал взгляд на сумке, а затем указал на миссис Миллер. - Ной, это моя экономка, миссис Миллер. Миссис Миллер - Ной Долан. - Он отступил назад и в сторону, позволяя миссис Миллер подойти ближе и протянуть руку.

- Миссис Миллер. - Ной по-мальчишески улыбнулся, беря ее за руку: - Тобиас рассказывал мне о вас столько хорошего, я так рад возможности познакомиться с вами. - Он улыбнулся ей и поцеловал тыльную сторону ее ладони.

Она моргнула. Тобиас ясно увидел, как она моргнула, и прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы удержаться от смеха.

- Что ж, мистер Долан, хотела бы я сказать то же самое - доктор, к моему разочарованию, хранил о тебе молчание. - Она нежно улыбнулась Хорхе и позволила ему взять ее сумку, когда он отошел от Ноя. - Надеюсь, ты простишь меня за то, что здесь так убого, но, боюсь, блюда будут далеки от тех стандартов, которые я установила, учитывая мою голову.

- Пожалуйста, зовите меня Ной. И я сомневаюсь, что кто-нибудь сможет соответствовать вашим стандартам, судя по тому, что я слышал. - Он отпустил ее руку и отступил в сторону.

Тобиас отметил, что он был чертовски уверен в том, что произведет хорошее впечатление; он даже оделся скромно, в джинсы и мягкий голубой свитер.

- Я знаю, что нам будет вас не хватать. Надеюсь, вы прекрасно проведете выходные.

Тобиас улыбнулся про себя, когда в глазах миссис Миллер вспыхнула искра.

- Сомневаюсь, что по мне будут скучать, но спасибо тебе. - Она повернулась к Тобиасу и подмигнула. - Поговорим с вами в понедельник вечером, доктор?

- Конечно. - Он взял ее за руку, чтобы помочь спуститься по лестнице, чем заслужил ожидаемое фырканье, когда она оттолкнула его и зашагала вниз.

Хорхе, молчаливый, как всегда, открыл перед ней переднюю дверцу, и она со вздохом опустилась на кожаное сиденье.

- Посмотри на него, какой ловкий, - поддразнила она. - Я чуть не покраснела, дорогой.

- Он очень обходительный, - лукаво согласился Тобиас, просто чтобы увидеть, как румянец заливает ее щеки.

- Твоя мама была бы шокирована! - сказала она театральным шепотом.

Тобиас со смехом кивнул.

- Но вы-то нет. - Он осторожно закрыл ее дверь, все еще взволнованный тихим щелчком защелки, и подождал, пока окно так же тихо опустится.

- Нет, я - нет, - согласилась она. - Он такой... молодой. - Казалось, она ждала ответа.

- Думаю, да. - Тобиас оглянулся на крыльцо, где его ждал Ной.

- Как думаете, у него столько же энергии, сколько у Фана?

- Господи, надеюсь, что нет. Имей в виду, если он тоже будет убираться, я буду счастлива. - С этими словами она закрыла окно и помахала Хорхе, чтобы тот выезжал.

Он подождал, пока машина отъедет немного на подъездную аллею, прежде чем повернуться и подняться обратно по лестнице, громко стуча ботинками.

- Заходи, Ной, - сказал он, открывая дверь. - Полагаю, нам нужно кое-что обсудить, а потом я покажу тебе окрестности. Возьми свою сумку.

Ной закинул сумку на плечо и последовал за Тобиасом внутрь.

- Она милая, - заметил он, когда за ним захлопнулась сетчатая дверь. - Ой. Извини.

- Ты привыкнешь. И она пугающая, - поправил Тобиас. - Она живет здесь с тех пор, как мне исполнилось пять... Не знаю, что бы я без нее делал. - У подножия лестницы он обернулся и посмотрел на Ноя. - Положи свою сумку там, на скамейку, и пойдем в кабинет. Что ты принес?

Ной бросил свою сумку и последовал за Тобиасом в кабинет со смущенной улыбкой на лице.

- Только свою форму и ботинки для работы в понедельник, как ты мне и говорил. Но я не знал, как много ей известно, поэтому засунул туда подушку, чтобы было похоже, что у меня хватит еды на выходные. - Ной тихо усмехнулся. - Для своих восьмидесяти трех она довольно прогрессивна.

Тобиас кивнул.

- Она знает, что я гей, и думает, что ты мой любовник. Она не знает об остальном, хотя меня бы не удивило, если она о многом догадывается.

Ной подтвердил информацию кивком и сказал:

- О, и я принес еще пару вещей. - Он приподнял свитер и снял ремень, к которому была прикреплена блестящая черная «Беретта» в черной нейлоновой кобуре. Он положил пистолет на стол, затем полез в карман и вытащил обойму, свой значок и крошечный черный пейджер, которые положил рядом с ним. - С тех пор как начались все эти террористические акции, нам приказано никуда не выходить без огнестрельного оружия и пейджера, срабатывающего в случае чрезвычайной ситуации, требующей присутствия всех сотрудников. - Он пожал плечами. - Пистолет не заряжен. Можешь запереть его в сейфе, если он у тебя есть, или просто положить в ящик стола. Пейджер нужно оставить где-нибудь, чтобы ты мог бы проверять его для меня пару раз в день. Меня никогда не вызывали, но, полагаю, такое может случиться. Я знаю, это доставляет много хлопот, извини.

Взяв пистолет, Тобиас кивнул, ощущая его тяжесть.

- Я положу его в стенной сейф, а ты напомнишь мне достать его в понедельник утром. - Он также потянулся за обоймой и значком и пересек комнату, подойдя к книжной полке, где открыл панель, скрывающую сейф. Быстро набрав комбинацию, он спросил: - Пейджер тебе с собой не нужен?

- Я не хочу, чтобы он был со мной, - ответил Ной, качая головой. - Я смотрю на пейджер, думаю «работа» и теряю настрой, понимаешь? Если я смогу положиться на то, что ты будешь проверять его пару раз в день, то смогу забыть о нем. Если он сработает, на экране появится последовательность цифр.

Тобиас убрал оружие и обойму в сейф и кивнул.

- Конечно. У меня не будет с собой рабочего пейджера, а поскольку ты здесь, я вряд ли ожидаю, что сработает мой личный пейджер. Я позабочусь об этом, проверяя их время от времени.

- Спасибо.

Он достал из сейфа папку с документами и вернулся к столу, жестом пригласив Ноя сесть.

- Ты готов взглянуть на контракт? Мне бы тоже хотелось получить список, о котором я просил. - Он старался, чтобы его голос звучал нейтрально, но внутри у него все сжималось от предвкушения; это были те пьянящие моменты, когда он остро ощущал всю тяжесть своей потребности. Он хотел, и жаждал, и знал, что этот вечер будет бурным для них обоих.

Он не сомневался, что Ной будет принадлежать ему в течение часа. То, что он сейчас передумает и решит уйти, было немыслимо.

- О. Да, это я тоже захватил с собой. - Прежде чем сесть, Ной вытащил из заднего кармана сложенный вчетверо листок бумаги. - Наверное, мне давным-давно следовало напечатать, но я, правда, не ожидал, что это понадобится мне в ближайшее время.

Тобиас заметил, что Ной, наконец, начал нервничать.

Ной развернул список и наклонился к столу, передавая его.

- Надеюсь, это то, что ты искал?

Тобиас улыбнулся и взял бумагу в одну руку, а другой подвинул папку через стол к Ною.

- Я уверен, все будет хорошо.

Он откинулся на спинку кресла, ожидая, пока Ной откроет папку, прежде чем взглянуть на список, который держал в руке, и быстро просмотреть его.

Фавориты:

Горячий воск

Плеть-девятихвостка

Направленная мастурбация

Оральный секс (со связанными руками или в бондаже)

Кольца для члена

Оргазмы

Он улыбнулся и поднял глаза.

- Подозреваю, что наши фавориты будут сталкиваться чаще, чем твои, потому что я ожидаю получить гораздо больше оргазмов, чем могу тебе позволить.

Ной театрально вздохнул, затем улыбнулся Тобиасу, слегка покраснев.

- Я ожидал этого.

- Конечно, - усмехнулся Тобиас. Он снова обратил свое внимание на список, кивнув на несколько пунктов и отметив то, что можно использовать для дисциплины или наказания - отказ от любимого или использование нелюбимого инструмента могут стать мощным стимулом.

Однако большую часть своего внимания он уделил изучению предметов, которые Ной отметил как сильно не нравящиеся или требующие подробного обсуждения. Интересно, что он не сказал решительного «нет» клеткам; на самом деле, нигде не было прямого отказа. У него были веские причины не хотеть учувствовать в определенных сценах или использовать предметы, которые могли бы оставить на нем следы, и, по мнению Тобиаса, весь список был хорошо продуман, возможно, немного отклоняясь от принципа самосохранения.

- Почему бы тебе просто не запретить использование ножей или управление дыханием? - с любопытством спросил он.

Ной задумчиво покачал головой.

- В прошлом у меня был и положительный, и отрицательный опыт с этими двумя вещами. Честно говоря, если бы мое доверие к Дому было непоколебимым, они были бы в моем списке любимых, - спокойно сказал Ной. - Но раньше я жил слишком опасно и однажды допустил ошибку в суждениях, доверившись тому, кому не следовало, и ты видел результат. - Он на мгновение опустил взгляд, словно собираясь с мыслями, и продолжил. - Это возбуждает - переступать с кем-то такую черту. Ножи, если ими правильно пользоваться, могут быть очень эротичными. А кислородное голодание, в некотором смысле, все обостряет. - Он сделал неопределенный жест головой, а затем посмотрел на Тобиаса. - Это рискованно, опасно и чертовски горячо. Уверен, ты понимаешь, что я имею в виду.

Он все еще немного краснел, но продолжал говорить откровенно.

- Я не хочу подводить черту под тем, что, возможно, смогу чему-то научиться. Но я также не хочу идти по этому пути, пока не буду готов. - Ной потер ладонями колени и уставился на крышку стола. Казалось, он был немного погружен в свои мысли. - Я знаю, Бретт рассказал тебе, что произошло. Здесь я тоже не провожу черту, потому что знаю, что однажды мне придется вернуться в эту клетку, иначе я из нее не выберусь. В конце концов, мне придется вернуться, закрыв глаза, оглохнув и доверившись... веря, что мой господин не... - Его взгляд метнулся вверх, и Тобиас заглянул в душу Ноя. - Я надеюсь, ты поможешь мне понять, когда это время настанет, если оно настанет. Тогда мы сможем обсудить это подробнее.

Тобиас не был уверен, что сможет сформулировать красноречивый ответ; Ной был таким серьезным, таким сосредоточенным на том, чтобы сделать все, что в его силах, все, на что, по мнению Тобиаса, он был способен... это было ошеломляюще, и он был польщен тем, что начал это путешествие, а также беспокоился, что Ной попытается управлять ситуацией, будет действовать слишком быстро, чтобы достичь своих целей.

По крайней мере, он знал, что может это контролировать.

Он встал и положил список на стол, аккуратно выровняв его по центру.

- У меня нет никаких возражений против этого. Я приложу его к контракту, как только у тебя будет время принять решение.

Не оглядываясь, он вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь, и направился на кухню, где собирался подождать. Мгновение спустя Тобиас краем глаза уловил какое-то движение и, подняв глаза, увидел Ноя, медленно проходящего мимо кухонного окна с контрактом в руках и внимательно читающего его. Тобиас подумал, не плохой ли это знак, что Ною захотелось подышать свежим воздухом, хотя, если он вообще знал Ноя, было более вероятно, что он хотел просмотреть его в месте, где присутствие Тобиаса не ощущалось так сильно, как в кабинете.

Он наблюдал, как Ной обогнул дом и прошел немного дальше по подъездной дорожке, где перелез через изгородь для лошадей и взгромоздил свою обтянутую синими джинсами задницу на верхнюю перекладину. Его силуэт вырисовывался на фоне красно-оранжево-розового сияния заката, он положил контракт на колени и смотрел на пастбище. Тобиас мог видеть, что он казался задумчивым, и было легко просто стоять по другую сторону стекла и наблюдать. Однако это почти было похоже на вторжение, и поскольку Тобиас твердо намеревался как можно скорее уединиться с Ноем, он счел за лучшее оставить ему этот небольшой промежуток времени.

Он отвернулся от окна и, проверив, включена ли духовка, чтобы разогреть ужин, сел за стол и стал ждать. Как оказалось, ждать ему пришлось недолго.

- «Его потребности важнее его предпочтений, и мой долг - убедиться, что он это понимает», - донесся голос Ноя из кухонного проема. - Мне нравится эта фраза. - Он улыбнулся, когда Тобиас повернулся к нему. - Я предоставил тебе большую свободу действий с моим списком, потому что, исходя из собственного опыта и заверений Бредфорда, инстинктивно понимал, что взамен ты обеспечишь мне высокий уровень комфорта в нашем контракте. Это очень сочувственно и ясно, и хочу, чтобы ты знал, что я ценю это.

Тобиас внимательно посмотрел на Ноя.

- Думаю, это довольно стандартный контракт...

- О нет, - перебил Ной. - Нет, это не так. Я имею в виду, что кое-что из этого так и есть, например, обязанность регулярно сдавать анализы на ЗППП, и, кстати, спасибо, что включил в это нас обоих. Но обещания, которые ты даешь - убедиться, что твой саб понимает, почему ты принимаешь решения, четко представляет, когда он тебе нравится и почему, - все это подарки, Тобиас, как минимум, для меня. Сабам не всегда обещают такое общение, такое сопереживание. Ожидается, что Дом многое узнает о сабе, но обещать дать своему сабу возможность узнать о тебе больше, чем просто подчиняться? Это не стандарт. Это необычно. Это обещание партнерства. - Ной оттолкнулся от стены и прошел на кухню, направляясь к столу. - Есть ручка? Или мне лучше зайти в мужской туалет, прежде чем расписываться?

- Это дом. Здесь нет мужского туалета, только ванная, - сказал Тобиас, позволив себе слегка улыбнуться, чтобы Ной это увидел. - Она наверху лестницы, но думаю, что в течение следующего часа или около того ты будешь в безопасности. - Он встал и подошел к Ною, взяв ручку со стаканчика рядом с телефоном. - Подпиши. - Его голос был тихим и серьезным. Непреклонным.

Ной взял у него ручку и на мгновение задержал на нем взгляд. Казалось, он что-то искал, и что бы это ни было, он, очевидно, нашел. Отведя взгляд, он глубоко вздохнул, склонился над столом и поставил свою неразборчивую подпись на контракте. Затем он развернул бумагу лицом к Тобиасу и протянул ему ручку.

Тобиас посмотрел на лист лишь для того, чтобы убедиться, что его подпись стоит на нужной строчке; он подписал, глядя на Ноя, наблюдая, как тот опускает глаза, его дыхание становится глубже, плечи опускаются. В кухне воцарилась тишина, пока Тобиас вписывал дату и клал контракт на стол.

- Мальчик.

- Да, сэр? - Тобиас наблюдал, как Ной на мгновение заморгал. - О! - выдохнул он, затем опустился на колени у ног Тобиаса. - Пожалуйста, примите мои извинения, сэр.

Тобиас запрокинул голову и рассмеялся, его захлестнули облегчение и восторг.

- Нет, милый, я просто пробовал это слово на вкус. Но в этом ты мне действительно нравишься. -Все еще смеясь, он наклонился и, быстро притянув к себе лицо Ноя, крепко поцеловал его в губы. - Ладно, давай прогуляемся. Я вкратце обрисую тебе ситуацию по ходу дела, а позже, когда насытимся, мы повторим все еще раз.

- Мне не терпится увидеть вашу собственность, сэр, она прекрасна. - Ной встал, по-прежнему опустив глаза.

- Да, - согласился Тобиас. - Завтра ты увидишь больше, а сейчас я хочу показать тебе дом. Сейчас мы поедим, и я отведу тебя в конюшню, а потом пораньше ляжем спать. Завтрашний день будет долгим и насыщенным. Ну, идем.

Он направился к кладовой, зная, что Ной следует за ним по пятам. Он вошел в маленькую комнату и указал на полки.

- Ты ознакомишься со всем этим завтра утром, поскольку отвечаешь за наши блюда. Миссис Миллер займется покупками, а ты будешь готовить для нас, пока мы здесь.

Ной оглядел кладовку.

- Вам следует знать, что я ужасный повар, сэр. - Он прикусил губу.

- Учись, - резко сказал Тобиас. - И побыстрее. Поскольку... - Он провел Ноя обратно через кухню и по коридору к лестнице, размахивая руками. - Миссис Миллер восемьдесят три года. К ней приходят девушки, чтобы наводить порядок, хотя официально я об этом не знаю, а для тяжелой работы мы нанимаем людей со стороны; но раз в выходные ты будешь подметать и пылесосить весь дом, сверху донизу. А если я буду сердиться, ты также начистишь деревянные панели.

- Понял, сэр, - кивнул Ной, послушно следуя за ним.

Поднявшись наверх, Тобиас указал на ванную.

- Я ожидаю, что здесь будет порядок - я не устраиваю беспорядка, но хочу, чтобы ты знал об этом. Кроме того, будут моменты, когда я захочу, чтобы ты наполнил для меня ванну - это значит, что ты будешь ее наполнять, следить за тем, чтобы у меня было полотенце, и все такое прочее. Ты также отвечаешь за то, чтобы там были смазка и презервативы.

Он почти не сделал паузы, продолжая двигаться по коридору.

- Это комната миссис Миллер, вход воспрещен. Всегда. Гостевая комната: если будет солнечно - проветривай ее; относись к ней так же, как к любой другой комнате. Никаких игрушек там быть не должно. - Быстрым шагом он вошел в четвертую спальню - единственную оставшуюся, помимо его собственной. - Заходи и присаживайся. Осмотрись.

Тобиас сел на край кровати, наблюдая за Ноем, осматривающим свою «безопасную комнату». Две стены были заняты книгами; у третьей стояли шкафы, скрывавшие игрушки и инструменты; а на четвертой возвышался огромный гардероб. Кровать стояла посреди комнаты - к ней можно было подойти с любой стороны.

- Это «безопасная комната», а не игровая, - тихо произнес Тобиас.

Ной сел на один из стульев, как ему было велено.

- Не уверен, что понимаю, что вы подразумеваете под «безопасной комнатой», сэр.

- Место, куда ты - или я - можем прийти, чтобы исследовать идею, чувство, желание, без необходимости воплощать это в сцене. Если есть что-то, о чем я хочу подумать, но не совсем готов воплотить в полноценной сцене, я могу пригласить тебя сюда, чтобы обсудить это. Здесь мы можем лишь слегка коснуться сути вещей и при этом в любой момент отступить. - Он поднялся и распахнул дверцы гардероба, открывая взору целую коллекцию тканей. - Например, вот эти костюмы. Мы можем либо примерить их для сцены, либо просто использовать текстуру. Обстановка здесь может быть самой разной: от простых бесед о новом инструменте или обсуждения какой-нибудь фантазии - до глубоких, исповедальных разговоров, обнажающих самые сокровенные тайны души. Это что-то среднее между моей спальней и игровой комнатой.

Ной улыбнулся, и Тобиас увидел, что на этот раз он хочет встретиться с ним взглядом, что ему стоило большого труда не поднимать его.

- Это очень предусмотрительно с вашей стороны, сэр, - только и сказал Ной, но его тон говорил о многом другом.

- Это не только для тебя, - предупредил Тобиас. - Будут моменты, когда я приведу тебя сюда, имея в голове лишь смутный набросок идеи, и мы можем задержаться здесь на долгие часы. Здесь я буду заставлять тебя говорить, и буду заставлять слушать. Прямо сейчас настало время слушать.

Ной замер.

- Хорошо. Я слушаю, сэр.

- Я понимаю, что сейчас обрушу на тебя целую лавину правил; поэтому, если в ближайшие пару дней у тебя возникнут какие-либо вопросы - не стесняйся задавать их. Я предпочту лишний раз напомнить тебе о чем-то, чем допустить, чтобы ты совершил ошибку. Более того, я отдаю тебе прямой приказ: если забудешь какое-либо из правил - ты обязан попросить разъяснений. Понятно?

- Понятно, сэр. - Ной кивнул.

Тобиас тоже кивнул и направился к шкафу с игрушками; выдвинув нижний ящик, он достал оттуда зажимы для сосков. Он несколько мгновений вертел их в руках, пытаясь подобрать нужные слова, но, в конце концов, просто начал говорить:

- Фантом был моим сабом чуть больше пяти лет; последние восемь месяцев из этого срока он провел в статусе моего раба - круглосуточно, двадцать четыре часа в сутки. Это было невероятно тяжело и, в конечном счете, закончилось провалом - отчасти именно поэтому я больше не хочу заводить себе раба. Ты - мой сабмиссив, а не раб, и я не стану обращаться с тобой как с таковым. Однако есть определенные атрибуты владения, которые пришлись мне по душе.

- Позвольте мне высказаться откровенно, сэр? - спросил Ной.

Ход его мыслей был предсказуем; Тобиас подумывал отказать - и знал, что именно так и следовало бы поступить. Но ему также необходимо было принять во внимание потребность Ноя выплеснуть свои чувства: возможно, озвучив их, он сумеет с ними справиться.

- Коротко, - твердо сказал он.

- Спасибо, сэр. Мне некомфортно обсуждать Фана. Конечно, вы можете по своему усмотрению использовать любое устройство или игрушку или одевать меня, как вам заблагорассудится, но, при всем моем уважении, если речь идет о вещах, которые вы использовали с Фаном, или в которые одевали его, я бы предпочел об этом не знать, сэр. - Ной старательно не поднимал глаз, пока говорил.

Тобиас уставился на зажимы в своей руке.

- Я почти уверен: чтобы использовать игрушки, которые я никогда не применял с Фаном, мне пришлось бы потратить тысячи долларов на покупку новых. Впрочем, ты вполне можешь оплатить эти расходы...

- Я понимаю это, сэр. Я только хотел сказать, что предпочел бы, чтобы он не участвовал в дискуссии, в которой участвуем мы с вами, сэр.

- Твои проблемы. Итак, как я уже говорил, мне очень полюбились некоторые аспекты владения рабом. Один из них - умение раба ходить «у ноги». Я не стану водить тебя на поводке на людях, но дрессировать буду. Используя вот это. - Он бросил зажимы для сосков к ногам Ноя и вернулся к шкафу. - Также я займусь твоей тренировкой в ​​различных позах. Уверен, большинство поз тебе уже знакомы, но завтра - или даже сегодня вечером - мы их переберем и посмотрим, не нужно ли что-то подкорректировать в твоей пластике. Пока всё понятно?

- Понятно, сэр, - немного натянуто ответил Ной, не отрывая взгляда от зажимов у своих ног.

- Замечательно. Хороший мальчик. - Тобиас открыл другой ящик стола и достал черный тканевый мешочек, не потрудившись скрыть улыбку. Если упоминание имени Фана и вывело Ноя из равновесия, то вот это, пожалуй, заставит его окончательно сорваться к субботнему вечеру. - Раздевайся и иди в ванную. Я предлагаю тебе хорошенько вымыться.

- Вы хотите, чтобы я принял душ, сэр? Или просто освежился? - Спросил Ной, вставая и стаскивая свитер через голову.

- Я хочу, чтобы ты вымылся изнутри и снаружи. Прими душ, если хочешь... - Тобиас наклонил голову, внезапно осознав, что Ной, возможно, понятия не имеет, что он имел в виду. - Клизму. Ты можешь сделать это сам или хочешь, чтобы я помог?

Ной остановился на мгновение, наполовину сняв джинсы, и облизал губы.

- Нет, сэр, я справлюсь сам. Я найду то, что мне нужно, в ванной, сэр? - спросил он, снимая джинсы, складывая их на стул рядом со свитером.

- В шкафчике под раковиной. - Тобиас смягчил тон, проклиная себя за легкомыслие. - Если хочешь, чтобы я помог или был рядом, я это сделаю. Я знаю, это может быть неудобно.

Ной выскользнул из трусов и выпрямился, привлекая внимание своей гладкой кожей и расслабленным членом.

- Нет, спасибо, сэр, я справлюсь сам. Вы позволите мне удалиться, сэр?

Тобиас кивнул и открыл дверь, жестом приглашая его выйти. Он смотрел, как Ной идет по коридору, выпрямив спину, и чертовски надеялся, что ему не придется его спасать. Покачав головой, он открыл сумку и выложил сбрую на кровать, тщательно проверив замки и соединения. Убедившись, что всё в полном порядке, он взял небольшую пробку - самую маленькую из имевшихся у него - и вставил её в заднюю часть сбруи.

Тобиас ухмыльнулся, сообразив, что Фан, вероятно, за всю свою извращенную жизнь ни разу не засовывал себе в задницу ничего настолько крошечного.

Клетка для члена была совершенно новой - Тобиас приобрел её специально для Ноя; готовя её к использованию, он прислушивался к шуму воды, льющейся в ванной.

Тобиас подождал некоторое время, но слышал лишь ровный, тихий шелест воды из душа. Наконец, начав беспокоиться, он направился по коридору к двери ванной и прижался к ней ухом. Тишина. Однако в тот самый момент, когда он уже поднял руку, чтобы постучать, он услышал стон Ноя.

- Э-э-э, - раздался звук, и Тобиас посмотрел на закрытую дверь, жалея, что не может видеть сквозь нее. Ной снова застонал и слегка зашипел. Пальцы Тобиаса так и чесались повернуть ручку, и он уже было собрался это сделать, как вдруг вода выключилась. Ной вздохнул; затем Тобиас услышал, как открывается и закрывается дверца шкафчика. Он поспешил обратно в «безопасную комнату», чтобы не смущать его.

Через несколько мгновений Ной вернулся, голый и безупречно чистый, со слегка влажными волосами. Он вошел в «безопасную комнату» и молча стоял, ожидая распоряжений Тобиаса.

- Подойди сюда, пожалуйста, - тихо сказал Тобиас. Ной подошел к нему, опустив глаза, и встал там, куда указал Тобиас. - С тобой все в порядке? Голова не кружится?

Ной покачал головой.

- Нет, со мной все в порядке, спасибо, сэр.

Тобиас улыбнулся и провел ладонью по руке Ноя - первое прикосновение, которое он позволил себе с тех пор, как поцеловал его на кухне.

- Хорошо. Молодец, милый. А теперь плохие новости.

- Это не плохая новость, если она вам по душе, сэр, - бодро ответил Ной.

- Вот это настрой! - Тобиас рассмеялся и поднял кожаную сбрую. - Посмотрим, сможешь ли ты сохранять такой настрой все выходные. Твой список «любимчиков» станет весьма однобоким - с явным перевесом в мою пользу. Боюсь, я сомневаюсь, что тебе вообще что-то перепадет. Я же, напротив, намерен получить удовольствие.

Ной посмотрел на упряжь. Он склонил голову набок, потом в другую сторону, как будто озадаченный, а затем его глаза расширились.

- О. Это довольно хитрое устройство, сэр, - неуверенно заметил он.

- Еще бы. Тебе понравится. Ну, во всяком случае, когда я его с тебя сниму. - Честно говоря, Тобиас подумал, что, пожалуй, получает от всего этого даже слишком большое удовольствие. - Это пояс верности. Тебе будет запрещено испытывать оргазм, более того, с этой клеткой для члена ты даже не сможешь добиться эрекции. Поскольку твое собственное сексуальное удовольствие будет полностью исключено из уравнения, ты сможешь целиком сосредоточиться на моем.

- Вижу, как хорошо это вам подходит, сэр, - ответил Ной с едва слышным стоном в голосе, хотя и не совсем лишенным юмора. - Тогда, может, мне его примерить?

Тобиас ухмыльнулся.

- Вообще-то, тебе стоит наклониться, чтобы я мог подготовить тебя к пробке.

- О. - На этот раз голос Ноя звучал чуть менее воодушевленно. - Я не заметил пробку, сэр. - Он наклонился вперед и уперся руками в стул.

- Она маленькая, обещаю, - заверил его Тобиас. - Пробка останется внутри до самого утра - если только ты не попросишься в туалет; я не хочу травмировать твои ткани. - Он достал из шкафчика новый пакетик смазки, вскрыл его и распределил большую часть содержимого по поверхности крошечной пробки. - Раздвинь ягодицы чуть шире, милый. Спасибо.

Проводя скользким пальцем по входу Ноя, он заметил, что покраснение было совсем небольшим. Он был осторожен с клизмой, и это было хорошо.

- Если у тебя встанет, ты пожалеешь об этом, - предупредил он, погружая палец в задницу Ноя.

Дыхание Ноя мгновенно сбилось. Тобиас с ехидством представил, как тот пытается отвлечься от возбуждения, воображая себе старушек в нижнем белье или бассейны, наполненные кубиками льда.

- Я... полагаю, это так, сэр, - с трудом выдавил из себя Ной, но после замолчал.

Тобиас не играл и не тратил время впустую - на самом деле он не пытался быть жестоким, и он знал, что Ною придется достаточно долго бороться со своим возбуждением в течение следующих нескольких часов. Он ввел пробку, пропустил широкий кожаный ремешок, удерживающий её, между ягодицами Ноя и быстрым движением продел его гениталии сквозь металлическое кольцо для члена. Верхний ремешок - идущий от пояса вниз к кольцу - был зафиксирован; затем Тобиас надел на член Ноя клетку и также защелкнул её на замок.

- Все готово, - сказал он, проверяя, чтобы ремни были натянуты, но не туго. - Клетка пластиковая, и в ней есть отверстие, если тебе понадобится справить нужду, ты сможешь это сделать. - Он встал и полюбовался своей работой, своим мальчиком. - Прекрасно.

Ной слегка переступил с ноги на ногу, позволяя кожаным ремням удобнее улечься на бедрах.

- Спасибо, сэр, - тихо сказал он.

- Не за что. - Тобиас снова уселся на свой стул, просто глядя на Ноя. Тот и вправду был прекрасен: кожаные ремни на бедрах, член скован и почти скрыт, кожа слегка раскраснелась. - Полагаю, если бы я велел тебе выбрить яички, это непременно заметили бы на работе.

- Возможно, сэр. В душевой.

- Черт. Ну что ж, я полагаю, с этим ничего не поделаешь, - с сожалением сказал Тобиас. Возможно, у него будет возможность поиграть, когда Ной возьмет отпуск. Тобиас раздвинул ноги, чтобы освободить место для своего члена, начавшего наливаться. - А теперь еще несколько правил. Если я специально не оговорю иное, тебе не нужно спрашивать у меня разрешения, чтобы заговорить. Чтобы говорить откровенно - да, нужно; но, похоже, с этим ты уже разобрался. Ты не будешь обращаться ко мне неуважительно, не будешь кричать и угрожать. Ты не станешь обзывать меня и не позволишь себе ругаться в мой адрес. Я понимаю, конечно, что в сценах всякое случается - я говорю в общих чертах. Ты будешь действовать быстро, когда я тебе приказываю. Ты будешь думать о моих потребностях - если захочешь пить, предложи и мне. Но не пренебрегай своими потребностями - если захочешь пить, скажи мне и об этом. Обрати внимание, я сказал потребности, а не желания. Потребности определяются твоим телом - тепло, еда, вода. Если мешают наручники, а ты считаешь, что они не должны, попроси меня проверить их. Понял?

Ной кивнул.

- Да, сэр.

- Очень хорошо. Итак, ты голоден?

- Да, сэр. А вы?

- Да. В духовке запеканка. Надень джинсы - если они не подойдут по размеру, у меня есть для тебя спортивные штаны. - Тобиас с некоторым сожалением поднялся. Ему нравилось наблюдать за таким Ноем, и он предпочел бы остаться, дать волю своему желанию. Однако прием пищи означал, что он мог отвести Ноя в игровую комнату, а там у него было много возможностей удовлетворить другие, более низменные потребности.

Ной потянулся за джинсами и не спеша надел их. Они все равно были свободными и слегка болтались на бедрах, так что у него не возникло проблем с тем, чтобы натянуть их поверх сбруи. Он замолчал на мгновение, словно размышляя о том, что он мог забыть сделать, но, очевидно, так ничего и не придумал и снова расправил плечи.

- Я готов, сэр.

Тобиас улыбнулся.

- Надеюсь. - Он вышел из комнаты, оставив зажимы для сосков на полу, а остальную одежду Ноя на стуле. Он прислушался к дыханию Ноя, пока они спускались по лестнице, и улыбнулся про себя, когда пробка дала о себе знать.

На кухне он показал Ною, где находится посуда, столовые приборы и все остальное, что ему может понадобиться, а затем сел за стол и стал наблюдать. Главным образом он хотел быть рядом, чтобы ответить на возможные вопросы, прежде чем они перейдут в столовую к ужину, но не смог отказать себе и в удовольствии просто наблюдать за движениями Ноя.

Ной передвигался по кухне неспешно, поскольку закрепленное на нем устройство то и дело смещалось и натягивало ткань джинсов. Он потратил несколько минут на сервировку стола в столовой, и Тобиас проследовал в комнату вместе с ним.

- Что вам принести выпить, сэр? - спросил Ной, прежде чем отыскать кухонные прихватки и извлечь запеканку из духовки.

- Просто воды со льдом, пожалуйста.

В итоге Ной налил по стакану им обоим, а затем перенес запеканку к столу, чтобы отрезать её Тобиасу.

- Пахнет просто чудесно! Полагаю, это приготовила миссис Миллер? Она настоящий гений; мне непременно придется попросить у неё пару советов. - Он переложил порцию запеканки на тарелку Тобиаса. - Соль, перец, сэр?

- Нет, спасибо.

Он решил для себя с самого начала, что не станет заставлять Ноя есть, стоя на коленях: в конце концов, этот человек вовсе не раб, а Тобиас всё ещё помнил, каким унизительным казался такой способ приема пищи во времена его собственной подготовки. По его убеждению, подобное требование лишь заставило бы Ноя почувствовать себя униженным, а этого допустить было нельзя. Они оба сидели за столом, и Ной вновь дождался, пока Тобиас приступит к еде, и лишь затем поднял свою вилку.

Тобиас ел неспешно, наслаждаясь вкусом блюда. Миссис Миллер и впрямь постаралась на славу, превратив простую запеканку в настоящее произведение кулинарного искусства; Тобиас подозревал, что она пыталась произвести впечатление на Ноя и ему было приятно это осознавать. Он ведь до последнего не был уверен, как именно она отреагирует на то, что у него снова появился гость.

- Если хочешь, можешь оставить ей записку, - сказал он Ною. - По мере того как будешь привыкать к нашему распорядку, у тебя, возможно, возникнет желание попробовать приготовить какие-то конкретные блюда. Ты сможешь оставлять для неё списки продуктов, чтобы быть уверенным: всё необходимое окажется под рукой. - Он улыбнулся, наблюдая за тем, как Ной, не отрываясь, смотрит в свою тарелку. - Она обожает лесть, а что может быть приятнее для самолюбия, чем просьба дать совет?

Сидеть Ною удавалось с некоторым трудом, и Тобиас изо всех сил старался не рассмеяться над ним.

- Я действительно старался произвести хорошее впечатление, сэр. Уверен, вышло чересчур, но, по крайней мере, она поняла, что я хотел ей понравиться, - сказал Ной. - К тому же вы ведь совсем ничего мне о ней не рассказывали, так что я рад, что она не стала заострять на этом внимание. - Он ухмыльнулся и отправил в рот очередной кусок.

Тобиас видел, что Ной голоден и мог бы съесть гораздо больше, но тот остановился, съев всего несколько кусочков. Воду же он допил до конца.

- Принести вам ещё воды, сэр?

- Нет, спасибо. А вот ты можешь поесть ещё, от тебя будет мало толку, если рухнешь в обморок от голода. Сегодня вечером я не стану нагружать тебя по полной, лишь дам попробовать.

Тобиас доел свою порцию чуть быстрее: нетерпение поскорее показать Ною игровую комнату взяло верх. Он провёл там добрую половину дня, расставляя по местам новые предметы и проверяя, чтобы всё оборудование было в идеальном порядке.

- И, пожалуйста, напомни отправить цветы моей партнёрше: я довольно резко покинул её сегодня, и, уверен, она теперь думает, что я спятил. - Он улыбнулся, вспомнив выражение лица Дейдре в тот момент, когда стремительно покидал клинику. Она не сердилась, но в её взгляде читалось полное понимание ситуации; теперь требовалась взятка - просто чтобы избежать лишних вопросов.

- Слушаюсь, сэр, я напомню. - Ной съел ещё несколько кусочков - медленно, но послушно. Закончив трапезу, он снова поёрзал на стуле и поднялся на ноги, позволяя кожаным ремням снова лечь, как положено. Он уже потянулся было к тарелке Тобиаса, но тут же резко отдёрнул руку. - Желаете добавки или вы уже закончили, сэр?

Вздохнув, Тобиас указал на пол и стал наблюдать, как Ной опускается на колени - этот манёвр сопровождался резким вдохом, вызванным смещением ремней сбруи. Мягко, но твердо Тобиас произнес:

- Я знаю, что ты нервничаешь и, вероятно, испытываешь волнение первой ночи, но нам стоит сразу всё сделать правильно. Каждый вечер тебя будет ждать наказание за прошедший день, а каждое утро будет начинаться с обязательной дисциплинарной процедуры. На сегодня - один удар; ты сам будешь вести счет. Если твой подсчет разойдется с моим, мы их просто сложим. А теперь, я, пожалуй, закончил, так что можешь забрать мою тарелку и вымыть посуду. Как закончишь - возвращайся наверх, в «безопасную комнату», и мы продолжим.

- Да, сэр, - ответил Ной с тихим вздохом. Он помолчал, а затем встал, взял со стола обе тарелки и поставил их в раковину.

Тобиас поднялся наверх и не слышал ничего, кроме шума льющейся воды и звона посуды, пока Ной не появился в дверях «безопасной комнаты».





Часть 12


Тобиас подошел к Ною и погладил его по щеке тыльной стороной ладони.

- Молодец, мальчик. Мы выходим из дома, поэтому я хочу, чтобы ты надел свитер - на улице немного прохладно. Это недалеко, так что мы не будем беспокоиться о носках, только об обуви.

- Да, сэр. - Ной подошел к стулу и взял свой свитер, затем подождал, пока Тобиас достанет ключи от конюшни из шкафчика.

- Я с нетерпением ждал этого, - тихо сказал Тобиас. - Я потратил большую часть недели на то, чтобы найти новые игрушки для тебя, мальчик.

Он заметил, что Ной с легкостью поспевает за ним.

- Спасибо, сэр, - сказал Ной. - Я тоже с нетерпением ждал выходных. - Он последовал за Тобиасом вниз по лестнице, Тобиас двигался так быстро, как только мог, а затем вышел за дверь на холодный осенний воздух.

Тобиас указал на самое крупное из трех своих строений, пока они шли по твердой, утоптанной дорожке.

- Это конюшня и амбар. Позади находится левада, а с другой стороны амбара - недостроенная крытая манежная площадка. Это не срочный проект, и, похоже, он обойдется дороже, чем я рассчитывал, так что пока я его отложил. Сейчас здесь четыре лошади; если ты умеешь ездить верхом, мне не помешает помощь в их тренинге. Если нет - придется довольствоваться одной лишь чисткой денников.

Ной следовал за Тобиасом, осматривая здания, на которые тот указывал.

- Я умею ездить верхом, сэр, - ответил Ной с улыбкой. - Ну, во всяком случае, ездил всю жизнь, пока не перебрался в город. Я вырос среди лошадей. Пару лет я не сидел в седле, но уверен: навыки быстро вернутся.

Тобиас ухмыльнулся.

- Возможно, я даже выну пробку. Если будешь вести себя очень хорошо.

- Спасибо, сэр. Буду. - Тобиас услышал, как Ной тихонько хихикнул у него за спиной.

- Чистить денники тебе всё равно придется, - заметил Тобиас. Он чувствовал себя отлично: походка стала легкой, он был полон энергии... и спокоен. Казалось, улыбка не сходила с его лица - с этим, пожалуй, стоило взять себя в руки. Он указал на самое маленькое здание, расположенное слева от них.

- Там склад, в основном инвентарь. Трактор, плуг и тому подобное. Всякая химия. А здесь раньше располагалась старая конюшня.

Вместо того чтобы подвести Ноя к двери, он повел его вдоль стены здания и указал на окна.

- Сейчас освещение неважное, но днем ​​видно, что ставни здесь сплошные, глухие. Они не открываются. Двери есть с обоих торцов, а посередине встроен пожарный выход; но единственные функциональные окна расположены очень высоко. Внутри всё полностью звукоизолировано и укреплено; за последние пятнадцать лет там заменили всю сантехнику и электропроводку.

Тобиас услышал легкий присвист: Ной провел пальцами по поверхности ставни.

- Ого.

Было очевидно, что рассказ Тобиаса произвел на Ноя такое сильное впечатление, что эти слова вырвались у него совершенно непроизвольно.

- Спасибо. - Тобиас гордился своей игровой комнатой, он никогда этого не отрицал. Впрочем, она действительно внушала трепет другим игрокам, а поскольку он редко кого сюда приводил, видеть чьё-то восхищение было для него всё ещё в новинку. - Было вложено немало труда. Проходи внутрь, от интерьера у тебя захватит дух.

Он проводил Ноя обратно к двери; на этот раз он отпер не только основной засов, но и два скрытых замка. Просунув руку внутрь, он включил свет, убедившись, что загорелась лишь центральная линия светильников, и распахнул дверь.

- Добро пожаловать, Ной. Тебе предстоит провести здесь немало времени, так что, надеюсь, тебе понравится.

Ной последовал за Тобиасом внутрь. Глаза у него были широко распахнуты и это еще мягко сказано.

- О боже, - повторял он снова и снова, продвигаясь по длинному центральному проходу и заглядывая в стойла. - О боже…

Стоя у двери - там, где когда-то располагалась кладовая - Тобиас наблюдал за тем, как Ной осматривается, и поочередно включал свет в зонах прямо перед ним, словно завлекая его всё дальше. Они миновали первый ряд стойл, по одному с каждой стороны, где не было почти ничего, кроме хозяйственных принадлежностей, и подошли ко второму ряду, оформленному в виде тематических сцен. Стойло слева было любимым у Фана: обстановка напоминала школьный кабинет. Фану нравилось разыгрывать там роли ученика и директора.

Справа высилась гора подушек, а стены были сплошь увешаны цепями. Третий ряд стойл, более просторных, чем предыдущие, был оборудован настенными кандалами и блочными механизмами. С потолка свисали цепи, каждая из которых заканчивалась наручем. И, наконец, последний ряд стойл, за исключением одного-единственного: одно было оформлено в белых тонах, другое - в черных.

Он наблюдал за движениями Ноя, отмечая, у каких стойл тот задерживался дольше всего, а какие проходил мимо, лишь чтобы спустя мгновение вернуться к ним снова. Всё это время Ной что-то шептал себе под нос - восклицания радости, изумления и восторга при виде такого огромного количества стойл: полностью оборудованных и готовых к использованию. Когда Ной подошел к последнему ряду, Тобиас включил свет в глубине помещения, открывая взору центральную арену. Яркие огни залили светом огромное пространство, а остальное освещение Тобиас приглушил, создав эффект главного приза в конце долгого пути.

Последние стойла он оставил в темноте, зная, что арена полностью завладеет вниманием Ноя.

- Ну же, - мягко подтолкнул он его, подойдя сзади к своему мальчику. - Иди, посмотри. Разденься догола и поброди по моей игровой комнате, милый. Я хочу видеть, как ты всё исследуешь; хочу наблюдать за каждым твоим движением, ты здесь, словно экспонат, выставленный напоказ специально для меня.

Ной выглядел точь-в-точь как ребенок, попавший в кондитерскую лавку. Он быстро подчинился: сначала снял свитер, а затем и джинсы. Двигаться ему теперь, казалось, стало легче или, может, он был просто слишком отвлечен огромным рингом, чтобы замечать какой-либо дискомфорт.

Он незаметно сложил свои вещи в углу, а затем медленно прошелся по помещению, прикасаясь ко всему вокруг: проводил пальцами по гладкой, дорогой коже, проверял на прочность фиксаторы и даже вставал, садился или опускался на колени, чтобы испытать их в действии.

- Я никогда не видел ничего подобного за пределами клуба. - Он остановился у обитой мягкой кожей скамьи для порки и лег на неё животом. Затем он ухмыльнулся, снова поднялся и перешел к следующему предмету. - Это просто невероятно, сэр.

- Я предпочитаю это место клубу, - честно ответил Тобиас. Он наблюдал, как Ной подошел, чтобы осмотреть Андреевский крест, а затем стилизованный под старину библиотечный стол, присев на корточки, чтобы разглядеть железные кольца по углам. Его ягодицы были прекрасны - упругие, соблазнительные, с отметиной от кожаного ремешка, удерживавшего пробку. - Хотя бы потому, что здесь я знаю вес каждого инструмента и точно знаю, на что он способен.

Тобиас прошел в центр огромного пространства, туда, где в детстве он держал конец линии для прыжков и гонял лошадей. Он поставил там свое кресло, массивную вещь из орехового дерева и кожи, почти трон, но более... зловещий. Он сел, снова раздвинув ноги, чтобы немного успокоить свою эрекцию. С этой выгодной позиции он мог наблюдать за каждым подергиванием мышц Ноя.

- Загляни в ящики, если хочешь. В пароходных сундуках есть игрушки, в деревянных - флоггеры, хлысты. В одном из них мех, в другом кожа... можно с уверенностью сказать, что если жаждешь каких-то ощущений, я могу дать их тебе.

Ощущения, по мнению Тобиаса, были на втором месте после встречи, принятия и наслаждения собственной природой. Ощущения управляли им, ощущения притягивали его, ощущения были тем, что он стремился отдавать и брать. Одной рукой он лениво поглаживал член, а глазами наблюдал за поисками Ноя.

- Спасибо, сэр. - Ной потянулся к одному из сундуков, открыл его и заглянул внутрь. Он вытащил флоггер и осмотрел его, затем заменил другим и попробовал его на своем бедре. - Мило, - пробормотал он, затем отложил их и перешел к следующему сундуку, долго вглядываясь внутрь. Он опустился на колени рядом с ним и вытащил отрез шелка. Он провел им по бедрам и по члену, который подергивался от любопытства, но ничего больше, запертый в своей клетке. Он положил его обратно и вытащил норковую шкурку, о которую на мгновение потерся щекой. - Мягкие вещи тоже хороши, - тихо прошептал он, прежде чем положить мех обратно в сундук и встать, чтобы закрыть его.

Открыв дорожный сундук, он изумленно ахнул и долго, не отрываясь, вглядывался в его содержимое.

- О боже, - с восхищением проговорил он, извлекая тонкий стеклянный дилдо и поднося его к свету. - Великолепно, сэр.

- Я рад, что тебе нравится. - Обрадовался Тобиас.

Он как раз искал что-то новенькое - нечто роскошное и дивное, - когда наткнулся на это... вернее, на них: целую коллекцию стеклянных дилдо, самых разных и чудесных. Тот, что держал в руках Ной, был прост по форме, с изящными рельефными линиями, пронизанными цветными переливами; длинный и гладкий на ощупь. Он казался совершенно инопланетным и прекрасным.

- Оближи его для меня.

Его рука, лежавшая на коленях, замерла, ожидая подходящего момента, чтобы снова пошевелиться.

- Ваше удовольствие - это и мое удовольствие, сэр. - Застенчиво ответил Ной, поворачиваясь лицом к Тобиасу и медленно опускаясь на колени. Он держал тяжелый стеклянный предмет перед собой и медленно облизывал его изящный стержень по всей длине, затем обвел языком головку. Он медленно и чувственно пососал его еще несколько мгновений, а затем, лукаво улыбнувшись, взял головку дилдо в рот.

Тобиас наблюдал, отказываясь ерзать на стуле, отказываясь делать что-либо, кроме как наслаждаться тем, как Ной выступает перед ним.

- Глубже, - сказал он тихим голосом. - Я хочу посмотреть, на что ты способен. Я хочу увидеть, как слюна стекает с твоего рта.

Ной вынул дилдо и еще раз тщательно облизал его. Он пососал головку, затем приподнял и опустил в рот, заглатывая его глубоко в горло. Он подержал его там мгновение, прежде чем немного отпустить, чтобы подышать, а затем снова засунул игрушку себе в глотку.

Пальцы Тобиаса дернулись и заскользили по члену. На долгое мгновение он почувствовал, что не может дышать, но сдержался, прежде чем смог застонать.

- Хороший мальчик, - сказал он, довольный тем, что его голос звучал ровно.

Ной вытащил дилдо изо рта и прижал его влажную тяжесть к своему подбородку. Он откинул голову назад, обнажая горло, и с большой осторожностью провел влажную линию вниз по шее, по впадинке у ее основания, а затем по диагонали вниз по груди, чтобы остановиться на темном соске. Он подразнил сначала один, потом другой сосок и тихо застонал, когда оба напряглись в ответ.

- Это прекрасный инструмент, сэр. Мне нравится его тяжесть, нравится гладкий стержень, нравится, как он ощущается во рту. - И как только он это произнес, снова засунул стеклянный член себе в рот, посасывая его с такой силой, что у него ввалились щеки.

- Хорошо. - Тобиас больше не мог сидеть, не рискуя потерять контроль. Он медленно поднялся с кресла и подошел к Ною, наблюдая, как тот делает минет стеклянному дилдо. - Он будет восхитительно выглядеть, когда я позволю тебе вставлять и вынимать его из своей задницы. Положи его на место, мальчик, и пойдем со мной.

Медленно, скорее по необходимости, чем из-за какого-то величественного желания, он направился обратно к конюшне, слушая, как позади него Ной кладет игрушку обратно в сундук и идет за ним, тяжело ступая по полу.

- Здесь для тебя тоже найдется работа, - сказал Тобиас, ведя его по коридору мимо темных стойл. - Ты будешь следить за тем, чтобы полы были чистыми, а когда мы будем здесь играть, будешь отвечать за уборку. Игрушки, инструменты, стойла. Не сразу, конечно, но перед тем, как уйдешь.

- Да, сэр. - Ответил Ной, следуя прямо за ним. - Я не забуду почистить этот дилдо.

- Ты смышленый, - с усмешкой сказал Тобиас. Он направился прямо к пульту управления у двери. - Итак, вот все выключатели. Освещение - на главной дорожке, на ринге и в каждой кабинке. Это датчики движения, я редко ими пользуюсь - они включаются в самый неподходящий момент и выключаются, когда я меньше всего этого хочу. Обогрев - если тебе холодно до дискомфорта, скажи мне. Небольшая прохлада придаст бодрости, но холод - это совсем не весело. А вот и аптечка. Стационарный телефон. Интерком - чтобы ты мог сказать мне, что закончил, или если тебе нужно задать вопрос. В холодильнике должен быть запас воды. - Тобиас повернулся к Ною, который тут же опустил глаза. - Пока все ясно?

- Да, сэр, вы подумали обо всем. Я очень впечатлен. - Ной опустил глаза и облизал губы. Его лицо слегка раскраснелось от представления со стеклянным фаллосом, и было ясно, что в данный момент ему совсем не холодно.

- Ной? - Тихо позвал Тобиас, стараясь, чтобы в его голосе было как можно больше ласки.

- Чем могу быть вам полезен, сэр? - Ной ответил таким же успокаивающим тоном.

- Выбери кабинку. - Тобиас прислонился к ближайшей стене и, ничуть не стесняясь, принялся ласкать себя, наблюдая за тем, как взгляд Ноя цепляется за это движение.

Ной некоторое время наблюдал, как он управляется с собой.

- Спасибо, сэр, - казалось, он заставил себя произнести это, а затем нарочито медленно развернулся и снова направился по центральному проходу.

По иронии судьбы, он на мгновение задержался у входа в кабинет, прикусив губу, но в итоге пошел дальше. Он прошел мимо камеры для подвешивания, не задумываясь, и снова задержался у входа в комнату с подушками и цепями на стенах. Он на мгновение исчез в стойле, и Тобиас услышал, как звякнули цепи. Когда он появился снова, то молча опустился на колени у двери в стойло, показывая, что это его выбор.

Тобиас кивнул и направился к нему твердым шагом, тяжело ступая. Звук его ботинок был приглушен звукоизоляцией, но шаги были размеренными и решительными. Он остановился перед Ноем, одной рукой все еще поглаживая свою эрекцию, и спросил:

- Почему именно эта? Цепи или подушки?

- Цепи, сэр, - ровным голосом ответил Ной.

- Хорошо. - Тобиас прошел мимо него и огляделся.

Подушки, большие и квадратные, пухлые и мягкие, были разбросаны повсюду, аккуратно разложенные так, чтобы было удобно лежать или бездельничать. С потолка свисали цепи, огромные стальные кольца, вделанные в балки, с кожаными наручниками на концах. Они были регулируемыми и могли поднять человека над полом или широко раскинуть руки. Вдоль одной стены стоял шкаф, антикварный буфет, который Тобиас купил на гаражной распродаже, как удобное место для хранения игрушек и инструментов.

- Пойдем, мальчик. - Тобиас потратил весь день на то, чтобы убедиться, что все наручники, что у него были, в идеальном состоянии; у каждого из них было по две пряжки, и они были обшиты мягкой кожей. Он надеялся, что новые, они пропитаются влагой пота и запаха Ноя со временем. Он услышал, как Ной поднялся и звякнул цепью. - Сюда. Дай мне свои запястья.

- Как пожелаете, сэр. - Ной встал лицом к Тобиасу и протянул ему запястья.

Тобиас молча надел наручники, тщательно затянув их, прежде чем приступить к закреплению цепей. Звук, с которым они продевались в кольца, был громким, сталь звенела и лязгала.

Тобиас остановился, когда руки Ноя оказались достаточно далеко от тела, чтобы он не мог до него дотронуться. Они не были ни над его головой, ни вытянуты; он просто был прикован к месту, не в силах пошевелиться.

Тобиас небрежно прошелся по маленькому пространству, проведя рукой по коже Ноя, когда тот оказался достаточно близко. Погладил его по плечу, потянул за сосок. Похлопал по заднице и пошевелил пробкой. Встав перед Ноем, Тобиас стянул с себя рубашку и, наклонив голову, прикусил его сосок, поглаживая его языком.

Ной зашипел от укуса, а затем застонал, и цепи слегка звякнули. Тобиас почувствовал, как Ной подвинулся, на этот раз сам задевая пробку. Ной перевернул запястья, ухватился за цепи пальцами и потянул их.

- Ш-ш-ш, - успокоил его Тобиас. Затем прикусил второй сосок, сильно посасывая, прежде чем отпустить. Он подошел к буфету и снял обувь. - Иногда пытки не причиняют вреда, - спокойно сказал он. Он поднял одну ногу и снял носок, затем другую. - Впрочем, иногда - еще как причиняют. - Он вернулся к Ною и снова впился губами в его сосок; вторая рука скользнула к ягодицам Ноя, притягивая его ближе и играя с кожаными ремешками.

- О! - простонал Ной, поджимая пальцы ног. Он слегка раздвинул ноги и попытался прижаться бедрами к Тобиасу. - Иногда бывает труднее вынести, когда этого не происходит, сэр, - нежно прошептал ему Ной.

Тобиас знал, что это правда. Он поднял голову и провел языком по груди Ноя, прежде чем снова отодвинуться. Медленно, почти небрежно, он отошел от того места, где стоял Ной, и начал расстегивать свои джинсы, плавно опуская молнию.

- Смотри на меня, - мягко сказал он. - Познай меня. - Он остановился, добравшись до подушек, и грациозно опустился на них.

Он со вздохом откинулся на них, наслаждаясь ощущением ткани, скользящей по спине. Закрыв на мгновение глаза, он растворился в звоне цепей и звуке дыхания Ноя.

- Смотри, - снова прошептал он, открывая глаза и проводя руками по своей груди, проводя пальцами по мягким волоскам, пощипывая соски. Они тут же затвердели, становясь тугими под его пальцами, и он задержался там, ощущая каждое движение в паху.

- У вас прекрасное тело, сэр. Подтянутое, закаленное, загорелое, очень красивое. - Сказал Ной, наблюдая, так, как ему было велено, он впивается глазами в тело Тобиаса. - А ваш член выглядит так же хорошо, как и в прошлые выходные. Твердый и толстый. - Его голос был низким и напряженным. - Я очень, очень счастливый мальчик.

Самообладание Тобиаса имело свои пределы: его эрекция резко усилилась в ответ на полученную похвалу, и член, дернувшись, еще сильнее выскользнул из расстегнутых джинсов. Он бросил взгляд вниз на свое тело, едва заметно улыбаясь при виде этой непристойной картины: его член словно тянулся к потолку. Он потянулся к нему сам, нежно обхватил ствол ладонью и сделал несколько легких, коротких движений.

Ощущения были приятными, куда лучше, чем от мастурбации за долгое время. Не торопясь, он спустил джинсы чуть ниже, освободил яички и нежно обхватил их ладонью. Он тихо застонал, затем отпустил их; руки скользнули по коже и вернулись к соскам.

- Разве вы не хотите почувствовать мой рот на себе, сэр? - продолжал говорить Ной низким, хрипловатым голосом; каждое слово он произносил медленно, с расстановкой, словно желая усилить эффект. - Я проглочу вас целиком, точно так же, как тот красивый стеклянный дилдо. Горячее дыхание на вашей коже, влажный язык, омывающий вас... позвольте мне доставить вам удовольствие, сэр. Вы так прекрасны.

- Ты доставляешь мне удовольствие тем, что наблюдаешь, - Тобиас слегка пошевелился, сдвигая джинсы еще ниже. - Тем, что учишься и подчиняешься. Тебе нельзя прикасаться ко мне, нельзя возбуждаться, нельзя кончать. Ты можешь лишь смотреть, быть моим зрителем. - Он приподнял ноги, окончательно стянул джинсы и развалился на подушках; его член стоял колом и в руке ныл от напряжения. - Ты можешь лишь смотреть, вдыхать аромат и слушать.

- Это и есть то, что вы называли пыткой без боли, сэр? Да? - выдохнул Ной, а затем продолжил, обрушив на него поток чувственных, эротических слов. - Ведь наблюдать за вами и не иметь возможности прикоснуться к этому великолепному члену - настоящая пытка. Но я хочу доставить вам удовольствие, поэтому смотрю. Я смотрю, как вздымается и опадает ваша грудь, когда у вас начинает перехватывать дыхание. Я смотрю, как слегка покачиваются ваши бедра, когда вы крепче сжимаете пальцы вокруг члена. Я смотрю, как румянец поднимается от вашего живота, разливается по плечам и переходит на лицо. Вам больно, сэр? Это чудесно?

Тобиас прислушивался к звону и скрежету цепей, к голосу Ноя и позволил движениям своей руки слегка ускориться. Он приподнял одну ногу, согнул её в колене и полностью обнажился; сильные пальцы ласкали промежность.

- Твой голос - да, - произнес он. - Дай мне больше... отдай мне всего себя.

Его тело напряглось, становясь горячим, пока он гладил влажную головку члена большим пальцем. Он размазал жидкость и задохнулся, внезапно почувствовав голод, жаждущий разрядки, нуждающийся в большем ощущении. Рефлекторно его пальцы сжались, и он заставил себя отстраниться, чтобы успокоить дыхание.

- Скажи мне, о чем ты думаешь, когда дрочишь.

- Честно говоря, в последнее время о вас, сэр. - Признался Ной, и это прозвучало скорее как, правда, чем как лесть. - Я думал о вас. - Тобиас услышал, как у Ноя перехватило дыхание, а затем он застонал. - Боже, я так сильно хочу быть твердым, сэр. Клетка... раздражает. - Он прочистил горло. - Я вспомнил, как вы взяли меня в клубе, жестко трахнули, пока я был привязан к кресту. Каким наполненным я себя чувствовал, как сильно хотел. - Тобиас услышал, как Ной сглотнул и тяжело задышал. - Как сильно я нуждался в вас. О, Боже, я хочу вас. - Ной прочистил горло. - Я... Хотя у меня есть фантазия о том, как я захожу в бар, как меня хватают и трахают в переулке у грубой стены. Если я закрываю глаза во время мастурбации, то почти почувствую скрежет кирпичей, - голос Ноя слегка задрожал, а цепи загремели. - Я слышу в своем ухе голос человека, которого никогда в жизни не видел... глубокий и негромкий, а потом переулок внезапно заполняется людьми, и они кричат нам, чтобы мы уходили. Каждый раз это меня заводит.

Тобиас отложил это в сторону, не задумываясь, часть его сознания уже сделала пометку позвонить Бредфорду. Его рука задвигалась быстрее, на этот раз обдуманно, и он потянул себя за яйца.

- Тебе нравится быть наполненным; тебя возбуждает неизвестность - когда контроль у тебя не отбирают, а просто вырывают из рук. А если бы это было реальным? - Теперь его голос звучал менее уверенно, а постоянное давление его руки усиливалось. Он намеренно отвел пальцы назад и обвел ими свой вход.

- Дело скорее в том, что я слишком привык отдавать этот контроль сам - когда меня об этом просят. А я люблю, когда меня просто берут. Мне нравится сама мысль о том, что кто-то может просто взять, завладеть мной, если захочет. И дело не в том, что я при этом ничего не значу; просто этот человек хочет меня настолько сильно, что ему необходимо заполучить меня, независимо от того, нужно это мне самому или нет... если это вообще имеет какой-то смысл, сэр.

- Быть желанным. Быть для кого-то всем... - Тобиас внезапно выдохнул, выгибая спину на подушках. - Быть... быть единственным... ценной вещью... - Застонав, он ввел в себя сухой палец, запрокинув голову и тяжело дыша.

Ной ухватился за его аналогию.

- Да, именно так. Занимать чьи-то мысли. Быть единственным, кого хотят. О боже, сэр, вы сейчас так чертовски сексуальны, что и представить себе не можете, каково это - смотреть на вас. Вы так хорошо знаете свое тело. А я наблюдаю и учусь, сэр. - Простонал он. - О, Боже, я смотрю, как вы трахаете себя пальцем, ласкаете член, но стараетесь пока не кончать, не слишком рано, не сейчас, пока ощущения настолько хороши. Но это так сложно, не правда ли? Вы хотите этого, и оно - вот оно, совсем рядом; но стоит сделать этот шаг - и всё закончится. А прямо сейчас... сейчас ведь хорошо, сэр? Так хорошо...

- Ты молодец, милый, - прошептал Тобиас. - Я заставлю тебя летать. - И он отпустил себя, позволил себе расслабиться, позволил волне облегчения прокатиться по телу и вырваться наружу через член в череде судорожных спазмов. Жар разлился по нему, окутал его, и он услышал собственный рык - глубокий, идущий из самой груди.

Ной издал сдавленный звук, словно прикусил губу.

- Я мог бы кончить, не прикасаясь к себе, просто наблюдая за вами, сэр. Наблюдая, как вы кончаете, за очаровательным выражением вашего лица. Вы могли бы заставить меня летать так легко. - Он пошевелился, выглядя так, словно пытался оседлать член, но без особого успеха.

Тобиас рассмеялся, откинувшись на подушки.

- Прекрати, милый. Из этого ничего не выйдет, ты лишь травмируешь свой член, если, конечно, тебе вообще удастся добиться притока крови.

Ной вздохнул.

- Я знаю, знаю, это чертовски неприятно, сэр. - Он покачал головой и сделал два шага вперед, затем снова назад, звеня цепями.

- Я знаю, - легко согласился Тобиас. Он потянулся и вздохнул, еще не совсем готовый вставать. - Я же говорил тебе, что ночь будет легкой, мальчик. А вот завтрашняя станет более... глубокой.

Ной кивнул, не сводя глаз с тела Тобиаса.

- Вы прекрасны, сэр, было приятно наблюдать за вами, спасибо.

Тобиас улыбнулся, не в силах сдержаться. Со стоном он перевернулся на бок, а затем поднялся на ноги и встал перед Ноем, чтобы расстегнуть наручники.

- Запястья в порядке? - спросил он. Цепи упали с тихим звоном, и он рассеянно провел пальцем по сперме у себя на животе.

- Все в порядке, сэр, они очень удобные. Вы, должно быть, выбирали их с особой тщательностью. -Он опустил руки по швам. - Хотите, я приведу вас в порядок, сэр?

Тобиас кивнул и подошел к стене, чтобы снять цепи.

- Да, пожалуйста. Сначала меня, потом проверь подушки.

Ной быстро вышел из кабинки, его шаги были тихими, когда он направился в кладовку. Он вернулся так же тихо, с теплым влажным полотенцем, и, как только Тобиас вытерся, начал одеваться.

- После того, как ты убедишься, что подушки чистые, - сказал он Ною, - я хочу, чтобы ты вернул цепи на место и убедился, что стеклянный дилдо чистый. Одевайся и возвращайся в дом - я настрою дверь так, чтобы она заперлась за тобой автоматически, так что просто выключи свет. Я буду у себя в кабинете.

- С удовольствием, сэр. Я подойду к вашему кабинету через несколько минут. - Ной подождал, пока Тобиас повернется и выйдет из кабинки, прежде чем приступить к своим обязанностям.





Часть 13


Возвращаясь к дому, Тобиас заметил, что воздух стал еще холоднее. Войдя внутрь, он сразу же включил обогреватель, а затем направился в кабинет. Ему нужно было несколько минут, чтобы обдумать события прошедшего вечера.

Ной был в хорошей форме, и это было снисходительно к первой ночи - он прекрасно понимал, что они оба нервничают. Однако предстояло много работы, и нужно было завоевать доверие; с собственным голодом он справился, и теперь мог двигаться дальше.

Он тщательно планировал распорядок дня Ноя, чтобы тот мог на него положиться. Были моменты, с которыми ему приходилось сталкиваться - лошадей нужно было кормить в определенное время, как и его самого, но также была и свобода действий. Он размышлял о том, что сделать постоянной частью распорядка дня Ноя, когда услышал, как закрылась входная дверь, а затем шаги Ноя в холле.

Несколько мгновений спустя Ной появился в дверях его кабинета, опустив глаза и расправив плечи. Он снова надел джинсы и свитер, чтобы идти домой. Он терпеливо ждал, пока Тобиас обратит на него внимание, прежде чем заговорить.

- Все сделано, сэр, и я дважды проверил, заперта ли дверь, прежде чем вернуться в дом.

- Хорошо, спасибо. - Тобиас откинулся на спинку кресла и стал рассматривать фигуру в дверном проеме. Высокий и сильный, узкие бедра и здоровый вид... на него действительно было приятно смотреть. - Раздевайся, пожалуйста. Оставь свою одежду, у меня найдется, что тебе завтра надеть. Я хотел бы посмотреть на тебя без преград.

- Да, сэр. - Ной скрестил руки на груди и стянул свитер через голову, обнажив подтянутый загорелый пресс. Он аккуратно сложил свитер, затем джинсы, прежде чем пройти дальше в комнату и опуститься на колени рядом с Тобиасом.

- Это было хорошее начало, - тихо сказал Тобиас, протягивая руку, чтобы погладить Ноя по голове. - Ты хорошо справился, дорогой.

Ной ответил мягко.

- Спасибо, сэр.

- Я знаю, что еще рано, но мы идем спать. Думаю, по пятницам мы будем начинать рано, хотя сцены будут более длинные и напряженные. Суббота будет еще более напряженной, и тебе понадобится отдых. - Тобиас встал. - Утром ты приготовишь нам завтрак, потом мы пойдем в конюшню. Покормим лошадей, а потом я отпущу тебя на пробежку. Лошади получат свою тренировку, а после этого… ну, я скажу тебе завтра.

Ной последовал за ним к двери и поднялся по лестнице в тишине, нарушаемой только шорохом босых ног по деревянному полу. У двери в «безопасную» комнату Тобиас позволил себе улыбнуться.

- Думаю, нам нужно кое о чем позаботиться перед сном.

- Да, сэр. Мое наказание, сэр. Сегодня был один проступок - я потянулся к вашей тарелке, не спросив, закончили ли вы есть, - напомнил ему Ной.

- Верно. - Тобиас дотронулся до двери кончиками пальцев. - Наказание не будет проводиться в этой комнате. Оно будет происходить в игровой, в моем кабинете или в спальне. Дисциплина будет осуществляться каждое утро посредством паддла, а наказание - хлыста. Пожалуйста, принеси по одному каждого и приходи в спальню. - Не глядя, какие инструменты выберет Ной, доверяя тому, что тот выберет из более жестких хлыстов и самых широких паддлов, Тобиас пошел в свою спальню и стал ждать.

Он присел на край кровати, задаваясь вопросом, почему был так уверен в выборе Ноя. На самом деле он не так уж хорошо знал этого мужчину, и, по всем правилам, вообще не должен был быть уверен. Он поймал себя на том, что заключает пари сам с собой о том, что принесет ему Ной.

Вскоре Ной присоединился к нему в спальне, держа в руках выбранные инструменты. Хлыст был кожаным, с длинной ручкой и широкой кожаной петлей на конце. Паддл был прямоугольной формы и украшен тремя рядами маленьких шипов. Ной опустился на колени перед Тобиасом и протянул их ему.

Тобиас осторожно взял хлыст.

- Этот вполне подойдет, - сказал он. - Будет больно. С другой стороны, паддлом тоже будет больно. На самом деле, довольно сильно.

- Да, сэр. - Ной кивнул, опустив глаза в пол.

- И ты собираешься бегать по утрам и кататься верхом с задницей, которая... более чем согрета?

Ной нахмурился.

- О, вы правы, сэр, я не подумал о пробежке. - Он прикусил губу.

Тобиас ухмыльнулся.

- Но тебе понравились шипы, да? Думаешь, они будут немного жалить?

- От шипов кратковременное жжение, и меня... - Ной прочистил горло. - Это меня заводит, сэр. - Он снова прикусил губу, и Тобиас уловил намек на его смущение.

- Хорошо, - сказал Тобиас, кладя паддл на кровать. - В следующие выходные я разыграю для тебя сцену, может, в субботу. У тебя будет день, чтобы ее отработать. Для поддержания дисциплины я воспользуюсь чем-нибудь более практичным - возьми, пожалуйста, тот, что с обит кожей.



- Да, сэр. - Ной встал и поспешил из комнаты, чтобы принести Тобиасу паддл, который тот просил. Вернувшись, он снова опустился на колени и протянул лопатку. - Вы имели в виду этот, сэр?

- Да, спасибо. - Тобиас положил паддл на кровать и потрогал хлыст. - Завтра мы обсудим позиции и их названия. А пока я хочу, чтобы ты встал лицом к стене, упершись в нее руками и выпятив ягодицы.

Ной молча повиновался, упершись ладонями в стену. Он слегка раздвинул ноги и выпятил свою прелестную округлую задницу, представив ее на обозрение Тобиаса.

- Ты наказан за то, что торопил меня, за то, что действовал наугад, а не уточнил. Ты понимаешь?

- Да, сэр. Понимаю, сэр, - тихо ответил Ной.

- Один удар, - твердо сказал Тобиас. Так же твердо опустил хлыст, прочертив красную линию поперек задницы Ноя, аккуратно разделенную кожаным ремнем сбруи.

Ной зашипел и проглотил какой-то звук, вместо этого прочистив горло. Его ягодицы на мгновение напряглись, а затем расслабились, и кратковременное напряжение покинуло его плечи и спину.

- Спасибо, сэр.

- Не за что, мальчик. - Тобиас улыбнулся и отошел, все еще любуясь следом. – Теперь. Можешь почистить зубы и умыться, пока я приготовлю тебе цепи, - сказал он, указывая на кусок металла на полу. - Я предлагаю воспользоваться удобствами, так как тебе придется будить меня ночью, если вдруг понадобится. Я этого не одобряю. - Он быстро расстегнул упряжь Ноя и отложил ее в сторону.

Ной исчез в ванной. На некоторое время воцарилась тишина, а затем Тобиас услышал, как в унитазе спустили воду, и звук полоскания, который ни с чем нельзя было спутать, заставил его улыбнуться. Когда Ной появился снова, волосы были причесаны, он был чисто выбрит, и от него пахло мятным ополаскивателем для рта.

Тобиас широко улыбнулся.

- Прекрасно, милый. - Он поправил ремни, убедился, что клетка и пробка аккуратно закреплены, и сказал: - Встань передо мной на колени, и я надену на тебя ошейник.

Он показал простую полоску черной кожи. Ной мгновенно опустился на колени, и Тобиас заметил улыбку на его лице, хотя его глаза оставались опущенными.

- Такой нетерпеливый, - поддразнил Тобиас. - Жаль, что я должен все испортить. Это просто для того, чтобы удержать тебя ночью на месте. Мой ошейник - тот, что имеет значение, - нужно заслужить, мальчик. Это будет нелегко, но когда это произойдет, ты поймешь, что это потому, что я тобой горжусь.

Тобиас наблюдал, как Ной кивнул.

- Я понимаю, сэр, - сказал он и снова прикусил нижнюю губу. Он пытался скрыть разочарование в голосе, но Тобиас все равно услышал его.

- Я знаю, - тихо сказал Тобиас. - Но здесь не все игра, правда? Это и есть награда, милый. Сделай меня счастливым, подчинись мне... дополни нас обоих, и ты заслужишь ее. Я знаю, ты сможешь это сделать.

Ной уверенно кивнул.

- Я не разочарую вас, сэр.

- Уверен, что не разочаруешь. - Тобиас приподнял подбородок Ноя одним пальцем и застегнул ошейник. - Ты будешь прикован к спинке кровати. Там есть большая подушка, на которой можно удобно устроиться, и одеяло. Цепь достаточно длинная, чтобы ты мог встать, но выйти из комнаты не сможешь.

Это, казалось, тоже немного разочаровало Ноя, но он очень хорошо справился с этим, подошел к краю кровати и взял свободный конец цепи, передавая Тобиасу.

Пристегивая цепочку к ошейнику, Тобиас сказал:

- Если это поможет, то легче заслужить ночь в моей постели, чем ошейник.

Ной тихо рассмеялся, и на его лицо вернулась улыбка.

- Я запомню, сэр.

- Уверен, что запомнишь, - улыбнулся Тобиас. - Ладно, мальчик. Пора спать. Будильник зазвонит в пять, так что спи. Сначала будет дисциплина, а потом я отпущу тебя готовить завтрак. И помни - твоя единственная цель - доставить мне удовольствие. Сделай меня счастливым, и будешь счастлив ты, обещаю.





Часть 14


Если будильник и звонил, Тобиас этого не услышал. Он не услышал, как проснулся Ной, или тихого звона цепи мальчика, когда тот поднимался с пола. Он также не проснулся, когда кровать зашевелилась, пока Ной осторожно забирался на неё.

Первое, что смутно осознал его спящий разум, было тепло; горячее дыхание в паху, обжигающий язык на члене, который, по-видимому, бодрствовал задолго до того, как он это осознал. Он ещё даже не открыл глаза. Когда он это сделал, то обнаружил, что верхняя часть тела Ноя представляла собой комок под одеялом, но его ягодицы торчали прямо перед руками Тобиаса, всё ещё перетянутые кожаной сбруей.

Ной издал тихий мурлыкающий звук, приглушённый постельным бельём. Тобиас отогнул колено в сторону, давая Ною лучший доступ, и его саб воспользовался этим в полной мере. Язык Ноя медленно и нежно обводил каждое из его яичек. Тобиас не был уверен, как долго он этим занимался, но Ной явно никуда не спешил.

- Не помню, чтобы я говорил тебе делать это, - сказал Тобиас, пытаясь говорить строго. Затем закрыл глаза и застонал, когда язык Ноя скользнул по особенно чувствительному месту.

- Нет, сэр, - раздался приглушенный голос из-под одеяла.

Рука Ноя обхватила его член и несколько раз энергично подрочила.

- Но вы же просили меня разбудить вас, когда прозвенит будильник.

- О Боже, - прошептал Тобиас, его бедра дернулись. Он просунул руку под одеяло и погладил Ноя по лицу, призывая продолжать. - Я люблю инициативу, - любезно согласился он.

- Да, сэр, - подтвердил Ной и замолчал.

Тобиас почувствовал, как его ловко заглотили и выпустили, сначала медленно, но затем со все возрастающей настойчивостью. Ной крепко помассировал его яйца одной рукой, а пальцы другой впились в бедро Тобиаса.

Тобиас действительно не видел смысла сдерживаться; иногда было лучше подождать, иногда просто было хорошо. Но бывали моменты, когда быстрый и сильный оргазм казался нирваной, поэтому он позволил этому случиться, двигая бедрами, член ныл и пульсировал, а Ной вбирал его, двигался по нему все сильнее, пока Тобиасу не пришлось кричать, выгибая спину, чтобы предупредить его:

- Ной, кончаю.

Ной просунул руки под ягодицы Тобиаса и сжал их, не позволяя отстраниться.

- Боже, да… - У Тобиаса не было времени ни на что больше, он стал кончать, извергая сперму в рот Ною, сильно дрожа. Он был обессилен и тяжело дышал, глаза закрыты, рык вибрировал в груди, одна рука все еще была в волосах Ноя, пока его мальчик вылизывал его дочиста. - Спасибо, Ной, - тихо сказал он. - Это было прекрасно.

Ной закончил свою работу и вылез из-под одеяла, предусмотрительно оставив его на месте, чтобы Тобиас не замерз. Он опустился у кровати на колени рядом с Тобиасом и улыбнулся.

- Доброе утро, сэр. Надеюсь, вы хорошо выспались.

- Хорошо. - Тобиас улыбнулся ему и подмигнул. - А проснулся еще лучше. Полагаю, ты сделал это, чтобы угодить мне, а не чтобы увеличить свои шансы на легкое наказание, верно?

- Я хотел приятно разбудить вас, сэр, и еще раз поблагодарить за понимание моего волнения прошлой ночью.

Тобиас сел, все еще улыбаясь. Ему реально придется поработать над контролем над выбросом эндорфинов, если Ной хочет, чтобы такие пробуждения стали привычкой.

- Я всегда буду стараться понять, милый. Теперь у нас впереди целый день, так что, если ты будешь так любезен и ляжешь ко мне на колени, мы сможем продолжить. - Он потянулся за паддлом на тумбочке.

- Да, сэр, - Ной подвинулся и лёг на колени Тобиаса, гладкой задницей, всё ещё в кожаной сбруе, подставляясь под порку Тобиаса.

- Это чтобы тебя успокоить, мальчик. Чтобы напомнить, что ты можешь рассчитывать на меня в исправлении твоих ошибок. Обещание, что я буду последователен. Напоминание о том, что ты подчиняешься мне. Каждое утро, когда мы будем вместе, я буду тебе об этом напоминать. Понимаешь?

Прежде чем ответить, Ной глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Тобиас знал, что Ной пытается сосредоточиться, концентрируясь на голосе Тобиаса, отбросив все остальные мысли. Когда Ной, наконец, ответил, он почувствовался тяжелее на коленях Тобиаса.

- Я понимаю, сэр.

Тобиас провёл свободной рукой по приподнятой заднице на своих коленях, ощущая гладкую кожу и полоску упряжи, всё ещё удерживающую пробку на месте, слегка пересеченную следом от хлыста. Он слегка раздвинул ноги, позволяя клетке, удерживающей мягкий член Ноя, разместиться между своих бедер.

Сделав первый вдох, он начал методично наносить удары по каждой половинке, пока они не стали розово-красными, стараясь не задевать пробку больше одного-двух раз. Он работал плавно, быстро, и стук кожаной лопатки резко отдавался в большой комнате. Лежа под ним на коленях, Ной оставался физически расслабленным, но слегка задыхался при каждом ударе. Он был податливым, готовым подчиниться дисциплине.

Как только Тобиас начал думать, что его удовлетворил розовый румянец, Ной зашипел и тихо заворчал.

- Вы мой господин, и я обязан угождать вам, сэр, - сказал он, слова сами лились из него, хотя и были непрошеными.

Тобиас замедлил и ослабил град ударов, зная, что если просто остановится, это выбьет Ноя из колеи, которую он обрел в своей голове.

- Хороший мальчик, - тихо сказал он. - Очень хорошо, Ной.

Через мгновение он помог Ною подняться и встал сам, позволив одеялу упасть. Он снял с Ноя ошейник, оставив его прикрепленным к цепочке, и снова положил руку на задницу Ноя, теперь уже приятно теплую.

- Завтрак, милый. Потом я сниму с тебя это. Я спущусь через пятнадцать минут.





Часть 15


Тобиас вошел в «безопасную» комнату и обнаружил Ноя именно там, где и ожидал: на коленях, опустив глаза. Он был одет в чистые джинсы и белую футболку, его волосы все еще были слегка влажными после душа, а ступни - босыми. Он являл собой прекрасную картину покорности.

Тобиас с улыбкой придвинулся ближе, зная, что вот-вот сделает это подчинение более реальным. Он молча сел на пол позади Ноя, прислонившись спиной к стене, и раздвинул ноги.

- Иди сюда, мальчик. Я собираюсь обнять тебя ненадолго, и мы поговорим.

Ной подвинулся и повернулся спиной к Тобиасу, прежде чем неуверенно прижаться к его груди.

- Вот так, сэр? - спросил он, слегка кряхтя, пытаясь принять удобное положение, со вставленной на место пробкой. Он был очень рад, что утром достал эту штуку, но его пробежка и их верховая езда продлились недолго; к тому же новая пробка была немного больше.

- Ммм. Да. Но, думаю, вот так. - Тобиас двигался быстро, не совсем уверенный, как отреагирует Ной, желая как можно быстрее его обуздать. Тобиас обхватил руками бицепсы Ноя, прижимая его к груди, а руки к полу. Ноги Тобиаса поднялись и обхватили бедра Ноя, крепко удерживая его.

Это была не та форма бондажа, от которой Ной не мог бы избавиться, просто встав, но она была эффективной. Тобиас надеялся, что, крепко прижатый к телу своего Дома, Ной будет чувствовать себя в безопасности. В тепле, в объятиях, окруженный заботой… и неспособный двигаться. Это был шаг в сторону от того, как Тобиас удерживал Ноя неподвижно во время их первой сессии.

Тобиас держал Ноя так крепко, что чувствовал, как тот сглатывает и тихонько задыхается в ответ на обездвиживание. Ной глубоко вздохнул, его грудь расширилась и напряглась, пытаясь освободить место под хваткой Тобиаса, но он старался не ослаблять ее. Ной не сопротивлялся оковам и не пытался их проверить на прочность. Вместо этого он всем своим весом навалился на грудь Тобиаса и глубоко вздохнул. Однако он держал подбородок и глаза опущенными, и хранил молчание.

- Я наблюдал за тобой, узнавал тебя, оценивал, - мягко сказал Тобиас. - И если бы мы играли время от времени, этого, возможно, было бы достаточно. Однако я хочу от тебя большего - ты хочешь большего. Я буду испытывать тебя, и это начинается сейчас. Мы найдем твои границы, а затем перейдем за их пределы. Когда ты впервые понял, что ты - сабмиссив?

- Думаю, в старших классах, сэр. - С легкостью ответил Ной. - Примерно тогда же, когда понял, что я гей. Но не думаю, что понимал, что мне нужно гораздо больше участия, чем просто желание, чтобы кто-то другой проявлял инициативу. Я не понимал, что мне нужно, пока после академии не встретил парня, который увлекался легким БДСМ, наручниками, поркой и тому подобным. Мне было около двадцати двух, наверное.

Тобиас почувствовал, как Ной немного расслабился, пока говорил. Слова казались знакомыми, легко ложились ему на язык; очевидно, он уже рассказывал эту историю раньше.

- Что для тебя значит подчинение? - спросил Тобиас, отвергая шаблонные ответы. Они были ожидаемы, но не тем, чего он хотел; истина не будет найдена на поверхности, и он подозревал, что на достижение желаемого результата уйдут недели.

- Что это значит для меня? - повторил Ной, а затем на мгновение задумался над ответом. - Это означает, передать контроль вам, взамен надеясь получить в награду свободу, которую иначе не смог бы испытать. Я надеюсь находить радость в том, чтобы доставлять вам удовольствие. Я надеюсь оставить вам мирские заботы, чтобы они не тяготили меня. - Он вздохнул, очевидно, подыскивая слова. - Это не просто стоять перед вами на коленях, это партнерство, в котором мы оба удовлетворяем свои потребности. Я не уверен, что правильно все объяснил, сэр.

- Все хорошо, - заверил его Тобиас. - Не мог бы ты рассказать о своей работе в общих чертах? Я не буду настаивать, если это слишком… навязчиво. Во всяком случае, не сейчас.

- Да, если вам это необходимо, сэр, - кивнул Ной.

- Хорошо. Ты говоришь, что обнаружил аспекты БДСМ после академии. Была ли боль в тот момент способом убежать от реальности?

- Скорее, напоминанием, - ответил Ной. - К тому моменту я видел столько избиений, перестрелок и изнасилований… ну, они до сих пор бывают обычным явлением. Боль заставляла меня чувствовать, делала реальностью.

Тобиас наклонил голову и задумался.

- Ты словно оцепенел.

Ной кивнул.

- Нас предупреждали, что это может случиться, и я очень не хотел этого. Я не хотел стать одним из тех полицейских, что не могут мягко поговорить с жертвой или посочувствовать матери. Я не хотел думать о своем перерыве на кофе, когда прямо перед глазами льется кровь.

Тобиас сглотнул. В этот момент он понял, что сделал правильный выбор, что в конце всей работы его ждет награда. Этот мужчина стоил всех его забот.

- Итак, ты нашёл такое место? Как?

- Парень, с которым я познакомился, увлекался наручниками, он отвёл меня в хардкорный бар. Он сказал, что, по его мнению, мне понравится. - Ной откашлялся. - Он был прав. Я даже не знал, что такое вообще существует. Плетки и кожа, мужчины и женщины с кляпами во рту и привязанные к крестам. Моё сердце бешено колотилось в ушах, кровь кипела, это был такой кайф. И я знал, что скоро вернусь в этот бар один. - Тобиас чувствовал, как учащается сердцебиение Ноя, пока его мальчик описывал свои ощущения.

- Полагаю, ты так и поступил. Один? - Тобиас говорил спокойным и ласковым голосом, как будто имел дело с пугливым животным.

- Да, сэр, - ответил Ной, кивая головой в знак согласия с его словами. - Я вернулся на следующую ночь один. Мне было так любопытно, что я возвращался несколько ночей подряд. В конце концов, бармен сказал мне, что, если я захочу, он все мне устроит.

- Что произошло?

- Что ж, именно это и случилось. Он устроил мне сеанс на выходные, публичную порку на сцене, которую, полагаю, они считали посвящением для новичков, а затем устроил мне приватную сессию с Домом на следующие выходные. Я познакомился с несколькими людьми, начал вести переговоры для себя, стал постоянным клиентом. Там я и встретил Маст... Дэвида. - Голос Ноя на мгновение прервался, и он прочистил горло. - Мы заключили краткосрочный контракт на неполный день, сначала всего на месяц, потому что я нервничал.

- Немного поторопился с контрактом, - мягко сказал Тобиас. Он знал, что Ной поплатился за свою спешку, знал, что, в каком-то смысле, всё ещё расплачивается. Он медленно крепче сжал руки Ноя, ещё сильнее связывая их. - Он должен был заставить тебя подождать, должен был подтолкнуть тебя к более активной игре. Однако... Всё начиналось хорошо?

Ной кивнул.

- Век живи, век учись. Он сказал, что может меня научить, сказал, что ему нужен контракт, чтобы знать, что он не тратит время зря. Насколько я помню, всё начиналось хорошо. Я виделся с ним только по выходным, и мы много времени проводили в баре. Я подписал контракт на второй месяц, а затем и на шесть. - Ной вздохнул. - Именно эти шесть месяцев стали началом очень большой ошибки.

- Теперь ты со мной, - прошептал Тобиас. - Запомни это. Расскажи, что случилось. - Мысленно он приготовился к нарастающей ярости, гневу, которые, знал, Ной никогда не увидит.

- Просто все не получилось так, как я надеялся. Это было плохо для меня, и я понял это слишком поздно. - Ной пожал плечами, избегая подробностей. - Как оказалось, его гораздо больше интересовали его собственные потребности и желания, чем мои.

- Недостаточно, милый. Расскажи мне о том, как он впервые причинил тебе боль.

Ной покачал головой. Когда он заговорил, его голос звучал напряженно. Он подыскивал слова, и, казалось, они давались ему с трудом.

- Я не уверен, что смогу свести все к этому. Всё было сложнее. Он причинял мне боль все время, каждый день, постоянно. В то время меня очень привлекала боль, потому что я думал, что именно в этом и заключается суть сессии. Именно так я понимал свою роль сабмиссива. Я думал, что то, сколько боли я могу выдержать, является показателем меня самого. Я думал, смысл в том, чтобы позволить кому-то давить на тебя до тех пор, пока не останется ничего, кроме твоей физической оболочки, пока все, что ты сможешь, это умолять это прекратить.

Тобиас почувствовал, как Ной напрягся в его объятиях.

- Он использовал комфорт, чтобы эмоционально заставить меня полюбить его, понимаете? Он говорил, что боль - это то, что ему нужно от меня, и что чем больше я буду терпеть, тем больше он будет любить меня. До такой степени, что я... - Ной поднял голову и уставился в стену напротив. - Я не знал, что буду без него делать. Меня больше не было, совсем.

- Конечно, - спокойно ответил Тобиас, игнорируя внезапное желание отпустить его, дистанцироваться от утешения, как от манипуляции. - Он подвергал тебя эмоциональному насилию так же, как и физическому. Надеюсь, ты понимаешь, в чем тут существенная разница? В чем его цели отличаются от моих?

- Разница, как между днем и ночью, сэр. - Ной повернул голову, как будто на этот раз хотел успокоить Тобиаса. - Во-первых, он никогда бы не завел со мной такого разговора. Он бы не стал так много думать обо мне. В его глазах я не нуждался в этом. Я принадлежал ему, всё вращалось вокруг него.

Тобиас вздохнул, как из-за прошлой травмы Ноя, так и из-за того, что начал подозревать, что Ной все еще верит во что-то из этого.

- Ной, я не хочу робота. Я хочу кого-то интересного, живого, способного взаимодействовать со мной. Мне нужны твое воображение, твой ум и твое обаяние. Я хочу, чтобы ты подчинился, я хочу, чтобы ты встал передо мной на колени, потому что нам обоим это нужно. Чего я не хочу, так это чтобы ты когда-либо подчинялся мне из чувства страха. Совсем. Можешь беспокоиться о том, что разочаруешь меня, о том, что недостаточно старался, но ты должен знать, что даже если бы ты прямо сейчас встал и сказал, что уходишь, я бы не причинил тебе вреда.

Ной внезапно попытался наклониться вперед, как от удара в живот, и попытался вырваться из рук Тобиаса.

- С кем, черт возьми, ты разговаривал? - Он попытался расставить локти, внезапно начав бороться изо всех сил с Тобиасом, держивавшим его, но у него ничего не получалось. - Это Бретт велел тебе так сказать?

- Нет, - сказал Тобиас, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Он медленно и осторожно отпустил руки Ноя. Он поддерживал контакт ровно настолько, чтобы скользнуть ладонями по спине Ноя, поглаживая его. - Ной, послушай мой голос. Бретт ничего не говорил. Это моя правда. Я отпущу тебя, если ты этого захочешь. Всегда. Я не стану удерживать саба без желания, и не буду удерживать тебя против твоей воли. - Так же медленно он убрал ноги с Ноя, полностью отпуская его. - Но я бы хотел, чтобы ты остался.

Ной скрестил руки на груди, и Тобиас затаил дыхание. Они сидели молча, пока Ной что-то обдумывал. Он пару раз покачал головой, вздохнул, прочистил горло и ничего не сказал, но и не предпринял никаких попыток встать. Он казался немного нервным, но не подавал никаких признаков готовности убежать. Наконец, его дыхание замедлилось, плечи расслабились, и он сам откинулся на грудь Тобиаса.

- Простите, сэр, - произнес Ной мягко. - Бредфорд предупреждал меня, что вы проницательны, я просто понятия не имел, что вы способны на такое... ну, вы задели что-то такое, я был к этому совершенно не готов.

Тобиас глубоко вздохнул и снова обнял Ноя.

- Все в порядке, милый, - мягко сказал он. - Подозреваю, будут моменты, когда мы будем внезапно натыкаться на трудности, и мы будем справляться с ними по мере их возникновения. Ты готов продолжить?

Ной покачал головой.

- Не уверен. Что дальше?

Тобиас хотел расспросить о Дэвиде подробнее, но знал, что Ной будет сопротивляться или, по крайней мере, обидится, за то, что он давит на него в данный момент.

- Я хочу знать, как ты попал в клуб, - сказал он, наконец.

- О, - Ной, казалось, обрадовался смене темы. - Ну, я слышал о клубе. Думаю, Дэвид когда-то подавал заявку на членство. Но впервые я туда попал, по случаю неотложной медицинской помощи. Я сопровождал туда машину скорой помощи, так я познакомился с Бредфордом.

- Я об этом не слышал, - с любопытством произнес Тобиас.

- Это было не так зловеще, как кажется, хотя это был печальный день. У мистера О'Коннора, одного из Домов, случился сердечный приступ в середине сессии. Вы его знали? Вы часто бывали там в то время? - Ной положил руку на бедро Тобиаса.

- О'Коннор? - Тобиас на мгновение задумался. - О, Дерек. Да, конечно. К тому времени я уже год или около того не был в клубе, а может, и дольше. - Он притянул Ноя чуть ближе, закинув одну ногу ему на бедро.

Ной снова положил голову на плечо Тобиасу.

- В общем, на следующий день я позвонил Бредфорду, якобы по делам полиции, но когда приехал, спросил еще и о членстве. Он отнесся к этому скептически, но с пониманием, попросил рекомендации, хотя у меня их было немного. Не знаю, как все было, когда вы вступали, но Бредфорд провел тщательную проверку биографии; можно было подумать, что я подаю заявление на членство в ФБР.

Тобиас ухмыльнулся.

- Так было всегда. Бредфорд учился у лучших; когда я вступал, мне нужно было иметь поддержку, человека, готового меня тренировать, и Дома, который бы гарантировал, что я буду еще и сабмиссивом. Итак, три члена клуба, которые могут поручиться, проверка биографии и, конечно же, финансовые проверки. Сомневаюсь, что у тебя это было - тогда, во всяком случае, у сабмиссивов, этого не было.

- Наши членские взносы ниже. - Ной тихо рассмеялся. - Мне не нужны были гарантии членов клуба, но он спросил о моем опыте и задал несколько вопросов о Дэвиде. Его больше беспокоило мое психическое состояние, чем финансовое.

- Конечно, беспокоило. Он хороший человек. И поскольку он руководит единственным в округе клубом с топ-игроками, он хотел убедиться, что ты будешь в хорошей физической форме - его бы убило, если бы он еще больше навредил тебе. Он организовал твои первые несколько сессий?

- На самом деле, все мои первые три сессии были с ним, - легко ответил Ной. - И после этого он организовал для меня почти все из них. Я думаю, он делал это намеренно, знакомя меня с людьми, которых хорошо знал, и тому подобное. А потом, в конце концов, конечно, свел меня с вами.

- Свел. - Тобиас пошевелил другой ногой, и они с такой же легкостью вернулись к тому, с чего начали. - Так Бретт был до клуба или во время?

- О, во время. Бредфорд устроил нам встречу однажды вечером, и мы сразу нашли общий язык. Я сказал Бредфорду, что это хороший опыт, и хотя Бредфорд сказал, что он немного неопытен, он думал, что мы подойдем друг другу. Он пытался помочь мне найти кого-то стабильного, он всегда говорил, что мне это нужно. Поэтому я начал регулярно заниматься с Бреттом по выходным.

- И почему так важно, чтобы у тебя был кто-то постоянный, милый? - Тобиас вернулся к тому, что хотел узнать, готовый снова отступить. Он надеялся, что Ной, в конце концов, откроется, и в то же время боялся, что ему придется приложить немало усилий, чтобы добиться этого.

- Полагаю, потому что мне нужно кое-что проработать, а случайные связи не выведут меня за рамки того, что происходит на сессии.

- И что же это? - Прошептал Тобиас, поглаживая Ноя по рукам.

- В основном доверие. Дому, себе, чтобы принять правильное решение, партнерству. И в страхе, думаю, тоже. Рационально это или нет. Я знаю, что мне нужен кто-то, кто будет достаточно силен, чтобы подтолкнуть меня туда, куда я явно не хочу идти. - Ной сжал колено Тобиаса и вздохнул. - Бредфорд сказал, что, если я действительно готов работать над этим, то вы - человек, с которым мне нужно встретиться.

Тобиас обдумал свой ответ, но прежде чем успел заговорить, Ной прервал ход его мыслей своим вопросом.

- Итак, зачем вы этим занимаетесь? - Спросил его Ной. - Почему вы Дом?

- Потому что я должен. Альтернатива неприемлема. - Тобиас слегка переместил свой вес, обхватив Ноя ногами. - Скажи, что ты представляешь в своей голове как идеальное подчинение. Какова конечная цель лично для тебя?

- Думаю, для разных людей по-разному. Но для меня, - вздохнул Ной, снова полностью расслабившись, - я жажду отношений, которые ощущаются естественно, так же естественно, как дыхание, где мне не нужно беспокоиться о доверии, потому что нет причин не доверять. - Ной говорил медленно и обдуманно. - Я бы хотел узнать своего Дома на другом уровне, более личном, чтобы понимание его потребностей стало интуитивным. Партнерство, в котором есть бесконечное пространство для роста, понимаете? Думаю, это идеал. Не знаю, возможно ли это вообще.

Тобиас улыбнулся про себя.

- И ты готов работать над этим?

- Я хочу. - Ной кивнул.

- Замечательно. - Тобиас снова погладил Ноя по рукам. - Сегодня ты приступаешь к своим обязанностям. После обеда мы пойдем в игровую, и я покажу тебе позы, которые, надеюсь, ты знаешь, и мы будем их практиковать. Мы начнем тренировать тебя ходить рядом. А потом поговорим снова. Понятно?

- Понятно, сэр, - согласился Ной.

- Хорошо. Что у нас на обед?





Часть 16


Тобиас повел Ноя в игровую, солнце пробивалось сквозь деревья за домом. Обед прошел приятно, и после него они немного расслабились, давая чувствам улечься. Тобиас усадил их на крыльце и показал несколько местных достопримечательностей, которые они могли увидеть, и это, казалось, позабавило Ноя. Ной также был тихим и податливым, когда Тобиас отвел его наверх и заменил пробку на чуть большую, терпя осмотр Тобиаса, стиснув зубы и поскуливая, пока его член в клетке попытался среагировать.

- Бедный малыш, - весело поддразнил Тобиас. - Завтра вечером, мальчик. Не раньше.

- Да, сэр, - согласился Ной, опустив глаза.

Он не поднимал их всю дорогу до выхода из дома, и они все еще были опущены, когда Тобиас отпер дверь и провел их внутрь. Тобиас щелкнул выключателем центрального освещения, сказав:

- Раздевайся и встретимся на ринге. Принеси, пожалуйста, две бутылки воды.

Тобиас наблюдал, как Ной сделал, как ему было сказано, достал из холодильника две бутылки, аккуратно разложив одежду на полке у двери. Он направился по длинному коридору к рингу, и новая пробка заставила его ступать чуть осторожнее. Подойдя к Тобиасу, он опустился на колени и протянул ему бутылки.

- Спасибо, мальчик. Сейчас мы выполним несколько простых действий, и ты не должен допускать ошибок на этом этапе. Я хочу убедиться, что мы с тобой читаем одну книгу, не говоря уже о том, что находимся на одной странице. Я назову позицию, а ты скажешь мне, если не знаешь ее, или покажешь. Если мы будем называть позы по-разному, мы будем работать с этим. Понятно?

Ной кивнул.

- Да, сэр. Это понятно.

Тобиас подошел к одному из деревянных сундуков и, открыв его, достал свой любимый флоггер с короткой ручкой.

- Хорошо, поза «Грация».

Ной встал, повернувшись спиной к Тобиасу. Он положил ладони на столешницу в центре ринга и оттолкнулся от нее, слегка раздвинув ноги и давая Тобиасу доступ к своей заднице.

- «Грация», сэр.

- Превосходно. Мы используем ее, среди прочего, для твоего вечернего наказания. Я знаю, ты знаешь «Показ» - продемонстрируй мне. - Он рассеянно хлопнул себя по бедру флоггером, а затем провел хвостами по руке.

Ной выпрямился и повернулся лицом к Тобиасу, сцепив запястья за спиной и слегка расставив ноги. Его глаза были почтительно опущены. Он постоял так мгновение, а затем расправил плечи и вздернул подбородок, внося последние коррективы, прежде чем сказать:

- «Показ», сэр.

- Очень мило. То же самое, только уже стоя на коленях, мальчик - просто постарайся, я скажу тебе, чего я хочу, чтобы ты встал или опустился на колени. - Тобиас обошел Ноя, восхищаясь его фигурой. - Как насчет «Подарка»?

Ной наклонился, упершись руками в голени. Он развел ноги достаточно широко, чтобы Тобиас мог легко дотянуться до его задницы или члена.

- «Подарок», сэр.

- О, как красиво, - сказал Тобиас с ухмылкой. - Поверь мне, я мог бы оставить ее так. Но нет. Встань на четвереньки, пожалуйста.

Ной быстро опустился на четвереньки.

- Простите, сэр, - тихо сказал он. - У каждого Дома, кажется, свое видение.

- Я же сказал, что ты не можешь ошибиться на этом этапе, мальчик. - Тобиас слегка раздвинул колени Ноя. - Это довольно личная поза, и слово «Подарок» имеет разные значения для разных людей. Теперь опустись на локти - да, вот так. Выгни спину так, чтобы ягодицы были приподняты.

Тобиас отступил назад и на мгновение залюбовался своим мальчиком.

- Просто прелесть. Теперь, отсюда, я могу поиграть с твоей задницей, твоими яйцами... Я могу отшлепать тебя, трахнуть, выпороть. Когда я скажу «Подарок», ты немедленно опустишься и расположишься вот так. Думаю, нам придётся придумать другое название для той позы; она слишком хороша, чтобы её потерять.

Ной ухмыльнулся и хихикнул.

- Да, сэр.

- Мы можем разобраться с этим позже. Мы сохраним то, что делали в «безопасной» комнате - это хорошее место для разговоров, я думаю. «Обсуждение» или назовем это… подтверждением. Итак, «Подтверждение», и ты можешь ожидать этого как минимум раз в выходные, а если я посчитаю, что тебе это нужно, то и чаще.

- «Подтверждение». Я запомню, сэр.

Тобиас кивнул.

- Встань и покажи, пожалуйста. - Он подождал немного, пока Ной выпрямится и займет нужную позу, и снова обошел мужчину кругом. - Ты когда-нибудь ходил на поводке? Знаю, ты говорил, что тебе это не нравится из-за унижения, но есть ли у тебя опыт?

- Есть, сэр, хотя и немного. Например, я не делал этого на публике и не в течение длительного времени. - Тон Ноя не изменился, так что, по крайней мере, обсуждение поводков было для него вполне приемлемым.

Тобиас открыл сундук и достал набор зажимов для сосков и красивую цепочку.

- И что ты чувствуешь, когда их зажимают?

- Сначала они причиняют адскую боль, а когда снимаются, я перестаю обращать на них внимание, как только немного разогреюсь, сэр. - Ной смотрел прямо перед собой, но снова повел плечами и подбородком.

- Они... будут немного жечь, если будешь медлить. Просто чтобы ты знал. - Тобиас подошел к нему вплотную и небрежно провел большим пальцем по левому соску Ноя, заставляя его напрячься. - Тебе захочется идти в ногу, - добавил он, потянув за сосок и надевая зажим.

Ной прикусил губу и втянул воздух, зашипев, когда зажим сомкнулся вокруг соска. Тобиас подавил желание ухмыльнуться, когда плечо Ноя рефлекторно дернулось, словно он пытался увернуться от щипка. Ной подавил стон и снова расправил плечи.

Тобиас быстро и без предупреждения сделал то же самое со вторым, наслаждаясь приглушенным вздохом и сопровождающим его извиванием. Закрепляя цепь сначала на одном зажиме, а затем на другом, он объяснил:

- Цепь будет прикреплена к легкому проводу - если будешь держаться прямо, давление будет незначительным. Отступишь назад или, что еще хуже, попытаешься опередить меня - и получишь резкий рывок. Я не буду дергать за поводок, не буду тянуть тебя. Я также не буду торопиться, но буде внезапно поворачивать. Ты должен быть внимателен, милый, или тебе будет больно. Готов?

Ной, казалось, немного нервничал. Учитывая все обстоятельства, Тобиас подумал, что это было правильно - держать его в тонусе.

- Да, сэр, я готов, - бодро ответил он.

- Хороший мальчик. Главное - не отставать от меня ни на шаг. Я останавливаюсь, ты останавливаешься. Все просто. - И с этими словами Тобиас двинулся в путь. Сначала он шел медленно, не сбавляя темпа, пока Ной не сориентировался, насколько близко он может подойти, не задевая Тобиаса. Когда Тобиас двинулся вправо, чтобы обойти стол, он обрадовался, что Ной пошел с ним, и на его лице промелькнула улыбка.

Они обошли ринг, один полный круг, и Тобиас почувствовал, что Ной уловил суть происходящего. Без комментариев он ускорил шаг и двинулся влево, как будто внезапно вспомнил о чем-то, что лежало в сундуке. Шипение от боли и неуверенный шаг за спиной заставили его поморщиться, но он продолжал двигаться, зная, что Ной придет в себя так быстро, как только сможет.

- Сабспейс[1] - твой друг, прямо сейчас, - тихо сказал он. - Просто растворись в нем, следуя за мной.

- Да, сэр. Я слишком много думаю об этом, сэр, - ответил Ной, снова следуя за Тобиасом по пятам.

Еще несколько резких поворотов прошли нормально, и Ной, очевидно, нашел удобную дистанцию и начал приноравливаться к шагу Тобиаса. Тобиас подумал, что они хорошо смотрятся вместе, двигаясь как единое целое, Ной послушно следовал за ним по пятам.

Тобиас остановился, и Ной немного резко остановился позади него. Когда он снова зашагал, его темп был намного медленнее, и Ной наткнулся ему прямо в спину. Тобиас дернул его, как и обещал, и услышал, как Ной выругался про себя и тихо заскулил у него за плечом.

Тобиас знал, что существует тонкая грань между тренировкой и причинением боли, и был совершенно уверен, что приближается к ней. Он решил, что Ной выдержит еще несколько минут, но позаботится о том, чтобы, если будут еще серьезные ошибки, он остановился. Решив приготовить что-нибудь мягкое и успокаивающее для сосков своего мальчика, он снова повернулся и направился в кладовую за льдом.

На этот раз Ной шел осторожно, и Тобиас понял, что его глубокое дыхание и мягкие шаги означают, что он, наконец-то, нашел свое место. На этот раз он оставил Ноя у двери, и мальчик ждал, автоматически приняв позу показа. Когда Тобиас вернулся, он снова взял инициативу в свои руки и направился обратно по коридору, на этот раз Ной безупречно следовал за ним по пятам.

К лучшему это или к худшему, но Ной, похоже, быстро достиг своего сабспейса с помощью небольших доз настоящей боли. Тобиас не предпочитал этот метод, но было приятно осознавать, что, если бы Ной понадобился ему быстро, эффекта можно было бы легко добиться. Ной больше не допустил ни одной ошибки, когда Тобиас еще раз провел его по рингу, и показалось, что лучше закончить этот урок на позитивной ноте.

- Молодец, милый, - похвалил Тобиас, наконец, остановив его у сундука, в котором были зажимы и проводок. Он взял в руку кубик льда и сказал: - Теперь снимаю, дыши... - Он расстегнул один зажим и сразу же приложил лед к соску.

- Ух. - Ной опустил голову и тяжело задышал, когда зажим был снят. Однако лед отвлек его внимание, и он тихо застонал, накрывая руку Тобиаса своей.

- О, отличная идея, - радостно воскликнул Тобиас. - Держи этот кубик льда, а я возьму другой. -Затем Тобиас быстрым движением высвободил другой сосок и приложил к нему лед.

Ной вздрогнул и застонал, а его глаза плотно закрылись. Он послушно поднес холодный кубик льда к соску, медленно обводя его.

- Спасибо, сэр, - вздохнул он, наконец, снова открывая глаза.

Тобиас ухмыльнулся.

- Не за что, мальчик. Думаю, нам пора двигаться дальше, пока ты в таком прекрасном расположении духа. Встань, пожалуйста, на колени над конем для порки и держись за ручки под ним. Я собираюсь угостить тебя флоггером из кенгуру.

Ной вернул лед Тобиасу и, подойдя к коню, опустился на колени и склонился над ним. Он потянулся к ручкам.

- Не думаю, что мне когда-либо приходилось сталкиваться с флоггером из кенгуру, сэр, - тихо сказал он, переставляя колени в положение, в котором мог продержаться некоторое время.

- Легче, чем кожа и шкура оленя, - сказал Тобиас, избавляясь ото льда перед тем, как открыть сундук. - Вообще-то, это один из моих любимых. Хорошая отдача, хорошо жалит, но вероятность царапин невелика. И он не черный, что приятно. - Он на мгновение поднял его и встряхнул, просто ради удовольствия посмотреть, как красиво покачиваются коричневые хвостики. - Держись, мальчик, и помни, где находишься - в моей игровой комнате, со мной. Ты знаешь правила и знаешь свои слова.

- Да, сэр. С вами. Я запомню, - ответил Ной и расслабился, его пальцы на мгновение пробежались по коже ручек, прежде чем успокоиться.

Тобиас начал с умеренного темпа, не было необходимости настраивать Ноя на нужный лад. Он распределил удары, найдя свой естественный ритм, и начал обрабатывать Ноя с постоянной скоростью. У него не было желания причинять боль мужчине или заставлять его страдать, но он знал, что освобождение, которого они оба хотели, должно было закончиться после такой боли. Однако он понятия не имел, подходящее ли сейчас для этого время.

- Ах, больно... - Сказал Ной Тобиасу после первых нескольких ударов.

Его слова звучали немного натянуто. После этого он кряхтел при каждом ударе, и его пальцы крепче сжимали рукояти. Ему удалось выдержать тишину достаточно долго, чтобы нанести еще несколько размеренных ударов, но, должно быть, в конце концов, это его достало, потому что он нарушил ее сам.

- Сэр! Ах! Вы что-то сказали, сэр? Пожалуйста?

Тобиас слышал напряжение в его голосе, но пока было трудно сказать, граничит ли это с теми эмоциями, на которые Тобиас надеялся.

- Что бы ты хотел, чтобы я сказал? - Спросил Тобиас. - Хочешь услышать, какой ты красивый? Ты хочешь услышать, как привлекательно твоя кожа выглядит для меня? Или тебе просто нужен мой голос? - Он наносил удары снова и снова, сильнее и немного быстрее. - Я хочу, чтобы ты отпустил, мальчик. Просто чувствуй, не волнуйся. Я здесь.

- Спасибо, сэр, все, что угодно. Все, что пожелаете... просто мне нужен ваш голос, сэр. Ах! - Ной выгнул спину дугой. - Спасибо, спасибо вам. - Он начал громко дышать, выдыхая тихие стоны, которые становились все громче, пока звук не заполнил уши Тобиаса. - Я ваш, господин, только ваш. - Ной вздрагивал от ударов, и его плечи начали трястись, когда звуки превратились в стоны, а его хватка на ручках скамьи ослабла. - Ой! Господин, пожалуйста, - всхлипывал Ной, безвольно привалившись к скамейке, но по-прежнему твердо и упрямо предпочитал не использовать стоп-слова.

- Пожалуйста, что, мальчик? - Спросил Тобиас, отложив на потом легкое волнение, которое испытал при слове «господин». Позже он насладится этим. А пока будет им.

Ной на мгновение увернулся от ударов, и Тобиас представил, как загоняет Ноя в угол своим флоггером и все еще не получает признания, на которое рассчитывал.

- Господин... ах!

- Скажи мне, чего ты хочешь, мальчик.

Ною не поможет продолжать притворяться, что у него нет пределов, и, в конце концов, Тобиас должен был их найти. Тобиас продолжал работать флоггером, хотя его удары были немного легче. Ною и так было больно, и он не нуждался в сильных ударах, они в любом случае были бы болезненными.

- Пожалуйста. - Плечи Ноя затряслись, а грудь вздымалась и опускалась от рыданий. - Гос... Господин...

Тобиас наблюдал, как он борется, и с болезненным уколом в сердце осознал, что Ной не собирается использовать стоп-слова, что он еще не достиг того уровня, когда полностью принимает. Не в силах двигаться вперед из-за боязни причинить Ною реальный вред, Тобиас замедлил удары так быстро, как только мог, возможно, даже слишком быстро. Он бы просто бросил флоггер, но пока не был уверен, как Ной отреагирует на остановку.

Однако через мгновение он достаточно отстранился, чтобы начать говорить, его голос был тихим и успокаивающим, он легкими движениями флоггера похлопывал Ноя по коже, возвращая его из того места, куда он убежал. По лицу Ноя потекли слезы, и Тобиас уронил флоггер, затем опустился рядом с ним на колени, на мгновение положив руку Ною на плечо, а затем осторожно обнял Ноя.

- Все в порядке, все кончено. Ной, послушай, все кончено, ты в безопасности. Дыши. Просто дыши и возвращайся, милый, я рядом. Я здесь, я с тобой, и все кончено. - Его трясло, он знал, что дрожит, и ему приходилось бороться, чтобы сохранять спокойствие. Последнее, что им сейчас было нужно, это его чувство вины и самобичевания. - Ной. Скажи, что тебе нужно.

Ной всхлипнул и прижался к Тобиасу на долгое мгновение, прежде чем выдавить из себя одно простое слово.

- Это, - сказал он Тобиасу и повторил это слово снова. - Это. - Ной, очевидно, тоже пытался успокоиться, делая глубокие вдохи, хотя и прятал лицо на груди Тобиаса. - Только это, господин.

Тобиас притянул его ближе, успокаивая руками и словами, его голос был мягким, как шелк.

- Я здесь. Я буду обнимать тебя всегда. Ты мой, милый, и я всегда буду обнимать тебя, когда тебе это будет нужно.

Ной крепче прижался к Тобиасу. Он поднял руку и приложил ее к сердцу Тобиаса.

- Ваше сердце колотится, - заметил Ной с тихим благоговением. - С вами все в порядке, господин? - Он медленно описывал рукой круги, как всегда, почтительно опустив глаза. - Простите. Простите, господин, я в порядке. Было больно, но я в порядке.

Тобиас покачал головой.

- Мы поговорим об этом позже, мальчик. Отдохни, а потом мы приведем тебя в порядок. Думаю, нам обоим не помешало бы полежать в ванне. - Последнее, что он собирался сделать, это начинать разговор прямо сейчас. Не об этом, не тогда, когда Ной был все еще в себе. - Ты уже можешь ходить? Я хотел бы осмотреть твою спину, нет ли синяков.

- Думаю, да, сэр. - Ной отодвинулся, слегка поморщившись, и медленно поднялся на ноги с помощью Тобиаса. - Просто кажется напряженной, господин, и горячей. Думаю, все в порядке.

Он знал, что суетится, когда выводил Ноя на более светлое место, и знал, что суетится, пока ощупывал каждый дюйм кожи и мышцы. Он достаточно хорошо знал себя, чтобы понимать, что выстраивает классическую модель избегания, и если он не будет осторожен, он будет чрезмерно опекать Ноя, и всё будет потеряно, потрачено впустую.

- Хорошо, - сказал он, наконец. - Одевайся. Я приберусь здесь - встретимся у двери, и я хочу, чтобы ты выпил хотя бы одну бутылку воды. Понял?

- Хорошо, сэр, - сказал Ной и медленно подошел к столу, чтобы взять бутылку воды, прежде чем на негнущихся ногах пройти по центральному коридору к своей одежде. Его спина была ярко-красной, но Тобиас не причинил ему серьезного вреда.

Вздохнув, Тобиас взял флоггер и подошел к сундуку.

- Черт, - пробормотал он себе под нос, опуская его внутрь. - Упрямый дурак. - Он не был уверен, кого из них он имел в виду.





сокращение от «submissive space» — особый тип трансового состояния в БДСМ-практике





Часть 17


Прогулка по двору была, пожалуй, самой странной в жизни Тобиаса. Ной, конечно, смотрел вниз, но был встревожен и, вероятно, неуверен в себе, и Тобиас никак не мог его успокоить. Не тогда, когда он шел с налитыми свинцом ногами и растерянностью, затуманивающей его рассудок.

Позже, да, конечно - как только он заведет их обоих внутрь и отведет в «безопасную» комнату.

Поднимаясь по лестнице, он все еще ничего не сказал. В коридоре он указал на «безопасную» комнату и сказал:

- Я проверю пейджеры. Я бы хотел, чтобы ты снова разделся, чтобы я мог снять с тебя ремни, а потом мы поговорим, милый. Я всего на минутку.

Ной заколебался, но через мгновение выдавил из себя:

- Да, сэр, - и скрылся в «безопасной» комнате.

Тобиас услышал, как из коридора донесся его вздох, а затем характерный скрип кожаных ремней упряжи, когда Ной начал раздеваться.

Тобиас покачал головой, в основном про себя, и пошел в спальню. Он положил все пейджеры на комод - два своих, рабочий пейджер Ноя и тот, что собирался отдать Ною в понедельник утром. Они все выстроились в ряд, все четыре, ничего не выражающие, неподвижные и молчаливые. Слава Богу, они никому не были нужны. Он подозревал, что в данный момент они ни на что не годились.

И его задачей было исправить это.

Выпрямившись, он посмотрел на свое отражение в зеркале, изучая себя. Серьезное лицо, сжатая челюсть... Он сознательно заставил себя расслабиться. Это уменьшило напряжение вокруг глаз, сделало его лицо более мягким. По-прежнему строгим, волевым... но не сердитым. Он не злился, не на Ноя. На самом деле, нет; Ной научится, и у них все будет хорошо.

Он пожал плечами и, развернувшись, легкой походкой направился в «безопасную» комнату. Он знал, что должен сказать и что сделать, чтобы восстановить равновесие; пришло время кое-что разъяснить своему своенравному сабу.

Ной стоял на коленях посреди комнаты, склонив голову и отведя руки назад, в удобной позе «показа».

- С тобой все в порядке? - Тихо спросил Тобиас. - Физически? Кожа не повреждена, и я не смог найти ни одной поврежденной мышцы, но я не в твоей шкуре.

Ной поерзал и слегка изогнул спину, словно желая убедиться в своих силах, прежде чем ответить:

- Все еще немного напряжено, сэр, но со мной все будет в порядке, спасибо. - Однако его голос был по-прежнему мягким, и, казалось, ему не хватало обычной уверенности.

- Хорошо. - Тобиас подошел к нему и попросил немного подвинуться, осторожно расстегивая ремни сбруи. Отодвинув клетку, Тобиас провел пальцами по коже в том месте, где она вдавилась. - Нормально? Я собираюсь вынуть пробку. Уверен, какое-то время ты будешь чувствовать себя странно.

Ной кивнул в ответ и подвинулся, чтобы Тобиасу было удобнее.

Пробка была вынута и отложена в сторону, и Тобиас убедился, что кожа не натерта, что Ной в такой хорошей физической форме, как можно было ожидать.

- Ну ладно, - сказал он, вставая. - Вот что сейчас произойдет. Ты оденешься, - он подошел к шкафу и достал чистые спортивные штаны, боксеры и футболку, - а я буду говорить. Потом ты поразмыслишь, и мы обсудим, что будет дальше.

Он протянул одежду и подождал, пока Ной молча оденется. Тобиас бесстрастно наблюдал за происходящим, а затем подошел к шкафу и облокотился на него, скрестив лодыжки.

- Кажется, ты неправильно понял, что я подразумеваю под подчинением, саб, - ровным голосом произнес Тобиас. - Я не собираюсь заставлять тебя кричать от боли. Тот факт, что ты позволяешь мне бить тебя, выполняешь работу по дому и отсасываешь у меня, не является подчинением, которого я добиваюсь.

Ной резко поднял голову, но остановил себя прежде, чем его взгляд поднялся выше пояса Тобиаса. Тобиас ждал, пока Ной боролся с желанием заговорить, вероятно, чтобы возразить, и через мгновение Ной вздохнул и снова опустил глаза в пол. Он не был полностью расслаблен, но, казалось, был готов слушать.

- То, что ты позволял мне бить тебя до тех пор, пока уже почти не мог этого выносить, это не подчинение, Ной. Это соревнование внутри себя, и оно не приносит мне удовольствия, и знаю, тебе оно тоже не принесло никакого удовольствия. Так в чем смысл? Мне все равно, как долго ты сможешь продержаться. Не имеет значения, насколько сильно я смогу тебя ударить. Мне было бы все равно, если бы ты не смог выдержать больше пяти ударов, саб, для меня дело не в боли. Для тебя это важно, до определенного момента, и я могу ее причинить, но хочу чего-то взамен. Я хочу, чтобы ты доверял мне. Я хочу, чтобы ты был честен со мной.

Тобиас встал, оттолкнувшись от шкафа.

- Как я могу довести тебя до предела, а затем преодолеть его, если не знаю, где он? У тебя был «желтый», и если бы ты был честен в своих действиях, ты бы им воспользовался. Ты уже перешел эту черту, ты был почти на грани срыва, и я мог по-настоящему ранить тебя. Когда я тебя бью, ты можешь делать все, что угодно, мальчик. Кричать, вопить, умолять... все, что захочешь. Покажи мне свою реакцию, дай мне узнать тебя. Позволь мне работать с тобой, а не быть препятствием, на которое ты можешь броситься. Ты понимаешь?

Пока Тобиас говорил, Ной хмурил брови и не торопился с ответом, задумчиво покусывая губу. Он несколько раз кивнул сам себе, прежде чем, наконец, озвучил свой ответ.

- Да, сэр, - вздохнул он, - думаю, теперь понимаю.

- Я хочу контролировать твои чувства, - твёрдо сказал Тобиас. Он медленно обошёл Ноя, расхаживая взад-вперед и намеренно ужесточая тон голоса. - Я хочу знать, что говорят тебе твои чувства, я хочу знать наверняка, что ты испытываешь. Я буду главным. Если ты сопротивляешься, то неважно, кто над тобой, важно лишь то, что кто-то тебя бьёт. И я не буду этим заниматься. Мы с тобой уже давно переросли это, мальчик, и это не игра. Ты мой, а я твой Господин, и я добьюсь твоего честного подчинения. Всё ясно?

- Да, сэр, все ясно, - ответил Ной быстрее и гораздо увереннее.

- Хорошо. - Тобиас остановился, когда оказался позади Ноя, и тронул его за плечо. - У нас все будет в порядке, дорогой. Но сейчас нам нужно подумать о другом. То, что произошло сегодня, больше не повторится. Чтобы закрепить урок, сегодня вечером будет наказание. Итак, ты заслужил час размышлений, сидя лицом к стене. Мне нужно уладить несколько дел, но я оставлю таймер. Когда он просигналит, ты можешь выйти из угла, но не из комнаты. Когда вернусь, ты скажешь мне, сколько ударов тебе положено, и каково твое новое отношение к подчинению.

Ной протянул руку и коснулся пальцев Тобиаса своими.

- Да, сэр. Я тщательно обдумаю это, сэр, - заверил он Тобиаса, прежде чем его рука снова упала на колени.

Тобиас кивнул.

- Тогда в угол. У тебя есть час.

Ной осторожно поднялся и отошел в угол, приняв естественную позу «показа», глядя в стену. Тобиас нашел в шкафу таймер и установил его на час, медленно поворачивая циферблат.

- Он, скорее всего, напугает тебя до смерти, когда зазвонит, и я приношу свои извинения за это - все время забываю его заменить. - Он положил его на стул, надеясь, что подушка немного приглушит звук звонка. - Я вернусь позже, - тихо сказал он, затем повернулся и тихо вышел из комнаты.





Часть 18


Когда он спускался по лестнице, в доме стояла жуткая тишина - раньше он этого не замечал. Даже половицы не скрипели, когда он вошел в свой кабинет и открыл самый нижний ящик, потянувшись к задней стенке за пачкой сигарет. Он отметил, что они снова были сухими. Ничего необычного, поскольку обычно он выкуривал всего три штуки из пачки, прежде чем они становились слишком старыми и их приходилось выбрасывать.

Однако... это была его вторая сигарета за последние несколько недель, и это было нехорошо.

Он смотрел на сигарету в руке и раздумывал, стоит ли выкуривать её целиком, но знал, что единственная причина, по которой он вообще об этом думает, это частота курения, а не какой-либо реальный страх снова стать зависимым - если ты однажды зависим, то будешь зависим всегда, даже если это всего лишь сигареты. Нет, это была всего лишь одна зависимость, которую он подавил до приемлемого уровня.

Тобиас вдруг понял, что размышлял, стоит ли курить, дольше, чем это заняло бы само курение. Он закатил глаза и схватил зажигалку. Выходя из дома, он достал портативный телефон из подставки в прихожей и набрал цифру шесть в быстром наборе.

- Йоу. - Голос Фана звучал сонно.

- Это лучше, чем желтый, - непринужденно заметил Тобиас, спускаясь по лестнице с сигаретой в зубах.

- Ага. Привет, как дела?

- Отлично. - Он остановился на полпути к своему грузовичку и закурил. - Мы можем увидеться в среду вечером?

Последовало долгое молчание, которое Тобиас заполнил, подойдя к грузовику и забравшись в кузов. Он сидел спиной к кабине и курил, наблюдая, как клубы дыма поднимаются и исчезают.

- Сейчас... еще нет четырех часов субботы. Ты куришь, и я думал, что твой мальчик будет на ферме в эти выходные, - осторожно сказал Фан. - Что случилось?

Тобиас еще раз затянулся сигаретой. Часть его хотела рассказать Фану, часть - просто поговорить об этом и попросить кого-нибудь взглянуть на это с другой стороны. Но большая часть его понимала, что он не сможет.

- Не твое дело, малыш, - сказал он, наконец, с сожалением.

- Тогда нет, я не смогу увидеться с тобой в среду. Голос Фана тоже был тихим и печальным. - Ничего не могу поделать, если не знаю.

Тобиас вздохнул.

- Знаю. Прости.

- Ты в порядке?

Тобиас на мгновение задумался и посмотрел на свою сигарету.

- Не очень. Но буду.

- Оно того стоит? - Спросил Фан и тут же сказал: - Прости меня. Боже, Тобиас, забудь, что я это сказал, пожалуйста.

- Не беспокойся об этом, - сказал Тобиас, зная, что в ближайшие несколько дней ему придется снова и снова откладывать этот вопрос. На него внезапно нахлынули непрошеные воспоминания, с которыми, как казалось, он справился: как он говорил Фану, что, конечно, оно того стоило, когда они упаковывали последние вещи Фана. Первый раз, когда Фан использовал свои стоп-слова, и гнев, который они оба испытали из-за этого. Второй раз, когда он не смог остановиться, потому что остановиться означало бы жить во лжи. - Господи, - выдохнул он. - Фан, ты мне нужен.

- Уже еду. - Телефон отключился, и Тобиас выругался, снова набрал шесть и выбросил сигарету.

- Что? - спросил Фан, запыхавшись. - Я сказал...

- Не приезжай! - взмолился Тобиас. - Прости, я просто... Боже, Фан, тебе нельзя сюда приезжать. Не сейчас. Встретимся в среду у меня дома?

- Ты расскажешь мне, что произошло?

Тобиас вздохнул.

- Да.

- Хорошо.





Часть 19


Он выкурил еще две сигареты и, наконец, вошел в дом, заглянув на кухню выпить стакан воды, прежде чем подняться наверх. По его часам, он отсутствовал чуть больше полутора часов, так что он не стал терять много времени, просто почистил зубы и попытался избавиться от ужасного запаха дыма, прежде чем отправиться в «безопасную» комнату.

Ной стоял, скрестив руки на груди, прислонившись плечом к окну, и смотрел на участок. Он был очень спокоен и расслаблен. Свет из окна падал на его взъерошенные волосы и слегка помятую футболку, придавая молодой вид. Он, казалось, был погружен в свои мысли, пока не услышал, как Тобиас вошел в комнату, а затем повернулся лицом к Тобиасу, принял позу «показа» и молча опустил глаза в пол.

- Чувствуешь себя лучше? - Тихо спросил Тобиас. Он был ошеломлен тем, как красиво выглядел Ной, каким милым он мог быть. Немного беспокоило то, как ему хотелось протянуть руку и притянуть его ближе.

Ной улыбнулся.

- Да, сэр, очень даже. А вы?

- Я в порядке, - спокойно ответил Тобиас. - А теперь расскажи мне о подчинении. - Он подошел к своему стулу и сел, выжидательно откинувшись на спинку. Ему было более чем интересно узнать, о чем думал Ной; по крайней мере, это помогло бы его собственным мыслям упорядочиться, найти направление.

- Трудно точно сказать, с чего начать, сэр, - признался Ной. Он облизнул губы и прищурился, а затем продолжил. - Поскольку я ваш саб, у меня есть только одна обязанность перед вами. Мой долг - угодить вам, сэр. Мы подробно обсудили, что это значит для вас, и это также четко прописано в нашем контракте. Я понимаю, что это означает ставить ваши потребности выше моих, но еще сложнее то, что это означает перестроить свое мышление таким образом, чтобы, когда мне действительно нужно думать о себе, я думал о вас и вашем удовольствии, а не о своем эго.

Ной слегка переступил с ноги на ногу и, казалось, немного нервничал из-за того, что собирался сказать дальше.

- Я думал о себе. Я не думал о вас в первую очередь. Это довольно простое различие, и я его совершенно упустил из виду. Я был совершенно не сосредоточен, полностью погружен в себя, обращая внимание на боль и преодолевая ее. В то время я думал, что вам будет приятно, если я буду держать себя в руках, если позволю вам пороть меня, пока не надоест. Это та же ошибка, которую я совершал раньше... хотя боль и помогает мне сосредоточиться, дело не во мне, а в вас. Вот тут-то я и ошибся. Дело не в том, как долго я смогу продержаться, как вы сказали, а в том, что вы знаете, что делает со мной каждый удар вашего хлыста. Вам нужно знать, что я чувствую, потому что это то, что вы должны контролировать, а не я. Я, как вы и сказали, играл сам с собой в игру. Я был не в себе в тот момент. Я больше думал о том, когда это закончится, чем о том, что я чувствовал, когда это происходило.

Он прочистил горло.

- Кроме того, я решил не использовать свои стоп-слова. До того, как я подписал наш контракт, я с гордостью заявлял, что они мне не нужны, я никогда ими не пользовался, а гордость такого рода - это не то, что нужно сабу. Гордость за свою работу, за то, насколько я угождаю своему господину, да, но не за то, насколько хорошо я могу противостоять вам. В этом нет необходимости с вами, но и оскорбительно, и я хочу извиниться, сэр. Мы это уже пережили, я знаю. Раньше я не смотрел на это так. Я вообще этого не понимал. Это плохая привычка, которая появилась у меня после того, как мы с Бреттом расстались, и я хочу от неё избавиться. Я сделаю всё возможное, чтобы от неё избавиться.

Ной сглотнул и замолчал, но Тобиас заметил, как он снова прикусил губу, и понял, что тот нервничает из-за реакции своего Господина.

Тобиас наклонил голову и позволил моменту немного затянуться, прежде чем смягчиться.

- Ты хочешь, чтобы я вывел тебя из этого состояния? Ты всерьез хочешь отправиться в это путешествие? Потому что оно будет нелегким, но ты уже неплохо начал.

Ной опустил голову и вздохнул, его плечи опустились вместе с этим.

- Да. Да, сэр. - Он покачал головой. - Я не хотел, чтобы вы сомневались во мне. - Внезапно он шагнул вперед и опустился на колени у ног Тобиаса. - Никто и никогда не заставлял меня так усердно работать. Я даже не думал о том, чтобы доверять кому-то так, как я уже доверяю вам. Мне нужно это, я нуждаюсь в вас, господин. Пожалуйста, не сомневайтесь во мне.

Тобиас поморщился.

- Я не сомневаюсь в тебе, милый, - признался он. Он требовал честности, напомнил себе он, и мог сделать не меньше, чем ответить взаимностью. - Я сомневаюсь в себе. Прости меня, Ной.

- Я... - начал было Ной, но остановился, прочистил горло и начал снова. - Вы имели полное право ожидать, что я буду использовать свои слова, сэр.

- Да. Я имел. - Тобиас вздохнул и встал, одной рукой поглаживая Ноя по голове. - Сколько ударов ты насчитал?

Ной выпрямился. Казалось, он так же тщательно обдумал этот ответ и говорил медленно.

- Один - за нарушение моего договорного обязательства угодить вам, один - за то, что не использовал стоп-слова, один - за неуместную гордость, один - за то, что беспокоил вас понапрасну, один - за то, что оскорбил вас, и... один, по крайней мере, за то, что не ставил ваши потребности выше моих? Я не уверен, что одного будет достаточно, сэр.

Тобиас улыбнулся, впечатленный, несмотря ни на что. Он ожидал случайное число, а не такой аккуратный порядок ошибок Ноя.

- Я думаю, что в данном случае подойдет один, поскольку это привело к появлению других. Шесть, в общей сложности, кажутся мне разумными. - Он взъерошил волосы Ноя и добавил: - Будем надеяться, что ты не добавишь что-нибудь еще перед сном, да?

- Думаю, прямо сейчас мне следует сосредоточиться на том, чтобы не отравить вас ужином, сэр. - Ной ухмыльнулся. Казалось, он пытался немного разрядить обстановку и теперь выглядел гораздо более расслабленным.

- У тебя все получится, малыш. Я уверен в этом. - Повинуясь внезапному порыву, Тобиас наклонился и поцеловал своего мальчика, легко приоткрыв удивленные губы. Он не стал задерживаться, просто почувствовал себя как дома и попробовал то, что ему принадлежало. - Кыш. Иди, приготовь ужин, а потом мы можем немного поиграть. Боюсь, завтра у нас будут в основном домашние дела на свежем воздухе. Наслаждайся сегодняшним вечером, как можешь.

Тобиас частично скрыл улыбку, когда Ной на мгновение застыл, сбитый с толку его поцелуем. Элемент неожиданности имеет много преимуществ. Ной поднялся на ноги с очаровательно глупой улыбкой на губах.

- Да, сэр. Спасибо, сэр. Я дам вам знать, когда ужин будет готов. - Он сделал пару размеренных шагов из комнаты, а затем поспешил вниз по лестнице.





Часть 20


Во вторник, когда Тобиас был в офисе, зазвонил его пейджер.

Он потянулся к телефону, уже собираясь набрать номер Ноя на сотовом, когда взглянул на дисплей и увидел номер Фана, за которым следовал 411.

Нахмурившись, он набрал номер и закрыл дверь, предоставив Дейдре разбираться с недовольным фермером, который в данный момент ругал Салли за что-то. У него в ухе раздался голос Фана.

- «Фантом Шоу».

- Это я.

- О, привет. Я все еще буду нужен тебе завтра вечером? Потому что у меня к тебе дело, и думаю, ты уже справился со своей паникой, раз не перезвонил мне, и вау! Только не это, положи на место. Спасибо, чувак. Так или иначе, Тобиас?

- Здесь. - Тобиас вздохнул и потер глаза, внезапно почувствовав усталость.

- Так я тебе нужен?

- Всегда.

- Не смешно.

Последовала долгая напряженная пауза, и они оба вздохнули.

- Нет, Фан. Если у тебя есть какие-то дела, мне не обязательно тебя видеть.

- Но ты же хочешь.

- Да. Если не считать твоего маленького выступления в клубе, я не видел тебя больше месяца. Я скучаю по тебе.

Фан снова вздохнул.

- Хорошо. Я буду около десяти.

Тобиас приподнял бровь.

- В десять?

- У меня...

- …кое-какие дела, я знаю.

- Дело не в этом, - сказал Фан, чувствуя себя неловко, почти смущенно. - Это... ну, это вечеринка. Для девочки внизу.

Тобиас на мгновение задумался и, наконец, сказал:

- Я сдаюсь. Какая девочка внизу?

- Девочка Тома.

- Девочке Тома восемь лет. Боже мой, ты сопровождаешь гостей на вечеринке по случаю дня рождения.

- Заткнись.

Тобиас тихо рассмеялся.

- Как долго ты ждал, чтобы сказать мне это?

- Недостаточно долго - как ни странно, неприятно говорить об этом вот так, а не после лекции.

Тобиас ухмыльнулся.

- Повеселись на своей вечеринке, сопляк.

- Да, сэр.

* * * *



Было уже около четверти одиннадцатого, когда Фан вошел в квартиру Тобиаса, положив ключи на столик у двери.

- Тобиас?

- Я здесь. - Он лежал на диване в гостиной и смотрел на огни города. Это был совсем другой вид, не похожий ни на что, что он видел на ферме, и он лишь отдалял его от того, что он делал с Ноем. Он был совершенно уверен, что ему это не нравилось. - Как прошла вечеринка? - спросил он, садясь.

- Безумно. Слишком много торта. - Фан вошел и плюхнулся на диван рядом с ним. - Как у тебя дела?

- Лучше.

- Понятно. Что случилось?

Тобиас пожал плечами.

- Он отказался использовать стоп-слова, и я зашел слишком далеко.

Фан посмотрел на него широко раскрытыми глазами.

- Сильно?

Тобиас кивнул, ненавидя себя за это.

- Физических повреждений нет, но да. Я так думаю, во всяком случае. Я не знаю.

Но Фан покачал головой.

- Нет. Ну, может быть, но нет. Похоже, тебе больно. Ты думал, что он воспользуется ими, поможет тебе найти грань, а вместо этого он позволил тебе переступить ее, верно? И ты расстроен, потому что неправильно его понял.

Тобиас пожал плечами, не зная, что сказать. Он подумал, что Фан, скорее всего, прав, но ему совсем не понравилось то, что это говорило о нем.

На мгновение они замолчали.

- Итак. Ты остановился. И что потом?

Тобиас снова сел, закатав рукава рубашки.

- Я вымыл его, подержал на руках. Успокоил его, и мы пошли в дом. - Тобиас машинально рассказал Фану о том, что произошло, пока смотрел на город из своего окна. - Я еще раз убедился, что с ним все в порядке, а затем заговорил о подчинении, сказал ему, что он играет в игры сам с собой и не подчиняется мне. Я сказал ему, что этого недостаточно.

Фан кивал, просто слушая, как Тобиас рассказывает о том, как он сидел на улице и курил. Когда он начал рассказывать Фану о том, что Ной говорил о подчинении и какое наказание он заслужил, Тобиас начал выпрямляться, сам того не осознавая, и к тому времени, как рассказал Фану о том, как Ной принимал удары плетью, он стоял, глядя на Фана, опустившего глаза.

- Как-то так, - закончил он, и во рту у него внезапно пересохло. - Фан?

- Сэр?

- Я думаю, что совершил большую глупость. - Это обрушилось на него внезапно, как летняя гроза с запада. Покорность Фана не взволновала его, не вызвала ничего, кроме желания увидеть рядом Ноя. Напряжение в паху было вызвано более крупным мужчиной, другим человека.

- Сэр.

- Почему ты опустил глаза? Я тебе не хозяин, не господин и не любовник.

- Нет. Вы его. - Фан опустился на колени и прижался лицом к бедру Тобиаса. - Разве нет?

Тобиас медленно кивнул, его пальцы запутались в волосах Фана.

- Да. Его. Мне страшно, Фан.

- Я знаю. Но все будет хорошо. А если нет, мы о вас позаботимся. Обещаю.





Часть 21


Тобиасу оставалось только гадать, сколько времени Ной потратил на то, чтобы научиться готовить с прошлых выходных. Он явно чувствовал себя неуютно на кухне. К его чести, Ной готовил то, что, казалось, могло бы стать вкуснейшим стир-фраем[1], но в процессе устроил на кухне колоссальный беспорядок, учитывая, что это блюдо можно приготовить в одном воке на плите. Тобиас был рад видеть, что его малыш, по-видимому, общался с миссис Миллер, спрашивал, что купить, но Ной достал две разделочные доски, а в раковине и на одном из прилавков лежали нарезанные овощи. В данный момент бедняга балансировал на одной ноге, а другой держал холодильник открытым, что выглядело бы абсурдно, если бы не приятное растяжение ткани его джинсов, обтягивающих задницу, и то, как его рубашка задралась на талии, обнажив поясницу.

- Ах, черт, - фыркнул Ной, опуская на пол ногу, удерживавшую холодильник открытым.

- Проблема? - Спросил Тобиас, изо всех сил стараясь не рассмеяться. Он подошел чуть ближе и попытался нащупать рукой этот участок кожи, который теперь снова был скрыт.

Ной сжал челюсти, и в его голосе послышалось разочарование:

- Я сделал несколько попыток, но мы с кухней пока не очень дружим, сэр.

Найдя голую кожу, Тобиас крепко ухватился за Ноя и слегка потянул.

- О, это очень плохо. Может, тебе стоит немного подружиться со мной?

Ной осторожно отложил нож, который держал в руке.

- Это звучит гораздо лучшей идеей, сэр. - Он уперся рукой в ​​край прилавка, и Тобиас почувствовал, как ягодицы Ноя прижались к его бедрам.

Тобиас улыбнулся и наклонился вперед, кусая Ноя за шею.

От него приятно пахло. Немного тем, что он резал, но еще от него пахло кожей, мылом и мускусом. Тобиас слегка заворчал, внезапно почувствовав голод. Прошла почти неделя с тех пор, как он получал удовольствие от Ноя, и еще больше с тех пор, как брал его. На самом деле, это было слишком, слишком долго. Он погладил горячую кожу на животе Ноя и опустил руку ниже, бесстыдно ощупывая его.

- Скучал по тебе, - спокойно сказал он, прижимаясь напрягшимся членом к заднице Ноя.

- О Боже, - простонал Ной и прижался членом к руке Тобиаса. - Я тоже скучал по вам, сэр.

Тобиас подумал, что это и так очевидно, и ухмыльнулся, чиркнув зубами по плечу Ноя. Ной медленно повернулся в объятиях Тобиаса, а затем опустился на колени, чтобы прикоснуться губами к выпуклости Тобиаса через брюки. Мгновение спустя пальцы Ноя уже умело расстегивали его ширинку.

Тобиас одной рукой держался за прилавок, а другой гладил Ноя по голове. Он вздохнул, когда пальцы Ноя, наконец, сомкнулись вокруг него, легко поглаживая.

- Еще, - прошептал он. - Сильнее. Заставь меня почувствовать это.

Ной подчинился, целенаправленно обхватив член теплыми пальцами. Он продолжил свои движения и обхватил головку члена Тобиаса губами.

Бедра Тобиаса слегка покачнулись. Он улыбнулся, глядя вниз и наблюдая, как его член входит и выходит изо рта Ноя. Это была прелестная картинка: Ной в джинсах и коже, раздвинув колени для равновесия и демонстрируя собственную эрекцию, твердый бугорок упирался в молнию. Он сжал пальцы на голове Ноя и вошел чуть глубже, чуть быстрее.

- Не заставляй меня кончать. Просто... да, вот так. Я хочу трахнуть тебя.

Тобиас понял, что Ною тоже понравилась эта идея, он застонал, обхватив его член. Язык Ноя легко скользил по нижней части его эрекции, но он прекрасно контролировал направление, посасывая, но не слишком сильно, заглатывая, но не слишком глубоко, пальцы были твердыми, но не давили так сильно, чтобы ему захотелось кончить.

Ной снова застонал, и его свободная рука скользнула на колени, прижаться к твердому телу между его собственными бедрами.

- Сделай это, - сказал Тобиас, и его собственный голос прозвучал резко. Он сглотнул, немного пошевелил бедрами и один раз погрузился в рот Ноя, прежде чем отстраниться. - Достань его. Прикоснись к себе для меня.

Ной облизнул губы, и его пальцы потянулись прямо к джинсам. Он быстро расстегнул их, затем подтянул пояс к коленям, обнажая бедра и округлости своей задницы. Он взял член в руку и с тихим шипением нежно провел пальцами по стволу. Он не поднимал глаз, прикованный к своей работе.

- Приятно, сэр, - сказал Ной, добавив к изображению свой низкий, напряженный голос.

- Выглядит хорошо. - Тобиас потянулся к своему члену, поглаживая его в такт Ною. - Продолжай, - приказал он, другой рукой приподнимая голову Ноя, снова погружаясь в этот теплый, влажный рот.

Ной застонал, когда Тобиас снова наполнил его рот. Тобиас почувствовал, как рука Ноя скользнула по его бедру и обхватила ягодицы. Глаза Ноя закрылись, но звуки продолжались: влажные сосущие звуки, стоны, выдававшие его собственное возбуждение, короткие вздохи.

- О Боже, - простонал Тобиас, прежде чем смог себя остановить.

Удовольствие росло, его собственное возбуждение подпитывалось возбуждением Ноя гораздо быстрее, чем он предполагал. Со стоном он снова отстранился и улыбнулся, глядя в запрокинутое лицо Ноя. С закрытыми глазами и припухшими губами он был еще привлекательнее, чем обычно.

- Боюсь, я не Супермен, - с сожалением сказал он. - Поэтому мне просто придется попросить тебя предстать передо мной - задницей вверх, пожалуйста, милый.

- Спасибо, сэр, - выдохнул Ной, повернулся и оперся локтем о кафельный пол, выставив перед Тобиасом задницу, джинсы все еще стягивали его колени. Другой рукой он крепко сжимал свой член, и его кожаная рубашка при движении натягивалась, туго обтягивая плечи и предплечья.

Тобиас оглядел кухню и вздохнул.

- Ты очень везучий саб, ты знаешь это?

- О, да, сэр, я знаю, сэр, - простонал Ной и кивнул. Он был более чем убедителен и искренен.

Тобиас рассмеялся, опускаясь на колени позади Ноя и роясь в своем кармане.

- А знаешь, почему ты такой везучий саб?

Ной застонал.

- Иметь вас в качестве господина. - Голос Ноя звучал так, словно он скорее спрашивал, чем констатировал факт. - Или, может, - задыхаясь, пробормотал он, - потому что вы носите смазку в карманах? О Боже, сэр. Я надеюсь на это, вы мне нужны.

- Умный. Ты очень умный, - немного невнятно произнес Тобиас. Он открыл упаковку со смазкой, из того же кармана услужливо выпал презерватив, и смазал пальцы. - Продолжай говорить, мальчик, - приказал он, медленно вводя два пальца в задницу Ноя. - Мне нравится слушать, как ты говоришь.

Ной ахнул.

- О, да. Это так приятно, сэр. Такое ощущение... - Голос Ноя на мгновение прервался, он опустил голову и слегка ослабил хватку на своей эрекции, замедляя движения. Тобиас почувствовал, как Ной насадился на его пальцы. - Ваши пальцы приятны, но, - прошипел Ной сквозь зубы, а затем продолжил: - Я хочу большего, сэр. Хочу вас. Хочу, чтобы вы были во мне, сэр. Пожалуйста.

Тобиас на самом деле не был Суперменом, и его сорок первый день рождения уже миновал; он простил себе довольно неприличную спешку, с которой натягивал презерватив, он наверстает упущенное позже; у них были все выходные.

- Соберись с силами, милый, - посоветовал он, входя в тело Ноя, почти переполненный желанием просто сделать это, просто погрузиться в тесноту.

- Да, да, о Боже, - взмолился Ной.

Он выгнулся немного сильнее, улучшая угол для Тобиаса, облегчая задачу им обоим. Он тяжело дышал при входе, немного расслабляясь, но, учитывая, что Тобиас был первым, кто коснулся его за более чем год, Ной все еще был очень напряжен вокруг его члена.

- Черт, да, - выдохнул Ной, когда Тобиас вошел глубоко и их тела прижались друг к другу. - Так хорошо, так... ах! - Тело Ноя на мгновение напряглось, и Тобиас увидел, как он убрал руку со своего члена и осторожно уперся ею в пол. - Было близко, сэр. - Предупредил Ной, в его голосе веселье смешивалось с потребностью.

С ухмылкой и собственным натянутым смехом Тобиас пошевелил бедрами.

- Ну, ладно. Может, нам просто отдохнуть? Что думаешь?

- Я думаю, теперь ваша очередь для порки, сэр, - Ной рассмеялся, а затем застонал. - О, Боже.

- Ты очень, очень ошибаешься, малыш. - Тобиас слегка пошевелился, входя чуть глубже, прежде чем медленно выскользнуть, положив руки Ною на бедра. - Никого не шлепают, кроме тебя. Твоя задница в моем распоряжении, я могу шлепать, трепать, ласкать, трахать. - Он снова вошел, так же медленно, сдерживая стон. - Тесная. Люблю твою задницу, мальчик. Моя, я могу смотреть на нее, играть с ней.

- Да, сэр, ваш. О, блядь, - пробормотал Ной в ответ. Он выгнулся и прижался к Тобиасу, когда тот медленно вошел в него. – Весь ваш, - прохныкал он, сжимая пальцы в кулаки на холодном полу. – Ваш, чтобы трахать... Боже, пожалуйста, трахните меня, сэр. Господин. Пожалуйста. - Ной слегка пошевелил бедрами, умоляя не только словами, но и всем своим телом, опустив плечи к полу и выпятив задницу навстречу Тобиасу. - Сильнее, сэр, пожалуйста!

- Господи Иисусе. - Это все, что Тобиас мог сказать, на мгновение, его дыхание со свистом вырвалось из груди в порыве потребности и жадного желания. Его пальцы крепче сжали бедра Ноя, и Тобиас сильно потянул, снова и снова притягивая Ноя к себе. - Мальчик мой, - прорычал он, вонзаясь в Ноя. - Это то, чего ты хотел, тебе нравится? Жестко и быстро, чтобы твоя узкая дырочка прижималась ко мне? Ты уже близко? Когда кончишь, обрызгаешь ли пол на моей кухне? Ты будешь кричать для меня?

- Да! Близко! Мне нравится жестко, нравится быстро, нравится, как бы вы это ни делали, сэр, только, пожалуйста, не останавливайтесь! - Ной всхлипнул, и Тобиас почувствовал, как его бедра начали подрагивать под его пальцами, как тело волнами напряглось; он мог читать его, как книгу. - Так близко, господин! - Громкость Ноя значительно возросла, а вместе с ней и его отчаянные глотки воздуха. Хватка Тобиаса слегка ослабла, когда Ной покрылся испариной, и ему пришлось сильнее сжать пальцы, чтобы удержаться.

Усилием воли и свойственным ему упрямством - он любил называть это чувством юмора - Тобиас замедлился.

- Как бы я это ни делал? А что, если я остановлюсь? Что, если отведу тебя наверх, в свою постель, и уложу там? Что, если войду в тебя вот так, так медленно, что нам обоим станет больно? Что, если я поцелую тебя, поглажу твой член и просто... сделаю... это?..

Ной жалобно заскулил. Он тяжело дышал, делая глубокие вдохи и пытаясь взять себя в руки.

- Я бы... - Он с трудом сглотнул и прочистил горло. Он сделал глубокий вдох и, казалось, заставил себя говорить связно. - Я жажду ваших поцелуев, господин. Я в вашем распоряжении, и вы можете делать со мной все, что пожелаете, и где пожелаете. Для меня большая честь испытывать по вам боль, - Он сделал еще один вдох и издал жалобный звук. - О, Боже.

- Что, если я назову тебя своей шлюшкой, моим мальчиком, моим любовником? Что, если я скажу тебе, что нигде я не хотел бы быть больше, чем прямо здесь, с тобой? - Тобиас крепко зажмурился от правды, его бедра начали бесконтрольно дергаться. - Что, если я... Боже. Поговори со мной, милый. Мне нужно тебя услышать.

Ной подвинулся и глубоко вобрал его в себя.

- Я - все это, господин! Ваша шлюха. - Он втянул воздух и продолжил, быстро, задыхаясь. - Ваш мальчик, ваш, ваш любовник, пожалуйста, пожалуйста, я хочу этого, я хочу этого! Да! Сейчас кончу... Боже! - Тобиас почувствовал, как напряглись бедра Ноя, почувствовал, как оргазм сжал его собственный член, и, удерживая его, закричал, забрызгав кухонный пол своим семенем. - Господин!

Тобиас на мгновение замер, позволяя оргазму Ноя захлестнуть его, чувствуя, как он пробегает по члену и поднимается по всему телу, и тут произошло нечто волшебное, и коротким сверкающим взрывом был вызван его собственный оргазм.

- Ной. - Он знал, что сказал это, но понятия не имел, услышал ли это Ной, а потом это уже не имело значения, потому что он кончал, глубоко и жестко врываясь в жар Ноя, позволяя Ною принять его вес. -Мой.

Ной потянулся назад и, шаря вслепую, наконец, схватил Тобиаса за запястье и сжал его.

- Господин, - выдохнул он, пытаясь прижаться ближе и разочарованно вздыхая, когда не добился той близости, на которую, казалось, рассчитывал.

Тобиас слегка улыбнулся, совершенно измученный.

- Возможно, ты меня доконаешь, милый, - сказал он, подвинувшись достаточно, чтобы обнять Ноя. - Секс на кухне, еще и объятия. Ты избалован.

- Да, сэр. Я знаю, как мне повезло, - Ной вздохнул и с облегчением улыбнулся, прижимаясь к Тобиасу.

- Это хорошо. - Тобиас поцеловал Ноя в волосы и нежно уткнулся в него носом. - И мне повезло. Потому что ты все еще готовишь ужин. И это был лучший секс на кухне, который когда-либо видел этот этаж.

Ной застонал.

- Это лучший секс на кухне, который у меня когда-либо был, - признался Ной с той же глупой улыбкой, которую помнил Тобиас после их поцелуя в прошлые выходные. - Э-э-э. Лучший секс в жизни, который у меня когда-либо был, сэр. Черт возьми. Извините, сэр.

Тобиас рассмеялся, он ничего не мог с собой поделать.

- Не волнуйся, мальчик. Я в хорошем настроении, так что посчитаем, что за это шлепок по заднице голыми руками. Когда захочу.

Ной выглядел так, словно понял и отсрочку, и открытое заявление о намерении полапать, и встретил ухмылку Тобиаса своей собственной.

- А теперь, - сказал Тобиас, слегка отодвигаясь, - давай приведем себя в порядок и приготовим ужин. Не хотелось бы свалиться с ног от голода.





Стир-фрай (stir-fry) — техника быстрого обжаривания пищи в раскалённом масле в глубокой сковороде с покатыми стенками (воке) при постоянном помешивании.





Часть 22


Тобиас был приятно удивлен, когда ужин, наконец, появился на столе - Ной, как только расслабился, приготовил замечательное жаркое. Тобиас мысленно отметил, что если Ною тяжело на кухне, то секс - это не так уж и плохо.

После того, как посуда была вымыта и убрана, Тобиас отвел податливого и нетерпеливого Ноя через двор в игровую комнату и заставил раздеться прямо за дверью. Он не использовал пробку или какие-либо другие приспособления для удержания целомудрия, сказав Ною, что в этом нет необходимости.

- Мы попробуем еще раз, мальчик. Только твоя спина и мой флоггер. Если у тебя встанет, хорошо - на этот раз главное, чтобы я тебя узнал.

Когда Ноя вывели на ринг, он послушно подошел к скамье для порки и устроился на ней, держась за ручки. Тобиас понаблюдал за ним, убедился, что он держит равновесие, прежде чем повернуться к сундукам и взять флоггер «кенгуру».

- Ты готов? - тихо спросил он, закатывая рукава. - Ты знаешь, что мне нужно?

Ной глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Было бы понятно, если бы он немного нервничал, но Тобиас не чувствовал его неловкости от этой встречи.

- Да, сэр, я много думал об этом. Я надеялся, что вы вернете меня сюда сегодня вечером. Думаю, я понимаю, что вам сейчас нужно. - Ной отвечал ему уверенно, хотя в правдивости его слов еще предстояло убедиться. - Я готов.

- Тогда ладно. - Тобиас показал ему флоггер, еще раз расправив хвосты. - У тебя есть твои слова, и если ты не используешь их, когда придется, ты пожалеешь об этом. Мне нужна честная реакция, Ной, моя работа - действовать в рамках твоих возможностей, пока мы оба их не узнаем. Мы можем обсудить их позже.

Тобиас убедился, что Ной внимательно рассмотрел флоггер, когда расправлял хвосты перед собой.

- Я понимаю, сэр. Я буду честен, - заверил его Ной на этот раз более глубоким и спокойным голосом, тщательно контролируя свое дыхание.

Тобиас подошел к Ною, стараясь двигаться спокойно и размеренно, не позволяя своей ноге двигаться ни на йоту быстрее, чем в его самом уверенном темпе. Он тоже чувствовал себя спокойным, отметила часть его сознания; он беспокоился, что будет не так.

Когда он решил снова взять Ноя в свои руки, то подумал, что, возможно, немного нервничает, слишком напряжен; к счастью, его тренировка и инстинкт, похоже, хорошо работали.

Он поднял руку и начал, придерживаясь той же уверенной, неумолимой тактики, которую использовал в прошлые выходные, флоггер приземлился с глухим стуком.

Ной сначала зашипел, а потом вздохнул.

- Это прекрасный флоггер, сэр, - сказал он почти небрежно. - На ощупь он не такой, как из обычной кожи. - Он хмыкнул. - Жжет немного сильнее... особенно когда хвосты заворачиваются.

Он был довольно расслаблен во время первых ударов флоггером, осторожно дышал, сохраняя контроль. Но прошло совсем немного времени, прежде чем Тобиас почувствовал результаты своей работы, поскольку Ной позволил себе внешне отреагировать на ощущения, которые испытывал неделей ранее.

Сначала они были едва различимыми: тихие стоны, тихое кряхтение, вздрагивание или резкое шипение. Он наблюдал, как Ной устраивается поудобнее, наблюдал, как голова его мальчика склоняется вперед, а плечи ссутуливаются. И вот, наконец, он получил то, чего так долго ждал.

- Сэр... - тихо выдохнул Ной. Его дыхание стало более прерывистым. - Покалывает. Ощущение, как от иголок и... ух!

Тобиас кивнул, не меняя ритма.

- Да. Ты хочешь большего или меньшего? Ты мог бы остаться в этом состоянии некоторое время, или слишком интенсивно?

- Ритм в порядке, сэр. - Прошипел Ной, а затем продолжил: - Немного меньше силы, если… а… если я вам понадоблюсь здесь на некоторое время, сэр. - Ной прикусил губу и крякнул, затем глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Его спина была приятного ярко-розового цвета, ещё не слишком красного, без полос.

Тобиас успокоился.

- Хороший мальчик. Спасибо, Ной. Знаешь, ты прекрасно выглядишь.

- Спасибо, сэр, я хочу доставить вам удовольствие, - вздохнул Ной, и Тобиас обратил внимание на то, как вытянулось тело Ноя по мере того, как ослабевали удары. Он видел, что Ной удобно устроился в своем сабспейсе. - Это легкое покалывание, сэр. Я определенно чувствую это, но... но я могу потерпеть некоторое время.

Ной издал долгий, низкий стон. Быстрый взгляд подтвердил возбуждение его малыша, хотя оно было еще новым, и Ной еще не был полностью возбужден.

- И если просто продолжу в том же темпе, я могу заставить тебя умолять, не так ли? - Спросил Тобиас, стараясь говорить тихо.

Он полностью отдавал себе отчет в своем тоне, интонациях и дикции - они были такой же неотъемлемой частью его арсенала, как и флоггер в руке. Голос, возможно, был его любимым орудием доминирования, и он прекрасно понимал реакцию Ноя, почти с самого начала.

- Я мог бы успокоить тебя, несмотря на боль - я мог бы заставить тебя плакать, - продолжил он. - Тебе нравится боль, она тебе нужна. Не так уж много - ты не любишь сильную боль, тебе просто нравится быть в центре внимания, и теперь я понимаю, в чем дело... ты действительно молодец, милый.

Эрекция Ноя нарастала, дыхание участилось, и Тобиас внимательно наблюдал за ним, следя за тем, чтобы движения были ровными и, возможно, немного более легкими; эффект был достигнут, теперь вся хитрость заключалась в том, чтобы удержаться на грани, не причинить Ною боли и не отойти слишком далеко от него.

Тобиаса возбуждала его власть. Гордость, которую он испытывал от реакции Ноя.

- Спасибо, сэр. Я ваш, Господин, я буду умолять вас, плакать по вам, я сделаю для вас все, что захотите. - В этом состоянии Ной был способен только на правду. Он не подбирал слова специально, чтобы угодить Тобиасу, он говорил от всего сердца - из того пространства, где сабы учатся отдавать себя. - Ваш голос такой... - Ной снова застонал. - Такой глубокий, сэр, мне нравится, когда вы обращаетесь ко мне.

- Я всегда буду говорить с тобой, если тебе это нужно. Я всегда буду говорить правду. Когда я молчу, это для тебя урок, а не наказание. - Уроки, которые всегда нужно преподавать, и если Ной когда-нибудь их усвоит, сейчас было самое подходящее время начать. - Я всегда буду говорить тебе то, что тебе нужно знать, мальчик. Иногда не то, что ты хочешь услышать, но правду. Ты можешь доверять моему голосу, моему слову. Я защищу тебя.

Он немного отодвинулся назад, освобождая больше места для своего напряженного члена, торчащего в сторону от тела. Он поднял голову и почти жалобно заскулил, а затем снова опустил ее, тяжело опустив на плечи.

Ной стонал и вздыхал, и когда он, наконец, заговорил с Тобиасом, его тон был почти умоляющим.

- Все во мне хочет доверять вам, господин. Я, правда, доверяю вам, мне это нужно, мне это нужно так же, как дыхание и прикосновение вашего хлыста.

- Так позволь мне, - настаивал Тобиас, его рука опускалась все быстрее и легче. - Позволь мне спрятать тебя от всего мира и позволить тебе летать. Позволь мне быть твоим защитником.

Ной выдохнул.

- Да! Да, господин. Мой защитник, мой спаситель! У меня нет других мыслей, кроме вас, нет других потребностей, кроме ваших. Возьмите меня, обладайте мной. - Его кожа покрылась мурашками. - Скажите, что вам от меня нужно. Прикоснуться ко мне, господин? Пожалуйста, прикоснитесь ко мне?

Тобиас замедлил движение плети, лишь лаская Ноя. Ему это не было нужно, ему это не требовалось. Всё, что ему было нужно, - это Тобиас, и Тобиас знал, что он прорвался сквозь его сопротивление. Он сделал это.

- Мой, - прошептал он, тяжело опуская руку Ною на затылок. - Ты мой, милый. И я горжусь тобой.

- Спасибо, спасибо вам, господин. - Ной поднял голову и, глотнув воздуха, издал короткий вздох облегчения. - Вы так добры ко мне. Так рады за меня. Скажите, что вам нужно, пожалуйста. Скажите, что я могу для вас сделать.

Тобиас широко улыбнулся, умиротворение окутывало его, как мантия.

- Кончи для меня. Сейчас.

Ной запрокинул голову и задохнулся, его плечи напряглись, а спина круто выгнулась. Потребовалось всего два быстрых, неглубоких вдоха, и Ной резко выстрелил, забрызгав колени и пол под собой.

- О! Боже... Господин, господин, - всхлипывал Ной, произнося титул Тобиаса, пока его тело содрогалось от оргазма. Выражение его лица было бесценным, он был ошеломлен и удивлен тем, как легко было выполнить приказ своего господина.

- Такой хороший мальчик, - промурлыкал Тобиас, опускаясь на колени, чтобы коснуться лица Ноя. - Красивый. Так добр ко мне. - Он плавно поднялся, все еще держа флоггер в одной руке, а другой расстегивая брюки. - А теперь откройся, мальчик. Ты заслужил награду.

- Спасибо, сэр. - Ной слегка улыбнулся и облизал губы, не сводя глаз с члена Тобиаса, когда тот высвободил его.

Когда Тобиас подошел ближе, Ной приподнялся на локтях, чтобы лучше опираться, и широко открыл рот принять его, предоставляя Тобиасу беспрепятственный путь прямо к своей глотке.

Это было невероятное ощущение, теплый, влажный жар и всасывание стали еще приятнее от его успеха. Тобиас жадно наслаждался, его член пульсировал и болел, заставляя кровь бурлить в жилах. Он знал, что задыхается, слышал, как сам стонет, произнося слова похвалы и желания, грязные требования, чтобы Ной взял его, пососал его, а потом он кончил, с ревом ворвавшись в горло Ноя.

Ной легко проглотил, или, по крайней мере, так ему показалось сквозь густой туман оргазма, а потом его мальчик стал вылизывать его дочиста, восхищаясь, боготворя его член и яйца, лежа на скамейке для порки. К тому времени, как он собрался с духом и отпустил волосы Ноя, тот уже от души поблагодарил его и откинулся на скамью, его пальцы свободно лежали на поручнях, а взгляд был устремлен в пол.

Ухмыляясь, довольный успехом и испытывая блаженство от оргазма, Тобиас опустился на пол перед Ноем и улыбнулся ему, едва сдерживая восторженный смех.

- Молодец, мальчик. - Он лег спиной на пол и уставился в потолок, лениво потягиваясь, устраиваясь удобнее. - Как ты себя чувствуешь?

Ной улыбнулся, но это была не та глупая улыбка, что раньше, а более утонченная, почти сентиментальная.

- Я чувствую себя очень расслабленным, сэр, - тихо ответил он. - Легким, счастливым. - Он пожал плечами и рассеянно провел рукой по волосам. - Я чувствую себя хорошо.

- Именно так и должно быть, - мягко сказал Тобиас. - Не так, как будто ты пережил железнодорожную катастрофу. Это должно заставить нас обоих почувствовать себя... лучше. Цельными.

- Мне еще многому предстоит научиться. - Ной протянул руку и положил теплую ладонь на ребра Тобиаса, просто лениво оставив ее там. - Вы чувствуете себя цельным, господин?

Тобиас почувствовал, как его улыбка стала шире, и переплел их пальцы.

- Думаю, да, дорогой. - Он вздохнул и сжал пальцы Ноя, прежде чем сесть. - Боюсь, пора привести себя в порядок. А потом, думаю, мы вернемся в дом - кровать ждет нас.

- Да, сэр. Хотите, я сначала пойду с вами и наберу вам ванну? Я могу вернуться и привести себя в порядок, пока вы отдыхаете? - Ной встал и направился по проходу.

- Спасибо, Ной, - искренне обрадовался Тобиас. Это был первый раз, когда Ной спонтанно и естественно предложил способ, которым мог бы служить, без какого-либо руководства или подсказок. -Мне бы это очень понравилось.

Он встал, и вместе они оделись по погоде; Тобиас на мгновение подумал, что было бы неплохо иметь ванну в игровой комнате, но снова признал, что если он это сделает, ему придется обустроить и спальню. Это был внутренний диалог, который он вел каждый раз, когда чувствовал себя так хорошо. Ему не нравилось идти через двор к своей ванне и кровати, но ему нужна была игровая комната отдельно от того места, где он жил… иначе он мог бы никогда не покинуть переоборудованные конюшни.

Тобиас позволил Ною усадить себя в ванну с ароматическими солями, журналом по конному спорту и стаканом воды со льдом и расслабился, пока Ной уходил, чтобы привести себя в порядок, а затем прибраться в сарае. Трудно сказать, как долго Ной отсутствовал, поскольку Тобиас немного задремал, но когда Ной вернулся, он оставил свою одежду в другом месте. Он появился с полотенцем и халатом Тобиаса, перекинутым через руку.

- Хотите, я подогрею для вас воду, сэр?

Тобиас посмотрел на него из-под тяжелых век.

- Было бы здорово. А потом ты можешь присоединиться ко мне - мне сейчас лень вылезать, и я хочу немного пообнимать тебя.

Ной положил полотенце и халат, открыл слив, чтобы спустить немного прохладной воды, и снова наполнил ванну горячей. Затем он скользнул в большую ванну рядом с Тобиасом и вытянулся сбоку, положив голову Тобиасу под подбородок.

Ной вздохнул, устраиваясь.

- Вам удобно, сэр?

- Теперь удобно, - тихо сказал Тобиас. - У тебя были какие-нибудь проблемы с уборкой?

Он сомневался в этом, но ему было тепло и уютно, и в большой ванне с ним был его мальчик, и по какой-то причине Тобиасу захотелось поговорить. Ничего серьезного или напряженного, просто обычные бытовые вещи, которые заставляли его думать о том, чтобы остаться здесь на год или около того.

- Нет, сэр, но надеюсь, что я достаточно вымыл пол. Мне показалось, что он немного скользкий, но он все еще был мокрым, так что трудно сказать наверняка. Я сбегаю и осмотрю его утром. - Ной лениво провел пальцами по коже Тобиаса. - «На этой неделе мне предстоит многое записать в свой дневник, это точно».

- Ты пишешь об этом в дневнике? - Тобиас не знал, почему это его удивило, но это было так. Не в плохом смысле; напротив, ему понравилась идея, это означало, что Ной действительно думал о своих обстоятельствах, узнавал себя. Кроме того, он был так ненасытно любопытен, что списывал на то, что был слишком человечен.

- Да, сэр. С тех пор, как был подростком, я вел дневник о разных вещах. Но этот дневник я начал вести после нашей первой совместной сессии, и он посвящен только нашим отношениям и тому, о чем я думаю, и... - Ной прочистил горло. - И вам. Это способ описать свое путешествие, записать то, что я хочу запомнить, или то, над чем мне нужно поработать. Он также для того, чтобы через месяц или шесть я мог вернуться к прошлому и посмотреть, где я был тогда по сравнению с тем, где нахожусь сейчас. Я чувствую, что это важно, и даже не уверен почему, просто знал, что мне нужно это делать.

- Я думаю, это хорошая идея, - заверил его Тобиас. - Нет ничего плохого в том, чтобы познать себя, и в этом путешествии будет много поворотов... карта может оказаться полезной, даже если ты сможешь использовать ее только задним числом. - Он поудобнее устроился в ванне, горячая вода успокаивающе плескалась о тело. - Если ты хочешь, чтобы я позаботился о том, чтобы у тебя было время написать или поразмыслить в выходные, уверен, мы сможем что-нибудь придумать.

- Спасибо, сэр. Если вам кажется, что время для размышлений уместно, или, может, я попрошу выделить время, чтобы написать о чем-то конкретном, это было бы полезно. В противном случае, я не думаю, что это нужно структурировать. - Ной устроился удобнее и вздохнул. - От вас приятно пахнет, господин.

Тобиас вздохнул в ответ на его вздох, и на его губах заиграла улыбка.

- Спасибо, милый. Тогда мы будем действовать по наитию. - Некоторое время они сидели молча, Тобиас просто наслаждался теплом и ощущениями, которые испытывал от прижимающегося к нему Ноя. - Когда у тебя день рождения? - внезапно спросил он. Он представил, как узнает об этом через неделю или около того после, и поморщился. В голову пришла другая мысль, сразу после первой. - А сколько тебе лет?

Ной тихо рассмеялся.

- Не раньше марта, сэр. Четвертое марта, и мне двадцать девять. К сожалению. Я уже знаю, что пропустил ваш день рождения, вам придется подождать до сорока двух, чтобы получить подарок.

- Ах, ты еще ребенок, - с улыбкой сказал Тобиас. - Я помню, свои двадцать девять. В основном. О, это значит, я могу готовиться к большому тридцатилетию, не так ли?

- В этом нет необходимости, сэр, - ответил Ной, немного оправдываясь. - Это просто день рождения.

- Я не говорил, что должен, мальчик, я сказал, что могу. - Тобиас ухмыльнулся, подумав, что к марту он, вполне возможно, сведет своего малыша с ума. - Большая-пребольшая вечеринка, так что я могу похвастаться тобой... - размышлял он.

- Ну, я, правда, люблю хорошие вечеринки, сэр, - признался Ной, и Тобиас почувствовал, что в нем что-то не так, что заставило его улыбнуться.

- Мы можем пригласить... о, твоего напарника, твоих родителей... - Тобиас не смог удержаться от смеха, поддразнивая его. - Нет, серьезно. Прекрасная вечеринка, ты у моих ног... Я думаю, звучит чудесно.

Ной протянул руку и плеснул в него.

- Если бы!

- Ты не думаешь, что прекрасно смотрелся бы у моих ног? - снова хихикнув, Тобиас схватил Ноя за руку, чтобы избежать очередного всплеска. - Я полагаю, твой напарник и родители не знают об этом. - Все еще улыбаясь, они немного успокоились, и Тобиас рассеянно отметил, что ноги Ноя соприкасаются с его ногами в воде. - Они знают, что ты гей? - с любопытством спросил он.

- О, да, все знают, что я гей. На самом деле, я думаю, моя напарница имеет некоторое представление о том, чем я занимаюсь - ну, и о том, как я проводил свои выходные. Она не пугливая фиалка, я, наверное, мог бы рассказать ей, и она бы поняла, но я бы и не подумал рассказывать об этом кому-то еще. Меня бы высмеяли и выгнали с работы.

Тобиас наклонил голову, чтобы посмотреть на Ноя.

- Интересно. Как долго ты с ней?

Ной рисовал круги на груди Тобиаса.

- Мы работаем в связке уже около трех лет.

- Ты пытаешься меня отвлечь? Потому что мне это совсем не мешает. Продолжай в том же духе. Тем не менее, я продолжу говорить.

- Нет, я не пытался вас отвлечь, сэр. Я просто наслаждался этими локонами. - Ной легонько потянул волоски на груди. - Продолжайте говорить; мне нравится, как звучит ваш голос.

Тобиас снова улыбнулся и провел рукой по боку Ноя, спускаясь к бедру.

- Похоже, что да. На днях я попытаюсь уговорить тебя кончить - просто свяжу и поговорю с тобой.

- Ранее это сработало, - с усмешкой признал Ной. - Это делает меня легкой добычей?

Тобиас нахмурился.

- Нет, это просто означает, что сначала мне придется заставить тебя умолять. Мне нужно соответствовать определенным ожиданиям, и, честно говоря, это всегда делает меня более… сильным. В устах Бретта это звучало забавно.

- О, нет. Вы двое действительно обменялись впечатлениями, - быстро ответил Ной, проведя ладонью по груди и ребрам Тобиаса. - Я с нетерпением жду этого. Я думаю, что ваш голос - это ваше самое уникальное качество, сэр.

Тобиас пытался думать об этом, а не о том, как пальцы Ноя возбуждали его. В ванне было мало места, а вода становилась прохладной; пора было отправляться спать.

- Я полагаю, уникальный - это хорошо. И, кстати, о... будь хорошим мальчиком и принеси полотенце, милый. Время ложиться спать - пять тридцать наступает рано.

- Да, сэр, хорошо, - сказал Ной с неохотным вздохом и выполз из ванны. Он взял полотенце, протянул его Тобиасу и стоял, вытираясь, пока Тобиас вылезал из ванны.

Он потратил некоторое время на то, чтобы тщательно вытереть Тобиаса и его волосы, прежде чем обернуть вокруг себя уже влажное полотенце и помочь Тобиасу надеть халат.

- Сегодня никакого наказания, мальчик, - сказал Тобиас с улыбкой. - Молодец.

- Спасибо, сэр. - Глаза Ноя, конечно, были опущены, но его улыбка была очевидна. - Я рад, что угодил вам.

- Угодил, и был вознагражден, малыш. Пойдем, пора спать. - Тобиас провел Ноя в свою комнату и поднял ошейник, прикрепленный к цепи Ноя. - Я хочу, чтобы ты хорошо отдохнул, завтра начнется рано и будет долгим. Утром работа по дому, а потом у меня планы на день.

Взгляд Ноя был прикован к ошейнику, и Тобиас заставил себя не обращать внимания на разочарование, которое, как он знал, испытывал Ной; часть его была более чем готова просто позволить Ною поспать в кровати, в его объятиях... но многолетний опыт подсказывал, что лучше подождать, даже еще один день. В конце концов, это была тренировка.

- Доставь мне удовольствие, мальчик, - мягко сказал он.

- Что вам угодно, сэр? - Мягко спросил его Ной.

- Тебя, дорогой. - Тобиас, наконец, поднял ошейник и надел Ною на шею. - Ты мое удовольствие.

- Спасибо, сэр. Я хочу быть им. - Ной был спокоен, в его голосе все еще слышалось разочарование, но он был послушен и с достоинством принял ошейник и цепь.

- Завтра вечером, мальчик. Если завтра вечером не будет ударов, ты сможешь спать со мной в постели. - Тобиас приподнял пальцем подбородок Ноя и быстро поцеловал его. - А теперь спи. Уже поздно.

- Да, сэр. Спокойной ночи, сэр.

- Спокойной ночи, Ной.





Часть 23


По мнению Тобиаса, это был один из лучших дней за долгое время. Ной справился со своими утренними делами быстро и легко, помня почти все, что ему говорили неделю назад. В доме он был безупречен, все его внимание было сосредоточено на приготовлении завтрака, уходе за Тобиасом и уборке в соответствии со стандартами миссис Миллер. В конюшне он почистил стойла и сделал всё, как было велено, со Спотом - на этот раз не поворачиваясь спиной к сорванцу, чтобы избежать укусов, - а затем они смогли покататься на Смуглой Дианне и Криспине пару часов, наслаждаясь осенним утром.

После обеда они пошли в игровую комнату, и Ной легко выполнил все позы, которые просил Тобиас, и показал, что у него получается всё быстрее. Он только улыбнулся, когда Тобиас поддразнил его, сказав, что он тренируется каждый вечер, и Тобиасу эта мысль понравилась. Образ Ноя, проводящего время, принимая различные позы в незнакомой комнате, лишь бы быть лучшим для своего господина, был, как и следовало ожидать, привлекательным.

Снова на поводке, потребовалось немного боли, чтобы погрузить Ноя в нужное состояние, но оказавшись там, он был великолепен; настолько хорош, что когда Тобиас решил использовать плетку с шипами, ему пришлось вздохнуть и заявить, что Ной получает хорошую, сильную порку только потому, что этого хочет Тобиас.

А потом, когда задница Ноя покраснела, а его член стал таким твердым, что, казалось, причинял боль, Тобиас получил разрядку во рту Ноя, оставив своего мальчика жаждущим и голодным, но благодарным за оказанное ему внимание.

Да, хороший денек, подумал Тобиас, одеваясь после душа. Он почувствовал запах чеснока и чего-то еще, возможно, колбасы, и ускорил шаги. Он хотел посмотреть, как Ной готовит, как его все еще красная задница будет аккуратно выставлена на показ в кожаных трусах, что Тобиас надел на него.

На полпути вниз по лестнице он услышал стрекочущий звук и замер, пытаясь определить, что это. Казалось, он доносился из его кабинета... от одного из пейджеров. Этим утром он разложил все четыре на своем столе, планируя проверить их перед ужином. Он перепрыгивал через каждую оставшуюся ступеньку и бросился в кабинет, хватаясь за самый маленький пейджер из четырех, которым Ной пользовался на работе.

Он был пуст, и с замиранием сердца он быстро сообразил, что шум не мог исходить от его собственного рабочего пейджера, так как он был выключен, и было маловероятно, что Ной звонил на пейджер, который дал ему Тобиас, так что оставался последний пейджер. Тот самый, который Тобиас носил из-за Ноя - и из-за Фантома.

Он включил его и проверил, чтобы убедиться, что там нет кода 911, прежде чем опустить голову и неохотно улыбнуться. Фан знал, как выбрать подходящий момент. С печальным вздохом Тобиас взял портативный телефон и по пути на кухню нажал кнопку быстрого набора. Фан ответил немедленно, и звук его голоса совпал с появлением Тобиаса в кухне, где Ной усердно трудился.

- Алло?

- Я получил твое сообщение, - беззаботно сказал Тобиас.

Ной поднял голову на звук голоса Тобиаса и кивнул ему, принюхиваясь к соусу на плите и прижимая телефон к уху.

- Работаете, сэр? - Тихо прошептал Ной.

Тобиас отрицательно покачал головой.

- Хорошо, - одними губами сказал он Ною, указывая на сковороду, а затем направился к окну. Двигаясь, он почувствовал на себе взгляд Ноя и обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как тот поворачивается обратно к плите.

- Как быстро, - весело сказал Фан. - Значит, не помешал?

- Как ты думаешь, я бы позвонил, если бы был занят? - Тобиас на мгновение отвернулся к окну, а затем повернулся и облокотился на подоконник. - Ты знаешь меня лучше, чем я думал.

- Да! Я знаю тебя так хорошо, что могу сказать, что у тебя был хороший день, и твой мальчик прямо сейчас готовит ужин. - Фан счастливо рассмеялся. - Скажи, что я неправ.

Тобиас посмотрел на Ноя и ухмыльнулся.

- Нет, ты не ошибаешься. Это был хороший день.

Ной взглянул в его сторону и сначала улыбнулся, но чем дольше он медлил, тем больше исчезала улыбка, пока, наконец, он со вздохом не повернулся обратно к плите.

- Видишь, я так и знал, - радостно прошептал Фан ему в ухо. - И что? Что случилось? Все уладилось? Знаешь, я тут разговаривал с моей дорогой Элизабет.

- Разговаривал? - рассеянно спросил Тобиас, наблюдая за Ноем. Казалось, он был занят чем-то у плиты, помешивая соус и макароны, но легкая и внезапная скованность в плечах Ноя была безошибочно узнаваема.

- Да. И она говорит, что он научился готовить и убирает не хуже меня.

- Мило. Я рад, что она это заметила. - Он встал и подошел к Ною, положив руку ему на плечо. Мышцы напряглись от его прикосновения, и он нахмурился. - Мне пора идти, Фан.

Последовала удивленная пауза.

- Я думал, что не помешал.

- Ты нет, но, кажется, у меня проблема.

Ной фыркнул в ответ и потянулся, чтобы убавить огонь под сливочным соусом.

- О, боже. Рад, что это не моя задница. Позвонишь мне на следующей неделе?

- Скоро, Фан. До свидания. - Тобиас намеренно отключился и положил телефон на стойку. - Ной.

- Да, сэр? - Ответ Ноя был кратким.

- У меня какие-то проблемы? - Он отошел в сторону и облокотился на стойку, чтобы убедиться, что может видеть лицо Ноя.

Ной покачал головой.

- Вы положили трубку, сэр. На данный момент это решает проблему.

Тобиас прищурился.

- Прошу прощения?

- Никаких проблем, сэр. Ужин почти готов. Я пойду, накрою на стол. - Ной повернулся и прошел мимо Тобиаса в столовую.

Тобиас выпрямился, отошел от стойки и собрался с духом.

- Ты не пойдешь. Ты немедленно подойдешь сюда и объяснишься.

Ной остановился и направился обратно к Тобиасу.

- Разрешите говорить откровенно, сэр? - Тон Ноя не потеплел, он немного поднялся, и его обычные уважительные слова граничили с неуважением, когда он выплевывал их сквозь зубы.

- Отказано. Не думаю, что твое нынешнее настроение позволит проявить хоть что-то, похожее на здравомыслие, не говоря уже об откровенности и уважении. Если только у тебя нет веских причин не желать, чтобы я звонил лично из собственного дома?

Ной нахмурился еще больше.

- Я не могу обсуждать это без вашего разрешения, сэр, поэтому надеюсь, что вы примете мои извинения и позволите мне пойти накрыть на стол.

Тобиас вздохнул.

- Отлично. Говори. Но знай, что сегодня вечером тебе грозит до четырех ударов за проявление неуважения и слова «никаких проблем», когда они, очевидно, есть.

Ной покачал головой в ответ.

- Очень хорошо, значит, четыре, сэр. - Он сделал глубокий вдох и на мгновение прикусил губу, прежде чем выдохнуть. Казалось, он тщательно подбирал слова. - Вы уже знаете, сэр, как мне неловко обсуждать Фантома. К сожалению, я не вижу смысла выражать свои чувства по поводу вашего телефонного разговора с ним в данный момент. Я хорошо помню ответ, который получил, когда при всем уважении попросил вас не упоминать о нем в «безопасной» комнате. Я полагаю, что ваши точные слова были «твои проблемы». - Он пошевелился, скрестив руки на груди, и его голос стал мягче и менее сердитым. - Вы совершенно не склонны обсуждать мои чувства по отношению к нему, и поэтому мои объяснения были бы пустой тратой времени, сэр.

- Это пустая трата времени, просто потому, что ты, как мой сабмиссив, не имеешь права решать, с кем мне дружить, Ной, - тихо сказал Тобиас серьезным голосом. - У тебя нет права - ни на словах, ни на деле - проявлять неуважение к кому-либо в моей жизни. Фантом был моим любовником, а теперь он мой дорогой друг. Я не собираюсь притворяться, что это не так, и не собираюсь следить за своими высказываниями о нем. Однако я сделаю все возможное, чтобы избавить тебя от вашей очевидной неуверенности по отношению к нему, в этих пределах.

- Понимаю. А вы бы сказали, что были влюблены в него, сэр? - Смело спросил Ной.

- Да, конечно, - легко ответил Тобиас. - Я больше не влюблен.

- И вы, правда, считаете, что обсуждение вашей последней любви… уместно со мной? Не говоря уже о том, чтобы звонить ему в моем присутствии после таких выходных? Вы правы, кто ваши друзья - не мое дело.

Тобиас был ошеломлен, когда Ной намеренно нарушил первое главное правило подчинения и поднял глаза, чтобы встретиться взглядом со своим господином. Он продолжил, говоря медленно и отчетливо.

- Если вы прямо не исключаете возможность эмоциональных отношений между нами, я думаю, что Фан - это мое дело. - Ной с трудом сглотнул, с каким-то дискомфортом в глазах, который не был вызван ударами хлыста. - Вы исключили это, сэр? Возможно, я вас неправильно понял, но я так не думаю.

Тобиас встретился взглядом с Ноем и, надеясь, что выглядит так же твердо, как себя чувствовует, ответил:

- Я не исключаю этого, нет. Однако считаю, что обсуждение моего последнего саба и опыта, который я приобрел с ним, имеет непосредственное отношение к тому, что мне нужно от тебя. Кроме того, я не понимаю, почему мое обращение к нему - вообще - является для тебя проблемой. Я не с Фаном. Он не мой раб, не мой любовник и не мой саб. Я не трачу свои недели на планирование того, как удовлетворить его потребности, и не провожу выходные, помогая ему, лежа с ним рядом, наслаждаясь им.

Ной вздохнул и снова опустил глаза. Он прочистил горло, прежде чем заговорить, но его голос все равно звучал хрипло.

- Это похоже на соревнование, сэр. С тех пор, как он обслюнявил вас в клубе в тот день, у меня на глазах. Он знал, что делает. И он точно знал, когда позвонить сегодня, не так ли? Он выбрал время специально. Вы, конечно, это понимаете. Возможно, он просто играет с вами в игры, но мне кажется, что это за мой счет, и я... Мне это не нравится. Это причиняет боль. - Он опустил руки и вздохнул. - Это отвлекает и разрушает мое душевное равновесие, сэр.

Тобиас протянул руку и притянул Ноя к себе, не позволив его первоначальному сопротивлению остановить его.

- Милый. Он знал, когда нужно позвонить, потому что знает, во сколько я ем по выходным и что ты будешь готовить. Следовательно, он бы не помешал. И в клубе он подчеркивал, что мной дорожат, и если ты хочешь быть моим, ты должен постараться. Ты должен был узнать, что я не довольствуюсь малым. - Он провел рукой по спине Ноя. - Я не довольствуюсь малым, милый. И ты мой. Понимаешь?

После недолгой паузы Тобиас почувствовал, как руки Ноя медленно обвились вокруг его талии. Грудь Ноя расширилась, и он громко выдохнул.

- Да, сэр, - послышался ответ, приглушенный его плечом, и Ной слегка расслабился. - Извините, сэр. Пожалуйста, простите меня. - Руки Ноя на мгновение сжались вокруг него, а затем он послушно опустился на колени у ног Тобиаса, склонив на них голову. - Я хочу попросить вашей милости, сэр, за мое неуважение, хотя я чувствую себя лучше от того, что был честен.

- Уверен, что чувствуешь, - согласился Тобиас. - Но милосердие тебе не поможет, милый. Думаю, мы ещё не до конца разобрались с этой темой, и меня немного беспокоит, как быстро ты смог выскочить из своего положения. Я знаю, что твои эмоции зашкаливали, но не могу оставить это без внимания. Два удара, на этот раз. Если это повторится, я не буду так щедр.

- Всего шесть, сэр. Спасибо. - Ной, казалось, на мгновение справился со своими эмоциями. Он встал и подошел к плите, чтобы размешать соус. - Он подгорит, если я еще немного подожду; присаживайтесь, пожалуйста, сэр, и позвольте мне вас обслужить.

Тобиас, чей идеальный день теперь был омрачен прекрасным красным пятном, именно так и поступил. Он сидел в своей столовой, прекрасно осознавая, что темы Фантома, их отношений и неуверенности Ноя были только на время отодвинуты на второй план, а не рассмотрены каким-либо реальным образом. И теперь у него был саб, которого он должен наказать перед сном - в ту ночь, когда с нетерпением ждал возможности разделить с ним постель до утра.

Единственный выход из этой ситуации, решил Тобиас - позволить Ною искупить свою вину. В конце концов, какой смысл быть боссом, если не можешь иногда добиться желаемого? Он был уверен, теплый Ной в его постели стоил шести ударов.





Часть 24


Тобиас позволил Ною побыть задумчивым за ужином, и в результате трапеза прошла почти мучительно тихо. Они немного поговорили о лошадях - Ною, кажется, понравился Спот, - но кроме этого, все ограничились фразами: «Передайте соль, пожалуйста» и «Хотите еще воды, сэр?», и это было практически все. Ужин был восхитительным, хотя паста была немного мягковата. Если бы не эта неприятная история с перерывом, все было бы идеально.

Насытившись, Тобиас оставил Ноя убираться и, извинившись, отправился в «безопасную» комнату, чтобы немного все обдумать. Он полагал, что должен быть польщен тем, что Ной заботится об их отношениях, но этот досадный элемент контроля снова начал давать о себе знать. Они работали над этим с прошлых выходных и, как он опасался, будут работать еще какое-то время. Очевидно, Ною нужен был еще один урок.

Ной, казалось, не торопился мыть посуду. Или, может, Тобиас просто сгорал от нетерпения, ожидая, когда у Ноя появится возможность загладить свои прежние прегрешения. Наконец, он услышал шаги на лестнице и встряхнулся, пригладил волосы и придал своему лицу обычное выражение. Боже, какой прекрасный бандаж он надел на своего мальчика, мягкая кожа идеально облегала его фигуру.

- Я закончил, сэр, - сказал Ной, входя в «безопасную» комнату и опускаясь на колени у его ног.

- Хорошо. Полагаю, количество потраченного тобой времени говорит о твоем внимании к деталям, которое заставит миссис Миллер прослезиться от радости. - Тобиас положил руку на голову Ноя, играя с его волосами. - Думаю, я бы тоже хотел заплакать от радости, мальчик.

- Я хочу сделать вас счастливым, сэр. Скажи мне, как я могу угодить вам.

- Ну, видишь ли, в чем дело, щенок. Мне нравится контролировать ситуацию, а тебе, похоже, трудно это сделать. Поэтому сегодня вечером я дам тебе полный контроль над твоей способностью к оргазму. Я запрещаю тебе кончать, но не собираюсь надевать тебе кольцо и вообще тебе помогать. На самом деле, я сделаю тебе минет, мой милый мальчик, и трахну тебя - я собираюсь так чудесно провести время с твоим телом.

Глаза Ноя расширились, и он даже стал заикаться, когда заговорил. Если бы Тобиас не хотел казаться суровым, он бы посмеялся над бедняжкой.

- Это... Я... без...? - пробормотал он, недоверчиво моргая. - Сэр, вы сказали, без кольца?

- Я так и сказал. - Тобиас отступил назад и, обойдя Ноя, подошел к шкафу, с шумом выдвигая ящики. Бросив тюбик смазки и горсть презервативов на кровать, он сказал: - Будешь держать себя в руках - тебе понравится. Такая самодисциплина достойна восхищения, малыш. Заметь, я позволю тебе кончить, если ты будешь достаточно вежливо умолять меня и признаешь, что не контролируешь себя - этот контроль мой. - Тобиас небрежно начал расстегивать пуговицы на рубашке, стараясь выглядеть совершенно равнодушным к состоянию своего саба.

Ной, казалось, вздохнул с облегчением. Видимо, мысль о том, что он может умолять, показалась ему более разумной. Бедный разочарованный мальчик. Он встал и подошел к Тобиасу, чтобы помочь ему раздеться.

- Как пожелаете, сэр, - ответил он, хотя в его голосе по-прежнему звучало беспокойство.

- Всегда, - бодро ответил Тобиас. Он ущипнул Ноя за соски и улыбнулся ему. - Теперь, думаю, на кровати будет лучше, мальчик. На спину, будь так любезен. - Тобиас взмахом руки указал на середину кровати, где не было подушек, а стопка презервативов выглядела вызывающе.

- Да, сэр. - Ной мгновение смотрел на кровать как на врага, а затем забрался на нее и перекатился на спину на середине. Он сосредоточенно уставился в потолок.

Тобиас, все еще полностью одетый, если не считать расстегнутой рубашки, набросился на Ноя. Он прижался к нему, одной рукой массируя член, а другой погружая язык в рот Ноя, в глубоком, требовательном поцелуе. Он зарычал для пущего эффекта и бесстыдно потерся о ногу Ноя.

На краткий миг, сбитый с толку, Ной ответил, прижавшись членом к пальцам Тобиаса и широко открыв рот. Но отпрянул при первом же намеке на возбуждение, при первом ответном подергивании своего члена. Он выдохнул, замер и закрыл глаза.

Тобиас застонал ему в рот и провел языком по подбородку Ноя, прикусывая шею.

- Мой мальчик, мой прекрасный мальчик, - прошептал он, продолжая поглаживать и массировать, наслаждаясь одним тугим соском. Другая рука нашла его пару, и Тобиас, стараясь усилить свои стоны, наслаждался вкусом своего малыша. Он прекрасно проводил время и хотел, чтобы Ной это знал.

Долгое время Ной только и делал, что дышал, почти отчаянно вдыхая и выдыхая воздух, как будто кислород был его единственной защитой. Но даже воздух, каким бы необходимым он ни был, не мог сравниться с прикосновением Господина, и Тобиас это знал.

- О, Боже, - наконец, простонал Ной. Это был прекрасный, грудной звук возбуждения и поражения, и его тело выгнулось навстречу вниманию Тобиаса.

- Мой, - промурлыкал Тобиас, чувствуя, как Ной твердеет под его пальцами. Не теряя времени и надеясь сбить Ноя с толку, он заменил ладонь ртом, облизывая и посасывая кожу, покрывающую эрекцию Ноя. На мгновение высвободив руку, он сорвал с себя рубашку и с новым рычанием отбросил ее в сторону.

- Нет, нет, нет... - Ной стонал и тихонько поскуливал, осторожно толкая Тобиаса в плечо. Сначала Тобиас подумал, что эти слова предназначались ему, но потом заметил, как кожа натянулась на теле Ноя, когда его член полностью затвердел и с раздраженным вызовом уперся в ремень. - О, черт, - простонал Ной.

- О, да, - радостно возразил Тобиас. - Определенно, да, милый. - Он сел и без лишних усилий стянул с себя ремень. - Такой симпатичный член, - сообщил он Ною. - Самое время познакомиться с ним поближе, тебе так не кажется? - Не дожидаясь реакции, он снова опустился ниже, его язык с удовольствием ласкал яички Ноя, в то время как рука свободно сжимала твердый ствол.

Тобиас оценивал свой успех по продолжительности разочарованного стона Ноя. Казалось, он длился бесконечно, пока Ной, наконец, не был вынужден вдохнуть воздух. Он крякнул, и в другой ситуации этот звук мог бы сопровождаться ругательствами, но Ной знал лучше. Тем не менее, его сопротивление неуклонно ослабевало, и Тобиас рассеянно размышлял, когда в последний раз кто-нибудь делал Ною минет. Ной снова пыхтел и расслабился, откинувшись на матрас. Впечатляюще. Очко в пользу мальчика.

- Отличная работа, - сказал Тобиас, поднимая голову. - Отличный контроль. Я даже рад, что мне не приходится этого делать. - Он перекатился на бок и, широко улыбаясь, несколькими короткими движениями снял с себя брюки и боксеры.

- Я тоже, - ответил Ной, и ловким и неожиданным движением перекатился к Тобиасу, слегка толкнув его в спину, пока тот был неустойчив, раздеваясь.

Прежде чем Тобиас успел запротестовать, Ной заглотил его возбужденный член, окружив его голодным, влажным теплом.

- Господи Иисусе! - Тобиас задохнулся, звук быстро перешел в стон, он позволил Ною добиться своего. Это было мило и чудесно, и, честно говоря, он был бы рад, если бы с него сняли напряжение; это дало бы ему больше времени играть со своим мальчиком. Поэтому он запустил руку в волосы Ноя и позволил ему действовать.

Ной потянулся одной рукой к его телу, и Тобиас вздрогнул, когда Ной запустил пальцы в волосы на груди и потянул за сосок. Другой рукой Ной жонглировал яйцами, перекатывая их из пальцев в ладонь. Но Тобиас сосредоточился на его хорошо натренированном языке, пока Ной сосал и ласкал его ствол и головку, умело дразня.

Решив, что Ной, похоже, совсем не понимает, кто здесь главный, и каким бы приятным ни был эффект, Тобиас отстранился, потянув Ноя за волосы.

- Милый мальчик, - сказал он с усмешкой. - Но я все равно могу кончить, а ты нет. - Он перекатился, прижимая Ноя к кровати и усаживаясь верхом на одно бедро, соединяя их покрытые слюной эрекции и мягко покачиваясь. Ной ахнул, когда снова оказался на спине, и, хотя не выглядел довольным этим, он и несчастным не казался.

- Ты можешь отсосать у меня, если хочешь, но есть и другой вариант - я кончу на тебя прямо сейчас. - Ему пришлось приложить усилия, чтобы не закатить глаза, ощущение было таким сладким, что его желание внезапно возросло. - Не важно. Держись, мальчик.

Тобиас наблюдал, как Ной наблюдает за ним, наблюдал, как Ной скользит взглядом по его телу, наконец, опускает руку и медленно сжимает пальцами оба их члена, связывая их руки. Глупо с его стороны в сложившихся обстоятельствах, но самоотверженно, Тобиас позволил себе почти последнюю связную мысль, прежде чем поддаться своему телу.

Прикосновения пальцев Ноя были идеальными, а трение его члена - порочным язычком пламени, которое привело его к оргазму, как он признался себе, с неподобающей поспешностью. Он услышал, как прорычал имя Ноя, но поспешно спрятал его под болезненным поцелуем, изливаясь на живот своего мальчика. Крошечная часть его сознания напомнила, что он должен был обращать внимание на состояние Ноя; к счастью, его собственный член, испытывающий огромное облегчение, был гладким и скользил по приятно твердой эрекции.

Он улыбнулся в поцелуе, прежде чем отстраниться и упасть на бок, тяжело дыша.

- Молодец, милый. Правда. Я впечатлен.

- Черт, вы такой горячий, когда кончаете, сэр, - задыхаясь, прошептал Ной, его глаза были немного затуманены, а лицо раскраснелось. Но едва слова сорвались с губ, как его глаза расширились, а губы дернулись. - О Боже, теперь я влип по полной, да? - задал он риторический вопрос.

Тобиас рассмеялся, его смех был насыщенным и полным радости, даже для собственных ушей. Боже, как давно он не слышал этого звука, как давно не чувствовал его?

- О, да, мой красавчик. Ты полностью влип. Это одна из радостей возраста, Ной. Я не буду готов так скоро, как ты, но когда буду готов? Ты очень скоро начнешь умолять меня. А пока этого не произошло, я могу использовать твое чудесное тело как игровую площадку. - Он вызывающе ухмыльнулся и снова рассмеялся, пытаясь решить, с чего начать.

Ной застонал.

- Ну, по крайней мере, вы радуетесь; разве это не было целью, сэр?

- Я хочу плакать от радости, - со смешком поправил Тобиас, снова прижимаясь к Ною. - И для этого мне нужно... еще один или два оргазма, как моих, так и твоих, чтобы ты либо подчинился моему контролю, либо доказал свой. Теперь, думаю, ко мне вернулось дыхание, и я должен поблагодарить тебя за то, что ты так хорошо ко мне относишься. - Он обхватил бедро Ноя и сжал его. - Есть какие-нибудь предложения, малыш?

- Да, сэр, - легко ответил Ной. - Позвольте мне просто признать, что я не смогу вам ничего доказать, и сказать вам сейчас, что вы должны иметь и действительно имеете контроль над моим телом и моим разумом, который даже я не могу себе позволить. - Ной взял Тобиаса за руку и поцеловал костяшки пальцев. – Благодарю вас, сэр, за то, что вы позволили мне снова сосредоточиться на вас, а не на себе.

- Хорошая попытка, - ухмыльнулся Тобиас. - Но нет. В этом и есть урок. - Он поцеловал Ноя в плечо и слегка наклонился вперед, вжимая его в матрас. Когда он откинулся назад, в руке у него была смазка. - Уверен, ты справишься.

- Я боялся, что вы это скажете, сэр, - вздохнул Ной. Несмотря на все протесты, его тон был игривым, а беспокойство и напряженность, которые он испытывал ранее, казалось, покинули его.

- Бедный измученный малыш, - посочувствовал Тобиас, устраивая его на кровати, ловко перевернув на живот и шлепнув по заднице. - На четвереньки, мальчик. Покажи мне свои прелести. - На самом деле, ему было слишком весело.

Ной зашипел от шлепка и послушно поднялся на четвереньки.

- Мои прелести, сэр, - фыркнул он. - Я знаю, что вы должны радоваться, сэр, но вы слишком радуетесь.

- Дай мне минутку, и ты будешь на одном уровне со мной, - сухо сказал Тобиас. - Обещаю. - С этими словами он провел одним пальцем по складке между ягодиц Ноя и проследил за ним языком.

- О! - выдохнул Ной, удивленный этим движением. Тобиас молча усмехнулся про себя. - О, чертов Боже, нет. - Ной встряхнулся и раздвинул ноги чуть шире; Тобиас почувствовал, как он сопротивляется этому движению, и его улыбка стала шире, а язык нежно коснулся своей цели.

Тобиас не торопился. Он отправился в продолжительное путешествие по заднице Ноя, перемещаяясь от копчика к яйцам и обратно, используя язык и смазанные лубрикантом пальцы. Он просунул в Ноя кончик пальца и услышал, как тот вздохнул, почувствовал, как дрожь пробежала по его телу, и слегка прикусил его ягодицу.

- Мне нравится, какая у тебя узкая задница, малыш, - промурлыкал он. - Ты обхватываешь меня лучше всего, плотнее, чем кто-либо из тех, кто у меня был раньше. Ты действуешь на меня как музыка. Честно говоря, это просто прекрасно. - Совершенно спокойно, если не считать ухмылки, он снова ввел и вынул палец.

Ной держался лучше, чем ожидал Тобиас, хотя и был далек от самообладания. Ной дернулся в сторону от его вторжения, вероятно, защищая простату, и тяжелое дыхание, а также легкий блеск пота на спине и бедрах выдали его, когда тело предало его.

- Ах, черт, - прошипел и застонал Ной, настолько сосредоточенный на своем приказе не кончать, что Тобиасу пришлось задуматься, слышал ли Ной хоть слово похвалы своего господина.

Пожав плечами, Тобиас убрал палец и снова погрузился в него языком, сильно надавливая. Он почувствовал, как Ной приподнялся на локтях, и его крик был заглушен подушками. Тобиас проигнорировал его и продолжил, облизывая его дырочку, а затем, проталкиваясь внутрь, его руки широко раздвинули ягодицы Ноя. Он почувствовал напряжение между собственных бедер, вкус Ноя, звуки, которыми он наполнял комнату, заставляли кровь Тобиаса течь быстрее. Он только надеялся, что Ной продержится достаточно долго, чтобы действительно трахнуть его, прежде чем взорвется.

Ной приподнялся на одной руке, и Тобиас теперь мог слышать его лучше. Он чередовал тяжелое дыхание с натужными стонами, и как раз в тот момент, когда Тобиас был готов счесть его слишком упрямым, он сломался.

- Нет, нет, я могу... Я не могу... сэр, господин, я, - лепетал Ной, - О, блядь, хозяин, я...! Желтый! Желтый, Господи Иисусе! - всхлипнул он и поперхнулся, закашлявшись.

Тобиас откатился в сторону, тяжело дыша, но одной рукой потянулся за смазкой, а другой - за презервативом.

- Хорошо, милый. Остановись. Дыши ради меня, Ной. Я слушаю. - Пока говорил, он открывал упаковку с презервативом, его член сильно подергивался, когда он думал о том, как погрузится в сладкую задницу Ноя.

Ной тяжело дышал, втягивая воздух.

- Ух ты. Не мог, черт возьми, дышать... Ах... - простонал он, и после еще двух или трех вдохов вздохнул. - Ладно, теперь лучше. - Он провел пальцами по своим влажным от пота волосам и облизал губы.

- О, отлично, - сказал Тобиас медовым голосом, натягивая резинку. - Я бы не хотел делать искусственное дыхание рот в рот. О, подожди! Мне это нравится. Верно. - Он толкнул Ноя в бедро и схватил за ближайшую ногу, когда Ной перекатился, плавно перекинув ее через свое плечо. - Не забывай, что я слушаю мольбы, - сказал он с улыбкой, снова открывая крышку лубриканта и убедившись, что Ной это заметил.

- О, точно, точно. - Глаза Ноя проследили за движениями Тобиаса, и он заскулил, увидев тюбик смазки. - Держаться.

- Но это должно быть убедительно, - с усмешкой добавил Тобиас. - И еще о контроле. - Он медленно, обдуманно провел пальцами по своей эрекции. Когда он окончательно убедился, что завладел полным и безраздельным вниманием Ноя, он скользнул двумя пальцами в его тело и начал так же медленно двигать ими. - Я могу долго так делать, очень долго, милый.

- Я не смогу, - со стоном признался Ной, откидывая голову на подушки. - Ох, блядь.

- Это приятно, милый.- Тобиас еще немного погладил его и начал поглаживать член Ноя в такт. Он подумал, что, возможно, мог бы попытаться быть немного более искренним, но решил, что Ной все равно бы этого не понял. Он увидел, как Ной снова застонал, покачивая бедрами, и быстро сделал выбор.

Через секунду он заглотил член Ноя до основания, нашел пальцем простату и надавил на нее. Сильно.

Ной закричал.

Руки Ноя взлетели над головой и вцепились в перекладины прочной спинки кровати так, что побелели костяшки пальцев, и он сильно выгнул спину.

- ГОСПОДИН! - закричал он. - Я должен кончить, пожалуйста, Боже, позвольте мне кончить! Это все вы, вы сделали это со мной. Я ничего не контролирую, никогда не контролировал, не хочу этого! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

Тобиас застонал. Ной ни за что не собирался сдерживаться дольше, чем минуту или две, и уж точно не настолько долго, чтобы Тобиас смог войти в него. Он быстро поднял голову и приказал:

- Кончай. - Он надавил пальцами, помассировал нужное место и наблюдал, как Ной начал кончать. По-видимому, с некоторыми приказами у него вообще не было проблем.

Ной разрыдался от облегчения, и слезы потекли по его щекам, смешиваясь с потом. Тобиас упивался его телом, выражением его лица, когда бедра Ноя дернулись, а плечи затряслись от силы его оргазма. Из его легких вырывались протяжные стоны, без сомнения доказывающие, что у него действительно не осталось ни самообладания, ни борьбы, ни воли. Когда все было кончено, Ной рухнул обратно на подушки, обхватив руками голову. Он был прелестной лужицей, измученный и тяжело дышащий, весь в поту, кончающий и тихо постанывающий.

- Милый малыш, - прошептал Тобиас. - Так удивительно, когда ты подчиняешься, когда даешь то, что мне нужно. - Он снова закинул ноги Ноя себе на плечи - он даже не был уверен, что Ной понимал, что происходит, когда вошел внутрь, его член скользнул по мышцам, которые теперь были расслаблены и податливы.

Ной вздохнул и застонал. Он скользнул одной рукой вниз по своему телу и накрыл ладонь Тобиаса своей, слегка сжав ее, но его глаза оставались закрытыми, а тело податливым, пока Тобиас брал его.

- Хочу быть тем, кто вам нужен, не контролирую себя, не с вами, не хочу этого, не нуждаюсь в этом, должен отпустить... - лепетал Ной - целиком в своем сабспейсе, очень охотно, и, о, очень-очень его.

- Это хорошо, - прошептал Тобиас, входя в него и снова выходя, трение и жар были именно тем, в чем он нуждался. - Просто позволь мне позаботиться о тебе, милый. Мой мальчик, мой идеальный, сладкий мальчик.

Он снова вошёл, медленным, томным толчком, который остановился только тогда, когда он полностью погрузился в задницу Ноя.

- Так хорошо, - повторил он, наблюдая за выражением лица Ноя, когда начал двигаться немного быстрее, начиная получать то, что хотел, от податливого тела под ним.

Похвала, похоже, пришлась как нельзя, кстати, потому что Ной слегка улыбнулся и, моргнув, открыл глаза.

- Господин, - он слегка вздохнул, и его тело начало возвращаться к жизни.

С тихим стоном Тобиас снова вошел в него, не сбавляя темпа.

- Знаешь, мне нравится, как это звучит. Боже, ты такой красивый. - Член Тобиаса внутри Ноя дернулся, желая большего.

- Господин? Это... О, Боже, это так приятно. Это имеет значение... с вами, - сказал ему Ной. Ной не был возбужден; Тобиас сомневался, что Ной выдержит еще один раунд сегодня вечером, но он определенно наслаждался размеренными толчками Тобиаса. - Господин, - повторил Ной это слово, по-видимому, только для того, чтобы Тобиас услышал, как он его произносит. - Мой Господин.

Тобиас долгое время просто двигался так, растягивая все как можно дольше. Ной время от времени ерзал под ним, подаваясь в ответном движении, от которого глаза Тобиаса закатывались, и оба они задыхаясь, смеялись. Это было... весело. Тобиас брал своего мальчика, не торопился и постепенно усиливал собственное возбуждение именно в том темпе, в каком хотел. Они шептались друг с другом, повторяя «Господин» и «мой мальчик», пока Тобиас не почувствовал, как желание начинает овладевать им.

- Скоро, милый, - предупредил он, его дыхание участилось и стало прерывистым, а кровь застучала в ушах.

- Люблю наблюдать, как вы кончаете, люблю выражение вашего лица, напряжение в плечах, люблю звуки, которые вы издаете, господин. - Ной понизил голос, сделав его хриплым и мрачным, и прошептал Тобиасу: - Трахните меня, господин, заставьте меня почувствовать это, возьмите меня, обладайте мной... ах... да, так горячо.

- О, Боже. - Тобиас врезался в Ноя все быстрее, его ритм сбился. Он почувствовал, как в груди нарастает рычание, и не смог сдержать стонов, почувствовав, что его оргазм приближается. - Боже, да, - выдохнул он. - Так хорошо.

Ной продолжал шептать ему грязные, умоляющие слова, подтолкнувшие Тобиаса к точке невозврата. Когда Тобиас кончил, он наклонился вперед, почти согнув Ноя пополам, запечатлевая на его губах глубокий поцелуй. Его бедра дергались и терлись о ягодицы Ноя, а его победное рычание заглушалось губами Ноя, пока последние остатки оргазма не вырвались из его тела победным потоком и не пришлось поднять голову и зарычать.

Он остался задыхающимся и смеющимся, окутываемый Ноем, словно одеялом.

- Ммм... обжигающе, - ухмыльнулся Ной. - Позвольте мне увидеть ваши слезы радости, сэр, - поддразнил он, проводя пальцами по волосам Тобиаса и, к счастью, не двигаясь.

Тобиас знал, что его лицо покрыто испариной, и не мог поклясться, что к этому не примешивались слезы. Он улыбнулся в ответ и попытался перевести дыхание, почти смеясь.

- Ты меня доконаешь, мальчик, - поддразнил он. Его член дернулся еще раз, сдаваясь, и они оба застонали. - Боже, нам нужно принять ванну, - добавил он, пытаясь оторваться от согнутых ног Ноя.

- О, да. От нас воняет. В том смысле, что мы хорошо оттраханы.

Ной, благослови его Господь, немного пришел в себя и помог Тобиасу выпутаться. Ной нежно поцеловал Тобиаса в лоб, пока тот устраивался на подушках, а затем выскользнул из постели.

- Я наберу ванну и приду за вами, когда все будет готово, сэр. А вы расслабьтесь.

- Спасибо, милый, - сказал Тобиас, переворачиваясь на другой бок и закрывая глаза.

Пять минут сна, приятная ванна... а потом наказание. Ах, ну что ж, теперь, когда с этим будет покончено, он может отвести Ноя в постель и прижать к себе, всячески утешая, чтобы снять боль.

Выходные все же прошли хорошо, подумал он.





Часть 25


Утро принесло на ферму тишину и покой. Тобиас проснулся за несколько минут до того, как должен был прозвенеть будильник, и восхищался своим мальчиком в эти несколько спокойных мгновений в предрассветном полумраке. Спящий Ной выглядел еще моложе. Его глаза были закрыты, грудь мягко поднималась и опускалась в такт спокойному дыханию, а волосы, которых было совсем немного, торчали вверх. Характерные морщины, с которыми Тобиас уже смирился на своим собственным лице, еще не появились на Ное - ни мимических морщин, ни нахмуренных бровей, только гладкая кожа, мягкие ресницы и бледные губы.

Тобиас как раз позволял своим защитным инстинктам овладеть им, когда, наконец, раздался сигнал будильника. Ной открыл глаза, мгновенно проснувшись. Он зевнул и потянулся, чтобы выключить будильник.

- Доброе утро, сэр, - сказал он с сонным вздохом, когда увидел, что Тобиас уже проснулся.

Вскоре Тобиас поцеловал его, отшлёпал и отправил готовить завтрак.

Очевидно, утреннее спокойствие подействовало волшебным образом и на Ноя, потому что на кухне не было никакой паники, никакой возни с кофеваркой и вообще никакой ругани, связанной с завтраком. Омлет, приготовленный Ноем, был восхитителен, и как только они закончили есть, Ной подогрел Тобиасу кофе и ушел, чтобы вывести лошадей.

Тобиас сел и немного почитал воскресную газету, стараясь не смотреть в окно. В конце концов, не было никакой необходимости проверять Ноя; это был не первый его опыт общения с лошадьми, и они вместе выпускали их в прошлое воскресенье.

Тем не менее, он мог наблюдать. Одно из его удовольствий, не так ли? Одно из его прав? С одной стороны, для Ноя было бы лучше, если бы он просто позволил мальчику выполнять свои обязанности и вознаградил его за хорошо выполненную работу. Но с другой стороны, как он узнает, насколько хорошо выполнена работа, если не проверит, как он с ней справился?

Он все еще обдумывал это и пытался решить, сильно ли он беспокоится о своих лошадях или просто очарован своим сабом, когда вошел Ной, явно закончивший работу.

- Все готово, сэр, - с улыбкой сообщил ему Ной из-за сетчатой двери, где снимал свои грязные ботинки. - Лошади выведены, стойла вычищены. - Он отложил ботинки, чтобы позже обмыть водой из шланга, и вошел внутрь. Он был ужасно грязным: испачканные руки, пятно на щеке и грязные джинсы. - И, судя по виду, вот-вот пойдет дождь.

- Тогда отличный денек, чтобы остаться дома и поиграть, - с улыбкой сказал Тобиас. - Или, по крайней мере, составить план, а затем - возможно - совершить безумный рывок сквозь стихию к нашему логову. - Он встал и подошел к Ною, удивив его быстрым поцелуем. - Прими душ, милый. Я приготовлю чай, и нам будет тепло и уютно в «безопасной» комнате.

Боже, от него так вкусно пахло. Пот, грязь, прогулки на свежем воздухе... И, конечно, верховая езда. Да, душ все еще был хорошей идеей.

- Наше логово. - Ной ухмыльнулся. - Мне нравится, как это звучит, сэр. - Он отступил от Тобиаса на пару шагов, затем повернулся и поспешил наверх.

Он быстро принял душ и присоединился к Тобиасу в «безопасной» комнате всего через несколько мгновений после того, как тот прибыл с чаем.

- Вам следовало подождать, я бы приготовил его для вас, сэр.

- Я знаю, - с улыбкой ответил Тобиас. - Но тогда бы он был слишком горячим, а так мы сможем насладиться им немедленно. А теперь иди сюда и согрей меня.

Он откинулся на спинку кровати и обхватил обнаженное тело Ноя, все еще теплое и влажное после душа, руками. От него снова приятно пахло, хотя Тобиас скучал по запаху его пота.

- Ты теплый, - одобрительно промурлыкал он.

- Да, вы щедры на горячую воду, сэр, - согласился Ной. - Я люблю горячий-прегорячий душ, особенно когда на улице становится холоднее. Ной прижался к Тобиасу, положив влажную голову ему на плечо. - Мне нравится это мыло, оно пахнет... Я не уверен, это жасмин, да? Немного бодрит.

- Имбирная лилия. - Тобиас погладил Ноя по боку, наслаждаясь ощущением его гладкой кожи, такой мягкой она была только что после душа. - Я хочу поиграть, - прошептал он. - Я думаю... Я думаю, нам нужно придумать историю.

- Историю. Я бы тоже этого хотел. - Ной потянулся за чаем, сначала передав Тобиасу его кружку, а затем взяв свою со столика. – «Давным-давно»... хммм, - Ной ухмыльнулся и тихо хихикнул. - Ну, а на что вы настроены, сэр? Податливого и готового? Неохотного, но соблазнительного? Девственника-новичка? Взаимная выгода? Или, может, категорически нежелающего?

Голос Ноя звучал игриво. Он отхлебнул чаю и продолжил уговаривать Тобиаса.

- Может, вы хотите услышать, как я кричу? Умоляю вас оставить меня в покое, и вы все равно сможете со мной поиздеваться?

- В этом есть смысл. - Тобиас отпил чаю и изучил тело Ноя, обвивавшегося вокруг него, с одной ногой, слегка вытянутой в сторону. - Ты действительно можешь изобразить неохотного девственника, или это несбыточная мечта?

Ной ахнул.

- Клянусь, я никогда раньше не делал ничего подобного, - сказал он, для пущего эффекта придав своему голосу нотку легкости. Это сработало. - Я давно этим не занимался, но если вы хотите, я могу сделать все, что угодно, сэр. - Он снова отхлебнул чаю.

Тобиас усмехнулся.

- Понятно. Ты мог бы изобразить… пиратов? Или, может быть, принца, которого я украл из его замка в качестве военной добычи? Хастлера, купленного и оплаченного?

- Пираты? Аррр... только если мне не придется говорить как пирату, - усмехнулся Ной. - Эй, приятель! На этом мои пиратские разговоры заканчиваются. О, но вот военная добыча! Прелесть, мне это нравится. Мой отец придет за мной! - Ною нравилось, было приятно это видеть.

Тобиас немного расслабился и снова отхлебнул чаю, размышляя.

- Честно говоря, я не знаю. Когда-нибудь, конечно, когда буду чувствовать себя более энергичным и смогу усмирить тебя, отбиваясь от твоего отца. Сегодня… сегодня я вижу тебя в белом, невинного и ничего не подозревающего. Или… может, уже падшего и полного обмана… - Он засмеялся и снова погладил Ноя по коже. – Я, правда, не знаю, милый. Ты сегодня будешь кусаться или будешь спокойным?

- Я могу кусаться, если вы хотите, сэр, но чувствую, что вам хочется чего-то более похожего на наивное, боязливое нежелание, превратившееся в благоговение с широко раскрытыми глазами. Например... первокурсник колледжа или новый парень в вашем гареме? Может, молодой сотрудник начального уровня в вашей фирме. Заманить новичка в город в заднюю комнату местного клуба.

Ной, допив чай, поставил кружку на стол.

- Я неправильно вас понял? Если хочешь, я могу попробовать хастлера.

- Думаю, мы можем подождать с этим, милый, - сказал Тобиас с ухмылкой. - Тем не менее, ты подал мне идею. - Тобиас неохотно отодвинулся от теплого тела и встал с кровати. - Не уверен, что у меня есть подходящий костюм для тебя. Я знаю, что у меня нет пиджака, который подошел бы тебе по размеру, но, возможно, найдется рубашка... и у меня, конечно, есть галстук.

Он подошел к гардеробу и распахнул большие дверцы, демонстрируя всевозможные ткани и узоры. Перебирая вешалки, пока не нашел черные шелковые брюки и подходящую рубашку, он отметил еще несколько вещей, которые хотел бы примерить на Ноя в ближайшее время - на самом деле, он был рожден, чтобы носить кожу.

- Какой у тебя размер обуви? - рассеянно спросил он, почти готовый нарядить Ноя в костюм бизнес-магната.

- Обычно я ношу десятый размер, сэр, - ответил Ной, переворачиваясь на живот, чтобы можно было наблюдать. - Я заинтригован. Что у вас на уме? Возможно, мне понадобится время, чтобы вжиться в роль. - Он подмигнул и тихо рассмеялся.

- У тебя будет время. Поверь, я все тебе объясню, когда мы доберемся до игровой комнаты - если я сделаю это сейчас, мы будем готовы, а тут бац! Пастбище, а не клуб. Что, конечно, немного выбьет нас из колеи, да?

- Как всегда, вам виднее, сэр, - игриво согласился Ной и соскользнул с кровати, чтобы одеться.

Тобиас протянул стопку одежды: шелковые брюки, рубашка насыщенного кремового цвета, блестящие черные туфли.

- Держи, я... думаю, нижнее белье будет бесполезным, но я возьму носки и галстук из своей комнаты. Одевайся здесь, я сейчас вернусь.

Ной взял одежду и положил ее на кровать, и к тому времени, когда Тобиас вернулся с носками и галстуком, он был уже одет. Брюки были немного тесноваты в бедрах и заднице, а рубашка слегка обтягивала плечи, но они были отутюжены и хорошо сидели. Ной даже причесался, чтобы выглядеть более консервативно и по-деловому, что было отличным штрихом.

Он протянул свой галстук, и Ной немного повозился с ним.

- Вы знали, что у полицейских галстуки на застежках? Это для того, чтобы нас ими не душили. Ой, подождите. - Ной потянул, и получился нужный узел. Он затянул его на шее. - А-а. Получилось, сэр. - Он ухмыльнулся, явно гордясь собой, и присел на край кровати, чтобы натянуть носки.

- Отличная работа, - с улыбкой сказал Тобиас. - А теперь я пойду одеваться, а ты... обдумывать. Я твой босс, ты работаешь со мной уже около месяца. Ты не уверен, реально ли то ощущение, что ты чувствуешь, или тебе это просто кажется - ты просто знаешь, что я более дружелюбен с тобой, чем с остальными, что ты вдруг начал подсознательно откидываться назад, когда я прохожу за твоим стулом и слегка касаюсь тебя. Нарастает напряжение, но ты не понимаешь, что это.

Тобиас подошел к двери и улыбнулся, мысленно выстраивая свой мир.

- Мы ужинали с клиентами и только что отправили их в отель. Я должен отвезти тебя домой, но я предложил сначала заехать куда-нибудь... - Он покачал головой и улыбнулся Ною. - Подумай. Я оденусь.

Ной сидел в кресле в «безопасной» комнате, одетый, и ждал возвращения Тобиаса. Похвалив Тобиаса за его костюм, он встал и последовал за ним вниз по лестнице, двигаясь с нетерпением. К счастью, Ной догадался захватить зонт, когда они выходили за дверь, и держал его над головой Тобиаса, пока они шли, прижимаясь к нему, чтобы не промокнуть.

Оказавшись за дверью, Тобиас попросил Ноя вытряхнуть промокший зонт, пока включал освещение. Он не стал включать подсветку в середине прохода, а вместо этого включил освещение в каждой второй кабинке слева, а справа - только в черной кабинке. Эффект был приглушенным, тени играли под странными углами и меняли внешний вид всего помещения.

Порывшись в маленькой коробочке, Тобиас выбрал компакт-диск, который записал как раз для таких случаев, и через мгновение пространство заполнили звуки дикой электронной мелодии с мощным ритмом, а звукоизоляция не позволяла музыке быть резкой.

Ной закончил с зонтиком и стоял, глядя вдоль ряда кабинок, впитывая в себя все это. Тобиас подошел к нему сзади и, обняв за талию, зашептал ему на ухо.

- Я привел тебя сюда, в маленький захудалый бар, который знаю. Ты сидел со мной, смотрел, как танцуют и целуются мужчины, слушал, как мои знакомые подходят поприветствовать меня. Ты был потрясен, но не решался уйти. Ты даже видел, как я поцеловал мужчину прямо у тебя на глазах, оставив у него кровь на губе. Я делал вид, что не замечаю, как ты оглядывался, а твои щёки краснели. Музыка тебя зацепила, и я приглашаю тебя пойти со мной. Мы идём по коридору, там мужчина прислонился к стене, и ему делают минет. Я позволяю тебе смотреть, чувствую, как учащается дыхание. Ты это видишь, малыш?

В этот момент дыхание Ноя изменилось - стало чуть более поверхностным, чуть более быстрым, и Тобиас почувствовал, как его сердце заколотилось в груди. Ной сглотнул и сделал два шага вперед, высвобождаясь из объятий Тобиаса, затем повернулся и посмотрел прямо на него. Неуверенность в его глазах казалась неподдельной.

- Я, э-э... - Он оглянулся через плечо, а затем снова посмотрел на Тобиаса, медленно пятясь по коридору. - Не уверен, что это была хорошая идея. В смысле, я уверен, что ты очень... Мне, наверное, пора. - Он с трудом сглотнул и потянул себя за воротник, немного ослабляя галстук.

- Ты не хочешь, - мягко сказал Тобиас. - Я знаю, что ты этого не хочешь, я чувствую это по тому, как ты прижимаешься ко мне, по тому, как колотится твое сердце. - Он позволил Ною сделать еще один шаг. - Как твой член твердеет в штанах. - Тобиас засунул руки в карманы. - Обещаю, я не буду делать ничего против твоей воли. Просто… пойдем со мной. Посмотрим. Здесь есть мужчины, которые могут открыть тебе совершенно новый мир, Ной.

Ной остановился и тревожно провел пальцами по волосам.

- Но это правильно? Я имею в виду, мы должны работать вместе - ты мой начальник. Даже если бы я хотел… и я не уверен, что хотел бы, ладно? Разве нам не следует, ну, знаешь ли, соблюдать профессиональную дистанцию?

- Конечно, если хочешь, - с улыбкой ответил Тобиас. - Однако мне отлично удается держать свою личную жизнь подальше от офиса. На мою работу никак не влияет то, знаю ли я, нравится ли тебе член на вкус или нет, или знаю ли я, что тебе нравится смотреть, как мужчин порют.

Ной моргнул и застыл, как вкопанный.

- П-порют? - Его глаза расширились, и он снова сглотнул, затем оглянулся через плечо и медленно провел рукой по своей груди. - Они здесь так делают? Тебе это нравится?

Тобиас позволил себе медленно улыбнуться и шагнул к своей жертве.

- Да. И да. Пойдем со мной. Посмотрим. Ты можешь уйти, когда захочешь, Ной. Я просто подумал, что ты, возможно, будешь... заинтересован. - Он позволил своему взгляду свободно и непринужденно блуждать по мужчине, проводя кончиком языка по нижней губе.

Брови Ноя слегка нахмурились, и он долго, неподвижно смотрел Тобиасу в глаза, прикусывая губу. Наконец, глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, он осторожно вернулся к Тобиасу.

- Хорошо.

Довольный и чувствующий себя почти как кот, нашедший миску со сливками, Тобиас обнял Ноя за талию и, наклонившись еще раз, зашептал ему на ухо, пока они шли. Каждый размеренный шаг вел их по проходу между кабинками. Он указал налево и сказал:

- Мужчина опирается на стену, Дом хлещет его по обнаженной спине. Он молчит, но его тело содрогается при каждом ударе, глаза плотно закрыты. Он кончает беззвучно.

Они прошли мимо затемненной кабинки, музыка заставляла их слегка покачиваться, Тобиас вплетал свой голос в ритм.

- Мужчины согнуты. Порка, мольбы… мужчина в маске делает минет сразу двум мужчинам, его собственный член так красиво связан. Мы слышим крики, звук трения кожи о кожу, шлепки кожи и смазки, когда кого-то трахают в темном углу. Мы слышим, как мужчина вот-вот закричит, его бьют плетью, и я заставляю тебя остановиться и посмотреть.

Он повернул Ноя лицом к глухой стене и крепко прижал к своей груди, одной рукой сжав твердую плоть, заполняющую брюки Ноя.

- Тебе нравится то, что ты видишь, Ной?

Ной ахнул и опустил взгляд, когда Тобиас прикоснулся к нему, затем застонал и снова уставился в стену. Он облизал пересохшие губы и, затаив дыхание, ответил Тобиасу.

- Это пугает меня. Это выглядит так больно, - ответил он, все еще с широко раскрытыми глазами и твердым членом в пальцах Тобиаса. - Но...

Тобиас лениво погладил Ноя через брюки.

- Но ты хочешь попробовать? Хочешь посмотреть? Ты хочешь подумать об этом?

Ной снова застонал, прижимаясь к Тобиасу.

- Посмотреть... подумать... Боже, как приятно.

Тобиас улыбнулся и укусил своего мальчика за шею.

- Можешь себе представить? Чувство, когда ты обнажаешься перед кем-то, просто наклоняешься вперед и держишься? Предвкушение, когда ты ждешь, когда упадет плеть или кнут? - Он обхватил Ноя за яйца и нежно сжал. - Представляешь, как это будет ощущаться на твоей коже?

Он повернул их, подталкивая Ноя к кабинке справа, стены которой были выкрашены в черный цвет. Они заглянули внутрь, освещенное голой лампочкой, зрелище было суровым и безжизненным. Голый матрас на стальной койке, деревянный стул... черные кожаные инструменты на стенах, испещренных граффити.

- Представляешь, Ной? - промурлыкал Тобиас, прижимаясь своей эрекцией к заднице Ноя.

- Да, - тихо и робко ответил Ной. - Я... Я могу себе это представить - ожидание этого, принятие этого. - Он протянул руку и еще сильнее ослабил галстук, как будто чувствовал себя стесненным, расстегнул верхнюю пуговицу и сделал еще один глубокий вдох. - Здесь жарко.

- Правда? - Тобиас прижался к спине Ноя, покачиваясь в такт музыке. - Ты твердый. Ты горячий. Ты хочешь этого. Скажи мне, что я неправ... и мы сможем уйти. Мы можем притвориться, что ты никогда не видел, никогда не думал об этом. Мы можем завтра пойти на работу, и я никогда не подам виду, что знаю о тебе.

Ной сдвинулся следом и обхватил Тобиаса за шею.

- Не хочу уходить. - Он покачал головой. - Слишком горячо. Это останется между нами, верно? Никто не узнает?

- Никто никогда не узнает, - прошептал Тобиас. Он поцеловал Ноя в шею, проводя зубами по коже; одна рука скользнула по груди Ноя, другая все еще массировала ему яйца. - Это наш секрет, - пообещал он.

- Тебе придется сказать мне, что делать, - тихо сказал Ной. - Я... - Он смущенно откашлялся. - Я никогда раньше не делал ничего подобного.

- Первое, что тебе нужно сделать... выбрать, - промурлыкал Тобиас. - Хочешь, чтобы я тебя отшлепал? Хочешь пощупать кнут? Флоггер? Давай, потрогай их, детка. Возьми их в руки и представь, чего ты хочешь. Покажи мне, что тебя заводит. - Он отпустил Ноя и потянулся, отводя руку своего мальчика. Легким толчком он отправил Ноя в кабинку.

Ной шагнул вперед и долго стоял перед стеной с инвентарем, прежде чем поднять хлыст. Он провел пальцами по всей длине и погладил кожаную петлю на конце, прежде чем повесить его обратно. Затем он выбрал флоггер и провел пальцами по хвостикам. Он несколько раз слегка приложил его к собственному бедру, затем к стене, а затем повесил обратно.

Он потянулся за паддлом, вытащил его и повертел в пальцах, но его взгляд снова упал на флоггер, и он решительно поменял их местами, прежде чем повернуться к Тобиасу и протянуть ему плетку.

- Вот, - тихо сказал он. - Вот то, чего я хочу.

- Ты уверен? - Напряженно спросил Тобиас, чувствуя, как по спине пробегает дрожь. Ной так хорошо вжился в роль, что играть было легко, так же возбуждающе и захватывающе, как играть в новом месте, а не в кабинке, которой он пользовался годами.

Он снял пиджак и повесил его на спинку стула, прежде чем взять флоггер и расстегнуть манжеты.

- Ты уверен? - снова спросил он, подходя достаточно близко, чтобы почувствовать тепло Ноя.

Ной посмотрел на него снизу вверх наивными глазами лани.

- Разве я не должен быть уверен? Ты меня пугаешь. Что я сделал не так?

Тобиас улыбнулся и поднял флоггер, перекинув хвосты через свою руку.

- Ничего. Бояться нечего, Ной, мне просто нужно знать, что ты в здравом уме. Если будет слишком, скажи «желтый», и я остановлюсь и спрошу, как у тебя дела. Если хочешь, чтобы я совсем остановился и отвез тебя домой, скажи «красный».

Он наклонился на несколько дюймов и поцеловал Ноя в губы.

- А теперь, - выдохнул он, - ты уверен?

Ной на мгновение задержал поцелуй, не двигаясь и закрыв глаза. Когда он, наконец, открыл глаза, то потянулся к флоггеру и снова провел пальцами обеих рук по его хвостам. Он кивнул.

- Уверен.

- Хороший мальчик. - Тобиас улыбнулся и отступил на шаг. - Сними рубашку, пожалуйста, - вежливо попросил он.

Ной протянул руку и снял галстук, накинув его поверх пиджака Тобиаса. Он медленно расстегнул рубашку, пуговицу за пуговицей, в последнюю очередь вытащил полы и бросил рубашку на стул.

Его плечи отражали резкий свет потолочной лампы, отчего кожа казалась бледной, а каждая линия грудных мышц выделялась. Он вздрогнул от легкого холода, и его соски быстро затвердели.

Ной потянулся, чтобы помочь Тобиасу развязать галстук, но Тобиас остановил его рукояткой хлыста.

- Нет, - мягко предупредил он. - Не раньше, чем я буду готов.

Ной отступил назад, расстегнул только верхнюю пуговицу шелковых брюк и опустил руки по швам.

- Прекрасно, - сказал Тобиас низким успокаивающим голосом. Он искренне хотел сделать комплимент. Он подошел ближе и провел пальцами по груди Ноя, обводя каждый сосок. - Очень красиво. Теперь брюки.

- Спасибо, - тихо прошептал Ной, когда руки Тобиаса погладили его. - Я занимаюсь спортом. - Ной скинул ботинки. Он на мгновение замешкался, засунув пальцы за пояс, затем откашлялся и, сняв брюки и носки, бросил их в кучу своей одежды.

- Это заметно, и я благодарен тебе за это. - Тобиас провел рукой по бедру Ноя и откровенно уставился на его эрекцию. - Хорошо, малыш. Теперь ты можешь помочь мне с рубашкой.

Ной шагнул вперед и, протянув руку, сначала развязал узел на галстуке Тобиаса, а затем медленно расстегнул пуговицы. Как только галстук был расстегнут, он провел пальцами по груди Тобиаса и слегка поцеловал открытую кожу.

- Ты хорошо пахнешь, - тихо сказал Ной, затем зашел Тобиасу за спину, чтобы снять рубашку с его плеч.

Тобиас стянул с себя рубашку и позволил Ною взять ее, перекладывая флоггер из руки в руку. Флоггер был из черной кожи, немного более грубой, чем та, которую он использовал на Ное, и он надеялся, что это придаст сцене дополнительную изюминку. Когда Ной снова оказался перед ним, Тобиас улыбнулся и снова притянул его к себе.

- Готов, малыш? - спросил он хриплым голосом. Прежде чем Ной смог ответить, он запечатлел на губах своего мальчика обжигающий поцелуй.

Тобиас почувствовал, как Ной растаял в его объятиях, пока они поцеловались, и тихо застонал в ответ на прикосновение зубов Тобиаса. Ной вздохнул, когда Тобиас отпустил его, и, затаив дыхание, ответил:

- Готов.

Легким толчком Тобиас развернул его лицом к стене.

- Ты можешь либо держаться за кольца вон там, либо наклониться и держаться за стул. Я предлагаю кольца. - Он похлопал флоггером по бедру.

Ной поискал кольца и найдя их, обхватил пальцами, поглаживая, пока они не стали удобными, что было небольшим предательством его подготовки и опыта - первое, что заметил Тобиас с тех пор, как они вошли в игровую. Он повернулся и оглянулся через плечо.

- Похоже... вот так? - спросил он, нервничая и широко раскрыв глаза, и Тобиас снова погрузился в сцену.

Он кивнул и отступил назад, наслаждаясь зрелищем. Прекрасное сильное тело, ярко освещенное в таком пустынном пространстве, монотонный бит музыки, лишь чуть-чуть опережающий биение его сердца... это действительно внушало благоговейный трепет. И он мог играть с ним, делать его своим. Это была его сцена, его игра, его мальчик, и его кожа, на которой он мог оставить свой след.

- Так красиво, Ной, - тихо сказал он. - Из огня да в полымя - видишь, как живо ты можешь себя чувствовать, будучи тем, кто ты есть? Видишь, как это делает тебя твердым, как это освобождает?

Ной посмотрел на флоггер, а затем оглядел себя.

Тобиас наблюдал, как его глаза блуждают по собственному телу, от ступней, слегка расставленных в стороны, к эрекции и животу, и вниз по руке, туда, где пальцы сжимали кольцо.

- Это действительно нечто, - сказал он, глядя вверх, а затем в сторону, впитывая атмосферу, царящую вокруг них. - Ты часто этим занимаешься? Я имею в виду, с другими парнями и все такое?

- Иногда. Это... хобби. Мне так же нравится баскетбол. Ты хочешь поболтать или хочешь, чтобы я тебя выпорол прямо сейчас? - Тобиас прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы сдержать улыбку. Ной был очень хорош в этом, и было здорово, что есть кто-то, кто готов просто присоединиться и поиграть. Он многозначительно помахал флоггером и попытался выглядеть серьезным.

Ной производил впечатление человека, тянувшего время и которого только что поймали.

- Ой! О, прости. Ух. Думаю, нам пора начать, - ответил он.

- Замечательно, - невозмутимо ответил Тобиас. - Держись крепче. - Он отвёл руку назад и замахнулся, ударив плетью по лопаткам Ноя.

- Ах! Господи Иисусе! - задыхаясь, прошептал Ной, оттолкнувшись от стены на шаг и встряхнув руками. Он размял плечи и заныл, стоя спиной к Тобиасу. – Блядь, как больно! - произнес он, как будто наивно удивленный этим фактом. - Людям это нравится... тем мужчинам там, снаружи, это нравится?

- Похоже, нравится, - сказал Тобиас, снова поднимая флоггер. - А тебе?

- Я... пока не знаю, - признался Ной и вернулся к кольцам. Он снова обхватил их пальцами. - Не знаю.

Тобиас кивнул.

- Ну, давай выясним, хорошо? - спросил он, снова опуская руку, на этот раз на противоположное плечо. - У тебя все еще стоит, - констатировал он. - Пока все в порядке.

- Ах, эта кожа жжет, - с тихим стоном заметил Ной, слегка переминаясь с ноги на ногу, но на этот раз, держась за кольца.

- Верно. Жестче, чем оленья шкура, и кусает сильнее, чем кенгуру... - Тобиас снова ударил его. - Довольно резкий удар, тебе не кажется?

- Кусает, - кивнул Ной, тихо застонав и опустив взгляд на свой член. - О, Боже, как хорошо. - Он резко вдохнул. – Звучит тоже отлично.

- Щелчок? - Хвосты снова опустились, и Тобиас снова отвел руку назад. - О, да. Прекрасный звук. Я знал, что тебе понравится, Ной. Я понял это по тому, как ты двигаешься, как балансируешь на грани. Приятно видеть тебя таким, детка. Держишься, спина начинает гореть, член твердеет... меня это возбуждает.

- Я наблюдал за тобой в офисе, - Ной вздрогнул и застонал. - Я чувствовал... что-то. Я знал, что ты тоже это чувствуешь.

- Конечно, чувствую, - признал Тобиас. - Но знал ли ты, что это будет так? У нас обоих есть потребность в чем-то подобном? - Он опускал руку снова и снова, его дыхание участилось.

Он был так тверд, что было больно, чего он даже не замечал, пока его яйца не запульсировали от возбуждения. Он опустил взгляд, увидел, что на брюках у него расплывается мокрое пятно, и ухмыльнулся. С этим надо что-то делать.

Ной медленно корчился под ударами флоггера.

- Нет, я бы никогда… никогда бы не подумал, что… о, Боже, - выдохнул он, и Тобиас услышал в нем больше от того Ноя, которого он знал, чем от того Ноя, которого соблазнил, как тот клялся. - Никогда не думал, что смогу такое сделать... сделаю такое.

Он отбросил мысли о собственном возбуждении перед лицом потребности Ноя.

- Сделаешь что? - Спросил Тобиас, хлопая Ноя по бедрам. - Поддашься боли? Позволишь кому-то вот так взять над тобой верх? Или ты имеешь в виду, что никогда не думал, что из-за таких ударов окажешься в шаге от оргазма?

Ной прижался лбом к шершавой стене и тяжело застонал.

- Никогда не думал, что сдамся, получу удовольствие от этого, мне нужна боль... Ох! - он застонал, и его тело напряглось. - Тобиас, так близко... пожалуйста, пожалуйста...

- Пожалуйста, что, детка? - Тобиас подошел чуть ближе и слегка ударил его. - Что ты хочешь, чтобы я сделал?

- Прикоснись. Прикоснись ко мне. Поцелуй меня. Я не знаю, что ты со мной делаешь, но это так охуенно приятно. - Ной застонал, отпуская кольца и упираясь ладонями в стену.

Эрекция Тобиаса подскочила, и он выронил флоггер, в два шага преодолев разделявшее их расстояние. Он обхватил член Ноя правой рукой и начал поглаживать его длинными движениями, а левой ласкал покрасневшие участки кожи.

- Такой красивый, детка, - пробормотал он. - Красный, возбужденный и весь мой - такой сексуальный в боли. Тебе больно, ангел мой? Хочется большего? Глубже и тверже? У тебя ломит кости?

Ной кивнул, и он не притворялся, когда сказал, что близок, Тобиас почувствовал, как напряглось его тело, а бедра прижались к руке Тобиаса.

- Никогда не было так больно, никогда не хотелось... вот так, - выдохнул он. - Да... о, да.

- Кончи для меня, милый, - прошептал Тобиас. - Дай мне посмотреть, как ты летаешь.

Ной глубоко застонал, и, кончая, откинул голову на плечо Тобиаса и прижался покрасневшей спиной к его груди, слегка шипя от жара.

- О, боже, Тобиас, - простонал он, обрызгивая стену и дрожа, и, в конце концов обмяк, в руках Тобиаса.

- Вот и все, - тихо сказал Тобиас. Он оторвал Ноя от стены и положил его на койку, позволив ему безвольно перевернуться на бок. - Такой милый мальчик, - сказал он, наконец, расстегнув брюки и обхватив свою твердую эрекцию. - Мой.

Ной застонал и перевернулся на живот, чтобы свет падал на его исполосованную спину.

- Твой. Возьми меня.

У Тобиаса перехватило дыхание, когда он понял, что имел в виду Ной, что он в буквальном смысле предлагал; все мысли о мастурбации над своим мальчиком исчезли, он вытащил презерватив из кармана и надел его. Смазка была на расстоянии вытянутой руки, в другом кармане, и очень скоро он двумя пальцами уже раздвигал ягодицы Ноя.

- Скажи, когда будешь готов, - приказал он. - Но, Боже, только быстрее, мальчик.

Ной нетерпеливо хмыкнул.

- Ну же, давай, сделай это. Трахни меня!

Он не стал дожидаться второго приглашения. Это было коротко и жестко, его проникновение было быстрым и глубоким, когда он вонзился в тело Ноя. - Господи Иисусе, - прошипел он. - Боже, как туго. - Он толкался снова и снова, быстро и ритмично покачивая бедрами. Это было грациозно и чудесно, он достигал своего оргазма во всей красе.

- Да... да, давай, давай! Сделай это! - Ной зарычал на него, подаваясь бедрами навстречу толчкам Тобиаса. Койка издала зловещий металлический скрип, ударившись о стену.

- Ной!

Спина Тобиаса выгнулась дугой, и он вжался так глубоко, как только мог, кончая, его тело сотрясали волны удовольствия. Он чувствовал, как бедра подрагивают, от коротких резких движений, вытягивающих все наружу и делающих все намного приятнее. Он слышал прерывистое дыхание Ноя, воздух застрял в его собственных легких, готовый со свистом вырваться наружу, когда он, наконец, расслабится. Он держался на грани, пока мог, его тело горело, кровь шумела в ушах... а потом он резко пришел в себя, отдался дыханию, звукам и ощущениям.

- О боже. - Ему показалось, что он всхлипнул.

Ной, задыхаясь, сбросил остатки напряжения и засмеялся.

- Фуух! - воскликнул он, хихикая и переводя дыхание. - О, да.

- О, Боже, - снова произнес Тобиас. - Ты убил меня, милый. Господи Иисусе.

- Это моя работа, сэр, - ухмыльнулся Ной, отодвигаясь от Тобиаса, освобождая место на узкой койке для более крупного мужчины. - Это было здорово... вы извращенец. - Он все еще тихо смеялся, когда Тобиас растянулся рядом с ним.

- Я? Это тебе нравится, когда тебя лупят кожаными штучками, - поддразнил Тобиас. Он дернул Ноя за волосы и ухмыльнулся. – Я, скорее извращенец, чем девиант. Я просто соблазняю молодых людей и сбиваю их с пути истинного.

- И вы проделали замечательную работу. Я был убедителен? У меня получилось? Боже, обожаю этот флоггер.

- Понравился этот? Он отвратительный - кончики срезаны под углом, качество изготовления не очень хорошее. Но ты знаешь, где его найти, милый. - Тобиас потянулся и счастливо застонал, наслаждаясь эндорфинами. - Ты был великолепен. Я понятия не имел, что ты с такой легкостью возьмешься за что-то подобное или тебе это так понравится. Вот что я тебе скажу - в следующие выходные ты придумаешь идею. Выбери сценарий, обрисуй его в общих чертах, и мы разыграем его. - Он закрыл глаза и задумался, как долго сможет здесь оставаться, прежде чем придется сломя голову мчаться в душ.

- Звучит заманчиво, - ответил Ной. Он наклонился и легонько поцеловал Тобиаса. - Хотите немного полежать здесь? Хотите воды? Я могу сбегать и приготовить ванну, - предложил он.

- Ммм, ванну. Ты читаешь мои мысли, мальчик. Я думал, тебе ещё нельзя этого делать.

- О, а на этот счет были какие-то правила, сэр? - Спросил Ной, соскальзывая с койки, чтобы Тобиас мог устроиться удобнее. Он порылся в своей одежде, натянул штаны, оставив рубашку нараспашку. - Я начну, а вы расслабьтесь. Я позову, когда будет готово, хорошо? Я потом приберусь здесь.

- Такой хороший мальчик, - сказал Тобиас, уже почти засыпая. - Я загляну в книгу правил. - Он услышал тихий смех Ноя и через несколько мгновений осознал, что остался в конюшне один. Он улыбнулся про себя и подумал о ванне, которая скоро его будет ждать, об ужине, который приготовит Ной, и о том, что ему не придется убирать стойло... и улыбнулся. Он был доволен, впервые за очень-очень долгое время.





Часть 26


Обход в понедельник прошел для Тобиаса довольно легко, за что он был благодарен; ему понадобились силы, чтобы пережить телефонный разговор с Фаном в понедельник вечером.

После краткого объяснения, почему ревновать Ноя - это плохо, и еще более краткого объяснения, почему Фан проявляет ужасно дурной вкус к злорадству, у Тобиаса разболелась голова.

- Это просто показывает, что он слишком старается, - настаивал Фан.

- Или, может, он видит в тебе угрозу из-за того, что ты выставляешь себя напоказ и звонишь мне на то, что он считает «своим» пейджером. На выходных. А это его время.

- Значит, я не могу тебе позвонить?

Прекрасно, Фан был обижен, и, возможно, это была настоящая обида. Тобиас вздохнул.

- Конечно, ты можешь позвонить мне. Я всегда буду рядом, ты это знаешь. Но, возможно, тебе стоит на какое-то время ограничить звонки за город по выходным, когда Ной дома. Пока он не поймет.

- Может, тебе стоит объяснить ему это получше.

- Ты дуешься?

- Возможно, самую малость.

После этого разговор пошел под откос, и Тобиас сдался.

Вторник тянулся долго. Когда он вернулся домой, было уже начало восьмого, и почти восемь, когда он закончил ужинать и переоделся. Он устал, сидя в гостиной и глядя на город, но не был готов ложиться спать. Он не хотел смотреть телевизор или заниматься бумажной работой; он хотел поговорить с Ноем. Не о чём-то конкретном, просто… как в ванне.

Он взял пульт от стереосистемы и нажал на воспроизведение, улыбнувшись, когда голос Сары Вон заполнил квартиру. Он убавил громкость, взял телефон и набрал номер Ноя, затем откинулся в своем мягком кресле с высокой спинкой.

Прошло несколько гудков, но Ной, наконец, снял трубку.

- Здравствуйте, сэр, - сказал он, снимая трубку. Должно быть, он узнал номер.

- Привет, мальчик, - сказал Тобиас с улыбкой. - Как прошел твой день?

- Мой день... ну, раз уж вы спрашиваете, был хорошим, сэр. Я подобрал с улицы еще одного подонка, вытащил котенка из канализационного стока и выполнил свою норму по штрафам за превышение скорости. - Он немного посмеялся, а затем спросил: - Вообще-то, я как раз писал о вас. Все в порядке?

- Все в порядке, просто хотел поговорить с тобой. - Тобиас закрыл глаза, музыка на мгновение окружила его. - У вас, правда, есть квоты на штрафы за превышение скорости?

- Да. Думаю, так они следят за тем, чтобы мы не спали в патрульных машинах. - Ной усмехнулся. - Мне приходится выписывать столько штрафов в месяц, понимаете?

- Я всегда думал, что это городская легенда. Скажи, какую музыку ты любишь?

- Музыку? Это необычный вопрос, сэр.

- По правде говоря, случайные вопросы для меня обычное дело.

Ной усмехнулся.

- Хм. Думаю, в основном, рок. Классический рок. Знаю, многое из этого было написано «до меня», меня постоянно дразнят из-за этого. Я имею в виду, что у меня довольно широкие вкусы, но я неравнодушен к отцам рока. - Тобиас почти слышал, как Ной улыбается на другом конце провода. - У меня такое чувство, что он не будет вашим ответом.

- Полагаю, нет, - согласился Тобиас. - В данный момент я слушаю Сару Вон, позже, возможно, будет что-то более старое. Или более новое. Я... эклектичен.

- Я помню, как в детстве сидел с мамой и слушал ее версию «Над радугой». Слушая ее, моя мама плакала. - Тобиас услышал, как Ной вздохнул и заерзал на другом конце провода. - Так вы джазмен, да? Вам идет. Медленно, сексуально. - Ной растянул слова, придавая им больше смысла.

Тобиас тихо рассмеялся.

- Спасибо. Наверное. Главное, чтобы ты не имел в виду «старый».

- О, нет. Вы не старый, сэр, вы в самом расцвете сил, - спокойно ответил Ной. - Это был комплимент.

- Что ж, тогда спасибо. - Тобиас открыл глаза и снова посмотрел на город, пытаясь приблизительно угадать, где находится Ной. - Итак, это очень общее обсуждение музыкальных вкусов - а как насчет книг? Фильмов? Как проводишь вечера?

- Это 101 факт о Ное Долане? - поддразнил Ной.

Тобиас ухмыльнулся.

- Если хочешь. Вот что - ты тоже можешь спросить. Однако я по-прежнему оставляю за собой право отказаться отвечать. Разумеется.

- Мне это нравится, - в голосе Ноя слышалось веселье. - Ладно, давайте посмотрим, - голос Ноя звучал задумчиво, а затем он начал что-то бормотать. - Моя любимая книга - не смейтесь – «Опасные связи». Она такая злая, коварная и сексуальная. Мой любимый фильм... хм... Я не знаю. Я люблю кино, все жанры. Может, классика? «Темная победа» или, возможно, «Иезавель», я обожаю Бетт Дэвис. Как я люблю проводить свои вечера - это... сложно.

Тобиас поймал себя на том, что наклоняет голову набок, размышляя.

- Хорошо, ты читал «Опасные связи» на французском? Признаюсь, мне понравился фильм, как на английском, так и на французском, если есть субтитры. И что значит сложно?

- Нет, нет, я читал на английском. Я не дружу с иностранными языками. «Отверженных» я тоже читал на английском. Это из тех изданий с французскими названиями, что у меня есть, - сказал Ной, и Тобиас услышал, как он наливает себе что-то выпить на заднем плане. - Сложность означает, что у меня не так много свободного времени, - объяснил он. – Поэтому, то немногое, что у меня есть, я должен тратить с умом. Моя работа - это... ну, это совершенно другой уровень мышления, чем тот, который мне нужен, когда с вами. Поэтому большую часть свободного времени я трачу на восстановление необходимого мне состояния. Если только что ушел от вас, значит, я занят газетой, футбольным матчем и тем, что, черт возьми, мэр делает с нашими пенсиями. Если я направляюсь к вам, значит, думаю, ну, я думаю о вас. Если я где-то посередине? Ладно, сегодня вечером у меня был урок кулинарии, а завтра я играю в баскетбол. Мое свободное время... распределено по частям.

Тобиас почувствовал, что улыбается все шире.

- Уроки кулинарии? Это замечательно, милый. Спасибо тебе.

- Ах, черт, я выдал свой секрет. О, хорошо. Я помню, как кое-кто приказал мне быстро научиться готовить, поэтому я побежал домой и в панике позвонил своей подруге, - со вздохом сказал Ной.

Тобиас тихо рассмеялся.

- Ты хорошо учишься, и твои усилия ценятся. Тебя не беспокоит такое разделение времени? - Эта концепция была не совсем чужда Тобиасу, но сам процесс сильно отличался от того, через что ему пришлось пройти.

- Меня это не беспокоит. Я хочу быть полицейским, и хочу быть помощником шерифа. Если хочу быть и тем, и другим, я должен как-то с этим справляться, верно? Но это требует определенных усилий, хотя я быстро переключаюсь. Это непростой образ жизни. На самом деле, это хороший разговор, потому что я хочу, чтобы вы знали такие вещи, понимали, что мне нужно делать, чтобы уравновесить то, кто я есть, и то, кем я должен быть для вас. Переход от полицейского к сабу - довольно сложный психологический процесс.

- Уверен, что так и есть, - легко согласился Тобиас. Он встал и подошел к окну, по пути выключив тусклую настольную лампу, чтобы лучше видеть освещение. - У тебя бывают с этим проблемы? Сложно ли тебе справляться с такой двойственностью?

- Это психологический трюк, понимаете? Похоже на медитацию. Чем больше я этим занимаюсь, тем лучше у меня получаются переходы. Понедельник после наших первых совместных выходных выдался тяжелым. Я весь день был не в себе. Но на этот раз я был к этому готов и провел время в машине более серьезно. Стало лучше. На следующей неделе будет еще легче. Ух ты, вы видели луну сегодня вечером? Она огромная. А небо над городом чистое, как стекло.

- Красиво, - согласился Тобиас. - Сегодня вечером красивые огни - хотя, мне кажется, улицы мокрые, они сильно отражают свет, вдоль Линкольн. Итак, когда ты едешь домой в машине, о чем думаешь? Или даже когда ты на уроке кулинарии, который является второстепенным в твоей повседневной жизни.

- Линкольн. Хороший район, - небрежно заметил Ной. - Это две разные вещи. В машине по дороге домой, или, если быть точнее, на работу, я стараюсь думать только о работе и ни о чём другом. На этой неделе, вместо того чтобы переодеваться в раздевалке, я подумывал взять с собой всю форму, думаю, это может помочь. В общем, я думаю только о работе. О том, какие документы мне нужно сделать, какой беспорядок в бумагах может повлиять на мой день, на моего напарника, на людей, которых я хочу проверить, и всё в таком духе. А вот во время готовки? Я думаю о…, - Ной тихо рассмеялся. - Я думаю о том, как «соблазнить вас едой». Вот что, по словам Эллисон, значит готовить. Она говорит, что еда возбуждает.

- Эллисон очень умная, и, насколько я помню, с приготовлением стир-фрай все получилось довольно хорошо. - Тобиас повернулся и вернулся к своему креслу, удобно устроившись в нем. - Тебе поможет, если я попрошу Хорхе брать тебе утреннюю газету, чтобы ты почитал ее на обратном пути в город?

Ной хихикнул Тобиасу в ухо.

- Да. Да, было бы неплохо. Спасибо, сэр.

- Договорились. Итак, расскажи мне. Что ты готовил сегодня вечером?

- Сегодня был вечер пасты. Одна маленькая птичка обронила не слишком тонкий намек на то, как сильно вы любите пасту, поэтому я научился готовить пару соусов. На следующей неделе буду учиться готовить равиоли. - Ной говорил совсем как ребенок, рассказывающий о том, что он делал в школе в этот день; это было восхитительно. - Но мы приготовили очень вкусное рагу из баранины, которое я заморожу и возьму с собой на ужин в пятницу вечером.

- О, рагу, - радостно воскликнул Тобиас. Он был совершенно уверен, что являет собой образец избалованного мужчины, но ему было все равно, он получал рагу. - Значит, ты знаешь обо мне и о пасте, и о рагу, судя по всему. Что еще она тебе рассказала? Знаешь, она врёт. Коварная леди.

- Не думаю, что она стала бы мне лгать, сэр, - рассмеялся Ной. - И если вы не отдадите прямого приказа, все остальное, что она мне сказала, я оставлю при себе. Оставьте мне несколько сюрпризов; в конечном счете, так будет лучше для вас, обещаю.

- Согласен, сюрприз - прекрасное оружие, - с усмешкой сказал Тобиас. - И чтобы удивить тебя, мне понадобится больше информации. Я не полицейский, так что, боюсь, расследование исключено… что оставляет мне лишь возможность задавать больше вопросов.

- Спрашивайте меня о чем угодно, - легко ответил Ной, он, казалось, был в хорошем настроении. - Просто помните, - игриво предупредил он, - вы обещали ответить мне, когда закончите, сэр.

- Да, обещал, но я также оставил за собой право. - Тобиас тихо рассмеялся, наслаждаясь шуткой. - Расскажи мне немного о своей семье, откуда ты? Братья и сестры? Домашние животные? Выбирай, у меня есть несколько часов, чтобы послушать. - Он снова ухмыльнулся и начал пробираться через темную квартиру к кухне.

- Я из страны Бескрайнего неба[1], края ковбоев и лошадей, из Монтаны. У нас не было фермы, вообще-то мой отец был шерифом, но у моих бабушки и дедушки была, и я проводил там много времени. У меня есть две сестры, Кэтрин - старшая и Эмили - младшая... хм. У папы случился сердечный приступ, и он скончался до того, как я открылся. Мама, однако, знает, и она все еще живет там с Кэтрин и ее мужем Куртом. Эмили переехала в Лос-Анджелес - она немного хиппует, и мы начинаем больше общаться. Это здорово. Пока все хорошо? - Спросил Ной.

Тобиас услышал, как на заднем плане загудели клаксоны.

- Кэтрин, Эмили, мама, ковбои. Понял. - Тобиас наполнил чайник в темноте, не желая мириться с резким освещением кухни после полумрака гостиной. - Итак, ты променял лошадей на машины, сельскую жизнь на... что? Почему ты не хочешь стать шерифом?

- Я дам вам одну попытку.

Тобиас кивнул сам себе, пытаясь в темноте отличить мятный чай от ромашкового; к счастью, ему даже не пришлось открывать коробки, прежде чем запах подсказал ему, какой из них мятный.

- Ты предпочел член груди? - спросил он, подумав, что это несколько грубо. Он мысленно пожал плечами; он говорил Ною и гораздо худшее.

- Я понял это сразу, - сказал Ной. - На самом деле, это не так уж и важно, я все равно хотел жить в городе. Там, где я вырос, не было никого, похожего на меня, маме было тяжело, и я очень хотел изменить мир к лучшему своей работой. Помимо сопровождения беременных женщин в больницу и урегулирования земельных и скотных споров, в работе шерифа в моем родном городе мало что есть. Поэтому я ушел из дома после окончания средней школы, работал, чтобы закончить местный колледж, а затем год в академии.

- А в академии все было хорошо? - Тобиас вернулся в гостиную, ожидая, пока закипит вода. - Уехать из дома было хорошим решением?

- Да. В академии было хорошо. Я познакомился с замечательными людьми, тренировался изо всех сил. Для меня было правильным решением уехать из дома.

Тобиас кивнул.

- Да, для меня тоже, - тихо сказал он. - Итак. У тебя есть домашние животные? Я имею в виду сейчас. Кошки, рыбки? Черепаха? Ты, похоже, любишь черепах. - Он прикусил губу, чтобы не рассмеяться.

- Отъебитесь, сэр, - рассмеялся Ной. - Никаких домашних животных. Если, конечно, не считать вас.

- О, какая трагедия! Ты уже забыл свое место. Какая жалость, у тебя так хорошо получалось ходить рядом. Думаю, теперь мне придется тренировать тебя и дома.

- С нетерпением жду этого, сэр, - выдохнул Ной в трубку.

- Знаю, что ждешь, милый. - Тобиас ухмыльнулся и вернулся на кухню, когда чайник засвистел. - Любимое хобби?

- Хм. Ну, тренировка, баскетбол, - Ной сделал паузу. – Мой дневник.

- Значит, он хорошо работает? Я рад. - Тобиас налил воды в свою кружку и задумался, стоит ли спрашивать еще.

- Дневник? Да, наверное, он полезен. Хм… - Ной остановился на полуслове. - Это не значит, что… ну, если вы чувствуете, что должны его прочитать…

- Нет, - сказал Тобиас. - Это твой дневник, твой путь. Конечно, мне любопытно, но я не собираюсь заставлять тебя давать мне его читать, Ной. В идеале, если он затронет что-то, что, по-твоему, нам следует обсудить, надеюсь, ты подойдешь ко мне и скажешь, что хочешь поговорить.

- Я всегда буду обсуждать с вами свои проблемы, сэр, - заверил его Ной. - Итак, какой следующий вопрос? Или теперь моя очередь?

Тобиас взял свою кружку и выудил из нее чайный пакетик.

- О, полагаю, я могу позволить тебе попробовать, ты был терпелив. - Он улыбнулся и вышел в гостиную, снова направляясь к окну. Позади него стереосистема закончила воспроизводить песню Сары Вон, и в комнате воцарилась тишина.

- Хорошо, сэр. Я хочу знать... хм... расскажите, как вы попали в эту тему.

Тобиас ухмыльнулся и отхлебнул чаю. Конечно. Ной не из тех, кто стесняется говорить о прошлом Тобиаса, даже если заставит Тобиаса вспомнить некоторые его части, оставленные далеко-далеко позади.

- Мне было шестнадцать, когда я в первый раз занялся сексом, - сказал Тобиас. - Семнадцать, когда мой любовник впервые попросил меня отшлепать его. С тех пор всё пошло по нарастающей, и когда мне исполнилось двадцать, меня впервые отвели в клуб. В двадцать один год я официально начал своё обучение - пришлось подождать, пока я не достигну совершеннолетия, чтобы пить алкоголь, и таким образом, оставаться в рамках дозволенного, во всяком случае.

- Ходят слухи, что вы тренировались у Бредфорда...

- Зависит от определений, - сказал Тобиас. - Он не тренировал меня - он всего на несколько лет старше. Но он был частью моего обучения, да. Мы были... современниками. Полагаю, и до сих пор.

- Так вы подменяли его?

- Иногда. И он подменял меня. Частью обучения было убедиться, что мы хорошо знаем инструменты. Почувствовать их в своих руках и на спине. Когда я тебя бью, я точно знаю, каково это, Ной.

- Конечно, - сказал Ной. - Хорошо, так, вы, вроде, говорили мне, что выросли на этой ферме?

Тобиас удивленно моргнул, услышав смену темы.

- Э-э, да. Ферма принадлежала моему деду, а затем отцу.

- Точно. Итак, когда вы уехали из дома?

Тобиас выглянул в окно и посмотрел вниз, на улицу под его домом.

- Мне было восемнадцать, летом перед тем, как поступил в колледж.

- Вы открылись?

Тобиас вздохнул и подошел к кофейному столику.

- Нет. Ну, не совсем. Думаю, мои родители знали. Уверен, миссис Миллер все это время знала.

- Не могу представить, что вы могли что-то утаить от нее, - со смехом сказал Ной. - Значит, вы поступили в колледж и ветеринарную школу и больше не возвращались? Когда вы им сказали?

Тобиас осторожно поставил свою кружку на стол.

- Не сказал. Они умерли, когда мне было девятнадцать.

Тобиас услышал, как Ной вздохнул на другом конце провода.

- Ах, черт, простите. Но девятнадцать? Что случилось?

- Автомобильная авария по дороге домой с конных соревнований. - Тобиас снова сел в кресло. - Я учился в колледже. Я потратил целый семестр на то, чтобы убедиться, что на ферме все будет в порядке, если меня там не будет, и узнать больше о деньгах. Мой отец заработал много денег, инвестируя, и мне пришлось наладить отношения с брокерами и бухгалтером; как ни странно, такого уровня богатства не достигаешь, будучи ветеринаром. - Он улыбнулся и продолжил. - Я убедил миссис Миллер остаться, а потом вернулся в колледж. - Он пожал плечами. - Так что теперь у меня есть ферма. Я начал ремонт старых конюшен, когда мне было... двадцать шесть или около того.

- О, Боже, это ужасно. - В голосе Ноя звучало искреннее сочувствие. - Я думаю, для вас это было полжизни назад, но все равно, сожалею.

- Спасибо. - Тобиас не знал, что еще сказать; он ценил это чувство, но Ной был прав... потеря произошла очень давно. - В любом случае, я никогда не признавался им в этом, и очень сомневаюсь, что они имели хоть малейшее представление о том, что я люблю бить мужчин кожаными кнутами.

Ной усмехнулся.

- Нет, полагаю, что нет. - Тобиас услышал скрип дивана или стула, смешивающийся со звуками ночного города; должно быть, Ной стоял у открытого окна. Еще одна резкая смена темы разговора удивила его. - Итак, сэр... правда, зачем вы позвонили?

- Правду? - Тобиас широко улыбнулся. - Потому что мог.

- Только потому, что вы могли? Не из-за плохого дня, который вы хотели обсудить, не были одиноки, возбуждены или скучали? Только потому, что знали, что я буду сидеть здесь и болтать с вами?

- Именно так. Я позвонил тебе, потому что ты мой, милый, и потому что могу. Если захочу поговорить с тобой, я могу просто позвонить. И вот ты здесь, и теперь я знаю о тебе столько замечательного. Я старался, чтобы это не стало для тебя ужасным опытом, - поддразнил он.

- О, нет, все это было не так уж ужасно. На самом деле, мне понравилось. Если бы вы меня предупредили, у меня были бы вопросы поинтереснее.

- Ах, но мы уже решили, что сюрприз - прекрасное оружие. - Тобиас улыбнулся и откинулся на спинку кресла. - Во сколько ты ложишься спать?

- Я сова. Я из тех счастливчиков, которым не нужно спать по восемь часов каждую ночь. Если я играю в баскетбол или у меня был тяжелый вечер наставничества, то обычно не сплю до полуночи или даже позже, чтобы расслабиться. Если я возвращаюсь домой сразу после работы, то стараюсь быть в постели к десяти. Это значит, что вы не даете мне уснуть, - поддразнил Ной. - А как насчет вас, сэр? Рано ложитесь, рано встаете?

- Не совсем. Это зависит от того, где я должен быть утром, но обычно ложусь спать в одиннадцать или чуть позже. Я стараюсь ложиться в одно и то же время каждый вечер. - Тобиас вытянул ноги перед собой, ему было тепло и уютно после чая. - Теперь ты готов лечь спать? Ты сказал, что пишешь в своем дневнике - это часть твоего вечернего ритуала, или это скорее вопрос того, что ты пишешь, когда хочешь писать?

Ной вздохнул.

- Во вторник вечером я подвожу итоги выходных. Я даю себе день на то, чтобы все переварить, а потом сажусь за дневник и вспоминаю, что было хорошего, что мне нужно запомнить и... э-э-э... ну, в общем, где я ошибся. Я как раз размышлял о том, что сделал не так, когда вы позвонили.

Тобиас прокрутил в голове прошедшие выходные и поморщился.

- Хочешь поговорить об этом, милый? - мягко спросил он.

- Не знаю. Должен ли я? Нужно ли сказать что-то еще? - Тобиас услышал, как со стороны Ноя закрылось окно, и услышал, как Ной что-то ищет. - Я знаю, что хочу извиниться. Я собирался дождаться выходных, но сейчас самое подходящее время, так что да. По-видимому, у меня есть склонность к ревности, о которой я и не подозревал. Я пока не уверен, что еще хочу сказать по этому поводу. Но Фан был прав, вы не просто Дом, сэр. Вы художник. Вы заслуживаете признания и уважения, а я должен это заслужить, и я должен быть достойным. Простите меня.

- Я не совсем понимаю, за что ты извиняешься, - медленно произнес Тобиас. - Ты проявляешь ко мне признательность и уважение, когда подчиняешься; то, что я подписал тот же контракт, что и ты, показывает, что я считаю тебя достойным. Ты упустил это уважение в субботу - за это ты извиняешься, или за то, что каким-то образом недостоин меня? Потому что это... - Тобиас помолчал, пытаясь подобрать подходящее слово. - ...чушь собачья.

На другом конце провода воцарилось долгое молчание. Дольше, чем Тобиас ожидал, но, в конце концов, Ной ответил ему.

- Я принял свое наказание за то, что произошло в субботу, сэр, и знаю, что вы простили меня. Дело не в этом, - тихо сказал Ной. - Значит, я, должно быть, не уверен в том, что... - Казалось, он размышлял вслух, и Тобиас позволил ему закончить. Ной прочистил горло. - Я знаю, что прилагаю все усилия, - сказал он через мгновение. - Вы вдохновляете меня на это. Но это сложно, осознавать, что я так многого о себе не знал, что есть места, где я не бывал, что меня подталкивают - это меня немного потрясает. Раньше я был очень уверенным в себе, но теперь иногда беспокоюсь, что не соответствую... - Он вздохнул. - Знаю, это звучит очень по-детски. Я знаю, что веду себя как ребенок.

- Ты не как ребенок, - тихо сказал Тобиас. Он наклонился вперед, сосредоточившись. Ему хотелось видеть лицо Ноя, обнять его. - Ты говоришь так, словно совершаешь прорывы. Ты узнаешь о себе то, чего раньше не знал, и из этого мы можем понять, где твои пределы, понимаешь? Это хорошо, и я хотел бы немного подробнее изучить это в следующие выходные. Что касается другого вопроса - почему ты считаешь, что должен соответствовать Фантому? Мы расстались, я отпустил его, и мы больше не вместе. Так что, если это не является твоей целью, я предлагаю тебе попробовать отпустить.

- Не то чтобы я чувствовал, что должен соответствовать ему, - запротестовал Ной, но затем слегка изменил тон. - Возможно, отчасти. Это не слишком рационально, да? Вы правы.

- Это... - Тобиас вздохнул. - Надеюсь, мы сможем преодолеть это. Но я понимаю, Ной. У Фана есть определенная... харизма.

- И не говорите, - фыркнул Ной. - Я хочу это преодолеть. Мы преодолеем. Думаете, он тоже вас разлюбил?

- Фан? - Тобиас чуть не рассмеялся. - Боже, да. Мы испытываем друг к другу изрядную привязанность, но и только.

Ной вздохнул.

- Я привыкну к этому, сэр.

- Надеюсь, в конечном итоге тебе будет комфортно. - Тобиас снова откинулся на спинку кресла и добавил: - Может быть, разговор с Фаном поможет.

- Познакомиться с ним поближе? - Голос Ноя звучал дружелюбно. - Например... Может, мне стоит пригласить его на ужин или что-то в этом роде? Если я постараюсь быть дружелюбным, мне будет легче это воспринять? - Голос Ноя звучал скорее заинтригованным, чем расстроенным этой мыслью, что было интересно.

- Это идея, - сказал Тобиас, стараясь, чтобы его голос звучал нейтрально. - Подумай об этом. Если захочешь что-то организовать, просто дай мне знать. Если решишь этого не делать, тоже ничего, мы найдем способ справиться с этим.

- Мы найдем способ, - заверил его Ной. - Так что, в общем, да, я пишу в своем дневнике, когда мне хочется, за исключением вторников, когда всегда пишу.

- Ладно, - сказал Тобиас с тихим смешком. - Пока оставим это. И я, правда, рад, что ты этим занимаешься, милый, у тебя получается, и это важно.

- Я думаю, да, и помогает, - согласился Ной. - Итак, чем вы занимаетесь, кроме как ухаживаете за коровами?

- Ковыряюсь в заднице у лошадей. Серьезно, с коликами шутки плохи. А еще есть овцы, свиньи и...

- Я понял, понял, - фыркнул Ной. - Я имел в виду, ночью, в городе. Например, сегодня вечером, если бы вы мне не позвонили. Чем вы занимаетесь?

- Ах, это! - Тобиас рассмеялся. - Я много читаю. Занимаюсь бумажной работой. Иногда слушаю музыку и смотрю на городские огни. Ужинаю вне дома, иногда смотрю фильмы и время от времени встречаюсь с друзьями. На самом деле, это довольно скучно. О, и я трачу много времени, планируя, что с тобой сделать.

- У вас много друзей в городе? Они знают, что вы проводите так много времени, думая о том, что собираетесь сделать со своим мальчиком на выходных? Вы рассказываете им обо мне? - Тон Ноя стал застенчивым.

- Сопляк. - Тобиас надолго замолчал, стараясь не рассмеяться. - Возможно, нескольким, но пока нет. Как тебе это?

- Разочарован, сэр, но, полагаю, вы не собираетесь посвящать меня в подробности, не так ли?

- Вовсе нет. Я так понимаю, тебе уже давно пора спать?

- Если я разговариваю с вами по телефону, значит, мне пора спать, если вы так скажете, сэр. -Тобиас не мог с уверенностью сказать, был ли ответ Ноя саркастичным.

- Полагаю, ты прав. Итак, что тебе еще нужно сделать перед сном, мальчик?

- Ладно, закончу свои записи в дневнике, хотя это я мог бы сделать за завтраком. Почищу зубы, приму душ, посмотрю местные новости... О, посмотрю, остыло ли рагу, и уберу его в морозилку.

Тобиас посмотрел на часы и понял, что щурится от тусклого света. Нахмурившись, он нажал на кнопку подсветки сбоку и цокнул языком.

- Ну что ж. Уже пора, не так ли? Новости начнутся через пятнадцать минут, так что я сейчас отправлю тебя… и, Ной?

- Да, сэр? - Автоматически ответил Ной.

- Если ты будешь хорошо себя вести, в следующий раз я попробую уговорить тебя кончить.

- Я бы с удовольствием, сэр, - выдохнул Ной в трубку. - Надеюсь, вы позволите мне отплатить вам тем же.

- Пожалуйста, заслужи честь попробовать. - Тобиас улыбнулся и встал, потягиваясь. - Спокойной ночи, дорогой.

- Спокойной ночи, сэр. Было приятно с вами поговорить. - Ной послушно подождал и не повесил трубку первым.

- И мне с тобой тоже, - усмехнулся Тобиас. - И тебе тоже спокойной ночи. - Он осторожно повесил трубку и положил ее на место. В квартире было тихо, темно, тепло и уютно. Улыбаясь, Тобиас стоял у окна и смотрел на огни города, все еще пытаясь найти своего мальчика в лабиринте улиц и понимая, что это не имеет значения. Ной был там, где ему и место - привязан к нему.





Прозвище штата Монтана





Часть 27


Тобиасу показалось очень милым, как Ной бережно относился к принесенному им блюду. Конечно, он поприветствовал Тобиаса со всей должной внимательностью, но явно беспокоился об ужине, поэтому Тобиас проводил его с едва скрываемой улыбкой. Ной выглядел так, будто не пытался спешить на кухню, но ему это не удавалось; его печальная улыбка говорила о том, что он прекрасно это понимал.

Тушеная баранина была восхитительна, и Тобиас подчеркнул это, как только попробовал.

- Очень вкусно, дорогой. Легко переборщить с бульоном - добавить слишком много жидкости или оставить слишком много жира, но ты хорошо справился. - Он улыбнулся и подцепил на вилку кусочек баранины, который был очень нежным, но не разваливался на части. - Вкусно. Это зимний или летний чабер[1]?

Ной заметно расслабился и взял свою вилку, чтобы попробовать самому.

- Летний чабер, сэр. И я добавил немного больше розмарина, чем обычно, но Эллисон сказала, что количество чеснока должно быть…

- Все чудесно, - настаивал Тобиас с улыбкой.

Нервная болтовня Ноя затихла, и он слегка улыбнулся.

- Я рад, что вам понравилось.

- Понравилось.

Некоторое время они ели молча, Ной, как обычно, ковырялся в еде, а Тобиас наслаждался каждым кусочком. Наконец, Ной, казалось, убедился, что Тобиас доволен, и Тобиас кивнул себе.

- Фантом позвонил мне в среду, - тихо сказал он.

Ной осторожно поставил стакан с водой на стол и опустил руки на колени.

- Правда? - нейтрально спросил Ной.

- Конечно, - легко согласился Тобиас. - Бредфорд спросил его по поводу тебя, и Фан попросил моего разрешения встретиться с тобой. Что я и дал.

Ной вздохнул.

- Знаю, вы просили позвонить вам, сэр, но я надеялся справиться с этим самостоятельно.

- Я знаю, но, к сожалению, есть и другая причина. Фан просто бы не согласился, пока не убедился, что я в курсе и одобряю, он не будет вмешиваться в наши отношения, Ной. Если бы он согласился, а потом узнал, что я не одобряю или мне это не нравится, он бы воспринял это как предательство. Если это поможет, он не звонил мне после разговора с тобой.

Ной пожал плечами.

- Мы встречаемся в понедельник за ужином.

Тобиас кивнул.

- Хорошо. Ты собирался сказать мне сам?

- Да, - сказал Ной. - В какой-то момент, вероятно, позже.

Тобиас ухмыльнулся.

- Что было бы очень плохой идеей, милый. Можешь сказать мне, почему?

- Нет, сэр, я не знаю почему. - Ной казался искренне смущенным. - Я получил ваше разрешение поговорить с ним; я надеялся, что смогу прийти к вам и сказать, что все уладил. Я подумал, что это вас обрадует.

Тобиас кивнул.

- В этом есть смысл, и я понимаю, почему ты так думаешь. Понимаю. Но в первую очередь я хочу участвовать в том, чтобы ты достигал своих пределов, а Фантом, мои отношения с ним, - это то, против чего ты действительно работаешь. Если я хочу помочь тебе, мне нужно знать, что происходит. Как твой Дом, я участвую в этом. Кроме того, по воскресеньям вечером я спрашиваю о твоих планах на неделю. Если бы ты хотел скрыть это от меня, тебе пришлось бы мне кое-что рассказать. Предполагаю, ты не собирался лгать.

- Я не собирался лгать! - запротестовал Ной, но тут же прикусил губу и потер лицо, выглядя расстроенным. - Я не собирался лгать. Я даже не думал об этом. Наверное, я... Я не знаю, что бы я сделал.

Тобиас взял свой стакан с водой и задумчиво отхлебнул из него.

- Я знаю, что не собирался, милый. И я понимаю, почему ты хотел сделать это сам, правда, понимаю. Но ты должен понять кое-что важное, дорогой. Ты не можешь делать это в одиночку. Не из желания доставить мне удовольствие, ни по какой другой причине. Потому что ты мой сабмиссив. Ты обязан передать мне определенную часть контроля - фактически, почти весь свой контроль. В нерабочее время ты мой, и я обязан помогать тебе. Этого трудно добиться, но это шаг к истинному подчинению.

Ной замолчал. Он немного поиграл с краем своей тарелки, задумчиво постучал по бокалу с водой, выглядя все это время крайне несчастным.

- Я буду постоянно проебываться, да? - сказал он, в основном самому себе. - Вы, конечно, правы. Простите, сэр.

- Нет. - Тобиас опустил свой стакан на стол немного резче, чем намеревался, напугав их обоих. - Ты не проебался. Ты учишься, ты стараешься и делаешь все, что в твоих силах, чтобы доставить мне удовольствие - это ни в коем случае не проеб. Это процесс. Понял?

Глаза Ноя расширились. Он выпрямился, расправил плечи и пару раз моргнул, прежде чем ответить:

- Понял, сэр.

- Хорошо. Теперь, думаю, мы закрепим этот урок позже, но не с помощью кнута. Не думаю, что это нарушение закона о наказании, поскольку ты действительно не понял. Однако, что-то все же нужно сделать. - Тобиас наклонил голову и внимательно посмотрел на Ноя. С улыбкой и легким ощущением в паху он сказал: - Порка, я думаю. У меня на коленях. Да, этого достаточно.

Ной тщательно следил за своей осанкой, но слегка покраснел и не смог скрыть смущенной улыбки.

- Спасибо, сэр.



* * * *



Хотелось бы надеяться, что Ной усвоил урок, так и не узнав, что Тобиас с нетерпением ждал встречи с Фаном с тех пор, как повесил трубку. Тобиас тоже получил от нее все, что хотел. Как обычно бывает, шлепки были довольно сильными, и задница Ноя покраснела до красивого малинового цвета. Ной был благодарен Тобиасу, когда тот подставил ему свою эрекцию, и был так увлечен ею, что Тобиас не смог долго сдерживаться. После этого Тобиас немного обработал Ноя и уложил его спать на свой матрас, на живот.

Этим утром Ной чувствовал себя немного скованно, но ничего такого, что нельзя было бы успокоить небольшим количеством увлажняющего крема. Он даже смог проделать прилично долгую прогулку верхом после утренних дел по дому, поморщившись только тогда, когда они спешились возле сарая. Тобиас сделал вид, что ничего не заметил, и вернулся в дом, чтобы убраться, оставив Ноя развешивать конскую сбрую и чистить лошадей, прежде чем, наконец, выпустить их на пастбище.

Тобиас просунул голову в ванную, когда Ной принимал душ, чтобы попросить его встретиться с ним в «безопасной» комнате после этого, но в остальном оставил его одного. В «безопасной» комнате Тобиас перебирал костюмы в своем гардеробе, пытаясь угадать, что Ной мог для них придумать.

- Все чисто, сэр, - с улыбкой сказал Ной, присоединяясь к Тобиасу, голым, свежевыбритым и все еще теплым после душа.

- Ты и в самом деле чистый. - Тобиас оглядел его с мокрой макушки до все еще розовой задницы. - Нигде ни пятнышка грязи, малыш. - Он протянул руку и улыбнулся. - Сядь рядом со мной и расскажи свою историю, мальчик.

Ной взял Тобиаса за руку и осторожно присел на край кровати, вздохнув с облегчением.

- Ах, как мягко, - сказал он, улыбаясь.

Тобиас рассмеялся.

- Бедный маленький щенок. Выживешь.

- О, все хорошо. Я в порядке, сэр, - сказал Ной в ответ, тихо смеясь. - Итак, моя история об отчаянном воре, заключенном в тюрьму и приговоренном к смертной казни за кражу безделушки у короля - броши или кольца, которых король мог бы купить дюжину, не задумываясь, но стоимость которых, сама по себе, могла бы прокормить и одеть семью вора на всю зиму.

- Бедный невинный воришка, - поддразнил Тобиас. - Может, прикованный к стене и одетый в лохмотья?

- О, закованный в кандалы, в полном смысле этого слова, - Ной попытался изобразить сочувствие к бедному вору, но Тобиас на это не купился. - Итак, конечно, он снова и снова просил аудиенции у короля, чтобы объяснить свои действия и умолять сохранить ему жизнь - конечно, он готов терпеть удары плетью, если это будет угодно королю, - но ответа на его мольбы не было. Пока, - усмехнулся Ной, - пока какой-нибудь герцог, советник или друг царя, узнавший о его бедственном положении, не придет навестить его в камере, чтобы обсудить возможные условия, при которых его жизнь могла бы быть сохранена.

- О, я понимаю. Узнать, что вор может предложить вместе с искренними извинениями? - Тобиас подмигнул. - Это может пролить свет на ситуацию. Думаю, мы сможем с этим разобраться, милый. Не хочешь выбрать костюмы?

- О, нет, сэр, это лучше сделать вам. - Ной снова ухмыльнулся.

- Думаешь, я знаю, что носят герцоги? - Тобиас покачал головой и встал. - Осторожнее, а то на следующих выходных на тебе не будет ничего, кроме клетки для члена. - Он подмигнул, чтобы убрать угрозу из своих слов, и снова подошел к открытому гардеробу. - Шелка и атлас, а трико не надену. Даже не думай об этом.

- Вот видите, именно поэтому костюмы следует выбрать вам, сэр, я бы, конечно, надел на вас трико, - со смехом сказал Ной.

- Клетка выглядит все привлекательнее, мальчик. - Тобиас для пущего эффекта прорычал, делая вид, что не замечает, как Ной расплывается в улыбке. - Хорошо. Бархатные брюки, шелковая рубашка. Думаю, здесь найдется жилет, который подойдет... что бы ты посоветовал в качестве пальто?

Ной соскользнул с кровати и помог ему перебирать вешалки.

- Ну, на самом деле это не имеет большого значения, поскольку герцог не будет носить его долго, но... - Он вытащил длинное пальто, сшитое на заказ. - Это может подойти, сэр.

- О, очень мило. Да, согласен, это подойдет. - Тобиас добавил пальто к стопке, которую собрал, и отступил назад. - Теперь ты... тебе нужна свободная туника. Искусно запачканная. Что еще?

- У вас есть брюки, завязывающиеся на талии? - Ной порылся в шкафу. - Или просто что-нибудь мягкое? В остальном, думаю, босиком, и я растреплю волосы, или, по крайней мере, сделаю их максимально растрепанными.

- Слишком короткие, чтобы выглядеть по-настоящему неряшливо, - согласился Тобиас. - О, кажется, там есть свободные штаны из хлопка на шнурке, что не совсем правильно, но сойдет. Что-нибудь еще можешь придумать?

Ной снял брюки с вешалки.

- Эти подойдут, и да, как принято называть герцога? Ваше превосходительство? Милорд? Не могу вспомнить. - Ной натянул штаны и подтянул их на талии шнурком.

- Ваша светлость, - рассеянно произнес Тобиас. - Знаешь, я гораздо больше предпочитаю тебя голыми.

- Я тоже предпочитаю быть голым, чем носить все это, сэр. Может, стоит сказать герцогу, чтобы он поторопился? - усмехнулся он, натягивая через голову простую, ничем не примечательную тунику.

- Я так и сделаю, - пообещал Тобиас. Он посмотрел на одежду в своих руках и ухмыльнулся. - Думаю, я переоденусь там. После того, как прикую тебя к стене, удачливый воришка.

- Жаль, что я не могу сам справиться с цепями, сэр, - сказал Ной, проводя пальцами по коротким волосам на макушке. - Готово.

Тобиас фыркнул.

- Выглядит так же. И, честно говоря, я не против посадить тебя на цепь, мальчик. Считай, это еще один способ доставить мне удовольствие. - Он широко улыбнулся и бросил свою охапку одежды Ною в руки. - Только не уроните ее в грязь, - весело посоветовал он, выходя из комнаты.

- Что? И погубить единственный шанс избежать смертной казни? Вы что, спятили?

Ной вышел за дверь вслед за Тобиасом, отказавшись от обуви и пальто, чтобы «вжиться в роль». По пути он остановился, набрал горсть земли, которую размазал по лбу и рукам, и пошаркал босыми ногами, пачкая их.

Оказавшись внутри, он последовал за Тобиасом до нужной кабинки.

Они снова оказались в правой части бывшей конюшни, на этот раз между стойлом с подушками и пустым стойлом, в котором они провели прошлые выходные. Тобиасу потребовалось всего мгновение, чтобы отстегнуть обычно висевшую там стропу и убрать её, оставив цепи висеть. Он проигнорировал их и указал на стену.

- Надеюсь, что это вызовет твое одобрение, - сказал он, указывая на тяжелые стальные наручники, лежащие на полу.

Ной ухмыльнулся.

- О, очень мило, - сказал он, облизывая губы. - Кажется, я только что вздрогнул. - Ной подошел и сел на пол, прислонившись к стене и согнув колени, чтобы Тобиас мог дотянуться до его лодыжек. - Они... очень аутентичные.

- Они удержат тебя, - согласился Тобиас. Он запер наручники на лодыжках и отрегулировал отрезок цепи, чтобы заковать запястья Ноя в наручники, оставив ему при этом достаточно свободного хода. - Я подумал о том, чтобы подобрать стальной ошейник в тон.

- Стоило бы, - небрежно и со всей серьезностью ответил Ной, протягивая запястья, чтобы на них надели наручники. - Возможно, мы могли бы придумать, как спрятать в него какую-нибудь прокладку, чтобы не было синяков.

Тобиас бросил взгляд на шею Ноя, застегивая одно запястье.

- Возможно. Ты бы выглядел симпатично. - Он закончил заковывать Ноя и встал. - Теперь о важном. Я собираюсь переодеться, а ты связан. Я не оставлю тебя, понимаешь? Однако я забыл захватить повязку, так что тебе придется закрыть глаза, пока я не разрешу их открыть.

- Да, сэр. Спасибо, сэр, - ответил Ной, стягивая тунику с одного плеча и прислоняясь спиной к стене. Он положил наручники на колени и уткнулся в них лбом, закрыв глаза.

Тобиас не торопился. Он не был особенно тихим, зная, что Ною нужна была какая-то сенсорная связь с ним, пока он связан, но не разговаривал. Он быстро разделся, выбросив свою обычную одежду из кабинки, и медленно облачился в свой костюм. Он задержался на рубашке, наслаждаясь ощущением ткани на своей коже, представляя себя важным герцогом, которого посылают разобраться с жалким воришкой.

Одевшись, он стал ждать. Ной неподвижно сидел у стены, его дыхание было ровным. Тобиас подошел к маленькому шкафчику и достал смазку и презервативы, положив их в карман, а также плетеный ремень. Короткий и тонкий, ничем особенным не выделяющийся, но он знал, что тот издает неприятный треск, когда ударяется о что-то твердое. Он не стал бы использовать его против Ноя, так как от него оставались неприятные следы, но мог бы, по крайней мере, помахать им и напугать «вора».

Направляясь к двери, он тихо откашлялся, и Ной поднял голову. Прежде чем он успел что-либо сказать или хотя бы отреагировать, Тобиас усмехнулся и сказал:

- Я бы подумал, что нищенствующая крыса из трущоб будет слишком занята, молясь о собственной шкуре.

Ной поднял голову, коротко взглянул Тобиасу в глаза, затем опустил взгляд и с шумом опустился на колени, при этом движении кандалы и цепи издавали приятный скрежет и лязг по полу.

- Простите меня, я разочаровался в Боге, Ваша милость. Осмелюсь ли я теперь надеяться, что он посылает своему бедному, смиренному слуге чудо?

Тобиас запрокинул голову и рассмеялся.

- Меня никогда раньше так не называли. И нет, я не от Бога, щенок. Я заметил, он редко опускает глаза так низко. Кроме того, мне дали понять, что воровство - это грех не только перед королем, но и перед Богом. Скажи, почему ты считаешь, что заслуживаешь снисхождения?

- Я его не заслуживаю. - Ной опустился перед ним на колени. - Я прошу, я молю Его о милосердии ради моей семьи, которая останется без пропитания этой зимой, если я не вернусь к ним. Я не желал кольца, Ваша светлость, я был в отчаянии. В полном отчаянии. - Ной опустил подбородок на грудь и опустил руки по швам. - Услышит ли он меня? Вы сжалитесь надо мной, Ваша светлость?

Тобиас притворился, что размышляет, но, по его мнению, это было бесполезно, поскольку Ной смотрел в пол. Он сделал несколько тяжелых шагов вперед и остановился прямо перед склоненной головой.

- Не знаю, почувствую ли я жалость, ведь меня оторвали от дел и заставили приехать сюда только ради тебя, чтобы выслушать твое жалкое дело. Это доставляет неудобство, щенок, и это приводит меня в плохое расположение духа. Однако король получил свое кольцо обратно, и его мало волнует, что с тобой сделают, поэтому отдал в мои руки. Скажи, как ты думаешь, что на меня повлияет?

- Я сделаю все, что угодно, лишь бы склонить вас на свою сторону. Все, что угодно, Ваша светлость, - Ной наклонился вперед и, схватив его за брюки, умоляюще потянул за них. - Я буду целовать ваши ноги, терпеть удары плетью, обещать вам все, что угодно, или... - Ной поднял свою голову и уставился прямо на возбужденный член Тобиаса. - Или даже... - он прочистил горло, затем нагло наклонился вперед, чтобы уткнуться в него носом.

- Прямолинейный, да? - Тобиас с недоумением посмотрел на Ноя. - Обычно я выслушиваю длинные истории о бедности, нужде и попрошайничестве, прежде чем мне неохотно предлагают это. - Он схватил Ноя за волосы, прижал к себе, потерся о его щеку и затвердел еще сильнее. - Ты хочешь этого, вор?

- Я не новичок в таких делах, сэр, - с трудом произнес Ной сквозь ткань. Его голос дрожал, и он отодвинулся, упираясь Тобиасу в бедра.

- Значит, ты знаешь, что делать? - Тобиас сильно дернул Ноя за волосы, а затем отпустил его, отступив на шаг. - Мне бы не хотелось наказывать тебя, - зловеще произнес он. Он поднял ботинок и ударил по нему ремнем. Ной вздрогнул от этого звука, а Тобиасу пришлось скрыть улыбку, отбрасывая ремень в сторону.

- Я... Я знаю. Вы, прекрасные мужчины, в своей изысканной одежде, все одинаковы, - фыркнул Ной.

- Неужели? И в чем? - Угрожающе спросил Тобиас.

Ответ Ноя был рассчитанным и обдуманным.

- Ваши приличные, фригидные жены не делают этого для вас, поэтому вы ищите другую, более готовую или более отчаявшуюся.

- Хм, это было бы обидно, если бы у меня была жена, фригидная или нет. Это делает тебя готовым или просто отчаявшимся? И имей в виду, что от твоего ответа зависит только то, каким образом ты будешь моим, а не то, захочу я или нет.

- Поскольку я в кандалах, а не в постели какого-нибудь богатого аристократа, должен сказать, это приводит меня просто в отчаяние, Ваша светлость.

Тобиас драматично вздохнул.

- И не слишком умен - быстрая ложь спасла бы твои... достоинства; я с нетерпением ждал твоего рта. А, ладно. Я не буду совать свой член туда, где есть зубы. - Внезапно он наклонился и оттолкнул Ноя в сторону, сбив с ног, и схватил его за рубашку. Тобиас не был уверен, кто из них удивился больше, когда хлопок разорвался с громким звуком. Он улыбнулся Ною и потянул снова, буквально сорвав тунику с его тела.

Ной приземлился, упершись руками в пол, тяжело дыша.

- Подождите! Подождите... так грубо, Ваша светлость, не лучше ли помедленнее? - Ной понизил голос. - Разве вам не так больше понравится?

- Действительно, понравилось бы, - согласился Тобиас. - Но ты сам признаешь, что твое предложение было сделано в отчаянии, а не из-за какой-либо реальной необходимости.

Ной сел.

- Да, да, Ваша светлость, я в отчаянии. У меня семья, и у меня еще осталось немного стыда. Но я... хочу, чтобы вы были довольны. Мне нужна моя свобода, моя жизнь. Я хочу, чтобы вы думали обо мне хорошо, когда уйдете.

Склонив голову набок, Тобиас изучал фигуру перед собой, отмечая гладкую, покрытую пятнами кожу и темные, дерзкие соски. Дыхание Ноя участилось, и, судя по тому, как натянулись свободные хлопковые штаны, ситуация его нисколько не обескуражила.

- У меня такое чувство, что к тому времени, как мы закончим, я буду очень высокого мнения о тебе, щенок, - сказал он, наконец. Он покачался на пятках и снова встал. - Значит, медленно. Заслужи мою милость.

Ной с трудом сглотнул и кивнул.

- Вы не пожалеете об этом, Ваша светлость, - сказал он, медленно поднимаясь на ноги. Он довольно ловко справился с цепями и потянулся к шелковой рубашке Тобиаса. - Вы же не хотите испортить эту прекрасную ткань, не так ли, Ваша светлость? - спросил он, помогая Тобиасу снять ее. Затем он провел прохладными пальцами по коже Тобиаса, начиная с плеч и спускаясь к соскам Тобиаса и вниз к пупку.

Тобиас зарычал, довольный тем, что у Ноя перехватило дыхание.

- У тебя приятные прикосновения, мальчик. Еще.

- Все, что пожелаете, Ваша светлость, - ответил Ной, придвигаясь к Тобиасу сзади, достаточно близко, чтобы почувствовать тепло между ними и прижаться своей эрекцией к бедру Тобиаса. Он провел руками по плечам Тобиаса, зарылся в его волосы и нежно потянул.

На этот раз рычание произошло само собой, и он почувствовал, как член Ноя дернулся у него на бедре. Поймав одну руку, он потянул ее вниз, по своей груди и ниже, пока не смог обхватить ладонью Ноя свою эрекцию.

- Прикоснись ко мне, - приказал он.

- Впечатляет, Ваша светлость, - тихо пробормотал Ной, двигая рукой ровно настолько, чтобы расстегнуть штаны Тобиаса и запустить руку внутрь. Он сжал Тобиаса и провел большим пальцем по головке члена, прижавшись губами к обнаженному плечу Тобиаса. - Ммм... Ваша светлость, - прошептал он. - Какое удовольствие обнаружить, что прекрасные мужчины все-таки не так похожи друг на друга.

- Я подозреваю... Я подозреваю, что это доставит мне удовольствие, - сказал Тобиас, слегка откидываясь назад. Он потянулся к бедру Ноя и пошевелил бедрами, слегка толкаясь.

- Я очень на это надеюсь, - ответил Ной, и Тобиас почувствовал его горячее дыхание на своем плече. Ной покачивал бедрами вместе с ним, позволяя члену Тобиаса плотно скользить по его кулаку.

Цепи Ноя мягко звякнули, когда соприкоснулись, и один из наручников тяжело уперся Тобиасу в таз. Он ничего не сказал в ответ, просто наслаждался прикосновением пальцев Ноя, скольжением большого пальца по головке и вниз по стволу. Наручники были прохладными, а твердый металл напоминал о том, что Ной закован в цепи ради него. В противовес ощущению тепла Ноя на спине, ощущался острый, сладкий укус желания, подпитывающий его возбуждение. Его яйца начали болеть.

- Остановись, мальчик, или мы испортим наше удовольствие, - сказал он, впиваясь пальцами в ногу Ноя.

Ной молча отпустил Тобиаса и убрал руку.

Тепло его груди сменилось порывом прохладного воздуха, когда Ной шагнул Ной отошёл, снова обойдя Тобиаса. Он взглянул на Тобиаса, а затем быстрым, решительным движением Ной разорвал ткань своих штанов застежкой наручников, разрывая их, пока они не упали на пол клочьями.

Он стоял, обнаженный и закованный в цепи, какое-то мгновение глядя на Тобиаса глубокими карими глазами, а затем так же молча подошел к стене и положил на нее руки, подставляя свою все еще розовую задницу для осмотра «герцогу».

- Ваше удовольствие, Ваша светлость.

Тобиас был рад, что Ной не смотрит на него, так как был уверен, что широкая улыбка на его лице была совершенно не в характере персонажа. Он не спеша достал из кармана смазку и разорвал фольгу на презервативе. Он приблизился к Ною, одной рукой держась рядом с рукой Ноя на стене, а два скользких пальца другой засунув ему в задницу.

- Мне нравится мое удовольствие, - пробормотал он.

Ной ахнул, и его тело на мгновение напряглось. Он выдохнул и застонал, слегка выгибаясь навстречу пальцам Тобиаса.

- Спасибо, Ваша светлость.

- Не за что, мальчик. - Тобиас снова вошел в него, немного медленнее. Он не хотел причинять вред своему мальчику, но хотел, чтобы тот почувствовал. Он осторожно раздвинул пальцы, уговаривая Ноя раскрыться для него, и намеренно коснулся простаты.

- А теперь. Скажи мне, как сильно ты сожалеешь о том, что украл у короля.

- Ах! Сожалею, - выдавил Ной. - Я был неправ, очень неправ. Я недостоин лизать вам сапоги, Ваша светлость. Пожалуйста, я умоляю вас, проявите ко мне милосердие.

- Милосердие? Я должен просто остановиться и позволить тебе выйти отсюда, остановиться и попросить тебя одеться? - Тобиас повернул запястье и добавил еще палец.

- Нет! О, нет, нет... Не останавливайтесь, о, Боже, - протестующе выдохнул Ной, и Тобиас слегка усмехнулся, глядя, как его растерянный мальчик мечется между вором и сабом.

- Ты жаждешь пощады и не хочешь, чтобы я останавливался... тебе нравятся мои пальцы в твоей заднице, щенок, и все же ты предлагаешь это от отчаяния. - Тобиас вздохнул так, как, по его представлениям, должен был вздохнуть многострадальный герцог, и отступил назад, его пальцы выскользнули из Ноя.

- Ах! - Ной оглянулся через плечо. - Ваша светлость?

Тобиас помахал перед ним презервативом.

- Смотри вперед, вор.

Ной снова наклонил голову вперед.

- Ваша светлость, оставьте мне немного гордости и не заставляйте признаваться в тайных, постыдных желаниях, - сказал он, и Тобиас услышал усмешку, хотя и не увидел ее.

В ответ Тобиас фыркнул.

- Я начинаю подозревать, что твои прежние протесты были вовсе не искренними. - Расправляя резинку на члене, он провел рукой по спине Ноя.

- Они сделаны тем человеком, которым я хочу быть, Ваша светлость.

- А вместо этого ты... кто? - Тобиас надавил головкой члена на вход Ноя и начал проникать так медленно, как только мог.

Ной застонал, опуская голову.

- Грешник, Ваша светлость, человек с нечистыми помыслами. Мужчина, предпочитающий укол члена другого мужчины объятиям собственной жены. О... так медленно, так хорошо.

Тобиасу пришлось стиснуть зубы, чтобы не ускориться. Укол чужого члена, действительно. Его собственная задница запульсировала, и он закрыл глаза, продвигаясь все глубже, пока не прижался к заднице Ноя.

- Тебе это нужно? Член в заднице, мужские руки, прижимающие тебя? Мечтаешь о мужском рте, обхватывающем твой член и жестко сосущем его? Ты настолько шлюха, что хочешь двух сразу? - прошептал он, начиная неглубоко толкаться.

- Да! Да, мне это нужно. Да. Я думаю о мужчинах, мечтаю о том, как они прикасаются ко мне, иногда нахожу их в темных, захудалых местах, где меня никто не знает, - Ной тяжело дышал. Он опустил одну руку, чтобы обхватить себя, а другую слегка прижал к стене, соединив с рукой Тобиаса. - Один, двое, пятеро, сосите у меня, трахайте, мне все равно, лишь бы они меня хотели. - Проворчал он, теребя свой член.

Толчки Тобиаса стали более длинными и плавными, он почти полностью выходил и входил обратно, придерживая бедро Ноя одной рукой, а другую повернув ровно настолько, чтобы их пальцы переплелись. Рука Ноя ускорилась, и Тобиас чувствовал, как тот напрягается, спина выгибается, а ноги дрожат.

Наконец, он позволил себе проникнуть глубже, прижавшись бедрами к заднице Ноя.

- Кончи для меня, - настойчиво прошептал он. - Заставь меня кончить тебе в задницу, мальчик. Я хочу чувствовать тебя вокруг себя, хочу чувствовать, как твоё жаждущее тело дрожит и трясётся для меня. Хочу видеть тебя, хочу чувствовать твой запах, хочу слышать, как ты кончаешь для меня.

Ной издал сдавленный скулящий звук и кивнул.

- Да... для вас, - всхлипнул он и задохнулся, когда его захлестнула волна оргазма. Тобиас почувствовал это с самого первого мгновения, когда его пальцы на ногах подогнулись, а тело напряглось, и до того момента, когда Ной прижался к нему и брызнул горячей жидкостью ему на пальцы. Он сжал пальцы Тобиаса и медленно задвигал бедрами, кончая, тяжело дыша. - Для вас, - повторил он.

- Для меня. - Тобиас застонал и чуть-чуть отодвинулся, ровно настолько, чтобы потереться, а потом снова вошел и кончил, его член пульсировал. - Мой мальчик. О боже, Ной! Милый!

- Да, да, сэр. Боже, да, - тихо пробормотал Ной, прижимаясь спиной к груди Тобиаса и крепче сжимая его пальцы. - Так хорошо, так горячо, - сказал он, поворачивая голову, пока его губы не коснулись волос Тобиаса. - Люблю вас, сэр. Люблю вас.

Тобиас заставил себя дышать ровно, чтобы не ахнуть и не сказать какую-нибудь глупость, но это было на грани. С ним такое уже случалось, в такие напряженные моменты, когда все выплескивалось наружу, и он не собирался позволять Ною паниковать из-за этого. Они могут поговорить позже, и поговорят, но в этот момент ему нужно было позаботиться о своем мальчике. Он осторожно отстранился, ровно настолько, чтобы его обмякший член выскользнул на свободу, а затем развернул Ноя и целовал, до потери дыхания.

Ной жадно целовал его в ответ, и когда они, наконец, оторвались друг от друга, он тяжело дышал и улыбался.

- Простите, сэр, - сказал он, тихо посмеиваясь. - Мне просто нужно передохнуть минутку...

- Если настаиваешь. - Тобиас улыбнулся ему и поцеловал в кончик носа. Он демонстративно прислонил его к стене и пошел за ключом, по пути избавившись от презерватива. - Теперь лучше? - спросил он, опускаясь на колени, освобождая лодыжки Ноя.

- Лучше. Отлично, да, сэр, - сказал Ной, медленно кивая. - Боже, какие тяжелые кандалы.

Тобиас рассмеялся, цепи громко звякнули, упав с ног Ноя.

- Думаю, так и есть. Все еще хочешь стальной ошейник, мальчик?

- О, да. Теперь даже больше, - сказал Ной, все еще улыбаясь, но немного успокоившись. Он вздохнул. - Я испортил концовку сцены? Извините, сэр.

Тобиас поморщился, освобождая запястья Ноя.

- Нет, это я. Сомневаюсь, что герцог стал бы с нежностью называть воришку «милый», а?

- Верно. Но мне все равно понравилось.

- О, хорошо. - Тобиас улыбнулся ему и снова поцеловал в нос. - А теперь мы подошли к той части, которая мне нравится. Где ты приводишь себя в порядок, я наблюдаю, а потом мы принимаем ванну. Принимайся за работу, мой маленький воришка, и можешь вернуться домой в моей одежде. Твоя, похоже, уже... погибла.

- Трагическая, но очень сексуальная смерть. - Ной ухмыльнулся, подобрал с пола лохмотья и направился к одному из ящиков за чистящими средствами.





род растений семейства Яснотковые, однолетние растения, полукустарники или кустарники. Представители рода распространены преимущественно в странах Средиземноморья и Азии, используется как пряность, добавляемая в разные блюда. Его острые ноты сочетаются с мясом, рыбой, овощами и грибами.





Часть 28


Синие джинсы, ботинки «Харли»[1], чёрный свитер с высоким воротником, кожаная куртка. Для него было важно выглядеть как настоящий полицейский вне службы. Когда Ной вернулся из деревни, на автоответчике было сообщение от Фана, в котором говорилось, что нет, тайская кухня ему не подходит, он хочет индийской, и он знает небольшой ресторанчик с отличной кухней. Ной был готов к вкусной еде, но не к расположению ресторана. Он очень хорошо знал этот район и окрестности. Он регулярно ездил по нему; на самом деле, сегодня они с напарником проезжали мимо этого ресторана шесть или восемь раз.

Ной постоял немного на улице, размышляя, не станет ли сегодняшний вечер тем вечером, когда он, наконец-то, начнёт пить. Он определенно нервничал. Он просто надеялся, что внутри не окажется никого из его знакомых, кто мог бы подслушать их разговор. Сделав глубокий вдох и стараясь выглядеть дружелюбным, он открыл дверь и вошел внутрь. До него донесся запах теплого, острого карри, одного из его любимых блюд, и внезапно идея индийской кухни показалась ему гораздо привлекательнее.

Он еще не успел привыкнуть к свету, когда чья-то рука легла на его запястье, и Фан возник рядом с ним.

- Привет Ной, ты как раз вовремя. Я занял столик в глубине, пойдем. - А потом исчез, проскользнув через крошечные промежутки между столиками, предназначенные для официантов. Волосы Фана по-прежнему были цвета яркой меди, но в остальном он выглядел совсем не так, как ожидал Ной; исчезла кожаная одежда и показная роскошь, оставив Фана похожим на обычного человека. По-прежнему энергичного, но довольно невзрачного в джинсах и светло-голубой толстовке.

Ной последовал за ним, поскольку у него не было выбора, и, конечно же, они оказались в конце зала - в самом конце, и Фан сел спиной к двери, позволяя Ною хорошо видеть зал.

Ной ухмыльнулся.

- И тебе привет, - сказал он со смехом. - Ты знал, что это был мой участок, или это совпадение?

Фан ухмыльнулся и пожал плечами.

- Предположил. Подумал, если ты работаешь на окраине, то тебе нужно увидеть мою часть города, а если ты ее знаешь, то еще лучше. У тебя с собой пистолет? И ты уверен, что не актив - выглядишь охуенно горячо, чувак.

Ной слегка приподнял ботинок и джинсы, чтобы показать Фану кобуру на лодыжке; это все, что он собирался сказать о своем пистолете.

- Я несколько раз бывал сверху, но это совсем не мое. Кроме того, в данный момент у меня контракт, на случай, если ты не заметил. - Он задумался, насколько комплимент был искренним, а насколько — попыткой разрядить обстановку, но какая разница, в самом деле? Фан старался быть дружелюбным, и Ной это оценил.

Он снял куртку и повесил на спинку стула.

- Значит, ты живешь где-то поблизости? Я живу примерно в шести кварталах к северу. Мы практически соседи. Боже, как здесь вкусно пахнет, сто лет не ел индийскую кухню.

- Я тоже. - Фан снова улыбнулся ему и склонил голову набок, отчего стал похож на любопытного щенка. - Я живу в нескольких кварталах к востоку. Раньше я часто обедал здесь. И тебе не обязательно быть Домом, чтобы быть сверху, если понимаешь о чем я, но это не мое дело. Итак, как прошли выходные?

Ну, Ной бы и не догадался об этом в отношении Тобиаса, но, несмотря на своё смущение, решил, что лучше не исключать такой возможности.

- Хм. Спасибо за наколку. Выходные были замечательными, спасибо.

- Круто. Итак, зачем я здесь? Не считая еды и всего остального? Нет ничего лучше, чем сразу перейти к делу, не так ли?

Ной посмотрел на Фана и вздохнул.

- Честно? Потому что, по какой-то причине, меня задел тот факт, что вы с Тобиасом всё ещё друзья, и мне нужно отпустить это. Надеюсь, что, немного узнав тебя, я смогу это сделать.

Фан долго смотрел на него, его глаза были серьезными, а губы сжаты в тонкую линию. Затем он вдруг просиял и рассмеялся, и этот радостный звук мог стать заразительным, если бы Ной не был так напряжен.

- Хорошо. Познакомься со мной. Ты либо полюбишь меня, либо воспользуешься своим пистолетом, и это будет целое приключение, выяснить, что именно из этого. - Фантом откинулся назад и ухмыльнулся. - Спорим, Тобиасу это очень нравится. Я уже слышу, как он обеспокоенно и твердо говорит: «Боже, раньше от этого я чуть не обкончал джинсы».

Ной не стал смеяться вместе с ним, ему не очень-то хотелось этого делать.

- Уверен, Тобиас сказал тебе, что он об этом думает, когда ты посоветовался с ним, прежде чем принять мое приглашение.

Улыбка Фана стала чуть шире.

- Ага. Сэр был очень рад, что ты позвонил. Он сказал мне, что не возражает, что хочет, чтобы тебе было комфортно от моего... присутствия в его жизни. Ты разозлился, что я ему позвонил?

- Разозлился? Не совсем. Немного раздражен. Я не привык, чтобы люди исправляли мои ошибки за меня, - вздохнул Ной. - Возможно, с моей стороны было неправильно позвонить тебе, не предупредив его, но доносить на меня было необязательно, не так ли?

Фан покачал головой.

- Это не имело к тебе никакого отношения, малыш. Это между мной и Тобиасом - я ни за что на свете не встречусь с его новым парнем, не согласовав с ним. Я обязан ему жизнью - с моей стороны было бы глупо действовать за его спиной, не так ли?

- Хм. Что ж, в чем-то ты прав. Конечно, он так не сказал, но, возможно, он искал повод отшлепать меня. - На этот раз Ной ухмыльнулся и сделал глоток воды.

Фан рассмеялся.

- Да, бьюсь об заклад, для тебя это было ужасно. - Он снова наклонил голову, и Ной увидел, как блеснула золотая серьга. - Как же он это преподнёс?

- Что мое время принадлежит ему, и если хочу пригласить кого-то на ужин, мне лучше быть готовым сначала спросить у него разрешения... - Что-то не давало ему покоя, то, что Фан сказал минуту назад. - Подожди, что значит, ты обязан ему жизнью?

Фан махнул рукой.

- Знаешь, он прав, - сказал он, игнорируя вопрос Ноя. - Ты подписал контракт - он знает, где ты и чем занимаешься, и, детка, если он пожелает, тебе лучше подскочить. Не то чтобы это плохо - это то, чего ты хочешь, верно? Ты хочешь, чтобы кто-то так сильно заботился о тебе, хотел защитить тебя, что отказываешься от контроля над своим свободным временем. - Фан наклонился над столом и пристально посмотрел на него. - Разве нет?

Ной перегнулся через стол, подражая Фану, и уставился прямо на него.

- Да. Это именно то, чего я хочу. И я знаю, что он прав. В целом он прав. Моя задница до сих пор приятно болит от этого.

- Хорошо. Тогда что за хуйня, что я тебя сдал? Перестань так себя вести, добьешься большего. - Фан пристально посмотрел на него, сидя в нескольких дюймах от него, а затем внезапно подался вперед и поцеловал его в нос, прежде чем со смехом откинуться на спинку стула. - Теперь тебе лучше?

Ной фыркнул, откидываясь на спинку стула и уставившись на него. Парень определенно заводила. Он безнадежно колебался между раздражением и весельем.

- Не могу решить, сумасшедший ты или просто издеваешься надо мной, - тихо сказал он. - Я решил, что ты издеваешься надо мной, и, честно говоря, не могу тебя винить. Знаю, наверное, я кажусь тебе до смешного нуждающимся, но сделай одолжение? Это мой участок, так что не целуй меня больше, ладно?

Глаза Фана расширились почти комично.

- О, ради... ладно. Как будто кому-то здесь есть до этого дело, или как будто я могу навредить мальчику сэра. - Он на мгновение надулся, а затем закатил глаза. - Отлично. Больше никаких поцелуев. И что теперь?

- Просто здесь, на моем участке. Можешь целовать меня где угодно, если Тобиас не против, верно? - Ной подмигнул ему. Он решил, что ему нужно лучше освоить эту игру, иначе Фан уйдёт, подумав, что он высокомерный осёл. А это было не так. Ну, во всяком случае, не всегда. - В любом другом месте я был бы польщен. Ты прелесть, я понимаю, о чем говорил Тобиас.

Фан приосанился. Он даже прихорошился, его голова была повёрнута под нужным углом, а нижняя губа - пухлой и надутой.

- Значит, минет не исключен? Круто. - Ной был почти уверен, что он шутит. - Что ты имеешь в виду, говоря, что Тобиас обо мне говорит?

- О, он просто хорошо отзывается о тебе. Мы уже сделали заказ? Не думаю, что заказали, - сказал Ной, стараясь не думать о том, как Фан делает ему минет. - Я угощаю, выпей стаканчик-другой, если хочешь.

- Не пью, но все равно спасибо, - сказал Фан, подзывая официантку. - Кэти, это мой друг Ной. Налей ему всего самого лучшего, ладно?

Крошечная девочка, которой на вид было не больше шестнадцати, застенчиво кивнула.

- А тебе?

- Твоя мама знает, милая. О, и побольше воды со льдом, а также то, что закажет Ной.

Ной взглянул на Фана, а затем снова на официантку.

- Я буду то же, что и он, а воду можешь налить в кувшин. - Ной наблюдал, как девушка кивнула и поспешила уйти. - Я тоже не пью.

- Почему? - Вопрос был задан как бы между прочим, но поза Фана слегка изменилась. Он внезапно стал сосредоточенным, как будто не собирался воспринимать это как шутку. Серьезный Фан был совершенно другим существом, но перемена была едва заметной.

Его доводы были просты, и он был не прочь их обсудить.

- Алкоголь так же опасен, как и любой другой наркотик, - пожал плечами Ной. - Он ухудшает способность суждения, - сказал он с усмешкой, - А у меня и без него хватает проблем с неправильными суждениями. А ты?

- Тобиас. Я сказал, что обязан ему жизнью - это правда.

- Я не сомневаюсь, что это правда. Он спасает меня от самых разных вещей. Не возражаешь, если я спрошу, что произошло?

Фан пожал плечами.

- Однажды вечером он повел меня наверх, в клубе. Я хотел большего, но он отказал. Я спросил почему, и он сказал, что я на грани срыва, и он не возьмет меня, если я не смогу отдать ему все, позволить ему помочь. Поэтому я уехал из города, нашел недельную вечеринку и потерялся. Проснулся несчастным и больным и отправился на детоксикацию. Тобиас приходил навестить меня.

Ной медленно кивнул. Большинство людей думали, что его решение не пить, и, по сути, его сильное отвращение к тем, кто злоупотребляет алкоголем, было своего рода активизмом или проявлением высокомерия. По крайней мере, именно поэтому его обычно дразнили из-за этого, когда он гулял с ребятами с работы. Но на самом деле причина была в людях, которые просто не понимали, когда теряют контроль над собой. В людях, которым нужна помощь. В людях вроде Дэвида.

- Он заботился о тебе, конечно, он так и поступил. - Он изо всех сил старался говорить серьезно, чтобы дать Фан понять, что он все понимает. - С твоей стороны было храбро пойти.

- Это было... необходимо. Я был напуган, понимаешь? Я терял время, терял работу, терял все - и мне некуда было идти, и не на кого было опереться, - Фан пристально посмотрел на него. - Тобиас искал меня. Когда я снова не появился в клубе, он поспрашивал у знакомых. Он специально спрашивал, когда я в компании, когда я трезв. А потом он появился и спросил, собираюсь ли я оставаться трезвым.

- И тогда он взял тебя к себе? - Ной начинал понимать, что их связывает нечто большее, чем просто контракт.

Фан ухмыльнулся.

- Нет. Не хотел иметь со мной ничего общего, пока я не убедил его, что больше не хочу пить, что я знаю, что мне понадобится помощь, чтобы оставаться трезвым. Тогда он забрал меня. Посадил меня в глубокое подчинение примерно на два месяца, кажется - это было безумие. Впервые мне не нужно было думать, вообще. Единственное, что имело значение - забота о нем. Он выбирал мне одежду, еду, говорил, когда ложиться спать. Я всего лишь выполнял работу по дому и все такое прочее.

Ной вздохнул.

- Что ж, понимаю, что ты подразумеваешь под спасением своей жизни. Ты всегда жил с ним?

- В основном. У нас не было секса... ну, месяцы. И мы не были любовниками почти, черт возьми, год после того, как он меня забрал, - Фан откинулся на спинку стула, когда появилась Кэти с подносом, уставленным тарелками. Блюда с курицей, рисом, говядиной и овощами быстро заполнили стол, и Фан критически оглядел их. - Лучше принеси еще воды, Кэти.

- Выглядит очень острым, - заметил Ной.

- Да ладно, чувак. Ты любишь острое - ты же с Тобиасом. - Фан подмигнул.

- Нет, пикантное - хорошо. Острое - здорово, - засмеялся Ной, берясь за вилку.

- Хорошо, твоя очередь. Почему он так сильно тебе нужен, что ты боишься, что я его заберу? Потому что этого не произойдет. Мы уже проходили это, и у нас ничего не вышло.

Это был справедливый вопрос, особенно в свете того, насколько честным Фан только что был с ним, но от этого ответить было не легче.

- Назови это неуверенностью. У меня было несколько неудачных опытов подряд, и я, честно говоря, уже отчаялся найти подходящего мне Дома, не говоря уже о том, чтобы найти того, кто смог бы справиться с моими проблемами. Я перепробовал почти всех в клубе. Поэтому, когда Бредфорд познакомил меня с Тобиасом, который меня совсем не знал, и я собирался в тот вечер впервые за более чем год отдаться ему - я так быстро ему доверился - это было страшно. А потом он дал мне свой пейджер, чтобы встретиться снова, когда я был уверен, что он ни за что не захочет встречаться с таким сломленным человеком, как я… - Ной вздохнул.

Это прозвучало гораздо более бессвязно, чем он хотел, но, каким-то образом, Фан тоже внушал доверие.

- Я твердо верю, что у него есть все необходимое, чтобы снова собрать Шалтая-болтая, если понимаешь, о чем я. И теперь, когда у меня это есть... - Он поковырял в рисе, покачал головой и замолчал.

- Ты же не хочешь, чтобы кто-то все испортил. Понимаю. - Фан поковырял в курице. - Я не знаю, как много могу рассказать тебе о нашем разрыве. В смысле, это и его дерьмо тоже, понимаешь? Я могу попробовать, потому что не думаю, что ты поймешь, пока не услышишь хотя бы часть этого.

Ной посмотрел на Фана. Он собирался спросить, он хотел знать, но не знал, как об этом заговорить. Фан, к счастью, просто сделал это за него.

- Тогда просто выкладывай все, что можешь. Он поделится со мной своим, когда будет готов.

Удивительно, но Фан согласился не сразу.

- Да, возможно. Он может быть таким... ну, он держит это при себе. Если он не хочет говорить, то не будет. А потом наоборот, говорит и говорит... - Фан съел немного риса и поднял свой стакан с водой. - Ладно. Моя часть. Итак, после первого года вместе. Мы живем вместе, мы занимаемся темой Дом/саб 24 часа в сутки 7 дней в неделю, но не полностью, просто... Я забочусь о нем, он заботится обо мне. Я могу делать, что хочу, просто уважаю его настолько, что даю ему знать, куда иду, понимаешь?

- Звучит как неплохой вариант. - Ной вынужден был признаться самому себе, что на самом деле это звучало, как чертовски хороший вариант. Ной принялся за рис, запивая его водой между кусочками, чтобы не поддаваться эмоциям.

- Так и было. И так продолжалось три года. За исключением того, что он бил меня недостаточно сильно, не использовал кнут, пока я не умолял так сильно, что, казалось, сломаюсь, и то, только потому, что ему было больно видеть меня таким. Мы начали ездить к Бредфорду; Тобиас смотрел, как я истекаю кровью, и обрабатывал мои раны, и мы оба плакали.

- Тобиас сказал мне, что тебе нужно было больше боли, чем он мог тебе причинить, - сказал Ной, кивнув, но не стал говорить Фану, что один из первых вопросов, который задал ему Тобиас, был о том, не является ли он «любителем боли». Ной также хорошо знал о масштабах боли, которую причинял Бредфорд, и слезы у него появлялись быстро.

Фан пожал плечами, но смотрел на стол, а не на Ноя.

- Он - ветеринар. Он проводит все свое время, успокаивая животных, следя за тем, чтобы им не было больно. Не думаю, что это в его характере. - Он на мгновение поднял взгляд и слабо улыбнулся. - Но мы любили друг друга, ясно? Поэтому мы попытались перейти границу по-другому. Он отнял у меня все, все мои права, каждый доллар, все средства, что у меня были, чтобы жить без него. И я подписал контракт, сделав его своим владельцем.

Ной уже знал, что это приведет их к катастрофе, и ненавидел, что Фану приходится вспоминать об этом, но он действительно верил, что это то, что ему нужно знать, чтобы покончить с ревностью раз и навсегда. Он был уверен, что уже почти добрался до цели и что эта встреча, в конце концов, была отличной идеей. Он решил помочь Фану, рассказав то немногое, что уже знал.

- Тобиас сказал мне, что это была неправильная граница, он сказал мне, что в конечном итоге это привело к вашему разрыву.

Фан невесело рассмеялся.

- Да. Оказывается, мне было нужно что-то, чего он не мог мне дать, что бы он ни делал.

- Прости, - сказал Ной, импульсивно потянувшись через стол и не заботясь о том, что кто-то может увидеть, коснулся руки Фана. - Как ты в итоге это понял? Ты разорвал контракт или дождался его окончания?

- Я, э-э... мне пришлось… - Фан внезапно замолчал и быстро заморгал. - Прости, малыш. Это его часть. Но поверь - нам обоим было больно. Послушай, я люблю его, понимаешь? И всегда буду любить. Но я больше не люблю его. После того, как мы расстались, нам было больно очень, очень долго, однажды мы даже пытались снова сойтись. Но мы расстались по всем правильным причинам. Я люблю его, и всегда буду рядом с ним, но он не мой. - Ярко-голубые глаза встретились с его, и Ной поймал себя на мысли, что Фан не мог жить так, откровенно и открыто; он бы сошел с ума. - Он твой. Старайся изо всех сил, хорошо? Он этого заслуживает.

Ной пристально посмотрел в глаза Фану, тщательно обдумывая свой ответ, прежде чем, наконец, произнести.

- Обещаю, - сказал он со всей серьезностью. - Он, правда, этого заслуживает. - Он еще раз обдумал свои слова, а затем сжал руку Фана. - Послушай, я вижу, что никак не смог бы разлучить вас двоих, даже если бы захотел, и ты должен знать, что я этого не сделаю. Я не хочу. Я уважаю то, что есть у вас, ясно? Это действительно редкий вид дружбы. Я рад, что мы это сделали, для меня это имело огромное значение, и надеюсь, что ты тоже извлекаешь из этого пользу.

- Я ужинаю с горячим копом, - сказал Фан со слабой улыбкой. Он сжал руку Ноя в ответ. - Я тоже рад, - тихо сказал он. - Ты делаешь то, что должен, и у тебя, очевидно, к нему серьезные чувства. Это делает меня счастливым. Хочешь знать, как его поразить?

- Это был вопрос на миллион, после того как я спросил тебя, почему вы расстались, - пошутил Ной, помогая Фану поднять настроение.

Фан ухмыльнулся и, наконец, отпустил руку Ноя, в последний раз сжав ее.

- Ты спишь прикованным к кровати или в постели? Потому что это можно сделать двумя способами. - Он взял вилку и набросился на блюдо с маринованной зеленой фасолью.

- Зависит от вечера, пока что в равной степени, - ответил Ной.

- Ладно, если ты сообразительный маленький саб, то понял, что у тебя достаточно цепи, чтобы ты мог забраться в постель и отсосать ему утром, да? А если ты в постели, есть вероятность, что он все равно что-нибудь предпримет, верно?

Ной рассмеялся.

- Бывало и такое, пару раз.

- Хорошо. А теперь вот что. Вечером, перед тем как лечь спать, принеси ему чай - травяной, без кофеина. По какой-то причине, чай заставляет его чаще менять позу ближе к рассвету - он, вероятно, мог бы объяснить тебе, почему, но, честно говоря, мне все равно. И когда зазвенит будильник, он должен лежать на животе. Во всяком случае, если тебе повезет.

Ной приподнял бровь, сделав паузу ровно настолько, чтобы сказать:

- Это становится интересным, - прежде чем откусить кусочек самого острого цыпленка, которого он когда-либо пробовал. - О, боже мой. - Он схватил воду.

- Осторожнее с цыпленком, он кусается, - невозмутимо заметил Фан. - В любом случае, если сможешь уложить его на живот, ложись на кровать снизу, как и положено, чтобы отсосать ему. А потом просто... оближи его под коленом. Это всколыхнет его, и он раскроется шире. Набрасывайся и послушай, как он кричит - он сходит с ума. Лучше, чем любой утренний минет.

- Реально? - Ной понимал, что слишком широко улыбается, говоря о такой простой вещи, как римминг, но, если это сводит мужчину с ума, он с удовольствием этим воспользуется. - Отличный совет; будильник с минетом уже немного… приелся.

- Он кричит.

- Он поймет, что к чему, когда я предложу принести ему чаю перед сном. - Ной рассмеялся.

Фан покачал головой.

- Нет. Не думаю, что он когда-либо догадывался. О, а если спишь в кровати?

- Угу? - Ной снова попробовал курицу; она была острой, но, черт возьми, вкусной.

Фан подмигнул и облизал губы, выглядя особенно озорно, как сумасшедший эльф.

- Ложись спать, смазавшись, если можешь, или выскользни, когда он совсем заснет, и подготовься. Когда придет время его... поднять, сделай ему минет, как обычно, но прямо перед тем, как он кончит, сядь ему на член.

- О-о-о, - выдохнул Ной и почувствовал, как его собственный член отреагировал на это предложение. - О, это порочно. Прекрасно. Ты гораздо более изобретателен, чем я.

- Возможно, просто еще больший извращенец, - сказал Фан, подмигнув. - Он тебя учит ходить на поводке?

- О, да, - Ной заметно поморщился. - Ебаные зажимы.

Фан фыркнул.

- Радуйся, что не на твоем члене. В любом случае, если можешь, все время ходи на цыпочках - например, когда идешь в конюшню или еще куда-нибудь? Он даже не замечает, но это делает его… счастливым. Довольным. А это приносит тебе поцелуи, прикосновения и сон в постели.

- Я кое-что из этого делал, в основном для собственной практики, без этих чертовых зажимов. - Ной ухмыльнулся; это было весело. Он задавался вопросом, понравится ли Тобиасу или нет, но решил, что тот должен знать, что они будут обмениваться секретами. - Я буду делать это почаще. Итак, какие еще горячие точки, помимо очевидных? В субботу я случайно нашел одну на его правом плече.

- О, вот это хорошая точка. Ещё одна прямо над пупком, и ради бога, не забудь про его соски. Его восхищение тобой коренится в его собственном члене. - Фан задумчиво кивнул и покончил с фасолью. - Если будет возможность, попроси принести в дом несколько дилдо. Они ему очень-очень нравятся, но почему-то он считает их излишеством.

- Я задумался об этом, мне показалось странным, что он оставил большую часть игрушек в сарае, - сказал Ной, откладывая вилку. - Это было восхитительно.

- Рад, что тебе понравилось, - сказал Фан, снова улыбнувшись. - Думаю, этого мне хватит на несколько дней. И да, ему нравится, когда они лежат в игровой, но если сможешь уговорить его взять несколько в дом, это будет хорошо для вас обоих. Он склонен разделять все на части, сам того не осознавая.

- Все на своих местах, - поддразнил Ной. - Итак, эй, у тебя сейчас есть кто-нибудь?

Фан пожал плечами.

- Не совсем. Я немного играю, но это не то, что у тебя. В основном у меня есть потребности, и Бредфорд их удовлетворяет. Мы же друзья, так что это помогает. - Он посмотрел на Ноя и снова наклонил голову. - Ты так долго ждал этого, малыш. Он сделает все, что в его силах, и ты пойди ему навстречу, то есть... что ж, если не я, то ты справишься. - Он подмигнул и поднял свой бокал в небрежном приветствии.

Ной покачал головой.

- Мне придется присматривать за тобой, да? Слушай, у тебя есть мой номер? Давай повторим. У меня не так много друзей в теме, и приятно пообщаться, когда не нужно время от времени заглядывать в личные дела. - Ной помахал своей кредиткой официантке, и она поспешила забрать ее.

- Конечно, если хочешь. Хм. Но ты рассердишься, если мы всё уладим с этим мужчиной?

Ной поднял глаза и заметил ухмылку на лице Фана. Маленький проказник. Он рассмеялся.

- Нет. В следующий раз я спрошу его, прежде чем строить какие-либо планы. - Он легонько похлопал себя по заднице. - Я усвоил урок, малец.

- Для тебя это мистер Малец. Или даже Фантом Великолепный. Возможно, «О да, вот так, я люблю твой язычок», если мы правильно разыграем. - И тут он просто засмеялся, подпрыгивал и был таким маленьким, что Ной вспомнил, что тот, возможно, всё-таки сошёл с ума.

- Ну что ж, Фантом Великолепный, я бы предложил подвезти тебя домой, но я на своих двоих. Откуда у тебя такое имя - Фантом?

- Мама была привидением, а папа - ведьмаком. - Он казался серьезным. - И, как уже сказал, я живу всего в нескольких кварталах отсюда, так что все в порядке. Спасибо за ужин, Ной. Передай сэру привет, и я все равно буду лизать ему ботинки, если он позволит.

Ной подписал чек и убрал свою кредитку обратно в бумажник.

- Будет сделано. Возможно, он позвонит мне завтра и спросит об этом, - подмигнул он, вставая и натягивая куртку. - Рад познакомиться, спасибо за твою откровенность, я ценю это, - сказал он и протянул руку.

- Без проблем, - сказал Фан, пожимая ему руку. - Всегда приятно поговорить о Тобиасе. Я скучаю по нему, понимаешь? Береги его.

Ной кивнул, зная, что Фан говорит это совершенно искренне.

- И ты береги себя, - ответил Ной, и, не желая задерживаться, повернулся и вышел из ресторана.





обувь, производимая компанией Harley-Davidson или её партнёром Wolverine Worldwide. Она сочетает стиль, комфорт и долговечность, часто ассоциируется с байкерской культурой





Часть 29


Тобиас не волновался. Он не волновался. Совсем.

Он знал, что Ной и Фан могут поужинать вместе, и никто из них не пострадает.

В основном.

В квартире Тобиаса был включен весь свет, а стереосистема играла раннего Боуи. Он подозревал, что у него плохое настроение, и не знал, как от него избавиться, кроме как позвонить Ною и узнать как у него дела. Он снова посмотрел на часы и задумался, как долго продлится ужин между ними двумя.

Поморщившись, он понял, что ужин будет либо очень быстрым, либо слишком долгим. Золотая середина с Фаном и Ноем казалась маловероятной.

В половине десятого он держал телефон в руке и отказывался набирать номер. В девять сорок пять он обозвал себя идиотом и положил трубку. В десять он позвонил.

Телефон звонил и звонил. Тобиас хотел повесить трубку, но Ной ответил после третьего гудка.

- Все прошло хорошо, сэр, - сказал он вместо «здравствуйте, сэр» или чего-то еще, чего Тобиас, возможно, ожидал. Его мальчик раскусил его.

Тобиас фыркнул.

- Терпеть не могу определитель номера.

- Извините, сэр. Позвольте, я попробую еще раз, - Ной прочистил горло, и Тобиас услышал, как он усмехнулся, когда сказал: - Алло?

- Привет, сопляк. - Он закатил глаза, уверенный, что Ной его не видит. - Надеюсь, вы не причинили друг другу вреда?

- Вы думали, мы устроим кошачью драку? - Ной рассмеялся. - Нет, нет... вначале у нас были пару моментов, когда я нервничал и защищался, а он - наоборот... Не знаю, из-за перепада настроения или чего-то еще, может, он тоже был немного встревожен. Но мы это уладили, и в итоге у нас получился очень приятный, взрослый, поучительный разговор. Он мне нравится. Я понимаю, почему он вам нравится. И вот так, вблизи, о боже, эти глаза...

Тобиас не знал, с чего начать.

- Насколько поучительно? И это не перепады настроения, просто Фан такой и есть. У него красивые глаза, да. - Он тяжело уселся. Он был совершенно уверен, что должен был лечь на диван еще до того, как набрал номер.

- Поучительно, но мы говорили в основном о нем, сэр. Думаю, все началось с того, что он спросил меня, почему я не пью. Я рассказал ему, а потом спросил его в ответ. Он рассказал мне о своем алкоголизме и детоксикации - это были очень личные вещи, и я смог ему немного посочувствовать. Он рассказал мне, как вы приехали за ним, забрали его к себе и ухаживали за ним. Он рассказал мне о том, как далеко вы зашли, пытаясь наладить отношения, как заручились помощью Бредфорда и, наконец, заключили контракт на рабство.

Ной вздохнул и продолжил.

- Фан сделал мне настоящий подарок, сэр. Он помог мне понять, почему между вами такая сильная связь, и увидеть, что ваши узы выходят далеко за рамки дружбы. Он замечательный человек. Он многим вам обязан и знает это. Он считает, что вы спасли ему жизнь, и думаю, он прав. Он очень сильно любит вас. Он просто хочет, чтобы вы были счастливы, и я пообещал ему, что сделаю все, что в моих силах.

Тобиас откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.

- Фан слишком много болтает, - сказал он, не удивившись, своему хриплому голосу. - Я... Я рад, что вы двое смогли поговорить друг с другом о таких... личных вещах.

- Сэр, - сказал Ной; должно быть, он что-то заметил. - Фан был очень осторожен. Он хотел, чтобы я понял, но не стал вдаваться в подробности. Кроме того, он предпочел ничего не рассказывать мне о том, как вы расстались, только то, что я уже знаю от вас, - голос Ноя был мягким и ободряющим. - Я не настаивал на большем, сэр. Если вы хотите, чтобы я знал, или вам нужно поговорить об этом, я верю, что вы это сделаете. До тех пор мне незачем знать, это не мое дело.

- Нет, нет. Я... - вздохнул Тобиас. - Прости, милый. Наверное, я немного сбит с толку. Я более или менее предполагал, что вы двое поговорите на более общие темы и не будете углубляться в подробности. И не хочу, чтобы ты думал, что я что-то скрываю от тебя, потому что это не так; я просто не... готов рассказать о том, что произошло в конце.

- Все в порядке. Я это знаю, он это знал, и мы просто не стали затрагивать эту тему. Я уважаю это, сэр. Мы, вероятно, просто поверхностно обсудили бы все остальное, если бы нас не объединило общее желание не пить. - Ной снова вздохнул в трубку, и Тобиас услышал, как он роется на другом конце провода. - Сэр, с вами все в порядке? Хотите, чтобы я пришел? Нам не обязательно ни о чем говорить, но, возможно, вы не хотите оставаться одни. Я мог бы приготовить вам ванну, сделать чай... У меня много больничных, я не беспокоюсь о том, что не высплюсь.

Он на мгновение задумался и довольно сознательно отбросил чувство вины за то, что потащит Ноя по всему городу в будний вечер. Ванна и чай, теплое тело, с которым можно спать… это звучало чудесно.

- У меня все хорошо, милый, - заверил он Ноя. - Но, честно говоря, невозможно устоять перед предложением выпить чаю. Я пришлю за тобой машину, собери сумку и будь готов примерно через пятнадцать минут.

- Буду, сэр, - ответил Ной с некоторым облегчением в голосе.

- Хорошо. Скоро увидимся. - Тобиас отключился, зная, что Ной не повесит трубку первым, и набрал номер своего гаража. В короткие сроки он договорился, чтобы кто-то забрал Ноя, и чтобы другой водитель был готов утром доставить его либо домой, либо в полицейский участок.

Учитывая время суток, он предположил, что Ной прибудет в течение получаса, поскольку траффик был небольшим, поэтому он позвонил в службу безопасности здания и сообщил, что ожидает гостя, а затем попытался чем-нибудь себя занять. Разглядывание огней уже не отвлекало его так, как обычно, и он переключился на телевизор, автоматически переключая каналы, пока не нашел что-то менее раздражающее, чем реалити-шоу.

Когда зазвонил домашний телефон, извещая о том, что Ной поднимается, он почувствовал, что немного расслабился. Открывая дверь в холл, он сказал себе, что не торопится, просто не хочет заставлять Ноя ждать.

Ной появился в том, в чем, по-видимому, был на ужине, - черном свитере с высоким воротом и джинсах, а на плече у него висела спортивная сумка. Он улыбнулся и на мгновение встретился взглядом с Тобиасом, когда выходил из лифта и, приблизившись, опустил глаза.

- Вот это способ передвижения, должен сказать, - пошутил он, еще стоя в коридоре, затем поцеловал Тобиаса и проскользнул мимо него в свою квартиру. - И это отличное здание. Ого.

Тобиас улыбнулся и включил сигнализацию.

- Мне нравится. Ты привязываешься к машине, малыш. Или дело в водителе? - Подразнил он.

- Хорхе? Он симпатичный, но нет, определенно из-за колес. - Ной немного побродил по комнате, заглядывая в гостиную. - О, только посмотрите, какой вид. - Он подошел к окну. - Пятнадцать минут назад я был прямо… там. - Ной ткнул пальцем в окно, чтобы указать место, и прищурил один глаз.

Тобиас подошел к нему сзади и прижался всем телом к Ною.

- Где? - спросил он, обнимая Ноя за талию.

- Где именно? - Спросил Ной, прижимаясь спиной к Тобиасу. - Ну, это Линкольн, верно? Итак, раз, два, три, четыре, пять... через шесть светофоров видите тот фиолетовый рекламный щит?

- Да, - ответил Тобиас.

- Хорошо, тогда по прямой оттуда, и вот, видите мигающий желтый неоновый свет? Это клуб «Солнце», вы знаете, где он находится? Я живу примерно в двух кварталах к югу от него. Это дальше, чем кажется отсюда. Мы с Фаном практически соседи. Он живет в нескольких кварталах к востоку. - Ной склонился к Тобиасу. - Но на самом деле вас это не волнует, верно? Хотите, я поставлю чайник? - поддразнил он.

- Было бы чудесно выпить чаю. - Он не отпускал его. - Я знаю, где живет Фан, но не думал, что вы так близко. Вы двое о многом поговорили, верно?

- Еда была острой, мы не могли есть слишком быстро, - Ной повернулся в объятиях Тобиаса и положил голову ему на плечо. - Замечательное местечко, у него хороший вкус.

- Ты так думаешь? - Тобиас крепко обнял своего мальчика, наслаждаясь его прикосновениями, запахом его волос и теплом его тела. - Я рад, что все прошло хорошо, Ной. Спасибо.

- Спасибо, что предложили, сэр. Это действительно имело значение. И мы договорились, что как-нибудь встретиться снова. О, Фан просил меня передать привет, а также, что он все равно будет лизать вам ботинки, если позволите, - засмеялся Ной. - Он по вам скучает.

Тобиас фыркнул.

- Он просто скучает по ботинкам, - сказал он, не имея этого в виду. Чувствуя себя немного уязвленным и неожиданно расчувствовавшимся, он немного отстранился и поцеловал Ноя в лоб. - Ладно. Хватит пока о Фане, мальчик. Кажется, мне обещали чай и ванну.

Ной, видимо, был достаточно проницателен, чтобы понять, когда нужно отпустить ситуацию.

- Действительно, обещали. Где ванная?

Тобиас указал Ною нужное направление, и вскоре Ной добровольно разделся догола, а Тобиас оказался в горячей ванне. Он услышал, как Ной напевает что-то незнакомое, и его голос эхом разносился по большой кухне. Через несколько мгновений засвистел чайник.

Он улыбнулся, слушая, как Ной ходит по кухне, открывая и закрывая дверцы шкафчика. Он услышал, как звякнули столовые приборы, предположительно, когда Ной брал ложку, а затем наступила короткая тишина.

Это были домашние звуки, и он уже давно не слышал ничего подобного в своей квартире. Закрыв глаза, он впитывал их вместе с теплом ванны.

Когда он снова открыл глаза, на столешнице стояла чашка с чаем, а Ной, молчаливый и неподвижный, стоял на коленях рядом с ванной, закрыв глаза. Тобиас подумал, не задремал ли он, и если да, то, как долго Ной простоял на коленях, ожидая его.

- Милый? Ты в порядке? - тихо спросил он.

Ной открыл глаза.

- Да, сэр, просто не хотел вас будить, - тихо сказал он. - Хотите чаю? - Он встал и взял чашку, присаживаясь на край ванны, передавая ее Тобиасу.

- Он все еще горячий? Насколько я отключился? - Тобиас слегка приподнялся, вода мягко плескалась вокруг него.

- О, не так уж и долго, мне все еще кажется, что он горячий, - сказал Ной, протягивая ему чашку. Как только она оказалась в руках Тобиаса, Ной наклонился, выпуская немного холодной воды и добавляя в ванну еще горячей. - Если он недостаточно горячий, я пойду, обновлю его для вас, сэр.

Тобиас отхлебнул.

- Все в порядке, милый. Спасибо. - Он снова откинулся на стенку ванны и прикрыл глаза. - Так о чем ты думал?

- Ну, сначала я стал гадать, какую сцену вы придумаете на выходные, и это напомнило, что мне нужно позвонить миссис М. и попросить ее купить для меня кое-что на рынке, а это напомнило, что Эллисон придет завтра вечером, и она сказала мне убедиться, что у меня есть мука... хм... О, и еще я подумал, что мог бы попробовать испечь тыквенный пирог, но не знал, любите ли вы тыкву... - Ной замолчал и поднял глаза, чтобы прочесть выражение лица Тобиаса, не встречаясь с ним взглядом. - Ну? Вы сами спросили.

Тобиас усмехнулся.

- Тебе никогда не бывает скучно, правда? И да, я люблю тыкву. А она знает, что ты зовешь ее миссис М.? Думаю, ей понравится. Она называет тебя «Дорогой».

- Ну, я оставил ей записку в первые выходные, когда гостил у вас, помните? И я обратился к ней «Дорогая миссис М.». И когда я позже разговаривал с ней по телефону, она сказала: «Моя дорогой, как хорошо, что я единственная миссис М. в доме», или что-то в этом роде, поддразнивая меня, и с тех пор она стала «миссис М.». Я не могу называть ее Элизабет, она достаточно взрослая, чтобы годиться мне в бабушки. Это просто кажется... неуважительным. - Ной улыбнулся и попробовал воду, затем потянулся за мочалкой. - Если вы наклонитесь вперед, я займусь вашей спиной, сэр.

Тобиас кивнул и допил свой чай, радуясь, что тот немного остыл, пока он спал. Он сел и, наклонившись вперед, сказал:

- Я никогда не называл ее Элизабет - всегда просто миссис Миллер. Когда мне было четырнадцать, я, кажется, пытался называть ее Бесси, как называл ее мистер Миллер. Все закончилось пшиком.

Ной рассмеялся.

- Ну, ей, кажется, нравится миссис М., а если ей нравится, меня это устраивает. Я знаю, чей это дом на самом деле.

Тобиас немного наклонился вперед, когда Ной начал мыть его спину мочалкой и гелем для душа с цитрусовым ароматом.

- О, в этом нет никаких сомнений, - согласился он. - Боже, так приятно. - Тобиас закрыл глаза и опустил голову на руки. - Я так рад, что потащил тебя через весь город, - сказал он, пряча улыбку.

- Я тоже, - ответил Ной низким, хрипловатым голосом, который, казалось, исходил прямо из его груди. Он перевернул мочалку и нежно провел ею по плечам Тобиаса.

Тобиас расплылся в улыбке.

- А теперь? Скажи мне, милый. Ты, правда, рад, что ты здесь, и моешь мне спинку?

- Я бы предпочел быть здесь и тереть вам спинку, чем где-либо еще, сэр. - Сказал Ной непринужденно, все тем же обольстительным тоном.

Тобиас замурлыкал. Он надеялся, что это будет больше похоже на рычание, но было слишком тепло и он был слишком доволен, чтобы оно получилось.

- Продолжай, мальчик. Ты отлично справляешься.

- Да, сэр. - Ной еще немного помассировал, затем отложил мочалку в сторону и сполоснул спину Тобиаса. Со вздохом он скользнул мокрыми пальцами по плечам Тобиаса и начал энергично растирать их. - Ваша спина теперь прекрасного розового цвета, сэр, - поддразнил он.

- Я могу сделать твою попу такой же, - ровным голосом произнес Тобиас, хотя его улыбка стала шире. Со стоном он переместил одну руку и позволил Ною размять узел. - Боже, как хорошо. Я даже не заметил, что был напряжен.

- По телефону у вас был напряженный голос, сэр, - честно признался Ной. - Я знаю, вы сказали, что с вами все в порядке, но я, правда, рад, что вы позволили мне прийти и помочь вам расслабиться.

Тобиас кивнул и, позволив Ною размять плечи, откинулся на бортик.

- Хорошо, милый. Я принял ванну, выпил чай, и сейчас, должно быть, около полуночи. Думаю, пора ложиться спать.

- Да, сэр. - Ной встал и взял полотенце, затем повернул рычаг на ванне, чтобы дать воде стечь. Тобиас вылез из ванны, и Ной несколько мгновений растирал его полотенцем, а затем принялся искать халат. - Э-э-э... халат, сэр?

Тобиас пожал плечами.

- У меня его здесь нет. Или, скорее, у меня есть эта ужасная шелковая вещь, в которой я выгляжу как денди. Он синий и длинный, и... нет. - Он ухмыльнулся и оглядел себя. - Боюсь, тебе придется иметь дело со мной голым.

- Мммм. Думаю, я справлюсь, - сказал Ной, поворачиваясь спиной, чтобы повесить полотенце Тобиаса.

- Хотелось бы на это надеяться. - Тобиас прошел через холл, в свою спальню и включил свет. - Во сколько тебе нужно быть на работе? - спросил он, поднимая будильник.

- Ну, зависит от того, сэр, если вы планируете еще какое-то время не давать мне спать, я быстро позвоню и возьму выходной на утро. Если нет, то мне нужно выйти отсюда в семь.

- Ты сможешь нормально функционировать, проспав всего шесть часов? - Тобиас серьезно посмотрел на него и положил ладонь ему на плечо. - Я не хочу быть причиной того, что ты пропустишь работу. Но я отказываюсь отправлять тебя туда в не совсем идеальном состоянии.

- Я прекрасно функционирую после шестичасового сна, сэр, спасибо вам, - ответил Ной, опустив глаза. - Но у меня еще больше месяца больничных. Так что скажите, как хотите провести время, и я позвоню.

- Честно? Мне нужно быть на ферме к девяти, и я просто хочу спать рядом с тобой. Я хочу обнять тебя, дорогой, - тихо сказал Тобиас, ставя будильник на шесть.

- Звучит очень мило, сэр, - сказал Ной, расстилая постель.

Тобиас скользнул под прохладные хлопковые простыни и вздохнул. Кровать была мягче, чем в деревне, и немного шире, но, почему-то, именно простыни придавали ей ощущение роскоши.

В них было неприлично много нитей, а стоили они так дорого, что он даже смутился из-за их цены, но на ощупь они того стоили. Единственное, что было лучше, - это тело, лежащее рядом с ним.

- Иди сюда, - прошептал он, притягивая Ноя к себе. - Спасибо тебе. - Он имел в виду все, и надеялся, что Ной это понял. Он потянулся, чтобы выключить свет, затем обнял своего мальчика сзади, прижимая к себе. - Спокойной ночи, Ной.

- Всегда пожалуйста, сэр. - Ной тоже вздохнул, устраиваясь поудобнее на мягких подушках и прижимаясь к нему. Он переплел свои пальцы с пальцами Тобиаса. - Спокойной ночи.





Часть 30


Тобиас спал хорошо, крепко. Он знал, что ему тепло, что о нем хорошо заботятся... и он предположил, что стресс, испытанный им из-за встречи Фан и Ноя, истощил его. Он спал так крепко, что, когда его внезапно разбудили, он понятия не имел, который час и сработал ли будильник - все его внимание было полностью сосредоточено на своей заднице.

- Господи Иисусе! - Основной, непреодолимый инстинкт подтолкнул его согнутое колено еще выше, и он оттолкнулся от проникающего языка Ноя. - О, Боже!

- Ммм, - последовал ответ Ноя, а затем еще больше горячего языка, пока Ной исследовал его анус, дразня его короткими, настойчивыми толчками. Одна из рук Ноя обхватила Тобиаса за задницу, слегка удерживая его.

Он не мог думать. В любом случае, думать было не о чем, все было очень просто; его бедра покачивались, и он стонал, язык Ноя снова лизнул его анус, и он вскрикнул. Когда Ной начал трахать его языком, он заскулил, приподняв задницу, умоляя о большем.

- Пожалуйста. Боже, пожалуйста, милый. - Правую руку он опустил вниз, схватил свой уже истекающий соком член и снова начал двигаться между ртом и рукой. - Боже, да!

- Да, сэр, - задыхаясь, прошептал Ной, сделав короткую паузу, чтобы перевести дыхание и облизать промежность Тобиаса. Он временно заменил язык пальцем, смоченным слюной, настойчиво проникая им в Тобиаса, поддерживая то же давление и скорость, что и языком. - Так горячо, сэр, - сказал он, наконец, снова переместившись, атакуя Тобиаса ртом.

Тобиас застонал, обхватив рукой свою эрекцию.

- Детка, пожалуйста. Боже, да. Так хорошо, так приятно, - пробормотал он. Он сделал глубокий вдох, пока мог, и снова застонал, когда Ной лизнул и вонзился в него. - Господи, да, Боже, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...

Ной осторожно провел зубами по чувствительной коже и вернул палец назад, медленно вдавливая его в Тобиаса и слегка загибая кончик. Он покрутил им в одну сторону, затем в другую, прежде чем остановился на своей цели.

Тобиас закричал. Он знал, что кричит, и пытался остановить это, но некоторые вещи случаются, несмотря на все усилия, и в данном случае был крик и оргазм. Это был не столько шторм, обрушившийся на него, сколько приливная волна, уничтожившая его. Он кончал целую вечность, его член пульсировал в кулаке, задница сжималась вокруг пальца Ноя, пока он пропитывал простыни. И когда все закончилось, он упал на бок, не зная, в сознании он или нет.

Тобиасу показалось, что откуда-то издалека он услышал смех.

- Ух, блядь, это было так горячо, сэр. - Голос был знакомым. Руки на его спине и заднице, губы в волосах и на шее успокаивали. - Охуенно красиво, о, Боже мой.

- Ты кончил? - Спросил Тобиас, его слова звучали немного невнятно. Он попытался открыть глаза, и у него это получилось приоткрыть один. Боже, у Ноя была потрясающая улыбка, когда он гордился собой.

- О, да, где-то в тот момент, когда вы начали умолять меня... это чертовски удивило меня. Одного слова «пожалуйста» из ваших уст достаточно, чтобы взорваться. - Ной все еще хихикал и ослепительно улыбался.

- Я всегда вежлив, - запротестовал Тобиас. - Не мог бы ты тогда снова встать и подрочить для меня? Нет? Ну что ж.

- В следующий раз я приберегу это для вас, сэр, - пообещал Ной, целуя его в висок.

- Я настаиваю, - слабым голосом произнес Тобиас. - Хорошо, который час? И что это на тебя нашло? А тебе нужно вставать прямо сейчас? - Он схватил Ноя за руку и попытался потянуть его обратно, лечь рядом.

- Что значит, что на меня нашло? Вы видели свою задницу? - Ной похлопал Тобиаса по руке, но не позволил стащить его вниз. - Уже начало седьмого, помнится, что к девяти кто-то должен быть на ферме? Вы отдохните минутку и постарайтесь собраться с силами, - самодовольно сказал Ной. - Я быстренько приму душ, а потом займусь вашим завтраком.

- Просто кофе, милый, - сказал Тобиас, поудобнее устраиваясь на подушке. – Может быть, еще тост. - Может, он сможет немного поспать. Было бы лучше, если бы Ной был рядом, но Ною нужно было работать, и он сказал, что не будет ему мешать. Черт возьми.

Тобиас спал, пока Ной принимал душ, и проснулся от запаха горячего свежего кофе и тостов.

- Сейчас примерно без четверти семь, сэр, - сказал Ной, нежно встряхнув Тобиаса и поцеловав его в щеку.

Он почувствовал, как Ной отошел, и услышал, как тот роется в своей сумке. Приоткрыв один глаз, он перевернулся на спину и потянулся, затем сел. Ной стоял к нему спиной и все еще что-то искал, так что Тобиас какое-то время наслаждался открывшимся видом, прежде чем понял, что Ной был в форме.

- Встань, - сказал Тобиас хриплым ото сна голосом, в котором чувствовалось внезапное пробуждение либидо.

- Хм? - Сказал Ной, доставая из сумки ремень с кобурой и выпрямляясь. Он повернулся лицом к Тобиасу, застегивая ремень. - Я опять приготовил слишком слабый кофе, сэр? - спросил он, поправляя ремень на бедрах.

Тобиас вытаращил глаза.

- Боже мой. - Ной был великолепен, прямо как с плаката для набора в полицию. Высокий и подтянутый, аккуратный как картинка и такой сексуальный, что Тобиас был рад, что уже в постели.

Ной медленно улыбнулся, очевидно, догадываясь, в чем дело. Не говоря ни слова, он подошел к комоду Тобиаса, взял свой значок и прикрепил его к груди. Он оставил пистолет и пейджер на комоде и направился к кровати.

- Мне нужно выходить через десять минут, - сказал он, подмигнув, и поцеловал Тобиаса прямо в губы.

- У тебя будут неприятности, если будешь растрепан? - Спросил Тобиас, обвивая одной рукой шею Ноя, а другой скользя по его бедру и быстро перемещаясь к заднице. - Боже, ты отлично выглядишь. - Его член дернулся в знак согласия.

- Мне следует сказать «да», чтобы вам пришлось снова пригласить меня переночевать, - сказал Ной, скользя пальцами под простынями.

Тобиас выгнулся дугой. Десять минут - не так уж и долго.

- Я приглашу тебя, - пообещал он. - И мы будем вставать пораньше, или ты опоздаешь, или еще что-нибудь в этом роде. - Он бы поцеловал Ноя, но ему слишком нравилось смотреть на него.

- Спасибо, сэр, - выдохнул Ной, отдергивая руку.

Негодяй. Он подошел к комоду и взял свой пистолет, вставил обойму на место, проверил предохранитель, а затем убрал его в кобуру на бедре.

- Ты очень, очень плохой саб, - прорычал Тобиас. - Убирайся отсюда, пока это не стало еще большей проблемой, чем уже есть. - Он откинул простыню и указал на свой наполовину вставший член. - И я тебя отшлепаю.

- Да, сэр. Спасибо, сэр, - улыбнулся Ной, пристегивая оба пейджера к поясу. Он закинул на плечо свою спортивную сумку. - Мы с Эллисон будем готовить у меня сегодня вечером, все должно быть готово около восьми, - бросил он через плечо, выходя из комнаты.

- Хорошо. Ной?

Ной просунул голову в дверь спальни.

- Да, сэр?

- Будь осторожен.



* * * *



Он добрался до коровника без десяти девять и начал свой день в довольно хорошем настроении. Он осмотрел коров, на которых хотел посмотреть, очень серьезно посмотрел на игрушечную лошадку трехлетнего ребенка и познакомился с выводком котят. К обеду он уже возвращался в город через знакомый ему маленький деревенский ресторанчик; там подавали лучший ореховый пирог, за исключением пирогов миссис Миллер.

Он как раз доедал свой пирог и запивал его чаем, когда дверь открылась, и вошли двое полицейских, над чем-то смеясь. Форма была совсем другой, но от их вида все равно сразу же встал член. Он оставил свои деньги на столе вместе с хорошими чаевыми и сбежал.

Он строго соблюдал скоростной режим и размышлял о различных неприятных вещах, которые видел внутри животных. К тому времени, как он проделал почти весь обратный путь до офиса, он, по крайней мере, был в состоянии ходить, не причиняя себе вреда, и назначил Ною дополнительную порку.

И тут он увидел патрульную машину, как раз въезжавшую на парковку клиники. Вздохнув, он вышел из машины и поспешил в свой кабинет, заперев за собой дверь. Черт бы побрал Ноя и его форму!

Закрыв глаза, он прислонился к двери кабинета, держа в одной руке сотовый телефон, а в другой - свой твердый член.

Длинными, уверенными движениями он приближал себя к оргазму, и в его голове проносились образы Ноя в форме. Широкие плечи, стройная талия, кобура… Он набрал номер Ноя в быстром наборе.

- Долан, - раздался в трубке очень официальный голос.

Очевидно, его мальчик не посмотрел, кто звонит.

- Это я. - Тобиас резко вдохнул. - Есть минутка?

- Секунду, - сказал Ной, и Тобиас услышал, как он извиняется. Прошло несколько мгновений тишины, а затем он вернулся. - Да, у меня есть минутка. С вами все в порядке, сэр?

Тобиас рассмеялся, и этот звук перешел в стон.

- О, да. Я в полном порядке. Нет, спасибо, ах! Нет, спасибо тебе, сопляк. - Он сжал пальцы и провел большим пальцем по головке своего ноющего члена, размазывая выступившие капли. Он был близок, так близок, что чувствовал, как внутри начинается движение спермы.

- Вы... - голос Ноя стал тише, превратившись в хриплый шепот в трубке, - Вы дрочите, сэр? Вы близко? Судя по вашему голосу. У вас такой горячий голос, сэр. Хотел бы я быть там, я бы обхватил вас ртом... Я бы так сильно вам отсосал.

- Кончаю, - процедил он сквозь стиснутые зубы, закрывая глаза во время оргазма. Когда его член перестал пульсировать, он глубоко вздохнул и облизал губы. - Хорошего дня, - сказал он как можно спокойнее. Затем он повесил трубку.





Часть 31


Без пяти восемь Тобиас припарковал свою машину на улице и запер ее. Он был в квартале от дома Ноя, не мог припарковаться ближе и подозревал, что поступил как последний дурак, оказавшись там. Он не звонил, не разговаривал с Ноем с тех пор, как они обменялись несколькими фразами днем, и Ной понятия не имел, что Тобиас приедет.

Непредсказуемость была одним из козырей Тобиаса, но у него было плохое предчувствие, что он слишком предсказуем в этом вопросе. Он был бы поражен, если бы Ной удивился его приезду.

Он подошел к зданию и без труда нашел квартиру Ноя; в коридоре снаружи стоял чудесный запах. Улыбаясь про себя, Тобиас постучал в дверь и отступил назад, убедившись, что его хорошо видно в глазок.

Когда дверь открылась, ему улыбнулась миниатюрная энергичная блондинка. На вид ей было не больше двадцати, но восприятие возраста у Тобиаса становилось все хуже и хуже с возрастом.

В последнее время все, кому не исполнилось тридцати, казались ему детьми.

- Вы, должно быть, Тобиас! - воскликнула она и отступила, пропуская его, когда он кивнул. - Я Эллисон. Ной сказал, что вы можете зайти - проходите. И не волнуйтесь, я как раз собираюсь уходить. - Она подмигнула ему и повернулась, чтобы отвести его, по-видимому, к Ною.

В квартире Ноя было тепло от вечерних хлопот на кухне, а в гостиной слишком громко играла рок-музыка.

- Вы как раз к ужину, - сказала она, ведя его через узкий коридор.

Слева находилась очень маленькая ванная комната, а затем коридор выходил в просторную гостиную с высокими окнами, деревянным полом и даже небольшим камином. Диван был кожаный, освещение современное, а под ногами лежал необычный тканый коврик.

- Это он? - донесся из кухни голос Ной.

- Да, милый, - ответила Эллисон, ведя Тобиаса на кухню.

- Просто проверяю, как ты, - спокойно ответил Тобиас, все еще оглядываясь по сторонам. - Хочу убедиться, что ты не усложняешь жизнь Эллисон. Она слишком хороший учитель, чтобы сводить ее с ума. - Он обаятельно улыбнулся Эллисон и прошел на кухню, где Ной доставал что-то из духовки. - Слишком хороший учитель - пахнет чудесно.

- Это свиная вырезка, - сказала Эллисон, надевая пальто. - Иди сюда и поцелуй меня, милый, я ухожу.

Ной поставил сковороду на подставку и обошел Тобиаса.

- Немного демонстрации своей власти, да?- поддразнил он ее и звучно поцеловал в губы.

- О, ха-ха, - фыркнула она.

- Спокойной ночи, детка. Спасибо.

- Веди себя хорошо, - напутствовала Эллисон и вышла из квартиры.

- Тебе повезло, что я смог сосредоточиться на этом, - шутливо пожаловался Ной Тобиасу после ее ухода. - У меня полу-стоит с тех пор, как ты позвонил.

- И я должен испытывать к тебе жалость? - Спросил Тобиас. - Бежняжка. Добро пожаловать в мою жизнь, малыш. Ты не можешь дразнить меня по утрам, не заплатив немного. - Он ухмыльнулся и посмотрел на свиную вырезку. - Отличная работа с поросенком.

- Он оказал сопротивление, но я справился, - сказал Ной, придвигаясь к Тобиасу чуть ближе, чем следовало, доставая тарелки и стаканы из шкафчика. - Могу я предложить вам что-нибудь выпить? На самом деле у меня есть пара банок пива, это моя плата Эллисон за помощь.

- Нет, спасибо, сойдет и вода со льдом. И, пожалуйста, можешь сколько угодно ко мне прикасаться. Но тебе нельзя кончать, - предупредил он деловым тоном. Он улыбнулся в ответ на раздраженный вздох Ноя и сел за стол. - Мне нравится твоя квартира, она на самом деле больше, чем я себе представлял. Ты вообще пользуешься камином?

- Спасибо, сэр. Прихожая обманчива, потому что такая узкая. Ванная крошечная, но мне нравится, какая гостиная просторная. Кухня тоже тесная, но я справляюсь. Когда я бывал дома по выходным, я гораздо чаще пользовался камином. Давненько этого не делал.

Ной расставил тарелки и столовые приборы, а затем налил два стакана воды со льдом.

Тобиас все еще улыбался, когда Ной начал нарезать свинину.

- Ты знал, что я приду. Знаю, мне следовало остаться дома, но иногда немного эгоизма не помешает, а ужин действительно чудесно пахнет. Скажи, как много знает Эллисон?

Ной немного помолчал, а затем вернулся к нарезке.

- Она знает, кто вы, знает природу наших отношений, и знает, где я провожу выходные, сэр, - сказал ему Ной. - Я не рассказывал ей никаких подробностей, и не думаю, что они ей нужны, она просто знает, что я никудышный повар. Она не в курсе происходящего.

- Ты не плохой повар, ты просто еще не знаешь целую коробку рецептов. У тебя все отлично получается. - Тобиас откинулся на спинку стула, наблюдая, как Ной заканчивает приготовления. - Я думал об этих выходных.

Ной ухмыльнулся.

- Да? - сказал он и поставил тарелку на стол. - Извините, у меня нет полноценного ужина, сэр. Если бы я точно знал, что вы придете, я бы что-нибудь приготовил.

Тобиас отмахнулся.

- Я не был уверен, что найдется что-нибудь перекусить; насколько я знал, вы двое могли уже все съесть, и мне пришлось бы довольствоваться простым минетом, который я получу.

По удивленному, но понимающему выражению лица Ноя стало ясно, что он прекрасно понимает, что это расплата.

- Да, десерт. - Сначала он подал Тобиасу, а затем себе.

Свинина была нежной и сочной, а специи и травы - изысканными. Тобиас одобрительно хмыкнул, стараясь, чтобы его стоны были как можно более сексуальными.

- Молодец, малыш. Ты быстро учишься.

- Спасибо, сэр. - Ной проглотил кусочек и отпил воды, чтобы скрыть, но, без сомнения, его голос дрожал. - Эллисон - шеф-повар, она мне очень помогла. Думаю, что смог бы немного импровизировать, если бы понадобилось.

Тобиас со стоном проглотил еще кусочек и слегка поерзал на стуле.

- Импровизация - это хорошо. Изобретательность - еще лучше. Тебе так не кажется?

Ной отложил вилку.

- Да, сэр. Изобретательность - лучше. Надеюсь, со временем я дойду и до этого.

- Я не имел в виду приготовление пищи, и поверь мне, ты изобретательный. Само твое существование вдохновляет меня, милый. - Тобиас откусил еще кусочек и закрыл глаза. Блюдо и в самом деле было очень вкусным, он какое-то время смаковал его.

- Я чувствую себя немного… вдохновлённым, сэр, - тихо сказал Ной, едва слышно поскуливая.

- Ммм. Бедняжка. Помню, сегодня я несколько раз испытывал вдохновение. Ужин был восхитительным, милый, спасибо тебе. - Тобиас доел свинину и откинулся на спинку стула, улыбаясь своему мальчику.

Ной встал и направился к Тобиасу. Легким прыжком он оседлал колени Тобиаса.

- Что я могу сделать, чтобы загладить вину за сегодняшнее утро, чтобы вы позволили мне кончить сегодня вечером, сэр? - серьезно спросил он. - У меня нет паддла, но есть наручники и ремень... У меня есть флоггер, но он легкий, скорее для развлечения, чем для чего-то серьезного. Да, и еще кнут.

Тобиас покачал головой, стараясь не рассмеяться.

- Скажи мне правду, мальчик. Ты не сбегал сегодня в туалет? Ты не кончал с утра?

- Нет, сэр, я был уверен, что вы придете сюда сегодня вечером, и пообещал, что приберегу это для вас.

Тобиас демонстративно положил руки Ною на бедра и притянул его к себе на те несколько дюймов, которые были необходимы.

- Хороший мальчик. Видишь ли, у тебя прекрасная память и богатое воображение... потрясающее тело. Я очень счастливый человек, знаешь ли. И примерно через тридцать секунд я буду счастливым мужчиной, засунувшим свой член тебе в глотку, не так ли?

Ной застонал от прикосновения и с трудом сглотнул.

- Да, сэр. Могу я предложить вам диван, сэр?

Тобиас укусил Ноя за шею, осторожно, чтобы не оцарапать кожу и не оставить следов.

- Конечно. Давай, не теряй времени, малыш.

Ной вздохнул и соскользнул с колен Тобиаса. Он направился прямиком в гостиную, где приглушил музыку, но оставил ее звучать на заднем плане, и Тобиас кивнул в знак благодарности.

На самом деле он не возражал против музыки, но ее громкость больше подходила для оперы, чем для того, что играло у Ноя.

Кожаный диван был глубоким и мягким, и Тобиас с удовольствием опустился на него, широко раздвинув ноги. Он знал, что улыбается, как кот, дорвавшийся до сливок, но ничего страшного, он с нетерпением ждал сливок.

- Вам нравится диван, сэр? - Спросил Ной, отодвигая кофейный столик на пару футов в сторону. Он отступил на пару футов и стянул футболку через голову, позволив ей упасть на пол.

- Мне нравится кожа. Я люблю роскошь. Мне нравится диван. - Тобиас, стараясь не ухмыляться, откинулся еще немного назад, расслабляя плечи и голову. Он чувствовал себя хорошо; он знал, что скоро станет еще лучше.

- Я купил его на деньги, заработанные, когда я подрабатывал охранником в свободное от службы время. - Он повернулся спиной и расстегнул джинсы, позволив им упасть до лодыжек.

Тобиасу открылся прекрасный вид на задницу Ноя в черных боксерах.

Тобиас зарычал.

- Мальчик...

- Сэр. - Ответил ему Ной, снимая боксеры. Он медленно повернулся, демонстрируя напряженную эрекцию.

- Прекрасно. – Так и было. - А ты дразнишься, - сказал он самым поучающим тоном, на какой был способен. - Теперь. Назови мне очень убедительную причину, по которой я должен позволить тебе кончить.

- Я могу это сделать, - заверил его Ной и медленно опустился перед ним на колени. Он положил руки на бедра Тобиаса и провел ими по ткани, мимо члена, по бедрам, пока не добрался до пояса, где принялся расстегивать молнию и пуговицу.

Тобиас наблюдал, опуская взгляд вниз, к рукам Ноя. Ему потребовалось время, чтобы перестать стесняться, наблюдая, как кто-то любит его; теперь это сильно возбуждало, и когда Ной стянул с него брюки, его эрекция пульсировала, упираясь в шелк боксеров.

- Возможно, вам захочется немного приподнять бедра, сэр, - предложил Ной, и когда он это сделал, Ной стянул боксеры и брюки с задницы вниз по бедрам, достаточно низко, чтобы полностью освободить его. - О, это прекрасно, - выдохнул Ной, прижавшись губами к коленям Тобиаса и обхватив его яйца теплыми пальцами.

Тобиас подавил стон. На самом деле, не стоит облегчать Ною задачу. По крайней мере, пока. Он слегка выгнул спину и положил руки на голову Ноя, поглаживая короткие волосы.

- Не дразни, малыш, - предупредил он.

Ной хорошо уловил посыл и широко раскрыл рот, мгновенно обхватив им член Тобиаса, всасывая. Он замурлыкал, сжимая член Тобиаса и надавливая на него языком. Это было приятно и размеренно, как раз то, как знал Тобиас, умел Ной. Он сосал и лизал, лаская языком ствол и дразня головку... но Тобиас хотел большего. Утренняя стычка разожгла в нем огонь, и он горел почти весь день; облегчения, которое он получил от собственной руки, было достаточно, чтобы просто сдержать пламя, а не тушить его, и он обнаружил, что хочет двигаться, брать. Он услышал рычание и понял, что оно вырывается из его собственной груди.

Ной, должно быть, что-то почувствовал, ощутил напряжение Тобиаса, потому что убрал руки от Тобиаса и сжал их за спиной, передав контроль над скоростью и глубиной своему Господину. Одна только тяжесть руки Тобиаса заставила Ноя опуститься ниже, заставила его мальчика открыть рот, застонав от усилия.

Тобиас двигался, следя за углом и стараясь не задушить Ноя, но когда головка его члена коснулась задней стенки горла Ноя, он чуть не взревел. Его захлестнула волна силы, потребности, желания и откровенной жажды заявить о своих правах. Он запустил пальцы в волосы Ноя и оторвал его от своего члена с громким чавкающим звуком.

- Встань на колени, - приказал он, поднимаясь с дивана.

Ной поспешил отодвинуться, на его лице было написано явное замешательство.

- Сэр?

- Меняю угол, чтобы не убить тебя, мальчик. А теперь открой рот.

Тобиас слегка наклонился и схватился за подлокотник дивана, прямо за головой Ноя. Имея за что держаться и с полностью открытым горлом Ноя, он мог двигаться. Толкаться. Трахать. Брать. Завладеть.

И он это сделал. Ной застонал, отчего по телу Тобиаса от головки члена до затылка пробежала волна возбуждения. Он с силой вошел, почувствовал, как Ной обхватывает его горлом, и зарычал.

- Вот так, мальчик. Прими это. Соси, ты же говорил, что будешь сосать меня так сильно. Я заперт в своем кабинете, рука сжимает член, и ты сказал, что отсосешь мне - теперь я здесь, милый. Докажи мне это.

Внезапно Ной протянул руки и схватил Тобиаса за задницу, его пальцы с силой впились в нее. После пары попыток сделать глубокий вдох через нос, Ной обхватил губами скользкий член Тобиаса и начал сосать так сильно, что у него втянулись щеки.

Тесно, влажно, тепло и, Боже, какие звуки они издавали вместе. Стоны Ноя, скользкие звуки, когда Тобиас вытаскивал член и снова вталкивал его внутрь, почти непрерывное тяжелое дыхание... это было головокружительно. Ной сосал. Облизывал. Он застонал, и Тобиасу показалось, что Ной пытается съесть его живьем.

- Вот так, - похвалил Тобиас. - Боже, да. Еще. Возьми меня. Заставь меня кончить, Ной.

Технически это было жульничество, подумал Тобиас в краткий миг просветления, когда пальцы Ноя скользнули ближе к его дырочке, раскрывая ее, дразня его, но менее ясная часть мозга победила, и он застонал. Ной провел кончиком языка по внутренней стороне члена, и ободряюще застонал, когда смог набрать побольше воздуха.

- Господи, - выдохнул Тобиас. - Почти, малыш. Боже. - Он запрокинул голову и толкался снова и снова, приближаясь к оргазму, его тело кричало об этом, член был твердым и ноющим, а анус судорожно сокращался.

Ной надавил языком сильнее и, застонав, резко просунул сухой палец на дюйм, чуть дальше мышцы Тобиаса. Этого было достаточно, и рев, который нарастал с тех пор, как Ной вышел из его квартиры этим утром, вырвался наружу, пока Тобиас кончал рывками, все еще держа голову Ноя руками.

С последним вздохом он отстранился и без сил упал обратно на диван.

Ной присел на корточки, тяжело дыша. Он протянул руку и положил ее на колено Тобиаса, слегка сжав его, но все еще не мог отдышаться, чтобы что-то сказать. Когда он немного успокоился, то подался вперед, прислонился к дивану и уткнулся лбом в колено Тобиаса.

- Такой охуенно твердый, сэр, - жалобно простонал он. - Пожалуйста, пожалуйста.

Тобиас глубоко вздохнул, делая вид, что раздумывает. Его мальчик действительно был твердым, его эрекция становилась все краснее, головка блестела от влаги. При других обстоятельствах он бы кивнул, но у него была конкретная цель, и он хотел успокоиться настолько, чтобы насладиться этим. Ной ждал, опустив голову, но Тобиас не стал тянуть время дольше, чем было необходимо. Как только его пульс пришел в норму, он немного приподнялся и коснулся плеча Ноя.

- Устрой мне представление, милый.

Ной тяжело вздохнул.

- Спасибо. Спасибо, сэр, - сказал он с нескрываемым облегчением. Он остался на полу и отодвинулся на пару футов, чтобы Тобиас мог лучше видеть его тело. Он сел на задницу, согнув одну ногу и выпрямив другую, и оперся на руку, переводя взгляд на свой напряженный член. - Не знаю, как долго я смогу вытерпеть, сэр, - предупредил он, обхватив себя пальцами и вздохнув. - О, да... - начал медленные движения, глубоко дыша, несмотря на возбуждение. - Спасибо, сэр, спасибо вам...

- Поговори со мной, малыш. - Тихо сказал Тобиас, его голос был глубоким и удовлетворенным. Он удобнее устроился на диване, не обращая внимания на беспорядок в собственной одежде. - Расскажи мне, что ты чувствуешь, о чем думаешь. Покажи, как сильно тебе нужно кончить, и расскажи, почему.

- Я думаю о вас, - выдохнул Ной, и его глаза закрылись. Его рука двигалась плавно, но хватка была слабой, он пытался сдержать оргазм. Контроль, который он демонстрировал, был очевиден, и голос его дрожал. - Теперь я думаю о вас все время, - проворчал он и раздвинул ноги шире. - Я не пускаю пыль в глаза... не пускаю. Я думаю о вас постоянно. В квартире теперь одиноко, жду выходных, чтобы… блядь… о, Боже… - Его пальцы сжались, и он начал двигать ими быстрее. - Видеть вас... Это как огонь, сэр! Жжение, давление, начинается в... в животе, в бедрах, все дрожит. Трудно дышать... нужно... мне нужно, сэр, пожалуйста, пожалуйста!

Тобиас сглотнул, его тело внезапно напряглось.

- Кончи для меня, милый. Покажи мне, - прошептал он.

- Да, да, спасибо вам! Благодарю... Господин! - воскликнул Ной и кончил с силой, немного откинувшись назад, так что сперма у него на бедрах, словно липкая сладкая магма, наконец, вырвавшаяся на свободу, обрушилась на него потоками. - Ах... - выдохнул Ной, замолчав, ошеломленный и, наконец, полностью опустошенный.

Тобиас скатился с дивана и обнял своего мальчика. Задыхаясь и ослабев, все еще дрожа от остаточных толчков, Ной принимал поцелуи Тобиаса, отвечая взаимностью, когда стал приходить в себя.

- Это было прекрасно, - сказал ему Тобиас. - В один прекрасный день, совсем скоро, я заведу тебя и буду наблюдать, как ты возбужден. Но это... это было чудесно. Спасибо тебе.

Ной со вздохом уткнулся лицом в шею Тобиаса и тяжело прижался к нему.

- Спасибо, господин.

- А в следующий раз?

- Да, господин?

- Мы закончим где-нибудь, где нет твердого деревянного пола.





Примечание к части


Вот и все. Первая книга подошла к концу.

А как будут развиваться отношения Тобиаса и Ноя мы скоро узнаем в следующей книге - "Девиации: доминирование".





